Эмоционально-оценочная словообразовательная модификация существительных в русском и корейском языках

ЭМОЦИОНАЛЬНО-ОЦЕНОЧНАЯ СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ МОДИФИКАЦИЯ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ В РУССКОМ И КОРЕЙСКОМ ЯЗЫКАХ

Со Кен Ран

Ключевые слова: ассоциативно-тематическое поле, деривация, субъективная оценка, диминутив, словообразовательная модификация, метафорический перенос наименования. Keywords: Association-thematic field, derivation, subjective estimation, diminutive, word-building modification, metaphorical transfer of the name.

Если названия жилища и его частей расматривать с точки зрениях их парадигматических, синтагматических и эпидигматических отношений, а также по отношению к смежным полям «Домашнее хозяйство, утварь», «Семья», то это пространство можно считать ассоциативно-тематическим полем, в ядре которого находятся прежде всего непроизводные слова (дом, квартира) и производные, а именно: жилище ('жилое помещение') и актуальное сейчас жилье - 'дом, квартира, комната, находящиеся в частном владении гражданина или предоставленные ему государством, ведомством, фирмой... для постоянного или временного проживания'. Дефицит жилья, Рынок жилья [Скляревская, 2007, с. 347]. В формировании единиц этого поля принимают участвие лексико-семантическая и словообразовательная деривация, что является предметом нашего диссертационного исследования.

Результаты лексико-семантической деривации, особенно это касается метафорического переноса, в основном соотносятся с периферийными участками поля (например, муравейник - о густонаселенном жилище человека) или связаны с ним только ассоциативно (коридоры власти; стена равнодушия), в то время как словообразовательные дериваты (прежде всего это производные от слова дом) соотносятся с прицентром поля, что можно объяснить присутствием в них корневой морфемы, которая актуализирует основную идею данного семантического пространства.

В этой статье мы останавливаемся на одном из частных вопросов - эмоционально-оценочной словообразовательной модификации названий жилища и его частей. Можно сказать, что эмоционально -оценочная словооброзовательная модификация характерна для субстантивных единиц любого тематического объединения, но при этом не все составляющие ТГ подвержены данному процессу. Например: дубок, березонька, тополек, но ясень, рябина, клен; розочка, ромашечка, незабудочка, но ноготок, герань, лютик. Примерно то же самое наблюдаем и в названиях жилища и его частей: домик, домок, домище; хижинка, хатка, барачок; окошечко, стенка, ставеньки, но: шатер, чум, коттедж, обитель; плинтус, потолок, пол. Однако заметим, что в ассоциативно-тематической сфере «Жилые строения и их части» примеров эмоционально-оценочной деривации гороздо больше, чем в таких ТГ, как «деревья», «цветы» и др.

«Формы субъективной оценки» имеют место и среди названий частей дома, которые включаются в изучаемое нами ассоциативно -семантическое поле: кладовочка, кухонька, печка, порожек, коридорчик, коридорище, комнатка / комнатушка / комнатенка, балкончик и др.

Суть процесса словообразовательной модификации «согласуется» с представлениями о «формах субъективной оценки» имен существительных, в частности, о суффиксах эмоциональной оценки [Виноградов, 1972, с. 97-99]. В начале XX века академик А.А. Шахматов писал что «уменьшительные, ласкательные, увеличительные или уничижительные образования от какого-нибудь слова должны быть признаны не разными словами, не отдельными словами, а формами того же слова». А.А. Шахматов ссылался на К.С. Аксакова, который еще в XIX веке говорил: «...при уменьшительных суффиксах предмет является как он есть, с наружным своим определением, вполне сохраняя себя, весь свой образ» (Цит. по: [Виноградов, 1972, с. 97]). А.А. Шахматов писал: «Суффиксальные образования, относящиеся сюда, не видоизменяют реального значения основного слова: домик, домище, домишко обозначают то же представление, что и дом; следовательно эти суффиксы имеют другое значение, чем другие словообразовательные суффиксы, при помощи которых выражаются представления, совершенно отличные от представления, выраженного соотвествующим основным словом, представления, самостоятельные по отношению к нему [Шахматов, 1941, с. 36, 452-453].

