Детерминанты преступности мигрантов

УДК 343.9

ДЕТЕРМИНАНТЫ ПРЕСТУПНОСТИ МИГРАНТОВ

THE DETERMINANTS OF CRIME OF MIGRANTS С. А. БУЧАКОВ

В статье исследуется комплекс детерминантов преступности мигрантов. Ключевые слова: миграция, мигрант, преступность, миграционная преступность.

This article explores the complex determinants of migrants crime.

Key words: migration, migrant, crime, crime of the migrants.

Факторы, порождающие преступность в обществе, детерминируют и преступность мигрантов. Механизм же их действия в отношении рассматриваемой группы специфичен в силу психологических особенностей, своеобразия социального статуса, их адаптационным способностям обустройства в новых условиях.

Изучение природы, видов, причин, совершённых правонарушений, тенденций социальных отклонений имеет как научное, так и практическое значение. Оно служит основой для совершенствования юридических норм, практики их применения для дальнейшего укрепления системы контроля над мигрантами, более последовательной реализации мер культурного и правового воспитания, социальной профилактики и ответственности [1].

Правильное объяснение и выяснение истоков антиобщественного поведения мигрантов наиболее полно достигается на основе не только учёта характера совершённого преступления, но и анализа образа жизни мигрантов в целом. Это позволяет выявлять деформацию тех или иных сфер образа жизни, определять характер негативных влияний на мигрантов, «прицельно» осуществлять профилактику на различных стадиях отклоняющегося поведения. Кроме того, знание жизни преступника-мигранта позволяет обнаружить

© Бучаков С. А., 2012

различные противоречия, конфликтные ситуации, которые не всегда просматриваются при анализе непосредственной ситуации совершения преступления. Поэтому непосредственные причины преступного поведения нужно искать в первую очередь в образе жизни преступника-мигранта.

Различные виды закономерной зависимости между явлениями охватываются понятием «детерминация». Будучи разновидностью закономерной связи, причинность обладает такими чертами, как всеобщность, необратимость, пространственная и временная непрерывность, а по своей природе носит генетический характер [2].

Отечественные криминологи классифицировали причины преступности на: а) причины преступности как социального явления в целом; б) причины отдельных видов преступности; в) причины конкретного преступления; г) условия, способствующие совершению преступлений.

В. Н. Кудрявцев указывал, что анализ множественности причин преступности требует их рассмотрение на разных уровнях. Низший уровень, по мнению учёного, - психологический, заключается в изучение психологических причин совершения преступлений конкретными людьми. Как правило, причиной выступает недостаточная социализация, т. е. непонимание норм социальной

жизни, слабая адаптированность к окружающим условиям. Второй уровень изучения причин - социологический, на котором рассматриваются пороки самого общества, которые вызывают преступность. Ещё более высокий уровень - глобальный. Здесь рассматриваются причины негативных явлений в современном мире в целом [3].

Как видим, социальные отношения являются многообразными и разноуровневыми, при этом те из них, в которых личность чувствует себя неравной с другими, ущемленной, всегда чреваты протестующим поведением, а в крайнем своём выражении - преступным.

По мнению А. И. Долговой, «не существует какой-то общей, основной, главной причины, которая исчерпывающе объясняет происхождение преступности в конкретных условиях во всём её разнообразии» [4]. Л. И. Спиридонов обращает особое внимание на рассогласование социальных позиций, статусов людей даже в демократическом обществе, при котором «иллюзорное политическое полноправие лишь прикрывает действительную экономическую беззащитность» [5]. Это обусловливает социальную и психологическую неустойчивость многих индивидов, социальных групп, порождает отрицательное отношение к общественной системе и охраняющему её праву, негативизм по отношению к юридическим запретам.

«Основными причинами преступности во многих странах, - говорилось в докладе VI Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, - являются социальное неравенство, расовая и национальная дискриминация, низкий уровень жизни, безработица и неграмотность значительных слоев населения» [6]. Например, миграция населения может рассматриваться как полезный процесс с демографической точки зрения. Но если для него не подготовлены условия, он будет криминологически негативным.

