Формирование семантической структуры приставки за-

З. И. Годизова

ФОРМИРОВАНИЕ СЕМАНТИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ ПРИСТАВКИ ЗА-

По сравнению с другими приставками (например, раз-, по-, от-, на-, из-) приставка за- в меньшей степени привлекала внимание исследователей, особенно в историческом аспекте. Из исследований на современном материале следует назвать, например, статью А. А. Зализняк1. Высказанные автором идеи представляются ценными, однако в диахроническом аспекте многие из поставленных вопросов или являются неактуальными, или должны решаться по-другому2.

Кроме того, приставка за- (наряду с другими приставками) рассматривалась Л. А. Вараксиным3, а также авторами совместного русско-французского проекта, посвященного русским приставкам4.

Л. А. Вараксин описывает мутационные и модификационные значения приставок в современном русском языке (в том числе и приставки за-).

Е. Р. Добрушина, Е. А. Меллина, Д. Пайар относят приставку за- (вместе с приставками до-, из-, по-, при-, про-, у-) к приставкам-определителям, т. к. они обозначают переосмысление процесса, выраженного основой, и никогда не обозначают события самостоятельно. Событие в приставочных глаголах с приставками-определителями обозначено глагольной основой, но иначе, чем если бы это был бесприставочный глагол, т. к. значение основы изменено приставкой5.

Исследователи единодушны в том, что пространственное значение приставки

за----достаточно сложное. Так, Н. П. Некрасов характеризует его следующим образом:

«Предлог за содержит общий намек на обстоятельство задней стороны... Прежде всего представлением о задней стороне мы соединяем представление всего последующего: задняя сторона есть „вместе с тем и сторона последующая“... Мы видим, что русский язык обозначает или тот предел, ту черту, или, наконец, ту точку, позади которой предмет или действие определяется обстоятельственно»6.

Л. А. Вараксин определяет локальное значение приставки за- как «значение направленности за предмет», отмечая в то же время, что «изучение системы значений глаголов перемещения с приставкой за- и анализ их употребления в текстах художественной литературы приводят к выводу, что за последние 100-150 лет эти производные претерпели существенное изменение семантической структуры, заключающееся в расширении диапазона пространственных отношений, — от указания на направленность движения за предмет до указания на направленность движения вообще куда-либо. Поэтому действие может быть представлено как направленное на верх предмета, и за предмет, и внутрь пространства какого-либо предмета, и под сам предмет. Вследствие этого глагольная приставка за- реализует свое пространственное значение только в сочетании с предлогами, которые следует рассматривать как своеобразную семантическую поддержку, призванную в каждом отдельном случае дифференцировать пространственные отношения, выявить актуализированный момент в семантике образований с этой приставкой»7.

© З. И. Годизова, 2008

Действительно, пространственное значение приставки за- представляется довольно сложным, но вряд ли его можно квалифицировать так широко, как это делает Л. А. Вараксин («указание на направленность движения вообще куда-либо»).

Удачно, на наш взгляд, сформулировано пространственное значение приставки за-А. А. Зализняк: «Пространственная идея приставки ЗА... предполагает движение вверх и потом в сторону от прямой; далее происходит взаимодействие с неким абстрактным объектом: траектория движения идет „за“ него (т. е. как бы „накрывая“ его), может продолжаться „внутрь“ и, дальше, „захватывая его край“»8.

Обзор приставочных образований с глаголами перемещения, сохраняющими в наиболее чистом виде локальные значения приставок, в том числе и в русском языке XI -XVII вв., подтверждает данное определение: например, заходити — двигаясь, отклоняться от основного направления; переходить какую-либо границу, грань, вторгаясь в чужие владения; перен. Отклоняясь от первоначального направления, попадать, углубляться не туда, куда нужно (Сл РЯ XI-XVII), зайти и заити — зайти за что-либо, за пределы чего-либо; зайти внутрь, углубиться в пределы чего-либо; проникнуть, попасть куда-либо; дойти до чего-либо, достичь пределов чего-либо; прийти куда-либо не прямо, а со стороны, в обход (Сл РЯ XI-XVII), заскочити — подскочить, подскакать со стороны; скача на лошади, обогнать кого-либо и отрезать путь (Сл РЯ XI-XVII) и т. д.

