Языковая репрезентация концепта «Свобода» в медиадискурсе (на материале прецедентных феноменов)

Языковая репрезентация концепта «свобода» в медиадискурсе

О. С. Егорова, О. А. Кириллова

Статья посвящена изучению концепта «свобода» в составе прецедентных феноменов, являющихся одним из наиболее используемых средств языковой репрезентации данного концепта в медиадискурсе. Прецедентные феномены рассматриваются как когнитивные структуры, организующие во фрейм стереотипную информацию о концепте «свобода». Для определения специфики прецедентных феноменов, актуализирующих концепт «свобода» в медиадискурсе, используется понятие «языковая игра».

Ключевые слова: медиадискурс, языковая репрезентация концепта «свобода», актуализация концепта, прецедентные феномены, языковая игра, сферы-источники прецедентности, концепт-фрейм.

Language Representation of the Concept "Freedom" in the Media-Discourse

О. S. Egorova, О. А. Kirillova

The article is devoted to studying the precedent phenomena as a means of language representation of the concept "freedom" in the media-discourse. The precedent phenomena are considered as language phenomena generated in semiotic space of the culture and as rather stable cognitive structures, organizing into a frame the stereotyped information about cultural-significant concept "freedom". To determine specificity of precedent phenomena in the media-discourse authors use notion "language game".

Key words: media-discourse, language representation of the concept "freedom", actualization of the concept, precedent phenomena, word-play, source spheres of precedent phenomena, concept-frame.

Концепт «свобода», как один из наиболее значимых для носителей русской лингвокультуры концептов, неоднократно являлся объектом лингвистических исследований (см., например: [1; 3; 6; 10; 12; 13]), однако вопрос об особенностях актуализации данного концепта в дискурсе СМИ на материале прецедентных текстов не получил еще достаточного освещения в лингвистической литературе, что и определило выбор темы настоящей работы.

Целью исследования является изучение образной составляющей концепта «свобода» на материале прецедентных феноменов (ПФ), репрезентирующих концепт «свобода» в медиадискурсе. Определение группы наиболее частотных ПФ, актуализирующих концепт «свобода» в медиа-дискурсе, а также выделение основных сфер-источников прецедентности - задачи первой части исследования. Вторая часть исследования ставит своей задачей анализ трансформаций ПФ, актуализирующих концепт «свобода» в медиадискур-се, и представление полученной информации в виде фрейма ПФ - когнитивной структуры, наиболее достоверно отражающей стереотипную информацию о концепте «свобода».

Предмет нашего рассмотрения - известные значительной части представителей лингво-культурного сообщества прецедентные феномены, репрезентирующие концепт «свобода» в современном медиадискурсе. Материалом для исследования послужили тексты печатных и

электронных газет «Российская газета», «Известия», «Аргументы и факты», «Литературная газета», «Труд», «Санкт-Петербургские ведомости», «Новые известия», электронная газета «Форум» и др.

Прецедентные феномены функционируют в языке, за ними стоят когнитивные структуры, которые принадлежат сознанию. Таким образом, воспринятый адресатом прецедентный текст остается в сознании, рефлексируется и включается в формируемую автором дискурса концепто-сферу. Представляется, что прецедентные феномены могут рассматриваться как «результат рефлексии, глубинной проработки тем или иным (микро)социумом наиболее актуальных для него понятий, и - как следствие - рельефно показывающие самобытность, оригинальность его языко-мышления и речевых поступков» [7, с. 108].

В настоящем исследовании нас интересуют прецедентные феномены, актуальные для носителей русского языка и русской культуры. За основу взято понимание прецедентных феноменов как «1) хорошо известных всем представителям национально-лингво-культурного сообщества («имеющих сверхличностный характер»); 2) актуальных в когнитивном (познавательном и эмоциональном) плане; 3) обращение (апелляция) к которым постоянно возобновляется в речи представителей того или иного национально-лингво-культурного сообщества» [8, с. 9].

