Сборники exempla на народных языках: новая публика? Новые функции?

Вестник ПСТГУ

III: Филология

2013. Вып. 3(33). С. 75-97

Сборники ехемрьа на народных языках:

НОВАЯ ПУБЛИКА? НОВЫЕ ФУНКЦИИ?1 Мари-Анн Поло де Болье

В статье рассматриваются различные аспекты перехода с латинского на национальные языки в жанре средневековых «примеров» (exempla). В ней представлен анализ переводов латинских сборников, как монастырских, так и принадлежавших нищенствующим братьям, и их раннесредневековых источников (таких, например, как «Жития отцов-пустынников», «Диалог о чудесах» Цезария Гейстербахского и «Алфавит примеров» Арнольда Льежского). В статье также анализируются сборники «примеров», изначально написанные на различных национальных языках авторами из самых разнообразных кругов: в основном светских и церковных, но также и монашеских (например, «Паломничество человеческой жизни» французского цистерцианца Гийома де Дигюльвидя, «Королевская сумма» доминиканца брата Лорана, исповедника Филиппа III Смелого, и «Наказы», приписываемые королю Санчо IV). Изучив текстуальные и кодикологические свидетельства, раскрывающие особенности создания и бытования текстов, автор приходит к выводу, что сборники «примеров» на народных языках в целом предназначались для индивидуального чтения либо для прочтения на публике, но не для проповедей, чем и обусловлены изменения в их структуре и стиле. Парадоксальным образом перевод сборника «примеров» на народный язык обрекал его на чтение несравненно меньшим числом образованных верующих, в то время как латинская версия, переводившаяся двуязычными проповедниками, находила гораздо более широкую аудиторию.

Введение

В 1975 г., начав масштабный проект по изучению средневековых exempla, Жак Ле Гофф определил их как «короткие рассказы, выдаваемые за истинные и предназначенные для того, чтобы быть включенными в какую либо речь (обычно проповедь), с целью убедить аудиторию с помощью спасительного урока»2. Недавние исследования отметили недостатки этого определения, и в настоящее время exemplum скорее ассоциируется с процедурой экземплификации, превращающей в пример, который можно использовать в дидактическом дискурсе, любой нарратив: как вымышленный, так и выдаваемый за истинный3.

1 Перевод статьи выполнен В. В. Смирновой.

2Bremond CL, J. Le GoffJ., J.-Cl. Schmitt J.-Cl. L’Exemplum// Typologie des Sources du Moyen Age Occidental. Fasc. 32. Tumhout, 1984 (переизд. в 1996.). P. 37-38.

3 Berlioz J-, Polo de Beaulieu M. A. Les Exempla medievaux: Nouvelles perspectives. Paris-Geneve,

1998. Об актуальных исследованиях в области средневековых exempla можно узнать на сайте Группы исторической антропологии средневекового Запада (GAHOM): http://gahom.ehess.fr/

В сборнике «Мыслить примерами: литературные практики и исторический дискурс XVI—XVIII веков» под редакцией JI. Джаварнини, Анн Дюпра предлагает отделять экземплификацию от экземпляризации. Первая предполагает упоминание в рассказе уже известной истории, позволяющее подать ее в новом свете — моральном или нет, что достигается благодаря процедуре сопоставления; вторая же вводит событие, которое само становится примером: отправной точкой конструирования смысла становится свидетельство4.

Exempla, предназначенные для проповеди, называются гомилетическими, что позволяет отделить их от риторических exempla, которыми полнится вся дидактическая религиозная и светская литература5. Согласно намеченной Jle Гоффом перспективе первые исследования были сосредоточены на «примерах» нищенствующих орденов, однако в последние годы все больше внимания уделяется монастырским примерам и проповеди клириков. Кроме того, exempla рассматриваются в составе обширного корпуса произведений, предназначенных для пастырской деятельности, которые можно обозначить термином pastoruliu, предложенным отцом Бойлом6.

Гомилетические «примеры» рекомендовались к использованию уже отцами Церкви: Августином, Амвросием, Иеронимом (в его «Против Иовиниана») и в особенности Григорием Двоесловом (не только в «Диалогах», но и в гомилиях). Что касается Высокого Средневековья, вспомним многочисленные exempla, расцвечивающие письма Петра Дамиани (ум. в 1072 г.), «Собеседования» Одона Клюнийского (917—927 гг.) и сборник «О чудесах» Петра Достопочтенного, девятого аббата Клюни (ум. в 1156 г.).

С конца XII в. цистерцианцы начинают настоящую кампанию по рассказыванию историй (storytelling). В XIII в. Гумберт Романский, генеральный магистр ордена братьев-проповедников, не единожды указывает на то, что проповедник при выборе «примеров» должен руководствоваться соображениями пользы и эффективности. Он выдвигает семь правил использования этих поучительных анекдотов, касающихся качеств оратора, особенностей аудитории, места рассказа в проповеди, его отношения к другим техникам (auctoritates и rationes: цитатам из авторитетных источников и логическим объяснениям), принципов выбора истории (краткость и полезность), его правдивости (басни допускаются лишь в том случае, если их моральное значение полезно для развития темы проповеди) и авторитетности7. Монахи нищенствующих орденов создают репертуары exempla, организованные в алфавитном порядке. Среди исследований в области эволю-

‘•DupratA. Pestes et incendies: l'exemplarite du recit de temoin auxxvie—xviie siecles // Construi-re l'exemplarite. Pratiques litteraires et discours historiens (XVIe-XVIIIe siecles) / Ed. Г. Giavarini. Dijon, 2009. P. 63-83.

sSilkM. R. Scientia rerum: the Place of Example in Later Medieval Thought, Harvard University, Ph. D. 1982 (Dissert Abstr. intern. 43 A, 1982—1983, 1639). Неизданная диссертация.

6Термин «pastoralia» был введен JI. Е. Бойлом (Boyle L. Е. Pastoral Care. Clerical Education andCanonLaw. 1200-1400. London, 1981) и затем употреблен в издании A companion to Pastoral Care in the Late Middle Ages (1200-1500). Brill, 2010.

1 Humbert de Romans. De erudicione praedicatorum. L. 1. Ch. 39. Welter J. T. L’exemplum dans la litterature religieuse et didactique du Moyen Age. Paris-Toulouse, 1927 (переизд.: Geneve, 1973). P. 70-71.

ции примера можно назвать работы Николя Луи (в сборнике «Рассказ-пример»8) и Виктории Смирновой (в трудах конференции «Теория трех стилей и европейские средневековые литературы: поэтики и литературная практика», вышедших в 2010 году под редакцией Виктории Смирновой и Людмилы Евдокимовой) '.

В течение многих веков «примеры» — собранные монахами, клириками или нищенствующими братьями — записывались и передавались на латыни. Иначе говоря, в средневековом обществе exempla представляли собой элемент коммуникации, играющий особую роль в системе подвижных культурных практик. И действительно, они одновременно ф у НКЦ и о н и р у ю т в контексте как устной (обычно на народных языках в проповеди adpopulum), так и письменной традиций (обычно на латыни).

Однако на исходе Средневековья границы между латынью и народными языками становятся все более подвижными: мы имеем дело с «неудержимым взлетом народных языков», переиначивая заглавие специального выпуска трудов Французской школы в Риме10. Возникает вопрос о проявлениях и значении этого лингвистического поворота — в том, что касается рецепции сборников exempla. Ведь именно латынь была «языком-посредником» христианства, раздробленного на множество языковых сообществ. Необходимо помнить и о билингвизме средневековых книжников, способных к постоянному переключению с языка на язык (code switching), — явлении, которое было рассмотрено в ходе конференции, организованной Бенуа Гревеном в Вильжюифе в 2009 году11.

Что касается нашей области исследования, то переход на народные языки начинается в XIII в. и становится более интенсивным в XIVв., как это помогает выяснить «Трансмеди» («Transm6die») — новый коллективный труд, изданный под редакцией Клаудио Гальдеризи. Он позволяет найти и проследить переводы с латыни на народный язык среди отсортированных в нем 1200 источников, 3000 переводов, 10 000 манускриптов и 600 первопечатных книг12. Отметим так-

%JeayM., Duche V. Le recit exemplaire (1200—1800). ActesduXXIIIecolloque international de la Societe d’Analyse de la Topique Romanesque, Belley 17-20 septembre 2009. Paris, 2011, и особенно статья Николя Луи: Exemplum ad usum et abusum: definition d’usages d’un recit qui n’en a que la forme, p. 17-36.

9Smirnova V. Flatter les erudits et instruire les simples: le role de l’exemplum dans le systeme des styles de la predication medievale // Centaurus. (Theorie des trois styles et les litteratures europeennes du Moyen Age: les arts poetiques et la pratique litteraire) / Ed. V. Smirnova et L. Evdokimova. V. 7. 2010. P. 98-109.

10 La resistible ascension des vulgaires. Contacts entre latin et langues vemaculaires au bas Moyen Age. Problemes pour l'historien // Melanges de l’Ecole frangaise de Rome. Moyen Age. T. 117/2 (2005).

11В рамках «Дней истории и истории текстов», организованных Парижской лабораторией западноевропейской медиевистики (LAMOP) «Ubi supra / N’en parlons plus / Des tours cor-nulz / Et cetera. Sauts de langue et code switching dans les pratiques de communication medievales» 19 и 20 ноября 2009, не опубликованы. Code switching означает смену языков или изменение в языке, в противоположность style-shifting', смене стилей.

12 Translations medievales (Transmedie). Cinq siecles de traductions en frangais au Moyen Age (Xle -XVe siecles). Etude et Repertoire. 2 vol. / Dir. Cl. Galderisi. Tumhout, 2011.

