Россия: демографические итоги двух десятилетий

Мир России. 2012. № 3

3

СОЦИАЛЬНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ И СОЦИАЛЬНЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ

Россия: демографические итоги двух десятилетий*

А.Г ВИШНЕВСКИЙ

Современное демографическое неблагополучие России имеет долгую историю. Даже если оставить в стороне демографические катастрофы первой половины ХХ в., явное ухудшение ситуации просматривается с середины 1960-х годов. После распада СССР Россия получила тяжелое демографическое наследие. Требовались очень серьезные и продуманные меры для того, чтобы переломить давние неблагоприятные тенденции и ответить на новые вызовы, перед которыми оказалась Россия. Анализ демографических итогов истекшего двадцатилетия показывает, что, несмотря на отдельные позитивные подвижки, коренного перелома достичь не удалось, а новые вызовы до сих пор в полной мере не осознаны. К числу устойчивых позитивных тенденций относятся снижение младенческой смертности и сокращение числа абортов, но список подобных достижений будет небольшим. Двадцатилетняя динамика главных демографических процессов - рождаемости, смертности и миграции - характеризуется колебаниями, которые пока не позволяют говорить о необратимом выходе на желаемые траектории развития.

Ключевые слова: демографическая ситуация, рождаемость, смертность, ожидаемая продолжительность жизни, естественный прирост, естественная убыль, миграция

Численность населения

По данным Всероссийской переписи населения 2010 г., численность постоянного населения Российской Федерации составила 142,9 млн человек.

Как сообщается в официальной информации Росстата «Об итогах Всероссийской переписи населения 2010 года», Российская Федерация занимает восьмое место в мире по численности населения. В действительности это не так. В 2010 г. Россия по численности населения занимала предпоследнее, девятое место в первой десятке стран мира, на долю которых приходится более 4 млрд чел., или около 60% мирового населения. В эту десятку входят Китай (1341 млн чел.), Индия (1225 млн чел.), США (310 млн чел.), Индонезия (240 млн чел.), Бразилия (195 млн чел.), Пакистан (174 млн чел.), Нигерия (158 млн чел.), Бангладеш (149 млн чел.), Россия (143 млн чел.), Япония (127 млн чел.) [United Nations, Department of Economic and Social Affairs, Population Division 2011].

Исследование осуществлено в рамках программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2012 году.

4

А.Г. Вишневский

По сравнению с переписью 2002 г. численность населения России уменьшилась на 2,3 млн человек. В целом же населении страны убывает с 1993 г., когда число постоянных жителей России достигло своей наибольшей величины -148,6 млн человек.

В 2009 г., впервые за длительный период после 1995 г., был зарегистрирован незначительный прирост населения (на 0,01%). Прирост населения отмечен и в 2011 г., однако он связан с изменением правил учета миграции (см. ниже). По оценке на начало 2011 г. население России составило 143 млн человек. Таким образом, если данные переписи населения 2010 г. верны, за весь период убыли населения с 1993 г. по 2011 г. число россиян сократилось на 5,5 млн человек.

Компоненты изменений численности населения России

Главная причина идущего с 1993 г. сокращения численности населения России -его естественная убыль, т.е. превышение числа смертей над числом рождений. Впервые она была зарегистрирована в 1992 г., а к началу 2011 г. совокупная естественная убыль за весь период составила 13,2 млн человек.

В прошлом естественный прирост всегда играл роль главного компонента, обеспечивавшего рост населения России, с середины 1970-х гг. определенный вклад в этот рост вносил и миграционный прирост за счет положительного сальдо миграции между Россией и республиками бывшего СССР. Однако во второй половине 1980-х гг. естественный прирост населения быстро сокращался, к началу 1990-х гг. сошел на нет и в 1992 г. сменился естественной убылью, в то время как положительное сальдо миграции сильно выросло. Сокращение численности населения за 1993-2010 гг. на 5,5 млн чел. при естественной убыли 13,2 млн означает, что на 58% (на 7,7 млн чел.) эта убыль была компенсирована миграционным приростом. Как правило, эта компенсация была лишь частичной, исключение составили, как упоминалось, только 2009 г. и 2011 г., когда миграционный прирост превышал естественную убыль населения.

Хотя резкое сокращение естественного прироста населения произошло только в конце 1980-х гг., оно не стало неожиданностью. Прогнозы советского времени предсказывали появление естественной убыли населения России в начале XXI в., на деле это произошло на 10 лет раньше, в начале 1990-х гг., что может быть объяснено как влиянием социально-экономического кризиса тех лет, так и избыточным оптимизмом советских прогнозов. В любом случае, естественная убыль населения России - не случайность, она обусловлена тем режимом воспроизводства населения с низкими уровнями смертности и рождаемости, который сложился в России уже в 1960-е гг. Если в течение некоторого времени естественный прирост еще оставался относительно высоким, то в основном благодаря особенностям возрастной структуры населения, в которой был «накоплен» определенный потенциал демографического роста. Но по мере исчерпания этого потенциала соотношение числа рождений и смертей становилось все менее благоприятным, что и привело, в конечном счете, к появлению «русского креста» - кривые рождаемости и смертности пересеклись, число смертей превысило число рождений, естественный прирост населения сменился его естественной убылью.

Естественный прирост (убыль) населения зависит от трех факторов: рождаемости, смертности и возрастной структуры населения. Если на два первые фактора можно как-то влиять с помощью тех или иных мер политики (хотя и это - весьма не просто), то третий фактор практически не поддается никакому воздействию. Нынешняя возрастная структура населения России, а в значительной степени и его возрастная структура, на ближайшие десятилетия уже предопределена, и существенно изменить ее невозможно.

Россия: демографические итоги двух десятилетий

5

Так как формирование современного возрастного состава населения России в прошлом происходило под влиянием целого ряда пертурбационных факторов, российская возрастная пирамида сильно деформирована, вследствие чего динамика различных половозрастных контингентов имеет нерегулярный, волнообразный характер, «выгодные» с демографической и социально-экономической точек зрения волны сменяются «невыгодными».

В «нулевые» годы, несмотря на продолжавшуюся убыль населения, изменения половозрастного состава проходили через «выгодную» фазу, страна получала своеобразный «демографический дивиденд», в этот период совпали два упомянутых выше демографически выгодных структурных сдвига.

Первый из них был обусловлен увеличением числа рождений в 1980-е гг., который объясняет рост числа женщин репродуктивных возрастов в 1990-е. Число женщин в возрасте от 15 до 50 лет выросло с 36,3 млн в 1992 г. до 40 млн в 2002-2003 гг., после чего оно чуть-чуть сократилось, все еще оставаясь очень высоким, более высоким, чем когда-либо в прошлом. Если же взять более узкий диапазон возрастов, вносящих основной вклад в рождаемость, то число женщин в наиболее важных репродуктивных возрастах от 18 до 35 лет между 1999 г. и 2009 г. выросло более чем на 2 млн, что не могло не внести своего вклада в рост числа рождений, наблюдавшийся после 1999 года. Но сейчас рост этой группы женщин в целом уже прекратился и, согласно прогнозу Росстата, нас ожидает ее огромное падение - на 4,7 млн чел. до 2020 г. и более чем на 7 млн до 2025 года. Несколько более благоприятна динамика числа женщин в возрасте 25-34 года - эта возрастная группа приобретает все большее значение в связи с происходящим сдвигом рождений в более поздние возраста. Однако и ее численность будет быстро падать, хотя пока она еще увеличивается, что немного сдерживает падение числа рождений (рисунок 1а).

Второй сдвиг был связан с тем, что, начиная с 2001 г., 60-летний рубеж переходили малочисленные поколения 1941 г. и последующих военных лет рождения, вследствие чего число людей в возрасте 60 лет и старше между 2001 г. и 2006 г. сократилось на 10%. А это, в свою очередь, тормозило рост количества смертей, так как основная масса смертей всегда приходится на пожилые возраста. Но этот период закончился, и теперь число пожилых людей и их доля в населении будут быстро увеличиваться и очень скоро достигнут небывалых для России значений (рисунок 1б). Соответственно будет расти и число смертей - даже в том случае, если возрастные интенсивности смертности будут снижаться, хотя оснований для больших ожиданий пока нет. Но если такое снижение даже и произойдет, оно затронет, в основном, не старшие возрастные группы.

В условиях, когда число рождений сокращается, а число смертей увеличивается, сближение этих чисел невозможно. Напротив, они будут расходиться, тем самым снова увеличивая сократившийся было раствор «русского креста» (рисунок 2).

Сейчас этот раствор действительно сокращается, естественная убыль населения, главным образом, в силу структурных особенностей российской возрастной пирамиды быстро уменьшается, и кажется, что в России восстановится естественный прирост населения. Эту динамику часто интерпретируют как успешный результат проводимой в стране демографической политики и рассматривают ее как устойчивую позитивную тенденцию, которая в скором времени приведет к возвращению от отрицательного прироста населения к нулевому, а то и положительному1.

1 «Естественная убыль населения, хотя и сохраняется, но нарастать не будет. Прогресс в этом показателе очень значительный. Если в 1999 г. убыль составила почти 930 тыс. чел., то в 2007 г. - 470 тыс., в 2008 г. - 362 тыс., в 2009 г. - менее 250 тыс. человек... Сокращение численности населения остановлено. Естественная убыль будет сокращаться и дальше. Главная причина этого - проведение в рамках приоритетного национального проекта «Здоровье» активных программ по снижению смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, основной причины смертности населения» [Уроки демографии 2010].

6

А.Г. Вишневский

Женщины репродуктивных возрастов Пожилые люди

Рисунок 1. Число женщин в возрасте 18-34 и 25-34 года и пожилых людей -фактическое и по среднему варианту прогноза Росстата, 1970-2030 гг.

Источник: [Демографический прогноз до 2030 года].

Рисунок 2. Число родившихся и умерших в России - фактическое в 1960-2010 гг. и по высокому и среднему вариантам прогноза Росстата, тыс.

Источник: [Демографический ежегодник России 2009, таблица 8.5].

На самом деле подобное развитие событий крайне маловероятно. Все прогнозы предсказывают, что в ближайшие годы естественная убыль населения снова начнет нарастать. Роста естественной убыли не удастся избежать даже согласно

оеог

Россия: демографические итоги двух десятилетий

7

наиболее оптимистическому варианту официального прогноза Росстата, но так как самые оптимистические прогнозы оправдываются редко, то более вероятным, в лучшем случае, представляется средний вариант. Согласно этому варианту, естественная убыль населения России уже в начале следующего десятилетия превысит 500 тыс. чел. в год и будет продолжать увеличиваться.

Сохранение и даже нарастание естественной убыли населения России, превращающееся в долговременную, если не постоянную тенденцию, не могут не вызывать беспокойства в обществе и не вести к поиску политических ответов на эту исторически совершенно новую ситуацию. Убыль населения случалась и в прошлом, но обычно была связана с острыми социальными или природными (иногда с теми и другими одновременно) катаклизмами. Естественная же убыль населения в относительно благополучное мирное время - явление для истории необычное. Как отмечалось выше, на динамику естественного прироста в России сильное влияние оказывают особенности сложившейся к настоящему времени возрастной структуры ее населения, но все же решающую роль играют фундаментальные демографические процессы - рождаемость и смертность.

Соответственно, постоянно возникает вопрос, в какой мере эти процессы поддаются целенаправленному воздействию со стороны общества, какие усилия могут и должны предпринять правительство или другие общественные институты или структуры, чтобы изменить ситуацию, насколько эффективными могут быть такие усилия. В той или иной степени эти вопросы поднимались в России на протяжении двух последних десятилетий, не раз принимались различные правительственные документы, делались довольно громкие заявления, в том числе и об успехах тех или иных политических мер. В нашу задачу входит не столько анализ разного рода решений, заявлений и мер, сколько оценка достигнутых результатов, хода демографических процессов как зависящих, так и не зависящих от политических усилий.

