"Не вижу практической разницы между репетициями и концертами"

Лидер "Вежливого отказа" и коннозаводчик Роман Суслов ответил на вопросы Григория Дурново о нынешнем состоянии группы и сотрудничестве с Персимфансом.

Роман, прозвучат ли на концерте совсем новые произведения или, напротив, старые?

Старых не будет. Возможно, мы исполним пару совсем свежих вещей. Прошлым летом, протирая зад в седле, будучи пастухом собственных лошадей, я сочинил цикл песен — видимо, это будет одно большое связное произведение, сюита под названием "Шесть песен про войну". А остальное — это та программа, которая была написана в декабре позапрошлого года, мы ее несколько раз показывали в черновом варианте.

Почему вы согласились сделать совместную программу с Персимфансом?

Всегда интересно поддерживать чей-то энтузиазм и таким образом провоцировать собственный. Петр Айду — очень увлеченный человек, с ним, думаю, будет интересно работать дальше. У нас очень душевно проходят репетиции песен Мосолова: они занимают минут пятнадцать, а дальше он летит выполнять другие свои музыкальные обязательства. Кроме того, это новая для меня среда, которая обязывает быть музыкально более точным, позитивный источник, будоражащий давно потухшие силы, которые сейчас мне, наверное, нужны.

Правильно ли я понимаю, что программа "Вежливого отказа" постоянно находится в стадии подготовки — даже когда она кажется готовой?

Это и хорошо. Процесс не заканчивается. Точку поставил — все, смерть.

Тогда почему и как возникает соображение, что ее надо сыграть?

На каком-то этапе надо показать, что получилось. Хотя жесткой уверенности, что именно в данный момент в данном месте нужно провести подобную демонстрацию, у меня нет. Впрочем, я уже не вижу никакой практической разницы между концертами и репетициями. Мне одинаково комфортно в обоих случаях и даже не важно, есть ли зрители. Я просто получаю удовольствие от общения с музыкантами. Греет душу та смелость, легкость, с которой они берутся за все. Конечно, приятна возложенная на меня ответственность: я должен что-то писать, чтобы они могли это исполнять. Вот это — главное: верное, теплое ощущение единства. Думаю, у Петра с Персимфансом то же самое, это нас сильно сближает.

А запись вы как воспринимаете?

Я очень скептически отношусь к жесткой фиксации этой самой радости содеянного. Для меня случайность произошедшего и искра света, возникающая в результате совместного действия, гораздо важнее, чем кропотливая работа над тем, чтобы это дело увековечить. Запись интересна мне, может быть, лишь в том отношении, что она дает возможность вычистить все ошибки, услышать грязь, ритмическую нестабильность. Сейчас процесс проходит легче, времени уходит меньше, чем раньше, и, кроме того, мне было интересно попробовать писать все сразу, это важный опыт.

Как вам удается совмещать репетиции с хозяйственными делами?

Сейчас у меня появилось много сотрудников, на которых можно все оставлять, и основные рабочие тылы у меня прикрыты.