О парадигме криминалистической тактики и ее основных понятиях

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2016. № 1

ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИКИ

Е. Е. центров, доктор юридических наук, профессор кафедры криминалистики юридического факультета МГУ*

о парадигме криминалистической тактики и ЕЕ основных понятиях

В статье обосновывается предложение о смене парадигмы криминалистической тактики, поскольку она содержит в основных положениях не рекомендательный, а обязательный характер.

Ключевые слова: тактика, парадигма1, знания, рекомендации, прием, правило, технология, стандарт, модуль, предписание, линия поведения.

The article explains the proposal to change the criminalistic tactics paradigm since its substantive provisions are binding, not optional.

Keywords: tactic, paradigm, knowledge, recommendations, technique, rule, technology, standard, module, prescription, line of conduct.

Криминалистическая тактика как самостоятельный раздел появилась в структуре криминалистики в 60-е гг. прошлого века. Вначале она называлась следственной тактикой, а до этого в криминалистических работах обозначалась словосочетанием «уголовная тактика».

Становлению криминалистической тактики как самостоятельного раздела криминалистики предшествовали длительные дискуссии среди криминалистов. В ее формировании и развитии на первоначальном этапе большую роль сыграли работы А. Н. Васильева, А. И. Винберга, Р. С. Белкина, В. П. Колмакова, А. Н. Колесничен-ко, В. Е. Коноваловой, В. И. Попова и других ученых-криминалистов. Особый вклад в ее становление и развитие внес заведующий кафедрой криминалистики юридического факультета МГУ профессор А. Н. Васильев. Докторская диссертация, которую он защитил в 1960 г., так и называлась «Основы следственной тактики». В ней подводятся итоги многолетним творческим исследованиям А. Н. Васильева, многочисленным публикациям и довольно напряженной

* remedis.mac@gmail.com

1 Парадигма (от греч. — paradeigma — пример, образец) — строго научная теория, воплощенная в системе понятий, выражающих существенные черты действительности; исходная концептуальная схема, модель постановки проблем и их решения, методов исследования, господствующих в течение определенного исторического периода в научном сообществе (Советский энциклопедический словарь. М., 1985. С. 963).

полемике2, которую ему пришлось вести, чтобы утвердить следственную тактику как один из важных самостоятельных разделов криминалистики3.

Позднее, подчеркивая особую роль следственной тактики, он напишет: «Следственная тактика является сердцевиной криминалистики и ее основной движущей силой как главное "думающее устройство" в криминалистике, от которого в определенной зависимости находятся другие разделы криминалистики... Следственная тактика — это метод действий в расследовании для достижения цели, рассчитанный на оптимальный эффект при относительно минимальной затрате времени и сил»4.

Основные положения следственной тактики формировались, включались в следственную деятельность на протяжении длительного времени по мере накопления опыта борьбы с преступностью. В лучших из них, самых эффективных отражались здравый смысл, практическая сметка, житейский опыт, мудрость человечества. Они опирались на психолого-логические обоснования рациональности различных способов, средств установления преступлений и лиц, их совершивших. Первые описания приемов проведения некоторых следственных действий уже содержались в древних источниках права различных государств. Некоторые особенности допроса свидетелей описывались, например, в сборнике Ману, относящемуся к V в. до н.э., в индийском комментарии к нему, а также в правовом источнике того же периода Нарады. В них, в частности, указывалось, как выбирать свидетелей, достойных доверия, и по каким признакам можно сделать вывод о лжесвидетельстве5.

Начиная с XVII в. в отечественной правовой литературе стало формироваться представление о порядке и некоторых определенных методах раскрытия и расследования преступлений. Так, в работе И. Т. Посошкова «О скудости и богатстве», изданной в 1724 г., наряду с изложением условий и правил отправления судопроизводства описывались отдельные приемы инквизиционного розыска. Позднее в 30-40-е гг. XIX в. в правовой литературе одновременно с изложением процессуальных процедур стали более обстоятельно рассматриваться приемы и рекомендации по проведению ряда следственных действий. Так, в 1831 г. в Санкт-Петербурге в издательстве А. Смердина было отпечатано «Руководство по следственной

2 См.: Советская криминалистика на службе следствия. Вып. 7. М., 1956.

3 Васильев А. Н. Основы следственной тактики: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1960.

4 Криминалистика: Учебник / Отв. ред. А. Н. Васильев. М., 1971. С. 250-251.

5 См. об этом: Порубов Н. И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. Мн., 1973. С. 32-34.

части»6, в котором описывались весьма приближенные к тактико-криминалистическим конкретные положения и рекомендации по проведению допросов, очных ставок, освидетельствования и других действий.

Особенно показательна в плане содержания некоторых исходных тактико-криминалистических положений изданная в 1846 г. в Санкт-Петербурге работа под названием «Основные формы уголовных следствий, вообще принятые при их производстве». Под ее заголовком написано «собраны Д. Долговым»7. В ней содержатся не только определенные процессуально-тактические положения, но и прилагаются конкретные, отработанные на практике расследования преступлений формы протоколов таких следственных действий, как обыск, «розыск» к открытию следов, улик, на которых «основаны обвинения», «спросы» (допросы), «свидетельство» в смысле «освидетельствования» ко «всякому найденному телу, от какой бы причины смерть ему не последовала, насильственной или случайной». В этом же разделе содержится еще одно существенное тактико-криминалистическое положение: «Когда обвинительным фактом против подсудимого служат какие-либо знаки, например следы ног на песке или снеге, то следователь должен их сличить с обувью или голой ступней подсудимого или подозреваемого в преступлении и об открывшемся составить свидетельство». Там же содержится рекомендация о порядке сличения подписей, когда «против подсудимого обвинительным или оправдательным фактом будет подпись руки его на чем-либо, от которой он отопрется». А в параграфе 50 записано следующее очень важное и для современного уголовного судопроизводства условие: «Всякое свидетельство, кроме растления и у живых женщин закрытых частей тела, должно быть производимо в присутствии четырех понятых.; они предварительно приводятся к присяге» (с. 105-106)88. Характерно, что некоторые положения современной тактики обыска уже отмечены в этой работе: «Как главное условие обыска есть то, чтобы отыскать скрытое или утаенное, то следователь должен стараться приступить к нему без малейшей огласки, внезапно». «Следователь приступа-

6 Смердин А. Руководство по следственной части. Спб., 1831.