Рождаемость

В российском общественном мнении (даже в специальной демографической и околодемографической литературе) широко распространено представление об очень сильном падении рождаемости в России в 1990-е гг. и его значительном росте в «нулевые» годы XXI века. И то, и другое, по меньшей мере, не вполне верно.

Действительно, за 20 лет - с 1991 г. по 2010 г. - в России родилось 29,3 млн детей - на треть (или на 15 млн) меньше, чем за предшествующие два десятилетия. Велик соблазн отнести это падение на экономические и политические неурядицы 1990-х гг., на болезненные реформы и т.п., и, наверно, события последних 20 лет и в самом деле не прошли без следа для рождаемости. Но все же эту конъюнктурную составляющую падения числа рождений не следует переоценивать.

Годовые числа рождений падают в России давно: здесь, как и везде, снижение рождаемости определятся общей логикой демографического перехода, конъюнктурные же факторы порождают лишь нарушение регулярности этого эволюционного процесса.

Кроме того, следует учитывать, что в силу особенностей исторического развития России в ХХ в. числа рождений испытывали значительные колебания. Кривая же текущего абсолютного числа рождающихся в стране детей с неизбежностью повторяет, пусть и с определенной приблизительностью, кривую числа рождений поколений родителей, так что на числе рождений сказываются колебания в численности поколений, возникшие в прошлом, иногда довольно отдаленном. Как ни велико падение числа рождений между 1986 г. и 1999 г., оно в основном лишь повторяет столь же крутое его падение между 1954 г. и 1968 г., когда появлялись на свет будущие родители детей 1990-х годов. В свою очередь сокращение числа

8

А.Г. Вишневский

рождений после 1954 г. - это эхо его падения, начавшегося за 25 лет до этого, в 1929 году. Точку минимума 1968 г. (1,82 млн рождений) также отделяет от предыдущей точки минимума 1943 г. (1,08 млн) период в 25 лет (рисунок 3).

Рисунок 3. Число рождений в России в 1910-2010 гг., млн чел.

Источники: [Население России за 100 лет (1897-1997), с. 84-85; Андреев, Дарский, Харькова 1998, с. 161-162; Демографический ежегодник России 2010, таблица 68;

База данных Росстата http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/population/ demography/#].

В целом колебания численности поколений детей повторяют колебания численности поколений их родителей и в то же время предсказывают колебания численности поколений их собственных детей. Начиная с поколений, родившихся в середине ХХ в., соотношение численностей родительских и детских поколений (условно разделенных периодом в 26 лет) приобрело определенную устойчивость: поколения родителей воспроизводились в поколениях детей примерно на 70-75%, что отражало общую тенденцию к снижению рождаемости. Эта устойчивость нарушилась лишь однажды, во второй половине 1980-х гг, когда конъюнктурные показатели рождаемости повысились под влиянием проводившейся тогда пронаталистской политики и соотношение дети/родители ненадолго превысило 90%. Интересно отметить, что, несмотря на широко разрекламированные меры 2007 г, когда, в частности, был введен «материнский капитал», они не привели к подобному эффекту, число рождений увеличивается, примерно следуя увеличению численности родительских поколений, соотношение дети/родители практически не меняется. В 2010 г. оно составило 74%,

т.е. было таким же как в 1978 г, 1993 г, 1995 г. или 2008 году.

Сейчас при сохранении такого или близкого к нему соотношения число рождений растет, следуя за ростом числа потенциальных родителей. У Министерства здравоохранения и социального развития есть возможность отмечать позитивные тенденции и ставить их себе в заслугу, что оно и делает. Как отмечается на сайте Минздравсоцразвития, «только активные действия властей всех уровней по реализации принятой в 2007 году Концепции демографической политики Российской Федерации на период до 2025 года позволили коренным образом улучшить ситуацию с рождаемостью. За 2007-2009 гг. (за 3 года) коэффициент рождаемости вырос

Россия: демографические итоги двух десятилетий

9

на 2 пункта (с 10,4 до 12,4). Это равно приросту коэффициента за предыдущие 7 лет (с 1999 по 2006 годы). В 1999 г. в России родились 1215 тыс. детей, в 2009 г - 1760 тыс. Разница огромная. По расчетам ученых естественные причины дали за последние три года лишь 15% роста рождаемости, остальные 85% роста дали меры государственного воздействия на демографическую ситуацию» [Уроки демографии 2010].

Этот комментарий едва ли соответствует фактам. Если не считать 2007 г, первого года, когда были введены новые пронаталистские меры, темпы роста числа родившихся после их введения были примерно такими же как и до этого, уже в 2010 г. они оказались минимальными за весь период, за исключением провального 2005 г, а в 2011 г. почти сошли на нет (рисунок 4). Прирост числа рождений за первые 5 лет периода (2000-2004 гг.) составил 288 тыс., за последние 5 лет (2006-2010 гг.) - 332 тыс., т.е. был несколько выше за счет рекордного 2007 г, разница достаточно заметная (15%), но не принципиальная. Разницу в числе рождений между 2009 г. и 1999 г. - 545 тыс. -можно считать «огромной», но на период с 2007 г. из нее приходится только 280 тыс., остальные 265 тыс. были получены ранее. При этом известно, что рост числа потенциальных родителей заканчивается, соответственно вполне предсказуема и дальнейшая динамика числа рождений: оно неизбежно начнет сокращаться. Можно ли как-либо предотвратить или хотя бы затормозить это сокращение?

Рисунок 4. Годовые приросты числа родившихся

Источник: [Демографический ежегодник России 2010; База данных Росстата http://www.gks.rU/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/population/demography/#].

Хотя, как отмечалось ранее, числа рождений сильно зависят от численности родившихся ранее поколений, но решающая роль все же принадлежит прокреативному поведению людей, именно оно предопределяет интенсивность деторождения, т.е. среднее число рождений в расчете на одну женщину каждого поколения. Повлиять на возрастную структуру населения почти невозможно, поэтому изменение в желаемом направлении ситуации с рождаемостью мерами демографической политики обычно связывают с воздействием на прокреативное поведение, а через него - на интенсивность деторождения. Неслучайно, именно поэтому интенсивность деторождения при-

10

А.Г. Вишневский

влекает внимание и политиков, и аналитиков. Оказывается, однако, что сама оценка интенсивности деторождения представляет собой далеко не простую задачу.

Сейчас и аналитики, и политики широко используют в этих целях так называемый «коэффициент суммарной рождаемости» (КСР). В последние годы этот показатель демонстрирует заметный рост, с 1999 г. по 2010 г. он вырос на 0,4 ребенка в расчете на одну женщину, или более чем на треть. Тем не менее, даже в 2010 г. этому показателю (1,57) было далеко до минимального показателя советских лет (1,89 в 1980 г. и 1990 г.), а сейчас его рост явно выдыхается.

Однако проблема заключается в том, что аналитические возможности КСР ограничены: он относится к так называемому «условному поколению», неплохо работает, когда в демографическом поведении людей не происходит быстрых изменений, но дает искаженное представление об уровне рождаемости и его динамике, когда это поведение резко меняется, что и наблюдается в России на протяжении последних 20 лет. Он не раз подвергался критике в специальной литературе2.

Главный недостаток КСР заключается в том, что он не позволяет учесть так называемых «тайминговых изменений» или особенностей «календаря» рождений разных поколений женщин. КСР в данном году может снизиться или повыситься не по тому, что женщины стали рожать меньше или больше детей, а по тому, что при прежнем количестве детей изменилось «расписание», «календарь» их появления на свет. По сути, этот показатель отражает лишь текущую конъюнктуру формирования возрастной рождаемости, тогда как прокреативный итог каждого женского поколения формируется на протяжении 25-30 лет, а за это время конъюнктура может несколько раз измениться3.

Для того чтобы хотя бы частично преодолеть зависимость КСР от тайминговых изменений, были предложены различные варианты корректировки показателя, позволяющие элиминировать влияние «календаря» рождений. Если воспользоваться одним из таких показателей (так называемый «скорректированный» (adjusted) КСР, рассчитанный по методу Бонгаартса-Фини) и сравнить его с классическим КСР, то можно видеть, что в случае России эти показатели почти никогда не совпадали, но расхождение приобрело особенно большие масштабы после 1990 года. Скорректированный КСР указывает на то, что традиционный показатель, не учитывающий сдвиг «календаря» рождений, преувеличивает как падение рождаемости в 1990-е гг., так и его рост в 2000-е (рисунок 5).

Чтобы понять природу подобных различий и низкую информативность коэффициента суммарной рождаемости для условного поколения в современной российской ситуации (но подобная ситуация часто встречается и в других странах), необходимо рассмотреть типичное поведение этого показателя при существенных изменениях возрастной модели рождаемости.

Если проследить, как это сделано в таблице 3, прокреативную судьбу поколений россиянок 1961-1965 годов рождения (диагональ в таблице 3), то можно увидеть, что, имея один из самых высоких уровней рождаемости в возрасте 20-24 года среди пятилетних групп поколений, родившихся с конца 1930-х гг., они внесли заметный вклад в повышение КСР 1985 года. Но, перейдя в следующую возрастную группу, они стали быстро терять свои преимущества по сравнению с поколениями, проходившими через соответствующие возраста в 1980 г.: 466 вместо 504 на 1000 женщин в возрасте 25-29 лет, 148 вместо 260 в возрасте 30-34 года и т. д. Неудивительно, что прокреативный итог этой группы поколений оказался достаточно скромным: 1,72 рождения на 1 женщину (сумма по диагонали, деленная на 1000). Примерно то же самое происходило и с соседними поколениями.

2 См., напр.: [Соботка, Лутц 2011, с. 464-471].

3 Неслучайно французские демографы давно уже отказались от термина «коэффициент суммарной рождаемости»

Россия: демографические итоги двух десятилетий

11

Рисунок 5. Коэффициент суммарной рождаемости населения России -обычный и скорректированный с учетом тайминговых изменений,

детей на женщину

Источники: коэффициент суммарной рождаемости - [База данных Демоскопа Weekly http://

www.demoscope.ru/weekly/ssp/sng_tfr.php; за 2010 г. - неопубликованные данные Росстата];

скорректированный коэффициент суммарной рождаемости - [Human Fertility Database 2011].

Таблица 3. Расхождения между показателями итоговой рождаемости условного

и реального поколений

Поколения 1961-1965 гг.

о\ 1 УГ о\ 7 УГ <N -г 2 со о\ 7 УП го -т -г -г 45+ реального поколения

1980 219 789 504 260 87 25 2 1,86

1985 234 818 567 299 116 18 2 2,05

1990 275 783 466 241 97 21 1 1,90

1995 148

2000 59

2005 15

2010 2

1,72

12

А.Г. Вишневский

В результате, вопреки широко распространенному представлению об успехах советской демографической политики 1980-х гг., остановить снижение рождаемости не удалось, воздействию поддался только «календарь» рождений, о чем уже неоднократно писалось4. Меры демографической политики сильно «омолодили» рождаемость тех поколений, которые проходили в эти годы через молодые возраста, и это привело к повышению КСР календарного периода, но отнюдь не к росту итогового числа рождений в этих поколениях (таблица 4).

Таблица 4. Итоговая рождаемость поколений женщин России, поколения 1941-1965 гг.

Поколения Возрастные коэффициенты рождаемости

15-19 20-24 25-29 30-34 35-39 40-44 45+

1941-1945 134 752 548 291 87 18 1 1,83

1946-1950 124 763 540 260 116 21 1 1,82

1951-1955 149 794 504 299 97 11 1 1,85

1956-1960 173 789 567 241 53 12 1 1,83

1961-1965 219 818 466 148 59 15 2 1,72

1966-1970 234 783 333 175 89 30 2 1,64

Схема повышения коэффициента суммарной рождаемости в «нулевые» годы была иной, оно было достигнуто за счет того, что многие женщины реализовали отложенные ранее рождения в более поздних возрастах. Скажем, «средняя» женщина из поколения, родившегося в 1974 г., проходя через возраста до 25 лет, которые пришлись у этого поколения на начало и середину 1990-х гг., родила намного меньше детей, чем родила в этих возрастах женщина из поколения 1969 года рождения. Но потом она почти все наверстала в «нулевые» годы, когда ей было 25-29 или 30-34 года. Это и дало подъем рождаемости «нулевых» годов.

