Г. А. Кошеленко и Южно-Туркменистанская археологическая комплексная экспедиция (ЮТАКЭ)

Древний Восток

©2010

З.И. Усманова

Г.А. КОШЕЛЕНКО И ЮЖНО-ТУРКМЕНИСТАНСКАЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПЛЕКСНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Считай меня своим товарищем надежным,

И так же, как вчера, мне завтра верен будь

Пользуюсь случаем поблагодарить Оргкомитет за приглашение принять участие в юбилейном выпуске журнала, посвященном Геннадию Андреевичу Ко-шеленко. Хочу еще раз поздравить с избранием его членом-корреспондентом Академии наук Российской Федерации и с его очередным юбилеем, пожелать здоровья ему и его семье, творческих успехов в плодотворной научной деятельности.

Спустя 50 лет мне представилась счастливая возможность вспомнить о нашем знакомстве с Геннадием, которое переросло в дружеские творческие отношения, о которых у меня сохранились теплые воспоминания. Это было давно, наша творческая научная жизнь только начиналась. После аспирантуры я была оставлена на кафедре археологии Средней Азии истфака ТашГУ в качестве ассистента и была полна желания и творческих сил начать педагогическую работу и внести посильный вклад в изучении истории Древнего Мерва (на примере Эрк-калы), темы моей кандидатской диссертации. Энтузиазм и одержимость характерны были для целеустремленных молодых людей 50-х годов. К этому времени у меня накопился многолетний опыт полевых работ, отработана методика раскопок ЮТАКЭ, и Михаил Евгеньевич Массон (заведующий кафедрой и научный руководитель ЮТАКЭ) обычно направлял ко мне на Эрк-калу для прохождения полевой практики вновь поступивших на кафедру студентов.

Так было и с Геннадием Андреевичем Кошеленко, который прибыл в Старо-мервский лагерь XVIII отряда ЮТАКЭ в 2 часа ночи 27 сентября 1959 года, тогда ему было 24 года. Родом из Сибири Геннадий был крепкого телосложения, слегка бледным на фоне загорелых на южном солнце молодых студентов, не-

Фото 1. Мерв. Весна 1962 г. Аренда машины для маршрутного проезда в Байрам-Алин-ском автопарке. Завхоз Федор Алексеевич Гулашев, Усманова Замира Исмаиловна, Ко-шеленко Геннадий Андреевич

много взволнованным и настороженным в ожидании, как его примет коллектив.

Для Геннадия на том этапе его жизни самым главным была профессия: молодой специалист был одержим идеей научных открытий на избранном им пути в большую науку. На истфаке в МГУ Геннадий прошел замечательную школу В.Д. Блаватского, хорошо знал античные памятники и историю Северного Причерноморья, но ему этого было мало, его тянуло в античную Парфию и Бактрию, а дорога туда шла практически через ЮТАКЭ, проводившую на землях Парфии и Маргианы успешно раскопочные работы.

Как узнала позже, В.Д Блаватский попросил Галину Анатольевну Пугачен-кову поговорить с М.Е. Массоном на предмет участия Г. Кошеленко в работах ЮТАКЭ для ознакомления со спецификой методики полевых исследований среднеазиатских памятников. Согласие было получено, и Геннадий вступил на землю древней Маргианы.

Утром перед завтраком Михаил Евгеньевич вызвал меня к себе в кабинет (я в тот год исполняла должность начальника лагеря) и сообщил о прибытии из Москвы нового члена экспедиции, ученика В.Д. Блаватского, и поручил мне ознакомить его с распорядком лагеря и с городищами уникального Мерва. Поскольку Г. Кошеленко должен был работать на Эрк-кале под моим наблюдением, он был ознакомлен и с методикой полевых исследований ЮТАКЭ. При таких обстоятельствах произошло наше знакомство.

Руины Древнего Мерва произвели на Г. Кошеленко потрясающее впечатле-

Фото 3. Весна 1962 г. Раскоп 9 (буддийская ступа). Расчистка росписей. Мелис Омаров, Замира и Гена

ние. На Эрк-кале он ознакомился со всеми раскопами, быстро освоился, безболезненно принял ютакинскую поквадратно-ярусную систему вскрытия археологических памятников. Мы выбрали место для его раскопа на западном стыке стен Гяур-калы и Эрк-калы. Он сразу поверил в перспективность начатой им работы, и в результате была наша первая совместная публикация. Так Г.А. Ко-шеленко стал полноправным ютакинцем.

