Лаутси и другие против Италии: наличие распятий в классных комнатах школ

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2015. № 4 (45). С. 65-72.

УДК 321

ЛАУТСИ И ДРУГИЕ ПРОТИВ ИТАЛИИ: НАЛИЧИЕ РАСПЯТИЙ В КЛАССНЫХ КОМНАТАХ ШКОЛ*

LAUTSI AND OTHERS VERSUS ITALY:

PRESENCE OF CRUCIFIXES IN CLASSROOMS*

Д. КРОШЛАК

Дан анализ двух решений суда по делу «Лаутси против Италии», которые стали самыми обсуждаемыми среди решений, выносимых Европейским судом по правам человека за последние пять лет. Речь идет о наличии религиозных символов в публичных местах, в частности наличии распятий в помещениях классов итальянских школ. Сделан вывод о том, что данное дело оставило значительный след в отношении места религии в европейском конституционном пространстве.

Ключевые слова: Европейский суд по правам человека; Италия; Лаутси; распятие; права человека; свобода вероисповедания.

In this article we analyze two judgements in the case Lautsi v. Italy which may have become the most discussed decisions of the European Court of Human Rights over the last five years. The case deals with the presence of religious symbols in public spaces, particularly the presence of crucifixes in classrooms in Italian schools. After the analysis we conclude that the case left a considerable footprint in relation to the place of religion in the European constitutional landscape.

Key words: European Court of Human Rights; Italy; Lautsi; crucifix; human rights; freedom of religion.

Введение

Решения по делу «Лаутси и другие против Италии» могут стать самыми обсуждаемыми решениями Европейского суда по правам человека за последние пять лет. Само по себе дело не является сложным и касается наличия религиозных символов в общественных местах, в частности наличия распятий в школьных классах Италии.

Впервые жалоба на наличие распятий в школьных классах Италии была рассмотрена Второй секцией Европейского суда по правам человека, которая вынесла вердикт о нарушении права на свободу религии 3 ноября 2009 г. [1].

Данное решение вызвало возмущение ряда правительств государств ЕС, многих политиков и т. д., и дело было представлено впоследствии в Большую палату ЕСПЧ, которая вынесла решение по вопросу 18 марта

2011 г. [2]. Содержание этих решений представлено и проанализировано далее в статье.

Обстоятельства дела

Истец - г-жа Сойле Лаутси, разведенная мать двух сыновей: Датайко (1990 г. рожд.) и Сами Альбертина (1998 г. рожд.), придерживающаяся атеистического взгляда на мир и воспитывавшая своих детей соответственно. Семья долгое время проживала в итальянском городе Абано Терме.

В 2001/02 уч. г. дети заявителя посещали государственную школу, на стенах классных комнат которой висели распятия. Муж Г-жи Лаутси не был доволен этим фактом и на школьном собрании в апреле 2002 г. выразил свое неодобрение и подал жалобу на наличие распятий на стенах, предлагая убрать их. Однако правление школы отказалось удовлетворить данную просьбу.

* Work on this manuscript was supported by the Slovak Agency for Advancement of Science and Research under the project № APVV-0562-11.

© Крошлак Д., 2015

65

Д. Крошлак

Впоследствии заявитель обратился с иском в административный суд Венето в июле 2002 г. с жалобой на нарушение принципа секуляризации образования. Это вызвало ответную реакцию высших органов государственной власти, и спор приобрел политический масштаб. Министр образования, университетов и научных исследований Италии присоединился к судебному разбирательству и принял директиву № 2666 о наличии распятий в классных комнатах школ.

В январе 2004 г. административный суд приостановил судебное разбирательство, передав дело на рассмотрение Конституционного суда с предварительным вопросом о конституционности республиканских и королевских декретов о наличии распятий в классных комнатах (которыми также установлено обязательное наличие распятия и портрета короля в каждом классе). В декабре 2004 г. Конституционный суд постановил, что решение о соответствии Конституции этих декретов явно недопустимо в связи с тем, что рассматривались предписания королевских декретов, которые не только не имеют силы закона, но и их соответствие Конституции рассматриваться не может в принципе.

