Влияние технологии No-till на экологическое состояние черноземов южных Ростовской области

doi: 10.24411/0235-2451-2020-10101 УДК 631.51: 631.46

Влияние технологии No-till на экологическое состояние черноземов южных Ростовской области*

К. Ш. КАЗЕЕВ1, Г. В. МОКРИКОВ2, Ю. В. АКИМЕНКО1, М.А. МЯСНИКОВА1, С. И. КОЛЕСНИКОВ1

'Южный федеральный университет, просп. Стачки, 194/1, Ростов-на-Дону, 344090, Российская Федерация

2Донской государственный аграрный университет, ул. Кривошлыкова, 24, пос. Персиановский, Октябрьский р-н, Ростовская обл.,

346493, Российская Федерация

Резюме. Исследования проводили с целью оценки влияния длительного применения технологии No-till (прямой посев, нулевая технология) на экологическое состояние черноземов южных Ростовской области. Для сравнения изучали агроценоз с традиционной технологией обработки почвы на основе отвальной вспашки и целинный участок с естественной степной растительностью. На поверхности почв, обрабатываемых по технологии No-till, происходило формирование мощного мульчирующего слоя из прошлогодних пожнивных остатков и стерни предшественников. Плотность сложения почв при этом варьировала от 1,06.. .1,19 г/см3 в агроценозах с культурами сплошного посева до 1,28.1,34 г/см3 на полях с пропашными. На участках сравнения с традиционной обработкой почвы и с естественной флорой она была равна 1,18 г/см3. Технология No-till оказывала положительное влияние на такие физические параметры чернозема, как сопротивление пенетрации и структурно-агрегатное состояние. Выявлена высокая зависимость сопротивления пенетрации от влажности почвы (r= -0,90). В почве полей с No-till интенсивность эмиссии углекислого газа была выше, чем на участке с традиционной технологией обработки, в 2,5.37,0 раз, содержание гумуса - на 0,12.0,75 %, активность дегидрогеназ и инвертазы - на 40 % и 22 % соответственно. В этом же варианте выявлена и более значительная дифференциация содержания гумуса по профилю. Самая высокая в опыте численность бактерий и ферментативная активность почвы отмечены на целинном участке. В обрабатываемых почвах численность бактерий была в 1,1.1,2 раза ниже и практически не различалась по вариантам. Длительное применение технологии No-till оказывало благоприятное влияние на плодородие и экологическое состояние черноземов южных, которое несколько приближало их свойства к степной почве. Ключевые слова: прямой посев, плодородие, биологическая активность, физические свойства почв.

Сведения об авторах: К. Ш. Казеев, доктор географических наук, профессор (е-mail: kamil_kazeev@mail.ru); П В. Мокриков, кандидат биологических наук, доцент; Ю. В. Акименко, кандидат биологических наук, доцент; М. А. Мясникова, кандидат биологических наук, преподаватель; С. И. Колесников, доктор сельскохозяйственных наук, зав. кафедрой.

Для цитирования: Влияние технологии No-till на экологическое состояние черноземов южных Ростовской области / К. Ш. Казеев, П В. Мокриков, Ю. В. Акименко и др. // Достижения науки и техники АПК. 2020. Т 34. № 1. С. 7-11. doi: 10.24411/0235-2451-2020-10101.

*Исследование выполнено при поддержке Министерства высшего образования и науки РФ (5.5735.2017/8.9) и ведущей научной школы РФ (НШ-3464.2018.11).

The influence of no-till technology on the ecological state of the southern chernozems in the Rostov region

K. Sh. Kazeev1, G.V. Mokrikov2, Yu. V. Akimenko1, M. A. Myasnikova1, S. I. Kolesnikov1

'Southern Federal University, prosp. Strikes, 194/1, Rostov-on-Don, 344090, Russian Federation

2Don State Agrarian University, ul. Krivoshlykova 24, pos. Persianovskii, Oktyabr'skii r-n, Rostovskaya obl., 346493, Russian Federation

