О субъектах наследственных правоотношений

УДК 34.477 О. П. ПЕЧЕНЫЙ

ББК 67.404.4 кандидат юридических наук, доцент,

Национальный университет «Юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого»

О СУБЪЕКТАХ НАСЛЕДСТВЕННЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ

В статье анализируются особенности субъектов наследственных правоотношений. Рассмотрены основные проблемы наследственных правоотношений, связанные с имеющимися доктринальными подходами к их пониманию: обоснована ошибочность отождествления понятий «наследственное правоотношение» и «наследственное правопреемство»; приведены дополнительные аргументы в пользу того, что наследодатель, будучи субъектом наследственного правопреемства, не включается в круг субъектов наследственных правоотношений. Особое внимание уделено участию в наследственных правоотношениях юридических лиц. На основе анализа действующего гражданского законодательства России и Украины выделены формы участия организаций в данных правоотношениях. В результате сравнения гражданского законодательства Германии,

России и Украины указывается на необходимость разработки такой формы участия юридического лица в наследственных правоотношениях, как назначение его исполнителем завещания. Относительно участия в наследственных правоотношениях публичноправовых образований приводятся доводы, что данные образования нельзя считать наследниками выморочного имущества.

Ключевые слова: наследственное право; наследники; наследство.

O. P. PECHENIY

PhD in Law, Associate Professor, National University «Yaroslav the Wise Law Academy of Ukraine»

ON THE SUBJECTS OF INHERITED LEGAL RELATIONSHIPS

The paper analyzes the features of the subjects of inherited legal relations. In addition, the basic problems of hereditary relationship associated with the existing doctrinal approaches to the understanding of them are considered. Specifically, an erroneous identification of the concepts of «hereditary relationship» and «hereditary succession» is proved; additional arguments in favor of that a testator, being a subject of hereditary succession, is not included into the range of subjects of hereditary relationships, are given. Particular attention is paid to the participation of legal entities in the hereditary relationships. Based on the analysis of current civil legislation of Ukraine and Russia, the forms of participation of organizations in these relationships are described. Based on the comparison of civil legislation in Germany, Russia and Ukraine, the necessity of establishing a form of participation of a legal entity in hereditary relationships that would admit his appointment as the executor of his will is proved. As for the participation of public law entities in hereditary relationships, the arguments that these formations cannot be considered heirs escheat property, are presented.

Keywords: law of succession; heirs; inheritance.

Наследственное правоотношение, представляющее собой юридическую форму перехода прав и обязанностей наследодателя в случае его смерти к наследникам в порядке универсального правопреемства, относится к числу комплексных гражданских правоотношений. Данная черта наследственного правоотношения по-разному отражена в теории наследственного права, иногда ее связывают со стадийностью, множественностью пра-

воотношений или длящимся характером его протекания во времени [7, с. 22-25]. Однако какой бы теоретический поход не будет взят за основу, не вызывает сомнений, что природа наследственного отношения обусловливает необходимость рассмотрения его основных элементов как сложных системных образований. Сказанное целиком применимо к такому элементу правоотношения, как его субъект. В связи с этим перед цивилисти-

© О. П. Печеный, 2013

ческой наукой стоит задача анализа данного элемента наследственного правоотношения с тем, чтобы были созданы основы системы субъектов, обозначены проблемы и выявлены тенденции ее функционирования.

