КРАТКАЯ СУТЬ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ

Василий УРБАН рассказывает...

КРАТКАЯ СУТЬ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ

Судебную систему призваны реформировать одиннадцать законопроектов. Сейчас Дума рассматривает первые четыре. Будут приняты новые Уголовно-процессуальный, Арбитражно-процессуальный и Гражданский процессуальный кодексы. Для рассмотрения мелких незначительных дел во всех субъектах федерации вводится институт мировых судей, что должно на 30 — 40% разгрузить суды общей юрисдикции. К 2002 году начнут действовать суды присяжных (что потребует 111 млн. руб. только на переустройство помещений). К 2004 году судьям отойдет право выписывать ордера на арест и обыск — сейчас этим занимается прокуратура. Для этой функции потребуются дополнительно три тысячи судей. Планируется постепенно вводить в действие программу защиты свидетелей.

По-новому будет организована адвокатура (см. интервью с Генри Резником). Сильные изменения претерпит статус судей (см. интервью с Виктором Жуйковым). Зарплату судьям поднимут в четыре раза, платить будут строго из федерального бюджета, чтобы губернаторы на местах не могли оказывать на судей давление. Увеличится количество судей, каждые три года они будут проходить переподготовку. Наши суды получат сполна оргтехнику и все необходимое для цивилизованного судопроизводства.

В ближайшие пять лет государство потратит на реформу 44 млрд. рублей.

Не проект — картинка. Кто «за»: президент, Госдума. Концептуально реформу поддерживает адвокатура, в общем и целом (но с некоторыми принципиальными оговорками) — Верховный суд. Против — прокуратура. Кстати, это была единственная организация, которая никак не откликнулась на предложение дать «Огоньку»интервью

ДМИТРИЙ КОЗАК, ГЛАВА РАБОЧЕЙ ГРУППЫ ПО ПОДГОТОВКЕ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ:

— Реформа в первую очередь необходима тем миллионам граждан, которые ежегодно сталкиваются с судебной властью и правоохранительными органами. Сегодня суд нередко инструмент в конкурентной борьбе, а он должен быть гарантом прав и равенства всех перед законом.

Можно услышать, что все эти реформы подавляющему большинству не очень интересны, что рабочий или пенсионер, которым дотянуть бы до зарплаты или пенсии, непосредственно с властью, в том числе и судебной, почти не сталкиваются. Это не совсем так. Ежегодно суды рассматривают около 7 миллионов гражданских и уголовных дел.

Нормальная судебная система — залог благополучной экономики. Знаете, кто сейчас больше всех поддерживает судебную реформу? Правительство, зарубежные инвесторы. «Сначала создайте нормальную правовую систему, — говорят они, — а после этого мы будем иметь с вами дело».

В состав рабочей группы по судебной реформе вошли сорок человек. Среди них представители прокуратуры, ФСБ, адвокаты, но в основном ученые-правоведы. Мы старались избежать ведомственного крена. Одним лишь увеличением зарплаты судьям и следователям существующих проблем не решить, необходимы специальные механизмы.

Первый из них — ответственность судей. Сейчас любая оперативно-розыскная деятельность в отношении судей запрещена. Этим пользуются. Когда же судьи будут знать, что на любого легально, подчеркиваю, легально, можно собрать сведения, они по-другому будут рассматривать дела. Честному судье в любом случае бояться нечего.

Получая стабильную и гарантированную зарплату, судья миллионером, конечно, не станет, но будет уверен в завтрашнем дне. После десяти лет работы он может спокойно уйти на пенсию и получать 80% от прежней своей зарплаты. Все это на первый взгляд может показаться частностями и мелочами, но без них нет целого.

Особая проблема — уголовное расследование. В вопросах, касающихся мелких нарушений, все понятно. МВД расследует, прокуратура надзирает. Но когда речь заходит об убийствах или других серьезных преступлениях, прокуратура — монополист. Сама расследует, сама надзирает, сама обвиняет, никакого ведомственного контроля за ее действиями нет.