Abstract. The purpose of the studies was to assess the impact of long-term use of no-till technology (direct sowing, zero technology) on the ecological state of the southern chernozems in the Rostov region. For comparison, we studied an agrocenosis with traditional soil cultivation technology based on moldboard ploughing and a virgin plot with natural steppe vegetation. On the surface of soils processed by no-till technology, a deep mulch layer was formed from the residues of last year's crops and forecrops. The bulk density of the soil varied from 1.06-1.19 g/cm3 in agrocenoses with close-growing crops to 1.28-1.34 g/cm3 in fields with row crops. In the areas with traditional cultivation and natural vegetation, bulk density was 1.18 g/cm3. No-till technology had a positive effect on such physical parameters of chernozem as penetration resistance and structural-aggregate state. We revealed a high dependence of penetration resistance on soil moisture (r = -0.90). In the soil of no-till fields, the intensity of carbon dioxide emission was 2.5-37.0 times higher than in the area cultivated by traditional method; the humus content was 0.12-0.75% higher; the activity of dehydrogenases and invertases was 40% and 22% higher, respectively. In the same option, a more significant differentiation of the humus content along the soil profile was revealed. In the experiment, the highest number of bacteria and the highest enzymatic activity of the soil were observed in the virgin area. In cultivated soils, the number of bacteria was 1.1-1.2 times lower and practically did not differ among options. Long-term use of no-till technology had a beneficial effect on the fertility and ecological state of the southern chernozems, which somewhat brought their properties closer to those of the steppe soil. Keywords: direct seeding; fertility; biological activity; physical properties of soils.

Author Details: K. Sh. Kazeev, D. Sc. (Geogr.), prof. (е-mail: kamil_kazeev@mail.ru); G. V. Mokrikov, Cand. Sc. (Biol.), assoc. prof.; Yu. V. Akimenko, Cand. Sc. (Biol.), assoc. prof.; M. A. Myasnikova, Cand. Sc. (Biol.), lecturer; S. I. Kolesnikov, D. Sc. (Agr.), head of department. For citation: Kazeev KSh, Mokrikov GV, Akimenko YuV, et al. [The influence of no-till technology on the ecological state of the southern chernozems in the Rostov region]. Dostizheniya nauki i tekhniki APK. 2020;34(1): 7-11. Russian. doi: 10.24411/0235-2451-2020-10101.

Зрозия, дефляция, дегумификация, аридизация и загрязнение способствуют деградации почв юга России [1, 2]. Традиционная обработка почв с отвальной вспашкой приводит к активизации этих процессов [3]. Использование технологий с минимальной обработкой и без обработки почвы способствует, наряду с экономией ресурсов, повышению плодородия и снижению негативного воздействия на агроландшафты. К числу таких технологий относится No-till или прямой посев. Ее применяют во всем мире, особенно в США, Бразилии, Аргентине, Австралии на площади более 125 млн га [4, 5]. Преимущества технологии прямого посева состоят, прежде всего, в

экономии ресурсов и повышении рентабельности сельского хозяйства. Кроме того, почвозащитная технология снижает деградационное воздействие на почву (эрозию, дегумификацию, загрязнение и др.) и биосферу в целом (снижение выбросов парниковых газов, депонирование в почве органического углерода) [6, 7, 8]. В последние годы технологию No-Till используют во многих регионах России. Однако простой ее перенос без учета местных особенностей зачастую не приводит к положительным результатам. Модернизация и адаптация этой технологии к условиям юга России позволит повысить производство сельскохозяйственной продукции, снизить энергозатраты, опти-

мизировать экологическое состояние агроландшафтов, уменьшить риски эрозии и загрязнения почв. Особенно актуальны эти технологии для аридной зоны юга России, где лимитирующий фактор - почвенная влажность. Прямой посев нивелирует негативные последствия дефицита влаги, делающего богарное земледелие на территории Нижнего Дона, Поволжья и Предкавказья рискованным. В засушливых условиях эта технология более эффективна, по сравнению с традиционной технологией обработки почв [9, 10]. Положительное влияние прямого посева на физические свойства, биоту, биологическую активность и плодородие черноземов установлено в условиях Приобья [11], Оренбургской области [12], Ставропольского края [13] и Ростовской области [14, 15, 16]. В то же время для черноземов Воронежской области выявлена меньшая эффективность технологии прямого посева, вследствие ухудшения физических параметров почвы и снижения урожайности озимой пшеницы [17].

Цель исследований - оценить влияние технологии прямого посева на плодородие и биологические свойства черноземов южных Ростовской области, определяющие их экологическое состояние.

Условия, материалы и методы. Исследования проводили в июне 2017 г. в ООО «Агро-Мичуринское» Сальско-го района Ростовской области, агроклиматические ресурсы которого отличаются достаточным количеством тепла и недостаточным увлажнением, что создаёт необходимые предпосылки для успешного развития высокопродуктивного сельского хозяйства. Сумма температур выше + 10 °С составляет 3432 °С, среднее годовое количество осадков -453 мм, гидротермический коэффициент (ГТК) равен 0,82. Почвы исследуемой территории - черноземы южные карбонатные среднемощные тяжелосуглинистые на желто-бурых тяжелых карбонатных суглинках (агрочерноземы текстурно-карбонатные). Основные диагностические признаки черноземов южных: среднемощная толща гуму-сированного слоя (А+АВ не превышает 65 см), наименьшая среди других черноземных почв, слабая выщелоченность от карбонатов, присутствие иллювиального горизонта гипса и легкорастворимых солей на глубине 150.. .220 см, как результат непромывного водного режима [1].

