Политические сети и гендерное равенство в политике в контексте электронной демократии

Е. С. Лазаричева

ПОЛИТИЧЕСКИЕ СЕТИ И ГЕНДЕРНОЕ РАВЕНСТВО В ПОЛИТИКЕ В КОНТЕКСТЕ ЭЛЕКТРОННОЙ ДЕМОКРАТИИ

В статье рассматриваются вопросы реализации гендерного равенства на уровне принятия решений в рамках электронной демократии. Сетевой подход к государственному управлению напрямую отражает идею электронной демократии о вовлечении широких заинтересованных слоев общества в процесс консультаций и принятия решений. Политические сети являются важным актором и площадкой для формирования отношения и выработки решений по гендерной тематике, а также по организации взаимодействия для изменения количественного и качественного гендерного дисбаланса в политической сфере. В данной статье анализируются политические сети, созданные вокруг или с учетом вопроса гендерного равенства в политике, функционирующие в сети Интернет и имеющие возможность влиять на актуальное положение дел в общественно-политической сфере. На основании сравнительного анализа России и Европы (в частности, Германии), ставится вопрос о типологии и возможностях политических сетей с целью дальнейшего определения критериев функциональности и эффективности отдельных проектов или долгосрочной работы в области реализации гендерного равенства на уровне принятия решений.

Ключевые слова: политические сети, электронная демократия, гендерное равенство, принятие решений, Европейский Союз, Германия, Россия.

Введение

Реализация равных прав и возможностей мужчин и женщин на уровне принятия решений в политике давно является одной из ключевых тем мирового сообщества. Декларации ООН, директивы Европейской комиссии и ратифицированные Российской Федерацией документы по вопросам гендерного равенства в политике задают направления и нормы дальнейшего развития общественной и политической сферы. Современные информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) являются одним из наиболее эффективных механизмов, который обеспечивает гендерный паритет в политической сфере в целом и на уровне принятия решений в частности. Вопросы, посвященные возможностям и проблемам ИКТ в области ген-дерного равенства в политике, достаточно хорошо раскрыты в работах Кэтлин МакНатт (McNutt, 2004), Тани Карстенсен и Габриэлы Винкер (Carstensen, Winker, 2007) и др.

© Е. С. Лазаричева, 2012

Проблемы электронной демократии также активно разрабатываются и на теоретическом, и на практическом уровнях. Классические определения электронной демократии были предложены М. Кастельсом (Castells, 1996; 1998; 2001), К.Дж. Рили (Riley, 2003), С. Коулманом (Coleman, 2004), С.Клифтом (Clift, 2004) и позже проанализированы Э. Вильямсоном (Williamson, 2006) с точки зрения правительственно-ориентированных и гражданско-ориентированных позиций. На веб-сайте Совета Европы (http://ec.europa.eu) электронная демократия определяется как использование возможностей, предложенных ИКТ, для усиления демократии, демократических институтов и демократического процесса, предоставления людям возможности быть более вовлеченными в демократический процесс и демократические институты и для восстановления угасающего интереса к политике, что требует осознанных усилий всех заинтересованных сторон и четкой направленности.

Электронная демократия включает в себя три компонента: электронное участие, электронное голосование и электронный парламент. Наиболее разработанными на сегодняшний день являются электронное голосование и электронный парламент. Но в свете проблемы гендерного равенства наибольший интерес представляет электронное участие. Под электронным участием понимается «использование ИКТ для вовлечения различных групп граждан в публичную политику и развития новых эффективных форм взаимодействия с органами власти» (Леонова, 2010, с. 125). Электронное участие, таким образом, расширяет возможности структур гражданского общества влиять на выработку и принятие решений в политике, в том числе и по вопросам обеспечения гендерного равенства. Электронная демократия является важным инструментом достижения равного участия в принятии политических решений: с одной стороны, она служит каналом коммуникации и площадкой для обсуждения вопросов между структурами гражданского общества и органами власти, с другой стороны, она сама представляет собой процесс выработки и принятия решений.

Выделяют три основные модели электронного участия (Reddick, 2011). Первая модель носит название «управленческая», и она фокусируется на эффективной доставке правительственных услуг через систему электронного правительства. Вторая модель — «консультационная», где процесс принятия решений включает в себя мнения граждан. Третья модель — это «модель участия», которая акцентирует внимание на двустороннем взаимодействии правительства и граждан. В этой модели участие граждан напрямую влияет на государственную политику. В данной статье для анализа

в основном используются вторая и третья модели, что обусловлено поставленной задачей: рассмотреть возможности реального влияния отдельных структур гражданского общества на включение тендерного фактора в процесс принятия решений.

Развитие гражданского общества и выстраивание системы постоянного взаимодействия как внутри самих общественных структур, так и с органами государственной власти, по мнению многих современных политологов и социологов, постепенно трансформируются от иерархического к сетевому взаимодействию. В достаточно завершенном и оформленном виде теория сетевого общества представлена М. Кастельсом (Castells, 1996; 1998).

Л. В. Сморгунов вслед за Р. Родсом выделяет следующие типы сетей в современном мире: 1) политические сообщества; 2) профессиональные сети; 3) межуправленческие сети; 4) сети производителей; 5) проблемные сети. Несмотря на то, что данная классификация сетей создавалась на базе британских политических и социальных реалий, представляется возможным использовать ее и для описания российской и общеевропейской системы взаимодействия правительственных и неправительственных структур, объединенных вопросом реализации гендерного равенства в политике (Сморгунов, 2002; Rhodes, Marsh, 1992). С точки зрения реализации гендерного паритета в политике, разумеется, наиболее актуальными для рассмотрения представляются политические сообщества и проблемные сети. В работе Р. Киста, М. Манделл, К. Браун и Дж. Вулкока (Keast, Mandell, Brown, Woolcock, 1997, p.364) проводится различие между тремя терминами: сетеобразование, сети и сетевые структуры. Сетеобразование — термин, который описывает создание связей между людьми и организациями посредством регулярных встреч, конференций, ИКТ. Сети образуются, когда связи между организациями или индивидами формализуются. Сетевые структуры формируются, когда деятельность отдельно действующих элементов сети уже недостаточна, и есть необходимость в создании сложной и объемной системы для решения таких же сложных и глобальных задач.

