Доказывание в гражданском (арбитражном) судопроизводстве и криминалистическая деятельность

МЕЖОТРАСЛЕВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

М.В. Жижина*

ДОКАЗЫВАНИЕ В ГРАЖДАНСКОМ (АРБИТРАЖНОМ) СУДОПРОИЗВОДСТВЕ И КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Аннотация. В статье предпринята попытка теоретического обоснования возможности применения криминалистического обеспечения в доказывании при рассмотрении гражданских (арбитражных) дел. В связи с этим рассматривается процессуальная доказательственная деятельность, исходя из общности которой предлагается использовать технические, тактические и методические приемы, средства и способы, созданные и разрабатываемые в рамках криминалистики, для оптимизации совершения судебных действий в гражданском (арбитражном) судопроизводстве. В качестве основных принципов распространения криминалистической деятельности на область судебного доказывания в рассматриваемых видах судопроизводства предлагаются следующие методологические категории: законность, ретроспективная направленность технико-тактических средств, учет уровневой структуры процесса доказывания и динамики развития процесса доказывания, ситуационный подход, прогностическая направленность доказательственной деятельности.

Особенности гражданского (арбитражного) судопроизводства обусловливают необходимость специальной разработки этой проблемы, которая является делом самостоятельных будущих исследований.

Ключевые слова: доказывание, криминалистическая деятельность, криминалистическое обеспечение, методология, тактика, принципы адаптации, законность, судебное следствие, гражданский и арбитражный процесс, оптимизация судопроизводства.

В процессуальной литературе доказывание рассматривается как сложная многогранная деятельность, в которой могут быть выделены различные стороны: организационно-техническая, управленческая, поисковая, познавательная (аналитическая), удостоверительная. Ю.К. Орлов выделяет в качестве главных аспектов (уровней) доказывания: познание, удостоверение, обоснование1. М.К. Треушников пишет о доказывании как о логико-правовой деятельности2. А.Г. Коваленко справедливо считает, что доказательственную деятельность вряд ли можно отделить от процесса познания и правомерно говорить о «познавательно-доказательственной

деятельности»3. По арбитражному процессу доказыванием предлагается считать «сложный процесс, охватывающий мыслительную и процессуальную деятельность его субъектов по обоснованию какого-то положения и выведению нового знания на основе исследованного»4.

Несмотря на терминологические различия приведенных высказываний, общим для них является признание основным содержанием доказательственной деятельности правовой, познавательной и удостоверительной сторон, осуществляемых в рамках кодификационного отраслевого процессуального законодательства. Обращаясь с этих позиций к доказыванию как

1 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2000. С. 13.

2 Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 1997. С. 33.

3 Коваленко А.Г. Институт доказывания в гражданском и арбитражном судопроизводстве. М., 2002. С. 65-66.

4 Арбитражный процесс. М., 1998. С. 119.

© Жижина М.В., 2014

* Жижина Марина Владимировна — кандидат юридических наук, доцент кафедры криминалистики Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА/ [mzhizhina@yandex.ru]

123995, Россия, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, д. 9.

к особой профессиональной деятельности, на первый план выступает сложность объекта исследования как системы, которая включает в себя различные виды деятельностного характера, находящиеся между собой в определенных структурных связях. Речь может идти по меньшей мере о следующих трех видах деятельност-ных процессов: правовом, гносеологическом и организационно-управленческом, каждый из которых существенен для функционирования всей системы в целом.

Каждый аспект несет свою функциональную нагрузку, но все они подчинены одной цели — определению и обоснованию юридической квалификации рассматриваемых спорных отношений между сторонами. Поэтому только в методических целях можно разделить правовой и гносеологический аспекты доказательственной деятельности, так как многие содержательные аспекты получения, исследования и оценки доказательств в силу их большой значимости приобрели правовой характер.

