Постваучерная приватизация

Постваучерная приватизация

Апрельские тезисы

       С 5 апреля в обеих палатах Государственной думы должны начаться слушания по итогам приватизации. Депутатам предстоит дать оценку проходящего в России процесса раздела государственной собственности и определить основополагающие принципы новой, послеваучерной приватизации.
       Как известно, в Государственной думе еще не завершены споры ни по неплатежам, ни по бюджету — стало быть, позиция Думы и отдельных ее фракций в вопросах экономической политики еще далеко не полностью известна широкой публике. Слушания по приватизации, таким образом, будут чрезвычайно интересны не только сами по себе, но и как ристалище для думских экономических команд: трудно представить себе тему, более располагающую к открытым столкновениям — вспомним хотя бы прошлогодние приватизационные бои в Верховном Совете.
       Редакция Ъ получила возможность ознакомиться с материалами, подготовленными к слушаниям. По нашему мнению, эти материалы позволяют в какой-то степени судить о предстоящих в Думе событиях.
       
Позиция Госкомимущества
       Познакомимся сначала с лицами и конгрегациями, которым предстоит играть ключевые роли в намеченных слушаниях. Это прежде всего Комитет по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации и его председатель, Сергей Бурков, ранее работавший советником по экономическим вопросам Кемеровского областного Совета народных депутатов, член фракции "Новая региональная политика". Затем — подкомитет по приватизации, банкротству и новым негосударственным формам собственности; его возглавляет Григорий Томчин, бывший заместитель председателя Санкт-Петербургского комитета по управлению имуществом, входящий в "Выбор России". В названных комитете и подкомитете, по сведениям Ъ, уже проходили достаточно долгие закрытые предварительные слушания по итогам приватизации.
       Естественно, доклад на думских слушаниях предстоит сделать председателю Госкомимущества России Анатолию Чубайсу — и основной пакет материалов для обсуждения подготовили в ГКИ. В этом пакете немало интересного. Например, аналитическая записка "О соблюдении законодательства и нормативных актов, регламентирующих ход приватизации" или прекрасный 12-страничный дайджест новой программы приватизации (вот бы ГКИ опубликовало его для всеобщего пользования!). Но основной документ пакета — "Итоги приватизации в 1992-1993 гг. и задачи на 1994-1995 гг. " (эксперты Ъ намерены подробно проанализировать этот документ в ближайшем приватизационном обзоре).
       В этом документе интересны не цифры — они уже не раз публиковались. Интересна аналитическая часть, в которой перечислены острейшие, по мнению ГКИ, проблемы, затрудняющие успешное окончание ваучерной эпопеи, и определены основные направления совершенствования нормативной базы приватизации. И особенно интересны впервые обозначенные предполагаемые приоритеты правительства в области приватизационной политики после 1 июля. Вот они, от слова до слова:
       Перевод системы чековых аукционов и аукционных центров на "денежный" принцип работы, что будет способствовать и росту бюджетных доходов; развитие и поддержка системы инвестиционных конкурсов; постприватизационная поддержка российских предприятий; формирование эффективной правовой и инвестиционной инфраструктуры рынка ценных бумаг в целях обеспечения ликвидности акций приватизированных предприятий и создания возможностей мобилизации капиталов; создание механизмов защиты прав акционеров как "внутренних", так и "внешних" на основе разработки эффективной системы корпоративного управления; реальное вовлечение в приватизационный и постприватизационный процесс земельных участков и недвижимости; соответствующая организация программ иностранной технической помощи; отмена льгот трудовым коллективам и директорам при приватизации предприятий."
       
