О перспективе введения в России института уголовной ответственности юридических лиц

ДИСКУССИЯ

О перспективе введения в России института уголовной ответственности юридических лиц

АРБУЗОВ Станислав Сергеевич,

кандидат юридических наук, доцент

КУБАНЦЕВ Сергей Павлович,

кандидат юридических наук, старший научный сотрудник ИЗиСП

Споры о целесообразности введения в отечественное уголовное законодательство института уголовной ответственности юридических лиц ведутся еще с начала 1990-х гг. Этот институт предусматривался предварительными проектами Уголовного кодекса РФ, на основе которых был подготовлен действующий Кодекс. Однако законодательно вопрос не решен до сих пор.

За рубежом, например в Англии, Бельгии, Дании, Финляндии, Франции и США, уголовная ответственность юридических лиц давно стала реальностью. Некоторые ученые предлагают последовать примеру зарубежных стран и признать в отечественном уголовном законодательстве возможность привлечения юридических лиц к уголовной ответственности за уголовные правонару-шения1. Они полагают, что деятельность таких юридических лиц представляет угрозу обществу, которое необходимо оградить от их влияния

1 См.: Волженкин Б. В. Уголовная ответственность юридических лиц. СПб., 1998; Жевлаков Э. Н. К вопросу об ответственности юридических лиц за совершение экологических преступлений // Государство и право. 2002. № 1. С. 11; Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций. М., 1996. С. 182; КелинаС. Г. Ответственность юридических лиц в проекте нового УК Российской Федерации // Уголовное право: новые идеи: сб. ст. М., 1994. С. 52.

посредством уголовно-правового инструментария.

Например, А. С. Никифоров отмечал, что принципиальными основаниями признания за организацией статуса субъекта преступления являются специфичные в таких случаях причинная связь и вина. Организация делегирует своему управляющему органу принятие и исполнение стратегических и оперативных решений, такие решения и основанное на них поведение по своей юридической сути являются решениями и поведением организации, соответственно, именно организация и должна нести юридическую ответственность. Следовательно, «преступление признается совершенным юридическим лицом, если оно совершено (непосредственно или при посредничестве других лиц) лицом или лицами, которые контролируют осуществление юридическим лицом его прав и действуют в осуществление этих прав, т. е. являются alter ego юридического лица — его «другим я»2.

Противники данного подхода считают его уязвимым как с теоретической, так и с практической точки зре-ния3. Ряд авторов предлагают ком-

2 См.: Никифоров А. С. Современные тенденции развития уголовного законодательства и уголовно-правовой теории // Государство и право. 1994. № 6. С. 65.

3 См., например: Крылова Н. Е. Основные черты нового Уголовного кодекса Франции. М., 1996. С. 53; Кузнецова Н. Ф. Цели и механизмы реформы Уголовного кодекса // Государство и право. 1992. № 6. С. 82; Кодификация норм о хозяйственных преступлениях // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 1993. № 4. С. 20; Уголовное право Рос-

промиссный вариант: ввести в уголовное законодательство институт санкций безопасности, которые не являются уголовными наказаниями4.

Все из перечисленных подходов имеют свои плюсы и минусы. Однако Следственный комитет РФ выработал собственную позицию по данному вопросу и опубликовал проект федерального закона «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с введением института уголовно-правового воздействия в отношении юридических лиц»5.

Данный законопроект тяготеет к компромиссному варианту — предпринимает попытку внедрить в российское уголовное законодательство способы применения мер уголовно-правового характера к юридическим лицам, которые в судебном порядке признаны причастными к совершению преступления. При этом он не удовлетворяет целям и задачам уголовного права, ибо при технических изъянах в нем отсутствуют системные изменения в уголовном праве России, что в дальнейшем неизбежно потребует коренного пересмотра подходов к основным понятиям и даже институтам уголовного права, не говоря уже о проблемах процессуального характера и внесении изменений в уголовно-процессуальное законодательство.

