К вопросу о когнитивных аспектах парадокса

УДК 81'23

Е.Н. Заботина К вопросу о когнитивных аспектах парадокса

В статье рассматриваются примеры когнитивных структур современного парадокса, выявляются черты парадоксальности человеческого сознания, заложенность когнитивного диссонанса в основу восприятия парадокса, а также исследуется ассоциативная сущность парадокса и обосновывается необходимость его когнитивного анализа. В статье прослеживается тесная связь парадокса с афоризмом и метафорой, где метафоричность представляет собой основу человеческого мышления. Анализ языкового материала, представленного в виде парадоксальных выражений, взятых из скетчей английских писателей Стивена Фрая и Хью Лори, выявляет модификацию современного парадокса относительно его традиционной когнитивной структуры.

The article deals with the examples of the cognitive structures of the modern paradox, elicits paradoxical characteristics of human mind, the presence of cognitive dissonance in the basis of perception of the paradox and researches associative essence of the paradox and validates the necessity of its cognitive analysis. The author of the article researches close connection between the paradox and the aphorism and metaphor, where metaphoricalness is considered as the basis of human thought. Analysis of the paradoxical expressions taken from the sketch stories written by English writers Stephen Fry and Hugh Laurie elicits the modification of the modern paradox in relation to its traditional cognitive structure.

Ключевые слова: парадокс, противоречия, сознание, когнитивный подход, постмодернизм, когнитивный диссонанс, ассоциации, концептуальная метафора, концептуальная структура, Стивен Фрай, Хью Лори.

Keywords: paradox, contradictions, consciousness, cognitive approach, postmodernism, cognitive dissonance, associations, conceptual metaphor, conceptual structure, Stephen Fry, Hugh Laurie.

Рассмотрение глубинной структуры парадокса представляет особый интерес в русле когнитивного подхода, когнитивных процессов восприятия, познания и понимания. Все когнитивные процессы, так или иначе, связаны с сознанием, однако в современной философской и когнитивной науке понятия сознания, разума, интеллекта и мышления часто употребляются недифференцированно, и их прямое отождествление носит постоянный характер. Как показывают последние исследования в социальной психологии, человеческое сознание, его внутренний, ментальный мир имеют черты парадоксальности.

В.М. Аллахвердов, исследуя особенности человеческого мышления, выделяет ряд парадоксов на уровне сознания. Факт сущест-

вования сознания не вызывает сомнений, однако очевидным представляется только существование своего собственного сознания, в то время как о наличии сознания у какого-либо другого субъекта мы можем только предполагать. Согласно В.М. Аллахвердову, природа сознания является парадоксальной, поскольку сознание не может быть следствием процессов самого этого сознания, иначе сознание должно было бы существовать до того, как возникло. Следовательно, «сознание конструируется в комьютере-мозге так, что оно есть то, что не было сконструировано, и не есть то, что было сконструировано» [1, с. 40]. Подтверждением парадоксальности сознания служит непротиворечивость описания взаимоисключающих процессов сохранения и изменения: сохранение осознаваемого происходит только при его изменении, по закону Джеймса, осознается только та информация, которая меняется субъективно или объективно, а неизменное уходит из сознания. Абсолютно точное повторение ранее испытанного ощущения невозможно, что объясняется непрерывным изменением сознания. Следовательно, сознание постоянно трансформирует и упорядочивает информацию, которую осознает, причем речь идет как о базовом, так и о поверхностном содержании [1, с. 371-393].

Наличие левого и правого полушарий, как нам представляется, является физиологической основой парадоксальности нашего сознания. Оба церебральных полушария не являются зеркальным отображением друг друга структурно и биохимически, и такие биохимические асимметрии имеют определенные последствия для познания, выражающиеся, прежде всего, в сдвиге умственного контроля справа налево: «индивид, стоящий перед действительно новой ситуацией или задачей, решает ее главным образом правым полушарием. Но как только ситуация становится знакомой и усваивается, доминантная роль левого полушария становится очевидной... Левое полушарие - это полушарие когнитивной рутины... Правое полушарие имеет дело с новизной. Оно включается в дело всякий раз, когда когнитивный набор, находящийся уже в распоряжении организма, не может решить возникающую проблему...» [6, с. 242-243, 271-272].

Идея противоречивости мышления прослеживается у Б.Т. Танеева, по мнению которого, противоречие является средством познания окружающей действительности, где бинарная конструкция противопоставления своего «Я» миру, который для человека «не-Я», является изначально заложенной в языковую картину мира, внешний мир противопоставляется внутреннему миру человека. Внутренний мир человека противоречив - противоречия позволяют ему адаптироваться к изменениям внешней среды. «Противоречие представляет собой не природное, а чисто человеческое деяние...