Поля Агро-Мичуринское заняты различными сельскохозяйственными культурами: подсолнечник (С1), кукуруза (С2), горох (С3), озимая пшеница (С4), в течение 7 лет возделываемыми по технологии N0-1111. Традиционную технологию с боронованием и культивациями применяют в соседнем хозяйстве ООО «Ника» на контрольном поле (С5), расположенном в непосредственной близости от опытных полей. Кроме того, в качестве контроля исследовали соседний степной участок с естественной разнотравно-ковыльной растительностью (С6).

Плотность почвы определяли гравиметрическим методом с использованием стальных колец объемом 135 см3 в 3-кратной повторности. Влажность (объемную) почвы измеряли в полевых условиях влагомером Fieldscout TDR 100 в 10-кратной повторности на каждом участке. Сопротивление пенетрации (твердость, прочность почвенной

Таблица 1. Свойства верхнего слоя (0...10 см) исследуемых почв, июнь 2017 г.

Поле Температура почвы на глубине 10 см Влажность, % Плотность сложения, г/см3

M m M 1 m

С1 19,6 34,5 1,0 1,28 0,11

С2 20,8 36,5 0,9 1,34 0,03

С3 21,7 14,2 0,6 1,06 0,11

С4 18,9 17,4 0,6 1,19 0,05

С5 19,2 8,7 0,1 1,18 0,08

С6 20,9 5,6 0,2 1,18 0,03

структуры) исследовали в полевых условиях с использованием пенетрометра EIJKELKAMP на глубину 50 см с интервалом 5 см в 10-кратной повторности. «Дыхание» почв определяли методом изолирующих сосудов в полевых условиях с использованием портативного газоанализатора Testo 535 в 5-кратной повторности.

Лабораторно-аналитические исследования выполнены с использованием методов почвоведения и биологии [18] в 3.. .12-кратной повторности. Результаты представлены в пересчете на воздушно-сухую почву. Реакцию почвенной среды (рН) и окислительно-восстановительный потенциал измеряли потенциометрическим методом в почвенной суспензии с соотношение почва:вода 1,0:2,5. Агрегатный анализ почвы проводили методом сухого просеивания по Н. И. Саввинову. Водопрочность агрегатов определяли по методу Андрианова. Содержание общего гумуса измеряли методом И. В. Тюрина в модификации Б. А. Никитина по окисляемости хромовой смесью с фотоколориметрическим окончанием. Содержание карбонатов определяли волюметрическим методом. Исследования выполняли в 3-кратной повторности. Общую численность бактерий в почве учитывали методом прямого микроскопирования с окрашиванием акридином оранжевым на люминесцентном микроскопе OLIMPUS BX61 с увеличением *1000 в 6-кратной повторности. О ферментативной активности почв судили по активности разных классов ферментов: оксидоредуктаз (каталаза, дегидрогеназа) и гидролаз (Р-фруктофуранозидаза (инвертаза). Повторность 4.6-кратная. Для оценки активности ферментов в почве использовали шкалу Д. Г. Звягинцева [19].

В исследованиях определяли показатели вариации (M - среднее значение, m - ошибка средней), проводили дисперсионный (критерий Стьюдента при p<0,05) и корреляционный (коэффициент Пирсона) анализы.

Результаты и обсуждение. Влажность почв вследствие длительных атмосферных осадков была весьма высокой для времени года и региона проведения исследований (табл. 1).

Объемная влажность почвы значительно варьировала на разных полях. Максимальные в опыте величины этого показателя отмечены в почве в посевах пропашных культур (С1 и С2). Почва под горохом (С3) и озимой пшеницей (С4) была значительно (в 2 раза и более) суше. Это связано с усиленной транспирацией этих культур, которые уже находились на поздних стадиях вегетации. Влажность почвы контрольных участков была еще ниже. Это связано как с характером растительности на участке С6, так и с технологией обработки (С5). Аналогичные закономерности установлены и при определении влажности традиционным гравиметрическим методом.

