Стереотип: аспекты и перспективы исследования

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КОНЦЕПТА В СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ

УДК 81.1

И. Н. Щекотихина

Стереотип: аспекты и перспективы исследования Stereotype: aspects and perspectives of research

Явление стереотипности многопланово. Оно проявляет себя в различных сферах человеческой деятельности и получает определенную интерпретацию в соответствующих областях знания. В данной статье предпринята попытка систематизации подходов к пониманию сущности стереотипа с целью выявления аспектов и возможностей исследования данного феномена.

The phenomenon of stereotype is very diverse. It manifests itself in different spheres of human activity and receives certain interpretation in corresponding areas of knowledge. The present paper is aimed at giving a systematized picture of the views on the nature of the given phenomenon revealing aspects and perspectives in its research.

Ключевые слова: Стереотип, стереотипность, стереотипизация, структура стереотипа, стереотипный концепт, социальный стереотип, ментальный стереотип, динамический стереотип, речевой стереотип.

Key Words: Stereotype, stereotypization, stereotype structure, stereotyped concept, social stereotype, mental stereotype, dynamic stereotype, speech stereotype.

Термин «стереотип» довольно неоднозначен. В литературе отмечается его неудачность, расплывчатость [22], нетерминологичность [21]. Однако, на наш взгляд, указанные характеристики позволяют использовать данное слово для обозначения всего массива определенного рода феноменов, так как «понятие стереотипности - достаточно емкое и многомерное образование» [16: 136].

Стереотип - это метафора, пришедшая из типографского дела, где стереотипом называется монолитная печатная форма, рельефная копия с набора или клише (от греч. - твердый отпечаток). Наличие таких печатных форм делает возможным осуществление массовой печати без повторного набора. В метафорическом смысле стереотип -это прочно сложившийся, постоянный образец чего-либо, стандарт. Основанием для переноса данного термина на наши представления о мире, самих себе и других людях послужило «широкое распространение продуктов стереотипии, ограниченное количество элементов, комбинированных в "наборе", а также их устойчивость» [10: 183].

*

Кандидат филологических наук, Орловский государственный университет, email <schek@orel.ru>

Феномен стереотипности, в принципе, присущ любой деятельности, поэтому является объектом рассмотрения в дисциплинах различной научной направленности: социологии,

политологии, культурологии, этнографии, различных отраслях психологии и физиологии, когнитивистике, лингвистике и т. д. Различные ракурсы рассмотрения объекта накладывают свою специфику на его определение и терминологическое обозначение, в связи с чем понятие стереотипа расщепляется на ряд специализированных понятий, отраженных в следующих терминах: стереотип социальный, политический, ментальный, мыслительный, поведенческий, двигательный, культурный, этнический, этнокультурный, расовый, профессиональный, гендерный, языковой, речевой, коммуникативный и т. д. Данный перечень не представляет собой упорядоченной классификации, поскольку указанные в нем терминообозначения различаются генетически и соотносятся с разными аспектами (уровнями) научного анализа. Один и тот же стереотип может быть охарактеризован как феномен социальный, когнитивный, лингвистический и т. д. Например, этнический стереотип как разновидность стереотипа социального, будучи ментальным образованием, может реализовывать себя в нормах поведения и общения, языковых и речевых формах.

Первое наиболее четкое и определенное употребление слова «стереотип» в качестве научного термина связывают с именем американского социолога (политолога) и журналиста У. Липпмана, который ввел понятие стереотипа в сферу социально-политического дискурса, изложив в 1922 г. свою концепцию общественного мнения. Автор концепции [17] назвал стереотипами упорядоченные, схематичные, детерминированные культурой «картинки мира» в голове человека (образы сознания), которые экономят усилия при восприятии сложных объектов мира и защищают его ценности, позиции и права. Это принятые в исторической общности образцы восприятия, фильтрации, интерпретации информации при распознавании и узнавании окружающего мира, основанные на предшествующем социальном опыте.