По нашему мнению, в настоящее время нет необходимости введения в российское уголовное законода-

сийской Федерации. Общая часть / отв. ред. Б. В. Здравомыслов. М., 1996. С. 204; Уголовное право. Общая часть / отв. ред. И. Я. Ко-заченко, З. А. Незнамова. М., 1997. С. 167— 168; Уголовное право. Общая часть / отв. ред. Н. И. Ветров, Ю. И. Ляпунов. М., 1997. С. 267—268.

4 См.: Щедрин Н., Востоков А. Уголовная ответственность юридических лиц или иные меры уголовно-правового характера в отношении организаций // Уголовное право. 2009. № 1. С. 60—61.

5 URL: http://www.sledcom.ru/discussions/ ?SID=1273.

тельство института уголовной ответственности юридических лиц, и предложения законопроекта приведут лишь к путанице при применении уголовно-правового инструментария.

Разработанный и используемый в России институт административной ответственности отсутствует как в странах общего права (Великобритания, США и др.), так и в странах, относимых к континентальной семье права (Бельгия, Нидерланды, Франция, Швейцария и др.), где уже существует уголовная ответственность юридических лиц. То, что в России именуется административной ответственностью, там относится к так называемому малому уголовному праву или к уголовной ответственности за незначительные преступления и т. п. Поэтому публично-правовое воздействие на юридических лиц, совершивших преступления (правонарушения), в таких условиях возможно лишь в рамках уголовно-правовых мер.

В нашей стране хорошо развит и активно используется институт административной ответственности, который в полной мере может быть применен судом и к юридическим лицам. И нельзя согласиться с пояснительной запиской к законопроекту, в которой сказано, что имеющиеся в распоряжении правоприменителя административно-правовые инструменты непригодны для решения задач по защите общества от противоправной деятельности юридических лиц. Может, проблема заключается в непрофессионализме правоприменителя?

Административно-правовое воздействие предполагает достаточно широкий спектр мер, применимых к юридическому лицу, начиная от предупреждения или административного штрафа и вплоть до административного приостановления деятельности данного лица сроком до 90 суток, что сопоставимо с лишением свободы физического лица на непродолжительный срок.

Более того, в соответствии с ч. 2 ст. 61 ГК РФ юридическое лицо может быть ликвидировано по решению суда принудительно «в случае допущенных при его создании грубых нарушений закона, если эти нарушения носят неустранимый характер, либо осуществления деятельности без надлежащего разрешения (лицензии), либо запрещенной законом, либо с нарушением Конституции Российской Федерации, либо с иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов, либо при систематическом осуществлении некоммерческой организацией, в том числе общественной или религиозной организацией (объединением), благотворительным или иным фондом, деятельности, противоречащей ее уставным целям, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом». В данном случае можно провести аналогию со смертной казнью физических лиц, на применение которой в России наложен мораторий. Хотя, конечно, в отличие от физических лиц юридическим лицам «жизнь» дает именно государство.

Субъект преступления. Важнейшей проблемой в аспекте уголовной ответственности юридических лиц было и остается признание юридического лица субъектом уголовного права. Данная категория является одним из четырех обязательных элементов преступления (субъект, субъективная сторона, объект, объективная сторона). Ведь уголовно-правовое воздействие на лицо, виновное в совершении преступления, допустимо лишь при наличии всех элементов. Данное требование выступает в том числе и гарантией от объективного вменения, т. е. применения уголовно-правовой репрессии при наличии трех и менее элементов преступления в деянии лица, пусть даже и юридического, но привлекаемого к уголовной ответственности.