Позиции экспертов — более или менее независимых
       В конце февраля Комитет по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности поручил целому ряду государственных структур, научных и общественных организаций разработать и представить экспертные заключения о ходе приватизации государственных и муниципальных предприятий в России — и о принятой в конце 1993 года новой Государственной программе приватизации. Мы не знаем, по скольким адресам было направлено это поручение, но к концу прошлой недели на него было получено девять откликов (если считать несколько бумаг из Минтопа за один отклик): получены официальные и экспертные заключения из Минэкономики, из Минтопа как такового и из минтоповского Главного сводного управления организационных структур и акционирования, из Российского союза промышленников и предпринимателей, из питерского Института проблем приватизации, из Высшей школы приватизации и предпринимательства, из Института государства и права РАН, из Института экономических проблем переходного периода, из Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ, из Института международных экономических и политических исследований РАН.
       Сам список подтверждает, что думский комитет — как оно и следовало — запросил мнения всех мыслимых типов: от явных врагов приватизации a la Чубайс — и от ее заведомых адептов; от всем известных структур — и от структур почти неведомых. Таким образом депутаты получили возможность ознакомиться с широчайшим спектром воззрений на обсуждаемый предмет. Ознакомимся и мы с некоторыми из них.
       Минэкономики, опытный турнирный боец, предвидя на слушаниях жесточайшие стычки, отозвалось сухо и крайне аккуратно. И сторонникам, и противникам Чубайса четко отмерены небольшие, но вполне ощутимые подарки и плюхи. Немалая часть отзыва посвящена статистике, удостоверяющей, что задания старой госпрограммы приватизации не были выполнены (минус Чубайсу — но небольшой: легко отражается ссылкой на вражьи происки), причем на самом видном месте приведены смехотворные результаты по Москве (плюс Чубайсу, потому что минус Лужкову — но тоже небольшой: саботаж приватизации легко объяснить принципиальными соображениями). "Сегодня собственник предприятия не всегда является рациональным собственником", даешь инвестконкурсы! — поклон Госкомимуществу. "Существует также проблема создания крупных конкурентоспособных структур, объединения предприятий по технологическому циклу" — привет гг. Сосковцу и Юрьеву.
       И ни одной фразы, вызывающей желание схватить за руку, и ритуальный реверанс самому себе: "Минэкономики России, учитывая эти проблемы, занимается вопросами стимулирования негосударственной инвестиционной активности и доверительного управления собственностью". Как тут не воскликнуть вслед за Фамусовым: "Вы, нынешние, ну-тка!"
       Но восклицание это было бы зряшным: нынешние, увы, так писать не умеют. Взять хоть материал "К вопросу о ходе программы приватизации", присланный Российским союзом промышленников и предпринимателей. Сверхзадача материала — стереть Госкомимущество вместе со всей его приватизацией с лица земли — возражений не вызывает: в конце концов, имеет же РСПП право на свое мнение. Но попадись на пути авторов материала опытный человек, он бы несомненно сказал им, что рвение, с которым они преследуют поставленную цель, делает их скорее забавными, чем грозными для супостата.
       Он объяснил бы, что один раз назвать успехи противника формальными допустимо (правда, хорошо бы не в группе из трех наречий с одинаковыми окончаниями: "Формально достаточно успешно идет процесс разгосударствления"), но делать это
       снова и снова (на этой же странице еще два "формальных разгосударствления", и на следующей, и потом еще) — значит допустить ошибку как стилистическую, так и полемическую.
       Он напомнил бы про известного славянофила, который, зайдя купаться в излишне холодную воду, воскликнул: "Сволочи немцы!" — и отсоветовал бы писать, что "проводимая в настоящее время политика приватизации способствовала обострению в стране инвестиционного кризиса".
       Он намекнул бы на то, что авторы, монотонно рассказывая о стремлении ГКИ сделаться суперминистерством и подмять под себя российское правительство, вступают в безнадежную конкуренцию с рассказчиками о жидомасонских заговорах: заговора такого никто не видел, а потому нетрудно поверить в его злокозненность — а Госкомимущество видели все, а потому представить себе, как г-н Чубайс подминает под себя г-на Черномырдина, никто решительно не в состоянии.
       Наконец, он указал бы, что наличие в экспертном заключении хотя бы одного заведомо ложного пассажа сразу уничтожает оного заключения "экспертность" — и предложил бы перечесть хотя бы такие две фразы: "... ГКИ вынуждено было в итоге смириться (несмотря на ожесточенную борьбу) с тем, что подавляющее большинство предприятий в ходе приватизации фактически переходят в собственность их трудовых коллективов. 75% от общего числа предприятий, преобразуемых в АО, выбрало второй вариант приватизации, предусматривающий переход абсолютного контрольного пакета (51%) в руки трудовых коллективов." Так вот: не 75%, а 59,2%. Но не это главное. А главное то, что всякий, видевший вблизи хоть три-четыре предприятия, приватизировавшиеся по второму варианту, прекрасно знает: не трудовым коллективам они принадлежат...
       Ладно, не станем придираться. Буквально во всех присланных в комитет есть вполне здравые (реже — новые) наблюдения и замечания по ходу приватизации; что же до советов по поводу послеваучерной приватизации — сколько душе угодно. Депутатам будет из чего выбирать.
       
