Эволюция представлений о справедливости: от Д. Юма до И. Канта

ББК 87.1.212.3

ЭВОЛЮЦИЯ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О СПРАВЕДЛИВОСТИ: ОТ Д. ЮМА ДО И. КАНТА

С.Н. Черных

Справедливость как категория привлекала философов во все времена. Происходящие в мире социальноэкономические и политические изменения показывают необходимость детального изучения точек соприкосновения человека как индивида с обществом и государством. Все разнообразие подходов и мнений по этому вопросу проявилось в философии ХУШ - начала XIX веков в работах Д. Юма, И. Канта, К. Гельвеция, Ж.-Ж. Руссо, Ш.Л. Монтескье.

Ключевые слова: справедливость, право, закон, благо, мораль

Каждый человек, совершая какой-либо поступок или определяя свое отношение к действиям других людей, руководствуется своими личными представлениями о добре и зле, о справедливости. Соответственно, любое нарушение или ограничение прав индивида воспринимается как посягательство на его свободу, как несправедливость. Сегодня очевидно, что развитие правосознания требует, прежде всего, работы над расширением и уточнением своего внутреннего духовного опыта. Однако проблема взаимозависимости и взаимопротиворечия категорий право и справедливость не ограничивается только анализом человеческих аффектов, но и требует изучения специфики взаимодействия человека, общества и государства в рамках обозначенной проблемы. Одним из первых к решению данного вопроса обратился Д. Юм.

Шотландский философ отклонил как теологическое, так и «договорное» понимание справедливости, считая, что правила и нормы возникают в обществе для решения неизбежной задачи ненасильственного согласования разнонаправленных интересов. Юм был «принципиально против использования количественного (или геометрического) метода сравнения этических качеств, который, по его мнению, слишком рационалистичен и ничего не дает для уяснения реального функционирования морали».[6, с. 126] Справедливость, по мнению философа, необходима для поддержания порядка и баланса интересов. Поэтому Юм, как до него Г оббс и Локк, определяет справедливость главным образом, в терминах регулирования отношений собственности. Он пишет, что «происхождение справедливости объясняет и происхождение собственности».[11, с.642] Но этим Юм не ограничивается. С его точки зрения экономический аспект справедливости весомая, но не Черных Сергей Николаевич - ВГТУ, ст. преподаватель, тел. (473) 246-42-22

единственная грань осознания данного феномена.

Д. Юм сделал вывод о том, что справедливость - «искусственная» добродетель, между тем как милосердие, сострадание - «естественная». Философ отказывается признавать «общественный договор» тем рубежом, который отделяет ситуация «войны всех против всех» от стабильности. По его мнению, люди «поступают импульсивно, поверхностны и несправедливы в оценках других лиц и на каждом шагу подвержены случайностям из-за прихотей своих эмоциональных ассоциаций» [11, с.57]. Понятие «справедливости (justice)» складывалось, по Юму, «в результате осознания людьми пользы от новых, уже сложившихся отношений, а затем - под влиянием удовольствия, связанного с действием симпатии между людьми».[8, с.52]

Справедливость, таким образом, определяется, с одной стороны, как регулятор взаимоотношений людей, а с другой как следствие индивидуальных аспектов мироощущения. В социальном процессе оба аспекта проявления справедливости неразделимы: один является следствием другого. Именно необходимость регулирования взаимоотношений с себе подобными, которую в определенный период времени осознал человек, привела, по мнению Юма, к появлению справедливости как феномена. Для сохранения «золотой середины», баланса между индивидуальными предпочтениями и общепризнанными правилами взаимодействия по поводу собственности общество создало государство, которое в свою очередь взялось за регулирование данной сферы отношений посредством права. Правительственная власть, с точки зрения Юма, должна быть «инструментом надклассовой справедливости, порядка и гражданской дисципли-ны».[11, с. 11] Юм, тем самым, сводит воедино две тенденции в осознании источников права и справедливости. С одной стороны, источни-

ком справедливости, а в последствии и права, является оценка действительности осуществляемая человеческим сознанием, а с другой, после фиксации принятых норм взаимоотношений регуляция правовых реалий осуществляется государством. Ясно, что «справедливость» понималась Юмом не только как моральная, но и как правовая («законность», «законообразность») категория, причем правовой аспект этой категории в его рассуждениях все более усиливается, по мере того, как предметом последних становилось государственное состояние людей, приходящее на смену догосударственному. Философ утверждал, что переход к политической организации человеческого общежития был вызван необходимостью образовать семью, которая «может быть рассмотрена именно как первый и первичный принцип человеческого общест-ва»»[11, с.50]. Однако те выводы, к которым Юм приходит при изучении феномена справедливости, позволяют заключить, что до появления семьи как исходной базы для перехода к политической организации общества, ведущим принципом взаимодействия людей между собой была Bellum omnium contra omnes.

