Когнитивная аналитика в системе государственного и корпоративного управления (к постановке проблемы)

УДК 351

КОГНИТИВНАЯ АНАЛИТИКА В СИСТЕМЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО И КОРПОРАТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ

А.М. Старостин

В условиях перехода к информационному обществу ключевую роль начинают играть NBIC-технологии (от англ. терминов: Nano, Bio, Inform, Cognitive) [1]. На их развитие ныне выделяется основная доля средств на науку, прикладные исследования и разработки. Освещению научных результатов этого направления посвящена большая часть научных публикаций. Нарастающее значение в указанном комплексе приобретают когнитивные технологии, основанные на комплексных и междисциплинарных исследованиях в рамках когнитивной науки, когнитологии: "Когнитивная наука -область междисциплинарных исследований, изучающая познание и высшие когнитивные функции с помощью моделей переработки когнитивной информации. Включает в себя такие дисциплины, как эпистемология, когнитивная психология, исследования в области искусственного интеллекта, психолингвистика, нейропсихология, а в последнее десятилетие также нейрокибернетику и вычислительную нейробиологию" [2].

Процесс формирования когнитологии начался 25-30 лет назад в качестве комплексной науки, в центре исследований которой стала проблема искусственного интеллекта. Но поскольку в разработке этой проблемы проявились очень серьезные трудности, то пришлось существенно углубить наиболее значимые области науки, изучающие естественный интеллект. А в процессе проработки проблем взаимодействия естественного и искусственного интеллекта в последнее десятилетие стали формироваться приложения когнитологии к различным областям управления, социального проектирования,

Старостин Александр Михайлович - доктор политических наук, профессор, заведующий кафедрой философии и методологии науки Южно-Российского института-филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, 344002, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 70, e-mail: dispolit@skags.ru, т. 8(863)2999249, 2036451

научного и опытно-практического поиска в виде когнитивного подхода, когнитивной аналитики. Ныне говорят о когнитивной бизнес-аналитике [3] (соответствующие кафедры бизнес-аналитики созданы в ВШЭ и РЭА им. Г.В. Плеханова), когнитивном подходе в политике и культурологии [4], концептуальном управлении и оргоружии [5-6]. В этой связи следует более четко обозначить место, позиции когнитивного подхода и в системе государственного управления, государственной службе, где наряду с такими привычными аналитическими парадигмами, как институциональная (организационная) и поведенческая, начинают обращать внимание на когнито-логическую, к которой как к новой системе координат начинает смещаться внимание, заземленное на использование информационно-компьютерных и человеко-машинных систем в процессах подготовки и реализации государственно-управленческих решений и обеспечении государственных услуг. На это, в частности, обратил внимание зам. директора Института прикладной математики РАН Г. Малинецкий, подчеркнувший следующее обстоятельство: "На одном из слушаний в Общественной палате была оглашена удивительная цифра - в органах государственной власти и в силовых структурах России не хватает 17 тысяч (!) аналитиков. С другой стороны, в Государственной думе имеет место филологическая и антикоррупционная экспертиза, но нет экспертизы по существу" [7].

Систематизируя основные причины и факторы, обусловливающие быстро нарастающую потребность в когнитивной аналитике и востребованность ее инструментария, укажем на следующие основные:

Alexander Starostin - Doctor of Political Science, professor, head of the Philosophy and Science Methodology Department at the South-Russian Institute of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, 70, Pushkinskaya Street, Rostov-on-Don, 344002, e-mail: dispolit@skags.ru, tel. +7(863)2999249, 2036451.

