Мат в четыре года

Закончилась распродажа последних активов ЮКОСа — больше имущества у него не осталось. В начале ноября завершится банкротство компании, а затем ее ликвидируют. Таким образом, на полное уничтожение одного из некогда крупнейших российских нефтехолдингов потребовалось чуть более четырех лет. Фактическим преемником империи Михаила Ходорковского стала "Роснефть". Занимавшая во времена расцвета ЮКОСа весьма скромное место в отрасли, но затем скупившая почти все его активы, госкомпания превратилась в безусловного российского лидера буквально по всем статьям, обогнав конкурентов по капитализации, объему производства, переработке нефти, запасам и даже по количеству АЗС в России. Теперь она метит в мировые лидеры, к чему раньше стремился и сам ЮКОС.

Банкротство ЮКОСа можно считать завершенным. Конечно, конкурсному управляющему Эдуарду Ребгуну еще предстоит распределять среди кредиторов деньги, вырученные от продажи активов, рассчитывать налоги, завершить множество формальностей. Но в начале августа господин Ребгун уже покинул свой кабинет в здании на Дубининской улице, которое до недавнего времени было центральным офисом ЮКОСа, и перебрался в офис собственной компании "Бизнес-лоция". Теперь башню ЮКОСа готовят к переезду "Роснефти", хотя табличка с названием "ЮКОС" все еще висит на фасаде здания. Правда, это последнее, что осталось от холдинга, потому что ЮКОСа как компании больше нет: в среду было продано последнее принадлежавшее ему предприятие — зарегистрированная в Голландии Yukos Finance, а сам ЮКОС существует лишь на бумаге. Завершившиеся торги окончательно сформировали картину российской нефтяной отрасли эпохи без ЮКОСа, который почти полностью поглощен "Роснефтью". Причем именно госкомпания несколько лет назад стала поводом для размолвки между Михаилом Ходорковским и кремлевскими чиновниками.

Конфликт ЮКОСа с российскими властями, завершившийся полным разорением одной из самых крупных и успешных российских нефтяных компаний, начал разворачиваться в середине 2003 года. Хотя его отправной точкой можно считать происшедший несколькими месяцами ранее публичный диалог основного владельца и главы ЮКОСа Михаила Ходорковского с президентом Владимиром Путиным на встрече с членами РСПП. В своем выступлении господин Ходорковский высказал мнение, что происшедшая незадолго до того сделка по покупке "Роснефтью" компании "Северная нефть" имела "сомнительную подоплеку". В ответ он услышал, что "Роснефть" — "это государственная компания, которая нуждается в увеличении своих запасов нефти". "А некоторые компании, как ЮКОС, например, имеют свои сверхзапасы, и вот вопрос: как она их получила?" — сказал президент.

В то время ЮКОС добывал чуть менее 70 млн т нефти в год и был второй — после ЛУКОЙЛа — крупнейшей российской нефтекомпанией. А добыча "Роснефти" составляла около 16 млн т, что позволяло ей лишь плестись в хвосте первой десятки. Причем Михаил Ходорковский собирался объединить свои активы с "Сибнефтью" (ныне "Газпром нефть"), принадлежавшей Роману Абрамовичу. Получившаяся в результате "ЮкосСибнефть" должна была стать крупнейшей в мире по запасам нефти компанией среди торгуемых на биржах. Однако из-за ареста Михаила Ходорковского сделка так и не была доведена до конца. Теперь на мировое лидерство претендует "Роснефть": менеджеры компании уверены, что в скором будущем она попадет в тройку мировых лидеров, которую сейчас составляют ExxonMobil, BP и Shell. Планы своего развития с учетом новых приобретений "Роснефть" собирается обнародовать осенью.

Первым шагом к "мировому господству" для "Роснефти" стало приобретение в декабре 2004-го, после доначисления ЮКОСу многомиллиардных налоговых требований, 100% голосующих акций (76% уставного капитала) его крупнейшей добывающей дочерней компании — "Юганскнефтегаза". Это позволило госкомпании увеличить добычу на 50 млн т нефти в год и занять третье место в России. Одновременно руководителям "Роснефти", которую предполагалось объединить с "Газпромом", удалось отстоять свою независимость, и от идеи слияния двух корпораций отказались. Вместо этого чиновники решили сделать "Роснефть" компанией публичной. Состоявшееся в июле 2006 года первичное размещение ее акций (IPO) на российских и западных биржах, в котором активно участвовали западные инвесторы, до того упрекавшие российские власти и саму "Роснефть" в национализации "Юганскнефтегаза", стало очень успешным: бумаги раскупили по максимальной предложенной цене (хотя у государства еще остается 75% компании). Не последнюю роль в этом сыграли и ожидания инвесторов, рассчитывающих на то, что в скором времени активы ЮКОСа перейдут "Роснефти".

Видимо, на это рассчитывала и сама "Роснефть": почву для своего будущего роста, основой которого должны были стать активы ЮКОСа, госкомпания стала готовить параллельно с IPO. Госкомпания еще в конце 2005 года выкупила у банков-кредиторов ЮКОСа его долг на $482 млн. В марте, вооружившись этим соглашением, она обратилась в российский суд с просьбой о признании ЮКОСа банкротом. Просьбу удовлетворили. Банкротство началось в августе 2006 года, став последней страницей в истории ЮКОСа. В марте конкурсный управляющий приступил к распродаже активов. Фаворитом практически всех аукционов была "Роснефть". Первым ее приобретением стали принадлежащие ЮКОСу 9,44% самой "Роснефти" (их ЮКОС получил в обмен на принадлежавшие ему привилегированные акции "Юганскнефтегаза" в ходе консолидации активов "Роснефти" перед IPO, когда ее "дочки" переходили на единую с материнской компанией акцию) — теперь она собирается использовать этот пакет в сделках по дальнейшему приобретению активов. Затем компания купила сервисные предприятия, оставшиеся добывающие компании — "Томскнефть" и "Самаранефтегаз", все принадлежащие ЮКОСу НПЗ и основную часть АЗС.