7 Основные формы уголовных следствий, вообще принятые при их производстве. Собраны Д. Долговым. Спб., 1846 // Вестник криминалистики / Отв. ред. А.Г. Филиппов. 2009. Вып. 1 (29). С. 99-114. Далее по тексту в скобках указаны страницы из данной публикации.

88 Заметим, что такое весьма важное условие, обеспечивающее и доказывающее объективность проводимого расследования, значительно ослаблено введением в ст. 170 УПК РФ положения о том, что в определенных законом случаях понятые участвуют в следственных действиях по усмотрению следователя. В условиях нынешней коррупционной составляющей подобное нововведение может иметь только отрицательный результат.

ет к обыску только тогда, когда против того лица, у которого обыск предполагается, есть доносчик, истец или достаточные улики, чтобы предполагать скрытие у него отыскиваемого». Здесь же перечисляются и ситуации, когда «вообще обыски надо делать» (с. 103—104).

В основаниях уголовных следствий значительное внимание уделялось допросу, который тогда обозначался словом «расспросы». Предусматривались расспросы «доносчика или истца», «подсудимого, оговариваемого или в преступлении подозреваемого», «прикосновенного к делу» («кто есть ни свидетель, ни ответчик, например родственник подсудимого, в преступлении с ним не участвовавший и даже о нем не знавший»).

Полезные соображения тактического характера содержатся и в следующих позициях: «Свидетелей надо спрашивать вопросами, предварительно составленными из тех обстоятельств дела, которые им по чьей-либо ссылке могут быть известны». «Если в ответах спрошенных под присягою свидетелей будет разноречие, то надо дать им очные ставки» (с. 108). Очные ставки «лучше давать вслед за спросами тех, о показаниях которых об одном обстоятельстве вышло разноречие, это облегчает и следователя, и то судебное место, которое будет рассматривать произведенное им следствие» (с. 109).

В основах уголовных следствий особое значение придается выделению общих положений. Такое выделение можно рассматривать как обозначение уже тогда одного из основных признаков тактических положений. Об этом записано так: «По всем родам уголовных преступлений общие формы производства следствий одни и те же; частные же изменяются условно, смотря по роду преступления или происшествия» (с. 103). Указание на общие формы уголовных следствий является тем специфическим признаком, который позволяет отграничить тактические положения от других разделов криминалистики. Стремление к обеспечению всесторонности производимых следствий, разумность, дальновидность излагаемых положений усматривается и в следующей записи: «Для уголовных следствий важны бывают и частные сведения; их указывает ход самого дела, и они как случайные не могут быть положительно (т.е. заранее. — Е.Ц.) определены. Вообще к ним принадлежит все то, на что есть хотя малейшая ссылка по делу или что может разъяснить, раскрыть, подтвердить или опровергнуть что-либо, уже открытое по следствию» (с. 100).

Особое внимание в изложении основных форм уголовных следствий придавалось оценке, проверке, специальному исследованию получаемых от подсудимого сведений. Здесь предусматривались три вида таких допрашиваемых — «подсудимый, оговариваемый или в преступлении подозреваемый». «Если подсудимый будет оговаривать кого-нибудь в участии, то со всею точностью следователь должен открыть

розыском, заслуживает ли доверия оговор, могут ли оговариваемые по образу жизни своей быть участниками преступления» (с. 105).

Особая примечательность этих положений, как верно подмечено Е. П. Ищенко, заключается в том, что в них нет ссылок на конкретные нормы процессуального права9. Следователь здесь предстает не как лицо, наделенное соответствующими уголовно-процессуальными полномочиями, а как должностное лицо, расследующее криминального характера деяния, которые признаны общественно опасными и за которые установлена уголовная ответственность. И следователь пока еще производит расследование не на основании определенных, установленных уголовно-процессуальным законом положений, а в соответствии с образовавшимися на практике приемами и методами следственной деятельности.

В «основных формах уголовных следствий» обозначены достаточно ёмко и ясно «приземленные» цели и задачи, на достижение которых должны быть направлены криминалистические и особенно тактико-криминалистические теоретические и практического характера разработки. В них отображены самые элементарные типовые, т.е. повторяющиеся, ситуации расследования. Тактический смысл этих положений заключается в том, чтобы разрабатываемый инструментарий криминалистического и тактико-криминалистического характера мог: 1) оказать действенную помощь следствию в исследовании происшедшего события, определить, является ли оно криминальным; 2) помочь разыскать, установить виновное лицо; 3) и при этом проверить, удостовериться, убедиться в том, что выявленный в ходе следствия подозреваемый (подсудимый) в силу разных причин не оговорил себя либо кого-либо другого; 4) и действительно ли он является тем самым лицом, которое совершило данное преступное деяние.

Нужно отметить, что сам термин «тактика» появился в криминалистических публикациях несколько позднее самого понятия «криминалистика». Одной из первых работ, посвященных непосредственно тактике, считается работа немецкого ученого Альберта Вейнгарта. Она была опубликована в 1912 г. в Санкт-Петербурге под названием «Уголовная тактика. Руководство к расследованию преступлений». В предисловии к ней А. Вейнгарт написал: «.в борьбе с преступностью, как и на войне, — прежде всего необходимы: энергическая деятельность, проявление личной инициативы и быстрота. Но, приступая к расследованию с возможной поспешностью, отнюдь не следует действовать необдуманно и наугад. Расследование каждого преступления, а в особенности важных — должно вести по опреде-

9 Ищенко Е. П. К вопросу о первоистоках криминалистики // Вестник криминалистики. 2009. Вып. 4(32). С. 11.

