О содержании ртути в природных водах Приморья

Вестник ДВО РАН. 2013. № 2

УДК 550.42

В.М. ШУЛЬКИН, Д.И. ИЕВЛЕВ

О содержании ртути в природных водах Приморья

Впервые на территории Приморья определена концентрация растворенных и взвешенных форм ртути с пределом обнаружения 0,5 нг/л в речных водах с различным уровнем и типом антропогенной нагрузки. Содержание растворенных форм ртути в речных водах Приморья находится на уровне незагрязненных рек мира. Концентрация ртути в речной взвеси является более чувствительным показателем антропогенной нагрузки по сравнению с растворенными формами. Наиболее вероятная причина — высокая склонность растворенной ртути к сорбции на твердой фазе. Концентрация ртути в грунтовых водах, отобранных в колодцах, изменчива, но часто выше, чем в речных. Это отражает локальное воздействие эндогенных источников ртути, превышающих влияние антропогенной нагрузки на содержание элемента в природных водах.

Ключевые слова: растворенные формы ртути, ртуть во взвеси, речные воды, грунтовые воды, Приморье.

Mercury concentration in the natural waters of Primorye. V.M. SHULKIN, D.I. IEVLEV (Pacific Geographical Institute, FEB RAS, Vladivostok).

For the fi rst time in Primorye (Russian Far East) has been determined the dissolved and suspended mercury concentration in river waters with different level and type of anthropogenic load with the detection limit < 0.5 ng/l. The concentration of dissolved mercury in river waters ofPrimorye is on the level of non-polluted rivers in the world. Mercury concentration in the river-water suspension is more sensitive indication of anthropogenic load as compared with the dissolved forms. The mercury content in the ground waters sampled in the draw-wells is variable, but is often higher than the same in the rivers. This reflects local impact of mercury endogenous sources exceeding the influence of anthropogenic load on the element concentration in natural waters.

Key words: dissolved forms of mercury, mercury in suspended solids, river water, draw-well water, Russian Far East.

Ртуть входит в список приоритетных загрязняющих веществ в большинстве стран. Это обусловлено уникальностью физико-химических, геохимических и токсикологических свойств данного элемента. Ртуть - единственный металл, существующий в жидком виде при комнатной температуре. Аномально высокое давление насыщенных паров обусловливает легкость перехода элементарной ртути в газовую фазу и важную роль атмосферной миграции ртути. Растворенные в воде формы ртути обладают высокой сорбируемостью на неорганических и органических твердых фазах. В то же время неорганические формы растворенной ртути способны взаимодействовать с растворенным органическим веществом, образуя высокотоксичные метилированные формы, а также могут восстанавливаться до элементарной ртути. Уникальным свойством ртути является ее способность накапливаться по пищевой цепи, что обусловливает ее аккумуляцию в тканях организмов высших трофических уровней - хищных рыб и млекопитающих. В сочетании с высокой токсичностью ртути и ее соединений это может вести к значительным негативным эффектам для организмов, обитающих в среде с изначально низким содержанием ртути. Ртуть -весьма техногенный элемент, активно используемый человеком или поступающий в воду

* ШУЛЬКИН Владимир Маркович - доктор географических наук, заведующий лабораторией, ИЕВЛЕВ Дмитрий Игоревич - старший инженер (Тихоокеанский институт географии ДВО РАН, Владивосток). *Е-шаП: shulkin@tig.dvo.ru

Работа выполнена при финансовой поддержке гранта ДВО РАН 12-111-09-212.

и атмосферу при хозяйственной деятельности. В результате хорошо известны примеры формирования природно-техногенных аномалий различного масштаба [12].