Внутренний, ментальный мир - это мир существования противоречий» [4, с. 79-82].

Н.И. Барсукова утверждает, что современное художественное мышление, которое характеризуется совмещением несовместимого, выявляет значение факта парадоксальности. Предпосылкой этому служит обострение конфликтов, противоречий и контрастов самой действительности, в силу чего сегодня заметно возрастает многомерность, «стереоскопичность» художественного сознания, подытоживающего весь исторический путь, [2, с. 3-7]. Однако многомерностью характеризуется не только художественное сознание. Нелинейность мышления является необходимым условием решения парадокса, которое становится возможным только при полном и одновременном осознании двух противоположных точек зрения, поскольку парадокс обладает нелинейной структурой, что нарушает привычную структуру сознания и обеспечивает выход за пределы обыденной логики. Через парадоксальную концептуализацию отражаются противоречия современной культуры постмодернизм, с ее стремлением иронично переосмыслить прошлое.

М.Ю. Рябова отмечает, что главным признаком литературы постмодернизма является «корректирующая ирония» по отношению ко всем проявлениям жизни, одной из форм которой выступает форма афоризма, в основе которого лежит парадокс как коммуникативный акт. Такой афоризм выражает противоречивость мира и представляет собой жанр метарассказа - парадоксальное по своей природе повествование. Помимо принципа сознательного отрицания всех правил и ограничений, еще одним «отличительным признаком искусства постмодерна следует считать «пародийный модус повествования», пародийность, пастиш, «двойной код». Так, Ч. Дженкс определяет главный признак литературы постмодерна как «парадоксальный дуализм, или двойное кодирование»... Таким образом, ироничность, пародийность, нигилизм и противоречивость выступают как наиболее яркие и типичные характеристики дискурсивных форм постмодерна, кодифицируемые в текстах парадоксальных коммуникативных актов...» [10, с. 173].

Согласно Ж. Делезу, парадоксы инициируют мысль. «___ils insistent

dans le langage... La force des paradoxes réside en ceci, qu'ils ne sont pas contradictoires, mais nous font assister à la genèse de la contradiction» [14, с. 92]. («Парадоксы внутренне присущи языку. Сила парадоксов не в том, что они противоречивы, а в том, что они позволяют нам присутствовать при генезисе противоречия» [7, с. 107]).

Парадокс противостоит двум аспектам доксы - здравому и общепринятому смыслу, которые высказываются в двух различных направлениях, при этом здравый смысл ведет от более дифференци-

рованного к менее дифференцированному, он уникален и требует придерживаться одного направления. Общезначимый смысл заставляет разнообразное принимать как форму общего. Необходимым условием существования языка является наличие субъекта, который выражает и манифестирует себя в нем. В отношении субъекта общезначимый смысл соединяет различные «способности души» и органы тела в совокупное единство «Я», в отношении объектов он связывает данное разнообразие с индивидуализированной формой мира.

Согласно Ж. Делезу, здравый и общезначимый смысл находятся в отношениях взаимной дополнительности, что обеспечивает альянс между Я, миром и Богом. «Aussi bien le paradoxe est-il le renversement simultané du bon sens et du sens commun: il apparaît d'une part comme les deux sens à la fois du devenir-fou, imprévisible; d'autre part comme le non-sens de l'identité perdue, irrécogniscible» [14, с. 96]. («Следовательно, парадокс - это пересмотр одновременно и здравого смысла, и общезначимого смысла: с одной стороны, парадокс выступает в облике сразу двух смыслов - умопомешательства и непредсказуемого, с другой стороны, он проявляется как нонсенс утраченного тождества и неузнаваемого» [7, с. 112]). По мнению автора именно здесь происходит дарование смысла - в области, предшествующей здравому и общезначимому смыслу. В парадоксе язык достигает своей наивысшей мощи, сила его не в том, чтобы следовать в другом направлении относительно здравого смысла, а в том, чтобы показать, что смысл всегда берется в двух смыслах-направлениях сразу.