Суд, правоохранительная система должны гарантировать каждому защиту его собственности, дела, жилища, законных прав и интересов. Если федеральный чиновник, губернатор, глава муниципальной администрации по заказу попытаются задушить ваше дело, то при наличии сильной правоохранительной системы, сильной и независимой судебной власти есть возможность защититься.

Интервью взяла Анна ПЕТРОВА

ВИКТОР ЖУЙКОВ, ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ВЕРХОВНОГО СУДА

— Виктор Мартенианович! Говорят, что на суды в ближайшие пять лет прольется золотой дождь.

— Я очень сильно сомневаюсь, что такой дождь прольется. В 1990-е годы у нас бывали катастрофические положения с финансированием. Лишь в последнее время нет задержек с зарплатой.

— Какие, на ваш взгляд, узкие моменты в судопроизводстве?

— Я бы выделил три проблемы: разграничение полномочий арбитражных судов и судов общей юрисдикции.

Второе: пересмотр решений в порядке надзора. Это понятно специалистам. Сейчас пересмотр осуществляется по протестам должностных лиц суда или прокуратуры. Предлагают пересматривать по жалобам граждан. Только через Верховный суд сегодня проходят в порядке надзора 150 тысяч жалоб в год. Если процедуру изменить, то потребуется увеличить количество судей раз в пять-семь.

Третье: участие прокурора в гражданском процессе. Сейчас прокурор может возбудить любое гражданское дело или вступить в него. Это противоречит принципам состязательности судебного процесса и равенства сторон. Мы полагаем, что прокурор не должен иметь права приносить протест. Каждая организация или дееспособные граждане сами распоряжаются своими правами. Если им надо, они сами обратятся в суд. Прокурор должен защищать лишь права и интересы государства и недееспособных граждан. И санкции на арест должны выдавать суды — не прокуратура.

— Есть ли надежда, что наши суды станут более оперативными?

— Суды не должны быть скорыми, они не пожарная команда. Быстро работали «тройки»при Сталине, приговаривавшие к расстрелу списками. Правосудие же не терпит суеты.

Проблема в другом. Судьи сегодня работают с нечеловеческой нагрузкой. В 1990 году в судах рассматривались около миллиона гражданских дел, а сейчас в пять раз больше.

Еще один острый вопрос — статус суда и судей. В 1992 году был принят Закон о статусе судей. Независимость судьи не частная его привилегия. Это необходимое условие нормальной работы. Судья не должен бояться, что его завтра снимут с работы или заведут на него уголовное дело. В 1996 году был принят Федеральный конституционный закон, по которому в РФ не может быть принят закон, отменяющий или умаляющий права судей.

— Г-н Козак назвал вас кастой неприкасаемых.

— Неприкасаемых нет. Если бы практика показала, что неприкосновенность судей идет во вред гражданам, Верховный суд первым бы выступил за ее отмену. Ведь этого нет. Существующие гарантии не препятствуют привлечению нерадивых судей к ответственности. Квалификационная коллегия ежегодно прекращает полномочия около 100 судей. И с привлечением к уголовной ответственности проблем нет — порядка 40 дел возбуждены за последние несколько лет. Сейчас хотят ввести срок полномочий председателей судов, отменить запрет на привлечение к административной ответственности, упростить процедуру привлечения к ответственности уголовной. Мы возражаем против этого.

— Но вот есть мнение, что судьи так мало денег зарабатывают, а решают такие колоссальные дела, что им трудно удержаться от соблазна — от взяток.

— Но никакая, даже самая высокая, зарплата не является щитом от взяток. Или судья порядочный человек, или нет. То, что предлагают новые законопроекты, позволяет расправиться с любым судьей, даже с честным, либо добиться от него желаемого угрозой расправы.

