Злоупотребления процессуальными правами в Российской судебной практике

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2017. № 2 (51). С. 141-144.

УДК 347.9

ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРОЦЕССУАЛЬНЫМИ ПРАВАМИ В РОССИЙСКОЙ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ

ABUSING OF PROCEDURAL RIGHTS IN THE RUSSIAN COURT PRACTICE

М. А. БОЛОВНЕВ

Рассматриваются санкции за злоупотребления процессуальными правами, выработанные судебной практикой.

Ключевые слова: гражданский процесс; арбитражный процесс; злоупотребление процессуальными правами; недобросовестность; ответственность; санкция; отказ в реализации права.

The penalties for abusing of procedural rights, which have been formed by court practice touches upon in the article.

Key words: civil process; arbitral process; abuse of procedural rights; unconscionability; responsibility; penalty; denial of the right.

Тема, посвящённая процессуальным злоупотреблениям, весьма обширна. Формулированию конкретных предложений по совершенствованию процессуального законодательства в части ответственности за злоупотребления процессуальными правами участниками цивилистического процесса, а также предложений, адресованных правоприменителям, должен предшествовать мониторинг выработанных на сегодняшний день рычагов воздействия на потенциальных и реальных правонарушителей. Оценив их эффективность, будет допустимо предложить механизм противодействия злоупотреблениям.

Уже до начала исследования становится очевидной явная нехватка таких способов. В попытках отыскать причины столь неутешительной статистики мы часто задумываемся о предпосылках недобросовестного поведения. Очень удачно в данной связи О. Н. Бармина в своей монографии использует мысль древнегреческого философа Демокрита: «У людей зло вытекает из добра, когда не умеют управлять и надлежащим образом пользоваться добром» [1].

В ходе анализа судебной практики невольно возникали мысли по поводу выбора названия публикации: «Новый взгляд на ста-

рые решения», «Судебная практика не способна выработать новые правовые модели или старые конструкции настолько удачны?». Поясним, что это значит.

В литературе есть мнение о том, что, несмотря на то, что прослеживается определённая взаимосвязь между гражданским и гражданским процессуальным правом, применение гражданско-правовых средств защиты за процессуальные злоупотребления невозможно. К сожалению, с ним вынуждена не согласиться судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда. В Определении от 20 января 2015 г. она указывает: «Судебная коллегия действия лица расценивает в соответствии со ст. 10 ГК РФ как злоупотребление правом, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 35 ГПК РФ оно должно добросовестно пользоваться всеми принадлежащими ему процессуальными правами» [2]. Поддерживаем вывод коллегии и, соответственно, не соглашаемся с высказанным мнением автора.

Квалифицировав в соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ч. 1 ст. 35 Граждан -ского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) действия лица

© Боловнев М. А., 2017

по неполучению судебных извещений как злоупотребление правом, суд отказал в удовлетворении частной жалобы.

Следует отметить, что в целом не противится такому подходу и Пленум Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ). В Постановлении от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданско -го кодекса Российской Федерации» [3] содержится, во-первых, разъяснение по вопросу надлежащего извещения. Так, адресат юридически значимого сообщения, своевременно получивший и установивший его содержание, не вправе ссылаться на то, что сообщение было направлено по неверному адресу или в ненадлежащей форме (ст. 10 ГК РФ).

Во-вторых, исходя из системного толкования отдельных пунктов указанного постановления, становится очевидно: Пленум допускает одновременное применение норм материального и процессуального права, касающихся недобросовестного поведения. В частности, только путём реализации процессуальных положений допускается установление отклоняющегося поведения участников гражданского оборота. Разумно предположить и обратную ситуацию.

Процессуальное право - не единственное, «сотрудничающее» с гражданским в части квалификации деяний как злоупотребление правом. Суды, рассматривая, например, трудовые споры, при обосновании собственных позиций ссылаются на упомянутую ст. 10 ГК РФ. Так, всё тот же Московский городской суд в апелляционном определении от 18 ноября 2015 г. [4] со ссылкой на указанную норму, с учётом разъяснений Пленума ВС РФ, данных в Постановлении от 17 марта 2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» [5] (п. 27), расценил как злоупотребление правом поведение работника, получившего листок нетрудоспособности в день, когда он узнал о собственном увольнении.

Применение нормы ГК о злоупотреблении правом при реализации процессуальных положений позволяет вынести абсолютно справедливое решение, учитывающее интересы всех сторон. При этом ч. 4 ст. 1 ГПК РФ допускает применение аналогии закона. Это

тот случай, когда норма материального права «проецируется» на отрасль процессуального права.

Важная деталь: сколь бы простой и тривиальной ни казалась такого рода правовая конструкция, она может иметь гораздо больший позитивный эффект, минимизируя случаи недобросовестного поведения. Наложение штрафа, отнесение судебных расходов, иные негативные последствия, представляющие собой ответственность лица, участвующего в деле, за допущенное злоупотребление, могут оказаться несравнимо меньшими по отношению к той незаконной выгоде, которую способен получить участник процесса, действующий «во зло», совершающий противоправные деяния, совершенно ему не препятствующие. В это же время отказ в совершении процессуального действия, о кото -ром просит лицо, отказ в реализации субъективного права, которое оно намеревается использовать вопреки задачам гражданского судопроизводства, могут пресечь на корню дестабилизацию процесса и вынесение решения, не отвечающего предъявляемым к нему требованиям.

Возможно, впоследствии законодателю целесообразно посредством принятия ФЗ о внесении изменений в отдельные законодательные акты распространить действие нормы ч. 5 ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса (далее - АПК РФ), гласящей: «Арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта», на иные деяния, т. е. сделать применимой не только к институту подачи ходатайств; а затем аналогичную норму закрепить и в ГПК РФ, и Кодексе административного судопроизводства Российской Федерации. Особенно важно решить этот вопрос до принятия единого ГПК.