Результаты наших исследований свидетельствуют об отсутствии уплотнения почвы на экспериментальных полях (см. табл. 1). Под пропашными культурами (С1 и С2) плотность почвы характеризовалась повышенными величинами - 1,28.1,34 г/см3. Под озимой пшеницей (С4) она снижалась до 1,18 г/см3. Такие же величины этого показателя отмечены под естественной растительностью

(С6). Минимальной в опыте (1,06 г/см3) она была под горохом.

Коэффициент структурности всех исследуемых образцов находился на отличном уровне (Кс=1,6...4,5), что свидетельствует о хороших агрофизических свойствах черноземов исследуемых

полей. Исключение составил один образец поля С3 с глубины 20.30 см. Коэффициент структурности здесь соответствовал хорошему - 1,3. Содержание агрономически ценных агрегатов находилось на хорошем уровне независимо от системы обработки почв. Участок с естественной растительностью характеризовался максимальным в опыте содержанием ценных агрегатов (Кс=8,3). Структура почвы, обрабатываемой по традиционной технологии (С5), также была хорошей (Кс=2,4).

Водопрочность агрегатов варьировала в зависимости от технологий, применяемых на участках, значительно сильнее. Максимальная величина этого показателя (100 %) зафиксирована в почве контрольного участка с естественной растительностью (С6). В целом в почве обрабатываемых полей водопрочность агрегатов находилась на хорошем и отличном уровне. Особенно это касается участков С1 и С2 (74.81 % водопрочных агрегатов). В верхнем слое почвы участков С3 и С4 величина этого показателя была несколько ниже (59.61 %), чем на первых двух участках. Однако и здесь она была значительно выше, чем в поле С5 с традиционной обработкой (40 %). Это свидетельствует о большей устойчивости структурных отдельностей при использовании почвозащитной технологии N0-1111. Аналогичные результаты положительного влияния технологии прямого посева получены и другими исследователями на черноземах обыкновенных [11, 16].

Учитывая высокую влажность всех исследуемых почв, величины показателя сопротивления пенетрации (твердости) находились на низком для почв региона уровне (см. рисунок). Особенно это касается участков с пропашными культурами С1 и С2. Здесь до глубины 50 см не было ни одного значения сопротивления пенетрации, близкого к критическому уровню. Это, прежде всего, связано с повышенной влажностью почвы на этих участках. Установлена тесная обратная связь между влажностью почвы и сопротивлением пенетрации (г= -0,90). На третьем и, особенно, четвертом участках сопротивление пенетрации на глубине 10 см и ниже возрастает до высоких значений. Критических значений величина этого показателя достигает в почве поля С4 на глубине, превышающей 15 см. Кроме влажности, видимо, большое влияние на сопротивление пенетрации имеет и выращиваемая культура. Об этом свидетельствует и величина сопротивления пенетрации на контрольном поле С5, на котором, как и на участке С3 выращивали озимую пшеницу. Плужной подошвы в почве ни одного из исследуемых полей не обнаружено. Сопротивление пенетрации плавно нарастало вниз по профилю. Мак-

Рисунок. Сопротивление пенетрации почв (2017 г.), МПа: -С4; ••••— традиционная технология на поле С5; - 4--степь

симальную в опыте величину этого показателя в верхнем 20-сантиметровом слое почвы отмечали на контрольном участке С6 с естественной растительностью. Это связано, как с ее сухостью, так и с армирующим действием корней растений, густо переплетающихся в этом слое. Начиная с 20 см, на всех участках с посевами пшеницы и участке С6 с естественной растительностью сопротивление пенетрации выравнивалось, при этом абсолютный в опыте максимум отмечен в контроле с традиционной обработкой на глубине 40.50 см.

Интенсивность продуцирования почвой углекислого газа на полях с технологией No-till находилась на высоком уровне. Максимальное в опыте выделение СО2 отмечали на участке С3 с посевом гороха. Наименьшим оно было на поле с традиционной технологией обработки почвы С5. В этом варианте выделение СО2 почвой было в 2,5.37,0 раз меньше, чем на полях с технологией No-till, которая минимизирует механическое воздействие на почву и оставляет на ее поверхности большое количество органических остатков. Разложение этих остатков в почве и мульчирующем слое приводит к активизации микрофлоры и повышению интенсивности дыхания. Кроме того, большее накоплению влаги в почве с технологией No-till способствует увеличению продолжительности периода более высокой биологической активности в условиях аридного климата.

Интенсивность почвенного дыхания была слабо связана с почвенными свойствами (плотность, сопротивление пенетрации). При этом выявлена сильная связь с влажностью почвы, определенной традиционным термостатно-весовым методом (r=0,84). Высокая зависимость интенсивности дыхания выявлена и от температуры на поверхности почвы и на глубине 10 см (r=0,61.0,64).

