Русские революционные эмигранты и английские социалисты в 1880-1890-х годах: опыт диалога

Раздел 2

Россия. Запад. Х1Х-ХХ века

И. А. Воробьёв

Русские революционные эмигранты и английские социалисты в 1880-1890-х годах: опыт диалога

Два последних десятилетия XIX в. стали временем возвращением Лондоном статуса одного из крупнейших центров русской политической эмиграции - его британская столица утратила в середине 1860-х гг. вместе с отъездом из страны А. И. Герцена, вписавшего яркие страницы в историю российской эмиграции. Однако в начале 1880-х гг. в Лондон вновь начали стекаться политические эмигранты из Российской империи. Свёртывание Александром II реформ, вызвавших вспышку политической активности в России, закончилось трагическими событиями 1 марта 1881 г. и последовавшим ужесточением внутриполитического режима. Вместе с тем формирование лондонской колонии русских революционных эмигрантов совпало по времени с ростом социалистических настроений в Англии.

Ещё в начале правления королевы Виктории Англия стояла во главе рабочего движения в Европе. Этот невиданный всплеск общественной активности, главным двигателем которой был чартизм, в своё время застал Герцен. Издатель «Колокола» отмечал «расположение чартистов» к себе, однако мало интересовался их политической борьбой, целиком отдавая свои силы Вольной рус-

ской типографии1. В последующие десятилетия рабочее движение пошло на убыль, и упадок чартизма происходил одновременно с резким уменьшением русской колонии эмигрантов в Англии. Явное затишье сохранялось до начала 1880-х гг. Однако уже в середине десятилетия князь П. А. Кропоткин, оказавшись в Англии вместе с другими русскими эмигрантами, вынужденными покинуть Россию с воцарением Александра III, застаёт в стране оживлённое социалистическое движение. «Во всех слоях общества заинтересовались тогда социализмом и различными проектами реформ и преобразования общества»2, - вспоминал он. Произошедшие изменения были вызваны рядом причин.

Утрата Британской империей промышленной монополии на фоне экономического роста Германской империи и США, последовавшие за этим сложности экономического характера не могли не повлиять на рост активности рабочих. Неуклонно росло число членов тред-юнионов, усиливалось социалистическое движение. Своеобразной вехой в его развитии стал 1884 г. Именно тогда осуществилось преобразование созданной тремя годами ранее Демократической федерации в Социал-демократическую федерацию. В состав этой организации вошли не только револю ционные социал-демократы, сторонники марксизма, но и социалисты других ориентаций и даже анархисты. Среди деятелей федерации особенно выделялся журналист и адвокат Генри Гайндман, занимавший реформистские позиции. Наряду с этой организацией создаётся ещё одна - Социалистическая лига, образованная в том же 1884 г. членами федерации, которые не были согласны с политикой Гайндмана и выступали за более радикальные методы борьбы и усиление профсоюзов. Одним из главных идеологов лиги стал поэт Уильям Моррис. Наконец, в 1884 г. было основано Фабианское общество, ставившее своей целью постепенное преобразование капитализма в социализм - соответствующие эволюционные процессы должны были занять весьма значительное время. У истоков Фабианского общества стоял писатель Эдуард Пиз.

Поиск английскими социалистами новых путей заставлял их обращаться в том числе и к зарубежному опыту - таким образом, были созданы благоприятные условия для диалога русских «нигилистов» и английских социалистов всех мастей. Налаживание бо-

1 См.: Партридж М. Александр Герцен и его английские связи // Проблемы изучения Герцена. М., 1963. С. 357.

2 Кропоткин П.А. Записки революционера. М., 1988. С. 465.

лее тесных связей между русской революционной эмиграцией и возродившимся английским социалистическим движением объяснялось как характером этого движения, изначально тяготевшего к интернационализму, так и потребностями деятельности русских эмигрантов, ещё со времён Г ерцена дороживших поддержкой английской общественности (тем более что в 1880-х гг. русская колония эмигрантов в Англии, став заметно более многочисленной, сделалась ещё менее материально обеспеченной).