Все изложенное объясняет неослабевающий интерес к изучению уровней концентрации, форм нахождения и закономерностей миграции ртути в зоне гипергенеза. При этом ключевым моментом является надежное определение содержания ртути в различных средах [7]. К сожалению, если данные по концентрации ртути в донных отложениях, почвах и тканях гидробионтов достаточно надежны и доступны, в том числе и для юга Дальнего Востока [1, 4, 6, 8], то опубликованных данных по содержанию ртути в природных водах Дальнего Востока очень мало [1, 7]. Это обусловлено прежде всего трудностями надежного определения малых величин растворенных форм ртути. В работах 1990-х годов [5, 8] приводятся уровни концентрации растворенной ртути в речных и прибрежно-морских водах 10-n нг/л, тогда как, по современным данным, содержание растворенных форм ртути в незагрязненных речных и морских водах не превышает единиц нг/л [16-18]. В то же время очевидно, что корректность данных о содержании растворенной ртути в воде определяет корректность оценок накопления металла сосуществующими твердыми фазами и организмами и характеристик биогеохимического цикла ртути в водных экосистемах.

Цель данной статьи - установление суммарного содержания и концентрации растворенных форм ртути при помощи высокочувствительного анализатора Tekran 2600 в речных и грунтовых водах Приморья, дренирующих водосборы с различным уровнем антропогенной нагрузки. Кроме того, целью работы было определение роли растворенных и взвешенных форм миграции ртути в речных водах и оценка возможности их использования для оценки загрязнения ртутью водных экосистем.

Материалы и методы

Пробы воды отбирали в безледный период 2011/12 г. на водотоках Приморского края, различающихся по размеру, ландшафтам водосборов, уровню антропогенной нагрузки и водному режиму. Всего за этот период опробовано более 30 водотоков: от самых крупных рек Приморья - р. Большая Уссурка, Туманная, Уссури, Раздольная - до малых водотоков с площадью водосбора до 10 км2; и от рек, дренирующих неизмененные таежные ландшафты, до водотоков, протекающих по территории г. Владивосток (рис. 1). Всего было отобрано и проанализировано 73 пробы речных вод, в том числе в 41 определено содержание и растворенных, и взвешенных форм ртути. Кроме того, отобрано 43 пробы воды из 32 колодцев центрального и южного Приморья для характеристики уровня содержания ртути в грунтовых водах. При этом 11 из них были опробованы дважды: в январе-феврале и в ноябре 2012 г. - для оценки влияния водного режима на содержание ртути.

Пробы речных вод фильтровали на месте отбора через капсульный фильтр GWV Pall с размером пор 0,45 мкм при помощи перистальтического насоса. Параллельно отбирали пробы нефильтрованной воды для определения суммарного содержания ртути и количества взвешенного материала. На месте определяли величину рН, электропроводность вод и содержание растворенного кислорода при помощи иономеров Hanna - HI-8314, HI-9033, HI-9143, соответственно. Колодезные воды отбирали и анализировали без фильтрации, поскольку взвеси в них практически нет - менее 0,1 мг/л. Содержание взвеси определяли фильтрацией пробы объемом 1-2 л через предварительно взвешенные фильтры Durapore (Millipore) с размером пор 0,45 мкм. Фильтраты и пробы для определения суммарной ртути подкисляли до рН 1 концентрированной HCl «осч» либо непосредственно на месте отбора, либо в лаборатории в течение дня отбора во избежание потерь ртути за счет возгонки и сорбции на стенках. Для проб использовали тщательно отмытую герметично закрывающуюся стеклянную посуду.

