Философия человеческого достоинства в проблемном поле глобального мира

#

Вестник РУДН. Серия: ФИЛОСОФИЯ

RUDN Journal of Philosophy

2019 Vol. 23 No. 4 508-520

http://journals.rudn.ru/philosophy

Социальная философия Social Philosophy

DOI: 10.22363/2313-2302-2019-23-4-508-520

Научная статья / Research article

Философия человеческого достоинства в проблемном поле глобального мира

Г.Г. Коломиец, Я.В. Парусимова, И.В. Колесникова

ФГБОУ ВО «Оренбургский государственный университет» просп. Победы, 13, Оренбург, Российская Федерация, 460018

В статье рассматриваются человеческое достоинство в аспекте современных вызовов техногенной цивилизации, вступившей в новую стадию своего развития. Человеческое достоинство как категория этики остается недооцененной в философской антропологии, поскольку в первом ряду этических ценностей гуманитарии, как правило, ставят категории свободы и справедливости. Сегодня «достоинство» приобретает особый и более высокий антропологический и социальный статус, переосмысливается понятие человеческого достоинства, выходя за рамки собственно этической категории как добродетели. В глобальном мире человеческое достоинство является ответом на такие вызовы современности, как образование коммуникативного мирового сообщества с ориентацией на цифровую цивилизацию, антропологическая проблема будущего человечества, экологическая ситуация планетарного масштаба, переориентация этико-правовых отношений глобализирующегося мира. Человеческое достоинство выступает проблемой национально-этнических и национально-государственных отношений в переходе к транснациональным регулятивным взаимодействиям. В трактовке нации авторы принимают известные два подхода к пониманию нации: с одной стороны, нация как этнокультурная общность; с другой — гражданская нация как приятие личностью государственной принадлежности.. И тот и другой подходы ведут по возможности или по необходимости к транснациональной постановке вопроса, когда приоритетом становится человеческое достоинство в своем высшем значении творческой деятельности независимо от национальной принадлежности. В этой связи затронута утопическая идея возможности глобального этоса. Авторы концентрируют внимание на антропо-аксиологическом подходе понимания человеческого достоинства, где космологический принцип бытия человека детерминирован его творческой силой.

Актуальность проблемы человеческого достоинства обусловлена тем, что как бы в современном жизненном мире человек не ставил экономику выше морали, основу человеческого достоинства в его бытийной сущности составляет ценностное моральное сознание, в глубине которого «работают» базовые всечеловеческие ценности транснационального характера, находящиеся в противоречии с ценностями общества потребления, движимого практическими интересами. Человеческое

© Коломиец Г.Г., Парусимова Я.В., Колесникова И.В., 2019.

This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License https://creativecommons.Org/licenses/by/4.0/

достоинство в этой связи следует трактовать как абсолютную ценность и вместе с тем следует учитывать многоаспектность проблемы достоинства в условиях современных глобализационных процессов. Исходя из онтологического понимания глобализации как мегатенденции в самодвижении естественноисторического процесса, авторы обосновывают антропологическую ценность человеческого достоинства, имеющую универсальное, транскультурное значение. Применение антропо-аксиологического подхода и междисциплинарных методов раскрывает всечеловеческую ценность достоинства, основанную на антропо-социальной нравственной природе и творческой ценности человека. Сама творческая преобразовательная деятельность не будет достойной по качеству без нравственной ответственности. Современное понятие человеческого достоинства обращено к этике ответственности, а значит долженствования, которая выделяет морально-аксиологическое отношение к жизни, принятие ответственных решений в современных условиях социокультурных взаимодействий. В условиях глобализации философия человеческого достоинства становится доминантой всей сознательно-волевой деятельности, стержнем нравственного переосмысления соотношения транснационального и национального в свете толерантности, способности к ненасилию. При этом авторы указывают в постановке основного вопроса философии человеческого достоинства возможность выхода за пределы этической категории человеческого достоинства, поскольку неизменное ядро всечеловеческих ценностей добра — красоты — истины не утрачивают своего значения в глобальном, изменяющемся мире.

