О равенстве перед законом и судом как конституционном принципе правосудия

Романенко Наталья Валерьевна

аспирант кафедры судебной деятельности Уральской государственной юридической академии

О равенстве перед законом и судом как конституционном принципе правосудия

Статья посвящена исследованию принципа равенства перед законом и судом. Автор обосновывает диалектическую природу равенства, необходимость исключений из него, критически оценивает содержащиеся в законодательстве определения равенства, формулирует собственные определения равенства и неравенства перед законом и судом.

Ключевые слова: равенство, принцип правосудия, закон, суд.

N.V. Romanenko, Post-graduate of a Chair of Judicial Activity of the Urals State Law Academy; e-mail: uralinfotech@rambler.ru

Equality before the law and the court as a constitutional principle of justice

The article is devoted to the study of the principle of equality before the law and the courts. The author proves the dialectical nature of equality, the need for exceptions to it, is critical of the definition in the law of equality, formulates its own definitions of equality and inequality before the law and the courts.

Key words: equality, principle of justice, law, court.

В современном мире практически все конституции демократических государств устанавливают формальное равенство для населяющих их территории людей. Это всеобщая тенденция развития нашего общества, степень его цивилизованности, ступень, характеризующая уровень его зрелости. Универсальный «тон» формального равенства задается такими положениями международно-правовых актов, как ст. 1, ст. 7 Всеобщей декларации прав человека [1], ст. 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод [2], ст. 14, 20 Международного пакта о гражданских и политических правах [3]. Их основное содержание сводится к следующему: все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Все люди равны перед законом и имеют право, без всякого различия, на равную защиту закона. Все люди имеют право на равную защиту от какой бы то ни было дискриминации и от какого бы то ни было подстрекательства к такой дискриминации. Все лица равны перед судами и трибуналами. Поддерживает эти положения и Российская Федерация, закрепляя аналогичные нормы в ст. 3 постановления ВС РСФСР от 22 ноября 1991 г. № 1920-1 «О Декларации прав и свобод человека и гражданина» [4] и ст. 19 Конституции РФ [5], запрещая дискриминацию по какому бы то ни было основанию - физическому (пол, раса и пр.) либо социальному (принадлежность к

общественным объединениям, отношение к религии и т.п.).

Следует отметить, что равенство выступает в двух самостоятельных ипостасях, одна из которых определяет другую: как правовая категория, подразумевающая равенство прав, обязанностей и ответственности всех лиц вне зависимости от перечисленных выше обстоятельств, и как принцип правосудия, т.е. руководящая идея в деятельности судов, запрещающая им отдавать предпочтение при отправлении правосудия каким бы то ни было лицам независимо от тех же обстоятельств. Равенство как правовая категория - явление, на наш взгляд, более глубокое, основополагающее, являющееся регулятором всех общественных отношений, в том числе и связанных с отправлением правосудия, тесно связанное со справедливостью, а потому над смыслом и уяснением его содержания ученые размышляли всегда. О неиссякаемом интересе ученых к понятию равенства свидетельствуют вехи его исследования в историко-правовой мысли - от Аристотеля («равенство для равных, а неравенство для неравных... Нет большей несправедливости, чем равное обращение с неравными» [6]), Ж.-Ж. Руссо (который говорил о равенстве людей в естественном состоянии и усилении неравенства по мере появления собственности) [7], В.И. Ленина (который подразумевал под равенством в политической области