Содержание ртути определялось на приборе Tekran 2600 методом атомно-флюоресцентной спектрометрии холодного пара по методике US EPA 245.7. Методика состоит в предварительной 30-минутной обработке уже подкисленных проб 5 мл раствора соляной кислоты (1:1) и 1 мл бромат-бромидной смеси. При этом образуется соединение BrCl, переводящее все растворенные формы ртути, включая элементарную ртуть и комплексы с органическим веществом, в ионные формы. Затем излишек окислительной смеси нейтрализуется раствором NH2OH-HCl. После этого измеряли содержание ртути в образцах. В качестве восстановителя использовался 2%-й раствор хлорида олова в 10%-м растворе соляной кислоты, очищенном пропусканием через него в течение 45 мин потока аргона. Нижний предел обнаружения метода составил 0,5 нг/л ртути в пробе. В ходе пробо-подготовки и анализа использовали HCl «осч», дополнительно очищенную дистилляцией, деионизован-ную воду и прокаленные KBr «осч» и KBrO3 «осч». Прибор калибровался непосредственно перед проведением измерений с использованием стандартов 3, 5, 10, 25 и 50 ^Hg/л. Ошибка определения, оцененная с помощью метода добавок, составляла 5-8%.

Данные, полученные при анализе нефильтрованных проб речных вод, интерпретировали как суммарное содержание ртути в воде (Hg ), при анализе фильтратов - как содержание растворенных форм (Hgp), а разницу - как содержание взвешенных форм. Исходя из количества взвеси в воде рассчитывалась концентрация ртути во взвеси на единицу массы вещества (Hg ). Данные по нефильтрованным колодезным водам интерпретировались как содержание растворенных форм ртути в связи с малым содержанием (менее 0,1 мг/л) взвеси в пробах.

Результаты и обсуждение

Уровень концентрации растворенных форм ртути

Рис. 1. Схема расположения точек отбора проб воды в реках (1) и колодцах (2) на территории Приморья; показаны колодцы, опробованные в январе-феврале и в ноябре 2012 г.

и Артемовка. В части (36% выборки) малых рек юго-восточного Приморья концентрация ртути в растворе составляла 1,3 ± 0,8 нг/л, но нигде не превышала 2,9 нг/л (см. таблицу).

В среднем течении р. Большая Уссурка, дренирующей относительно малоосвоенные районы, концентрация Hg была ниже предела обнаружения (< 0,5 нг/л), однако в среднем течении другой крупной реки - Уссури, с более освоенным водосбором, содержание Hg^ было определено на уровне 0,8-2,9 нг/л.

В нижнем течении р. Раздольная, дренирующей водосбор с высоким уровнем хозяйственного освоения, концентрация растворенной ртути практически не отличалась от р. Уссури (см. таблицу), несмотря на различный уровень антропогенной нагрузки.

В качестве объектов с максимально выраженным антропогенным прессом были исследованы водотоки Владивостока и его ближайших окрестностей, а также р. Рудная Дальнегорского района, где расположены действующие горнорудные и горно-химические предприятия, стоки которых существенно влияют на химический состав речных вод [2].

В водотоках окрестностей г. Владивосток (реки Богатая и Черная) и в некоторых речках, дренирующих явно загрязненные городские территории (верховья Первой Речки, р. Объяснения), концентрация растворенной ртути была ниже предела обнаружения (0,5 нг/л), в р. Рудная она также не превышала 0,5 нг/л. И даже в водах максимально загрязненной Второй Речки содержание растворенных форм ртути было не выше 1,1 нг/л в верховьях и 2,1 нг/л в устье.

Таким образом, интервал концентраций Hg в речных водах Приморья (< 0,5-2,9 нг/л) соответствует незагрязненным рекам мира [15]. При этом в 68% всех проб концентрация Hgp была менее 0,5 нг/л. Учитывая реальное состояние речных вод края, особенно в пределах городов и промышленных районов, это можно объяснить, скорее, эффективной сорбцией растворенных форм ртути на взвеси при наблюдаемом в реках нейтральном рН, чем незначительностью загрязнения. Внятной зависимости содержания ртути от электропроводности речных вод также не обнаружено.

Содержание суммы растворенных и взвешенных форм ртути в малозагрязненных реках юго-западного Приморья при содержании взвеси менее 3 мг/л не превышало предела обнаружения, но при увеличении содержания взвеси до 3,3-6,3 мг/л возрастало до 0,6-0,8 нг/л.

