Особенности индивидуальных проявлений самооценки в процессе подготовки к интегративной групповой тренинговой работе

PSYCHOLOGICAL SCIENCES

Features of individual manifestations of self-esteem in the process

of preparation for the integrative group training work 1 2 Petrova M. , Slobodchikov I.

Особенности индивидуальных проявлений самооценки в процессе

подготовки к интегративной групповой тренинговой работе

Петрова М. Г.1, Слободчиков И. М.2

1Петрова Марина Геннадьевна /Petrova Marina - соискатель, Институт семьи, воспитания и детства Российской Академии образования, заместитель председателя комиссии по аккредитации тренинговых центров и сертификации бизнес-тренеров, Национальный аккредитационный совет делового и управленческого образования, ведущий тренер ООО "LEADER BUSINESS GROUP"; 2Слободчиков Илья Михайлович /Slobodchikov Ilya - член-корреспондент Российской академии естественных наук, профессор, доктор психологических наук,

заведующий лабораторией, лаборатория дополнительного профессионального образования и инновационной деятельности, Институт семьи, воспитания и детства Российская академия образования, г. Москва

Аннотация: в статье рассматриваются особенности проявления самоотношения, личностной характеристики, связанной с категорией «самоактуализация личности». Рассматривается самооценка как динамическая личностная характеристика, связанная с самоотношением. На основании результатов эмпирического исследования анализируется специфика проявлений самоотношения в процессе интенсивной групповой тренинговой работы.

Abstract: the article discusses the features of the self-manifestation, the personality characteristics associated with the category of "self-actualization ". We consider self-esteem as a dynamic personality characteristics associated with self-relation. Based on the results of empirical studies analyzed the specific manifestations of the self in the intensive group training work.

Ключевые слова: личность, самоактуализация, самоотношение, самооценка, интенсивность, тренинговая работа.

Keywords: personality, self-actualization, self-attitude, self-esteem, intensity, training work.

Анализ научной и прикладной (практической) литературы, связанной с различными аспектами изучения самоактуализации, и в этой связи - самооценки и самоотношения, позволили сформулировать следующее теоретическое предположение: самоактуализация, и в её рамках - самооценка и самоотношение доступны преднамеренному воздействию и целенаправленному изменению в процессе интенсивной групповой подготовки [1, 3, 7, 8].

Проверка этого предположения эмпирическим путём предполагала исследовать в частности возможности динамики изменения самооценки, как личностной характеристики и составляющей самоотношения участников в процессе подготовки к интенсивной работе в группе.

В прикладном аспекте реализовывался номотетический исследовательский подход, организационный по принципу поперечных срезов в сочетании с элементами лонгитюдного подхода и корреляционный метод по типу сравнения плеяд. Для сбора

эмпирических данных привлекались как стандартизированные методики, так и методики, сконструированные по типу самоотчета.

Теоретическими предпосылками разработки исследования выступили, теоретико-экспериментальный подход М. Розенберга к анализу самоотношения как глобальной самооценки (общего самоуважения); во-вторых, обобщенная «теория приобретенной беспомощности» М. Селигмана, в соответствии с которой оценка общей компетенции и локус контроля относятся к области глобальной самооценки; в-третьих, подход П. Варра о разделении позитивного и негативного компонентов самооценки. Таким образом, глобальная самооценка рассматривается как чувство по отношению к себе, включающее переживания различного содержания: общее самоуважение, самоэффективность и связанный с ней личностный контроль [7, 8].

Инструмент для измерения самооценки был создан на основе комбинирования ряда методик, измеряющих различные грани самооценки. Двенадцать пунктов были взяты из шкал «mastery», «self-denigration» и «self-esteem» Л. Пэрлина и С. Шулера, из них восемь принадлежат переработанной авторами шкале М. Розенберга «Rosenberg-Self-Esteem-Skala» (L. I. Pearlin, C. Schooler, 1978). Три пункта взяты из «Опросника общей компетенции» («Generalisierten Kompetenzskala»), разработанного Р. Швар-цером (R. Schwarzer, 1994). Шкала была разработана по модели Гуттмана (Guttman-Skalogramm-Analyse) [4, 5].

