Патологическая соматизированная реакция горя (клинико-патогенетический анализ)

КЛИНИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПСИХИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИИ

© В.В. Собенникова, 2009 Для корреспонденции

УДК 616.89(045) Собенникова Вероника Васильевна - ассистент кафедры

психиатрии, наркологии и психотерапии Иркутского государственного медицинского университета Адрес: 664003, г. Иркутск, ул. Красного восстания, д. 1 Телефон: (3952) 24-33-68

В.В. Собенникова

Патологическая соматизированная реакция горя

ГОУ ВПО «Иркутский государственный медицинский университет Росздрава»

Irkutsk State Medical University

#

Pathological somatized grief response

V.V. Sobennikova

86 patients referred to a psychiatrist by primary care physicians with a clinical diagnosis of somatized reaction occurring after a loss of «significant other» were studied. Three variants of pathological somatized grief response were identified by employing the method of automatic classification (factorial analysis): depressive-somatoform, anxiety-somatoform, dysthymic-conversion. Clinical features of each variant were ascertained. A pathogenetic analysis of somatized grief response based on differentiated evaluation of biological, social environmental and individual-psychological factors was conducted. Key words: grief response, severity of loss, somatoform disorders, depressive somatization

Изучены 86 больных, направленных к психиатру врачами первичной медицинской сети с клиникой соматизированной реакции, возникшей вслед за утратой «значимого другого». Методом автоматической классификации (факторный анализ) выделено 3 варианта патологической соматизированной реакции горя (ПСРГ): депрессивно-сома-тоформный, тревожно-соматоформный, дистимико-конверсионный. Выявлены особенности клиники каждого из вариантов. Проведен патогенетический анализ ПСРГ на основе дифференцированной оценки биологических, социально-средовых и индивидуально-психологических факторов.

Ключевые слова: реакция горя, тяжесть утраты, соматоформные расстройства, депрессивная соматизация

Первые медицинские описания горя и его влияния на здоровье человека, перенесшего тяжелую утрату, относятся к XVII в., когда впервые были сделаны научно обоснованные ссылки на горе как потенциальную причину возникновения не только душевных, но и соматических болезней. Benjamin Rush [12] на основании посмертного патолого-анатомического исследования лиц, потерявших близких, заметил, что некоторые из этих людей умерли вследствие разрыва предсердий и желудочков. Эта находка нашла образное отражение в литературном языке выражением «broken heart» -разбитое сердце человека, утратившего близкого. Современные исследования подтверждают значение переживания утраты, особенно в течение первого года после смерти близких, как фактора повышенной смертности [8], в том числе от сердечно-сосудистых заболеваний [11].

По данным американского центра медицинской статистики [13], лица, перенесшие тяжелую утрату, чаще обращаются за медицинской помощью. Среди пациентов общемедицинского звена широ-

80

#

В.В. Собенникова

ко представлены случаи соматизации, связанной с переживаниями горя, которые расцениваются и безуспешно лечатся, как соматические заболевания. Подчеркивается, что реакция горя может проявляться преимущественно в форме соматических жалоб и у больных с предшествующим анамнезом соматоформных нарушений. Имеются описания больных с ипохондрическим расстройством, у которых на фоне утраты близких отмечалось усиление интенсивности псевдосоматических жалоб [7]. По данным D. Barbier [5], формирование соматоформных расстройств или физических дисфункций в результате осложненной реакции горя наблюдается даже более часто, чем картины меланхолии, мании или обсессивных расстройств.

В среде отечественных исследователей последнего десятилетия отмечается пристальный интерес к изучению структуры тяжелой утраты, обсуждается возможность выделения реакции горя в отдельную диагностическую категорию [3, 4]. Отдавая приоритет исследованию преимущественно аффективных нарушений, развивающихся вслед за тяжелой утратой, авторы подчеркивают и ухудшение соматического функционирования лиц, обнаруживающих реакцию горя. Рядом исследователей [1, 2] реакции горя рассматриваются в рамках концепции посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Так, В.М. Волошин [2] указывает, что смерть близких является второй по частоте (после участия в боевых действиях) причиной возникновения ПТСР (25% случаев). При этом, по мнению автора, значительный удельный вес данного расстройства составляют соматоформные симптомы. В целом в современной литературе подчеркивается связь наличия в анамнезе психологической травмати-зации, ПТСР и количества жалоб соматического характера, предъявляемых больными в первичной сети. Лица, имеющие травматический анамнез, и больные ПТСР чаще наблюдаются в первичном медицинском звене [6]. Отмечен повышенный риск развития не только коморбидных психопатологических, но и соматических расстройств у данного контингента [14]. Например, реакция горя может определить клиническую манифестацию артериальной гипертензии [10]. Данные C.M. Parkes [11] указывают на кардиоваскулярные заболевания как главную причину смертности в течение первых 6 мес после утраты (2/3 всех причин смерти).

