Сочетаемость подлежащих-антропонимов и глаголов-сказуемых эмоционального действия

рок-поэзии намного шире и ярче, что, по-видимому, связано с эмоциональной окраской и ассоциативной образностью рок-лирики. Однако за гранью оказались следующие тематические группы: сетевая лексика, названия того или иного отрезка времени (представлено одной единицей - миллениум), наименования частей человеческого тела (представлено одной повторяющейся единицей - хаер).

Из всех перечисленных тематических групп заимствований, наиболее употребляемыми в рок-поэзии являются тематические группы искусство, религия и вера. Эти заимствования встречаются в несколько раз чаще по сравнению с остальными. Такое предпочтение в выборе лексики при создании рок-текста объяснимо. Например, употребление разнообразнейших музыкальных терминов, от музыкальных устройств до стилевых характеристик, с одной стороны, абсолютно естественно. Рок-поэты, по роду деятельности, обращаются в первую очередь к тому семантическому пласту лексики, который является неотъемлемой частью их профессии. С другой стороны, апелляция к духовным ценностям в рок-тексте - это попытка найти духовную опору, без которой невозможно ощущать свое существование полноценным.

В системе современного мира религия как источник высокого духовного устремления все еще носит случайный характер. Широкое обращение к теме веры является оппозиционным всему строю современной жизни.

Высокое количество иноязычий с общей семой "наркотики" и "спиртные напитки" объясняется влиянием антиэстетической среды, быта в самых низменных его проявлениях.

Таким образом, анализ тематической принадлежности иноязычной лексики в

русской рок-поэзии позволил не только установить специфические тематические группы, но и определить внеязыковые факторы, обусловливающие их продуктивность.

ЛИТЕРАТУРА

1. Большой толковый словарь русского языка / Под ред. С.А. Кузнецов. СПб.: Норинт, 2001. 1536 с.

2. Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. 3-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 2001. 856 с.

3. Википедия, свободная энциклопедия. [Электронный ресурс]. URL: http://en.wikipedia.org, свободный, яз. англ. (дата обращения 03.02.2009).

4. Новый Большой англо-русский словарь: В 3 т. / Под общ. рук. Ю.Д. Апресяна и Э.М. Меднико-вой. 5-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 2000. 832 с.

5. Хугаев Г. Театр - судьба моя... моя любовь, мое несчастье, моя жизнь // Дарьял. 2006. № 3. (Литературно-художественный и общественно-политический журнал). URL: http://www.darial-online.ru/2006-3/hugaev.shtm/ (дата обращения: 20.03.2009).

6. Мокиенко В.М., Никитина Т.Г. Большой словарь русского жаргона. СПб.: Норинт, 2001. 720 с.

7. Норлусенян В.С. Макаронизмы английского происхождения в современном русском языке: Дис. . канд. филол. наук. Ростов н/Д, 2000. 149 с.

8. Кормильцев И., Сурова О. Рок-поэзия в русской культуре: возникновение, бытование, эволюция // Русская рок-поэзия: текст и контекст: Сб. науч. тр. Тверь: Тверск. гос. ун-т, 1998. Вып. 1. 239 с.

9. Садовски Я. Рок как антисистема? К дерзкой и сжатой постановке проблемы. // Русская рок-поэзия: текст и контекст: Сб. науч. тр. Тверь; Екатеринбург, 2007. Вып. 9. 276 с.

10. Инфантова Г.Г. Активные тенденции развития языка, мода и вкус // Активные процессы в современном русском языке: Мат-лы всерос. межвуз конф. / Отв. ред. Г.Г. Инфантова, Н.А. Сенина. Ростов н/Д: Легион, 2006. 416 с.

6 апреля 2009 г.

ББК 81.2 Рус-3

СОЧЕТАЕМОСТЬ ПОДЛЕЖАЩИХ-АНТРОПОНИМОВ И ГЛАГОЛОВ-СКАЗУЕМЫХ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ДЕЙСТВИЯ

С.Г. Б

Изучению отражения в языке представлений человека о самом себе в современных исследованиях уделяется значительное внимание [1-5 и

Букаренко Светлана Григорьевна - кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка Таганрогского педагогического института, 347900, г. Таганрог, ул. Инициативная, 46, e-mail: buckarenko@rambler.ru, т. 8(8634)601303.