В нашей статье рассматриваются сети и сетевые структуры, созданные вокруг или с учетом вопроса гендерного равенства в политике, функционирующие в сети Интернет и имеющие возможности влиять на актуальное положение дел в общественно-политической сфере.

Вопросы гендерного равенства на уровне принятия решений в сетях Европейского Союза

Многие исследователи считают, что рассмотрение европейской

политики невозможно без гендерного анализа. Элизабет Прюгл говорит о том, что в процессе многолетних исследований гендера и Европейского Союза ключевой вопрос изменился от «как и почему Европейский Союз внедряет политику гендерного равенства?» до «как и почему конструируются гендерные различия, и гендерное неравенство воспроизводится в европейской политике?», и, как добавляет Дж. Кантола, «какой эффект это оказывает на гендерную политику стран-участниц»? (Kantola, 2010, p. 5). В зависимости от вариантов ответа на этот вопрос, как исследователями, так и практиками предлагаются разные варианты решений по обеспечению более сбалансированного и качественного представительства на уровне принятия решений. Одним из вариантов решения является развитие электронной демократии, что, разумеется, не является панацеей, но представляет собой достаточно эффективный механизм трансляции интересов и влияния на определенные этапы принятия политических решений.

Возможности использования ИКТ в продвижении вопросов ген-дерного равенства на уровне принятия решений условно можно разделить на три группы: 1) активность разного рода государственных структур, 2) активность структур гражданского общества, 3) доступные технологии. С точки зрения ряда исследователей, влияние отдельных граждан на процесс принятия политических решений до сих пор не так велико и эффективно, как влияние организованных групп (Chrissafis, Rohen, 2010).

Что касается деятельности органов государственной власти, то на общеевропейском уровне большую роль играет Европейская комиссия, в частности Отдел по вопросам информационного общества и медиа и Отдел по занятости, социальным вопросам и политике обеспечения равных возможностей. Именно Комиссия задает новые направления общественного развития с помощью директив, постоянного мониторинга ситуации в странах-членах ЕС, финансирования научных исследований, в том числе и по вопросам гендерного равенства на уровне принятия решений, и т.д.

Общая социальная, правовая и информационная политика Евросоюза находит отражение в сетевой деятельности. В 2008 г. Ев-рокомиссия инициировала создание сетевой структуры - Сети женщин в принятии решений в политике и экономике. Целью сети является создание платформы на уровне Евросоюза для представления успешных стратегий по улучшению гендерного баланса на ответственных постах. По данным на 2011 г., сеть состоит из 15 структур и открыта для других европейских организаций (List of members.., http://ec.europa.eu/justice/gender-equality/files/network_en.pdf):

• Комитет женщин-депутатов местных и региональных органов власти (Совет Европейских муниципалитетов и регионов) (Committee of Women Elected Representatives of Local and Regional Authorities (Council of European Municipalities and Regions)).

• Деловые женщины - Европа (BPW Europe, Business and Professional Women - Europe).

• Ассоциация организаций деловых женщин Средиземноморья (Association of Organisations of Mediterranean Businesswomen).

• Женская сеть европейской торговой палаты (Eurochambres Women's Network).

• Европейская платформа женщин-ученых (European Platform of Women Scientists).

• Европейская сеть по продвижению женского предпринимательства (European Network to Promote Women's Entrepreneurship).

• Европейское женское лобби (European women's lobby).

• Европейская ассоциация женщин-юристов (European Women's Lawyers Association).

• Центрально-европейская сеть по гендерным вопросам (CEE Network for Gender Issues).

• Европейская сеть женщин изобретателей и инноваторов (European Women Inventors and Innovators Network).

• Европейская сеть женщин-менеджеров (European Women's Management Development International Network, EWMD).

• Феманет-Еврокадры (Femanet-Eurocadres).

• Европейская сеть женщин-профессионалов (European Professional Women's Network, EPWN).

• Женский глобальный саммит (Global Summit of Women).

• Женский форум за экономику и общество (Women's Forum for the Economy and the Society).

В содержательном аспекте здесь представлены сети, занимающиеся вопросами права, государственного управления и политики, экономики и науки. В организационном плане это сложные зонтичные структуры, имеющие представительства практически во всех странах Европы или представленные в глобальном масштабе. Каждая сеть, входящая в структуру Сети женщин в принятии решений в политике и экономике, включает в себя в среднем от 17-20 до 100-200 сетей. Среди вопросов, стоящих на повестке дня и зафиксированных в программных документах сетей, к наиболее общим и часто упоминаемым относятся:

• признание, продвижение и реализация права на равные возможности;

• лоббирование и его поддержка на всех институциональных уровнях;

• участие в партнерствах всех уровней, установление связей, контактов, участие в совместных долгосрочных и краткосрочных проектах;

• обеспечение последовательной профессиональной карьеры женщин;

• создание и продвижение корпоративной ответственности, разнообразия и инновационных методов управления, принимающих во внимание интересы женщин;

• проведение акций, кампаний и других мероприятий, распространение лучших практик, опыта и знаний по вопросам гендерного равенства в Европе, на национальном уровне поддержка offline функционирования и образования сетей, тренинги и консультации;

• ведение научной работы по вопросу, в том числе в интернациональной среде и с учетом междисциплинарного подхода;

• мониторинг, оценка, создание и ведение баз данных по всем вопросам, касающимся гендерного равенства в разных сферах жизни общества.