Исследования показали низкое содержание гумуса в почвах всех участков (табл. 2). Ни в одном из образцов оно не превышало 3 %. Максимальные в опыте величины этого показателя, как и следовало ожидать, зафиксированы в почве со степной флорой (2,8 %), самые низкие - на участке С5 с традиционной технологией обработки, которая интенсифицирует минерализацию органического вещества. В почвах опытных полей с No-till содержание гумуса было выше на 0,12.0,75 %. Кроме того, здесь была выявлена и большая дифференциация содержания гумуса по профилю.

Ферментативная активность - один из важных показателей экологического состояния и плодородия почв [20, 21, 22]. Результаты наших исследований согласуются с данными других авторов, использовавших ферментативную активность для индикации качества почв разного землепользования [23, 24, 25]. Высокая активность ферментов, свидетельствующая об интенсивности биологических процессов, характерна для большинства черноземов юга России [3, 26]. В наших опытах активность каталазы и дегидро-геназы из класса оксидоре-дуктаз согласно [19] соответствовала богатому и очень богатому их содержанию (см. табл. 2). Активность инверта-- No-till на полях С1. зы в большинстве образцов участок С6. соответствовала бедному

Таблица 2. Ферментативная активность исследуемых почв

Поле Глубина, см Содержание гумуса, % Активность Численность бактерий, млрдхг-1

дегидрогеназ, мг ТФФх10-1гх24-1ч каталазы, см3 Охг-1хмин-1 инвертазы, мг глюкозыхг-1х24-1ч

С1 0.10 2,69 0,11 32,7 3,0 10,8 0,2 11,4 1,2 4,74 0,03

20.30 1,76 0,08 26,3 0,2 11,2 0,5 8,3 1,1 4,07 0,23

С2 0.10 2,06 0,20 31,8 1,6 12,4 0,6 13,5 1,2 4,86 0,51

20.30 1,47 0,10 21,7 1,1 15,1 0,3 9,2 0,2 4,13 0,37

С3 0.10 2,10 0,01 35,1 3,1 12,3 0,3 11,9 1,1 4,63 0,82

20.30 1,45 0,01 29,4 0,4 14,9 0,2 9,6 0,7 3,97 0,56

С4 0.10 2,37 0,32 32,8 1,3 13,9 0,5 12,1 2,5 4,48 0,34

20.30 1,65 0,04 25,1 0,2 16,4 0,2 10,0 1,0 3,82 0,42

С5 0.10 1,94 0,14 23,6 2,7 12,9 0,9 10,0 5,1 4,85 1,10

20.30 1,63 0,05 24,9 2,5 13,9 0,3 9,1 0,8 3,93 0,84

С6 0.10 2,75 0,12 44,7 0,8 17,3 1,1 15,2 1,5 5,51 0,61

20.30 1,98 0,10 24,0 3,5 16,8 0,4 10,5 0,8 4,24 0,41

уровню. Только в дерновом горизонте целинной почвы она превышала порог средней обогащенности.

Высокая активность оксидаз связана с благоприятными гидротермическими условиями вследствие сочетания высокой влажности и оптимальных температур. Они в условиях отсутствия лимитирующих биоту факторов приводят к интенсификации биологических процессов в почве. Максимальная в опыте активность всех трех исследуемых ферментов зафиксирована в целинной почве участка С6. Это закономерно связано с оптимальными для травянистых растений условиями, высоким разнообразием флоры и фауны, благоприятными физическими и химическими свойствами почв под естественной растительностью [3, 20].

Повышенная активность дегидрогеназ и инвертазы выявлена в поверхностном слое почв на участках с технологией No-till, не подверженных механическому воздействию (C1.. .C4), что приближает их к целинному участку С6, где активность этих ферментов в слое 20.30 см значительно снижена, по сравнению с дерновым горизонтом (0.10 см). Активность каталазы, напротив, в почвах полей с No-till в нижнем слое была незначительно выше, чем в верхнем. А в целинной почве и на полях с традиционной обработкой величина этого показателя по слоям не различалась. Активность каталазы находилась в обратной зависимости от влажности почвы (r= -0,77). Об отрицательной связи их величин сообщали и ранее [20, 26, 27]. Другие исследуемые ферменты были индифферентны к почвенной влаге. При этом активность инвертазы и дегидрогеназ по-

ложительно связана с численностью почвенных бактерий (r=0,75...0,80), в то время как активность каталазы с величиной этого показателя не коррелировала. Кроме того, активность инвертазы и дегидрогеназ зависела от типа обработки земель. При использовании прямого посева она была на 30.50 % выше, чем в контрольном варианте (С5) с традиционной технологией обработки.

