Первый певец века

рассказывает Борис Барабанов

История вокалиста и движущей силы группы Antony and the Johnsons Энтони Хегарти — это история крутых маршрутов и волшебных превращений. Один из главных американских поп-артистов родился в самой что ни на есть Англии — в Восточном Сассексе. В шестилетнем возрасте попал в Амстердам, в десятилетнем — в Калифорнию. Единственной отрадой юного аутсайдера Энтони в период его жизни в Сан-Диего были альбомы Марка Алмонда и Боя Джорджа, который фактически стал для парня ролевой моделью. К 19 годам будущий лидер Antony and the Johnsons добрался наконец до берегов Гудзона. В Нью-Йоркском университете ему предстояло закончить образование в области экспериментального театра. Ранние сценические "эксперименты" Энтони задали тон всему, что было потом,— они носили отчетливый транссексуальный характер. Разрываясь между театральной реальностью и реальностью гей-кабаре, Энтони стал неотъемлемой частью артистического мира Манхэттена. Гвоздем программы труппы Blacklips, которую создал господин Хегарти, было его появление в образе героини Изабеллы Росселлини из фильма Дэвида Линча "Синий бархат". Другим любимым образом Энтони была drag-queen с обложки сингла Soft Cell "Torch" (1982). Музыкальные амбиции рослого трансвестита не уступали артистическим — он создал группу Antony and the Johnsons, коллектив с постоянно меняющимся составом музыкантов, изначально сориентированный на создание возвышенного и патетического обрамления для голоса Энтони Хегарти.

Не будучи профессиональным вокалистом, допуская порой грубейшие ошибки технического свойства, Энтони на двух своих студийных альбомах, двух EP и трех синглах показал исполнительский дар такого уровня, что вряд ли найдется рецензия, где в применении к голосу певца отсутствовал бы эпитет "божественный". Нина Симон, Брайан Ферри, Скотт Уокер, Бой Джордж, Марк Алмонд, Аарон Невилл — обозреватели захлебывались в сравнениях, все они были справедливы, но в конце концов сошлись на том, что перед нами — уникум и, возможно, первый великий поп-артист XXI столетия. При этом, будучи причисленным критиками к маргинальным нишам вроде "дарк-кабаре" и "новые странные", Энтони Хегарти поет простые по структуре, мелодичные песни с преобладанием струнных и фортепиано в аранжировках. Возможно, Antony and the Johnsons — самая доступная из авангардных групп, возможно, Энтони — наиболее элитарный из поп-артистов. В том же, что он сегодня — самый востребованный из них, сомнений нет никаких.

Наконец, пожалуй, главный парадокс состоит в том, что песни, в абсолютном большинстве посвященные нелегким будням транссексуалов и садомазохистов, смогли влюбить в себя самых консервативных в смысле сексуальных пристрастий слушателей. "Когда я вырасту большим, я стану прекрасной женщиной, но пока я маленький мальчик" — песне "For Today I Am a Boy" на концертах с жаром подпевают господа вполне респектабельного вида. Транслируемые голосом Энтони эмоции преодолевают рамки как предрассудков, так и приличий. И это еще что. Главный вопрос относительно московского выступления Antony and the Johnson состоит в том, включит ли он в сет-лист песню "Hitler in My Heart" — "Гитлер в моем сердце". Впрочем, Гитлер в данном случае — это, конечно, лишь гомоэротическая метафора. Мир полюбил Энтони белым и пушистым, таким он и появится на московской сцене.

"Б1 Maximum", 5 июля, 20.00