др.]. Поэтому анализ стереотипной, мгновенно возникающей сочетаемости подлежащего (П) и сказуемого (СК), фиксирующей доминанты фрагмента "Человек" языковой картины

Buckarenko Svetlana - Ph. D. in philology , associate professor of Russian language department of Taghan-rogh State Pedagogical Institute, 46 Initsiativna Street, Taghanrogh, 347900, e-mail: buckarenko@rambler.ru, ph. +7(8634)601303.

мира в ее "застывшем" модально-временном аспекте, также представляет определенный интерес. Данный анализ позволяет выявить стереотипные признаки человека, которые носители русского языка считают настолько исходно важными в процессе познания, что они прочно сохраняются в памяти и при необходимости автоматически извлекаются из нее. Следовательно, для выявления названных признаков требуется создание соответствующих условий. Их может обеспечить направленный ассоциативный эксперимент. В статье описываются результаты такого эксперимента, который проводился с 1984 г. по 2009 г. В общей сложности в нем участвовало 1692 студента-филолога (82 % женского пола и 18 % мужского) Таганрогского государственного педагогического института. Всего испытуемым в быстром темпе было предложено 740 слов-подлежащих (П) разных лексико-грамматических групп. Задание заключалось в мгновенном назывании к ним сказуемого (СК) В их состав вкраплялись и П-антропонимы*, чтобы избежать в той или иной степени контагиозности реакций. Из общего количества полученных сочетаний П и СК (из 42 289 единиц) были отобраны сочетания с П-антропонимами. На 71 П-антропоним было получено 10 624 ответа-СК. Например (в процентах по отношению к общему количеству СК при названном П): Писатель пишет 79, 2; думает 12,5; написал 4,1 и т.д.; Студент учится 29,4; учит 15,6; занимается 5, 9 и т.д.; Знакомый пришел 17,8; встретился 15, 2; идет 8,4 и т.д.

При мгновенной реакции П-антропонимы мотивируют и глагольные, и именные СК. Соотношение их показывает, что обычно человек воспринимается как деятель: при П-антропонимах 90,6 % СК-реакций представлено глагольными СК (9 628 ответов из 10 624). Это соответствует выводам, сделанным Ю.Д. Апресяном на неассоциативном материале: "Человек мыслится в русской языковой картине мира... прежде всего как динамичное, деятельное существо" [1, с. 39]. Лицо как носитель "пассивных" признаков фиксируется почти в 10 раз реже: количество именных СК составляет всего 9,4 % (996 случаев).

* Под термином П-антропоним в данной работе понимается П, выраженное не только собственными [6], но и нарицательными [7] существительными. Такое расширенное понимание обусловлено удобством использования одного термина для обозначения любого существительного с семантикой 'человек'

Данная статья ограничена рамками анализа сочетаемости П-антропонимов и глаго-лов-СК эмоционального действия, чтобы представить человека эмоционального в стереотипной языковой картине мира, "застывшей" в модально-временном аспекте. Это важно и для изучения эмоционального аспекта предложения, который относится к числу недостаточно исследованных, а глагол входит в четыре основные формы представления предиката эмоционального состояния [8].

