Многообразие в интеграции: государственная Федеральная и региональная этнокультурная политика

Г. И. МАКАРОВА

МНОГООБРАЗИЕ В ИНТЕГРАЦИИ: ГОСУДАРСТВЕННАЯ ФЕДЕРАЛЬНАЯ И РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭТНОКУЛЬТУРНАЯ ПОЛИТИКА

Ключевые слова: этнокультурная политика; этнокультурные идентичности; общероссийская идентичность; этнокультурное многообразие; интеграция

Key words: ethno-cultural policy; ethno-cultural identities; all-Russian identity; ethno-cultural variety; integration

Регионам России в 90-е гг. ХХ в. в условиях роста значимости этничности и процессов суверенизации были характерны процессы «возрождения» и развития языков, культур различных, прежде всего титульных этносов, а также актуализация их самосознания. Федеральный центр проводил в этот период политику «уступок и консенсусных мер, обеспечивающих сохранение целостности страны»1, являющуюся политикой признания и поддержки этнокультурного многообразия. Начало 2000-х гг. ознаменовано усилением позиций центра по отношению к регионам, относительной социально-экономической стабилизацией. В стране начинает артикулироваться важность управления этнокультурными различиями, противодействия «формам крайнего национализма и экстремизма»2, консолидации российского общества. При этом видение путей и средств этой консолидации на федеральном и региональном уровнях отчасти различаются.

Рубеж 1990—2000-х гг. ознаменован в России выстраиванием новой правовой вертикали (в том числе в этнокультурной сфере), которое было призвано способствовать дальнейшему объединению политико-правового пространства Российского государства. Кроме того, обращает на себя внимание факт законодательного закрепления национальных

МАКАРОВА Гузель Ильясовна, старший научный сотрудник отдела этнологии Института истории Академии наук Республики Татарстан, кандидат философских наук, доцент.

символов Российской Федерации. Хотя новые флаг и герб были утверждены еще в 90-е гг., симптоматично, что именно в 2000 г. принимаются законы «О государственном флаге РФ», «О государственном гербе РФ» и «О гимне РФ».

Задача формирования общероссийской нации ставится в этот период в рамках политического дискурса в выступлениях Президента РФ В. В. Путина, а позже и Президента РФ Д. А. Медведева. В стране начинают реализовываться конкретные «идеологические проекты интеграции», строящиеся вокруг идей «православия», «достижений россиян в спорте» и т. д., «продвигающиеся» с помощью СМИ.

Знаковым стало вступление в силу нового Федерального закона от 1 июня 2005 г. № 53-Ф3 «О государственном языке Российской Федерации». Закон гарантирует использование русского языка на всей территории страны (введение) и определяет сферы его обязательного применения (ст. 3), обеспечивает право граждан РФ на пользование им (введение) и определяет меры, предпринимаемые федеральными органами власти, по его защите и поддержке (ст. 4), а также предусматривает ответственность за принятие в РФ и в субъектах РФ законов и нормативных правовых актов, ограничивающих использование русского языка как государственного языка страны (ст. 6). В то же время принятием закона «О внесении дополнения в ст. 3 закона РФ от 11 декабря 2002 г. № 165-ФЗ „О языках народов РФ"» закрепляется положение, согласно которому в России «алфавиты государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик строятся на графической основе кириллицы». Последнее также отражало желание сохранить и упрочить культурно-символическое единство страны.

Перемещение акцента в этнонациональной стратегии федерального Центра с многообразия на интеграцию сказалось на сфере образования. Так, принятый 1 декабря 2007 г. Закон РФ № 309-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части изменения понятия и структуры государственного образовательного стандарта» закрепил новое его понимание, который отныне не делится на федеральный и региональный компоненты, а является единым федеральным государственным стандартом. Соответственно, из Закона РФ «Об образова-

нии» исключается п. 8 (ст. 20), касающийся установления субъектами РФ национально-региональных компонентов образовательных стандартов. В качестве основной функции федерального стандарта закрепляется обеспечение единства образовательного пространства РФ (ст. 7 новой редакции Закона «Об образовании»).