Следовательно, инициированные утратой близких реакции сопровождаются широким спектром психопатологических нарушений, которые включают аффективные (тревожные и депрессивные), соматоформные расстройства, симптомы ПТСР, а также увеличивают риск манифестации соматических дисфункций. Несмотря на очевидный интерес в психиатрической литературе последних лет к изучению реакций горя, проблема взаимосвязи тяжелой утраты и возникновения псевдосоматических и

соматических расстройств остается недостаточно освещенной.

Цель исследования - определение клинико-психопатологических особенностей, а также факторов риска формирования патологической реакции горя с преобладанием соматизированных психопатологических расстройств.

Материал и методы

В исследование включались пациенты с патологической соматизированной реакцией горя, (ПСРГ) проходившие стационарное лечение в клинике психиатрии Иркутского государственного медицинского университета в течение 2004-2007 гг. Изучены 86 больных. Все пациенты были направлены к психиатру после обследования и лечения в первичном медицинском звене, куда они обращались в связи с изменением состояния после психогении, связанной со смертью близких. Период наблюдения и лечения психиатром в 61 (70,9%) случае составил более 9 мес, в том числе у 45 (52,3%) пациентов он был более 1 года. Состояние каждого больного удовлетворяло двум или трем синдромальным диагнозам согласно МКБ-10. Поскольку в настоящее время не имеется четких диагностических критериев реакции тяжелой утраты, изученные состояния диагностировались как «Расстройства адаптации (F43.2)», «Аффективные расстройства настроения (F32, F33, F34)», «Посттравматическое стрессовое расстройство (F43.1)». Кроме того, во всех случаях выявлялись признаки соматоформных (F45), конверсионно-диссоциативных (F44.4-F44.7) и психосоматических нарушений, которые в зависимости от выраженности определялись как субсиндромальные или коморбидные. Из исследования исключались случаи с выраженными хроническими соматическими заболеваниями и органической церебральной недостаточностью.

Основным методом исследования был клинический. Для качественного и количественного учета клинических проявлений использовались клинические шкалы (Гамильтона - тревоги и депрессии, Торонтская алекситимическая шкала - TAS) и опросники (оценки влияния травматических событий Горовица, соматизированных расстройств -SOMS, личностной и ситуативной тревожности Спилбергера-Ханина, СМОЛ, ТОРЗ). Статистическая обработка материала осуществлялась с использованием программы Statists for Windows 6,0.

Результаты

Клиника ПСРГ характеризовалась дифференцированным сочетанием аффективных (депрес-

Российский психиатрический журнал № 4, 2009

81

КЛИНИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПСИХИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИИ

#

сивных, тревожных), соматоформных и диссоциативно-конверсионных симптомов, а также явлений посттравматического стресса. В течении ПСРГ выделялось 5 стадий: 1) острейшая стадия - с явлениями аффективно-шокового реагирования и острого горя - до нескольких суток; 2) острая стадия - с преобладанием симптомов острого травматического стресса с аффективными и истероконверсионными нарушениями - до 2 мес; 3) стадия формирования ПСРГ с прогрессирующей соматизацией аффективных (депрессивных, тревожных) расстройств и расширением соматоформных нарушений - до полугода; 4) развернутая стадия - с преобладанием соматоформных в виде соматизированных депрессивных, тревожных либо истероконверсионных расстройств и симптомов ПТСР - до 2 лет; 5) стадия разрешения ПСРГ и формирования (в единичных наблюдениях) постреактивного развития личности продолжительностью до 4 лет.

На основе клинико-статистического (факторного) анализа их семиологии, с учетом клинической динамики, были выделены три клинических варианта патологической соматизированной реакции горя:

1) депрессивно-соматоформный - 37,2%;

2) тревожно-соматоформный - 30,2%;

3) дистимико-конверсионный - 32,6%.

