ВЕРБАЛИЗАЦИЯ АКСИОЛОГИЧЕСКОГО КОНЦЕПТА «СУДЬБА» В КИТАЙСКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 13. ВОСТОКОВЕДЕНИЕ. 2019. № 4

А.М. Карапетьянц, Ф.Н. Даулет

ВЕРБАЛИЗАЦИЯ АКСИОЛОГИЧЕСКОГО КОНЦЕПТА «СУДЬБА» В КИТАЙСКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова»

119991, Москва, Ленинские горы, 1

Казахский национальный университет имени аль-Фараби 050040, Республика Казахстан, Алматы, пр. аль-Фараби, 71

В исследовании рассматривается языковая специфика аксиологического концепта «судьба» как важного маркёра национального ментального пространства китайской этнокультуры. Значимость исследования обусловлена тем, что системного описания универсальных и культурно-специфических характеристик концепта «судьба» в китайском языке, по нашим данным, еще не проводилось. В статье впервые рассмотрены культурный и исторический контексты формирования концепта «судьба» в китайском языке; выявлена национальная специфика и проанализированы историко-философские особенности его развития в китайском языковом сознании; установлены его важнейшие понятийные, ценностные и образные характеристики. Теоретическая значимость исследования заключается в разработке и уточнении научных представлении о характеристиках концепта, определении специфической дискретности, которую понятие «судьба» реализует в китайском языке.

Ключевые слова: китайский язык; культурные коды; аксиологические концепты; концепт «судьба»; лингвокультурология; когнитивная лингвистика; лингвокогнитивный эксперимент.

События XX и начала XXI в. значительно изменили характер лингвистической науки, а также методы, которые она использует

Карапетьянц Артемий Михайлович - доктор филологический наук, профессор кафедры китайской филологии ИСАА МГУ имени М.В. Ломоносова (e-mail: am-kar74@gmail.com).

Даулет Фатимабиби Ногайкызы - кандидат филологических наук, и.о. профессора кафедры китаеведения КазНУ им. Аль-Фараби (Республика Казахстан), докторант кафедры китайской филологии ИСАА МГУ имени М.В. Ломоносова (e-mail: fatima-dauletova@mail.ru).

для решения тех или иных задач. Глобализация как ключевой фактор всемирной экономической, политической, культурной и религиозной интеграции и унификации, а также разрушение биполярного мирового порядка, развитие технических средств индивидуальной и массовой коммуникации делают межкультурный обмен неизбежным составляющим в жизни современных людей. Но массовая миграция разных национальностей в разные уголки планеты, и в связи с этим все больше возрастающие социальные явления как ксенофобия, расизм, нацизм, шовинизм и др. приводят к проявлениям межэтнической враждебности и усложнению взаимопонимания и увеличению числа коммуникативных конфликтов между представителями разных этнических групп. Таким образом, современные геополитические реалии диктуют новые «правила игры» для лингвистики: она должна расширить объекты своих исследований в сторону антропоцентризма.

Одним из актуальных направлений современной лингвистики, позволяющим изучать особенности национально-культурных особенностей менталитета отдельных этносов является изучение концептов в лингвокультурных и лингвокогнитивных аспектах. В связи с повышенным интересом ученых к антропологическим проблемам концепт «судьба» начинает занимать одно из центральных мест как в понимании сущности человека, так и в определении путей развития культуры и цивилизации.

Понятие судьбы в контексте разных культур рассматривалось в трудах Арутюновой (1994), Гака (1994), Карапетьянца (1999), Ковшовой (1994), Чернейко, Долинский (1996); Михайловой (2001), Печенкиной (2001); Сергеевой (2005); Барышникова (2007), Вахру-шевой (2002), Погосяна (2005), Ждановой (2006), Высоцкого (2007), Абаевой (2007), Ф. Н. Даулет (2018; 2019) и др., а также эпизодически представлено в монографии Тань Аошуан «Китайская картина мира» (2012). В частности, обращаясь к проблеме концепта судьбы через посредство фразеологических единиц (далее - ФЕ) китайского языка, Тань Аошуан отмечает: «Общечеловеческий подход к концепту судьбы, по-видимому, определяется неразрешимым противоречием между вечностью мира и непредсказуемостью, мимолетностью человеческой жизни. Отсюда и возникает представление о высшей силе, властвующей над индивидуализмом и фатальности, предопределен-

ности его пути. Здесь заложена определенная концептуальная схема, которая варьируется у разных народов и в разных культурах»1.

Судьба - одно из центральных составляющих человеческой цивилизации, категория, выражающая фундаментальные отношения человека с окружающей Вселенной. В концепте судьба отображены многовековой опыт «всенародного осмысления свободы и необходимости», попытка назвать те «силы, которые управляют мировым порядком и человеческим поведением»2. В трудах современных исследователей судьба представлена как «нечто такое, что движет всем и в то же время непознаваемое»3; судьба - мрачная, бессмысленная, безжалостная, всесокрушающая, неотвратимая, слепая4; судьба - это распределитель, игрок, режиссер, заимодавец, судья5; судьба - это категория сознания, с помощью которой строится концептуальная картина мира народа6.