Преобладающим значением среди «форм субъективной оценки» является диминутивность. Остановимся на этом подробнее.

Диминутивность (Ср.: diminuendo - ит. ‘уменьшая, убавляя’ [Крысин 2010]- особое языковое явление, связанное прежде всего с указанием на уменьшение размера объекта. Как правило, оно выражается словообразовательно - путем прибавления определенного аффикса к именной основе. Обычно используется специальный уменьшительный суффикс: дом - домик; стол - столик. Ярко выраженное в русском языке значение диминутивности предполагает не только эмоциональную оценку уменьшительности (избушка, избенка), но и увели-чительности (комнашище, избища, домина).

Название данных явлений «формы субъективной оценки» не является для нас фактом формообразования (в его обычном понимании), так как прибавление суффикса эмоциональной оценки не изменяет грамматической формы исходного слова. Мы, вслед за известными дериватологами, относим эти явления к словообразовательной модификации (См., например: [Земская 1997, с. 362-363]).

В диминутивах очень часто уменьшительное значение, как известно, сочетается с ласкательным (маленький предмет, маленькое животное / ребенок обычно вызывают умилительную реакцию: домик -хороший маленький, симпатичный; комнатка - небольшая, уютная, любимая...). Контекст как бы «заражается» (В.В. Виноградов) семантикой используемого в нем значения диминутивности. Суффикс -ик- в слове домик может эксплицировать свое уменьшительное значение контекстуально - при помощи параметрического определения (маленький домик, домик-крошечка). «Милому свойственно быть малым, -писал К.С. Аксаков, - самая ласка предполагает уменьшительность предмета, и вот почему для выражения милого, для ласки употребляется уменьшительное... При этом даже вовсе не берется иногда в расчет самый наружный вид предмета (например: сестрица, братец)» [Цит. по: Виноградов 1972, с. 97].

Можно наблюдать примеры выражения ласкательности вне соединения с уменьшительностью и по отношению к неодушевленным предметам: «Свой уголок (то есть свою комнату / свое жилище -С.К.Р.) я убрала цветами...». Ср. также: Купи хлебца, лапшички, молочка (Р.Р.).

В сознании русскоязычного человека маленькое, тесное, неудобное жилище нередко соотносится с признаком «неновое», «ветхое». Например: Внизу, на берегу реки, примостился маленький домик, приют нашего пребывания на Кавказе. Кроме этого ветхого пристанища, у нас долгое время ничего не было. Оттенки смыслов и эмоций при использовании диминутивов очень разнообразны, но часто кон-

текст только приблизительно намекает на это. Так, в данной фразе словоформы примостился и пристанище при помощи присоединительного значения приставки (при-) передают семантический параллелизм -объединение в стремлении живого (мы) и неживого (домик) где-то приютиться, найти утешение в том, что есть место некоторого успокоения.

Наличие оценочного компонента (чаще положительного) в содержании диминутивных названий жилища связано с антропоцентрическим фактором: говорящий выражая отношение к называемому, как бы приближает его к себе, делает его своим, близким. Не случайно ди-минутивы, в том числе и диминутивные названия жилища, легко соединяются с притяжательными местоимениями: свой домик / домишко, моя комнатка; «... Наша ветхая лачужка и печальна, и темна, Что же ты, моя старушка, приуныла у окна?...» (Пушкин). «Чтобы представить предметы милыми, чтобы высказать ласкающее отношение, -писал Аксаков, - на них как бы наводится уменьшительное стекло, и они, уменьшаясь, становятся милыми...» [Цит. по: Виноградов 1972, с. 97].

