Философскоантропологическая экспертиза и антропный кризис

УДК 141 А. В. ГОРИНА

Омский государственный педагогический университет

ФИЛОСОФСКО-

АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА И АНТРОПНЫЙ КРИЗИС________________________________

В статье рассматриваются субъектная и объектная специфика философско-антропологической экспертизы и ее отличия от других видов научных экспертиз. Выявлены особенности возникновения философско-антропологической экспертизы, которые связаны с антропными кризисами. Показано, что основные пути преодоления антропного кризиса в концентрированном виде представлены в научных и философско-антропологических концепциях выживания и спасения.

Ключевые слова: философско-антропологическая экспертиза, эксперт, антропный кризис, выживание, спасение.

В ситуациях неопределенности экспертизы становятся особо востребованными. «Необходимость в экспертизе возникает в неясной, с точки зрения существующих знаний и представлений, ситуации. Неясность эта может быть вызвана различными причинами — наличием разных, несводимых точек зрения, отсутствием необходимых данных или знаний, невозможностью просчитать последствия реализации проекта, и т.д. и т.п.» [1]. Необходимость в экспертизе особого типа — философско-антропологической — возникает, как правило, в те исторические периоды (переходные эпохи), когда человечество переживает антропный кризис.

Философско-антропологическая экспертиза предполагает исследование путей развития культуры и цивилизации. В ситуации обнаружения ученым тупиковой ветви развития цивилизации, исследователь приступает к поиску путей спасения и выживания человечества в условиях кризиса.

Философ становится экспертом (субъектом философско-антропологической экспертизы) тогда, когда, обнаружив тупиковый путь развития цивилизации, начинает об этом говорить. Посредством своих трудов он предупреждает людей о грозящей им опасности, показывает человечеству, что оно находится в тупике и вскоре погибнет, если будет опираться на те ценности, которых придерживается в настоящем. Критически оценивая происходящее в мире, субъект философско-антропологической экспертизы предлагает человечеству в качестве экспертного заключения либо путь выживания в условиях зла (рациональная и иррациональная философско-антропологическая экспертизы); либо путь преодоления зла (трансценденталистская философско-антропологическая экспертиза).

Философия мыслителя, выполняющая экспертные функции, имеет диалогический и прогностический характер. Экспертиза всегда предполагает Другого, т.е. адресата — того, для кого она предназначена. Философско-антропологическая экспертиза, как правило, адресована всему человечеству, в частности, будущим поколениям людей. Философско-антропологическая экспертиза рождается по принципу автогенеза, официальный заказчик у нее отсутствует, в качестве побудительной силы выступают непосредственно вызовы истории. Примечательно, что сегодня многие научные экспертизы

все чаще появляются на свет по собственной инициативе, а не по заказу. «Не жертвы ищут экспертов по рискам, а сами эксперты ищут себе жертв» [2, с. 182].

Упадок цивилизации нередко сопряжен с такими явлениями как раскол в человеческой душе, сбой в ценностных ориентирах общества, потеря нравственных ценностей, творческих потенций, энергии, что неизбежно приводит общество к неспособности отвечать на вызовы истории [3]. Можно сказать, что в условиях распада цивилизации и культуры человечество переживает антропный кризис, который характеризуется отсутствием витальных тенденций в жизни общества при наличии острой потребности в них. Для развития цивилизации и культуры, для ответа на новый вызов истории требуются творческие решения правящей элиты общества, но проблема заключается в том, что общество оказалось во власти танатальных тенденций, а потому не может предложить необходимых конструктивных решений.

Антропный кризис (или антропная катастрофа) — это время, когда «человек оказался перед угрозой самоуничтожения, т.е. в тисках танатальной тенденции», вследствие чего человек вынужден транс-цендировать — искать новые жизненные стратегии; это время вырождения основных витальных чувств и ценностей; время существенной трансформации человеческой природы [4, с. 8]. Антропный кризис — это время, когда вместо витальных тенденций, общество выбирает танатальные, зачастую совершая этот выбор неосознанно. «Витальные тенденции» в данном случае следует понимать как «объективно складывающиеся в бытии человека закономерности развития жизни», а «танатальные тенденции» как «формирующееся в бытии человека движение жизни к смерти» [5, с. 190].