Численность бактерий по шкалам Д. Г. Звягинцева [19] в исследуемых почвах находилась на среднем уровне и практически не различалась по полям (С1.С5). В дерновом горизонте почвы контрольного участка (С6) численность бактерий определена как богатая (см. табл. 2). В исследуемых почвах она была взаимосвязана с активностью инвертазы и дегидрогеназ, но не зависела от влажности.

Выводы. При сравнительных исследованиях разных агротехнологий установлена почвозащитная и ресурсосберегающая роль технологии No-till, обеспечивающей оптимизацию экологического состояния и повышение плодородия почв. В результате семилетнего применения технологии No-till в условиях Сальского района Ростовской области ухудшения физических свойств черноземов южных, в сравнении с традиционной технологией обработки почвы, не выявлено, но установлено увеличение содержания гумуса на 0,12.0,75 % и биологической активности почвы (ферментативной активности - на 20.40 %, интенсивности дыхания - в 2,5.37,0 раз). Однако этого все же недостаточно до достижения состояния степной почвы с естественной растительностью.

Литература.

1. Вальков В. Ф., Казеев К. Ш., Колесников С. И. Почвы Юга России. Ростов-на-Дону: Эверест, 2008. 276 с.

2. Мониторинг и оценка состояния почв степных агроландшафтов Северо-Западного Кавказа / О. А. Подколзин, И. В. Соколова, В. Н. Слюсарев и др. //Агрохимический вестник. 2019. Т. 1. № 1. С.11-15.

3. Биологическая активность чернозема обыкновенного при длительном использовании под пашню/Е. В. Даденко, М. А. Мясникова, К. Ш. Казеев и др. // Почвоведение. 2014. № 6. С. 724-733.

4. Friedrich T., Derpsch R., Kassam A. Overview of the global spread of conservation agriculture // FieldActions Science Reports [Online], Special Issue 6. 2012. URL: http://journals.openedition.org/factsreports/1941.

5. No-till in northern, western and south-western Europe: A review of problems and opportunities for crop production and the environment / B. D. Soane, B. C. Ball, J. Arvidsson, etal.//Soil&Tillage Research. 2012. Vol. 118. P. 66-87.

6. Cover cropping and no-tillage improve soil health in an arid irrigated cropping system in California's San Joaquin Valley, USA /J. P. Mitchell, A. Shrestha, K. Mathesius, et al. // Soil&Tillage Research. 2017. Vol. 165. P. 325-335.

7. Байбеков Р. Ф. Природоподобные технологии основа стабильного развития земледелия//Земледелие. 2018. № 2. С.5-8.

8. Технологические особенности почвозащитного ресурсосберегающего земледелия (в развитие концепции ФАО) / М. С. Соколов, А. П. Глинушкин, Ю. Я. Спиридонов и др. //Агрохимия. 2019. № 5. С. 3-22.

9. Динамика показателей почвенного плодородия при возделывании сельскохозяйственных культур по технологии No-till в условиях Ставропольского края/А. Н. Есаулко, С. А. Коростылев, М. С. Сигида и др. //Агрохимический вестник. 2018. № 4. С. 58-61.

10. Gristina L., Keesstra S., Novara A. No-till durum wheat yield success probability in semi arid climate: A methodological framework//Soil & Tillage Research. 2018. Vol. 181 P. 29-36.

11. Галеева Л. П., Широких П. С. Свойства черноземов выщелоченных новосибирского Приобья при различных обработках// Достижения науки и техники АПК. 2018. Т. 32. № 11. С. 9-13.

12. Кислов А. В., Глинушкин А. П., Кащеев А. В. Агроэкологические основы повышения устойчивости земледелия в степной зоне // Достижения науки и техники АПК. 2018. Т. 32. № 7. С. 9-13.

13. Азот в черноземах при традиционной технологии обработки и прямом посеве/А. А. Завалин, В. К. Дридигер, В. П. Белобров и др. //Почвоведение. 2018. № 12. С. 1506-1516.

14. Влияние технологии No-till на нитрифицирующую активность черноземов Ростовской области/Т. В. Минникова, Г. В. Мокриков, К. Ш. Казеев и др. //Агрохимия. 2017. № 9. С. 33-38.

15. Влияние запасов продуктивной влаги и количества атмосферных осадков на урожайность при условии прямого посева сельскохозяйственных культур в Ростовской области/Г. В. Мокриков, Т. В. Минникова, К. Ш. Казеев и др. // Самарский научный вестник. 2019. Т. 8. № 1 (26). С. 69-75.