ленному методу, систематически и по выработанному плану... Книга эта имеет целью служить руководством по составлению подобных планов расследования и их выполнения. Она должна дать криминалисту-практику все то, вместе взятое, что стратегия и тактика дают военному. Вот почему я и называю это руководство к методическому расследованию преступлений — "уголовной тактикой"».

В этой работе Вейнгард излагает порядок и особенности производства допроса, ареста, осмотра, обыска, некоторых оперативных мероприятий, отдельные приемы исследования вещественных доказательств.

В содержание тактики уже изначально вкладывались следующие очень важные ее элементы — проявление личной инициативы (предприимчивости), следование определенному методу, обеспечение быстроты, оперативности, систематичности, организованности, плановостирас-следования преступлений. Обобщая эти особенно важные составляющие эффективной практической деятельности, можно отметить следующее. Чтобы преуспеть в своем деле, надо действовать оперативно, т.е. без промедления, быстро, но помнить поговорку «поспешай медленно». А это значит: действуй обдуманно, по плану, систематично, организованно.

В качестве основных задач тактики назывались: изучение наилучших приемов проведения отдельных следственных действий, их наиболее целесообразной последовательности.

Однако с точки зрения криминалистического понимания тактика это не просто совокупность средств, приемов и способов достижения цели, а система наиболее рациональных, целесообразных, оптимальных действий — средств, приемов и способов подготовки и осуществления следственной деятельности, направленной на раскрытие, расследование и предупреждение преступлений. И это не просто линия поведения кого-либо, а наиболее эффективная, соответствующая определенным реальным условиям линия поведения лица, осуществляющего расследование.

По существу, слово «тактика» чаще всего используется, когда мы встречаемся с такими видами деятельности, в которых имеются противоречия, столкновения, соперничество, несовпадения интересов различных лиц, групп, организаций, социальных структур. В этом противоречии, противоборстве, соревновании, конкуренции интересов каждая из взаимодействующих сторон стремится выиграть, победить, решить свои проблемы вопреки интересам и даже за счет интересов другой стороны.

Наиболее рациональные и целесообразные способы, приемы и средства осуществления деятельности, оптимальный образ действий, наиболее эффективная линия поведения в непростых, сложных взаимо-

действиях и взаимоотношениях людей и подразумевается под словом «тактика».

Выделяются тактики военная, спортивная, коммерческая, предпринимательская. Под военной тактикой подразумевают тактику подготовки и ведения конкретного боя, локального сражения. В спорте слово «тактика» используется, когда в спортивных соревнованиях выстраивается определенная линия защиты и нападения и такое сочетание различных приемов спортивной борьбы, которое должно обеспечить победу над противником. Известно, что в основе предпринимательской, коммерческой деятельности лежит острое соперничество, стремление превзойти конкурирующие структуры в решении специфических задач того или иного вида деятельности. Здесь большую роль играет не только отличное знание рыночных отношений, финансовых институтов, соответствующего инструментария, но еще и умение находить в особых правовых условиях и конкретных ситуациях наиболее эффективные решения. В тактике предпринимательской, как и в любой иной деятельности, для достижения успеха, кроме того, нужны еще и волевые усилия, особое интеллектуальное напряжение, позволяющее успешно решать возникающие довольно сложные задачи. При равных условиях в конкурентной борьбе, как и в спорте, побеждают не просто сильнейшие или более высокого уровня профессионалы, а те, кто способен еще и к проявлению в заданных условиях особых волевых усилий, обладает достаточно сильной внутренней энергией, обеспечивающей принятие и реализацию наиболее рациональных решений. Как отмечал А. Р. Ратинов, с психологической стороны следственная тактика в значительной части представляет собой борьбу психологий взаимодействующих, участвующих в деле лиц: их интеллекта, воли, характера, нравственных принципов10.

В криминалистической литературе встречается еще и такое понятие, как криминалистическая стратегия. Однако этот термин нередко используется не в его истинном значении, а лишь для того, чтобы подчеркнуть особую значимость всей совокупности основных приемов деятельности для достижения какой-либо конкретной конечной цели11. Если тактика изначально понималась как искусство ведения боя, наука о ведении боя, то стратегия — это искусство ведения войны, наука ведения войны, искусство руководить действиями какого-нибудь значительного по составу коллектива для достижения общих, главных целей в его борьбе с противником. Стратег (греч. stratëgos) —

10 Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей: Учеб. пособие. М., 1967.

С. 55.

11 Например, одна из публикаций называлась «Стратегия и тактика в структуре следственного действия» (см.: Криминалистические чтения, посвященные 100-летию со дня рождения профессора Б. И. Шевченко: Тезисы выступлений. М., 2004. С. 46).

человек, владеющий искусством руководить действиями масс, коллектива; полководец, знаток искусства ведения войны, военачальник, главнокомандующий12. С учетом такого понимания термин «стратегия» не вполне подходит, когда говорят о стратегии расследования какого-либо конкретного преступления. И уж совсем неверно писать, как это подчеркнуто в одной из кандидатских диссертаций по психологии, о стратегии допроса. Термин «стратегия» будет уместен, например, когда идет речь о борьбе с организованной преступностью, борьбе с преступностью несовершеннолетних, расследовании криминальной деятельности какого-либо конкретного значительного, сложного по структуре, составу преступного сообщества.

Из наших отечественных криминалистов первым использовал термин «уголовная тактика» профессор Иван Николаевич Якимов (с 1950 г. первый заведующий кафедрой криминалистики юридического факультета МГУ). Он рассматривал ее как самостоятельную часть криминалистики. «Следственная тактика, писал И. Н. Якимов, — система целесообразных способов преследования преступника для его задержания и обезвреживания»13. В 1925 г. им была опубликована работа, которая называлась «Криминалистика. Руководство по уголовной технике и тактике». Со временем содержание тактики существенно изменилось. В работе под названием «Техника и методика расследования преступлений», опубликованной в 1934 г., ее авторы С. А. Голунский и Г. К. Рогинский рассматривали уголовную тактику как раздел криминалистики, в котором изучаются тактические приемы расследования, и в частности как правильнее и целесообразнее производить отдельные следственные действия, с чего начать расследование и как его закончить, как расположить все следственные действия в их взаимной связи14.