215

равноправие, а экономической - уничтожение классов: «Уничтожить классы - это значит поставить всех граждан в одинаковое отношение к средствам производства всего общества...» [8]) до современных ученых, таких как С.С. Алексеев, Е.Н. Бырдин, В.З. Джантуха-нов, В.Д. Зорькин, Г.Н. Комкова, В.В. Лапаева Г.В. Мальцев, B.C. Нерсесянц, Е.В. Тилежин-ский, В.Г. Федорова, И.М. Шапиро, Б.С. Эбзеев и др. Общая устоявшаяся картина взглядов на его современное понимание состоит в сложившемся делении равенства на два вида: формальное, т.е. юридически уравнивающее изначальное правовое положение фактически неравных субъектов, и фактическое - допускающее различное правовое регулирование в отношении разных индивидов в целях компенсации их особенностей (отдельные авторы называют их горизонтальным и вертикальным равенством [9]). То есть мы можем сделать вывод о том, что специфика равенства как правовой категории заключается в диалектической сущности его правовой природы, в реализации его в правоприменительной деятельности через противоречие, через неравенство: равенство существует лишь в рамках противоположности к неравенству, справедливость - лишь в рамках противоположности к несправедливости [10]. Присутствие исключений в праве предопределено самой сущностью права как наиболее важного регулятора общественных отношений... Говоря об исключениях как об альтернативных правилам способах руководства обществом, надо учитывать, что они не направлены против правил, а напротив, подпадают под них, соотносятся с ними как часть и целое [11]. На допустимость в принципе равенства подобного рода исключений неоднократно указывал и Конституционный Суд РФ. В частности, он отмечал, что применимость данного принципа ко всем основным правам и свободам не исключает возможности его различного проявления [12]. При равных условиях субъекты права должны находиться в равном положении; если же условия не являются равными, федеральный законодатель вправе установить для них различный правовой статус [12]. Конституционный принцип равенства гарантирует равные права и обязанности для субъектов, относящихся к одной категории, и не исключает возможность установления различных норм в отношении лиц, принадлежащих к другим категориям. Поэтому принцип равенства не может считаться нарушенным, когда различия между теми или иными категориями лиц являются достаточными для того, чтобы предусмотреть для

них различное правовое регулирование [13; 14; 15]. Конституционные принципы равенства и равноправия, а также запрет на ограничение в правах, закрепленные ст. 19 Конституции РФ, не означают, что законодатель не вправе предусматривать льготы и компенсационные выплаты для отдельных категорий граждан, нуждающихся в государственной поддержке, таких как пенсионеры, инвалиды, участники войны, либо граждан, осуществляющих те или иные публичные функции [16]. Данная статья Конституции РФ, гарантируя равенство всех перед законом и судом, не исключает возможности установления ответственности (в том числе уголовной) за некоторые деяния, которые могут совершаться только определенными категориями граждан (специальными субъектами) [17]. Равный подход к формально равным субъектам не обусловливает необходимость предоставления одинаковых гарантий лицам, относящимся к разным категориям, а равенство перед законом и судом не исключает фактических различий и необходимость их учета законодателем [18].

Однако во избежание превращения исключений из правил в его нарушения мы обязательно должны помнить об их пределах - случаях их возможности и уместности, за которыми начинается дискриминация. Этот вопрос также активно исследуется учеными. Так, В.А. Задо-рожная говорит о том, что юридическая сила нормы-исключения должна быть не ниже конституционной, сфера ее применения не должна быть слишком обширной, чтобы не превращать отступление от равенства в правило, а сама норма также не должна вступать в противоречие с системой. По мнению И.М. Шапиро, ограничения и льготы компенсационного и гарантирующего характера при условии сбалансированности нормативного закрепления подтверждают юридическое равенство и его формальный характер. Льготы стимулирующего характера и привилегии не обеспечивают юридического равенства, но и не нарушают его. Н.Н. Бабаян приводит свое определение дискриминации, под которым она понимает нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, а равно любое различие, исключение, ограничение, предпочтение или предоставление необоснованных привилегий человеку или гражданину в зависимости от его пола, расы и пр. Для уяснения критериев пределов допустимости исключений из принципа равенства мы также обратились к опыту Конституционного Суда РФ, базовые правовые позиции которого могут быть сфор-

216

мулированы следующим образом: различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям, должны быть объективно оправданными, обоснованными и соответствовать конституционно значимым целям и требованиям, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им. При этом устанавливается прямой запрет вводить ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания

Таким образом, уважая мнение всех авторов, мы можем сформулировать вывод, что правовая категория равенства имеет диалектическую природу, т.е. допускает исключения в виде установления для отдельных категорий лиц льгот, привилегий, а равно и дополнитель-