Вышеозначенные сети имеют регулярно обновляемые сайты, включающие такие элементы, как общая информация о сети, новости (в том числе и подписка на новостную рассылку), ссылки на другие сайты сети, ссылки на коллективные акции и мероприятия (конференции, публичные консультации, петиции, анкеты и т.д.), разделы сайта с нормативными документами, результатами исследований, отчетами, программными документами или ссылками на них. На некоторых сайтах также можно отследить работу сети с прессой, в том числе публикации в СМИ, касающиеся работы сети или входящих в ее состав организаций, или вопросов гендерного равенства в целом.

Часть сетей являются подразделениями организаций, которые в качестве основных направлений своей деятельности указывают бизнес, профсоюзы и управление, продвижение демократии, а ген-дерное равноправие является сопутствующим элементом, вписанным в общую систему целей и задач, реализуемых организацией.

Важным моментом является отслеживание результатов работы сети, а также их оценка.

В некоторых случаях часть результатов находится в непосредственном доступе на сайте в виде отчетов, программных документов или обзоров лучших практик. Другая часть результатов зафиксирована в виде ссылок или перепечаток с других источников информации (статистика, принятые нормативные акты и т. д.).

Например, в 2009 г. Европейское женское лобби провело успешную межпартийную «Кампанию 50/50» (The Equal Representation

of Women and Men..., 2010). Целью кампании была организация давления на политические партии и ответственных лиц для реализации равного представительства женщин в новом Европейском парламенте 2009-2014 гг., а также на всех высших политических постах. Эффективность проведенной кампании зафиксировала статистика: в парламенте 2009-2014 гг. 35% женщин и 65% мужчин. В сравнении с предыдущим парламентом 2004-2009 гг. количество женщин увеличилось на 4%. Хотя активисты Европейского женского лобби ожидали большего, но, с точки зрения генерального секретаря организации Сесиль Гребоваль, такое относительно небольшое увеличение связано с «легким сдвигом вправо» (2009-2014: A Centre-right European Parliament..., 2009). Действительно, среди партий, имеющих представительство в Европарламенте, наилучшее положение в части гендерного баланса у левых — Зеленых/Европейского свободного альянса — 55% женщин и 45% мужчин. За ними следует Альянс либералов и демократов за Европу — 45% женщин и 55% мужчин. С другой стороны, правые — Европейские консерваторы и реформисты и Европа за свободу и демократию имеют в своем составе 15% и 16% женщин соответственно (More Women..., http://ec.europa.eu/justice/gender-equality/gender-decision-making/index_en.htm). Увеличение числа женщин на уровне принятия решений в Евросоюзе заметно, и во многом это результат кампании, проведенной Европейским женским лобби.

Интересный обзор на тему «Как женщины включаются в сеть?» был проведен Европейской сетью женщин-профессионалов в 2008 г. (How do women network, 2008). По данным опроса 310 женщин, занимающих высокую позицию в международной профессиональной среде, был создан портрет типичной женщины-профессионала. Она имеет в среднем 95 контактов в бумажной записной книжке, 398 контактов в электронной адресной книге и 170 контактов в социальных сетях; поддерживает связь с этими людьми 5 раз в год, в основном по электронной почте. Большинство ее контактов проистекают из ее профессиональной деятельности, далее идут контакты со школы, университета и клубов. Предпочитаемые сети LinkedIn and European PWN (Европейская сеть женщин-профессионалов). Она проявляет средний уровень активности в сети, приоритет отдается чтению, ответам и иногда размещению ценной информации. Женщина-профессионал формирует свою сеть в первую очередь по социальным и личным причинам (например, чтобы познакомиться с новыми людьми, для личного развития) и во вторую — по деловыми причинам (например, для развития собственного бизнеса, привлечения новых или потенциальных клиентов).

Технологические аспекты электронной демократии включают

различные компоненты: присутствие и уровень развития инфраструктуры, доступ к компьютерам и Интернету, количество постоянных и последовательных пользователей и их навыки, развитие аппаратного и программного обеспечения, хранение и доступность информации, безопасность, технологии оценки и т. д. Присутствие и комбинация проблем, обусловленных техникой и технологиями, создают особый фон, способствующий или блокирующий эффективное участие, связи и сотрудничество между гражданами и органами власти.

Все исследователи и официальные лица, которые занимаются проблемой ИКТ, фиксируют цифровой разрыв как между различными странами Евросоюза, так и между различными социальными группами. Статистика отмечает, что наивысший уровень доступа в Интернет на 2010 год был зафиксирован в Нидерландах (91%), Люксембурге (90%), Швеции (88%) и Дании (86%), а самый низкий -в Болгарии (33%), Румынии (42%) и Греции (46%). Для чата, общения через блог и социальные сети Интернет используют 80% молодых европейцев в возрасте от 16 до 24 лет, 42% европейцев в возрасте 25-54 лет и только 18% — в возрасте 55-74 лет (Internet Access..., 2010).

Европейские органы власти, с одной стороны, задают направления политики, а с другой, отражают тенденции и интересы национальных государств. Большую роль в проведении политики тендерного равенства на уровне принятия решений играет Германия, которая относится к числу наиболее развитых стран Европы в области исследований, внедрения и использования ИКТ на всех уровнях (http://epractice.eu). Она также считается одной из стран-лидеров в области исследований и реализации гендерного равенства, в том числе и в политике (Чукавина, 2007). Однако, несмотря на достаточно благоприятный фон и перспективы, многие проблемы еще далеки от полного разрешения.