Физиологи выделяют десять основных эмоций, представляющих собою "ярко выраженные переживания организма в виде удовольствия или неудовольствия.: 1) радость; 2) интерес; 3) удивление; 4) горе; 5) отвращение; 6) гнев; 7) презрение; 8) страх; 9) вина; 10) стыд" [9]. Все эти эмоции могут быть выражены соответствующими глаголами-СК: (по) чувствовать, ощущать (радость), радоваться, любоваться, восхищаться, удивляться, злиться, грустить, ненавидеть, сердиться, переживать, беспокоиться, тревожиться, успокаиваться, бояться, любить, стыдиться, гордиться, удивляться и др., представляющими собою весьма многочисленную группу. Это закономерно, поскольку "сложнее эмоций, по-видимому, только речь" [1, с. 51]. Однако далеко не все единицы системы глаголов-СК эмоционального действия используются носителями русского языка в качестве реакции на личные существительные-П. Отсутствуют предикативные сочетания, приписывающие человеку в качестве стереотипных целый ряд чувств. Это чувство удивления, отвращения, презрения, страха, вины, стыда, ненависти и подобные. Их отсутствие, конечно, не является случайным для стереотипного языкового мышления.

Отсутствие при мгновенной реакции сочетаемости П-антропонимов и глаголов-СК со значением удивления, возможно, обусловлено осмыслением человека в типичных для него условиях, а не в условиях существенного отклонения от них, которые могут вызывать это чувство.

Языковая память не хранит прочно также сочетаемость П-антропонимов и глаголов-СК, выражающих крайне отрицательные чувства, связанные с направленностью на другой объект (презирать, ненавидеть, испытывать отвращение и под.), и характеризующих человека как потенциально контактно агрессивного.

Среди мгновенно возникающих гла-голов-СК, выражающих отрицательные эмоции, отсутствуют (что важно для понимания образа человека носителями русского языка) глаголы-СК, обозначающие чувство страха: бояться, опасаться, остерегаться и т.д.

Не обнаружены сочетания П-антропо-нимов и глаголов-СК со значением вины и стыда. Это означает, что испытуемые не относят эмоции, связанные с самоконтролирующим и самоосуждающим "Я" к числу такой степени значимости, которая при мгновенной реакции обусловливает возникновение мысли о них.

Таковы предположения о причинах отсутствия некоторых не употребляемых в условиях описываемого эксперимента сочетаний П-антропонимов и глаголов-СК эмоционального действия.

Количество эмоциональных глаголов-СК, возникающих при мгновенной реакции на личные существительные-П, составляет 9,6 % от всех употребленных при них глаголов-СК. Эти глаголы-СК отражают и положительные, и отрицательные эмоции, обеспечивающие жизнедеятельность человека: "Существенную роль в формировании поведенческих актов играет биологическое качество безусловной реакции, а именно ее значение для сохранения жизни. В процессе эволюции это значение было закреплено в двух противоположных эмоциональных состояниях - положительном и отрицательном, которые у человека составляют основу его субъективных переживаний -удовольствия и неудовольствия, радости и печали" [9, с. 18]. Соотношение глаголов-СК, выражающих положительные и отрицательные эмоции*, представлено, соответственно, 44,9 % и 55,1 %, т.е. наблюдается некоторое преобладание вторых. И с точки зрения качественного разнообразия последние тоже представлены несколько шире. Качественное разнообразие глаголов-СК со значением положительного эмоционального состояния представлено девятью единицами, зафиксированными при 62 П; общее количество употреблений таких глаголов-СК составило 212 единиц: любить 14 единиц - количество разных П / 101 употребление названного глагола-СК, смеяться

*У "правополушарных" людей преобладают отрицательные эмоции, а у "левополушарных" - положительные. Люди с поражением правого полушария эмоционально благодушны, а с поражением левого - тревожны, озабочены [9, с. 204].

20 / 72, улыбаться 12 / 16, веселиться 6 / 10, радоваться* 5 / 6, (вос) торжествовать 2 / 3, ликовать 1 / 2, праздновать 1 / 1, шутить

1 / 1. Качественное разнообразие глаголов-СК со значением отрицательного - 14: плакать 13 / 191, волноваться 8 / 18, (рас) сердиться 7 / 17, обижать /обидеться 6/6, злиться

2 / 4, возмущаться 3 / 4, тосковать 2 / 2, хмуриться 3 / 4, страдать 3 / 4, грустить 2 / 2, разбушеваться 1 / 1, расстроиться 1 / 1, скучать 1 / 1, ревновать 1 / 1.