Концентрация растворенных форм (Hgp), суммарное содержание (Hg^) и концентрации ртути во взвеси (HgJ, а также электропроводность (SEC) и содержание взвеси (ВВ) в водах рек и колодцев Приморья

Объект исследования n Hgp, нг/л Hg^, нг/л ВВ, мг/л Hg^, мкг/г SEC, мкС/см

Реки юго-восточ-

ного Приморья 34 1,2* / < 0,5-2,9 13,6 / 5,8-48,3 3,5 / 0,6-74,2 3,5 / 1,6-13,6 56 /26-131

Реки юго-запад-

ного Приморья 10 < 0,5 0,7* / < 0,5-0,8 1,4 / 0,2-6,3 0,16 / 0,1-0,25 51 / 32-73

Р. Туманная 2 0,9 / 0,7-1,3 9,3 / 4,4-19,7 134 / 59-305 0,06 / 0,05-0,07 158 / 142-173

Р. Раздольная 4 1,4 / 0,7-2,3 4,5 / 2,2-16,6 57 / 28-124 0,05 / 0,02-0,13 141 / 120-158

Р. Уссури

с притоками 5 1,7* / 0,8-2,9 4,4 / 4,3-4,6 7,2 / 5,8-9 0,22 / 0,15-0,33 41 / 34-53

Р. Рудная 8 < 0,5 1,1 / < 0,5-3,0 1,6 / 1,0-3,5 0,71 / 0,30-2,0 153 / 86-222

Реки

г. Владивосток 10 1,1* / < 0,5-2,1 8,2* / < 0,5-32,1 26 / 2,5-288 0,24 / 0,05-1,28 261** / 107-366

Колодцы вблизи

г. Владивосток 24 1,6* / < 0,5-16,0 Н.о. Н.о. Н.о. 383 / 156-747

Колодцы вблизи

г. Арсеньев 19 5,5 / 0,5-83,8 Н.о. Н.о. Н.о. 386 / 160-764

* Рассчитано без учета проб, содержащих ртуть < 0,5 нг/л; ** без учета проб р. Объяснения, имеющих электропроводность 37 300-38 800 мкС/см за счет примеси морской воды.

Примечание. п - число проб. Н.о. - не определено. В числителе - среднее геометрическое значение; в знаменателе - пределы колебаний;

Суммарная концентрация ртути в более крупных реках Артемовка, Партизанская, Павловка, Уссури, с содержанием взвеси во время отбора 3,7-5,8 мг/л, увеличивалась до 4,3-9,0 нг/л; в реках же Водопадная и Шкотовка, при невысоком содержании взвешенных веществ (0,7-3,4 мг/л), - до 15-48 нг/л. В реках Раздольная и Туманная, с содержанием взвеси в различные периоды отбора от 28-59 мг/л до 124-305 мг/л, соответственно, кон -центрация Н£ варьировала от 2,2-4,4 до 16,6-19,7 нг/л, а в реках, дренирующих селитебные территории и поэтому подверженных максимальной антропогенной нагрузке, -в интервале 0,5-3,0 нг/л (р. Рудная) и 1,9-32,1 нг/л (водотоки г. Владивосток).