Категория «субъект преступления» порождает ряд вопросов, значи-

мых для применения уголовно-правового воздействия. Кто и на основании каких исследований будет определять вменяемость юридического лица, привлекаемого к уголовной ответственности; с какого возраста наступает уголовная ответственность в отношении юридических лиц; каким образом будет решаться вопрос о покушении на совершение преступления со стороны юридического ли-ца6; могут ли несколько юридических лиц совершить преступление в со-участии7; каким образом учитывать и как повлияет рецидив преступлений со стороны юридического лица (ведь к юридическому лицу не предполагается применять уголовное наказание); каков будет уголовно-процессуальный статус юридического лица; необходимо ли обязательное участие защитника в уголовном деле по обвинению юридического лица в совершении преступления, если данное лицо не может осуществлять свою защиту в связи с несостоятельностью (банкротством) или юридическое лицо зарегистрировано за рубежом, а осуществляет свою деятельность на территории России с привлечением российского капитала?

Как будет решаться вопрос о конкуренции норм права Гражданского и Уголовного кодексов, в частности по вопросам ликвидации юридического лица? Вполне вероятна

6 См.: Примерный Уголовный кодекс (США). Официальный проект Института американского права / пер. с англ. А. С. Никифорова. М., 1969. С. 91; Никифоров Б. С., Решетников Ф. М. Современное американское уголовное право. М., 1990. С. 61—63; Еса-ков Г. А. Англо-американское уголовное право. СПб., 2007. С. 617; Turner J. W. C. Attempts to Commit Crimes, in Modern Approach to Criminal Law / eds. by L. Radzinowicz, J. W. C. Turner. L., 1945. P. 278—285.

7 См.: Weisberg R. Reappraising Complicity // Buffalo Criminal Law Review. 2000. Vol. 4. No. 1. P. 217; Kadish S. H. Some Observations on the Use of Criminal Sanctions in Enforcing Economic Regulations // University of Chicago Law Review. 1963. No. 30. Р. 423—449.

ситуация, когда слушания по гражданскому делу по вопросу о принудительной ликвидации юридического лица будут отложены вплоть до разрешения уголовного дела в отношении этого же лица по существу. А после назначения юридическому лицу мер уголовно-правового характера оно будет сразу же ликвидировано по решению суда, например, в силу допущенных при его создании грубых нарушений закона, которые носят неустранимый характер. Но ликвидация субъекта, в отношении которого необходимо исполнять решение суда по уголовному делу, приведет к неисполнению решения суда.

То есть судебная система, действуя в рамках закона, может подорвать авторитет не только судебной власти, но и нормативных правовых актов, как средств укрепления режима законности в обществе путем привлечения к ответственности всех лиц, виновных в совершении преступления, их превентивного воздействия на общество.

Таких вопросов, связанных с введением уголовной ответственности юридических лиц, возникает достаточно много, и решение их только путем применения к юридическим лицам неких «волшебных» мер, хотя бы и уголовно-правового характера, невозможно. Именно поэтому вопросы применения уголовно-правового воздействия на юридических лиц дожны быть тщательно проработаны еще до внесения подобного законопроекта на рассмотрение Федерального Собрания РФ, а самое главное, должен быть сформирован подход к их решению с учетом опыта других государств, применяющих уголовную ответственность юридических лиц. В противном случае может произойти обострение и без того непростой экономической и социальной обстановки в стране.

Совершенно очевидно, что применение мер уголовно-правового характера к юридическому лицу становится возможным при условии

признания его субъектом уголовного права. Сегодня предпринимается попытка обойти этот значимый для уголовного права момент за счет применения к юридическому лицу не уголовного наказания, а мер уголовно-правового характера, которые формально к уголовным наказаниям не относятся, но являются по сути мерами уголовного принуждения со стороны государства (уголовной санкцией).

Однако и такой подход не избавляет от пересечения с уголовным наказанием. Например, один из видов уголовно-правовой меры, которую предложено применять к юридическим лицам, — штраф. Он же предусмотрен в ст. 44 УК РФ в качестве одного из видов уголовного наказания, применяемого как в качестве основного, так и в качестве дополнительного.