Но Геннадия привлекала не цитадель Мерва, а сам античный город (Гяур-кала, в основе Антиохия Маргианская), на территории которой с 1950 г. было раскопано несколько разновременных объектов: дом медника, квартал мукомолов, памятники, связанные с зороастризмом, христианством, буддизмом, керамические печи У1—УШ вв. и др. Геннадий с большим интересом посещал со мной эти раскопы, любил самостоятельно ходить по городищу, собирал подъемный материал и обращал внимание на некоторые всхолмления, предполагая, какие тайны они могут в себе хранить. Но выбрать объект для нового раскопа было практически невозможно из-за того, что в конце 50-х годов Гяур-кала использовалась в качестве полигона для маневров танковых частей Марыйского военного округа. В результате погибли верхние культурные слои под гусеницами танков, исчез исторический микрорельеф городища. К счастью, в первые годы работ в Мерве М.Е. Массон успел сделать глазомерную съемку Гяур-калы.

В студенческие годы «дом медника» был темой моей дипломной работы, и в публикацию не вошла коринфизированная капитель, которая заинтересовала Геннадия, и мы совместно ее опубликовали. А когда были обнаружены при земляных работах на Мунон-депе фрагменты оссуария с уникальными налеп-ными украшениями, М.Е. Массон поручил Геннадию Андреевичу обследовать объект, и затем находки были им опубликованы.

Г.А. Кошеленко проявил себя в экспедиции серьезным, работоспособным и инициативным научным сотрудником, что позволило Михаилу Евгеньевичу дать согласие на его самостоятельный маршрутный проезд по древнему караванному пути от Мерва на запад, описанному античными авторами с указанием конкретных пунктов остановок, которые следовало отождествить с сохранившимися на сегодняшний день памятниками. В этот маршрутный проезд в качестве помощников Геннадий Андреевич взял меня и Маргариту Ивановну Фила-нович, за что мы ему благодарны. Машину вел опытный шофер из Байрам-Али, Алиев Али Агаевич. Это была незабываемая поездка с остановками на памятниках, где собирался подъемный материал, делались описания, схематические планы, обмеры и т.д. Научная работа сочеталась с экзотикой: на всем пути следования нас сопровождали змеи, пауки, ящерицы, вараны, ежи, лисы, тушканчики, встреча и беседа у костра ночью с пограничниками на Намазга-депе, а в пограничной зоне у Душака и Каахка нас даже задерживали для выяснения личности. Маршрут наш закончился в Ашхабаде, откуда мы с Маргаритой отбыли в Ташкент, а Геннадий Андреевич продолжил работу уже без нас.

За годы, проведенные в Мерве, Геннадий принял не только стиль работы, но и полевой быт ЮТАКЭ. Он научился жить по звонку, по субботам с ребятами ездить в баню в Байрам-Али, а после ужина в тот же день по традиции петь песни с участием Михаила Евгеньевича. У Геннадия от его бурной студенческой

Фото4. Мерв. Эрк-кала. 1959. Р. Сулейманов, З. Усманова, Т. Ходжаниязов, Г. Кошелен-ко, Л. Жукова

Фото 5. 1959 г. Кошеленко на своем раскопе 4 на стыке стен Глур-калы и Эрк-калы

жизни сохранился богатый песенный репертуар и он часто был основным запевалой. Общительный по характеру, он просто и легко общался с ребятами и на досуге (чаще после отбоя ко сну) принимал активное участие в состязаниях «кто больше знает анекдотов» и чаще побеждал Геннадий, но перед Евгенией Зауровой сдавался с поднятыми руками.

С Геннадием в экспедиции было легко и интересно, его положительной чертой было отсутствие зазнайства, гонора, вел себя просто, доброжелательно и охотно делился своими знаниями иностранной археологической литературы (он некоторое время работал в библиотеке и регистрировал поступающую литературу). Лично мне он очень помог с привлечением иностранной литературы по теме моей диссертации, консультировал и давал советы.

