Инвариант в текстовой проекции (интерпретация персонажных субтекстов в условиях эксперимента)

А.А. Боронин УДК 81'23

инвариант в текстовой проекции

В статье понятие «инвариант» трактуется как термин, относящийся к теории интерпретации текста, обосновывается правомерность использования этого термина в психолингвистике текста. В ходе лингвистического эксперимента выделены основные коммуникативно-речевые категории, репрезентирующие образ автора. Данные категории рассматриваются в качестве инвариантных структур текстовой проекции.

Ключевые слова: инвариант, проекция текста, персонажный субтекст, интерпретация художественного текста, психолингвистический эксперимент, образ автора.

Alexandr A. Boronin

an invariant in text mental projection

The notion of invariant is treated in the article as a term of Text Interpretation Theory. the author argues in favour of the use of the term under discussion in psycholinguistics of text. the experimental field outlined the communicative categories representing an author's image. these categories are considered to be the invariant sub-structures of text mental projection.

Key words: invariant, text mental projection, character's microtext, interpretation of literary text, psycholinguistic experiment, author's image.

А

нтропоцентрическии характер современной лингвистической парадигмы побуждает по-новому трактовать, понятия, которые имеют общепринятое и, казалось бы, устоявшееся раз и навсегда содержание. Одним из таковых является понятие инварианта. Современные теоретические и экспериментальные данные позволяют уточнить его содержание и использовать термин инвариант в теории интерпретации художественного текста.

В рамках теории интерпретации художественного текста инвариант может рассматриваться не как дискретная, а как континуальная категория или, точнее, как категория с «внутренней» дискретностью: четкие, но не конечные границы проявления этой категории представлены определенным набором вариантов, чьё означающее в наиболее полной мере соотносится с ориентирующим нас знаком - именем категории. Диффузность онтологических границ инварианта как категории в интерпретации текста соотносится с существующей в современной лингвистике тенденцией критического осмысления «теории вариативности по отношению к двусторонним языковым единицам» и размыванием заданных структурализмом границ между «языковыми и речевыми употреблениями» [Грязнова 2009: 190]. Инвариант как лингвистическая абстракция условен и не претендует на абсолютную точность, но этим свойством обладают и многие другие единицы лингвистического метаязыка, поскольку, как показывает Н.В. Перцов, существует «расхождение между дискретностью инструментов лингвистического описания и континуальностью смысла» [Перцов 2009: 107]. В частности, граммема есть «бирка», условное и абстрактное «сокращённое имя», которое удобно для оперирования, хотя оно и отстоит от реальной семантической дескрипции [Плунгян 2003: 228]. Вместе с тем, точность метаязыка сама по себе условна, если вспомнить мысль Д.С. Лихачева о том, что наука, перевоссоздающая данность, не может выразить истину, поскольку последнюю «нельзя пересказать, описать»,

«полностью адекватно выразить» [Лихачёв 1999: 5].

При решении вопроса о правомерности выделения эталонных вариантов мы придерживаемся семиоантропоцентрического принципа. Раскроем его в виде нескольких положений. Выбор одного знака продиктован влиянием другого знака или знаковых комплексов, и установить причинную связь, очевидность и однозначность такого влияния далеко не всегда представляется возможным - поэтому возникает трудность с выделением эталонного варианта. Кроме этого, нерелевантность интерпретативного семиозиса в ином ракурсе рассмотрения -при обращении непосредственно к личности интерпретатора - становится мнимой, и уместность варианта может стать бесспорной. Следовательно, теория интерпретации текста, опирающаяся на семиоантропоцен-трический принцип, скорее всего, исключает существование эталонных смысловых вариантов, если только не вводится особая ин-терпретативная установка, вырабатывающая эталонные смыслы. В любом другом случае ни один вариант не может считаться эталонным, так как каждый вариант в равной мере влияет на становление инвариантной смысловой сущности, сопрягающей в себе коллективный опыт истолкования текста.

Инвариант понимается нами как коммуникативно-речевая категория, отличная от предельно универсального категориального свойства инвариантности, принятого в философии [Скуратов 2001: 205]. Предпосылки для возникновения коммуникативной константы носят контекстуальный характер: наличие одного и того же стимула для интерпретации - в нашем случае, персонажного субтекста - и относительного единства условий интерпретации (место, время, некоторые общие характеристики испытуемых, позволяющие объединить их в семиотические группы [Дридзе 1972: 38]).