Как видно, среди ассоциируемых при личных существительных-П глаголов-СК наибольшее количество составляют:

а) из числа глаголов-СК со значением положительного эмоционального состояния - любить и смеяться: любить - 101 употребление при 14 П**: Мать любит 48; Папа любит 21; Отец любит 8; Друг любит 4; Сергей любит 3; Наташенька любит 3; Ольга любила 3; любит 2; Дочь любит 2; Бабушка любит 2; Знакомый любит 1; Дядя любит 1; Читатели любят 1; Люди любят 1; Человек любит 1 и смеяться - 72 употребления при 20 П: Ребенок смеется 18; Девочка смеется 15; Наташенька смеется 5, смеялась 1; Мать смеется 5; Ольга смеется 5, смеялась 2; Олечка смеется 3; Отец смеется 2; Дядя смеется 2; Товарищ смеется 2; Читатели смеются 2; Папа смеется 1; Друг смеется 1; Знакомый смеется 1; Сергей смеется 1; Яван смеется 1; Студенты смеются 1; Ученики смеются 1; Ученицы смеются 1; Учителя смеются 1; Человек смеется 1;

б) из числа глаголов-СК со значением отрицательного эмоционального состояния - плакать (191 употребление при 13 П): Ребенок плачет 88, плакал 2, заплакал 2, плачет 1; Девочка плачет 33, расплакалась 1, плакала 1; Дочь плачет 14, рыдает 1; Наташенька плачет 13; Олечка плачет 10, плакала 1, заплакала 1; Мать плачет 10, заплакала 1, плакала 1; Ольга плачет 4, плакала 1; Друг плачет 1; Дядя заплакал 1; Бабушка

* Интересно сопоставить: ".приветствие человека в старославянском языке было связано с пожеланием ему радости." [4, с. 324].

** Ср. противоположную оценку в художественном тексте: "Да и притом: разве любовь - естественное чувство? Разве человеку свойственно любить? Любовь -болезнь, а для болезни закон не писан. Положим, у меня сердце иногда неприятно сжималось; да ведь все во мне было перевернуто кверху дном" (И.С. Тургенев. Дневник лишнего человека (курсив мой. - С.Б.)).

плачет 1; Иван плачет 1; Петров плачет 1; Человек плачет 1*.

Судя по приведенным случаям сочетаемости, состояние/действие любви обычно связывается с ближайшими взрослыми родственниками (мать, папа); действие в виде смеха (смеяться) и плача (плакать) преобладающе фиксируется при обозначении человека с семой "невзрослости" (ребенок, девочка). Названные лица являются локализацией концентрации указанных эмоциональных действий. Часть остальных эмоциональных действий лишена концентрации: они распределяются между целыми рядами П относительно равномерно при низком уровне повторяемости, что свидетельствует об определенной регулярности ассоциирования, хотя и при незначительном количестве.

Так, из числа положительных эмоциональных действий к указанным относятся: 1) улыбаться - частотность употреблений 3 и 1: Знакомый улыбается 3; Человек улыбнулся 1; Гагарин улыбнулся 1; Наташенька улыбается 1; Олечка улыбается 1, улыбнулась 1; Люди улыбаются 1; Мать улыбается 1; Бабушка улыбается 1; Дочь улыбается 1; Папа улыбается 1 и др.; 2) веселиться - частотность 3, 2 и 1: Народ веселится 2, веселился 1; Люди веселятся 2; Отец веселится 1; Дядя повеселел 1, веселится 1 и др.; 3) радоваться [10] - частотность 2 и 1: Люди радуются 2; Человек радуется 1; Мать радуется 1; Народ радуется 1; Группа радуется 1; 4) (вос) торжествовать - частотность 2 и 1: Народ торжествует 2; Люди восторжествовали 1;

5) ликовать - частотность 2: Народ ликует 2;

6) шутить - частотность 1: Иван шутил 1.

