Аукционисты бросились на выручку

Восьмые торги Only Watch в Женеве, которые проводил в женевском Hotel des Bergues аукционный дом Christie’s, обернулись сенсацией. Стальные часы Patek Philippe продали за 31 млн швейцарских франков. Абсолютный рекорд. Невиданное дело. Скандал.

Восьмые торги Only Watch проводил 9 ноября 2019 года в женевском Hotel des Bergues аукционный дом Christie's

Фото: Only Watch

Летом в Монако, на Yacht Show, где раз в два года стартует предаукционная выставка, ничто не предвещало грома и молнии. Мы поговорили с организатором Only Watch Люком Петтавино, с которым до этого встречались по обыкновению на салонах в Женеве и Базеле. Все казалось обычным — если, конечно, обычным можно назвать сам аукцион.

История Only Watch — это история отчаянной и обреченной родительской любви. Люк Петтавино не смог смириться с тем, что врачи неспособны поставить на ноги его сына Поля, больного миопатией, мышечной дистрофией Дюшенна. Сыну исполнилось девять лет, когда Петтавино собрал свой первый аукцион, обратившись к главам часовых марок, многих из которых он знал лично. Отец просил у них часы на продажу — не только ради Поля, но и ради всех детей, которые умирают от этой неизлечимой болезни. В мире их сейчас почти четверть миллиона.

Деньги от продажи вот уже 15 лет идут на научные разработки — ученые в Швейцарии и Америке ищут средства борьбы с миопатией, и в этом году стало известно, что они приблизились к стадии клинических испытаний. Сына спасти так и не удалось, Поль умер в 2016 году, но аукцион продолжается — уже в его память.

За это время Only Watch стал настоящей часовой институцией, переехал из Монако в Женеву и проводится в самую плодотворную часовую неделю — неделю Гран-при. И только в Женеве стало понятно, что аукцион будет особенным. Вечером 7 ноября, в День революции, жюри часового Гран-при отдало Люку Петтавино свой специальный приз, и я полчаса аплодировал стоя вместе с полным залом театра Леман.

Восьмые торги Only Watch проводил 9 ноября 2019 года в женевском Hotel des Bergues аукционный дом Christie's

Фото: Only Watch

«Наш победитель сегодня — не часовщик. И не руководитель часовой мануфактуры. Он не служит ни в группе Richemont, ни в Swatch Group, ни в LVMH, ни в Kering. Ни в Patek Philippe, ни в Rolex. Он никогда не работал ни для одной марки и не построил ни одни часы, но в нашем мире конкуренции, зависти, разобщенности он сумел всех объединить,— сказал, вручая приз, председатель жюри знаменитый аукционист Орель Бакс.— Когда он приглашает, все СЕО, все конструкторы часов объединяются во славу искусства. Это подвиг. Он никогда не выходит вперед, но его проект всегда в центре внимания. Его произведение не принадлежит никому, никакой марке, но всему человечеству. Он уже собрал 40 млн франков, и все они были направлены на медицинские исследования, потому что он ничего не берет за свою работу. Послезавтра мы все отпразднуем восьмой Only Watch. Это самый прекрасный благотворительный аукцион в мире. И я призываю вас участвовать в нем всем вашим сердцем, вашей любовью к часовому искусству и, конечно же, вашим кошельком!»

Призыв был услышан. Зал Hotel des Bergues был забит под завязку, как говорят в театре, «висели на люстрах». Накануне на Гран-при пришли все часовщики. Здесь были все — и даже больше. К примеру, глава Patek Philippe Тьерри Стерн, который ни разу не почтил своим присутствием церемонию вручения премии, аккуратно появляется на Only Watch, будучи непременным участником и самым щедрым дарителем. Вот и на сей раз он пришел посмотреть, как продадутся часы Grandmaster Chime, которые он пожертвовал на аукцион. Их оценивали предварительно в 2,5 млн швейцарских франков, но безумные оптимисты предрекали, что цена может подняться аж до 10 млн.

