Влияние промышленности на экологию Бурятии в 1960-1970-е гг

УДК 574 (571.54) Б 903 Д.А. Будаев

ВЛИЯНИЕ ПРОМЫШЛЕННОСТИ НА ЭКОЛОГИЮ БУРЯТИИ В 1960-1970-Е ГГ.

Статья посвящена изучению влияния промышленности на экологию в Бурятии в 1960-1970-х гг. Рассматриваются влияние промышленности на экологическую обстановку в республике и мероприятия партийноправительственных органов по решению экологических проблем в регионе.

Ключевые слова:горнодобывающая промышленность, водозаборные сооружения, очистные сооружения, промышленные сточные воды, хозяйственно-бытовые сточные воды.

D.A. Budaev THE INFLUENCE OF INDUSTRY ON ECOLOGY OF BURYATIA IN 1960-70s

The article is devoted to the study of the influence of industry on ecology in Buryatia in 1960-1970s. The influence of industry on ecological conditions in the republic and measures of Communist party’s and government organs on solution of ecological problems in the region are considered.

Keywords: mining industry, water supply constructions, sewage disposal constructions, industrial sewage, waste waters.

В настоящее время российское правительство активно поднимает вопросы, связанные с модернизацией страны. Одним из приоритетных направлений экономического развития восточных регионов Российской Федерации по-прежнему остается горнодобывающая промышленность. В программах перспективного развития многих регионов Восточной Сибири в целом и в Республике Бурятия в частности на ближайшие десятилетия содержатся проекты создания новых предприятий отрасли и развития старых. В связи с этим возникает множество вопросов, и один из главных - какое влияние оказывает развитие отрасли на природно-экологическую обстановку в регионе. Развитие горнодобывающей, химической и энергетической отраслей, таких предприятий, как Джидинский вольфрамомолибденовый комбинат (Джидакомбинат), Кяхтинский плавикошпатовый рудник, Гусиноозерское шахтоуправление, с учетом экстенсивного характера советской экономики, сопровождалось постепенным ухудшением экологической ситуации в республике. В 1960-х - начале 1970-х гг. в целом вопросы экологии еще не стали предметом широкой общественной дискуссии, которая развернулась в конце 1980-х гг. Вопросы экологии и строительства очистных сооружений в этот период уже начинают активно обсуждаться в партийно-правительственных органах республики и страны в целом. Так, в постановлениях Совета Министров РСФСР в 1964 г. отделам рудничной, шахтной и промысловой геологии указывалось на необходимость проведения мероприятий по ликвидации случаев загрязнения промышленными отходами подземных вод и других источников [1]. Принимались постановления и проектно-сметная документация о строительстве очистных сооружений на предприятиях республики, в том числе горнодобывающей отрасли [2]. Бурятским геологическим управлением в 1961-1963 гг. были произведены обследования состояния водозаборных сооружений республики. На водозаборах Улан-Удэнской ТЭЦ и Джидакомбината отсутствовали зоны санитарной охраны. Кроме того, на предприятиях, имеющих водозаборные сооружения, часто не было специалистов, хорошо знакомых с правилами эксплуатации водозаборов и способных своевременно ликвидировать неполадки [3]. Многие предприятия и организации допускали серьезные нарушения «Правил эксплуатации водозаборных скважин». Почти на всех водозаборных скважинах, обследованных Бурятским геологическим управлением, не было водомеров и уровнемеров. В результате имелись факты забора воды сверх эксплуатационного дела, что могло привести к преждевременному истощению скважин

[4].

В целях усиления борьбы с загрязнением и засорением поверхностно-подземных вод и другими нарушениями правил охраны и использования природных ресурсов Совет Министров РСФСР постановлением от 18 февраля 1963 г. №204 «Об установлении штрафов за нарушение правил охраны и использования водных ресурсов» определил, что на руководителей и должностные лица предприятий, учреждений и организаций, а также на отдельных граждан, виновных в загрязнении и засорении поверхностных подземных вод сточными неочищенными водами и сбросами и других нарушениях правил охраны и использования водных ресурсов, налагается в административном порядке

штраф в размере: на должностных лиц - до 30 рублей, а на отдельных граждан - до 10 рублей [5]. В то же время строительство новых и реконструкция старых очистных сооружений и канализационных сетей в эти годы осуществлялось с большими издержками. Строительство объектов канализации и сооружений для очистки промышленных и хозяйственно-бытовых сточных вод на промышленных предприятиях, в городах и рабочих поселках республики шло крайне медленно. В частности, объекты канализации в городах Улан-Удэ и Закаменске, очистные сооружения на Татауровском комбинате строительных материалов, Джидинском вольфрамомолибденовом комбинате, локомотиворемонтном и авиационном заводах [6].