Возможные позиции депутатов: ругать будут почти все
       И выбор этот будет нелегким. Если суммировать все советы из всех полученных отзывов, то после 1 июля приватизацию придется проводить примерно так: государственное имущество отдавать бесплатно, но дорого; отдавать трудовым коллективам, но эффективному собственнику; выгнать директора, но отдать ему все; все поступления направлять в центральный бюджет, но только по регионам. Единственное утешение — в том, что едва ли депутаты действительно позаимствуют мнение о приватизации из розданных им документов: у каждого из них, надо полагать, оно уже есть — если не собственное, то хотя бы фракционное.
       И мнение это, скорее всего, осудительное. Полезно отдавать себе отчет в том, что приватизацией — не вообще, а именно такой, какой она оказалась в российской реальности, — недовольны все наличные политические силы и все слои населения. А следовательно, недовольны и депутаты всех фракций, представляющих эти силы и слои. Для одних чубайсова приватизация слишком радикальна, для других — недостаточно решительна; одним она дала меньше, чем они надеялись, у других отняла больше, чем они предполагали отдать — и т. д.
       Как ни странно, но это почти всеобщее недовольство — добрый знак. Гораздо неприятнее было бы, если бы нашелся социальный слой, наперекор остальным одобряющий приватизацию, — в этом случае смело можно было бы утверждать, что приватизация проведена в интересах именно этого слоя, в ущерб прочему населению.
       А то, что это всеобщее недовольство весьма разнообразно по направлениям, — основной шанс г-на Чубайса на успешный для него исход думских слушаний. Если, скажем, куча народу стремится опрокинуть некий стол, но одни валят его к двери, а другие — к окну, то стол может и устоять. Так и здесь: каждая фракция будет добиваться решения, не столько осуждающего политику Госкомимущества, сколько выражающего ее собственные интересы, и тем самым нейтрализует усилия другой фракции, также не любящей г-на Чубайса, но имеющей интересы другого рода. Например, если одни поставят себе целью остановить процесс приватизации, а то и повернуть его вспять, а другие будут стремиться к увеличению выгод от приватизации для отраслевых структур или там директорского корпуса, то равнодействующей этих сил очень может оказаться не так уж сильно искореженная позиция Госкомимущества.
       Вернитесь к предыдущей странице, взгляните вновь на эту позицию — и вы увидите, что она (за исключением, разумеется, последнего пункта об отмене льгот) сформулирована в прямом расчете на консенсус. Ну не на заправский, конечно, консенсус, а на привычный нам эрзац оного: все откричались и выдохлись. Ведь наиболее спорные вопросы — такие, как цена приватизируемого имущества — в ней просто не затронуты. А значит какие бы страстные ни шли дебаты, поражения по этому сложному пункту ГКИ не понесет.
       Или другой больной вопрос: темпы приватизации. Тут тоже Госкомимущество в бой не рвется. В перечне приоритетов о темпах — ни слова, но ранее в документе говорится, что, мол, пик "добровольно-инициативной" приватизации пройден, и наращивание темпов не является более ключевой задачей. Те, кому быстрая приватизация — нож острый, возможно, и поверят и не станут особенно настаивать на писаном требовании замедлить приватизационный процесс. А ведь на самом-то деле осознание того простого факта, что как ни трудно приватизированному предприятию разжиться инвестициями, а неприватизированному и еще труднее, становится всеобщим. Не число желающих приватизироваться будет падать, но число согласных остаться за казной будет таять на глазах.
       Не заявлена позиция ГКИ и по последнему роковому вопросу: предпринимать ли еще какие-то широкомасштабные кампании (вроде земельных ваучеров или приватизационной индексации вкладов в Сбербанке) по дальнейшему вовлечению в приватизацию широких слоев российского населения. Значит, и бои по этому поводу, до какого бы накала ни дошли, позиций г-на Чубайса не пошатнут.
       Если у читателя сложилось впечатление, что эксперты Ъ осуждают такое нежелание специалистов Госкомимущества устраивать корриду с аграрниками, или коммунистами, или ново-регионально-политиками, то поспешим их разуверить. Напротив, избранная ГКИ тактика единственно правильна. Пусть Дума удовлетворится относительно приемлемой для всех сторон обтекаемой программой послеваучерных действий. Вложить в нее разумное конкретное содержание можно будет, что называется, в рабочем порядке.
       
       АЛЕКСАНДР Ъ-ПРИВАЛОВ, НАТАЛЬЯ Ъ-КАЛИНИЧЕНКО