- начало перехода к глобальному информационному обществу, связанное с широким внедрением информационных технологий и включением в эти процессы баз знаний. Что все чаще заставляет говорить не просто об информационном обществе, а об обществе знаний, которые становятся особо значимым продуктом в современной и будущей рыночной экономике. На это, в частности, указывает один из наиболее авторитетных концептологов общества знаний Б. Польре, введя концепт "когнитивного капитализма": "Когнитивный капитализм следует понимать как общество знания, управляемое и организованное по капиталистическим принципам. Кроме того, когнитивный капитализм следует понимать как такой вид капитализма, в котором знание является основным источником стоимости, откуда и вытекает его противопоставление капитализму промышленному" [8];

- смена в производстве основных технологических укладов (4-го и 5-го на 6-й), где базовыми выступают компьютерные технологии и человеко-компьютерные системы, а в науке начинает доминировать NBIC-комплекс [9];

- концентрация трендов цивилизаци-онного развития на человеческом капитале и человеческом потенциале как основной цели социального и экономического развития и инвестиций (против товаров, услуг, как в прежнем основном тренде) - постматериальных трендах [10];

- формирование новых базовых видов деятельности и профессий - инновационного и креативного характера (девелоперы, эксперты, консультанты, системные аналитики, дизайнеры, разработчики программных продуктов, проектные менеджеры и др.) [11];

- переход к постнеклассическим и слож-носистемным формам и схемам социального, экономического, политического управления интерфейсного и рефлексивного типов, включающие элементы искусственного интеллекта ("умная власть", "когнитивная власть");

- появление постнеклассических картин мира, концепций, принципов и подходов к знанию, информации и их использованию с элементами и основаниями нелинейности, рефлексивности не укладывающиеся в классические и неклассические способы репрезентации и "укладки" знаний (фреймы, когнитивные карты, сценарии, схемы, гештальты, ситуационные модели) [12];

- обнаружение в сложных человеко-компьютерных системах и взаимодействиях с элементами искусственного интеллекта принципиально значимых сегментов знаний и механизмов их производства, требующих перевода из скрытого в открытый режим, операционализации (невербальные коммуникации, неявное знание, латентные когнитивные структуры и интуиция, перцептивные циклы, гештальты, механизмы интерпретации и понимания) [13].

Указанные тренды и факторы проявились достаточно быстро в процессе встречного движения в развитии компьютерных технологий, деятельности по созданию моделей искусственного интеллекта и углубленного исследования новыми методами и средствами когнитивной деятельности человека и общества. Тем не менее, и до получения когни-тологических эффектов в конце XX - начале XXI в. уже были выявлены парадоксы, проблемные ситуации, которые можно рассматривать в качестве когнитологических прототипов. Вкратце остановимся на их репрезентации, имея в виду прежде всего ситуации в управленческой практике.

Прежде всего отметим ряд парадоксов когнитивного характера, выявленных в управленческой деятельности, звучащих почти как анекдоты, но не получивших должного объяснения. Речь идет, например, о "принципе Парето 80/20" (80 % продуктивной работы в любой организации выполняет 20 % ее персонала), о "принципах Питера" (например, принцип компетентности: "чтобы избегать ошибок, надо набираться опыта; чтобы набираться опыта, надо делать ошибки"), о "законах Паркинсона" (например: "численность персонала возрастает независимо от того, становится работы больше, меньше, или ее нет совсем", или "прогресс науки обратно пропорционален числу выходящих журналов") или же о "законах Мэрфи" (например: "если нужно срочно сделать какое-либо дело, обратись к тому, кто занят больше всех" или "лучший руководитель тот, у кого подчиненные много способнее его самого").

Далее, следует, говоря о прототипах когнитивной аналитики в управлении, обратить внимание на становление концепций сравнительного менеджмента, философии менеджмента и обнаружение несоизмеримых парадигм менеджмента (американская, немецкая, японская, скандинавская), в которых

успех управленческой деятельности достигается на уровне управленческого полицикла и управленческой спирали. А сам управленческий опыт может рассматриваться как когнитивно-управленческий капитал. Обнаруживается многовекторность возможностей развития когнитивно-управленческого капитала.

Свой вклад в формирование прототипов когнитивно-управленческой аналитики внесли разработка и апробация в экономической и административной сферах различных типов управленческой деятельности, управленческих стратегий: управление по результатам, управление по целям, управление по ценностям. Изучение управленческой деятельности в стабильных и нестабильных (кризисных, развивающихся) форматах выявило зависимость эффективности управленческой деятельности от когнитивных факторов.

