Глаголы интеллектуально-психического действия и состояния в текстах писателей Тульского края

Тульский государственный педагогический университет им. Л. Н. Толстого, Тула

ГЛАГОЛЫ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ПСИХИЧЕСКОГО ДЕЙСТВИЯ И СОСТОЯНИЯ В ТЕКСТАХ ПИСАТЕЛЕЙ ТУЛЬСКОГО КРАЯ

Классифицировать элементы того или иного лексического континуума на основании определенных критериев весьма сложно. Так, Ю. С. Сорокин в связи с этим замечал: «Спорным и нерешенным по преимуществу остается (...) вопрос о возможности выделения в словарном составе более или менее обширных и вместе с тем определенных групп лексики» [Сорокин 1965: 18]. Мы задаемся вопросом доказательности и объективности классификации диалектных антропоцентрических глаголов на материале одной группы.

Попытки создать универсальные классификации глаголов в литературном языке наблюдались неоднократно (см. работы Л. Г. Бабенко, Л. М. Васильева, Э. В. Кузнецовой и мн. др.). Нами была разработана модель лексико-семантического сферического образования диалектных антропоцентрических глаголов, распространенных в тульских говорах. Моделируемая нами система базируется на выделении двух крупных суперполей: суперполя антропоцентрических глаголов физического действия и состояния и суперполя глаголов интеллектуально-психического действия и состояния. В структуре сферического образования два суперполя имеют зоны пересечения, или точки скреп. Внутри суперполей выделяются более мелкие образования: поля и лексико-семантические группы. Подобная иерархическая организация диалектного лексического континуума кажется вполне вероятной. Возможности выделения лексических образований разного типа Ю. С. Сорокин оценивал как весьма продуктивные: «Следует (...) признать плодотворными попытки выделения различных логикопонятийных лексических микроструктур» [Сорокин 1965: 19]. Согласно нашим данным, преобладающими в количественном

отношении являются глаголы лексико-семантического суперполя физического действия и состояния. Диалектных антропоцентрических глаголов, относящихся к лексико-семантическому суперполю интеллектуально-психического действия и состояния, наблюдается гораздо меньше (по общему объему — приблизительно в три раза).

Объективность полученных данных попробуем доказать, обращаясь к выборке диалектных глаголов, сделанных из произведений Г. И. Успенского и Н. В. Успенского. Произведения братьев Успенских (Глеба Ивановича Успенского и его двоюродного брата Николая Васильевича Успенского) представляют интерес в связи с употреблением ими в произведениях диалектной лексики, отражающей особенности народной жизни в Тульском крае. Известно, что точно воссоздать быт, нравы населения той или иной территории в художественной литературе возможно с помощью диалектизмов ([Блинова 1975, Ветвицкий 1956, Курносова 1995, Прохорова 1957] и др.).

Останавливаясь на выборке диалектных глаголов, сделанной из произведений, в максимальной степени отражающих особенности жизни туляков и населения Тульского края («Нравы Растеряевой улицы» и ранние рассказы Н. В. Успенского), мы отмечаем, что в этих текстах встречается большое число диалектных глагольных лексем, относящихся как к лексико-семантической сфере физического действия и состояния, так и к сфере интеллектуально-психического действия и состояния. Если же анализировать выборку из произведений Успенских, сопоставляя ее с данными, полученными при исследовании записей аутентичной речи диалектоносителей, то можно обнаружить, что в рассмотренных нами произведениях братьев Успенских встречается примерно одинаковое число глагольных единиц, относящихся к двум вышеназванным суперполям. Понятно, что в художественный замысел авторов входило фактографическое отражение не только бытовых, «физических» сторон действий человека, но и сторон интеллектуально-психической жизни. Видимо, можно согласиться с тем, что диалектизмы, введенные в ткань художественного повествования, позволяют не только представить в более ярких, реалистичных красках окружающую действительность, речь героев, но и дают возможность передать

эмоционально-экспрессивную составляющую как авторской речи, так и речи персонажей. Лексика указанной семантической разновидности точнее отражает внутренний мир крестьянина, его переживания, намерения, особенности поведения. Выявленные единицы были классифицированы нами и отнесены к следующим семантическим разновидностям: глаголы говорения

1) обозначающие эмоциональное отношение и оценку: Запировать ‘заскандалить’, сов., неперех..