Кроме того, существует ещё одна предпосылка, которая зиждется на заданности инварианта или инвариантов в самом тексте. Так, В. Пропп выделяет в сфере действую-

щих лиц волшебной сказки семь основных функциональных инвариантов: вредитель, даритель (снабдитель), помощник, царевна (отец царевны), отправитель, герой, ложный герой [Пропп 1928: 88 - 89]. Другой пример. В.П. Белянин разработал типологию текстов исходя, прежде всего, из психологических акцентуаций их создателей: он выделил «светлые», «темные», «веселые», «печальные», «красивые», «сложные» тексты, а также смешенные типы [Белянин 2006]. Характеризуя «сложные» тексты, В.П. Белянин выделяет ряд особенностей, которые можно трактовать как инвариантные признаки этого типа текстов: перечисляемые учёным инвариантные признаки неоднородны - это и нарративные характеристики (наличие фантастического мира «второго этажа», надстраиваемого над традиционным миром, и нестандартное «поведение» времени), и семиотические характеристики («стремление к использованию знаков, символов, иероглифов»), и собственно лингвистические (широкое употребление неологизмов) [Белянин 2006: 194 - 202].

Еще одной предпосылкой для актуализации инвариантов можно считать специфику художественного текста, концентрирующуюся в таких его качествах, как мифологичность и эмотивность, которые порождают и упрочивают в сознании стереотипы [Сорокин 1977: 120]. В свою очередь, текст, будучи явлением культуры, ее продуктом, несвободен от воздействия устойчивых, мало варьирующихся способов речевого овнешнения мыслей, присущих этой культуре [Зимняя 1993: 55 - 56].

Таким образом, инвариантный генез обусловлен воздействием комплекса факторов, связанных с созданием текстов: лингво-семиотического (фактор соотносится со знаком как элементом языковой системы и как конкретной речевой данностью), нарративного, психологического, жанрово-текстового и этнокультурного.

В то же время, почва для варьирования ответов создаётся благодаря разнообразию постоянных и временных характеристик са-

мих испытуемых, уникальному опыту каждого интерпретатора. Однако феноменологическое варьирование на глубинном уровне сводится к ограниченному числу семантических констант, что подтверждают данные проведённого нами эксперимента.

Для участия в эксперименте был привлечён 121 испытуемый (ии.) - в основном, студенты неязыкового вуза, являющиеся гражданами РФ (82,64 % ии. - русские, 17,36 % ии. представляют другие национальности); родным языком для большинства является русский (88,42 %). Возрастной диапазон - от 16 до 45 лет, медиана возраста - 23,5 года. 67 % ии. - девушки, 33 % ии. - юноши.

Текстами-стимулами послужили отрывки из романа Т.Н. Толстой «Кысь» (Т1) [Толстая 2000: 69 - 71] и повести А. и Б. Стругацких «Сказка о Тройке» (Т2) [Стругацкие 1989: 265], содержащие описания коммуникативного взаимодействия действующих лиц.

Предварительное задание было сформулировано следующим образом:

Знаком ли Вам приведённый отрывок, содержащий персонажные субтексты («высказывания» персонажей)? Какой писатель является его автором?

Ответы ии., осуществивших правильную авторскую атрибуцию текста, исключались из корпуса ответов, который подлежал дальнейшему анализу. Из 121 ии. 13 ии. правильно определили авторство Т1, 11 ии. правильно определили авторство Т2, кроме того, получено 8 абсолютных отказов от выполнения последующих заданий к Т2.

Предъявление текстов сопровождалось предложением выполнить другое задание, сформулированное следующим образом:

Ознакомьтесь с ситуацией речевого взаимодействия между персонажами.

Какие внутренние и внешние качества присущи автору этого художественного текста? Перечислите их (не менее пяти).

Жесткие формально-словесные

ограничения при выполнении этого задания не вводились (в целях симметрии коммуникативно-речевых единиц). Результа-

ты эксперимента показали, что и образ автора Т1 и образ автора Т2 были представлены в виде смыслового «макета», устойчивость которому придал каркас из одинаковых основных семантических групп (интерпретатив-ных инвариантов), некоторые из которых мы приводим ниже (цифры рядом с выделенными курсивом ответами ии. указывают на число повторов реакции).