Из вышеописанного становится совершенно очевидным, что представления о судьбе являются универсальными для человеческой цивилизации, в то же время характеризуются национально-специфическими особенностями. В связи с этим изучение данного концепта способствует более полному представлению духовной, культурной и социальной сущности человека в ареалах той или иной этнокультуры. Так, одним из ключевых национальных концептов, сосредоточенных на лингвокультурном пространстве китайской национальной концептосферы является концепт «Судьба», которая в китайском языке репрезентируется прежде всего иероглифом ^ [ming] и лексемой - [ming yun]. Основной целью данного исследования является определение лингвокультурной и лингвокогни-тивной роли указанного концепта в языковой картине мира китайцев и показать способы его объективации через вербальные средства.

В системе древнекитайских протонаучных понятий иероглиф ^ [ming] прежде всего входит в один ряд с иероглифами ^ [tian] -

1 Тань Аошуан. Китайская картина мира. М., 2012. С. 180.

2 Постовалова В.И. Судьба как ключевое слово культуры и его толкование А.Ф. Лосевым // Понятие судьбы в контексте разных культур. М., 1994. С. 207-208.

3 Лосев. А.Ф. Признавая абсолютную истину // Студенческий меридиан. 1991. № 10. С. 28.

4 См.: Постовалова В.И. Указ. соч. С. 213.

5 См.: Арутюнова Н.Д. Истина и судьба // Понятие судьбы в контексте разных культур. М., 1994. С. 302.

6 См.: Вежбицкая А. Судьба и предопределение // Путь. 1994. № 5. С. 82-150.

Небо, природа, высшее начало и ft [xing], актуализирующий такие значения, как: природа человека, естество, натура; пол, сексуальный; род; жизнь, существование (данная дефиниция, например, воплощена в ФЕ ^fö^tt - никто не смог сохранить себе жизнь)7.

В словаре «Шовэнь цзецзы» (Ш^М^) дается следующая характеристика иероглифа^: Ш&о АП, А-ф*» « означает "приказывать", "повелевать", состоит из  ("рот". - Примеч. авт.) и ^ ("приказывать", "заставлять". - Примеч. авт.)»8.

В цзягувэнь - гадательные надписи на костях и черепа-

шьих панцирях датируемые XIV-XI вв. до н.э.) inj изображается в А

таком виде: Верхняя часть данного знака означает раскрытый рот ышзу /Л нижняя часть - это сидящий в покорной позе человек wl, что можно трактовать как «человек покорно подчиняется приказу с Неба»9.

Соотношение Судьбы и Неба задается и в формулировках древнекитайских философов. Так, Мэнцзы пишет: «Когда нечто никем не делается, а делается - Небо; когда нечто ничем не каузируется, а происходит, - это Судьба»10. Здесь Судьба выступает как преобразующий, невербализуемый фактор, как декрет, внешнее предопределение. Третий фрагмент 7-й главы «Мэнцзы», содержащий в основном дефиниции и псевдодефиниции, таков: «Стремясь - обретаешь, бросив - теряешь; тут стремление полезно для обретения, раз стремление в нас. В стремлении к объекту имеется Дао, в обретении объекта имеется Судьба; тут стремление бесполезно для обретения, раз стремление вовне»11.

В данной псевдодефиниции Судьба соотносится с Дао (Ш) как приобретение и поиск, т.е. как реализация своих возможностей. Следует отметить, что в данном контексте ^ и Ш почти одно и то же; похожая идея прослеживается и в одной из книг «Четверокнижия» -«Совмещение с обыденным»: «Небесный мандат - Примеч.

авт.) называется Натурой (ft. - Примеч. авт.); ведущее натуру на-

7 Большой китайско-русский словарь. Т. 2. М., 1983. С. 345.

8 Shuowen Jiezi. Beijing: Zhongguo shudian, 2015, section

9 ^Ж^А. Иероглиф^. URL: http://www.vividict.com/WordInfo.aspx?id=637 (дата обращения: 12.02.2019).

10 Цит. по: Карапетьянц А.М. Концепция судьбы у древнекитайских философов // Понятие судьбы в контексте разных культур. М., 1994. С. 84.

11 Там же. С. 85.

зывается Дао; совершенствующее Дао называется учением». Применение этой дефиниции к человеческим существам показывает, что первая фраза подразумевает одаренности, вторая - «естественнонаучное» устройство среды обитания, третья - обучение.

Соотношение Судьбы и Натуры уточняет фрагмент 7-й главы «Мэньцзы»:

«Соотношение рта со сладким, глаз с цветным, ушей со звуками, носа с запахами - это Натура. Но если в этом имеется Судьба, благородный муж (Ш^. - Примеч. авт.) не называет это натурой (т.е. человек, например, может ослепнуть. - Примеч. авт). Соотношение четырех конечностей (т.е. тела. - Примеч. авт.) и безмятежности, гуманности и [отношения] отец и сын, справедливости и [отношения] государь-подданный, этикета и [отношения] гость - хозяин, знания и достоинства, совершенномудрого и Дао Неба - это Судьба. Но если в этом имеется натура, благородный муж не называет это Судьбой (т.е. бывает, например, врожденная асоциальность. - Примеч. авт)12.

