Роль семного анализа в переводческой интерпретации текста

ББК 81.1

YAK 81 '371

Ж.Д. ТОМИНА

ZH.D. TOMINA

РОЛЬ СЕМНОГО АНАЛИЗА В ПЕРЕВОДЧЕСКОЙ ИНТЕРПРЕТАУИИ ТЕКСТА

SEME ANALYSIS AND THE ROLE IT PLAYS IN TRANSLATION ANALYSIS OF A TEXT

Автор статьи утверждает, что семный анализ, формально проявляющийся в выборе переводческих соответствий, проходит через все компоненты переводческой интерпретации текста, обеспечивая их взаимосвязь и взаимодействие.

The author of the article maintains that seme analysis, which is formally manifested in the choice of translation correspondences, runs through all the components of translation analysis, promoting their interdependence and interaction.

Ключевые слова: сема, семный анализ, переводческий анализ.

Key words: seme, seme analysis, translation analysis.

Задача статьи - доказать, что переводческий анализ текста носит голо-графический характер и минимальной ядерной единицей этого анализа служит сема.

Переводческий анализ разбивается на три взаимосвязанных этапа:

1) предпереводческий анализ;

2) анализ в процессе перевода;

3) постпереводческий анализ [6, с. 129].

Основополагающим, подготавливающим реализацию последующих

двух этапов является предпереводческий анализ, ведь именно он обеспечивает создание на языке перевода текста, коммуникативно равноценного тексту оригинала [1, с. 109].

Все элементы предпереводческого анализа тесно взаимосвязаны и пронизаны семным анализом, что помогает преодолевать многообразные переводческие трудности. Так, установление формы выражения мысли (описание, повествование, объяснение, полемика, комментирование, побуждение, выяснение, рассуждение [3, с. 6]) и формы речевого общения (монолог, диалог [4, с. 60]), анализ стилевых сем функционально-закреплённых и общеупотребительных слов позволяют выявлять функциональный стиль текста (разговорно-обиходный, научный, официально-деловой, газетно-публицистический, художественный [4, с. 86]).

Проиллюстрируем это на примере предложения Спорные разговоры характеризуются высокой степенью имплицитности, что позволяет констатировать наличие у коммуникантов установок на криптолалическую коммуникацию (Мамаев Н.Ю. «К вопросу построения инвариантной контекстуальной структуры для проведения лингвосемантического анализа спорных разговоров»). Анализ функционально-закреплённых слов, маркированных семами «научный стиль» (имплицитность, констатировать, коммуникант, криптолалический, коммуникация), показывает, что данное высказывание принадлежит к научному стилю. Задача переводчика - сохранить научный стиль изложения, используя слова языка перевода с соответствующими стилевыми семами, или же, если получатели перевода заведомо не владеют темой коммуникации, развить категориально-лексические семы функционально-закреплённых слов за счёт их повторения в словах нейтрального стиля.

Характеристика коммуникативной ситуации, установление мотива отправителя информации, семный анализ прямых и косвенных речевых актов, учитывающий семы, наведённые контекстом коммуникативной ситуации, помогают переводчику выявлять логику построения текста. Для этого необходимо двигаться от внешних формальных признаков (деления предложений на синтагмы) к внутренним смысловым (основной мысли текста). Переводчику в каждом предложении необходимо выделять смысловые группы (синтагмы). Кодировка информации при помощи эквивалентных замен [2, с. 37] не только помогает устанавливать границы групп, но и позволяет определять семантическую и прагматическую нагрузку каждой синтагмы, что способствует выявлению единиц перевода, анализу которых посвящён этап интерпретации текста в процессе перевода.

Поясним процесс выделения синтагм на примере предложения Спорные разговоры || характеризуются высокой степенью имплицитности, || что позволяет констатировать || наличие у коммуникантов установок на криптолалическую коммуникацию. Глагол характеризоваться не несёт самостоятельной семантической нагрузки и не может выделяться в отдельную синтагму. Он связан со сложным дополнением высокая степень имплицитности. Смысловым ядром словосочетания является категориально-лексическая сема существительного имплицитность «то, что не может быть обнаружено при поверхностном наблюдении» [9], а слова высокая степень дополняют это ядро семой «высокая степень признака». Словосочетание что позволяет констатировать семантически связывает между собой первую и вторую части предложения и может быть заменено на эквивалентное следовательно. Поэтому его целесообразно выделить в отдельную синтагму. В словосочетании наличие у коммуникантов установок на криптолалическую коммуникацию существительное наличие является семантически «пустым». Существительное установка несёт категориально-лексическую сему «целевая направленность» [9]. Существительное коммуникант характеризуется категориально-лексической семой «участник коммуникативного акта» и стилевой семой «научный стиль» [8]. Прилагательное криптолалический имеет категориально-лексическую сему «тайный» и стилевую сему «научный стиль» [10]. Категориально-лексическая сема существительного коммуникация «передача средствами языка содержания высказывания» [9] накладывается на категориально-лексическую и стилевую семы слова коммуникант.

