Заказ занимает оборону

Последние изменения в федеральный закон "О государственном оборонном заказе" были внесены в июле, но представители оборонных предприятий по-прежнему считают его сложным для исполнения. Напомним, данный закон призван установить контроль за всей цепочкой смежников и обеспечить такие условия использования бюджетных денег, при которых нецелевое расходование средств стало бы невозможным.

Системный контроль

Объем государственных закупок по статье "Национальная оборона" в 2016 году составит 3,157 трлн руб. Это значимая статья государственных расходов, в рамках всеобщего сокращения бюджетных трат уменьшаются и расходы на оборонку. В 2015 году эти расходы были уменьшены на 3,8% от запланированных сумм, в текущем году — на 5% к уровню прошлого года, ожидается, что в 2017 году военные закупки сократят еще на 6%.

Но несмотря на сокращение финансирования, потребность армии в новом вооружении и боеприпасах не только не сокращается, но и, напротив, растет. Обеспечить покупку большего количества оборудования за меньшие деньги и призван закон "О государственном оборонном заказе" (закон о ГОЗ). Предпосылки для появления закона, регламентирующего использование денег гособоронзаказа, были весьма серьезные. Практически все предприятия, выпускающие военную технику, производят и гражданскую продукцию. К сожалению, факты использования денег, выделенных на военную технику, для покрытия платежного дефицита или даже убытков по гражданским контрактам периодически выявлялись. Закон о ГОЗ призван установить контроль за всей цепочкой смежников и обеспечить такие условия использования бюджетных денег, при которых нецелевое расходование средств стало бы невозможным.

Практически все предприятия, выпускающие военную технику, производят и гражданскую продукцию

Новый закон регламентировал работу межведомственной системы контроля, которая должна следить за финансовыми потоками при размещении и выполнении гособоронзаказа. В эту систему вошли Минобороны РФ, ФАС, Росфинмониторинг, Банк России и Счетная палата. Ведомства формируют базу данных, в которую сводится информация о выполнении гособоронзаказа, о лицах, принимающих участие в поставках по заказу, контрактах, договорах о взаиморасчетах сторон. В качестве идентификатора всех этапов бизнес-процесса в учетной системе используется единый идентификационный номер госконтракта по ГОЗ.

Также база данных будет содержать информацию о банках, уполномоченных обслуживать ОПК, и об отдельных банковских счетах, используемых головными исполнителями. Это и должно обеспечивать надежность и прозрачность взаиморасчетов при выполнении гособоронзаказа и защиту стратегической информации. Очевидно, например, что отслеживать трансакции в одном банке гораздо проще, чем если каждое предприятие-смежник по всей цепочке изготовления продукции имеет счет в удобном ему банке.

Правда, для банков участие в гособоронзаказе не является прибыльным бизнесом, поскольку закон предписывает банкам вести финансовое сопровождение госконтрактов без взимания платы. Кроме того, закон отменяет и комиссии, которые могут возникать при переводах средств из одного банка в другой. Видимо, поэтому предполагается, что в разряд уполномоченных банков при работе с оборонзаказами попадают только государственные банки или коммерческие, но с принадлежащим государству контрольным пакетом акций.

Правительство оставляет за собой контроль за ценами в сфере гособоронзаказа, обещая пресекать их необоснованные превышения с помощью комплекса мер, среди которых запрет деятельности исполнителей и поставщиков, завышающих цену продукции по заказу, не исполняющих либо ненадлежащим образом исполняющих государственный контракт, срывающих сроки его выполнения.

ФАС России получила специальные функции для контроля за деятельностью исполнителей и поставщиков, а также определен порядок проведения различных проверок, юридические вопросы возбуждения, рассмотрения и обжалования дел, связанных с различными нарушениями законодательства в сфере закупок военного оборудования. Таким образом, новое законодательство должно предотвращать необоснованное завышение цен при выполнении гособоронзаказа.