Понимание приведенной дефиниции Судьбы возможно в том русле, что глаза смотреть не должны (они просто смотрят), но человек должен находиться в безопасности и безмятежности, а отношения между правителем и подданным должны определяться справедливостью (понятием о должном). Более того, это отношение как раз является минимальной конкретизацией понятия должного и наличествует лишь в силу экзистенциальности понятия социальной обусловленности человеческого бытия. В традиционной китайской системе понятий справедливое и должное составляет единое понятие, а фиксирующий это понятие иероглиф X имеет еще значение «смысл». Таким образом, Судьба приобретает явный оттенок смысловой детерминации. О теологичности китайской Судьбы доказывает и высказывания Конфуция, который утверждал, что важнейшим этапом становления его личности было познание им в 50 лет Мандата Неба и его положение о том, что, не познав

Судьбы, нельзя стать благородным мужем - цзюньцзы.

В трудах древнекитайских философов Судьба - это еще предопределение человека, его «мандат на жизнь» - ^^ ^Ие^ шт§]. Выправление этого «мандата» [гИе^ шт§] - правильно прожитая жизнь - естественное развитие и полное завершение своей Судьбы.

12 Там же.

Так, первый фрагмент 7-й главы «Мэньцзы» гласит: «Исчерпывание своего сознания есть познание своей натуры, а познавая свою натуру познаешь и Небо. Пребывание в своем сознании и взращивание своей натуры - это то, чем служат Небу. Отсутствие двойственности в отношении срока жизни, самосовершенствование для того, чтобы прожить ее достойно - это то, чем устанавливают Судьбу» (т.е. делают осмысленным свое существование. - Примеч. авт.)13.

В «Чжуан-цзы» (даосская книга притч, написанная в конце периода Сражающихся царств, III в. до н.э.) Судьба выступает как нечто, обеспечивающее непрерывность связи между надбытийным, неиз-меряемым, невербализуемым, сверхестественным и человеческим. Эту связь проще всего представить как приказ - ^ф, т.е. «Судьба-приказ», отданным Небу человеку. Более подробное описание Судьбы в древнекитайской культуре также можно найти в трудах Yang Kuo-shu, Ho David Yau Fai14, S. Harrell15, Лу Ся16, Сюй Фугуаня17 и др.

Общеизветсно, что в древних текстах иероглиф ^ часто замещает иероглиф^ [míng] - «имя» в глагольных употреблениях. В современном языке значение «именовать», «величать» передается последовательностью ^ [ming] - Судьба [míng] - Имя, где «имя» - это статичное наименование предмета, а «судьба» - это динамическая предикация, обнимающая совокупность предметов или один и тот же предмет в разных временных срезах. Иными словами, Судьба -это то, что написано не на клетке, а на роду.

Анализ китайских лексикографических источников демонстрируют, что концепт «Судьба» в современном китайском языке объективируется обширным и хорошо структурированным лексико-фразеологическим полем, многочисленными паремиями и другими языковыми средствами, что свидетельствует о его коммуникативной

13 Там же. С. 86.

14 Yang Kuo-shu, Ho David Yau Fai. The Role of Yuan in Chinese Social life //Asian Contributions to Psychology / Ed. by Paranjpe. Ho & Rieber, N.Y.: Praeger Publishers, 1988. P. 263-281.

15 Harrell S. The Concept of Fate in Chinese Folk Ideology // Modern China, Vol. 13. No. 1. Symposium on Hegemony and Chinese Folk Ideologies, Part I (Jan., 1987). P. 90-109.

16 Ся Лу. Буцэчжундэ тянь, шэн, мин (Небо, жизнь и судьба в древних гадательных текстах). 2015. No. 2. С. 232-243.

17 Сюй Фугуань.Чжунго жэнсин луньши (История китайской теории человеческой сущности). Шанхай: Хуадун шэфан дасюэ чубаньши, 2005.

релевантности для китайского языкового сознания. Так, кроме перечисленных языковых фактов, нами установлено, что указанный концепт в современном китайском языке объективируется целым рядом существительных: [ming tй] - жизненный путь, удел и участь; [yuan fen] - доля, судьба, предопределение (часто об отношениях людей); [yUn qi] - судьба, удел, участь; удача, счастье; фортуна; [zou yUn] - попасть в счастливую полосу; посчастли-

вилось, повезло; везет; ^^ [tian ming] - веление неба, судьба, рок, фатум;^!^ [tian shU] - судьба, рок; небесное предопределение; воля неба; [zao hua] - судьба, удел; [Ий nian] - геомант. судьба в течение года, предсказание на год; гороскоп; [tian yi] - воля Неба; [tian ji] - даос. Небесный «механизм»; фатум; ^^ [tian shi] - фатум; воля Неба; [sU ming] - будд. предшествующее

существование; карма; предопределение; судьба, фатум, предназначение; [fй fen] - счастливая доля, счастливый жребий; счастье, удача; благословение; [fй qi] - счастливая Судьба; счастье; £ ^Т [wU xing] - «у син» пять стихий - основных элементов природы: металл, дерево, вода, огонь (древние гадатели предсказывали судьбу человека, основываясь на концепции о взаимопорождении и взаимопреодолении этих пяти стихий).