ных ограничений и запретов, что не является его нарушением, если указанные исключения обоснованны, оправданны, сбалансированы и соответствуют конституционно значимым целям и требованиям. Помимо прочего, мы можем видеть, как категория равенства, будучи отраженной в правовых нормах, из философского, теоретико-абстрактного понятия превращается в функциональное правовое явление. Более того, возведенное в ранг конституционного принципа правосудия, закрепленного как в ст. 19 Конституции РФ, так и в ряде специальных законов, оно становится активным и чрезвычайно важным регулятором общественных отношений. Однако все нормативные правовые акты содержат лишь его декларативное закрепление либо тавтологические определения, не раскрывающие его сущности. Более того, в одних нормативных правовых актах в качестве «уравнивающего» института выступают и закон, и суд (см. ст. 6 ГПК РФ, ст. 7 АПК РФ, ст. 7 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст. 6 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации»), в других - только суд (ч. 3 ст. 5 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»), в третьих - только закон (ст. 1.4 КоАП РФ, ст. 4 УК РФ и даже ст. 7 Всеобщей декларации прав человека). С учетом отмеченной значимости принципа равенства всех перед законом и судом и пробелов в его законодательном регулировании исследованию правовой его природы и регулятивной силы также посвящено немало работ ученых: Н.Н. Бабаян, З.Г. Брциевой, З.А. Дуллуева, К.В. Дядюн, В.А. Задорожной, В.Ю. Зубакина, А.Ю. Лактае-вой, Р.А. Малясова, П.С. Пастухова, А.А. Россошанского, И.С. Семеновой и др. В отдельных авторских исследованиях приводятся собственные понятия указанного принципа (Бабаян, Брциева, Дуллуев), некоторые исследователи отрицают необходимость выделения равенства перед законом и перед судом, считая, что разделение названного принципа на две части не способствует лучшему его пониманию, влечет неверное представление о его сущности и содержании (Задорожная). Мы со своей стороны выразим точку зрения, что взаимосвязь этих двух общественных институтов - закона и суда - не требует подтверждения в своей неразрывности, поскольку вся деятельность суда направлена на точное и неуклонное соблю-

217

дение закона, а сам суд является основным органом реализации закона. Конечно, законы реализует (исполняет) не только суд, но и все органы исполнительной ветви власти, однако суду в этом процессе дано право последнего, решающего слова, гарантированного ч. 2 ст. 46 Конституции РФ, вплоть до признания законов недействующими (неконституционными) и не подлежащими применению. То есть принцип равенства лиц перед законом и судом обеспечивается судом, однако при этом равенство перед законом - понятие более широкое, чем равенство перед судом, поскольку первое регулирует правовой статус лиц во всех сферах общественных отношений, второе же - лишь в сфере осуществления правосудия. Соглашаясь с мнением В.Ю. Зубакина, что равенство перед законом действует латентно, независимо от того, будет данный принцип когда-либо применен человеком или нет, тогда как равенство перед судом реализуется лишь при обращении гражданина к правосудию, т.е. данный принцип носит «явочный» характер [19], заметим, что уяснение содержания принципа равенства требуется отдельно и самостоятельно как для понятия «перед законом», так и для понятия «перед судом», поскольку понятия «закон» и «суд» достаточно конкретны и довольно далеки друг от друга. Более того, полагаем, что для формулировки этих определений следует пользоваться методом «от противного», т.е. давать определение равенства в противовес к определению неравенства, а не излюбленным как законодателем, так и некоторыми исследователями методом тавтологичного определения, при котором «равенство - это равное отношение, когда все равны».

Таким образом, определяя содержание равенства перед законом, мы должны исходить из его основных составляющих: во-первых, это установление равного правового статуса (т.е. равной совокупности прав, обязанностей и ответственности) при допустимости изъятий, но только по четко определенным, обоснованным и соответствующим конституционно значимым целям, законодательно закрепленным основаниям, которому должны соответствовать нормы как материального, так и процессуального закона. Во-вторых, поскольку отдельные элементы статуса могут быть установлены любыми нормативными правовыми актами, равенству должны корреспондировать не только законы, но и подзаконные акты - указы и распоряжения Президента РФ, постановления и распоряжения Правительства РФ, приказы федеральных

министерств, служб, агентств и пр., а также акты органов власти субъектов Федерации и акты органов местного самоуправления, т.е. ни в одном из перечисленных документов не могут содержаться дискриминационные нормы.

