Анализ судопроизводства на Северном Кавказе в начале ХХ века

№ 2 (27), 2008

' 'Кул ътурная жизн ь Юга России "

И. В. ЗОЗУЛЯ

АНАЛИЗ СУДОПРОИЗВОДСТВА НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ

В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

Статья посвящена рассмотрению функционирования судебных институтов Российской империи на территории Кубанской и Терской областей. Акцент делается на социально-политические причины введения института присяжных заседателей в Екатеринодарском окружном суде и отсутствии его во Владикавказском. Предлагается сравнительный анализ особенностей деятельности этих судов в начале XX века и оценка работы присяжных заседателей на Кубани.

Ключевые слова: Кубанская и Терская области, институт присяжных заседателей, суды.

Интерес к вопросам истории российского судебного законодательства с каждым годом не только не ослабевает, но более того, возрастает с новой и новой силой в связи с кардинальными изменениями, происходящими сегодня в нашей стране в области судоустройства и судопроизводства. Принимая во внимание неоднозначное отношение как в обществе, так и среди профессиональных юристов к введенным в действие новым судебным институтам, мы решили предоставить возможность проследить механизм, особенности и результаты работы судебных органов Северного Кавказа начала XX века, тем более что некоторые из них получили свое закрепление в современной судебной системе России.

Обращаясь к состоянию российского судоустройства и судопроизводства начала XX века, следует напомнить, что основы его были закреплены в судебных уставах 20 ноября 1864 года. В соответствии с ними провозглашались несменяемость судей и независимость суда от администрации, состязательность процесса, гласность и публичность заседаний суда, вступали в действие судебные приставы, вводились институты адвокатуры, мировых судей и присяжных заседателей. Одной из основных причин введения последнего в новую судебную систему явилась попытка царского правительства поднять авторитет суда после глубокого кризиса дореформенной судебной системы.

Примечательно, что, несмотря на только что закончившуюся Кавказскую войну, официальный год завершения которой совпал с началом осуществления судебной реформы в России, Кавказский край смог на практике намного раньше других национальных окраин оценить плоды нового буржуазного судебного законодательства.

В отношении Терека и Кубани ситуация начинает меняться уже к концу 60-х годов XIX века. После обсуждения проектов преобразования судебной системы этих территорий Государственный совет нашел, что они в общих чертах «вполне соответствуют постоянному стремлению правительства постепенно устранять в присоединенных к России местностях такие отличия от общедействующего в империи порядка суда и администрации, которые уже не вызываются ни особенным положением, ни местными условиями края» (1). Государственный совет после предва-

рительного заключения Военного совета признал необходимым до введения мировых учреждений в горских землях Предкавказья оставить на первое время существующую уже для горского населения форму судопроизводства, т. е. разбор дел упомянутой категории возложить на окружные горские словесные суды, преобразовав их состав согласно новому назначению.

После исправлений и составления новых проектов Государственным советом об административном устройстве казачьих областей и Черноморской губернии и о введении в них судебных уставов 1864 года они получили 30 декабря

1869 года законную силу. Наряду с этим указом императора предусматривалось в каждой области должности ее начальника и наказного атамана казачьего войска соединить в одном лице.

Подготовительные работы завершились к концу 1870 года, когда наместник Кавказский распорядился ввести в действие в Кубанской и Терской областях и Черноморском округе судебные уставы 20 ноября 1864 года и Положение о нотариальной части от 14 апреля 1866 года с последовавшими к ним дополнениями. Указом от 1 декабря

1870 года Великим князем Михаилом временем введения в действие этих законоположений было назначено 1 января 1871 года (2).