Ключевые слова: философская антропология, человеческое достоинство, всечеловеческие ценности, этика, аксиология, глобализация

История статьи:

Статья поступила 15.04.2019

Статья принята к публикации 20.06.2019

Для цитирования: Коломиец Г.Г., Парусимова Я.В., Колесникова И.В. Философия человеческого достоинства в проблемном поле глобального мира // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Философия. 2019. Т. 23. N 4. С. 508—520. doi: 10.22363/2313-23022019-23-4-508-520

Введение. Человеческое достоинство

в аспекте новой переоценки ценностей

В условиях глобализации и развития современной техногенной культуры и цивилизации остро встает вопрос человеческого бытия. Среди глобальных вызовов, которые связаны с деятельностью человека, взаимодействующего с природой и осознающего свою силу творческого человека, являются переход мирового сообщества к цифровой цивилизации, масштабное поле коммуникации информационного общества, антропология в научном и философском измерении, новая космология и экологические проблемы, миграционные процессы или новое «переселение» народов и интеграция культур и другие. В этой связи обозначилась новая тенденция к переоценке ценностей, обусловленная проблемой человеческого бытия, достойного образа жизни и осмыслением сущности человеческого достоинства. На актуальность «точек роста новых ценностей» указал В.С. Степин, объясняя в качестве причины постепенный отход от либерализма, повлекшего за собой усилившуюся миграцию людей, становление новых крупных межгосударственных образований, поиск новых стратегий цивилизационного развития глобализирующегося мира. В.С. Степин определил «точки роста новых ценностей» как состояния культуры, предполагающие новые интегральные мировоззренческие

смыслы с сохранением стереотипов традиционалистских ментальностей, при этом поставив в центр проблему прав и свобод человека и как личности, и как народов, особенно с внедрением конвергентных технологий, манипулированием биологической основой человека, призывая к осмыслению практической стратегии ценностных достояний техногенной цивилизации [1]. Как мы полагаем, философская рефлексия обращена к повороту от либеральных ценностей общества потребления к наднациональным всечеловеческим ценностям, обусловленным заданным этико-эстетическим, морально-регулятивным сознанием [2].

Европейские гуманисты в новой переоценке ценностей наряду с правом, свободой, справедливостью важным критерием человеческих отношений выделяют уважение к достоинству человека. К примеру, Иоанна Кучуради на Российском философском конгрессе в Уфе в 2013 г. выступила с докладом по правам человека, в котором определила ценность справедливости как обращение к правам человека с точки зрения реализации человеческого достоинства. С темой человеческого достоинства Кучуради выступала на семинаре по «Правам человека и достоинству человеческой личности» в 2004 году, где изложила философско-антропологиче-ское понимание человеческого достоинства как знания о ценности человеческого существа, универсальность понятия человеческого достоинства в отличие от культурно-специфических понятий «честь», «гордость». Кучуради считает недопустимым приоритет отдельных культурных ценностей над правами человека, которые есть универсальные нормы, актуализирующие возможность осуществления достойного образа жизни каждого человека [3. С 50].

Философия человеческого достоинства в свете интерсубъективных ценностей глобального мира

На возрастающую роль человеческого достоинства, обязанного принимать ответственные решения, указывают интегративные процессы, которые сопровождаются поисками новой социокультурной идентичности, поиском места и смысла человеческого достоинства в свете интерсубъективных ценностей в диалоге национальных культур. Человеческое достоинство, рассматриваемое в философском знании как этическая категория, на наш взгляд, становится общефилософской, включающей аспекты собственно этики, а также философской антропологии, социальной философии, эстетики, философии науки и техники и др.

Ценностным ядром достоинства выступает мера потребительских запросов, этическое, моральное содержание любой сферы деятельности. Достоянием человечества является сама жизнь как ценность, продлеваемая при условии гармонизации национальных, политических, экономических, правовых, научно-практических, межкультурных отношений. В этой связи переосмысляется качество самой человеческой жизни, деятельность человека, взаимодействующего с природой, живой и неживой материей. Изучение проблемы человеческого достоинства в условиях глобализации побуждает раскрыть необходимость антропо-аксиоло-гического подхода, в частности, к межнациональному диалогу на базе интерсубъективных ценностей.

Обращаясь к аспекту национальных и транснациональных отношений глобализирующегося мира, обозначим, что мы предполагаем обе точки зрения на понятие нации: традиционная национально-этническая концепция и современная национально-гражданская, которая отождествляет национальную принадлежность человека с его гражданством и относит ее к актам сознательного выбора [4. С 833]. Вместе с тем важно утверждение ценности человеческого достоинства в корреляте национальных и транснациональных отношений. При такой постановке проблемы мы обратились к этической классике по человеческому достоинству, утвердив особый статус достоинства в глобальном мире.

Критерием соотношения индивидуального и социального при определении человеческого достоинства в истории философии является отношение к добродетелям.