(1) — Запировала, бяда! Говорит: хоть осел цепляйте на шею, не пойду. [Успенский Н., Егорка-пастух].

Зычить ‘кричать, ругаться’, несов., неперех.

(2) Когда ты, Варвара, будешь умная, за что всегды зычишь на него? [Успенский Н., Старуха].

Счунятъ ‘журить, усовещать’, несов., перех..

(3) Согрешенъе, сударик (...) увещать стал, это счунять. [Успенский Н., Старуха].

2) обозначающие предмет мысли:

Балясничать ‘шутить, забавно говорить, смеяться’, несов., неперех.

(4) Придешь к ним, они как раз перестанут балясничать и примутся за работу. [Успенский Н., Егорка-пастух].

Напороть ‘наврать; оговорить кого-либо’, сов., перех.

(5) Ты ему гляди в зубы-то: он на тебя-то напорет, что зазимуешь здесь. [Успенский Н., Обоз].

3) обозначающие речевое взаимодействие и контакт:

Калякать ‘разговаривать, приятельски беседовать’, несов., неперех.

(6) Будет вам калякать! — заметил старшина, — не накалякались! Здесь присутственное место. [Успенский Н., Егорка-пастух].

Ладить ‘успешно совершать торговую сделку’, несов., неперех.

(7) — Смотрите ж, ладьте! С пустъшируками не приезжайте, — кричала ей с крыльца купчиха. [Успенский Н., Саша].

Ладиться ‘договариваться о цене при торговле’, несов., неперех.

(8) — За ту цену мы не согласны, — говорят мужики (...) — Погодите же, ребята! Ну, давайте ладиться (...). Ну, скажите, сколько вы намерены взять. [Успенский Н., Записки сельского хозяина].

Подгвазживать ‘раззадоривать, подзадоривать’, несов., перех.

(9) Она ни слова. А бабка подгвазживает ей на ухо: «Не шевелись». [Успенский Н., Грушка].

Растабарывать ‘болтать попусту, разговаривать’, сов., неперех.

(10) Немало мужики растабарывали промеж себя касательно, что на дворе нечисто. [Успенский Н., Змей].

4) обозначающие речевое побуждение:

Вызудить ‘выпросить что-либо’, сов., перех.

(П) Только б с нее на выпивку вызудить. [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

Супретить ‘запретить, возразить’, сов., перех.

(12) Ведь и так сказать: дочь хучь и моя, а ум у ней свой (...) разве скоро ее супретишь. [Успенский Н., Егорка-пастух].

5) обозначающие процесс пения:

Наигрывать ‘петь, напевать’, несов., перех.

(13) Невестка сидела за столом, вышивала подзатыльник и потихоньку наигрывала песню. [Успенский Н., Старуха].

Поиграть ‘попеть в течение какого-либо времени’, сов., перех.

(14) Где поиграю, попляшу... Петь-то ничего: заместо

стихов... Купцы в Ахремове надысь три копейки мне дали. [Успенский Н., Ночь под светлый день].

Прибирать ‘подбирать слова к песне; напевать’, сов., перех.

(15) Согнул колена, зачал в обмочку ногами вывертывать; сам

прибирает: «Ходи изба, ходи печь». [Успенский Н.,

Хорошее житье].

6) обозначающие смех, хохот:

Обезживотеть ‘надорваться от смеха’, сов., неперех.

(16) Богом вам божусь, я даже сам обезживотел со смеху, когда этот Филипп Львович сказал: "У меня, говорит, охота"... [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

глаголы мышления

1) обозначающие разновидности мыслительной деятельности:

Отчунеть ‘образуметь, войти в ум’, сов., неперех.