С этого времени открывались Екатерино-дарский и Владикавказский окружные суды с прокурорским надзором, судебные мировые и следственные участки на основании утвержденных наместником расписаний (3) и нотариальные архивы и конторы. Параллельно с введением новых судов произошли изменения и в устройстве Кубанской и Терской областей. Так, к Ставропольской губернии были отчислены 13 станиц Кубанского и Терского казачьих войск, а также преобразованы управления этими областями. Областным центром Кубанской области стал город Екатеринодар, а Терской -Владикавказ. Кубанская область разделялась на 5 уездов: Екатеринодарский, Ейский, Темрюкский, Майкопский и Баталпашинский. Что же касается Терской области, то она делилась на 7 округов: Владикавказский, Георгиевский, Грозненский, Аргунский, Веденский, Кизлярский и Хасавюртовский. Действие новых административных учреждений в обеих областях открывалось

^ ^ "Культурная жизнь Юга России "

№ 2 (27), 2008

с того же времени, что и судебных - с 1 января 1871 года (4).

В соответствии с расписанием судебно-миро-вых участков Кубанской области и Черноморского округа, утвержденным Великим князем Михаилом 1 декабря 1870 года, на Черноморский округ приходился один участок, на Екатеринодарский, Ейский, Майкопский и Баталпашинский уезды -по два участка, а на Темрюкский - три. Что же касается мировых съездов, то первый, находясь в городе Екатеринодаре, распространял свое действие на судей Екатеринодарского, Ейского, Уманского, Новороссийского, Темрюкского, Полтавского и Крымского участков, а второй, располагаясь в станице Лабинской, - на судей Усть-Лабинского, Майкопского, Лабинского, Баталпашинского и Прочноокопского участков (5).

В этот же день Кавказский наместник утвердил и расписание мировых участков Терской области, в соответствии с которым на Владикавказский и Кизлярский мировые округа приходилось по четыре участка. Местом открытия срочных съездов во Владикавказском мировом округе назначались города Владикавказ и Георгиевск, а в Кизлярском - Моздок и Грозный. Причем в указанных городах каждого мирового округа съезд собирался попеременно, по очереди, заблаговременно назначенной и объявленной жителям мирового округа (6).

Вопреки судебным уставам 1864 года при осуществлении судебной реформы на Северном Кавказе не был введен в действие суд присяжных. Причин для этого было много. Среди них следует особо подчеркнуть колониальную политику царизма в управлении национальными окраинами, к которым в середине прошлого века относился и Северный Кавказ, частью входивший в Кавказский край.

Для казачьих областей одной из основных причин для принятия такого решения стала Кавказская война, свидетельствовавшая о недавней нестабильности в регионе (7). Современники описываемых событий, вспоминая о первых шагах по пути реформирования судебной системы на Северном Кавказе, писали: «Кто вспомнит, что только за четыре года перед этим было закончено покорение края, кто только подумает, что мог представлять из себя в то время этот край, тот вполне поймет, чем вызваны были только что указанные изъятия: мировых судей некому было выбирать, а присяжными судьями некому было быть» (8). Среди других оснований, ставших причиной принятия решения о рассмотрении уголовных дел в судах Северного Кавказа без участия присяжных заседателей, правительством были указаны «низкий уровень культурного развития местного населения, чрезвычайная его разноплеменность и недостаточная распространенность среди инородцев знания русского языка» (9).

Нельзя сбрасывать со счетов и общий курс политики правительства в осуществлении судебных преобразований на территориях национальных окраин, тем более в отношении наиболее демократических судебных институтов, одним из которых являлись присяжные заседатели.

В соответствии с судебными уставами предусматривалось комплектование присяжных заседателей из числа всех сословий при наличии необходимых условий: русского подданства; возраста не менее 25 и не более 70 лет; проживания не менее двух лет в местности, где осуществлялось избрание в присяжные заседатели; образования и значительного имущественного ценза (10).

Препятствием для избрания в присяжные заседатели могли стать следующие обстоятельства: нахождение лица под следствием и судом за преступления; наличие судимости с отбыванием наказания в тюрьме; исключение из службы по суду или из духовного ведомства, обществ и дворянских собраний за пороки; объявление несостоятельным должником; нахождение под опекой за расточительство и наличие тяжелого недуга - слепоты, глухоты, немоты, душевной болезни; незнание русского языка (11). Вопросами избрания присяжных заседателей занимались специально образовывавшиеся комиссии, заблаговременно составлявшие общие и очередные списки, которые утверждались губернатором. В заседании принимали участие наряду с тремя судьями-профессионалами двенадцать присяжных заседателей. На этом этапе они могли быть отведены как подсудимым (12 присяжных), так и прокурором (6 человек). Кроме двенадцати основных отбирались еще и несколько запасных присяжных. Из числа основных двенадцати присяжных заседателей избирался один старшина.