16. Оценка воздействия прямого посева на физические свойства черноземов Ростовской области/К. Ш. Казеев, Т. В Минникова., Г. В. Мокриков и др. //Агрофизика. 2019. № 2. С. 15-24.

17. Чевердин Ю. И., Сапрыкин С. В., Пшеничная И. А. Влияние минимизации приемов основной обработки почвы на плотность сложения чернозема сегрегационного и урожайность озимой пшеницы//Агрохимия. 2018. № 9. С. 12-26.

18. Методы биодиагностики наземных экосистем / К. Ш. Казеев, С. И. Колесников, Ю. В. Акименко и др. Ростов-на-Дону: ЮФУ, 2016. 356 с.

19. Звягинцев Д. Г. Биологическая активность почв и шкалы для оценки некоторых ее показателей// Почвоведение. 1978. № 6. С. 48-54.

20. Галстян А. Ш. Ферментативная активность почв Армении. Ереван: Айастан, 1974. 275 с.

21. Оценка изменения биологической активности горных серых лесных почв Центрального Кавказа (Терский вариант поясности в пределах Кабардино-Балкарии) в результате агроиспользования / Ф. В. Гедгафова, О. Н. Горобцова, Т. С. Улигова и др. //Агрохимия. 2019. № 4. С. 23-30.

22. Оценка применимости показателей ферментативной активности в биодиагностике и мониторинге почв / Е. В. Даденко, Т. В.Денисова, К. Ш. Казеев и др.// Поволжский экологический журнал. 2013. № 4. С. 385-393.

23. Raiesi F., Kabiri V. Identification of soil quality indicators for assessing the effect of different tillage practices through a soil quality index in a semi-arid environment//Ecological Indicators. 2016. Vol. 71. P. 198-207.

24. Raiesi F., Salek-Gilani S. The potential activity of soil extracellular enzymes as an indicator for ecological restoration of rangeland soils after agricultural abandonment//Applied Soil Ecology. 2018. Vol. 126. P. 140-147.

25. Stoichiometry of soil enzyme activity at global scale / R. L. Sinsabaugh, C. L. Lauber, M. N. Weintraub, et al. // Ecology Letters. 2008. Vol. 11. P. 1252-1264.

26. Влияние аридности и континентальности климата на биологические свойства почв в трансекте Ростов-на-Дону - Астрахань / К. Ш. Казеев, Ю. С. Козунь, Л. С. Самохвалова и др. // Известия Российской академии наук. Серия географическая. 2015. № 5. С. 46-53.

27. Козунь Ю. С., Казеев К. Ш., Колесников С. И. Влияние теневого эффекта Кавказа на биологическую активность почв//Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. 2013. № 93. С. 439-456.

References

1. Val'kov VF, Kazeev KSh, Kolesnikov SI. Pochvy Yuga Rossii [Soils of the South of Russia]. Rostov-on-Don (Russia): Everest; 2008. 276 p. Russian.

2. Podkolzin OA, Sokolova IV, Slyusarev VN, et al. [Monitoring and assessment of soil conditions in steppe agrolandscapes of the North-West Caucasus]. Agrokhimicheskii vestnik. 2019;1(1):11-5. Russian.

3. Dadenko EV, Myasnikova MA, Kazeev KSh, et al. [The biological activity of ordinary chernozem with prolonged use for arable land]. Pochvovedenie. 2014;(6):724-33. Russian.

4. Friedrich T, Derpsch R, Kassam A. Overview of the globalspread of conservation agriculture. FieldActions Science Reports [Internet]. 2012 Nov6[cited2020 Jan 14];SpecNo 6:[about 8p]. Available from: http://journals.openedition.org/factsreports/1941.

5. Soane BD, Ball BC, Arvidsson J, et al. No-till in northern, western and south-western Europe: A review of problems and opportunities for crop production and the environment. Soil&Tillage Research. 2012;118:66-87.

6. Mitchell JP, Shrestha A, Mathesius K, et al. Cover cropping and no-tillage improve soil health in an arid irrigated cropping system in California's San Joaquin Valley, USA. Soil &Tillage Research. 2017;165:325-35.

7. Baibekov RF. [Nature-like technologies are the basis for the sustainable development of agriculture.]. Zemledelie. 2018;(2):5-8. Russian.

8. Sokolov MS, Glinushkin AP, Spiridonov YuYa, et al. [Technological features of soil-conservation resource-saving agriculture (in the development of the FAO concept)]. Agrokhimiya. 2019;(5):3-22. Russian.