В сферу наследственных правоотношений вовлечены и наследодатель, и наследник. Причем среди исследователей достаточно часто встречается утверждение о признании наследодателя субъектом наследственных правоотношений. Среди современных авторов так считает, к примеру, И. Л. Корнеева, которая безапелляционно утверждает, что к субъектам наследственного правоотношения следует относить наследодателя и наследника [5, с. 20]. Данное суждение обосновывается двумя аргументами. Во-первых, составляя завещание, наследодатель уже выступает субъектом наследственных правоотношений. И во-вторых, наследодатель — субъект наследственного преемства и уже поэтому, в силу указанного обстоятельства, признается субъектом наследственного правоотношения. Высказывается также суждение, что включение наследодателя наряду с наследником в круг субъектов наследственных отношений позволяет выделить в их структуре управомоченную и обязанную стороны. Вместе с тем согласиться с таким подходом нет достаточных оснований. Во-первых, основным возражением является то обстоятельство, что наследодатель к моменту открытия наследства и стало быть возникновения наследственного правоотношения утратил в силу смерти гражданскую право- и дееспособность, а следовательно, перестал быть субъектом права, что не позволяет считать его субъектом каких-либо правоотношений, включая и наследственные. Во-вторых, безосновательна ссылка на составление завещание как основание возникновения наследственного правоотношения. При таком подходе искажается природа завещания, поскольку само лишь его составление, до наступления факта открытия наследства, не может порождать наследственных правоотношений. Действия по составлению завещания, включая факт обращения к нотариусу, изготовление текста завещательного документа, процедуру его удостоверения и т. д., безусловно, являются правоотношениями, однако во всяком случае никак не наследственными. Скорее речь может идти об организационных или проце-

дурных правоотношениях. При этом нельзя отрицать, что прижизненные отношения наследодателя, которые связаны с составлением, удостоверением, изменением и отменой завещания, не будучи наследственными, тем не менее входят в предмет наследственного права. Такой подход логически объясняет структурную принадлежность соответствующих гражданско-правовых норм именно разделу о наследственном праве, а не какому-либо иному, например о сделках.

Наконец, наиболее серьезной ошибкой следует признать отождествление понятий «наследственного правоотношения» и «наследственного правопреемства». Так, В. В. Валах, в целом отрицая отнесение наследодателя к субъектам наследственных правоотношений, объясняет это в некоторой степени тем, что наследование выступает синонимом наследственного правопреемства, а наследодатель выступает полноправным субъектом такого преемства [2, с. 169-170]. Полагаем, само рассмотрение любого посмертного правопреемства, в том числе и наследственного, как правоотношения следует считать методологически неверным. Ведь правопреемство может быть чертой правоотношения, его правовым последствием, результатом реализации, но не самим правоотношением. Не случайно В. В. Ровный справедливо отметил, что наследственное правоотношение и наследственное правопреемство соотносятся как причина и результат и различаются по субъекту [3, с. 584]. Наследодатель, будучи субъектом наследственного правопреемства, не является субъектом наследственного правоотношения. Отсюда следует, что субъектом наследственного правоотношения допустимо считать лишь наследника. При этом наследниками могут быть любые субъекты гражданских правоотношений. Однако следует иметь в виду, что в большинстве случаев наследниками выступают физические лица. Данный подход красной нитью проходит через большинство норм Книги шестой ГК Украины. К примеру, ст. 1222 ГКУ, определяющая основных участников наследственных правоотношений — наследников, в качестве общего правила указывает, что наследниками по завещанию и по закону могут быть физические лица, находящиеся в живых на момент открытия наследства, а также лица, зачатые при жизни

наследодателя и родившиеся живыми после открытия наследства. И лишь как исключение наследниками по завещанию могут быть юридические лица и другие участники гражданских правоотношений (ст. 2 ГКУ).

В современных экономических реалиях, обусловленных качественными изменениями динамики социальных связей, усложнением структуры наследственных активов, вовлечения в круг наследования объектов рыночной инфраструктуры, участие юридических лиц в наследственных отношениях, включая их организационную составляющую, видится необходимым. Более того, наметилась тенденция расширения форм участия юридических лиц в указанных правоотношениях.