Кажется очевидным, что этот сдвиг рождений к старшим возрастам стал следствием, с одной стороны, трудностей 1990-х гг., когда молодые женщины были вынуждены откладывать рождения, а с другой, введения «материнского капитала» и общей активизации пронаталистской демографической политики во второй половине «нулевых» годов.

Принять это кажущееся очевидным объяснение мешают то, что оно не позволяет ответить на два вопроса:

а) почему рост коэффициента суммарной рождаемости начался за 7 лет до введения «материнского капитала», которое не изменило существовавшую до этого тенденцию, а лишь внесло в нее недолговременное возмущение (рисунок 4)?

б) почему введение «материнского капитала» совершенно не повлияло на поведение женщин в возрасте до 25 лет, рождаемость у которых в 2010 г. была даже ниже, чем в 1999 г. (таблица 5)?

4

См., напр.: [Захаров 2006].

Россия: демографические итоги двух десятилетий

13

Таблица 5. Возрастные коэффициенты рождаемости в 1990 г., 1999 г. и 2010 г., на 1000 женщин соответствующего возраста

Возраст

Год КСР

15-19 20-24 25-29 30-34 35-39 40-44 45-49

1990 55,0 156,5 93,1 48,2 19,4 4,2 0,1 1,88

1999 28,9 91,8 63,7 32,2 11,1 2,2 0,1 1,15

2010 28,5 88,8 96,3 67,5 30,2 5,9 0,3 1,59

На рисунке 6 показано накопленное число рождений к возрасту 25 лет в 40 одногодичных поколениях россиянок. Максимальным оно было у поколения 1965 года. Рост этого числа - прямой эффект политики 1980-х гг., в середине которых женщины, родившиеся в 1965 г., достигли своего 20-летия. Но ничего подобного не наблюдается у женщин, родившихся в 1980-е гг. и пересекавшие 25-летний рубеж в «нулевые» годы: к 25 годам накопленное число рождений у них было необыкновенно низким.

Рисунок 6. Накопленное число рождений к возрасту 25 лет в среднем на одну женщину в женских поколениях 1944—1984 годов

Источник: [Human Fertility Database 2011].

Почему молодые женщины не откликнулись на «материнский капитал»? Ведь в то же самое время у женщин в возрасте 25-29 лет рождаемость по сравнению с 1999 г. увеличилась в полтора раза, а в возрасте 30-34 года - более чем в два (таблица 5). Возможно, младшие материнские поколения просто ждут своего часа, достижения более поздних возрастов? А «материнский капитал» здесь не при чем, «наверстывание» отложенных рождений женщинами в возрасте 25 лет и старше

14

А.Г. Вишневский

- вообще неспецифический российский феномен «нулевых» годов? Вполне вероятно, что он обусловлен, прежде всего, общими для многих стран эволюционными изменениями возрастной кривой рождаемости.

В процессе демографического перехода «расписание» массового прокреативного поведения в очень многих странах претерпело два крупных противоположно направленных изменения. Первое из них выражалось в том, что женщины, в среднем, прекращали процесс прокреации все раньше и раньше, в результате чего большая часть рождений концентрировалась в молодых возрастах и средний возраст матери при рождении детей снижался. На следующем этапе, который четко обозначился в 1970-е гг., происходило движение в противоположном направлении: женщины во все большем числе стран отодвигали начало деторождения и материнство, которое на предыдущем этапе «молодело», а теперь, напротив, «старело».

В начале 1980-х гг. в России, пусть и с некоторым опозданием по отношению к европейским странам, также наметился переход к новому этапу изменений «расписания» рождения детей, имевший, по-видимому, ту же стихийную эволюционную природу, что и в Западной Европе. Однако тогда он не состоялся из-за воздействия на тайминговые изменения второго фактора - мер демографической политики, вводившихся с начала 1980-х годов. Эти меры имели своим следствием рост рождаемости, в том числе и в младших материнских возрастах, что особенно хорошо видно на примере поколения 1964 года рождения. Вклад рождений в возрасте до 25 лет в итоговую рождаемость этого поколения превысил 62% против 50% у поколения 1954 года. Когда же это поколение в конце 1980-х достигло 25-летнего возраста, оно уже значительной степени выполнило свой «план», что, несомненно, внесло вклад в падение КСР в 1990-е годы.

Таким образом, под влиянием мер политики 1980-х гг. российская кривая среднего возраста матери, которая начала было двигаться вверх, снова повернула вниз. Но если движение кривых для всех других стран вверх было неслучайным, то и у России не было другого пути, и эта «инверсия» могла быть только временной. Ведь все ключевые факторы образа жизни, влияющие на прокреативное поведение, - учеба, профессиональная карьера, условия формирования семьи и т.п. -в главных чертах у нас те же, что и в других развитых урбанизированных странах. Поэтому неудивительно, что российская кривая на графике снова поползла вверх, на этот раз, видимо, необратимо.

Наша гипотеза заключается в том, что повышение КСР в 2000-е гг. было результатом заранее запланированного семьями и женщинами переноса рождений в старшие возраста. Видимо, к тому моменту, когда появился «материнский капитал», процесс перестройки возрастной модели рождаемости уже набрал силу и в России. Поэтому младшие материнские возрастные группы на него и не отреагировали, а рождаемость в старших возрастах и без того входила в планы этих поколений, их планы и реализовались. Это повлияло как на снижение КСР в 19941998 гг., когда женщинам поколения 1974 года рождения было 20-24 года, так и на его повышение в 1999-2008 гг., когда им было 25-34 года, отсюда и рост показателя после 1999 года.

В любом случае, наиболее корректный измеритель рождаемости - итоговая рождаемость реальных женских поколений - не свидетельствует о росте рождаемости ни в результате первой пронаталистской кампании 1980-х гг., ни в результате второй - нынешней (рисунок 7). Правда, этот показатель и ранее не давал оснований для столь тревожных оценок, к каким приводил анализ КСР для условных поколений. Например, в 1999 г. КСР в России опустился до 1,16 - уровень, который можно считать катастрофическим. Но рассчитанная по данным 1999 г. итоговая рождаемость поколений 1965-1969 годов рождения, которые находились в этом году в возрасте от 30 до 34 лет, оценивалась в 1,58 ребенка на одну женщи-

Россия: демографические итоги двух десятилетий

15

ну, а основываясь на данных 2010 г., когда эти поколения достигли возраста 41-45 лет, эта оценка повысилась до 1,645.

Конечно, и 1,64 - недостаточно высокий показатель, он далеко не обеспечивает даже простого возобновления поколений. Заметим, что для России - это не новая ситуация: не воспроизводили себя все женские поколения, начиная с родившихся после 1910 года. Хотя рождаемость у них была еще относительно высокой, при высокой детской смертности довоенных и первых послевоенных лет ее было недостаточно. В дальнейшем смертность снижалась, но снижалась и рождаемость, вернуться к уровню рождаемости поколений, обеспечивающему хотя бы их простое возобновление, так и не удалось. Это означало депопуляцию, но до определенного момента она существовала в латентном виде, маскировалась естественным приростом населения, который долгое время поддерживался, благодаря особенностям возрастной структуры российского населения. К началу 1990-х гг. возможности такой «маскировки» оказались исчерпанными.

Рисунок 7. Среднее число детей, рожденных одной женщиной по поколениям

Источники: Расчеты С.В. Захарова (последние данные - за 2010 г.).

См.: [Демографическая модернизация России,1900-2000, с. 473; Население России 2009, с. 118].

Пока рождаемость продолжает снижаться, правда, замедляющимися темпами, просматривается что-то, похожее на стабилизацию на уровне, близком к 1,6 ребенка на женщину. Хотя измеряемая таким образом рождаемость никогда не падала намного ниже этого уровня, все же поднять ее намного выше, учитывая инерционный характер подобных процессов и отрезок времени, на протяжении которого формируется прокреативный итог каждого поколения (не менее двух десятилетий), а значит, и его относительную независимость от конъюнктурных факторов, едва ли удастся.

5

Оценки С.В. Захарова. См. [Население России 2003-2004, с. 254; Население России 2009, с. 118].

16

А.Г. Вишневский

Конечно, определенные резервы роста итоговой рождаемости женских поколений имеются: об этом говорит сравнение российских показателей с показателями других развитых стран, среди них Россия занимает одно из наиболее низких мест (таблица 6).

Таблица 6. Число рождений на 1 женщину поколения 1969 года к возрасту 40 лет

в некоторых странах

Страна Число рождений Страна Число рождений

Франция 1,94 Нидерланды 1,71

Словакия 1,93 Канада 1,70

Швеция 1,92 Словения 1,70

Чешская Республика 1,87 Болгария 1,67

Венгрия 1,87 Португалия 1,66

Великобритания 1,84 Швейцария 1,59

Финляндия 1,84 Россия 1,59

Эстония 1,81 Германия 1,45

Литва 1,74

Источник: [Human Fertility Database 2011].

Поколение россиянок 1969 года рождения достигло 40-летнего возраста в 2009 г., и к этому времени итог его прокреативной деятельности был на 0,25-0,35 ребенка ниже, чем в наиболее демографически успешных европейских странах. Устранить этот разрыв в ближайшее время едва ли возможно, но, в принципе, он преодолим. Разумеется, сам собой он едва ли исчезнет. Нужны достаточно серьезные усилия со стороны общества, направленные на создание в стране общего социального климата, «дружественного» по отношению к детям и родителям с детьми. Отдельные же, вырванные из социального контекста меры типа «материнского капитала», едва ли будут эффективными.

В то же время следует иметь в виду, что «успешность» европейских стран -весьма относительна, рождаемость и в наиболее благополучных из них - ниже уровня простого замещения поколений. Соответственно, преодоление Россией отрыва от этих стран по уровню рождаемости (а на большее пока рассчитывать не приходится) не означает решения проблемы суженного воспроизводства населения России.

Смертность

Россия вступила в постсоветский период своей истории с очень низкой продолжительностью жизни. Это стало результатом кризиса смертности, который развивался в СССР с середины 1960-х гг. и, несомненно, был одной из наиболее характерных черт «эпохи застоя». На протяжении последнего двадцатилетия отставание России по продолжительности жизни от большинства развитых стран нарастало.

В период «перестройки», прежде всего, вероятно, в связи с антиалкогольной кампанией второй половины 1980-х гг., наблюдалось некоторое улучшение пока-

Россия: демографические итоги двух десятилетий

17

зателей смертности, именно тогда был достигнут исторический максимум ожидаемой продолжительности жизни советского периода. Для обоих полов он был зафиксирован в 1987 г. (70,13 лет), для мужчин - тоже в 1987 г. (64,83 года), для женщин - в 1989 г. (74,5 года) (рисунок 8). В 1990 г. все эти показатели были уже несколько ниже достигнутого максимума, на фоне провальных 1970-х и первой половины 1980-х они оставались относительно неплохими, но по мировым стандартам того времени являлись весьма низкими.

Рисунок 8. Ожидаемая продолжительность жизни населения России

в 1960-2010 гг., лет

Источники: [Демографический ежегодник России 2001, с. 105; Демографический ежегодник России 2010, с. 101; Росстат. Предварительные итоги естественного движения населения за 2010 г. // www.gks.ru/free_doc/2010/demo/tab12-2010.xls].

К сожалению, не принесли больших изменений и последующие 20 лет. Борьба за снижение смертности велась с переменным успехом, за два десятилетия было отмечено два периода значительного подъема смертности - в первой половине 1990-х и в 1999-2003 годах. Некоторые скромные успехи принесли 2004-2011 гг., но говорить о больших достижениях не приходится. Несколько лучше дело обстоит у женщин, которым в 2009-2011 гг. удалось, наконец, немного превысить прежний максимум ожидаемой продолжительности жизни, достигнутый в 1989 г. У мужчин же до сих пор не достигнут максимум 1987 г. и даже предыдущий максимум 1964-1965 годов. Вследствие этого не достигнут прежний российский исторический максимум и для обоих полов, зафиксированный в 1987 г. (рисунок 8).

