О содержании института уголовного преследования

шений. Думается, кощунственно процессуальной целесообразностью оправдывать постановку под угрозу самого дорогого, что есть у человека — его жизни и здоровья. Поэтому мы бы рекомендовали отказаться от проведения любых следственных действий, производство которых сопряжено с опасностью для жизни и (или) здоровья человека. Надеемся, на данное обстоятельство обратит свой взор законодатель и внесет соответствующие изменения как в ч. 4 ст. 164 УПК РФ, так и в некоторые другие статьи закона.

Р. В. Мазюк

О СОДЕРЖАНИИ ИНСТИТУТА УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

Включение в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации категории «уголовное преследование» создало предпосылки для оформления в российском уголовно-процессуальном праве нового правового института, регламентирующего порядок изобличительной деятельности, осуществляемой стороной обвинения в отношении подозреваемого, обвиняемого, что предоставило процессуалистам повод начать активно использовать понятие «институт уголовного преследования»1. Однако еще Л. И. Дембо указывал на то, что в лите-

1 Еникеев, З. Д. Уголовное преследование / З. Д. Еникеев. - Уфа: Изд-во Башкирского гос. ун-та, 2000. - С. 5; Мартынчик, Е. Г. УПК Российской Федерации: достижения и нереализованные возможности / Е. Г. Мартынчик // Российский судья. - 2002. - № 4. - С. 3-6; Петрова, Н. Наделить потерпевшего правом уголовного преследования / Н. Петрова // Российская юстиция. - 2002. - № 12. -С. 55; Ворончихин, М. А. Субъекты уголовного преследования (понятие, виды, правовая культура): Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 / М. А. Ворончихин. -Ижевск: Удмуртский гос. ун-тет, 2002. - С. 6; Картохина, О. А. Начало и прекращение уголовного преследования следователями органов внутренних дел: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 / О. А. Картохина. - СПб.: Санкт-Петербургский ун-т МВД, 2003. - С. 3-4; Деришев, Ю. В. Досудебное уголовное преследование по УПК РФ / Ю. В. Деришев // Государство и право. -2004. - № 12. - С. 45; Шишкина, Е. В. Институт уголовного преследования в российском уголовном судопроизводстве / Е. В. Шишкина, С. Г. Бандурин, Н. А. Громов // Право и политика. - 2004. - № 12. - С. 89; Королев, Г. Н. Прокурорское уголовное преследование в российском уголовном процессе / Г. Н. Королев. - М.: Юрлитинформ, 2006. - С. 6.

ратуре «принято злоупотреблять этим термином, применять его очень широко, к любому правовому явлению, не вкладывая в этот термин по существу какого-либо конкретного содержания»1.

В настоящее время институт уголовного преследования на теоретическом уровне только формируется. Отдельным отраслям права, а также системе права в целом свойственен «процесс постепенного накопления нормативного материала и распределения его по структурным блокам - институтам»2. Думается, что аналогичный процесс в уголовно-процессуальном праве должен привести к образованию полноценного института уголовного преследования, представляющего собой совокупность относительно самостоятельных правовых норм, регулирующих процессуальные отношения между субъектами стороны обвинения и подозреваемым, обвиняемым.

Анализ положений УПК РФ позволяет выявить ряд проблем, связанных с признанием самостоятельности уголовного преследования как правового института. Уголовное преследование, являясь процессуальной деятельностью, включает возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица, применение мер процессуального принуждения, проведение следственных действий и другие процессуальные действия, которые сами по себе всегда рассматривались в качестве самостоятельных институтов уголовно-процессуального права. В связи с этим, институт уголовного преследования следовало бы признать дублирующим по отношению к уже существующим (институт возбуждения уголовного дела, институт мер пресечения, институт обвинения и т.п.). В этом заключается проблема юридико-технического оформления института уголовного преследования в УПК РФ.

В литературе указывается, что «все институты права подразделяются на простые и сложные (включающие в свой состав другие ин-ституты)»3. Кроме того, в теории государства и права выделяются так называемые «общие правовые институты», которые регулируют не

1 Дембо, Л. И. О принципах построения системы права / Л. И. Дембо // Советское государство и право. - 1956. - № 8. - С. 93.

2 Теория государства и права / Под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова. -М.: НОРМА - ИНФРА-М, 1999. - С. 321.