Интерпретативный инвариант «когни-ция» (Т1): образованный 9, образованность, хорошо образован; умный 6, ум 2, умён 2, интеллект; начитанный 3; воображение 2; остроумие 2, находчивость 2, находчивый 2; фантазер 2, с хорошей фантазией, богатая фантазия, обладающий хорошим воображением, рисующий картины в своём воображении, выдумщик; мудрый, мыслящий, эрудит; слишком логичный; изобретательный, изобретатель; внимание к деталям, наблюдательный 4, наблюдательность, внимание к деталям; необразованный, образование, скорее всего, не высшее, неграмотность; богатое ассоциативное мышление, ассоциативность, иррациональное мышление, оригинальное мышление; думающий, рассудительный, открытый для всего нового, заинтересованность в глобальных проблемах общества, научная просвещённость, разносторонне развитый человек.

Интерпретативный инвариант «когни-ция» (Т2): образованный 19, образованность

3, хорошо образован 2, умный 9, начитанный

4, интеллигентный 3, рассудительный 2, хорошо обучен, это говорит о его образовании (отличном), много знающая, глубоко мыслящий, научный склад ума, есть логичность рассуждений, развито логическое мышление, понятливый, имеет развитую фантазию, фантазер, фантазер с большой буквы, выдумщик, воображение, богатая фантазия, хорошая фантазия, особой фантазией не отличается, с богатым воображением.

Интерпретативный инвариант «мировоззрение» (Т1): справедливость 3, справедливый 3, свободомыслие 2, обострённое чувство справедливости, широко мыслит, возмущённый сложившейся вокруг обста-

новкой, своё видение жизни, другие взгляды на мир, консерватор, не реалист, с чувством собственной значимости, автору присуща советская идеология, он хочет показать своё отношение к строю, жизни, обществу, человека явно волновала жизнь людей, автор имеет своё мнение по поводу политической ситуации в стране, не боится ее высказать, он публично осуждает власть, оппозиционер по отношению к существующему государственному строю, автор сочувствует низшим сословиям и переживает о судьбах России, религиозный человек, гуманизм.

Интерпретативный инвариант «мировоззрение» (Т2): идеалист 4, патриот 2, справедливый 2, патриотичен, коммунист, человек партийный, придерживается коммунистических или социалистических взглядов, в душе - революционер, с характером революционера, революционер, одержимый идеей мировой революции, консервативный, консерватизм, автор с умеренными политическими взглядами, человек, который высмеивает то время, в котором живет, стремящийся к перевороту, внутреннее неприятие системы, осуждает власть, не подчиняется законам, недоверчиво относится к окружающему обществу, недоволен строем, постсоветская идеология, идея представления мира в схемах, с большими идеями, борьба за справедливость, представитель пролетариата, защитник прав человека, сторонник научного прогресса, весь состоит из мечтаний, стремлений и желаний об осуществлении какой-то своей цели, верит в поддержку человечества, новейшие технологии, мирное существование, философ, думающий о будущем, свободомыслие, гуманизм, догматизм.

Интерпретативный инвариант «компетентность» (Т1): филолог 2, психолог 2, философ 2, философский, философия, увлекается историей, знающий прошлое, человек, что-то понимающий в биологии, обладает знаниями в политической сфере, политик, журналист, художник, критик, склонен к критике, сочинитель, образование гуманитарное, знание внутренней жизни высшего

сословия, хорошо знает простой народ, его нравы.

Интерпретативный инвариант «компетентность» (Т2): имеет научную степень 2, учёная степень, учёный, возможно, он связан с наукой, возможно, сотрудник НИИ, образование, наверное, научное; политик, человек, который когда-то занимался политикой или до сих пор ею занимается, качества политика, агитатор; образование литературное 2, советский писатель, талантливый поэт; юрист, с юридическим образованием, возможно, имеет юридическое образование, адвокат; педагог 2, воспитатель; администратор, чиновник, составитель инструкций; путешественник, путешественница; возможно, автор психолог по образованию, образование техническое, скорее всего, писатель являлся врачом, критик.