Как известно, медиадискурс рождается в результате взаимодействия с социумом. Анализ особенностей языка современных газет свидетельствует о том, что в нем широкое распространение получила «языковая игра» (ЯИ) в виде апелляции к прецедентным текстам (текстовые реминисценции). В целом феномен языковой игры в речетворческой деятельности говорящего имеет место: 1) при некоем нарочитом, преднамеренном использовании языковых средств без нарушения языковой нормы; 2) при сознательном отступлении от языковой нормы; 3) при обращении к прецедентным текстам, которое сопровождается апелляцией к литературным и культурологическим знаниям реципиента. Целью ЯИ во всех трех случаях является выражение денотативного или коннотативного смысла, добавочного к непосредственному (то есть без помощи языковой игры) выраженному смыслу. Языковая игра как языковой феномен репрезентирует реально существующие в человеческом сознании функциональные системы речепорождения. Сущность языковой игры заключается в том, что система симметричных, стабильных компонентов за счет нарушения симметрии концептуальной системы и среды существования теряет свою устойчивость и образует на основе операций над стабильными языковыми структурами новую языковую структуру [5].

В нашем исследовании прецедентные феномены, репрезентирующие концепт «свобода», рассматриваются как языковые явления, сформированные в семиотическом пространстве культуры, и как относительно стабильные когнитивные структуры, организующие во фрейм стереотипизированную информацию относительно культурно-значимого концепта «свобода». Поэтому каждый прецедентный феномен представляет собой знак, указывающий на семиотическую связь между пропозицией (то, что высказывается в ПФ), референтной ситуацией и ментальной репрезентацией ПФ (того, что типично в подобных ситуациях). Ментальная репрезентация - это фрагмент знания, организованного вокруг ключевого концепта (концепта «свобода») в виде ПФ, транслирующего типичное представ ле-ние о ключевом концепте и являющегося частью общего фонда знаний. Как и любое знание, прецедентные феномены, объективирующие концепт «свобода», организуют во фрейм смежные концепты, ассоциированные с концептом «свобода». ПФ, вербализирующие концепт «свобода», представляют собой нечто вроде сетки с набором концептов, которую можно набросить на определенную ситуацию действительности. В ходе

фреймового анализа прецедентных феноменов представляется возможным установить интегрирующий признак, семантически объединяющий смежные концепты и типичную ситуацию в рамках ПФ. Таким образом, прецедентные феномены представляют собой «концепт-фрейм», имплицирующий комплексную ситуацию, сопоставимый с «кадром», в рамки которого попадает все, что типично и существенно для данной совокупности обстоятельств [2, с. 55].

Анализ фактического материала позволил определить наиболее часто встречающиеся в текстах СМИ и известные практически всем членам русского лингвокультурного сообщества прецедентные феномены, репрезентирующие концепт «свобода»: 1) «Это сладкое слово «свобода»»; 2) «Свободу Юрию Деточкину!»; 3) «Век воли/свободы не видать»; 4) «На свободу - с чистой совестью»; 5) «Свобода приходит нагая...»; 6) «И свобода вас примет радостно у входа. »; 7) «С таким счастьем - и на свободе»; 8) «Свобода - осознанная необходимость»; 9) «За нашу и вашу свободу»; 10) «Свободное общество свободных людей»; 11) «Свобода - лучше несвободы»; 12) «Свобода, равенство, братство».

Для получения более полной картины механизмов употребления прецедентных феноменов, репрезентирующих концепт «свобода» в дискурсе российских газет, нами выбрана методика, основанная на определении сфер-источников культурного знания, к которым принадлежат прецедентные феномены. Сферы-источники преце-дентности концепта «свобода» («политика», «литература», «экономика», «история», «криминал», «киноискусство», «религия», «наука», «развлечение») в узком смысле представляют собой дис-курсные поля, заполненные концептами, фреймовыми структурами, а в более широком смысле сами могут рассматриваться как дискурс, в котором происходит постоянная актуализация этого концепта.

Сферы-источники в нашем исследовании используются в качестве фона, на котором раскрывается стандартизированный сознанием набор дифференциальных признаков, ассоциированных с концептом «свобода». Для каждого типа дискурса, по мнению Е. С. Кубряковой, следует строить его собственную модель, которая дает возможность представить «язык в языке» как особую и социальную, и лингвистическую данность и через язык воссоздавать картину «возможного мира», представленную в этом типе дискурса [9, с. 529-530].

Анализ собранного материала позволил выделить наиболее продуктивные сферы-источники

прецедентности исследуемого нами концепта: «литература», «политика», «криминал», «кино».