же, что в январе прошлого года состоялась конференция, посвященная обратному процессу: переводам с народных языков на латынь (TRADLAT13).

Чтобы лучше очертить широту все возраставшего влияния народных языков14, мы начнем с анализа двух важнейших источников, общих для монастырских сборников и сборников нищенствующих орденов, которые также становились объектами перевода. Затем мы обратимся к сборникам, созданным на народных языках, чтобы наконец перейти к переводам сборников exempla с латыни.

Переводы источников, общих для монастырских и проповеднических сборников

Хотя мы не будем обращаться к огромному корпусу переводов и переложений Библии, стоит, однако, задаться вопросом об их влиянии на библейские exempla15.

Было бы упрощением предполагать, что переводы на народные языки предназначались исключительно мирянам. Как показывают недавние исследования, владение латынью не было столь распространенным явлением в монастырях, как это предполагалось ранее16. Монахи также могли пользоваться многочисленными переводами книг — источников «примеров», и в особенности «Житий отцов-пустынников» (переведенных на итальянский и частично на старофранцузский) и «Диалогов» Григория папы римского. Эту гипотезу необходимо еще проверить, обратившись к каталогам монастырских библиотек.

Жития отцов-пустынников

Заглавие «Vitae Patrum»17 объединяет разнородные тексты, повествующие о жизни святых отцов-пустынников и передающие их моральные наставления (Apaphtegma Patmm). Жития отцов пользовались огромным авторитетом и неоднократно переводились на народные языки. Первый перевод был выполнен между 1160 и 1222 гг. лондонским священником (или каноником-августинцем), который переложил на англо-нормандский диалект книги V и VI, а также житие Таисии по просьбе тамплиера Анри д’Арси из командорства Ла Брюйер, что в Линкольншире (сохранился в единственной рукописи); затем, между 1202 и

13 Конференция, посвященная латинским переводам произведений, созданных на народных языках, состоявшаяся 9 февраля 2012 г. в Институте исследования и истории текстов (IRHT) совместно с Практической школой высших исследований (ЕРНЕ): Traduire en latin au Moyen Age et a la Renaissance. Methodes et finalites, 2012. О деятельности группы TRADLAT можно узнать на сайте: http///www.tradlat.org

14 В частности, см.: Grevin В. L'historien face au probleme des contacts entre latin et langues vulgaires au Bas Moyen Age (XHe-XVe siecle). P. 447-469.

15 О библейских примерах см. подробнее в книге Le Tonnerre des exemples. Exempla et mediation culturelle dans 1’Occident medieval / fid. Jacques Berlioz, Pascal Collomb, Marie-Anne Polo de Beaulieu. Rennes, 2010.

i6Barmu J. Can we tell how good monks were at speaking Latin? // (Understanding Monastic Practices of; Oral Communication (Western Europe, Xl-XIIIth Centuries). Colloque international de Gand, 23-24 mai 2008 / Dir. Steven Van der Putten, в печати.

17Translations medievales. Le corpus Transmedie // Repertoire, vol. 2. T. 1. № 133. P. 316-319.

1222 гг., — по заказу Бланки Наваррской, графини Шампанской, по всей вероятности, монахом-цистерцианцем одного из шампанских аббатств (две рукописи). В 1212 г. Вошье де Денен перевел для Филиппа Намюрского несколько житий (Илариона, Малха, Антония), а также «Историю монахов» Руфина Аквилейско-го (345—411)18. Вошье точно следовал своему латинскому источнику, старясь, однако, связать расположенные рядом истории (две рукописи)19.

Французские «Жития отцов» («Vie des Pferes») не являются в собственном смысле слова переводом латинских «Житий отцов-пустынников» — это скорее адаптация дюжины житий, включенных в подборку из 74 рассказов, насчитывающих 30 ООО стихов. Этот анонимный гетерогенный сборник был написан между 1230 и 1252 гг. в три этапа, несомненно разными авторами: до нас дошло 45 рукописей20. Выделяют первоначальное ядро, которое приблизительно датируется 1230 г., созданное, вероятнее всего, в среде каноников. Оно объединяет 42 расска-

за, написанных восьмисложником с парными рифмами. За ним, в 1241 г., следует еще одна группа житий, составленная, несомненно, доминиканцем: в нее входит 19 рассказов, отличающихся как по стилю, так и по богословскому наполнению. Третья группа (13 рассказов), включает в себя в основном чудеса Богородицы, не имеющие никакого отношения к латинским «Житиям отцов-пустынников». Однако рассказы, восходящие к латинским «Житиям отцов-пустынников», даже будучи в меньшинстве, сообщают французским «Житиям отцов» свое заглавие и свою авторитетность. Они были переложены на народный язык, чтобы сделать доступным для простых мирян недостижимый пример монахов Фиваиды. Так, по этой причине в истории, носящей название «Садовник», место Сатаны занимает жена — злая советчица, избитый сюжет exempla и фаблио21.

Переводы «Диалогов»

Между первой половиной XII и началом XIII в. «Диалоги»22 были переведены на один из диалектов Льежского региона (рукопись fr. 24 764 Национальной Библиотеки Франции, Париж) под заглавием «Диалоги папы Григория» («Li Dialogue Gregoire 1о раре») — судя по всему, тем же переводчиком, что и остальные тексты этой единственной рукописи: «Проповедь о терпении» («Sermo de paciencia»), которая большей частью воспроизводит «Светильник» Гонория Августодунского, «Моралии на книгу Иова» и еще один фрагмент гомилии Григория. Перевод каноника св. Фридсвиды (Оксфорд), законченный в 1212 г., обращен к мирянам обоих полов («Seingors е dames, laie gent»), чтобы принести им спасение («А ton cors et t’alme sauver»).

В начале XIII в. (до смерти Филиппа Намюрского) Вошье де Денен переводит на старофранцузский восьмисложником две первые книги под заглавием

18Cm.: Histoire des moines d’Egypte / Ed. Michelle Szkilnik. Droz, 1993.

19Translations medievales. № 84. P. 242-243.

20La Vie des Peres. (Societe des Anciens Textes Frangais / Ed. Lecoy. Paris: Picard, 1987, 1993,

1999. ^

21 Pintho-Matthieu E. Le conte du jardinier de la Vie des Peres ou comment precher aux laics // Le tonnerre des exemples. P. 113—130.

22Translations medievales. № 264. P. 500—504.

«Ди святого Григория» («Des Diz saynt Gregoyre»). Перевод, скорее всего, читали в кругу графов Фландрских: Вошье состоял на службе у Филиппа Намюрского (ум. в 1212 г.), заказчика перевода, и, может быть, у Жанны Фландрской. В XIV в. появляется новый стихотворной перевод, ошибочно приписываемый Жану де Жюстис, но сделанный, несомненно, неким клириком из Байё, как на то указывает рукопись 8 Муниципальной библиотеки Эврё. Рукопись, датированная 1326 г., происходит из могущественного Лирского б е н ед и к т и некого аббатства (диоцез Эврё)23. Согласно «Transm6die», перевод сохранился в семи рукописях; к ним необходимо добавить еще одну, хранящуюся в Королевской библиотеке Брюсселя под шифром 9553. Эта иллюминированная рукопись второй половины XIV в. была преподнесена графу Бургундскому (согласно каталогу 1467— 1469 гг.)24.

Известен, наконец, стихотворный перевод «Диалоги Святого Григория» («Le Dyalogue saint Gregore»), насчитывающий 23 ООО стихов и датирующийся 1326 г. Он дошел до нас в двух рукописях, одна из которых, датированная 1472 г., подписана переписчиком Антонием Симоне, работавшим для графини Пен-тьеврской. Интересно, что переводчик, судя по всему, предполагал чтение своего текста вслух:

J’ai le franchois pris et puisie Au latin e’est verite fine Et rime et fet leonine A cele fin que les oians Qui de bien olr sont joians Compreignent aucun bon essample25.

Рассмотрим теперь, как переход с латыни на народные языки осуществлялся в среде монахов и нищенствующих братьев.

Сборники exempla на народных языках Сборники, имевшие ограниченное хождение в монастырской среде

Появление монастырской литературы на народных языках ставит перед исследователями немало вопросов, касающихся ее рецепции в монастыре и за его пределами. Напомним, что роман XIII в. «Поиски святого Грааля» («La Queste del saint Graal») имеет, скорее всего, цистерцианское происхождение.

23 См. статью: Gregoire le Grand // Dictionnaire des lettres frangaises. Le Moyen Age. Paris, 1992. P. 575-579, а также статью: Wauchier de Denain // Ibid. P. 1501-1502; Le dyalogue saint Gregore. Les «Dialogues» de saint Gregoire le Grand traduits en vers frangais a rimes leonines parun Normand anonyme du XIVе siecle / fid. avec introduction, notes et glossaire [par] Sven Sandqvist, Lund, Lund University Press (fitudes romanes de Lund, 42), 1989, 2 tomes.

24La Librairie des dues de Bourgogne: manuscrits conserves a la bibliotheque royale de Belgique. Turnhout, 2000. T. 1. Ms 9553. P. 171-174.

25Французское сочинение взято из / Латинской книги, — чистейшая правда! / Я изложил его в стихах с леонинской рифмой, / Дабы слушатели, внимая с радостью, / Смогли узнать о всяких добрых примерах.