Очевидно, что содержание взвешенных форм ртути в воде зависит прежде всего от количества взвеси, которое, в свою очередь, обусловливается многими природными и антропогенными факторами. После нормирования данных по содержанию взвеси была определена концентрация ртути на единицу массы взвешенного материала (И^ ), которая более информативна для выделения контролирующих факторов. Во взвеси рек Уссури, Раздольная и Туманная этот показатель (0,22; 0,05 и 0,06 мкг/г, соответственно) близок к данным по взвеси рек Обь, Енисей и Лена [15], где антропогенное влияние невелико, а также к средней оценке по взвеси рек мира - 0,077 мкг/г [11]. Вместе с тем в юго-восточном Приморье концентрация ртути во взвеси составляла 1,56-2,04 мкг/г в реках Партизанская и Артемовка и 11,8-13,6 мкг/г в реках Шкотовка и Водопадная. При этом концентрация растворенных форм ртути находилась на уровне < 0,5 нг/л и только в р. Шкотовка была повышена до 2,1 нг/л. Обнаруженные во взвеси этих рек концентрации ртути представляются аномально высокими, указывающими на дополнительное поступление ртути из неясных пока источников и на эффективную сорбцию ртути на взвеси. Поскольку по остальным гидрохимическим параметрам эти реки достаточно чисты [14], а р. Водопадная, левый приток р. Партизанская, дренирует гористый таежный водосбор, совершенно не затронутый хозяйственной деятельностью, можно предположить природную причину повышенной концентрации ртути в речной взвеси.

Во взвеси водотоков г. Владивосток, подверженных значительной антропогенной нагрузке, концентрация И£ варьирует от фоновой (0,05-0,07 мкг/г) в р. Объяснения и верховьях Первой Речки до повышенной (0,40-1,28 мкг/г) во взвеси Второй Речки, низовьях Первой Речки и Седанки. Это согласуется с данными по содержанию ртути в современных донных отложениях восточной части Амурского залива, куда впадают водотоки Владивостока, и западной части Уссурийского залива: в зависимости от гранулометрического состава отложений, этот показатель колеблется от 0,1 до 0,7 мкг/г, достигая максимума 1,3-2,9 мкг/г в наиболее загрязненных прибрежных илистых осадках [1, 10]. Повышенная концентрация ртути (0,30-2,0 мкг/г) обнаружена и во взвеси р. Рудная. Такая концентрация ртути в речной взвеси отражает уровень современного антропогенного загрязнения. Аномально высокая концентрация ртути во взвеси ряда рек юго-восточного Приморья требует подтверждения и дальнейшего изучения.

Таким образом, в отличие от растворенных форм, содержание взвешенных форм ртути и особенно концентрация ртути во взвеси (на единицу массы) более информативны с точки зрения характеристики загрязнения рек ртутью (рис. 2).

Одной из особенностей геохимии ртути является ее высокая миграционная способность в литосфере преимущественно в газовой фазе [12]. Это обусловливает связь повышенной концентрации ртути в воздухе с тектоническими нарушениями в подстилающих породах и несомненную эффективность использования ртутометрии в поисках ряда полезных ископаемых [13]. В условиях возможности эманаций ртути через тектонические нарушения именно эндогенный поток, вероятно, определяет повышенную концентрацию металла в реках, не подверженных антропогенной нагрузке. В таком случае логично предположить, что содержание ртути в грунтовых и подземных водах должно более надежно по сравнению с речными маркировать эндогенное ее поступление. Для проверки этой гипотезы была определена концентрация ртути в колодцах окрестностей г. Арсеньев в центральном

Приморье и в колодцах на территории г. Владивосток и его пригородов в зоне возможного влияния регионального Арсеньевского и Берегового разломов, соответственно [3].

В колодезных водах было обнаружено весьма изменчивое содержание ртути: от фоновых 0,5-2,2 нг/л до аномально повышенных 38,5-83,8 нг/л, превышающих ПДК для рыбо-хозяйственных водоемов (10 нг/л) [9]. При этом, поскольку воды колодцев не фильтровали в связи с априори низким содержанием взвеси, можно предположить, что эти аномально высокие концентрации ртути обусловлены преимущественно растворенными формами. Опробование 11 колодцев и в январе-феврале, и в ноябре 2012 г. показало устойчивость картины пространственной изменчивости растворенной ртути в грунтовых водах (рис. 3).