Так, философско-антропологическая экспертиза Платона возникает «как ответ на вызов антропной катастрофы», характеризующейся следующими изменениями человеческой природы: «Доблесть, героизм, жалость, справедливость и другие добродетели стали вымываться из психики...природа человека трансформировалась таким образом, что человек стал завистливым и недоверчивым. резко меняются жизненные ориентации, в которых преобладают чувственные удовольствия» [4, с. 8, 10—11]. Философия Платона, или философско-антропологическая

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 6 (102) 2011 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 6 (102) 2011

экспертиза, стала своеобразной рефлексией на подобные изменения человеческой природы: «разум должен господствовать, в противном случае низшая, чувственная природа возобладает над человеком, усилится за счет размышляющей части души, и человек будет вести себя хуже животного, он встанет на путь самоистребления. разум проявляется и воплощается в добродетелях. Добродетель — это такое качество человеческой психики и такие ценности культуры, следование которым позволяет человеку избежать самоуничтожения» [4, с. 15]. Философия Платона — это трансценденталистская философско-антропологическая экспертиза рационального типа, которая представляет собою концепцию спасения человека, вставшего на путь самоистребления: «в онтологии Платона источник жизни представлен миром идей или идеалов витальности. В своей гносеологии Платон показывает пути проникновения человека в этот мир витальности...согласно Платону, в долину правды может попасть только разумная душа, т. е. не весь человек, а только его разумная, размышляющая душа. Все телесное, чувственное остается в долине неправды. Иначе говоря, согласно философии Платона, спасается, вырывается из танатальной тенденции и проникает в мир витальности человек, лишенный чувств, т. е. бесчувственный человек». Негативное отношение Платона к чувственности можно понять, ведь человеческая чувственность в его эпоху настолько деградировала, что спасти ее мог только разум [4, с. 61 —62].

Философско-антропологическая экспертиза Платона, актуальная в эпоху антропной катастрофы «осевого времени», может быть востребована и ныне, так как «симптомы» деградации человеческой природы сегодня налицо. В результате опроса около пяти тысяч учащихся вторых —одиннадцатых классов двадцати школ г. Омска было выявлено, что у значительной части школьников наблюдается низкий уровень нравственных знаний, отмечается неспособность сделать правильный нравственный выбор, дать адекватную оценку своему поведению и действиям окружающих. «У трети опрошенных были неверные представления о нормах поведения, ответы около двух процентов подростков отличались ярко выраженной агрессивностью, готовностью сознательно вступить в конфликт с окружающими. При отнесении отдельных качеств личности к нравственно положительным или отрицательным не только младшие школьники, но и старшеклассники отнесли к отрицательным стыдливость, уступчивость, застенчивость, а к положительным — хитрость, подозрительность, мстительность» [6, с. 157].

Результаты проведенного опроса вполне объяснимы в контексте современной культуры, которая, по сути, детерминирует воспитание людей-конку-рентов, обреченных вступать в борьбу за выживание. Сегодня культивируются такие качества человека, которые «помогают» человеку стать «сильнейшим», конкурентоспособным, успешным (жестокость, эгоистичность и т.п.). На сегодняшний день «.выживают не все, а только «сильнейшие», использующие других людей в качестве средств выживания. Выживание как высший смысл жизни человека порождает эгоистов, носителей социального зла» [7, с. 117].

При этом люди, которым не удается сформировать компетенции «цивилизованного зверства», менее востребованы «на рынке труда». Нередко они воспринимаются обществом как аутсайдеры. Они, эти «неудачники», как правило, все еще способны

испытывать такие чувства, как любовь, надежда, вера, а потому слишком «живы», чтобы преуспеть в этом «деловом» мире.

«При существующей системе люди, способные любить, неизбежно будут исключением; в современном западном обществе любовь, безусловно, представляет собой маргинальный феномен» [8, с. 206].

В современном обществе, признанном как общество потребления, востребован иной тип человека, а именно «человек-автомат», «человек-вещь», «человек-товар». «Современный человек превратился в товар; он рассматривает свою жизненную энергию как вклад, с которого должен получить максимальную прибыль с учетом его положения и ситуации на рынке личностей. Он отчужден от самого себя, от себе подобных и от природы. Его главная цель — выгодный обмен умениями, знаниями, им самим, его «личностным пакетом» с другими людьми, столь же сильно заинтересованными в выгодном и честном обмене. У жизни нет цели, кроме цели двигаться вперед, нет принципов, кроме принципов честного обмена, нет удовольствий, кроме потребления» [8, с. 179].

Получается, мы живем в условиях антропного кризиса, если наша человеческая природа претерпевает такие изменения. «В подобных условиях человечество должно задуматься о выработке новых ценностей, призванных обеспечить стратегию его выживания» [9, с. 252]. Стоит лишь помнить, что «выживание приобретает смысл только в свете спасения» [7, с. 168]. Под спасением понимается преодоление зла, в то время как выживание ассоциируется с эффективным существованием в условиях зла.

