Российско-монгольское сотрудничество (1990-2000-е гг. )

Литература

1. Постановление Совета Министров Бурятской АССР №172 от 27 мая 1956 г. // НАРБ. Ф. 248. Оп.20. Д. 798. Л. 122-123.

2. Прокопчик Б. О строительстве телевизионного центра // Бурят-монгольская правда. - 1957. - 14 нояб.

3. Тереб А. Телевизионный центр в Улан-Удэ //Бурят-монгольский комсомолец. - 1956.- №70. - 10 июня.

4. Прокопчик Б. Что мешает сдаче телецентра в эксплуатацию // Правда Бурятии. - 1961.- №32. - 7 февр.

5. Пермяков Л. На 162 метра взметнулась в небо телевизионная башня Улан-Удэнского телецентра // Правда Бурятии. -1961.- №142. - 17 июня.

6. Постановление Совета Министров Бурятской АССР №211 от 7 июня 1961 г. // НАРБ. Ф. 248. Оп.20. Д. 889. Л. 49-52.

7. Цыдыпов Ч.Ц., Цырендондоков Б.Ц. Телевидение в гористой местности / под ред. Ч.Ц. Цыдыпова. - Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1977. - С. 93.

8. Голубые экраны придут в «Медвежьи углы» // Правда Бурятии. - 1963.- №6. - 13 янв.

9. Никитин К. Магистральная связь в Бурятии // Правда Бурятии. - 1976. - 22 янв.

10. Статистические отчеты о выполнении плана по производству и труду за 1971 год. // НАРБ. Ф.Р-1051. Оп. 1. Д. 903. Л. 309.

11. Письма, докладные в Советы Министров СССР, РСФСР по вопросам, связанным с выполнением плана развития народного хозяйства Бурятской АССР в 1961 г. // НАРБ. Ф. 248. Оп. 20. Д. 1004. Л. 101.

12. Голубое окно в мир // Правда Бурятии. - 1964.- №150. - 26 июня.

13. Голубые экраны республики // Правда Бурятии. - 1966. - №140. - 15 июня.

14. Годовой отчет радиоцентра по основной деятельности. // НАРБ. Ф. 1359. Оп. 1. Д. 37. Л. 24.

15. Годовой статистический отчет (ф8, 10-т,1-т, 1-тв, 8а) по основной деятельности за 1965 г. // НАРБ. Ф. 1359. Оп.1.

Д.33. Л.48.

16. Производственно-финансовый план радиоцентра на 1965 г. // НАРБ. Ф. 1359. Оп. 1. Д. 31. Л.16.

17. Годовые статистические отчеты по производству с пояснительными записками (ф-8, ф-7-т, 8а, 2т) за 1966 год. -НАРБ. Ф. 1359. Оп. 1. Д.36. Л.37.

18. Протоколы профсоюзных собраний работников радиоцентра. 1967 г. // НАРБ. Ф. 1359. Оп. 1а. Д.14.

19. Отчетный доклад местного комитета за 1968 год. // НАРБ. Ф. 1359. Оп. 1а. Д.19.

20. Приказы по производственной деятельности. // НАРБ. Ф. 1359. Оп. 1. Д. 49. Л.47.

21. Сводный годовой статистический отчет управления и годовые статистические отчеты предприятий по радиосвязи, радиовещанию и телевидению (ф 8) за 1969 год. // НАРБ. Ф.Р-298. Оп. 1. Д. 689. Л.26.

22. Сквозь призму голубого экрана // Правда Бурятии. - 1969.- №13. - 16 янв.

23. Ожигов И. «Чудо века» - вчера, сегодня и завтра // Молодежь Бурятии. - 1969.- №36. - 25 марта.

24. Митыпов Ц.Ц. Горизонты голубого экрана // Правда Бурятии. - 1971.- №61. - 13 марта.

Пономаренко Сергей Владимирович - аспирант кафедры истории России Бурятского государственного университета. 670000, Ранжурова, 6. E-mail: mr.panam@rambler.ru, Тел. 8-983-426-88-49.

Ponomarenko Sergey Vladimirovich - graduate student, department of history of Russia, Buryat State University. 670000, Ranzhurova str., 6. E-mail: mr.panam@rambler.ru, ph. 8-983-426-88-49.

УДК 327 (470)(517.3) Г. Наран-Оюун

РОССИЙСКО-МОНГОЛЬСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО

Статья посвящена исследованию динамики российско-монгольских отношений на рубеже XX-XXI вв. Автор рассматривает концептуальные основы внешней политики России и Монголии в области экономического, культурного и других форм сотрудничества.