Работа У. Липпмана оказала огромное влияние на все последующие исследования в области стереотипного, и с тех пор было предложено большое количество определений стереотипа. Однако в первую очередь речь шла об этнических, этнокультурных стереотипах, под которыми понимались устойчивые, обобщенные представления о психологических характеристиках этнических, национальных, культурных сообществ людей. В толкованиях более широкого понятия - социального стереотипа - также подчеркивается его соотнесенность с группой (категорией) людей как объектом стереотипизации, но в качестве группы выступает не только этнос или нация, но и объединение людей по прочим социальным признакам:

возрасту, полу, профессии и т. д. Во многих дефинициях социального стереотипа фигурируют и другие социальные объекты (события, явления и т. п.). В целом под социальным стереотипом понимают «стандартизированный, устойчивый, эмоционально насыщенный, ценностно определенный образ, представление о социальном объекте» [36: 538]. Подобная трактовка схожа с определением стереотипа в политической психологии, где в качестве объекта образной схематизации и стандартизации выступает социальнополитический объект (процесс, явление) [23: 81].

Н. А. Рождественская [29] разделяет стереотипы по их содержанию на две категории: стереотипы, характеризующие людей как членов определенных национальных, социальных и политических групп, и стереотипы, характеризующие личностные особенности людей по их поведению, физическим качествам, оформлению внешности и т. д.

П. Н. Донец [10] предлагает классификацию стереотипов на основе нескольких асимметричных оппозиций:

• личностные, имеющие отношение к лицам как членам определенных социальных сообществ, и вещественные, событийные и т. д., объектом которых являются вещи, события, страны и т. д.;

• прагматические, связанные с отражением эмоций, оценок и т. п., и когнитивные, отражающие чисто вещественную, рациональную информацию;

• гетеростереотипы, т. е. представления о других, образы «чужого», и автостереотипы, т. е. представления о самом себе как члене некоторого этноса или носителе некоторой культуры, образы «себя»;

• интенциональные (целенаправленные) и спонтанные;

• позитивные и негативные;

• интенсивные и медиальные.

Комбинация последних признаков, по мнению автора, необходима для разграничения между имиджем (позитивная окраска, конструируется интенционально), предрассудком (спонтанный, негативный заряд) и образом врага (интенциональное усиление предрассудка).

По мнению Л. И. Гришаевой и Л. В. Цуриковой, стереотипы могут быть не только позитивными и негативными, но и нейтральными [7]. Стереотипы имеют много общего с ритуалами, традициями, обычаями, мифами, но стереотипы остаются на уровне скрытых умонастроений, которые существуют в среде «своих» [18].

В исследованиях по социальным стереотипам рассматриваются вопросы адекватности содержания тех или иных стереотипов, их функций в обществе, источников их формирования, факторов их устойчивости и динамики.

Объекты внимания социологического подхода к сущности стереотипа отличаются от сферы интересов психологического

подхода, несмотря на то, что в социологических (политологических, культурологических) дефинициях стереотипа отмечается психологический (когнитивный, ментальный) характер данного образования. По мнению В. С. Агеева, «нерасчлененное представление о социальных и психологических функциях социального стереотипа, обусловленное смешением уровней научного анализа, приводит к однозначно негативной оценке социальных стереотипов как явления не только социального, но и психологического» [1: 96]. Автор предлагает различать понятия социального стереотипа и стереотипизации. Психологический процесс стереотипизации выступает только как механизм формирования стереотипов, но не обусловливает их содержания, которое образуется факторами социального порядка и может быть оценено в категориях «хорошо» или «плохо».

Психологический процесс стереотипизации следует рассматривать в общем контексте проблем восприятия, концептуализации, категоризации, схематизации, т. е. как процесс когнитивного свойства. Стереотип при таком рассмотрении предстает как концептуальная единица (ментальное образование, когнитивная структура). Поскольку «стереотипы могут формироваться в любой области человеческого знания, <...> стереотип, выступая регулятором социального поведения, является и когнитивным стереотипом» [27: 166].

Когнитивная природа стереотипа зафиксирована в понятиях ментального стереотипа, стереотипа мышления, психологического стереотипа, мыслительного стереотипа, которые отражают обобщенное представление о предметах, явлениях социальной и природной среды [19], об устойчивых, регулярно повторяющихся связях и отношениях [6]. В. А. Пищальникова вводит понятие конвенционального стереотипа, которое трактуется ее школой как «когнитивная структура с фиксированной оценкой представляемого знания, функционирующая в качестве психологического механизма стабилизации социально значимой деятельности» [9, 26, 27, 35].

Отмечается, что стереотип формируется на базе концепта и «способен включать в себя все принципиально выделяемые в структуре концепта компоненты, однако соотношение компонентов в составе стереотипа несколько иное» [27: 164]. В структуре стереотипа выделяют, как правило, два компонента: знание (когнитивно-

информационный компонент) и отношение (эмоциональночувственный и оценочный компонент). В ряде работ стереотип представляется во взаимосвязи трех компонентов: когнитивного (содержание), аффективного (чувственного, эмоционального, выражающего отношение и придающего установке оценочный

характер) и поведенческого (конативного, характеризующего готовность человека к определенному поведению (социальную установку) в отношении объекта познания).