По Платону, добродетели мудрости, мужества, рассудительности (благоразумия), справедливости определяют понятие достоинства как качественной характеристики индивида, заключающейся в умеренности страстей, способе достижения истины в единстве трех метафизических сущностей добра-истины-красоты с помощью добродетелей [5]. По Аристотелю, человеческое достоинство есть особая добродетель, выраженная в чувстве собственного достоинства. Для Цицерона достойный человек определяется четырьмя кардинальными добродетелями — «мудрость», «мужество», «справедливость», «сдержанность».

В Средние века понимание человеческого достоинства как добродетели мы находим у П. Абеляра. В Возрождение к достоинству обращается М. Фичино, который ставит «социальные» добродетели выше «индивидуальных». В Новое время в работах Шефтсбери, Дидро, Юма, как и в Возрождении, этическое понятие добродетели непосредственно фокусируется на человеческом достоинстве. Они выражают гармонию индивида и социума, детерминированную внутренним «моральным чувством». Человеческое достоинство является предметом этики утилитаризма и эволюционизма, где неизменные этические добродетели имеют место универсалий, благодаря которым синтезируется субъективное и интерсубъективное основания человеческого достоинства. В аксиологии Н. Гартмана человеческое достоинство восходит к интерсубъективным абсолютным добродетелям — ценностям и осуществляется в личности, ведомой ценностями, дорастающей до ответственности за судьбу целого человечества. В экзистенциализме А. Камю протест против абсурда человеческого существования предстает достоинством в пределах человеческих возможностей, выраженных через высшие античные ценности — добродетели. В российской и советской этике, начиная с 60-х гг. XX века, появляется достаточное количество работ по человеческому достоинству, где понятие достоинства представляет собой диалектическое единство социального, общественно значимого и индивидуального, личностного.

Опираясь на историко-философский подход, мы констатируем устойчивое этическое представление о «неизменном» и «изменяющемся» в трактовке человеческого достоинства, на интерсубъективное и субъективное основание в моральном сознании человека, рефлексирующем над чувством собственного достоинства.

В нормативной этике, согласно И. Канту, базовой ценностью человеческого достоинства являлось долженствование, связанное с осознанием того, что гарантом нравственного закона выступает высшее благо. После антинормативного поворота в философии и этике, в период новой промышленной революции XIX века человеческое достоинство приобрело психологический аспект в границах того же долженствования, в частности в русской философско-этической мысли Вл. Соловьева и Ф.М. Достоевского. Современное понимание человеческого достоинства выявляется в контексте как индивидуальной этики, так и социальной этики, где в качестве абсолютной этической ценности, содержащей неизменное ядро таких этических экзистенциалов, как свобода воли, смысл жизни, справедливость и ответственность, утверждается человек, жизнь, экология в творчески-созидательной деятельности в эпоху глобализма. Структура понятия человеческого достоинства восходит к представлению о человеке в единстве природного, социального и духовного начал. Исследуя историю философской мысли о человеческом достоинстве, можно выявить три позиции философского взгляда на человеческое достоинство — это субъективно-личностная, социальная, антропологическая [6. С 158]. Человеческое достоинство является сложным, многоуровневым, многозначным, интегральным нравственным понятием. В зарубежных философских исследованиях человеческое достоинство рассматривается в контексте индивидуальной свободы и прав человека. В современной российской философии выделяется мысль о ценности человека в связи с его предназначением и утверждается антропологическое достоинство благодаря творческой деятельности в глобализирующемся пространстве.

Философия человеческого достоинства в свете интерсубъективных ценностей глобального мира предполагает социальный аспект, имея в виду мировой социум и глобализм как движение в мировом сообществе. Понятие глобализации как концепта выделил в ХХ веке американский социолог Дж. Маклин в связи с усложняющимися социальными отношениями [7. С 44—45]. Классифицировав научные определения глобализации, мы предпочли трактовку, которая в значении термина «глобализация» определяет онтологические основания. Так, глобализация понимается как многовековой естественно-исторический процесс, который побуждает людей к стремлению достигать некоего единства, стремлению к образованию мирового сообщества, процесс, объективный и независящий от отдельных личностей или сообществ [8. С 8]. Более глубинные основания находятся в представлении глобализации как некоей предзаданной программе самодвижущегося процесса, исходящего из социогенеза [9. С 134]. Глобализация в контексте социокультурных процессов XX века трактуется как мегатенденция к объединению человечества, учитывая диалектику пространственно-временных перемещений, взаимодействий и антропосоциальных трансформаций, как универсализацию отношений в различных сферах жизни общества [10]. Вместе с тем евроамери-канские философы, социологи, политологи указывают на силу власти, стремящейся править всем миром в интеграционных процессах пространственной организации социальных отношений [11. С 19].