В процессе развития криминалистики уточнялись, корректировались понятие, содержание, система криминалистической тактики, ее категориальный аппарат. При этом выделялись самые основные, существенные признаки ее общих научных положений, рекомендаций, особых предписаний, тактических установлений, правил и приемов: рациональность, оптимальность, эффективность, целесообразность, как обеспечивающих наилучшим образом тактическую сущность следственной деятельности. Например, А. Н. Васильев в самых первых определениях тактического приема отмечал, что «это наиболее целесообразный подход (метод, способ) к правильной организации

12 Толковый словарь русского языка / Под ред. Д. Н. Ушакова. Т. 4. М., 1940. С. 548; Словарь иностранных слов. М., 1986. С. 475.

13 Якимов И. Н. Практическое руководство к расследованию преступлений. М., 1924.С. 117.

14 Голунский С. А., Рогинский Г. К. Техника и методика расследования преступлений / Под ред. М. С. Строговича. М., 1934. Вып. 1. С. 5.

и проведению расследования в целом по делу, а также в отдельных действиях, обеспечивающий эффективность и быстроту разрешения задач всего расследования или данного действия»15. Все отмеченные четыре основных признака являются этимологически близкими, однако не совпадающими по смыслу, и характеризуют криминалистическую тактику в ее разных ракурсах.

Рациональность — рациональный (лат. тйопаГм — разумный) — разумно обоснованный; оптимальность — оптимальный (лат. орйтш — наилучший) — наиболее благоприятный, наилучший; эффективность — эффективный (лат. — действие, результат чего-либо; сильное впечатление, производимое от кого-либо, кем-либо, чем-либо; следствие каких-либо причин; средство, прием для создания определенного впечатления), производящий впечатление, дающий определенный эффект, действенный, впечатляющий16; целесообразность — целесообразный — в буквальном смысле соответствующий поставленной цели (производное от слова «цель»). Цель может пониматься как осознанный образ предвосхищаемого результата, который приобретает побудительную силу, начинает направлять действие и определять выбор возможных способов осуществления действия, деятельности17.

При всм при этом есть еще один весьма существенный признак, отличающий, характеризующий научные положения криминалистической тактики. Его выделение обусловлено тем, что в принципе любая следственная деятельность в процессе расследования преступлений должна соответствовать перечисленным признакам, т.е. быть рациональной, оптимальной, целесообразной, эффективной. А специфическим, весьма существенным признаком криминалистической тактики является то, что она разрабатывает и аккумулирует наиболее общие положения, относящиеся к организационно-плановым началам расследования, приемам, способам, средствам осуществления следственных действий, линии поведения лиц, производящих расследование. В эти общие положения обычно не включаются специфические признаки следственных действий, следственной деятельности при расследовании преступлений определенного вида, группы, рода. Например, тактикой разрабатываются самые общие приемы допроса, осмотра, обыска и не выделяется специфика их проведения по делам об убийствах, криминальных автодорожных происшествиях, кражах, разбоях и т.п. Особенности производства этих и других

15 Васильев А. Н. Следственная тактика и ее место в системе криминалистики // Советская криминалистика на службе следствия. Вып. 15. М., 1961. С. 281.

16 Словарь иностранных слов. С. 418, 348, 595.

17 Психология: Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. М., 1990. С. 440.

следственных действий, обусловленные конкретным характером совершенного криминального деяния, излагаются в соответствующих методиках расследования отдельных видов преступлений.

В криминалистической литературе пока еще не сложилось общепризнанного определения криминалистической тактики и продолжаются дискуссии по поводу понятий тактического приема, тактической рекомендации и соотношения этих понятий. Преобладающее значение имеет мнение о том, что криминалистическая тактика — это система рекомендаций о наиболее целесообразных, рациональных приемах производства следственных действий и процесса расследования. Все же следует признать, что содержащееся в этих определениях суждение о том, что в криминалистической тактике в основном содержатся рекомендации о способах действий в тех или иных ситуациях, не вполне точное. Чтобы разобраться в этом, стоит еще раз взглянуть на историю становления положений криминалистики и ее связи с уголовным процессом.

Становление и развитие тактико-криминалистических положений происходило не в полном смысле параллельно формам уголовно-процессуального права, а во взаимосвязи, определенном их единстве. Об этом как раз и свидетельствуют рассмотренные выше «основные формы уголовных следствий». Разграничение положений уголовного процесса и криминалистики осуществлялось за счет включения в формальное право (уголовно-процессуальный закон) тех способов следственных действий, которые в силу их рациональности, оптимальности, целесообразности являли необходимость следования им в обязательном порядке во всех основных ситуациях расследования. Разумеется, не все из них вошли в уголовно-процессуальное право, поскольку развитие процессуальных норм определяется еще и своими внутренними закономерностями — в закон включается лишь то самое характерное, что определяет содержание процессуальной нормы применительно к каждому конкретному следственному действию. Включение в процессуальный закон разработанных криминалистикой приемов проведения отдельных следственных действий привело к появлению точки зрения о том, что эти приемы не утратили своего тактико-криминалистического характера и их необходимо считать криминалистическими. Как отмечали авторы этого мнения, «обязательность или необязательность тактического приема не определяет его сущности. Обязательность есть выражение оценки тактического приема законодателем как наиболее эффективного средства расследования в данном случае18. Однако обязательность содержа-

18 Белкин Р. С., Винберг А. И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М., 1973. С. 92; Криминалистика: Учебник / Т. В. Аверьянова, Р. С. Белкин, Ю. Г. Ко-рухов, Е. Р. Россинская. М., 2008. С. 445.