Правда, в январе 2012 г. В.В. Путин заявил на заседании Президиума правительства, что в 2011 г. ожидаемая продолжительность жизни в России «увеличилась на полтора года и составила в среднем в Российской Федерации 70,3 года. Это показатель, абсолютно сопоставимый с европейскими»6.

6

РИА «Новости», 20 января 2012 г.

18

А.Г. Вишневский

Учитывая огромную разницу в продолжительности жизни мужчин и женщин в России, а также значительное превышение числа женщин над числом мужчин, приведенный В.В. Путиным показатель для обоих полов явно приукрашивает ситуацию. Но даже и этот показатель при сопоставлении его с показателями для большинства развитых стран оказывается чрезвычайно низким (таблица 7).

Таблица 7. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении для обоих полов в некоторых странах, 2011 г., лет

Страна Ожидаемая продолжительность жизни Страна Ожидаемая продолжительность жизни

Япония 84 Бельгия 80

Швейцария 83 Великобритания 80

Израиль 82 Греция 80

Исландия 82 Португалия 80

Испания 82 Словения 80

Италия 82 Финляндия 80

Франция 82 Дания 79

Швеция 82 США 79

Австрия 81 Канада 79

Германия 81 Чешская Республика 78

Ирландия 81 Польша 76

Нидерланды 81 Венгрия 75

Норвегия 81 Россия 70

Источники: [РИА «Новости» 20 января 2012; World Mortality 2011].

Именно сравнение России с другими развитыми странами говорит о том, что ситуация со смертностью в России близка к катастрофической. Россия заметно отставала от них и прежде, но в послевоенный период до середины 1960-х гг. разрыв сокращался. Со второй половины 1960-х гг. ситуация изменилась, разрыв стал быстро нарастать, и уже в 1990 г. был недопустимо велик, особенно у мужчин, у которых он нередко превышал 9-10 лет, хотя этот разрыв был достаточно большим и у женщин. Сегодня же отставание по ожидаемой продолжительности жизни достигло еще больших масштабов: у мужчин оно превышает 10-15 лет (таблица 8). Разрыв между Россией и многими европейскими и другими развитыми странами сейчас больший, чем был в начале ХХ в. между отсталой царской Россией и передовыми странами того времени.

Несмотря на отдельные успехи, в целом борьбу за снижение смертности в постсоветской России никак нельзя назвать успешной. Эта борьба, как уже отмечалось, не могла быть легкой: России досталось очень тяжелое наследие советского периода. Однако положение России в этом смысле не было уникальным. В той или иной степени негативные тенденции смертности в 1970-1980-е гг. были характерны для всех бывших социалистических государств Восточной Европы, равно как и для бывших европейских республик СССР. Правда, Россия выделялась

Россия: демографические итоги двух десятилетий

19

высокой смертностью даже и среди этих стран, но тенденции динамики смертности в 1970-1980-е гг. в них были общими: наблюдались стагнация или сокращение продолжительности жизни, что давало основание говорить об общих для всех этих стран кризисных тенденциях.

Таблица 8. Нарастание отставания России от некоторых развитых стран

по ожидаемой продолжительности жизни

1990 2010 1965 1990 2010

От США 2,21 8,07 12,97 0,53 4,50 6,13

От Франции 2,89 9,03 15,07 1,41 6,66 9,93

От Швеции 7,15 11,08 15,77 2,78 6,10 7,93

От Японии 3,10 12,18 16,61 -0,47 7,61 11,52

От ЕС-15 3,42 9,22 14,27 0,62 5,36 8,03

Источники: [Eurostat // http://epp.eurostat.ec.europa.eu/tgm/table.do?tab=table&init= 1&plugin=1&language=en&pcode=tps00025$; Institut national de la statistique et des etudes economiques (INSEE): statistiques de l’etat civil et estimations de population // http://www.insee.fr/fr/themes/tableau.asp?reg_id=0&ref_id=NATnon02229; Statistical Abstract of the United States, 2012, table 104; Statistical Handbook of Japan 2011, table 2.4;

World Mortality 2011].

Однако примерно с конца 1980-х гг. общность тенденций стала исчезать, и в ряде восточноевропейских стран начался уверенный рост продолжительности жизни, что свидетельствовало о постепенном преодолении кризиса. России же никак не удавалось справиться с негативными тенденциями предыдущих десятилетий (в сходном положении находились Украина и Белоруссия), отставание от восточноевропейских стран не просто сохранялось, оно стало нарастать. Итоги 20-летия в терминах прироста или сокращения продолжительности жизни представлены в таблице 9.

В то время, как в большинстве восточноевропейских стран продолжительность жизни и мужчин, и женщин за 20 лет заметно, а иногда и очень значительно выросла, в России удалось лишь чуть-чуть поднять продолжительность жизни женщин (на 0,4 года, тогда как в Эстонии, например, она увеличилась на 5 лет), у мужчин она даже сократилась.

Для большинства европейских стран характерно непрерывное ежегодное снижение смертности во всех возрастах, что и приносит год от года новый прирост продолжительности жизни. В России же: на протяжении последних 20 лет у мужчин в возрасте от 25 до 75, а у женщин в возрасте от 20 до 65 лет возрастные коэффициенты смертности не только не снижались, но во многих случаях росли, иногда на полтора-два, а иногда и на три процента ежегодно (таблица 10).

Из-за неспособности преодолеть затяжной кризис смертности Россия несет огромные людские потери. Россия и до 1990 г. заметно превосходила по уровню смертности страны и Западной, и Восточной Европы. Но если бы она смогла после 1990 г. обеспечить хотя бы те же средние темпы позитивных изменений, каких добились в этот период западноевропейские или даже восточноевропейские страны, то, если это и не позволило бы полностью наверстать накопившееся за 1960-1980-е гг. отставание, все же дало бы возможность сберечь многие миллионы жизней.

20

А.Г. Вишневский

Таблица 9. Изменения ожидаемой продолжительности жизни за 1990-2010 гг. в странах Восточной Европы

Прирост (убыль) ожидаемой продолжительности жизни, лет

Мужчины Женщины

Белоруссия -1,7 0,9

Болгария 2,0 2,3

Венгрия 4,9 4,1

Латвия 3,7 3,2

Литва 0,8 1,8

Польша 4,9 4,5

Россия -0,8 0,4

Румыния* 3,0 4,1

Словакия 4,7 3,3

Украина -0,3 0,6

Чешская Республика 6,1 4,6

Эстония 5,2 5,0

*1990-2008 гг.

Источник: Россия: см. [сноска к рисунку 8; Eurostat // http://epp.eurostat.ec.europa.eu/tgm/ table.do?tab=table&init=1&plugin=1&language=en&pcode=tps00025].

Таблица 10. Среднегодовые темпы изменений возрастных коэффициентов смертности в России за 1991-2009 и в странах Западной и Восточной Европы7 в 1991-2008 гг., %

Мужчины Женщины

Возраст Россия Западная Европа Восточная Европа Россия Западная Европа Восточная Европа

0 95,9 96,4 94,1 96,2 96,7 94,3

1-4 96,6 95,8 95,6 96,7 96,4 95,7

5-9 96,1 95,8 96,1 97,6 96,0 95,6

10-14 97,1 96,2 96,5 98,9 96,7 97,1

15-19 98,5 96,4 97,8 99,3 97,0 98,1

20-24 99,7 96,6 97,5 100,4 97,1 97,3

7 Усредненные данные для 10 западноевропейских (Австрия, Великобритания, Германия, Ирландия, Испания, Люксембург, Нидерланды, Финляндия, Франция, Швеция) и 8 восточноевропейских (Болгария, Эстония, Литва, Латвия, Словакия, Венгрия, Польша, Чешская Республика) стран.

Россия: демографические итоги двух десятилетий

21

25-29 101,5 96,5 97,5 102,4 97,1 97,3

30-34 102,3 96,5 97,1 103,1 97,2 97,0

35-39 101,4 96,9 97,3 102,3 97,7 97,0

40-44 101,0 97,5 97,7 101,2 98,2 97,8

45-49 100,7 98,1 98,3 100,6 98,6 98,2

50-54 100,9 98,3 98,6 100,7 98,8 98,8

55-59 100,8 97,9 98,7 100,5 98,5 98,7

60-64 101,1 97,5 98,6 100,3 98,1 98,4

65-69 100,0 97,3 98,4 99,1 97,5 97,5

70-74 100,4 97,5 98,6 99,6 97,6 97,7

75-79 99,7 97,6 98,1 99,4 97,5 97,6

80-84 99,7 98,0 98,5 99,7 98,0 98,3

Если предположить, что с 1991 г. по 2009 г. направление и темпы изменений возрастных уровней смертности в России были бы не такими, какими они оказались в действительности, а такими, какими они были в 1991-2008 гг., в среднем в 10 названных западноевропейских странах («западноевропейская модель») или в 8 восточноевропейских странах («восточноевропейская модель»), то можно рассчитать гипотетическое число смертей, которое должно было бы наблюдаться в России при фактической численности и половозрастной структуре ее населения.

Разницу между гипотетическим и фактическим числом смертей можно интерпретировать как «избыточные смерти» россиян, обусловленные неблагоприятными тенденциями смертности в России. Подчеркнем, что это избыточные смерти, полученные не при сравнении уровней смертности в России и передовых по уровню смертности странах, - в этом случае разница была бы намного большей. Предполагался только зафиксированный в этих странах темп снижения возрастной смертности при реальной, весьма высокой исходной российской смертности начала 1990-х годов.

Общее число избыточных смертей за 19 лет (1991-2009 гг.) оценивается при сравнении с западноевропейской моделью в 12,4 млн, с восточноевропейской -в 11,4 млн. Это означает, что если бы этих смертей не было, то нынешнее население России насчитывало бы примерно на 11-12 млн чел. больше, чем имеется в действительности (напомним, что естественная убыль населения России за 19922010 гг. составила 13,2 млн чел.). 42% избыточных смертей в первом случае и 43% во втором приходится на взрослое население в возрасте от 20 до 60 лет, примерно треть всех потерь - мужчины этих возрастов. Результаты расчетов8 представлены в таблице 11.

Затянувшаяся неспособность России добиться достигнутого во многих странах снижения смертности и роста продолжительности жизни проявляется, прежде всего, в том, что не удается установить эффективный контроль над некоторыми ключевыми причинами смерти, хотя, как свидетельствует опыт обогнавших Россию стран, на современном этапе развития они вполне поддаются такому конт-

8

Расчет выполнен М. Жаксымбаевым.

22

А.Г. Вишневский

ролю. Для того чтобы лучше понять «анатомию» нашего отставания, было выполнено сравнение структуры причин смерти мужчин и женщин в России с их структурой в двух крупных европейских странах с низкой смертностью - Франции и Германии [Вишневский, Васин 2011].

Таблица 11. Число избыточных смертей в России за 1991-2009 гг. по сравнению

с западноевропейской и восточноевропейской моделью изменений смертности

Возраст, Сравнение с западноевропейской моделью Сравнение с восточноевропейской моделью

лет Мужчины Женщины Оба пола Мужчины Женщины Оба пола

В тысячах человек

До 20 100 49 149 112 70 182

20-59 4044 1120 5164 3799 1131 4931

60 и старше 3426 3653 7078 2754 3516 6270

Всего 7570 4822 12392 6665 4717 11382

В процентах к итогу

До 20 0,8 0,4 1,2 1,0 0,6 1,6

20-59 32,6 9,0 41,7 33,4 9,9 43,3

60 и старше 27,6 29,5 57,1 24,2 30,9 55,1

Всего 61,1 38,9 100,0 58,6 41,4 100,0

Для этого были построены 4 «диагностические таблицы», подобные таблице 12. Они относятся к так называемому «табличному» (основанному на таблицах смертности по причинам смерти) населению, которые описывают особенности смертности «в чистом виде», безотносительно к реальной возрастной структуре населения России, Франции или Германии, влияние возрастной структуры, таким образом, элиминировано. Ниже приведена одна из таких таблиц для того, чтобы пояснить принцип их построения. Обобщенные же результаты анализа всех четырех таблиц сведены в таблицах 13-15.