1. Депрессивно-соматоформный вариант характеризовался: в острейшем периоде наличием аффективно-шокового реагирования гипокинетического типа, в динамике - постепенным развитием с длительным наблюдением в общемедицинской сети, на развернутом этапе - выраженностью классических меланхолических симптомов, отражающих «витальный» регистр депрессии и динамической связью соматоформных (в форме вегетативной дисфункции ЖКТ) и депрессивных симптомов (депрессивная соматизация), включением в клиническую картину симптомов травматического стресса.

2. Для тревожно-соматоформного варианта в острейшем периоде была характерна высокая частота паникоподобных состояний при отсутствии аффективно-шоковых форм реагирования, на развернутом этапе - преобладание симптомов соматической тревоги на фоне тревожно-депрессивного аффекта, связь соматоформных (в форме сомато-формной вегетативной дисфункции ССС системы и органов дыхания) симптомов с тревогой (тревожная соматизация), моносимптомность травматического стресса («притупленность» эмоций).

3. Дистимико-конверсионный вариант характеризовался: на острейшем этапе - аффективно-шоковыми реакциями гиперкинетического типа и син-копальноподобными состояниями, в последующем течении - наличием латентного периода с нормативным гореванием и постепенным расширением истероневротической и соматоформной симптома-

тики, в том числе на фоне «годовщинных» реакций, на этапе развернутой реакции - преобладанием хронифицированной дистимии, ассоциированной с конверсионными и соматоформными нарушениями (истероконверсионная соматизация), отсутствием в клинической картине симптомов травматического стресса.

Изучение патогенетических влияний ПСРГ осуществлялось на основе дифференцированной оценки: биологических, социально-средовых и индивидуально-психологических факторов.

Среди пациентов с ПСРГ вне зависимости от клинического варианта доминировали лица женского пола. В группе больных с депрессивно-сома-тоформным вариантом женщины составили 87,5%, мужчины - 12,5%, с тревожно-соматоформным -84,6 и 15,4%, с дистимико-конверсионным - соответственно 92,9 и 7,1%. Средний возраст всей группы пациентов с ПСРГ был приближен к преин-волюционному (45,5±1,6 года), что не исключает влияния возрастного фактора и инволюционных изменений в возникновении патологической сома-тизированной реакции горя у части пациентов. Однако в полной мере данное положение применимо лишь к пациентам первой клинической группы (депрессивно-соматоформный вариант), большинство из которых, вне зависимости от пола, к началу заболевания были старше 35 лет (средний возраст женщин - 47,0±2,4 года, мужчин - 40,5±6,9 года). Манифестация ПСРГ в более раннем возрасте отличала тревожно-соматоформный вариант, данная особенность в большей степени соотносилась с мужским полом (средний возраст манифеста у женщин - 38,1±2,3 года, у мужчин - 21,0±2,5 года). К началу заболевания средний возраст пациентов мужского пола первой и третьей клинических групп, также был моложе, чем у женщин внутри данных групп, но различия не являлись статистически достоверными.

Вне зависимости от клинической группы, пациенты в подавляющем большинстве были городскими жителями, имели образование не ниже среднего, достаточно часто (до одной трети случаев) в их семейной жизни отмечались разводы и повторные браки.

В 22 (25,6%) наблюдениях пациенты с ПСРГ воспитывались в неполных семьях - одной матерью. Но даже при наличии обоих родителей преобладающим было воспитание по типу гипоопеки, с недостаточным вниманием, отсутствием теплых доверительных отношений и интереса родителей к делам детей (24 случая, 27,9%). Реже, напротив, имела место гиперопека, с чрезмерным контролем и запретами (7 наблюдений, 8,1%). Последний вариант воспитания достоверно чаще встречался в анамнезе пациентов с дистимико-конверсион-ным вариантом ПСРГ, по сравнению с депрессивно-соматоформным (р<0,05).

