«Стояние на воде» - «Ваын сулавны» - в календарной традиции коми-пермяков

EASTER CEREMONIAL AT GERMANS OF PRIKAMYE IN THE 20th CENTURY: TRADITIONS AND INNOVATIONS

D.I. Vajman

There have been considered features of Easter ceremonialism at a compact group of the German population in Prikamye, assuming as a basis the field materials. This group was formed basically out of immigrants from Russian western provinces in the beginning of the 20th century. The author reveals the structure and basic elements of a holiday ceremonial and also interethnic innovations being the results of contacts with the Russian population.

© 2009

Т.Г. Голева, А. В. Черных

«СТОЯНИЕ НА ВОДЕ» - «ВАЫН СУЛАВНЫ» — В КАЛЕНДАРНОЙ ТРАДИЦИИ КОМИ-ПЕРМЯКОВ

В цикле весенних, летних и осенних праздников народного календаря коми-пермяков особое место занимают местночтимые и обетные праздники, связанные со скотом. Возникновение обетных праздников, как правило, соотносится с эпидемией и падежом животных. В других случаях ритуалы со скотом включены в канву местночтимых и престольных праздников. Одним из характерных элементов этих праздников было «стояние на воде»: когда жители села или деревни верхом на конях, или, держа коней под уздцы, заходили в реку и стояли там какое-то время.

Приведем один из примеров совершения подобного обряда в селе Большая Коча Чердынского уезда Пермской губернии: «...Хворые кони вводятся в речку, протекающую близ часовни, и стоят, пока совершается молебствие и освящается вода. Коней и их хозяев набирается в речку такая масса, что речка запруживается и вода, раньше едва доходившая человеку до пояса, поднимается до плеч. Благо-словление коней в день Флора и Лавра... имеет место во всем Пермском крае.»1.

Опираясь на опубликованные и полевые материалы, в народном календаре коми-пермяков можно отметить до десяти дат, когда осуществлялся ритуал «стояния на воде». В источниках отмечалось, что вместе с конями в воде стояли люди. Согласно современным данным, которые отражают более раннюю ритуальную ситуацию — только люди. «Стояние на воде» совершали в Егорьев день, 06.05 (с. Пуксиб, с. Пятигоры Косинского района, д. Петухово Кудымкарского района); Иванов день, 07.07 (д. Пеклаыб Косинского района); Канун Петрова дня, 11.07 (д. Нижняя Коса Косинского района); Петров день, 12.07 (д. Цыга-ново Косинского района, с. Пелым Кочевского района, с. Ёгва Кудымкарского района); Прокопьев день, 21.07 (с. Пелым Кочевского района); Гаврилов день,

26.07 (д. Бачманово Косинского района); День преподобного Серафима Саровского, 01.08 (с. Отево Кудымкарского района); Ильин день, 02.08 (с. Пятигоры Косинского района); Первый Спас, 14.08 (с. Пятигоры Косинского района, д. Кекур, д. Поносова Кудымкарского района); Макарьев день, 07.08 (д. Урья Кочевского района); день Флора и Лавра (Прол лун, Пролавер), 31.08 (с. Ёгва, с. Белоево, с. Ошиб, д. Поносова, д. Хайдуки Кудымкарского района, с. Пятигоры, д. Денино Косинского района, с. Юсьва, д. Бутылева Юсьвинского района, с. Большая Коча Кочевского района)2. Таким образом, обычай «стояния на воде» приходился на большую часть весеннее-летнего полугодия; на даты с начала мая до конца августа.

Функционирование обычая в этот период было обусловлено разными причинами. Во многих населенных пунктах названные праздники были престольными. Часть из них, по православной традиции, предполагала ритуал освящения воды. В большинстве случаев его проводило духовенство. Народ, участвуя в обряде, набирал для себя освященную воду в емкости для последующего ее употребления. Возможно, акт освящения воды и являлся побуждением к приводу лошадей на реку и к «стоянию» в воде людей.