Цифра в правом нижнем углу таблицы означает, что по сравнению с Францией в России из каждых 100 000 мужских смертей в возрасте до 70 лет более 38 000 можно считать избыточными, во Франции они наступили бы уже после достижения 70 лет. Нижняя строка таблицы показывает вклад в эту избыточную смертность различных классов причин смерти.

В таблице 13 объединены итоговые строки всех 4 таблиц. Из таблицы 13 следует, что по сравнению как с Францией, так и с Германией в России из каждых 100 000 мужских смертей в возрасте до 70 лет более 38 000 можно считать преждевременными, в обеих странах они наступили бы уже после достижения 70 лет. Положение с женской смертностью явно лучше: число преждевременных смертей в возрасте до 70 лет не так велико, как у мужчин. Тем не менее, и у женщин 16-18 тыс. смертей в возрасте до 70 лет из каждых 100 000 смертей преждевременны с точки зрения стандартов, достигнутых во Франции или Германии.

Россия: демографические итоги двух десятилетий

23

R Fr

Таблица 12. Табличные числа (d£- -d^f) преждевременных мужских смертей

в возрасте до 70 лет в России (2008) по сравнению с Францией (2007), на 100 000 мужчин, умирающих во всех возрастах и от всех причин

Диагностическая таблица. Сравнение России с 105 причинно-возрастных групп Францией.

Возраст Инфекционные и паразитарные заболевания Новооб- разова- ния Болезни системы кровоо- бращения Болезни органов дыхания Болезни органов пищева- рения Другие болезни Внешние причины Все причины

0 26 2 4 62 1 410 57 562

1-4 14 13 3 17 2 37 87 173

5-9 3 5 2 6 0 32 82 130

10-14 1 2 4 4 2 27 109 149

15-19 7 12 30 11 6 22 417 505

20-24 50 2 70 25 36 48 807 1038

25-29 206 9 231 77 131 130 1237 2020

30-34 314 27 489 148 246 226 1450 2901

35-39 270 41 712 185 286 191 1277 2962

40-44 224 45 1200 245 329 179 1355 3576

45-49 230 -39 1814 297 298 136 1301 4037

50-54 206 -176 2652 371 273 96 1267 4689

55-59 133 -131 3654 402 264 -35 1056 5342

60-64 62 -383 4547 376 233 -176 769 5428

65-69 -24 -882 5337 318 118 -476 444 4834

0-69 1722 -1453 20749 2544 2225 847 11715 38344

Обозначения

Более 1000 500-1000 300-500 100-300 50-100 Менее 50

Более 1000 500-1000 300-500 100-300 50-100 Менее 50

80% всех преждевременных мужских смертей, если сравнивать Россию с Германией, или 85% преждевременных смертей, если сравнивать ее с Францией, равно как и более трех четвертей преждевременных смертей у женщин по сравнению с обеими странами, обусловлены двумя классами причин смерти: болезнями системы кровообращения и внешними причинами. При этом в целом, конечно, первенствуют болезни системы кровообращения, но, как видно из таблицы 12 и такой же, не приведенной здесь таблицы сравнения с Германией, у мужчин до достижения возраста 45 лет это не так: до этого возраста главный источник преждевременной российской мужской смертности - внешние причины смерти. В то же время и смертность от сердечно-сосудистых заболеваний у мужчин, начиная с возраста 35 лет, у женщин - с 40-45 лет слишком высока.

В таблице 14 объединены итоговые столбцы четырех таблиц, и видно, как преждевременная смертность нарастает с возрастом, причем, по-разному у мужчин и у женщин. У мужчин нарастание начинается рано и идет постепенно. Число преждевременных смертей становится весьма значительным уже после достижения 20-летнего возраста, и к 50 годам доля преждевременных смертей приближается

24

А.Г. Вишневский

к 50%. У женщин доля преждевременных смертей в молодых возрастах намного меньше, к 50 годам она составляет 30-35%, и основная масса преждевременных смертей оттеснена к более поздним возрастам.

Таблица 13. Распределение преждевременных смертей в возрасте до 70 лет в России

по сравнению с Францией и Германией по крупным классам причин смерти

Мужчины Женщины

причин смерти Сравнение с Францией Сравнение с Германией Сравнение с Францией Сравнение с Германией

Тысяч человек

Инфекционные и паразитарные заболевания 1722 1800 428 428

Новообразования -1453 229 863 390

Болезни системы кровообращения 20749 18092 10839 9649

Болезни органов дыхания 2544 2268 663 443

Болезни органов пищеварения 2225 1825 1557 1328

Другие болезни 847 1609 590 864

Внешние причины 11715 12735 2779 3171

Все причины 38344 38558 17719 16273

В % к итогу

Инфекционные и паразитарные заболевания 4,5% 4,7% 2,4% 2,6%

Новообразования -3,8% 0,6% 4,9% 2,4%

Болезни системы кровообращения 54,1% 46,9% 61,2% 59,3%

Болезни органов дыхания 6,6% 5,9% 3,7% 2,7%

Болезни органов пищеварения 5,8% 4,7% 8,8% 8,2%

Другие болезни 2,2% 4,2% 3,3% 5,3%

Внешние причины 30,6% 33,0% 15,7% 19,5%

Все причины 100,0% 100,0% 100,0% 100,0%

Наконец, еще один важный элемент анализа диагностических таблиц связан с оценкой значимости «возрастно-причинных групп риска». В таблице 12 разной штриховкой выделены наиболее важные возрастно-причинные группы в возрастах до 70 лет, сформированные для крупных классов причин смерти (в данном случае выделено 105 таких групп, при более детальном рассмотрении причин смерти их может быть намного больше). Штриховкой обозначены пять категорий превышения российскими показателями французских в зависимости от количества преждевременных смертей в расчете на 100 000 умирающих от всех причин: (1) более 1000 преждевременных смертей; (2) от 500 до 1000; (3) от 300 до 500; (4) от 100 до 300; (5) от 50 до 100. Все остальные группы - с числом преждевременных смертей менее 50, а также с отрицательным числом преждевременных смертей (когда число умирающих в России меньше, чем во Франции) - образуют шестую группу и оставлены незаштрихованными.

Таблица 15 представляет в обобщенном виде полученные результаты для 4 таблиц. Из нее ясно видно, что львиная доля всех преждевременных мужских смертей приходится на первую из выделенных нами категорий, где число избы-

Россия: демографические итоги двух десятилетий

25

точных смертей превышает 1000, но само число групп этой категории невелико -при сравнении и с Францией, и с Германией оно составляет 13 из 105 выделенных в четырех таблицах возрастно-причинных групп. Концентрация наименее благополучных показателей у женщин не столь велика, как у мужчин, но все же она существует. Более половины преждевременных смертей в группах, где число таких смертей превышает 500 на 100 000, сконцентрированы всего в 5 из 105 возрастно-причинных групп при сравнении с Францией или в 4 - при сравнении с Германией.

Таблица 14. Распределение преждевременных смертей в возрасте до 70 лет в России по сравнению с Францией и Германией по возрастным группам

Тысяч человек В % к итогу

Воз- раст Мужчины Женщины Мужчины Женщины

Сравнение с Францией Сравнение с Германией Сравнение с Францией Сравнение с Германией Сравнение с Францией Сравнение с Германией Сравнение с Францией Сравнение с Германией

0 562 561 468 423 1,5 1,5 2,6 2,6

1-4 173 177 132 136 0,5 0,5 0,7 0,8

5-9 130 121 83 91 0,3 0,3 0,5 0,6

10-14 149 151 80 74 0,4 0,4 0,5 0,5

15-19 505 525 217 214 1,3 1,4 1,2 1,3

20-24 1038 1139 290 298 2,7 3,0 1,6 1,8

25-29 2020 2155 543 571 5,3 5,6 3,1 3,5

30-34 2901 3031 760 782 7,6 7,9 4,3 4,8

35-39 2962 3133 869 920 7,7 8,1 4,9 5,7

40-44 3576 3746 1014 1080 9,3 9,7 5,7 6,6

45-49 4037 4293 1192 1217 10,5 11,1 6,7 7,5

50-54 4689 4980 1613 1568 12,2 12,9 9,1 9,6

55-59 5342 5491 2576 2346 13,9 14,2 14,5 14,4

60-64 5428 5045 3127 2600 14,2 13,1 17,6 16,0

65-69 4834 4010 4755 3953 12,6 10,4 26,8 24,3

0-69 38344 38558 17719 16273 100,0 100,0 100,0 100,0

Может быть, самый важный вывод из нашего анализа заключается в том, что, судя по таблице 15, главные элементы российского отставания не генерализованы, затрагивают далеко не все возраста и не все причины смерти. Напротив, они сконцентрированы, локализованы в достаточно ограниченных зонах наших диагностических таблиц, что само по себе со всей определенностью указывает, на чем должны быть сосредоточены приоритетные усилия, направленные на преодоление российского отставания по смертности.

Сравнение стандартизованных коэффициентов смертности в трех странах от трех главных классов причин смерти, на которые в России приходится свыше 80% всех смертей, наглядно показывает, где находятся главные резервы снижения

26

А.Г. Вишневский

российской смертности, причем, мы видим, что, поскольку речь идет о болезнях системы кровообращения и внешних причинах, никакого прогресса за последние 20 лет не наблюдается (рисунок 9).

Таблица 15. Табличное число преждевременных смертей в возрасте до 70 лет в России

по сравнению с Францией и Германией, на 100 000 чел., умирающих во всех возрастах и от всех причин по шести категориям групп риска

Категории по числу преждевременных Общее число преждевременных смертей по сравнению с В % к итогу по сравнению с Число возрастнопричинных групп по сравнению с В % к итогу по сравнению с

смертей на 100000 смертей Францией Германией Францией Германией Францией Германией Францией Германией

Мужчины

Свыше 1000 28147 26321 73,4 68,3 13 13 12,4 12,4

500-1000 2288 2926 6,0 7,6 3 4 2,9 3,8

300-500 3870 2660 10,1 6,9 10 7 9,5 6,7

100-300 5195 6402 13,5 16,6 25 30 23,8 28,6

50-100 643 855 1,7 2,2 9 12 8,6 11,4

Менее 50 -1794 -606 -4,7 -1,6 45 39 42,9 37,1

Всего 38349 38558 100,0 100,0 105 105 100,0 100,0

Женщины

Свыше 1000 8568 7584 48,4 46,6 3 3 2,9 2,9

500-1000 1462 829 8,3 5,1 2 1 1,9 1,0

300-500 689 2106 3,9 12,9 2 6 1,9 5,7

100-300 4880 3543 27,5 21,8 25 18 23,8 17,1

50-100 1533 1895 8,7 11,6 23 28 21,9 26,7

Менее 50 587 316 3,3 1,9 50 49 47,6 46,7

Всего 17719 16273 100,0 100,0 105 105 100,0 100,0

Между тем, не будет большим преувеличением утверждать, что преодоление отставания России от Франции и Германии (а их модель смертности типична для большинства развитых стран) упирается именно в нашу неспособность справиться с этими двумя классами причин смерти: добиться значительного оттеснения смертности от сердечно-сосудистых заболеваний к более поздним возрастам и резко ограничить роль внешних причин смерти. Именно эти две задачи выходят на первый план и должны решаться в первую очередь, даже если это потребует экстраординарных усилий со стороны российского общества и российского государства.

Эти усилия должны, конечно, учитывать специфику решения этих задач в России. Как следует из уже сказанного, российская особенность - не в том, что люди вообще умирают от сердечно-сосудистых заболеваний, а в том, что слишком многие умирают от них в молодых возрастах, причем, особенно это характерно для мужской части населения. Резкие отличия от западного стандарта у мужчин проявляются уже в возрасте 25-29 лет и потом стремительно нарастают.