17 марта 2005 г. Региональный административный суд Венето отказал в удовлетворении требования. Суд постановил, что положения королевских декретов до сих пор являются действующими и наличие распятий в классах не нарушает принципа светской природы государства, так как распятие является символом не только католицизма, но и христианства в целом. К тому же распятие является историческим и культурным символом, который имеет особое значение для итальянцев, так как оно представляет историческое и культурное развитие Италии и целой Европы и даже является символом, занимающим важное место в системе конституционных ценностей.

Заявитель обжаловал данное решение в суде апелляционной инстанции (Consiglio di Stato). Однако и он в апреле 2006 г. поддержал решение регионального административного суда Венето, в котором пояснялось, что распятие может иметь исключительно религиозный характер, если расположено в церкви, где оно выражает поклонение основателю Христианства. «В нерелигиозном контексте,

как школа использовала для образования молодых людей, распятие может передать вышеуказанное значение верующим, но и для верующих, и для неверующих изображение распятия является оправданным и обладает недискриминационным значением с религиозной точки зрения, если оно способно представлять и вызывать искусственно и в непосредственном восприятии и предвидимой манере (как любой символ) ценностей, которые важны для гражданского общества, в частности ценности, которые лежат в основе и вдохновляют наш конституционный порядок, является фундаментом нашего гражданского общества. В этом смысле распятие может выполнять даже с “светской” точки зрения, отличной от религиозной, воспитательную функцию независимо от религии, исповедуемой учениками» [3].

Законодательство Италии

Обязательство итальянских школ размещать распятия на стенах прописано в ст. 140 Королевского декрета № 4336/1860 (декрет королевства Пьемонт-Сардиния). Впоследствии было образовано королевство Италия и принята Конституция Италии (1861 г.) с признанием Римской католической религии как официальной религии и подтверждением толерантного отношения к другим религиям. После 1870 г., когда итальянская армия оккупировала Рим, отношения с католической церковью стали накаляться. Итальянские власти все же смогли урегулировать отношения с церковью и гарантировали Папе широкий диапазон привилегий в осуществлении религиозной деятельности. По некоторым данным, распятия стали размещаться реже на стенах классных комнат.

Однако после прихода фашистов к власти в Италии требования к соблюдению декрета стали ужесточаться. С 1922 г. циркуляр министерства образования № 68 предписывал, что изображение Господа и портрет короля должны быть в каждой школе. Данное предписание было утверждено в Королевском декрете № 965, постановляющем, что национальный флаг должен быть в каждой школе, а распятие и портрет короля - в каждом классе. Позиция католицизма как официальной веры реконсолидирована Латеран-ским пактом 1929 г., в результате которого произошло примирение фашистского госу-

66

Лаутси и другие против Италии: наличие распятий в классных комнатах школ

дарства и Римской католической церкви. Данный пакт остался в силе также после принятия Конституции Итальянской Республики в 1948 г., несмотря на тот факт, что было провозглашено отделение государства от церкви. Католицизм формально потерял свою позицию в качестве официальной веры не ранее чем в 1985 г. на основании принятия дополнительного протокола к Латеранскому пакту.

Разные итальянские суды принимали различные решения по спорам между государством и церковью, тогда как в вышеупомянутом решении Верховного административного суда наличие распятий в классах отвечало государственному секуляризму. В другом случае (решение суда № 439 от 1 марта 2000 г. о членах избирательной комиссии, которые отказались выполнять свои обязанности на избирательном участке из-за наличия распятий) суд кассационной инстанции пришел к выводу, что наличие распятия противоречит политике секуляризма, государственной беспристрастности и свободе других вероисповеданий. Суд кассационной инстанции отверг тот факт, что распятие - это символ целой цивилизации или коллективного этического сознания.

В октябре 2002 г. министр образования, университетов и науки издал уже упоминавшуюся директиву № 2666 о том, что наличие распятий в школах находится в соответствии с действующим законодательством, принципом религиозного плюрализма, задачами мультикультурного образования и свободы самосознания. Директора школ должны были обеспечить наличие распятий в классах, и школьным советам было разрешено по желанию использовать часть школьного здания для созерцания и медитации желающих.