По результатам проведенного исследования «Э-участие -Электронное участие граждан и бизнес-сообщества в электронном правительстве», хотя бы раз эту возможность использовали 32,2% мужчин и только 18,2% женщин. При этом интерес к политике в целом у женщин лишь незначительно ниже. В исследовании отмечались различия в причинах использования Интернета в зависимости от уровня власти: в отношении муниципального уровня «личную заинтересованность» и «ожидаемый эффект от собственного участия» высказывали 67,7 и 64,5% граждан соответственно, для федерального уровня эти цифры в разы ниже — 30,3 и 6,2% соответственно.

Личный интерес к политическим вопросам являлся очень важным стимулом к политическому участию (Albrecht, Kohlrausch et al., 2008, p. 6).

Личный интерес и ожидаемый эффект от собственного участия являются также мотивами для присоединения к организациям, способным предложить возможности самореализации и оказать влияние на процесс принятия решений по наиболее важным для общества вопросам. Как и на европейском уровне, в Германии существует большое количество неправительственных организаций и их сетей, выступающих за обеспечение гендерного равенства на уровне принятия решений.

В 2001-2005 гг. в Германии был осуществлен проект «Электронное предоставление полномочий. Использование Интернета в женских политических сетях» (http://www.frauenbewegung-online.de). В рамках этого проекта были исследованы Интернет-сети, проведены интервью с женским политическим активом, запротоколированы способы поиска в Интернете относительно программных продуктов, а также проведены мастер-классы с экспертами. В результате были выработаны предложения по такой организации женских сетей в Интернете, которая могла бы быть использована максимальным количеством женщин и поддержать их политическое участие. Также была создана база, включающая более 200 женских сетей, что способствовало дальнейшему фокусированию и структурированию всех поступающих предложений.

В качестве примера таких немецких сетей и организаций можно привести следующие:

Немецкий совет женщин (Deutscher Frauenrat) — одна из самых крупных и влиятельных сетей, которая работает как политическое лобби и имеет статус специального советника Экономического и социального совета ООН.

Национальная сеть муниципальных уполномоченных по делам женщин и равноправия (Die BAG, das nationale Netzwerk kommunaler Frauen- und Gleichstellungsbeauftragter).

Национальная сеть гражданского вовлечения (Das Bundesnetzwerk Bürgerschaftliches Engagement, BBE) - объединение действующих сил из гражданского общества, государства и экономики, призванное поддерживать гражданское общество и привлекать его к участию во всех сферах общественно-политической жизни.

Деловые женщины - Германия (Business and Professional Women - Deutschland e.V.) — немецкое подразделение международной сети.

Данные сети представляют собой далеко не полный список

женских, научных, экологических и других организаций, занимающихся вовлечением и включением женщин в процесс принятия решений в Германии. Особенностью немецкой системы неправительственных организаций, занимающихся вопросами гендерного равенства, является тесная связь практически всех структур с местными и региональными органами власти. В частности, Немецкий совет женщин прямо указывает Федеральное министерство Германии по делам семьи, пожилых граждан, женщин и молодежи в качестве одного из основных источников финансирования, а Национальная сеть муниципальных уполномоченных по делам женщин и равноправия является сетью, встроенной в органы местного самоуправления. В Германии даже учрежден Приз Хелены Вебер за выдающиеся успехи по политическому ангажированию женщин в систему местного самоуправления (www.helene-weber-preis.de).

Важной особенностью практически всех сетей, затрагивающих вопросы гендерного равенства, является их тесная связь с университетскими центрами, исследовательскими организациями, научными сообществами. Так, среди ссылок на партнеров Национальной сети муниципальных уполномоченных по делам женщин и равноправия (BAG) присутствует Общество Фраунхофера (Fraunhofer Gesellschaft) — крупнейшая в Европе исследовательская организация, ориентированная на прикладные исследования, Центр тендерных компетенций (Das GenderKompetenzZentrum) — научно-исследовательская организация, занимающаяся вопросами политики равных возможностей. Немецкий совет женщин в качестве партнеров указывает Центр совершенствования женщин и науки (Center of Excellence Women and Science, CEWS) — национальный центр по реализации равных возможностей мужчин и женщин в науке и исследованиях в Германии. В состав самой сети также входит ряд академических структур. Как правило, такие научные структуры либо выполняют исследования по заказу сети, либо являются научной, образовательной, тренинговой или консультационной базой для реализации или обоснования конкретных действий, направленных на достижение гендерного равенства, в том числе и на уровне принятия решений.

Что касается возможностей непосредственного участия в общественно-политической деятельности через сайты сетей, то, как правило, крупные структуры, например Немецкий совет женщин, незарегистрированным участникам такой возможности не предоставляет, тем более что в его уставе прописана возможность только коллективного членства (Satzung..., 2008). На сайте представлена богатая справочная информация по разным вопросам, в том числе

информационные бюллетени, публикуются объявления о различных офф-лайн акциях и кампаниях с приглашением к участию и т. д.

Национальная сеть гражданского вовлечения, помимо всего вышеперечисленного предлагает рабочие места и практику в ряде проектов.

Практически все сети предлагают разные формы и виды обучения по разнообразным вопросам гендерного равенства, начиная от самых общих моментов и заканчивая специализированными семинарами по узким вопросам права, экономики, государственной службы, информационных технологий и т. д.

Важную роль в обеспечении паритета на уровне принятия решений играют местные и региональные органы исполнительной власти. Сайты всех бундесземель имеют страницы с информацией о структурах по гендерному равенству. Помимо указания ответственных лиц и их контактов, есть ссылки на структуры гражданского общества, систематизированные по разделам гендерной проблематики, а также информация о достигнутых результатах.

Многие организации, занимающиеся вопросами гендерного равенства на уровне принятия решений, представлены в социальных сетях или социальных сервисах YouTube, Facebook, Twitter, LinkedIn, Flikr и др.