«Десятка» была бы рекордной ценой, но дальше произошло невиданное. Стартовав сразу с 5 млн, часы очень быстро преодолели барьер в 15 млн. После 17 млн они росли в цене с шагом в 500 тыс., а после 23 млн уверенно скакали по миллиону с каждой новой ставкой. В итоге после жаркого спора часы были куплены за 31 млн. Рекорд на часы Patek Philippe, на наручные часы, да и вообще на любые часы, когда-либо проданные и купленные на нашей планете.

Лот 28 — Patek Philippe Grandmaster Chime. Эстимейт: CHF 2,5–3 млн. Продажа: CHF 31 млн

Фото: Patek Philippe

У меня было ощущение, что продажа, завершившаяся овацией, повергла всех в ступор. Таких цен не бывало. И, скорее всего, больше не будет. У Patek Philippe репутация создателей самых дорогих и желанных моделей, они обладатели всех на свете аукционных рекордов. Но и семье Стерн такая гора денег не снилась даже за самые сложные в их истории наручные часы. В конце концов, Grandmaster Chime выпускаются с 2014 года, когда их созданием марка отпраздновала свое 175-летие, и за пять прошедших лет таких безумств вокруг этих часов не было. То, что данная модель единственная выпущена в стали, придает ей коллекционную ценность, но не на тридцать же миллионов франков! Остается признать, что мы были свидетелями аттракциона неслыханной щедрости, в котором часы, даже самые замечательные, были лишь почетной грамотой за пожертвование.

Поскольку в первенстве Patek Philippe никто не сомневался, хотя никто и не осмеливался предположить, до каких вершин дойдет это первенство, ставки делались на второе и третье место. За него обычно соперничают Ришар Милль и Франсуа-Поль Журн. Часы Журна, тоже присутствовавшего в зале Hotel des Bergues, вроде бы не обманули ожиданий. Вместо нижней границы эстимейта в 300 тыс. франков первая ставка за F.P. Journe Astronomic Blue сразу оказалась рекордной — 1,5 млн. Это не обескуражило зал, и торг продолжился с шагом 100 тыс. Можно было бы ожидать второй сенсации, но на 1,8 млн аукционист неожиданно свернул торг и простучал продажу. Франсуа Поль Журн был, мало сказать, удивлен — когда мы встретились с ним на следующий день, он горько сетовал: рядом с ним в зале сидел человек, готовый бороться и дальше и ассигновавший на это 2,2 млн, но так и не успевший вставить свое веское слово.

Лот 11 — F.P. Journe Astronomic Blue. Эстимейт: CHF 300–600 тыс. Продажа: CHF 1,8 млн

Фото: F.P. Journe

Ришар Милль, специалист по сверхдорогим и сверхмодным часам, на сей раз собрал только 320 тыс. при старте в 220–250 тыс. за свой RМ 11-03 Automatic Flyback Chronograph McLaren. А вот турбийон-скелетон Audemars Piguet Code 11.59 Tourbillon Openworked Only Watch Edition, появившись на аукционе за 190 тыс., вырос до миллиона, став третьим по стоимости лотом на аукционе. Может быть, сыграла роль только что полученная маркой на Гран-при «Золотая стрелка» за модель той же линии Code 11.59. А может быть, покупатель рассудил, что эти часы редки, особенно в великих усложнениях, и сохраняют репутацию экспериментальной модели. Кто знает, как повернется их судьба и не окажется ли купленный экземпляр еще более редким, чем предполагается.

1 / 2

Кроме абсолютных рекордов аукциона были и личные рекорды, поставленные марками, часы которых продавались значительно дороже стартовой цены. Например, продолжилась история триумфов часов Tudor, обычно стартующих с уровня ниже 5 тыс. франков и уже не первый раз достигающих сотен тысяч. В этом году Tudor Black Bay Ceramic One были предварительно оценены в 4,5 тыс., а проданы аж за 350 тыс. Знатоки разводят руками и говорят о таинственном клубе коллекционеров, решивших собрать все до одного Tudor с Only Watch.

