Российские вузы готовы к эволюции

Российские вузы готовы к эволюции

Рособрнадзор предложил ректорам выбрать направление реформы аккредитации

Глава Рособрнадзора Сергей Кравцов предложил российским ректорам выбрать между «революцией» и «эволюцией» в сфере аккредитации вузов, пообещав принять их решение. Такое заявление он сделал вчера на первом заседании рабочей группы по разработке новой системы государственного контроля за высшей школой. Господин Кравцов признал теоретическую возможность объединения лицензирования и аккредитации, широкого использования онлайн-курсов, разделения вузов по категориям, но попросил учесть все возможные последствия этих решений. Ректор МГУ Виктор Садовничий высказался в поддержку «эволюции», а ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов упомянул «перестройку».

Первое заседание рабочей группы по разработке новой системы госаккредитации и лицензирования вузов прошло в здании Рособрнадзора — по данным “Ъ”, некоторые из ректоров-«долгожителей» приехали сюда впервые. Ранее глава ведомства Сергей Кравцов обсуждал эту тему лишь на чужих площадках, например будучи приглашенным на заседания Ассоциации ведущих университетов. Но после того как в 2017 году Рособрнадзор лишил лицензии Европейский университет в Санкт-Петербурге (ЕУСПб, а в мае 2018 года — знаменитую Шанинку, встречи Сергея Кравцова с ректорами проходили не в такой уж дружеской атмосфере. Дело усугубилось письмом о необходимости реформ в сфере госконтроля за вузами, которое ректоры 50 ведущих университетов направили в июле президенту Владимиру Путину. И теперь, оказавшись хозяином площадки, господин Кравцов начал заседание с подробного рассказа о том, какую важную работу Рособрнадзор проделал за последние годы — до эпизодов с ЕУСПб и Шанинкой.

«В 2012 году у нас было 566 государственных вузов с 998 филиалами и 518 частных с 523 филиалами,— сказал он.— Вы все помните это время, помните заявления о профанации высшего образования в ряде вузов, о переизбытке экономистов-юристов». Ректоры в зале согласно кивали — собственно, некоторые из присутствующих тоже открывали в те годы многочисленные филиалы. «За шесть лет мы при вашем участии разобрались с теми вузами, которые давали некачественное образование,— сказал господин Кравцов.— Это было непросто, но сейчас у нас 484 госвуза с 428 филиалами и 149 частных, у которых остался 81 филиал. Кроме того, мы сильно сократили преподавание непрофильных для вузов специальностей».

Напомнив об успехах, руководитель Рособрнадзора перешел к перечислению проблем. «Все жалуются, что в процессе лицензирования и аккредитации от вузов требуют слишком много документов. Коллеги, давайте посмотрим список и вместе решим, какие документы избыточны, а какие необходимы,— предложил Сергей Кравцов.— Но мы должны помнить об ответственности — например, что может произойти, если вуз не будет предоставлять государству учебный план». Он подчеркнул, что требования к документообороту «не сами по себе появились»: «Когда-то сидела точно такая же рабочая группа и решала, какие документы необходимы». Господин Кравцов добавил, что готов внедрять электронный формат, чтобы вузы выкладывали часть документов на сайте, а ведомство само забирало их оттуда при необходимости. «Мы технически к этому готовы, а вот вузы — еще не все»,— подчеркнул чиновник.

Дальше глава Рособрнадзора затронул больную тему — уровень экспертов, проверяющих вузы при выдаче лицензий и госаккредитаций. Как раз накануне сетевое сообщество «Диссернет» объявило, что нашло плагиат в научных работах многих из них. А вице-премьер Татьяна Голикова признала существование «претензий к экспертам Рособрнадзора». Правда, сразу после этого она упрекнула ректоров за то, что «в ряде случаев эксперты — это не самые лучшие сотрудники высших учебных заведений». Сергей Кравцов воспользовался этой подсказкой, заявив присутствующим, что и на них лежит доля ответственности за сложившуюся ситуацию. «Я помню обсуждение на тему, как сделать проверки независимыми. Тогда решили, что их должны проводить эксперты от вузов,— напомнил он.— И с чем мы столкнулись? Далеко не все вузы направляют экспертов». На экране появился слайд с цифрами: «МГУ — 2 эксперта, СПбГУ — 1 эксперт, НИУ ВШЭ — 1 эксперт». «А вторая проблема — это, конечно, телефонное право»,— сказал господин Кравцов. Объяснять этот момент он не стал, а ректоры спрашивать тоже не стали.

Постепенно глава Рособрнадзора перешел к разбору тех идей по изменению процедуры проверок, которые в течение года предлагали «Глобальные университеты», Ассоциация ведущих университетов и отдельные влиятельные ректоры. «Сегодня звучат предложения о разделении вузов по категориям. Но мы это тоже уже проходили — в 1992 году закон предусматривал три категории: институт, академия и университет. Почему-то ведь от этого отказались. И теперь все вузы фактически равны»,— сказал Сергей Кравцов. «Если мы пойдем на разделение вузов по трем категориям, то надо разработать для них объективные параметры. Чтобы потом не было обид»,— предупредил он.