В китайском языковом сознании идея Судьбы представлена в тесной связи с религиозно-культовыми идеями, образами «Небесной владыки», рока и фатума и реализуется в ареале следующих семантических полей:

1) Семантическое поле «Судьба - предопределение»:

[an pin zhi ming] - знать волю Неба и мириться со своей судьбой;

[le tian ren ming] - быть благодарным Небу и довольным своей судьбой; [sheng si you ming] - жизнь и смерть - все в

руках Небесной владыки; от судьбы не уйдешь; [tian

ji bU ke xie lou]- Всё в этой жизни происходит по воле фатума; всё в этой жизни предначертано Судьбой; Ш^Й^ [sheng si you

ming] - жизнь и смерть, богатство и знатность - всё в руках Небесной владыки; sheng zhU ding] - будд. предопределено прошлой жизнью; zhong zhU ding] - предопределено судьбой.

2) Семантическое поле «Судьба - фортуна»: ^tt/JV L [zao hua xiao er] - счастье, фортуна (в виде ребенка); [zhi ming le

tian] - довольствуйся своей судьбой; В^^ЙЙ [shí lái yún xuán] -наступило время, и фортуна улыбнулась.

3) Семантическое поле «Судьба - рок, фатум» реализуется примерами, где утверждается, что человек - это игрушка судьбы, раб обстоятельств. Это непостижимая предопределенность событий и поступков человека: [an zhi ruó sú] - принимать свою судьбу со смирением как данность; мириться со своей судьбой; й

[jié shú nán táo] - горькая судьба неотвратима; [huó fú you ming] - беда и благополучие - всё в руках судьбы; ^ ФЙЙ [ming zhong zhú ding] - уготованный судьбой; неизбежный; фатальный; ^Ж^'т [sheng si you ming] - жизнь и смерть - все в руках богов; от судьбы не уйдешь и др.

4) Семантическое поле «Судьба - чередвание счастья и беды»: Ш^Шй^Ж^ [fú bú chóng zhi, huó bi chóng lái] - счастье не может непрерывно приходить, беда тоже не может следовать непрерывно друг за другом; [fú guó zai sheng] - от чрезмерного благополучия рождается бедствие; [fú xi huó suo fú huó xi fú suo yi] - счастья и несчастья не бывает друг без друга; ср. рус.: не было бы счастья, да несчастье помогло, [huó fú wú cháng] - счастье и беды непредсказуемы; К^ШШ [dan xi huó fú] -беда и счастье постоянно чередуются; счастье всегда чередуется с горем; АВ^^^ВД, АШ^ШШ [tian shí you hui míng, rén qíng you shü cän] - Небо бывает то темным, то светлым и др.

5) Семантическое поле «Судьба - универсальное явление для дуальных микроконцепов жизнь - смерть»: ^^ÄlM^fti [ni shi wode ming gen zi] - Ты самое дорогое, что есть у меня (букв. ты -для меня корень жизни); [ta méi xiäng dao hui huó dé na me cháng ming] - Он не ожидал, что проживет такую долгую жизнь; cha diän jiú méi ming le] - Он чуть ли не умер; ШШШШ'т*- [wo yao ni de ming] - Я убью тебя (букв.: «я заберу твою жизнь»)! В.^ [ming zai dan xi] - «жизнь скоро закончится», ср. рус.: стоять одной ногой в могиле; [si sheng cún wáng] - букв.: «жизнь или смерть, умереть или остаться в живых», обр. в знач.: момент, когда решается судьба человека;

В^ [sheng bú yú shí] - с момента рождения не видел ничего хорошего, обр. о несчастливой судьбе.

6) Семантическое поле «Человек - кузнец своей Судьбы» реализуется примерами: 7ЙШЖП [huo fú wú mén] - у несчастья и счастья нет своих дверей, обр. в знач.: человек сам кузнец своего счастья или несчастия; ШШНП [huo fú tóng mén] - счастье и несчастье человек сам себе создает; [xing wáng huo fú] - подъем и

падение, счастье и несчастье - все в руках человека; МнЙА [huo fú yóu rén] - и беды, и счастье - всё в руках человека; АЖ^ЙА^ ^ [tian wú jué rén zhi lú] - букв. «Небо не перекрывают жизненные пути человека», обр. в знач.: на свете абсолютно безвыходных положений не бывает.

Из перечисленных примеров видно, что в китайской традиционной культуре идея Судьбы зачастую сочетается с идеей удачливой и счастливой жизни. Так, концепт «Счастье» в китайском языке вербализуется следующими лексемами [fú fen] - счастье,

счастливая доля: !

[ai shang ni shi wo de fú fen, qü le ni shi wo de jin sheng zui da de xing yún] - Для меня божественной милостью было влюбиться в тебя, а женитьба на тебе - это самый счастливый жребий в моей жизни; Ш & [fú yún] - счастливая судьба: [nai

nai wei wo peng shang fú yún, gan dao hen huan xi] - Бабушка сильно обрадовалась тому, что мне улыбнулась судьба (букв. «натолкнуться на счастливую судьбу»); ^ ft [zao hua] - удача; счастье (W^ft -родиться под счастливой звездой, быть счастливым; ШШ^ - большая удача), Щ [xing fú] - счастье: ^ШАГО^Ф^, Ш^^о [xing fú de tai yáng kong zhong kai, kuai le de hua duo di shang kai] - Когда на небе светит солнце счастья, на земле открываются цветы радости; [fú qi] - счастье, везение, удача: ^.ЛгТ^^'Н,,

[sheng ér zi shi míng qi, sheng nú ér shi fú qi] - мальчик в семье - это для чести, а родить дочь - это счастливая доля; Ш fi[fú xing]: ШЖМШ [fú xing gao zhao] - счастливая звезда сияет в высоте, обр. в знач.: сопутствует удача, фортуна благоприятствует; ср. рус.: улыбнулось счастье.