В каждом обществе социальная среда, состав населения и отношения между людьми специфичны. Социологическое (криминологическое) исследование даёт возможность определить те действительные причины и условия, которые вызывают преступность именно в данной стране. При сопоставлении причин

преступности и причин конкретного преступления ясно обнаруживается взаимосвязь между философским, социологическим и психологическим уровнями анализа, иными словами, между общим, особенным и единичным. Это взаимосвязь выявляется на практике уже в период формирования личности правонарушителя. Как правило, преступное поведение не возникает неожиданно, а представляет собой итог неблагоприятных нравственных воздействий, включая и негативный жизненный опыт. Подчёркивая роль микросреды, социологи отмечают: что «отрицательный морально-психологический климат, расхождение групповых норм с общественными, трудности адаптации, отсутствие должной требовательности в некоторых коллективах, конфликты и напряжённость в общении - это далеко не полный перечень причин отклоняющегося поведения, имеющих своей базой микросреду» [7].

Детерминанты, обусловливающие совершение мигрантами преступлений, находятся в областях социально-экономических, политико-правовых, идеологических, межнациональных, этнических противоречий, существующих в современном обществе. В условиях современного кризиса в экономике, социальной и духовной жизни микросреда испытывает особую напряжённость, подвержена конфликтам; в обществе, и особенно в микросреде, возникает аномия, характеризующаяся разрушением правовых и нравственных норм. В значительной степени это происходит под влиянием наблюдаемых переживаемых людьми фактов несправедливости, грубости, жестокости, а также нечестных поступков и неодобряемых официальной моралью форм поведения, которые сплошь и рядом оказываются на практике выгодными и даже поощряются друзьями, сослуживцами, а иногда и властями. Зачастую мигранты сталкиваются с проблемой несовпадения некоторых правовых требований в стране, откуда они прибывают, и в стране, в которой они находятся в данный момент, несовпадением функциональных характеристик и роли в обществе некоторых органов, осуществляющих контрольную и правоохранительную деятельность.

Социальные конфликты общего плана, приводящие к совершению преступлений,

могут отражать недовольство человека своим социальным статусом, полученным (или неполученным) образованием, обстановкой в трудовом коллективе, преступным поведением должностных лиц и т. д. В этой связи необходимо обратиться к криминологическому портрету мигрантов, находящихся в Сибирском федеральном округе. Это преимущественно граждане Узбекистана, Таджикистана, не имеющие среднего образования, мужчины возраста 15-30 лет. В этой связи выявлена одна общая криминологическая закономерность: чем ниже уровень культуры, воспитанности и образованности преступников, тем грубее по характеру и примитивнее по мотивации совершаемое ими преступление. Чем выше образование, социальный статус преступника, тем изощреннее способы совершения преступлений, хотя в конечном счёте они столь же, если не более опасны, чем все другие виды преступности.

К криминогенному фактору можно отнести и резкое обострение межнациональных конфликтов, которое привело к широкомасштабной вынужденной миграции внутри бывшего СССР. Ее последствия относятся к числу наиболее болезненных проблем регионов, на территории которых селятся беженцы, и представляют собой различного рода социальные явления, порождающие антиобщественное поведение.

До последнего времени преступность на почве межнациональных конфликтов не была так распространена и политизирована, как сейчас. Национальная вражда и ненависть, возникшие на почве необдуманных и легковесных лозунгов о «суверенизации», доведённых до абсурда, стали причинами многих тяжких преступлений, включая терроризм, массовые убийства и т. д. Они же «разбудили» общеуголовную преступность, подняв на поверхность массу краж, грабежей, насилий и т. п. Социальная жизнь людей в таких условиях становится невыносимой. Она вызывает не только различные эксцессы и ответные преступления, но и неуверенность и напряжённость, влечёт за собой помимо преступности постоянный страх, нервные стрессы и психические заболевания. Национализм является причиной и наиболее тяжких преступлений - против государства, против личности и др.

Исследование особенностей личности преступников показало, что они отличаются от законопослушных граждан более высоким уровнем импульсивности, т. е. склонностью действовать по первому побуждению, и агрессивностью, что сочетается у них с высокой чувствительностью и ранимостью в межличностных взаимоотношениях. Из-за этого такие лица чаще применяют насилие в различных конфликтах. Они хуже усвоили требования правовых и нравственных норм, больше отчуждены от общества и его ценностей, от малых социальных групп (семьи, трудовых коллективов и т. д.), у них плохая социальная приспособляемость. Поэтому для таких лиц характерны сложности при попытках адаптироваться в тех же малых группах.