Новый космологический взгляд на человеческое достоинство учитывает то, что глобальные проблемы затрагивают сущностные основания культурно-циви-лизационной деятельности человечества. Исходя из представления о единстве человека и Вселенной первостепенной значимостью в новых цивилизационных условиях является обеспечение выживания человеческого рода, научно-практическое освоение космоса. Человеческое достоинство в условиях глобализации позволяет обозначить как положительную роль человечества в развитии цивилизации, так и увидеть негативные стороны человеческой деятельности. На наш взгляд, исследовательские вопросы здесь могут быть направлены в трех руслах: этическом, эстетическом, научно-познавательном. Оправданием такого тройственного подхода служит известная с древности метафизическая триада «добро, красота, истина», являющаяся ценностной опорой человеческого существования. Данная триада высших ценностей есть нечто неизменное в исторически изменяющемся мире.

Если мы обратимся к философскому субъективно-личностному представлению о чувстве собственного человеческого достоинства, идущего от аристотелевской этики добродетелей, то здесь сошлемся на современный европейский утилитаристский подход. К примеру, Алан Голдман в книге «Жизненные ценности: удовольствие, счастье, благополучие и смысл» (Оксфорд, 2018) приходит к утилитаристскому выводу, что только благополучие является всеохватывающей категорией субъективно-личностной ценности, которая заключается в удовлетворении глубоких рациональных желаний, что, на наш взгляд, является одним из необходимых условий достойной жизни человека [12].

Против утилитаристского подхода к ценностям, связанным с достоинством, выступают авторы книги «Автономия и Чувство собственного достоинства» (издательство Кембриджского университета, 1991) полагая, что универсальные утилитарные ценности, ценности либерального общества потребления прав человека и свободы, долга и ответственности, не всегда работают, поскольку в повседневной жизни мы часто руководствуемся субъективно-личностными ценностями, не совпадающими с принятыми ценностями культуры. Отметим, что в период становления советской аксиологии у нас в России В.П. Тугариновым были выделены ценности жизни (жизнь, здоровье, радость жизни, личное счастье и т.д.) и ценности культуры (материальные, социально-политические, духовные: в науке — истина, в морали — добро, в искусстве — красота) [13]. Однако еще 50-ю годами раньше в русской религиозно-философской мысли В.М. Хвостов обстоятельно рассмотрел вопрос о ценности жизни, выдвигая идею достоинства. Выступив против пессимизма и оптимистического рационализма, он пришел к выводу, что «назначение человека состоит в том, чтобы следовать голосу своего достоинства» [14. С 157]. Под достоинством он понимал «в широком смысле разумность человека, его высшее я, способное к бесконечному расширению и поднимающее его выше всей остальной эмпирической действительности» [14. С 158]. Ценность жизни состоит в том, что мораль достоинства, согласно идее философа, не пессимистическая и не оптимистическая, а динамическая, заставляющая нас не опускаться ниже занимаемого нами уровня, а превзойти его, и побуждающая нас «стремиться к вечно отодвигающемуся идеалу», идя по дороге, усеянной опасностями.

В области современной философии науки на значимость человеческого достоинства указывает Э. Агацци, который подчеркивает необходимость осуществления ответственной научно-технической деятельности с сохранением когнитивной ценности науки. На этом основании он выдвигает аксиологию науки «как важный и серьезный аспект философии науки», обращенный к «широкому спектру ценностей, подразумеваемых занятиями наукой, т.е. не просто типичных нравственных, социальных и политических ценностей, а богатого набора целей и средств, вдохновляющих человеческие действия и считающихся „достойными" того, чтобы их преследовать» [15. C. 49].

Понятие этической категории ответственности вытекает из принципа долженствования. Согласно Б. Беккеру [«достоинство» в энциклопедии по Этике (2001 г.) под редакцией Lawrence C. Becker and Charlotte] в Европе преобладает кантовское представление о достоинстве человека как автономном источнике нравственного закона и о неприемлемости нарушения человеческого достоинства как фундаментальной доминанты его бытия независимо от нации, расы, пола, интеллекта, таланта. Томас Э. Хилл — младший, интерпретируя И. Канта («Человечество как Самоцель», 1980), указывает на несоизмеримый статус человеческого достоинства, который должен интерпретироваться и применяться через моральные принципы. Джек Пулмэн затрагивает проблему человеческого достоинства в связи с принятым в 1997 году в штате Орегон «Законом о смерти с достоинством», споря с защитниками «права на смерть». Пулмэн полагает, что подобный закон только умаляет человеческое достоинство. Желание жить, преодолевая страдания и боль, наоборот, укрепляет человеческое достоинство.