Наряду с реально действующими в оффлайн организациями, имеющими свое представительство в Интернете, существуют более сложные веб-проекты, такие как Международная информационная сеть по женщинам в политике (International knowledge network on women in politics, www.iknowpolitics.org) или GENDERNET — международный экспертный гендерный форум. Их основное назначение — служить открытой дискуссионной площадкой, в том числе и экспертной.

Подводя некоторый итог рассмотрению организационной структуры европейских и немецких сетей и их сайтов, можно сделать следующие выводы:

1. Сайты сетей являются отражением и продолжением деятельности реально существующих организаций, полностью или частично посвятивших себя работе по реализации гендерного равенства на уровне принятия решений в политике.

2. Отмечается тесная взаимосвязь структур государства и гражданского общества, отраженная, в том числе, через разнообразную систему ссылок, отчетов и информационных блоков. Органы государственной власти, в одной стороны, задают направления и рамки для реализации гендерной политики, с другой стороны, сами оказываются под давлением и контролем со стороны общественных структур.

3. Многие сети одной из своих задач ставят лоббирование тендерных вопросов, что позволяет одновременно создавать благоприятные условия сверху через нормативные акты и программы и вовлекать женщин в сам процесс постановки задач и выработки политической повестки и принятия решений снизу.

4. Электронное участие в некоторых сетях реализуется через возможности опПпе-дискуссий, форумов, подписания петиций.

5. Практически все сети на своих сайтах размещают отчеты о проделанной работе, достигнутых результатах или ссылки на источники такой информации.

6. Практически все сети ведут самостоятельную исследовательскую или аналитическую работу или дают ссылки на партнерские научные организации, занимающиеся вопросами гендерного равенства на уровне принятия решений. Многие сети имеют обширные разнообразные базы данных.

7. Все сети предлагают различные тренинги, семинары, конференции, обучающие программы и курсы.

8. В основном сети открыты для новых членов; для членства требуются только интерес, желание и уплата дифференцированных членских взносов.

Из анализа видно, что через сети и сетевые структуры реализуются: в основном — «консультационная» модель электронного участия, в некоторой степени — модель «участия». Основная активность сконцентрирована вокруг коллективных усилий. Отдельные заинтересованные лица имеют возможность быть постоянно в курсе, реализовывать свои интересы через самообразование и помощь коллег по сети. Одним из важных достижений сетевых структур является обеспечение «видимости» проблемы, как для самих граждан, так и для органов государственной власти, и ее артикулирование.

Вопросы гендерного равенства на уровне принятия

решений в российских сетях

Если рассмотрение европейской политики невозможно без гендерного анализа, то о российской политике такого сказать нельзя. Несомненно, с начала 1990-х годов российскими исследователями, политиками и общественными деятелями было сделано достаточно много для визуализации проблемы гендерного дисбаланса, в том числе на уровне принятия решений, а также для создания теоретической и практической базы по вопросу, однако до уровня «важной» или «сквозной» данная проблема так и не поднялась.

Поэтому место организатора, координатора и куратора гендер-

ной политики, роль которых в Европе выполняет Европейская комиссия или, например, Федеральное министерство по делам семьи, пожилых граждан, женщин и детей в Германии, в России до сих пор пустует. Ни Министерство здравоохранения и социального развития, ни Комитет Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей (как профильные структуры) не выполняют программных, направляющих и координирующих функций по данному вопросу.

В частности, А. Гнедаш и Н. Рябченко (Гнедаш, Рябченко, 2011) было проведено исследование отражения в Интернете гендерной политики российских партий, Министерства здравоохранения и социального развития, Комитета ГД по вопросам семьи, женщин и детей и Президента РФ. В исследовании было дано определение «гендерная политика online» как результат отображения в виртуальном пространстве политико-управленческих и социальных процессов, связанных с формированием гендерной политики. Также был сделан неутешительный вывод о том, что ни одна из указанных структур не проводит внятную, современную политику в области гендерного равенства, а основное достоинство системы online (и ее отличие от offline-источников) — отсутствие территориальных и временных границ — не используется в решении вопросов, связанных с гендерной проблематикой.

Таким образом, фактически реализация опросов гендерного равенства в разных сферах общественной жизни оказалась возложена только на неправительственные организации и объединения, в основном женские.

На сегодняшний день, по разным данным, в России насчитывается более 300 региональных и 22 федеральных общественных организаций женщин (Несколько интервью..., http://genderpage.ru /?р=348), которые, однако, не объединены в значимые сети.

Запрос, адресованный Google, с формулировками «женская политическая сеть», «женские организации в России», «гендер политика», «общественные организации гендер», «электронная демократия гендер» с глубиной просмотра в 1-2 страницы выдал большое количество «информационного мусора», ссылки на некоторые федеральные и региональные организации, статьи Википедии по вопросам гендера, общественных организаций, женщин, демографии, демократии и т. д., ссылки на научные статьи, в основном конца 1990-х - середины 2000-х годов; ряд форумов, в которых есть упоминание указанных слов, рефераты и диссертации, новости с упоминанием вышеуказанных слов, определения и описание электронной демократии.

Крупные организации и их сайты, найденные через поисковую систему, можно разделить на два вида: 1) порталы и сайты, такие,

например, как «Женщина и общество», Центральноазиатская сеть по гендерным исследованиям и т. д., которые не обновлялись с 2008-2010 гг.; 2) действующие сайты структур, таких как Московский центр гендерных исследований; Консорциум женских неправительственных объединений; Совет по консолидации женского движения России; Ассоциация женщин-предпринимателей; Центр социальной политики и гендерных исследований СГТУ; Проект Кешер — женская еврейская организация; Гендерная фракция РОДП «ЯБЛОКО»; Женский конгресс; Союз женщин России и др.