Если деление на синтагмы было проведено верно, то даже сложное для понимания предложение обретает смысловую прозрачность: Ambiguous conversations abound in implications, which shows that communicants deliberately conceal information (перевод наш. - Ж.Т.).

Семный анализ словарных и контекстуальных значений помогает устанавливать коммуникативную значимость слов, выявлять слова, обладающие признаками, модификация которых является целью отдельного контекста. Так, в синтагме создают большие препятствия ключевым словом является глагол препятствовать. В контексте происходит слияние двух сем: грамматической семы «действие», привносимой глаголом создавать, и лексической семы «помеха, задерживающая какие-либо действия» (существительное препятствие) [8].

Семный анализ, направленный на выявление слов, обладающих наибольшей смысловой нагрузкой, позволяет отделять новую информацию от старой, выявляя тему и рему каждого предложения. Таким же образом определяется и тема-рематическая структура всего текста. В приведённом выше предложении рема представлена семой «скрытая информация», так как именно она развивается в контексте предложения (имплицитный, криптолалический), все остальные семы и слова способствуют этому развитию.

Семный анализ, обеспечивающий определение совокупностей тематически смежных слов, помогает устанавливать границы сверхфразовых единств, а также логические, хронологические и иерархические связи меж-

ду ними, что в конечном итоге приводит к выяснению основной мысли текста [1, с. 111].

Рассмотрим для примера отрывок статьи Дж. Холта «You Are What You Expect»: Are you an optimist or a pessimist (здесь и далее подчёркивание наше. - Ж.Т.)? Put so starkly, the question has a fatuous ring. Unless you are in the grip of a bipolar disorder, you are probably optimistic about some things and pessimistic about others. Optimism tends to reign when people are imagining how their own plans will turn out. Research shows that we systematically exaggerate our chances of success, believing ourselves to be more competent and more in control than we actually are. Some 80 percent of drivers, for example, think they are better at the wheel than the typical motorist and thus less likely to have an accident. We live in a Lake Woebegon of the mind, it seems, where all the children are above average. Such «optimism bias,» as psychologists have labeled it, is hardly confined to our personal lives. In fact, as Daniel Kahneman, a Nobel laureate in economics and Jonathan Renshon argue in the current issue of Foreign Policy, it may help explain why hawkishness so often prevails at the national level. Wasn't the Iraq war expected by proponents to be «fairly easy» (John McCain) or «a cakewalk» (Kenneth Adelman)? But when it comes to the still bigger picture - the fate of civilization, of the planet, of the cosmos - pessimism has historically been the rule. A sense that things are heading downhill is common to nearly every culture, as Arthur Herman observes in «The Idea of Decline in Western History.» The golden age always lies in the past, never in the future. It's not hard to find a psychological explanation for this big-picture gloominess. As we age, we become aware of our powers diminishing: we dwell on the happy episodes from our past and forget the wretched ones: moving toward the grave, we are consumed by nostalgia and foreboding. What could be more natural than to project this mixture of attitudes onto history at large?

Семный анализ позволяет установить, что текст включает в себя три сверхфразовых единства. Первые три предложения представляют собой вводную часть текста и первое сверхфразовое единство, в котором одинаково равно представлены слова с семами «положительная оценка» (optimist, optimistic) и «отрицательная оценка» (pessimist, pessimistic). Семь последующих предложений объединены семой «положительная оценка», содержащейся в словах optimism, success, competent, in control, better, Lake Woebegon, above average. Шесть последних предложений развивают тему пессимизма, поэтому в них мы находим целый ряд слов с семой «отрицательная оценка»: pessimism, downhill, decline, gloominess, diminishing, wretched, nostalgia, foreboding. Три сверхфразовых единства логически связаны между собой: два последние подтверждают мысль первого. Анализ смыслового наполнения сверхфразовых единств, а также установление характера связи между ними позволяет определить основную мысль текста: оптимизм и пессимизм тесно связаны в человеческой жизни.