Результативные возмущения

Однако при всем благих намерениях, которые правительственные органы вложили в новый закон о гособоронзаказе, исполнительной стороной он был принят далеко не однозначно. Для некоторых предприятий оборонного сектора ряд новаций нового закона настолько осложнил существование, что они даже стали выступать за его отмену. Так, весной заместитель генерального директора Саратовского электроприборостроительного завода им. Серго Орджоникидзе Марк Ставицкий на расширенном заседании совета общественной палаты Саратовской области заявлял, что новый закон фактически препятствует выполнению гособоронзаказа. Наиболее проблемным местом нового закона, по мнению господина Ставицкого, стало нововведение, по которому деньги на выполнение гособоронзаказа должны аккумулироваться на спецсчетах и не могут использоваться как собственные средства предприятия. "Расплачиваться за энергоресурсы, по зарплате можно только с общего счета, где могут быть деньги, не связанные с выполнением оборонзаказа,— говорил Марк Ставицкий.— Количество счетов резко возросло, что требует дополнительных людей и расходов, не предусмотренных никакими бюджетами. Со спецсчета можно заплатить только 50% налогов. Запрещается опережающая закупка материалов и комплектующих. Платить процентные ставки, погашать кредиты невозможно. Сейчас большинство предприятий, у которых гособоронзаказ превышает 70%, остановили свои инвестиционные программы и закупку деталей". По его мнению, если следовать букве закона, то наказан может быть любой завод и любой подрядчик, потому что выполнить требования, не остановив производство, нельзя.

Понятно, что оценки заместителя гендиректора Саратовского завода далеко не все представители предприятий оборонного комплекса разделяют в полной мере. Однако многие согласны, что новый закон осложнил работу предприятия по выполнению гособоронзаказа. Так, первый вице-президент Союза машиностроителей России, первый зампред думского комитета по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству Владимир Гутенев, выступая недавно на заседании совета Торгово-промышленной палаты России по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, также заявил о необходимости пересмотра пункта нового закона, касающегося ценообразования в оборонно-промышленном комплексе. По его мнению, закон, несмотря на внесенные некоторые изменения, остается сложным для применения на практике. Например, в части возмещения головному исполнителю расходов, связанных с формированием за счет собственных средств запасов материалов, покупных изделий, а также запаса продукции с длинным технологическим циклом производства. По словам господина Гутенева, в числе нерешенных проблем — сроки рассмотрения расчетно-калькуляционных материалов по определению начальных цен контрактов и выдача заключений по начальным ценам госконтрактов в рамках плановых заданий ГОЗ. Сегодня, по мнению депутата, они недопустимо длительные. "В итоге цена контракта может по окончании согласований значительно отличаться от той, которая экономически обоснованна в период изготовления изделий,— говорит Владимир Гутенев.— Необходимо законодательно закрепить порядок и сроки рассмотрения заказчиком расчетно-калькуляционных материалов и выдачи заключений по уровню цен госконтрактов с приложением необходимых обоснований исключения затрат из себестоимости".

Нередко производители сталкиваются с несоответствием индексов цен долгосрочных государственных контрактов и фактического уровня инфляции. Дело в том, что не все промежуточные поставщики готовы принимать предложенные индексы, в то время как головной исполнитель ограничен жесткими рамками контракта в части формирования цены, сроков поставки и авансирования. Это может негативно отразиться на финансовых результатах прежде всего головного исполнителя.

Другой проблемный вопрос — авансирование по госконтрактам. С 2015 года общий объем авансирования снизился с 80% до 50% от стоимости ежегодного объема поставки продукции. В ходе контрактно-договорной работы наблюдается отказ поставщиков от зеркальных условий авансирования. Большинство поставщиков настаивают на авансировании в размере значительно большем, чем 50%, и часто требуют окончательного расчета по уведомлению о готовности комплектующих к отгрузке, тогда как госконтракт предусматривает окончательный расчет после отгрузки партии изделий генеральному заказчику. Соответственно, головным исполнителям для восполнения недостатка оборотных средств приходится привлекать заемные средства (кредиты банка), что ухудшает плановые экономические показатели выполнения ГОЗ.

Впрочем, притом, что нерешенных проблем в сфере гособоронзаказа остается сегодня немало, первый вице-президент Союза машиностроителей России считает, что реальные подвижки в их решении есть. "Идет конструктивное взаимодействие с Министерством обороны, и, главное, взаимодействие консолидировано в единое мнение и единые предложения,— полагает Владимир Гутенев.— Все это вселяет уверенность, что вопросы будут пусть и не сразу все, но сниматься, а значит, повысится результативность предприятий, работающих по гособоронконтрактам, и качество исполнения этих контрактов".