Итальянская конституция при этом гарантирует свободу религии (ст. 19), свободу науки и образования (ст. 33) и бесплатное обязательное посещение начальной школы (ст. 34).

Обзор законодательства и практика других государств - членов Совета Европы

Сравнительный анализ решений о наличии религиозных символов в государственных школах показал, что данный вопрос не урегулирован в большинстве государств Совета Европы. Распятия запрещены только в Македонии, Грузии и Франции (за исклю-

чением Эльзаса и части Мозеля). С другой стороны, наличие распятий прописано только в актах нескольких государств, кроме Италии: в Австрии, некоторых землях Германии, некоторых кантонах Швейцарии и в Польше. Распятия можно увидеть в государственных школах других государств без указания в законодательстве, например, в Испании, Гре-ции, Ирландии, Сан-Марино, Румынии и на Мальте.

Данный вопрос уже был предметом разбирательства в некоторых национальных судах. Например, в 1990 г. Федеральный Суд Швейцарии установил несоответствие наличия распятия в классных комнатах начальных школ принципу нейтралитета, изложенному в Конституции Швейцарии, однако дело не касалось наличия распятий в других частях школ.

В 1995 г. Федеральный Суд Германии критикует подобное предписание Баварии как противоречащее государственному нейтралитету и препятствующее религиозной свободе для некатолических детей. В ответ на это Баварский Земельный парламент принял новый закон о сохранении распятий в классах, но предоставил родителям право протестовать против этого факта, а школам принимать индивидуальные и взаимовыгодные эффективные решения.

В апреле 1993 г. Конституционный Суд Польши принял предписание, позволяющее, однако, не делая обязательным наличие распятий в школах, действовать в соответствии с принципом религиозной свободы и принципом сепаратизма государства и церкви.

В июне 2008 г. Верховный Суд Румынии рассмотрел предложение Национального Совета по предупреждению дискриминации, которое было направлено на изменение румынского законодательства и позволяло демонстрировать распятия только в классах с религиозным образованием. Верховный Суд постановил, что местные сообщества учителей, учеников и их родителей должны были сами принимать решение о наличии распятий в классах.

В декабре 2009 г. Испанский Верховный Суд Кастилии и Леона постановил, что распятия не должны находиться в классных комнатах, если было обращение от родителей с просьбой убрать религиозные символы.

67

Д. Крошлак

Судебные разбирательства в Малых палатах Европейского Суда по правам человека

Заявители оспаривали решения в связи с нарушением права на образование, закрепленного в ст. 2 Протокола 1, и права на свободу вероисповедания, закрепленного в ст. 9 Конвенции. 3 ноября 2009 г. Малая палата вынесла свое решение по данному вопросу, в котором говорится о том, что государство не может принуждать к принятию какой-либо религии, тем более в местах, где люди особенно остро реагируют на любое давление, прежде всего это школы. Малая палата обосновала свое решение тем, что хотя распятие обладает целым рядом значений, религиозное все же преобладает. Поэтому обязательное наличие распятий в школах не только противоречит светскому мировоззрению заявителя, но и может стать причиной эмоционального напряжения для учеников другой веры или тех, кто придерживается атеистического взгляда. Отрицательный элемент религиозной свободы может быть нарушен не только обязательным религиозным образованием или услугами, но и другими действиями или символами, ассоциируемыми с определенной религией или атеизмом. Именно поэтому необходима защита в случае, когда государство навязывает определенную религию и лица, оказавшиеся в данной ситуации, могли бы избежать этого только специальными условиями и жертвами.