Природа человека сегодня претерпевает существенные изменения, а общество остается по сути безразличным к такого рода переменам. Так, Аурелио Печчеи, создатель «Римского клуба», точно подметил тот факт, что современный человек сосредотачивает свое внимание в первую очередь на окружающем его мире, не придавая большого значения тому, что происходит с его собственной природой: «Буквально с каждым часом растут наши знания о самых разных вещах; вместе с тем мы остаемся почти невежественными в том, что касается изменений в нас самих. И если что-то и можно поставить в заслугу Римскому клубу, то именно то, что он первым восстал против этого опасного, почти равносильного самоубийству неведения». Вследствие тщательного анализа факторов, которые, по сути, и вызвали сегодня антропный кризис, мыслитель пришел к выводу о необходимости усовершенствования человеческих качеств: «.лишь через развитие человеческих качеств и человеческих способностей можно добиться изменения всей ориентированной на материальные ценности цивилизации и использовать ее огромный потенциал для благих целей». Необходимость усовершенствования человеческих качеств Печчеи связывает с новой ролью, которая достается современному человеку вследствие развития научно-технического прогресса и появления большого количества глобальных проблем: «Человек подчинил себе планету и теперь должен научиться управлять ею, постигнуть непростое искусство быть лидером на Земле. Если он найдет в себе силы полностью и до конца осознать всю сложность и неустойчивость своего нынешнего положения и принять на себя определенную ответственность, если он сможет достичь того уровня культурной зрелости, который позволит выполнить эту нелегкую миссию, тогда будущее принадлежит ему. Если же он падет жерт-

вой собственного внутреннего кризиса и не справится с высокой ролью защитника и главного арбитра жизни на планете, что ж, тогда человеку суждено стать свидетелем того, как станет резко сокращаться число ему подобных, а уровень жизни вновь скатится до отметки, пройденной несколько веков назад» [10, с. 258].

Исследование Печчеи, обладающее прогностическим характером, следует рассматривать как философско-антропологическую экспертизу рационального типа, миссия которой — насторожить человечество, побудить его к духовному преображению, к изменению культурных ориентиров и жизненных ценностей в глобальном масштабе.

Философско-антропологическая экспертиза П. А. Сорокина, посвященная критическому анализу антропного кризиса и поиску путей его преодоления, также носит прогностический характер, т.к. ее экспертное заключение обращено в будущее: «В то время как я пишу эти строки, в мире вокруг нас вот-вот разразится страшная гибельная буря. Сама судьба человечества балансирует на грани жизни и смерти. (...) я не только не напуган надвигающейся гибельной бурей, но и не удивлен ею: еще тридцать лет назад я правильно определил ее характер и предсказал неожиданный вариант развития подобной ситуации. С тех пор я постоянно предупреждал знакомых и друзей о подступающей опасности, настаивал на подготовке к ней, когда и где только было возможно, пытался предотвратить и смягчить возможные последствия катастрофы. Подобные же меры я принял и с целью защитить целостность моей личности и душевное равновесие» [11, с. 273]. Сорокин, как пророк, предупреждает человечество о грозящей опасности — о наступлении антропного кризиса, предлагая при этом путь выживания в условиях зла: отвергнуть пустые ценности, ложные истины и создать «собственное интегральное мировоззрение»: «Воссоединивший в одном summum bonum Верховную Троицу — Правду, Добро и Красоту, — интегрализм дал мне твердую основу для сохранения собственной цельности и мудро направлял меня в дебрях разлагающейся бездуховной цивилизации» [11, с. 275]. В условиях антропного кризиса П. Сорокин предлагает создавать собственный интегрализм, потому что мир культуры уже не содержит тех высших духовных ценностных ориентиров в качестве регулятивов, детерминирующих образ жизни и поведение человека и способствующих поддержанию целостности человеческой личности: «в эпоху постмодерна меняется понимание сути религии, а значит, разрушается единый центр, что и приводит к формированию человека, лишенного божественного центра, т. е. формируется децентрированный человек» [4, с. 149]. О приходе в мир децентрированного человека ярко и образно сказано в работе Ф. Ницше «Так говорил Заратустра» [12].

Чтобы «докричаться» до человека, который не осознает катастрофичности своего положения, необходимы особые средства. Философские тексты Ницше и являются своеобразными «рупорами», посредством которых философ (-эксперт) старается заставить окружающих взглянуть критически на себя, одуматься и свернуть с пути танатальности. Для этого Ницше создает оригинальные эссе, проповеди, афоризмы, насыщенные метафорами, образами, которые, как правило, вызывают у читателя бурные эмоции.