Из числа отрицательных эмоциональных действий к ним относятся: 1) волноваться - частотность 8, 4 и 1: Народ волнуется 8; Мать волнуется 4; Отец волнуется 1; Дядя волнуется 1; Папа волнуется 1; Сергей волновался 1; Люди волновались 1; Человек волнуется 1; 2) (рас)сердиться - частотность 8, 2 и 1: Начальник сердится 8; Отец сердится 2; Дядя сердится 2; Сергей сердится 2; Знакомый сердится 1; Мастер сердится 1; Ольга рассердилась 1; 3) обижать

* Не зафиксирован глагол-СК плакаться, обозначающий действие, цель которого - вызвать жалость к себе [1, с. 63]. "В случае плакаться, ныть, хныкать, скулить жалоба считается необоснованной или преувеличенной, а сам субъект представлен как нестойкий и чересчур жалеющий себя" [1, с. 64].

(обидеться) - частотность 1: Мать обижается 1; Учителя обижались 1; Петров обиделся 1; Ольга обиделась 1; Друг обиделся 1; Знакомый обиделся 1; 4) злиться - частотность 3 и 1: Начальник злится 3; Папа злится 1; 5) возмущаться - частотность 2 и 1: Народ возмущается 2; Отец возмущается 1; Начальник возмущается 1; 6) тосковать -частотность 1: Мать тоскует 1; Друг тоскует 1; 7) (на)хмуриться - частотность 2 и 1: Отец хмурится 2; Папа нахмурился 1; Иван нахмурился 1; 8) страдать - частотность 2 и 1: Люди страдают 2; Петров страдает 1; Народ страдает 1; 9) грустить - частотность 1: Иван грустил 1; Дочь грустит 1; 10) разбушеваться, расстроиться, скучать, ревновать - по 1 употреблению: Начальник разбушевался 1; Отец расстроился 1; Мать скучает 1; Иван ревнует 1.

Итак, П-антропонимы мотивируют сочетаемость с ними глаголов-СК, обозначающих как положительные, так и отрицательные эмоции*, при некотором преобладании последних.

Как видно, большинство глаголов-СК обозначают положительные и отрицательные чувства средней интенсивности. Глаголы же СК предельной интенсивности единичны, например: (вос)торжествовать 2, ликовать; разбушеваться 1. Следовательно, важными для сохранения в памяти оказываются прежде всего типичные по интенсивности чувства, а не отклоняющиеся от нормы.

Среди глаголов-СК "отрицательной семантики" вершинным является плакать, составляющий 74,6 % от глаголов-СК данной группы. Однако преобладание плакать - это отнюдь не отражение национальной духовной установки, потому что данный глагол-СК при мгновенной реакции употребляется преимущественно при существительных-П со значением "невзрослости", т.е. объединяемых родовым словом дети. О.А. Казакеевич, исследуя фольклор северных селькупов, отмечает плач "как постоянный атрибут маленького, как правило, грудного ребенка" [11]. Иное дело - чувства средневекового человека: «... старославянский язык репрезентует особый вид культуры -

* Ф.М. Достоевский "показал, что расширение внутреннего пространства может повлечь за собой совмещение противоположных качеств и состояний -эстетических, эмоциональных, идейных и эстетических. Все эти свойства, качества, взгляды и эмоции, соприсутствуя во внешнем пространстве человека, вносят в него хаос" [2, с. 384].

"культуры плачущей" (на что указывают не только многочисленные глаголы со значением плакать, рыдать..., среди которых существует даже глагол любоплакати "любить плакать".» [4, с. 324]. Более того - для средневековой культуры характерен культ страданий, отразившийся и в языке: "Яркое своеобразие средневековой ментальности проявляется. в лексике, связанной с чувствами человека; имена и особенно глаголы говорят нам прежде всего о страданиях и мучениях человека. Имен, обозначающих противоположное состояние духа человека, сравнительно немного, в основном это глаголы, которые почти в три раза уступают глаголам со значением страдать, печалиться и мучиться." [4, с. 323 (курсив мой. - С.Б.)]. Объясняется это тем, что "через страдания человек стремится уподобиться Богу, более того, даже надежды на будущее человек связывал со страданиями, претерпев которые, он надеялся на спасение." [4, с. 324].