Многие из святых, именем которых названы праздники, в народе считаются покровителями животных. Святой Макарий — охранитель коров, Флор и Лавр — лошадей, Егорий — пасущегося скота: «Великомученик победоносец Георгий, он по скоту. И святые мученик Кузьма, Демьян, Фролы и Лавры. Патриарх Модес иерусалимский, хранитель от болезней и падежа, ему молимся» (Полевые материалы авторов — далее ПМА, Юсьвинский район, с. Юсьва). Также покровителями животных коми-пермяки считали Петра и Павла3.

Народно-православные представления о святых, очевидно, и обусловили развитие культа покровителей животных, активизировали обычаи освящения, «очищения» животных и актуализировали тенденцию исполнения обетов в именные дни данных святых.

«Стояние в воде» верхом на коне в Егорьев день, в частности, сами носители традиции объясняют иконографической традицией изображения святого: «Вол вылын пукало Егорейыс, сто рисуйтомась. Кинос мыжьяс Егорейыс, вол выло пуксясо, козяиныс, и пыроны коккезодзыс, волыс чуть оз ой, сулало. — На лошади сидит Егорий, его нарисовали. Кого Егорий покарает, на лошадь садятся, хозяин, и заходят до ног /хозяину/, лошадь стоят» (ПМА, Косинский район, с. Пуксиб).

Из обетной традиции, по местным преданиям, выросло ежегодное совершение обрядов в Макарьев и Гаврилов дни. Поводом послужил крупный падеж скота: «Кцркц мцссэз куллцмась татцн ёна, сшц праздниксц керцмась сшц гцдц. Сшц эсся сю жизнь празднуйтцны. - Когда-то здесь сильно коровы погибали, в тот год начали отмечать этот праздник. И теперь всю жизнь его празднуют» (ПМА, Кочевский район, д. Урья).

Выбор на Гаврилов день, по словам старожилов, выпал случайно, как наиболее близкая дата во время мора животных: «Народ искал выход, как прекратить мор и падеж скота. Решили верующие люди просить помощи у Святых великомуче-ников...День Святых Петра и Павла уже прошел, оставался еще один день в июле — Гавриила. Собрались все жители Бачманово и из соседних деревень, привели лошадей к этой березе, что у воды, где была часовенка. Священник провел службу,

читал молитвы, святил воду в реке, брызгал этой водой людей, животных.По-могли молитвы, мор прекратился. С тех дней, из года в год в Бачманово и празднуют Гаврилов день широко, с размахом.»4.

«Стояние на воде» в Иванов день, вероятно, было связано с другими ритуалами праздника. Зюздинские коми-пермяки так объясняют необходимость совершения обряда: «Здесь на Иванов день тоже рагозские ходят на Каму. В воде стоят по колена. Молятся. Каждый год. Так эдь это Иванов день, Иван Купала так и называется. Воду ведь тогда освешают тоже. Крешение освешают, и Иванов день тоже, так и называется» (ПМА, Кировская обл., Афанасьевский район, с. Порубово).

Проведение подобных масштабных праздников начали запрещать уже в начале XX в.. Противниками были как церковь, так и административная власть5. В дальнейшем, в советскую эпоху, коми-пермяки перестали устраивать подобные ритуалы. Но, несмотря на тенденцию к забвению, в некоторых местах обычай «стояния на воде» по-прежнему был приурочен к празднованию соответствующей даты календаря. По зафиксированным материалам, дольше он оставались актуальными среди северных коми-пермяков. В отдельных селах этой группы ритуалы «стояния на воде» совершаются и в настоящее время.

Егорьев день в с. Пуксиб. Праздник является престольным и продолжает отмечаться местными жителями до настоящего времени. По рассказам, на берегу реки Коса прежде стояла часовня, к которой народ собирался в этот день. Там служили молебен, во время которого обмывали иконы в реке, заходили в воду верхом на конях и без коней. «Вадоро ветлотко, сэтчин юрбитлкв. Одзжык воллэзон ветлотко, кинлон мыжа, Егорей, шуоны, что мыжжас ншо. — На речку ходили, там молились. Раньше с лошадьми ходили, у кого мыжа. Говорили, что Егорий их покарал» (ПМА, Косинский район, с. Пуксиб).