Философско-антропологическая экспертиза Ницше является в первую очередь критикой устояв-

шегося и традиционного, требует переоценки христианских ценностей и признания воли к власти высшим достоинством жизни, предлагает человеку (Сверхчеловеку) самостоятельно создавать свои собственные ценности и правила поведения. Словами «Бог умер» Ницше акцентирует внимание на том, что человеческая жизнь все менее и менее детерминируется высшими духовными ценностями, и потому человек (возможно, незаметно для самого себя) оказывается в долине Неправды [4, с. 137]. Так человек становится посредственным, серым и никчемным. Бог умер, а человек измельчал. Таких мелких людей Ницше называет лишними. В обществе лишних людей господствует торгашеский дух. У посредственных, маленьких людей отсутствуют высшие идеалы, поэтому у них все перемешалось и нет ничего сокровенного и тайного. Общество маленьких людей, лишних людей, по мнению Ницше, не осознает, что находится на краю бездны; «лишние люди сами погибают, да еще тянут в болото танатальности других — вот таких людей, считает Заратустра, жалеть нельзя» [4, с. 153].

Философия Ф. Ницше представляет собой иррациональную философско-антропологическую экспертизу, содержащую критику «усредненности» современной ему культуры «слишком многих», акцентирующей внимание на упадке жизненного (дио-ниссийского) начала в культуре.

Философско-антропологическая экспертиза О. Шпенглера также представляет собой иррациональную философско-антропологическую экспертизу. В работе «Закат Европы» Шпенглер пишет о том, как на ступени старения культура перерождается в свою противоположность — цивилизацию. В цивилизации господствует голый техницизм, душа замещается расчетом, на смену творчеству и развитию приходят бесплодие и окостенение. Для человека цивилизации характерна внутренняя исчерпанность души, которая проявляется как отчужденность, практицизм, бездушность, рационализм, отсутствие живой религиозности [13]. Человек цивилизации — это человек, оказавшийся во власти тана-тальной тенденции. От человека культуры, жизнь которого основана на витальных тенденциях, он отличается духовной посредственностью и явным нежеланием подниматься до высот культуры. Так современный человек, принадлежащий цивилизации, переживает антропный кризис.

Таким образом, философско-антропологическая экспертиза органично связана с антропным кризисом: философско-антропологическая экспертиза — это критическое исследование наступившего или грядущего антропного кризиса с вынесением определенных рекомендаций по его преодолению (или предотвращению). Антропный кризис может не всегда осознаваться обществом, люди могут проживать всю свою жизнь как будто во сне: «Наше обычное состояние — полусон; нашего бодрствования хватает лишь на дела; для жизни мы пробуждены недостаточно.» [8, с. 216].

Необходимо, чтобы кто-то «разбудил» человечество, помог свернуть с дороги танатальности на дорогу витальности. Такими личностями (экспертами) в разное время оказываются философы, мыслители, мудрецы, писатели — они остро чувствуют и переживают то, что происходит с человечеством, а именно: они понимают, что человечеству угрожает реальная опасность, человеческая природа деградирует. Такая опасная ситуация возникает при смене ценностных ориентаций в культуре и цивилизации,

ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 6 (102) 2011 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 6 (102) 2011

что оказывает существенное влияние на развитие последних: если в жизни общества начинают довлеть не витальные тенденции, а танатальные, то общество начинает нравственно разлагаться; цивилизация оказывается в тупике. Предотвратить это, указав пути выхода из сложившейся ситуации (т. е. предложить модели и стратегии спасения и выживания человека) — основная задача субъектов философско-антропологической экспертизы. В зависимости от того, предлагает ли эксперт путь выживания или путь спасения; аргументирует ли свое экспертное заключение фактами и научными данными или преподносит свое экспертное заключение в художественной форме, — формируется его определенный тип философско-антропологической экспертизы. Так, если эксперт рационально оценивает сложившуюся ситуацию в культуре, констатируя сам факт деградации человеческой природы, но не предлагает пути спасения человека (а предлагает только пути выживания в условиях зла), то он является субъектом рациональной философско-антропологической экспертизы (Сорокин); если эксперт в образной и эмоциональной форме «кричит» людям об опасности, но не предлагает конкретного выхода из кризиса, то он может быть причислен к субъектам иррациональной философско-антропологической экспертизы (Ницше, Шпенглер); если эксперт не только критически оценивает кризисную ситуацию в культуре, но и предлагает некую модель (или стратегию) спасения человека, то этот эксперт является субъектом трансценденталистской философско-антропологической экспертизы иррационального или рационального типа (Платон).