Процедура заседаний суда с участием присяжных заседателей выглядела следующим образом. Прения сторон завершались выступлениями обвинителя в лице прокурора или его товарища и защитника обвиняемого - адвоката. После них слово брал председатель суда для краткого заключения по рассматриваемому делу, и присяжные удалялись в специальную комнату для вынесения вердикта, который должен был заключать определение виновности или невиновности подсудимого. Оправдательный вердикт являлся основанием для немедленного освобождения подсудимого из-под стражи, а обвинительный - для заключения прокурора и вынесения приговора судьей в соответствии с действующим уголовным законодательством. Таким образом, общество через своих избранников участвовало в решении судьбы подсудимого и напрямую оказывало влияние на итог судебного разбирательства.

Появление суда с участием присяжных заседателей на территории Северного Кавказа стало возможным во многом не столько из-за желания правительства создать повсеместно в полном объеме пореформенное судоустройство и судопроизводство, основанное на судебных уставах 1864 года, сколько из-за стремления к этому местного населения, почувствовавшего необходимость перемен в области права.

Уже в первые годы действия пореформенного судебного законодательства в регионе местное население, не только увидев, но и ощутив в ходе судебных заседаний все превосходства новой судебной системы над прежним судебным строем,

№ 2 (27), 2008 "Культурная жизнь Юга России "

— 75

устремилось к введению судебных уставов в полном объеме. Общественное мнение нашло отражение на страницах местной печати, в которой неоднократно поднимался вопрос о необходимости введения суда присяжных. Так, например, автор статьи «По поводу 25-летия введения судебных уставов Александра II в Кубанской области» П. Л. Быч, доказывая возможность организации суда присяжных, утверждал, что население Кубанской области едва ли уступает по своему составу и развитию Казанскому судебному округу, в котором уставы были введены в полном объеме еще в 1870 году, или Пермской губернии, где реформа была осуществлена в 1872-м (12). Автор другой статьи, посвященной вопросу о введении в Кубанской области суда присяжных, отмечал, что отсутствие земских учреждений не послужило препятствием к созданию суда присяжных в области Донского войска в 1873 году и в девяти западных губерниях в 1877-м (13).

Под давлением общественного мнения вопрос о введении суда присяжных в тех районах страны, где он продолжал отсутствовать, перестал быть темой для безрезультатных обсуждений и споров на местах, получив статус общегосударственного. На состоявшемся в конце 1894 года совещании старших председателей и прокуроров судебных палат по поводу пересмотра судебного законодательства принявшие в нем участие высшие представители судебного ведомства подавляющим большинством голосов (18 против 2) высказали убеждение, что «современный суд присяжных не только является вполне удовлетворяющим своей цели, но и вообще представляет лучшую форму, какую можно только себе представить для разрешения большей части серьезных уголовных дел», особенно «в тех случаях, когда тяжкое обвинение связано с тонкими уликами, требующими житейской вдумчивости». Признав, что «знание жизни и местных ее особенностей, присущее присяжным, с избытком вознаграждает правосудие за тот недостаток юридических сведений, которыми они отличаются от профессиональных юристов, делая их способными к оценке и верному пониманию таких обстоятельств фактической стороны рассматриваемого дела, которые неминуемо ус-

кользали бы от внимания судей коронных, весьма часто вовсе даже не знакомых с житейскими условиями той среды, в которой зарождается и совершается большинство преступлений», комиссия пришла к выводу о целесообразности действия в России суда присяжных заседателей наряду с коронным (14).