В последние годы иконы хранятся в клети ближайшего дома. В праздник их относят к воде, обмывают, читают молитвы. Если в этот день стоит теплая погода, все участники обряда заходят в воду по колено и стоят до окончания службы. Если холодно, молятся на берегу. Роль священника исполняют местные жительницы, знающие ритуал службы. После службы каждый набирает себе освященную воду, ею брызгают всех присутствующих. Затем начинается трапеза и гуляние.

Во время праздника люди прежде жертвовали мелочь, на которую в дальнейшем покупали свечи для будущего совершения обряда. В последние годы, когда по разным причинам старушки не могут собраться на берегу реки, проводят службу рядом с домом: «А он1 кык год бора татон, йорын, юрбитко старукаэз ен-нэзэн, миян йорын. Молитваэз лыддьотоны, тя тодоны. Юрбитасо, сысся гуляйтыштасо, сьылыштасо, каясо, по домам муноны. — А два года здесь старухи с иконами молились в огороде, в нашем огороде. Молитвы читают, они знают. Помолятся, потом погуляют, попоют, расходятся по домам» (ПМА, Косинский район, с. Пуксиб).

Вил праздник (лошадиный праздник) в д. Нижняя Коса. По одним источникам праздник отмечали 11 июля накануне Петрова дня, по другим — 12 июля в Петров день. С иконами жители деревни шли на реку Лолог, заходили в воду, освящали ее; в воде стояли и люди, и лошади. Больные, чтобы избавиться от болез-

ни, опускали в реку какой-нибудь подарок: «Султам да сулалам, да сэтчин лэд-засц чулки ли мый ли, плывет, мед пц с1я кылтц болезнес. — Встанем и стоим, туда отпустят чулки может быть, плывут, пусть унесет болезнь» (ПМА, Ко-синский район, с. Коса). Вернувшись в деревню, молились у ключей, колодца, просили дождь, или, наоборот (если шли сильные дожди), просили ясную погоду. К иконам некоторые приносили подарки (например, полотенце), они оставались у хозяина иконы.

После посещения ключей и колодца молились и трапезничали у кладбища или на кладбище у любой могилы: «Лологыс тай, сэтон ваас сулалсо. Сэтчин сулаласо, сэсся каясо. Сэсся эстон ошмос дынын юрбитасо, сэтчин ключыс дынын, сэсся могилаыс дыно. — Лолог, там в воде стояли. Там постоят, потом идут. Потом здесь у колодца молятся, у ключа, потом к могилам» (ПМА, Косинский район, д. Н. Коса). С уходом из жизни прежних стариков обряд постепенно перестали проводить. Несколько лет назад собрались в деревне, но на реку уже не ходили: «А он1 некин оз ветлот, он1 некин оз тодо да. Важон ни, порисьось кул1со и дугд1со ветлотны. После войны грудиччыл1со ошмос дыно, Лологас эзо ни оддьон ветлото. — А сейчас никто не ходит, никто сейчас не знает. Давно уже, старики умерли, и перестали ходить. После войны собирались к колодцу, на Лолог уже не очень ходили» (ПМА, Косинский район, д. Н. Коса).

Гаврилов день в д. Бачманово. По словам местных жителей, в этот день также собирались к часовне у небольшого водоема. Стояли в воде с лошадьми и молились: «Гаврил день юрбитоны — 26 юля. Воллэзон сулалоны ваын, кинлон мыжа дак. — На Гаврилов день молимся — 26 июля. С лошадьми стоим в реке, у кого мыжа» (ПМА, Косинский район, д. Горт-Луд).

В настоящее время в назначенный день весь народ собирается у одного дома, затем выносят иконы. Каждая икона сверху вниз перевязана старинными кушаками или покромками. Вся процессия отправляется за деревню к березе, рядом с которой, по преданиям, стояла часовня. Еду и иконы ставят на стол, молятся, освящают воду в ведре. После молебна обрызгивают водой всех присутствующих, затем начинается трапеза и гуляние6.

