Концептуальная организация публицистического текста (на материале одного события)

НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ

КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПУБЛИЦИСТИЧЕСКОГО ТЕКСТА

Н.Ю. Печетова

Ключевые слова: язык массовой коммуникации, смысловой анализ медиатекста, концептуальная организация медиатекста, коммуникативный замысел автора.

Keywords: language of mass communication, the semantic analysis of the media text, the conceptual organisation of the media text, communicative plan of the author.

В отечественной и зарубежной коммуникативистике (Т.Г. Добросклонская, М.Р. Желтухина, Б.А. Зильберт, С.И. Трескова, М. Монтгомери и др.) говорится о факте активного влияния средств массовой информации на формирование и развитие массового сознания общества, обусловливающего нормальное его функционирование через регулирование общественного мнения, формирование общественных взглядов и настроений, и в итоге создание сложной и многомерной картины мира, обеспечивающей социализацию реципиентов.

Мы разделяем указанное мнение исследователей и считаем, что именно в печатных изданиях, позволяющих адресату более глубоко осмысливать вербальную информацию, возможно целенаправленное формирование общественного мнения. Однако неоспоримо и то, что издание в современных условиях может выполнять свои задачи тем более успешно, чем более полно в структуре текста учтены пресуппозиции адресата, его тезаурус, фрагмент его картины мира и т.п.

Исследователи языка, традиционно выделяя информационную и воздействующую функции СМИ, говорят также и о том, что в современной массовой коммуникации человек находится в условиях постоянного речевого воздействия, которое может носить кооператив-

но-актуализаторский характер. Соответственно возникает и коопера-тивно-актуализаторская функция СМИ как одного из коммуникантов [Шостром, 1992; Азнабаева, 1998; Колтунова, 2003 и др.]. Коопера-тивно-актуализаторская функция СМИ ориентирована на установление контакта с адресатом, предполагает установление высшей формы речевого взаимодействия, ведущей к эффективной коммуникации [Седов, 2003, с. 25]. На наш взгляд, печатные средства массовой информации в большей степени реализуют данную функцию в силу своей специфики. В настоящее время печатным средствам массовой коммуникации, в отличие от “непечатных” (телевидение, радио), не дающих возможности и времени реципиенту пропустить информацию “через себя”, отводится особая роль: не просто информировать, а так или иначе с учетом разнообразных критериев и установок предоставлять возможность читателю интерпретировать описываемое событие, оценивать его, т.е. составлять собственное мнение о прочитанном [Чернышова, 2009], безусловно, под определённым воздействием автора текста. В связи с этим актуальным становится изучение концептуальной организации газетного текста.

Газетное чтение имеет свои особенности: быстрота движения глаз при чтении, фиксация взгляда на ключевых словах и т.п. Для того чтобы понять, о чем будет идти речь в той или иной публикации, читателю порой достаточно пробежать глазами газетный текст, отметить заголовок, остановиться на определенных словах, несущих смысловую нагрузку. «Определённые функциональные слова могут переключать центр внимания на те знаменательные слова, ценность которых с точки зрения интересов читателя установлена с большей степенью вероятности» ([Шенк, Лебовиц, Бирнбаум, 1983, с. 413-414], цит. по: [Чернышова, 2009, с. 91]) Такими знаменательными словами становятся ключевые слова - опорные слова, словосочетания, выделяемые в пределах конкретного текста на основании концентрации в них основной смысловой нагрузки текста. Ключевые слова - это центры семантического притяжения, своеобразные узлы ассоциативно -семантической, ассоциативно-вербальной сети, вокруг которых группируются другие единицы текста [Чернышова, 2009, с. 90]. Ключевые слова обозначают признак предмета, состояние, действие [Андреев, Хромов, 1991, с. 65]. Это «понятия, передающие смысл, предметные отношения, содержание сообщения» [Одинцов, 1980, с. 53].

На выделении ключевых слов основан интерпретационный (смысловой) анализ текстов, позволяющий воссоздать концептуальную основу текста и определить вектор ассоциации и интерпретации

отраженного в тексте события. Рассуждая о природе интерпретации дискурса, В.З. Демьянков утверждает, что «филологический «интер-претационизм» (синонимы: интерпретирующий подход, интерпрети-визм), разработанный к концу 20 в., основан на следующем положении: значения вычисляются интерпретатором, а не содержатся в языковой форме» [Демьянков, 2003, с. 121]. Эти «значения вычисляются» по «опорным пунктам», к которым «относятся в тексте слова, конструкции, мысли и т.п., на которые опираются при использовании инструментов интерпретации» [Демьянков, 2003, с. 121].