Штраф как мера уголовно-правового характера состоит в денежном взыскании, назначаемом юридическому лицу, признанному причастным к преступлению (ст. 10410 законопроекта). С другой стороны, штраф есть денежное взыскание, назначаемое в пределах, закрепленных Уголовным кодексом (ст. 46 УК РФ). Таким образом, штраф в российском уголовном праве становится не только видом наказания, но и одновременно мерой уголовно-правового характера.

Возникает терминологическая проблема, которая может повлечь двойную ответственность в виде штрафа за одно и то же деяние в нарушение принципа non bis in idem.

Подобный дуализм совершенно необоснован и внесет элемент неопределенности в практику применения одного из самых гибких уголовных наказаний — штрафа, отвечающего как принципу дифференциации, так и принципу индивидуализации наказаний, и имеющему существенное превентивное воздействие. Современные тенденции могут привести к тому, что штраф, используемый в правоприменительной прак-

тике в качестве самостоятельного наказания крайне редко, может и вовсе исчезнуть.

Мы рассмотрели лишь один из аспектов законопроекта «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с введением института уголовно-правового воздействия в отношении юридических лиц». Создается впечатление, что юристам, принимавшим участие в его подготовке, не известны иные способы правового регулирования, кроме способов публично-правового порядка.

Таким образом, описанный выше «обход» устоявшихся в российском уголовном праве институтов в случае введения его законодательным путем не сможет просуществовать достаточно долго без исключительно политической к тому воли.

Единственным решением проблемы введения уголовной ответственности юридических лиц на территории России должна стать системная переработка российского уголовного закона с учетом имеющихся теоретических разработок и практики применения данного института. Если действительно назрела необходимость уголовной репрессии в отношении юридических лиц, в чем мы сильно сомневаемся, то нужно привести в соответствие законодательные положения. К примеру, признать юридическое лицо субъектом уголовного права, а не вставлять в закон обрывки фраз, которые никак не связаны с другими положениями законодательства Российской Федерации. Кстати, уже имеется подобный негативный опыт, например институт досудебного соглашения о сотрудничестве между сторонами обвинения и защиты.

Субъективная сторона преступления. Введение института уголовной ответственности юридических лиц требует решения проблемы определения субъективной стороны преступления — психического отношения преступника к совершенному

им деянию и его общественно опасным последствиям.

На основании ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. В российском уголовном праве ответственность предусматривается за умышленные и неумышленные преступления, которые совершаются с прямым или косвенным умыслом, а также по легкомыслию или небрежности. Для применения уголовно-правового воздействия к лицу, совершившему преступление по неосторожности, необходима специальная оговорка в соответствующей статье Особенной части УК РФ.

Следовательно, применение мер уголовно-правового характера к юридическому лицу должно быть обусловлено той или иной формой вины в отношении инкриминируемого деяния. Однако способностью осознавать и контролировать свои действия обладает только человек. Получается, что согласно законопроекту юридическое лицо будет претерпевать негативные последствия уголовно-правового характера за действия другого (физического) лица. И здесь еще один камень преткновения — соблюдение принципа личной уголовной ответственности, предполагающего, что лицо не должно отвечать за поступки, совершенные другими лицами.

Обратившись к зарубежному опыту, можно увидеть, что государства, в которых на законодательном уровне признана уголовная ответственность юридических лиц, используют подходы, основанные на одном из вариантов так называемой теории отождествления, т. е. когда юридическое лицо отождествляется с физическим лицом.

Теория отождествления прошла долгий путь развития. Поэтому сегодня странно слышать, когда юристы говорят лишь о том, что голова

юридического лица — это его топ-менеджмент, его тело — основная рабочая сила, руки — исполнители, а ноги — курьеры. Такого примитивного восприятия в целях применения уголовно-правового воздействия будет достаточно лишь в стране с тоталитарно-тираническим режимом, где значительная масса ученых и практиков станет доказывать правоту политического режима, а не торжество истинно правовых позиций.

За пределами такого формального отождествления, когда действие (бездействие) и психическое отношение к содеянному со стороны высших должностных лиц юридического лица отождествляется с действием и психическим состоянием самого юридического лица8, располагается масса проблемных вопросов уголовного права.