Что касается дидактических сборников, то следует отметить возникновение их специфической разновидности: аллегорических трактатов типа «Паломничеств» («P6lerinages»), написанных на старофранцузском цистерцианцем Гийомом де Дигюльвиль, приором Шали (Уаза). Его «Паломничество человеческой жизни» («Pfelerinage de vie humaine»), «Паломничество души» («Pfelerinage de l’ame») и «Паломничество Иисуса Христа» («Pfelerinage de J6sus Christ») пользовались огромной популярностью, о чем свидетельствуют 80 дошедших до нас рукописей первых двух «Паломничеств» (нередко объединяемых под одной обложкой). Первая версия «Паломничества человеческой жизни», написанная в 1330—1331 г., была предназначена мирянам и представляла собой, по сути, алле-горизованный катехизис, позволявший изложить десять заповедей, Символ веры и рассказать о семи смертных грехах в контексте пути христианина к царствию небесному. Эта довольно длинная поэма (13 500 восьмисложников) была разделена на четыре дня чтения. Вторая версия, составленная в 1355 г., была обращена, очевидно, к монастырской аудитории: разделение на дни исчезло, в тексте появились молитвы на латыни, пространные догматические рассуждения и аллюзии, касающиеся непосредственно аббатства Шали26. Около 1422—1431 г. Жан Еалоп переложил этот текст прозой для герцога Бедфорда, регента Франции, затем версия Еалопа была переведена на латынь анонимным переводчиком27.

Кроме того, исследования Одри Сюльпис показали значимость аллегорических картузианских текстов на старофранцузском, таких как «Еробница Шар-трёзы» («Le tombel de Chartrose»)28. Ее автор, оставшийся анонимным, происходил из региона, соседнего с картузианским монастырем Фонтен-Нотр-Дам-ан-Валуа (первое название обители Бурфонтен), который относится к Суассон-скому диоцезу. Он составил свой сборник между 1334 и 1339 гг. на франсийском диалекте с добавлением некоторых пикардийских фонетических особенностей и нескольких нормандских слов. Автор «Еробницы» был, несомненно, клириком, который по неизвестным нам причинам не был рукоположен и хотел вступить в обитель. О. Сюльпис внесла в базу данных ThEMA29 другие аллегорические кар-

26 См. статью: Guillaume de Digulleville // Dictionnaire des lettres franijaises. P. 614-617; Le Pelerinage de Vie humaine. — Die Pilgerreise ins Himmlische Jerusalem: Faksimile und Edition des altfranzosischen Textes mit deutscher Ubersetzung / Ediert, ubersetzt und kommentiert von Stephen Dorr, Thomas Stadtler, Sabine Tittel, Frankwalt Mohren, Veit Probst, Karin Zimmermann, Wolfgang Metzger. 2 vols. Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft, 2013.

27 См. статью: Jean Galopes // Dictionnaire des Lettres Francises. Le Moyen Age. P. 777. Фредерик Дюваль (Национальная школа Хартий) представил этот перевод на конференции TRADIAT в феврале 2012 г. См.: FaralE. Guillaume de Digulleville, Jean Galloppes et Pierre Virgin // Etude romanes dediees a Mario Roques. Paris, 1946. P. 89-102.

28 Langlois Ch.-V. Anonyme auteur du Tombel de Chartrose et du Chant du Roussigneul // Histoire Litteraire de la France. T. 36. Paris, 1927. P. 225—237; Monfrin J. Apropos du «Tombel de Chartrose» // Romania. T. 70. 1948—1949. P. 245—251; Sulpice A. Le tombel de Chartrose: Etude et edition critique d’un recueilduXIVesiecle( Contes I a XV et XXI), диссертация 2006 г., Paris IV- Sorbonne; Sulpice A. индексация Tombel в базе данных ThEMA (сайт GAHOM) и в базе данных Jonas (сайт IRHT).

29ThEMA (Thesaurus exemplorum Medii Aevi) — совместная мультиязыковая база данных, в которой индексируются сборники «примеров», создана под эгидой GAHOM (Groupe d’An-thropologie Historique de l’Occident Medieval — Группы исторической антропологии средневекового Запада): <http://gahom.ehess.fr/thema/>.

тузианские сборники: «Сокровище души» («Le tr6sor de Гате») и «Гибельный замок» («Le chastel pdrilleux»).

Эти произведения, которые лишь с некоторой долей условности можно отнести к сборникам exempla, имели своих читателей и за пределами монастырей.

Тем не менее, если говорить о сборниках exempla в строгом смысле слова, наиболее отчетливо открытость народным языкам наблюдается в среде нищенствующих братьев.

Сборники, связанные с проповедью к народу

Необходимо помнить, что во многих латинских сборниках exempla встречаются отдельные выражения и целые фразы на том или ином народном языке, свидетельствующие о «переключении» с языка на язык («code switching»), характерном для ситуации билингвизма. Жак де Витри и здесь выступает в роли первооткрывателя со своими яркими диалогами, например такими, как диалог женщины и ее умирающего супруга. Жена доходит в своей жадности до того, что покупает на саван ткань плохого качества, да еще и совсем немного, и муж кричит ей: «Вы так его (т. е. саван) укоротили, чтобы не испачкать!» («Cort le me faites pour ne le crotter»30). Эта полная юмора реплика имела такой успех в сборниках exempla, что ее вполне можно счесть пословицей, несмотря на то что в современных списках средневековых пословиц она не фигурирует31. Другие вкрапления на народных языках могут быть всего лишь переводом термина: «Вот виселица, которую воздвигли, чтобы устрашать робких и боязливых; в насмешку виселицу в просторечии называют espoente coard»32. В другом месте, завершая рассказ об обращении кокетливой сестры святого Бернарда, Жак де Витри считает уместным вставить известный припев: «Так женщины, когда им надо выйти и предстать перед публикой, проводят весь день, прихорашиваясь: Quant Aeliz fu levee, et quant elefu lavee, et la messefu chantee, et deable I'ont emportee. Что значит: “Когда Аэлис поднялась с кровати, вымылась и посмотрелась в зеркало, нарядилась и приукрасилась, уже несли крест и пели мессу, и ее унесли черти, которые были ее спутниками”''».

Вспомним, что особенно смачными эти французские вставки выходили из-под пера Этьенна де Бурбона, благодаря которому до нас, среди прочих, дошли

30 Crane Th. F. The Exempla or Illustrative Stories from the Sermones vulgares of Jacques de Vitry. London, 1890. № 107. P. 49—50. Знаменитый «пример», использованный также в «Небесной лествице» (508), р. 374, в «Сумме проповедников» («Summa praedicantium»), под рубрикой Executores, «Fete le court, que il ne croite, Que jeo ai grant chemin a aller» («Вы делаете его таким коротким, чтобы он не запачкался, так как мне далеко идти» (Wright Th. A Selection of Latin Stories, from Manuscripts of the Thirteenth and Founteenth Centuries 11A Contribution to the History of Fiction During the Middle Ages. London, 1842. № 6. P. 9-10).

31 Moravski I Proverbes franijais anterieurs auXVsiecle. Paris, 1925.

32 «Ecce furce, iste eriguntur ut pusillanimes et meticulosi terreantur et patibulum deridendo vo-cant vulgariter espoente coard» (Jacques de Vitry. Sermones vulgares. 311. P. 129—130).

33 Ibid. 273. P. 114; Примечания, p. 252-253. «Hujusmodi autem mulieres quando ad publicum exire vel etiam ire debent, magnam diei partem in apparatu suo consumunt. Quant Aeliz fu levee, et quant ele fu lavee, et la messe fu chantee, et deable I’ont emportee, quod est: Quando Aeliz de lecto sur-rexit, et lota fuit, et in speculo aspexit, et vestita et ornata fuit, jam cruces ad processionem tulerant, et missam cantaverant, et demones earn tulerunt qui comites ejus fuerunt».

«1е ris antonois» и «faire barbo»34, и Жана Гоби, который сохранил для нас немало выражений (bavastellos ‘марионетки’), диалогов и заклинаний на провансальском в своей «Небесной лествице»35. Однако начиная с XIII в. сборники могли изначально писаться на народных языках.

Сборники на старофранцузском

На данном этапе нашего исследования нам удалось выявить пять сборников на старофранцузском, составленных в XIII в.

Между 1230—1250 гг. капеллан некоего сеньора Алена составил на англонормандском сборник стихотворных проповедей на воскресные евангельские чтения («domn6es») и праздники, организованный согласно течению литургического года. Сборник, озаглавленный «Зерцало воскресных Евангелий» («Miroir des domndes»), был в следующем веке переведен на английский36.

Используя ту же зрительную метафору, «Зерцало добрых жен» («Miroir des bonnes femmes») анонимного францисканца противопоставляет благочестивых женщин из Библии их сестрам, воплощающим грехи37, не пренебрегая и другими, не библейскими источниками.

Брунетто Латини, живший во время своего изгнания во Франции (1260— 1266 гг.), опубликовал там три произведения: «Книгу сокровищ» («Le Livre dou Tr6sor»), «Маленькое сокровище» («II Tesoretto») и «Риторику». «Книга сокровищ»38 представляет собой прозаическую энциклопедию, посвященную теологии, истории, естественным наукам (I книга), этике (II книга), риторике и политике (III книга). Вернувшись во Флоренцию, он переработал «Книгу сокровищ», добавив в нее сведения о недавних исторических событиях. В связи с тем что примеры, заимствованные из самых разных источников, занимают в этом произведении достаточно важное место, его вполне можно отнести к сборникам exempla.

,4 «Прошлогодний смех» и «Строить рожи, пугая ребенка». Berlioz J• Masques et croque-mitaines. A propos de l'expression «Faire barbo» au Moyen Age 11 Croyances, recits et pratiques de tradition. Melanges d’ethnologie, d’histoire et de linguistique en homrmge a Charles Joisten (1936— 1981) // Le Monde alpin et rhodanien 1-4. Grenoble,1982. P. 221-234; Berlioz J• Merlin et le ris antonois. Un exemplum inedit du dominicain Etienne de Bourbon (mort vers 1261) // Romania. T. 111. 1990 [para en 1993]. P. 553-563.