Анализ гражданского законодательства Украины и РФ о наследовании позволяет выделить следующие случаи, когда юридическое лицо принимает участие в наследственных правоотношениях или же способно оказать влияние на их динамику:

- юридическое лицо является наследником по завещанию (ч. 2 ст. 1222 ГКУ, ч. 1 ст. 1235 ГКУ, абз. 2 ч. 1 ст. 116 ГК РФ);

- юридическое лицо назначается исполнителем завещания (ч. 1 ст. 1286 ГК РФ), при этом ГК РФ (ст. 1137 ГК РФ) не предусматривает участия юридического лица в качестве исполнителя завещания;

- наследуются имущественные права в отношении юридического лица и для осуществления наследственных прав необходимо согласие или самого юридического лица или всех его участников (например, ч. 5 ст. 147; ч. 4 ст. 166 ГКУ, ст. 1176, 1177 ГК РФ);

- юридическое лицо создается в соответствии с завещанием (например, в соответствии с ч. 3 ст. 87 ГКУ допустимо создание учреждения на основании учредительного акта, содержащегося в завещании). Законодательство дореволюционной России допускало возможность создания на основании завещания некоммерческих организаций, которым передавалось обособленное имущество наследодателя. Именно так в России длительное время успешно функционировало «Леденцовское общество» [6, с. 67-71], оказывавшее финансовую поддержку работам выдающихся ученых;

- юридическое лицо выступает субъектом управления наследством (ст. 1285 ГКУ), охраны (ч. 2 ст. 1284 ГКУ), а по законода-

тельству РФ — доверительного управления (ст. 1173 ГК РФ).

Кроме названных правовых форм, юридическое лицо может быть участником правоотношений (в большинстве случаев обязательственных), которые связаны с наследственными. Так, в случае установления в завещании завещательного отказа, юридическое лицо может быть назначено его получателем — легатарием (ст. 1237, 1238 ГКУ; ст. 1137 ГК РФ). Наследодатель имеет право установить в завещании сервитут в отношении земельного участка, других природных ресурсов или недвижимого имущества для удовлетворения потребностей юридического лица (ст. 1246 ГКУ). Такая ситуация может иметь место, когда данная организация является собственником (владельцем, землепользователем) соседнего земельного участка (ч. 2 ст. 401 ГКУ).

При этом следует отметить, что, несмотря на расширение перечня форм участия юридических лиц в наследственных отношениях, не все указанные формы обеспечены юридическими возможностями и механизмами их реализации. Так, достаточно проблемным является вопрос о реализации юридическим лицом полномочий исполнителя завещания. По ГК Украины исполнителем завещания может быть физическое или юридическое лицо, которое назначено завещателем, наследниками, нотариусом или судом с целью исполнения воли завещателя, которая заключается в обеспечении сохранности и передаче после открытия наследства имущества наследникам, которые указаны в завещании, совершения иных, предусмотренных завещанием, действий.

Правовое положение исполнителя завещания с теоретических позиций объясняется противоречиво. В цивилистике различных лет разработаны теории квазипредставительства (А. X. Гольмстен), посмертного представительства (А. О. Гордон), действия в собственном интересе (С. А. Беляцкин), ведения дел наследников и теория общественного контроля (В. А. Рясенцев). Нормы ГК Украины содержат черты различных теорий, однако в любом случае следует указать, что исполнитель завещания совмещает в себе черты субъекта, занимающегося реализацией чужой гражданской правоспособности, но в то же время преследующего собственный

частный интерес. Как отмечает В. А. Белов, в положении душеприказчика (исполнителя завещания) есть черты и опекуна, и управляющего чужим имуществом и чужими делами [1, с. 1000-1005].

Такой участник наследственных правоотношений, как исполнитель завещания известен наследственному праву европейских стран, в частности Германии. По немецкому праву исполнитель завещания может быть указан в завещании, либо по поручению завещателя определен третьим лицом, либо назначен судом. В функции исполнителя завещания входит реализация завещательного распоряжения, управление наследственной массой до ее раздела. Исполнитель завещания после принятия обязанностей обязан незамедлительно представить наследнику опись находящихся в его управлении предметов и известных ему обязательств наследства (§ 2215 ГГУ).