Проблема вменяемости (невменяемости) юридического лица является ключевой в вопросе привлечения юридического лица к уголовной ответственности за действия физического лица, которое в установленном законом порядке было признано невменяемым на момент совершения преступления и к которому применены принудительные меры медицинского характера. Если воля физического лица суть воля лица юридического, то к последнему также необходимо применить меры медицинского характера, а за невозможностью их применения — освободить юридическое лицо от уголовной ответственности?

Подобная ситуация возникает при совершении преступления лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности. Например, 15-летний подросток совершает кражу документов, составляющих коммерческую тайну предприятия, и передает эти документы одному из конкурентов. Завладение инсайдерской ин-

8 См.: Алимбеков М. Уголовная ответственность юридических лиц: теория и практика. URL: http://journal.zakon.kz/ 219540-ugolovnaja-otvetstvennost.html.

формацией налицо, и, казалось бы, можно привлечь соответствующее юридическое лицо к уголовной ответственности по ст. 183 УК РФ, так как действие было совершено явно в его интересах. Но при этом отсутствует физическое лицо как субъект преступления, соответственно, юридическое лицо, отождествляемое с физическим, в равной степени не ответственно за данное деяние.

В данном случае психическое отношение к содеянному со стороны лица, не достигшего возраста уголовной ответственности, не имеет значения для уголовного права, хотя тот мог совершить данное преступление из корыстных, хулиганских побуждений или на почве мести. Поэтому определить психическое отношение юридического лица также не представляется возможным, по крайней мере до тех пор, пока не будет выявлено и доказано использование данным юридическим лицом полученной информации, составляющей коммерческую тайну другого предприятия. При этом вред общественным интересам был нанесен еще раньше, когда документация, составляющая коммерческую, налоговую или банковскую тайну, перестала быть тайной.

О принципиальной разнице между мерами уголовно-правового характера в отношении юридических лиц и их административной ответственностью. Меры уголовно-правового характера, предлагаемые в вышеназванном законопроекте, полностью дублируют административные наказания, применяемые к юридическим лицам.

Штраф как меру уголовно-правового характера мы уже рассмотрели. «Запрет на осуществление деятельности на территории Российской Федерации» перекликается с административным выдворением за пределы РФ (ст. 3.10 КоАП РФ). «Лишение лицензии, квоты, преференций или льгот» явно тяготеет к административному приостановлению деятельности (ст. 3.12 КоАП РФ). Принуди-

тельная ликвидация по своей сути дублирует положения гражданского законодательства. И только «лишение права заниматься определенным видом деятельности» скопировано из УК РФ (ст. 47), да и то в настоящее время данный вид наказания на практике применяется только как дополнительный.

Уголовно-правовое предупреждение (ст. 1049 законопроекта) фактически дублирует ст. 3.4 КоАП РФ с привнесением туда указания, что данное наказание может быть назначено юридическому лицу, впервые причастному к преступлению небольшой или средней тяжести, не повлекшему причинения имущественного ущерба или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов РФ, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Кстати, преступления небольшой и средней тяжести в законопроекте вообще не особенно отличаются от административных правонарушений. Возникает вопрос: в чем разработчики законопроекта видят разницу между уголовной и административной ответственностью юридических лиц, между уголовно-правовым воздействием и административным?

В частности, судимость юридических лиц по преступлениям небольшой и средней тяжести совпадает со сроком, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, — один год. Для сравнения: судимость в отношении физических лиц, совершивших преступления небольшой и средней тяжести, погашается по истечении трех лет после отбытия наказания.

Столь вольный подход к институту судимости подрывает принцип равноправия в уголовном праве, когда физическое лицо претер-

певает негативные последствия за совершенное им уголовно наказуемое деяние в три раза дольше, чем юридическое лицо за аналогичное (а возможно, и за то же самое) деяние. Кроме того, уравнивание административного правонарушения с преступлением небольшой и средней тяжести существенно снижает превентивное воздействие уголовного закона. Юридическому лицу становится безразлично: совершить административный проступок либо преступление небольшой или средней тяжести, ведь возможные негативные последствия будут одинаковыми.