35 Jean Gobi Junior. Scala coeli / Ed. M. A. Polo de Beaulieu. Paris, 1991, см. Предисловие, p. 68-72.

“См. статью: Robert de Gretham // Dictionnaire des lettres franijaises. P. 1287; Marion Y., Aitken H. Etude sur le «Miroir ou les Evangiles des domnees» de Robert de Gretham suivie d’extraits inedits. Paris, 1922; Неполное издание: Robert of Greatham. Miroir ou les Fvangiles des Domnees / Ed. Saverio Panunzio. Bari, 1974.

37 См. статью: Miroir des bonnes femmes // Dictionnaire des lettres franijaises. P. 1017; Ricard C. Edition et etude du Miroir des Bonnes femmes dans la litterature didactique contemporaine (XHIe siecle) — диссертация под руководством Ж.-К. Шмитта.

38 Li Livre dou Tresor / Ed. F. J. Carmody. Berkeley, 1939-1948 (переизд. — Geneve, 1975). Vieillard Fr. Tradition manuscrite du «Livre dou Tresor» de Brunet Latin // Romania. T. 111. № 441— 442. 1993. P. 141-152.

Около 1270 г. некий английский клирик написал на позднем англонормандском диалекте «Книгу о грехах» («Manuel des p6ch6s»)39, которая содержит 64 «примера». Сборник многократно переписывался (сохранилось 15 полных рукописей) и около 1300 г. был переложен на английский Робером де Брюн-ном (ум. в 1337 г.) под названием «Handlyng Sinne». Дальнейшие переработки этого сочинения включали в себя до 67 exempla. В XV в. появляются английская прозаическая и новая стихотворная версии.

Составленная в 1279—1280 гг. «Королевская сумма» («La Somme le Roi», также называвшаяся «Книга грехов и добродетелей» («Livre des vices et des vertus»)), представляет собой руководство по христианский морали. Ее автор, брат Лоран (Лоран дю Буа), был доминиканцем, исповедником Филиппа III Смелого (1270—1285). Сумма имела огромный успех: до нас дошло 90 рукописей. Поначалу «Сумма» распространялась в роскошно иллюминированных списках при Бургундском дворе (Брюссель, Королевская библиотека, рукописи 9106 и 9544; 10437—40 (п° 36) и 10320 и 9544); но уже очень скоро она стала использоваться и как пособие для проповедников40.

Позже «Сумма» была переведена на английский и голландский. Ее моральные и догматические наставления касаются последовательно десяти заповедей, двенадцати членов Символа Веры, грехов и добродетелей, а также семи даров Святого духа. Семь смертных грехов иногда представлены в начале текста в виде Семиглавого зверя из Апокалипсиса (Брюссель, Королевская библиотека, ms 9106, f. 9). Датируемая 1420—1430 гг. рукопись 9544 Бельгийской королевской библиотеки в Брюсселе, написанная и иллюминированная в районе Турне, содержит на лицевой стороне листа 4 изображение Лорана дю Буа, который преподносит свое произведение королю, сидящему на троне (трон покрыт тканью с узором в виде геральдических лилий) и держащему скипетр в левой руке. Позади трона держится толпа придворных. Брата Лорана сопровождает еще один брат, меньшего роста; возможно, это августинец Жак ле Гран, который в той же рукописи изображен как преподаватель (f. 122г). Художник был, вероятно, духовным наставником сестер госпиталя в Турне41.

При этом в «Королевской сумме» больше exempla, чем позволяет предположить ее недавнее издание.

В XIV в. число сборников, написанных на народных языках, возрастает (7), однако их составление не становится массовым. В базу данных ThEMA внесены сборники «Парижский хозяин» («Menasgier de Paris»)42, «Ди» («Dits») Жана

,9Жан-Тьебо Вельтер (Welter J.-T. L'exemplum dans la litterature religieuse et didactique du Moyen Age. P. 170 и 248 ) приписывает «Сумму» Вильяму Вадингтону, упомянутому в эпилоге нескольких рукописей. Однако Вадингтон был только автором некоторых дополнений (проповедей и молитв). См. статью: Manuel des peches // Dictionnaire des lettres frangaises. P. 981-982.

40 «La Somme le Roi» par Frere Laurent / fid. E. Brayer, A.-Fr. Leurquin-Labie. Paris, 2008. p. 441-443.

41 La Librairie des dues de Bourgogne. P. 163-165.

42 Речь идет о поучении, которое анонимный буржуа, возможно королевский служащий, написал в 1393 г. для своей юной жены. «Парижский хозяин» состоит из трех частей: в первом

де Сент-Квентен43 и анонимный «Рассказывают...» («Ci nous dit»)44, автор которого, вероятно, был близок нищенствующим братьям. Мы не будем подробно останавливаться на этих сборниках, предпочитая уделить больше внимания тем, которые еще не были подробно описаны и индексированы он-лайн. Анализу «Рассказывают...» к тому же посвящена третья часть книги «Tonnerre des exemples».

Францисканец Николь Бозон жил в районе Ноттингема и писал свои произведения на англо-нормандском диалекте. Около 1320—1350 гг. он составил сборник «Морализованных рассказов» («Contes moralises»)4", который насчитывает 145 рубрик. Рубрики посвящены «свойствам вещей» («propri6t6s des choses»), за которыми следует моральное токование и нарративный элемент: басня о животных или рассказ. Внимательное прочтение «Морализованных историй» показывает, что библейские цитаты и некоторые сентенции даются иногда на французском, иногда на латыни, в то время как заглавия exempla — только на латыни. Своей популярностью сборник обязан идеологической простоте содержания и скорее социальной, нежели религиозной морали, полезной для всех мирян. Отметим, что эти истории были спустя некоторое время переведены на латынь.

Остается упомянуть «Книгу рыцаря де Ла Тур Ландри» («Le Livre du Chevalier de la Tour Landry» (1371—1374)), автор которой вдохновлялся «Евангелием добрых жен» («Evangiles des Bonnes femmes»), а также «Цвет заповедей Господних» («La Fleur des Commandemens de Dieu»), «Зерцало человеческое» («Miroir de l’omme») Джона Гауэра (1381) и — уже в XVв. — «Цвет историй» («Fleur des Histoires») Жана Манеля.

рассказывается о поведении и обязанностях супруги-христианки, во второй — об обязанностях хозяйки дома, третья, посвященная досугу, должна была содержать три раздела, однако содержит только трактат об охоте с ловчими птицами, ибо книга, судя по всему, так и не была закончена. Издание: Brereton G. Е., Ferrier Т. М. Oxford, 1981. Оно легло в основу перевода на современный французский язык (Le Mesnagier de Paris / Trad, et notes par Karin Ueltschi. Paris, 1994 (Lettres gothiques)).

43 Автор 24 ди сам называет себя клириком по имени Жан, откуда ставшее традиционным название «Ди Жана де Сент-Квентин». Он написал их в начале XIV века на старофранцузском: «Dits» en quatrains d’alexandrins monorimes de Jehan de Saint-Quentin / Ed. B. Munk Olsen. Paris, Societe des Anciens textes frangais, 1978. P. CXLIII—CLI. См. статью: Jehan de Saint-Quentin // Dictionnaire des lettres frangaises. P. 847.

44 Мы недавно внесли в нашу базу данных примеры из «Ci nous dit» , скоро будет открыт доступ и к его проиндексированным миниатюрам. Этот анонимный сборник на старофранцузском уникален: от прочих его отличает тесная связь между 781 exempla и сопровождающими их иллюстрациями (рукопись, близкая к архетипу, хранится в музее Конде усадьбы Шантийи). Иконография этой аристократической рукописи тем не менее носит «промежуточный» характер: миниатюры оригинальны, но выписаны без особого тщания, палитра бедна, а рисунок стереотипен. Что касается самого текста, то сборник в основном берет материал из Библии (в жанре морализованной библии) и агиографических сочинений, однако иногда черпает его и из других источников, заимствуя сказки, басни и пословицы. Некоторые черты сборника позволяют предположить, что его анонимный автор был близок к нищенствующим орденам.

45«Les contes moralises» de Nicole Bozon / Ed. L. T. Smith, P. Meyer. Paris, 1889.

Сборники на других народных языках

Все возрастающее влияние народных языков ощущается на территории всей Европы и характеризуется исключительным лингвистическим многообразием. Многочисленны произведения на кастильском диалекте46: упомянем анонимную «Книгу кошек» («Libro de los Gatos») XIII в., представляющую собой перевод притч Одона Шеритонского; «Наказы» («Castigos», 1292—1293 гг.), приписываемые Санчо IV; «Графа Луканора» («Е1 Conde Lucanor»47, 1335 г.) Хуана Мануэля; «Чудеса Богородицы» («Milagros de nuestra Senora»48, 1260 г.) Гонсало де Берсео; «Книгу благой любви» («Libro de Buen Amor», 1330/1343 гг.) Хуана Руиса, протоиерея Итского49; «Книгу рыцаря Сифара» («Le livre du Cavalier Ziphar»50, XIV в.); «Книгу примеров» («Е1 Libro de los Exemplos», 1400—1420 гг.) Клемента Санчеса, архидьякона Бальдераса; «Бич» («Е1 Corbacho», XVв.). Отметим также exempla из проповедей на кастильском (произнесены в 1411—1412 гг.) Викентия Феррера (ум. в 1419 г.).