Интерпретативный инвариант

«коммуникативно-речевая компетентность» (включает в себя, помимо прочих, профессиональные навыки) (Т1): вежливый 3, прямолинейный 2, красноречивый 2, грамотный 2, молчаливый 2, прямолинейность, писатель-сатирик, знает французский язык, любитель старославянской речи, в разговоре преобладает старый язык, знаком с историей языка, владеет древним языком России, знаком со старорусской манерой речи, «устаревший язык», развитая лексика, уделяет внимание богатству русского языка, т.к. использует редкие слова, творческая личность, возможно, писал не только прозу, возможно, автором были написаны какие-то лирические произведения, описывает нехватку в одежде и еде (бедность), глубоко мыслящий, но тяжело передающий смысл, говорит загадками, говорит то, что думает, резкость высказываний, многословность, громкий, человек, который за словом в карман не лезет, любит словесные обороты, рассуждение, написание абстракции, простой в общении, метафоричен, не всегда может найти общий язык с людьми, общительный, любит поучать, любит подсказывать и поучать, любит поговорить о жизни при царе после чарки водки, не общительный, сказочник,

не особо вежливый, спор, некрасивый почерк, разговаривает с украинским акцентом и хриплым голосом, автор хорошо владеет лексикой русского языка, разговорчив.

Интерпретативный инвариант

«коммуникативно-речевая компетентность» (Т2): знание более чем одного языка, знает иностранные языки, знает латынь; вежливый 2, вежливость; грамотный 2; любит рассуждать 2; прямолинейный, прямолинейность; серьёзный оратор, хороший оратор, красноречие; ругань, чтение нотации, напутствие, критика, рассуждение, манера громко, сложно выражаться, спорщик; метафоричный, иносказатель; у автора развита лексика, умеет излагать мысли, общительный, способность высказывать свою точку зрения.

Интерпретативный инвариант

«личностно-аксиологический статус» является структурно усложнённым, так как он представлен тремя блоками реакций (Т1):

а) положительные: чувство юмора 8, юморист 3, юморной, умеющий «подколоть», насмешливость, насмешливый, насмешка, комизм, весельчак, жизнерадостный, жизнелюбивый; добрый 10, добродушный 3, отзывчивый 2, внимательный 2, добродушие, заботливый, задушевный, доброжелательность, доброжелательный; уравновешенный 4, спокойный 3, спокойствие, покладистый, миролюбивый; серьёзный 5, талантливый 2, талант, глубокий, духовный; деловой, домовитый, работящий, трудолюбие, труд; воспитанный 2, воспитанность; целеустремлённый 3, уверенный 2, добивающийся своей цели практически всегда, настойчивый, волевой; человек, жалеющий других, уважающий других, сочувствие, благодарный, простой, безобидный; смелый 2, требовательный, требовательность, обязательный, скромность, обладает чувством собственного достоинства, свобода, открытость, умеющий постоять за себя, уважаемый людьми, хороший человек, присущи благородные качества.

б) отрицательные: грустный 3, замкнутый 3, грубость 2, резкость 2, резкий

2, вспыльчивый 2, раздражительный 2, мелочный 2, скучный 2, вспыльчивость, лень, эгоистичность, самовлюблённость, небрежность, беспардонность, скептицизм, нервный, сердитый, недовольный, мрачный, хмурый, равнодушный, недоверчивый, грубый, слегка груб, жестокий, жесткий, беспощадный, злой, наглый, импульсивный, жесток, циничен, несмелый, ворчливый, вздорный, придирчивый, страх перед окружающим (в отдельных случаях), считает, что он лучше всех, чопорность, демонстративность, полное смятение мыслей в голове, нескромен, бесхарактерный, самолюбивый, завистливый, немного зажат, агрессивный.

в) амбивалентные и нерубрицируемые: ирония 3, эмоциональный 3, одинокий 3, любопытный 2, строгость 2, холерик, интроверт, гордый, гордость, хитёр, хитрость, странный, непризнанный, чудной, нестандартный, непонятый, дотошный, важность, простодушный, простодушие, простота, своеобразный, стремительность, темпераментный, щепетильный, спонтанность, фантастичный, прагматизм, несвязанность, не особо открытый, закрыт от общества.