В языковом сознании участвовавших в эксперименте информантов, носителей современного русского языка, отсутствует указанный духовный культ. Поэтому при мгновенно возникающей сочетаемости с П-антропонимами глаголов-СК практически не наблюдаются глаголы-СК, передающие страдания и мучения человека (страдать 4 употребления при 3 П; вообще отсутствуют горевать, тужить, печалиться, мучиться, скорбеть и под.). Единично фиксируются относительно "легкие" душевные страдания: тосковать 2 употребления; грустить 2; расстроиться 1, скучать 1.

Глаголы-СК, передающие значение положительных эмоций, по всей видимости, тоже не носят религиозного основания. Этим они отличаются от положительных эмоций средневекового человека: "... радость и веселье в сознании средневекового человека преломлялись также через отношение к Богу" [4, с. 324].

Таким образом, справедлив вывод Н.А. Красовского о том, что определяющие чувства императивы культуры оказывают влияние на качественно-количественную сторону стереотипных сочетаний П-антропонимов и глаголов-СК эмоционального действия, возникающих при мгновенной реакции, на динамику чувств [12].

А. Блок, размышляя об эмоциональной стороне души, написал: «А какие "настроения близки современной душе?" Разным душам разные.» [13]. Однако при мгновенной реакции индивидуальные различия эмоций, как показали данные эксперимента, более-менее

стираются. На первый план выходят общие национальные чувства. В пределах описываемого эксперимента это выражается, прежде всего, глаголами-СК любить и плакать. К сказанному надо добавить, что приписываемые человеку при мгновенной реакции чувства обычно не детализируются. Поэтому при П-антропонимах используются преимущественно непроизводные глаголы-СК эмоционального действия (исключения единичны: рассердиться, заплакать и др.).

ЛИТЕРАТУРА

1. Апресян Ю.Д. Образ человека по данным языка: попытка системного описания // Вопросы языкознания, 1995. № 1. С. 37-67.

2. Арутюнова Н.Д. Два эскиза к "геометрии" Достоевского // Логический анализ языка. Языки пространств. М.: Языки русской культуры, 2000. 448 с. С. 384.

3 Богуславский В.М. Человек в зеркале русской культуры, литературы и языка. М.: Космополис, 1994. 237 с.

4. Вендина Т.И. Средневековый человек в зеркале старославянского языка. М.: Индрик, 2002. 336 с. С. 323, 324.

5. Зализняк А.А., Левонтина И.Б., Шмелев А.Д. Ключевые идеи русской языковой картины мира. М.: Языки славянской культуры, 2005. 544 с. С. 205-303.

6. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М.: Советская энциклопедия, 1966. 607 с. С. 50.

7. Всеволодова М.В. Теория функционально-коммуникативного синтаксиса: Фрагмент прикладной (педагогической) модели языка. М.: МГУ, 2000. 502 с. С. 48.

8. Лекант П.А. Грамматические категории слова и предложения. М.: МГОУ, 2007. 215 с. С. 203.

9. Смирнов В.М., Будылина С.М. Физиология сенсорных систем и высшая нервная деятельность. М.: Академия, 2003. 304 с. С. 199.

10. Рябкова А.В. Лексико-семантическая таксономия фреймов радость - печаль: На материале русского и немецкого языков: Дис. . канд. филол. наук. Тюмень, 2002. 187 с.

11. Казакеевич О.А. Между гневом и страхом (Человек и его эмоции в фольклоре северных селькупов) // Логический анализ языка: Образ человека в культуре и языке. М.: Индрик, 1999. 422 с. С. 277.

12. Красавский Н.А. Динамика эмоциональных концептов в немецкой и русской лингвокультурах: Дис. . д-ра филол. наук. Волгоград, 2001. 507 с.

13. Блок А. А.А. Измайлову. 28 января 1916 года // А. Блок. Собр. соч.: В 6 т. Т. 6. Л: Худож. лит-ра, 1983. 424 с. С. 260.

10 марта 2009 г.