С точки зрения деятельностного подхода, в этом контексте очевидна тесная связь между криминалистической деятельностью, повышающей эффективность доказывания, и процедурой собственно доказательственного процесса. В то же время различие этих категорий весьма существенно для определения основ и принципов разработки, адаптации и применения криминалистических средств в гражданском (арбитражном) судопроизводстве. Необходимо определить их место и значение в сложном процессе доказывания. Первым шагом в этом направлении представляется рассмотрение целостного доказательственного процесса как системной методологической категории — функциональной системы, имеющей свои задачи (предмет), объект, элементы, и что особенно важно — особую структурную организацию.

Основным структурообразующим фактором в системе доказывания является его конечная цель, которая состоит в получении совокупности доказательств (доказательственной базы), соответствующей юридической квалификации спорных отношений как основы принятия решения по существу рассматриваемого дела. Именно этой цели подчинена организация всего доказательственного процесса. В связи с этим предметом доказывания выступает установление тех фактических обстоятельств (событий, явлений, действий, отношений и пр.), сведения о которых образуют доказательственный фундамент правоприменительных действий суда. Объектом доказывания по делу будут упомянутые фактические обстоятельства, сведения о которых составляют совокупность доказательств. В качестве элементов доказывания как системы должны рассматриваться судебные действия,

направленные на получение сведений о фактических существенных для дела обстоятельствах. Источники (носители) доказательственной информации определены законом. В гражданском (арбитражном) процессе — это объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио-и видеозаписи, заключения экспертов.

Краткая характеристика доказывания как функциональной системной категории универсальна. Однако в качестве процессуального института эта система функционирует в различных процессуальных рамках и условиях. Криминалистическая деятельность как практическая реализация соответствующих дисциплинарных знаний всецело ориентирована на уголовно-процессуальное судопроизводство. В процесс доказывания по уголовным делам криминалистическая деятельность органически вписывается в качестве подсистемы, для которой процессуальная составляющая имеет законодательно установленный рамочный характер. Для того чтобы криминалистическую деятельность поставить в аналогичное положение относительно гражданского (арбитражного) процесса необходимо дальнейшее развитие в криминалистике этого направления и адаптация имеющихся возможностей в виде методологической и методической базы к условиям интересующего нас судопроизводства.

В русле рассмотрения обозначенных проблем криминалистическая деятельность представляет интерес в двух аспектах: широком и узком, чисто практическом. В широком смысле под криминалистической деятельностью следует понимать разработку, адаптацию и применение на практике средств криминалистического обеспечения доказательственного процесса; в узком смысле — это непосредственное применение криминалистических (тактических, технико-тактических, методических) средств в процессе доказывания. Говоря о включении криминалистической деятельности в доказательственный гражданский (арбитражный) процесс, мы имеем в виду узкий, практический смысл этого понятия.

Доказывание и применение криминалистических возможностей в доказывании — особые самостоятельные и сложные виды профессиональной деятельности. Тем не менее системный функциональный характер доказывания, подчиненность единой цели неразрывно и органически их связывают. Судебное доказывание — понятие всецело процессуальное. Процессуальное законодательство определяет субъектов доказывания (стороны), руководящую роль суда, процедурные формы и источники доказательств. Закон содержит ту процедурную обязательную модель, которой всегда нужно руководствоваться в процессе разбирательства дела.

В отличие от доказывания как процессуальной категории, деятельность по применению криминалистических средств по своей природе процессуальной не является. Эта деятельность построена на закономерностях, изучаемых криминалистикой как специальной научной дисциплиной, одной из ее основных задач является способствование доказыванию в уголовном процессе, обеспечение его оптимальности и эффективности. Аналогичная роль этой деятельности просматривается и применительно к гражданскому (арбитражному) процессу при условии адаптации, разработки и продуктивного использования криминалистических возможностей именно в этих видах судопроизводства. Для указанной деятельности процессуальная модель является «рамочной», обязательно соблюдаемой, но внутри свободная часть рамки этой модели должна заполняться криминалистическим содержанием, повышающим ее эффективность. Поэтому объект применения криминалистических средств — это различные структурные элементы доказывания, оптимизации которых будет способствовать использование новых для этих видов процесса научных подходов, методов и способов работы с доказательствами.

