Скандинавия - особый путь в объединенную Европу. (сводный реферат) 1. Schymik С. Nordische Sonderwege nach Europe // Aus Politik u. Zeitgeschichte. - Bonn, 2004. -n 47. - S. 10-15. 2. Garwich A. filmland - mnsterknabe in der EU // Aus Politik u. Zeitgeschichte. -Bonn, 2004. - n 47. - S. 16-21

СКАНДИНАВИЯ - ОСОБЫЙ ПУТЬ

В ОБЪЕДИНЕННУЮ ЕВРОПУ.

1. Schymik С.

Nordische Sonderwege nach

Europa // Aus Politik u.

Zeitgeschichte. - Bonn, 2004. -

N 47. - S. 10-15.

2. Garwich A.

Finnland - Musterknabe in der Ell //

Aus Politik u. Zeitgeschichte. -

Bonn, 2004. - IV 47. - S. 16-21.

Авторы реферируемых статей, анализируя отношения стран Северной Европы (Дании, Норвегии, Швеции, Финляндии и Исландии) с ЕС, приходят к выводу об их особом историческом пути в Европу. В основе этого лежит однородность северных стран: все они являются парламентскими демократиями и государствами всеобщего благосостояния, их можно характеризовать как «общества доверия», поскольку нигде в мире не существует такого доверия граждан друг к другу и к государственным институтам, как в этих странах. Все это в значительной мере объясняется высоким уровнем жизни, сравнительно небольшой разницей в доходах между бедными и богатыми и развитой демократической культурой, основанной на прозрачности, согласии и консенсусе.

Самым убедительным свидетельством межнациональной идентичности североевропейских стран является их тесное сотрудничество, исторические

корни которого уходят в начало XIX в. От интеграционного процесса в рамках ЕС северное сотрудничество отличается тем, что оно выросло на базе гражданских обязательств, что нашло отражение в их институциональном устройстве. Северное сотрудничество появилось задолго до европейского и формировалось исключительно на межгосударственных принципах, сознательно дистанцируясь от введения наднациональных методов, например, от принятия решений большинством, как это делается в Совете министров ЕС. Таким образом, «учитывая общественные предпосылки, институциональные структуры и политические составляющие северного сотрудничества, можно говорить об особом пути этих стран в Европу» (1, с. 10).

Можно, конечно, отвергнут > тезис об особом пути, поскольку северное сотрудничество часто терпело неудачи, и именно тогда, когда приходилось углублять его в направлении создания надгосударственных структур. Так, в 1948 г. потерпел крах план Северного оборонительного союза, в 50-х годах не удался план Северного таможенного союза, в 1970 г. отказались от последней попытки создать на Севере Европы Экономический союз по образцу общего рынка ЕС. Но главным возражением против «особого пути» является то, что каждая страна развивала свою «европолитику» собственным путем: Дания в 1973 г. стала членом ЕС, тогда как Норвегия и Швеция отказались тогда от вступления. В 1995 г. Швеция и Финляндия вступили в ЕС, а Норвегия снова отказалась. Исландия до сих пор не рассматривает серьезно членство в ЕС. Таким образом,

нет единого, а есть много «особых путей», которые привели североевропейские страны в Европу.

Финляндия в настоящее время уже полностью интегрировалась в ЕС, несмотря на то, что она была единственной северной страной, которая в принципе была закрыта для активного участия в европейском интеграционном процессе во время «холодной войны» по причине особых отношений с СССР. До 1986 г. Финляндия была лишь ассоциированным членом ЕАСТ. И только после распада СССР в 1991 г. появилась возможность расторгнуть двусторонний Пакт о дружбе и взаимопомощи от 1948 г., заменив его в 1992 г. Соглашением о добрососедстве. В то же время вместе с СССР исчезли важные для финской экономики рынки сбыта, в результате чего разразилась сильная рецессия с безработицей, уровень которой достиг в 1993 г. максимума в 20%. Это явилось сильным мотивом для вступления Финляндии в ЕС в 1995 г., которое было одобрено на всенародном голосовании 56,9% голосов (1, с. 11). Очень быстро Финляндия превратилась в ЕС в «примерного мальчика», особенно после того, как она, единственная из северных стран, поддержала введение евро. Ее авторитет укрепился в 1998 г., когда она заявила о необходимости лучше координировать и целенаправленно укреплять политическую и финансовую деятельность ЕС на Севере Европы. Следует, наконец, отметить, что Финляндия активно участвует в общей внешней, оборонительной и политике безопасности ЕС. Вместе с тем она не поддерживает безоговорочно ЕС по вопросу конституции, занимая выжи-

дательную позицию и не во всем соглашаясь с институциональными реформами.