Написание иероглифа Ш [fú] в цзягувэнь выглядит таким образом:

. В состав иероглифа входит алтарь - Т, человек (предположительно - шаман) - vf", винный сосуд - руки человека, держащий винный сосуд - £4: человек (шаман) приносит жертву божествам,

вымаливая достаток, здоровье и безопасную жизнь18. Алтарь для древнего китайца - это инструмент общения с богами и ушедшими в иной мир предками, управляющими жизнями и судьбами людей. Таким образом, под «счастьем» древние китайцы понимали покровительство предков, Неба и богов. Об этом свидетельствует и дефиниция иероглифа Ш в «Шовэнь цзецзы»: «Ш> Ш&о ш

в» - «Ш означает благословение богов»19.

Таким образом, счастье, в понимании древних китайцев, - это благосклонность судьбы, удача, благословение свыше. Когда человек живет, соблюдая нравственные принципы, установленные людям Небом, почитает богов и своих предков, тогда он и получает всё, что необходимо для жизни - жилье и пропитание. Это и есть, по их пониманию, - счастливая судьба20.

Один из важных моментов в исследовании концептов - поиск инструментов, способствующих выявить адекватность интерпретационной модели концептов их сущностным проявлениям в языковом сознании того или иного народа. Одним из таких ключевых инструментов, по нашему мнению, является лингвокогнитивный эксперимент, который был реализован в рамках данного исследования с привлечением носителей китайского языка и культуры. Основная задача нашего эксперимента - установить, что носителем языка действительно осуществляется интерпретация концепта «Судьба» в пространстве его родной культуры, а также выявить новые вербальные значения, используемые в ареале интерпретационного поля указанного концепта, но ранее не зафиксированные лексикографическим источниками. При этом лингвокогнитивный эксперимент в первую очередь направлен на выявление роли вербальных значений в механизме функционирования языкового сознания у китайцев.

В данном исследовании лингвокогнитивный эксперимент проводился по схеме, предложенной В.Ф. Петренко21: испытуемым предъявляется слово-стимул и требуется дать первые пришедшие на ум ассоциации. Испытуемый мог в свободной форме предложить

18 Цзэсин цзыдянь. Иероглиф (http://www.vividict.com/WordInfo.aspx?id=3860 (дата обращения: 12.02.2019).

19 Шовэнь Цзецзы. Бейцзин: Чжунхуа шудянь, 2015. Раздел

20 Daulet et al. Verbalizaton of the "Fate" concept in the Chinese linguistic worlview // Humanities & Social Sciences Reviews. 2019. Vol 7, No 4. P. 695.

21 Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. М., 1988. С. 47.

ассоциативные значения к заданному слову-стимулу, используя при этом лексические и фразеологические единицы, пословицы и поговорки, а также и тексты. В роли слова-стимула выступает лексема «^ё», как ключевая единица, репрезентирующее концепт судьбы в китайском языке.

В качестве единиц классификации полученного материала были взяты ключевые слова или словосочетания, повторяющиеся в ответах разных информантов. Как отмечает Ю.Н. Караулов, получаемые в ходе ассоциативного эксперимента ключевые реплики могут быть интерпретированы как знания (смыслы), принадлежащие практически всем представителям данной культуры22. Таким образом, выявление ключевых слов и словосочетаний способствует обнаружению смыслов, которые становятся связующим звеном между семантикой и когницией: «языковое значение приобретает статус смысла только будучи погруженным в определенную предметную область и включенным тем самым в систему связей между всеми параметрами фигуры знания»23.

В эксперименте приняли участие 121 человек, это носители китайского языка и культуры, живущие в КНР (в Пекине, Шанхае, Тяньцзине, Гуанчжоу и Урумчи). Возраст и социальный статус информантов: 25-65 лет, молодые специалисты, учителя средних школ, преподаватели университетов, предприниматели, пенсионеры. Количество мужчин - 50, женщин - 71. Технические средства эксперимента: китайский мессенджер We Chat и различные интернет-форумы.

В целом в ответах видна работа со значением слова-стимула во всей разносторонности составляющей его информации: испытуемые представили мгновенную образно-мотивационную информацию, выразили оценку, передали денотативно-сигнификативную информацию, показали индивидуальную образную иллюстрацию для лексемы «^ё». Например:

1. Ответы, в которых содержится мгновенная образно-мотиваци-онная информация и буквальное восприятие слова-стимула. Испытуемые приводят стереотипные примеры, «навязанные» им школьной или университетской программой, общественной моралью; дефи-

22 Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М., 2007. С. 14.

23 Там же. С. 19.