В пространной версии «Наказов» отчетливо ощущается францисканское влияние. Предполагаемый автор, дон Санчо IV, король Кастилии с 1284 по 1295 г., был сыном Альфонсо X Мудрого, автора «Кантиг святой Марии». «Наказы»51 были составлены в 1292—1293 гг. Вполне вероятно, что их автором был один из капелланов Санчо IV (выдвигалось предположение, что это брат Хиль из Саморы, королевский наставник), помогавший в написании сборника, в прологе которого автор признается, что «con ayuda de cientificos savios ordene fazer este libro para mi fijo» («при помощи ученых мужей приказал написать эту книгу для моего сына»). Если первым адресатом сборника и был король, успех обеспечил ему более широкое распространение.

Но помимо этого случая авторы сборников, как представляется, не были нищенствующими братьями и не принадлежали к их движению.

46 Ссылки на издания некоторых из этих сборников можно найти в базе данных ThEMA: «Книга кошек», «Наказы», «Книга благой любви» и «примеры» из проповедей Викентия Феррера.

47Flory D. A. El Conde Lucanor: Don Juan Manuel en su contexto historico. Madrid, 1995.

48 Gonzalo de Berceo. Milagros de Nuestra Senora / Ed., intr. Michael Gerli. Madrid, Catedra (Col. Letras Hispanicas, t. 224), 1997.

49 «Книга благой любви» написана александрийскими четверостишиями, характерными для средневековой религиозной литературы. Книга содержит 1 728 строф. В прозаическом прологе протоиерей порицает «безрассудную мирскую любовь» и представляет свой труд как моральное предостережение. «Книга благой любви» была переведена на португальский: Solinde A. G. Fragmentos de urn traduccion portuguesa del «Libro de Buen Amor» de Juan Ruiz // Revista de Filologia Espanola. № 1. 1914. P. 162-172.

50Barbera J.-M., Cacho Blecua J. M., AbirachedZ. Livre du chevalier Zifar. Toulouse, 2009.

51 Gayangos P. de. Castigos e documentos del rey don Sancho 11 dans Escritores en prosa anteriores al siglo XV. Madrid (1860, с переизданиями). Т. 51. P. 79-228; Rey A. Castigos e documentos para bien vivir ordeandos por el rey don Sancho IV11 Humanities series. № 24. Bloomington, 1952; новое издание Bizzarri. H. O. Castigos del rey don Sancho IV, Medievalia Hispanica. Vervuert, 2001; Lacarra M. J. Los exempla en los Castigos de Sancho IV: divergencias en la transmision manuscrita // La literatura en la epoca de Sancho IV / Ed. C. Alvar, J. M. Lucia Megias. Universidad de Alcala, Alcala de Henares, 1996. P. 201-212.

Исследования в области португальских exempla только начинаются, и в нашем распоряжении имеются лишь разрозненные сведения. Отметим сборник XV в. «Сад супруга» («Horto do esposo»52), содержащий значительное число exempla. Статус «Леса наслаждений» («Boosco Deleitoso») более проблематичен: это произведение объединяет перевод «Об уединенной жизни» Петрарки и сочинение собственно на португальском (меньшая часть). «Сад» был написан в конце XIV — начале XV в. и издан стараниями королевы Леоноры Авсисской в 1515 г.53

Что касается немецкого, отметим — в XIV в. — сборник «Великий врачеватель душ» («Der Grosse Seelentrost»54). Сборник «Насмешливо и серьезно» («Schimpf und Ernst»55) был составлен в начале XVI в. францисканцем Йоханнесом Паули (ок. 1455— ок. 1530). Собрание шутливых и серьезных историй было завершено к 1519 г., когда Паули был чтецом при монастыре в Танне. 887 историй еще ждут своих исследователей; они были лишь частично внесены в «Индекс примеров» Ф. Тубахом (всего 193 exempla, при этом индексация зачастую ошибочна56). Стоит также упомянуть exempla из проповедей Гайлера фон Кайзерберга (1445—1510), магистра теологии и знаменитого проповедника при Страсбургском соборе57.

Тосканский диалект представлен «Моральными примерами» («Esempi morali») Доменико Кавалька (XIV в.); «Зерцалом истинного покаяния» («Lo Specchio di vera penitenza») Якопо Пассаванти; «Избранными примерами» («Raccolte esempi») Иордана Пизанского (XIV в.), а также примерами в проповедях Роберто Караччолло и Бернардина Сиенского (внесены в базу данных ThEMA58). В дальнейшем мы предполагаем изучение «Цвета добродетели» («Fiore di virtu»), анонимного сборника XIVв.

Впечатляет количество сборников «примеров» на среднеанглийском, до сих пор, увы, не представленных в нашей базе данных. Упомянем такие произведения, как «Правило затворницы» («Ancren Riwle59») Ричарда Пура (ум. в 1237 г.);

52 Horto do esposo // Obras Classicas da Literatura Portuguesa (serie Literatura Medieval) / Ed. Irene Freire Nunes, dir. Helder Godinho. Lisbonne, Edigoes Colibri, 2007. В базе данных BIBLIEX собрана библиография недавних работ, посвященных этому сборнику и португальской проповеди.

S3Madureira М Une allegorie de la lecture dans le «Boosco Deleitoso» 11 Formes dialoguees dans la litterature exemplaire du Moyen Age / Dir. M. A. Polo de Beaulieu. Paris, 2012. P. 391-404.

54 Der Grosse Seelentrost. Ein niederdeutsches Erbauungsbuch des 14. Jahrhunderts / Hrsg. M. Schmidt, Niederdeutsche Studien. V. Cologne, 1959.

55 Pauli J. Schimpf und Ernst / Hrsg. Hermann Osterley, 1866.

56 Cm. Frederic C. Tubach, Index Exemplorum: A Handbook of Medieval Religious Tales (FF Communications Bd. 204). Helsinki, 1969. Работа по индексации должна быть сделана заново.

57 Welter J.-T. Op. cit. P. 418 et 451. Beatus Rhenanus. La vie de Geiler / Texte etabli, traduit et annote par Robert Walter. Bibliotheque humaniste. Selestat, 2000. P. 418, 451; Voltmer Rita. Wie der Wachter auf dem Turm: ein Prediger und seine Stadt: Johannes Geiler von Kaysersberg (1445-1510) und StraBburg. Porta-Alba, Treves, 2005. Доклад P. Вольтмер на Международном конгрессе в Лидсе в 2012 г.

58 Ссылки на издания также приводятся в нашей базе данных.

59 A Companion to Ancrene Wisse / Ed. Wada Y. Woodbridge, 2003. Сохранилось девять рукописей на среднеанглийском, четыре рукописи перевода на англо-нормандский и четыре — на латинский.

«Исповедь влюбленного» («Confessio amantis»60, 1393) Джона Гауэра, «Колодец Иакова» («Jacob’s Well61»), стихотворное «Североанглийское собрание гомилий» («North english Homely Collection62»; 54 exempla, начало XIVв.), «Зерцало Богоматери» («Myroure of our Ladye63») Фомы Гасконского; «Жало Совести» («Pricke of Conscience64») Ричарда Ролла де Хэмпол и «Книгу праздников» («Festial»65) Джона Мирка (ум. в 1403 г. (?)). Следует также отметить важность exempla в зерцалах государевых: в «Правлении государей» («Gouvernaunce of Prynces») Джеймса Янга и «Власти государей» («Regement of Princes») Фомы Окклева.

Переводы сборников exempla на народные языки появляются позднее, чем сборники, изначально написанные на народных языках, и их меньше; на данный момент объяснить этот временной разрыв не представляется возможным.

Переводы латинских сборников exempla на народные языки

Относительно всех перечисленных ниже переводов желательно выяснить, кем были их заказчики, установить число рукописей и их распространение. Приходится, однако, признать, что каталоги рукописей нередко дают о латинских текстах более полную информацию, чем о текстах на народных языках.

Монастырские сборники

На данном этапе исследования мы сумели выявить два цистерцианских сборника, переведенных на народные языки, — «Диалог о чудесах» («Dialogus miraculorum») Цезария Гейстербахского, переведенный на немецкий и голландский языки в XV в.66 и «Большое начало Цистерцианского ордена» («Exordium

“Confessio Amantis / Ed. Peck R. A. Kalamazoo. Medieval Institute Publications. 2000, 2003,

2005.

61 Jacob’s Well / Ed. A. Brandeis. Londres, 1890 (Early English Text Society Extra Series. T. 115).

62 The North-English Homily Collection. A Study of the Manuscript Relations and the Sources of the Tales / Ed. Gordon Hall Gerould. Oxford, 1902 (переизд. BiblioLife, 2008).

63 Gascoigne Th. The Myroure of Oure Ladye: Containing a Devotional Treatise on Divine Service, with a Translation of the Offices Used by the Sisters of the Brigittine Monastery of Sion, at Isleworth, During the Fifteenth and Sixteenth Centuries. Early English Text Society, 1873. Первое издание, подготовленное по заказу аббатисы Сиона (Англия), датируется 1530 г.

64 The Pricke of Conscience (Stimulus Conscientiae). A Northumbrian Poem by Richard Rolle de Hampole / Ed. Richard Morris. Berlin, 1863. «Жало совести» читали как клирики, так и миряне. Витраж, заказанный в 1410 г. некой Элис Болтон для одной из церквей Йорка, представляет собой иллюстрации к поэме.

65 John Mirk’s Festial/ Ed. from British Library MS Cotton Claudius A. Vol. 2 (Early English Text Society), by Susan Powell, 2011.