Малая палата считает, что государственное образование должно соответствовать религиозному нейтралитету и вырабатывать у обучающихся навыки критического мышления. Поэтому непонятно, как, согласно Конвенции, символ одной определенной религии может поддерживать образовательный плюрализм в демократическом обществе. Таким образом, Палата пришла к выводу, что «вынужденная демонстрация символа определенной веры в осуществлении государственного органа в отношении определенных ситуаций, контролируемых правительством, особенно в 5-х классах, ограничивает право родителей на образование их детей в соответствии с их убеждениями и право школьников определять принадлежность к вере». Согласно решению Малой палаты эта мера нарушает данные права, «потому что ограни-

чения являются не совместимыми с обязательством государства уважать нейтралитет в осуществлении государственной власти, в частности в области образования» [4].

Аргументы сторон и вмешательство со стороны

1. Итальянское правительство.

Правительство, которое передало дело на рассмотрение в Большую Палату, с сожалением отметило, что Малая палата не имела в распоряжении достаточного сравнительного материала, доказывающего, что не существует консенсуса между государствами -членами Совета Европы в попытке решения данного вопроса и что государства имели слишком много свободы действий в данной сфере.

Также критике подверглось изменение религиозного «нейтралитета» (т. е. общий концепт) и «секуляризма» (т. е. эксклюзивный концепт). Под нейтралитетом следует понимать не только возможность предпочтения любой религии, но и возможность предпочтения атеизма.

В этом отношении секуляризм в понимании Малой палаты не менее проблематичен, чем прозелитизм в отношении религии.

Правительство также предположило, что крест (в отличие от распятия) может восприниматься не только как религиозный символ, но и как культурный символ, имеющий отношение к определенной идентичности (прежде всего кресты изображены на многих флагах европейских государств) и ценности демократии и западной цивилизации. В любом случае, это «пассивный символ» и его влияние на человека несравнимо с влиянием активного воздействия. Кроме того, никто не жаловался, что наличие распятий в классных комнатах влияет на содержание образования.

Наличие распятий рассматривалось как символ «национального партикуляризма» т. е. итальянской идентичности, сформированной близостью государства, народа и католицизма в отношении исторического и культурного развития. Право родителей на уважение их «семейной культуры», таким образом, не может препятствовать праву итальянского общества на поддержание своей собственной культуры и праву детей знать её. Кроме того, не приходится говорить о потенциальном риске эмоционального волне-

68

Лаутси и другие против Италии: наличие распятий в классных комнатах школ

ния, которое может быть основанием для нарушения права на образование в сочетании с религиозной свободой.

Правительство также сослалось на решение по делу «Институт Отто - Премингер против Австрии», по которому суд должен признать и защищать национальные традиции и сложившееся общественное мнение и позволить каждому государству поддерживать баланс между противоречащими интересами.

По данным правительства, второе предложение ст. 2 Протокола 1 говорит о школьных программах, а не символах в классных комнатах. Малая палата только обосновала вмешательство в права образования чувствами учеников, которые получили бы образование в среде под некоторым воздействием определенной религии. Ранее существующее прецедентное право суда не дисквалифицировало государственную религию, но и не отдавало предпочтение какой-либо религии в школьных программах.

Правительство предположило, что наличие распятий в классных комнатах законно содействовало детскому восприятию итальянского общества, в которое они интегрированы. Данная деятельность определялась ещё тем, что дети получали образование, которое позволяло им сформировать критический взгляд на религиозный вопрос в спокойной атмосфере без воздействия какой-либо силы. В итоге итальянцы поддержали доброжелательный подход ко всем религиям, включая миноритарные, в школьной среде. Были разрешены мусульманские платки и другие религиозные символы, Рамадан празднуется во многих школах, еврейские студенты могут не учиться по субботам, и школы также соответствуют требованиям индивидуальных убеждений большинства учеников и их родителей в той или иной степени.

В конце концов правительство поддержало желание большинства учеников и их родителей оставить распятия в классных комнатах, также выраженное решением большинства членов школьного советов по данному вопросу, но в то же время предположило, что меньшинства могут злоупотреблять своими позициями.

2. Заявители.