На федеральном уровне также были предприняты усилия по преодолению характерной для 90-х гг. тенденции политизации этничности, шедших от регионов попыток политическими способами решить вопросы этнокультурного развития. В связи с чем, во-первых, актуализируется замена понятия «национальная политика» на «политику этнокуль-турную»3, когда речь идет о политике в отношении народов РФ. В этом контексте «национальная политика» начинает пониматься как «политика обеспечения национальных интересов страны...»4. Во-вторых, обозначается стремление федерального центра разграничить вопросы государственно-территориального деления России, самостоятельности субъектов Федерации и этнокультурного развития, т. е. перевести выражение этнокультурных интересов населения с институционального уровня (субъектов РФ) на личностно-персональный и групповой5.

Следует отметить, что задача сохранения этнокультурного многообразия на федеральном уровне формулируется не как самоцель, а как способ «интеграции граждан любой этнической принадлежности в общероссийское социально-экономическое и культурное пространство.»6. Обозначенное направление развития становится очевидным при анализе федеральных программ культурного развития конца 1990-х — начала 2000-х гг.7 В системе принципов, задач культурной политики и конкретных мероприятий, зафиксированных в программах, все большее место отводится тем, что направлены на консолидацию российского общества.

Эта тенденция проявляется отчасти в содержании проекта нового варианта Концепции государственной национальной политики Российской Федерации8, который, с одной стороны, является «преемником» Концепции 1996 г., с другой — воплощением характерной для 2000-х гг. стратегии этнокультурного развития РФ. В частности, это сказывается на формулировке задач государственной политики в культурной и образовательной областях. Так, в проекте появляются

«воспитание патриотизма и формирование общероссийской гражданской идентичности», «воспитание уважения к истории России, символам государства», «укрепление позитивного международного имиджа России...».

Федеральный центр не отказывается от политики признания этнокультурных различий, создания гражданам условий для реализации потребностей в этнокультурной сфере. Однако на федеральном уровне обозначается постепенный отход от стратегии спонсирования многообразия. Патернализм в настоящее время больше характерен для политики государства по отношению к коренным малочисленным народам. Причем в связи с осознанием необходимости управления различиями особенностью политики РФ этих лет стала артикуляция проблем толерантности населения, регулирования межэтнических отношений9.

Руководство региона постепенно корректирует свою этнокультурную стратегию с учетом требований федерального центра. Так, начавшееся приведение законодательства РТ в соответствие с федеральным коснулось правовых основ языковой и культурной политики. В ряд законов Татарстана вносятся изменения и дополнения, исключаются положения, противоречащие федеральному законодательству. Вновь принимаемые законы и редакции законов имеют обязательные отсылки к соответствующим законам РФ. Уточняется ряд аспектов, касающихся взаимодействия центральных и региональных властей, органов управления в указанной сфере. Например, в новой редакции закона РТ о языках теперь установлено, что законодательство республики о языках «основывается на соответствующих положениях Конституции РФ, Конституции РТ, закона РФ „О языках народов Российской Федерации"» (ст. 1). Из ст. 3 изъята формулировка о Республике Татарстан как государстве. Наконец, вводится уточнение (гл. 111, ст. 15), касающееся языка ведения официальной переписки с адресатами РФ и ее субъектами, каким является русский язык.

Особенностью этнокультурной политики РТ 2000-х гг. становится внесение поправок в законодательство, касающихся русского языка и русской культуры. Так, в ноябре 2002 г. состоялась встреча Президента РТ М. Ш. Шаймиева с руководителями русских национально-культурных обществ, где обсуждались проблемы развития в регионе русского языка

и культуры. 20 мая 2003 г. принимается Постановление Кабинета министров РТ «О проведении Республиканского праздника русского фольклора „Каравон"». В 2001 г. разрабатывается Республиканская целевая программа «Русский язык в Татарстане» на 2001—2005 гг. В Республиканскую целевую программу «Развитие культуры в РТ на 2004—2007 гг.» (подпрограмма «Сохранение и использование недвижимого историко-культурного наследия») включены связанные с православием архитектурные памятники, церкви в городах и районах РТ.

Особо следует отметить в культурной политике Татарстана паритет развития в республике татарской и русской культур, мусульманства и православия. Например, почти одновременно были открыты отреставрированный Благовещенский Собор и вновь построенная мечеть Кул Шариф в Казанском кремле (2005 г.); следующие друг за другом решения о поддержке развития архитектурных комплексов Свияжска (исторического оплота православия на территории РТ) и Болгар (города, основанного историческими предками татар) (2007 г.) и др.