ниции, зафиксированные лексикографическими источниками: А ^ (предопределено свыше), А^ (природный, естественный), ^А ^А (не мириться со своей долей; букв. «роптать на небо и винить людей»), ^АЙЙ (предопределено свыше), В^^й^ (наступили хорошие времена, судьба повернулась к нам лицом), (уго-

тованный (судьбой), (распределение богов),

(судьба - это кандалы, которые не снять, таракан, которого не убить), (многострадальная

доля), (судьба - результат чего-либо), (иметь

большое значение для судьбы), жШ (положение дел; судьба), АА ЙЙ (предопределено Небом), А^А^тА^^Ж (результат прошлой жизни), (покорно терпеть предначертание),

(терпеть невзгоды), ЬК^ЫЖ (не сопротивляться), (невоз-

можно предугадать), (уготовано судьбой);

2. Ответы, в которых содержится индивидуальная образная иллюстрация слова- стимула «лицо»: испытуемые предлагают альтернативную трактовку для заданного стимула, резко отличающуюся от дефиниций, закрепленных в лексикографических источниках: в данном случае испытуемые опираются исключительно на личный опыт: (посторонний, незнакомый), (низшая точка, дно), ШШ (лень), ^^ШШШ (всевозможные проблемы), %ХЖШШ (быть в большой радости), (судьба - это наша жизнь), АА(давление, нагрузка), Ш-^ (отказываться, оставлять), ¿ЗЩ" (терпеть), (сюрприз), (перестать тревожиться), В^йА^(судьба не улыбается; не везет), (подниматься и опускаться);

3. Ответы, в которых содержится оценочная коннотация: ^.ШШт (у красивой женщины плохая судьба), А'^4 (радостный), АА (разочарование), А^ (грусть, расстроенный), (горевать, страдать),

(безразличие; бесцветный), (мрачный, пессимистичный), ШШ (горький, душераздирающий), МЙ (великодушный), ^АА(судьба - это ухабистый жизненный путь), (судьба - это так прекрасно), (судьбу не-

возможно предугадать);

4. Ответы, в которых, по мнению испытуемых, раскрываются предпосылки для приобретения счастливой судьбы: ^А (стараться),

(не верить [предначертанию]), АН (не лениться), (менять), (стараться), (быть добрым), ЩШ (окружение), (расти),

^ё^-^ЛёВ^-^ЛЙ^^Л^ (хорошая судьба в своих руках, но удача тоже важна), ЙА^^Ш (хорошему человеку - хорошая судьба), ^Й^^ШЙЙВ^Ф (судьба зависит от себя), (бороться, стремиться), (твоя судьба в твоих руках), ^^^

(^ - это предопределение, а  - твое отношение к жизни, й сможет изменить какая у тебя жизненная позиция, такая же будет судьба), ^^(упорствовать), ШШ (давать волю),  МШЙА^ (успех зависит от старания; всё зависит от человека), Ш Ш (работать над собой).

Результаты эксперимента показали, что на восприятие заданной лексемы влияют возраст и пол испытуемых. Например, в ответах информантов-женщин чаще встречаются такие реакции, как: (радостный), АЙ (разочарование), УкШ (потерянный), ^^ (горевать, печалиться), (бесцветный, равнодушный), (мрачный, пессимистичный), ШШ (горький, печальный), (благодарный), (сюрприз), (перестать тревожиться), ДА(давление, сила), ^.ШШ'т (у красивой женщины тяжелая судьба), (жизнь прекрасна), ^^ШШШ (всевозможные проблемы), Ш (радостный), ¿ЗЩ" (терепеть), в то время как в ответах испытуемых мужского пола такие примеры, как: (борьба; бороться), (подниматься и опускаться), (расти, развиваться), Щ^^А

(какая жизненная позиция, такая и судьба), (не верить, не принимать), ^РИ (не лениться), ^ЙЖ(судьба зависит от себя), ^Й^^ШЙ^В-^Ф (твоя судьба в твоих руках) и др.

В целом ответы участников эксперимента соотносятся со значениями, закрепленными за лексемой «^ё» в лексикографических источниках: во многих ответах содержатся языковые клише, свойственные исключительно китайской лингвокультуре (АЙ (предопределение), А^ (природный), ^А^А (роптать на Небо и винить людей), ^АЙЙ (предопределено Небом), В^^й^ (судьба повернулась лицом), (уготовано судьбой), (распоряжение божеств), (тяжелая доля), (судьба - результат чего-либо), (иметь большое значение для судьбы), ^^А АВ^Й^^ (счастливая судьба зависит от старания человека), ААЙ

^ (предопределение Неба), ^.Щ^т^Ш^Ш. (результат действий в прошлой жизни), ЖАМ^ (судьба не улыбается, не везет), ^ (молча терпеть), А^НЙ (не сопротивляться), ^ЙШ(нельзя предугадать, ^р"ФЙ^(судьбой предначертано) и др. Данный факт служит еще одним подтверждением того, что информация, заключенная в языке может повлиять на восприятие мира, а также и на качество жизни носителей языка и культуры.