Контакты русской революционной эмиграции с английскими социалистами нагляднее всего можно проиллюстрировать на примере двух русских изгнанников: С. М. Степняка-Кравчинского, «общепринятого лидера» русской колонии эмигрантов в Лондоне, и его друга и соратника П. А. Кропоткина, который был, по мнению некоторых исследователей, даже больше Кравчинского известен в Англии3. Необходимо отметить, что знакомства, приобретённые тем или иным эмигрантом, редко оставались лишь его достоянием, в большинстве случае передаваясь, как по цепочке, прочим деятельным членам эмигрантской колонии.

Важно отметить, что С. М. Степняк-Кравчинский и П. А. Кропоткин не были классическими социалистами (и Кравчинский, придерживавшийся народнических взглядов, и «князь-анархист» Кропоткин назывались в английской прессе исключительно «нигилистами» - данное определение стало устойчивым по отношению ко всем русским политическим эмигрантам); опыт общения с английскими социалистами стал немаловажным фактором эволюции их взглядов. В то же время англичане, придерживавшиеся социалистических взглядов, при всём разнообразии английской общественной мысли не могли не обратить внимания на яркие и противоречивые фигуры русских политических эмигрантов, чьи теория и практика политической борьбы разительно отличались от установок английских «радикалов».

Степняк-Кравчинский, поселившийся в Лондоне в 1884 г., достаточно быстро убедился в разрозненности английских социалистов, которых рассматривал как потенциальных союзников. В письме к одному из своих английских знакомых он с горечью указывал на противоречия в разнородном социалистическом лаге-

3 См.: Hamburg G. M. The London Emigration and the Russian Liberation Movement // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. 1977. Bd. 25. H. 2.

S. 323, 333.

ре: «Все маленькие партии ссорятся, - посмотрите на ваших английских социалистов»4. И всё же Степняк-Кравчинский, а также Кропоткин, окончательно переселившийся в Англию в 1886 г., пытались найти общий язык со всеми сторонниками социалистических идей.

Одним из главных источников новых знакомств для эмигрантов стали митинги, традиционные средства выражения общественного мнения в Англии, казавшиеся вчерашнему российскому подданному чем-то невозможным. На одном из таких митингов 1884 г. Степняк-Кравчинский впервые встретился с Генри Гайнд-маном, основателем Социал-демократической федерации, с которым впоследствии вёл яростную полемику по вопросам марксизма. Г айндман был также другом Кропоткина (одно время они вместе выпускали газету «Бунтарь»), которого он выручил в 1883 г., инициировав кампанию за освобождение русского князя из французской тюрьмы Клерво. Одно из таких обращений было составлено группой английских радикалов. Позднее сам Гайндман так вспоминал об этом: «К этому обращению были приложены такие имена, которые были наиболее известны в мире науки и в мире литературы и которые, как я полагал, вызывали наибольшее доверие, т. к. Кропоткин в то время был гораздо более известен как пылкий защитник "пропаганды действием", чем как географ или литератор»5.

Из других членов Социал-демократической федерации, поддерживавших контакты с русскими эмигрантами, необходимо назвать Джона Бёрнса, Томаса Манна и Белфорда Бэкса. С Бёрнсом, входившим в состав исполнительного комитета Социал-демократической федерации, Степняк познакомился также на одной из демонстраций. Манн, рабочий-металлист и секретарь Лондонского совета профсоюзов, стал одним из руководителей стачки докеров в 1889 г. Знакомство с ним помогло русским наладить более прочные связи с английским пролетариатом. Бэкс, философ и историк, был редактором партийной газеты «Справедливость» и одним из наиболее преданных членов Социал-демократической федерации6.

4 Степняк-Кравчинский С. М. В лондонской эмиграции. М., 1968. С. 301.

5 Цит. по: Бирюков А.В. П.А. Кропоткин и западноевропейские естествоиспытатели. URL: <http://oldcancer.narod.ru/150PAK/4-01Birukov.htm>

6 Kendall W. Russian Emigration and British Marxist Socialism // International Review of Social History. 1963. Vol. 8. P. 354.