Исследуемые Д. Юмом социально - экономические и морально - нравственные грани проявления справедливости и права предопределили то, что философы Просвещения, осознают связь справедливости не только с природными и государственными факторами, но и с характером человеческих, отношений. «Законам, созданным людьми, должна была,— подчеркивал Монтескье,— предшествовать возможность справедливых отношений». Он дает в «Персидских письмах» и первой книге «Духа законов» чрезвычайно общие определения справедливости: «Справедливость

- это соотношение между вещами: оно всегда одно и то же, какое бы существо его ни рассматривало, будь то бог, будь то ангел или, наконец, человек»[7, с.201]. Конечно, утрируя возможно высказывать мнение, что обозначение справедливости как соотношения между вещами, отделяет ее от мира социальных практик, но это далеко не так. Философ, исходит из убеждения, что при гносеологическом обосновании мира, система отношений «субъект - объект» не подвержена влиянию эмоционально - волевой составляющей личности человека, а все пертурбации характеристики справедливости как явления объясняются тем, что ее объективная суть преломляется в сознании человека. Монтескье продолжает развивать линию философии Нового Времени,

когда предпринимались попытки создания научного метода постижения справедливости на основе осознание основных констант ее существования. Примерно также рассуждает и Ж.-Ж. Руссо. Его основная мысль состоит в том, что «переход от состояния естественного к состоянию гражданскому производит в человеке весьма приметную перемену, заменяя в его поведении инстинкт справедливостью и придавая его действиям тот нравственный характер, которого они ранее были лишены»[9, с.164]. Тем самым он признает, что справедливость это социальный феномен и его появление связано со становлением человека как социального существа. Поэтому закону как регулятору должно предшествовать осознание сущностных принципов справедливости.

Такая точка зрения на специфику зависимости справедливости и закона, предполагала, что система правовых норм основывается на предварительном осознании справедливости. Споря с этим утверждением, К. Гельвеции подчеркивает, что необходимость законов доказывает обратное. Он полагает, что различные интересы и мотивы людей делают их дурными или хорошими и что единственный способ создать добродетельных граждан - это связать частные интересы с общими интересами. Так он пишет, что «справедливость наших суждений и поступков есть всегда только счастливое совпадение наших интересов с интересами общественными».[2, с.213]

С определенной долей уверенности можно утверждать, что итоги философского осмысления вопроса о принципах взаимодействия человека, общества и государства по поводу права и справедливости были подведены в трудах И.Канта. Кант впервые различил моральную и правовую справедливость. Если в разряд первой попадает справедливость, основанная на императиве нравственности, то вторая по своему содержанию совпадает с аристотелевской ее трактовкой как основы действий. Однако И. Кант критикует чисто правовое понимание справедливости. По его словам «... строжайшее право - это величайшая несправедливость..».[4, с.258] De facto, немецкий мыслитель подчеркивает опасность чрезмерного злоупотребления властью.

Отличительной чертой взглядов немецкого философа на справедливость был перевод практических потребностей развития общественных отношений на язык априорных определений и постулатов разума. Источник подлинной справедливости, по И. Канту, - категорический императив, идея которого, «являлась отражением представлений философа о

равенства и самоценности человеческой лич-ности».[10, с.12] И. Кант все истинно доброе и всякую добродетель признает таковыми, в том случае, если они вышли из категорического императива и понятия долга. Как пишет «кёнигсбергский затворник», «мы должны, например, иметь возможность знать на основании правила, что в каждом данном случае справедливо или несправедливо, так как это касается нашей обязанности, а мы не можем иметь обязанности по отношению к тому, чего мы не можем знать».[3, с.282]

Ясно, что категорические императивы -это моральные законы, всеобщие, необходимые, но не в том смысле, в каком необходимы законы естественные. По утверждению Канта, «последние нельзя обойти, но моральные законы могут и не реализоваться, ибо человеческая воля подчинена не только разуму, но и чувственным капризам»[1, с.811]. Таким образом, для Канта справедливость реализуется в таком общественном строе, где господствует признание следующего императива разума: последним критерием поступка является приемлемость стоящего за ним принципа в качестве универсального принципа, подходящего для всего человечества; ничто иное не может быть оправдано с точки зрения разума. Подобное мнение философа основывается на его уверенности, что «понятия, данные a priori, например субстанция, причина, право, справедливость и т. д., строго говоря, также не поддаются дефиниции».[3, с.400]

Несмотря на все свое благочестие, Кант вполне реально смотрел на перспективу выполнения людьми этой заповеди. По его мнению, правовая справедливость должна насаждаться в обществе принудительным образом; только в этом случае можно рассчитывать на осуществление моральной справедливости. Взгляды Канта, таким образом, имеют общие черты с логикой Макиавелли, но при этом философ подчеркивает целесообразность и необходимость соблюдения естественных прав человека. Кант даже утверждал, что когда «политико-гражданский закон... противоречит тому, что полагается за божественный стату-тарный закон, появляются основания считать последний фальшивым»[5, с.104]. Он заключает: «Объединение людей под водительством законов добродетели... может существовать в среде политической общности... Если бы политическая общность не лежала в основе этической, люди не смогли бы осуществить эту последнюю».[5, с.99] Обращает на себя внимание тот факт, что Кант, как и Д. Юм, рассматривает справедливость на двух уровнях

реальности: в сфере реальных земных практик и в эмоционально - волевой плоскости. Но в отличие от шотландского философа, немецкий мыслитель пытается также ответить на многовековой вопрос об источнике морально

- нравственных представлений. Образно говоря, Кант предлагает считать базой для формирования представлений о справедливости моральные законы, количество которых ограничено, что, однако, не уменьшает число их трактовок.

