Рука борцов платить устала

Рука борцов платить устала

Всемирный банк фиксирует переход от широких антипандемийных мер к накоплению ресурсов

Правительства стран по всему миру за последние полгода резко сократили число новых антиковидных мер, констатируется в новом исследовании Всемирного банка (ВБ). В работе аналитики выразили открытое сомнение в высокой эффективности крупнейших социальных программ из разных стран мира — а достаточно точной информации нет по более четверти из всех социальных мер и по более половины всех мер по выплате денежных пособий, связанных с пандемией. Доля действующих антипандемийных мер среди всех программ социальной помощи с актуальной информацией составляет чуть более 21%, в то время как доля заведомо завершенных проектов — 77%. Отказ по крайней мере от широкой пропаганды антиковидных мер господдержки может говорить о переходе государств к постэпидемическому накоплению ресурсов после больших расходов.

Фото: Alberto Pezzali / AP

Аналитики ВБ в новом исследовании «Меры по социальной защите и помощи рынку труда, принятые в связи с пандемией» выявили резкое снижение количества новых антипандемийных мер: на 72,7% к январю—маю 2021 года и на 20,9% к маю—декабрю 2020 года. Количество новых добавленных программ, которые были направлены против ковида, упало с пиковых 1919 в январе—мае 2021 года до 523 в мае 2021 года — январе 2022-го. Отметим, что ВБ в расчетах включил январь 2022 года в последний период (май—декабрь 2021 года).

По данным ВБ, за все время пандемии 223 государства запланировали или реализовали 3856 мер социальной защиты (2349 мер) и помощи рынку труда.

Глобальные темпы внедрения антиковидных программ замедляются: с пикового уровня в 180 мер еженедельно в марте 2020 года до около 17 мер в январе 2022 года. В середине мая 2021 года был зафиксирован последний пик в 87 введенных мер в неделю, и с этого времени темпы внедрения программ только падали.

Полученные ВБ данные по 50 крупнейшим социальным мерам показывают, что разница между запланированным уровнем и фактическим уровнем охвата программ минимальна (0,38 п. п.), что теоретически должно демонстрировать высокую эффективность госпомощи. Однако информация о статусе госпрограммы есть только у 72% всех мер социальной помощи и у 49% мер по выплате денежных пособий. Проблема информации актуальна и для 50 крупнейших мер, которые входят в общую статистику.

Фактически в ВБ считают, что эффективность крупнейших социальных мер в мире (включая денежные переводы) может оказаться существенно ниже заявленного.

Доля действующих мер в январе 2022 года среди всех программ социальной помощи (1680 мер), по которым есть актуальная информация, составляет всего 21%. Отметим, что большая часть таких программ по всему миру уже завершена (77%). Из этого прямо не следует, что господдержка по большей части незавершившихся программ не оказывается — однако учитывая, что подавляющее большинство такой поддержки оказывается не проактивно, а в заявительном порядке, отказ государств от широкой рекламы этих мер может говорить и об их относительно малой востребованности, и о нежелании их рекламы со стороны тех, кто их предоставляет и контролирует.

В структуре социальных антиковидных мер самыми крупными категориями программ стали опциональные денежные переводы домохозяйствам (468), меры по освобождению или отсрочке по коммунальным и кредитным платежам (307) и по выдаче продовольствия или продовольственных талонов (157). Среди них самая высокая доля действующих мер (к общему числу мер в этой категории) в январе 2022 года сохраняется у программ по освобождению или отсрочке платежей (25%). Для мер по денежным переводам данный показатель средств составил 20%, а для мер по оказанию продовольственной помощи — только 13%.

Ранее аналитики ВБ уже предупреждали, что фронтальные антиковидные меры, особенно применение «вертолетных денег» без внимания к целевым группам населения, могут привести к избыточной трате ресурсов — что в свою очередь может усугубить проблемы с ростом ВВП и совокупным госдолгом. В ВБ тогда советовали начать сворачивать раздачу денег в пользу финансирования восстановления экономики, консолидации госфинансов и создания финансовых подушек безопасности (см. “Ъ” от 27 декабря).

Отметим, что основной на ближайший год дилеммой для государств будет выбор между накоплением и восстановлением резервов — и более быстрым посткризисным ростом в конкуренции с другими странами.

Первый вариант почти неизбежно предполагает «посткоронавирусное» повышение как минимум эффективной ставки налогообложения, второй — сохранение или снижение допандемических налогов.

В январе 2022 года число запланированных государствами новых мер социальной помощи, ассоциированных с пандемией COVID-19 и ее последствиями, составило лишь 32 программы (из них шесть связаны с денежными переводами), что совсем немного в сравнении с 1287 завершившимися проектами (по которым есть актуальные данные). Соответственно, существенное снижение доли действующих программ социальной помощи и в целом уменьшение активности государственной поддержки борьбы с последствиями пандемии выглядит логичным для ВБ, так как в их представлении длительное сохранение прямой и обширной финансовой помощи может привести к экономическим проблемам в будущем. Отметим, что исходя из наблюдений ВБ программы государства стали сворачивать до появления волны штамма коронавируса «омикрон» и даже информации о нем — характер будущих вспышек инфекции государствам был в основном неизвестен.