Можно обозначить другой вектор проблемы человеческого достоинства в аспекте национально-пространственных отношений. Утверждение человеческого достоинства происходит в глобальном мире, в котором действуют национальные интересы и растут потребности людей. Проявление человеческого достоинства происходит также в непосредственной, межличностной коммуникации в свете толерантных отношений, ответственности на основе всечеловеческих жизненных ценностей. Естественное взаимовлияние наций, обусловленное диалогом культур в условиях глобализации, предполагает ориентацию на принцип уважения между отдельными личностями, социальными и государственными структурами, принадлежащими к различным культурным общностям.

Возможность диалога национальных (как этнических, так и гражданственных) культур исключает релятивистский подход при формировании новой транскультурной идентичности, так как человеческое достоинство предполагает творческое взаимодействие, исключающее как унификацию со стороны верховенства ценностей европейской либо любой иной культуры, так и эклектичность, выраженную в политике мультикультурализма.

Следуя аксиологической методологии, мы полагаем, что человеческое достоинство в современном мире может и способно выступать фактором ненасилия, если выделить классическую этическую доктрину долженствования и ответственности человека, признав человеческое достоинство абсолютной нравственной ценностью, признав социогенетическую способность человека как морального существа к совершенствованию, убежденного в праве на прогресс.

В методологических основаниях исследования человеческого достоинства нами выделен антропо-аксиологический подход, который включает антропоцентрический, социокультурный, эволюционно-глобалистский методы гуманитарного знания, что позволяет в основании феномена человеческого достоинства находить субъективные и интерсубъективные связи с абсолютными ценностями.

Исторический метод анализа философско-этических взглядов показал, во-первых, что человеческое достоинство трактуется многообразно и соотносится с нравственными добродетелями. Во-вторых, человеческое достоинство как феномен представляет собой сложную структуру, в основе которой — субъективная и интерсубъективная направленности выявили три взаимосвязанные линии философско-этических взглядов на человеческое достоинство — субъективно-личностную, социально-ориентированную, антропологическую.

Комплекс методов определил человеческое достоинство как абсолютную этическую ценность, которая содержит в себе неизменное ядро добродетелей (мудрость, ответственность, справедливость и др.) в конкретных значениях в современном социокультурном пространстве «путем осуществления человеком своей моральной сущности, утверждающей себя в творчески-созидательной деятельности, общении и являющейся гарантом ответственности человека в разных ипостасях субъект-объектных отношений» [16. С 7].

Этика человеческого достоинства в аспекте национальных отношений способна оказать значительную роль в стратегии глобализирующегося мира. Здесь важен поиск транскультурного подхода к новым ценностям. Человеческое достоинство с точки зрения философской антропологии являет собой всечеловеческую ценность и обусловливает в качестве утопического идеала движение к глобальному этическому пространству, гипотетически достигаемому благодаря творческой деятельности человека. Базовым образованием такого всемирного движения выступает возможность выбора этики ненасилия в условиях глобализации с помощью ответственности в коммуникативных связях, посредством такого глобального транскультурного взаимодействия, когда принципы демократии, свободы и прав человека, принцип справедливости предполагают рациональность, имеющую в основе нравственное содержание.

В современной антропологической этике в структуре понятия «человеческое достоинство» выделено единство трех составляющих бытия человека, а именно: социальное, индивидуальное, родовое: «человеческое достоинство определяется, во-первых, как бытие человека свободного, творящего собственный образ, во-вторых, как проявление индивидуальной активности, осуществление высшего предназначения во взаимодействии с другими людьми, а на современном этапе цивилизационного развития — в глобализирующемся мире» [16. С 161]. Антропологическое, или внесоциальное, направление исследования понятия человеческого достоинства указывает на то, что единство ценностного бытия человечества и моральная ценность человека определяются принадлежностью к человеческому роду.