Наиболее частотными в сфере «литература» являются такие ПФ, как: «И свобода вас примет радостно у входа», «Свобода приходит нагая», «С таким счастьем - и на свободе». Ср.: Свобода приходит нагая...Строку эту знает всякий. Сочинившему ее поэту потом, когда свобода наступила, пришлось поголодать. Если бы он вдруг оказался долгожителем, то мог бы дотянуть до новой общественной перестройки и увидел бы, как вновь щеголяет свобода в платье голого короля (Литературная газета, 23. 05. 2007).

Сфера-источник «кино» обеспечивает медиа-дискурс прецедентными феноменами, отсылающими к фильмам, которые можно охарактеризовать как «культовые», так как они настолько глубоко проникают в массовое сознание, что продуцируют интертексты. Ср.: «Это сладкое слово «свобода»», «Свободу Юрию Деточкину!». Ср.: О нашей свободе замолвите слово (Тюменские известия, 21. 08. 2007). Свободу товарищу Макарову! (открытая электронная газета «Форум»).

Сфера «криминал» также оказалась довольно частотной. Наиболее часто встречаются такие ПФ, репрезентирующие концепт «свобода», как: «На свободу - с чистой совестью», «Век свободы не видать». Ср.: На свободу нужно выходить с _ чистой совестью; если же историческая совесть останется нечистой, значит, нам век воли не видать (Известия, 17. 01. 2005).

Рассмотрим более подробно прецедентные феномены, репрезентирующие концепт «свобода» в сфере «политика». Концепт «свобода» активно употребляется всеми участниками политического дискурса, поскольку слово свобода часто является разменной монетой в ходе борьбы за власть. Наиболее типичные ПФ, актуализирующие концепт «свобода» в сфере политики: «За вашу и нашу свободу!», «Свобода, равенство, братство», «Свободное общество свободных людей», «Свобода - лучше несвободы». Основной целью употребления прецедентных феноменов, репрезентирующих концепт «свобода» в политическом дискурсе, является формирование общественного мнения - критика российских политиков, представление политических программ накануне выборов, поэтому достаточно часто в этой сфере употребляются прецедентное имя и прецедентное высказывание.

Несомненный интерес представляют прецедентные феномены, репрезентирующие концепт «свобода» в президентском дискурсе. Например, ныне действующий президент Д. Медведев во время предвыборной кампании активно употреб-

лял в своей речи лозунг «Свобода - лучше несвободы», ставший прецедентным феноменом. Ср.: «Дмитрий Медведев, первый вице-премьер: «Свобода - лучше несвободы» Россия без демократии никогда не станет процветающей страной» (Известия. Ру, 29. 01. 2007). Премьер-министр В. Путин во времена своего президенства в очередном послании провозгласил «Свободное общество свободных людей»; эта формула стала не только прецедентным феноменом, но и заняла свое место в словарном фонде современных цитат [4, с. 396].

Прецедентные феномены в данной сфере могут выполнять функцию пиар-продвижения - создания имиджа политиков, общественных деятелей, партий. Ср.: «Послание, с которым пойдет на президентские выборы «кандидат №1» Дмитрий Медведев, теперь вполне очевидно. В том, какой из общественных запросов главный, первый вице-премьер четко солидаризуется с Владимиром Путиным: социальный, «повышение качества жизни людей». «Новый социальный курс - это, таким образом, курс Путина - Медведева». Рузвельт говорил: «Подлинная свобода отдельной личности невозможна без экономической безопасности и независимости. Нужда и свобода несовместимы». Как и Америка в начале 30-х, Россия начала 90-х стояла у опасной черты - и прежде всего разбалансирована была ее социальная система. За годы президентства Путина эта черта осталась далеко позади» (Известия. Ру, 21. 01. 2008). В приведенном примере совершенно очевидно происходит манипулирование, которое складывается за счет авторитетности прецедентных имен (Путин, Рузвельт), сравнения прецедентных ситуаций (Америка 30-х и Россия 90-х), включения прецедентного высказывания, включающего в себя такие культурно-значимые концепты, как «свобода», «независимость» (Рузвельт говорил: «Подлинная свобода отдельной личности невозможна без экономической безопасности и независимости. Нужда и свобода несовместимы»). Манипулирование усилено наличием в тексте таких экспрессем, как «кандидат №1», «курс Путина-Медведева», подчеркивающих идею преемственности нового кандидата.