В основе восприятия парадоксального высказывания лежит когнитивный диссонанс. Наиболее полно сущность когнитивного диссонанса раскрывается в работе «Теория когнитивного диссонанса» Л. Фестингера. Как отмечает автор, связанные между собой установки человека стремятся к согласованности, в случае возникновения несогласованности индивид предпринимает попытки каким-либо образом рационализировать противоречие, однако если по той или иной причине эти попытки оказываются неудачными, возникает противоречие в системе знаний, что неизбежно ведет к появлению психологического дискомфорта, и человек предпринимает действия, направленные на уменьшение возникающего диссонанса, что меняет его образ мыслей и поведение. Значит, диссонанс, то есть существование противоречивых отношений между отдельными элементами в системе знаний, является мотивирующим фактором и представляет собой естественное явление, [12, с. 15-52].

Согласно С.С. Аверинцеву, в основе механизмов юмора, лежит когнитивный диссонанс. При этом юмористический эффект получается при неожиданном пересечении двух независимых контекстов: «нам смешно, когда два контекста, совершенно друг другу чуждые, благо-

даря бисоциации начинают казаться нам ассоциированными - так возникает когнитивный диссонанс, который компенсируется реакцией смеха» [цитата по Глинке, 5, с. 9]. Бисоциативное мышление - это соединение прежде всего несовместимых понятий, то есть способность воспринимать действительность сразу в нескольких плоскостях.

Юмор возникает, когда мозг узнает структуру, которая его удивляет, что сопровождается реакцией в виде смеха, то есть главным является не содержание, а структура. Учитывая тот факт, что «удивление» порождается эффектом неожиданности (или обманутого ожидания), то есть в общем смысле парадоксом, то можно сделать вывод, что когнитивный диссонанс является механизмом создания парадоксального высказывания. Также как и юмористический эффект парадокс возникает из оппозиции двух элементов, в которых есть что-то сходное, то есть образуется структура из двух составляющих, причем характеристики одной составляющей повторяются в другой. Такой психологический аспект создания и интерпретации парадокса указывает на необходимость исследования данного явления с точки зрения когнитивного подхода.

Парадокс, таким образом, можно рассматривать как одну из гносеологических проблем, связанных с сущностью познания и творчества, а также с вопросами о способах выражения полученного нового знания. Среди существенных признаков парадокса выделяются, прежде всего, наличие противоречия, возможность разрешения противоречия, нахождение общего для особенного. Поэтому парадокс - это создание противоречия, то есть соединение внешне противоречивых понятий, двух противоположных контекстов, но имеющих, тем не менее, внутреннее единство, это нахождение сходства у двух внешне различных понятий.

Разрешению противоречия способствует структура парадокса в виде диалектической триады «тезис - антитезис - синтез», где в качестве тезиса и антитезиса выступают противоречивые стороны объекта, а в синтезе происходит выявление их взаимосвязи, поэтому парадокс разрешается новым смыслом, свойством, отношением. Однако парадокс истину не выводит, не доказывает, а с помощью акта связывания, напрямую сопоставляя по ассоциации противоположного, предлагает увидеть в сопоставлении истину: истина проявляется сама по себе, не снимается в синтезе, а существует в живой связи оппозиций. Следовательно, парадокс, который может иметь в своей основе комическое, является афористичным и имеет структуру «тезис - антитезис - синтез», в которой по ассоциации соединяются два независимых противоположных контекста, в синтезе которых выявляется истина, вследствие чего парадокс представляет собой средство познания окружающей действительности.

Контрадикторная и контрарная ассоциативная сущность парадокса выражается не только в механизме когнитивного диссонанса, поскольку роль ассоциации в отношении парадокса не ограничивается только этим, ассоциации заложены в саму природу парадокса и являются ее неизбежной характеристикой. Согласно «Большой психологической энциклопедии», ассоциация - это «связь между психическими явлениями, образуемая при определенных условиях, при коей актуализация (восприятие, представление) одного из них влечет за собой появление другого» [3, с. 43]. При наличии ассоциативной связи между явлениями А и В возникновение в сознании человека явления А закономерным образом влечет появление в сознании явления В. Ассоциации классифицируются по типу их образования, при этом выделяются: ассоциации по сходству, по контрасту, по смежности в пространстве или времени, причинно-следственные. Очевидно, что именно ассоциации по контрасту/ сходству заложены в природу парадокса. Л.П. Прокофьева отмечает: «Мир познается мыслящим субъектом сенсорно и ментально. Каждое движение человеческой мысли включает в себя ассоциативные связи... Связи, устанавливаемые между объектами в процессе прямого или косвенного взаимодействия -универсальный признак человеческого сознания вообще...» [9, с. 8].