Таким образом, в пространственном значении приставки за- наиболее актуальными семами являются «движение вверх», «движение далеко за предмет», а также «движение внутрь предмета, захватывая его край».

Интенсивные значения, выражаемые приставкой за- в современном русском языке, немногочисленны: 1) чрезмерно-продолжительное значение из группы количественноинтенсивных способов действия (обозначается чрезмерная частотность или продолжительность действия, в результате чего объект приобретает отрицательно оцениваемое состояние, например, закусать, заиграть, забаловать, зачитать (до дыр) и т. д.), или иначе: «довести кого-, что-л. до нежелательного состояния (негодности, утомления, исчерпанности) посредством действия, названного мотивирующим глаголом»: заводить «долго водя, довести до утомления.»9; 2) чрезмерно-длительное значение из группы термина-тивно-продолжительных и терминативно-интенсивных способов действия (выражается чрезмерное проявление длительности или интенсивности разового действия исходного глагола, например, засидеться, замечтаться и т. д.)10, иначе: «в течение длительного времени совершая действие, названное мотивирующим глаголом, целиком погрузиться в это действие, увлечься, утомиться»: забегаться (разг.) «устать от длительного бега».11; 3) смягчительное значение из группы количественно-интенсивных способов действия (выражается ослабленная, неполная степень проявления результативного действия, например, запилить, замыть, застирать и т. д.), это значение в «Русской грамматике» определяется следующим образом: «распространить действие, названное мотивирующим глаголом, на часть предмета»12.

Чрезмерно-продолжительное и чрезмерно-длительное значения являются довольно близкими, в значительной степени они различаются формальными показателями (приставка — в первом случае, приставка и постфикс — во втором). Оба восходят к пространственному значению: для приставки за-, которая обозначала «представление о задней стороне», оказалось естественным обозначать чрезмерность действия, произошел перенос значения «действие заходит далеко за некий абстрактный объект» — «действие становится чрезмерным»13.

Глаголы с чрезмерно-продолжительным значением встречаются лишь в старорусском языке (преимущественно ХУІ-ХУП вв.), причем количество их невелико. Это образования от глаголов движения (разнонаправленных, переходных и непереходных), от глаголов воздействия (преимущественно физического) на объект (предельных, переходных): зажечи — замучить, пытая огнем. И того он Первушку запытал розными пытками и огнемъ на кострі связав руки и ноги жегъ и зажегъ ево досмерти. Якут. а., карт. 6, № 10, сст. 44. 1645 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); закусити — загрызть, искусать. Не точию укусити лютится, но и закусити неистовствуетъ. (Сл. мт. Дан. о дерз.). Сб. Друж., 50. ХУІ в. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); заморити — Гладомъ заморить бісьі. Панд. Ант. ХІ в. (Амф.) (Срезн.); заморить, уморить: иже въздержаниемь истаеть тіло свое. гладомъ заморить бісьі. Илар. Посл. ХІ сп. ХІУ, 199 (325) (СДРЯ ХІ-ХІУ), постепенно довести до смерти голодом, лишениями, плохим обращением; замучить. Лутчих людеи на пытках запытал и в темнице голодною смертию заморил. Якут. а., карт. 6, № 10, сст. 24. 1645 г. И инЬхъ въ дальния ссылки заточиша и въ темницахъ замориша, а иныхъ огню предаша. (Чел. Лазаря) Суб. Мат. ІУ, 241. 1668 г. // Изнурить голодом, непосильной работой (о животных). Тогда пущена быс (ть) дивьяя львица гладомь заморена пьрвіе да сність и [Василия]. Пролог (Ф.), 24. ХІІІ в. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); замучити, затомити, запытати (запытывати), забродити — износить (обувь) (Сл РЯ ХІ-ХУІІ), загоняти — утомить, измучить, гоняя (Сл РЯ ХІ-ХУІІ), запздити — заездить, измучить ездой, загнать (Сл РЯ ХІ-ХУІІ), заводити — замучить, водя (Сл РЯ ХІ-ХУІІ). Глагол захвалити зафиксирован не в чрезмерно-продолжительном значении, а в начинательном: начать хвалить. Прочии же плъку того видевшее велику силу его [Якова] и усътрашишася и побегоша. Князь же великый Александр захвали его и подивися силе его. Ж. Ал. Нев. (Бег.), 355. ХУІ в. Ягаило же то слышав. рад быс (ть) велми и захвали другу своему повелику Олгу рязанскому. Пов. Мам. побоище, 6. ХУІ в. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ).

