Языковая личность в аспекте взаимодействия человека с информацией

ЯЗЫКОВАЯ ЛИЧНОСТЬ В АСПЕКТЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЧЕЛОВЕКА С ИНФОРМАЦИЕЙ

И.А. Лопатина

Ключевые слова: языковая личность, тип языковой личности, антропоцентризм, методика преподавания русского языка.

Keywords: linguistic personality, type of linguistic personality, anthropocentrism, methodology of teaching the Russian language.

Настоящая статья посвящена рассмотрению принципов взаимодействия человека с информацией в лингвоперсонологическом аспекте.

Лингвоперсонология, или теория языковой личности1, - относительно новое направление современной лингвистики является самостоятельным направлением антропоцентрической лингвистики.

Сутью новой парадигмы знания становится антропоцентризм, объединяющий в себе различные направления исследования языка и проявления в нем человека. Антропоцентризм постепенно сменяет ставший традиционным системоцентризм, предполагавший рассмотрение языка как «множества языковых элементов <...>, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определенное единство и целостность» [ЛЭС, 1990, с. 452].

Однако уже в ХХ веке в антропологической философии разрабо-танно понятие антропологического принципа, признающего человека главной категорией философии [Мухаммад, 2006]. Антропологический принцип в языке получил глубокое осмысление в трудах В. Гумбольдта: «В самом деле, не говоря уже о различиях между полами и поколениями, нация, говорящая на одном языке, включает в себя все нюансы человеческой самобытности, <...> различия еще больше усиливаются, если дело касается языка, потому что он проникает в сокровеннейшие тайники духа и сердца. Но каждый индивид употребляет его для выражения именно своей неповторимой самобытности - недаром речь всегда исходит от индивида и каждый пользуется языком прежде всего и только для самого себя» [Гумбольдт, 1984, с. 165]. В лингвистике антропологиче-

1 Теоретическая и методологическая база лингвоперсонологии наиболее полно представлена в трудах В.П. Нерознака, Г.И. Богина, Н.Д. Г олева, К.Ф. Седова и др.

ский принцип в разной степени был реализован в трудах А.А. Потебни, И.А. Бодуэна де Куртенэ, А.А. Шахматова, а также М.М. Бахтина, В.Г. Костомарова, Н.Д. Бурвикова, А.А. Леонтьева и многих других исследователей.

Так, например, Е.С. Кубрякова говорит об антропоцентризме, как «одном из главных параметров современной лингвистики», наряду принципами экспансионизма, функционализма и экспланаторности [Кубрякова, 1994, с. 5].

В настоящее время антропоцентрические исследования языка так или иначе осуществляются во всех отраслях языкознания. На антропоцентрическом витке спирали научного познания внимание исследователей смещается на стык областей научного знания, что позволяет рассматривать языковые проявления человека в новых аспектах, учитывая взаимодействие трех элементов: 1) языковых форм; 2) человека, его мышления и психологии; 3) внеязыковой действительности [Гак, 1998]. В результате этого смещения появляются психолингвистика, когнитивная лингвистика, лингвокультурология, социолингвистика, лингво-соционика, эколингвистика, юрислингвистика.

Помимо обозначенных выше аспектов изучения языка, реализуемых в рамках антропоцентрических исследований, - функционального, динамического, коммуникативного - в настоящее время становится все более актуальным лингвоперсонологический подход к описанию языка.

Лингвоперсонологическое описание языка, являясь реализацией антропоцентрического подхода к его изучению, в качестве основной операциональной единицы предполагает языковую личность - носителя языковой способности и субъекта письменно-речевой деятельности.

Термин лингвистическая персонология был введен в научный обиход В.П. Нерознаком [Нерознак, 1996] для обозначения теории языковой личности - формирующегося самостоятельного направления языкознания, объектом исследования которого становится субъект и его языковые проявления.

Термин языковая личность впервые употреблен в научном дискурсе В.В. Виноградовым в 1930 году в работе «О художественной прозе» при рассмотрении языка художественной литературы, в частности образа автора и художественных образов. Однако более полно понятие языковой личности описывается только в 80-х годах ХХ века в трудах Г.И. Богина, Ю.Н. Караулова.

Рассматривая языковую личность как «полноценное представление личности, преломленной через ее язык, дискурс» [Караулов, 2004,

с. 86], Ю.Н. Караулов выделяет три уровня ее организации: вербальносемантический, или лексикон, лингвокогнитивный, или тезаурус, мотивационный, или прагматикон, и определяет набор готовностей (видов языковой способности носителей языка), соотносимых с каждым из уровней.

Основными категориями и понятиями описания языка в аспекте лингвоперсонологии являются следующие: лингвоперсонологическое функционирование (варьирование) языка, антропотекст, языковая личность, языковая (и метаязыковая) способность и варианты ее реализации, тип языковой личности, портрет языковой личности, личностноориентированное обучение русскому (и иностранному) языку.

Описание языковых личностей осуществляется на материале созданных ими речевых произведений - антропотекстов, отражающих качество их языковой способности. Так, согласно концепции Ю.Н. Караулова, «за каждым текстом стоит языковая личность, владеющая системой языка» [Караулов, 2004, с. 10].