Кроме того, ассоциации по смежности, сходству и контрасту реализуются в языке и речи в виде тропов (метонимий и метафор), где метафора - это такой способ мышления, который использует уже добытые знания, постигая новые, в широком смысле метафора покрывает собой все поле тропов: метонимию, синекдоху, оксюморон, который является семантически парадоксальным выражением, или парадоксом в сжатом виде. Именно благодаря ассоциативности мировосприятия человек видит сходство или различие между гетерогенными денотатами, что позволяет объединять противоположные концептуальные структуры в рамках единого парадоксального высказывания.

Однако парадокс выполняет сходную функцию: он инициирует мысль и является средством познания окружающей реальности. «Противоречие как явление в логике и языке - это не простое отрицание противоположности, а средство познания мира. экзистенциальная суть противоречия заключается в появлении нового в старом» [4, с. 76]. Следовательно, можно сделать вывод о том, что парадокс порождается, прежде всего, ассоциациями по контрасту.

Метафора и парадокс выявляют смежные когнитивные механизмы и являются по своей природе взаимосвязанными, при этом метафора, согласно теории концептуальной метафоры Дж. Лакоф-фа, представляет собой не языковое, а концептуальное явление, механизм, при помощи которого мы понимаем абстрактные понятия. При этом метафорическое понятие основано на неметафорическом

понятии (на сенсомоторном опыте), то есть метафора базируется скорее на соответствиях в нашем опыте, чем на сходствах. Среди характеристик метафоры выделяются следующие: метафоры представляют собой мост от знакомого к незнакомому, области, связанные метафорой, асимметричны, метафоры функционируют на разных уровнях конкретности и, наконец, метафоры содержат парадокс, поскольку они сосредоточивают внимание на избранных аспектах сравнения, A=X и при этом A^X, [13, с. 350-355]. Метафоричность, а значит и парадоксальность, в основу которых заложена ассоциативность, являются основой человеческого мышления.

Концептуализации одного и того же фрагмента действительности варьируются от схожих до предельно противоположных. Ситуация создается заданной концептуализацией, «аспекты ситуации, затушеванные в данной концептуализации, имплицитно присутствуют в контексте сделанного высказывания: затушеванные аспекты связаны с актуализированными отношениями типа часть-целое, параметр-значение, причина-следствие и т. п.» [8, с. 190]. На наш взгляд, обращение к концептуальным структурам позволяет раскрыть сущность парадокса как противоречия в восприятии объективной реальности.

Традиционно концептуальная структура парадокса является двучастной и состоит из утверждения A и противоположного ему утверждения -A, соединенных ассоциативно: paradox = A + -A.

Однако современный парадокс в текстах постмодерна характеризуется модифицированной структурой по сравнению с исходной традиционной структурой парадокса, где измененным является один из ее элементов: paradox = A' + -A, или paradox = A + -A'. В данной работе рассматриваются парадоксы, взятые из скетчей Стивена Фрайя, написанных им в соавторстве с Хью Лори, английским писателем и актером. Скетч - короткая пьеса с двумя, реже тремя персонажами, которая на современном этапе включена в понятие «short story», фокусируется на отдельных моментах, оставляя читателю возможность самому додумать события, которые предшествовали этому моменту и последуют после него. Отличительной чертой скетчей является их возможность ярко представить парадокс на уровне сюжета. При когнитивном анализе парадоксов на материале скетчей Стивена Фрайя и Хью Лори были выявлены некоторые закономерности и модификации их структуры.

В скетче «Forward to the Past» («Вперед в прошлое») основной парадокс выраженный в названии, затем повторяется во фразах «I come from a time in advance of your own», [15, с. 55] («я прибыл из времени, лежащего впереди вашего», [перевод Ильина, 11, с. 163]) и «I come from a time five minutes ahead» («вся разница составляет пять минут», [перевод Ильина, 11, с. 164]). Структура приведенных

парадоксов аналогична: два гетерогенных контекста - «forward» и «past», «come from» и «in advance», «come from» и «ahead», - соединяясь в единую структуру парадокса, активизируют ассоциации по контрасту: прошлое предполагает движение назад, а двигаться вперед можно лишь по стреле времени от прошлого к будущему. Общим компонентом двух элементов данной концептуальной структуры, позволяющим объединять их в единый парадокс, является значение движения времени в фиксированной системе от прошлого к будущему. Соединяясь в одном высказывании, эти противоположные контексты вызывают когнитивный диссонанс. Сюжет этого скетча является парадоксальным, поскольку в первой его половине герой попадает из будущего в прошлое, а затем, наоборот - из прошлого в будущее за счет скачка во времени.