Сходным образом (структурная усложнённость) представлен интерпретативный инвариант «личностно-аксиологический статус» в корпусе реакций в отношении Т2: а) положительные: справедливый 6, справедливость 2, серьезный 6, серьезность, современный 7, целеустремленный 3, трудолюбивый 3, трудолюбие, добрый 2, настойчивый 2, настойчивость, человечный, человеколюбивый, великодушный, добродушный, добродушие, мягкий 2, твёрдый 2, веселый 2, уравновешенный 2, интересный 2, педантичный 2, уверенный 2, терпеливый 2, чуткий, индивидуальный, новатор, интересная личность, талант, талантливый, решительный, опытный, много знающая, деловой человек, стремится к лучшему, опрятный, любезный, умелый, воспитанный, воспитанность, спокойный, разносторонне развит, чистоплотный, компанейский человек, целенаправленный, напористый, с

широким кругозором, не безразличный, любит точность, пунктуальность, наблюдательность, ответственный. добропорядочный, простой, внимательный, порядочный, харизматичен, любознателен, думающий, имеет своё мнение, обаятелен, активный, деятельный, честный, скромность, с отличными манерами, сильный человек, человек, следующий правилам, энергичный, полный жизни, экспрессивность, практичен, не теряет времени даром, пунктуален, компетентен в большинстве вопросов, снисходительный, волевой, внимательность, небезразличие, лидер, ироничный, с огромным чувством юмора, чувство юмора, юмор, насмешливость, проницательность, наблюдательный, возвышенный, продвинутый, молодёжный, сочувствие, с активной жизненной позицией, не раздражительный, спокойно реагирующий на критику, исполнителен, педантичен, раскрепощённый, жизнерадостный, уважающий себя, непоколебим, имеет чёткую жизненную позицию, умеющий рассмотреть существо человека, чувство прекрасного, опытный.

б) отрицательные: вспыльчивый 2, вспыльчивость, замкнутый 2, замкнутость, злой 2, самолюбив 2, резкий, резкость, завышенная самооценка, напряжённый, напряженность, грустный, пессимизм, скептик, назойливый и скучный, нудный, местами занудлив, неприятный человек, агрессивно настроенный, жестокий, жалобщик, взбалмошная, неуравновешенная, психически неуравновешенный, не вполне психически нормальный, нервного склада, доморощенный, нетактичный, эгоист, конфликтность, вспыльчив, неуравновешенный, равнодушный, частично равнодушный, импульсивен, импульсивность, лукавый, небрежность, высокомерие, способен подложить свинью, язвительность, насмешка, критичность, нетерпеливый, малоначитанный, «холодный».

в) амбивалентные и нерубрицируемые: ироничный 3, ироничность, ирония, сатира, жесткий 2, жесткость, чудак 2, непонятный, наивный, наивность, властность,

строгий, эмоциональность, эмоциональная, эксцентричность, критичен к другим, самокритичный, экстраверт, задумчивый, загадочный, административный, образ жизни одиночки, субъективный, не показывает истинных перживаний и чувств, человек, наблюдающий природу.

По всей видимости, имена, отражающие обобщенное значение интер-претативных вариантов («когниция», «мировоззрение», «компетентность»,

«коммуникативно-речевая компетентность», «личностно-аксиологический статус»), позволительно считать коммуникативно-речевыми категориями, влияние которых не имеет жестких, чётко заданных границ (то есть единицам, репрезентирующим эти категории, присуща диффузность в плане их содержания, нерубрицируемость, амбивалентность, они могут быть отнесены к разным семантическим группам, хотя при этом могут больше тяготеть к той или иной группе).

Принимая во внимание постулат теории вариантности о существовании «разных степеней» абстрактности инварианта [Солнцев 2000: 81], в интерпретации текста можно говорить об актуализации неравных по степени абстрактности инвариантов, соотносящихся друг с другом (в приведённых выше реакциях подчеркнуты инварианты, степень абстрактности которых меньше по сравнению с именами интерпретативных инвариантов, обозначающих семантические группы реакций). Неравенство степени абстрактности обусловлено: 1) наличием как базального продукта «языковой деятельности» - отдельных знаков, так и вторичного, еще более организованного продукта этой деятельности - текста [Дридзе 1976: 37]; 2) возникновением в деятельностном кон-

тексте у материального тела знака свойств, которые трактуется как превращённая форма отношений в реальном мире, складывающихся в процессе воздействия на него человека: «Воздействуя на реальную действительность в процессе различных дея-тельностей, человек добывает новые знания, которые оформляются в значения различной степени абстрактности и проецируются на некоторый предмет (тело знака)» (подчёркнуто нами - А.Б.) [Тарасов 1983: 31].