Однако заявители настаивали на том, что распятия в классных комнатах представ-

ляли собой незаконное влияние на свободу вероисповедания, и доказывали, что государство отдает предпочтение одной религии. Кроме того, первый заявитель был убежден в секуляризме, и правительство, таким образом, мешало праву на образование его детей в соответствии с его собственными философскими убеждениями. Они заявляли, что «распятия без тени сомнения являлось религиозным символом, и попытка приписать ему культурную ценность выглядела безнадежной отчаянной обороной» [5]. Итальянское законодательство не отождествляет распятие с символом национальной идентичности -эта роль отводится государственному флагу согласно Конституции.

3. Материалы третьих сторон.

В разбирательстве в Большой палате был задействован целый ряд юридических лиц. Интерес правительств, среди которых были правительства Армении, Болгарии, Кипра, России, Греции, Литвы, Мальты и Сан-Марино представлял Джозеф Вайлер, выдающаяся фигура среди юристов и в то же время практикующий иудей. Возможно, это был целенаправленный ответ на критику организации «Греческий Хельсинский Монитор» (§ 45 Постановления Малой палаты), которая оспорила доводы итальянского правительства: согласно постановлению суда по правам человека «обозначение креста и более того, само распятие являются непосредственно религиозными символами. Суд по правам человека также оспорил заявление, что крест является чем-то иным, чем религиозный символ, и что крест является носителем гуманистических ценностей; такая позиция является оскорбительной по отношению к церкви. К тому же, Итальянское правительство не смогло предоставить хотя бы одного нехристианина, который бы согласился с этой теорией. В конце концов, представители других религий видели в кресте только религиозный символ» [6].

Данные правительства выразили общее мнение, согласно которому Малая палата перепутала понятия «нейтралитет» и «секуля-ризм». Большинство европейцев живут не в светских государствах и решения, принятые отдельными членами-государствами, различаются. Зачастую это также светская часть общества в несветском государстве, которая

69

Д. Крошлак

воспринимает кресты как часть национальной идентичности и не может рассматривать их отдельно от государства только потому, что кресты имеют религиозное происхождение. Концепция Малой палаты тем самым отражает не плюрализм, как прописано в конвенции, а американизм, по которому разделение государства и церкви было бы обязательным для всех.

Мнение этих правительств показывает, что предпочитаемый секуляризм не является нейтральной политической позицией, которая подразумевает, что удаление распятий с мест, где они всегда находились, приведет к последствиям в отношении образования. Каким бы ни было решение, в отношении наличия распятий в классных комнатах, важным фактором остается ориентирование детей на толерантность и плюрализм.

Аргументы итальянского правительства были поддержаны правительствами Монако и Румынии. Правительство Монако исходило из принципа религиозного нейтралитета, согласно которому религиозные символы не могут демонстрироваться в местах, где их раньше не было, но и не могут быть удалены с мест, где они всегда присутствовали.

И наоборот, итальянская неправительственная организация «Греческий Хельсинский Монитор», как предполагалось ранее, видит в наличии распятий в классных комнатах действия в поддержку определенной религии.

Итальянская неправительственная организация «Национальная ассоциация свободной мысли» заявляла, что данное ограничение свободы религии не было «установлено законом», распятия на стенах классных комнат находились согласно правилам (более того, принятым во время фашизма), которые были безоговорочно отменены итальянской Конституцией 1947 г. и законом о ратифицировании поправок Латеранских соглашений 1929 г.

Аассоциация «Евроюрис» полагала, что распятие является религиозным символом, не идентифицирующимся с нехристианством. Аналогичного мнения придерживались организации «Международная комиссия юристов», «Интерайтс» и «Хьюман Райтс Вотч», основываясь на прецедентном праве конституционных судов Италии, Испании и Германии, а также государственного совета Фран-

ции и Федерального суда Швейцарии. Они добавили, что некоторые верховные суды рассматривали нейтралитет как необходимость, как тенденцию к индоктринации по отношению к школьникам.

Неправительственная организация «Европейский центр права и справедливости», напротив, выявила, что решение Малой палаты принято не в соответствии с правами заявителей, а в соответствии с новыми обязанностями государств в отношении светской среды в школах, тем самым палата вышла за пределы своей юрисдикции.