Отличительной функциональной особенностью стереотипа по сравнению с концептом В.А. Пищальникова считает деятельностную ориентированность (императивность) данного вида знания, в то время как концепт, представляя собой внутренне динамичную содержательную структуру, прежде всего связан с отражением действительности. Структурно-содержательное отличие стереотипа от концепта вызвано тем, что доминантным компонентом структуры стереотипа является эмоция, которая и «определяет деятельностный характер знания в образующейся структуре стереотипа и представляет социально одобренное отношение к данному знанию, что принуждает личность к поведенческим реакциям определенного характера» [27: 164]. Автор также отмечает значимость

культурологического компонента в структуре стереотипа и высокую степень стандартизированности содержания языкового компонента (определенному стереотипу соответствует стандартный набор

средств - штампов, репрезентирующих его содержание в тексте и направляющих восприятие реципиента). Такие компоненты

стереотипа, как референтная соотнесенность, понятийный и ассоциативный компоненты, не имеют, по мнению автора,

существенных отличий от структуры базового концепта, хотя характер ассоциативных реакций на стереотип у разных членов социума оказывается более однородным.

По мнению В. В. Красных [15], стереотип отличается от концепта большей конкретностью и «ограниченностью». Концепт, в понимании В. В. Красных, - это единица более высокого уровня абстракции, своего рода «идея», «понятие». Эта единица не имеет визуального прототипического образа, хотя и допускает наличие визуальнообразных ассоциаций, с ней связанных. Стереотип характеризуется образной природой. Концепт проявляется в валентностях, которые могут предопределять «предсказуемые» блоки свободных ассоциаций, в то время как стереотип проявляется в конкретных реализациях, которые могут быть представлены предсказуемыми ассоциациями. Концепт - феномен парадигматического плана. Стереотип функционален, и в этом смысле более «широк», так как проявляется в коммуникативном поведении как таковом. Концепт хранится в форме гештальтов и пропозиций, стереотип - в виде фрейм-структур. Определяя стереотип как образ-представление, В. В. Красных выявляет в нем две ипостаси: стереотип поведения (выполняет прескриптивную функцию, т.е. определяет поведение и

действия, которые следует осуществлять), и собственно стереотип-представление (выполняет предикативную функцию, т. е. определяет то, что следует ожидать в той или иной ситуации). Стереотипы-представления, в свою очередь, подразделяются на стереотипы-образы (представления о предметах) и стереотипы-ситуации (представления о ситуациях).

Мы в вопросе разграничения понятий концепта и стереотипа исходим из понимания структуры концепта, представленного в работах С. Г. Воркачева, В. И. Карасика, М. В. Никитина, И. А. Стернина [4, 5, 12, 20, 33]. Несмотря на специфику представляемых разными учеными моделей структуры концепта, «большинство исследователей вычленяют в составе концепта образ, определенное информационно-понятийное ядро и некоторые дополнительные признаки» [33: 219]. Содержание понятия «дополнительные признаки» в разных концепциях различно, однако многие авторы включают в него оценку, а также знания, фиксирующие опыт материального и/или духовного взаимодействия с референтом, результаты вербализации концепта в литературе, фольклоре и т. п.

В соответствии с изложенными представлениями о структуре концепта и стереотипа мы полагаем, что стереотип формируется на основе образной и оценочной составляющих концепта. Заметим, что образный компонент концепта может быть представлен перцептивными и когнитивными (метафорическими) образами, а оценочный компонент общей (общеаксиологической), сенсорночувственной (эмоциональной), этической, эстетической, интеллектуальной, утилитарной оценкой, а также оценкой возможности, необходимости, уверенности, наличия. В процессе стереотипизации происходит обобщение, схематизация доминирующих в том или ином социуме (группе) образов и оценок, связанных с неким понятием. Полагаем также, что существенную роль играют дополнительные признаки культурологического характера (энциклопедическая, регулятивная, утилитарная, социокультурная, паремиологическая зоны структуры концепта, по И. А. Стернину), которые непосредственно связаны с формированием образов и оценок. Это дает основания определять стереотип как образ-представление, как эмоционально-интегрированную структуру, как деятельностно-ориентированное знание и говорить о высокой степени значимости культурологического компонента в его структуре.