Дания стала членом ЕС в 1973 г., однако, хотя на референдуме 1972 г. почти две трети (63,4%) населения сказали «да», членство в ЕС до сих пор остается предметом внутриполитических споров. В отличие от Финляндии, Дания вступила в ЕС не в поисках европейской идентичности, а потому, что это отвечало экономическим интересам ориентированного на экспорт аграрного сектора. В то же время углубление политического сотрудничества до сих пор наталкивается на широкое общественное сопротивление, при этом в Дании постепенно формируется специфическая форма европейской политической оппозиции. В отличие от последовательных противников ЕС, датские противники ЕС допускают включение страны в европейскую систему рыночных отношений, но возражают против его дальнейшего развития в надгосударственный господствующий порядок в виде политического союза.

Швеция - страна, в которой еврос-кепсис в течение длительного времени был официальной политикой правительства. До конца «холодной войны» неограниченное участие в европейском интеграционном процессе считалось несовместимым со шведской доктриной нейтралитета, гласившей: «свобода от союзов в мирное время с целью сохранения нейтралитета во время войны». Именно поэтому, в отличие от Дании и Норвегии, Швеция стремилась сначала к ассоциированному членству, и только в 1989-1990 гг. появились предпосылки для новой интерпретации шведской политики нейтралитета

и обсуждения вопроса о полном членстве в ЕС. Значение оговорки о политике нейтралитета не следует переоценивать. Изменение курса шведской европейской политики объясняется скорее окончанием холодной войны и появлением единого внутреннего рынка (ЕВР), которое сопровождалось систематической адаптацией национального законодательства к праву ЕС. В конце 1989 г. Швеция уже проводила курс на интеграцию в ЕС. К тому же в конце 80-х годов в Швеции разразился кризис, поставивший под угрозу существование шведской модели государства благосостояния. Объявленное в октябре 1990 г. правительством Швеции предложение о вступлении в ЕС было поддержано политической, экономической и медиа-элитой страны. Тем не менее, референдум в ноябре 1994 г. показал минимальный вотум доверия в 52,3% голосов, с которым Швеция вступила в ЕС (1, с. 13). Она подтвердила безоговорочное признание Маастрихтского договора, включая обязательство по участию в экономическом и валютном союзе, но с оговоркой, что введение евро будет определяться результатами референдума. Лишь в сентябре 2003 г. состоялось народное голосование, которое большинством в 55,9% голосов отказалось от евро, что было очевидно и до голосования. Позиция Швеции привела также к отказу Дании от евро.

Норвегия дважды отклоняла членство в ЕС (в 1972 г. и 1994). Норвежская элита постоянно выступала за вступление в ЕС, но столь же постоянным было и сопротивление населения: в 1972 г. против голосовали 53,5%, в 1994 г. - 52,3% (1, с. 14). Для объяс-

нения норвежского евроскепсиса часто ссылаются на относительно большое значение первичного сектора в экономике страны. Ведущими экономическими секторами в те годы были сельскохозяйственная и рыбная промышленность, которые оказывали финансовую и политическую поддержку оппозиции. В 1994 г. к ним присоединилась и общественная кампания под лозунгом «нет Союзу». Несмотря на сопротивление общественности, Норвегия в настоящее время тесно сотрудничает с ЕС, особенно в области внутреннего рынка и деятельности полиции, а также в проведении общей внешней политики, политики безопасности и оборонной политики. Такое косвенное включение осуществляется на базе двусторонних соглашений: в 1992 г. - о членстве в европейском экономическом п[ -стран-стве; в 1996 г. и 1999 г. - о присоединении к шенгенскому договору, а в 2000 г. - к конвенции Европола. Эти соглашения предусматривают принятие Норвегии в зону европейского регулирования, однако без участия в принятии решений. Вместо этого Норвегия может на независимой основе вводить новые правила регулирования в национальное законодательство. Тем самым она сохраняет суверенитет по отношению к ЕС, хотя непринятие нового регулирования автоматически влечет за собой окончание общего договорного сотрудничества.