Определение мотива и коммуникативной цели, установление преобладающих форм выражения мысли и форм речевого общения, выяснение функционального стиля текста, проведение семного анализа ключевых слов помогают определять индивидуальный авторский стиль и впоследствии сохранять его при переводе [1, с. 113].

Проследим это на примере семного анализа начального отрывка романа Дж. Остин «Pride and Prejudice»: IT is a truth universally acknowledged, that a single man in possession of a good fortune must be in want of a wife. However little known the feelings or views of such a man may be on his first entering a neighborhood, this truth is so well fixed in the minds of the surrounding families, that he is considered as the rightful property of some one or other of their daughters. Так, использование слов want «a lack or deficiency of something», rightful «having a legitimate right to property, position, or status» и property «a thing or things belonging to someone» [11] в описании ожиданий, которые жители местечка питают в отношении вновь прибывшего соседа, создаёт ироничный настрой, что является характерной чертой стиля Дж. Остин.

Установление индивидуального авторского стиля, анализ денотативных и коннотативных сем помогают выявлять стилистические приёмы, выяснять их коммуникативную значимость и выбирать переводческие стратегии, позволяющие либо сохранить приём, либо компенсировать производимый им коммуникативный эффект при помощи иных языковых, в том числе и стилистических средств.

Рассмотрим пример из повести А. Кристи «The Mysterious Affair at Styles»: And, then, there was that rather over-vehement hatred of hers! Сем-ный анализ позволяет подобрать наиболее точный эпитет. Прилагательное vehement в отличии от синонимичных passionate и intense характеризуется эмоционально-оценочной семой «отрицательная оценка со стороны говорящего» [11]. Словарные соответствия сильный, неистовый, страстный не отражают в должной мере семантики слова. В качестве варианта можно предложить модуляцию: неудержимая ненависть.

Как видно из примеров, предпереводческая интерпретация текста тесно связана с анализом в процессе перевода, цель которого - установление предметно-логических и прагматических признаков отдельных слов и словосочетаний.

Так, семный анализ, проводимый на уровне слова, позволяет оценивать семантическую и прагматическую значимость высказывания и текста как коммуникативного единства, помогает, учитывая потребности получателей, адаптировать текст таким образом, чтобы сохранить целостность и адекватность восприятия, даёт возможность подбирать эффективные и экономичные переводческие стратегии, способствующие достижению эквивалентности и адекватности на уровне слова, высказывания и текста.

На этапе постпереводческой интерпретации текста происходит редактирование готового перевода, установление равноценности производимого текстом коммуникативного эффекта, определение равноценности восприятия информации, выяснение коммуникативной равноценности переводческих решений [5, с. 209]. Поэтому на этапе постпереводческого редактирования повторяются все или некоторые (в зависимости от преследуемой цели) шаги предпереводческого анализа.

Использование семного анализа для оценки адекватности исходного и переводного текстов позволяет преодолеть случайность и субъективизм со стороны переводчика, проверить правильность перевода, избежать неточного перекодирования исходного текста. Сравним отрывок из романа Р. Стивенсона «Treasure Island» с переводом на русский язык: This was certainly the end for both of us, I thought. How I cursed the cowardice of the neighbours; how I blamed my poor mother for her honesty and her greed, for her past fool-hardiness and present weakness! - Это было самое худшее, что только могло с нами случиться. Как я проклинал трусость соседей, как осуждал мать за её честность, за её прошлую безумную смелость и теперешнюю слабость! (перевод О. Григорьевой). Задача постпереводческого анализа - выяснить, передана ли семантика и прагматика ключевых слов, сохранены ли индивидуальные черты речи героя (в данном случае мы анализируем речь рассказчика-повествователя). В представленном отрывке оригинала рассказчик отстраняется от повествования, описывает своё состояние словно со стороны: I thought. В переводе эта граница стирается: вводные слова заменяются несобственной прямой речью. Семантический состав первого предложения меняется, но прагматика воссоздается адекватно. Сема «что-то неприятное» передаётся в английской фразе наречием certainly, определённым артиклем и существительным end. В русском варианте переводчик достигает того же прагматического эффекта, используя превосходную степень прилагательного самое худшее. Анализируя второе предложение, необходимо сравнить семное наполнение английских и русских аналогов. Так, cowardice характеризуется следующими семами: «чувство», «отсутствие смелости», «граничит с предательством», «вызывает презрение» [11]. В качестве