Указанные здесь сети и организации имеют регулярно обновляемый сайт, хотя и не во всех его разделах. Сайты в основном информационного плана и минимальными возможностями взаимодействия: ряд сайтов поддерживает свой форум, на котором, однако, большой активности не наблюдается. Большинство сайтов предлагает возможность подписки на новости или отправки своего сообщения. Часть сайтов организаций располагает разделом с публикациями — в большей степени это характерно для исследовательских организаций, таких как Центр социальной политики и ген-дерных исследований или Московский центр гендерных исследований, либо для организаций, занимающихся проведением конференций. Лишь на очень незначительном числе сайтов представлены конкретные результаты деятельности и их оценка. Некоторые сайты содержат ссылки на группы в социальных сетях, в основном ВКон-такте и Facebook. Лишь некоторые сайты сетей содержат списки коллективных и индивидуальных членов. Поскольку большинство членов сети — небольшие региональные или локальные структуры, у которых своего сайта нет, то цепочка обрывается, и нет возможности отследить истинные размеры и результаты деятельности всей сети. Также мало информации о взаимодействии сети или организации с органами государственной власти. Кроме того, в содержательном плане на сайтах акцент делается на проблемах рынка труда и профессиональной самореализации, насилия в семье, материнства и детства, научных исследованиях. Многие сайты (а можно предположить, что и сами организации) вопросы гендерного равенства в политике и/или на уровне принятия решений практически не затрагивают,

Тут можно согласиться с некоторыми экспертами, что неравенство между мужчинами и женщинами в России продолжает сохраняться и углубляться, а гендерные проблемы уходят из актуальной политической повестки дня. Происходит подмена задач достижения гендерного равенства задачами демографического развития и семейной политикой (Кашина, 2011, с. 184).

Отдельного внимания заслуживает Гендерная фракция РОДП «ЯБЛОКО». Несомненно, партийные ресурсы дают больше возможностей для реализации публичности, регулярного обновления контента и поддержания контактов с региональными участниками. Тем не менее, достаточное количество новостной информации, в том числе и от регионов, публикация отчетов о внутрипартийной и общественной работе, регулярные выступления представителей фракции в СМИ (информация об этих выступлениях также есть на сайте) делают данную сеть одной из значимых в интернет-пространстве. Ссылки на деятельность Гендерной фракция РОДП «ЯБЛОКО» присутствуют и в англоязычной части Интернета. Сайт партии, следовательно, и данной фракции, имеет ссылки на социальные сети ВКонтакте, Facebook, Twitter, YouTube. В содержательном плане фракция большое внимание уделяет именно паритету на уровне принятия решений в политике.

Одним из факторов невозможности широкого влияния на общественность для реализации идеи гендерного равенства является цифровой разрыв, прежде всего, между российскими регионами. Представленный Институтом развития информационного общества индекс готовности регионов России к информационному обществу за 2009-2010 гг. показывает, что разрыв между передовыми регионами (Москва, С.-Петербург, ХМАО, ЯНАО и Томская область) и аутсайдерами (например, Дагестан и Ингушетия) сохраняется, а по некоторым показателям даже увеличивается. Если по развитию ИКТ в образовании разрыв благодаря проекту интернетизации школ не так уж и велик (2,2 раза), то по развитию человеческого капитала, определяемого и уровнем образования населения, и количеством ИКТ-специалистов, он достигает уже 11,2 раза, а по ИКТ в области культуры — почти 22 раза (Волынкина, 2011, с. 17).

Большинство неправительственных организаций в регионах не имеет реально функционирующего сайта. В основном это давно не обновлявшиеся визитные карточки, которые не подразумевают эффективной обратной связи. Это, как уже было отмечено, ведет к разрыву цепочки в online-сети неправительственных организаций. Таким образом, женские организации, хотя и являются фактически единственными проводниками идеи гендерного равенства, также не могут претендовать на широкий охват населения и активное вовлечение новых членов, реализацию масштабных образовательных инициатив и лоббирование на высоком уровне вопросов гендерного равенства.

Часть европейских сетей функционирует либо между муниципальными органами власти, либо в тесном сотрудничестве с ними. Однако в России экспертами отмечается, что «в настоящее время

главной проблемой взаимодействия гражданского общества и власти является отсутствие стремления муниципальных властей вести диалог с гражданами» (Данилова, 2010, с. 12).

С точки зрения М. В.Леоновой, реализация электронного участия имеет два важных аспекта. Первый состоит в том, что при разработке сайтов министерств и ведомств обязательно должны быть созданы простые и доступные для пользователей инструменты электронного участия (Леонова, 2010, с. 125). Однако при анализе функционирования 72 сайтов органов исполнительной власти экспертами было установлено, что из 14 инструментов обратной связи, применяемых на сайтах электронного правительства стран ЕС, в России фактически нашли применение лишь 6. Наиболее распространенными инструментами обратной связи оказались «предоставление информации» (90% сайтов) и «простой вопрос» (2/3 сайтов). Инструмент «запрос, требующий подготовки экспертного заключения от ведомства» представлен лишь на 40% сайтов. Такое использование инструментов обратной связи деформирует исходную идею развития электронного правительства России, снижает потенциал развития электронного участия и ограничивает гражданскую инициативу (Там же, с. 132-133).

Второй аспект связан со степенью активности граждан в части применения этих инструментов и организации учета их мнения при разработке и принятии значимых социально-экономических решений (Там же, с. 125). Доказано, что развитие электронного правительства вовлекает в управление государством ранее политически неактивные группы населения (Gibson, Lusoli, 2005).