Проблема судебной реформы очень банальна: нужны деньги. И нормальные условия работы. И еще необходимо значительно увеличить количество судей. Пока этого нет, никакого цивилизованного правосудия ждать не приходится. Уважающий себя человек, юрист высокой квалификации работать судьей не пойдет. Я вот преподаю в МГУ, спрашивал у студентов: кто хочет идти в судьи? Никто.

Судья существует только на то жалованье, которое ему платит государство, у него нет возможности подработать. И судьи не претендуют на сверхдоходы, они сознательные люди, понимают, что это невозможно. Но создайте хотя бы нормальные условия труда! Какую бы зарплату ни платили и в каких бы дворцах суды ни заседали, если каждый день у судьи 20 дел, он их все равно рассмотреть не сможет.

ГЕНРИ РЕЗНИК, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПРЕЗИДИУМА МОСКОВСКОЙ ГОРОДСКОЙ КОЛЛЕГИИ АДВОКАТОВ

— Генри Маркович! По статистике, в России 145 коллегий адвокатов, в них состоят 43 133 члена, в 1999 году они выполнили 10 187 502 поручения, и средний заработок у них 1751 рубль в месяц. Что изменит новый закон?

— Он устраняет вакханалию внутри адвокатуры, когда у нас, как грибы после дождя, возникали все новые и новые коллегии. По новому закону в каждом регионе создается единый орган адвокатского самоуправления — адвокатская палата. Упраздняется та колхозная организация адвокатуры, которая существовала у нас с 1929 года, с ее жесткой централизацией, когда всем рулили президиумы и председатели коллегий. Главный порок нынешней системы — коллегии у нас выполняют не только корпоративные функции, но в дополнение к этому являются для адвоката местом работы. Хотя коллегия не работодатель для адвоката. Работодатель у нас один — клиент. Механизм конкуренции, необходимый среди представителей свободных профессий, приобретал уродливые формы. Сейчас будет так: приняли человека в палату, выдали свидетельство о праве на адвокатскую деятельность (это регистрирующий акт, а не разрешительный), внесли в реестр. Где он найдет работу — это его проблемы.

— А кто будет в адвокаты принимать?

— Квалификационные комиссии. Это тоже новшество. В комиссию входят 12 человек, шесть из которых — адвокаты, два — представители органов юстиции и по одному человеку от разных ветвей судейской власти.

— Сейчас таких комиссий нет?

— Сейчас нет. Вместо них прием в коллегии.

— А коллегию могут организовать пять любых адвокатов?

— Ну, скажем, двадцать человек. А должен быть единый профессиональный стандарт и этические нормы. Я не буду одной черной краской мазать все так называемые параллельные коллегии, возникшие за последние 10 — 15 лет, но к большинству есть колоссальные претензии. Они созданы бывшими чиновниками, прокурорами, начальниками УВД. Уровень адвокатуры упал катастрофически. Квалификационная комиссия — это гарантия, что к нам не будут просачиваться случайные люди.

— Как будут формироваться адвокатские палаты?

— Общим собранием адвокатов в каждом регионе. Этот частный пункт может свести на нет все усилия разработчиков. В проекте прописано совершенно недопустимое положение: что органы юстиции «методом тыка»будут определять делегатов этого учредительного съезда. Отберут каждого десятого. То есть не самых достойных, а по алфавиту. Это плевок в лицо адвокатуре. Адвокаты на такое собрание просто не пойдут.

— А что же изменится для обывателей?

— Повысится вероятность, что они будут иметь дело с профессионалами. Закон дает всем шанс. А его эффективность зависит от многих обстоятельств, например, от нравственной зрелости и правовой культуры общества. В том числе и самих адвокатов.

В материале использованы фотографии: Натальи МЕДВЕДЕВОЙ, Владимира ВЕЛЕНГУРИНА, Владимира ЕФРЕМОВА, Владимира СМОЛЯКОВА, Итар-ТАСС