Причинами преступлений, совершаемых против мигрантов, могут стать слабое знание ими (или незнание) реальной ситуации и криминальной среды, отсутствие средств к существованию и т. д. Мигранты, являющиеся жертвами преступных посягательств, зачастую несвоевременно обращаются в правоохранительные органы. Это обусловлено тем, что многие из них находятся на нелегальном положении, а также замкнутостью общин иностранцев из стран СНГ и Китая; боязнью мести со стороны преступников, нежеланием даже в этих случаях идти на сотрудничество с представителями официальной власти. Одновременно в миграционной преступности просматривается устойчивое преступное поведение определённой части мигрантов.

В 2008-2010 гг. преступность в Сибирском федеральном округе отличалась общероссийскими тенденциями, однако она имела и специфические особенности. Это обусловлено тем, что на состояние правопорядка оказывали негативное влияние ряд региональных факторов экономического, социального и политического характера, носящих как традиционный характер, так и возникших недавно: неравномерная плотность населения на территории Сибирского федерального округа и концентрация основной части населения в крупных индустриальных центрах; международный финансовый кризис; резкое расслоение населения по имущественному признаку; слабая социальная защищенность граждан; низкий уровень жизни большинства

граждан, проживающих в округе, и, как следствие, высокий уровень социальной напряжённости; интенсивная эксплуатация природных и трудовых ресурсов региона; возложение издержек социального развития и придание некоторым субъектам округа статуса региона-донора, без учёта местных социально-экономических особенностей; наличие в ряде субъектов благоприятных климатических условий для выращивания наркотикосодержащих растений, наличие рынков сбыта наркотиков и удобного транзита для наркокурьеров; сохранение значительного числа негативных фоновых явлений, в частности проституции, бродяжничества, игро-мании, алкоголизма; интенсивная миграция и активное освоение территорий округа гражданами ближнего зарубежья, Монголии и Китая; высокая концентрация исправительных учреждений [8].

Интенсивная миграция приводит к формированию национальных диаспор, изменению этнического состава населения. Формируются замкнутые этнические общины с собственным этническим укладом, отличающимся от уклада коренных жителей данной территории. Благодаря прочности ранее усвоенных стереотипов бытового и делового поведения иностранные граждане и лица без гражданства переносят эти стереотипы на конкретные ситуации в стране пребывания. Эта опасность возникает после прибытия на территорию Российской Федерации в связи со своеобразным психическим состоянием мигрантов из числа иностранных граждан и лиц без гражданства [9]. С одной стороны, они испытывают страх и неуверенность, связанные, в частности, с языковым барьером, утратой привычного общения, отсутствием семьи, непривычностью атмосферы взаимодействия с различными службами и учреждениями. С другой стороны, на поведение иностранных граждан и лиц без гражданства влияет ощущение освобождённости от неформального социального контроля в их постоянной жизненной среде.

В соединении с реакцией на характерное для наших граждан недоверие по отношению к иностранным гражданам и лицам без гражданства это также усиливает негативную реакцию рассматриваемой категории лиц. Психологически доверие в незнакомом городе в

первую очередь вызывают представители своей национальности. Другим фактором объединения по этническому признаку может быть языковой барьер, на это указывает практически полный отказ от употребления русского языка в отдельных районах Закавказья и Средней Азии, особенно в сельской местности. Незнание языка страны пребывания ведёт к формированию компактных мест проживания иммигрантов, где языковая среда для них более благоприятна. Компактность расселения иммигрантов укрепляет размежевание с местным населением, встаёт преградой на пути интеграции мигрантов в общественную жизнь страны пребывания, ставит мигрантов на более низкую ступень общественной иерархии.