(17) Правда, между постоянной борьбой с нуждой и ежеминутными отдыхами от нее в кабаке в наших нравах бывают минуты, когда несчастным растеряевцам удается "отчунеть", то есть когда в отуманенные головы гостем вступает здравый рассудок, но область, над которою хозяйничает этот рассудок, так мала, что об ней можно говорить только между прочим... [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

Опамятаться ‘опомниться, поумнеть’, сов., неперех.

(18) Ты ее постегал, она небось опамятовалась ... поумнела. [Успенский Н., Егорка-пастух].

2) связанные с выражением модальности:

Прижидать ‘ждать; надеяться на наступление чего-либо’, несов., перех.

(19) Прижидает времечко. [Успенский Н., Хорошее житье], глаголы поведения и отношения

1) обозначающие дружеское поведение, участие, расположение к окружающим:

Надседаться ‘надрываться; пытаться угодить кому-либо’, несов., неперех.

(20) Зуев еще пуще того надседается... [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

Скочетатъся ‘сойтись, сдружиться’, сов., неперех.

(21) Ты у меня, Петр Петрович, ныне скочетаешься с Илюшкиным петухом: если выручишь, я тебя тогда этак по головке поглажу. [Успенский Н., Хорошее житье].

2) обозначающие поведение, связанное с волеизъявлением субъекта, его желаниями, намерениями:

Сомустить ‘соблазнять, подстрекать кого-либо на неблаговидные или рискованные действия’, сов., перех.

(22) Меня родная мать ейная сомустила. [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

3) обозначающие отношение к труду:

Воловодитъ ‘затягивать исполнение какой-либо работы, медлить с чем-либо; попусту тратить время’, несов., неперех..

(23) Но-о! — злобно рычал Никита, стиснув зубы. — Зачесалось! Опять воловодитъ начнет... [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

4) обозначающие проявление упрямства, недовольства: Закандрычиться ‘заупрямиться’, сов., неперех.

(24) Знамо дело, выпили по стаканчику, — девка и закан-дрычься. [Успенский Н., Егорка-пастух].

Покаляниться ‘проявлять упрямство в течение какого-то времени’, сов., неперех.

(25) Русский мужик любит покаляниться. [Успенский Н., Старуха].

5) обозначающие проявление выдержки, терпения, смирения:

Обрусятъ ‘привыкать к кому-либо, чему-либо, обживаться’, несов., неперех.

(26) Время проходило и мужики обрусяли, водворяли. [Успенский Г., Нравы Растеряевой улицы].

Охлынутъ ‘успокоиться, остыть’, сов., неперех.

(27) Одно слово, вышла у всех горячка — к примеру, чего спокон веку не бывало (...). Ты, Петрей, охлынь. [Успенский Н., Егорка-пастух].

Подлабынитъся ‘подладиться, подделаться, подбиться в милость’, сов., неперех.

(28) Сем, говорю, подлабынюсь, попытаю счастие. [Успенский Н., Грушка].

6) обозначающие проявление какой-либо привычки:

Разва дитъся‘приобрести привычку делать что-либо’, сов., неперех.

(29) Одним словом, через полторы недели Антошка опять забрался к Апросъке {...). Так развадился путешествовать. [Успенский Н., Змей].

Отметим, что толкование приведенных выше диалектных единиц осуществляется исходя из данных контекста, а также с опорой на материалы словарей, в частности «Словаря русских народных говоров» (далее — СРНГ). Классифицировались же указанные лексемы с опорой на те разновидности, которые выделялись при рассмотрении большого континуума тульских диалектных антропоцентрических глаголов.

Приведенная выше выборка позволяет говорить о том, что в ней преобладают глаголы с семантикой говорения. Этот факт, действительно, соответствует полученным нами данным о количественном превалировании глаголов говорения над глаголами мышления, глаголами психоэмоционального состояния и глаголами поведения в тульских говорах. Меньше всего было выявлено глаголов мышления, что тоже подтверждает наши общие наблюдения о минимальном количестве единиц с подобной семантикой среди тульских диалектных антропоцентрических глаголов.

