"Женщина — это же так красиво!"

Британский дизайнер АНТОНИО БЕРАРДИ провел в Киеве показ в рамках Ukrainian Fashion Week и рассказал МАРИИ ХАЛИЗЕВОЙ о своих итальянских корнях, британских университетах и здравом подходе к моде.

— Как вы, совершеннейший итальянец, оказались дизайнером в Лондоне?

— Имя иногда бывает обманчивым! На самом деле я родился и вырос в Великобритании — так же, как мой брат и три сестры. Отец приехал туда с Сицилии в середине 60-х, чтобы работать шахтером, и поначалу мы были единственными иностранцами в радиусе сотни километров. Но постепенно вокруг собралась сплоченная группа соотечественников, которые также работали на шахтах, и со временем наше окружение сильно "обитальянилось". Детство мое было совсем сицилийским — знаете, этот культ семьи, матриархат и дресс-код для похода в церковь по воскресеньям. Я рос в атмосфере little Italy, и британцы, кажется, поначалу даже немного боялись нас.

— По закону жанра итальянской драмы вы должны были как-то выступить против семьи. Например, одобрял ли отец ваш выбор профессии?

— Нет, конечно. Я хорошо учился в школе, и у него были на мой счет большие планы: как всякий нормальный родитель, да еще и эмигрант, он хотел, чтобы я получил уважаемую профессию — стал врачом или адвокатом. Я даже начал изучать медицину, но быстро понял, что это не моя стезя. В то же время у меня был интерес к моде, стилю — все из детства: мама приучала нас быть итальянцами, всегда опрятными и напомаженными. Она говорила, что мы проявляем уважение к окружающим людям, когда правильно одеты и хорошо выглядим.

— Но все же вы остались в Британии и дизайнерское образовании получали в Central Saint Martins, а не в тосканских ателье. Почему?

— Тогда, конечно, Central Saint Martins еще не был такой всемирно известной Меккой fashion-образования, но его уже отличал тот дух свободы творчества, которым колледж известен и сейчас. В Central Saint Martins тебя учили быть собой, интересовались твоим мнением, видением, идеями — это никогда не было учебой в строгом академическом смысле. По большому счету между объявлением темы семестрового проекта и его защитой ты был предоставлен самому себе, и я на этом однажды чуть не погорел, когда поначалу ушел с головой в вечеринки. Самое важное в Central Saint Martins — люди, которые видят потенциал студента независимо от его успеваемости и усердия, иначе там бы учились одни трудолюбивые китайцы.

— О Central Saint Martins часто говорят, что там слишком много творчества и слишком мало дают практических знаний и навыков. Вы научились что-то делать руками?

— Мне в этом смысле очень повезло: сразу после собеседования в колледже я пошел на собеседование к Джону Гальяно, который искал ассистента в свою студию. И туда, и туда меня взяли, но большую часть того, что я умею делать (а умею я практически все), я освоил на практике у Джона. Это было куда сложнее, чем защищать арт-проекты в Central Saint Martins: у Гальяно потрясающее знание истории и структуры костюма, он большой интеллектуал, прекрасный рассказчик, и в его вещах каждая деталь имеет свою родословную и смысл. В то же время у него золотые руки, и он очень требователен к качеству всего, что его окружает и что производится под его именем. Потом я переехал вместе с ним в Dior, где тоже много чему научился — все-таки некоторые вещи о моде можно узнать только в Париже.

— Несмотря на ваши британские и французские университеты, женщина в стиле Antonio Berardi , по-моему, скорее итальянская по духу — ультраженственная, сильная и нарядная. Это впечатления из детства так влияют на ваше творчество?

— Видимо, да. Все эти фрейдистские штучки. На самом деле, женщина в стиле Antonio Berardi — это абсолютная Женщина: она знает свои сильные и слабые стороны, а потому красива. При этом она достаточно умна и успешна, чтобы не быть жертвой моды. Я люблю четкий силуэт, задающий форму и подчеркивающий женственность линий,— это немного агрессивно, но это же и демонстрация силы. В то же время она хочет чувствовать себя защищенной, и моя одежда, как мне кажется, дает ей эту уверенность и безопасность. Я бы не стал задавать стилю Antonio Berardi какие-то географические координаты: для Италии я, может быть, недостаточно экспрессивен, а для Британии — недостаточно эксцентричен. Но для меня мода это не высокое искусство и не способ самовыражения — это работа, которую я люблю, и результаты которой должны быть носибельными. Я все понимаю про деконструктивизм и интеллектуальный дизайн, но не вижу смысла облекать женское тело в какие-то несвойственные ему, нарочито абстрактные формы. Зачем? Женщина — это же так красиво!

— В таком случае, что вам ближе — следовать порыву вдохновения или работать с оглядкой на тренды?

— Хороший вопрос. Мое вдохновение никогда не лезет между швов в готовых вещах, но и трендбуки я не использую. Сегодня если два человека сделали что-то похожее, они называют это трендом. Согласитесь, это полная чушь. Мы живем в одном информационном поле, смотрим одни и те же фильмы, ходим на одни и те же выставки — совпадения неизбежны. Но Antonio Berardi ведь не Zara, чтобы стараться угодить наибольшему количеству людей, которым достаточно простого указания от глянцевого журнала о том, что сейчас нужно носить короткое и красное. Я — дизайнер, делающий то, что считаю интересным, основываясь на моих знаниях, опыте и чувстве прекрасного. Вам это может нравиться или не нравиться — это нормально, у нас же демократия. Но когда вы идете смотреть фильм Вуди Аллена, вы же не ждете кровавый триллер про пришельцев? То же и с модой: я представляю собственное видение предмета для тех, кому оно близко, и кто готов со мной согласиться.