Рис. 2. Среднее содержание растворенных форм и общего содержания ртути, а также концентрации ртути в речной взвеси в различных реках Приморья

Нднг/л

90 -,

Рис. 3. Концентрация ртути в грунтовых

Отсутствие значительного накопления ртути в колодцах, расположенных в пределах максимально антропогенно-нагруженной территории Владивостока, и повышенная концентрация в колодцах значительно меньших поселков центрального Приморья (см. таблицу, рис. 3) указывают на вероятное эндогенное поступление ртути по тектоническим нарушениям. В период зимней межени концентрация ртути в 7 колодцах из 11 была выше, чем в ноябре 2012 г. (рис. 3), при высоком уровне грунтовых вод. Это косвенно подтверждает эндогенный источник ртути в изученных грунтовых водах, хотя очевидно, что требуются дальнейшие исследования.

Выводы

Проведенный анализ с применением нового высокочувствительного оборудования показал, что концентрация растворенных форм ртути в реках Приморья находится в интервале < 0,5-2,9 нг/л, что соответствует уровню незагрязненных рек мира. Антропогенная нагрузка на ряд рек Приморья сопровождается значительным увеличением минерализации и содержания ряда биогенных веществ и металлов [14], но на концентрацию растворенной ртути влияет в минимальной степени (водотоки г. Владивосток) или не влияет вовсе (р. Рудная). Наиболее вероятная причина - эффективная сорбция на взвеси. Концентрация ртути в речной взвеси колеблется от 0,05-0,06 мкг/г в малозагрязненных и крупных реках до 0,24-0,71 мкг/г в реках с интенсивной антропогенной нагрузкой, что соответствует уровню загрязнения донных отложений Амурского залива [1]. Таким образом, концентрация ртути во взвеси может служить лучшим индикатором антропогенного загрязнения этим металлом по сравнению с растворенными формами. Наряду с этим в некоторых реках юго-восточного Приморья, достаточно чистых по другим показателям, концентрация ртути во взвеси повышена до аномально высоких величин - 1,6-13,6 мкг/г. Генезис этой аномалии требует дальнейшего изучения.

Концентрация растворенной ртути в грунтовых водах, отобранных в колодцах окрестностей Владивостока, колеблется от фоновых 0,5-2,2 до 14-16 нг/л. В колодцах центрального Приморья, где антропогенная нагрузка заведомо ниже, содержание растворенной ртути достигает величин 73-83 нг/л, что указывает на вероятное эндогенное поступление ртути. Учитывая возможность накопления растворенной ртути в подземных водах, очевидно, что в дальнейших исследованиях геохимии ртути в природных водах Приморья необходимо уделить больше внимание изучению грунтовых и подземных вод.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аксентов К.И. Ртуть в абиотических компонентах экосистемы залива Петра Великого // Современное состояние и тенденции изменения природной среды залива Петра Великого Японского моря. М.: ГЕОС, 2008. С. 173-184.

2. Аржанова В.С. Влияние горнопромышленного техногенеза на речные воды // География и природные ресурсы. 2010. № 1. С. 39-40.

3. Изосов Л. А., Коновалов Ю.И. Западно-Сихотэ-Алинский окраинно- континентальный вулканический пояс и его тектоническая позиция в Западно-Тихоокеанской зоне перехода континент-океан. Владивосток. Дальнаука, 2005. 311 с.

4. Ковековдова Л.Т., Лучшева Л.Н. Содержание ртути в промысловых видах рыб оз. Ханка // Изв. ТИНРО. 2000. Т. 127. С. 559-568.

5. Козлова С.И., Чудаева В.А. Концентрация ртути в оз. Ханка и питающих его водотоках: Материалы науч. конф. по проблемам водных ресурсов Дальневосточного региона и Забайкалья. СПб.: Гидрометеоиздат, 1991. С. 411-419.

6. Кот Ф.С. Рассеянные металлы в донных отложениях р. Амур и зоны смешения в Охотском море // Геохимия. 1998. № 1. С. 102-107.

