Языковая представленность суперконцепта «Жизнь» в русской культуре: деривационный аспект

№ 5 (43), 2011 "Культурная жизнь Юга России"

Лингвистика

В. В. ОПРЫШКО

ЯЗЫКОВАЯ ПРЕДСТАВЛЕННОСТЬ СУПЕРКОНЦЕПТА «ЖИЗНЬ» В РУССКОЙ КУЛЬТУРЕ: ДЕРИВАЦИОННЫЙ АСПЕКТ

В статье исследуются деривационные параметры формирования суперконцепта «Жизнь»; рассматривается взаимосвязь русской культуры, языка, ментальности.

Ключевые слова: культурное пространство, русская языковая картина мира, репрезентация, концепт, суперконцепт, деривация.

Культура и язык существуют в диалоге между собой, культура влияет на язык, а язык, в свою очередь, - на культуру. Именно в языковых формах зафиксирована совокупность представлений, верований, обычаев, традиций и привычек, которые входят в состав духовной культуры того или иного общества. Язык есть форма социальной памяти, в нем концентрируются нормы и предписания, следование которым обеспечивает функционирование социума. Хранителем этнокультурных констант (концептов), по Ю. С. Степанову, выступает коллективное сознание. Концепт «не непосредственно возникает из значения слова, а является результатом столкновения словарного значения слов с личным и народным опытом человека» [1], он равен сумме лексического значения, ассоциаций и опыта языковой личности.

Фразеологические единицы (ФЕ), характеризующие феномен жизни с разных сторон, являются отражением ментальных структур - мировосприятия русского народа, его концептуальных представлений о понятии «жизнь». Есть все основания полагать, что носителями универсальных общенародных составляющих суперконцепта «Жизнь» в русской языковой картине мира (РЯКМ) выступают пословицы и поговорки как обобщение социально-исторического, морально-нравственного и культурного опыта: «Жизнь прожить - не поле перейти»; «Неделя середой крепка, а жизнь - половиной»; «В доброй жизни сами кудри вьются, в худой - секутся».

Лаконичная форма этого жанра устного народного творчества предполагает предельную концентрированность информации. В этом плане пословицы и поговорки близки мини-концептам.

Изучение пословиц и поговорок с опорным компонентом-лексемой «жизнь» позволило определить ее характерные черты, зафиксированные в народном сознании: сложность жизни, наличие трудностей, скорбей, болезней. По данным языкового материала, основу жизни в РЯКМ составляют труд, терпение, любовь, семья. В целом из анализа фразеологии и паремиологии следует, что в обыденном сознании «жизнь» определяется как очень сложное, противоречивое явление, постигнуть которое до конца невозможно. Суперконцепт «Жизнь», представляющий собой «вербально-деривационное единство, содержанием которого выступает вся совокупность имеющихся в языке смыслов, которые так или иначе связаны со всеми

однокоренными словами той или иной лексемы, являющейся именем концепта» [2], по нашим наблюдениям, формируется совокупностью ФЕ со словом «жизнь» и всех его однокорневых лексем, различных по своей деривационной и семантической структуре.

Исследование показало, что самыми продуктивными способами деривации в сфере лексем с корнем -жи(зн)- выступают:

- суффиксальный, с помощью которого образованы дериваты: жизненный, жизненно, жизненность, жизнедеятельность, жизнелюбие, жизнелюбец, жизнерадостность, жизнеспособность, жизнестойкость, жизнеустойчивость и др.;

- приставочно-суффиксальный: безжизненный, пожизненный, прижизненный, обезжиз-нить;

- сложение: жизнедеятельный, жизнеобеспечение, жизнеописание, жизнеощущение, жизнепонимание, жизнестроительство, жизнетвор-чество, жизнеутверждающий;

- сложение с суффиксацией: жизнерадостный, жизнестроительный, жизнетворный и др.

Репрезентация суперконцепта «Жизнь» в русской культуре осуществляется с учетом четырех точек зрения на природу этого явления.

Первый подход представлен в исследованиях различных определений понятия «жизнь» в биолого-генетической (естественнонаучной) парадигме, результаты которых можно свести к следующему: жизнь - это «совокупность явлений, происходящих в организмах; одна из форм движения материи, возникшая в результате длительного развития природы» [3].

Вторая точка зрения связана с временным модусом бытия (философия и естественные науки). При этом в понятийно-терминологическом пространстве естественнонаучного субконтинуума актуальны соответствующие лингвоконцепту-альное членение и детализация: фаза, мультифа-за, интерфаза, профаза, прометафаза, метафаза, анафаза, телофаза «шесть последовательных стадий, которые проходит клетка в жизненном цикле»; стадия, этап, период; продолжительность, длительность, долговечность (например: «Долговечность жизни - важное качество энтомофа-га») [4].

Сема 'проявление физических и духовных сил' характеризует жизнь в историко-культурном плане и является третьей точкой концептуализации,

60 "Культурная жизнь Юга России"

№ 5 (43), 2011

«означает наличие на протяжении всей мировой истории и действие идей, идейное содержание мыслей и поступков» [5].