Религиозные и культурные различия усугубляют неприятие мигрантов общественной средой страны пребывания. Размежевание, в основе которого лежат религиозные и культурные различия, это глобальная, общемировая проблема, порождающая не только общественные беспорядки, но и возникновение локальных конфликтов, перерастающих в военные противостояния. Зачастую мигранты сталкиваются с проблемой несовпадения некоторых правовых требований в стране, откуда они прибывают, и в стране, в которой они находятся в данный момент, несовпадением функциональных характеристик и роли в обществе некоторых органов, осуществляющих контрольную и правоохранительную деятельность. Как правило, большинство из прибывших в Россию мигрантов из числа иностранных граждан и лиц без гражданства имеют недостаточное представление о деловом и бытовом укладе страны пребывания [10]. Проведённые рядом демографов исследования показывают, что миграционное поведение людей различных национальностей зависит от особенностей уклада и образа жизни народов, уровня образования этносов, традиций, влияния накопленного миграционного опыта [11]. Так как значительная часть мигрантов в Сибирском федеральном округе это представители среднеазиатских и закавказских государств, а также китайцы, то соответственно, они несут культуру этих народов в Россию.

В соответствии с теорией Р. Мертона, девиантное поведение возникает прежде все-

го тогда, когда общественно принимаемые и задаваемые ценности не могут быть достигнуты некоторой частью этого общества [12]. Сталкиваясь с невозможностью «зарегистрироваться» или устроиться на работу (учебу) на территории нового места пребывания из-за существующей определённой процедуры, регламентированной административным законодательством, чаще всего вновь прибывшие мигранты обращаются за помощью на первоначальных этапах по возникшим трудностям к своим диаспорам в том или ином городе. Как правило, диаспора оказывает покровительство неинтегрированным в принимающее сообщество сородичам. При этом незаконные мигранты оказываются в более зависимом положении от диаспоры, нежели те, кто пребывает в России на законных основаниях. В силу социальной незащищённости, обусловленной нелегальным положением, зависимостью от представителей своего этноса, для этой группы характерны девиантные формы поведения в виде противоправной деятельности. Этому служат, как правило, незаконность пребывания на территории России, а также ряд иных факторов: несовершенство законодательства, отсутствие целенаправленной миграционной политики, социальная незащищённость данной категории.

Представляется, что особая опасность содержится не в низких темпах роста уровня жизни, а в сохраняющемся неравенстве доходов разных групп населения. В Российской Федерации отмечается резкое расслоение населения по размерам имеющейся собственности и доходов. Такое расслоение вызывает, с одной стороны, высокий уровень социального напряжения между разными слоями населения, с другой - отторжение той частью населения, которая считает себя обделённой в ходе приватизации, попыток государства закрепить сложившееся несправедливое положение. Изучение личности преступника имеет большое практическое значение в первую очередь для раскрытия и расследования преступлений, а также для индивидуальной профилактики преступлений как неотъемлемой составной части всей борьбы с преступностью.

Морально-психологические особенности личности преступников-мигрантов де-

монстрируют подвижность ценностных ориентаций, отсутствие чёткой системы взглядов, убеждений, склонность к авантюрам. Религия, выступающая по месту прежнего проживания фактором социального контроля, в новых условиях утрачивает свою роль, сводясь в большинстве случаев лишь к культурно-бытовым традициям. Данные особенности личности облегчают мигранту переход к преступному поведению. На разных этапах (от въезда на территорию страны до этапа адаптации и трудоустройства) происходит изменение психологической установки, выработка антисоциальной ориентации, которая подменяет первоначально существовавшие позитивные цели трудоустройства, получения гражданства, обеспечения материального благополучия легальным путём. При этом степень успешности адаптации в социум у преступников-мигрантов из числа иностранных граждан, с учётом национальной и социально-экономической специфики стран-

поставщиков мигрантов, оценивается как низкая, а формирование преступной мотивации происходит вскоре после пересечения границы и попыток трудоустройства, заявленного как цель приезда в Россию.

Необходимо учитывать тот факт, что люди, подвергшиеся вынужденному переселению, социально менее защищены государством, а проблемы, возникающие у них на новом месте, негативно отражаются на их моральном состоянии и в конечном итоге могут привести к противоправному поведению. В данном случае понимание преступления как одного из возможных результатов неудовлетворительной социальной адаптации иностранца в сочетании с неблагоприятной конкретной ситуацией имеет важное значение для определения направления и методов исследования причин преступности [13].

Они не только подпитывают традиционную бытовую преступность, но и нередко включаются в состав организованных криминальных сообществ, где выполняют, как правило, «черновую работу» [14]. Складывается ситуация, когда «речь идёт о выживании, а денег у государства нет, и иностранные граждане вынуждены добывать их сами» [15].