Возникает ситуация, когда производится большая работа со стороны государства и неправительственных организаций, а заявленные цели не достигнуты и фактические результаты оставляют желать лучшего, поскольку: 1) во многих случаях эффективного механизма взаимодействия еще не выработано, а сохраняется прежняя система контакта гражданин — чиновник, только перенесенная в электронный формат; 2) далеко не все граждане и чиновники владеют практическими навыками и пониманием роли электронной коммуникации; 3) информация в Интернете о неправительственных организациях, которые занимаются восполнением пробелов в знаниях и навыках населения, представлена в недостаточном объеме.

В настоящий момент, уровень развития электронной демократии в России таков, что потребности и интересы женщин, особенно на уровне принятия решений, до сих пор не принимаются во внимание. Существует мало легкодоступных правительственных Интернет-сайтов и сайтов структур гражданского общества, посвященных

гендерным вопросам. Мало скоординированной информации по текущей ситуации в регионах, об их достижениях и трудностях, полезных ссылок на другие интернет-ресурсы, а небольшое количество брошюр и учебных пособий по проблеме (которые публикуются, в основном международными организациями и российскими НКО) не позволяют ни чиновникам, ни гражданам получить знания в области гендера и эффективно решать вопросы равного представительства на уровне принятия решений.

Заключение

На основании проведенного обзора можно сделать вывод о том, что на пути к гендерному равенству на уровне принятия решений и в Европе, и в России еще многое предстоит сделать. Как показывает европейская практика, сети и сетевые структуры могут быть эффективным инструментом мобилизации, просвещения, организации, давления в области реализации равных прав и возможностей в политике и экономике. Сети могут работать как в текущем режиме, выполняя в основном контактоустанавливающую, консультационную и просветительскую функции, так и в режиме проектов, выполняя определенный общественный или государственный заказ. Включение сетей в систему электронной демократии происходит через разработку и поддержание интернет-сайта, который выполняет информативную и интерактивную функции.

На основании обзора российской и европейской действительности можно выстроить следующую классификацию сетей с учетом гендерного фактора в контексте электронного участия:

1. По наличию online- и offline-структур можно выделить чисто виртуальные проекты; сети, ведущие свою деятельность online и offline; сети, работающие offline и не имеющие интернет-сопровождения.

2. По возможности отследить деятельность сети online можно выделить прозрачные сети (деятельность сети можно отследить практически на всех участках и этапах), полупрозрачные сети (сеть работает offline и online, однако деятельность части сети вне поля видимости), непрозрачные сети (сайт сети нефункционален и нет возможности отследить ее деятельность).

3. По степени привлечения к активному участию можно выделить управленческие, консультационные и интерактивные сети.

4. По временному фактору сети online могут носить временный (четких временных рамок нет), проектный (четкие временные рамки) или постоянный характер.

5. По масштабу online-сети могут быть локальные, национальные, региональные, международные и т. д.

6. По практической направленности сети могут быть академические (научно-исследовательские), практические и смешанные.

7. По сфере деятельности можно выделить политические, профессиональные, и проблемные сети.

8. По основной задаче сети могут быть нацелены непосредственно на достижение гендерного равенства в политике и рассматривающие паритет на уровне принятия решений как вспомогательный элемент.

Европейские и российские сети, решающие вопросы гендерного равенства на уровне принятия решений, имеют ряд существенных отличий.

Говоря о трех основных моделях электронного участия, реализуемого через сети и их структуры, можно повторить, что в Европе в большей степени реализуются «консультативная» модель и модель «участия». Россия пока находится на стадии разработки управленческой модели с преобладанием чисто информационного ресурса.

Реализация паритета на уровне принятия решений в европейском обществе наиболее эффективно осуществляется через политические сообщества (партии, органы власти разного уровня), профессиональные сети (в основном экономической и правовой направленности) и проблемные сети (женские организации разного толка). В российской системе политические сообщества в процессе реализации гендерного равенства представлены слабо, а основная работа выполняется проблемными (женскими) и частично профессиональными сетями.

Масштаб сетей и сетевых структур также серьезно различается. В России нет адекватно представленных online сетевых структур, а сами сети гораздо беднее по количеству и качеству.

Европейские политические сети, созданные вокруг или с учетом вопроса гендерного равенства в политике, функционирующие в сети Интернет и имеющие возможность влиять на актуальное положение дел в общественно-политической сфере, находятся в постоянном контакте с органами государственной власти и развиваются совместно с учетом новых информационных технологий. Хотя исследователи и отмечают наличие цифрового разрыва между разными странами Европейского Союза, а также между разными социально-демографическими группами, этот разрыв оказывается не столь глобален, как российское цифровое неравенство регионов, социальных групп и сфер. Тесная связь с муниципалитетами в Европе дает возможность женским и другим сетям и сетевым структурам быть напрямую вовлеченными в консультации и формирование повестки дня по наиболее важным вопросам, реализуя тем самым

свое право на равное участие в принятии решений. Складывается ощущение, что в России информационные технологии, женское движение и государственная политика идут параллельными курсами, без учета друг друга.

Поэтому дальнейшее изучение и систематизация европейского опыта может стать опорным пунктом в развитии собственной эффективной сетевой электронной демократии и реализации тендерного равенства на уровне принятия решений в России.

Литература

Волынкина Е. Информационное общество: пролет неизбежен // ИнформКурьер-Связь: ИКС. 2011. № 9. С.17-18.

Гнедаш А. А., Рябченко Н. А. Гендерная политика online: субъекты, механизмы и проблемы функционирования // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2011. Т. 7. № 1. С. 163-183.

Данилова В. Е. Электронные технологии в борьбе с коррупцией // Аналитический вестник Совета Федерации РФ. 2010. № 16

Кашина М. А. Гендерное образование гражданских служащих как элемент национального механизма продвижения гендерного равенства // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2010. Т. 7. № 1. С. 184-197.