Механизм языковой игры в отношении концепта «свобода» в медиадискурсе строится на основе того, что концепт «свобода», как и любой другой значимый культурный концепт, в сознании носителей языка окружен особой «ассоциативной аурой», которую целесообразнее всего представить в виде семантических сетей, образующих ассоциативный фрейм. Узлы семантиче-

ских сетей в конкретном когнитивном контексте будут заключать определенный набор концептов, ассоциированных с понятием «свобода» в обыденном сознании носителей языка. Любые трансформации ПФ с компонентом «свобода», помещение его в новый когнитивный контекст (ситуацию) влекут за собой разрушение старых и образование новых семантических сетей вокруг концепта «свобода», создавая его варианты. Этот процесс бесконечен, такая языковая игра актуализирует в сознании реципиента апелляцию к фреймам, определенным квантам статичных знаний, и к необходимости установления тех или иных видов логических отношений.

Отметим, что для современных российских СМИ в целом характерна большая распространенность и вариативность видов трансформации прецедентных феноменов, в том числе и ПФ, актуализирующих концепт «свобода». Как справедливо полагают исследователи, благодаря различного рода трансформациям прецедентных феноменов, автор имеет возможность быстро привлечь внимание аудитории к форме речи, предельно кратко изложить свое видение той или иной ситуации [11, с. 76].

Трансформации ПФ, вербализующих концепт «свобода» в медиадискурсе, осуществляются чаще всего на основе замены или добавления новых компонентов - трансформантов, несущих в себе новую информацию и обладающих повышенной экспрессией. Кроме того, возникновение бесчисленного количества вариантов уже существующей когнитивной (языковой) структуры может быть предопределено контекстом (ситуацией).

Рассмотрим, например, трансформации, которые может претерпевать в современном медиа-дискурсе известный прецедентный феномен «Это сладкое слово свобода», и проанализируем фрейм-структуру некоторых из выявленных нами вариантов данного ПФ. Рассматриваемый (не-трансформированный) ПФ имеет сферу-источник прецедентности «кино», и его концепт-фрейм включает: 1) смежные концепты - «наслаждение», «вкус», «удовольствие», «мечта»; 2) обозначение ситуации реализации свободы -«стремление к свободе», «удовольствие от ощущения свободы»; 3) семантический признак -«продолжительная положительная эмоция».

Помещенный в новый смыслообразующий контекст, данный ПФ может переходить в какую-либо другую сферу, например, в сферу «криминал»: ЭТО СЛАДКОЕ СЛОВО СВОБОДА. Задержан первый из четверых сбежавших рецидивистов (Известия, 22. 08. 2001). Концепт-

фрейм этого варианта ПФ содержит: 1) смежные концепты - «риск», «побег», «тюрьма»; 2) обозначение ситуации реализации свободы -«побег из мест лишения свободы»; 3) семантический признак - «интенсивная эмоция».

Введение в высказывание нового компонента (трансформанта) ведёт к образованию новой языковой структуры, например: Это страшное слово - свобода. Утвержден перечень болезней, по которым могут освободить от наказания (Российская газета, 13. 02. 2004). Меняется, соответственно, и фрейм-структура ПФ. Концепт-фрейм данного варианта трансформированного ПФ включает: 1) смежные концепты - «страх», «болезнь», «тюрьма», «освобождение»; 2) обозначение ситуации реализации свободы - «ощущение страха, обретение свободы ценой здоровья»; 3) семантический признак - «продолжительная отрицательная эмоция».

Приведем еще один вариант рассматриваемого нами прецедентного феномена. Ср.: ЭТО ХОДКОЕ СЛОВО - СВОБОДА. Вслед за общением Владимира Путина с тысячной ратью журналистов в тот же день его коллега Джордж Буш раскрыл стратегические замыслы своей администрации в ежегодном послании «О положении нации» (Труд, 02. 02. 2006). Поскольку данный вариант трансформированного ПФ принадлежит к сфере «политика», его концепт-фрейм содержит: 1) смежные концепты - «популярность», «президент», «Россия», «Америка», «соперничество»; 2) обозначение ситуации реализации свободы - «общение президента с прессой»; 3) семантический признак - «популярное среди политиков слово».