Ключевые слова:Россия, Монголия, сотрудничество, рыночная экономика, внешняя политика, национальная безопасность

G. Naran-Оуип RUSSIAN-MONGOLIAN COOPERATION

The article is devoted to study of Russian-Mongolian relations at the turn of the XX and XXI centuries. The author considers conceptual foundations of foreign policy of Russia and Mongolia in economic, cultural and other fields of cooperation.

Keywords:Russia, Mongolia, cooperation, market economy, foreign policy, national security.

Радикальные перемены в судьбах России и Монголии предопределили изменения в их взаимоотношениях: начало 90-х гг. ХХ в. стало переломным моментом в истории связей этих двух государств. Завершился семидесятилетний этап сотрудничества и взаимодействия между Советским Союзом и

Монгольской Народной Республикой и начался новый - между Российской Федерацией, возникшей после дезинтеграции СССР, и Монголией, сменившей свое прежнее название в 1992 г. в знак отречения от социалистического прошлого, демонтажа старой модели социально-экономического и политического развития и во имя построения гражданского демократического общества.

На этом же рубеже произошла смена внешнеполитического курса двух государств и соответственно наметились изменения в их политике по отношению друг к другу. Изменившиеся внутренние условия развития и новая международная обстановка поставили монгольское руководство перед необходимостью выработать внешнеполитическую доктрину с учетом этих обстоятельств, ориентировать ее на защиту национальных интересов. Согласно Конституции 1992 г. Монголия обязалась соблюдать общепризнанные нормы и принципы международного права и проводить миролюбивую внешнюю политику [1].

Подобная задача встала и перед новой Россией, в концепции внешней политики которой с первых дней было определено, что «внешнеполитический курс России должен отвечать ее коренным национальным интересам, в первую очередь задачам сохранения суверенитета, независимости и территориальной целостности государства, укрепления его безопасности во всех измерениях, возрождения России как свободной демократической страны, обеспечения благоприятных условий для формирования эффективной рыночной экономики, соответствующей статусу великой державы, включения РФ в мировое сообщество» [2].

Концептуальные основы внешней политики России и Монголии в своих главных чертах совпадают, что облегчает им развитие политического, экономического и других форм сотрудничества. Отдельные положения концепции внешней политики Российской Федерации имеют для Монголии важное значение. Ее интересам непосредственно отвечают цели, которые ставит перед собой Россия в области внешней политики - формирование пояса добрососедства по периметру российских границ, поиск согласия и совпадающих интересов с зарубежными странами, провозглашение всевозрастающего значения Азии во внешней политике России, что обусловлено прямой принадлежностью РФ к этому динамично развивающемуся региону, необходимостью экономического подъема Сибири и Дальнего Востока, т.е. регионов, расположенных вблизи российско-монгольской границы.

Реализация российской внешней политики происходит в достаточно сложной международной обстановке. Можно сказать, что Россия еще слабо вовлечена в процессы политической интеграции в АТР, в основе чего лежат причины специфического характера - сложности товарного рынка, отношения центра и регионов. Все еще медленными темпами происходит укрепление положения российских предприятий-экспортеров, в то же время повышается конкурентоспособность импортных товаров. Реакцией на это со стороны правительства РФ становится повышение импортных и снижение экспортных пошлин, что не способствует положительной динамике российских внешнеэкономических связей. В то же время российская экономика набрала довольно существенный потенциал позитивного движения, что свидетельствует о появлении возможности расширять экономическое сотрудничество с зарубежными странами, в том числе и с Монголией. Тем не менее неустойчивые темпы роста российской экономики в 1990-х - начале 2000-х гг. успели отрицательно повлиять на состояние и динамику экспортного потенциала России в целом, основным натуральным содержанием которого продолжают оставаться топливно-энергетические ресурсы: нефть, природный газ, каменный уголь, кокс - их удельный вес в общем объеме экспорта составляет почти 50%, металлов (черные металлы, медь, никель, алюминий, лес и лесоматериалы) - 15%, машин и оборудования - меньше 10%.

В столь же нелегкой ситуации оказалась и Монголия, когда в начале 1990-х гг. уровень ее экономического сотрудничества с Россией начал стремительно падать. Этому способствовали накопившиеся за многие годы пребывания МНР в зоне советского влияния сокращение возможностей сначала у Советского Союза, а затем у России оказывать Монголии широкомасштабную экономическую помощь, решать для нее крупные проблемы хозяйственного строительства. У данного обстоятельства оказалась и положительная сторона - оно помогло выработать новые основы внешней политики, подстраховывающие ее от последствий былого курса преимущественной ориентации на одно государство.

