НЛМК поднимает плавки

НЛМК Владимира Лисина (84%) к 2022 году может на 2,2 млн т увеличить выплавку стали в Липецке. Еще летом 2016 года в компании рассматривали рост на 3,5–4 млн т, но сейчас группа более осторожна: она однозначно поднимет выпуск слябов на 1 млн т к 2019 году — в основном для загрузки своих заводов в ЕС и США. В НЛМК не исключают и покупки прокатных мощностей, но крупных сделок пока аналитики не ожидают.

Стратегия развития НЛМК до 2022 года предполагает рост выплавки стали на основной липецкой площадке до более чем 15 млн т в год с 13 млн т. Решение увеличить мощности до 14 млн т к 2019 году принято как «беспроигрышное», рассказал топ-менеджмент НЛМК на встрече с инвесторами в Лондоне. Эти инвестиции оцениваются в $400–500 млн, ожидается эффект по EBITDA в $150 млн в год (в ценах 2016 года), IRR — свыше 30%.

В 2016 году группа НЛМК выплавила 16,6 млн т стали: к объемам из Липецка около 2,9 млн т добавили сортовые мощности в РФ, 561 тыс. т — NLMK Indiana в США и 200 тыс.— европейский дивизион NBH. Продажи — 15,9 млн т, выручка — $7,64 млрд, EBITDA — $1,94 млрд. Чистый долг НЛМК — $0,69 млрд (0,36 EBITDA, сократился на треть).

НЛМК поясняет решение наличием свободных мощностей на 2,2 млн т чугуна. Для выплавки еще 1 млн т слябов надо лишь модернизировать мощности и инфраструктуру, расширив выпуск железорудного сырья. Недозагружены прокатные мощности в США, где можно увеличить выпуск на 1–1,5 млн т в год (продажи сегмента в 2016 году — 1,8 млн т), и в Европе, где рост может составить 500–750 тыс. т в год (продажи в 2016 году с учетом NBH — свыше 2,6 млн т), отметил президент НЛМК Олег Багрин. В ЕС и США пик протекционизма: заводы добиваются антидемпинговых и компенсационных пошлин для импортеров, но зарубежным активам НЛМК это только на руку, указал он.

Группа увеличивает поставки липецких слябов зарубежным активам, но можно продавать часть слябов на рынке или купить прокатные мощности, уточнил старший вице-президент НЛМК Григорий Федоришин. Какие активы рассматриваются, группа не раскрывает. Олег Багрин сказал лишь, что важна уверенность в сбыте и синергии с производством. Он привел в пример Италию с дешевыми прокатными мощностями, недозагруженными из-за того, что сбыт — за пределами страны. НЛМК, по словам топ-менеджера, могут быть интересны активы, которые дополнят компетенции в продукции для энергетики и офшорных технологиях.

Решение по увеличению выплавки до более 15 млн т в год требует проработки, отмечают в компании: затраты будут выше, нужно определить рынки сбыта и продуктовую линейку. Окончательного решения строить линию оцинкования на 450 тыс. т (оценивалась в 6,3 млрд руб.) пока нет. Летом 2016 года Олег Багрин говорил бельгийской Trends-Tendances о возможности роста выплавки до 20 млн т в год к 2020 году. Но сейчас топ-менеджер напомнил, что на рынке до сих пор есть 600 млн т избыточных мощностей по стали (половина — в КНР).

Актуализировать стратегию в группе обещают в 2018 году, но она по-прежнему не предполагает развития угольных активов (у НЛМК лицензии на участки Усинский-3 и Жерновский-1). Группа видит более перспективным снижение потребления угля: за пять лет оно упало на 2 млн т, а внедрение пылеугольного вдувания топлива сэкономит еще 1 млн т в год к 2018 году.

По данным Worldsteel, производство стали в мире в 2016 году выросло на 0,8%, до 1,63 млрд т, в ЕС, США и России сократилось на 2,3%, 0,3% и 0,1% соответственно. Спрос на сталь в РФ упал на 12%, в ЕС — на 5%, в США — рост на 10%, следует из презентации НЛМК. Группа ждет восстановления спроса в РФ и ЕС в 2017 году (около 0,9% и 1,4% соответственно по прогнозу Worldsteel), разделяя оптимизм с российскими конкурентами. Впрочем, те не планируют наращивать мощности по стали, хотя Evraz перезапускает завод Palini e Bartoli в Италии (450 тыс. т листового проката), а ММК к июлю примет решение о перезапуске линии горячего проката на MMK Metalurji в Турции.

НЛМК поступательно реализует осторожную стратегию, основа которой заложена в 2014 году, когда стало ясно, что надо сокращать затраты и не увлекаться экспансией, говорит Сергей Донской из Societe Generale. Группа увеличила порог комфортного чистого долга до 1–1,5 EBITDA с 1 EBITDA, но это не значит, что НЛМК может резко снизить дивиденды: крупных сделок, для которых нужно занимать деньги, на горизонте нет. Металлурги РФ по-прежнему не уверены в крупных проектах, констатирует Олег Петропавловский из БКС: строить мощности по стали на фоне перепроизводства нет смысла, а увеличивать долг можно было бы под покупку эффективных активов, «но таких предложений на рынке нет или активы слишком дороги».