Типологический аспект описания языковой личности представлен достаточно широко: типологизирование языковых личностей носителей русского языка, в рамках которых выявляются и описываются лингвоперсонемы, отражающие многообразие вариантов реализации языковых личностей носителей русского языка в процессе письменноречевой деятельности, а также уровневое и аспектуальное описание языковых личностей.

Уровневый подход к описанию языковой личности строится на выявлении и уровневом описании лингвоперсонем, этот подход обусловлен верификацией одного из вариантов лингвоперсонологической гипотезы языка, который связан с интерпретацией свойств языка с точки зрения лингвоперсонологии и может быть сформулирован следующим образом: «Язык устроен так, а не иначе еще и потому, что он обслуживает разные типы языковой личности» [Голев, 2006, с. 22].

Аспектуальный подход к описанию языковой личности строится на выделении аспектуальных лингвоперсонем и является реализацией варианта лингвоперсонологической гипотезы языка, который предполагает движение исследования от личности как носителя психологических, социальных, коммуникативных и других характеристик к ее языковому компоненту [Голев, 2006, с. 22].

Индивидуальный аспект описания языковой личности связан с портретированием - описанием конкретной языковой личности, отражающим своеобразие письменно-речевой деятельности носителя языка в определенном аспекте.

Для нас актуально применение лингвоперсонологических изысканий в аспекте взаимодействия человека и языка, человека и текста, человека и информации.

Основываясь на данных лингвоперсонологии, мы можем выделить как минимум три аспекта во взаимодействии человека с информацией: восприятие информации, отношение к ней и ее воспроизведение. По принципу восприятия информации мы выделяем визуалов, аудиа-лов и кинестетиков (в зависимости от того, какой канал восприятия информации наиболее развит у человека). По принципу отношения к информации мы можем выделить рационалов и иррационалов (в зависимости от того, как человек упорядочивает информацию, как соотносит ее с различными жизненными ситуациями). По принципу воспроизведения информации мы выделяем копиистов и креативистов (в зависимости от того, в каком виде человек передает полученную информацию: с большей или меньшей трансформацией).

Аудиал Визуал Кинестетик

На рисунке 1 показано, каким образом проявляются те или иные возможности у разных типов языковой личности. Мы можем говорить о 12 типах языковой личности. Перечислим их: аудиал-рационал-копиист; визуал-рационал-копиист; кинестетик-рационал-копиист; аудиал-рационал-креативист; визуал-рационал-креативист; кинестетик-рационал-креативист; аудиал-иррационал-копиист; визуал-иррационал-копиист; кинестетик-иррационал-копиист; аудиал-иррационал-креативист; визуал-иррационал-креативист; кинестетик-иррационал-креативист.

Кратко поясним возможности каждого типа языковой личности2.

У аудиала-рационала-копииста ведущим каналом восприятия является слух. Он адекватно реагирует на абстрактное правило и может соотносить его с конкретным орфографическим случаем, неоднократно копи-

2Особенности восприятия языка носителями рассмотрены в монографии Лопатиной И.А., Татаринцевой Е.Н. «Лингвоперсонологическая модель преподавания русской орфографии».

Рис. 1. Типы языковой личности

руя образец. Не способен на сильные трансформации текста (изложения пишет близко к оригиналу).

У визуала-рационала-копииста ведущим каналом восприятия является глаз. Он адекватно реагирует на абстрактное правило и может соотносить его с конкретным орфографическим случаем, неоднократно копируя образец. Не способен на сильные трансформации текста.

У кинестетика-рационала-копииста ведущим каналом восприятия является рука. Он адекватно реагирует на абстрактное правило и может соотносить его с конкретным орфографическим случаем, неоднократно копируя образец. Не способен на сильные трансформации текста.

У аудиала-рационала-креативиста ведущим каналом восприятия является слух. Он адекватно реагирует на абстрактное правило и может соотносить его с конкретным орфографическим случаем. При воспроизведении текста может значительно трансформировать его (изложения пишет с элементами сочинения).

У визуала-рационала-креативиста ведущим каналом восприятия является глаз. Он адекватно реагирует на абстрактное правило и может соотносить его с конкретным орфографическим случаем. При воспроизведении текста может значительно трансформировать его.

У кинестетика-рационала-креативиста ведущим каналом восприятия является рука. Он адекватно реагирует на абстрактное правило и может соотносить его с конкретным орфографическим случаем. При воспроизведении текста может значительно трансформировать его.

У аудиала-иррационала-копииста ведущим каналом восприятия является слух. Он не может адекватно реагировать на абстрактное правило и редко (случайно) может соотнести его с конкретным орфографическим случаем. Не способен на сильные трансформации текста.

У визуала-иррационала-копииста ведущим каналом восприятия является глаз. Он не может адекватно реагировать на абстрактное правило и редко (случайно) может соотнести его с конкретным орфографическим случаем. Не способен на сильные трансформации текста.

У кинестетика-иррационала-копииста ведущим каналом восприятия является рука. Он не может адекватно реагировать на абстрактное правило и редко (случайно) может соотнести его с конкретным орфографическим случаем. Не способен на сильные трансформации текста.