В столицу был отправлен на имя Николая II отчет начальника Кубанской области за 1899 год, в котором, в частности, наказной атаман Кубанского казачьего войска Я. Д. Малама высказал целый ряд соображений о необходимости введения в Кубанской области суда присяжных. Указав на тот факт, что в течение 30 лет население области было лишено воздействия одного из «благодетельней-ших начал» судебной реформы, и приведя данные о незначительном процентном составе «инородческого и иноплеменного населения» (9,7 %) и успехах народного образования (число грамотных войскового сословия составило 121 998 мужчин), Я. Д. Малама внес на рассмотрение императора предложение о введении в Кубанской области института присяжных заседателей, считая, что область «в культурном отношении и по составу населения представляется вполне созревшей к восприятию судебной реформы в полном объеме и содержит в населении элементы, вполне способные к отправлению обязанностей присяжных заседателей» (15).

Однако, несмотря на эти и многие другие призывы с мест о возможности введения судебных уставов в полном объеме, правительство значительно сократило круг административно-территориальных образований Кавказа, для которых стало возможным разбирательство дел с участием присяжных заседателей. Суд присяжных был введен высочайше утвержденным 13 февраля 1906 года мнением Государственного совета «О введении суда присяжных заседателей в губерниях Ставропольской и Черноморской, а также в Кубанской области» (16). Первые сессии суда присяжных прошли здесь в декабре 1906 года и привлекли к себе широкое общественное внимание.

О готовности принять населением Кубанской области и Черноморской губернии этот вид судопроизводства свидетельствуют отчеты первых

Таблица 1

Сведения о числе лиц, осужденных, оправданных и освобожденных от суда в заседаниях Екатеринодарского окружного суда, за 1906-1914 годы

Год Осуждено Оправдано Освобождено от суда

С присяжными Без присяжных С присяжными Без присяжных

1906 11 1040 18 330 6

1907 572 271 220 130 13

1908 636 332 300 109 121

1909 617 245 325 66 —

1910 698 442 486 241 2

1911 1034 362 672 150 9

1912 1471 960 956 439 11

1913 1432 456 1150 161 139

1914 1149 478 683 161 15

"Культурная жизнь Юга России "

№ 2 (27), 2008

судебных заседаний, прошедших здесь в конце 1906 года (результаты работы окружных судов Терека и Кубани см. в табл. 1, 2). Так, член Екатеринодарского окружного суда А. А. Балка-шин в докладе от 18 февраля 1907 года председателю суда об итогах первой сессии окружного суда с участием присяжных заседателей, открытой в декабре 1906 года в Новороссийске, уделил особое внимание работе присяжных. По его мнению, они не только исполнили возложенные на них законом обязанности, стоя «на высоте своего призвания», но и «видимо прилагали все силы своего ума и сердца к правильному их разрешению», обратившись к Балкашину, председательствовавшему в этой сессии, с просьбой довести в установленном порядке до сведения Министра юстиции их искреннее пожелание улучшить «в интересах скорейшего и более правильного отправления правосудия» порядок производства следственных дел и внести ряд изменений в уголовное судопроизводство (18). Подобные предложения непрофессионалов в области судебного законодательства свидетельствовали о правильности утверждения местных властей о достаточной подготовленности населения к введению суда присяжных.

Примечательно, что состав первых сессий с участием присяжных заседателей в Кубанской области значительно отличался от таковых в столичных губерниях (19). Одну треть здесь соста-

вили урядники и казаки (32,2%), дворяне - лишь 1% от числа избранных в эти заседания (20). Тем не менее данные о работе суда присяжных полностью опровергали обвинения в его адрес в излишней мягкости к подсудимым и стремлении оправдать как можно большее число обвиняемых в совершении уголовных преступлений. Напротив, ежегодное число обвинительных приговоров значительно преобладало над оправдательными вердиктами присяжных.

Что же касается общей ситуации в работе окружных судов Кубанской и Терской областей, то она продолжала оставаться достаточно сложной из-за несоответствия числа судебных чиновников постоянному увеличению количества дел в судах (см. табл. 3, 4). Рост преступности в начале XX века (воровство, грабежи, разбои и т. д.) был вызван, прежде всего, экономическими трудностями. Часть населения, оставшаяся без средств к существованию, видела единственный выход в совершении преступлений (21). В этой сложной криминальной ситуации основной груз по борьбе с растущей преступностью лежал на органах Министерства внутренних дел и Министерства юстиции.