Проверка, проведенная Енисейской бассейновой инспекцией Госземводхоза РСФСР и «Байкал -рыбводом», выявила увеличение сброса в водоёмы неочищенных сточных вод, что привело к чрезмерному загрязнению водоёмов, а отдельные участки рек стали не пригодными для рыбохозяйственных нужд и представляли опасность для здоровья населения. Со сточными водами сбрасывались нефтепродукты, фенолы, сероводород, различные кислоты, сульфаты, гидроокиси железа, смолы, смоляные кислоты, соли цинка и свинца и другие вещества [7]. Обогатительная фабрика Джидаком-бината сбрасывала ежесуточно свыше 15 тыс. м3/сут. сточных вод.

На территории Бурятской АССР имелось 72 промышленных и коммунальных предприятия, которыми сбрасывалось сточных вод в открытые водоемы ежесуточно в количестве 105,8 тыс. кубометров, из них на 18 предприятиях имелись очистные сооружения, 27 не имели и на 13-ти находились в стадии строительства. Остальные 14 предприятий являлись мелкими предприятиями и коммунальными хозяйствами (бани, прачечные), которые не нуждались в очистных сооружениях, сброс стоков от них производился в городской коллектор. В г. Улан-Удэ очистные сооружения действовали на 12 предприятиях, ими подвергалось очистке и сбрасывалось стоков в реки Селенгу и Уду 64 612 м3 в сутки. В районах республики очистные сооружения имелись на 6 предприятиях. Таким образом, в целом по республике подвергались очистке и обезвреживанию промышленные и хозяйственнобытовые сточные воды в количестве 90 894 м3 в сутки, что составляло 86,1% от общего количества сточных вод. Очистка и обезвреживание сточных вод перед выпуском в открытые водоемы удовлетворительно производились лишь на пяти предприятиях: заводе металлоизделий им. Кирова, Талов-ском заводе ЖБК, банях №1 и 2 г. Улан-Удэ и банно-прачечном комбинате воинской части № 74366. На всех остальных предприятиях, входящих в ведение Восточно-Сибирского совнархоза, Министерства путей сообщения, Министерства коммунального хозяйства и других ведомств, очистка производилась неудовлетворительно. Промышленными и хозяйственно-бытовыми стоками загрязнялись речные участки на реках и их протоках на протяжении до 500 километров [8]. Наиболее интенсивно загрязнялись реки Уда, Селенга, Джида, озеро Гусиное и др. [9]. На многих предприятиях республики отсутствовала проектно-сметная документация на строительство очистных сооружений. К таким предприятия относились Гусиноозерское шахтоуправление, Улан-Удэнский спиртовый завод, Би-чурский сахарный завод, Закаменский мясоконсервный завод, Джидинский головной маслозавод, Иволгинская кондитерская фабрика [10]. Не было закончено строительство очистных сооружений на 8 предприятиях республики - сапоговаляльной фабрике, ликёро-водочном заводе, нефтебазе №1, фабрике ПОШ, очистных сооружениях г. Закаменска, Кяхтинского силлиманитного предприятия на ст. Хоронхой, Кабанского и Курбинского рыбозаводов, Татауровского КСМ [11]. В целях обеспечения полного прекращения сбросов неочищенных сточных вод с промышленных предприятий городов и населенных пунктов, а также молевого сплава древесины в республике были построены и введены в эксплуатацию водоохранные объекты на 37 промышленных предприятиях общей проектной мощностью 103,5 тыс. м3 промстоков в сутки. В результате значительно улучшился качественный состав воды в реке Селенге и ее притоках по содержанию ионов тяжелых металлов, нефтепродуктов и фенолов. В водосборной площади озера Байкал на территории республики насчитывалось 169 различных промышленных и коммунальных предприятий, сбрасывающих около 190 тыс. м3 промышленных и хозяйственно-бытовых стоков в сутки, из которых 172 тыс. м3 требуют очистки. Многие пусковые объекты неудовлетворительно комплектовались технологическим оборудованием и кабельной продукцией со стороны заказчика, плохо обеспечивались строймеханизмами, людскими и материальными ресурсами со стороны генподрядчика. Партийные организации предприятий и строек, райкомы КПСС и райисполкомы слабо контролировали ход строительства водоохранных сооружений, не оказывали эффективной помощи [12]. Вопросы негативного воздействия индустрии на экологическую обстановку в республике стали предметом серьезного обсуждения в Совете Министров Бурятской АССР осенью 1976 г. В постановлении Совета Министров Бурятской АССР от 6 октября 1976 г. «О