В основе стереотипизации может лежать перцептивный образ, когда происходит обобщение, стандартизация определенных признаков референта (предмета, явления, лица/категории лиц,

ситуации). В приведенном В. В. Красных примере стереотипа-представления «очередь» таковыми являются признаки «крик», «злоба», «агрессия», «грубость» [15: 178].

Метафорическое осмысление референта также может стать стимулом к образованию стереотипа в том случае, если определенный метафорический (когнитивный) образ становится типизированным, конвенциональным. В этом плане показательным является, например, исследование метафорических образов концепта «Украина», проведенное М. В. Пименовой на материале российских СМИ [25]. Несмотря на то, что предметом указанного исследования являются не стереотипы, а концептуальные метафоры, материал данного исследования может служить, на наш взгляд, иллюстрацией пути формирования стереотипного образа страны (государства) на базе метафор, тем более что данная работа входит в цикл работ, объединенных общей темой «страна глазами жителей другой страны» и выявляющих, как правило, стереотипы восприятия одного народа другим.

В процессе стереотипизации оценочные признаки вплетаются в структуру образа и формируют определенное отношение к референту. Полагаем, что доминирующий признак определяет и характер стереотипа (прескриптивный/императивный или предикативный) или, точнее, степень выраженности (соотношения) данных параметров в структуре стереотипа, если исходить из того, что стереотип характеризуется наличием обоих параметров (приписывает референту набор признаков и предписывает нормы поведения и отношения к нему).

Таким образом, стереотипизация концепта связана с «гипертрофией» определенных концептуальных признаков, их обобщением и стандартизацией в сознании представителей определенного сообщества. Концепт, подвергшийся таким когнитивным операциям, становится стереотипом, или стереотипным концептом (данный термин встречается, в частности, в работах Н. Л. Дмитриевой [9], Т. М. Пермяковой [24]).

Формирование стереотипов имеет объективные психофизиологические основания, связанные с особенностями функционирования мозговых структур. Физиологический фундамент в понимании рассматриваемого феномена был заложен учением И. П. Павлова о динамической стереотипии, А. А. Ухтомского о доминанте, теорией функциональных систем П. К. Анохина, понятием нервной модели стимула Е. Н. Соколова, исследованиями Н. П. Бехтеревой и ее учеников. В основу представлений русской физиологической школы

о стереотипе легла способность мозга фиксировать однотипные изменения среды и соответственно реагировать на эти изменения, а именно интегрировать под влиянием доминирующего параметра частные структуры, механизмы, процессы в комплексную организацию, действующую циклически и динамически. Феномен динамического стереотипа является отражением ведущего принципа работы мозга - принципа системности, согласно которому на сложные комплексные воздействия мозг реагирует не как на ряд отдельных изолированных раздражителей, а как на систему. Стимулом для активизации всего образующего стереотип комплекса может стать любой компонент из группы прежних раздражителей.

Отличие динамического стереотипа от условного и безусловного рефлекса состоит в способности цепи нервных следов от прежнего раздражителя срабатывать в отсутствие внешнего стимула [34], т. е. роль стимула могут выполнять компоненты сформированной функциональной системы.

Динамические стереотипы повышают эффективность работы нервной системы, так как после каждой реакции происходит автоматическая подготовка к последующей реакции, развивается способность к прогнозированию результата. Автоматизация повторяющейся деятельности формирует соответствующие матрицы памяти (по Н. П. Бехтеревой), поддерживающие приобретенные автоматы и полуавтоматы. Решение мозгом одинаковых задач происходит по принципу так называемых «меченых линий», т. е. «путем минимального использования территорий, когда все остальное поле предназначено для мышления» [3: 89].

Важной характеристикой стереотипа является то, что он начинает действовать до «включения» сознания. У человека без участия фокусированного внимания на «бессознательном уровне» можно выработать временные связи, которые фокусируются в долгосрочной памяти. Определяющую роль в сохранении временных связей играют эмоциональное состояние и мотивация [14].

Стереотип подвержен динамике в изменяющихся условиях среды, но в результате многократного функционирования он все более и более закрепляется и становится трудноизменяемым.

Динамические стереотипы могут формироваться на разных уровнях: метаболическом, гомеостатическом, поведенческом,

психическом, социальном и, соответственно, речевом.