По мнению опрошенных экспертов, 25 % всех преступлений иностранцев приходится именно на долю нелегальных ино-

странцев. Чем менее обустроены и интегрированы в общество иностранцы, тем больше вероятность того, что они могут обратиться к методам извлечения дохода, идущим вразрез с законом [16]. В свою очередь, массовое, стихийное прибытие иностранцев в регион может спровоцировать межгрупповые, межэтнические конфликты, привести к социальной напряжённости, что чревато всплеском преступности как среди иностранных граждан, так и среди местного населения.

Так, М. М. Бабаев, В. Н. Сомин выделяют три группы таких факторов:

а) особенности демографической и социальной структуры контингента иностранных граждан;

б) особенности конкретной жизненной ситуации, побудившей к переезду определённую часть иностранцев;

в) условия адаптации в местах вселения.

То есть прослеживаются как бы две линии детерминации преступности иностранных граждан: до переезда (здесь учитываются факторы, влиявшие на формирование личности до переезда, а также обстоятельства, побудившие к переезду, во многом это определяется проблемной жизненной ситуацией, связанной со страхом за свою жизнь, жизнь своей семьи и т. д.); после переезда (когда на новом месте складываются такие условия, при которых иностранец вынужден совершить преступление, либо ему объективно выгодно при сложившихся обстоятельствах переступить закон) [17], что во многом связано с тем, что многие иностранцы ощущают на себе пресс неприязни со стороны местного населения, что ведёт к нарушению процесса культурной, этнической идентичности, к развитию у иностранцев «невротической этнофобии, связанной со снижением фрустрационной толерантности, трудностями в общении, неадекватностью и иррациональностью поведения в этноконтактных ситуациях» [18].

1. Кудрявцев В. Н. Исследовательская проблема - социальные отклонения // Социологические исследования. - 1983. - № 2. - С. 54.

2. Бунге М. Причинность. - М., 1962. - 512 с.

3. Кудрявцев В. Н., Эминов В. Е. Причины преступности в России. Криминологический анализ. - М., 2006. - С. 23-24.

4. Криминология : учебник для юрид. вузов / под общ. ред. А. И. Долговой. - М., 1997. -

С. 180.

5. Спиридонов Л. И. Социология уголовного права. - М., 1986. - С. 134.

6. Доклад VI Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями. - Нью-Йорк, 1981. - С. 79.

7. Тощенко Ж. Т. Социология. Общий курс. -М., 1994. - С. 182.

8. Состояние преступности в Сибирском федеральном округе (по данным на 1 января 2010 г.): аналитический обзор и прогноз / под ред. Д. Д. Невирко. - Красноярск, 2010. -168 с.

9. Ситковская О. Д. Психологические проблемы борьбы с преступлениями против иностранных граждан. - М., 1995. - С. 27.

10. Кобец П. Н., Гладких В. И. Криминологическая характеристика и профилактика преступлений, совершаемых жителями стран СНГ в Москве : монография. - М., 2001. - С. 11.

11. Топилин А. В. Взаимодействие этномиграци-онных процессов и их последствий : автореф. дис. ... д-ра экон. наук. - М., 1993. - С. 5.

12. Актуальные проблемы социологии девиантного поведения и социального контроля / отв. ред. Я. М. Гилинский. - М., 1992. - С. 56 ; Его же. Девиантология. - СПб., 2007.

13. Яковлев А. МПреступность и социальная психология. - М., 1971. - С. 200.

14. Бабаев М. М., Королева М. В. Преступность приезжих в столичном городе : учебное пособие. - М., 1990. - С. 53.

15. Криминология : учебник для вузов / под общ. ред. А. И. Долговой. - М., 2001. - С. 717.

16. Коротков Е. М. Механизм преступного поведения. - М., 1999. - С. 91.

17. Бабаев М. М., Сомин В. Н. Социально-демографическая и уголовно-правовая характеристика личности преступника-иностранца // Проблемы советского государства и права. -Вып. 7. - Иркутск, 1979. - С. 144.

18. Психология беженцев и вынужденных переселенцев: опыт исследований и практической работы / под ред. Г. У. Солдатовой. - М., 2004. - С. 42.