Лазаричева Е. С. Возможности информационно-коммуникационных технологий в области реализации равных прав на уровне принятия решений // Актуальные проблемы современной науки. Материалы международных научно-практических конференций научной сессии «XIII Невские чтения»

Леонова М. В. Электронное участие в России и Европейском Союзе: стратегии, механизмы, оценка результатов // Вопросы государственного и муниципального управления. 2010. № 4. С. 124-135.

Несколько интервью о гендерном равенстве // http://genderpage.ru/?p=348

Сморгунов Л. В. Современная сравнительная политология. М.: РОССПЭН, 2002. 472 с.

Чукавина Е. С. Механизмы обеспечения политического лидерства женщин в современной России и Германии. Ижевск: Изд-во ИжГТУ, 2007. 164 c.

116 _

Электронная библиотека международных документов по правам человека. Права женщин/гендерное равенство // http://hri.ru/docs/?content=dir&dir=topics&id= 6&page=1

Albrecht S., Kohlrausch N., Kubiceck H., Lippa B., Märker O., Trenel M., Vorwerk V, Westholm H., Wiedwald C. E-Participation - Electronic Participation of Citizens and the Business Community in e-Government. Bremen: Institut für Informationsmanagement, 2008. 198 p.

Carstensen T., Winker G. E-Empowerment of Heterogeneous Feminist Networks // Gender Designs IT. Construction and Deconstruction of Information Society Technology / ed. by I. Zorn, S. Maass, E. Rommes, C. Schirmer, H. Schelhowe. Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 2007. P. 109-120.

Castells M. End of Millennium. The Information Age: Economy, Society and Culture. Vol. III. Cambridge, MA; Oxford, UK: Blackwell, 1998. 448 p.

Castells M. The Internet Galaxy: Reflections on the Internet, Business, and Society. New York: Oxford University Press, 2001. 292 p.

Castells M. The Rise of the Network Society. The Information Age: Economy, Society and Culture. Vol. I. Cambridge, MA; Oxford, UK: Blackwell, 1996. 556 p.

Chrissafis T., Rohen M. European e-Participation Developments from ad hoc Experiences towards Mass Engagement // JeDEM: e-Journal of e-Democracy and Open Government. 2010. Vol. 2. N 2. P. 89-98.

Clift S. E-Governance to e-Democracy - Representation and Citizen Engagement in the Information Age. 2004. // http://www.publicus.net/articles/cliftegovdemocracy.pdf

Coleman S. Connecting Parliament to the Public via the Internet // Information, Communication and Society. 2004. Vol. 7. N 1. P. 1-22.

Gibson R., Lusoli W. Participation, Political Organizations and the Impact of the Internet. Research report L215252036 // Economic and Social Research Council. 2005. // http://www.esrc.ac.uk/my-esrc/grants/L215252036/read

How do women network? A study by EuropeanPWN. 2008. 11 December. // http://www.europeanpwn.net/files/how_do_women_network_11dec08.pdf http://ec.europa.eu http://epractice.eu

http://www.frauenbewegung-online.de

Internet Access and Use in 2010 // Eurostat news release 193/2010. 2010. 14 December // http://epp.eurostat.ec.europa.eu/cache/ITY_PUBLIC/4-14122010-BP/EN/4-14122010-BP-EN.PDF

Kantola J. Gender in the European Union. Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2010. 288 p.

Keast R., Mandell M., Brown K., Woolcock G. Network Structures: Working Differently and Changing Expectations // Public Administration Review. 1997. Vol. 64. N 3. P. 363-371.

List of Members of the European Commission's Network to promote Women in Decision-making in Politics and the Economy. March 2011 // http://ec.europa.eu/justice/ gender-equal ity/fi les/n etwo rk_en. pdf

McNutt C. G. Will e-Governance and e-Democracy Lead to e-Empowerment? Gendering the Cyber State // Federal Governance: A Graduate Journal of Theory and Politics. Vol. 4. N 1. 2004. // http://federalgovernance.co/archives/volume4/FG_VOL4_ ISS1_ MCNUTT.pdf

More Women in Senior Positions — Key to Economic Stability and Growth // Luxembourg: Publications Office of the European Union // http://ec.europa.eu/justice/gender-equality/gender-decision-making/index_en.htm

Reddick C. G. Citizen Interaction and e-Government. Evidence for the Managerial,

_ 117

Consultative, and Participatory Models // Transforming Government: People, Process and Policy. 2011. Vol. 5. N 2. P. 167-184.

Rhodes R., Marsh D. Policy Network in British Politics. A Critique of Existing Approaches // Policy Network in British Government / ed. by D. Marsh, R. Rhodes. Oxford: Clarendon Press, 1992. 305 p.

Riley C. G. The Changing Role of the Citizen in the e-Governance and e-Democracy Equation. Ottawa, Canada: Commonwealth Centre for e-Governance, 2003 // http://www.electronicgov.net/pubs/index.shtml

Satzung des Deutschen Frauenrates in der Fassung vom 9.11.2008 // http://www.frauenrat.de/deutsch/frauenrat/satzung.html

The Equal Representation of Women and Men in Decision-making. 2010. 11 February // http://www.womenlobby.org/spip.php?rubrique36&lang= en

Williamson A. Disruptive Spaces and Transformative Praxis: Reclaiming Community Voices through Electronic Democracy. // Community Informatics Research Network Conference, Prato, Italy. October 2006. // http://manchester-uk.academia.edu/ AndyWilliamson/Papers/392068/Disruptive_Spaces_and_Transformative_Praxis_Reclai ming_Community_Voices_Through_Electronic_Democracy www.helene-weber-preis.de

2009-2014: A Centre-right European Parliament. 2009. 25 June // The European Media Network EurActive http://www.euractiv.com/eu-elections/2009-2014-centre-right-european-parliament/article-183383