Отнесенность приведенных выше единиц к диалектным можно подтвердить данными СРНГ. Например, находим в СРНГ: «Запировать, сов., неперех. Заскандалить. Пришел домой и запировал. Медын. Калуж., 1902» [СРНГ 10: 321]. Территория Калужской области, как известно, большей частью входит в тульскую группу говоров. То же отметим в отношении глагола

зычитъ. «Кричать на кого-либо гневно, сердито. Не зычъ на него: он и так оробел. Ростов. Яросл., 1902» [СРНГ 12: 41]. Глагол балясничать не отмечен СРНГ, но с тождественной семантикой отмечается однокоренной глагол баляситъ. СРНГ фиксирует также глаголы калякать, ладить, ладиться, подгвазживать и др. с семантикой, тождественной той, которая приведена выше. Глагол напороть употреблен в переносном значении. Подобный перенос (от семантики физического действия > к семантике говорения) неоднократно встречается в записях аутентичной речи диалектоносителей. Использование лексемы напороть именно в таком значении оказывается вполне закономерным. Глагол при-жидать относится к словообразовательным диалектизмам (ср. лит. ожидать). Интересно отметить изменение семантики глагола разводиться', в СРНГ этот глагол имеет значение ‘утратить привычку к чему-либо, обыкновение делать что-либо’ («Невестушки все журят, Что разводилась гулять Щигр Курск., Соболевский» [СРНГ 33: 277]). Использование же этой лексемы в рассказе Н. В. Успенского в противоположном значении ‘приобрести привычку к чему-либо’ свидетельствует о часто встречаемом в диалектах факте энантиосемии (использование одной лексемы в противоположном значении).

Подводя итоги, отметим, что приведенные выше глаголы, действительно, можно отнести к диалектным (что подтверждают данные СРНГ), а их семантические особенности (а именно принадлежность к сфере интеллектуально-психического действия и состояния) свидетельствуют о важности для Г. И. Успенского и Н. В. Успенского диалектной лексики подобной семантики: такие глаголы помогают точнее отразить переживания, раздумья, особенности поведения и речи героев. Семантическая отнесенность приведенных выше лексем соответствует распределению, наблюдаемому в глагольном континууме тульских говоров.

Объективность разработанной нами модели лексикосемантического сферического образования диалектных антропоцентрических глаголов, распространенных в тульских говорах, таким образом, вполне возможно подтвердить с привлечением данных художественных текстов писателей-туляков.

Источники

Успенский Г. 1955 — Г. И. Успенский. Нравы Растеряевой улицы //Г. И. Успенский. Собр. соч. в 9-тит. Т. 1. М.: Гослитиздат. 1955.

Успенский Н. 1986 — Н. В. Успенский. Повести и рассказы. Тула: При-окское книжное издательство. 1986.

Литература

Блинова 1975 — О. И. Блинова. Введение в современную региональную лексикологию: материалы для спецкурса. Томск: Изд-во ТГУ. 1975.

Васильев 1981 — Л. М. Васильев. Семантика русского глагола: Учебное пособие. М.: Высшая школа. 1981.

Ветвицкий 1956 — В. Г. Ветвицкий. Диалектизмы как средство создания местного колорита в романе М. Шолохова «Тихий дон». Л.: Изд-во ЛГУ. 1956.

Кузнецова 1983 — Э. В. Кузнецова. Язык в свете системного подхода: учебное пособие. Свердловск: Изд-во УрГУ. 1983.

Курносова 1995 — И. М. Курносова. Диалектная лексика в художественной прозе начала XX в.: (на материале произведений И. А. Бунина, В. В. Вересаева, Е. И. Замятина): Автореф. дисс. (...) канд. филол. наук. Воронеж. 1995.

Прохорова 1957 — В. Н. Прохорова. Диалектизмы в языке художественной литературы. М.: Учпедгиз. 1957.

Русские глагольные предложения: экспериментальный синтаксический словарь / Под ред. Л. Г. Бабенко. М.: Флинта: Наука. 2002.

Сорокин 1965 — Ю. С. Сорокин. Развитие словарного состава литературного языка. 30-90-е годы XIX века. М.-Л.: Наука. 1965.

Словари

СРНГ — Словарь русских народных говоров. Т. 1-43. Л., СПб.: Наука. 1965-2010.