Как показал анализ фактического материала, можно выделить две основные группы трансформированных ПФ, репрезентирующих концепт «свобода» в медиадискурсе. Первая группа включает ПФ, в которых концепт «свобода» генетически связан с прецедентным текстом или прецедентным высказыванием. При этом в его состав вводятся различного рода трансформанты, ср.: Это страшное слово - свобода (Российская газета, 13. 02. 2004). Ко второй группе, не столь многочисленной, но не менее значимой для определения специфики функционирования концепта «свобода» в медиадискурсе, относятся ПФ, в которых концепт «свобода» сам выступает в роли трансформанта, приобретая тем самым типичные фрейм-структуры для своей реализации, ср.: О нашей свободе замолвите слово (Тюменские известия, 21. 08. 2007).

Итак, проведенное исследование позволило установить, что концепт «свобода» в медиадис-

курсе часто представлен как объект языковой игры, основная цель которой - создание новой когнитивной структуры, репрезентируемой ненормативным соотношением конвенциональных знаков.

Исследование также позволило установить, что одним из характерных и продуктивных способов вербализации концепта «свобода» в медиадискурсе являются прецедентные феномены. В современных российских газетах употребляется определенный набор ПФ с компонентом «свобода», известных всем носителям русского линг-вокультурного сообщества. Наиболее частотные сферы-источники прецедентности ПФ, актуализирующих концепт «свобода», - «литература», «политика», «криминал», «кино».

Фреймовый анализ прецедентных феноменов, репрезентирующих концепт «свобода», позволил выявить особенности функционирования данного концепта в медиадискурсе, выделить прагматические характеристики концепта (типичные ситуации его реализации), семантические признаки концепта, а также смежные, ассоциированные с ним концепты, которые формируют стереотипное представление о концепте «свобода» в рамках русского лингвокультурного сообщества.

Библиографический список

1. Арутюнова, Н. Д. Воля и свобода [Текст] / Н. Д. Арутюнова // Логический анализ языка. Космос и хаос: Концептуальные поля порядка и беспорядка. -М. : Индрик, 2003. - С. 73-99.

2. Бабушкин, А. П. Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка [Текст] / А. П. Бабушкин. - Воронеж : Изд-во Воронежского государственного ун-та, 1996.

3. Вежбицкая, А. Понимание культур через посредство ключевых слов [Текст] / А. Вежбицкая. - М. : Языки славянской культуры, 2001.

4. Душенко, К. В. Словарь современных цитат [Текст] / К. В. Душенко. - М. : Изд-во Эксмо, 2005.

5. Журавлева, О. В. Когнитивные модели языковой игры (на материале заголовков русских и английских публицистических изданий) [Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук / О. В. Журавлева. - Барнаул, 2002.

6. Кошелев, А. Д. К эксплицитному описанию концепта свобода [Текст] / А. Д. Кошелев // Логический анализ языка. Культурные концепты. - М. : Наука, 1991. - С. 61-64.

7. Колшанский, Г. В. Объективная картина мира в познании и языке [Текст] / Г. В. Колшанский. - М. : Наука, 1990.

8. Красных, В. В. «Свой» среди «чужих»: миф или реальность [Текст] / В. В. Красных. - М. : Гнозис,

2003.

9. Кубрякова, Е. С. Язык и знание [Текст] / Е. С. Кубрякова. - М. : Языки славянской культуры,

2004.

ю. Лисицын, А. Г. Анализ концепта свобода -воля - вольность в русском языке [Текст] : дис. ... канд. филол. наук / А. Г. Лисицын. - М., 1995.

и. Немец, Г. П. Прецедентный текст и языковая игра как аспекты современной речевой практики (на примере публицистического дискурса) [Текст] / Г. П. Немец, Н. Н. Скрипникова // Акценты. Новое в массовой коммуникации. Вып. 7-8 (42-43). - Воронеж : Изд-во ВГУ, 2003. - С. 75-77.

12. Солохина, А. С. Концепт «свобода» в английской и русской лингвокультурах [Текст] : дис. .канд. филол. наук / А. С. Солохина. - Волгоград, 2005.

13. Урысон, Е. В. Еще раз о СВОБОДЕ и ВОЛЕ [Текст] / Е. В. Урысон // Сокровенные смыслы: Слово. Текст. Культура. - М. : Языки славянской культуры, 2004. - С. 694-703.