Кант в своей логически завершенной концепции справедливости, по сути, сводит воедино, бытующие еще в древнегреческой философии парадигмы справедливости. В его концепции присутствует справедливость, источником представлений о которой является человек, оцениваются и обосновываются суть моральных законов и, наконец, подтверждается роль государства как арбитра и регулятора в правовой сфере. Ученый в своих рассуждениях, фактически подвел итог тысячелетним спорам о сущности права и справедливости. Специфика категорий «право» и «справедливость» в их социально - правовых характеристиках Кант раскрывают при исследовании, по крайней мере, трех сфер социального взаимодействия. Первоначально представленная в качестве неосознанного желания регламентации и упорядочивания жизни справедливость как социальный феномен оказывается включенной в плоскость взаимодействия человека и общества, человека и государства, а также общества и государства. Немецкий философ, фактически зафиксировал существование моральной справедливости и правовой справедливости, которые при всей их разно-направленности, образуют единый план социальной реальности, в рамках которой регулирование взаимодействия людей между собой осуществляется государством. И если учитывать, что одна из основных особенностей «категорического императива», обоснованного немецким философом, состоит в его идеальном характере, то социальные составляющие справедливости и права, раскрываются также посредством онтологических и гносеологических особенностей.

Таким образом, подводя итог следует отметить, что в рамках эволюции философского знания, представлений человека о справедливости претерпевают грандиозные метаморфозы. Осознаваемая Д. Юмом как искусственная добродетель, справедливость в трудах И. Канта приобретает значение того элемента общественного сознания, посредством которого осуществляется взаимосвязь права и морали.

Литература

1. Антисери Д., Реале Дж. Западная философия от истоков до наших дней. От Возрождения до Канта/ В переводе и под ред. С.А. Мальцевой.- СПб, Пневма, 2002,- 880 с.

2. Гельвеций К. Об уме/ Пер. с фр. Под ред. Э.Л. Радлова; Вступ. ст. М.А. Дынника и Б.М. Кедрова; Примеч. М.Н. Делограмматика.- М.: Мир книги, Литература, 2006.- 560 с.

3. Кант И. Критика чистого разума/ И. Кант: пер. с нем.; предисл. И. Евлампиева.- М.: Эксмо, СПб.: Мид-гард, 2007.- 1120 с.

4. Кант И. Метафизика нравов / И. Кант // Сочинения в 8 т. Т.6., .- М.: ЧоРо.- 1994. - 613 с.

5. Кант И. Религия в пределах только разума. / И. Кант // Сочинения в 8 т. Т.6., .- М.: ЧоРо.- 1994. - 613 с.

6. Кузнецов В.Н., Мееровский Б.В., Грязнов А.Ф. Западноевропейская философия ХУШ века/ В.Н. Кузнецов, Б.В. Мееровский, А.Ф. Грязнов.- М.: Высшая школа, 1986.- 400 с.

7. Монтескье Ш. Персидские письма. // Ш. Монтескье/ Пер. с. фр. под ред Е.А. Гунста. Вступ. ст. С. Д. Артамонова.- М.: Госполитиздат, 1955.- 800 с.

8. Нарский И.С. Философия Давида Юма / И.С. Нарский.- М.: Издательство МГУ, 1967.- 360 с.

9. Руссо Ж.Ж. Об общественном договоре или принципы политического права. Трактаты // Ж.Ж. Руссо/ Пер. с фр.- М.: Наука, 1969.- 704 с.

10. Цыбулевская Е. А. Феномен социальной заботы: опыт философского анализа: автореф. Дис. К-та фил. Наук / Е.А. Цыбулевская.- Тюмень, 1999.- 20 с.

11. См.: Юм Д. Сочинения в 2-х томах. Т.1. // Д.

Юм./ Под общей редакцией, вступ. ст. и примич. И.С. Нарский.- М.: Мысль, 1965.- 928 с.

Воронежский государственный технический университет

EVOLUTION OF REPRESENTATIONS ABOUT JUSTICE: FROM D. JUMA

TO I. KANTA

S.N. Chernix

Justice as the category involved philosophers at all times. Social and economic in world social and economic and political changes show necessity of detailed studying of things in common of a forehead-century as the individual with a society and the state. All variety of approaches and opinions on this question was showed in philosophy XYIII - the beginnings of XIX centuries in D.Juma, I.Kanta, K.Gelvetsija, ZH.-ZH.Russo, SH.L.Montesquieu's works

Key words: justice, the right, the law, the blessing