Норма ч. 5 ст. 159 АПК РФ представляет собой весьма эффективный механизм противодействия анализируемым правонарушениям. Объясняется это тем, что право на заяв-

Злоупотребления процессуальными правами в российской судебной практике

ление ходатайств - одно из основных, используемых не по назначению. Арбитражная практика располагает примерами качественного применения данной нормы при усмотрении актов недобросовестности.

Интересно дело, рассмотренное Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ, и её Определение от 23 июля 2015 г. по делу, участниками которого выступили ОАО «МТС» и ЗАО «Континиус».

Суд установил: «Ответчик не возражал против рассмотрения спора арбитражным судом, представляя суду свои доводы по существу спора и активно пользуясь принадлежащими ему процессуальными правами, заявляя в том числе ходатайства о выделении искового требования в отдельное производство, об отложении дела для представления дополнительных доказательств, о назначении по делу судебной экспертизы по определению объёмов и стоимости фактически выполненных работ и т. д. До начала судебного разбирательства ответчик не заявил о несоблюдении истцом претензионного порядка урегулирования спора, не обосновал невозможность своевременного оформления ходатайства об оставлении требований истца без рассмотрения по объективным причинам, в связи с чем суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что подача ответчиком такого ходатайства спустя более полутора лет после принятия иска к производству свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика по пользованию процессуальными правами» [6].

Коллегия возложила на лицо предусмотренные кодексом неблагоприятные последствия, применила ч. 5 ст. 159 АПК РФ, указав при этом: «Злоупотребление правом со стороны общества «Континиус» прослеживается в том, что большинство его ходатайств в суде первой инстанции были направлены либо на приостановление дела, либо на отложение судебного разбирательства по существу. Практически все ходатайства поданы им исключительно в судебных заседаниях, без приложения каких-либо доказательств, сопровождались просьбой о предоставлении времени для окончательного формирования правовой позиции по делу, а также сбору необходимых доказательств. Все ходатайства были заявлены ответчиком поочерёдно».

При таких обстоятельствах, когда лицо желает добиться оставления заявления без рассмотрения (а это, как отметил 28 декабря 2015 г. ВС РФ, является положительным результатом для стороны), подобная норма может оказать неоценимое влияние на реальную защиту прав и законных интересов оппонента недобросовестного участника процесса.

Таким образом, в качестве основной, общей санкции за процессуальные злоупотребления на сегодняшний день суды на основании либо материальной нормы, либо специальной процессуальной нормы используют отказ в реализации права. В этой связи интересен следующий пример.

Учитывая, что судебная практика позволяет нам в качестве самостоятельного вида процессуальных злоупотреблений выделять злоупотребление правом на подачу иска (хотя этот вопрос традиционно является спорным, мы предпочитаем различать такой вид), необходимо проанализировать и санкции за ненадлежащую реализацию данного субъективного права.

Арбитражный суд Центрального округа в Постановлении от 23 июня 2015 г. указывает: «Недобросовестно вступив в гражданский оборот, истец воспользовался своим правом на предъявление иска о признании недействительными заключённых с ним сделок, в связи с чем суд обоснованно усмотрел злоупотребление правом со стороны истца и отказал в удовлетворении иска» [7].

Является ли отказ в удовлетворении иска санкцией за недобросовестную реализацию права на предъявление иска? Ответ кроется в самой формулировке вопроса. Как известно, право на иск включает в себя право на предъявление иска и право на его удовлетворение. Выполнив условие соблюдения всех предпосылок для предъявления иска, лицо, преследуя иные, не согласующиеся с задачами гражданского судопроизводства корыстные цели, обратилось с исковым заявлением. В то же время у суда объективно отсутствовали основания, а у лица - право на удовлетворение иска. В любом случае при правильном применении норм права в удовлетворении требований было бы отказано, это необходимое следствие. Между тем истец к этому моменту мог добиться желаемого и, например, причинить

вред ответчику. Никаких дополнительных неблагоприятных последствий правонарушитель не понёс. Вряд ли в данном примере усматривается санкция за злоупотребление правом на предъявление иска.

Вышеизложенное позволяет заключить: на настоящий момент если не единственным, то основным последствием (не обязательно санкцией) является отказ в реализации права либо в совершении конкретного процессуального действия в двух его правовых вариациях - с одновременным применением ст. 10 ГК РФ либо в соответствии со специальной процессуальной нормой. Представляется целесообразным сформулировать некоторые предложения по совершенствованию законодательства в соответствующей части, а именно: установление штрафов, квалификация подобных действий как неуважение к суду (ст. 119 АПК РФ), возможность потребовать возмещения причинённого вреда на основании ст. 1064 ГК РФ. Рассмотрению данных предложений будет посвящена отдельная публикация.

1. Бармина О. Н. Злоупотребление правом. -Радуга-Пресс, 2015. - 76 с.

2. Определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от

20 января 2015 г. по делу № 33-1383 // Система Юрист : юрид. справ. система. - URL: www.1jur.ru/#/document/98/3665835/ (дата обращения: 25.01.2015).

3. О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 // Юрист компании : электронный журнал. - URL: http://e.lawyercom.ru/npd-doc. aspx?npmid=96&npid=420283668 (дата обращения: 25.01.2015).

4. Апелляционное Определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 ноября 2015 г. по делу № 33-42423. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

5. О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации : Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2004. - № 6.

6. Определение Верховного Суда РФ от 23 июля 2015 г. по делу № 310-ЭС15-2555. - Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».

7. Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 23 июня 2015 г. № Ф10-1899/2015. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».