9. Esaulko AN, Korostylev SA, Sigida MS, et al. [The dynamics of soil fertility indicators in the cultivation of crops using no-till technology under conditions of the Stavropol Krai]. Agrokhimicheskii vestnik. 2018;(4):58-61. Russian.

10. Gristina L, Keesstra S, Novara A. No-till durum wheat yield success probability in semi arid climate: A methodological framework. Soil & Tillage Research. 2018;181:29-36.

11. Galeeva LP, Shirokikh PS. [Properties of leached chernozem in Novosibirsk Ob region under different treatments]. Dostizheniya nauki i tekhniki APK. 2018;32(11):9-13. Russian.

12. Kislov AV, Glinushkin AP, Kashcheev AV. [Agroecological basis for an increase in the farming stability in the steppe zone]. Dostizheniya nauki i tekhniki APK. 2018;32(7):9-13. Russian.

13. Zavalin AA, Dridiger VK, Belobrov VP, et al. [Nitrogen in chernozems with traditional processing technology and direct sowing]. Pochvovedenie. 2018;(12):1506-16. Russian.

14. Minnikova TV, Mokrikov GV, Kazeev KSh, et al. [The influence of no-till technology on the nitrifying activity of chernozems in the Rostov region]. Agrokhimiya. 2017;(9):33-8. Russian.

15. MokrikovGV, Minnikova TV, KazeevKSh, et al. [The effect of productive moisture reserves and rainfall on productivity, provided direct sowing of crops in the Rostov region]. Samarskii nauchnyi vestnik. 2019;8(1):69-75. Russian.

16. KazeevKSh, Minnikova TV, Mokrikov GV, et al. [Assessment of the impact of direct sowing on the physical properties of chernozems in the Rostov region]. Agrofizika. 2019;(2):15-24. Russian.

17. Cheverdin YuI, Saprykin SV, Pshenichnaya IA. [The effect of minimizing the methods of primary tillage on the density of segregated chernozem and winter wheat productivity]. Agrokhimiya. 2018;(9):12-26. Russian.

18. Kazeev KSh, Kolesnikov SI, Akimenko YuV, et al. Metody biodiagnostiki nazemnykh ekosistem [Methods of biodiagnostics of terrestrial ecosystems]. Rostov-on-Don: YuFU; 2016. 356 p. Russian.

19. ZvyagintsevDG. [Soil biologicalactivityandscales forassessing some of its indicators]. Pochvovedenie. 1978;(6):48-54. Russian.

20. Galstyan ASh. Fermentativnaya aktivnost' pochvArmenii [Enzymatic activity of soils in Armenia]. Erevan: Aiastan; 1974. 275p. Russian.

21. Gedgafova FV, Gorobtsova ON, Uligova TS, etal. [Assessment of changes in the biological activity of mountain grey forest soils of the Central Caucasus (Tersky version of the zone within Kabardino-Balkaria) as a result of agricultural use]. Agrokhimiya. 2019;(4):23-30. Russian.

22. Dadenko EV, Denisova TV, Kazeev KSh, et al. [Assessment of the applicability of enzymatic activity indicators in biodiagnostics and soil monitoring]. Povolzhskii ekologicheskii zhurnal. 2013;(4):385-93. Russian.

23. Raiesi F, Kabiri V. Identification of soil quality indicators for assessing the effect of different tillage practices through a soil quality index in a semi-arid environment. Ecological Indicators. 2016;71:198-207.

24. Raiesi F, Salek-Gilani S. The potential activity of soil extracellular enzymes as an indicator for ecological restoration of rangeland soils after agricultural abandonment. Applied Soil Ecology. 2018;126:140-7.

25. Sinsabaugh RL, Lauber CL, Weintraub MN, et al. Stoichiometry of soil enzyme activity at global scale. Ecology Letters. 2008;11:1252-64.

26. Kazeev KSh, Kozun' YuS, Samokhvalova LS, et al. [The effect of climate aridityand continentality on the biological properties of soils in the Rostov-on-Don - Astrakhan transect]. Izvestiya Rossiiskoi akademii nauk. Seriya geograficheskaya. 2015;(5):46-53. Russian.

27. Kozun' YuS, Kazeev KSh, Kolesnikov SI. [The influence of the shadoweffect of the Caucasus on the biological activity of soils]. Politematicheskii setevoi elektronnyi nauchnyi zhurnal Kubanskogo gosudarstvennogo agrarnogo universiteta. 2013;(93):439-56. Russian.