мерах по улучшению работы очистных сооружений города Улан-Удэ и предприятий республики в районе бассейна озера Байкал» отмечалось, что за годы 9-й пятилетки (1971-1975 гг.) министерства, выполняя постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 16 июня 1971 г. и постановление Совета Министров РСФСР от 17 августа 1971 г. «О дополнительных мерах по обеспечению рационального использования и сохранению природных богатств бассейна озера Байкал», построили и ввели в эксплуатацию 58 водоохранных объектов и сооружений общей стоимостью 54,4 млн рублей. На Джидакомбинате в ходе 9-й пятилетки были построены водоочистные сооружения, рассчитанные на 8,1 тыс. м3 воды в сутки. Однако ситуация с неудовлетворительным состоянием очистных сооружений мало изменилась и к середине 1970-х гг. Согласно данным о сбросе сточных вод в Бурятской АССР на 1 января 1976 г., ежедневно в реки и водоёмы республики 223-мя промышленными предприятиями сбрасывалось 252 989 м3 сточной воды, из которой 48,3% являлись производственными сточными водами, 40,5% - хозяйственно-бытовыми [13]. В качестве примера стоит привести тот факт, что в озеро Гусиное в середине 1970-х гг. от Гусиноозерского шахтоуправления на очистные сооружения сбрасывались не производственные сточные воды механической очистки, а шахтные воды в количестве 5700 м3 в сутки, загрязненные фенолами, смолами, смоляными кислотами и минеральными взвешенными веществами. Также Гусиноозерским шахтоуправлением сбрасывались шахтные воды на поверхность почвы по побережью озера Гусиное в количестве 3400 м3 в сутки. Данные шахтные воды были занесены в графу производственные сточные воды.

В различных партийно-правительственных документах указывалось, что наиболее проблемная ситуация со строительством очистных сооружений наблюдалась на предприятиях, подчинявшихся министерствам: цветной промышленности, энергетики и электрификации, путей сообщения, стройматериалов, пищевой и т.д. [14]. Во многих документах отмечалось, что ввиду аварийного состояния срочно требуется укрепление оснований плотин и отсыпка дамб хвостохранилищ и золоотстойников на Джидакомбинате, Баянгольской ЦЭС, Улан-Удэнской ТЭЦ и ряде других предприятий республики [15]. Исходя из принятых в 1970-е гг. многочисленных партийно-правительственных документов, мы видим, что проблемы экологической безопасности в эти годы выходят на первый план. Принимаются финансово-отчетные документы и постановления о строительстве очистных сооружений на предприятиях республики и в том числе в горнодобывающей отрасли. Документы первой половины 1960-х - второй половины 1970-х гг. свидетельствуют, что строительство данных объектов в целом шло медленно, значительно опаздывая от запланированных сроков. Таким образом, подводя итог, стоит отметить, что правительственно-партийные органы знали о все возрастающем негативном воздействии промышленности республики, в том числе горнодобывающей, и принимали соответствующие меры. В то же время многие принятые постановления очень медленно внедрялись в жизнь, затягивались сроки строительства природоохранных сооружений.

Литература

1. НАРБ. Ф.346. Оп.1. Д.133. Л.180.

2. НАРБ. Ф.195. Оп.13. Д.2483. Л..7-9.

3. НАРБ. Ф.346. Оп.1. Д.133. Л.231.

4. НАРБ. Ф.346. Оп.1. Д.133. Л.166.

5. НАРБ. Ф.346. Оп.1. Д.133. Л.183.

6. НАРБ. Ф.346. Оп.1. Д.133. Л.134-135.

7. НАРБ. Ф.1731.Оп.1. Д.56. Л.1.

8. НАРБ. Ф.1731.Оп.1. Д.56. Л. 66-73.

9. НАРБ. Ф.1731.Оп.1. Д.56. Л. 20-21.

10. НАРБ. Ф.1731. Оп.1. Д.436. Л. 211-217.

11. НАРБ. Ф.195. Оп.13. Д. 2504. Л.16-21.

12. НАРБ. Ф.195. Оп.13. Д.2505. Л.11-14.

13. НАРБ. Ф.195. Оп.13. Д.2505. Л.11-17.

14. НАРБ. Ф.195. Оп.13. Д.2505. Л.11-14.

15. НАРБ. Ф.1731. Оп.1. Д.436. Л.96-101.

Будаев Дагба Алексеевич - аспирант кафедры истории Бурятии Бурятского государственного университета, г. Улан-Удэ. E-mail: kafbur@mail.ru

Budaev Dagba Alekseevich - postgraduate student, department of history of Buryatia, Buryat State University, Ulan-Ude.