Наречие как средство выражения локативности в эрзянском и финском языках

МИГУНОВА А. С.

НАРЕЧИЕ КАК СРЕДСТВО ВЫРАЖЕНИЯ ЛОКАТИВНОСТИ В ЭРЗЯНСКОМ И ФИНСКОМ ЯЗЫКАХ

Аннотация. Статья посвящена изучению категории локативности и наречия как одного из основных средств выражения данной категории в эрзянском и финском языках.

Ключевые слова: категория локативности, пространственные отношения, наречие, локализация, местонахождение.

MIGUNOVA A. S.

EXPRESSING LOCATIVITY BY ADVERBS IN ERZYA AND FINNISH LANGUAGES

Annotation. The article considers the locativity category. The author focuses on the adverb as one of the main means of expressing locativity in the Erzya and Finnish languages.

Keywords: locativity category, spatial relations, adverb, localization, location.

Говоря о содержании окружающего нас мира, о движении как всеобщем свойстве сущего, мы не можем избежать употребления такого понятия, как пространство, по той причине, что любое тело, вещь, явление всегда соседствуют с другими предметами и явлениями действительности, обладают протяженностью, т. е. имеют пространственные характеристики.

Пространственные отношения относятся к числу сложных семантических явлений и включают в свое содержание комплекс категориальных сем: предмета, формы, количества и т. д. Так как пространственные отношения соотносятся с самым общим понятием пространства, они также являются наиболее абстрактными и логически самостоятельными по сравнению с наполняющими их субкатегориями локативности, директивности, объемности, протяженности и др.

Семантическая категория локативности в языке представляет собой довольно распространенное явление. Ее тесное взаимодействие с другими категориями закреплено и культурами носителей языков. Финский и эрзянский языки наполнены лексикой с пространственным значением, поэтому категория локативности в данных языках имеет разнообразные средства выражения.

А. В. Бондарко в «Теории функциональной грамматики» дает следующее определение локативности: «Локативность трактуется нами как семантическая категория, представляющая собой языковую интерпретацию мыслительной категории пространства, и

вместе с тем как ФСП, которое охватывает разноуровневые средства данного языка, взаимодействующие при выражении пространственных отношений» [4, с.5].

Локативность представляет собой статический процесс нахождения в определенном месте, или движение, не выходящее за пределы определенного пространства, т. е. движение, не связанное с преодолением пределов некоторого пространства. В ситуациях местонахождения наиболее ярко выражается статичность, которая предполагает «неизменное пространственное расположение предмета по отношению к локуму» [8, с.11]. Главным типом отношений в ситуациях локативности является обозначение протекания событий в пределах какого-либо пространства.

А. А. Абдуллина предлагает следующую классификацию событий, связанных с местонахождением [1, с.43]:

1. Местонахождение / пребывание субъекта: Папа был дома.

2. Действие субъекта: Он рисовал за огромным деревом.

3. Положение субъекта в пространстве: Девочка лежала на кровати.

4. Локализация состояния субъекта: Он был счастлив здесь.

5. Местонахождение / пребывание объекта: У нее была хорошая квартира в Москве.

6. Локализация положения объекта в пространстве: У окна стоял стол.

7. Локализация событий / ситуаций в пространстве: Он провел на войне четыре года.

8. Функционирование предметов: Дверь закрылась за ней.

9. Локализация состояния окружающей среды: По аллеям мела метель.

Использование наречий для выражения локативности связано, прежде всего, с

обозначением локализатора. При выражении локализатора наречием особое обозначение локализатора отсутствует. «Локализатор в таком случае подсказывается контекстом или ситуацией [9, с.19]. В. Г. Гак отмечает двоякую функцию наречий места. По мнению исследователя, они уточняют локализацию, выраженную существительным, и локализуют предмет, при отсутствии словесно выраженного локализатора [9, с.23]. Наречие является, таким образом, по сути дела вторичным способом обозначения пространственного отношения. По мнению ученого, они уточняют локализацию, выраженную существительным, и локализуют предмет при отсутствии словесно выраженного локализатора [9, с.23].

В рамках «Теории функциональной грамматики» наречия места разделяются на четыре вида:

а) неопределенные наречия, указывающие на всеобщность или неопределенность локализации (везде, нигде, где-то, откуда ни возьмись);

б) дейктические наречия, обозначающие место по отношению к участникам коммуникации: здесь, там, туда;

в) относительные наречия, обозначающие место по отношению к уже известному объекту или месту: спереди, справа, внизу, в другом месте;

г) оценочные наречия, обозначающие расстояние относительно любого объекта: близко, далеко.