7. Лапердина Т.Г. Определение ртути в природных водах. Новосибирск: Наука, 2000. 222 с.

8. Лучшева Л.Н. Содержание ртути в компонентах экосистемы бухты Алексеева (залив Петра Великого Японского моря) // Биология моря. 1995. Т. 21, № 6. С. 412-415.

9. Нормативы качества воды водных объектов рыбохозяйственного значения, в том числе нормативы предельно допустимых концентраций вредных веществ в водах водных объектов рыбохозяйственного значения: Приказ № 20 Федерального агентства по рыболовству от 18 января 2010 г. // Рос. газета. 2010. 5 марта.

10. Поляков Д.М. Многолетние изменения концентрация тяжелых металлов в донных отложениях Амурского залива // Вестн. ДВО РАН. 2008. № 6. С. 134-140.

11. Савенко В.С. Химический состав взвешенных наносов рек мира. М.: ГЕОС, 2006. 173 с.

12. Сауков А.А., Айдинъян Н.Х., Озерова Н.А. Очерки геохимии ртути. М.: Наука, 1972. 336 с.

13. Фурсов В.З. Возможности ртутометрии. М.: ИМГРЭ, 1998. 186 с.

14. Шулькин В.М. Изменчивость химического состава рек Приморья как индикатор антропогенной нагрузки и ландшафтной структуры водосборов // Вестн. ДВО РАН. 2009. № 4. С. 103-114.

15. Coquery M., Cossa D., Martin J.-M. The distribution of dissolved and particulate mercury in three Siberian estuaries and adjacent coastal water // Water Air Soil Pollut. 1995. Vol. 80. P. 653-664.

16. Fitzgerald W.F., Lamborg C.H., Hammerschmidt C.R. Marine biogeochemical cycling of mercury // Chem. Rev. 2007. Vol. 107(2). P. 641-662.

17. Leitch D.R., Carrie J., Lean D., Macdonald R.W., Stern G.A., Wang Feiyue. The delivery of mercury to the Beaufort Sea of the Arctic Ocean by the Mackenzie River // Science of the Total Environment. 2007. Vol. 373. P. 178-195.

18. Schafer J., Blanc G., Audry S., Cossa D., Bossy C. Mercury in the Lot-Garonne River system (France): Sources, fluxes and anthropogenic component // Appl. Geochem. 2006. Vol. 21. P. 515-527.

Новые книги

Комарова Т.А., Орехова Т.П. Приходько О.Ю. Кустарники и деревянистые лианы Южного Сихотэ-Алиня: экологическая толерантность, развитие и продуктивность.

Владивосток: Дальнаука, 2012. - 203 с. - ISBN 978-5-8044-1253-2.

Биолого-почвенный институт ДВО РАН

690022, Владивосток, просп. 100-летия Владивостока, 159

Fax: (4232) 31-01-93. E-mail: ibss@ibss.dvo.ru

Обобщены результаты более тридцатилетних исследований кустарников и деревянистых лиан, произрастающих в широколиственно-кедровых, темнохвойно-кедровых лесах и их производных сообществах в среднегорном поясе Южного Сихотэ-Алиня. Изучены эко-лого-биологические особенности у 28 видов кустарников и 4 видов деревянистых лиан. Рассмотрены особенности большого жизненного цикла, продолжительности жизни и ритма смены генераций у ведущих ценопопуляций кустарников и деревянистых лиан в ходе ле-совосстановительных сукцессий после пожаров и рубок леса. Дан анализ динамики накопления массы надземных и подземных частей у растений наиболее широко распространенных видов в зависимости от возрастного состояния особей, условий их местообитаний и этапов сукцессионных процессов. Дана оценка экологической толерантности у основных видов кустарников и деревянистых лиан в зависимости от показателей обилия их растений в различных условиях среды. Изучено морфолого-анатомическое строение семян 22 видов кустарников и лиан.

Для ботаников, лесоведов и экологов.

г

л