Особо следует сказать об изучении особенностей отечественной модели управления как в сфере экономики, социальной сфере, так и государственного управления, что привело к формированию так называемой "русской модели управления" (А. Прохоров, А. Паршев). Ее характерные черты:

- неэффективность и результативность: неэффективное в каждом конкретном пункте, в каждый момент времени, в конечном счете оно достигает таких успехов, для достижения которых вообще-то требуется постоянное эффективное управление;

- русская система управления, являясь неэффективной в кратко- и среднесрочном плане, с долговременной точки зрения вполне эффективна, так как чудовищные затраты в конце концов компенсируются впечатляющими результатами.

Если бы они не компенсировались, то страна не заняла бы такую большую территорию и не имела бы такого влияния в мире.

Как подчеркивает А. Прохоров [14], ключевым элементом русской модели управления является существование двух режимов, двух стереотипов поведения в каждой голове и обществе в целом: нестабильного режима (аварийного, мобилизационного) и стабильного (застойного). Что обусловливает в итоге: 1) неправовой характер государства и управления и 2) приводит к строгой централизации, что исключает механизмы инноваций (все работают по единым образцам) - отсюда "догоняющие модернизации" и неизбежность импорта идей и образцов.

Более конкретное представление об основных функциях и роли когнитивной аналитики в современной системе государственного управления, включая государственную службу, можно составить, обращаясь к перечню основных задач, решаемых с ее применением. В перечень входит:

- когнитивный анализ управленческих решений, включая и этап их подготовки, где высок удельный вес экспертно-анали-тической и модельной части, в том числе направленной на оценку не только объекта управления, но и субъектов управления, либо субъектов, препятствующих реализации;

- когнитивный менеджмент, основная направленность которого - процесс производства и реализации знаний, включая и неклассическое знание. (Или по определению: когнитивный менеджмент - систематическое управление процессами, посредством которых знание идентифицируется, накапливается, распределяется и применяется в организации для улучшения ее деятельности);

- организация управления знаниями в организации, создание обучающейся организации (например, по модели Сенге [15]);

- организация интеллектуального поиска с использованием многоагентных технологий;

- использование OLAP-технологий (оперативная аналитическая обработка информации, прежде всего компьютерно-отформатированной, использование методов и средств хранения и анализа многомерных данных);

- когнитивная поддержка прогнозных разработок, включающая моделирование системы противодействий и рисков в процессе реализации стратегических решений.

Вместе с тем путь большей конкретизации представлений об инструментарии когнитивной аналитики в системе управления связан с так называемыми кейсами, кейс-методикой. Ограничусь также перечислением этих кейсовых ситуаций, в которых как раз и решаются указанные выше основные функции управленческой когнитивной аналитики. К ним относятся:

- принятие решений в сложных и слож-носистемных проблемных ситуациях. Ранее, в 60-70-е годы XX в., такого рода ситуации закрывались сетевым управленческим подходом. Но с погружением в конкурентную среду, конфликтные ситуации потребовалось дополнить сетевые методы моделированием много-агентной и многосубъектной деятельности;

- принятие решений в условиях неструктурированных или слабоструктурированных проблемных ситуаций (например, в условиях гибкой системы деятельности, не имеющей четкой цели, а ориентирующейся на смыслы или вырабатывающий цели по мере развития);

- принятие решений в условиях управления по ценностям (идеология, миссия, идентичность, смысловые паттерны);

- принятие решений в условиях сложной неопределенности и высоких рисков (сценарный коридор, минимизация потерь и т.п.);

- принятие решений в условиях скрытого воздействия (оргоружие);

- принятие решений в условиях слож-норефлексивного взаимодействия (разные цивилизационные культуры), межсубъектных конфликтных игр (по Э. Берну).

Заключая статью, наметим первоочередные теоретические и прикладные проблемы, от решения которых зависит дальнейшее продвижение в рамках указанной тематики.