Идея статических пространственных отношений находит наиболее эксплицитное выражение, если пространственные наречия сочетаются с глаголами со значением нахождения и положения в пространстве, т. к. глаголы актуализируют сему статического действия, а пространственные наречия обозначают локализатор для этого действия: Кругом лежали игрушки. Однако пространственные наречия могут также сочетаться и с глаголами других семантических групп, таких как глаголы ненаправленного действия, глаголы говорения, глаголы чувственного восприятия и др.: Он уже где-то видел эту женщину. Пространственные наречия могут относиться ко всему высказыванию в целом, не будучи привязанными по смыслу к глаголам: Все здесь было ярче и красивее.

Наречия, функционирующие в качестве обстоятельства места в предложении, могут употребляться в препозиции к глаголу-сказуемому, занимая начальное положение в предложении: Снаружи было холодно и темно.

Пространственные наречия могут использоваться для реализации семы местонахождения без сочетания с глаголами статической семантики.

Наречия места выступают как вторичное средство обозначения пространства в условиях дейксиса [9, с.65]. Неопределенные наречия описывают общие пространственные отношения: статика и ненаправленная динамика: здесь, там, тут, где-то, всюду, везде, повсюду. Особенностью этой группы слов является то, что смысл их становится ясен только при условии присутствия в ситуации, в которой они употребляются, или очень полного ее описания, поскольку они «ориентированы на внеязыковую действительность, отражаемую в содержании высказывания» [6, с.128].

Опираясь на «Теорию функциональной грамматики» А. В. Бондарко, рассмотрим наречия как средства выражения локативности в эрзянском и финском языках на примерах из художественных произведений «Эрзянь цёра» К. Абрамова и «TuHtikkuja lainaamassa» М. Лассила. Проведенный языковой анализ позволил нам выделить четыре группы наиболее частотных наречий, с помощью которых осуществляется реализация категории локативности.

В первую группу вошли неопределённые наречия, указывающие на всеобщность или неопределённость ситуации локализации: фин.: kaikkialla 'везде', ei missaan 'нигде', jossakin 'где-то'; эрз.: эрьва косо 'везде', косояк 'нигде, где-нибудь'.

1. Аламос бу эжнемс косояк, ды косо тесэ эжнят, маласо лавкаяк арась [2, с.38]. -Немного бы погреться где-нибудь, да где здесь погреешься, рядом и магазина нет.

2. - Ведь мон аволь косояк ульнинь, скал вешнинь, - кармась витеме прянзо Стёпа [2, с.23]. - Ведь я ни где-нибудь был, корову искал, - стал выкручиваться Стёпа.

3. Эрьва косо ашти Митрий, теке мельсэнзэ, мезе теема, косто саема ярмак Стёпань тонавтомс [2, с.24]. - Где бы ни был Митрий, всё одно на уме (его), что делать, откуда взять денег на обучение Стёпы.

4. «Jossakin se nyt viipyy, kun ei jo tuo niita tulitikkuja» antoi Maija Liisa tulla [13, с.38]. - «Он где-то задержался, если не несет до сих пор спичек» - задумчиво сказала Майя-Лииса.

5. Asia oli kaikkialla, missa Kukkonen oli sen kertonut... [13, с.79]. - Повсюду, где об этом говорил Кукконен...

Вторую группу составили дейктические наречия, обозначающие место по отношению к участникам коммуникации: фин.: taalla 'здесь', siella 'там'; эрз.: тесэ 'здесь', тосо 'там'.

1. Тесэ пичетне сэрейть ды видеть, алост модась тинге лангонь кондямо, тезэнь а кассы тикшеяк, сон вельтязь певерезь коське салмукссо ды пиче умарьсэ [2, с.7]. - Здесь сосны высокие и стройные, под ними земля как в огороде, здесь и трава не растёт, она покрыта упавшими сухими иголками и шишками.

2. Тосо сынь кортакшность оргодемадо [2, с.207]. - Там они разговаривали о побеге.

3. Тесэ кирьпецень покш кудонть икеле зярыя ават микшнесть пси прякинеть, кельме поза ды лембе медь [2, с.30]. - Здесь перед большим домом женщины продавали пирожки, холодный квас и тёплый мёд.

4. Siella se oli Hyvarisen talo, jonne nyt Antti taivalsi [13, с.16]. - Там и находился дом Хювяринена, куда теперь направлялся Антти.

5. Eihün me olisi ilman porsasta tiettyküün, jotta Kaisa elaa taalla [13, с.99]. - Без поросенка мы не узнали бы, что Кайса проживает здесь.

6. Ulkona miehet taivastelivat, mita katua myoten lahtea [13, с.67]. - На улице мужчины остановились в нерешительности, не зная, по какой улице отправиться.

В третью группы мы включили относительные наречия, обозначающие место по отношению к уже известному объекту или месту: фин.: edella 'спереди', oikealla 'справа', alhaalla 'внизу'; эрз.: икеле 'спереди', вить ёно 'справа', керш ёно 'слева', ало 'внизу'.

