М. Н. Катков в «Московских ведомостях». К истории издания

ББК 76.125.1

Е.В.Деревягина

М.Н.КАТКОВ В «МОСКОВСКИХ ВЕДОМОСТЯХ». К ИСТОРИИ ИЗДАНИЯ

M.N.Katkov's newspaper «Moskovsky vedomosti» is of much interest as the peculiar source for studying ideology, politics, culture and literature of the vast period of the 19 th century Russia. However, there remain many blank spaces in the newspaper life. This paper aims to enlarge the known facts and reveal some points unstudied earlier in the «Moskovsky vedomosti» life.

История одной из старейших российских газет — «Московские ведомости» — очень скудна и небогата фактами. При изучении ее приходится пользоваться сухими, отрывочными и разрозненными сведениями. Данное исследование — попытка дополнить историю газеты архивными материалами редакции и личной перепиской М.Н.Каткова.

В 1849 г. редактором «Московских ведомостей» стал Владимир Хлопов (чиновник при московском военном генерал-губернаторе). Одним из его страстных увлечений был балет. В зимний сезон 1851 г. в России гостила знаменитая танцовщица Фанни Эльснер, приводившая в восторг московских балетоманов, в числе которых был и Хлопов. На масленице состоялось последнее представление балерины, после которого редактор «Московских ведомостей», руководитель общественного мнения, усевшись на козла кареты, с большим букетом в руках, сопровождал танцовщицу до квартиры. Вернувшись в редакцию, Хлопов напечатал большую статью о балерине. Руководство университета нашло, что такое поведение несовместимо с редакторским званием. Весной 1851 г. попечитель Московского учебного округа В.И.Назимов предложил отдать редакторское место М.Н.Каткову. По этому поводу долго ходили в столице куплеты:

В те дни, когда Владимир Хлопов Ведомостями заправлял,

Он, не щадя фигур и тропов,

В них вздор частенько помещал.

Молчал Назимов и крепился,

Когда ж узнал, что тот влюбился В Иродиану наших дней,

Он был ужасно озадачен —

И дольше вытерпеть не мог.

Тут им в редакторы назначен И философ, и филолог,

Притом и жизни преисправной, —

И он газету поднял справно [1].

Деятельность Каткова в звании редактора «Московских ведомостей» началась с первых чисел марта 1851 г. Эта работа появилась неожиданно, в самый критический момент его жизни. До середины 1850 г, уже в течение пяти лет, он спокойно отдавался научным занятиям, преподавал философию и психологию как адъюнкт в Московском университете. Но князь П.А.Ширинский-Шахматов (министр народного просвещения) открыто выступил с тем, что польза философии не доказана, а вред от нее возможен. По приказу от 26 января

1850 г. преподавание философии было ограничено. Катков покидает кафедру и, по совету графа С.Г. Строганова, начинает добиваться должности цензора в Москве. Кроме того, ректор Петербургского университета П.А.Плетнев приглашал его адъюнктом на кафедру русской словесности. Назначение редактором избавило Каткова от многих жизненных трудностей.

Первый номер «Московских ведомостей» под редакцией Каткова (.№26 от 1 марта

1851 г.) вышел символично в первый месяц греко-римского календаря. Еще не имея права самостоятельно обсуждать политику, обязанный перепечатывать иностранные известия только из петербургских изданий без собственных добавок, Катков решил расширить другие части газеты. Он завел постоянный «Литературный отдел» в виде приложений к «Московским ведомостям». Под его руководством гораздо солиднее и разнообразнее составлялась так называемая «Московская летопись», сообщавшая о публичных лекциях, заседаниях ученых обществ, театральных премьерах. М.П.Погодин отмечал: «Московский летописец должен отметить на своих страницах Важное явление в летописях Москвы, более важное, нежели у нас предлагают, — это новый вид Московских Ведомостей... Последние номера исполнены любопытных сведений для образованных людей. Статьи Вернадского, Леонтьева, Буслаева, Кудрявцева, Соловьева, Спасского, Г еоргиевского, одна за другою, возбудили полное внимание, так что теперь во вторник, четверг и субботу невольно спрашиваешь, принесли ли газету, потому что надеешься прочесть и узнать новое или интересное» [2].