В свете изложенного субъекты криминалистической деятельности в рассматриваемой ситуации различны: субъекты разработки, адаптации криминалистических средств — профессионалы-криминалисты, а субъекты применения — суд и субъекты доказывания, а также привлекаемые в необходимых случаях специалисты.

Таким образом, доказывание и применение криминалистических средств в доказывании — разные виды деятельности, находящиеся в определенном соотношении между собой, объединенные в одну систему. Рассматривая процесс доказывания в качестве определенной целостной правовой и гносеологической системы, криминалистическая деятельность должна стать одной из основных ее подсистем.

Правовая информационная модель доказывания — категория самостоятельная и независимая от криминалистической деятельности. В принципе представить себе доказывание без применения криминалистических средств возможно. Однако в чисто правовом варианте доказывание может существовать только теоретически. При осуществлении действий по доказыванию все равно будет использоваться накопленный практический багаж, здравый смысл и житейский опыт судьи и субъектов доказывания как некий суррогат научного подхода. Криминалистические же возможности включаются в доказательственный процесс в качестве новых свойств и придают этой деятельности научно-криминалистический смысл и характер.

Разделить рассмотренные виды деятельности возможно и целесообразно только в дидак-

тических и методических целях, так как процесс доказывания, включающий или не включающий криминалистическую составляющую, всегда остается единым целостным сложным системным понятием. Поэтому обращение к методологическим основам использования криминалистических средств в доказывании требует всестороннего рассмотрения его содержания.

Содержание этой деятельности, по общему мнению процессуалистов и криминалистов, составляют выстраивающиеся в последовательную цепочку ее элементы — собирание, проверка (исследование) и оценка доказательств5. В этом содержании просматривается определенная стадийность: прежде чем исследовать доказательства, нужно их получить, а прежде чем оценивать — исследовать и проверить. Эта стадийность имеет гносеологическую природу, и она определенным образом соотносится с процессуальной последовательностью судопроизводства.

Каждый компонент имеет свои задачи и несет свою функциональную нагрузку, которой соответствует определенное деятельностное содержание. Так, собирание и получение доказательств характеризует поисковая направленность, исследование и проверку доказательств — познавательно-аналитическая, а оценку — удостоверительная. Указанные компоненты выстроены в определенный последовательный ряд и в целом образуют своеобразную методическую систему для осуществления процесса доказывания по конкретному делу, обеспечивая конечный результат — принятие судебного решения. Эта же методическая схема реализуется и при решении промежуточных задач судебного процесса доказывания, а также при работе с отдельными видами доказательств.

В законодательстве и процессуальной литературе много внимания уделяется познавательной и оценочной деятельности в доказывании. Законодатель неразрывно связывает судебную оценку доказательств с их исследованием. Часть 1 ст. 67 ГПК РФ и ч. 1 ст. 71 АПК РФ содержат норму, которая гласит: суд «оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств». Это означает, что прежде чем оценить доказательство, его необходимо исследовать. Вместе с тем законодатель не ставит знака равенства между рассматриваемыми понятиями. Исследование предшествует оценке, является ее необходимым условием, подчинено ее целям. В отрыве от оценки доказательств их исследование теряет всякий смысл. В то же время оценить возможно лишь то, что изучено и понято.

5 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. С. 32; Теория доказательств в советском уголовном праве. М., 1973. С. 298.

Особое внимание в литературе уделено удо-стоверительной функции в оценочной деятельности. М.К. Треушников усматривает в ней мыслительное содержание, выделяя внутреннюю (логическую) и внешнюю (правовую) стороны6. Среди процессуалистов нет принципиальных разногласий по поводу понятия оценки доказательств. Как отмечает Ю.К. Орлов, «трактовка оценки как мыслительной, логической деятельности является в литературе общепризнанной»7.