В деятельности ЮРИУ РАНХиГС при Президенте РФ сформирована проблемная группа с перспективой перерастания ее в научную школу по проблемам прикладной философии и философской инноватики. В ее рамках реализовано 14 "круглых столов" и научных конференций, включая и международные, по указанной проблематике. Издано около 20 монографий и сборников [16]. В них как раз и разрабатывается теория и методы когнитивного анализа сложносистемных и междисциплинарных проблем, в том числе касающихся государственного и корпоративного управления.

На этой концептуальной базе могут быть образованы как новые теоретико-ориентированные и прикладные учебные курсы, тренинги, практикумы, так и новые специальности. Например, "когнитивный политический анализ и прогноз", "когнитивное управление", "нелинейные когнитивные процессы в системе государственного управления", "социальная когнитивистика" и др. На этой основе возможна организация подготовки новой генерации специалистов для системы госуправления и госслужбы: когнитивных аналитиков и экспертов, способных к реализации описанных выше когнитологических задач и поиска разрешения когнитивно нагруженных кейс-ситуаций.

ЛИТЕРАТУРА

1. Казанцев А.К., Кисилев В.Н., Рубвальтер Д.А., Руденский О.В. NBIC-технологии: инновационная цивилизация XXI века. М.: ИНФРА-М, 2012. 384 с.

2. Касавин И.Т. Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: Канон+, 2009. 1248 с. С. 364.

3. Когнитивная бизнес-аналитика. М.: ИНФРА-М, 2010. 512 с.

4. Режабек Е.Я., Филатова А.А. Когнитивная культурология. СПб.: Алетейя, 2010. 316 с.

5. Овчинский В.С., Сундиев И.Ю. Организационное оружие: функциональный генезис и система технологии XXI века // Изборский клуб. 2013. № 6.

6. De Conspiratione. М.: Товарищество научных изданий КМК, 2013. 522 с.

7. Малинецкий Г. Думать некому? // Литературная газета. 2013. № 49.

8. Польре Б. Когнитивный капитализм на марше // Политический журнал. 2008. № 27. С. 66.

9. Глазьев С.Ю. Стратегия опережающего развития России в условиях глобального кризиса. М.: Экономика, 2010. 256 с.

10. Швец Л.Г. От управления персоналом и кадровой работы - к управлению человеческими ресурсами. Концепция HR-менеджмента // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. 2013. № 3. С. 182-191; Старостин А.М., Швец Л.Г. Инновационные технологии в управлении человеческими ресурсами: проблемы трансфера в систему государственной и муниципальной службы // Социум и власть. 2012. № 6. С. 77-80.

11. Старостин А.М. Социально-гуманитарные инновации в контексте философской прагматики. Ростов н/Д: Дониздат, 2012. 252 с. С. 20-25.

12. Медушевский А.Н. Когнитивно-информационная теория как новая философская парадигма гуманитарного познания // Вопросы философии.

2009. № 10. С. 70-92; Финн В.К. К структурной когнитологии: феноменология сознания с точки зрения искусственного интеллекта // Вопросы философии. 2009. № 1. С. 88-103.

13. Когнитивный подход. М.: Канон+, 2007. 464 с. С. 20-57.

14. Прохоров А.П. Русская модель управления. М.: Эксперт, 2002. 376 с.

15. Сенге П. Пятая дисциплина: искусство и практика самообучающейся организации. М.: ЗАО "Олимп-Бизнес", 1999. 408 с.; Джерард П. Ход-кинсон, Пол Р. Сперроу. Компетентная организация. Психологический анализ стратегического менеджмента. Харьков: Гуманитарный центр, 2007. 392 с.

16. Философская инноватика и междисциплинарные проблемы государственного управления в современной России. Ростов н/Д.: Изд-во СКАГС,

2010. 640 с.; Старостин А.М. Философские инновации в когнитивном и праксеологическом контексте. М.: URSS, 2012. 366 с.; Философская инноватика: проблемы, поиски, решения. Ежегод-ник-2012. Ростов н/Д.: Дониздат, 2013. 736 с.

20 января 2014 г.