Это первое четырехлетнее редакторство было отмечено обновлением и улучшением состава сотрудников. При Каткове на страницах газеты в 1851 г. состоялся дебют известного писателя А.А.Потехина («Путь по Волге»). Здесь же была напечатана в 1852 г. статья И.С.Тургенева «О Гоголе». К числу постоянных сотрудников принадлежали профессор университета С.П.Шевырев, часто выступавший со статьями по истории русской литературы, и П.И.Бартенев (впоследствии редактор «Русского архива»), который с 1854 г. стал помещать целый ряд работ под общим названием «Александр Сергеевич Пушкин» (материалы для его биографии). Очень часто печатались переводные рассказы Диккенса, Дезессара, Берте. Поражает количество патриотических стихотворных произведений, опубликованных во время Крымской войны. Это стихи Веры Головиной, Николая Огарева, Федора Миллера, Михаила Стаховича, князя П.А.Вяземского, Якова Полонского. Помещались и фольклорные материалы, например солдатская песня «Прощание рекрута с матерью» солдата Федора Шилова.

В этот период номера газеты выходили без подписи редактора. Были обозначены только фамилии цензоров. За 1851 — 1855 гг. цензоров было трое: Снегирев, статский советник В.Флеров и М.Похвиснев. Катков сознательно не ставил свою подпись ни под статьями, ни под целыми номерами. В своем письме к П.А.Валуеву он комментирует эту странность следующим образом: «Не могу объяснить себе, зачем непременно требуется, чтобы на каждом номере газеты обозначалось, кто ее издатель или редактор. Как будто это не известно правительству. Читателям все равно, кто редактор. Им важно содержание, а между тем, такая подпись к каждому номеру чрезвычайно неприятна. Совершенно непонятно, зачем это требуется.» [3].

Но несмотря на успех издания Катков понимал, что он только временно поставлен заведовать газетой, а не хозяин ее. Так, ему нередко приходилось помещать по рекоменда-

ции начальства статьи, которые по своей воле он не принял бы в газету. Например, в 1851 г. в №40 появилась статья «Старое и новое образование», которая была написана как нравоучительная проповедь. Он решает начать издание собственного органа, где можно было бы действовать самостоятельно.

В 1853 г. Катков пытается (неудачно) приобрести у К.П.Масальского право на издание журнала «Сын Отечества». Затем в конце того же года пробует договориться с М.П. Погодиным о передаче ему журнала «Москвитянин». Погодин не решился отдать журнал. Катков задумал издавать свой учено-литературный журнал, сохраняя при этом за собой казенные «Московские ведомости». Он сообщил в двух докладных записках министру народного просвещения А.С.Уварову (от 29 мая и 10 июля 1855 г.) о своем желании издавать ежемесячник, двухнедельник или еженедельник «Русский летописец» с ежедневным «Листком текущих известий». Министр не имел ничего против, но правление университета не согласилось на соединение в одном лице издателя нового журнала и редактора университетской газеты. Тогда с ноября 1855 г. Катков отказался от «Московских ведомостей», передав их, по выбору университета, своему помощнику Валентину Федоровичу Коршу.

Собственный «Листок.» Катков выпускать тоже не стал. Зато, благодаря помощи графа С.Г.Строганова, получил возможность с января 1856 г. возобновить прекращенный журнал «Сын Отечества» под названием «Русский вестник», где отдел «Современная летопись» заменил предполагавшийся «Листок.». Во главе редакции этого органа, кроме Каткова, встал профессор римской словесности П.М.Леонтьев, который был другом юности и почти сверстником Каткова. Они вместе учились на философском факультете, в 1843 г. за границей слушали лекции Шеллинга. Теперь они вместе начали издавать журнал. Именно в этом журнале были напечатаны почти все произведения русской классической литературы второй половины XIX в. («Война и мир» и «Анна Каренина» Л.Н.Толстого, «Преступление и наказание», «Идиот», «Братья Карамазовы» Ф.М. Достоевского, «На ножах» и «Соборяне» Н. С.Лескова, «Накануне», «Отцы и дети», «Дым» И. С.Тургенева, лучшие стихи Ф.И.Тютчева, А.К.Толстого, Я.П.Полонского, А.Н.Майкова, А.А.Фета, повести и статьи К.Н.Леонтьева и т.д.).