вариантов перевода словарь предлагает малодушие, робость, трусость [7]. Слово робость не подходит, так как содержит сему «нерешительность» [9], которой нет в оригинале. Малодушие определяется семами «чувство», «недостаток смелости», «вызывает осуждение» [9]. Трусость характеризуется семами «чувство», «недостаток смелости», «непреодолимое», «вызывает осуждение» [9]. Эти слова не соответствуют точно английскому cowardice. Однако более близким к нему по семному составу оказывается русское трусость. Слово greed («стремление удовлетворить ненасытные желания» [11]) опускается переводчиком и не компенсируется. Рассказчик из оригинала, отстра-нённо вспоминающий события прошлого, в переводе погружается в происходящее, лишается возможности трезво смотреть на вещи. Foolhardiness передаётся посредством неточного соответствия безумная смелость (в русском варианте появляется сема «храбрость», которой нет в оригинале). Отчасти смысл восстанавливается за счёт использования прилагательного безумный. Тем не менее, более адекватным вариантом было бы слово безрассудство. Данные несовпадения объясняются, вероятно, личными предпочтениями переводчика. Общий смысл текста передаётся, но отдельные значимые детали опускаются или трактуются иначе.

Обобщая вышесказанное, можно сказать, что формальное проявление семный анализ находит в выборе переводческих соответствий, а фактически проходит через все компоненты переводческой интерпретации текста, являясь элементом, который обеспечивает голографичность предпереводческого анализа, анализа в процессе перевода и постпереводческого анализа. Таким образом, истинную причину переводческих ошибок, возможно, следует искать не в неумении определять функциональный стиль текста, делить предложения на синтагмы или находить ключевые слова, а в неспособности экономично и эффективно осуществлять семный анализ. Поэтому мы полагаем, что именно его следует рассматривать как центральный стержень, вокруг которого формируется переводческая компетенция.

Литература

1. Андреева, О.В. Основные компоненты содержания обучения предпере-водческому анализу профессионально-ориентированных текстов [Текст] / О.В. Андреева, Н.А. Качалов // Вестник ТГПУ. - 2007. - № 1 (64). - С. 108-113.

2. Жинкин, Н.И. Механизмы речи [Текст] / Н.И. Жинкин. - М. : Изд-во Академии педагогических наук, 1958. - 378 с.

3. Колкер, Я.М. Как сделать высказывание точным и выразительным. Теория и практика обучения говорению на иностранном языке [Текст] / Я.М. Колкер, Е.С. Устинова. - М. : Научная книга, 2009. - 352 с.

4. Солганик, Г.Я. Стилистика текста [Текст] : учебное пособие / Г.Я. Солга-ник. - М. : Флинта, 1997. - 256 с.

5. Шутова, Н.М. Перевод и лингвистика текста [Текст] / Н.М. Шутова // Вестник Удмуртского университета. История и филология. - 2009. - Вып. 1. -С. 203-210.

6. Mendoza, I. Proposal for the Analysis of the Source Text in the Comprehension Phase of the Translation Process: Contextualization, and Analysis of Extra-Linguistic and Intra-Linguistic Aspects [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://www.redit.uma.es/doc/misc_Mendoza_redit2.pdf.

7. Большой англо-русский словарь [Текст] / отв. за вып. В.Н. Волкова. - М. : Аст, Харвест, 2005. - 1168 с.

8. Большой современный толковый словарь русского языка [Текст] / под ред. Т.Ф. Ефремовой. - М. : Аст, Астрель, Харвест, 2006. - 1168 с.

9. Большой толковый словарь русского языка [Текст] / под ред. С.А. Кузнецова. - СПб. : Норинт, 2000. - 1536 с.

10. Словарь лингвистических терминов [Текст] / под ред. О.С. Ахмановой. -М. : Советская энциклопедия, 1966. - 608 с.

11. Oxford Advanced Learner's Dictionary of Current English [Text] / chief editor Wehmeier S. - Oxford : Oxford University Press, 2005. - 1899 p.