Необходимо вычленить отдельный аспект рассматриваемой проблематики. В коммуникативном контексте персонажный субтекст и его читательские проекции могут трактоваться соответственно как инвариант и варианты, причем и первый и вторые являются однородными - конкретными -сущностями. Персонажный субтекст, трактуемый как инвариант, раз и навсегда задан формально, неизменен (гомеостатичен) в исходном - внутрисистемном - содержательном плане (план значений, содержания). Читательские реакции (текстовые проекции) задают не столько содержательный, сколько смысловой план персонажного субтекста-инварианта, окончательно воссоздавая онтологию последнего. Однако сама текстовая проекция представлена инвариантами, которые суть не что иное, как обобщённая смысловая сущность, производная от конкретных смысловых сущностей как результата индивидуальных интерпретативных установок и условно сведенная к некой неизменной форме. Таким образом, мы говорим о разных знаковых реализациях некой абстрактной сущности, которая во многом обобщенно и условно может быть закреплена в ином знаке, и тем самым абстрактное получает конкретную оформленность.

Список литературы

Белянин В.П. Психологическое литературоведение. Текст как отражение внутренних миров автора и читателя: Монография / В.П. Белянин. - М.: Генезис, 2006. - 320 с.

Грязнова В.М. Понятие инварианта в лингвистике: история вопроса и современное состояние // Вестник Ставропольского государственного университета. - 2009 - № 65. -С.183 - 190.

Дридзе Т.М. Интерпретационные характеристики и классификация текстов (с учётом специфики интерпретационных сдвигов) // Смысловое восприятие речевого сообщения (в условиях массовой коммуникации) / АН СССР. Институт языкознания / Отв. ред. Т.М. Дридзе и А.А. Леонтьев. - М.: Наука, 1976. - С. 34 - 45.

Дридзе Т.М. Язык информации и язык реципиента как факторы информированности (Опыт использования психолингвистических методик в социологическом исследовании) // Речевое воздействие. Проблемы прикладной психолингвистики / Отв. ред. А.А. Леонтьев. - М.: Наука, 1972. - С. 34 - 80.

Лихачев Д.С. Очерки по философии художественного творчества. - СПб.: Блиц, 1999. - 192 с.

Зимняя И.А. Способ формирования и формулирования мысли как реальность языкового сознания // Языковое сознание: парадоксальная рациональность / РАН. Институт языкознания / Отв. ред. Е.Ф. Тарасов. - М., 1993. - С. 51 - 58.

Перцов Н.В. О точности в филологии // Вопросы языкознания. - 2009. - № 3. - С. 100 - 125.

Плунгян В.А. Общая морфология: Введение в прблематику: Учебное пособие. - Издание 2-е, исправленное. - М.: Едиториал УРСС, 2003. - 384 с.

Пропп В. Морфология сказки / Государственный институт истории языков. Вопросы поэтики. Непериодическая серия, издаваемая отделом словесных искусств. Вып. XII. - Л.: Academia, 1928. - 152 с.

Скуратов В.И. Инвариантность // Философский словарь. - Под ред. И.Т. Фролова. -7-е изд., перераб. и доп. - М.: Республика, 2001. С. 205.

Солнцев В.М. Вариантность // Языкознание. Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева. - 2 изд. - М.: Большая Российская Энциклопедия, 2000. - С. 80 - 81.

Сорокин Ю.А. Художественная и историческая трансляция культуры // Национально-культурная специфика речевого поведения / АН СССР. Институт языкознания. - М.: Наука, 1977. - С. 114 - 120.

Стругацкие А. и Б. Избранное. - М.: Моск. рабочий, 1989. - 527 с.

Тарасов Е. Ф. Философские проблемы психолингвистической семантики // Психолингвистические проблемы семантики / АН СССР. Институт языкознания / Отв. ред. А.А. Леонтьев, А.И. Шахнарович. - М.: Наука, 1983. - С. 20 - 45.

Толстая Т.Н. Кысь. Роман. - М.: Подкова, 2002. - 320 с.