щегося в законе определенного способа производства следственного действия и обязательность выполнения тактических приемов, не вошедших в уголовно-процессуальный закон, — совершенно разные категории. Бесспорно, несоблюдение последних в процессе расследования не влечет за собой непосредственно каких-либо негативных в процессуальном плане последствий19. Однако вряд ли стоит считать принадлежащими криминалистике те приемы, методы и средства, которые вошли в процессуальный закон. Они не могут принадлежать криминалистике, поскольку являются частью закона. Претензии на этот счет могут внести лишь путаницу в разграничение теоретических и иных положений уголовно-процессуальной и криминалистической наук. Как вполне справедливо заметил в свое время профессор А. Н. Васильев, в криминалистике и без этих, вошедших в уголовно-процессуальный закон приемов, методов и средств, достаточно других тактико-криминалистических положений.

Разумеется, сам факт включения в уголовно-процессуальный закон тех или иных тактических положений является важным свидетельством результативности криминалистических разработок. Однако ошибочно считать, что фактор обязательности или необязательности тактического приема не определяет его сущность. Именно подобное мнение и обусловило сложившееся в криминалистической тактике суждение о том, что все ее приемы имеют рекомендательный характер. А это далеко не так.

Многие приемы, разработанные криминалистической тактикой, приобрели в силу своей рациональности, целесообразности и оптимальности по отношению к типовым ситуациям, складывающимся в процессе расследования и производства отдельных следственных действий, характер необходимости их обязательного выполнения. Такие обязательные для выполнения в ходе следствия тактические положения давно известны. Они могут относиться к самым общим положениям тактики либо к тактике проведения конкретных следственных действий. Так, например, выдвинутые по делу следственные версии должны обязательно проверяться одновременно, а не последовательно одна за другой. Здесь отсутствует какой-либо выбор для следователя. Единственное возможное допущение при этом заключается в следующем. Из всех выдвинутых при данных обстоятельствах версий следователь может отдать предпочтение какой-либо одной из них, но при условии, что он сможет либо будет иметь

19 Все же и в подобных случаях стоит говорить, что если следователь не использовал тактические рекомендации, тактическое установление, правило в ситуации, где это было необходимо, и не получил должного результата, допустим, не сумел раскрыть преступление, то опосредствованно он не выполнил в силу своего непрофессионализма задач, установленных ст. 6 УПК РФ.

возможность проверить одновременно, параллельно с ней и все остальные версии. Одновременная проверка всех версий возможна лишь тогда, когда по каждой из них на самом первоначальном этапе расследования намечены и будут своевременно проведены все неотложные следственные действия. В подобной ситуации у следователя нет никакого иного выбора кроме как выполнить данное тактическое положение (тактическое установление). Невыполнение его приведет к тому, что если следователь увлечется проверкой какой-либо одной версии и далее, если она не подтвердится, будет проверять их одну за другой, то в результате упущенного времени, скорее всего, не сможет раскрыть преступление либо в полной мере установить истину по делу.

И выделяемый в криминалистической литературе такой признак тактического приема, как избирательность, под которым в последнее время стала пониматься свобода выбора приема, имеет ограниченный характер и может иметь отношение только к определенному кругу следственных действий и складывающимся в процессе расследования ситуациям20. Например, в ситуациях допроса подозреваемых (обвиняемых) тактикой принято выделять три типовые ситуации: первая — когда недостаточно доказательств, изобличающих то или иное лицо в совершении преступления, что чаще всего соответствует допросу подозреваемого; вторая — когда в доказательствах имеются существенные пробелы; третья — когда доказательств достаточно для изобличения лица в совершенном преступлении. С учетом этих ситуаций тактикой разработаны и предложены следственной практике системы различных приемов. На их основе следователь с учетом складывающейся ситуации, личных особенностей допрашиваемого, характера и объема имеющихся доказательств, своих профессиональных возможностей осуществляет при допросе выбор тех приемов, которые, на его взгляд, представляют имеющиеся доказательства наиболее весомыми и убедительными. И здесь результативность его действий будет зависеть еще и от профессионального знания и умелого использования совокупности тех приемов, которые разработаны и рекомендуются тактикой допроса. В подобных ситуациях, что верно подмечено А. Н. Васильевым, прием действительно предстает как «научная рекомендация, к применению которой следователь подхо-

20 Признак избирательность был в свое время предложен А. Р. Ратиновым совсем в ином понимании — для обозначения наряду с такими условиями, как законность и этичность, пределов допустимости средств психического воздействия. По мнению А. Р. Ратинова, избирательность средств психического воздействия заключается в том, «чтобы они давали положительный эффект только в отношении лица, скрывающего правду, препятствующего установлению истины, и были бы нейтральны в отношении незаинтересованных лиц» (Ратинов А.Р. Указ. соч. С. 168).

дит творчески, имея возможность выбора, руководствуясь оценкой следственной ситуации и соображениями целесообразности»21.

Однако даже при производстве допроса имеются ситуации, когда следователю необходимо действовать только так, как это предписывает криминалистическая тактика. Если следователь пренебрежет конкретным тактическим положением, не выполнит содержащегося в нем предписания о том, как наиболее целесообразно действовать в той или иной ситуации, он может потерять доказательство и возможность установления истины по делу.

Например, криминалистической тактикой предписывается в начале самого первого допроса подозреваемого обязательно спросить его об алиби, чтобы помешать ему позднее с помощью защитника либо других лиц придумать более правдоподобное объяснение того, где он находился в момент совершения преступления. А подозреваемого в совершении сексуального посягательства, кроме того, необходимо еще обязательно на первом допросе спросить о его сексуальных контактах, обстоятельствах его интимной, половой жизни, чтобы он потом не заявил ложно о своей импотенции. Получение таких сведений позволит избежать в последующем необходимость назначения медико-сексологической экспертизы для выяснения вопроса, а действительно ли он страдает импотенцией. Обязательность выполнения этого тактического правила обусловлена еще и тем, что такая экспертиза обычно дает не категорическое, а вероятное заключение.