Таким образом, равенство перед законом лиц как принцип правосудия - это распространение используемых в правоприменительной деятельности суда норм материального и процессуального права, установленных в нормативных правовых актах различных органов государственной власти и органов местного самоуправления, на всех лиц одинаково с другими, при возможности допустимого в рамках обоснованности, соразмерности и объективной оправданности неравного положения (установления исключений в виде правовых преимуществ, сдерживаний, дополнительной ответственности и гарантий), обусловленного необходимостью выполнения социально значимой должностной функции и соблюдения баланса интересов личности, общества и государства. Следовательно, неравенство перед законом - это распространение в правоприменительной деятельности суда на каких бы то ни было лиц норм права, установленных в различных законодательных актах, неодинаково с другими лицами, при допущении для них исключений (в виде правовых преимуществ, гарантий, освобождения от ответственности), не обусловленных необходимостью выполнения ими своей социально значимой должностной функции, вопреки обоснованности, соразмерности и объективной оправданности, нарушающих тем самым баланс интересов личности, общества и государства. Это необходимость суда руководствоваться несбалансированной, необоснованной, несоразмерной нормой законодательного акта, регулирующей правоприменение в отношении указанной категории лиц, за отсутствием иного законодательного регулирования.

Далее, для уяснения содержания понятия «равенство перед судом» необходимо в первую очередь определить понятие «суд», которое в русском языке имеет следующие значения: а) государственный орган, ведающий разрешением правовых споров; б) разбирательство дел в таких органах; в) судьи, т.е. те, кто судит [20, с. 777]. Следовательно, говорить о понятии «перед судом» можно в трех значениях - организационном, процессуальном и субъектно-персональном. Под судом в организационном значении следует понимать государственный орган, принадлежащий к любому из звеньев су-

218

дебной системы, а также к любой из судебных инстанций. Под судом в процессуальном значении следует понимать осуществление правосудия в любой из форм этого осуществления посредством любого из видов судопроизводств (уголовного, гражданского, административного, арбитражного или конституционного), на любой стадии производства по делу. Под судом в субъ-ектно-персональном значении следует понимать профессиональных судей, а также заседателей, участвующих в отправлении правосудия во время исполнения ими своих обязанностей.

Главное содержание принципа равенства перед судом раскрыто в ч. 2 ст. 7 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» и заключается в установленном для него запрете отдавать предпочтение кому бы то ни было, т.е. совершать процессуальные действия одинаково внимательно и объективно в отношении всех участников: исследовать доказательства, выслушивать и удовлетворять их ходатайства и пр. Поскольку результатом процессуальной деятельности суда становится принятие решения как в устной, так и в письменной форме (например, в виде постановления, определения, приговора), то при сохранении им объективности и беспристрастности оно может быть вынесено в интересах любой из сторон, в пользу которой сформировалось внутреннее убеждение суда (судьи), основанное на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, мы можем сформулировать свое определение принципа равенства всех перед судом - это беспристрастное, объективное, без оказания предпочтения, равное отношение к участникам процесса суда любого звена судебной системы и любой инстанции, в лице любого судьи или заседателя при осуществлении ими правосудия в любой форме, в любом виде судопроизводства. Это вынесение судом решения только в зависимости от обстоятельств дела, в том числе и не в пользу указанных лиц. И, напротив, неравенство перед судом каких бы то ни было лиц - это оказание обозначенным выше судом предпочтения указанным лицам при осуществлении правосудия в указанных выше формах и видах судопроизводства. Это вынесение судом решения в интересах указанных лиц вопреки обстоятельствам дела.