Традиционная концептуальная структура предполагает наличие двух взаимоисключающих вариантов - «future» (A) и «past» (-A): paradox = A + -A. Структура парадокса «Forward to the Past» является модифицированной, где значение «future» выражено через компонент «forward» (A'), обозначающий движение вперед, который ассоциативно соединяется с компонентом «past» (-A), образуя парадокс: forward to the past = forward + past (paradox = A' + -A).

Скетч «Christening» («Крещение»), [15, с. 8], характеризуется парадоксальным сюжетом, где главные герои относятся к религии как к услуге и бизнесу, а не как к проявлению веры. Сюжетный парадокс выражен и в конкретных лингвистических парадоксах: «<this is a church, not a dealing room» («это церковь, а не торговая точка», [перевод Ильина, 11, с. 187], церковь рассматривается как средство получения денег, с точки зрения прибыльности), «take this building [church]... It's a criminal waste» («возьмите хоть это здание. Столько средств вбухано, а что вы с этого имеете?», [перевод Ильина, 11, с. 187]), и, наконец, «Christening service» противопоставляется «Christening rudeness». В традиционном варианте концептуальной структуры компонент «rudeness» (A) должен был соединиться с компонентом «politeness» (-A) на основе ассоциации по контрасту. Однако концептуальная структура современного парадокса является модифицированной, где компонент «politeness» (-A) заменяется более широким термином «service» (-A ), который подразумевает включенность понятия вежливости в понятие предоставления услуги. Следовательно, концептуальная структура рассматриваемого парадокса выглядит следующим образом: [church] = «Christening service» + «Christening rudeness» (paradox = A + -A').

Таким образом, рассмотрение когнитивных структур парадокса представляется обоснованным и перспективным, что объясняется парадоксальностью сферы сознания и подтверждается исследова-

w w n

ниями в современной логике и социальной психологии. В основе парадокса лежит когнитивный диссонанс. В эпоху постмодернизма, требующего многомерности и стереоскопичности сознания для ироничного переосмысления прошлого, когда противоречия и контрасты окружающего мира выходят на первый план, явление и сущность парадоксальности приобретает особое значение. Современный парадокс в текстах постмодерна, и в частности в скетчах английских писателей Стивена Фрайя и Хью Лори, имеет различные концептуальные структуры, представляющие собой трансформацию одного из элементов традиционной когнитивной структуры. Такая модификация структуры парадокса отражает усложнение связей и отношений между явлениями окружающего мира и нелинейность современного мышления.

Список литературы

1. Аллахвердов В.М. Сознание как парадокс (экспериментальная психология). СПб., ДНК: ИМАТОН-маркет, 2000.

2. Барсукова Н.И. Парадоксальность современного художественного мышления: автореф. дис. на соиск. уч. степ. канд. филол. наук. - Магнитогорск, 1997.

3. Большая психологическая энциклопедия. - М.: ЭКСМО, 2007.

4. Ганеев Б.Т. Парадокс: парадоксальные высказывания. - Уфа, БГПУ, 2001.

5. Глинка К. Теория юмора // URL: http://www.e-lub.net

6. Голдберг Э. Парадокс мудрости: научное опровержение «старческого слабоумия». Революционный взгляд на мышление человека. - М., Поколение, 2007.

7. Делез Ж. Логика смысла. - М., 1998. I

8. Падучева Е.В. Метафора и ее родственники // Сокровенные смыслы: Слово. Текст. Культура. -М.: Славянские культуры. - 2004.

9. Прокофьева Л.П. Звуко-цветовая ассоциативность: универсальное, национальное, индивидуальное. - Саратов: Изд-во Саратовского мед. ун-та, 2007.

10. Рябова М.Ю. // Материалы междунар. науч.-практ. конф. «Лингвистическое наследие Шарля Бали в XXI веке». - СПб., РГПУ, 2009.

11. Фрай С. и Лори Х. Шоу Фрая и Лори.// пер. с англ. С. Ильина. - М., Фантом Пресс, 2008.

12. Фестингер Л. Теория когнитивного диссонанса. - СПб.: Ювента, 1999.

13. Фундаментальные направления современной американской лингвистики: сборник обзоров. / под ред. Кибрика А.А., Кобозевой И.М., Секериной И.А. - М.: Изд-во Московского университета, 1997.

14. Deleuze G. Logique du Sens. Les editions de minuit, 2005.

15. Fry S. and Laurie H. A Bit of Fry & Laurie // URL: http://www.geocities.com/ mmemym/.