Структура опросника включала 15 пунктов, расположенных в случайном порядке, и представлена четырьмя первичными и двумя вторичными суммарными шкалами. Утверждения имеют прямую и обраную формы, что учитывается при обработке результатов. Ответы респондентов выражают степень согласия с суждениями по пунктам и градуируются по 4-ступенной шкале в диапазоне от 1 (соответствует мне абсолютно и полностью) до 4 (вообще мне не соответствует). Комбинирование шкал в единый инструмент позволяет измерить следующие аспекты глобальной самооценки: позитивная самооценка, или тенденция к самоакцентированию (шкала СО+: 4 пункта); негативная самооценка, или тенденция к самообесцениванию (шкала СО-: 4 пункта); общие (оптимистические) ожидания по поводу своей компетентности (шкала ООК: 3 пункта); совокупный личностный контроль (шкала MAS, включающая три из четырех пунктов шкалы «mastery»). Из суммы отдельных оценок субшкал СО+ и СО- образуется вторичная шкала глобальной самооценки (шкала ГСО: 8 пунктов). Сумма всех пунктов опросника составляет суммарную, общую шкалу глобальной самооценки.

Изучение различных аспектов самооценки участников интенсивной групповой подготовки до занятий в рамках основной программы тренинга с помощью методики, сконструированной и стандартизированной А. И. Колобковой (1999), позволило получить следующие результаты:

так, установлено, что показатель глобальной самооценки (Ос/о) имеет статистический уровень выраженности - выше среднего (интервал от 45 до 50 ненормированных баллов) и составляет Хср =48,3 (рис. 1, 2). Отсюда следует, что у большинства участников установлено явное преобладание высоких значений общей самооценки над низкими (асимметрия As<0; As= -0,555).

Данный факт позволяет говорить, что участникам тренинга свойственны позитивные чувства по отношению к себе, выражающиеся в высоком самоуважении, самоэффективности и чувстве личностного контроля.

20.00 30.00 40.00 50,00 60,00

Рис. 1. Гистограмма (частота распределения, frequency) значений показателя «глобальная самооценка»

Рис. 2. График разброса значений

Эмпирическое изучение различных аспектов глобальной самооценки (рис. 3, 4) показало следующие результаты. Сравнение негативного и позитивного аспектов самооценки выявило явное доминирование последнего (р<0,000), а также их отрицательную корреляционную сопряженность друг с другом (Spearman, r= -0,264, p=0,003). Отсюда следует, что чем менее свойственна участникам тренинга

склонность к самообесцениванию и чувство собственной неполноценности, тем большим самоуважением и позитивным акцентированием своего Я они обладают.

Выраженность показателей

Показатели самооценки

Рис. 3. График средних значений показателей самооценки

Нс/о - негативная самооценка, Пс/о - позитивная самооценка, ООК -оптимистичные ожидания по поводу своей компетентности, MAS - мастерство, личностный контроль

Такие чувства в адрес своего Я как оптимистичность ожиданий по поводу своей компетентности (ООК) (средне статистический интервал от 8 до 11 ненормированных баллов) и совокупный личностный контроль (MAS) (средне статистический интервал от 9 до 13 ненормированных баллов) выражены у большинства участников в пределах среднего уровня (рис. 3). Однако если по показателю ООК участники достаточно похожи между собой в силу низкой вариативности индивидуальных значений в пределах шкалы (рис. 4), то по показателю MAS они существенно отличаются друг от друга, их индивидуальные значения высоко вариативны (Ех<0; Ех= -0,421).

2

Нво Псо DDK МАЕ

Рис. 4. Разброс значений показателей самооценки

Отмеченный факт свидетельствует о том, что преобладающее большинство участников тренинга испытывает оптимистичные чувства по поводу своей действенности и компетентности («я могу, я способен»), однако причины своих успехов и неудач (личностный контроль) склонны приписывать как самим себе (интернальный контроль, «причина произошедшего во мне»), так и внешним обстоятельствам (экстернальный контроль, «произошедшее от меня не зависит»).

Дифференцированный анализ самооценки по показателям, входящим в шкалу самоуважения (закрытость, самоуверенность, саморуководство, отраженное отношение), свидетельствует о том, что все ее аспекты имеют у частников исследования тенденцию к более высоким результатам, нежели низким, поскольку меры центральной тенденции (ср. арифм., мода, медиана) имеют значения в диапазоне от 6 до 8.

В частности, в данной связи, наибольшую выраженность имеет такой аспект самооценки как саморуководство (ср. арифм.=7,2; мода=8, медиана=8) (рис. 5, 6).