Исполнитель завещания обязан следовать распоряжениям о порядке управления, которые наследодатель сделал в завещании. Однако по ходатайству исполнителя завещания или иного заинтересованного лица суд по наследственным делам может отменить эти распоряжения, если их соблюдение представляло бы значительную угрозу для наследства.

Особенности участия юридического лица как исполнителя завещания недостаточно урегулированы ГК и сводятся лишь к правилу ч. 1 ст. 1286 ГКУ, по которой завещатель может поручить исполнение завещания как физическому лицу, так и юридическому лицу. Вместе с тем это качественно отличает национальное законодательство от ГК РФ, который не предусматривает назначения исполнителем завещания юридического лица. Российские исследователи отмечают, что такое ограничение свободы выбора исполнителя завещания законодателем установлено излишне. Непонятно, почему завещатель не может возложить исполнение своей воли на некоммерческую организацию или благотворительный фонд. Расширение содержания права завещателя по выбору субъекта — исполнителя его воли послужило бы дополнительной гарантией реализации принципа свободы завещания [4, с. 140]. В подзаконных актах Министерства юстиции Украины, применяемых нотариусами, вопрос об исполне-

нии завещания юридическим лицом не нашел детальной регламентации. Так, «не заметили» установленной ГК возможности юридического лица быть исполнителем завещания авторы Порядка совершения нотариальных действий нотариусами Украины, утвержденного приказом Министерства юстиции Украины от 22 февраля 2012 г. № 296/5. Представляется, что в данном случае может быть учтен зарубежный опыт правового регулирования деятельности по исполнению завещаний трастовых компаний и фондов. При этом следует учесть ограничения по виду юридического лица, которое может быть исполнителем завещания, в частности, при назначении исполнителем завещания возложить обязанности исполнителя можно только на юридическое лицо частного права, с учетом его универсальной правоспособности. Исполнителем завещания может быть как хозяйственное общество (товарищество), так и учреждение, однако с учетом целей его деятельности, круга осуществляемых им сделок, соответствующих положений учредительных документов.

Особо следует остановиться на участии публично-правовых образований в наследственных правоотношениях. ГК Украины содержит общую норму (ч. 2 ст. 2 ГК), признающую государство, Автономную республику Крым, территориальные громады, иностранные государства и иных субъектов публичного права участниками гражданских правоотношений. По ГК РФ (ст. 124 ГК) аналогичные субъекты — РФ, ее субъекты, муниципальные образования — вступают в отношения, регулируемые гражданским законодательством, наравне с физическими и юридическими лицами. Таким образом, приведенные гражданско-правовые нормы служат предпосылкой участия публичноправовых образований и в наследственных правоотношениях. Вместе с тем нельзя не учитывать того обстоятельства, что состоявшаяся кодификация гражданского законодательства имела своей целью максимальное устранение государства и публично-правовых образований из сферы частного права. И это в первую очередь отразилось на наследственных отношениях, для которых публично-правовые образования не могут быть признаны генетически близкими субъектами. По ГК Украины государство может быть

участником наследственных отношений лишь в случае его назначения наследником по завещанию, это же касается других публично-правовых образований (ч. 2 ст. 1222 ГК). Наследниками по закону ни государство, ни другие субъекты публичного права не могут быть признаны.

Территориальные громады — субъекты права коммунальной собственности, кроме этого, имеют право на наследство, признанное судом выморочным. При этом данное право сконструировано в ч. 1 ст. 1277 ГК Украины одновременно и как обязанность, поскольку при наличии установленных в законе условий соответствующий орган обязан

обратиться в суд с заявлением о признании наследства выморочным. Однако анализ положений ГК Украины свидетельствует, что переход выморочного наследственного имущества в коммунальную собственность не признается наследованием, соответственно нормы ГК о наследовании к нему не применимы. В то же время ст. 1151 ГК РФ говорит о наследовании выморочного имущества публично-правовыми образованиями, что нельзя признать правильным. И уж тем более нельзя считать данные образования наследниками выморочного имущества. Поэтому ст. 1151 ГК РФ, по нашему мнению, нуждается в определенном уточнении.