82

#

В.В. Собенникова

Объект утраты и особенности его смерти, в том числе в зависимости от клинического варианта ПСРГ

Характер утраты Варианты патологической соматизированной реакции горя

депрессивно-соматоформный

абс. % абс. % абс. % абс. %

Родителя* 2 6,2 8 30,8 6 21,4 16 18,6

Ребенка 13 40,6 9 34,6 13 46,4 35 40,7

Супруга* 17 53,1 4 15,4 6 21,4 27 31,4

Сиблинга* 0 0,0 5 19,2 3 10,7 8 9,3

Ожидаемая смерть (длительная болезнь) 6 18,7 4 15,4 5 17,9 15 17,4

Внезапная смерть 26 81,3 22 84,6 23 82,1 71 82,6

Внезапная смерть вследствие болезни 12 37,5 10 38,5 12 42,9 34 39,5

Суицид ** 6 18,7 2 7,7 0 0,0 8 9,3

Насильственная смерть 8 25,0 10 38,5 11 39,3 29 33,7

П р и м е ч а н и е. Статистически значимые различия (р<0,05): * - между 1-м и 2-м клиническими вариантами; ** - между 1-м и 3-м клиническими вариантами.

Наследственное отягощение (по данным семейного анамнеза) психопатологическими расстройствами выявлено в 77 (89,5%) случаях. Среди родственников первой степени родства пациентов с ПСРГ преобладали расстройства личности (21 случай, 24,4%) и алкоголизм (40 случаев, 41,9%), с меньшей частотой выявлялись завершенные суициды (6 случаев, 7,0%), аффективные расстройства (4 случая, 4,7%), иная патология (6 наблюдений, 7,0%). Существенных различий между клиническими вариантами в степени отягощенности семейного анамнеза не было, кроме более высокой частоты алкоголизма по мужской линии среди родственников пациентов с тревожно-соматоформным клиническим вариантом, относительно депрессивно-соматоформного (р<0,05).

Ранний анамнез пациентов с ПСРГ более чем в половине наблюдений был нагружен экзогенными вредностями и психопатологическими расстройствами детского возраста. В 8 (9,3%) случаях имелись указания на перинатальную патологию, в 12 (14,0%) - ЗЧМТ в детском возрасте, у 18 (20,9%) человек отмечались симптомы невропатии: наклонность к детской нервности и невротическим реакциям. Имели достаточное распространение такие невротические нарушения, как детская впечатлительность с фиксацией на травмирующих событиях, с нарушениями сна, тревогой (23 случая, 26,7%), стереотипные детские страхи (19 случаев, 22,1%). Несколько реже встречались неврозопо-добные расстройства вследствие церебрально-органической недостаточности - синкопальнопо-добные состояния (6 случаев, 7,0%), головокружения (6 случаев, 7,0%), энурез (5 случаев, 5,7%), сно-говорение/снохождение (3 случая, 3,5%), в одном случае - заикание (1,2%). Кроме того, у 11 (15,6%) пациентов в детском возрасте диагностировались

психосоматические расстройства (наклонность к аллергическим реакциям, астматоидные нарушения дыхания), а в 1/3 случаев (29 пациентов, 33,7%) отмечена плохая успеваемость в школе. Различия в представленности психопатологических нарушений детского возраста в зависимости от клинического варианта наблюдались относительно проявления таких признаков, как детская нервность и наклонность к невротическим реакциям, а также повышенная впечатлительность и невротические страхи, которые достоверно реже (р<0,05) выявлялись в анамнезе пациентов с депрессивно-соматоформным вариантом ПСРГ по сравнению с двумя другими.

По преморбидным личностным особенностям пациенты с ПСРГ чаще обнаруживали акцентуированные черты (69 человек, 80,2%). Из них, согласно DSM-IV, характерные для кластера С (с проявлениями тревоги и страха) - 34 (39,5%), кластера В (театральность, эмоциональность и лабильность) - 27 (31,4%), реже выявлялись черты кластера А (странность и эксцентричность) - 8 (9,3%). Наиболее редко, особенно в клинических группах с депрес-сивно-соматоформным и дистимико-конверсион-ным вариантами (р<0,05), наблюдались гармоничные личности (17 человек, 19,8%). В зависимости от клинического варианта акцентуированные личности с меньшей частотой встречались среди пациентов с тревожно-соматоформным вариантом (р<0,05), особенно кластера В, что определяло значимые различия с дистимико-конверсионным вариантом ПСРГ.