Теория государства и права: Учебник для вузов / Под ред. М. М. Рассолова,

B. О. Лучина, Б. С. Эбзеева. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2000. -

C. 257.

какой-то самостоятельный вид общественных отношений, а «отдельные стороны» отношений в рамках существующих правовых институтов, в которых «нет какого-то особого предмета правового воздействия», но имеются «общие моменты»1. Таким образом, специфика правового института уголовного преследования заключается в нестандартной форме его юридико-технического закрепления в УПК РФ. Институт уголовного преследования является сложным, комплексным, общим институтом российского уголовного судопроизводства, который включает в свою структуру иные процессуальные институты, регулирующие отдельные аспекты процессуальной деятельности стороны обвинения в процессе изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Правовые институты, входящие в структуру общего института уголовного преследования, составляют его содержание. Рассмотрение непосредственно содержания уголовного преследования как института права первым предпринял З. Д. Еникеев. К таким институтам автор отнес: «институт разъяснения понятий уголовного преследования и его элементов, институты принципов и субъектов уголовного преследования, институт возбуждения уголовного преследования, институт подозрения и обвинения, институты подследственности и общих условий уголовного преследования, институт отказа в уголовном преследовании, институты приостановления, окончания уголовного преследования и возмещения ущерба, причиненного преступлением, институты мер процессуального принуждения, доказывания, предупре-

" 2

ждения и пресечения преступлений»2.

Представляется спорным мнение З. Д. Еникеева о том, что все перечисленные процессуальные институты «обслуживают только сферу уголовного преследования»3. Так, возникает вопрос, какие именно из процессуальных понятий следует считать «понятиями уголовного преследования», которые не имели бы общепроцессуального значения? Что касается «института принципов уголовного преследования», то они выработаны автором самостоятельно и не предусмотрены УПК РФ, поэтому не могут образовывать «совокупность право-

1 Якушев, В. С. О понятии правового института / В. С. Якушев // Известия вузов. Правоведение. - 1970. - № 6. - С. 63.

2 Еникеев, З. Д. Механизм уголовного преследования / З. Д. Еникеев. - Уфа: Изд-во Башкирского гос. ун-та, 2002. - С. 29.

3 Там же. - С. 29.

вых норм», а должны рассматриваться только как теоретические рекомендации (вплоть до их законодательного закрепления). «Институт подследственности» не может рассматриваться как элемент уголовного преследования, так как подследственность обычно определяется еще до возбуждения уголовного дела (а значит, до начала уголовного преследования). «Институт мер процессуального принуждения» также выходит за рамки исключительно уголовного преследования как процессуальных отношений между стороной обвинения и подозреваемым, обвиняемым, так как данные меры могут применяться и в отношении иных участников уголовного судопроизводства. Наконец, «институт доказательств» имеет связь с уголовным преследованием только в той части, в какой собранные по делу доказательства устанавливают виновность лица в совершении преступления, форму его вины и мотивы (п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ).

Другие авторы пишут о содержании уголовного преследования как процессуальной деятельности. Однако, учитывая, что такая деятельность сама по себе регулируется отдельными, как правило, одноименными, правовыми институтами, представляется возможным рассматривать ее именно как содержание института уголовного преследования.

Так, З. З. Зинатуллин указывает, что «по своему содержанию уголовным преследованием охватывается весь возможный комплекс действий и отношений, связанных с задержанием лица по подозрению в совершении преступления, применением мер уголовно-процессуального пресечения, производством комплекса действий, связанных с собиранием, исследованием и оценкой средств доказывания (доказательств, их источников и способов получения и использования доказательств), направленных на его изобличение, обоснование уголовной ответственности и осуждения, а также обеспечение правового режима отбывания назначенного по приговору суда нака-зания»1. Соглашаясь с таким подходом, нельзя согласиться с включение в содержание института уголовного преследования правовых

1 Зинатуллин, З. З. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам /

З. З. Зинатуллин, Т. З. Зинатуллин. - Изд. 2-е, испр. и доп. - Ижевск: Детектив-информ, 1997. - С. 7-8.

норм, обеспечивающих правовой режим отбывания наказания1. Цель уголовного преследования на данном этапе, совершенно очевидно, уже достигнута — лицо, изобличено в совершении преступления; дальнейшее правовое воздействие на такое лицо осуществляется в целях исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами (ч. 1 ст. 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации2). Как справедливо указывает О. Д. Жук, «режим фактического отбывания наказания. не может входить в содержание уголовного преследования, а представляет собой его результат»3.

А. Г. Халиулин в содержание уголовного преследования включает следующие действия и решения:

1) возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица;

2) производство следственных действий, направленных на собирание в отношении конкретного лица обвинительных доказательств;

3) выдвижение в отношении конкретного лица подозрения в совершении преступления;

4) формулирование и предъявление обвинения в преступлении;

5) производство следственных действий, направленных на доказывание выдвинутого обвинения;

6) направление дела в суд с обвинительным заключением;

7) поддержание обвинения перед судом4.

О. Д. Жук поддерживает мнение А. Г. Халиулина, отмечая, что «функция уголовного преследования не реализуется на так называемых проверочных стадиях, а также в рамках стадии исполнения приговора и стадии возобновления производства ввиду новых или вновь

1 Обеспечение правового режима отбывания наказания в содержание уголовно-

го преследования также включает М. А. Ворончихин (См.: Ворончихин, М. А. Указ. соч. - С. 17.). Собрание законодательства РФ. - 1997. - № 2. - Ст. 198.