Мы акцентируем внимание больше на самом понятии философско-этической мысли. Заметим, что достоинство человека в повседневной жизни не связывается

с нравственностью, но предполагает достаток, статус, который выражается через «богатство», «собственность», «имущество», «телесность». Можно констатировать тот факт, что нередко человеческое достоинство в глобальном мире более связано с его национальным, политическим статусом, научными достижениями, эстетическим опытом, нежели с его этической сущностью.

Вместе с тем ясно, что условия глобализации актуализируют творчески-созидательную деятельность человека, а значит, усиливается значение ответственности в любой сфере деятельности, что предполагает уважение к другому и ненасилие. Истоки насилия, которое сейчас составляет угрозу всему человечеству, содержатся в несовершенстве социальных отношений. В трудах П. Наторпа, К. По-ланьи, Э. Агацци исследуется необходимость совершенствования социальных отношений. Социальный порядок устанавливает сам человек, свободный выбор деятельности при сохранении моральной идентичности человека. Актуальность человеческого достоинства в условиях глобализации требует нравственного переосмысления соотношения транснационального, всечеловеческого подиума и национального развития в свете ответственности, толерантности, способности к ненасилию. Безответственность, ведущая к насилию, является важнейшей проблемой современного мира. В этом как раз и состоит проблема недооценки человеческого достоинства в глобализирующемся мире.

Выходом из глобального кризиса, перед которым столкнулось человечество, вследствие узости неолиберальных ценностей видится смена парадигмы ценностных ориентиров. Антропологическую сущность человеческого достоинства как принадлежность к человеческому роду вынуждает принимать решение проблемы отношений между нациями, транснационального подхода в диалоге культур.

Что касается базовой концепции глобального этоса в свете перспектив человеческого достоинства, укажем, что идея глобального этоса предложена А.А. Гусейновым, который допускает исследование возможности глобального этоса как утопии в соответствии с философско-историческим исследованием будущего человечества в его совершенной идеальной выраженности [17]. Глобальный этос предполагает «ценностно заданное единство общественных нравов, характеризует человека и общественную группу с точки зрения единства ее ментальных установок, жизненных образцов, общественных привычек, которые проявляются в повседневной культуре» [17. С. 22].

Заключение. Значение философии человеческого достоинства в глобальном мире

Целью данной статьи было представить философское понимание человеческого достоинства, которое есть не только чувство собственного достоинства, переживаемое посредством субъективно-личностных ценностей, или зависящее от общественного мнения, социального статуса, а стоящее на всечеловеческом подиуме антропологическая ценность. Обращение к теме человеческого достоинства в условиях глобализирующегося мира обнаруживает тенденцию инновационного «возвращения» к антропологическим моделям идеального транснационального этоса в поисках разрешения противоречий реально существующих национальных культур.

Подытоживая вышесказанное, резюмируем, что антропо-аксиологический подход позволил нам выделить человеческое достоинство в качестве наднациональной, транскультурной, абсолютной ценности. Проблема человеческого достоинства более глубокая, чем представлялась в истории философской мысли как чувство собственного достоинства, при этом усиливая и актуализируя внимание на данный антропологический экзистенциал, и как социально значимое явление, которое становится в ходе исторического развития по сути вненациональным человеческим достоинством. Идеология сегодняшней либеральной демократии, опасности формирования однополярного мира указывают на необходимость переосмыслить усиливающиеся процессы одностороннего международного порядка и права, детерминируя обращение по восходящему вектору диалектического развития к абсолютным ценностями в усиливающихся глобализационных процессах и взаимозависимостях.

В современной ситуации глобализма одновременно с существованием и развитием разных культур утверждается транснациональная ценность человеческого достоинства, имеющая с точки зрения философской антропологии всеобщее, абсолютное, транскультурное значение. Человеческое достоинство как родовое является основой уважения в многополярном мире и фактором самопознания человеческого как такового в переходную эпоху новой техногенной цивилизации. Философское знание человеческого достоинства выходит за границы собственно этики и приобретает значение особой социально-антропологической ценности в свете истинного знания и в поисках достойного и ответственного образа жизни будущего человечества.

Список литературы

[1] Степин В.С. Проблема ценностей в контексте диалога культур // Диалог культур в условиях глобализации: XI Международные Лихачевские научные чтения. 12—13 мая 2011 г. Т. 1: Доклады. СПб.: СПбГУП, 2011. С. 153—157.

[2] Коломиец Г.Г. От либеральных к наднациональным ценностям в современном культурном пространстве // Вестник Оренбургского государственного университета. 2012. № 4 (136). С. 109—113.