В 30 (34,9%) случаях в анамнезе у больных уже имели место события утраты близких в прошлом. Выраженные проявления реакции горя с большей частотой наблюдались в анамнезе пациентов с дистимико-конверсионным вариантом ПСРГ

Российский психиатрический журнал № 4, 2009

83

КЛИНИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПСИХИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИИ

#

(14 наблюдений, 50,0%), особенно при сравнении с тревожно-соматоформным вариантом (6 случаев, 23,1%), р<0,05. В клинике предшествующих реакций преобладали проявления реактивной субдепрессии (20 случаев, 23,4%), реже доминировали тревожные и диссоциативные расстройства -по 5 случаев (5,8%). Диссоциативные расстройства наблюдались лишь в анамнезе пациентов с дис-тимико-конверсионным вариантом ПСРГ. Реакции с преимущественно тревожными нарушениями также достоверно чаще встречались в анамнезе пациентов с дистимико-конверсионным вариантом по сравнению с депрессивно-соматоформным. Во всех наблюдениях предшествующие реакции горя включали явления соматизации (соматоформ-ные симптомы и соматовегетативные дисфункции), которые определяли лечение на этом этапе в общемедицинской сети. В более выраженной форме данные нарушения выявлялись в анамнезе пациентов с депрессивно-соматоформным и дис-тимико-конверсионным вариантами (более 20% случаев) при сравнении с тревожно-соматоформ-ным вариантом (р<0,1). В единичном наблюдении (в детском возрасте) регистрировались расстройства поведения.

Характер патологического реагирования на смерть близкого может быть опосредован объектом утраты, особенностью его смерти (ожидаемая или внезапная), имеют значение также отношения с умершим, в частности, состояние зависимости (таблица).

Среди изученных состояний чаще объектом утраты был ребенок (35 случаев, 40,7%) либо супруг (27 случаев, 31,4%), реже регистрировалась патологическая реакция на смерть родителя или сиблинга (18,6 и 9,3% соответственно). Реакция на смерть родителя достоверно чаще проявлялась в форме тревожно-соматоформно-го варианта ПСРГ, а на смерть супруга - депрес-сивно-соматоформного. Это коррелировало с различиями в возрасте манифестации ПСРГ между данными группами пациентов. Смерть объекта утраты вследствие суицидальных действий чаще определяла развитие депрессивно-соматоформного варианта ПСРГ и не отмечалась ни в одном наблюдении дистимико-соматофор-много. Взаимоотношения с объектом утраты у половины пациентов (43 человека, 50,0%) были гармоничными, в меньшем числе случаев характеризовались сверхценной привязанностью (12 пациентов, 14,0%) либо реже (6 пациентов, 7,0%) были дисгармоничными. Кроме того, в период, предшествующий несчастью, в 25 случаях (29,1%) наблюдалось охлаждение отношений с умершим, что чаще выявлялось в анамнезе пациентов с дистимико-конверсионным вариантом ПСРГ, с достоверными различиями при сравнении с тре-вожно-соматоформным вариантом.

Полученные данные позволяют заключить, что к развитию патологической соматизированной реакции горя в большей степени предрасположен контингент лиц женского пола, с достаточным образовательным уровнем (среднее и высшее образование) и наличием личностной акцентуации, преимущественно кластеров С и В. Кроме того, в формировании ПСРГ можно отметить предиспонирующую роль пре- и инволюционного возрастного периода. Однако влияние возрастного фактора, исключая случаи с преимущественной заинтересованностью аффективного регистра (депрессивно-соматоформ-ный вариант), в меньшей степени соотносится с мужским полом, поскольку иные клинические варианты ПСРГ (дистимико-конверсионный и тревожно-соматоформный) у мужчин, как правило, формируются в относительно молодом возрасте. При этом правомерно предположить более весомый вклад конституционально-генетического фона и актуальных ситуационных воздействий. Подтверждением этого служат данные о частоте личностной патологии и алкоголизма среди родственников первой степени родства. Алкоголизм по мужской линии наиболее тесно ассоциирован с тревожно-соматоформ-ным вариантом ПСРГ и в меньшей степени -с депрессивно-соматоформным. У пациентов с дистимико-конверсионным и тревожно-сомато-формным вариантами выявлена более высокая частота невротических расстройств в детском возрасте. Наклонность к выраженному психогенному реагированию на смерть близких в период, предшествующий актуальному состоянию, с гомономными личностному типу проявлениями чаще обнаруживалась в анамнезе пациентов с дистимико-конверсионным вариантом. Значение семантики актуальной психогении отчетливо прослеживается в выявленных различиях между группами больных с различными клиническими вариантами ПСРГ. При примерно равном количественном соотношении ребенка как объекта утраты, клинические группы существенно различались числом случаев утраты супруга (большинство пациентов с депрессив-но-соматоформным вариантом), а также родителя и сиблинга, что чаще наблюдалось в группах с тревожно-соматоформным и дистимико-конверсионным вариантами. Также смерть вследствие суицида определяла лишь аффективные варианты ПСРГ, а охлаждение отношений перед смертью близкого в большей степени предопределяло формирование дистимико-кон-версионного варианта ПСРГ. Выявленные особенности клиники ПСРГ и дифференцированное значение патогенетических влияний могут способствовать оптимизации диагностики, терапии и превенции данных состояний.