В качестве основных принципов исследования доказательств, на которых основывается их оценка, законодатель называет всесторонность, полноту, объективность и непосредственность исследования (ст. 67 ГПК РФ и ст. 71 АПК РФ). В качестве средств доказывания рассматриваются судебные действия, с помощью которых реализуются рассмотренные компоненты. Судебные действия, определенные процессуальным законодательством, выступают одновременно как носители или источники доказательственной информации и их виды (осмотр, допрос и т.д.). Однако каждый из такого рода средств со своей стороны представляет собой сложную деятель-ностную структуру, содержание которой не может быть исчерпано процессуальной регламентацией и требует криминалистических подходов к ее раскрытию.

Таким образом, правовая сторона доказывания определяет основные принципы, содержание и обязательные условия осуществления доказательственной деятельности, имеющей поисковый, исследовательский и удостоверительный характер. Процедура получения и исследования доказательств в кодифицированном процессуальном законодательстве рассмотрена достаточно подробно. Содержательная (деятель-ностная) сторона работы с доказательствами (их получение, исследование и оценка) в части, не охватывающейся процессуальной регламентацией, раскрывается с помощью криминалистических возможностей и находит свое отражение в теории и практике криминалистики.

Источником оптимизации доказательственной деятельности по гражданским (арбитражным) делам является криминалистическая составляющая, которая включается во все компоненты рамочной процессуальной доказательственной структуры. В методологическом аспекте процесс этого включения может использовать все возможности криминалистики: общей теории, методологии и составляющих ее частей — техники, тактики и частной методики.

Под криминалистическими средствами в данном случае следует понимать технические,

тактические и методические приемы, средства и способы, созданные и разрабатываемые в рамках криминалистики, используемые при совершении судебных действий в процессе доказывания в виде допроса, осмотра письменных и вещественных доказательств, предъявления лиц и предметов для опознания, назначения экспертизы, привлечения специалиста и пр.

Обращаясь к методологии криминалистической деятельности в рассматриваемых видах судопроизводства, необходимо определить исходные позиции, т.е. основные принципы, на которых должно строиться включение криминалистического обеспечения (адаптация, разработка и применение криминалистических средств) в процесс доказывания. Именно на этих принципах должно базироваться объединение криминалистической деятельности с правовой в доказательственном процессе при рассмотрении гражданских (арбитражных) дел. Определение этих принципов нами производилось на базе криминалистической методологии, использующей деятельностный, системно-структурный и системно-функциональный подходы к изучению объекта исследования8.

Представление о доказывании как сложной системе различной природы (правовой, гносеологической, организационно-методической, информационной) требует раскрытия и анализа тех свойств этой системы, которые, с одной стороны, определяют ее целостную организацию, а с другой — свидетельствуют о востребованности криминалистического обеспечения.

В качестве системной категории доказывание обладает рядом свойств, характеризующих его объект, предмет, построение (организацию), что имеет большое значение для определения сферы применения в нем криминалистических знаний. Анализ правовой и деятельностной сторон процесса доказывания позволяет выделить в качестве основных свойств из числа характеризующих:

а) доказывание в целом — правовую природу,

б) объект (фактические обстоятельства, подлежащие доказыванию) — ретроспективный характер,

в) предмет как деятельностный компонент (собственно структуру установления фактических обстоятельств) — сложную уровневую организацию, динамичность, ситуационность процесса и прогностическую направленность действий.

На основе рассмотрения этих свойств нами сделана попытка в первом приближении сформулировать методологические принципы криминалистической деятельности в доказывании,

6 Треушников М.К. Указ. соч. С. 163.

7 Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уго-

ловным делам. М., 1995. С. 7.

8 Колдин В.Я., Полевой Н.С. Информационные процессы и структуры в криминалистике. М., 1985; Крестовников О.А. Системно-деятельностный анализ методологии криминалистики. М., 2013.