Таким образом, можно утверждать, что в китайском языковом сознании для концепта «Судьба» актуальными являются следующие признаки: 1) судьба - это божье предопределение; неотвратимость, предначертание; 2) судьба - это жизненный путь: исполнение или неисполнение предназначения; 3) судьба - это стечение обстоятельств с положительным или отрицательным исходом; 4) хорошая судьба может быть наградой за хорошие поступки, а плохая судьба -это наказание за плохие поступки; 5) при старании судьбу можно изменить: у человека есть выбор победить рок и изменить свою судьбу; 6) человек должен проявлять терпеливость к выпавшим на его долю трудностям и продолжать жить с надеждой на завтрашний день; 7) судьба - это улыбка фортуны; жребий; счастливыая доля; 8) судьбу нужно безропотно принять; 9) жизнь - это страдание; 10) настоящая судьба - это счастливая жизнь.

Концептуальный анализ понятийного элемента концепта «судьба» в китайском языке позволяет выделить следующие ключевые признаки: предопределенность, обусловленность, наличие внешней силы, имеющей потустороннее, высшее происхождение, неконтролируемость человеком. К ключевым признакам судьбы в китайском языковом сознании также можно отнести ее соотнесенность со значениями «удача», «движение», «предопределение», «изменение», «жизнь», «смерть», «будущее», «счастье», «путь», «жребий», «фортуна», «терпение», «принятие», «старание», «смирение», «труд», «предначертание», «неотвратимость», «награда», «рок», «фатум», «выбор», «вера», «надежда».

Изучение вербальных значений концепта «судьба», актуальных для китайского языкового сознания позволило не только подтвердить наличие общечеловеческих универсальных моделей мышления и сознания, но и выявить некоторые особенности менталитета

китайского языкового коллектива. Так, характерной особенностью концепта судьбы в китайской языковой картине мира является существование двух «полюсов» понимания судьбы, к которым тяготеют все вербальные значения указанного концепта: судьба - это воля Неба, рок, фатум (АЙ, Ш^), но и судьба-удача и счастье

(А1Л, ^ё, Ш^, ШШ, Отличительной особенностью первого «полюса» является идея необратимости и предопределенности, фатума. Второй «полюс» отмечен признаками «случайности» и «везения-невезения», он характеризуется в китайском языке намного большей значимостью и связан с двойственной моделью, требующей от человека постоянной активности и поиска счастливой доли.

Интерпретационное поле концепта «Судьба» в языковом сознании китайцев представлено совокупностью ментальных и оценочных стереотипных суждений и содержит разнооценочные предикации, относящиеся к различным когнитивным слоям. Характерная особенность языковой объективации элементов интерпретационного поля - обширная представленность данного концепта с активным привлечением языковых средств, не включающих ключевых лексем.

Таким образом, можно утверждать, что концепт «Судьба», занимающий важное место в жизни всего человечества - межкультурный универсалий, по-разному вербализующийся на разных языках, а также самая значимая лингвофилософская категория в системе концептуальных понятий любого народа. В современном китайском языке концепт «Судьба» объективируется обширным и хорошо структурированным лексико-фразеологическим полем, многочисленными паремиями и другими языковыми средствами, что свидетельствует о его коммуникативной релевантности для китайского языкового сознания.

Перспективным представляется дальнейшее изучение концепта «Судьба» и ее смежных концептов в как родственных, так и генетически далеких языках, в различных типах дискурса, отдельное рассмотрение фразеологического и паремиологического воплощения этого концепта, а также его связи с другими концептами, такими как «жизнь», «смерть», «счастье», «любовь», «душа», «путь» и др. Стоит также отметить важную практическую значимость исследования переводческого аспекта концепта «Судьба».

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Арутюнова Н. Д. Истина и судьба // Понятие судьбы в контексте разных культур. М., 1994.

2. Большой китайско-русский словарь: В 4 т. М., 1983-1984.

3. Вежбицкая А. Судьба и предопределение // Путь. 1994. № 5. С. 82-150.

4. Карапетьянц А.М. Концепция судьбы у древнекитайских философов // Понятие судьбы в контекстве разных культур. М., 1994. С. 84-92.

5. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М., 2007.

6. Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. М., 1988.

7. Лосев А.Ф. Признавая абсолютную истину // Студенческий меридиан. 1991. № 10. С. 28.

8. Постовалова В.И. Судьба как ключевое слово культуры и его толкование А.Ф. Лосевым // Понятие судьбы в контексте разных культур. М., 1994. С. 207-208.

9. Тань Аошуан. Китайская картина мира. М., 2012.

10. Сюй Фугуань. Чжунго жэньсин луньши (История китайской теории человеческой сущности). Шанхай: Хуадун шэфан дасюэ чубаньши, 2005.

11. Ся Лу. Буцэчжундэ тянь, шэн, мин (Небо, жизнь и судьба в древних гадательных текстах). 2015. No 2. P. 232-243.

12. Шовэнь Цзецзы. Бейцзин: Чжунхуа шудянь, 2015.

13. Daulet et al. Verbalizaton of the 'Fate' concept in the Chinese linguistic worlview // Humanities & Social Sciences Reviews. 2019. Vol. 7. No 4. P. 694-702.

14. Harrell S. The Concept of Fate in Chinese Folk Ideology // Modern China. Vol. 13. No. 1. Symposium on Hegemony and Chinese Folk Ideologies, Part I (Jan., 1987). P. 90-109.

15. Yang Kuo-shu, Ho David Yau Fai. The Role of Yuan in Chinese Social life // Asian Contributions to Psychology, edited by Paranjpe. Ho & Rieber, N.Y.: Praeger Publishers, 1988. P. 263-281.