3

Жук, О. Д. О понятии и содержании функции уголовного преследования в уголовном процессе России / О. Д. Жук // Законодательство. - 2004. - № 2. -С. 85.

4 Халиулин, А. Г. Уголовное преследование как функция прокуратуры Российской Федерации (проблемы осуществления в условиях правовой реформы): Дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.09 / А. Г. Халиулин. - М.: НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ, 1997.-С. 47.

открывшихся обстоятельств»1. По мнению автора в содержание уголовного преследования входит:

1) принятие решений, которыми лицу предоставляется статус подозреваемого и обвиняемого;

2) производство следственных действий, в результате которых были получены обвинительные доказательства;

3) избрание в отношении лица мер пресечения;

4) санкционирование прокурором решений следователя (дознавателя) о производстве следственных действий, в результате которых были получены обвинительные доказательства;

5) санкционирование прокурором ходатайств следователя (дознавателя) об избрании меры пресечения, если это возможно не иначе как по судебному решению;

6) утверждение прокурором обвинительного заключения (обвинительного акта);

7) участие представителей стороны обвинения (уголовного преследования) в производстве в суде первой и апелляционной инстан-

2

ции2.

В содержание уголовного преследования О. Д. Жук включает также деятельность прокурора при кассационном рассмотрении дела3 и при рассмотрении дела в порядке надзора. Как считает автор, «во всех этих ситуациях прокурор представляет доводы, подтверждающие виновность (или большую виновность) лица»4.

О продолжении уголовного преследования при апелляционном и кассационном рассмотрении дела, как представляется, можно говорить только в случае неполного, по мнению стороны обвинения, изобличения лица в совершении преступления в суде первой инстанции. Цель уголовного преследования — изобличение лица в совершении преступления — по своему содержанию тождественно понятию «установление виновности»; для стороны обвинения свидетель-

1 Жук, О. Д. Указ. статья. - С. 86.

2 Там же. - С. 87.

См., напр.: Жук, О. Д. Осуществление прокурором уголовного преследования в суде кассационной инстанции по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 210 УК РФ / О. Д. Жук // «Черные дыры» в российском законодательстве. - 2004. - № 2. - С. 340-348.

4 Жук, О. Д. О понятии и содержании функции уголовного преследования... -С. 87.

ством достижения цели своей деятельности является обвинительный приговор, в котором суд признает лицо виновным по всем пунктам обвинения, предъявленного органами уголовного преследования. Если по какому-либо эпизоду или квалифицирующему признаку совершенного преступления суд не соглашается со стороной обвинения, цель уголовного преследования нельзя считать достигнутой. Анализ оснований отмены или изменения судебных решений в кассационном (апелляционном) порядке позволяет заключить, что дальнейшее установление виновности осужденного лица может происходить только при обжаловании приговора в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции

(ст. 380 УПК РФ).

Уголовное преследование при рассмотрении дела в порядке надзора, как представляется, не осуществляется. Назначение надзорного производства заключается в исключительности данной стадии как дополнительного средства устранения ошибок, допущенных судами первой и второй инстанций, что не должно означать возможности повторного изобличения лица в совершении преступления, за которое оно уже было осуждено.

Институт мер процессуального принуждения, как уже указывалось, полностью не входит в содержание института уголовного преследования. В частности, иные меры процессуального принуждения могут применяться не только должностными лицами уголовного преследования, но и судом. Согласно ч. 1 ст. 111 УПК РФ целью применения таких мер является обеспечение установленного Кодексом порядка уголовного судопроизводства. Вместе с тем, применение данных мер дознавателем, следователем или прокурором в досудебном производстве означает установленного порядка уголовного преследования; более того, применение иных мер процессуального принуждения, в соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 49 УПК РФ влечет возникновения у лица права на защиту и свидетельствует о начале уголовного преследования. Такая мера процессуального принуждения, как наложение ареста на имущество (ст. 115 УПК РФ), как представляется, не охватывается целью уголовного преследования, так как применяется не для обеспечения самой процессуальной деятельности по изобличению лица, а для обеспечения исполнения приговора, что осуществляется уже после прекращения уголовного преследования. Также

данные меры направлены на обеспечение поддержания обвинения в судебном производстве (например, привод подсудимого, не содержащегося под стражей). Кроме того, по крайней мере, одна мера процессуального принуждения не может применяться к подозреваемому, обвиняемому ни в досудебном, ни в судебном производстве. Речь идет о денежном взыскании, предусмотренном п. 3 ч. 2 ст. 111 УПК РФ и регламентированной ст. ст. 117 и 118 УПК РФ. Меры процессуального принуждения следует считать факультативным элементом уголовного преследования, зависящим от оказания противодействия органам уголовного преследования со стороны подозреваемого, обвиняемого; сами по себе они не способствуют установлению виновности лица, однако обеспечивают процессуальную деятельность стороны обвинения, направленную на изобличение подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В содержание уголовного преследования отдельные авторы также включают:

1) формулирование в отношении определенного лица подозрения, формулирование обвинительного заключения, утверждение обвинительного заключения прокурором1;

2) проведение иных процессуальных действий, допускаемых в уголовном процессе без регламентации их производства уголовно-процессуальным законом (истребование документов, получение объяснений, производство ревизий, инвентаризаций и иные)2;

3) установление отягчающих и смягчающих вину обстоя-тельств3;

4) принятие мер по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением; реализация мер по ликвидации причин и условий, способствовавших совершению преступления4;

1 Донской, Д. Д. Функция уголовного преследования на этапе досудебного производства: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 / Д. Д. Донской. - Ростов на Дону, 2005. - С. 63.

2 Картохина, О. А. Указ. соч. - С. 35.

Лобанов, А. П. Функции уголовного преследования и защиты в российском судопроизводстве: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.09 / А. П. Лобанов. - М.: Научно-исследовательский институт МВД России, 1996. -С. 12.

4 Кучин, А. Ф. Правовой механизм публичного уголовного преследования: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 / А. Ф. Кучин. - Н. Новгород: Нижегородская академия МВД РФ, 2004 - С. 9.

5) обращение в суд и поддержание обвинения частными лицами, пострадавшими от преступления, по делам частного обвинения1.

Резюмируя все вышеизложенное, в содержание института уголовного преследования необходимо включать правовые нормы, регулирующие производство следующих процессуальных действия и принятие следующих процессуальных решений:

1) возбуждение уголовного преследования (посредством возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица либо привлечения лица к уголовному преследованию в результате наделения его процессуальным статусом подозреваемого, обвиняемого);

2) доказывание причастности подозреваемого к совершению преступления и установление основания для обвинения лица в совершении преступления путем производства следственных и иных процессуальных действий;

3) привлечение лица в качестве обвиняемого на предварительном следствии (вынесение обвинительного акта на дознании), предъявление обвинения (обвинительного акта);

4) доказывание виновности обвиняемого в совершении преступления, форм его вины и мотивов путем производства следственных и иных процессуальных действий;

5) применение к подозреваемому, обвиняемому мер процессуального принуждения, обеспечивающих изобличение подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления;

6) обобщение всего объема предъявленного по уголовному делу обвинения в обвинительном заключении, утверждение обвинительного заключения (обвинительного акта) прокурором и направление им дела в суд;

7) поддержание обвинения в суде (путем участия государственного обвинителя в предварительном слушании, судебном следствии и прениях сторон);

8) обращение в суд и поддержание обвинения частными лицами, пострадавшими от преступления, по делам частного обвинения;

9) обжалование участниками со стороны обвинения приговора в апелляционном (кассационном) порядке по основанию несоответст-

1 Никитин, Е. Л. Актуальные проблемы прокурорской деятельности при осуществлении уголовного преследования: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 / Е. Л. Никитин. - СПб.: Санкт-Петербургский юрид. ин-тут Ген. прок-ры РФ, 2000. - С. 102.

вия выводов суда фактически обстоятельствам уголовного дела;

10) прекращение уголовного преследования (в досудебном и судебном производствах).

В процессе осуществления указанной процессуальной деятельности прокурор как руководитель уголовного преследования также принимает процессуальные решения о санкционировании отдельных процессуальных действий следователя и дознавателя.

Таким образом, институт уголовного преследования необходимо рассматривать как сложный, комплексный, общий институт уголовно-процессуального права, регулирующий производство следственных и иных процессуальных действий, а также принятие процессуальных решений дознавателем, следователем, прокурором и частным обвинителем по установлению причастности подозреваемого к совершенному преступлению, виновности обвиняемого в его совершении, поддержанию обвинения в суде и обеспечению данной деятельности мерами процессуального принуждения.

Т. В. Зеленская

ЗНАЧЕНИЕ ЗАДАЧ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Задачи оперативно-розыскной деятельности определены в федеральном Законе «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее ФЗ «Об ОРД») для решения вопросов государственно-правовой формы защиты: жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, безопасности общества и государства от преступных посягательств. Таковыми согласно ст. 2 ФЗ «Об ОРД» являются: выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших; осуществление розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания, а также розыска без вести пропавших; добывание информации о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации.

В юридической литературе высказаны различные суждения о понимании каждой в отдельности задачи, так же предприняты попытки, систематизировать задачи с точки зрения последовательности,