которые могли бы служить ориентиром при адаптации, разработке и применении криминалистических технико-тактических средств в доказывании по гражданским (арбитражным) делам. Выделенные системные свойства доказывания дают основание сформулировать и рассмотреть принципы криминалистической деятельности в интересующем нас аспекте. Учитывая современный, довольно слабо развитый уровень разработки этой проблематики, в данной статье может быть положено только начало развитию методологии криминалистической деятельности в гражданском (арбитражном) процессе, не претендующей на полное решение этой сложной проблемы.

В качестве основных принципов предлагаются следующие методологические категории, существенные для распространения криминалистической деятельности на область судебного доказывания в рассматриваемых видах судопроизводства:

— законность;

— ретроспективная направленность технико-тактических средств;

— учет уровневой структуры процесса доказывания;

— учет динамики развития процесса доказывания;

— ситуационный подход;

— прогностическая направленность доказательственной деятельности. Рассмотрение этих принципов позволяет определить области приложения криминалистической деятельности в процессе доказывания, выделить в нем положения, достаточные для адаптации технико-тактических средств, разработанных в криминалистике, а также сферы деятельности, требующие специальной разработки.

Принцип создания и применения криминалистических средств для судопроизводства в рамках законности непосредственно связан с соотношением правовой и криминалистической деятельности в доказывании и свойством допустимости доказательств в процессе. Он общепринят, общеизвестен и не требует специального анализа. Этот принцип действенен как при адаптации и разработке криминалистических средств, так и при использовании их в гражданском (арбитражном) судопроизводстве. Ни одно криминалистическое средство не может быть предложено к использованию и применено, если оно не соответствует нормативной регламентации.

Однако в рамках правовой регламентации особое методологическое значение имеет стадийность судебной, в том числе доказательственной, деятельности, с которой в определенной мере соотносится функциональная нагрузка рассмотренных выше элементов доказывания.

Применительно к досудебному периоду, когда истец в основном занят поиском и сбором подтверждения правомерности возникших у него претензий, речь может идти лишь о сведениях, относящихся к фактам, которые только впоследствии могут стать судебными доказательствами. Однако и в этом случае необходимо действовать грамотно и с соблюдением определенных требований, разработанных криминалистами. Например, с самого начала собирания документов важно соблюдать соответствующие правила обращения с ними, помня о том, что в дальнейшем может потребоваться назначение экспертизы.

Получение, исследование и оценка доказательств как элементы целостного доказательственного процесса присутствуют на всех его стадиях. Однако роль каждого из них с учетом конкретной стадии выглядит различно. Получение доказательств — поиск, собирание, закрепление — составляет содержание досудебной и подготовительных стадий в процессе судопроизводства, хотя при этом неизбежно происходит предварительное исследование и оценка с точки зрения способности средства информации о фактах служить в последующем доказательством. Поэтому именно в этих стадиях реализуются технико-тактические средства осмотра и методика закрепления результатов их применения.

Анализ доказательств, их проверка и оценка — основное содержание судебного разбирательства. Вместе с тем в процессе исследования доказательств оценка имеет также неоднозначный смысл. В процессуальном законе речь идет о судебной оценке. Однако оценку нельзя оторвать от исследования, а в исследовании доказательств активно участвуют субъекты доказывания — стороны и другие участники процесса.

На завершающем этапе оценка приобретает основное значение и фактически образует конечную стадию процесса доказывания, являясь заключительной оценкой всех доказательств в системе, в совокупности, и предшествует принятию судебного решения по делу.

Очевидно, что элементы, составляющие процесс доказывания, определенным образом соотносятся со стадийностью судебного производства и обусловливают круг и характер необходимых для использования технико-тактических и методических средств, разрабатываемых криминалистикой, на различных этапах движения дела.

Ретроспективный характер объекта доказывания обусловлен временной отдаленностью обстоятельств (событий, явлений, отношений), входящих в предмет доказывания, от времени обращения к ним в связи с рассматриваемым делом. Временной фактор весьма существен в

методологическом плане, так как определяет предпочтительность использования методов, позволяющих реконструировать, восстанавливать картину происшедших событий.