Как ни приятно было Каткову и Леонтьеву иметь свое издание, но рамки этого органа оказались все-таки тесными для их политических и издательских амбиций. Они не оставили мечту встать во главе большой ежедневной газеты, со страниц которой могли бы верно и добросовестно служить общественному мнению, доставляя ему нужные сведения. Еще осенью 1859 г. Леонтьев советовался с Катковым о приобретении «Московских ведомостей» [4]. Интересовались издатели и арендой «Санкт-Петербургских ведомостей» [5].

До 1862 г. доход от «Московских ведомостей» и присвоенной им привилегии печатания казенных и частных объявлений поступал в специальную кассу Московского университета и расходовался университетом на его надобности. Университет был поэтому материально заинтересован в увеличении размера этого дохода. Типография и издание газеты находились в заведовании чиновников; но в 1862 г., ввиду предстоявшего большого расхода на ремонт типографии университет пришел к убеждению в невыгодности казенного управления газетой. Кроме того, тираж газеты начал резко падать. По сравнению с «Санкт-Петербургскими ведомостями» «Московские ведомости» находились в менее выгодных условиях. Газета, издаваемая в Москве как орган сообщения новостей, никогда не могла иметь сбыта в Петербурге и в ближайших к нему губерниях, между тем как петербургская газета, имея местный сбыт в городе, более населенном и несравненно более читающем, чем Москва, могла распространяться по всей России, не исключая Москвы. Эта разница местных условий сказывалась на популярности газеты.

Советом университета была избрана особая комиссия для обсуждения вопроса об издании «Московских ведомостей» на будущее время. В состав комиссии вошли пять профессоров: Ешевский, Капустин, Леонтьев, Соловьев, Чичерин. Из числа этих лиц профессор Леонтьев не принимал участия ни в одном заседании комиссии. Остальные члены о своем решении заявили в «Докладе комиссии по вопросу об университетской типографии». Ко-

миссия была убеждена, что типография составляет не доходную, а убыточную статью. Общий вывод комиссии был следующий: «Чем скорее университет отдаст ее в аренду, сократит или закроет вовсе, тем вернее он улучшит свои материальные средства» (МВ.1881.№109). Комиссия пришла к убеждению, что самым лучшим средством была бы отдача типографии и «Московских ведомостей» в аренду одному лицу. После обсуждения доклада комиссии совет университета в мае 1862 г. постановил отдать газету и типографию в арендное содержание. Правление университета напечатало в «Московских ведомостях» объявление о приглашении всех желающих взять в аренду типографию и газету и представить в правление свои условия к 20 августа.

Желающих оказалось немало: «К означенному числу поступили по этому предмету в запечатанных пакетах объявления: кандидата Санкт-Петербургского университета Воропинского, коллежского советника Чайковского с губернским секретарем Рубановым, профессора Лешкова с товариществом, статского советника Поссе, и лично представлены 20-го августа в Присутствие Правления объявления: профессора Леонтьева со статским советником Катковым и профессора Капустина и Бабста. В этих объявлениях сделаны следующие предложения: Гг. Воропинский и Чайковский принимают в арендное содержание университетскую типографию с изданием «Московских ведомостей» и с предоставлением университету права на избрание редактора, первый — за 60000 руб., а второй — за 55000 руб. Профессор Лешков с товариществом также изъявляет желание на арендование типографии с «Ведомостями», с обязательством платить университету сверх получаемого им с этих статей чистого дохода по 5000 руб. Статский советник Поссе, арендуя одну типографию, предлагал годичной платы 12000 руб. Профессор Леонтьев за типографию с изданием «Московских ведомостей» предлагает 48000 руб. и сверх того по 1 руб. с каждого годового подписчика сверх 8000 подписчиков. Профессора Капустин и Бабст за издание газеты без казенных объявлений — 24800 руб. и, кроме того, по 2 руб. с каждого годового подписчика сверх 7000 подписчиков. В последствии поступили от некоторых из показанных лиц дополнительные предложения, именно: профессора Капустин с Бабстом за пользование сбором с казенных объявлений обязываются платить по 23500 руб. Профессор Леонтьев за типографию и «Ведомости» с казенными объявлениями — 65500 руб. и за типографию и «Ведомости» без казенных объявлений — 42000 руб. За арендование одной типографии назначили цену: Воропинский — 10000 руб. и Чайковский — 12000 руб., а статский советник Поссе от арендования типографии отказался. Для получения дополнительных предложений комиссией был назначен срок до 4-х часов по полудни 13 сентября» [6].