В полевых условиях Михаил Евгеньевич не оставлял в покое студентов: по воскресеньям и в праздничные дни 7-8 ноября проводил научные заседания кафедры, СНАКа (студенческий научный археологический кружок), организовывал выезды на интересные объекты за пределы Мерва. В этих мероприятиях Геннадий Андреевич принимал активное участие и сам неоднократно выступал с докладами и сообщениями на заседаниях кафедры. Так, 16 октября 1960 г. на заседании, посвященном памяти академика В.В. Латышева Геннадий Андреевич, сделал два сообщения — «Значение трудов В.В. Латышева» и «Архитектура жилищ греческих городов Парфии». На 246 заседании кафедры, посвященном 30-летию со дня смерти Василия Лаврентьевича Вяткина выступил с докладом «О проникновении буддизма в Маргиану». 21 октября 1962 г. сделал доклад «О изобразительных сюжетах на мунондепинских оссуариях», а 13 сентября 1963 г. на 278 заседании — «Эстетические теории раннего христианства».

В годы пребывания в Мерве Геннадий общался в коллективе со студентами, которые со временем стали ведущими учеными, среди них следует упомянуть Б. Кочнева, В. Горячеву, В. Пилипко, И. Масимова, Т. Беляеву, Э. Ртвеладзе, а Р. Сулейманов, Т. Ходжаниязов и З. Хакимов были еще и участниками советско-афганской экспедиции.

В 1963 г. М.Е. Массон поручил Геннадию Андреевичу руководить раскопом буддийской сангарамы в Мерве, которая была темой дипломной работы Л. Бу-кинич. С легкой руки Геннадия в тот год была обнаружена глиняная голова Будды от крупной статуи и расписная ваза с рукописью. Это была настоящая сенсация, до этого на этом объекте были только мелкие находки — монеты, терракоты, керамика, несколько остраков. В архиве ЮТАКЭ сохранились фото Е.Н. Юдицкого, который подробно фиксировал расчистку и закрепление головы статуи, упаковку расписной вазы в специально заказанный футляр. Изъятие рукописи осуществлено было уже на кафедре в Ташкенте. Геннадий Андреевич опубликовал расписную вазу и после этого в работах ЮТАКЭ больше не участвовал. Он начал самостоятельные работы совместно с А. Губаевым по изучению памятников Мервского оазиса.

В свое время, будучи студентом, А. Губаев стажировался на кафедре археологии в ТашГУ и причастен к археологической школе М.Е. Массона, что позволило ему на примере ЮТАКЭ вести подготовку археологических кадров для Туркмении.

В Туркменском государственном Университете им. Махтумкули студенче-

ская наука занимает важное место в работе истфака, о чем свидетельствует участие студентов во главе с А. Губаевым в археологических экспедициях Г.А. Кошеленко, где они проходят полевую практику и закрепляют теоретические знания.

За последние 40 лет при непосредственном участии Г.А. Кошеленко и под его руководством археологами на территории Маргианы было сделано множество важнейших открытий. Это позволило ему внести коррективы в основные проблемы истории Мервского оазиса конца II — начала I тыс. до н.э. с привлечением данных Авесты в решении вопроса начала раннежелезного века в Мар-гиане и ввести в науку понятие «вождество» как важнейшую стадию на пути формирования государственной власти.

Работа Г.А. Кошеленко с привлечением специалистов — ученых А. Бадера и А. Гаибова по сбору данных авестийской традиции относительно Мерва «Древний Мерв в свидетельствах письменных источников» стала неоценимым вкладом в изучение древней истории Туркмении. Огромный список научных работ и монографий указывают на то, что Г.А. Кошеленко достиг своей цели и связал дальнейшую свою научную деятельность со Средней Азией.

В настоящее время, когда уже нет ЮТАКЭ и кафедры археологии Средней Азии — детища М.Е. Массона (все в прошлом), хочется верить, что у Геннадия Андреевича остались теплые воспоминания общения с коллегами в ЮТАКЭ, с корифеями среднеазиатской археологии и искусствознания, Михаилом Евгеньевичем Массоном и Галиной Анатольевной Пугаченковой.

G.A. KOSHELENKO AND SOUTH TURKMENESTAN COMPREHENSIVE ARCHEOLOGICAL EXPEDITION

Z.I. Usmanova

The article deals with G.A. Koshelenko's academic role for and his participation in South Turkmenestan Comprehensive Archeological Expedition .During the past forty years a lot of archeological discoveries have been made under his supervision and with his participation in Margiana. His book on ancient Merv became an invaluable contribution to the study of Turkmenestan ancient history. A. Bader and A. Gaibov were invited to gather data on Avestan traditions concerning Merv. A long list of scientific papers and monographs testifies that G.A. Koshelenko has reached his goal and committed himself to further research in Central Asia.