1. Вить ёно аштицясь вайгелень нолдазь автизе кургонзо, мейле кортазевсь: «А содасынек, кият тон ломанесь» [2, с.187]. - Сидящий справа, произнеся звук, открыл рот, потом заговорил: «Мы не знаем, кто ты».

2. Керш ёно вачказь суликань банкат, эйсэст краскат, ой, лак [2, с.54]. - Слева положены стеклянные банки, в них краска, масло, лак.

3. АпШ аШо1 роЫПаап kдnyta, porsasрудгаЫеИ edessa, poika пажо1 ]а АпШ valiШ... [13, с.49]. - Антти пополз на четвереньках. Поросенок увертывался впереди. Мальчишка смеялся, а Антти жалобно сказал...

4. Jussi istui о1ква11а ja he muistelivat matkojaan [13, с.126]. - Юсси сидел справа, и они вспоминали путешествия (их).

5. Heikki istui о1ква11а kyynaspaat роЫеп nojassa ]а ШтеиеН... [13, с.17]. - Хейкки сидел справа, опираясь локтями о свои колени и удивлялся...

В четвертую группу были отнесены оценочные наречия, обозначающие расстояние относительно любого объекта: фин.: 1аке11а 'близко', каикапа 'далеко'; эрз.: маласо 'близко', васоло 'далеко'.

1. Маря ды Илька аштесть а васоло, вансть, мезе карми тетясь теме [2, с.20]. -Маря и Илька сидели недалеко, смотрели, что будет делать отец.

2. Маласо аштиця аванть пелев каясь ансяк вейке варштавкс, сеяк капшазь, кивчкадиця ёндол лацо [2, с.245]. - В сторону рядом находящейся женщины он кинул только один взгляд, и тот быстрый, словно сверкающая молния.

3. Старостась эрясь а васоло, кудозо аштесь проулка чиресэ, ульця порядкастонть аламодоудало [2, с.193]. - Староста жил недалеко, его дом стоял на краю проулка, немного дальше улицы.

4. Nyt hoksasivat Jussi ja Antti, etta Kaisa oli puhunut Partasen kanssa ja etta nyt oli hata каикапа [13, с.104]. - Юсси и Антти смекнули, что это Кайса разговаривала с Партаненом, и что беда от них далека.

5. ЬакеПа seisoi eras hдlmд kaksitoistavuotias poika kadet housuntaskuissa ja katsella tдШsteli Liperin miehia ihmeissaan [13, с.48]. - Рядом, держа руки в карманах, стоял какой-то глупый парнишка лет двенадцати и с удивлением глазел на липерских мужиков.

6. ^п oli nyt Ыт muukalainen каикапа, ja Liperin maitopytyt juohtuivat mieleen [13, с.133]. - Теперь она была далеко как чужеземка, и теперь молочные кадки Липери приходили ей на ум.

На основе нашего исследования можно сделать вывод, что наречие является одним из основных средств выражения категории локативности в эрзянском и финском языках.

ЛИТЕРАТУРА

1. Абдуллина А. А. Функционально-семантическое поле локативности в современном русском языке : автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Краснодар, 1994. - 17 с.

2. Абрамов К. Г. Эрзянь цёра. - Саранск : Мордов. кн. изд-во, 1973. - С. 7-440.

3. Бенвенист Э. Общая лингвистика. - М. : Прогресс, 1974. - С. 24-34.

4. Бондарко А. В. Локативность // Теория функциональной грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность. - Л. : Наука, 1971. - С. 5-46.

5. Булыгина Т. В., Крылов С. А. Категория // Энциклопедический лингвистический словарь. - М. : Советская энциклопедия, 1990. - 215с.

6. Виноградов В. А. Лингвистический энциклопедический словарь. - М. : Большая Российская энциклопедия, 2002. - 128 с.

7. Виноградов В. В. Русский язык (грамматическое учение о слове). - М. : Высшая школа, 1986. - 640 с.

8. Всеволодова М. В., Владимирский Е. Ю. Способы выражения пространственных отношений в современном русском языке. - М. : Русский язык, 1982. - 264с.

9. Гак В. Г. Функционально-семантическое поле предикатов локализации // Теория функциональной грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность. - СПб. : Наука, 1996. - С. 6-27.

10. Еливанова М. А. Формирование категории локативности в языковой системе детей дошкольного возраста : дис. ... канд. филол. наук. - СПб., 2004. - 218 с.

11. Кочергина В. А. Введение в языковедение. Основы фонетики и фонологии. Грамматика. - М. : Изд-во МГУ, 1979. - 208 с.

12. Мещанинов И. И. Проблемы развития языка. - Л. : Наука, 1975. - 351 с.

13. ЬаББИа М. Ти1шкки]а ктаашавБа. - СПб. : Каро, 2013. - 320 с.