Россия: демографические итоги двух десятилетий

27

Рисунок 9. Стандартизованный коэффициент смертности мужчин от трех главных классов причин смерти в России, Франции и Германии, на 1000 чел.

Источник: [European Health for all database 2011].

Стратегия борьбы со смертностью от болезней системы кровообращения вообще и борьбы с этой смертностью у молодых мужчин не может быть одинаковой. Во втором случае высокая смертность от сердечно-сосудистых заболеваний очень часто ассоциирована со злоупотреблением алкоголем и вообще гораздо теснее связана с образом жизни, чем когда речь идет о пожилых людях, у которых главный вклад в развитие болезней системы кровообращения вносят естественные возрастные изменения.

Соответственно, внутри общей стратегии противостояния смертности от болезней системы кровообращения должна быть выработана специальная стратегия борьбы с ранней смертностью от этой причины, и ввиду огромных потерь, в значительной степени предопределяющих отставание России по продолжительности жизни, именно она должна стать приоритетной. Главной составляющей этой стратегии должно быть не развитие высоких медицинских технологий, а профилактика, направленная на изменение образа жизни и на улучшение всего социального климата, от которого зависит благополучие и самочувствие наиболее активной части населения России.

Высокая смертность от внешних причин - вторая главная составляющая катастрофического российского отставания по продолжительности жизни. Потери, которые Россия несет от этой группы причин - от самоубийств, убийств, несчастных случаев, связанных с транспортом, отравлений и т.д., - ничуть не меньше, а в возрастах до 70 лет - неизмеримо больше, чем, скажем, потери от онкологических заболеваний (а у мужчин в возрасте до 45 лет они больше, чем от сердечнососудистых заболеваний), и в любом случае несравнимо больше, чем потери от внешних причин во Франции или Германии, да и в большинстве других стран. И то, и другое обстоятельства - прямое указание на то, что именно борьба с внешними причинами должна сейчас стать одним из главных приоритетов российской системы охраны здоровья, но именно этого-то как раз и не происходит.

Российское неблагополучие со смертностью нельзя объяснить какой-либо одной причиной, действует много неблагоприятных факторов, но все же нельзя не сказать об одной причине, в которой, как в зеркале, отражается отношение российского общества и российской власти к проблемам охраны здоровья и снижения смертности: вся деятельность в этой запущенной сфере российской жизни находится на голодном пайке. С 2000 г. по 2009 г. доля совокупных затрат на охрану здоровья из

28

А.Г. Вишневский

всех источников повысилась с 3,7% до 6%, в 2010 г. снова снизилась (таблица 16). Но и 6% от ВВП в России с ее накопившимися проблемами в области охраны здоровья - ничтожная величина. Трудно найти страну, в которой приоритеты охраны здоровья и борьбы за снижение смертности стояли бы так низко и где бы это с такой очевидностью отражалось в расходовании национального продукта (таблица 17).

Таблица 16. Расходы на охрану здоровья в России, в % к ВВП

Год Расходы из консолидированного бюджета, платные услуги и приобретение лекарств и медицинских товаров В том числе расходы из консолидированного бюджета

2000 3,7 2,1

2001 3,8 2,0

2002 4,1 2,3

2003 4,0 2,1

2004 3,7 2,0

2005 5,2 3,5

2006 4,9 3,4

2007 5,5 3,9

2008 5,1 3,5

2009 6,0 4,0

2010 5,5 3,5

Источник: [Здравоохранение в России 2011].

Таблица 17. Доля совокупных расходов на охрану здоровья в ВВП

в некоторых странах в 2009 г., %

Страна % Страна %

США 17,4 Испания 9,5

Нидерланды 12,0 Словения 9,3

Франция 11,8 Финляндия 9,2

Германия 11,6 Словакия 9,1

Дания 11,5 Япония 8,5

Канада 11,4 Чешская Республика 8,2

Швейцария 11,4 Израиль 7,9

Австрия 11,0 Венгрия 7,4

Бельгия 10,9 Польша 7,4

Португалия 10,1 Эстония 7,0

Швеция 10,0 Корея 6,9

Великобритания 9,8 Мексика 6,4

Норвегия 9,6 Турция 6,1

Ирландия 9,5 Россия 6,0

Италия 9,5

Источник: [OECD Health Data 2011].

Россия: демографические итоги двух десятилетий

29

Учитывая, что и сам ВВП в России в расчете на душу населения в абсолютном выражении не особенно высок, низкая доля затрат на здравоохранение в ВВП означает, что реально на охрану здоровья и борьбу за снижение смертности направляются совершенно недостаточные ресурсы. В 2010 г. в России затраты на охрану здоровья, включая затраты из консолидированного бюджета, платные медицинские услуги и расходы населения на приобретение фармацевтических, медицинских и ортопедических товаров, составили в расчете на душу населения 17,3 тыс. руб. [Здравоохранение в России 2011] (порядка $8009). Достаточно сравнить эту величину с соответствующими затратами в странах с низкой смертностью (таблица 18), чтобы понять, что многолетнее недофинансирование сферы здравоохранения само по себе исключает возможность рывка, без которого догнать далеко ушедшие вперед страны невозможно.

Таблица 18. Душевые затраты на здравоохранение из всех источников в некоторых

странах в абсолютном выражении, 2009 г., в долларах по паритету покупательной способности

Страна $ ппс Страна $ ппс

США 7960 Италия 3137

Норвегия 5352 Испания 3067

Швейцария 5144 Новая Зеландия 2983

Нидерланды 4914 Япония 2878

Канада 4363 Словения 2579

Дания 4348 Португалия 2508

Австрия 4289 Израиль 2165

Германия 4218 Чешская Республика 2108

Франция 3978 Словакия 2084

Бельгия 3946 Корея 1879

Ирландия 3781 Венгрия 1511

Швеция 3722 Польша 1394

Исландия 3538 Эстония 1393

Великобритания 3487 Чили 1186

Австралия 3445 Мексика 918

Финляндия 3226 Турция 902

Источник: [OECD Health Data 2011].

9 «Исходя из ППС, ориентировочный курс нашей валюты на конец года - около 21,35 рубля за доллар» [Евстигнеев 2011].

30

А.Г. Вишневский

Миграция

Как отмечалось выше, миграция в постсоветский период хотя и не позволила полностью компенсировать естественную убыль населения, накопившуюся с 1992 г., приобрела, тем не менее, необычную прежде для России роль важнейшего демографического ресурса. Россия пережила всплеск чистой миграции вскоре после распада СССР, в середине 1990-х гг., но этот всплеск давно уже окончился (таблица 19).

Таблица 19. Чистая миграция в Россию, 1980-2010, тыс. чел.

Год Чистая миграция Год Чистая миграция Год Чистая миграция

1981 80 1991 136 2001 279

1982 130 1992 266 2002 231

1983 166 1993 526 2003 93

1984 226 1994 978 2004 99

1985 267 1995 654 2005 126

1986 296 1996 514 2006 154

1987 264 1997 514 2007 258

1988 252 1998 429 2008 257

1989 83 1999 270 2009 259

1990 275 2000 363 2010 158

Источники: [Демографический ежегодник России 2010, с. 402; База данных Росстата].

Сейчас чистая миграция в Россию находится на довольно низком для европейской страны уровне (таблица 20), несмотря на то, что в последнее время были приняты искусственные меры по повышению статистических показателей миграции.

До 2007 г. в статистику миграции попадали лица, приехавшие из-за границы и впервые получившие регистрацию по месту постоянного жительства, что позволяло интерпретировать их как влившихся в постоянно население России. Начиная с 2007 г., статистическая категория «мигрантов» была расширена за счет лиц, впервые получивших разрешение на временное проживание (согласно закону о правовом положении иностранных граждан, разрешение на временное проживание предполагает регистрацию по месту жительства на срок от 1 до 5 лет с возможностью многократного продления этого срока). В результате величина показателя чистой миграции в 2007 г. увеличилась до 258 тыс. чел. (вместо 155 тыс. в 2006 г.). Это существенно улучшило демографический баланс России, уменьшив общую убыль населения страны примерно на 100 тыс. человек. Но интерпретация временно проживающих в России иностранных граждан как части населения страны, вносящей вклад в решение ее демографических проблем, уже более спорна. В 2007-2009 гг. показатели чистой миграции держались на одном уровне - около 260 тыс. чел. в год, однако в 2010 г. резко упали - примерно до уровня 2006 года. В 2011 г. были внесены новые изменения в правила учета миграции - как отмечалось на сайте Росстата, «в соответствии с международными рекомендациями с 2011 г. в статистический учет долгосрочной миграции населения включе-

Россия: демографические итоги двух десятилетий

31

ны также лица, зарегистрированные по месту пребывания на срок 9 месяцев и более»10 11. Исчисляемый таким образом миграционный прирост в 2011 г. повысился до 320 тыс. чел. и с избытком перекрыл естественную убыль населения. Однако вопрос о том, свидетельствует ли подобная статистическая стратегия о действительном благополучии России или лишь создает успокоительные иллюзии, становится все более острым. В любом случае можно утверждать, что многие принципиальные вопросы учета даже регистрируемой миграции еще ждут своего решения. Не исключено, что придется ввести несколько разных учетных категорий, поскольку статистике приходится отвечать на разные вопросы, имеющие одинаково важное практическое значение11.

Таблица 20. Чистая миграция в Россию и некоторые европейские страны в 2008 г., на 1000 жителей

Страна На 1000 жителей Страна На 1000 жителей

Швейцария 12,7 Финляндия 2,9

Испания 10,0 Венгрия 2,8

Норвегия 9,4 Великобритания 2,6

Словения 9,1 Словакия 2,4

Италия 7,6 Россия 1,8

Швеция 6,0 Франция 1,2

Бельгия 5,9 Португалия 0,9

Мальта 5,9 Ирландия 0,8

Чешская Республика 5,4 Болгария -0,1

Австрия 4,7 Эстония -0,5

Кипр 4,5 Германия -0,7

Исландия 3,6 Польша -0,7

Дания 3,4 Латвия -1,1

Нидерланды 3,2 Литва -2,3

Источник: [Eurostat // http://epp.eurostat.ec.europa.eu/tgm/table.do?tab=table&init= 1&language=en&pcode=tps00176&plugin=1

http://epp.eurostat.ec.europa.eu/tgm/table.do?tab=table&init=1&language=en&pcode=

tps00177&plugin=1].

Значительного вклада миграции в компенсацию естественной убыли населения на протяжении двух последних десятилетий отрицать нельзя, но при этом важно понимать специфику миграций этого периода, во многом неповторимую. Прежде всего, следует отметить неравномерное распределение миграции по этапам рассматриваемого периода. Из 6,8 млн чел., составивших миграционный прирост

10 Росстат. Социально-экономическое положение России. Январь-декабрь 2011 г. http://www.gks.ru/bgd/free/b12_00/IssWWW.exe/Stg/dk01/7-0.htm

11 Возьмем, к примеру, вопрос о воинском призыве. Среди мигрантов обычно много молодых мужчин призывного возраста. Подлежит ли призыву человек, имеющий разрешение на временное пребывание в России? Видимо, нет. В чем же смысл (в данном случае для Министерства обороны) того, что по благополучной статистике он проходит как россиянин, занимает свое место в возрастной структуре, исходя из которой делаются расчеты призывных контингентов, и т.д.?

32

А.Г. Вишневский

за 1990-2010 гг., 4,9 млн (72%) приходятся на период 1990-2000 годов. Начиная с 2001 г., ежегодный миграционный прирост резко сократился.

Кроме того, миграции 1990-х гг., а в значительной мере и 2000-х, были по преимуществу «возвратными», по большей части имели характер репатриации, возвращения «соотечественников». Об этом можно, в частности, судить по их этническому составу, который учитывался до 2007 г. (таблица 21).