“На немецкий: перевод Иоганна Хартлиба, сделанный в XVв. (ms. Add. 6039 Британской библиотеки). Издание: Johann Hartliebs Ubersetzung des Dialogus Miraculorum von Caesarius von Heisterbach, aus der einzigen Londoner Handschrift. Berlin, 1929. На голландский: по меньшей мере два перевода: в 1418 г. (mss. Amsterdam, Universiteitsbibliotheek, XIV G 34; Emmerik, Ar-chiv der Sankt Martinikirche, I 88; Gent, Bibliotheek der Rijksuniversiteit, 388; Paris, Bibliotheque Mazarine, 781) и в 1460 г. (ms. Hamburg, Staats- und Universitatsbibliothek, Theol. 1125 in fol.). Cm.: Deschamps J. P. A. Middelnederlandse handschriften uit Europese en Amerikaanse bibliothek-en. Tentoonstelling ter gelegenheid van het honderdjarig bestaan van de Koninklijke Zuidnederlandse

Magnum Cisterciense»), переведенный на голландский' '. Отметим, однако, что «примеры» из «Большого начала» и «Диалога» были переведены на старофламандский для «Лимбургских проповедей» («Limbourg Sermons»)68.

Работы Маргариды Мадурейры позволили обнаружить переводы, а также издания на португальском языке кастильского текста «Деяния апостолов» («Autos de los Apostolos», около 1442—1443 г.) и, кроме того, «Жизни Христа» («Vita Christi») Лудольфа Саксонского (около 1446 г.; издан в 1495 г.), подготовленные по заказу благочестивой королевы Леоноры Ависской монахами цистер-цианского аббатства Санта Мария де Алабаса69. По инициативе той же королевы на португальский были переведены и другие дидактические и литературные произведения, в частности «Книга трех добродетелей» Кристины Пизанской (в 1518 г.) и «Книга благой любви».

Перевод «Учительной книги клирика»

Ранние переводы произведений, сыгравших ключевую роль в формировании сборников нищенствующих братьев, могли, вероятно, оказать влияние и на производство сборников на народных языках в данной среде, однако эта гипотеза требует дальнейшего подтверждения.

Мы рассмотрим только один пример: переводы одного из главных «источников» примеров для сборников нищенствующих братьев — «Учительной книги клирика» («Disciplina clericalis»)70. Существует два французских перевода этого произведения71: стихотворные «Наказы отца сыну» («Chastoiement d’un рёге a son fils»72 — две версии началаXIII в., одна нормандская, другая англо-нормандская) и прозаические «Наставления клиру» («Discipline de Clergie», XIVb.). Если «Наказы» сокращают моральный комментарий и увеличивают нарративную часть за счет красочных описаний и живых диалогов, «Наставления» более точно следуют латинскому тексту (сохранилось 7 рукописей)73. «Наставления» же легли и в основу перевода на гасконский в XV в. Их также переводили на немецкий,

Maatschappij voor Taal- en Letterkunde en Geschiedenis, Leiden, Brill, 1972. P. 185-188. Я благодарю Викторию Смирнову за предоставленные сведения. «Диалог» не упомянут в сборнике «Transmedie» по причине отсутствия перевода на старофранцузский.

67 Conrad d 'Eberbach. Exordium Magnum Cisterciense sive Narratio de Initio Cisterciensis Ordi-nis / Ed. Br. Griesser. (Editiones Cisterciense). Rome, 1961. P. 24.

6SScheepsma W. The Limbourg Sermons. Preaching in the Medieval Low Countries at the turn of the Fourteenth Century. Brill, 2008 (Brill’s Series in Church History, vol. 34).

69Madureira M. Une allegorie de la lecture dans le «Boosco Deleitoso». P. 391—393.

70 См. исследования и публикацию французских переводов «Учительной книги клирика» Петра Альфонси на сайте Университета Женевы: http://www.unige.ch/lettres/mela/recherche/ disciplina.html (исследовательский проект пот руководством Ясмины Фер-Янсенс).

71 Chastoiement d’un pere a son fils / fid. E. D. Montgomery. Chapel Hill, 1971; Discipline de Clergie / fid. Jacqueline Genot-Bismuth. Saint-Petersbourg- Paris, 2001.

72 Paulmier-Foucart M. Les Tables de Jean Hautfuney // Spicae. Cahiers de l’Atelier Vincent de Beauvais. № 2, 3.1980-1981.

73 Uhlig M. Le dialogue pere/flls dans la «Disciplina clericalis» et ses traductions frangaises en vers; Leone C. Formes dialoguees dans YAlphunsus deArabicis eventibus // Formes dialoguees dans la littera-ture exemplaire du Moyen Age. Paris, 2012. P. 163—180 et 359—375; Pietro Alfonsi. Disciplina clericalis. Sapienza orientale e scuola delle novelle 11 Testi e Documenti. T. 31 / Ed. C. Leone. Roma, 2010.

среднеанглийский, испанский, итальянский74 и даже на иврит (XVI в.) — высшее достижение для произведения, написанного крещеным евреем. Нам удалось познакомиться с роскошной иллюминированной рукописью «Наставлений», изготовленной для Бургундского двора (Брюссель, Королевская библиотека, ms 11043—44). Но приходится признать, что число рукописей этих переводов несравнимо с числом рукописей латинского оригинала.

Переводы сборников нищенствующих орденов

Не пытаясь составить список переводов (заранее обреченный на неполноту), мы подробнее остановимся на нескольких случаях и рассмотрим сборники «Всеобщее благо о пчелах» Фомы из Кантимпре, «Римские деяния» и «Алфавит примеров».

«Всеобщее благо о пчелах»

Сборник «Всеобщее благо о пчелах» («Вопит universale de apibus») доминиканца Фомы из Кантимпре75, составленный в 1256—1263 годах, получил широкое распространение: более 80 рукописей и несколько старопечатных изданий. Он переводился лишь один раз: под названием «Книга о всеобщем благе на примере пчел» («Le livre du bien universel selon la consideration des mouches a miel») — в 1372 г., по заказу Карла V76. Переводчик добавил пролог собственного сочинения, открывающийся следующим посвящением: «Его величайшему и превосходнейшему величеству Карлу, милостью Божьей достойнейшему королю Франции». Писцом был Анри де Треву (согласно колофону на листе 125 об.), рукопись принадлежала Карлу V, а затем попала в библиотеку герцогов Бургундских (каталог 1467—1469 гг.). Художником был Мастер Рощиц (Maitre aux Boquetaux ) или окружение более раннего Мастера Библии Жана де Си. В этой королевской рукописи есть четыре великолепные миниатюры77.

«Алфавит примеров»

«Алфавит примеров» («Alphabetum narrationum») был составлен в 1297— 1302 гг. доминиканцем Арнольдом Льежским (или Серенским) и — в своей латинской версии — пользовался огромным успехом. Насчитывается около 80 сохранившихся рукописей. Кроме того, этому сборнику удивительно повезло с переводами: в XV в. он был переведен на три языка78: каталанский («Сборник примеров», «Recull de Eximplis»), среднеанглийский («Алфавит историй», «Alphabet

74 Сохранилось три рукописи перевода на итальянский: Florence, Biblioteca nazionale cen-trale: Magliabechiano, VHI.1416, f. 20v-23v, (кон. XIVв.); Magliabechiano, XXXVIII.127, (2е quart duXVe s. et Raccolta Palatina, Panciatichi, 67, (нач. XVв).

75Translations medievales. Vol. 2. T. 2. № 507. P. 830-831.

76 Насчитывается 86 полных рукописей и 29 фрагментарных; помимо свидетельства рукописной традиции, упомянем шесть изданий и переводы: два на нидерландский и два на немецкий.

77 Bibliotheque Royale de Bruxelles, ms 9507, f. 1, f. 16.

78 Translations medievales. Vol. 2. T. 1. № 140. P. 324. Пять сохранившихся рукописей и частичный перевод на старофранцузский.

of Tales») и частично на с т р о ф р а н ц уз с к и й («Здесь начинаются моральные примеры, подобранные по разным темам и извлеченные из разных источников» — «Су aprfes s’ensuivent aucuns exemples moraulx en divers propos assemblez et extraiz de plusieurs escriptures»)79.

Опираясь на превосходное издание «Сборника примеров», мы смогли констатировать близость каталанского перевода и латинского текста. Издатель Изерн Ларгада сравнил два текста и показал стремление каталанского переводчика точно следовать первоисточнику80. Причиной отсутствия пролога и первого «примера» из латинского текста является утрата двух первых листов единственной сохранившейся рукописи каталанской версии. Что же касается лексических, синтаксических и структурных соответствий, а также последовательности exempla, соответствие латинского оригинала и каталанского перевода бросается в глаза. Отметим, однако, отличия, которые указывают на известную вольность перевода: каждому «примеру» предшествует длинное заглавие (нечто вроде резюме) на каталанском, за которым следует заглавие на латыни, ориентированное скорее на иллюстрируемый рассказом концепт или догму, и обычно содержащее указание на источник (это указание повторяется в начале каталанского текста). В ходе рассказа переводчик явно отдает предпочтение прямой речи, как показывает сравнение латинского и каталанского текстов «примера» п 35 (издание Изерна Лагарды):81

Латинский текст81 Перевод на каталанский

Eximpli е miracle de .1. mal advocat que vol-ch morir sens combregar (Примеры и чудеса об одном дурном адвокате, который хотел умереть, не причастившись).

Advocatus, sicut consuevit vivens, ita moriens Advocatus, sicut consuevit vivus, vult moriens vult per judicia procedere contra Deum. Iaco- per judicia procedere contra Deum. Iacobus de bus de Vitriaco.