У аудиала-иррационала-креативиста ведущим каналом восприятия является слух. Он не может адекватно реагировать на абстрактное правило и редко (случайно) может соотнести его с конкретным орфографическим случаем. При воспроизведении текста может значительно трансформировать его.

У визуала-иррационала-креативиста ведущим каналом восприятия является глаз. Он не может адекватно реагировать на абстрактное правило и редко (случайно) может соотнести его с конкретным орфографическим случаем. При воспроизведении текста может значительно трансформировать его.

У кинестетика-иррационала-креативиста ведущим каналом восприятия является рука. Он не может адекватно реагировать на абстрактное правило и редко (случайно) может соотнести его с конкретным орфографическим случаем. При воспроизведении текста может значительно трансформировать его.

Таким образом, у каждого человека есть свои уникальные языковые данные, иными словами, языковая способность у каждого человека индивидуальна [Лопатина, 2010, с. 70-72].

Лингвоперсонологическая модель преподавания языка строится с опорой на индивидуальные данные каждого обучаемого. Выше мы уже назвали 12 типов языковой личности, однако для удобства мы выделяем 4 основных подтипа языковых личностей:

• рационал-копист;

• рационал-креативист;

• иррационал-копист;

• иррационал-креативист.

Эти подтипы имеют определяющие характеристики, поскольку наличие или отсутствие лингвокреативных способностей определяют возможности человека работать с текстом (копировать или трансформировать его), наличие или отсутствие аналитических способностей определяют границы восприятия орфографического правила (адекватное восприятие или его игнорирование).

Таким образом, первые два основные подтипа языковых личностей способны воспринимать орфографическое правило, логичнее для них использовать методику преподавания языка через объяснение правил, систематическую работу с орфографическим материалом, орфографическим тестом.

Лингвоперсонологическая модель преподавания языка предполагает обучение языку не только через разъяснение орфографического правила, но и через стихийное восприятие нормативности текста. Выше мы уже выделили 4 основных подтипа языковых личностей. Рассмотрим следующие 2 подтипа - иррационал-копиист и иррационал-креативист.

Эти подтипы имеют следующие характеристики: они ограничены в восприятии орфографических правил. Таким образом, иррационалам эффективнее преподавать орфографию на примере текста, так как усвоение

орфографических норм у них происходит на стихийном, неосознаваемом уровне.

Что такое орфографическая норма? Что такое русская орфография? Прежде всего, это свод правил о письме. Традиционно выделяются 5 сводов орфографии: 1) правило переноса; 2) правило написания строчных и прописных букв; 3) правило написания аббревиатур; 4) слитно-дефиснораздельное написание слов; 5) правописание морфем. Что же такое, по сути, орфографическая норма? Это условно установленное и закрепленное правилом преобразование звуков в буквы. А из истории русской орфографии мы видим, что орфографические нормы устанавливались согласно траектории развития языка. Так, например, ЖИ / ШИ пишутся через И, потому что в истории языка звуки [Ж] / [Ш] были исконно мягкими, так же как и звук [Ц]. Звук [Ц] отвердел к 15 веку, поэтому слова, образованные после его отвердения, стали писаться через Ы (цынленок, цыц, цыган). Таким образом, правило по отношению к современному языковому сознанию носителя языка стало дистанциированным, чуждым, искусственным. В связи с этим методика преподавания русского языка через правило далеко не всегда срабатывает. Особенно если мы имеем дело с обучаемыми иррационального склада ума. Встает закономерный вопрос: вообще отказаться от правила и от учебника? Разумеется, нет. Правило является основой русской орфографии, от него отказаться невозможно, однако перенести акценты в преподавании языка под силу каждому обучающему.

Во-первых, необходимо усвоить: правило не несет в себе абсолютной ценности, его заучивание не всегда приводит к грамотному письму. Во-вторых, отработка определенного вида орфограмм без постоянной работы с текстом как носителем норм языка также не формирует стойких знаний у учащихся.

Таким образом, возможности взаимодействия человека с информацией носят определяющий характер в лингводидактике.

Литература

Гак В.Г. Языковые преобразования. М., 1998.

Голев Н.Д. Лингвоперсонологические основания типологии языковой личности // Лин-гвоперсонология : типы языковых личностей и личностно-ориентированное обучение. Барнаул; Кемерово, 2006.

Гумбольдт В. О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества // Избранные труды но языкознанию. М., 1984.

Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М., 2004.

Кубрякова Е.С. Парадигмы научного знания в лингвистике и ее современный статус // Известия Академии наук СССР. Серия литературы и языка. М., 1994. Т. 53. № 2.

Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990.

Мухаммад Л.П., Мухаммад Х.И.А., Хетагурова Н.Н. К вопросу о методологии современных наук гуманитарного цикла // Вестник МАПРЯЛ. 2006. № 53.

Нерознак В.П. Лингвистическая персонология: к определению статуса дисциплины // Язык. Поэтика. Перевод. М., 1996.

Лопатина И.А., Татаринцева Е.Н. Лингвоперсонологическая модель преподавания русской орфографии. Барнаул, 2010.