Наследственный договор в рамках реформирования российского наследственного права

УДК 347.65/68

Е. А. Белоотченко

Наследственный договор в рамках реформирования российского наследственного права

В настоящей статье разбираются некоторые положения законопроекта № 801269-6, принятого в первом чтении в Государственной думе Федерального собрания Российской Федерации, касательно наследственного договора. Рассматривается вопрос о правовой природе наследственного договора согласно положениям указанного законопроекта. Определяются особенности правового положения наследников, заключивших наследственный договор и принявших по нему наследство. Устанавливается, что наследники, получающие наследство по наследственному договору, являются универсальными правопреемниками. Автором изучается вопрос о соотношении положений норм действующего Гражданского кодекса РФ о недостойных наследниках и норм о наследственном договоре, которые планируется включить в Гражданский кодекс РФ указанным законопроектом. Устанавливаются правовые последствия заключения нескольких наследственных договоров с одним наследником и неисполнения указанным наследником одного из наследственных договоров.

This article considers some provisions the draft law № 801269-6 passed by the State Duma in the first reading concerning of the inheritance contract. It considers the question of the legal nature of the inheritance contract. IT considers the question of the legal nature of the inheritance contract in accordance with the provisions of this draft law. Specific features of the legal status of heirs which have entered into a inheritance contract and have inherited it. It is established that heirs who receive an inheritance under a inheritance contract are universal successors. The author examines the question of the correlation between the provisions of the norms of the current Civil Code of the Russian Federation on the unworthy and the rules on the inheritance contract, which are planned to be included in the Civil Code of the Russian Federation by the said draft law. Legal consequences of the conclusion of several hereditary contracts with one heir and the failure of the heir to perform one of the hereditary contracts are established.

Ключевые слова: наследование, наследственный договор, Гражданский кодекс РФ, наследник, наследодатель, универсальное правопреемство.

Key words: inheritance, inheritance contract, Russian Civil Code, heir.

© Белоотченко Е. А., 2017

Реформирование современного российского наследственного права является одной из наиболее актуальных тем, обсуждаемых в юридическом сообществе. Причем у данной реформы уже имеются как ее ярые сторонники, так и противники. Вместе с тем идею реформирования наследственного права активно поддерживают представители бизнес-сообщества. Ведь новые институты наследственного права, которые планируется установить по результатам проведения реформы, будут направлены в первую очередь на сохранение бизнеса и его работоспособности после смерти предпринимателя. Следует согласиться с замечанием В. А. Белова о том, что «мы имеем реальную, выдвинутую самой жизнью потребность: нужно сделать так, чтобы бизнес имел возможность как минимум сохраняться, а в идеале развиваться, несмотря на смерть контролировавшего его лица» [1, с. 132].

В настоящее время на рассмотрении в Государственной думе Федерального собрания Российской Федерации находится законопроект № 801269-6 «О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части совершенствования наследственного права)» (далее - «Законопроект»), который, помимо прочего, предусматривает включение в Гражданский кодекс РФ (далее - «ГК РФ») ст. 11401, содержащей нормы о наследственном договоре.

Следует отметить, что наследственный договор не является отечественным «изобретением». Он давно уже известен многим правопорядкам как европейских государств (Германии, Франции, Швейцарии, Австрии), так и азиатских (Китая). При этом институт наследственного договора каждого государства имеет свои национальные особенности1. Не стала исключением и Россия, несмотря на то, что в основу проекта российского наследственного договора легла модель, заимствованная из Германского Гражданского Уложения (далее - ГГУ) [7].

Прежде всего, следует обратить внимание на правовую природу наследственного договора, исходя из положений, предусмотренных Законопроектом. Согласно п. 1 ст. 11401 ГК РФ в редакции Законопроекта наследственный договор заключается между наследодателем и любым из лиц, которые могут призываться к наследованию. При этом условиями такого договора определяются порядок перехода прав на имущество наследодателя

1 Более подробно об особенностях применения наследственного договора в зарубежных странах см.: Матвеев И.В. Наследственный договор: зарубежный опыт и перспективы появления в гражданском праве Российской Федерации // Российская юстиция. 2015. № 1. С. 6-8.

123

на случай его смерти к сторонам договора или к третьим лицам, а также могут возлагаться на участвующих в договоре лиц, которые могут призываться к наследованию, определенные обязанности совершить после смерти наследодателя какие-либо действия имущественного или неимущественного характера.