Лот 44 — Tudor Black Bay Ceramic One. Эстимейт: CHF 4,5–5,5 тыс. Продажа: CHF 350 тыс.

Фото: Tudor

Нечто похожее произошло и с молодой маркой Akrivia, создатель которой албанец Реджеп Реджепи, сын иммигранта из Косово, считается надеждой швейцарского часпрома. Симпатия к нему и к его работе выразилась в серьезной сумме в 360 тыс. за Akrivia Chronometre Contemporain, первоначально оцененные в 40 тыс. Как всегда, с интересом встретили работу Максимилиана Бюссера, который вместе с производителем настольных часов L’Ерее выставил за 20 тыс. Tom & T-Rex, похожие на военную машину из «Звездных войн», и продал их за 85 тыс. Сотрудничество двух молодых, но уже очень известных марок De Bethune и Urwerk также было хорошо оценено залом. Их совместный Moon Satellite For Only Watch более чем вдвое превысил оценку, получив в итоге 300 тыс.

1 / 2

Я был рад успеху Константина Чайкина, «Джокер» которого продолжает быть козырем российских часов. «В этом году,— сказал мне Чайкин,— я решил сделать первые в мире часы-автопортрет. Они на меня похожи. Этими часами я отдаю дань всему часовому сообществу, на циферблате изображен мастер с лупой. Он иногда засыпает или просыпается — в зависимости от положения шторки на циферблате. Корпус сделан из булата, такого же сложного материала, как труд часовщика». Чайкин сказал, что после успеха «Джокера» на прошлых Only Watch аукционисты предлагали стартовать сразу с достигнутых 40 тыс., но он проявил партийную скромность и начал с 18 тыс. И не прогадал, потому что схватка за Konstantin Chaykin Joker Selfie закончилась на высокой отметке в 70 тыс.

1 / 4

Удачно выступили модные марки. И Chanel, и Hermes, только что премированные на женевском Гран-при, доказали свою состоятельность и на аукционе. Парный черно-белый комплект Inseparable Chanel J12 For Only Watch, стартовав с 20 тыс., взял 130 тыс., а прекрасный «лунник» Hermes Arceau l’heure de da lune Only Watch c 35 тыс. дошел до 210 тыс. За часы Louis Vuitton Escale Spin Time с расписанным мастером-эмальером Анитой Порше циферблатом присутствовавший в зале создатель славы Hublot Жан-Клод Бивер отдал 280 тыс.— при старте в 80 тыс.

Аплодисментами встретили продажу Breguet Type 20 Only Watch, модели, ушедшей за 210 тыс. с достойным превышением нижней границы эстимейта, составлявшей 35 тыс. Это было и признанием качеств самих часов, и данью уважения к владельцам Breguet семье Хайек, которая одной из первых поддержала когда-то отчаянную инициативу Люка Петтавино. В 240 тыс. были оценены Hublot Classic Fusion Tourbillon Sapphire Orlinski, в 280 тыс.— Bovet Recital 23, в 150 тыс.— Ferdinand Berthoud Chronomеtre, не так давно созданная, но уже сорвавшая все лавры марка Карла-Фридриха Шойфеле.

1 / 6

Продажи шли два часа, и с 1-го до 50-го лота напряжение в зале сохранялось. Не стоит думать, что все часы только и делали, что поднимались в цене. Несколько моделей так и не смогли взлететь, продавшись ниже эстимейта,— в их числе были Ateliers De Monaco, Arnold & Son и De Witt, но и они не ушли бесплатно, пополнив общий фонд аукциона. Он оказался равен сумме всех прошлых сборов за 15 лет существования Оnly Watch. Итог нынешних торгов составил 38,593 млн швейцарских франков. Или 2,485 млрд руб. Наша валюта тоже высвечивалась на табло. Для полноты ощущений, наверное.