Понятие речевого/языкового стереотипа обычно ассоциируется с готовыми, воспроизводимыми выражениями, получившими

V V п

устойчивый характер, как правило, клише и штампами. В задачи

лингвистики входит описание структурно-семантических особенностей этих единиц и их классификация. Однако сложность такой работы заключается в том, что «при традиционном методе исследования, основой которого является изучение языковых единиц в отрыве от контекста функционирования, сочетания исследуемого типа обнаруживают внутренне противоречивую природу, демонстрируя, с одной стороны, свойства свободных словосочетаний, с другой -свойства фразеологизмов» [8]. Как утверждают исследователи последних лет «категория речевых стереотипов является скорее функционально-прагматической, чем морфосинтаксической» [11]. В связи с этим вопрос типологии проявлений стереотипного в речи остается открытым.

Анализ литературы по исследованиям в области речевой/языковой стереотипности выявляет разнообразие и самих объектов данной категории, и их терминологического обозначения: штампы, клише, языковые стереотипы, речевые стереотипы, речевые формулы, формулы речевого этикета, стандартные реплики,

коммуникативные клише (стереотипы), частотные сочетания,

«связанные» синтаксические конструкции, стилеобразующие единицы, жанрово-композиционные каноны (рамки), формообразующие схемы, фразеологизмы, групповые шаблоны, деловые стандарты,

излюбленные обороты, крылатые слова, цитаты, афоризмы, лозунги, максимы, обрядовые формулы, стереотипные суждения, «банальные цитаты», стереотипные попытки завязать знакомство, стереотип изированное остроумие, термины и т. п. Как отмечается в литературе, «стереотипизированными могут быть большое количество лексических единиц - от отдельной вербальной единицы до текста» [31: 21]. Таким образом, лингвистическое понятие стереотипа охватывает довольно широкий круг явлений.

Следует заметить, что влияние прагматики, теории коммуникации, психолингвистики, когнитивной лингвистики, лингвокультурологии значительно расширило объем и содержание понятия речевой/языковой стереотипности, которое трактуется как явление многоплановое [13], формируемое из различных составляющих и под воздействием ряда факторов социального, психологического и лингвистического свойства. В определение стереотипа вводятся когнитивные, коммуникативные, социокультурные признаки [31, 28, 32, 22, 15, 30, 2 и др.]. Это открывает перспективы полиаспектного анализа явления с учетом указанных характеристик.

В целом, приведенный выше обзор выявляет следующее состояние рассматриваемой проблемы. Различные трактовки

стереотипа отражают разные стороны одного явления: физиологический базис, социальную и психологическую обусловленность, поведенческую и вербальную реализацию. Для того чтобы привести все это многообразие в некую систему, требуется комплексное, многопараметрическое описание категории стереотипности, выявляющее наиболее полный ее состав, характер отношений между ее объектами, их интегративные и дистинктивные свойства. Категория стереотипности в речевой деятельности проявляет себя во всех указанных ипостасях и также нуждается в подобной систематизации. Вопросы, связанные с механизмами и факторами стереотипизации, в том числе и на уровне речи, также требуют более глубокого и системного изучения.

Список литературы

1. Агеев В.С. Психологическое исследование социальных стереотипов // Вопр. психологии. - 1986. - № 1. - С. 95-101.

2. Бартминьский Е. Языковой образ мира: очерки по этнолингвистике. - М.: Индрик, 2005.

3. Бехтерева Н. П. Магия мозга и лабиринты жизни. - М.: АСТ, Сова, 2007.

4. Воркачев С. Г. Концепт счастья: понятийный и образный компоненты // Изв. РАН. Сер. лит-ры и языка. - 2001. - Т. 60. - № 6. - С. 47-58.

5. Воркачев С. Г. Счастье как лингвокультурный концепт. - М.: Гнозис, 2004.

6. Горбачева Е. И. Предметная ориентация мышления и понимание // Вопр. психологии. - 1994. - № 5. - С. 78-86.

7. Гришаева Л. И., Цурикова Л. В. Введение в теорию межкультурной коммуникации. - М.: Академия, 2007.

8. Дельская Т. Ф. Речевой стереотип как функциональная единица // Значение и смысл слова. - М., 1987. - С. 109 - 117.

9. Дмитриева Н. Л. Конвенциональный стереотип как средство регуляции восприятия вербализованного содержания: автореф. дис. канд. филол. наук. -Барнаул, 1996.