Ретроспективная природа объектов доказывания является общей для уголовного и гражданского (арбитражного) процессов, что открывает широкие возможности использования криминалистических средств, создававшихся для работы именно с такими объектами. На этом принципе должна строиться адаптация технико-тактических средств, разработанных в криминалистике и науке о судебной экспертизе, к доказательственному процессу по гражданским (арбитражным) делам.

Организация доказывания по уровневому принципу означает различие получаемой доказательственной информации в зависимости от степени общности (объема) предмета доказывания. Чем предмет доказывания объемнее и ближе к его конечной цели — установлению комплекса доказательственных фактов, который может быть положен в основу юридической квалификации спорных отношений и принятия судебного решения, тем уровень организации доказательственного процесса выше. Напротив, чем предмет доказывания меньше по объему и более отдален от конечной цели доказывания, тем меньше степень общности доказательственного процесса и больше выражен его частный характер. В зависимости от этого в процессе доказывания отчетливо просматриваются два уровня: общий, охватывающий весь комплекс доказательственных фактов, т.е. весь процесс доказывания в целом, и частный, относящийся к отдельным фактам, входящим в этот комплекс, и требующий совершения отдельных доказательственных действий.

Организационная структура этих уровней в общем процессе доказывания существенна в гносеологическом и практическом плане для определения необходимых средств и методов достижения искомого результата. Частный уровень, характеризующий доказывание отдельных фактов, является первичным. Это своего рода эмпирическая основа для общего уровня, охватывающего весь состав доказательственной информации в определенный период. Отсюда различны необходимые для доказывания познавательные средства. В первом случае — это эмпирические методы (наблюдение, эксперимент, моделирование, использование современной техники и т.п.); во втором — аналитические мыслительные приемы и методы (выдвижение гипотез, анализ и синтез как логические категории, дедуктивный и индуктивный подходы как инструменты обобщения, аналогия, экстраполяция и т. п.).

Различение уровней организации по степени общности имеет большое значение для разработки и привлечения актуальных криминалистических возможностей в каждый из них. В отношении частного уровня основное место займут разработанные криминалистикой технические и тактические средства, соответствующие предмету доказывания и обеспечивающие эффективность проведения необходимых судебных действий. К ним, например, относятся технико-тактические приемы осмотра документов и вещественных доказательств, тактические приемы допроса свидетелей-очевидцев, организация судебного эксперимента и др. Общий уровень потребует использования криминалистических знаний о планировании доказывания, выдвижении и проверке судебных версий, построении мысленных моделей проверяемых событий, поиске удостоверительных средств. Многое из тактических операций, совершаемых на этом уровне, еще предстоит выявить и изучить. Очень актуальны знания о построении общей тактической (стратегической) линии доказывания, программировании процесса доказывания в целом с учетом доказательственной базы, предложенной каждой из спорящих сторон, сопоставлении различных сведений о доказательственных фактах друг с другом, а также рассмотрении их в общей системе. Многие из необходимых средств для данного уровня доказывания нуждаются в специальной адаптации и разработке с учетом специфики гражданского (арбитражного) производства.

Доказывание — динамичный процесс, развивающийся во времени и в разные периоды различающийся по степени достижения искомого результата, т.е. уровню доказанности, который зависит от информативности накапливаемых в процессе работы с доказательствами сведений о фактах, значимых для дела. Целевая функциональная гносеологическая природа доказательственного процесса закономерно предопределяет его циклический характер, проявляющийся в накоплении информативности сведений об искомых и проверяемых фактах по мере продвижения процесса доказывания.

Различие по уровню (степени) доказанности связано со свойством динамичности процесса доказывания как развивающейся системы, накапливающей доказательственную информацию, в направлении конечной цели — полной доказанности фактических обстоятельств по делу. В то же время конечная цель доказывания — установление тех качеств у объекта оценки, которые позволяют использовать сведения о фактах именно как доказательство при разрешении спора. Ю.К. Орлов называет эти качества свойствами. «Свойства доказательств, — пишет он, — это такие необходимые признаки, отсутствие которых не позволяет

использовать их в этом качестве»9. Такими свойствами он считает относимость, допустимость, достоверность, силу (значимость), достаточность. В процессуальной литературе они называются еще не вполне точно — принципами10, а иногда критериями11. В гражданском (арбитражном) процессе законодательно закреплены свойства: относимость, допустимость, достоверность в отношении каждого доказательства, а достаточность и взаимная связь — в отношении их совокупности (ч. 3 ст. 67 ГПК РФ, ч. 2 ст. 71 АПК РФ).