Тактикой также разработан набор конкретных действий и приемов, позволяющих проверить, нет ли в показаниях подозреваемого, обвиняемого самооговора или же оговора других лиц в криминальном деянии, к которому они не причастны. В систему этих приемов включаются: 1) детализация показаний допрашиваемого об обстоятельствах расследуемого события применительно к определенному месту, где произошло преступное событие; 2) проверка его алиби и алиби тех лиц, которых он изобличает в своих показаниях22; 3) тщательный детализированный допрос указанных им свидетелей, которые, как он заявляет, могут подтвердить его ссылку на алиби; 4) проведение при необходимости проверки показаний на месте как подозреваемого, так и тех лиц, на которых он ссылается; 5) сопоставление полученных данных с другими имеющимися доказательствами, а также с теми доказательствами, которые могут быть получены позднее, и т.п. Использование перечисленных приемов является не только желательным, но и крайне необходимым. Тактические положения об этом уже не будут носить характер рекомендации. Они могут и должны рассматривать-

21 Криминалистика. М., 1971. С. 255.

22 Об особенностях проверки алиби см.: Питерцев С. К., Степанов А. А. Тактические приемы допроса: Учеб. пособие. СПб.,1998. С. 28-30.

ся как тактические установления — тактические правила, поскольку невыполнение их чревато недостижением истины по делу и вполне возможным привлечением к уголовной ответственности невиновных.

К тактическим правилам следует отнести и содержащееся в рассмотренных выше «Основных формах уголовных следствий» следующее положение, относящееся к допросу: «При спросе по одному делу нескольких человек, преступников или подозреваемых в преступлении, следователь не должен допускать сношений между спрошенными с неспрошенными еще; в противном случае первые могут условно направить ответы последних и тем уничтожат средства к раскрытию истины»23. Примерно такое же правило было выведено в криминалистической тактике по поводу допроса свидетелей. И здесь сложилась очень интересная ситуация, которая подтверждает то обстоятельство, что нередко разработанные криминалистами наиболее целесообразные процедуры, порядок, последовательность, алгоритм проведения тех или иных следственных действий воспринимаются законодателем как носящие обязательный характер и включаются в качестве нормативного правила в уголовно-процессуальный закон как дополнение к тем нормативного характера способам действий, которые были включены ранее. Так, предложенное криминалистами правило о том, что свидетели по одному и тому же делу должны допрашиваться порознь и в отсутствие других свидетелей в свое время вошло в уголовно-процессуальный закон — ст. 158 УПК РСФСР. Там же было записано, что при этом следователь принимает меры к тому, чтобы свидетели, вызванные по одному и тому же делу, не могли общаться между собой. В нынешнем УПК РФ такая норма отсутствует. Поэтому содержавшиеся в ст. 158 УПК РСФСР положения приобретают ныне характер не нормативного, а всего лишь того тактико-криминалистического правила, несоблюдение которого хотя теперь не имеет процессуальных последствий, но однако по-прежнему чревато серьезным ослаблением доказательственной ценности полученных по делу свидетельских показаний, поскольку не исключено, что свидетели, общаясь друг с другом перед допросом, могут потом в своих показаниях вольно либо невольно для себя воспринять и передать сведения, услышанные от других лиц.

В процессе расследования необходимо учесть некоторые обязательного характера тактические процедуры, предписания, установления, относящиеся и к другим следственным действиям. Так, результативность предъявления для опознания во многом зависит от объективных и субъективных факторов, сопровождавших восприятие внешних

23 Основные формы уголовных следствий, вообще принятые при их производстве. Собраны Д. Долговым. С. 101.

признаков каких-либо лиц и предметов. Учитывая данное обстоятельство, следователь должен подготовить опознающего психологически к некоторым стрессовым элементам ситуации предъявления для опознания. Это как раз и есть то самое предписание, которому надо следовать почти всегда, чтобы эмоционально значимая чаще всего для потерпевшего либо свидетеля-очевидца обстановка не помешала результативности проводимого следственного действия. При этом следует учесть, что некоторые потерпевшие, свидетели-очевидцы и др. могут умышленно не опознать виновного в силу возникшей жалости к этому лицу, который в условиях содержания под стражей выглядит не по-геройски жалким и нередко даже «забитым»-приниженным. В число обязательных условий, которые следователю при этом необходимо учесть, входит и возможность производства так называемого «встречного опознания», когда оба лица готовы и могут опознать друг друга. В качестве уже не правил, а лишь рекомендаций здесь могут выступать предлагаемые тактикой различные способы проведения встречного опознания, что действительно выбирается следователем с учетом различных обстоятельств, условий, складывающихся по делу.

В тактико-криминалистической литературе уже давно подробно описываются процедуры проведения отдельных следственных действий. По существу, это своеобразная программа, алгоритм, включающий в себя не один какой-либо тактический прием, а их целую систему, в которой излагаются приемы, используемые при подготовке, проведении и фиксации конкретного следственного действия. Их достаточная отработанность на практике, определенная последовательность проведения, детальное описание дают основание утверждать, что это уже не рекомендации, а своеобразная технология следственного действия, которой надо следовать, чтобы не утратить должных оснований для успеха расследования. На современном этапе важное значение для следственной практики приобретает разработка определенных тактико-криминалистических стандартов, в которых бы четко описывались технологии исследования и проведения тех или иных элементов, модулей (составных частей) следственных действий. К таким тактико-криминалистическим стандартам относится, например, определенная совокупность уже разработанных правил, которым необходимо следовать при осмотре угнанного, брошенного после криминального события транспортного средства (обязательное участие специалистов для выявления дактилоскопических, биологических следов на ручках с внешней и внутренней стороны, рулевом управлении, тормозной системе и других поверхностях салона автомобиля, фиксация одорологических и микроследов на обшивках сидений и т.д.). Алгоритмическая программа технологии включает описание цели следственного действия, задач, решаемых на опреде-

ленном его этапе, конкретных средств, приемов, порядка, последовательности их проведения и всего процесса их реализации24.