Итак, мы не можем выявить ничего нового, что привнесла бы в российскую правовую действительность уголовная ответственность юридических лиц. Может, было бы достаточно усилить административную ответственность данных субъектов права?

Пользу от подобного нововведения, возможно, извлекут правоохранительные органы, которые смогут открыто воздействовать на деятельность юридических лиц. Ведь не секрет, что подразделения правоохранительных органов занимаются «крышеванием» как частных предпринимателей, так и крупных бизнес-структур либо иным способом получают доход от бизнеса, находящегося на территории, подконтрольной конкретному структурному подразделению правоохранительных органов. Поэтому введение уголовной ответственности юридических лиц существенно облегчит «борьбу» с предпринимателями-конкурентами в целях освобождения «места под солнцем» только угодным (платящим дань) предпринимателям.

Вероятно, с этим связано указание в законопроекте на невозможность применения мер уголовно-правового характера к органам государственной власти и органам местного самоуправления. Хотя именно они в последнее время активно пользу-

ются своим служебным положением для получения незаконного дохода с юридических лиц. Так, может, было бы логичным уравнять всех перед законом и судом?

Становится очевидным, что предложения по введению уголовной ответственности юридических лиц носят поверхностный характер, игнорируют существующую доктрину уголовного права и в случае их реализации способны дезорганизовать систему уголовного судопроизводства и стать дополнительным источником коррумпированности правоохранительных и иных государственных органов.

Библиографический список

Kadish S. H. Some Observations on the Use of Criminal Sanctions in Enforcing Economic Regulations // University of Chicago Law Review. 1963. № 30.

Turner J. W. C. Attempts to Commit Crimes, in Modern Approach to Criminal Law /eds. by L. Radzinowicz, J. W. C. Turner. L., 1945.

Weisberg R. Reappraising Complicity // Buffalo Criminal Law Review. 2000. Vol. 4. No. 1.

Алимбеков М. Уголовная ответственность юридических лиц: теория и практика. URL: http://journal.zakon.kz/219540-ugolovnaja-otvetstvennost.html.

Волженкин Б. В. Уголовная ответственность юридических лиц. СПб., 1998.

Есаков Г. А. Англо-американское уголовное право. СПб., 2007.

Жевлаков Э. Н. К вопросу об ответственности юридических лиц за совершение эко-

логических преступлений // Государство и право. 2002. № 1.

Келина С. Г. Ответственность юридических лиц в проекте нового УК Российской Федерации // Уголовное право: новые идеи: сб. ст. М., 1994.

Кодификация норм о хозяйственных преступлениях // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 1993. № 4.

Крылова Н. Е. Основные черты нового Уголовного кодекса Франции. М., 1996.

Кузнецова Н. Ф. Цели и механизмы реформы Уголовного кодекса // Государство и право. 1992. № 6.

Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций. М., 1996.

Никифоров А. С. Современные тенденции развития уголовного законодательства и уголовно-правовой теории // Государство и право. 1994. № 6.

Никифоров Б. С., Решетников Ф. М. Современное американское уголовное право. М., 1990.

Примерный Уголовный кодекс (США). Официальный проект Института американского права / пер. с англ. А. С. Никифорова. М., 1969.

Уголовное право. Общая часть / отв. ред. И. Я. Козаченко, З. А. Незнамова. М., 1997.

Уголовное право. Общая часть / отв. ред. Н. И. Ветров, Ю. И. Ляпунов. М., 1997.

Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / отв. ред. Б. В. Здравомыслов. М., 1996.

Щедрин Н., Востоков А. Уголовная ответственность юридических лиц или иные меры уголовно-правового характера в отношении организаций // Уголовное право. 2009. № 1.