Господин Кравцов подтвердил, что готов пойти на объединение лицензирования и аккредитации. «Вот только надо понять, какое развитие это даст. И не ухудшит ли это образовательную систему,— сказал он.— К нам стучатся почти 250 вузов с лицензией, но без аккредитации. Пока мы сдерживаем этот натиск». Затронул он и недавнее предложение о более широком использовании онлайн-курсов. «Конечно, мы не должны стоять на месте. Но при этом мы не можем превращаться в Современную гуманитарную академию (частный вуз, основанный в 1992 году, в 2017 году лишен лицензии Рособрнадзором.— “Ъ”),— сказал Сергей Кравцов.— Помните такую, уважаемые коллеги? 90 филиалов у них было, дистанционное обучение — и полная профанация. Я не против онлайн-курсов, но я за качество образования».

В конце выступления глава Рособрнадзора попросил ректоров определиться, чего они сами хотят — «эволюции или революции». «У нас есть революционные предложения. Но готовы ли мы к революции? Если вы скажете, что готовы — я присоединюсь,— пообещал господин Кравцов, но тут же сделал важную оговорку.— Если это поможет уйти от тех пережитков, которые у нас есть».

От ректорского корпуса взял слово руководитель МГУ имени Ломоносова Виктор Садовничий. Он первым делом поддержал Сергея Кравцова, сообщив присутствующим, что деятельность Рособрнадзора по сокращению количества вузов «ведется в правильном направлении» и полностью отвечает задачам, поставленным главой государства. Закончив цитировать Владимира Путина, господин Садовничий заявил собравшимся, что рабочая группа должна «очень спокойно и взвешенно принимать решения». При этом ректор МГУ дал понять, что у «Ведущих вузов» и «Глобальных университетов» нет монополии на разработку реформы, ведь в стране есть еще Российский союз ректоров, президентом которого он является. «Я планирую в ближайшее время глубоко обсудить этот вопрос, созвав совет союза,— сообщил Виктор Садовничий.— Это 120 ректоров со всей страны. Мы не можем обойтись без их мнения в этом вопросе».

Ректор МГУ также подготовил к заседанию свои предложения по реформе — он скромно добавил, что они «поддержаны некоторыми коллегами». Виктор Садовничий предложил создать новую структуру — Национальный совет по вопросам аккредитации, куда войдут чиновники, ректоры, представители РАН и работодателей. При этом часть полномочий по аккредитации образовательных программ должна быть передана региональным советам ректоров, «а Рособрнадзор будет уже государевым оком». «Процесс должен быть эволюционным, без революций,— закончил он.— Безусловно, государство не может уйти из процесса принятия решений».

Ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов также поблагодарил Сергея Кравцова и команду Минобрнауки за «расчистку рынка образовательных услуг». «Целый ряд непрофильных вузов убрал свои программы преподавания экономики, права, менеджмента, которые были открыты для незамысловатой задачи заработать денег»,— сказал господин Кузьминов. По его мнению, 90% оставшихся вузов «настроены серьезно учить, пусть и не у всех это пока получается». Но теперь надо решить, «что делать системе госрегулирования в новых условиях».

Он не согласился с мнением Сергея Кравцова о том, что «все вузы фактически равны». «Сейчас у всех вузов один диплом. Но давайте называть вещи своими именами — диплом Московского университета и диплом Энского вуза подтверждают совершенно разный уровень профессиональных квалификаций»,— сказал Ярослав Кузьминов. Поэтому необходимо, чтобы система госаккредитации честно демонстрировала эту разницу абитуриентам, студентам и работодателям.

Для начала ректор ВШЭ предложил отказаться от простого подхода «прошел—не прошел аккредитацию» и ввести вместо этого систему из трех-пяти уровней качества, причем не самих вузов, а их образовательных программ. «Это не означает, что вузы будут навеки закреплены как белые, серые и черные,— пояснил он.— Базовый уровень аккредитации программы можно будет через несколько лет повысить, пройдя независимую оценку». В идеале, считает ректор ВШЭ, вузы должны получить возможность принимать решения: «Вот в эту программу я инвестирую, потому что могу подняться на новый уровень. А вот от этой лучше совсем откажусь, потому что в моем регионе есть три вуза, у которых эта программа уже с более высоким рангом. И чтобы их перебить, мне придется потратить треть бюджета».

При этом Ярослав Кузьминов допустил, что часть вузов удовлетворится «базовым» статусом программ,— а значит, «ведущие вузы должны взять на себя ответственность». Схема будет выглядеть таким образом: «Вот эта программа у тебя в вузе слабая, и ты должен попросить ведущий университет — сам выберешь какой — помогать в реализации этого элемента образовательной программы. Будет это онлайн-курс или это очное присутствие студентов в ведущем вузе — да все, что угодно. Но мы должны гарантировать обществу качество диплома».

Еще одним обязательным элементом такой системы аккредитации программ должен стать независимый экзамен для студентов «по предметному ядру», а также «выборочное тестирование, скажем, каждого пятого студента». «Это не должно иметь последствий для учащихся, это не новое ЕГЭ, но оценка повлияет на категорию, которую получит образовательная программа. И покажет вузу, что ему есть над чем работать»,— сказал ректор ВШЭ. Стоит отметить, что господин Кузьминов так и не стал выбирать между «эволюцией» и «революцией»: представляя свою программу, он сказал о «перестройке».