Католические организации «Центральный комитет немецких католиков» (Zen-tralkomitee der deutschen Katholiken), «Общественные недели Франции» (Semaines sociales de France) и «Итальянская ассоциация христианских работников» (Associazione Cristiane lavoratori Italiani) пришли к решению, что распятие в первую очередь является религиозным символом, но не согласны с решением Малой палаты, что наличие распятий в классных комнатах может вызвать эмоциональное напряжение. Они также напомнили родителям, что образование в государственных школах не может в полной мере соответствовать их личным убеждениям и необходимо найти баланс между фундаментальными правами граждан и законными интересами общества, в том числе сохраняя существующее разнообразие взглядов в Европе.

Тридцать три члена Европейского парламента намекнули Суду, что это был не конституционный суд, а суд, основанный на субсидиарности и уважении к мере усмотрения. Предписание государственным органам убрать распятия приравнивалось бы к радикальной идеологической мере. И наоборот, публичная демонстрация религиозных символов является не формой религиозного воспитания, а выражением культурного единства и идентичности.

Судебная оценка

Во-первых, Большая палата определила ключевой вопрос: является ли наличие распятий в классных комнатах итальянских го -сударственных школ (не везде) соответствующим ст. 2 Протокола 1 и ст. 3 Конвенции в ситуации, когда «из-за уровня убежденности, серьезности, единства и важности» атеизм заявителей носит философский характер,

70

Лаутси и другие против Италии: наличие распятий в классных комнатах школ

гарантированный вторым предложением ст. 2 Протокола 1, если это достойно уважения в демократическом обществе и в то же время весьма совместимо с человеческим достоинством и основным правом ребенка на образование?

В ответ на такой вопрос Большая палата впервые определила ст. 2 Протокола 1 как специальный закон в сфере образования к ст. 9 Конвенции, особенно когда речь идет о праве родителей на образование их детей в соответствии с их религиозными и философскими убеждениями. Это регулирование должно интерпретироваться в свете ст. 9 Соглашения, обязывающей государства придерживаться нейтралитета и беспристрастности в религиозных вопросах, т. е. обязательство нейтрального и беспристрастного отношения к существованию различных религий и убеждений и поддержания общественного порядка, религиозной гармонии и терпимо -сти, особенно в отношении оппозиционных вероисповеданий. Слово «уважение» в ст. 2 Протокола 1 означает больше, чем просто «признание». Оно также включает в себя определенные позитивные обязательства государства; однако они могут различаться в разных его частях в зависимости от социальных и индивидуальных ресурсов. Таким образом, это не означает, что родители могут просить особую форму обучения для своих детей от государства.

Несмотря на этот факт, прецедентное право привело к разнообразию обязательств государства в сфере школьных учебных планов. С другой стороны, это регулирование не препятствует тому, чтобы государства включали в учебные планы информацию религиозного или философского характера, прямого или косвенного. Тем не менее, если плюрализм в образовании должен сохраняться, государства должны гарантировать, что такая информация включена в учебные планы в объективной, критической и плюралистической форме, чтобы позволить ученикам развить критическое мышление в вопросах религии в мирной атмосфере без прозелитизма. Государство должно с уважением относиться к религиозным и философским убеждениям родителей.

В данном случае Палата отклонила вывод правительства, что второе предложение

ст. 2 Протокола 1 касается только школьной программы, в то время как наличие распятий в классах не попадает в его сферу. Принятие решения всеми государственными органами, определяющими атмосферу в школьной среде, является прерогативой государства, поэтому также решение о наличии распятий в классах относится к одной из функций го -сударства в сфере образования, при этом государство должно уважать право родителей обучать детей в соответствии с их собственными религиозными и философскими убеждениями.