84

ф

I    ITT

В.В. Собенникова

Литература

1. Андрющенко А.В. Посттравматическое стрессовое расстройство при ситуациях утраты объекта экстраординарной значимости // Психиатрия и психофармакотер. - 2000. -№ 4. - С. 104-109.

2. Баранская И.В. Патологические реакции горя в позднем возрасте (клиника, динамика, психосоциальная реабилитация): Дис. ... канд. мед. наук. - М., 2003.

3. Волошин В.М. Материалы XIII съезда психиатров России. -М., 2000. - С. 100-101.

4. Никишова М.Б. Психогении по типу затяжных реакций тяжелой утраты (типологическая дифференциация, динамика, терапия): Дис. ... канд. мед. наук. - М., 2001.

5. Цубрович А.В. Клинические проявления депрессии утраты и их дифференцированная терапия: Автореф. дис. ... канд. мед. наук. - Томск, 2001.

6. Barbier D. // Presse Med. - 2001. - Vol. 30, N 34. - Р. 1668-1671.

7. Friedman M.J. // J. Clin. Psychiatry. - 1997. - Vol. 58, N 9. - P. 33-36.

8. Jennings L.E., France R.D. // J. Fam. Pract. - 1979. - Vol. 8, N 5. - P. 957-960.

9. KaprioJ,KoskenvuoM.,RitaH.// Am. J. Public Health. - 1987. -Vol. 77, N 3. - P. 283-287.

10. Mammen S. // Nurs. J. India. - 1979. - Vol. 70, N 11. -P. 299-301.

11. Parkes C.M., Benjamin B., Fitzgerald R.G. Broken heart: A statistical study of increased mortality among widowers // Br. Med. J. - 1969. - N 1. - P. 740.

12. Rush B. Medical Inquiries and Observations upon the Diseases of the Mind. - Philadelphia: Grigg and Elliott, 1835.

13. United States National Center for Health Statistics (1976). Differentials in health characteristics by martial status: United States 1971-1972. Vital and health statistics, Series 10, No. 104. - Washington, DC: Government Printing Office.

14. Weisberg R.B., Bruce S.E., Machan J.T. etal. // Psychiatr. Serv. -2002. - Vol. 53. - P. 848-854.

Уважаемые читатели и авторы «Российского психиатрического журнала»!

«Российский психиатрический журнал» входит в Перечень ведущих рецензируемых журналов и изданий Высшей аттестационной комиссии (ВАК) Министерства науки и образования РФ, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени доктора и кандидата наук.

В связи с новыми требованиями ВАК редакция «Российского психиатрического журнала» обращает ваше внимание на то, что при оформлении статьи для публикации в нашем журнале теперь необходимо указывать:

1. Фамилию, имя, отчество каждого автора полностью на русском языке.

2. Фамилию, имя, отчество каждого автора полностью на английском языке.

3. Электронный адрес (e-mail) каждого автора; если такового нет, указывается е-mail учреждения.

3. Полное название научного учреждения, на базе которого было проведено исследование, на русском языке (для каждого автора).

4. Полное название научного учреждения, на базе которого было проведено исследование, на английском языке (для каждого автора).

5. Резюме (аннотацию) на русском и английском языке, ключевые слова на русском и английском языке.

6. Информацию для корреспонденции - одного из авторов, с кем можно вести переписку: фамилия, имя, отчество полностью, рабочий адрес (с индексом), рабочий телефон (с кодом города), мобильный телефон, e-mail (для снятия вопросов по статье). Указание домашнего адреса необходимо в том случае, если вы хотите получить авторский экземпляр журнала.

Статьи без указанных сведений в работу приниматься не будут.

85