Текст (в том числе и газетный), выступающий как самостоятельное интеллектуальное образование и взаимодействующий с культурным контекстом, для читателя является не только объектом восприятия, но и равноправным собеседником. Поэтому читатель старается понять не автора, но текст. При этом каждый реципиент образует собственный мир текста, что объясняется различием концептуальных систем индивидов: «мы воспринимаем, познаем только такие объекты, которые мы способны «схватить» посредством содержащихся в нашей концептуальной системе смыслов, и это представляет собой способ интерпретации этих знаков-объектов, способ их осмысления нами» [Павиленис, 1983, с. 383].

Интерпретационный анализ газетного текста с опорой на ключевые слова позволяет выявить те понятия, которые представляют определённый интерес для читателя, составляют его «мир текста», отражают его языковую картину мира. Точно так же смысловой (интерпретационный) анализ помогает установить замысел автора публикации и проследить, каким образом он представляет в тексте описываемое событие, как подает его адресату, т.е. выявить понятия, отражающие авторскую позицию. Эти основные понятия мы, вслед Т.В. Чернышовой [Чернышова, 2005, с. 109], называем событийными концептами, которые в тексте, с учетом фактора адресата, организуются в определённые когнитивные структуры, представленные на языковом уровне в виде ассоциативно-вербальной сети, узлами которой они и являются. Событийный концепт рассматривается как структурный компонент концептуальной организации текста, которая актуализируется в сознании адресата-интерпретатора в процессе концептуального освоения события, получившего в тексте статус вербального факта, через систему ключевых слов как особым способом организованный тезаурус, актуализирующий модель языковой картины мира, репрезентированную изданием [Чернышова, 2005, с. 110].

Интересным представляется рассмотреть на примере отдельно взятого текста, как реальное событие превращается в вербальный факт, отражающий авторский замысел, какие когнитивные структуры организуются в тексте (как выстраиваются в них ассоциативно-вербальные сети, какие событийные концепты актуализируются). В ходе интерпретационного анализа мы получим схему концептуальной структуры данного текста и сможем выявить концептуальные установки, заложенные автором с учетом фактора адресата.

Выбранная для анализа статья «Сходил на днях на фильм “Тайна Чингис Хана”» опубликована в региональной газете «Эхо столицы» № 19 (1728) от 13 марта 2009 года. Эта газета является официальным печатным изданием администрации г. Якутска, столицы Республики Саха (Якутия). Статья посвящена выходу на экраны полнометражного фильма якутского режиссера А. Борисова «Тайна Чингис Хана». Следует отметить, что фильм снимался очень долго, выход на экраны несколько раз переносился, а на его производство были потрачены большие по меркам республики средства. 12 марта 2009 года премьера состоялась.

В ходе смыслового анализа в первую очередь были выявлены ключевые слова (приводятся последовательно по тексту):

1) фильм (базовый концепт, который может быть развернут во фреймовую структуру): «наш фильм» (кавычки авторские. - Н.П.);

после лубочных поделок вроде советских сказок о татаромонгольских ордах (чудище поганое!) и голливудских страшилок об огроменных и звероподобных монголах это как бальзам на душу; генетическая память о предках в игре актёров;

Слова (якутские. - Н.П.) «олонхо» (якутский эпос), «уруй» (слава по-якутски), «осуохай» (народный якутский танец) в исполнении Чингис Хаана; сюжеты олонхо говорят о глубокой древности сказания; олонхо создавалось не на территории Якутии; мы, народ саха, тюрки с самым таинственным прошлым;

2) фон, на котором он развертывается: очень красивые пейзажи, феноменально красивые пейзажи, то, что киноэкспедиция моталась по всем закоулкам и окраинам Сибири и Монголии, оправдалось этими величественными картинами; пейзажи изумительно органично вписали в себя родных в этой среде мохнатых и малорослых якутских и монгольских лошадок, бескрайние степи;

3) актер: Хироки Тагава (приглашённый японский актёр. - Н.П.) - островной азиат; Тактаров, облачённый в снаряжения степных богатуров, «обазиатился»;