Стране требовалось, прежде всего, обновить концепцию монголо-российских отношений. Это было одной из труднейших задач нового монгольского государства, вынужденного считаться со сложной расстановкой политических сил внутри страны и принимать в расчет свое непростое геополитическое положение в Северо-Восточной Азии. Нужно было приложить немало усилий, чтобы возобновить разрушенные межхозяйственные контакты, постоянно напоминавшие как о прежней подчи-

ненности монгольской экономики советской, так и о наличии между двумя странами действительно сильных интеграционных связей, но и преодолеть временно возникшее негативное отношение значительной части возбужденной политическими и экономическими неурядицами монгольской общественности к России, на которую новые политические партии стремились возложить основную вину за тяжелую ситуацию в стране.

В 1994 г. правительство утвердило два основополагающих и взаимосвязанных документа - Концепцию внешней политики и Концепцию национальной безопасности Монголии, в которых наиболее полно и последовательно излагается суть внешнеполитической доктрины государства и основные направления его деятельности на международной арене [3]. Оба эти документа демонстрируют готовность Монголии к равноправному сотрудничеству с Россией, признание его монгольской стороной приоритетным, но наравне с другой великой державой - Китаем.

Основанием для улучшения внешнеполитических связей Монголии и России стала Декларация о дружбе и добрососедском сотрудничестве между РСФСР и МНР от 12 февраля 1991 г., подписанная сторонами в ходе официального визита в Москву первого премьер-министра Монголии Д. Бямбасу-рэна. Подписание этой Декларации в значительной мере сняло известное напряжение в монголороссийских отношений, возникшее в самом начале 1990-х гг.

Следующая, более крупномасштабная и плодотворная, попытка возродить российско-монгольские политические и экономические контакты на новых принципах отмечена заключением Договора о дружественных отношениях и сотрудничестве между Российской Федерацией и Монголией, состоявшимся 20 января 1993 г. во время визита в Москву монгольского президента П. Очирбата. Новый договор пришел на смену действовавшему до того Договору о дружбе и сотрудничестве (1966). Немаловажным фактором, предопределившим заключение Договора 1993 г., был вывод советских войск с территории Монголии, что, хотя в определенном смысле, и вывело ее из-под российского «зонтика безопасности», но зато позволило улучшить отношения с КНР и выступать на международной арене с инициативами, имеющими особое значение для поддержания мира и безопасности.

В 1994-1995 гг. стороны парафировали Соглашение об избежании двойного налогообложения, в связи с чем наблюдалось некоторое оживление инвестиционной деятельности российских предпринимателей в Монголии. Новым явлением стало участие России в создании на территории Монголии совместных предприятий: было зарегистрировано два СП в деревообрабатывающей промышленности с капиталами России, Монголии и Швеции; одно в горнорудном производстве на базе капиталов России, Монголии, США. В Монголии продолжают функционировать медно-молибденовый горнообогатительный комбинат «Эрдэнэт» - крупнейшее совместное предприятие такого рода в Азии, созданное на паевых началах с Россией в конце 1970-х гг., акционерное российско-монгольское общество «Улан-Баторская железная дорога», а также объединение «Монголросцветмет». В деятельности имеются немалые трудности. По Закону об иностранных инвестициях налоговые льготы в Монголии не распространяются на добычу и переработку цветных металлов, т.е. на ту отрасль, где российский капитал мог бы принести наибольшую пользу.

В ноябре 2000 г. состоялся визит президента РФ В.В. Путина в Улан-Батор, ставший крупной вехой на пути развития российско-монгольских отношений и еще одним важным подтверждением того, что Монголия вернулась в число приоритетов внешней политики России.

Постепенно налаживается сотрудничество двух стран в области науки и культуры. Еще в 1995 г. было подписано Соглашение о культурном и научном сотрудничестве. Основное внимание в Соглашении было уделено задачам установления, развития и поддержки непосредственных связей между научно-исследовательскими и образовательными учреждениями обеих стран, обмену опытом, публикациями.