В каждой тематической группе названий жилого строения, выделенных Н.Ю. Шведовой [Шведова 1998], мы найдем слова, которые могут образовывать «формы эмоциональной оценки», соответствующие, по В.В. Виноградову [Виноградов, 1972, с. 99], первой степени эмоциональной оценки; причем у наиболее употребительных слов (дом, изба) их несколько вариантов: домик/домок, домишко/домище; избенка/избушка/избище; хатка, лачужка, хижинка, хибарка; вагончик. Вторая степень эмоциональной оценки, по В.В. Виноградову, - это случаи, когда основа предшествующей уменьшительной «формы» соединяется с ласткательным суффиксом. В нашем материале эти единицы встречаются нечасто. Приведем некоторые примеры: избушка -избушечка; лачужка - лачужечка; окошко - окошечко; с двойным ласкательным суффиксом - печурочка. Выражение ласкательности (часто без семантики «уменьшительность») особенно характерно для единиц смежных тем: «семья», «домашние животные», «домашняя утварь»: доченька, браток, братец, матушка, маменька, папенька, батюшка, свекровушка; коровушка, курочка, петушок, котик, песик; ложечка, вилочка, половничек, ситечко, одеяльце, подушечка и др. На всем домашнем как бы лежит печать всего родного, близкого, милого.

Один и том же корень, отражающий идею «жилище», может соединяться с разными диминутивными суффиксами, которые могут эксплицировать разнообразные коннотативные значения. Например: избушка - уменьшительный, избенка - уменьшительно-уничижительный;

избушечка - уменьшительно-ласкательный; домик / домок - уменьшительно-ласкательный, домишко - уменьшительно-пренебрежительный. «Оттенки отношения к предмету уменьшенному, - писал К.С. Аксаков,

- многочисленны. Кроме милого, предмет принимает характер жалкого, бедного, робкого...» [Цит. по: Виноградов 1972, с. 97].

Вышеприведенные материалы свидетельствуют о том, что наиболее часто в сфере «Названия жилых помещений и их частей» используются следующие диминутивные суффексы: -к(а), -ик-, -ушк(а) (1-ая степень субъективной оценок ) и -очк- / чек(а / о) - 2-ая степень субъективной оценки. Но если учитывать объединяемые общей идей «дом» другие смежные поля, в частности, соответствующие вторичным ЛСВ слова дом, - «Семья», «Домашнее хозяйство», то арсенал диминутивных суффиксов значительно расширяется. Например: бабуленька, маменька, дочурочка, теленочек; лошаденка, коровенка; дворишко, за-боршко, зеркальце.

В русской лингвистической традиции диминутивные производные обобщенно называют уменьшительно-ласкательными, хотя во многих случаях отсутствует не только компонент ласкательности, но и компонент уменьшительности. Ср.: тетрадка, иголка, книжка и др. В.В. Виноградов писал: «... уменьшительно-ласкательное значение формы нередко стирается, изнашивается» [Виноградов 1972, с. 98]. То же самое можно сказать и о разговорно-бытовых употреблениях: окошко, печка, стенка, которые стали вариантами по отношению к производящим окно, стена (Ср. метонимическое значение: стенка -‘встроенная в стену мебель'), в речи они могут взаимозаменяться. Например: На окне / окошке - цветущая герань. Ковер повесим на эту стенку / стену (Р.Р.). При этом морфемная членимость основы сохраняется: суффикс -к- маркирует стилистическую принадлежность слова (разг.).

Диминутивность русской речи как национальное речевое свойсво отмечали и отечественные (В.В. Виноградов, Н.А. Янко-Триницкая, Е.А. Земская, В.А. Червова, Н.Ф. Спиродонова и др.), и зарубежные (например, А. Вежбицкая) лингвисты.

Как известно, не все языки обладают таким «диминутивным богатством», как русский язык. Так, в корейском языке есть диминутивные значения, но по сравнению с русским языком, они выражаются часто при помощи прилагательных: маленький, милый, любимый. Особенно это касается неодушевленных предметов. Например: L-H Olh о'ёШ'ё- ?-|-ЕО| 3£=1 (В моей комнате висят миленькие шторки).