Среди самых близких Кравчинскому и Кропоткину (а также другим русским революционным эмигрантам) англичан был Уильям Моррис. Соратник Генри Гайндмана, Моррис в 1884 г. вышел из Социал-демократической федерации и вместе с единомышленниками основал Социалистическую лигу. По мнению ряда исследователей, изучивших взаимоотношения Морриса и Кравчинского, именно русский эмигрант способствовал тому, чтобы Моррис стал социалистом. По крайней мере, как утверждает Е.А. Таратута, Моррис сам публично заявил об этом 28 марта 1886 г. на митинге, собранном Социалистической лигой7. Бесспорно, тот факт, что деятель столь крупного масштаба в среде английских социалистов признавал особое влияние убеждений Кравчинского на формирование своих взглядов, говорит о многом.

Моррис, как и прочие деятели английского социализма, достаточно активно помогал Степняку-Кравчинскому финансами. Жена Кравчинского, Ф. М. Личкус, писала, что не будь социалистов, они, Кравчинские, на первых порах просто бы погибли8.

Моррис и Степняк в дальнейшем нередко выступали на одних и тех же митингах: стоит назвать мероприятия 2 декабря 1891 г. в Сейнт Джеймс-холле и 1 ноября 1890 г. против преследований евреев в России9. Митинги, собиравшиеся Социалистической лигой Уильяма Морриса, посещал и П. А. Кропоткин. Впрочем, в 1890 г. Моррис был вынужден выйти из состава Социалистической лиги, в которой начали доминировать анархисты. Однако это обстоятельство не помешало продолжению переписки, которая успела установиться между Моррисом и Кропоткиным.

Ещё одним удачным знакомством русских эмигрантов стала Анни Безант, известная общественная деятельница и писательница. Она была автором лекций о России, составленных по сочинениям Степняка. Безант являла собою живой пример неустойчивости границ в социалистическом лагере Англии. В 1885 г. она вступила в Фабианское общество, однако три года спустя покину-

7 См.: Таратута Е. А. С. М. Степняк-Кравчинский - революционер и писатель. М., 1973. С. 333.

8 См.: там же. С. 481.

9 См.: Hollingsworth B. The Society of Friends of Russian Freedom: English Liberals and Russian Socialists, 1890-1917 // Oxford Slavonic Papers. New Series. 1970. Vol. 3. P. 54-55.

ла его и стала членом Социалистической лиги Морриса. В 1890 г. она вышла из состава Лиги; встретившись затем с Е. П. Блават-ской, Анни Безант серьёзно увлеклась теософией, окончательно отойдя от социалистического движения. Впрочем, это не помешало ей остаться поклонницей Кравчинского и оказывать ему помощь в работе.

В 1884 г., на митинге в Гайд-парке Кравчинский познакомился с известным музыкальным критиком и начинающим драматургом Джорджем Бернардом Шоу, входившим в Фабианское общество. «Когда я встретился с ним в парке впервые, - вспоминал впоследствии Шоу, - я не мог оценить в полном виде неподдельность и своеобразие его очарования»10. Характеризуя своё отношение к Степняку в дальнейшем, Шоу писал, что «глядя на него, испытывал чувство радости», что считал его «человеком жизни, действия, развития». У Кропоткина же, который состоял в переписке с Шоу, а также с его дочерью, отношения с драматургом не сложились -

он недолюбливал англичанина и даже называл его «балаганным

11

шутом» .

Гораздо более тесные отношения имел Степняк с одним из основателей Фабианского общества Эдуардом Пизом, который читал лекции на темы «История русского нигилизма», «Значение для Англии русской революции», а средства от них направлял на помощь участникам российского революционного движения. Сохранилась его обширная переписка с Кравчинским. Среди прочего Пиз писал ему следующее: «В Англии имеется много людей, глубоко сочувствующих вашей благородной борьбе за свободу, являющуюся естественным правом каждого человека... Мы почитаем нигилистов, посвятивших себя извечному делу угнетённых, и

мы рады случаю выразить вам и вашим товарищам наши симпа-

12

тии и уважение» .

Кропоткин также активно переписывался с владельцем ряда радикальных газет Джозефом Коуэном, который охотно предоставил русскому анархисту возможность печататься в своих издани-

10 Цит. по: Таратута Е. А. Указ. соч. С. 328.