Жизнь в биографическом смысле - это четвертая исходная точка концептуализации феномена. «Жизнь одного человека есть все его телесно-душевно-духовное становление, поведение и судьба в мире, от рождения до смерти» [6].

Толковые и энциклопедические словари выделяют восемь главных лексем-идентификаторов понятия «жизнь»: 'материя', 'физиологическое состояние, 'проявление физических и духовных сил', 'период существования', 'образ существования', 'деятельность общества', 'бытие', 'оживление'. Например, в «Словаре русского языка» под редакцией А. П. Евгеньевой отмечается: «Жизнь -особая форма движения материи, возникающая на определенном этапе ее развития» [7].

Наиболее полное раскрытие объема понятия «жизнь» в научном плане предполагает классификацию и исследование множества форм жизни микроорганизмов (бактерии, вирусы, сине-зеленые водоросли, простейшие), растений (цветковые, класс однодольные, класс двудольные и др.), животных (беспозвоночные, позвоночные) и т. д. Каждый из этих видов в свою очередь подразделяется в процессе познания на группы, подгруппы и т. д. - перманентный логико-гносеологический процесс деления рассматриваемого нами понятия отражает бесконечность саморазвития, проявлений, форм, эволюции и бытия [8].

Более распространенными и полными являются дефиниции в различных отраслевых словарях, где делается акцент на расширение знаний об этом понятии. Словарные статьи, обычно достаточно объемные, содержат не только краткую характеристику жизни как формы материи и физиологического процесса, но и имеют в виду ее философское, историческое, этическое осмысление. Так, «Философский энциклопедический словарь», помимо значений 'форма материи' и способ существования', фиксирует семы 'созерцающее мир мышление', 'переживания человека', 'судьба вообще'. «Здесь ставятся вопросы о смысле, ценности и цели жизни, и ответы на них даются с точки зрения основных существующих мировоззренческих предпосылок» [9].

В «Психологическом словаре» В. И. Берлова «жизнь» - многогранное понятие, которое может трактоваться как Бог, реальность, абсолютная истина, русло настоящего, совокупность всех без исключения фрагментов объективной действительности в данный момент хронологического времени; как бесконечное, вневременное движение, изменение, преображение, обновление, становление, накопление, возникновение, рождение, развитие, умирание всего сущего; как история жизнедеятельности любой биологической особи; как история возникновения, существования и исчезновения любого объекта материального мира [10].

«Словарь по этике» характеризует жизнь как систему поведения личности, определяемую ее убеждениями, идейностью, совестью. «Понятие

"образ жизни" обозначает и раскрывает как специфическое содержание самой человеческой жизни, "состояние мира" (К. Маркс) в определенных общественных условиях, так и ее направленность, ценностную ориентацию» [11]. Будучи конкретизацией и определенным срезом более общего понятия «образ жизни», «стиль жизни», оно в большей мере фиксирует, учитывает индивидуальные и психологические особенности поведения, вкусов, предпочтений, интересов, склонностей людей.

Другое понятие - «смысл жизни» - раскрывает «жизнь» с морально-нравственной стороны: «Подлинный смысл жизни, "тайна бытия" заключены в содействии назревшим задачам общественного развития, в созидательном труде и социально-преобразующей деятельности, в ходе которых формируются предпосылки для всестороннего развертывания интеллектуальных, эмоциональных и других способностей самого человека. Лишь такая жизнедеятельность обладает объективной ценностью, смыслом» [12].

Слово «жизнь» как системообразующий и концептуализирующий механизм (элемент), формирующий суперконцепт «Жизнь», очень часто встречается в художественных текстах, в основном в описательных конструкциях типа «Жизнь обитателей Покровского была однообразна» (А. С. Пушкин. «Дубровский»). В этом случае актуализируется сема 'образ существования', и лишь последующий набор характеристик детализирует установившийся порядок повседневного.

Для нас представляют интерес авторские дефиниции понятия «жизнь» как такового. В своих исследованиях мы использовали классификацию вербальных способов определения концепта в художественных текстах, разработанную О. Н. Аль Каттан.

В первую группу нами выделены алгоритм-описание и алгоритм-рассуждение, в которых прослеживается национальная специфика концептов. Эти определения «представляют собой развернутую пружину, на каждом витке которой наблюдается свой уровень, своя ступень» [13]. Для русских писателей обычно характерно использование алгоритма-описания: «Жизнь его проходит так. Обыкновенно он встает утром часов в восемь, одевается и пьет чай. Потом са-дитсяу себя в кабинете читать». (А. Чехов. «Палата № 6»).