Исландия является страной, которая развивалась и находится в наибольшем отдалении от ЕС. Ни в 1972 г., ни в 1994 г. исландское правительство не находило ни одного стимула для вступления в ЕС, прежде всего потому, что это препятствовало бы развитию ры-

боловства, которое имеет чрезвычайное значение для экономики Исландии, поскольку рыба и рыбная продукция составляют почти 75% ее экспорта (1, с. 15). И пока ЕС не откажется от претензий на управление на наднациональном уровне всеми рыбными ресурсами стран-членов и от регулирования распределения национальных квот вылова рыбы, Исландия и впредь не будет стремиться к вступлению в ЕС. В то же время Исландия, как и Норвегия, уже сегодня через посредство европейского экономического пространства и шенгенских договоров 1996 г. и 1999 г. присоединилась к пограничному и полицейскому сотрудничеству с ЕС.

В целом, независимо от специфических особенностей северных стран, следует признать их общность: во-первых, они медленно сближаются с ЕС, хотя ни одна страна не остается теперь полностью в стороне от процессов европейской интеграции; во-вторых, в особом северном пути в Европу одновременно отражается специфическое смешение согласия и конфликтов в обществе; при этом консенсус относится прежде всего к ЕВР, тогда как конфликты проявляются в вопросах политической интеграции в Европу в форме создания европейской федерации типа Соединенных Штатов Европы.

В статье А.Гарвиха (2) подробнее рассматривается роль Финляндии как «примерного мальчика» в ЕС. В период «холодной войны» финская внешняя политика пыталась удержаться на нейтральных позициях в напряженных отношениях между Востоком и Западом. С целью сохранения независимости и с учетом географической близости страна поддерживала хорошие отноше-

ния с СССР, с которым был заключен договор о дружбе. Эта активная политика нейтралитета, названная «финлян-дизацией», была особой европейской моделью, критически оценивавшейся западноевропейскими странами. Крах восточного блока проложил Финляндии путь к европейской интеграции, но из-за сокращения экспорта на Восток стал причиной экономического кризиса 90-х годов. Только после российско-финского договора 1992 г. о добрососедстве был открыт путь для членства Финляндии в ЕС. На референдуме 1994 г. за вступление высказались 57% населения, в том числе 30-40% населения северных регионов (2, с. 19). В отличие от Швеции и Дании, Финляндия «европеизировала» свои правительственные институты, хотя постоянно следит за тем, чтобы не привлекать к себе излишнего политического внимания.

С расширением ЕС Финляндия, как и Германия, опасается неограниченной миграции рабочей силы из-за близости балтийских стран; во избежание этого она ограничила доступ на свой рынок рабочей силы до 2006 г. Накануне расширения ЕС население страны исходило из того, что их страна, как малое (по численности населения) государство будет иметь небольшое влияние в ЕС, поэтому процент отказа от расширения был чрезвычайно высоким, составив 55% (согласились 35%), и главной причиной этого была боязнь миграции (2, с. 20).

С начала своего членства в ЕС Финляндия заявила о себе как о субъекте, действующем в североевропейском контексте, и ее основным вкладом в этом направлении было выдвижение

инициативы так называемого «Северного измерения» (Nordliche Dimension). Целью этой инициативы, охватывающей кроме Финляндии Германию, Данию, Швецию, Норвегию, Исландию, Польшу, Литву, Латвию, Эстонию и Россию, является создание выходящей за границы ЕС зоны стабильности в области экономики, безопасности и в решении проблем окружающей среды. «Северное измерение» должно подтверждаться соглашениями национальных государств и опираться на уже существующие институты, например на Совет балтийских государств. В ходе дебатов по конституции ЕС Финляндия, опасаясь доминирования крупных государств ЕС, искала коалиции с другими малыми государствами, главным образом с новыми странами-членами.

Специфическая роль Финляндии, пишет в заключение автор, состоит в том, что она исторически играла в Европе роль моста между Западом и Востоком. Двойственное стремление к тесной интеграции с ЕС, с одной стороны, и к свободе от военных союзов - с другой, является результатом ее прошлого развития. Финляндия рассматривается в европейском контексте прежде всего как субъект Балтийского региона, к тому же ее роль как моста от ЕС к России и как интегратора балтийских государств вряд ли выходит за региональные рамки. Чтобы не остаться на периферии ЕС после его расширения, Финляндия стремится к активному позиционированию среди малых государств Евросоюза.

В.И.Шабаева