Рис. 5. Гистограмма (частота распределения, frequency) значений показателя

«саморуководство»

Саморуководство интерпретируется как представление о том, что основным источником активности и результатов, касающихся как деятельности, так и собственной личности человека, является он сам. Конструкт, лежащий в основе этого измерения, близок по содержанию к такой психологической переменной, как локус контроля (J. Rotter, 1954). В нашей работе локус опосредованно измерялся с помощью показателя «оптимистичные ожидания по поводу своей компетентности» (шкала ООК в методике ОШсо). Корреляционный анализ (по методу Spearman) показал высоковероятную (р=0,001) значимую прямо пропорциональную (положительную) взаимосвязь между показателями саморуководства и оптимистичных ожиданий участников тренинга (ООК) (r=0,299). Тем не менее, содержание феномена саморуководства имеет специфику по отношению к локусу контроля. Если последний выражает «...обобщенное представление субъекта об управляемости и предсказуемости мира, включая и результаты деятельности самого субъекта.», то рассматриваемый фактор самоотношения отражает, в первую очередь, чувство человека по поводу управляемости и предсказуемости собственного Я (С. Р. Пантилеев, 1993, с. 9).

Высокое саморуководство, свойственное участникам исследования, выражается в представлении, что их Я выступает как внутренний стержень, интегрирующий и организующий их личность, деятельность и общение; что их судьба находится в их собственных руках. Кроме этого, высокое саморуководство отражает мнение участников о способности эффективно управлять и справляться с эмоциями и переживаниями по поводу самого себя.

Индивидуально-психологическим обеспечением саморуководства, в авторской интерпретации как показателя саморегуляции и самореализации, выступает отсутствие внутренней напряженности (Q4- по 16 PF) и тревожности (О- по 16 PF). В отношении этих личностных диспозиций в настоящем исследовании также установлены высоковероятные (р<0,05) значимые обратно пропорциональные (отрицательные), но слабые по тесноте связи (r=0,210 и r=0,188) корреляционные зависимости с показателем саморуководства.

Показатели самоуверенности (Хср =6,89; мода Мо=7, медиана Ме=7) (рис. 6) и отраженного отношения (Хср =6,61; мода=6, медиана=7) (рис. 7) также обнаруживают тенденцию к преобладанию высоких показателей над низкими (As<0).

Рис. 6. Гистограмма (частота распределения, frequency) значений показателя

«самоуверенность»

Рис. 7. Гистограмма (частота распределения, frequency) значений показателя «отраженное отношение»

Данные факты свидетельствуют, что большинство участников оценивает себя как уверенных и самостоятельных личностей; ощущают силу своего Я, веру в свои возможности и компетентность. Также им свойственно представление о том, что и у других людей их личность, характер и деятельность способны вызывать уважение, симпатию, одобрение, понимание, т.е. благоприятное предвосхищаемое, отраженное отношение других.

Интересные факты установлены в отношении показателя «закрытость», или «внутренняя честность». Выявлено сходство, похожесть будущих участников тренинга между собой ^x>0; Еx=1,46), с преобладанием высоких значений данного показателя над низкими (Хср =6,0; Мо=6, Ме=6; Аs<0; Аs= -0,13). Утверждения, вошедшие в данный показатель, по замыслу С. Р. Пантилеева, формулировались так, чтобы в них содержались некоторые качества (в первую очередь, негативные с точки зрения обыденной морали), в определенной степени присущие каждому человеку, но

требующие достаточных навыков рефлексии и обладания определенной внутренней честностью для их признания. Отсюда ответы на данные пункты (утверждения опросника) определяются преобладанием одной из двух тенденций: либо критичностью, глубоким осознанием себя, внутренней честностью и открытостью («внутренняя честность»), либо - конформностью или выраженной мотивацией социального одобрения («закрытость»).

Анализ показателя закрытости позволяет заключить, что преобладающему большинству участников свойственно скорее защитное, нежели рефлексивное отношение к себе и внутренняя честность. В пользу данного вывода свидетельствуют результаты по шкале социальной желательности (Md) опросника 16 PF (Хср =5,0; Мо=5, Ме=5).

Таким образом, участникам свойственно позитивное самоуважение, имеющее психологически комфортный высокий уровень выраженности оценки собственной компетентности и эффективности Я, вера в способность успешно управлять и справляться с эмоциями и переживаниями по поводу самого себя, сила Я и представление о позитивном восприятии себя другими людьми. Однако ресурсное обеспечение подобной саморегуляции на уровне характерологических черт, или диспозиций (отсутствие напряженности, адекватно низкая тревожность), хоть и фиксируется (в терминах корреляционного анализа), но является слабым и нестабильным. Более вероятно наше предположение, что описанное выше высокое самоуважение - это скорее следствие стремления соответствовать социально-желательному образу Я; это проявление закрытого, защитного отношения к себе, нежели результат глубокой и «честной» саморефлексии. ВЫВОДЫ

Изучение различных аспектов глобальной самооценки будущих участников интенсивной групповой подготовки до занятий в рамках основной программы тренинга показывает, что для большинства характерны позитивные чувства по отношению к себе, выражающиеся в высоком самоуважении, самоэффективности и чувстве личностного контроля.