Если госкомпанию действительно интересовал один из активов ЮКОСа, то конкуренты у нее были, как правило, номинальными. Серьезные компании на аукцион не шли, а если и шли, то торговались умеренно. Попробовавший было приобрести один из лотов, включавший южные активы ЮКОСа, близкий к ЛУКОЙЛу "Промрегион холдинг" выиграл торги, но так и не смог завершить сделку: ее по формальным причинам не одобрила Федеральная антимонопольная служба. В результате актив достался "Роснефти" — как второму участнику аукциона. "Если бы нам сказали не ходить на аукцион, мы бы поняли",— сетовали потом в частных беседах менеджеры "Промрегион холдинга". "Сами должны были догадаться",— парировали сотрудники "Роснефти".

Хотя сказать, что госкомпания без труда получила все активы ЮКОСа, какие хотела, тоже нельзя. К примеру, когда продавался лот N13, куда вошло центральное здание ЮКОСа на Дубининской улице, его приобрело никому не известное ООО "Прана", поднявшее цену за лот с 22 млрд руб. до 100 млрд руб. Кто стоит за "Праной", неизвестно до сих пор, хотя косвенные признаки указывают на ее связь с Газпромбанком. А на аукцион, где продавались АЗС ЮКОСа в центральных регионах России, "Роснефть" приходить передумала, хотя до последнего момента собиралась. За актив боролись ТНК-ВР и Shell, но достался он неизвестному ООО "Юнитекс", которое также связано с Газпромбанком. Впрочем, в конце концов "Роснефть" перекупила у обеих неизвестных компаний приглянувшиеся ей активы ЮКОСа.

Всего "Роснефть" потратила на новые приобретения немногим менее 690 млрд руб. (около $27 млрд). Но взамен компания получила безусловное лидерство в отрасли. Ее годовая добыча составляет около 100 млн т нефти в год — больше всех в России, запасы нефти — самые большие в мире среди торгуемых на биржах компаний, а капитализация — наиболее высокая среди отечественных нефтяников. Впрочем, "Роснефти", получившей возможность приобрести почти все активы ЮКОСа, пришлось помочь чиновникам поскорее завершить банкротство ЮКОСа. А то, что российские власти хотят закончить этот процесс как можно скорее, очевидно: во время подготовки к выборам история ЮКОСа будет совсем некстати. В результате банкротство нефтекомпании стало самым быстрым в российской истории среди крупных компаний, признают коллеги господина Ребгуна, занимающиеся аналогичным бизнесом. Они добавляют, что за отведенный по закону год мало кто успевает завершить процедуру, так что последующее полугодовое продление срока происходит почти что автоматически. Но когда об увеличении срока банкротства ходатайствовал Эдуард Ребгун, то получил только три месяца — до ноября. Ускорить процедуру помогла и "Роснефть", добросовестно покупавшая не только нужные, но и низколиквидные активы. Однако покупки самого проблемного актива — последней из оставшихся у ЮКОСа компаний, голландской Yukos Finance, проданной на прошлой неделе,— ей все же удалось избежать.

Самыми крупными активами Yukos Finance считаются $1,492 млрд, вырученных от продажи 53,7% акций литовского НПЗ Mazeikiu nafta в 2006 году, и 49% словацкой трубопроводной компании Transpetrol. Но Эдуарду Ребгуну в ходе конкурсного производства так и не удалось установить контроль над голландской компанией, которой до сих пор фактически руководят бывшие топ-менеджеры ЮКОСа. Господин Ребгун пытался сместить руководителей Yukos Finance — бывших сотрудников ЮКОСа Брюса Мизамора и Дэвида Годфри, но не добился успеха. Многочисленные судебные тяжбы продолжаются, а у Эдуарда Ребгуна не было даже полного списка активов Yukos Finance. В результате компанию было решено продать "как ситуацию", то есть со всеми сопровождающими ее судебными процессами, оценив по балансовой стоимости. Даже консультирующие конкурсного управляющего голландские адвокаты признают, что судебные тяжбы могут длиться годами.

Однако без распродажи всех активов завершить банкротство невозможно. Так что еще за два дня до аукциона дочерняя компания "Роснефти" — "Промнефтьстрой" — внесла задаток для участия в торгах. Однако после победы на аукционе выяснилось, что "Промнефтьстрой" уже сменил хозяина — его новым владельцем стало ООО "Монте-Валле", учрежденное американцем Стивеном Линчем. Именно ему теперь предстоит судиться за проблемный актив. Впрочем, отраслевые эксперты не исключают, что в случае победы "Роснефть" или "Газпром" могут перекупить у него Yukos Finance или часть его активов.

Хотя, по слухам, раздел ЮКОСа еще не завершен, несмотря на практически закончившееся банкротство. Теперь "Роснефти" придется поделиться частью активов с "Газпромом". Правда, до сих пор "Роснефть" неохотно расставалась с купленным имуществом.