Исходя из приведенных выше положений, можно выделить следующие особенности российской модели наследственного договора. С одной стороны, наследственный договор подобно завещанию содержит личные распоряжение наследодателя относительно порядка перехода принадлежащего ему имуще -ства к наследникам, как заключившим с наследодателем наследственный договор, так и не заключившим его, а также иные распоряжения, которые может содержать в себе завещание: назначение и подназначение наследников; определение долей наследников в наследстве; лишение наследства одного, нескольких или всех наследников по закону; назначение душеприказчика

[2, с. 5]. Таким образом, наследственный договор станет одним из оснований

2

наследования наряду с завещанием и наследованием по закону .

С другой стороны, наследственный договор представляет собой двустороннюю сделку, в результате совершения которой одним из последствий является возложение на наследников, заключивших наследственный договор, обязанности по совершению каких-либо действий имущественного или неимущественного характера3. Следовательно, речь может идти не только об обязанностях, вытекающих из завещательного отказа или завещательного возложения. Например, возможно допустить возложение на наследника обязанности по совершению какого-либо действия имущественного характера за счет самого наследника, а не за счет наследства. Собственно говоря, в этом состоит одно из отличий российской модели наследственного договора от германской модели, так как согласно § 2278 ГГУ иные распоряжения, кроме как назначение наследников, завещательные отказы и завещательные возложения, не могут быть сделаны по наследственному договору.

2 В зарубежных законодательствах, в частности в Германии, наследственный договор также является одним из оснований наследования // Основы наследственного права России, Германии, Франции / Ю.Б. Гонгало, К.А. Михалев, Е.Ю. Петров и др.; под общ. ред. Е.Ю. Петрова. М., 2015. С. 16.

3 Справедливости ради следует отметить, что исходя из диспозитивности ст. 11401 Законопроекта наследственный договор может и вовсе не предусматривать выполнение заключившими его наследниками каких-либо обязанностей.

124

С учетом вышеизложенного следует допустить возможность применения к наследственному договору норм общих положений об обязательствах и договорах, предусмотренных разделом III ГК РФ «Общая часть обязатель-

4

ственного права» .

Однако думается, что обязательственный элемент наследственного договора по Законопроекту является второстепенным и необходим только для того, чтобы воля наследодателя по распоряжению принадлежащего ему имущества на случай его смерти, заключенная в наследственном договоре, была в полной мере реализована. Кроме того, подтверждением того, что наследственный договор в первую очередь является именно способом распоряжения принадлежащим ему имуществом на случай его смерти является п. 6 ст. 1118 ГК РФ в редакции Законопроектом, устанавливающий, что распорядиться имуществом на случай смерти можно также путем заключения наследственного договора.

В этой связи справедливым видятся замечания, высказанные отечественными учеными-юристами относительно того, что законодатель не установил, каким образом будут применяться общие положения об обязательствах и договорах, закрепленные в ГК РФ, к наследственному договору. В частности, отмечается, что непонятно, возможна ли уступка прав наследника по наследственному договору [3, с. 137], каким он является: возмездным или безвозмездным [4, с. 14], может ли наследник отказаться от исполнения обязанностей наследственного договора, отказавшись от наследства5.

4 В отечественных юридических кругах уже отмечался тот факт, что к наследственному договору подлежат применению общие положения об обязательствах и договорах, предусмотренных ГК РФ. См.: Мотив введения большинства новелл, касающихся наследственного права, - обеспечить наследование бизнеса / Интервью Наталии Рассказовой // URL: https://zakon.ru/discussion/2017/06/29/motiv_ vvedeniya_bolshinstva_novell_kasayuschihsya_nasledstvennogo_prava_-_obespechit_nasledovanie_bi; Экспертное заключение от 13 июля 2015 г. № 144-1/2015 по проекту федерального закона № 801269-6 «О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в части совершенствования наследственного права) // Экспертные заключения Совета при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 2015 г. М., 2016. С. 35.

5 Мотив введения большинства новелл, касающихся наследственного права, -обеспечить наследование бизнеса / Интервью Наталии Рассказовой // URL: https://zakon.ru/discussion/2017/06/29/motiv_vvedeniya_bolshinstva_novell_kasayu schihsya_nasledstvennogo_prava_-_obespechit_nasledovanie_bi.