Для акцентирования практического значения сделанных выводов заметим, что неравенство перед законом, т.е. диспропорциональное, несбалансированное законодательство, содержащее несбалансированное количество преимуществ, льгот или правоограничений для кого бы то ни было, а также неравенство перед законом, т.е. пристрастное, лишенное независимости отношение суда к кому бы то ни было - одна из основных причин, вызывающих проблемы в реализации принципа равенства всех перед законом и судом, одна из основных проблем современности, поставленная на второе место по значимости как угроза демократическим завоеваниям России после проблемы большого разрыва между богатством и бедностью [21, с. 10].

1. Рос. газ. 1998. 10 дек.

2. Собр. законодательства РФ. 2001. № 2. Ст. 163.

3. Ведомости Верховного Совета СССР. 1976. № 17(1831). Ст. 291.

4. Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1991. № 52. Ст. 1865.

5. Рос. газ. 1993. 25 дек.

6. Аристотель. Политика. Кн. 3. VII. 1; Кн. 3. V 8.

7. Алексеев А. С. Этюды о Жан-Жаке Руссо. М, 1887. Т. 1, 2.

8. Ленин В. И. Либеральный профессор о равенстве // Полн. собр. соч. Т. 24.

9. Винницкий Д. В. Принцип равенства и всеобщности налогообложения: проблемы реализации //Законодательство и экономика. 2003. № 4.

1. Rus. newsp. 1998. Dec. 10.

2. Coll. of legislation of the Russian Federation. 2001. № 2. Art. 163.

3. Bull. of the Supreme Soviet of the USSR. 1976. № 17(1831). Art. 291.

4. Bull. of the Congress of People's Deputies of the Russian Federation and the Supreme Soviet of the Russian Federation. 1991. № 52. Art. 1865.

5. Rus. newsp. 1993. Dec. 25.

6. Aristotel. Policy. Pr. 3. VII. 1; 114; Pr. 3. V. 8.

7. Alekseev A.S. Studies of Jean-Jacques Rousseau. Moscow, 1887. T. 1, 2.

8. Lenin V.I. The liberal professor of equality // Full. works. T. 24.

9. Vinnitsky D. The principle of equality and universality of taxation: implementation challenges // Law and economics. 2003. № 4.

10. Marx K. and Engels F. Coll. of works. 2nd ed. T. 20.

219

10. Маркс К. и Энгельс Ф. Собр. соч. 2-е изд. Т. 20.

11. Суменков С.Ю. Вопросы реализации исключений в праве // Гражданин и право. 2009. № 3.

12. Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Законодательного собрания Вологодской области о проверке конституционности отдельных положений статей 40, 98, 99 и 102 Федерального закона «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации»: определение Конституционного Суда РФ от 2 февр. 2006 г. № 17-О // Вестн. Конституционного Суда РФ. 2006. № 3.

13. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Силина Сергея Константиновича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 Правил получения отдельными категориями военнослужащих денежной компенсации вместо предметов вещевого имущества личного пользования, положенных по нормам снабжения вещевым имуществом военнослужащих в мирное время: определение Конституционного Суда РФ от 17 июля 2007 г. № 580-0-0 // Конституционное правосудие в странах СНГ и Балтии. 2007. № 24.

14. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Зайцева Ивана Николаевича на нарушение его конституционных прав частью 1 статьи 19.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях: определение Конституционного Суда РФ от 24 нояб. 2005 г. № 424-О // СПС «Гарант».

15. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Журавлева Анатолия Петровича на нарушение его конституционных прав частью шестой статьи 11 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации: определение Конституционного Суда РФ от 16 февр. 2006 г. № 52-О // СПС «ГАРАНТ».

16. Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Администрации Архангельской области о проверке конституционности статьи 32 Закона Российской Федерации «О милиции», статьи 44 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», статьи 20 Федерального закона «О статусе военнослужащих», статьи 19 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации», статьи 18 Федерального закона «Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации» и статьи 18 Закона Российской Федерации «О федеральных ор-

11. Sumenkov S.Yu. Questions of the exceptions in the law// Citizen and law. 2009. № 3.

12. The refusal to accept for consideration the request of the Legislative Assembly of the Vologda region about the constitutionality of certain provisions of articles 40, 98, 99 and 102 of the Federal law «The Charter of Railway Transport»: determination of the Constitutional Court of the Russian Federation of Febr. 2, 2006 № 17-O // Bull. of the Constitutional Court of the Russian Federation. 2006. № 3.