Достаточно сказать, что число уголовных дел, решенных в окружных судах, по сравнению, например, с 1908 годом, к 1914-му изменилось следующим образом: в Терской области увеличи-

Таблща 2

Сведения о числе лиц, осужденных, оправданных и освобожденных от суда в заседаниях Владикавказского окружного суда, за 1906-1914 годы

Год Осуждено Оправдано Освобождено от суда

С присяжными Без присяжных С присяжными Без присяжных

1906 — 721 — 247

1907 — 1083 — 313 5

1908 — 1467 — 569 —

1909 — 1134 — 642 —

1910 — 1904 — 615 —

1911 — 1266 — 448 1

1912 - 1892 - 451 -

1913 - сведении нет - сведении нет сведении нет

1914 - 1343 - 389 11

Таблица 3

Число решенных дел в окружных судах Северного Кавказа за десятилетие с 1905 по 1914 год

Год Екатеринодарский окружной суд Владикавказский окружной суд

Уголовных дел Гражданских дел Уголовных дел Гражданских дел

1905 7578 3466 3973 1647

1906 8288 3091 4619 1537

1907 6933 3869 4272 1828

1908 5504 4212 5173 1965

1909 7926 4585 5425 1866

1910 8357 4782 7781 2249

1911 9582 5907 7163 2202

1912 12241 8399 6917 2497

1913 сведении нет сведении нет сведении нет сведении нет

1914 10641 9677 7649 3367

№ 2 (27), 2008

жизнь Юга России "

- 77

лось с 5173 до 7649, а в Кубанской - с 5504 дел в 1908 году до 10 641 в 1914-м.

Самыми распространенными видами преступлений продолжали оставаться кражи и грабежи. Возросло и число хулиганств, которые были отнесены на счет событий первой российской революции. Так, на страницах Терских и Кубанских областных ведомостей 1912 года прямо утверждалось, что 1905 год с его «освободительным движением» принес стране «много бед и несчастий, учесть которые для современника нет возможности» (22). Однако проведенный нами анализ дает нам полное право утверждать, что сложившееся положение вещей было связано, прежде всего, с социально-экономической ситуацией в стране и международной обстановкой, особенно ярко проявившейся на фоне начала Первой мировой войны, во время которой, как и в годы революции 1905-1907 годов, часть дел из подсудности окружных судов была вновь передана на рассмотрение военных и военно-полевых судов (23).

Возвращаясь к работе присяжных заседателей Кубани, хотелось бы еще раз отметить высокую эффективность работы Екатеринодарского окружного суда, который оставил свой след в истории стремлением к истинному правосудию через народных представителей в суде. Выразим же надежду на то, что и современный суд с участием присяжных заседателей, который получил широкое распространение в Российской Федерации, сможет не только доказать свое право на существование, но и изменить отношение в обществе к суду, призванному защищать права человека и приговаривать к наказанию преступников.

Источники и примечания

1. Государственный архив РФ. Ф. 677. Оп. 1. Д. 511. Л. 17.

2. Государственный архив Ставропольского края (ГАСК). Ф. 398. Оп. 5. Д. 53. Л. 37, 37 об.

3. № 47848. 1869. 30 дек. Высочайше утвержденный штат судебных установлений в Кубанской и Терской областях и Черноморском округе // ПСЗ Российской империи. Собр. 2-е. Т. 44. Отд. 3-е. 1869. СПб., 1873. С. 806-808.

4. ГАСК. Ф. 398. Оп. 3. Д. 125. Л. 266 - 266 об.

5. Государственный архив Республики Северная Осетия - Алания (ГА РСОА). Ф. 119. Оп. 1. Д. 86. Л. 17-19.

6. Там же. Л. 23 - 23 об.

7. Прозрителев Г. К 50-летию Ставропольского окружного суда. 17 апр. 1868 г. - 17 апр. 1918 г. Ставрополь, 1918. С.3.