Quidam reprobus advocatus, cum in lecto Segons que compte Jacme de Vitriaco, un egritudinis jaceret, oblata ei eukaristia, dixit advocat molt mal hom jahie malalt en lo lit. sicut sanus dicere in causis solebat: «Volo E aportaren lo cors de Jesuscrist per combre-quod prius judicetur utrum illam recipere gar. E dix, abans que.11 reebfes, a tots aquells debeam an non». Cui, cum astantes dicerent: qui denant И staven: «Jutjats vosaltres si.l deg «Justum est ut recipias et hoc judicamus», ipse reebro о по». E tots los qui en la cambre sta-respondit: «Cum sitis pares mihi, non habetis ven respongueren e digueren-li: «Bon 6s que.l me judicare». Cumque appellaret quasi ab reebats, e адб jutjam nosaltres tots». E l’avo-iniqua sentencia, infelicem spiritum exhalavit. cat, ladones, resp6s: «Per tal con sots h6mens

79 An Alphabet of Tales. An English 15th Century Translation of the Alphabetum Narrationum once attributed to Etienne de Besangon (Early English Text Society, Original Series 126-127) / Dir. Mary Macleod Banks. 2 Bde. London, 1904/1905; Arnau de Lieja. Recull d’exemples i miracles orde-nat per alphabet / Ed. Josep-Antoni Ysern Lagarda. 2 vol. Barcelone, 2004.

“Издание Лагарды, Вступление, p. 44—67.

81 Лагарда отсылает к изданию Паскаси де Думи, вышедшему в 1971 г., новое издание К. Рибакур и Э. Брилли выйдет в издательстве Брепольс, серия «Continuatio Mediaevalis».

(Когда одному дурному адвокату, лежащему на смертном одре, поднесли причастие, он сказал, как имел обыкновение, еще будучи здоровым, говорить в суде: «Хочу, чтобы сначала был вынесен вердикт о том, должно мне это принимать или нет». На что присутствовавшие ответили: «Должно тебе его принять, таков наш вердикт». Тогда адвокат сказал: «Поскольку вы мне равны, то не имеете права выносить решения по моему делу». Так, будто бы апеллируя против несправедливого приговора, несчастный и испустил дух.

Hoc etiam valet ad malam consuetudinem et obstinacionem. (Это также подходит к дурной привычке и упрямству).

Отметим исчезновение объяснения абсурдного поведения адвоката: «sicut sanus dicere in causis solebat» («как, будучи здоровым, имел обыкновение говорить в суде»). Напротив, конец переводного примера более трагичен благодаря упоминанию о погибели души умирающего, упорствовавшего в грехе до самой смерти.

Несмотря на некоторые расхождения, неизбежные в неустойчивой рукописной традиции сборников exempla82 (искажение имен собственных, пропуски прилагательных, пропуски или перемещение «примеров», несколько вставок из «Жития Варлаама и Иосафата»), перевод довольно точно следует тексту «Алфавита примеров». Однако переводчик систематически опускает финальную ссылку «hoc etiam valet...» (это также подходит к...), которая предлагает варианты использования того же самого «примера» в новых контекстах. Неизвестно, по какой причине эта уникальная новация, расширяющая и без того богатые возможности этого сборника «примеров», не привлекла внимания переводчика, если только не предположить, что каталонский текст был скорее предназначен для индивидуального чтения, а не для включения в проповеди.

Римские деяния

Примерно в то же время в Англии или Германии был составлен (скорее всего, одним из нищенствующих братьев) сборник под обманчивым заглавием «Римские деяния» («Gesta Romanorum»83). На самом деле его содержание гораздо

82 Меняется название денежной единицы: solidus становится серебряным денье.

83 Несмотря на то что самая ранняя рукопись датируется 1342 годом, предполагается, что «Римские деяния» были написаны в конце XIII — началеXIVвека. Рукописная традиция «Деяний» довольно запутанна: добавления и пропуск exempla встречается очень часто. Издание самой ранней рукописи (1342), подготовленное В. Диком, насчитывает 220 глав, в то время

axl con jo, no [m’]havets vosaltres a jujtar, per qufe apell-me de 11a vostre sentfcncia». E aprfcs que ach dites aquestes paraules, exili anima del cors e fon dampnat. (Как рассказывает Жак де Витри, один адвокат — очень дурной человек — лежал больной в своей кровати. И вот когда ему принесли Тело Христово для причастия, он заявил: «Хочу, чтобы сначала вы рассудили, должно мне это принимать или нет». Все, кто был там, сказали ему: «Должно тебе его принять, таков наш общий вердикт». И адвокат ответил: «Поскольку вы все люди, как и я, то не можете меня судить, и я подаю апелляцию на ваш приговор». После того, как он это сказал, его душа покинула тело и была обречена на погибель.

богаче: помимо Античности он обращается к самым разным западным и восточным источникам. Успех сборника был огромен (138 сохранившихся рукописей и 4 первопечатных издания84, предназначенных как для проповеди, так и для индивидуального чтения)85. Он повлиял, прямо или косвенно, на такие известные литературные произведения, как «Рассказ Юриста» из «Кентерберийских рассказов» Чосера, на творчество Джона Гаэура, Боккаччо и Шекспира («Король Лир»),

Существует ранний немецкий перевод, сохранившийся в 24 рукописях, за которым последовал перевод на английский (XIV в.), сделанный на основе рукописи Harley 5369: до нас дошло три рукописи и издание Винки на де Ворда 1510—1515 гг. Ф. В. Мадден, современный издатель английского перевода, выдвинул гипотезу, что переводчиком мог быть Окклев86, и описал две рукописи, одна из которых содержит 70, а другая 69 историй. Таким образом, можно говорить об отборе рассказов для перевода. Затем появляется французский перевод, озаглавленный «Букет римских историй, снабженных моральными толкованиями» («Le Violier des Histoires romaines moralis6es»87). Этот перевод заказал печатник Жан де ла Гард, чтобы расширить свою читательскую клиентуру («многие люди, не знающие латыни, смогут получить большое удовольствие» — «plusieurs personnes non latins pourront prendre grande recr6acion88») — явление, характерное для 1520-х гг. В издании 1521 г. он сохраняет лишь 151 главу — из 181 в латинском тексте (Vulgartext), — отдавая предпочтение самым пространным и меняя порядок следования некоторых из них. Кроме того, библейские цитаты остаются без перевода. Согласно Жану-Шарлю Брюне, «Букет» — весьма вольный перевод «Римских деяний»89. Это издание ориентируется на литературную эстетику, отвечающую скорее потребностям индивидуального чтения, нежели проповеди. Гомилетический exemplum относится к прагматическому типу письма: он целиком ориентирован на убеждение слушателя и его наставление на путь истинный. Стиль таких рассказов прост, а порой и беден, не приветствуются отступления и подробные описания персонажей. Эти элементы появляются в «Букете» — к вящему удовольствию читателей, которых не интересовала эсхатологическая перспектива «примеров». Гравюры для иллюстрации историй «Букета» были заимствованы из «Игры о Принце дураков и Дурацкой матери» Пьера Гренгора (издание 1516 г.). Французский перевод был издан дважды: Филиппом ле Нуар (1525) и ДениЖано (1529 г.).

как в издании Г. Остерли, опирающемся на множество разных рукописей, их 283. Латинский текст был напечатан в 1472 (Утрехт), затем в 1473 (Кельн) и в 1499 (Париж).

84 Первопечатные издания: 1472 в Утрехте; 1473 в Кельне и в 1499 в Париже.

85Typologie des sources. P. 64.

86 Madden F. W. The Old English Versions of the Gesta Romanorum. Londres, 1838.

87См. статью: Gesta Romanorum// Lexikon des Mittelalters. Band IV. P. 1408—1412. Miinchen, 2003 Herrtag S. J. H The early english versions of the Gesta Romanorum // Early English Text Society Extra Series T. 33.1879; Le Violier des Histoires romaines / Ed. G. Hope. 2 vol. Geneve-Paris, 2002.

88Королевская привилегия от 1521 г., дающая эксклюзивное право издавать этот текст в течение трех лет, процитированная в предисловии к «Букету», р. 64-65.

89Brunet J.-Ch. Manuel du libraire et de l’amateur des livres, цит. no: Violier des Histoires romaines. P. XXV.

Заключение

В продолжение сравнительного исследования «менеджмента» exempla (storytelling! management) в монастырской среде и среде нищенствующих братьев, намеченного Берлинской конференцией90, нам представляется необходимым сравнить и их отношение к наступлению народных языков. Хотя монастырские exempla практически не переводились и монахи не составляли сборников «примеров» на народных языках, они тем не менее уделяли внимание родственному жанру аллегорического трактата, отношение которого к exempla требует дополнительного изучения. Что касается переводов сборников exempla, здесь исследование, с моей точки зрения, только начинается, и появление новых или пересекающихся с уже существующими каталогов рукописей позволит обнаружить новые переводы.