Таблица 21. Этнический состав миграционного прироста населения России в 1992-2007 гг., %

Этнический состав %

Русские 65,1

Татары 5,4

Башкиры, марийцы, мордва, удмурты, чуваши 1,9

Другие народы России 2,0

Украинцы и белорусы 6,6

Азербайджанцы 2,3

Армяне 7,2

Другие народы 9,5

Источники: [Демографический ежегодник России 1996, таблица 7.8; Демографический ежегодник России 2001, таблица 7.9; Демографический ежегодник России 2008, таблица 7.11].

Таблица 22. Доля этносов Российской Федерации в миграционном приросте, %

Год Народы и этнические группы РФ в том числе русские

1991 133,2 112,2

1992 116,6 101,3

1993 86,1 75,7

1994 75,4 67,0

1995 72,6 63,4

1996 68,5 60,0

1997 69,8 61,6

1998 69,8 60,8

1999 67,3 57,2

2000 66,8 58,2

2001 89,0 76,5

2002 77,8 66,8

2003 83,7 67,3

2004 83,2 72,9

2005 62,8 56,1

2006 50,2 42,8

2007 36,8 30,3

Источники: [Демографический ежегодник России 1996, таблица 7.8; Демографический ежегодник России 2001, таблица 7.9; Демографический ежегодник России 2008, таблица 7.11].

Россия: демографические итоги двух десятилетий

33

Среди мигрантов, переехавших в Россию в 1990-2000-е гг., основную массу составляли выходцы из России или их потомки, и только со второй половины 2000-х гг. положение стало заметно меняться (таблица 22).

Примерно в это время власти России стали проявлять озабоченность привлечением в Россию «соотечественников», т.е., по сути, сохранением репатриа-ционного тренда: в 2006 г. была провозглашена Государственная программа по оказанию содействия добровольному переселению в Россию соотечественников, проживающих за рубежом. Однако большого успеха эта программа не имела, по-видимому, вследствие того, что к этому времени мобильные ресурсы возвратной миграции были в значительной степени исчерпаны. Программой предполагалось принять за 2007-2009 гг. 200 тыс. чел., реально было принято немногим более l6 тыс. [Население России 2009 (2011), с. 262].

Несмотря на относительно небольшие по меркам многих стран объемы чистой миграции в Россию, в российском дискурсе о миграции широко распространено представление о России как о втором после США мировом центре притяжения мигрантов. Эти представления основываются на ошибочном толковании публикаций Отдела населения ООН. В данном случае не учитывается, что оценки ООН относятся к так называемому накопленному числу мигрантов (migrant stock), т.е. к общему числу людей, живущих не в той стране, в которой они родились. Поскольку (по данным переписи населения 2002 г.) в России проживало 12 млн уроженцев других государств, они и рассматриваются экспертами ООН как международные мигранты. Однако при этом специально оговаривается, что в случае бывшего Советского Союза речь идет о людях, которые были внутренними мигрантами и превратились в международных, никуда не выезжая, только в результате появления новых границ12.

В основном, понимаемый таким образом массив мигрантов сложился в советское время: по оценке ООН, в 1990 г. в России он составлял 11,5 млн чел. [Trends in total migrant stock 2006, p. 3], что соответствовало данным Всесоюзной переписи населения 1989 года. По этническому составу, согласно данным переписи, этот массив более чем на 50% состоял из этнических русских, а вместе с украинцами и белорусами, в основном уже обрусевшими, - почти на 89%. В первую десятку входили также армяне, евреи, татары, чеченцы, казахи, осетины и ингуши, на всех остальных оставалось лишь 1,5 % [Народное хозяйство Российской Федерации 1992, с. 100]. По переписи населения 2002 г. число лиц, живущих в России, но родившихся за ее пределами, составляло 12 млн [Всероссийская перепись населения 2002], что и дало основание для новых оценок ООН. Рост по сравнению с 1990 г. был незначительным. И по-прежнему речь идет, в основном, о бывших гражданах СССР, родившихся за пределами РСФСР, в одной из союзных республик. Сюда входят, например, дети целинников, родившиеся в Казахстане, дети военнослужащих, служивших в разных республиках Союза, чеченцы, ингуши и представители других репрессированных народов, родившиеся в депортации в Казахстане и Средней Азии, и т.д. В то же время в «накопленное число мигрантов» не попадают люди, родившиеся в России, но выезжавшие из нее, жившие за ее пределами (те же военнослужащие, специалисты, ехавшие по назначению, и т.п.), а теперь вернувшиеся и действительно проходящие как мигранты.

Одним словом, 12 млн мигрантов, о которых говорится в обзорах ООН и основанных на них документах Всемирного Банка, и те мигранты, которые обеспечили миграционный прирост населения России в последние два десятилетия, - это разные множества, имеющие лишь частичное и, скорее всего, незначительное пересечение.

12

«Между 1980 и 1990 годами, по оценкам, число международных мигрантов увеличивается на 56 млн, - с 99 до 155 миллионов. Однако 27 млн из этого приращения обусловлено переклассификацией лиц, которые переезжали в СССР до 1990 г. в качестве внутренних мигрантов и которые стали международными мигрантами в момент распада, никуда не перемещаясь в это время» [Trends in total migrant stock 2006, p. 1].

34

А.Г. Вишневский

Кроме того, даже если сопоставлять страны по накопленному числу лиц, родившихся за рубежом, то надо сравнивать не абсолютные, а относительные числа. По абсолютному числу накопленного числа мигрантов (со сделанными выше оговорками) Россия действительно опережает все европейские страны, но если учесть численность ее населения, то ее место среди европейских стран оказывается достаточно скромным (таблица 23).

Таблица 23. Доля лиц, родившихся за рубежом, в населении европейских стран, 2008 г.

Страна Доля, % Страна Доля, %

Люксембург 32,2 Нидерланды 10,9

Австрия 17,2 Норвегия 10,2

Эстония 16,4 Дания 8,8

Латвия 15,6 Россия 8,5

Ирландия 14,1 Португалия 7,4

Швеция 13,8 Италия 7,3

Испания 13,8 Мальта 6,7

Словения 12,0 Литва 6,6

Исландия 11,8 Финляндия 4,0

Германия 11,6 Чешская Республика 3,7

Греция 11,1 Польша 2,7

Франция 11,0 Словакия 0,9

Великобритания 11,0 Румыния 0,8

Источник: [Migrants in Europe, table 1.1, p. 25].

Конечно, помимо регистрируемых мигрантов в России имеется большое количество недокументированных («нелегальных») мигрантов, однако их число неизвестно, оценки колеблются в очень большом диапазоне.

Хотя эксперты оценивали число недокументированных мигрантов в начале 2000-х гг. в 3-5 млн чел.13, высокопоставленные чиновники называли гораздо более высокие цифры. Например, тогдашний руководитель межведомственной рабочей группы по вопросам совершенствования иммиграционного законодательства В.П. Иванов на парламентских слушаниях в Госдуме сообщил, что только в 2001 г. в Россию въехало из стран СНГ и других государств 15 млн человек14. Еще один характерный пример - заявление высокопоставленного чиновника МВД

В. Попкова о том, что «ежегодно в России оседает 3-3,5 млн незаконных переселенцев. К 2010 году число нелегально проживающих в России лиц может возрасти до 19 млн человек»15. Даже президент России В.В. Путин в ноябре 2006 г. утверждал, что число нелегальных мигрантов может достигать 15 млн человек16.

13 См., напр.: [Население России 2006 (2007)].

14 ИТАР-ТАСС, 4 апреля 2002.

15 РИА «Новости», 11 сентября 2003.

В.В. Путин. Выступление на встрече с руководством партии «Единая Россия», 17 ноября 2006.

16

Россия: демографические итоги двух десятилетий

35

Все эти оценки выглядели крайне завышенными. Скажем, если принять оценку числа нелегально работающих в России мигрантов в 2005 г. в 10-15 млн чел., то при 69 млн чел., занятых тогда в российской экономике, это означало бы, что нелегальные мигранты составляли от 15 до 22% вовлеченной в экономику России рабочей силы, что представляется мало правдоподобным.

Постепенно пришло осознание чрезмерности даваемых оценок, и Федеральная миграционная служба стала их снижать. Еще в декабре 2006 г. глава ФМС К.О. Ромодановский в интервью «Комсомольской правде» сказал: «По нашим расчетам сейчас в России находятся 10,2 млн нелегальных мигрантов. Правда, наука с нами спорит и говорит, что у нас не может быть столько нелегалов»17. Буквально через несколько дней он заявил, что «в настоящее время в России около 5 миллионов нелегальных мигрантов, в то время как в 2005 году их было более 10 миллионов»18. Позднее представители ФМС несколько раз называли цифру 5-7 млн, хотя представители других ведомств продолжали говорить о 10 и более миллионах нелега-лов19. В феврале 2009 г. заместитель директора ФМС А.Е. Кузнецов сообщил, что в России живут и трудятся нелегально 4 млн иностранцев и лиц без гражданства20. А в апреле 2009 г., выступая на пресс-конференции, К.О. Ромодановский и вовсе заявил, что нелегальных мигрантов в России «тысячи, десятки тысяч чел., но это не миллионы. Массовой нелегальщины у нас нет»21.

Скорее всего, эта последняя оценка недокументированной миграции в России занижена, но сам диапазон приводившихся оценок свидетельствует об отсутствии достоверных оснований для того, чтобы судить об истинном числе недокументированных мигрантов.

Хотя все виды миграции важны и заметно влияют на экономическую и социальную обстановку в стране, на ситуацию на рынке труда и т.п., полноценное демографическое значение имеет только та часть миграционного притока, которая оседает в стране и пополняет ее постоянное население. Объемы такой миграции решающим образом зависят от политических установок в отношении общей численности населения России: допустимости ее сокращения, желательности стабилизации или роста. Подобные политические установки вырабатываются в процессе диалога власти и общества, предполагают достижение определенного общественного консенсуса и не могут обсуждаться в рамках чисто демографического анализа, которому посвящена эта статья. Мы может представить лишь необходимые соображения, касающиеся возможного естественного прироста населения России, которые служат исходной базой при выработке миграционной стратегии страны, - миграционный ресурс может использоваться для частичной или полной компенсации естественной убыли населения (возможно и с избытком, если ставится задача роста населения), либо как дополнение к его положительному естественному приросту.

Как уже отмечалось, сохранение естественной убыли населения России - наиболее вероятный сценарий на ближайшие десятилетия. Вопрос лишь в масштабах этой убыли - они зависят от того, по какому сценарию пойдут изменения рождаемости и смертности. Оценки же желаемого миграционного прироста - величина, производная от этих масштабов.

Если исходить из желательности, как минимум, остановить сокращение численности населения России, то необходимо на протяжении всего рассматриваемо-

17 «Комсомольская правда», 29 декабря 2006.

18 Интерфакс, 5 января 2007.

19 10-14 млн (главный санитарный врач России ГГ. Онищенко: РИА «Новости», 24 марта 2008); более 10 млн (начальник Федеральной пограничной службы ФСБ В. Летуновский: Би-Би-Си, 9 сентября 2008).

20 «Время новостей», 12 февраля 2009.

21 РИА «Новости», 8 апреля 2009.

36

А.Г. Вишневский

го периода поддерживать соответствующие объемы компенсирующей естественную убыль миграции. Согласно прогнозу Росстата, естественная убыль за период до 2030 г. может составить в зависимости от динамики рождаемости и смертности от 5 до 19,5 млн человек. Прогнозируемая же Росстатом на этот период чистая миграция составляет от 4,5 до 11 млн человек. Таким образом, предполагается, что наряду со сценариями, обеспечивающими полную компенсацию естественной убыли миграцией, возможно, даже и с избытком, вследствие чего население страны стабилизируется, а, при определенных условиях и вырастет, весьма вероятны и такие сценарии, при которых такая компенсация окажется невозможной, и население России будет продолжать убывать (рисунок 10).