Например, при осмотре места происшествия выделяются четыре стадии его проведения: подготовительная, обзорная (ориентирующая), детального исследования, стадия фиксации. На каждой из этих стадий решаются свои задачи, которые направлены на достижение основной цели — выявить, зафиксировать имеющиеся следы, особенности и основные элементы обстановки места происшествия. В рамках алгоритмической программы предусматриваются и некоторые основания для следственного маневра — возможность выбора при определении границ осмотра точки начала движения, выбора методов пространственного охвата обследуемой территории. Однако этот маневр все же в определенной степени ограничен. Так, следователь на стадии детального исследования и фиксации его результатов должен вначале использовать статический метод, т.е. не изменять положения отдельных объектов, а уже потом динамический. К тому же при производстве осмотра надо обязательно учитывать возможность инсценировок, к которым может прибегнуть преступник с целью уйти от ответственности. Специфическим правилом является крайняя нежелательность по делам об убийствах, разбоях и других тяжких и менее тяжких насильственных преступлениях, а также кражах производить первоначальный осмотр места происшествия с участием подозреваемого, обвиняемого. Нарушение данного предписания чревато потерей в дальнейшем возможности проведения такого важного с точки зрения проверки виновности конкретного лица следственного действия, как проверка показаний на месте25.

Тактика проведения обыска также предполагает обязательное следование некоторым правилам его проведения. Как уже отмечалось, надо обеспечить скрытность начала обыска и внезапность его произ-

24 Термин «технология» предложен профессором В. А. Образцовым. В определяемом им понятии криминалистики технология рассматривается как один из основных ее элементов: «Криминалистика — это наука о технологии и средствах практического следоведения (поисково-познавательной деятельности) в уголовном судопроизводстве» (Криминалистика / Под ред. В. А. Образцова. М., 1997. С. 5; Корма В. Д., Образцов В. А. О криминалистической трактовке понятия технологии // Бюллетень Международной ассоциации содействия правосудию (МАСП). 2013. № 1 (7). С. 58-62; Корма В. Д. Криминалистическая технология: проблемы и пути их решения (две статьи) // Вестник криминалистики. 2013-2014. Вып. 4(48)-1(49)). Термин «технология» используется, правда, без соответствующего подробного разъяснения и в известном учебнике «Криминалистика», подготовленном Т. В. Аверьяновой, Р. С. Белкиным, Ю. Г. Коруховым, Е. Р. Россинской (С. 528, 549, 637, 642-645). В работе «Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня» (М., 2001) Р. С. Белкин, рассматривая понятие «технология», отмечает: «...это наиболее целесообразный и эффективный способ осуществления неких трудовых операций в должной последовательности, когда исполнителю не оказывается противодействия» (с. 84).

25 Криминалистика: Учебник / Под ред. Н. П. Яблокова. М., 2010. С. 444.

водства. Разработаны специальные приемы тактики проникновения в помещение, его начала. В процессе обыска необходимо обеспечить наблюдение за обыскиваемым, учитывать изменения его психического состояния, использовать прием под названием «словесная разведка», а при поиске тайников использовать новейшие технические средства и при этом обращать внимание на некоторые характерные признаки тайников и т.п.26

Изложенные позиции убеждают в том, что в основе понимания сущности криминалистической тактики лежат не только тактические рекомендации либо тактические приемы. Структурное содержание тактики гораздо сложнее, и она основывается не только на рекомендациях. Сущность криминалистической (следственной) тактики определяет сложное сочетание приемов, рекомендаций, установлений, носящих характер подлежащих обязательному следованию тактических правил, предписаний, технологий, процедур, тактико-криминалистических знаний, которые ради обеспечения успешности следствия надо в определенных ситуациях непременно учитывать и выполнять.

На современном этапе своеобразной парадигмой криминалистической, следственной тактики является не рекомендательный характер ее тактических положений, а необходимость следования тактическим установлениям как определенному обязательному условию, обеспечивающему результативность следственной деятельности. Сведение сущности тактики к рекомендациям ослабляет важность ее научно-практических положений, поскольку создает впечатление о необязательности использования разработанных ею самых рациональных, целесообразных, оптимальных, эффективных приемов, средств, способов деятельности, эффективной линии поведения, накопленных специфических знаний. Если все изложенное попытаться представить в виде понятия, то тогда определение криминалистической тактики будет выглядеть следующим образом.

Криминалистическая тактика — это система наиболее общих научных положений, опирающихся на результаты изучения закономерностей преступной деятельности, обобщение следственной практики, данные юридических и иных специальных наук, на основе которых разрабатываются и аккумулируются специальные знания, организационно-плановые начала, наиболее рациональные, целесообразные, оптимальные приемы, правила, установления, технологии, стандарты, предписания и рекомендации по определению наиболее эффективной линии поведения и способам осуществления конкретных следственных и судебных действий в специфических ситуациях, возникающих в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

26 Там же. С. 472-485.

При изложенном выше исходном понимании криминалистической тактики значительно теряет смысл дискуссия о соотношении тактического приема и тактической рекомендации, тем более, как верно отмечается В. Ю. Шепитько, в этимологическом понимании это разные понятия27. Каждая рекомендация, которая, по существу, есть совет, включает в себя определенный прием либо приемы — способы действий, целесообразные для использования в каких-либо конкретных ситуациях. Различия и тонкости в понимании этих двух терминов ограничены даже в теоретических рассуждениях, поскольку порой опираются лишь на некоторые стилистические неточности в определениях, даваемых разными авторами28. С точки зрения следователя, тактическая рекомендация — это все же прежде всего тот способ действий, который следует учитывать и применять в конкретных ситуациях расследования. Кроме того, в процессе расследования, как это и не покажется парадоксальным, нередко не следователь выбирает тот или иной тактический прием и принимает в связи с этим свое решение, а наличная ситуация, по существу, диктует, подталкивает его на применение того или иного способа действий в соответствии с разработанными криминалистической тактикой положениями (приемами, правилами, установлениями, технологиями, предписаниями, стандартами).