Можно предположить, что чрезмерно-продолжительное значение первоначально появилось у глаголов типа заморити, замучити, (которые зафиксированы в этом значении раньше, чем другие глаголы), в которых представление о чрезмерности действия и, как следствие, отрицательные последствия для субъекта, возникают в результате взаимодействия семантики приставки и основы, происходит сложение семантики приставки («представления о задней стороне») и семантики исходной основы (отрицательное воздействие на объект)14.

Глаголы с приставкой за- в чрезмерно-длительном значении еще менее представлены по сравнению с чрезмерно-продолжительным и встречаются также только в старорусском языке (ХУІ-ХУІІ вв.). Производящей базой послужили непредельные, непереходные глаголы (состояния, бытия, деятельности), встречается один глагол движения (разнонаправленный, непереходный): залежатися (залеживатися) — залежаться, остаться без движения (о деловых бумагах). Та моя грамота. въ Печатной избі залежалась. Столб. Печ. пр., 85. 1613 г.; не получить сбыта, испортиться от долгого лежания (о товарах). Товаръ, государи, мой залежалсе потому, что промежу государи стало розмирье. Ревел. а. І, 180. 1569 г. В Нижней той моей рыбе. притти после иных хозяев судов долгое время спустя, и в даль бы непроданной залежатца, и меня. тем до конца погубить. Хоз. Мор. ІІ, 151. 1650 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); засидетися — засидеться, пробыть долго где-либо. А коли мы, богомольцы твои, за правилом в вечеру утрудимся, до полуночи у пивного ведра засидимся. и тогда мы немножко умедлим. Калязин. чел., 121. ХУІІІ в. ~ ХУІІ в. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); застоятися — простоять где-либо дольше, чем нужно, задержаться, застояться; остаться

без употребления. И имъ де в томъ от нихъ учинилося убытка, что сімена да восмь лошадеи застоялось, пятьдесятъ восмь рублевъ съ полтиною. Гр. К. Э. ІІ. Прил., 841. 1612; пролежать дольше, чем следует, залежаться (о хлебе). А насыпали бъ естя хліб^.. въ Новомъ городкі и въ Альїсті, чтобъ вамъ хліб^.. отвезти весь сполна по росписи. не дожидаясь того хліба, которой застоялся въ Изборскі да Вшборці, а помічень везти въ те городы. ДАИ І, 182. ХУІІ в. ~ 1579 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); зажитися — прожить где-либо слишком долго, дольше, чем следует. А для того зажились Шаховы люди въ Московскомъ государстве, что Астрахань была въ смуте. Посольство Брехова, 319. 1616 г. Буде будутъ челобитчики, и имъ о томъ бити челомъ намъ, великому государю, на Москві и подавать члобитныя в Посольскомъ приказі, для того, чтобъ имъ писцомъ на Устюгі за тЬмъ не зажиться и тЬмъ писцовому делу продолжения, а въ миру кормами своими тягости не учинить. А. Уст. ІІ, 62. 1760 г. ~ 1681 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); зашалитися — слишком далеко зайти в шалостях, преступая границы дозволенного. А что зашалились вы б^ныя. что уже и дімонш бога не боитеся, челов^ъ не стыдитеся: мы де су старовірцш, никому не подданы, чертимъ де, что хочемь, никто не укажеть. Евфр. Отразит. пис., 87. 1691 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ); зарыска-тися — долго рыскать. Намъ должно доказать, чтоб она [собака] была вежлива. Когда она зарыщится. прикажи до техъ поръ ее сечь, чтоб она обіспаметовала. впредъ не будетъ запрометчива. Кн. охот. рег., 37. ХУІІІ в. ~ ХУІІ в. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ). Встречается глагол завороваться, но не в чрезмерно-длительном значении: поднять мятеж, восстать. И у насъ, во многихъ городіх^ отъ великихъ денежныхъ сборовъ учинилась смута великая, и отъ того во многихъ городіхъ мужики заворовались и крестъ ціловали Василью Шуйскому. АИ ІІ, 139. 1608 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ).