[3] Кучуради И. Понятия человеческого достоинства и прав человека [Электронный ресурс] // Вопросы философии. 2018. № 5. С. 43—51. Режим доступа: http://vphil.ru/index.php?option= com_content&task=view&id=1953&Itemid=52).

[4] Гусейнов А.А. Философия — мысль и поступок: статьи, доклады, лекции, интервью. СПб.: СПбГУП, 2012. 848 с.

[5] Воропаева Ю.П. Этика человеческого достоинства в условиях глобализации: дисс. ... канд. философ. наук. М.: МГУ им М.В. Ломоносова, 2015. 188 с.

[6] Воропаева Ю.П., Коломиец Г.Г. Этика человеческого достоинства: история и современность: монография. Оренбург: ООО ИПК «Университет», 2017. 244 с.

[7] Kofman E., Youngs G. (eds). Globalisation: Theory and Practice. London: Continuum, 1996. P. 44—45.

[8] ЧумаковА.Н. О предмете и границах глобалистики // Век глобализации. 2008. № 1. С. 8—13.

[9] Барлыбаев Х.А. Человек, глобализация, устойчивое развитие: монография. М.: Изд-во РАГС, 2007. 276 c.

[10] Гранин Ю.Д. Глобализация: диалектика исторических форм осуществления // Век глобализации. 2014. № 1. 2014. С. 94; Иноземцев В.Л. Современная глобализация и ее восприятие в мире // Век глобализации. 2008. № 1. С. 44.

[11] Хэлд Д. Глобальные трансформации: Политика, экономика, культура; пер. с англ. В.В. Са-пова и др. М.: Праксис, 2004. 576 с.

[12] Goldman Alan H. Life's Values: Pleasure, Happiness, Well-Being, and Meaning. University of Miami, 2018. 192 с.

[13] Тугаринов В.П. О ценностях жизни и культуры. Л.: Изд-во ЛГУ, 1960; Тугаринов В.П. Теория ценностей в марксизме. Л.: ЛГУ, 1968. 124 с.

[14] Хвостов В.М. Этика человеческого достоинства. М: Изд-во «Совершенство», 1998. 176 с.

[15] Агацци Э. Переосмысление философии науки сегодня // Вопросы философии. 2009. № 1. C. 40—52.

[16] Воропаева Ю.П., Коломиец Г.Г. Этика человеческого достоинства: история и современность: монография. Оренбург: ООО ИПК «Университет», 2017. 244 с.

[17] Гусейнов А.А. Еще раз о возможности глобального этоса // Век глобализации. 2009. № 1. С. 16—27.

Сведения об авторах:

Коломиец Галина Григорьевна — доктор философских наук, профессор, профессор кафедры философии и культурологии Оренбургского государственного университета

Парусимова Яна Викторовна — кандидат философских наук, доцент кафедры философии и культурологии Оренбургского государственного университета

Philosophy of Human Dignity in the Problem Field of the Global World

G.G. Kolomiets, Y.V. Parusimova, I.V. Kolesnikova

Orenburg State University

Prospect Pobedy, 13, Orenburg, Russian Federation, 460018

Abstract. The article discusses human dignity in the aspect of modern challenges of technological civilization, which has entered a new stage of its development. Human dignity as a category of ethics remains underestimated, since in the first row of ethical values humanitarians, as a rule, put the categories of freedom and justice. Today, "dignity" acquires a special and higher status, the concept of human dignity is being rethought, going beyond the ethical category itself as a virtue. In the global world, human dignity is a response to such contemporary challenges as the formation of a communicative world community with a focus on digital civilization, the anthropological problem of the future of humanity, the ecological situation on a global scale, the reorientation of the ethical and legal relations of a globalizing world. Human dignity is a problem of national-ethnic and national-state relations in the transition to transnational regulatory interactions. In the interpretation of the nation, the authors do not share the well-known two approaches to understanding the nation, on the one hand ethnocultural, and on the other — national-civil. Both approaches lead, whenever possible or necessary, to the transnational posing of the question, when human dignity becomes a priority regardless of nationality. In this connection, the utopian idea of the possibility of a global ethos is touched upon. The authors focus on the anthropoxy-axiological approach to the understanding of human dignity, where the cosmological principle of human existence is determined by his creative power.