Концептуализирующие описания (КО) второй группы выступают как словарные определения, построенные по модели «что есть что; что является чем». Дефиниции этого типа в художественных прозаических и поэтических текстах кратки, не пространны, в них как бы сконцентрирована суть определения: «И знать, что все потеряно, / Что жизнь - проклятый ад! / О, я была уверена, / Что ты придешь назад...» (А. Ахматова); «Встретились и раз, и пять, и восемь, / Подружились, мыслями зажглись, / Но уже трубит разлуку осень, / Что поделать? Жизнь - ведь это жизнь!» (Э. Асадов).

Третья группа, КО (структуры-описания), по Аль Каттан, делится на две подгруппы: описание-

№ 5 (43), 2011 "Культурная жизнь Юга России"

— 61

рассуждение, где концепт раскрывается путем нахождения определенных черт, и описание-сравнение: «Слагаю я веселые стихи / О жизни тленной, тленной и прекрасной...» (А. Ахматова); «И будет жизнь, с ее насущным хлебом, / С забывчивостью дня...» (М. Цветаева); «Жизнь, ты явно рифмуешь с жиром. /Жизнь: держи его! жизнь: нажим...» (М. Цветаева); «Жизнь: ножи, на которых пляшет Любящая... » (М. Цветаева); «Вчера еще - в ногах лежал! / Равнял с Китайскою державою! / Враз обе рученьки разжал, - / Жизнь выпала - копейкой ржавою!» (М. Цветаева); «Когда все превосходно строится / И жизнь пылает, словно стяг, /К чему о счастье беспокоиться?! / Ведь все сбывается и так!» (Э. Асадов).

Следует отметить специфику формирования и функционирования суперконцепта «Жизнь» в художественно-поэтическом дискурсе. Как уникальная языковая личность поэт или писатель ассоциирует понятие с различными феноменами: жизнь - огонь, жизнь - ад; жизнь - это разлука; ничего не стоящая вещь; жизнь - удар ножом в спину и пр. По нашим наблюдениям, суперконцепт «Жизнь» в поэтическом дискурсе соотносится с концептом «Любовь», выступающим его актуализатором.

Авторы, следуя поставленной цели - определить сущностные, важнейшие черты человеческой жизни, - выражают особое отношение к различным жизненным вопросам, высказывают свое субъективное мнение, что дает возможность взглянуть на феномен «жизнь» широко, понять смысл и многоаспектность проявлений, осознать их роль в культурном процессе. Отражение этого в языке свидетельствует о глубокой психо-

логической сложности интерпретации жизни в языковом суперконцепте «Жизнь» как доминантной константе русского языка и великой русской культуры. В современном русском языке данный суперконцепт есть емкое вербально-деривацион-ное единство, репрезентирующее этнокультурные представления о жизни в русской языковой картине мира.

Литература

1. Степанов Ю. С. Константы. Словарь русской культуры. М., 1997. С. 280.

2. Буянова Л. Ю. Понятие, слово, концепт: от простого к сложному // Континуальность и дискретность в языке и речи. Краснодар, 2007. С.49-52.

3. Краткий словарь по философии. М., 1982. С. 42.

4. Словарь-справочник энтомолога. М., 1992.

5. Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 159.

6. Там же.

7. Словарь русского языка: в 4 т. / под ред. А. П. Евгеньевой. М., 1981-1984. Т. 1. С. 484.

8. Буянова Л. Ю. Термин как единица логоса. Краснодар, 2002. С. 50-51.

9. Философский энциклопедический словарь . С. 159.

10. Берлов В. И. Психологический словарь: реалистическое миропонимание. Краснодар, 2001.

11. Словарь по этике / под ред. И. С. Кона. М., 1983. С. 226.

12. Там же.

13. Аль Каттан О. Н. Языковая концептуализация любви: лингвокультурный аспект: дис. . канд. филол. наук. Краснодар, 2003.

v. v. opryshko. language representation of the super concept «life» in Russian culтure: derivation aspect

The article researches derivation parameters of the super concept «Life», examines the relationship of Russian culture, language and mentality.

Key words: cultural space, Russian linguistic picture of the world, representation, concept, concept, super concept, derivation.

О. Ю. ЩИБРЯ

ВЕРБАЛЬНО-МЕНТАЛЬНАЯ СПЕЦИФИКА ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА КАК МОДЕЛИ АВТОРСКОЙ КОГНИЦИИ

Композиционно-речевые формы обеспечивают раскрытие замысла дидактической функции произведения. В статье показано, что когнитивная база автора реализуется в тексте посредством эксплицитных коммуникативных ориентаций.

Ключевые слова: авторская когниция, художественный текст, речевые формы, концепт.

Любое литературное произведение ориентировано на общество в целом и на отдельного читателя. Как средство и продукт реализации коммуникативной задачи оно связано с познанием: фиксирует в языковой форме процесс и результаты приобретения знаний и опыта. Направление

исследований, опирающееся на понятие когниции (Ю. Н. Марчук, Н. И. Жинкин, Г. И. Богин, М. А. Шахнарович, И. П. Севбо, Л. В. Витковская, Л. Г. Бабенко и др.), синтезирует, на наш взгляд, все имеющиеся подходы к феномену художественного текста.