Сравнение негативного и позитивного аспектов самооценки выявило явное доминирование последнего. Участникам тренинга свойственно позитивное акцентирование своего Я, нежели склонность к самообесцениванию и чувство собственной неполноценности.

Преобладающее большинство будущих участников тренинга испытывает оптимистичные чувства по поводу своей действенности и компетентности («я могу, я способен»), однако причины своих успехов и неудач (личностный контроль) склонны приписывать как самим себе (интернальный контроль, «причина произошедшего во мне»), так и внешним обстоятельствам (экстернальный контроль, «произошедшее от меня не зависит»).

Литература

1. Глуханюк Н. С. Психология профессионализации педагога: моногр. 2-е изд., доп. Екатеринбург: Изд-во РГППУ, 2005. 260 с.

2. Петрова М. Г. Топ-менеджер за 90 дней. Алматы: Издат. компания «RUAN», 2011. 54 с.

3. RosenbergM. Conceiving the self. N.Y. Basic Book, 1979.

4. Рукавишников А. А., Соколова М. В. Факторный личностный опросник Р. Кеттелла: Руководство по использованию. СПб.: ИМАТОН, 1995. 89 с.

5. Самоактуализационный тест / Авт.-сост. Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман, М. В. Загика, М. В. Кроз. М.: Рос. пед. агентство, 1995. 42 с.

6. Колобкова А. И. Особенности самооценки в связи с критическим событием -потерей и отсутствием работы (на материале работающих и безработных граждан Германии). Дисс. ...к. психол. н. Пермь, 1999. С. 97-103.

7. Колобкова А. И. Особенности самооценки в связи с критическим событием -потерей и отсутствием работы (на материале работающих и безработных граждан Германии). Дисс. ...к. психол. н. Пермь, 1999.

8. Столин В. В. Познание себя и отношение к себе в структуре самосознания личности: Дисс... докт. психол. наук. М., 1985.

Theoretical and methodological approaches to the understanding

of the concept «safety» Molokoedov A. (Russian Federation) Теоретико-методологические подходы к пониманию понятия

«безопасность» Молокоедов А. В.

Молокоедов Андрей Владимирович /Molokoedov Andrej - соискатель, Федеральное государственное бюджетное научное учреждение Институт изучения детства, семьи и воспитания Российской академии образования, г. Москва

Аннотация: в статье представлено понятие «безопасность» с позиций многоаспектности, возможностей рассмотрения разных уровней понимания термина. Обозначается историко-методологическая перспектива становления понятия. Исследуется структура и взаимоотношение понятийных смыслов термина и возможности его приложения к тому или иному аспекту деятельности человека. В качестве отдельного, важнейшего аспекта смыслового содержания понятия рассматривается категория «психологическая безопасность». Представлены ценностные и целевые аспекты исследования понятия, возможности применения данного термина к системе общественных, межличностных взаимоотношений. Abstract: the article presents the concept «safety» from the standpoint of many aspects: the possibility of considering different levels of understanding of the term. The historical and methodological perspective of the formation of the concept are represented. We study the structure and relationship of the conceptual meanings of the term and the possibility of its application to a particular aspect of human activity. The category of «psychological safety» is considered as a separate important aspect of the semantic content of the concept. We present value and target aspects of the study of the concept, the possibility of applying the term to the social, interpersonal relations system.

Ключевые слова: безопасность, психологическая безопасность, личность, общественные отношения, межличностные отношения.

Keywords: security, psychological security, identity, public relations, interpersonal relations.

Разнообразные составляющие безопасности человека и его жизнедеятельности являются один из важных направлений научного изучения во многих отраслях науки. В повседневном понимании соображения о безопасности лежат больше не в рефлексии, а в эмоциональной области, сфере формируемых в чувствах образов. Причины понимания понятия «безопасность» можно выявить в политологической мысли античных авторов и философов (к примеру, у пифагорейцев). Довольно пространно итоги понимания вопросов безопасности показаны в трудах философов XVT-XVTI веков, Просвещения (в частности в трудах идеологов Французского Просвещения) и последователей последнего.