Аттенуативное (смягчительное) значение развивается также из пространственного, в данном случае действие, являясь на первом плане, как бы закрывает собой объект, уничтожает его, хотя и неполностью: залечить рану — уничтожить лечением; замыть пятно — уничтожить мытьем, застирать — уничтожить стиркой и т. д.

В русском языке ХІ-ХУІІ вв. смягчительное значение с приставкой за- практически не представлено, в Сл РЯ ХІ-ХУІІ имеется единственный глагол залпчити с указанной семантикой: залечить. Годна та трава и водка: будетъ какой челов^ъ бываетъ раненъ и битъ тяжелыми побои, и бываютъ отъ тЬхъ побой на тілі раны, и будетъ тЬхъ ранъ залечить мочно. ДАИ УІ, 362. 1674 г. (Сл РЯ ХІ-ХУІІ).

Таким образом, интенсивные значения приставки за- (чрезмерно-продолжительное и чрезмерно-длительное) начинают развиваться в старорусский период и восходят к пространственному значению: выражая «представление о задней стороне», движение за какой-то объект, приставка за- естественным образом стала обозначать чрезмерность действия, произошел перенос значения «действие заходит далеко за некий абстрактный объект» — «действие становится чрезмерным». Очевидно, чрезмерно-продолжительное значение первоначально появилось у глаголов типа заморити, замучити, в которых представление о чрезмерности действия и, как следствие, отрицательные последствия действия для субъекта возникают в результате взаимодействия семантики приставки и основы, происходит сложение семантики приставки («представление о задней стороне») и семантики исходной основы (отрицательное воздействие на объект).

Чрезмерно-длительный способ действия принадлежит к группе префиксально-постфиксальных способов действия. Будучи близок по значению чрезмерно-продолжительному способу действия, он отличается от него производящей базой: если базовыми глаголами чрезмерно-продолжительного способа действия являются в основном глаголы

предельные, переходные, то для чрезмерно-длительного способа действия в качестве производящих глаголов выступают глаголы непредельные, непереходные. Очевидно, чрезмерно-длительное значение приставки за- более позднего происхождения, чем, например, усилительно-интенсивное значение приставки раз — или сативное значение приставки на-, т. к. глаголы с этим значением встречаются только в XVI-XVII вв., они нерегулярны и образованы именно приставочно-постфиксальным способом, который в старорусском языке является уже сформированным.

Приставочные образования с аттенуативным значением в этот период практически отсутствуют.

Принятые сокращения

Сл РЯ XI -XVII — Словарь русского языка XI-XVII вв. М., 1975-2006.

Срезн. — Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам: В 3 т. М., 2003.

СДРЯ XI -XIV — Словарь древнерусского языка (XI-XIV вв.): В 10 т. М., 1988-2000.

1 Зализняк А. А. Опыт моделирования семантики приставочных глаголов в русском языке // Russian linguistics. 1995. Vol. 19. P. 143.