4) главный герой: В другом российском фильме Чингис Хаан предстает поборником старинных обычаев отцов, символом толерантности; наш Чингис Хаан - его прямая противоположность, он ниспровергатель косных обычаев, законодатель-реформатор, решивший объединить разрозненные племена под единым флагом и законом; избранный небесами вождь; государственный муж, жестокий диктатор, великий полководец, подмявший под себя всё человеческое; он не останавливается перед убийствами близких ему людей, он шлёт на явную гибель своего брата - всё ради идеи, всё ради объединения;

5) колорит фильма: Все привыкли, что фильмы апеллируют к европейской публике, делаются по канонам мирового кинематографа; фильм-то действительно азиатский; не в том ключе, как модные корейские и японские, а именно в степняцком сибирском, какого ранее не было;

6) дубляж: Русский дубляж никак не соответствует ни мимике, ни жестам персонажей; уступка массовому зрителю, которому удобнее воспринимать дублированную картину;

7) другие персонажи: Проповедник в сюжете не лишний, но всё равно раздражает; с успехом справился бы с идеей пацифизма один шаман; сам священник - историческая личность, монах-францисканец;

8) зрительская аудитория: Фильм получился; не без ошибок, но добротный; стоил затраченных средств, трудов, долгого ожидания; ориентирован на своего зрителя.

Таким образом, концептуальную структуру текста составляют следующие ключевые слова: фильм, фон фильма, актёр, главный герой фильма, колорит фильма, дубляж, другие персонажи, зрительская аудитория.

Базовый событийный концепт, который может быть развернут во фреймовую структуру, - «фильм». В состав фрейма «фильм» входят такие слоты, как премьера (выход в свет), актеры, исполняющие главные и второстепенные роли, тональность фильма, персонажи фильма. Жанр информационного текста дополняется авторской оценкой, которая также находит свое место в концептуальной структуре текста и позволяет построить следующие интерпретационные ряды:

1. Наш фильм - 1) очень красивые пейзажи, феноменально красивые пейзажи, пейзажи изумительно органично вписали в себя родных в этой среде мохнатых и малорослых якутских и монгольских лошадок, бескрайние степи;

2) бальзам на душу; генетическая память о предках в игре актёров;

3) добротный; стоил затраченных средств, трудов, долгого ожидания; ориентирован на своего зрителя;

2. Наш фильм - фильм-то действительно азиатский: 1) Хи-роки Тагава - островной азиат; Тактаров, облачённый в снаряжения степных богатуров, «обазиатился»;

2) наш Чингис Хаан - он ниспровергатель косных обычаев, законодатель-реформатор, решивший объединить разрозненные племена под единым флагом и законом; избранный небесами вождь; государственный муж, жестокий диктатор, великий полководец, подмявший под себя всё человеческое; он не останавливается перед убийствами близких ему людей, он шлёт на явную гибель своего брата - всё ради идеи, всё ради объединения;

3) То, что портит «наш фильм» - христианский проповедник и дубляж.

Кроме указанной статьи, на этой же газетной полосе приведены мнения о картине обычных зрителей:

1) Анфиса Алексеева, пенсионерка: «Наконец, это свершилось, и надо сказать, не зря были потрачены эти годы и большие средства. Кино смотрится на одном дыхании. Особенно хочется отметить сцены битв. Они получились неожиданно очень зрелищными и захватывающими. Великолепная игра наших маститых актеров: прекрасна Степанида Борисова в роли матери, удивителен по силе духа Ефим Степанов и неповторимый Алексей Павлов».

2) Елена Хантаева: «Красота местностей, где проходили съёмки, впечатляет. Прекрасный подбор актёров. Очень понравился исполнитель главной роли. Единственное, иногда создавалось ощущение те-атрализованности, декорациям, бутафории не хватало лоска, но, возможно, это даже не является минусом. В то время ведь не было никакого гламура».

3) Николай Павлов, таксист: «Конечно, картина на Голливуд не тянет, тем не менее отрадно, что якутская лента не ударила лицом в грязь и вышла во всероссийский прокат. В целом, фильм понравился, но есть моменты, которые меня смутили. К примеру, я так и не понял назначения героя с крестом, на протяжении всего фильма не ясно, кто он, откуда, и, собственно, зачем. Второе - не очень качественный дубляж, видно было, что порой он не совпадал с тем, как актёры говорили. Понравились сцены битвы и кровожадность убийств. Перед

выходом фильма переживал, что не будет хватать зрелищности, но создатели постарались».