125

Действительно, применять в полной мере общие положения об обязательствах и договорах к наследственному договору нецелесообразно. Так, на наш взгляд, нельзя допустить возможность уступки наследником своих прав по наследственному договору. Наследственный договор, как указывалось ранее, является, прежде всего, одним из способов распоряжения наследодателем своим имуществом на случай его смерти. Заключая наследственный договор с одним из наследников, наследодатель определяет, каким образом его имущество должно распределиться между наследниками и каким именно наследникам должно отойти то или иное имущество. Таким образом, следует учитывать личностный элемент в наследственном договоре. В этой связи предоставление наследнику возможности уступить свои права лицу, которому, к примеру, наследователь и вовсе ничего не собирался передавать, противоречило бы последней воле наследодателя.

Весьма важным является вопрос о том, являются ли наследники, получившие имущество по наследственному договору, универсальными правопреемниками (как это предусмотрено в германской модели наследственного договора) или сингулярными (как того предусматривает украинская модель наследственного договора). Решение данного вопроса имеет огромное значение для всего механизма действия наследственного договора. Прежде всего, решение данного вопроса определит судьбу обязанностей наследодателя, оставшихся после его смерти и также входящих в наследство (ст. 1112 ГК РФ). Если допустить, что наследник в результате получения имущества по наследственному договору является сингулярным правопреемником наследодателя, то вопрос о наследовании им части обязанностей также должен быть решен отрицательно, т. е. к нему не перейдут по наследству обязанности наследодателя в размере, соответствующем доле принятого наследником имущества.

Если же допустить, что наследник, принявший имущество по наследственному договору, является универсальным правопреемником наследодателя, то он также будет отвечать и по долгам наследодателя с учетом правил, установленных ст. 1175 ГК РФ.

Учитывая, что Законопроект предполагает заимствование немецкой модели договора о наследовании [7], следует признать, что наследник, принявший имущество по наследственному договору, становится универсальным правопреемником наследодателя и должен отвечать по его долгам в соответствии с вышеуказанной ст. 1175 ГК РФ. Кроме того, в пользу универсально-

сти правопреемства наследника, заключившего наследственный договор, говорит и действующая редакция ст. 1110 ГК РФ.

Также важным является вопрос, связанный с правовыми последствиями, которые наступают для наследника, не исполнившего свои обязанности по наследственному договору. П. 2 ст. 11401 ГК РФ в редакции Законопроекта устанавливает, что требовать исполнения обязанностей, установленных наследственным договором, после смерти наследодателя могут наследники, душеприказчик, пережившие наследодателя стороны наследственного договора, а также нотариус, который ведет наследственное дело, в период исполнения им своих обязанностей по охране и управлению наследственным имуществом до выдачи свидетельства о праве наследования. В целях реализации указанного требования эти лица вправе обратиться в суд, который вынесет соответствующее решение. Таким образом, Законопроектом закладывается конструкция принудительного исполнения наследственного договора.

Из Законопроекта неясна возможность применения норм ст. 1117 ГК РФ о недостойных наследниках к наследнику, заключившему и исполнившему наследственный договор, но впоследствии признанному недостойным наследником. Например, возможно представить себе ситуацию, при которой наследник, заключивший наследственный договор и исполнивший его, также совершил какие-либо противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, составленном наследодателем отдельно от наследственного договора в отношении имущества, не являющегося предметом наследственного договора. Согласно ст. 1117 ГК РФ такой наследник должен быть признан недостойным. Но проблема связана с тем, что в ст. 1117 ГК РФ Законопроект не планирует вносить изменения, предусматривающие, что наследник, получивший имущество по наследственному договору, в случае признания его недостойным должен будет вернуть полученное им имущество из состава наследства. В этой связи становится непонятным, должен ли наследник, получивший имущество по наследственному договору, впоследствии признанный недостойным, вернуть такое имущество в наследственную массу или же нет. Ведь если лицо, наследующее по наследственному договору, признается универсальным правопреемником наследодателя, в дальнейшем становится недостойным наследником, то было бы несправедливо по отношению к иным наследникам оставлять за таким лицом полученное им имущество, так как такой недостойный наследник не должен будет исполнять обязанности

127

наследодателя в порядке, установленной ст. 1175 ГК РФ. Если признать, что наследник должен вернуть полученное по наследственному договору имущество, то возникнет вопрос о том, каким образом следует возместить наследнику понесенные им расходы, связанные с исполнением наследственного договора. Законодатель не предусмотрел решение указанной выше проблемы в Законопроекте.