Процессуалисты много внимания уделяют принципам оценки доказательств, в числе которых рассматривают внутреннее убеждение как принцип свободной оценки доказательств, в отличие от оценки по формальным основаниям. В качестве признаков оценки доказательств по внутреннему убеждению Ю.К. Орлов, А.Г. Коваленко и другие ученые рассматривают: отсутствие для субъекта доказывания заранее установленной силы доказательства и независимость субъекта оценки от мнения других субъектов, т.е. запрет вмешательства в оценочную деятельность12. Подробное рассмотрение принципа внутреннего убеждения субъекта доказывания в процессуальной и криминалистической литературе освобождает от необходимости возвращаться к его психологической природе и правовой значимости.

Широко используемый криминалистикой и теорией судебной экспертизы информационный подход необходим для разработки объективных критериев оценочной деятельности в доказывании. Эти критерии различны и зависят как от природы исследуемого объекта — носителя доказательственной информации, так и научного уровня исследованности его свойств и признаков. Так, критерии оценки свидетельских показаний будут иными в сравнении с критериями оценки признаков, выявленных в результате осмотра документа. Критерии оценки могут быть разработаны на качественно-описательном и количественном уровнях. Количественные критерии оценки значимости признаков широко используются при участии в доказывании сведущих лиц — экспертов и специалистов. В методологии судебной экспертизы важное место принадлежит вероятностному подходу и статистическому анализу для разработки количественных методов оценки информативности свойств и признаков исследуемых экспертом ве-

9 Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам. С. 40.

10 Решетникова И.В. Доказывание и доказательства в арбитражном процессе // Арбитражный процесс / под ред. В.В. Яркова. М., 1999. С. 122.

11 Коваленко А.Г. Указ. соч. С. 109.

12 Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уго-

ловным делам. С. 81; Коваленко А.Г. Указ. соч. 123.

щественных доказательств. В доказывании наиболее распространенными представляются качественно-описательные критерии, основанные на «несчитанной» статистике, т.е. статистике накопленного опыта, профессиональной практики и использовании логических операций13.

Из ретроспективной природы объекта доказывания и динамичности процесса последнего вытекает необходимость принципа ситуационного подхода — одного из основных инструментов в методологии криминалистики. Принцип ситуативности состоит в том, что использование криминалистических средств при работе с доказательствами строго соответствует тем судебным ситуациям, в которых возникает необходимость их применения. Принцип ситуативности — это отражение основной закономерности познания, состоящей в том, что «метод всегда должен быть адекватен объекту». Он является одним из основных и в разработке средств криминалистического обеспечения для доказывания в любом процессе. Именно судебные ситуации определяют направление разработки и применения методического обеспечения доказывания как в уголовном, так и гражданском процессе.

Ситуационный подход очень важен в разработке и применении криминалистического обеспечения как для процесса доказывания в целом, так и в работе с отдельными доказательствами. Его применение тесно связано с таким методологическим принципом, как типизация компонентов доказывания.

Типология (типизация) как научный метод, а также его логическая форма — классификация, занимают одно из основных мест в криминалистике и в теории судебной экспертизы. Классификационные процедуры имеют ведущее значение в разработке как теоретических положений, так и практических рекомендаций. При обращении к методологии криминалистической деятельности в доказывании в интересующих нас видах судопроизводства на первый план выступает необходимость типизации судебных ситуаций и соответствующих им общих и частных версий в качестве информационных моделей, служащих основой организационных систем привлечения и использования криминалистических средств.

