Тотальная адвокатура

Минюст доработал концепцию адвокатской монополии — речь теперь идет об ограничении не только права на судебное представительство, но и в принципе на оказание платных юридических услуг. Заниматься этим, по проекту министерства, с 2023 года смогут только адвокаты. В Федеральной палате адвокатов (ФПА) инициативу ожидаемо поддерживают. Но, по мнению юристов, их переход в адвокатуру не гарантирует клиенту качественной правовой помощи, в целом же такая реформа может привести к уничтожению рынка юруслуг.

Вчера Минюст опубликовал новую версию концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи. Основными целями реформы заявлены: повышение качества юруслуг, совершенствование института адвокатуры и создание системы профессиональной правовой помощи, отвечающей международным стандартам. Ранее с инициативой ограничения права на представление интересов в судах выступали глава комитета Госдумы по госстроительству Павел Крашенинников и Верховный суд РФ, предложившие допускать в суды только юристов. Проект же Минюста, разработанный совместно с ФПА, предполагает еще более узкий фильтр — только адвокатов.

Первый этап реализации — 2018 год, в котором нужно будет подготовить правовые акты, позволяющие адвокатам работать по трудовому договору, дающие возможность участия адвокатских образований в госзакупках и детализирующие налогообложение.

Предполагается, что адвокатская деятельность сохранит непредпринимательский характер, но можно будет создавать и коммерческие формы юрлиц, в том числе ООО и АО.

Второй этап реформы запланирован на 2019 год. Цель — создать временный упрощенный порядок перехода лиц в адвокатуру. Он предполагает тестирование на знание только закона об адвокатской деятельности, будет действовать до 2023 года и применяться для лиц, соответствующих общим требованиям закона об адвокатуре и отвечающих ряду дополнительных критериев (сами критерии пока не называются). Остальным нужно будет сдавать квалификационный экзамен. Для юристов с опытом работы от пяти лет он будет проводиться в упрощенном порядке, вступительные взносы для них предлагается снизить или вовсе отменить.

Проект снимает требование об обязательном пятилетнем стаже в адвокатском образовании после получения статуса, но вводит ответственность за непрохождение курсов повышения квалификации.

Финальный этап Минюст относит на 2020–2022 годы.

К 1 января 2023 года должен быть обеспечен переход в адвокатуру всех лиц, заинтересованных в оказании юруслуг.

С этой даты представительство в судах смогут осуществлять только адвокаты, равно как и оказывать возмездные юридические услуги. Юрфирмы должны будут получить статус адвокатского образования.

Президент ФПА Юрий Пилипенко заявил “Ъ”, что палата одобрительно относится к проекту концепции: «Его подготовка ведется уже шесть лет, это доработанный вариант — более взвешенный и сбалансированный». Он полагает, что ввести исключительное право адвокатов на судебное представительство можно не с 2023 года, а даже на пару лет раньше.

Управляющий партнер адвокатского бюро «Бартолиус» Юлий Тай поддерживает саму идею создания единой профессии: «Если это будет системная реформа, которая одновременно будет улучшать адвокатуру, если будет понятный и прозрачный порядок вхождения в нее, я не вижу в этом ничего плохого». «Однако большой вопрос — как будет проводиться реформа. Она должна предоставить гарантии юристам, которые отвечают всем критериям — они должны беспрепятственно стать частью адвокатской корпорации,— подчеркивает Юлий Тай.— Главное, сохранить независимость адвокатуры, поэтому важно, чтобы контроль над переходом в адвокатуру осуществляло не государство, а само сообщество. Если же юристы и адвокаты в итоге потеряют способность противостоять государству, то лучше никакую реформу не делать».

Юристы отнеслись к проекту Минюста негативно. Руководитель проектов АКГ «МЭФ-Аудит» Александр Овеснов называет такую реформу «катастрофой для юридического рынка»: «По концепции получается, что всех загоняют под одну гребенку, но уровень помощи в коммерческой сфере, востребованной бизнесом, со стороны адвокатов будет низким, а помощь по уголовному праву юристы без опыта тоже не смогут качественно предоставлять, но их могут обязать».

Он поясняет, что юристы не идут в адвокаты не потому, что менее квалифицированы, а «потому что каждый должен заниматься своим делом».

Отметим, что в проекте Минюста запланировано создание адвокатских специализаций.

Гендиректор юридической компании «НП-Эдвайс» Наталья Пантюхина тоже не поддерживает проект: «Новая версия концепции не снимает ни один из ключевых вопросов противников адвокатской монополии. Юристов в России 1,5–2 млн человек. Как они собираются принимать у них всех экзамен и останется ли он платным? Какие взносы будут в адвокатские палаты? Можно ли отказаться быть адвокатом по назначению? Останется ли ограничение по региону, где адвокат может работать?» По ее мнению, «в этом виде реформа ведет к уничтожению рынка юруслуг». «Цель — повышение квалификации представителей в судах и качества юруслуг, но чем вольные юристы отличаются от корпоративных юристов, которым не нужен статус адвоката для хождения в суды?» — недоумевает Наталья Пантюхина. Александр Овеснов добавляет, что юруслуги сейчас могут оказывать и аудиторы, таможенные брокеры и другие специалисты, каждый в своей сфере: «Как быть с ними — им тоже нужно будет переходить в адвокатуру либо отказываться от своей доли рынка?»

Исключения из адвокатской монополии

Проект Минюста оставляет право представлять интересы в судах для сотрудников государственных и муниципальных органов в рамках их полномочий, корпоративных юристов, руководителей в отношении возглавляемых ими организаций, а также родителей (опекунов, попечителей) в отношении их несовершеннолетних детей. Концепция также предлагает сохранить право на оказание юруслуг с ведением дел в судах для участников государственной системы бесплатной юридической помощи и НКО, оказывающих юридическую помощь безвозмездно.