4) Иван Несмеянов: «Я никогда не сомневался, что предки Чин-гис Хаана были якутами».

5) София Булчукей, ИА «Sakhalife»: «Считаю, что фильм удался. Оскар, конечно, ему не светит, потому что этот фильм не голливудского масштаба и даже не российского. Этот фильм азиатский. Он не захватывает с первых моментов и больше показывает размеренную жизнь монголов того времени. Заметно, что создатели картины пытались усидеть на нескольких стульях: угодить и республиканскому правительству, и тюрско-монгольскому зрителю, и российскому массовому зрителю. Одно из многих достоинств фильма - то, что якутский фильм стал известен на мировой арене. Особо понравилось, что были задействованы якутские мотивы: олонхо, осуохай, элементы одежды и многое другое. Главный исполнитель роли Чингис Хаана Эдуард Ондар настолько вжился в роль, что естественно выглядит в образе человека сильного духом и великого на поступки. Сильно завышена роль христианского миссионерства, а шаманизм показан слишком с мрачной стороны. Хотя шаманизм нам ближе всего. В целом, прекрасная работа оператора, удачная работа актёров, местами даже гениальная, однако монтаж оказался рваным. Зрители, которые не совсем в курсе истории о Чингис Хане, могут не понять сюжет».

Концептуальный анализ данных высказываний позволил сделать следующие наблюдения. В репликах пенсионерки, таксиста, двух людей, просто названных по имени и фамилии, а также представителя одного из республиканских информационных агентств (известной в республике журналистки) находим следующие ключевые слова:

1) якутский фильм: этот фильм азиатский; якутский фильм стал известен на мировой арене; фильм удался; якутская лента не ударила в грязь лицом и вышла во всероссийский прокат; это свершилось;

2) фон фильма: красота местностей, где проходили съемки, впечатляет;

3) Чингисхан: исполнитель роли Чингис Хаана... естественно выглядит в образе человека сильного духом и великого на подвиги;

4) колорит фильма: задействованы якутские мотивы: олонхо, осуохай; элементы одежды и многое другое; предки Чингис Хана были якутами;

5) дубляж: не очень качественный дубляж - видно было, что порой он не совпадал с тем, как актеры говорили;

6) другие персонажи (христианский проповедник): не понял назначения героя с крестом - не ясно, кто он, откуда и зачем; сильно завышена роль христианского миссионерства, а шаманизм показан с мрачной стороны, хотя шаманизм нам ближе всего.

Рассмотрим интерпретационные ряды:

1) наш, якутский, фильм:

1) якутский фильм стал известен на мировой арене; фильм удался; якутская лента; 2) красота местностей, где проходили съемки, впечатляет; 3) задействованы якутские мотивы: олонхо, осуохай; элементы одежды и многое другое; предки Чингис Хаана были якутами; шаманизм нам ближе всего;

2) фильм азиатский: этот фильм азиатский;

3) Чингисхан - великий человек: главный исполнитель роли Чингис Хаана... естественно выглядит в образе человека сильного духом и великого на подвиги;

4) минусы фильма - дубляж и христианский проповедник: не очень качественный дубляж, сильно завышена роль христианского миссионерства;

Как видим, ключевые слова, выявленные в репликах зрителей, практически совпадают с набором ключевых слов, выявленных в газетной статье. Кроме того, можно утверждать, что совпадают направления интерпретации между ними, поэтому считаем возможным рассматривать их в общей вербально-ассоциативной сети данного текста.

Уже при выборке ключевых слов можно было выявить, какие смыслы вкладывает автор в отдельные фрагменты своей статьи. Дальнейшая обработка выделенных языковых единиц, составляющих концептуальную основу текста, дала возможность вывести событийные концепты, которые автор имплицирует в тексте статьи. Наглядным образом они представлены в таблице 1.