2 Ср., например, мнение П. С. Сигалова о том, что с синхронической точки зрения образование новых глаголов происходит по аналогии с существующими словами, данная приставка присоединяется к глаголам определенного значения, потому что она наделена определенной семантикой; с диахронической же точки зрения семантическая эволюция приставки обусловлена взаимодействием приставки и глагола, и исходным моментом такого семантического изменения приставки является использование приставочного глагола в переносном значении (Сигалов П. С. Задачи и возможности сопоставительного и сравнительно-исторического изучения способов действия славянского глагола // Вопросы сопоставительной аспектологии. Л., 1978. С. 34), или высказывание М. В. Черепанова: «Система глагольных префиксальных средств заметно обогащается за счет формирования множества новых префиксальных значений, возникающих в процессе эволюции словообразовательных типов на базе сочетаемости префиксов с новыми пластами глагольной лексики» (Черепанов М. В. Эволюция и структурные свойства префиксов // Предложение и слово: парадигматический, текстовый и коммуникативный аспекты. Саратов, 2000. С. 141).

3 Вараксин Л. А. Семантический аспект русской глагольной префиксации. Екатеринбург, 1996.

4 Добрушина Е. Р., Меллина Е. А., Пайар Д. Русские приставки: Многозначность и семантическое единство. М., 2001.

5 Между тем приставки-события (вы-, в-, на-, над-, от-, пере-, под-) с точки зрения авторов проекта способны соотносить в качестве релятора два объекта и тем самым самостоятельно задавать событие, описываемое приставочным глаголом, оставляя на долю основы только описание действия как способа совершения этого события (Добрушина Е. Р., Меллина Е. А., Пайар Д. Указ. соч. С. 29-31).

6 Некрасов Н. П. О значении форм русского глагола. М., 1865. С. 200.

7 Вараксин Л. А. Указ. соч. С. 56-57.

8 Зализняк А. А. Указ. соч. С. 56.

9 Русская грамматика. М., 2005. С. 359.

10 М. А. Шелякин определяет маркеры, указывающие на чрезмерно-длительное значение: «Все чрезмерно-длительные глаголы допускают употребление с двумя типами показателей продолжительности и интенсивности действия: с наречиями „чересчур“, „слишком", „очень“, „совсем“ и с адвербиально-количественными сочетаниями типа „до обморока“, „до того, что....“, „так, что...“» (Шелякин М. А. Терминативно-продолжительные и терминативно-интен-сивные способы действия в современном русском языке // Уч. зап. Тартуского ун-та. 1979. № 482. С. 70). При этом он отмечает, что указанные показатели объединяются признаком обозначения крайней степени продолжительности

или интенсивности разового действия, не маркируя самого прекращения действия и подчеркивая непроизвольность развития действия вследствие полной поглощенности им субъекта.

11 Русская грамматика. С. 385.

12 Там же. С. 360.

13 Н. П. Некрасов причину появления значения чрезмерности у приставки за- определяет следующим образом: «Если начало лежит по сю сторону предела, а конец по ту сторону, то предлог за сам по себе собственно не отличает ни той, ни другой стороны, а выражает лишь общий типический намек на обстоятельства того, что может быть позади и после; так, напр.: в глаголах с самостоятельным значением, каковы заговориться, зачитаться, задуматься и др. Здесь предлогом за выражается такое действие, которое стоит на первом плане, а лицо позади его; я заговорился — здесь действие заслонило собою мою личность, я забыл о себе и предался вполне известному действию» (Некрасов Н. П. Указ. соч. С. 205).

14 Ср.: «Префикс, соединяясь с производящей основой, взаимодействует с тем или иным семантическим признаком в смысловой структуре производящего, маркируя его и выполняя тем самым модуляционно-маркирующую функцию» (Горбань О. А. Функционально-семантическая обусловленность сочетаемости морфем в процессе префиксации древнерусского глагола: Автореф. докт. дисс. Волгоград, 2004. С. 30).