Интерес представляют случаи, когда маленькие вещи в доме (лестница, коробочка и др.) называют при помощи слова жп|- [кома] (=маленький ребенок), то есть маленькие предметы уподабливаются детям. Например: жаИР" [кома гедан] (=маленькая лестница).

Также для этой цели в корейском языке используются специальные слова о|-7| [аги] (=ребенок), о\7\ [ага] (ласкательная форма ребенка). В корейском языке диминутивное слово АГА используется по отношению к ребенку и соответствует русским номинациям миленький, голубчик. Интересно, что молодую жену родители ее мужа зовут ласкательно о|-7|- [ага] (буквально: ‘молоденькая, детка, еще малое дитя’). Что касается названий детей, например, дочка, сынок, то в корейском языке, чтобы выразить ласкательность, используются уже не членимые основы. Например: еЦпі [талнеми] (=дочка), о|-йі_Нп| [адылнеми] (=сынок).

Также в корейском языке имеет место выражение диминутивной модификации через метафоризацию словосочетания: Дом на ветке ^

- [ильччисо] - ‘маленький домик’ (часто на каком-либо возвышении); Дом улитки ^ 2|-£=| - [варе] - ‘маленький, неказистый, неудобный дом’; Дом пчелы - - [больччип] - ‘ряд маленьких, приле-

пившихся друг к другу комнат-клетушек’; Панцирь краба - ?Н|С4*1 -[гэтакччи] - ‘маленький, ветхий дом, развалюшка’ (намек на то, что, когда едят краба, то ломают его панцирь на кусочки, извлекая из них мясо).

Итак, словообразовательная деривация в ассоциативносемантическом поле «Жилище и его части» богато представлена «формами субъективной оценки». Это проявление не формообразования, а словообразовательной модификации, то есть «семантическое расстояние» в словообразовательной паре, включающей слово с суффиксом эмоциональной оценки, очень небольшое: называется тот же предмет, но в уменьшительно-ласкательном или увеличительном виде.

Среди данных дериватов ведущее место занимают диминутивы, в которых уменьшительность соединяется с ласкательностью или проявляется только ласкательность. Последнее особенно касается названий смежных сфер: «Семья», «Домашнее хозяйство», что объясняется психологией восприятия маленького. Кроме значения «ласкательность», значение уменьшительности может соединяться с компонентами «уничижительность», «пренебрежительность». Диминутивные смыслы поддерживаются контекстуально.

В анализируемом семантическом пространстве немало единиц, в содержании которых уменьшительно-ласкательность «стирается» и бывший суффикс эмоциональной оценки становится только показателем разговорности (окошко, стенка). Это общая тенденция в употреблении диминутивных «форм».

Обилие диминутивных образований в сфере «Жилище» и в смежных полях, по сравнению с другими тематическими объединениями, можно объяснить особой значимостью сферы «дом» для человека, нередко соотносящейся с самым близким, родным, милым сердцу.

Диминутивность - яркая черта русскоязычного поведения; в других языках, в частности, в корейском, она представлена словообразовательно гораздо беднее и выражается в основном средствами контекста. В корейском языке интересны случаи метафоризации композитивных словосочетаний, а также использование метафоры «дитя» по отношению и к одушевленным, и к неодушевленным предметам - для выражения ласкательности.

Литература

Виноградов В.В. Русский язык (грамматическое учение о слове). М., 1972.

Земская Е.А. Словообразование // Современный русский язык / Под ред. В.А. Белошапковой. М., 1997.

Крысин Л.П. Словарь иностранных слов. М., 2010.

Толковый словарь русского языка начала XXI века. Актуальная лексика / Под ред. Г.Н. Скляревской. М., 2007.

Шахматов А.А. Синтаксис русского языка. Л., 1941.

Шведова Н.Ю. Русский семантический словарь : в 2 тт. М., 1998. Т. 2.