Artemy M. Karapetyants, Fatimabibi N. Daulet

VERBALIZATION OF THE AXIOLOGICAL CONCEPT 'FATE' IN CHINESE LINGUISTIC WORLDVIEW

Lomonosov Moscow State University 1, Leninskie Gory, Moscow, 119991

Al-Farabi Kazakh National University

71, al-Farabi Ave., Almaty, Republic of Kazakhstan, 050040

The article is devoted to research the linguistic spicifics of axiological concept of word 'fate' as an important mark of national mental space of Chinese. The significance of the study is due to the fact of the absence of systematic description of specific cultural characteristics of' fate' concept in Chinese. The purpose of this study is to identify the axiological characteristics of 'fate' in Chinese sphere of concepts

through the establishing of its hierarchical structure. According to the foregoing we set the following objectives: to study the specifics of axiological concept of word ' fate' in Chinese; to define the kognitive base, specifics, place and type of 'fate' in sphere of concepts; to determine the main linguistic representatives of 'fate' concept in figural expressions; to reveal the phenomena of 'fate' concept through the allied concepts. There were used methods of conceptual analysis and kognitive modeling. Academic novelty: for the first time were considered cultural and historical contexts of forming of 'fate' concept in Chinese sphere of concepts, defined national specifics of this concept, analyzed its historical and philosophical features in Chinese consciousnes. Theoretical significance is in developing and clarification of scientific understanding about characteristics of the concept, to determine the specific discritisation, the word 'fate' performing in Chinese sphere of concepts. The results of this research can be used for further studing of 'fate' concept and other allied concepts both in related and allied languages in different types of discourse.

Key words: Chinese language; culture codes; axiological concept; 'fate' concept; linguo-culturology; cogninive linguistics; linguistic cognitive experiment.

About the authors: Artemii M. Karapetiants - D.Sc. in Philology, Professor of the Department of Chinese Philology IAAS Lomonosov Moscow State University (e-mail: amkar43@gmail.com); Fatimabibi N. Daulet - PhD in Philology, Acting Professor of the Department of Sinology al-Farabi Kazakh National University (Republic of Kazakhstan), Doctoral student of the Department of Chinese Philology IAAS Lomonosov Moscow State University (e-mail: fatima-dauletova@mail.ru).

REFERENCES

1. Arutiunova N.D. Istina i sud'ba [The Truth and the fate]. Poniatie sud'by v kontekste raznykh kul'tur. Moscow: Nauka, 1994.

2. Bol'shoi kitaisko-russkii slovar' v 4 t. [The large Chinese-Russian dictionary in 4 volumes]. Moscow: Nauka, 1983-1984.

3. Vezhbitskaia A. Sud'ba ipredopredelenie [Fate and predestination]. Put', 1994. № 5, pp. 82-150.

4. Karapet'iants A.M. Kontseptsiia sud'by u drevnekitaiskikh filosofov [The concept of fate in the works of ancient Chinese philosophers]. Poniatie sud'by v kontekstve raznykh kul'tur. Moscow: Nauka, pp. 84-92.

5. Karaulov Iu.N. Russkii iazyk i iazykovaia lichnost' [Russian language and Russizn linguistic personality]. Moscow: Izdatel'stvo LKI, 2007.

6. Petrenko V.F. Psikhosemantika soznaniia [Psychosemantics of consciousness]. Moscow: Izdatel'stvo MGU, 1988.

7. Losev A.F. Priznavaia absoliutnuiu istinu [Recognizing the absolute truth]. Studencheskii meridian. 1991. № 10, p. 28.

8. Postovalova V.I. Sud'ba kak kliuchevoe slovo kul'tury i ego tolkovanie A.F. Losevym [Fate as a key word of culture and its interpretation by A.F. Losev]. Poniatie sud'by v kontekste raznykh kul'tur. Moscow: Nauka, 1994, pp. 207-208.

9. Tan' Aoshuang. Kitaiskaia kartina mira [Chinese worldview], Moscow: Iazyki slavianskoi kul'tury, 2012.

10. Xu Fuguan. Zhongguo renxing lunshi [The History of Chinese human nature Theories], Taizhong: Donghai University Press, 1963.

11. Xia Lu. Bu ci zhongde tian,sheng,ming [Tian, Sheng, Ming in the Chinese ancient inscriptions], Wuhan: Wuhan daxue xuebao, 2015. No2, pp. 232-243.

12. Shuowen jiezi. Beijing: Zhonghua shudian, 2015.

13. Daulet et al. Verbalizaton of the 'Fate' concept in the Chinese linguistic worlview, Humanities & Social Sciences Reviews. 2019. Vol. 7, No 4, pp. 694-702.

14. Harrell S. The Concept of Fate in Chinese Folk Ideology, Modern China, vol, 13, no, 1, Symposium on Hegemony and Chinese Folk Ideologies, Part I (Jan., 1987), pp. 90-109.

15. Yang Kuo-shu, Ho David Yau Fai. The Role of Yuan in Chinese Social life. Asian Contributions to Psychology, edited by Paranjpe, Ho & Rieber, New York: Praeger Publishers, 1988, pp. 263-281.