В криминалистике реализация этого принципа, как и предшествующего, отчетливо просматривается в ее составной части — методике расследования отдельных видов преступлений с учетом категорий уголовных дел14. Учитывая общность целей доказывания в уголовном и гражданском процессе, состоящей в установлении истинности и обоснованности фактических

13 Эйсман А.А. Логика доказывания. М., 1971.

14 Криминалистика / под ред. В.А. Викторова, Р.С. Белкина. М., 1976.

обстоятельств, напрашивается перспектива использования аналогичного подхода

Прогностическая направленность доказывания — свойство, отражающее динамику развития, предполагающую постоянную программиро-ванность доказательственных действий по мере продвижения к цели. Процесс доказывания как гносеологическая информационная модель строится таким образом, что совершение каждого доказательственного действия опережает априорное представление ожидаемого результата и готовность действовать в соответствии с ним. Это свойство находит свое отражение в стадийной организации процесса доказывания, в планировании и методичности совершения судебных доказательственных действий.

Свое значение методический подход сохраняет при использовании криминалистических

возможностей в гражданском (арбитражном) процессе. Программируемая системность совершаемых действий обеспечивает получение оптимального результата. Соблюдение этого принципа важно как при организации работы с доказательствами по гражданскому (арбитражному) делу в целом, когда речь идет практически о ее стратегии, общей методической схеме, так и при поэтапном производстве отдельных судебных действий доказательственного значения.

Особенности гражданского (арбитражного) судопроизводства обусловливают необходимость специальной разработки этой проблемы в силу того, что деятельностная структура доказывания функционирует на иных материально-правовых и процессуальных основаниях.

Библиография:

1. Коваленко А.Г. Институт доказывания в гражданском и арбитражном судопроизводстве. — М., 2002.

2. Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам. — М., 1995.

3. Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. — М., 2000.

4. Теория доказательств в советском уголовном праве / отв. ред. Н.В. Жогин. — М., 1973.

5. Треушников М.К. Судебные доказательства. — М., 1997.

6. Эйсман А.А. Логика доказывания. — М., 1971.

Материал поступил в редакцию 6 апреля 2014 г.

PROVIDING EVIDENCE IN CIVIL (ARBITRATION) LEGAL PROCEEDING AND FORENSIC SCIENCE ACTIVITIES

Zhizhina Marina Vladimirovna

PhD in Law, assistant professor, Department of Forensic Science, Kutafin Moscow State Law University

[mzhizhina@yandex.ru]

Abstract

The author has undertaken an attempt to give theoretical grounds for the possibility of employment forensic science in providing evidence in civil (arbitration) legal proceeding. In connection with this the author considers procedural evidence-providing activity which suggests the use of technical, tactical and methodical means and ways created and developed within the framework of forensic science in order to optimize legal activities in civil (arbitration) legal proceeding. The author suggests that the following methodological categories should be applied as the main principle of forensic science activities to the area of providing evidence in the considered categories of legal proceedings: legality, retrospective directing of technical and tactical means having in view the levelled structure of the evidence providing process and the dynamics of the evolution of the evidence providing process, the structural approach, the prognostic orientation of the evidence providing activity.

The particulars of civil (arbitration) proceeding precondition the urgency of this problem development, this is meant to be the issue of the forthcoming independent research.

Keywords

Evidence providing, forensic science activity, forensic science provision, methodology, tactics, adaptation principles, legality, legal proceeding, civil and arbitration proceeding, legal procedure optimization.

References

1. Kovalenko A.G. Institution of evidence providing in civil arbitration legal proceedings. — M., 2002.

2. Orlov Yu.K. The expert's findings and opinions on the criminal cases. — M., 1995.

3. Orlov Yu.K. The basics of the evidence presenting theory in criminal procedure. — M., 2000.

4. The theory of evidence in the Soviet criminal law / editor-in-chief N.V.Zhoguin. — M., 1973.

5. Treushnikov M.K. Legal evidence. — M., 1997.

6. Aseman A.A. Logics of evidence presenting. — M., 1971.