Тактический прием — это разработанные криминалистической тактикой наиболее рациональный, целесообразный, оптимальный, эффективный способ действий, порядок, процедура, последовательность, алгоритм проведения следственных действий, обеспечивающие оптимальные возможности раскрытия, расследования и предупреждения преступлений29.

Тактическое правило (тактическое установление) — это разработанное криминалистической тактикой предписание о том, как надо наиболее целесообразно, рационально, оптимально и эффективно действовать в той или иной ситуации, несоблюдение которого чревато потерей доказательственной информации и возможностей установления истины по делу.

Тактическая рекомендация — это содержащийся в криминалистической тактике совет по определению наиболее эффективной линии поведения и наиболее рациональным, целесообразным, оптимальным

27 Шепитько В. Ю. Проблемные лекции по криминалистике: Учеб. пособие. Харьков, 2012. С. 25-26.

28 См. об этом, напр.: Князьков А. С. Проблемы разграничения тактического приема и тактической рекомендации // Вестник криминалистики. 2011. Вып. 2 (38). С. 50-57.

29 При формулировании данного определения использовано в качестве основы понятие криминалистического приема, предложенного Р. С. Белкиным (см.: Криминалистика: Учебник. М., 2008. С. 45).

способам действий в специфических ситуациях, возникающих в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Тактическое предписание — это те способы действий, которые в соответствии с тактическими положениями, в частности рекомендациями и установлениями, являются настолько рациональными, целесообразными и эффективными, что обязательность их использования в следственной деятельности признается и подкрепляется соответствующими служебными распоряжениями, приказами, наставлениями, инструкциями, ведомственными и межведомственными соглашениями.

В тактико-криминалистической литературе предлагаются и другие определения тактического приема. Так, А. С. Князьков понимает под тактическим приемом «рекомендованный криминалистической наукой рациональный, законный и этический способ воздействия (выделено мной. — Е.Ц.) на материальные и идеальные объекты с целью изменения их состояния, позволяющего получить информацию, необходимую для раскрытия и расследования преступления»30. Неточность данной интерпретации тактического приема можно увидеть, если соотнести, сравнить понятия «тактическое воздействие» и «способ действия». Способ действия как понятие по объему шире понятия способ воздействия, поскольку включает в себя еще и систему иных действий, имеющих разную мотивационную направленность, а не только воздействие на те или иные объекты. Указание на способ воздействия будет верным в основном для ситуаций, когда имеется субъект или объект, оказывающий противодействие расследованию. Чаще всего такие ситуации образуются при проведении допроса лиц, не склонных в силу разных причин давать правдивые показания. Однако, например, при осмотре места происшествия, а также и при обыске, выемке осуществление воздействия не является определяющим. Главной становится задача поисковая, направленная на обнаружение и фиксацию объектов, содержащих ту или иную, значимую для расследования либо дающую основания информацию для выявления, обнаружения объектов ее содержащих. Стоит ли говорить о воздействии при выемке какого-либо документа и его осмотре? Бесспорно, есть тактические приемы, которые действительно основаны на логическом, психическом, физическом воздействии на тот или иной объект, однако такое свойство тактического приема и вообще тактических положений, тактической, следственной деятельности не является всеобъемлющим. Кроме того, могут быть ситуации, когда, наоборот, надо уклониться от какого-либо воздействия и тем самым выиграть в тактическом противостоянии. Нет воздействия в том смысле, какое

30 Князьков А. С. Концептуальные положения тактического приема. Томск, 2012.

С. 39.

вкладывает в него автор рассматриваемого определения, и при подготовке того или иного следственного действия. О воздействии можно говорить, когда осуществляется комплекс действий различного характера в целях изменения сложившейся неблагоприятной ситуации. Это можно действительно назвать воздействием на саму ситуацию либо на определяющие ее объекты. Но и это воздействие сочетается с различными способами (приемами) действий и проведением различных следственных действий, при производстве которых воздействие не носит всеобъемлющего характера. Когда мы говорим о рациональности приема, то нужно иметь в виду и ситуации, связанные с интеллектуальной, аналитической переработкой имеющейся информации. Здесь нет объекта воздействия, если, конечно, буквально не подразумевать под этим анализируемую информацию. Например, аналитическая деятельность следователя при оценке имеющейся доказательственной и иной информации, сопровождающая процесс выдвижения и проверки версий, вовсе не опирается на воздействие и имеет совершенно иную направленность. Суть тактического приема не в воздействии, а в использовании таких способов действий, включающих и воздействие, которые бы обеспечивали получение нужной для расследования доказательственной и иной информации.

Список литературы

1. Белкин Р. С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. М., 2001.

2. Васильев А. Н. Основы следственной тактики: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1960.

3. Долгов Д. Основные формы уголовных следствий, вообще принятые при их производстве // Вестник криминалистики / Отв. ред. А. Г. Филиппов. 2009. Вып. 1 (29).

4. Ищенко Е. П. К вопросу о первоистоках криминалистики // Вестник криминалистики. 2009. Вып. 4(32).

5. Князьков А. С. Концептуальные положения тактического приема. Томск, 2012.

6. Корма В. Д. Криминалистическая технология: проблемы и пути их решения (две статьи) // Вестник криминалистики. 2013-2014. Вып. 4(48)-1(49).

7. Питерцев С. К., Степанов А. А. Тактические приемы допроса: Учеб. пособие. СПб., 1998.

8. Якимов И. Н. Практическое руководство к расследованию преступлений. М., 1924.