Таблица 1

Ключевые слова Событийные концепты

Очень красивые пейзажи, феноменально красивые пейзажи, величественные картины, красота местностей впечатляет Фон, на котором развёртываются события фильма

Генетическая память предков в игре актёров, «наш» фильм, Хироки Тагава -островной азиат, Тактаров «обазиатил-ся», этот фильм азиатский, фильм-то действительно азиатский, русский дубляж не соответствует мимике и жестам актёров; не очень качественный дубляж Азиатский фильм

Якутские слова олонхо, осуохай, «уруй», олонхо - древнейшее сказание, народ саха - тюрки с самым таинственным прошлым, задействованы якутские мотивы: олонхо, осуохай; элементы одежды Якутский колорит фильма

В другом российском фильме Чингис Ха-ан - поборник старинных обычаев отцов, символ толерантности; наш Чингис Ха-ан - его прямая противоположность, он ниспровергатель косных обычаев, законодатель-реформатор, решивший объединить разрозненные племена под единым флагом и законом; всё ради идеи, всё ради объединения Главный герой

Проповедник в сюжете не лишний, но раздражает; сильно завышена роль христианского миссионерства; не понял назначения героя с крестом; шаманизм показан с мрачной стороны; справился бы с идеей пацифизма один шаман Другие персонажи (христианский проповедник) Шаманизм - религия азиатов

Якутская лента не ударила в грязь лицом, якутский фильм стал известен на мировой арене; фильм удался, фильм получился; стоил затраченных средств, трудов, долгого ожидания, это свершилось Зрительская аудитория

Таким образом, интерпретирующим концептом здесь является понятие «азиатский»: Хироки Тагава - островной азиат, Тактаров «обазиатился», этот фильм азиатский, фильм-то действительно азиатский, где «азиатский» мыслится не только в словарном значении «относящийся к народам Азии, к их языкам, образу жизни, культуре, а также к Азии, ее странам, их территории, истории» [Ожегов, 1982], но и шире - как объединяющий, включающий в себя якутский, тюрский, монгольский, даже сибирский.

В результате анализа мы выявили базовый концепт-событие (выход фильма и отзыв о нем) и 7 ключевых понятий (событийных концептов), отражающих концептуальное наполнение фрейма «фильм»: фон, на котором он развёртывается; колорит фильма; актёры (главный герой, другие персонажи), дубляж, зрительская аудитория.

Основная мысль текста, вытекающая из анализа смысловых связей между ключевыми словами, - фильм о Чингисхане - наш фильм. Главное событие - выход в свет фильма; событие 2 - отзыв о фильме в прессе. Основной мотив, направляющий вектор ассоциации при интерпретации текста как автором публикации, так и комментаторами: фильм о Ч-Х - «наш фильм».

Таким образом, концептуальная структура текста (см. схему 1) организована на основе противопоставления: «наш фильм» - «не наш фильм» («их», «чужой»).

Рис. Концептуальная структура текста

Данные событийные концепты хорошо сочетаются друг с другом и укладываются в авторскую концептуальную установку. В процессе концептуального освоения события автор переводит его в следующий «вербальный» факт: «фильм о Чингисхане азиатский, и уже -наш, якутский; возможно, Чингисхан - предок якутов, этот великий полководец объединил азиатские народы в древности, сегодня тоже возможно объединение азиатских народов. Такое единение уже получилось в фильме».

Таким образом, с помощью предпринятого смыслового (интерпретационного) анализа мы выявили ассоциативно-вербальную сеть анализируемого текста и комментариев к нему, обработав в ходе анализа ключевые слова - узлы ассоциативно-вербальной сети, составляющей концептуальную основу текста; определили, какие событийные концепты актуализируются в процессе вербализации факта-события; установили, какие концептуальные установки, ориентированные на фактор адресата, заложены автором в концептуальную структуру текста.

Литература

Андреев О.А., Хромов Л.Н. Техника быстрого чтения. М., 1991.

Кубрякова Е.С., Демьянков В.З., Панкрац Ю.Г., Лузин Л.Г. Краткий словарь когнитивных терминов. М., 1996.

Одинцов В.В. Стилистика текста. М., 1980.

Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1982.

Павиленис Р.И. Проблема смысла. М., 1983.

Седов К.Ф. О манипуляции и актуализации в речевом воздействии // Проблемы речевой коммуникации. Саратов, 2003.

Чернышова Т.В. Тексты СМИ в ментально-языковом пространстве современной России. М., 2009.

Чернышова Т.В. Тексты СМИ в зеркале языкового сознания адресата. Барнаул,

2005.