Список использованной литературы

1. Белов В. А. Гражданское право : учеб. Т. 3 : Особенная часть. Абсолютные гражданско-правовые формы / В. А. Белов. — М. : Юрайт, 2013. — 1189 с.

2. Валах В. В. Наследственные отношения в Украине, Российской Федерации, Франции, Германии и США

(сравнительно-правовое исследование) / В. В. Валах. — Харьков : Бурун книга, 2012. — 320 с.

3. Гражданское право : учеб. : в 3 т. / Е. Н. Абрамова, Н. Н. Аверченко, Ю. В. Байгушева [и др.] ; под

ред. А. П. Сергеева. — М. : ТК Велби, 2009. — Т. 3. — 800 с.

4. Зайцева Т. И. Наследственное право в нотариальной практике : практ. пособие / Т. И. Зайцева,

П. В. Крашенинников. — 5-е изд. — М. : Волтерс Клувер, 2007. — 766 с.

5. Корнеева И. Л. Наследственное право Российской Федерации: учеб. для магистров / И. Л. Корнеева. — 3-е изд., перераб и доп. — М. : Юрайт, 2012. — 364 с.

6. Кумаритова А. А. Договор доверительного управления имуществом как форма организации благотворительной деятельности: российский и зарубежный опыт / А. А. Кумаритова // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. — 2008. — № 4. — С. 67—71.

7. Трапезникова А. В. Наследственное правоотношение: концепция и суть / А. В. Трапезникова // Наследственное право. — 2012. — № 4. — С. 22—25.

References

1. Belov V. A. Grazhdanskoe pravo [Civil law]. Moscow, Yurayt Publ., 2013. Vol. 3. 1189 p.

2. Valakh V. V. Nasledstvennye otnosheniya v Ukraine, Rossiyskoy Federatsii, Frantsii, Germanii i SShA (sravnitel'no-pravovoe issledovanie) [Hereditary relations in Ukraine, Russia, France, Germany and the USA. comparative law research]. Kharkov, Burun kniga Publ., 2012. 320 p.

3. Abramova E. N., Averchenko N. N., Baygusheva Yu. V.; Sergeev A. P. (ed.) Grazhdanskoe pravo [Civil law]. Moscow, TK Velbi Publ., 2009. Vol. 3. 800 p.

4. Zaytseva T. I., Krasheninnikov P. V. Nasledstvennoe pravo v notarialnoy praktike [Inheritance law in the notarial practice]. 5th ed. Moscow, Volters Kluver Publ., 2007. 766 p.

5. Korneeva I. L. Nasledsfvennoe pravo Rossiyskoy Federatsii [Inheritance law in the Russian Federation]. 3d ed. Moscow, Yurayt Publ., 2012. 364 p.

6. Kumaritova A. A. Trust contact for management of property as the form for organizing charity activities: Russian and foreign experience. Zhurnal zarubezhnogo zakonodatelstva i sravnitel'nogo pravovedeniya — The Journal of Foreign Legislation and Comparative Law, 2008, no. 4, pp. 67—71 (in Russian).

7. Trapeznikova A. V. Hereditary legal relations. Their concept and essence. Nasledstvennoe pravo — Inheritance Law, 2012, no. 4, pp. 22—25 (in Russian).

Информация об авторе

Печеный Олег Петрович — кандидат юридических наук, доцент, кафедра гражданского права, Национальный университет «Юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого», 61024, Украина, г. Харьков, ул. Пушкинская, 77, e-mail: rdash@km.ru.

Author

Pecheniy Oleg Petrovich — PhD in Law, Associate Professor, Department of Civil RIghts, National University «Yaroslav the Wise Law Academy of Ukraine», 77 Pushkinskaya St., 61024, Kharkov, Ukraine, e-mail: rdash@km.ru.