13. The refusal to consider an appeal of a citizen Silin Sergey Konstantinovich violation of his constitutional rights, paragraph 1, of the Rules of obtaining certain categories of military compensation in lieu of items of personal clothing and equipment, according to the norms laid supply military clothing and equipment in peacetime: determination of the Constitutional Court of the Russian Federation of July 17, 2007 № 580-0-0 // Constitutional justice in the countries of the CIS and the Baltic States. 2007. № 24.

14. The refusal to consider an appeal of a citizen Zaytsev Ivan Nikolaevich for violation of his constitutional rights of paragraph 1 of article 19.15 of the Code of Administrative Offences: determination of the Constitutional Court of the Russian Federation of Nov. 24, 2005 № 424-O // PCA «Guarantee».

15. The refusal to consider an appeal of a citizen Zhuravlev Aleksandrov a violation of his constitutional rights sixth part of article 11 of the Service in the Internal Affairs of the Russian Federation: determination of the Constitutional Court of the Russian Federation of Febr. 16, 2006 № 52-O // PCA «Guarantee».

16. The refusal to accept for consideration the request of the Administration of the Arkhangelsk region on the constitutionality of article 32 of the Law of the Russian Federation «On Police», article 44 of the Federal Law «On the Procuracy of the Russian Federation», article 20 of the Federal law «On the Status of Servicemen», article 19 of the Law of the Russian Federation «On the Status of judges in the Russian Federation», article 18 of the Federal law «On the Federal Security Service of the Russian Federation», and article 18 of the Law of the Russian Federation «On the federal tax authorities police»: determination of the Constitutional Court of the Russian Federation of Dec. 1, 1999 № 224-O //PCA «Guarantee».

17. The refusal to consider an appeal of a citizen Martynov Vladimir Andreevich a violation of his constitutional rights by note 1 to article 285 of the Criminal code of the Russian Federation: determination of the Constitutional Court of the

220

ганах налоговой полиции»: определение Конституционного Суда РФ от 1 дек. 1999 г. № 224-О // СПС «ГАРАНТ».

17. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мартынова Владимира Андреевича на нарушение его конституционных прав примечанием 1 к статье 285 Уголовного кодекса Российской Федерации: определение Конституционного Суда РФ от 24 апр. 2002 г. № 118-О // СПС «ГАРАНТ».

18. По делу о проверке конституционности абзаца первого пункта 4 статьи 64 Закона Ленинградской области «О выборах депутатов представительных органов местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления в Ленинградской области» в связи с жалобой граждан В. И. Гнездилова и С. В. Пашигорова»: постановление Конституционного Суда РФ от 29 нояб. 2004 г. № 17-П // Рос. газ. 2004. 7 дек.

19. Зубакин В.Ю. Конституционный принцип равенства всех перед законом в Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2006.

20. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1997.

21. Бондарь Н.С. Конституционная безопасность личности, общества, государства: постановка проблемы в свете конституционного правосудия, обеспечения социальной справедливости, равенства и прав человека // Законодательство и экономика. 2004. № 4.

Russian Federation of Apr. 24, 2002 № 118-O // PCA «Guarantee».

18. On the constitutionality of the first subparagraph of paragraph 4 of article 64 of the Law of the Leningrad Region «<On elections of deputies of representative bodies of local self-government and local government officials in Leningrad region» due with the complaint of citizens and V.I. Gnezdilova, S.V. Pashigorova: resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation of Nov. 29, 2004 № 17-P // Rus. newsp. 2004. Dec. 7.

19. Zubakin V.Yu. The constitutional principle of equality of all before the law in the Russian Federation: diss.... Master of Law. Saratov, 2006.

20. Ozhegov S.I., Shvedova N.Yu. Dictionary of Russian language. Moscow, 1997.

21. Bondar N.S. The constitutional security of the person, society, state: problem in the light of constitutional justice, social justice, equality and human rights // Law and economics. 2004. № 4.

221