Парадоксальным образом перевод сборника exempla на народный язык обрекал его на чтение несравненно меньшим числом образованных верующих, в то время как латинская версия, переводившаяся двуязычными проповедниками, находила гораздо более широкую аудиторию. «Пример», предназначенный для проповеди и записанный на латыни, мог — в зависимости от обстоятельств — произноситься по-латыни перед ученой аудиторией (в проповеди для клира или в университетской проповеди), или на народном языке в проповеди adpopulum. Интересы французской историографии долгое время были сосредоточены именно на латинских текстах (в качестве наглядного примера можно привести труд Ж.-Т. Вельтера «Exemplum в религиозной и дидактической литературе Средних веков»), переводы же вскользь упоминались в конце записи в каталоге рукописей или статьи. Теперь ситуация изменилась, как о том свидетельствуют недавние работы и, в частности, упоминавшийся выше сборник «(Не)удержимый взлет народных языков. Взаимодействие латыни и народных языков в позднем Средневековье. Проблемы для историков». Анализ переводов отныне представляется таким же важным, как и изучение фрагментации текстов, их обработок и перекомпоновок, — проблематики, привлекающей внимание историков, несмотря на то что она требует филологических знаний. Историки, не обладающие двойной компетенцией историка и филолога91, — ее нелегко приобрести во Франции по причине специализированное™ образовательных программ, — начинают все чаще обращаться к трудам своих коллег-филологов. Таким образом, дифференцированный подход к анализу текстов позволяет ответить на «исторические» вопросы, касающиеся распространения религиозных моделей в разных слоях средневекового общества, что еще раз доказывает необходимость совмещения филологического и исторического подходов.

90Polo de Beaulieu М. A. De l’exemplum monastique a l’exemplum mendiant: continuites et raptures // Hrsg. R. Forster und R. Giinthart. Didaktisches Erzahlen, Formen literarischer Belehrung in Orient und Okzident, Frankfurt am Main, 2010. P. 55—85.

91 Некоторые французские медиевисты обладают двойной компетенцией: например, Бенуа Гревен (Парижская лаборатория западноевропейской медиевистики), редактор сборника «La resistible ascension des vulgaires».

Ключевые слова: экземпла, средневековый перевод, исследования перевода, народные языки, проповедь.

Exempla collections in vernacular languages: New audience? New functions?

M.-A. Polo de Beaulieu

The paper addresses various issues related to the shift from Latin to vernacular languages in the domain of medieval exempla. It gives analysis of translations of Latin monastic and mendicant collections as well as their early medieval sources (such as Vitae Patrum, Dialogus miraculorum by Caesarius of Heisterbach, and Alphabetum Narrationum by Arnold of Liege ). The paper also examines exempla collections initially composed in various vernacular languages in different milieus, mainly secular and clerical, but also monastic (for instance, Le Pklerinage de la Vie Humaine by the French Cistercian Guillaume de Deguileville, La Somme le Roy by the Dominican Fitre Laurent, confessor of Philippe le Hardi, and Castigos attributed to King Sancho IV). Retrieving textual and codicological evidence on their purpose and readership, the author concludes that the exempla collections in vernacular languages were generally meant for private reading or recitation in public, and not for preaching, which is reflected in changes in structure and style. Paradoxically, they apparently reached only a very limited audience of literate lay devotees, whereas Latin exempla were brought to a much wider circles thanks to bilingual popular preachers who provided their uneducated listeners with an oral translation.

Keyword. Exempla, Medieval Translation, Translation Studies, Latin, Vernacular Languages, Preaching.

References

1. Barbera J.-M., Cacho Blecua J. M., Abirached Z. Livre du chevalier Zifar. Toulouse, 2009.

2. Berlioz J. 1982. Masques et croque-mitaines. Apropos de Pexpression Faire barbo au Moyen Age. Le Monde alpin etrhodanien, no. 4, pp. 221-234.

3. Berlioz J. 1993. Merlin et le ris antonois. Un exemplum inddit du dominicain Etienne de Bourbon (mort vers 1261). Romania, no. Ill, pp. 553-563.

4. Berlioz J., Polo de Beaulieu M. A. Les Exempla medievaux: Nouvellesperspectives. Paris-Ge-n6ve, 1998.

5. Berlioz J., Collomb P., Polo de Beaulieu M. A. Le Tonnerre cles exemples. Exempla et mediation culturelle dans VOccident medieval. Rennes, 2010.

6. Bizzarri. H. O. Castigos del rey don Sancho TV. Vervuert, 2001.

7. Brayer E., Leurquin-Labie A.-Fr. (ed). La Somme le Roipar Frere Laurent. Paris, 2008.

8. BremondCL, Le Golf J., Schmitt J.-Cl. L’Exemplum. Turnhout, 1984.

9. Deschamps J. P. A. (ed.). Middelnederlandse handschriften uit Europese en Amerikaanse biblio-theken. Tentoonstelling ter gelegenheid van het honderdjarig bestaan van de Koninklijke Zuidned-erlandse Maatschappij voor Taal- en Letterkunde en Geschiedenis. Leiden, 1972.

10. Duprat A. Pestes et incendies: l’exemplaritd du rdcit de tdmoin aux xvie-xviie siecles. Construire Vexemplarite. Pratiques litteraires et discours historiens (XVIe—XVIIIe siecles). Dijon, 2009, pp. 63-83.

11. Flory D. A. El Conde Lucanor: Don Juan Manuel en su contexto historico. Madrid, 1995.

12. Frederic C. Tubach, Index Exemplorum: A Handbook of Medieval Religious Tales. Helsinki, 1969.

13. Freire Nunes I. (ed.). Horto do esposo. Lisbonne, 2007.

14. Galderisi Cl. (dir.). Translations medievales (Transmedie). Cinq siecles de traductions en fran-gais au Moyen Age (Xle —XVe siecles). Etude et Repertoire. Turnhout, 2011.

15. Genot - Bismuth J. (ed.). Discipline de Clergie. Saint-Pdtersbourg, Paris, 2001.

16. Gerli M. (ed). Gonzalo de Berceo. Milagros de Nuestra Senora. Madrid, 1997.

17. Grevin B. L’historien face au problfeme des contacts entre latin et langues vulgaires au Bas Moyen Age (Xlle—XVe sifecle). La resistible ascension des vulgaires. Contacts entre latin et langues vernaculaires au bas Moyen Age. Problemespour1’historien. Rome, 2005. pp. 447-469.

18. Hope G. (ed.). Le Violier des Histoires romaines. Genfeve-Paris, 2002.

19. JeayM., Duche V. (dir.). Lerecitexemplaire (1200—1800). ActesduXXLLLe colloque international de la Societe d Analyse de la Topique Romanesque, Belley 17—20septembre 2009. Paris, 2011.

20. Lacarra M. J. Los exempla en los Castigos de Sancho IV: divergencias en la transmisi6n ma-nuscrita. La literatura en la epoca de Sancho LV Alcald de Henares, 1996, pp. 201-212.

21. Lagarda J. A. Y. (ed.). Arnau de Lieja. Recull d’exemples i miracles ordenatper alphabet. Bar-celone, 2004.

22. Lecoy F. (ed.). La Vie des Peres. Paris, 1987.

23. Leone C. (ed.). Pietro Alfonsi. Disciplina clericalis. Sapienza orientale e scuola delle novelle. Roma, 2010.

24. Leone C. Formes dialogues dans l’Alphunsus de Arabicis eventibus. Formes dialoguees dans la litterature exemplaire du Moyen Age. Paris, 2012, pp. 359-375.

25. Madureira M. Une alMgorie de la lecture dans le Boosco Deleitoso. Formes dialoguees dans la litterature exemplaire du Moyen Age. Paris, 2012, pp. 391-404.

26. Montgomery E. D. (ed.). Chastoiement d’unpere a sonfils. Chapel Hill, 1971.

27. Munk Olsen B. (ed.). Dits en quatrains d’alexandrins monorimes de Jehan de Saint-Quentin Paris, 1978.

28. Panunzio S. (ed.). Robert of Greatham. Miroir ou les Evangiles des Domnees. Bari, 1974.

29. Paulmier-Foucart M. 1980. Les Tables de Jean Hautfuney. Spicae. Cahiers de 1 Atelier Vincent de Beauvais, no 2, pp. 19-263.

30. PeckR. A. (ed.). Kalamazoo Confessio Amantis. Kalamazoo, 2000, 2003, 2005

31. Pintho-Matthieu E. Le conte du jardinier de la Vie des Pferes ou comment precher aux la'ics. Le Tonnerre des exemples. Exempla et mediation culturelle dans VOccident medieval. Rennes, 2010, pp. 113-130.

32. Polo de Beaulieu M. A. (ed.) Jean Gobi Junior, Scala coeli. Paris, 1991.

33. Polo de Beaulieu M. A. De l’exemplum monastique a l’exemplum mendiant: continuity et ruptures. Didaktisches Erzahlen, Formen literarischer Belehrung in Orient und Okzident. Frankfurt am Main, 2010, pp. 55-85.

34. Powell S. (ed.). John Mirk's Festial. London, 2011.

35. Scheepsma W. The Limbourg Sermons. Preaching in the Medieval Low Countries at the turn of the Fourteenth Century. Brill, 2008.

36. Smirnova V. 2010. Flatter les drudits et instruire les simples: le role de l’exemplum dans le syst&ne des styles de la predication mddidvale. Centaurus, no. 7, pp. 98-109.

37. Sven Sandqvist S. (ed.). Les Dialogues de saint Gregoire le Grand traduits en vers franqais a rimes leoninespar un Normand anonyme du XLVe siecle. Lund, 1989.

38. Szkilnik M. (ed.). Histoire des moines d’Egypte. Droz, 1993.

39. Ueltschi K. (trad.). Le Mesnagier de Paris. Paris, 1994.

40. Uhlig M. Le dialogue рёге/fils dans la «Discipline clericalis» et ses traductions frangaises en vers. Formes dialoguees dans la litterature exemplaire du Moyen Age. Paris, 2012, pp. 163-180.

41. Vieillard Fr. 1993. Tradition manuscrite du «Livre dou Tresor» de Brunet Latin. Romania, no.

Ill, pp. 141-152.

42. Wada Y. (ed.). A Companion toAncrene Wisse. Woodbridge, 2003.

43. Walter R. (ed.). Beatus Rhenanus. La vie de Geiler, Sdestat, 2000.