10. Донец П. Н. К типологии стереотипов // Социальная власть языка. -Воронеж: Изд-во ВГУ, 2001. - С. 183-188.

11. Загидулина Р.Г. Основные семантические группы речевых стереотипов // Романский коллегиум: Материалы междисциплинарных науч. чт. Вып. 1. - СПб., 2004. - С. 16-22.

12. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. - М.: Гнозис,

2004.

13. Котюрова М. П. Многоаспектность явлений стереотипности в научных текстах // Текст: стереотипность и творчество. - Пермь: Изд-во Пермского гос. унта, 1998. - С. 5 - 30.

14. Костандов Э. А. Роль бессознательного в процедуре принятии решения // Интуиция. Логика. Творчество. - М.: Наука, 1987. - С. 64-77.

15. Красных В. В. Этнопсихолингвистика и лингвокультурология: курс лекций. - М.: Гнозис, 2002.

16. Крижановская Е. М. О стереотипности компонентов коммуникативнопрагматической структуры научного текста // Текст: стереотипность и творчество. - Пермь: Изд-во Пермского гос. ун-та, 1998. - С. 136 - 140.

17. Липпман У. Общественное мнение / пер. с англ. Т. В. Барчунова; под. ред. К. А. Левинсон, К. В. Петренко. - М.: Ин-т Фонда «Общественное мнение», 2004.

18. Маслова В. А. Лингвокультурология. - М.: Академия, 2001.

19. Маслова В. А. Когнитивная лингвистика. - Минск: Тетра Системс, 2005.

20. Никитин М. В. Развернутые тезисы о концептах // Вопр. когнитивной лингвистики. - 2004. - № 1. - С. 53-64.

21. Никитина С. Е. Стереотипные суждения и речевые клише как культурные барьеры // Речевые и ментальные стереотипы в синхронии и диахронии. - М., 1995. - С. 81-83.

22. Николаева Т. М. Речевые, коммуникативные и ментальные стереотипы: социолингвистическая дистрибуция // Язык как средство трансляции культуры. -М.: Наука, 2000. - С. 112-131.

23. Ольшанский Д. В. Основы политической психологии. - Екатеринбург: Деловая кн., 2001.

24. Пермякова Т.М. Стереотипизация в публицистическом тексте // Стереотипность и творчество в тексте. - Пермь: Изд-во Пермс. гос. ун-та, 2002. -С. 317-328.

25. Пименова М. В. Концепт «Украина» (на материале российских СМИ) // Политическая лингвистика. Вып. 2 (22). - Екатеринбург, 2007. - С. 52-60.

26. Пищальникова В. А., Дмитриева Н. Л. Конвенциональный стереотип: сущность, структура, функционирование // Изв. АГУ, 1997. -№ 2 (4). - С. 80-84.

27. Пищальникова В.А. Психопоэтика. - Барнаул: Изд-во АГУ, 1999.

28. Прохоров Ю.Е. Национальные социокультурные стереотипы речевого общения и их роль в обучении русскому языку. - М.: Педагогика-Пресс, 1996.

29. Рождественская Н.А. Роль стереотипов в познании человека человеком // Вопр. психологии. - 1986. - № 4. - С. 69-76.

30. Ростова А. Н. Язык в восприятии человека: стереотипы,

индивидуальность, аномалии // Вестн. Кемеровск. гос. ун-та. Сер.: Филология. Вып. 4. - Кемерово, 2002. - С. 113-118.

31. Рыжков В. А. Регулятивная функция стереотипов // Знаковые проблемы письменной коммуникации. - Куйбышев: Изд-во КГПИ, 1985. - С. 15-21.

32. Сорокин Ю. А. Стереотип, штамп, клише: К проблеме определения понятий // Общение: Теоретические и прагматические проблемы. - М., 1978. - С. 133 - 138.

33. Стернин И.А. Структура концепта // Языковое бытие человека и этноса: психолингвистический и когнитивный аспект. Вып. 10. - Барнаул, 2006. - С. 218229.

34. Судаков К. В. Динамические стереотипы, или Информационные отпечатки действительности. - М.: ПЕР СЭ, 2002.

35. Федотова С.В. Библейский миф как конвенциональный стереотип: экспериментальное исследование: автореф. дис. канд. филол. наук. - Барнаул, 2000.

36. Шихирев П.Н. Социальные стереотипы // Рос. социологич. энцикл. / под ред. Г. В. Осипова. - М.: Норма-Инфра-М, 1998. - С. 538.