Большая палата также пришла к выводу, что распятие - религиозный символ, что было также признано внутренними судами (соответственно, они не договаривались о его характере), и правительство им не противоречило. Никакое другое значение распятия не было решающим в принятии решения Большой палаты, поскольку Суду не были представлены доказательства, подтверждающие, что показ религиозных символов в классах оказал влияние на учеников и что это имеет или не имеет влияние на молодых людей, убеждения которых все ещё формируются. Тем не менее понятно, что первый заявитель воспринимал наличие распятий как отсутствие уважения по отношению к его праву воспитывать своих детей в соответствии со своими собственными религиозными и философскими убеждениями. Тем не менее такие субъективные ощущения истца недостаточны для выявления нарушения ст. 2 Протокола 1.

Правительство прибегло к фундаментальному аргументу относительно распятия, являющегося традиционным символом принципов и ценностей, создающих определенную идентичность. Принятие решения в вопросе размещения распятий в классах при разногласиях среди государств Совета Европы падает на усмотрение государств-членов в соответствии с точкой зрения Большой палаты. «Суд должен, кроме того, принять во внимание тот факт, что Европа характеризуется большим разнообразием взглядов в го -сударствах, из которых она состоит, в частности в сфере культурного и исторического развития. Это подчеркивает, однако, что ссылка на традицию не может освободить договаривающиеся государства от обязатель-

71

Д. Крошлак

ства соблюдать права и свободы, хранимые в Соглашении и Протоколах» [7].

Большая палата также указала на другие обстоятельства: 1) размещение распятий не связано с обязательным христианским образованием; 2) Италия поддерживает свободный подход школ к другим религиям (и их символам, например, мусульманским косынкам); 3) ничто не указало на пристрастность школьных властей к иначе думающим ученикам или неверующим. Даже заявитель не утверждал, что присутствие распятий в классах поощряло любые прозелитические тенденции. Кроме того, заявитель полностью сохранил право воспитывать своих детей и направлять их в поиске правильного пути в соответствии со своими философскими убеждениями. «Из вышеизложенного следует, что при принятии решения о наличии распятия в классах государственной школы, которую посещали дети первого заявителя, власти, действовали в рамках предоставления родителям права на образование и обучение в соответствии с их собственными религиозными и философскими убеждениями» [8].

Статья 2 Протокола 1, следовательно, не нарушается в связи с первым заявителем и Большая палата не находит какого-либо нарушения права в соответствии со ст. 9 Конвенции, которая должна была бы быть оценена. Кроме того, не найдено никаких нарушений в отношении детей заявителя (второй и третий заявитель), даже если не исключается, что наличие распятий в классах государственных школ может быть воспринято некоторыми учениками, поддерживающими атеизм, как затрагивающее их права, установленные в этих положениях.

Большая палата Европейского суда по правам человека решила пятнадцатью голосами против двух, что предполагаемые права не нарушены.

Вывод

В своем окончательном решении по делу «Лаутси и другие против Италии» в вопросе о присутствии религиозных символов в общественных местах Европейский суд по правам человека признал (как уже предполагается предыдущим случаем в прецедентном праве) широкие полномочия государств Совета Европы, подписавших конвенцию (пределы свободы усмотрения). Это решение также подтвердило, что при данных условиях в области религиозной свободы Европа осталась смесью различных «ароматов и цветов», т. е. разных подходов к вопросу религии и особенно религиозных символов в общественных местах. Это, возможно, лучший способ предотвратить возможные культурные конфликты, которые преобрели чрезвычайные формы и могут привести к центробежным тенденциям в обществе [9].

1. Case of Lautsi and others v. Italy, European Court of Human Rights. - Second Section. -Application № 30814/06.

2. Ibid. - Grand Chamber. - Application № 30814/06.

3. Ibid. - § 16.

4. Ibid. - Second Section. - Application № 30814/06.

- § 57.

5. Ibid. - Grand Chamber. - Application № 30814/06.

- § 42.

6. Ibid. - Second Section. - Application № 30814/06.

- § 45.

7. Ibid. - Grand Chamber. - Application № 30814/06.

- § 68.

8. Ibid. - § 76.

9. Cf. Kroslak D. Cultural and religious differences and their eventual significance for criminal prosecution in Germany // European journal of science and theology. - 2014. - Vol. 10, suppl. 1. - P. 39-47.

72