Катков и Леонтьев свое участие в торгах объясняли следующим образом: «До последнего времени издание ежедневных газет было строгой монополией, и нельзя не порадоваться, что монополия эта, наконец, прекратилась... Пока издание Московских Ведомостей шло казенным порядком, оно не могло быть вполне удовлетворительным ни для публики, ни для самого университета. Образ мыслей и деятельность редакции Русского Вестника достаточно знакомы публике, и публика сама может судить, в какой мере новая редакция будет удовлетворять ее потребности. Нижеподписавшиеся не хотят возбуждать преувеличенных ожиданий. Ежедневная газета только расширит сферу их деятельности, только откроет им новые пути и даст им способ еще в большей мере быть тем, чем они были доселе» [7].

Торги были закрыты. Решение было вынесено 15 сентября 1862 г. на заседании совета университета, на котором присутствовали и претенденты. Большинством голосов было принято решение о передаче в арендное содержание университетской типографии и «Московских ведомостей» профессору П.М.Леонтьеву и статскому советнику М.Н.Каткову. Министр просвещения сообщил Каткову: «Государь изволил разрешить отдать «Московские ведомости» Вам и Леонтьеву, хотя в министерство поступило предложение с надбавкой 10 тысяч рублей в год, но в уважение принята опытность, знание и известность новых редакторов» [8]. Правительство во многом делало ставку на Каткова, на его репутацию либерала-западника, англомана, публициста и опытного редактора. Власть хотела приобрести негласное влияние на одну из газет, дабы с ее помощью воздействовать на умы [9].

Газета стала выходить ежедневно, кроме понедельника и дней, следующих после праздников. С 1863 по 1872 гг. в год выходило около 285 номеров. В 1872 г. появился пово-скресный лист (печатался довольно нерегулярно), и количество номеров выросло до 330 в год. С 1880 г. газета начала выходить во все дни, и выпуск увеличился до 362 номеров. Кроме того, издание стало разделяться на утренний и вечерний выпуски. Количество печатных страниц номера не было строго фиксировано: их могло быть от четырех до 10. Вся информация на странице помещалась в шесть колонок.

При Каткове «Московские ведомости» состояли из следующих разделов: 1) царские указы, списки награжденных, объявления, извещения и театральные афиши; 2) официальная часть с редакторской передовицей, внутренними известиями, постановлениями и распоряжениями правительства, новостями из русских газет; 3) политический отдел или иностранные известия, зарубежные телеграммы, торговые известия; 4) литературный отдел включал статьи исторического, этнографического, культурологического содержания, литературные произведения, театральные рецензии, библиографические заметки, фольклорные материалы; 5) судебная хроника; 6) частные и казенные объявления, рамочные рекламы. При этом структура газеты была достаточно подвижна: разделы могли исключаться или прибавляться, рубрики часто менялись местами (например, в 1869 г. в середине газеты появился дополнительный полулист с частными и казенными объявлениями).

Катков сразу смело и энергично взялся за дело и стал разить в редакторских передовицах все, что, по его мнению, не соответствовало идеалам и интересам России. Деятельность Каткова как редактора всегда оценивалась неоднозначно: одни считали его «разбойником и мошенником печати» [10], прихвостнем самодержавия, думали, что он «изменил своему призванию, уйдя из литературы в журналистику» [11], другие предлагали поставить ему памятник: «Мы не можем с чистым сердцем ставить памятники Гоголю, Островскому и другим литературным или политическим деятелям нашим, пока не будет поставлен памятник М.Н.Каткову» [12] и посвящали ему хвалебные стихи:

Чей голос слышу я? Не Минин ли воскрес,

Спасать Отечество вторично силой слова И с высоты Кремля воззванье произнес?

Нет, это льется речь разумного Каткова!

Мужайся, продолжай, наш русский Хризостом,

Служить родной стране, скреплять ее основы,

Карай сепаратизм, мечтающий о том,

Что мы его терпеть и поощрять готовы...