11 См.: Слэттер Д. Искандер со товарищи. Русские революционеры и британские радикалы // Родина. 2003. № 5-6. С. 82.

12 Цит. по: ТаратутаЕ. А. Указ. соч. С. 403.

ях. «Я был счастлив, когда старый радикал мистер Джозеф Коуэн согласился уделить мне место в своей газете», - писал Кропот-кин13. Впрочем, даже «старый радикал» Коуэн, давая согласие на сотрудничество с Кропоткиным, подчёркивал важную особенность политической системы своей страны: «Англия - страна ле-

14

вого центра; мы всегда живём компромиссами» .

В течение многих лет жизни в Великобритании Кропоткин постоянно участвовал в британской общественной жизни. Он читал лекции на разнообразные темы, собиравшие многочисленную аудиторию в самых разных концах страны. Кропоткин сотрудничал с филиалами Фабианского общества, а также с Анкотским братством (названным по имени одного из районов Манчестера) социалиста Чарльза Роули, друга и последователя Уильяма Морриса.

О том, сколь широкие слои английского общества старались охватить своей пропагандой революционные эмигранты, может свидетельствовать такая запись о «собрании в гостиной» у богатой дамы, оставленная женой Кравчинского: «Будет около 80 человек самого разнообразного рода. Будут социалисты. религиозные дамы и агностики, анархисты и вегетарианцы-народники, профессора, медики и даже английские буддисты. Всем им Сергей должен сказать речь. Я думаю, он поразит их своей умеренностью, так как многие с некоторой боязнью придут смотреть на русского нигилиста»15. Кропоткин также активно занимался пропагандистской деятельностью. «Я. читал в Нью-Кастле, в Глазго и Эдинбурге лекции о русском движении, и меня принимали с большим энтузиазмом. Толпы работников восторженно кричали на улице, после лекции, ура в честь нигилистов»16.

Однако даже «умеренность», к которой были вынуждены прибегать в своих выступлениях русские «нигилисты», не гарантировала им всеобъемлющей помощи английских сторонников. Благие начинания зачастую заканчивались ничем. К примеру, Эдуард Пиз в одном из писем делился своими планами с Кравчинским: «Думаю собрать 10-12 друзей, одинаковых со мною взглядов, и объединить наши усилия в издании и распространении брошюр с текстами из ваших и других книг, чтобы шире ознакомить общест-

13 Кропоткин П. А. Указ. соч. С. 421.

14 Там же. С. 466.

15 Степняк-Кравчинский С. М. Указ. соч. С. 406.

16 Кропоткин П. А. Указ. соч. С. 424.

венное мнение с положением в России и подготовить почву для дальнейших публичных выражений сочувствия»17. Однако дальше слов дело не пошло.

Показательно, что помощь в итоге пришла со стороны либералов. На митинге в феврале 1889 г. Кравчинский вновь поднял вопрос о создании организации англичан, которая могла бы оказывать помощь его делу18. Девятого ноября 1889 г. Роберт Спенс Уотсон, адвокат из Ньюкасла, деятельный сторонник Либеральной партии, предложил в письме свою помощь С. М. Степняку-Кравчинскому. Он намеревался организовать небольшую группу друзей-единомышленников, о чём и сообщил Сергею Михайловичу во время личной встречи в Лондоне несколькими днями позже;

24 января 1890 г. Спенс Уотсон вместе со Степняком и Кропоткиным, а также своими старыми друзьями Томасом Бартом и

В. П. Байлсом обсудили эти планы19. В итоге 31 марта 1890 г. было учреждено Общество друзей русской свободы. В его задачи, в частности, входило распространение информации о положении

дел в России, формирование общественного мнения в Англии,

20

помощь русским политическим заключённым .

Новое начинания русских эмигрантов не могло остаться незамеченным. В апреле 1890 г. Фридрих Энгельс писал: «Возобновившиеся среди английских либералов антицаристские настроения представляются мне чрезвычайно важными для нашего дела;

очень хорошо, что Степняк здесь и имеет возможность их подог-

21

ревать» .