8 .В. С. К вопросу о введении в Кубанской области суда присяжных // Кубанские областные ведомости. 1897. № 106. С. 3.

9. Учреждение судебных установлений. Изд. неофициальное / сост. Н. Шрейбер. СПб., 1910. С. 431.

10. Ст. 81 Учреждений судебных установлений 20 ноября 1864 г. // Реформы Александра II: сборник/сост. О. И. Чистяков, Т. Е. Новицкая. М., 1998. С. 287.

11. Ст. 82 Учреждений судебных установлений 20 ноября 1864 г. // Там же. С. 287-288.

12. Быч П. Л. По поводу 25-летия введения судебных уставов Александра II в Кубанской области //Кубанские областные ведомости. 1895. № 51.

Таблица 4

Личный состав Екатеринодарского и Владикавказского окружных судов в начале XX века

Состав окружного суда

Год 'Я § R Р § а О Число отделений Число членов Канцелярия окружного суда 50 О 50 а § о а КГ Судебных рассыльных Число кандидатов

Ö ^ о ^ £ ÜJ 'S üi з- a £ гражданских уголовных в гражданских отделениях в уголовных отделениях секретарей помощников секретаря архивариусов переводчиков канцелярских чиновников Й 3 а: VQ £ в судебные должности

Екатеринодарский окружной суд

1905 1 3 2 2 6 10 4 13 1 _ 51 8 5 13

1910 1 3 2 2 8 10 4 13 1 - 66 7 5 16

1914 1 4 2 3 10 12 5 17 1 - 121 7 5 25

Владикавказский окружной суд

1905 1 1 1 1 2 6 2 8 1 2 17 4 2 10

1910 1 1 1 1 3 8 2 8 1 2 31 4 2 16

1914 1 1 1 1 3 8 2 8 1 2 41 4 2 10

"Культурная жизнь Юга России "

78 ^^^^^^^^^^^^^^^^^

№ 2 (27), 2008

13 .В. С. К вопросу о введении в Кубанской области суда присяжных...

14. Там же.

15. Государственный архив Краснодарского края. Ф. 454. Оп. 2. Д. 1629. Л. 98-99.

16. № 27397. 13 февр. 1906 г. Высочайше утвержденное мнение Государственного совета. О введении суда присяжных заседателей в губерниях Ставропольской и Черноморской, а также в Кубанской области // ПСЗ Российской империи. Собр. 3-е. Т. 26. Отд. 1-е. 1906. СПб., 1909. С. 120-121.

17. В основу этой и последующих трех таблиц легли данные статистических сведений Министерства юстиции за 1901-1914 гг.

18. ГАСК. Ф. 482. Оп. 1. Д. 238. Л. 262 - 262 об.

19. Афанасьев А. К Присяжные заседатели в России. 1866-1885 // Великие реформы в России. 1856-1874. М., 1992. С. 190.

20. См.: Списки очередных присяжных заседателей для участия в заседаниях Екатеринодарского окружного суда // Кубанские областные ведомости. 1906. № 211; Там же. № 228; Там же. № 248; Там же. № 249; Там же. № 256.

21. Невская Т. А. Столыпинская реформа на Северном Кавказе. СПб., 1997. С. 132-133.

22. Нужно подтянуться//Терские ведомости. 1912. №31; Кубанские областные ведомости. 1912. № 35.

23. ГАРСОА. Ф. 120. Оп. 1. Д. 292. Л. 1, 51.

ZOZULYA I. V. THE ANALYSIS OF LEGAL PROCEEDINGS IN THE NORTHERN CAUCASUS AT THE BEGINNING OF THE 20th CENTURY

The article is devoted to the functioning of judicial institutes of Russian empire in the territory of Kuban and Terek areas. The accent is done on the sociopolitical reasons of introduction of institute of jurymen in district court in Ekaterinodar and its absence in Vladikavkaz. The comparative analysis of features of activity of these courts in the beginning of XX century and an assessment of works of jurymen on Kuban is offered.

Key words: Kuban and Terek areas, institute of jurymen, courts.