России верный сын, орган ее ума!

Не умолкай, тверди о матери единой!

Она тебе из роз сплетет венок сама,

А имя передаст истории правдивой!

П.Взметнев (76-ти летний старик) [13] «Московские ведомости» в период редакции Каткова одни называли «низким и продажным органом администрации и министерства» [10], другие ими восхищались: «Вся Европа. не могла понять, как в самодержавной России могла издаваться такая газета. и иметь значение, на какое не мог претендовать ни один печатный орган демократических государств.» [12]. Неоднозначность оценок деятельности Каткова вполне объяснима: «Слишком очевидно несоответствие между тем, что он совершил, и чего каждый вправе был требовать от его ума, таланта и образования» [14]. Каково бы ни было отношение к Каткову и газете, но невозможно не признать его талант публициста, к слову которого прислушивались все. «Долг публициста, — по словам Каткова, — состоит в том, чтобы не только давать отпор злу, когда оно само представится, но и выслеживать его, где бы оно не за-гнездилось и какую бы личину не приняло. Его долг доискиваться правды во всем и раскрывать ее, не смущаясь ни перед чем, не допуская никакого лицемерия, не вступая ни в какие торги с совестью, не давая сбить себя никакими прельщениями с одной стороны, никакими вынуждениями — с другой» (МВ. 1886. №341).

В 1875 г. скончался П.М.Леонтьев, и Катков становится единственным издателем «Московских ведомостей», которыми руководил вплоть до своей смерти в 1887 г.

После кончины Каткова с 1887 по 1896 г. редактором-издателем «Московских ведомостей» был Сергей Александрович Петровский. Читатели переживали за дальнейшую судьбу газеты: «Тревожно задавались вопросом: что будет, если не будет Каткова? Что будет с Россией? Что будет с Царем? Царское слово возвратило нам Каткова. Сотрудники Каткова возвращают нам Московские Ведомости... они получили от своего почившего руководителя драгоценный завет — стоять на страже православия, самодержавия, единства, достоинства, могущества и просвещения России» [15].

«Московские ведомости» просуществовали до 1917 г. и до последнего номера оставались верны многим принципам, заложенным М.Н.Катковым.

1. Из прошлого «Московских ведомостей» // «Московские ведомости», 1906, №55. Далее ссылки на это издание даются в тексте в круглых скобках с указанием года и номера.

2. Барсуков Н. Жизнь и труды М.П.Погодина. Т.У1. СПб., 1888. С.280.

3. Из письма М.Н.Каткова к П.А.Валуеву // Отдел рукописей Российской Государственной библиотеки (ОР РГБ). Ф. 120. П.49. Ед. хр.68.

4. Письмо П. М. Леонтьева к М.Н.Каткову (1859) // ОР РГБ. Ф.120. П.6. Ед. хр.10.

5. Письмо Н.Ф.Щербины к М.Н.Каткову (1861) // ОР РГБ. Ф.120. П.40. Ед. хр.18.

6. Центральный исторический архив Москвы (ЦИАМ). Ф.459. О.2. Д.2712.

7. Русский вестник. 1862. Кн.9. С.5.

8. Из письма А.В.Головина к М.Н.Каткову (октябрь 1862) // ОР РГБ. Ф. 120. П.2. Ед. хр.29.

9. Записка П.А.Валуева (октябрь 1861) // ЦИАМ. Ф.459. Оп.2. Д.1324. Л.5.

10. Из письма «Голоса из публики» к М.Н.Каткову (6 апреля 1878) // ОР РГБ. Ф.120. П.2. Ед. хр.30.

11. Петров К.П. Публицист-государственник // Исторический вестник. 1901. Т.86. С.558.

12. Из рукописи А.Шевелева «М.Н.Катков. 20 июля 1887 года» // ОР РГБ. Ф.120. П.57. Ед. хр.2.

13. Из письма П.Взметнева к М.Н.Каткову (1 января 1866) // ОР РГБ. Ф.120. П.1. Ед. хр.64.

14. Петров К.П. Указ. соч. С.558.

15. Из письма М.Куклина в редакцию «Московских ведомостей» (30 июля 1887) // ОР РГБ. Ф.120. П.5. Ед. хр.39.