Еще один важный вопрос касается возможности заключения и исполнения нескольких наследственных договоров с одним или несколькими наследниками. Законопроект не запрещает заключать несколько наследственных договоров с одним или несколькими наследниками. Однако могут возникнуть вопросы, связанные с исполнением нескольких наследственных договоров. Допустим, наследодатель заключил несколько наследственных договоров, предметами которых является разное имущество, с одним наследником. Один наследственный договор наследник исполнил должным образом, а другой - нет. Следовательно, исходя из содержания Законопроекта, по одному наследственному договору наследник получит имущество, и нотариус обязан будет выдать свидетельство о праве на наследство (например, в случае, если наследник получает недвижимое имущество, и свидетельство о праве на наследство ему необходимо в целях регистрации права собственности), а по другому наследственному договору имущество к наследнику не перейдет, и нотариус вправе будет требовать исполнения наследником своих обязанностей по другому наследственному договору.

С учетом изложенного справедливыми кажутся следующие выводы. Несмотря на необходимость установления института наследственного договора в отечественном наследственном праве, Законопроект очень далек от совершенства и нуждается в существенных доработках. В противном случае включение в ГК РФ ст. 11401 в той редакции, в какой она отражена в Законопроекте, может привести на практике к большому числу споров.

Список литературы

1. Белов В. А. Проблемы наследования бизнеса // Вестн. эконом. правосудия Российской Федерации. - 2015. - № 7. - С. 130-144.

2. Блинков О.Е. О наследственном договоре в российском наследственном праве: быть или не быть? // Наследственное право. - 2015. - № 4. - С. 3-5.

3. Гребенкина И. А. Совершенствование наследственного права: все ли предлагаемые изменения обоснованны? // Lex russica. - 2016. - № 11(120). - С. 135-142.

4. Гребенкина И. А. Теоретические и практические аспекты наследственного договора в свете текущего реформирования российского гражданского права // Наследственное право. -2016. - № 4. - С. 13-16.

5. Матвеев И.В. Наследственный договор: зарубежный опыт и перспективы появления в гражданском праве Российской Федерации // Российская юстиция. -2015. - № 1. - С. 6-9.

6. Основы наследственного права России, Германии, Франции / Ю.Б. Гонгало, К.А. Михалев, Е.Ю. Петров и др.; под общ. ред. Е.Ю. Петрова. - М., 2015.

7. Петров Е.Ю. Сделки mortis causa. // Частное право. Преодолевая испытания. К 60-летию Б.М. Гонгало / М.В. Бандо, Р.Б. Брюхов, Н.Г. Валеева и др. - М., 2016. -URL: СПС «КонсультантПлюс».

УДК 347.736.6

И. К. Пархоменко

О концепции правового положения арбитражного управляющего и его роли на стадии конкурсного производства при банкротстве юридического лица

В статье рассматриваются особенности правового положения арбитражного управляющего на стадии конкурсного производства. Эта стадия является завершающей процедурой банкротства и приводит к ликвидации предприятия-должника, поэтому от конкурсного управляющего зависит, каким образом будут удовлетворены требования кредиторов, а реализация им своих полномочий должна быть четко регламентирована.

The article deals with the peculiarities of the legal status of the insolvency officer: at the bankruptcy proceedings stage. This is the final stage of the bankruptcy procedure and it leads to the liquidation of the enterprise - debtor, therefore the manner how the creditors' claims are to be satisfied depends on the insolvency officer and the implementation of his powers must be clearly regulated.

Ключевые слова: несостоятельность, банкротство, арбитражный управляющий, конкурсное производство, конкурсная масса, конкурсный управляющий.

Key words: insolvency, bankruptcy, the insolvency officer, bankruptcy proceedings, bankruptcy assets, bankruptcy manager.

Арбитражный управляющий - важнейший субъект, от которого во многом зависит проведение процедур несостоятельности (банкротства). В зависимости от того, как проходит процедура банкротства, роль арбитражного управляющего меняется. На каждой стадии на него возлагаются новые функции и полномочия, в связи с выполнением которых меняется и его правовой статус. Безусловно, последняя стадия - конкурсное производство существенным образом отличается от всего процесса, который ей предшествовал, поскольку на данном этапе все мероприятия приводят к ликвидации должника -банкрота. В этой связи рассмотрение статуса конкурсного управляющего является достаточно актуальным, поскольку на нем лежит особая ответственность, так как кульминация процесса зависит исключительно от его грамотных действий и четкости выполняемых функций.

© Пархоменко И. К., 2017