Библиографический список

1. Попов, С. В. Метод экспертизы [Электронный ресурс]. —

иИЬ: http://www.ru-ru.net/idea_popov_method.htm#b4 (дата

обращения: 05.03.2011).

2. Бек, У. Общество риска: на пути к другому модерну / У. Бек. — М. : Прогресс - Традиция, 2000. — 384 с.

3. Тойнби, А Дж. Постижение истории / А. Дж. Тойнби. — М. : Прогресс, 1991. — 736 с.

4. Денисов, С. Ф. Библейские и философские стратегемы спасения: антропологические этюды : учеб. пособие / С. Ф. Денисов. — Омск : Изд-во ОмГПУ, 2004. — 216 с.

5. Денисов, С. Ф. Жизненные и антропологические смыслы правды и неправды : монография / С. Ф. Денисов. — Омск : Изд-во ОмГПУ, 2001. - 206 с.

6. Антилогова, Л. Н. Нравственное воспитание личности в современных условиях / Л. Н. Антилогова // Социокультурные проблемы современного человека : матер. III Межд. науч.-пр. конф. (22-26 апреля 2008 г.). Ч. I / под ред. О. А. Шамшиковой, Н. Я. Большуновой. — Новосибирск : Изд. НГПУ, 2008. — С. 156—165.

7. Денисов, С. Ф. История и философия науки : учеб. пособие. в 2 ч. Ч. 2. Наука — религия — философия — искусство / С. Ф. Денисов. — Омск : Амфора, 2010. — 278 с.

8. Фромм, Э. Искусство любить / Э. Фромм ; пер. с англ. ; под ред. Д. А. Леонтьева. — 2-е изд. — СПб. : Азбука-классика, 2006. — 224 с.

9. Кемалова, Л. И. Аксиологический кризис в маргинальном обществе / Л. И. Кемалова // Позиции философии в современном обществе : матер. Всерос. науч. конф., посвящ. 45-летию филос. фак. Урал. гос. ун-та им. А. М. Горького, Екатеринбург, 19 — 20 мая 2010 г. В 2 т. Т. 1. — Екатеринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2010. — С. 247 — 252.

10. Печчеи, А. Человеческие качества / А. Печчеи. — М. : Прогресс, 1985. — 312 с.

11. Сорокин, П. А Дальняя дорога: автобиография / П. А Сорокин ; пер. с англ., обш. ред., сост., предисл и примеч. А В. Лип-ского. — М. : ТЕРРА, 1992. — 303 с.

12. Ницше, Ф. Так говорил Заратустра. Книга для всех и ни для кого / Ф. Ницше // Ницше Ф. Соч. В 2 т. Т. 2. — М., 1990. — С. 5 — 237.

13. Шпенглер, О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Гештальт и действительность / О. Шпенглер ; пер. с нем., вступ. ст. и примеч. К. А. Свасьяна. — М. : Мысль, 1998. — 663 с.

ГОРИНА Анна Владимировна, соискатель по кафедре философии Омского государственного педагогического университета, старший преподаватель кафедры общественных наук филиала Российского заочного института текстильной и легкой промышленности в г. Омске.

Адрес для переписки: e-mail: anna-shvedova@ ramb-ler.ru

Статья поступила в редакцию 04.03.2011 г.

© А. В. Горина

Книжная полка

Витгенштейн, Л. Философские исследования / Витгенштейн Людвиг. - М. : АСТ, 2011. - 345 с. -ISBN 978-5-17-066753-6.

Людвиг Йозеф Иоганн фон Витгенштейн (1889—1951) — гениальный британский философ австрийского происхождения, ученик и друг Бертрана Рассела, осуществивший целых две революции в западной философии ХХ века — ведь на основе его работ были созданы, во-первых, теория логического позитивизма, а во-вторых — теория британской лингвистической философии, более известная как «философия обыденного языка».

Фрейд, З. Психоанализ. [Введение в психоанализ; Толкование сновидений]/ З. Фрейд. - М. : АСТ, 2011. - 956 с. - ISBN 978-5-17-073951-6.

Зигмунд Фрейд — имя, которое в контексте культуры ХХ в. в комментариях не нуждается. По той простой причине, что без работ этого человека не существовала бы не только современная наука психоанализа, но и практически вся современная литература, так или иначе из психоанализа вышедшая. Итак, Зигмунд Фрейд. Философ, чья теория может шокировать неподготовленного читателя и теперь. Психолог, чьи доводы можно опровергнуть, но нельзя не принять в расчет.