В то же время характерной чертой этнокультурной стратегии республики последних лет становится провозглашение в ряде документов мультикультуралистских принципов. В частности, в целях и задачах программы «Развитие культуры в РТ на 2004—2007 гг.» прописаны принципы «поддержки многообразия культурной жизни», «создания условий для диалога культур в многонациональной республике». Специально на защиту прав «граждан Российской Федерации в Республике Татарстан, относящих себя к определенной этнической общности, находящейся в ситуации национального меньшинства» (ст. 1), направлен Закон РТ от 12 мая 2003 г. № 15-ЗРТ «О национально-культурных автономиях в Республике Татарстан», где уточняются меры, предпринимаемые органами государственной власти РТ по поддержке общественных инициатив.

В 2008 г. в республике принимается Концепция государственной национальной политики Республики Татарстан (Указ Президента РТ от 3 июля 2008 г. № УП-312), на программном уровне закрепляющая стратегию поощрения этнокультурного многообразия и возводящая мультикульту-рализм (в его институциональном варианте) в ранг офици-

альной политики республики. Что касается регулирования межэтнических отношений, властями и СМИ, то вплоть до последнего времени отмечалось отсутствие в республике сколь-нибудь серьезных проблем в этой сфере. Причем сама политика многокультурности трактовалась как гарант межэтнической стабильности в регионе. Однако в 2008 г. принимается Республиканская целевая программа по профилактике терроризма и экстремизма в Республике Татарстан на 2009—2011 гг. (Постановление Кабинета министров РТ от 31 декабря 2008 г. № 956), которой утверждается план действий по укреплению межнациональной и межконфессиональной стабильности в регионе.

Таким образом, в то время как на федеральном уровне акцент в 2000-е гг. делается на единстве и консолидации, власти Татарстана подчеркивают значимость дальнейшего проведения в стране политики признания и поддержки этнокультурного многообразия. Причем такого рода политика понимается в регионе как важнейшее условие интеграции полиэтнического и поликонфессионального населения страны.

Трактуя региональные идентичности как часть общероссийской и отмечая неконфликтное соотношение последней с этнокультурными идентичностями, иногда слышится критика претензий русской православной церкви на особую роль в Российском государстве, а также попытка выдвижения русской культуры в качестве социокультурной основы формирования единой российской идентичности. Одновременно «национальные элиты» продолжают, хотя и с меньшей интенсивностью, осуществлять проекты «этнокультурного возрождения и развития» титульных народов регионов. Наконец, в то время как федеральный центр стремятся к централизации управления процессами этнокультурного развития, субъекты Федерации отмечают важность диалога центра и регионов по вопросам этнокультурной политики.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Дробижева Л.М. Социальные проблемы межнациональных отношений в постсоветской России. М.: Центр общечеловеческих ценностей, 2003. С. 34.

2 Тишков В.А. Как обновить концепцию национальной политики? URL: http://www.valerytishkov.ru/cntnt/publikacii3/publikacii/kak_obnovi.html (дата обращения: 24.08.2009).

3 Там же.

4 Его же. Прощание с Миннацем: мнение бывшего председателя Го-скомнаца России. URL: www.russ.ru/politics/20011115-tish.html (дата обращения: 24.08.2009).

5 См.: Заключение (из стенограммы выступлений участников конференции) (выступление Л.М. Дробижевой) // Этносоциология в России: научный потенциал в процессе интеграции полиэтнических обществ: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Казань, 26—28 июня 2008 г. / отв. ред. Р.Н. Мусина. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2009. С. 371—372.

6 Тишков В.А. Как обновить концепцию ...

7 См.: Федеральные целевые программы «Развитие и сохранение культуры и искусства Российской Федерации (1997—1999 годы)» (от 19 июня 1996 г. № 715); «Культура России (2001—2005 годы)» (от 14 декабря 2000 г. № 955); «Культура России (2006—2010 годы)» (от 8 декабря 2005 г. № 740).

8 См.: Концепция государственной национальной политики Российской Федерации. Вариант 2007 г. URL: http://www.balakovo.ru/full_news.php?-num _news=7740 (дата обращения: 02.06.2009).

9 См.: Закон РФ от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», Федеральная целевая программа «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе (2001—2005 годы)» и др.

Поступила 29.09.09.