The urgency of the problem of human dignity is due to the fact that, as it were, in the modern life world a person did not put the economy above morality, the basis of human dignity in its being is a value moral consciousness, in the depth of which basic human values of transnational nature "work", contra-

dieting values consumer society driven by practical interests. Human dignity in this regard should be interpreted as an absolute value and at the same time one should take into account the multidimensionality of the problem of dignity in the context of modern globalization processes. Based on the ontological understanding of globalization as megatrends in the self-movement of the natural historical process, the authors substantiate the anthropological value of human dignity, which has universal, transcultural significance. The use of an anthropoxy-axiological approach and interdisciplinary methods reveals the universal value of virtue, based on the anthropo-social moral nature and the creative value of man. The creative transformational activity itself will not be worthy in quality without moral responsibility. The modern concept of human dignity is addressed to the ethics of responsibility, which means responsibility, which highlights the moral and axiological attitude to life, the adoption of responsible decisions in modern conditions of sociocultural interactions. In the context of globalization, the philosophy of human dignity becomes the dominant of all conscious-volitional activities, the core of the moral rethinking of the transnational and national ratio in the light of tolerance, the ability to non-violence. At the same time, the authors indicate in the formulation of the main issue of the philosophy of human dignity the possibility of going beyond the ethical category of human dignity, since the unchanging core of the universal human values of goodness-beauty-truth does not lose its meaning in the global, changing world.

Key words: philosophical anthropology, human dignity, universal human values, ethics, axiology, globalization

References

[1] Stepin VS. The problem of values in the context of the dialogue of cultures. Dialogue of cultures in the context of globalization: XIInternational Likhachev Scientific Readings. May 12—13, 2011. Vol. 1: Reports. St Petersburg; 2011. P. 153—157. (In Russ.).

[2] Kolomiets GG. From liberal to supranational values in the modern cultural space. Bulletin Orenburg State University. 2012; 4 (136):109—113. (In Russ.).

[3] Kuchuradi I. The concept of human dignity and human rights. Questions of philosophy. 2018;(5):43—51. [Electronic resource]. Access: http://vphil.ru/index. php?option=com_ content&task= view&id=1953&Itemid=52). (In Russ.).

[4] Guseynov AA. Philosophy — thought and action: articles, reports, lectures, interviews. St Petersburg; 2012. 848 p. (In Russ.).

[5] Voropaeva YuP. Ethics of human dignity in the context of globalization: diss. for competition scholar. degree of candidate philosopher. Sciences, Moscow: Lomonosov State University; 2015. 188 p. (In Russ.).

[6] Voropaeva YuP, Kolomiets GG. Ethics of human dignity: history and modernity. Orenburg, 2017. 244 p. (In Russ.).

[7] Kofman E, Youngs G, eds. Globalization: Theory and Practice. London: Continuum, 1996. P. 44—45.

[8] Chumakov AN. On the subject and boundaries of globalism. Age of globalization. 2008;(1):8— 13. (In Russ.).

[9] Barlybaev KhA. Man, globalization, sustainable development: a monograph. Moscow; 2007. 276 p. (In Russ.).

[10] Granin YuD. Globalization: the dialectic of historical forms of implementation. Age of globalization. 2014;(1):94; Inozemtsev VL. Modern globalization and its perception in the world.

Age of globalization. 2008;(1):44. (In Russ.).

[11] Held D. Global Transformations: Politics, Economics, Culture. Moscow; 2004. 576 p.

[12] Goldman AH. Life's Values: Pleasure, Happiness, Well-Being, and Meaning. University of Miami, 2018. 192 p.

[13] Tugarinov VP. On the values of life and culture. Leningrad; 1960; Tugarinov LP. The theory of values in Marxism. Leningrad; 1968. 124 p. (In Russ.).

[14] Tail VM. Ethics of human dignity. Moscow; 1998. 176 p. (In Russ.).

[15] Agazzi E. Rethinking the philosophy of science today. Questions of Philosophy. 2009;(1):40— 52. (In Russ.).

[16] Voropaeva YuP, Kolomiets GG. Ethics of human dignity: history and modernity: a monograph. Orenburg; 2017. 244 p. (In Russ.).

[17] Huseynov AA. Once again about the possibility of a global ethos. Age of Globalization. 2009;(1):16—27. (In Russ.).

Article history:

The article was submitted on 15.04.2019 The article was accepted on 20.06.2019

For citation: Kolomiets G.G., Parusimova Y.V., Kolesnikova I.V. Philosophy of Human Dignity in the Problem Field of the Global World. RUDN Journal of Philosophy. 2019; 23 (4):508—520. doi: 10.22363/2313-2302-2019-23-4-508-520