Российско-монгольские политические и экономические отношения развиваются на фоне широко осуществляемой в Монголии дипломатической и деловой активности других государств - Японии, Китая, США, стран ЕС. Это означает, что России приходится строить всю систему политических и экономических связей с Монголией в условиях достаточно мощной конкуренции, что особенно отражается на экономических позициях РФ в этой стране. Все еще медленно осваиваются российские инвестиции на монгольском рынке. Они составляют примерно десятую часть всех инвестиций в монгольскую экономику. В настоящее время, несмотря на резкое сокращение доли России во внешнеторговом обороте Монголии, она по-прежнему сохраняет за собой значение главного внешнеторгового партнера этой страны. В последние годы активизировались российско-монгольские связи по схеме

Монголия - сопредельные с ней регионы России - Иркутская, Читинская и Кемеровская области, Бурятия, Алтайский край.

Укреплению всесторонних связей между Монголией и Россией способствовали визиты в Монголию высших российских чиновников: в 1996 г. - председателя Госдумы РФ Г.Н. Селезнева, в 1999 г. - министра иностранных дел И.С. Иванова, в 2000 г. - президента РФ В.В. Путина, в 2006 г. - министра сельского хозяйства А.В. Гордеева, в 2009 г. - президента РФ Д.А. Медведева; а также визиты в Россию первых лиц Монголии: в 2006 г. - президента Н. Энхбаяра, в 2010 г. - президента Ц. Элбэ-гдоржа и других.

В российско-монгольских отношениях еще остаются нерешенные проблемы: высокие тарифы на железнодорожные перевозки товаров по российской территории, высокие российские пошлины, отсутствие договоренности о взаимных безвизовых поездках и другие. Тем не менее прогноз дальнейшего развития российско-монгольских отношений оптимистичен. Неизменными остаются такие стабильные положительные факторы, как географическая близость, большое геополитическое значение обеих стран в регионе Восточной Азии, в Азиатско-Тихоокеанской зоне в целом. В известной степени сохраняется взаимодополняемость национальных экономик, общность позиций по ключевым вопросам международной ситуации. В отношениях между Россией и Монголией есть черты, отличающие их от отношений с другими странами, - это традиции давней дружбы наших народов, близость, истоки которых уходят в прошлое, готовность обеих сторон сохранить то лучшее, что было в их взаимоотношениях в прежние времена.

Литература

1. Конституция Монголии // Кручкин Ю. Энциклопедический словарь. - Улан-Батор, 1997. - С. 62.

2. Концепция внешней политики Российской Федерации // Международная жизнь. - М., 1994. - № 8. - С. 18.

3. Concept of Mongolia’s Foreign Policy, Concept of Mongolia’s National Security // The Mongolian Journal of International Affairs. - Ulaanbaatar, 1995. - № 2.

Ганбаатар Наран-Оюун - старший преподаватель Университета науки и технологий (Улан-Батор, Монголия). E-mail: gnaranoyun@yahoo.com

Ganbaatar Naran-Oyun - senior researcher, University of Science and Technologies (Ulan-Bator, Mongolia).

УДК 94 (517) П.Н. Дудин

ИСТОРИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ, ЗАКРЕПЛЯЮЩИХ СТАТУС МОНГОЛИИ В НАЧАЛЕ ХХ в.

В 1911-1924 гг. положение автономной Монголии закреплялось в ряде международных договоров: Русско-монгольском соглашении 1912 г., Русско-китайской декларации 1913 г., Русско-китайско-монгольском соглашении 1915 г., Соглашении об общих принципах для урегулирования вопросов между Союзом Советских Социалистических Республик и Китайской Республикой 1924 г. Эти договоры закрепляли автономный статус Внешней Монголии под верховной властью и в составе территории Китая. Другая группа договоров, к которой относится Монголо-тибетский договор о дружбе и союзе 1912 (1913) г. и Соглашение между РСФСР и Монголией об установлении дружественных отношений 1921 г., содержала претензии Монголии на самостоятельность и независимость.

Ключевые слова: договор, соглашение, независимость, суверенитет, статус, государственность, переговоры.

P.N. Dudin HISTORY OF INTERNATIONAL TREATIES, CONFIRMING STATUS OF MONGOLIA IN THE BEGINNING OF THE XXTH CENTURY

In 1911-1924 the position of independent Mongolia was kept in a number of international contracts: the Russian-Mongolian agreement of 1912, the Russian-Chinese declaration of 1913, the Russian-Chinese-Mongolian agreement of 1915, the Agreement on general principles for settlement between the Union of Soviet Socialist Republics and the Chinese Republic of 1924. These agreementss fixed the independent status of External Mongolia under the Supreme power and as a part within territory of China. Other group of agreements which the Mongolo-Tibetan Treaty of Friendship