Впрочем, деятельность Общества друзей русской свободы так и не достигла того размаха, о котором мечтал Степняк. Большинство английских «друзей русской свободы» отказывались принимать всерьез социалистические идеи русских революционеров, а также отрицательно относились ко всем насильственным методам борьбы русских «борцов за свободу». Дональд Сенес полагает,

17 Степняк-Кравчинский С. М. Указ. соч. С. 263.

18 См.: Senese D. J. S. M. Stepniak-Krachvinskii, the London Years. Newton-ville, 1987. P. 47.

19 См.: Hollingsworth B. Op. cit. P. 50.

20 См.: Manchester Guardian. 1894. 4 June. P. 8.

21 Цит. по: Таратута Е. А. Указ. соч. С. 417.

что Общество потерпело неудачу, не сумев склонить на свою сторону значительное число англичан, которые симпатизировали Либеральной партии, занимавшей главенствующие позиции на поли-

22

тическом олимпе страны .

Интересно, что даже сам Степняк-Кравчинский, обжившись в Англии, стал относиться к террору критически и даже назвал его в 1895 г. «худшим из всех революционных методов». Один из активных членов Общества друзей русской свободы Джордж Перрис полагал, что такие перемены в С. М. Кравчинском обусловлены благотворным влиянием на русского революционера мягкого английского политического климата23. Степняк-Кравчинский, вероятно, и сам понимал, что очень немногие англичане разделяют его убеждения, потому что «придерживаются весьма умеренных взглядов»24. Ещё более прямо выражался на этот счёт Кропоткин: «Я находил. повсеместно твёрдую уверенность в том, что революция в Англии невозможна»25.

Однако нельзя сказать, что старания русских эмигрантов оказались совсем уж безрезультатными. Степняку-Кравчинскому удалось до своей трагической гибели в 1895 г. обзавестись даже большим числом знакомых, нежели Герцену26. Бурная деятельность помогла ему стать постоянным героем статей английских журналистов. Достаточно отметить, что в одной только «Таймс» с 1884 по 1895 г. было опубликовано 75 статей и заметок с упоминанием его имени. Газета «Манчестер Гардиан» высоко оценивала вклад С. М. Степняка-Кравчинского, причём не только в дело укрепления англо-русской дружбы: «Одно лишь знакомство с ним вызвало переворот в жизни многих англичан. Он расширил горизонты нашего политического и социального видения, вскрыл наши наиболее насущные и зачастую неприглядные проблемы»27.

22 См.: Senese D. J. Op. cit. P. 63.

23 См.: Зашихин А. Н. «Глядя из Лондона»: Россия в общественной мысли Британии, вторая половина XIX - нач. XX в.: очерки. Архангельск, 1994.

С. 157.

24 Степняк-Кравчинский С. М. Указ. соч. С. 7.

25 Кропоткин П.А. Указ. соч. С. 466.

26 См.: Гросул В. Я. Международные связи российской политической эмиграции во второй половине XIX века. М., 2001. С. 322.

27Manchester Guardian. 1896. 4 January. P. 4.

После гибели Кравчинского самым известным и авторитетным русским эмигрантом Англии стал П. А. Кропоткин. По мнению Дж. Слэттера, «в поздневикторианскую и эдвардианскую эпоху Кропоткин стал каким-то оракулом левого направления, к которому люди обращались по самым разным вопросам - от политики и истории, этики, географии и естествознания до литературы и искусства. Этому нельзя удивляться, так как размах интересов и тем его сочинений охватывал все вышеперечисленные области, а эрудиция была чрезвычайно глубокой»28.

Таким образом, русские революционные эмигранты, заручившись всесторонней поддержкой социалистов, всё же не сумели извлечь из этого серьёзной выгоды - социалистическое движение в Англии, только начинавшее набирать силу, не имело достаточного числа сторонников, которые могли бы воспринять идеи русских эмигрантов. В то же время деятели политической эмиграции, находя по многим вопросам общий язык с английскими либералами, так и не смогли избавиться от черт своего революционного образа, отпугивавших простых английских обывателей. Даже чисто английская тактика компромисса не принесла эмигрантам желаемого результата.

Об авторе

Воробьёв Илья Аркадьевич - аспирант кафедры зарубежной истории и международных отношений Балтийского федерального университета им. И. Канта (Калининград), sparoff@mail.ru