Согласно прогнозу Росстата, численность населения России может вырасти (до 148 млн чел. к концу 2030 г.) только по высокому варианту прогноза, по среднему оно сокращается до 139 млн, по низкому - до 127 млн. Во всех этих расчетах имеется в виду постоянная миграция, вносящая вклад в демографическую устойчивость России. Но пока не ясно, как с той неопределенной траектории, которой следует динамика миграционного прироста сейчас (к тому же с учетом упоминавшегося частого изменения статистических процедур), перейти на более устойчивую траекторию, предусматриваемую и прогнозами, и Концепцией демографической политики РФ, обеспечить миграционный прирост постоянного населения на уровне не менее 200 тыс. чел. ежегодно к 2016 г. и более 300 тыс. чел. к 2030 году.

Рисунок 10. Изменения численности населения России - фактические и по трем вариантам прогноза Росстата, тыс. чел.

Источник: [Демографический ежегодник России 2009, таблицы 8.1, 8.2].

Демографический фактор - не единственный, который придает новый смысл массовому притоку мигрантов в Россию, не меньшее значение имеет и экономический фактор, и важно понять взаимосвязь между тем и другим.

Мы видели, что значительный приток мигрантов в Россию в последние два десятилетия, внесший заметный вклад в смягчение ее демографических проб-

Россия: демографические итоги двух десятилетий

37

лем, был обусловлен, прежде всего, процессами репатриации, резко активизировавшимися после распада СССР. Однако это, скорее, исключительная ситуация. Преобладающие в современном мире миграции - трудовые, они диктуются экономическими соображениями. Массовые потоки международной трудовой миграции - следствие разности потенциалов рынков труда отдающих и принимающих стран, демографический же эффект при всей его важности оказывается побочным. Без экономического механизма, как правило, невозможно привлечь достаточное количество мигрантов, даже если они нужны по демографическим соображениям.

Более того, демографические соображения - умозрительны, они не сразу осознаются, далеко не всеми принимаются и сами по себе едва ли могут реализоваться в активной миграционной политике. Экономические же соображения, напротив, очень конкретны, затрагивают очень большое число экономических агентов, проявляются с большой настоятельностью и прокладывают себе дорогу даже при большом сопротивлении противников иммиграции или эмиграции.

В конечном счете, демографические и экономические соображения, вообще говоря, имеющие разную природу, оказываются тесно связанными между собой. В частности, миграционный путь решения демографических проблем депопулиру-ющих или близких к депопуляции стран в очень большой, если не в решающей степени становится возможным благодаря действию непреложных законов экономики.

Острота экономических требований может быть различной и не всегда совпадает с остротой демографических требований. Об этом наглядно свидетельствует динамика так называемого «демографического дивиденда» в России на протяжении двух последних десятилетий.

Несмотря на то, что, начиная с 1992 г., в России отмечается естественная убыль населения, ясно указывающая на остроту демографических проблем, изменения соотношений различных возрастных групп были благоприятными, выгодными с экономической, социальной или демографической точек зрения, что в определенном смысле смягчало остроту нараставшего кризиса или маскировало его. Это и означало получение «демографического дивиденда».

В частности, сокращение численности населения долгое время сопровождалось увеличением числа (а значит и доли) лиц в трудоспособном возрасте (мужчин от 16 до 60 и женщин от 16 до 55 лет): в 1993 г. оно не достигало 84 млн, в 2006 г. превысило 90 млн. Одновременно резко сократилось число детей до 16 лет -с 35,8 млн в 1992 г. до 22,7 млн в 2006. Число же лиц пенсионных возрастов почти не менялось, оставаясь на уровне 29-30 млн, и в 2006 г. было даже несколько меньшим, чем в 2002 году. В результате непрерывно снижалась демографическая нагрузка на трудоспособное население: в 1993 г. она составляла 771 чел. в «иждивенческих» - до и после трудоспособного - возрастах на 1000 лиц в трудоспособном возрасте, тогда как в 2006 - всего 580 на 1000, столь низкой она не была никогда прежде. Разумеется, это не могло не сказаться благоприятно на потребности в социальных расходах государства: в той мере, в какой она зависит от демографических соотношений, она была минимальной. Заметим, что и в этих условиях ситуация на рынке труда не была идеальной, спрос превышал предложение и в значительной мере покрывался за счет легальной и нелегальной трудовой миграции.

Начиная со второй половины минувшего десятилетия, ситуация стала меняться в худшую сторону. В 2007 г. численность населения в трудоспособном возрасте впервые за длительный период сократилась. Эти сокращение быстро нарастает, причем, оно будет развиваться на фоне продолжающейся естественной убыли населения России. На это указывают все имеющиеся прогнозы. Даже при самом благоприятном развитии событий численность трудоспособного населения за ближайшее десятилетие (2012-2022 гг.) сократится почти на 8 млн чел., и только с 2025 г. начнет понемногу увеличиваться. При менее благополучном развитии событий сокращение до 2022 г. может достичь 9,6-11 млн чел. без последующего перехода к росту (таблица 24).

38

А.Г. Вишневский

Таблица 24. Убыль населения в трудоспособном возрасте

по трем вариантам прогноза Росстата, тыс. чел.

Год Варианты прогноза

высокий средний низкий

2012 -811 -874 -955

2013 -920 -1001 -1097

2014 -905 -998 -1110

2015 -936 -1039 -1160

2016 -1006 -1118 -1242

2017 -907 -1022 -1150

2018 -881 -1003 -1137

2019 -675 -806 -944

2020 -496 -631 -775

2021 -452 -593 -739

2022 -398 -539 -691

2023 -297 -444 -600

2024 -90 -239 -400

2025 85 -70 -239

2026 103 -52 -223

2027 206 -15 -296

2028 212 -79 -428

2029 246 -77 -479

2030 183 -155 -579

2012-2022 -8386 -9623 -11002

2012-2030 -7737 -10754 -14246

Источник: [Демографический ежегодник России 2009, таблица 8.4].

Сильное «сжатие» предложения на рынке труда в ближайшие 10-15 лет неизбежно, и оно будет сопровождаться ростом экономической нагрузки на каждого трудоспособного. Сейчас на каждую 1000 лиц в трудоспособном возрасте приходится порядка 570 детей и пожилых, по низкому варианту прогноза это число увеличится на 159 чел., по среднему - на 213, по высокому - на 242 человек. Такое увеличение обернется огромным ростом социальных расходов и, со своей стороны, обострит экономическую ситуацию в стране.

Таким образом, демографические процессы будут подталкивать экономику к формированию растущего спроса на труд мигрантов, и, в конечном счете, именно рынок труда, «экономика» в широком смысле слова будет главным «промиграционным агентом», и противостоять его требованиям не смогут никакие политики. Демографические и экономические соображения будут требовать все большего притока мигрантов, и эта растущая потребность, соединяясь с миграционным давлением извне, со стороны бедных и перенаселенных стран, обусловит постоянный приток в страну выходцев из соседних, а, возможно, и из более отдаленных стран.

Россия: демографические итоги двух десятилетий

39

Вопросы, связанные с миграцией, будут неизбежным и приобретающим все большую важность пунктом повестки дня XXI в. в России. Это будет очень серьезный вызов для России, но это и шанс, который нельзя упустить. Пока мы находимся только на дальних подступах к пониманию миграционной проблемы во всей ее полноте, не говоря уже о ее решении.

к к к

В феврале 2012 г., выступая перед студентами Новосибирского университета, вице-премьер Дмитрий Рогозин заявил, что население России должно составлять 500 млн человек. Он полагает, что этого результата можно достичь с помощью повышения рождаемости. «Без детей не будет 500 млн населения России, которое нам позарез нужно», - цитирует слова Рогозина РИА «Новости»22.

Трудно представить себе что-нибудь более оторванное от действительности, чем это заявление. На его фоне меркнут даже приводившиеся выше утверждения Минздравсоцразвития о том, что «сокращение численности населения остановлено». К сожалению, законы демографии неумолимы. Свой шанс на «демографический взрыв», пусть и не такой большой, как хотелось бы Рогозину, Россия упустила в ХХ в. и не без помощи политиков, которые думали, что они стоят выше законов природы и общества, а, может быть, просто и не подозревали о существовании таковых. Невежество власти у нас всегда высоко ценилось. Не думаю, что Россия выиграет от того, что ко всем утопиям, которым она отдала дань в недавнем прошлом, добавится еще и утопия демографическая. Гораздо полезнее трезвый взгляд на наши весьма неприглядные демографические дела и, соответственно, трезвая демографическая политика, которая, как и любая политика, - не более чем искусство возможного.

Литература

Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. (1998) Демографическая история России. М.

База данных Демоскопа Weekly // http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/sng_tfr.php

База данных Росстата // http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi

База данных Росстата // http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/population/ demography/#

Вишневский А.Г., Васин С.А. (2011) Причины смерти и приоритеты политики снижения смертности в России // Экономический журнал Высшей школы экономики. № 4.

Всероссийская перепись населения 2002 года. Т. 10. Население по месту рождения и месту проживания на территории Российской Федерации.

Демографическая модернизация России,1900-2000 (2006). М.

Демографический ежегодник России 1996. М.: Росстат, 1996.

Демографический ежегодник России 2000. М.: Росстат, 2001.

Демографический ежегодник России 2008. М.: Росстат, 2008.

Демографический ежегодник России 2009. М.: Росстат, 2009.

Демографический ежегодник России 2010. М.: Росстат, 2010.

Демографический прогноз до 2030 года // http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/ main/population/demography/

22

Росбалт, 9 февраля 2012 г. http://www.rosbalt.ru/main/2012/02/09/943901.html

40

А.Г. Вишневский

Евстигнеев В. (2011) Почему рубль стоит в 1,5 раза дешевле, чем должен бы // Forbes. 6 октября 2011 г.

Захаров С.В. (2006) Демографический анализ эффекта мер семейной политики России в 1980-х гг. // SPERO. № 5.

Здравоохранение в России. 2011. Статистический сборник. М.: Росстат.

Народное хозяйство Российской Федерации (1992). М.: Госкомстат РФ.

Население России 2003-2004. Ежегодный демографический доклад (2006). Под ред. А.Г Вишневского. М.

Население России 2006. Ежегодный демографический доклад (2007). Под ред. А.Г. Вишневского. М.

Население России 2009. Ежегодный демографический доклад (2011). Под ред. А.Г. Вишневского. М.

Население России за 100 лет (1897-1997). Статистический сборник (1998). М.: Росстат.

Соботка Т., Лутц В. (2011) Коэффициент суммарной рождаемости дает политикам дезориентирующие сигналы: не следует ли отказаться от использования этого показателя? // Экономический журнал Высшей школы экономики. № 4.

Уроки демографии (2010) // История одного комментария для газеты // http://blog.minzdravsoc. ru/2010/01/uroki-demografii-istoriya-odnogo-kommentariya-dlya-gazety/#more-153

European Health for all database (2011). WHO. Updated: January 2011.

Eurostat // http://epp.eurostat.ec.europa.eu/portal/page/portal/eurostat/home.

Human Fertility Database (2011). Max Planck Institute for Demographic Research (Germany) and Vienna Institute of Demography (Austria) // www.humanfertility.org (последнее изменение 28.10.2011).

Institut national de la statistique et des etudes economiques (INSEE) // http://www.insee.fr/fr/ themes/tableau.asp?reg_id=0&ref_id=NATnon02229

Migrants in Europe (2011). A statistical portrait of the first and second generation. Eurostat.

OECD Health Data 2011 // http://stats.oecd.org/Index.aspx?DataSetCode=SHA

The 2012 Statistical Abstract. The National Data Book.

Statistical Handbook of Japan 2011. Chapter 2. Population // http://www.stat.go.jp/english/data/ handbook/c02cont.htm

Trends in total migrant stock: The 2005 revision (2006) // UN Department of Economic and Social Affairs. Population Division. UN.

United Nations, Department of Economic and Social Affairs, Population Division (2011).

World Mortality 2011. United Nations publication ST/ESA/SER.A/308 // http://www.un.org/esa/ population/publications/wmchart2011/wmchart2011.pdf