Мцс лун (Коровий день) или Макарьев день в д. Урья. Прежде в ночь с 6 по 7 августа молились в часовне, позже — в каком-либо доме. Утром шли на речку Урью и, стоя вместе с конями в воде, продолжали службу. После молебна начиналось гуляние. Больные люди по обету приносили баранью голову, которая совместно съедалась после окончания службы (ПМА, Кочевский район, д. Урья) либо другую кровавую жертву.

Источники начала XX в. отмечали обычай скакать верхом на конях после «стояния на воде» в Спас и день Флора и Лавра7, из-за чего часто происходили несчастные случаи, и что, в свою очередь, являлось причиной запрета обряда. Скачки на лошадях помимо народного объяснения — «всосания воды в кровь

о

лошади»8, имели рациональное основание: они должны были отогреть замерзшее в воде животное. В современных описаниях обрядов факты проведения скачек не приводятся.

В советское время обряды продолжали проводить только местные старожилы; в них участвовали больные из других деревень. Основными участниками ритуалов во второй половине XX в. стали пожилые женщины. Лишь в деревне

Бачманово на Гаврилов день было отмечено активное участие детей (они помогали нести иконы). Во время службы в качестве наблюдателей и на гулянии там присутствуют и остальные жители ближайших деревень. Но при этом в воде уже никто не стоит, вода освящается только в ведре. В селе Пуксиб, наоборот, «стояние на воде» в последнее время было предпочтительно для всех участников молебна, вне зависимости от состояния их здоровья. В последние годы коней во время обряда уже не освящают, но праздники продолжают отмечаться.

«Купание» коней или «стояние на воде» можно отнести к одной из форм ритуального освящения животных. Большое значение в данном случае имеет отношение коми-пермяков к водной стихие. Как и другие народы, коми-пермяки использовали воду в качестве очистительного и продуцирующего средства. При этом всегда помнили и о противоположных свойствах воды — способности «наслать» болезни, «наказать» человека.

Двойственное отношение к воде подтверждает практика приношения даров водоемам, этика поведения у водоемов, народные поверья и запреты на купание9. Текущая река, в народном мировоззрении, должна унести все болезни. В представлениях народа особо целебными свойствами вода обладала при ее освящении в определенные дни календаря: в эти дни вода не только очищает человека и животных от болезней, она освящается покаравшим их святым.

Считалось, что в обрядах «стояния» лошади и люди избавляются от хворей и мыжы — кары, посланной святым. Коми-пермяки либо самостоятельно давали обет принести жертву и простоять в воде в надежде на обретение здоровья, либо их напутствовали знахари, проводившие гадание черцшлан («вешание топора»), с помощью которого определяли имя святого, наславшего болезнь. В день имени этого святого обычно и нужно было стоять в воде: «Одзжык воллэзон ветлотко, кинлон мыжа, Егорей, шуоны, что мыжас ншо. — Раньше с лошадьми ходили, у кого мыжа, говорили, что Егорий их покарал» (ПМА, Косинский район, с. Пуксиб).

Правда, не всегда имя покаравшего святого совпадало с датой, к которой приурочивалось «стояние на воде» в локальной традиции: «Шуц, Илля лун мыжйцма пц козяинытлысь коксц. <...>Колц пц юрбитны, Мцс праздникц ваын су-лалны. — Говорит, Ильин день покарал ногу хозяина. <...> Надо, мол, молиться, на Коровий праздник в воде стоять» (ПМА, Кочевский район, д. Борино). Представление о мыже — одна из основных причин «стояния на воде» не только коней, но и людей. Если в традиции северных (косинско-камских) коми-пермяков представление о мыже еще прочно, то у южных (иньвенских) оно практически забыто, либо видоизменилось и не сопровождается традиционными ритуалами. Это объясняет сохранение практики почитания местночтимых дней и «стояния на воде» именно среди северных коми-пермяков.

Таким образом, «стояние» можно интерпретировать как дань святому — своеобразное пожертвование. Так больной человек может «простоять» в воде верхом на коне. В этом случае вода должна доходить до спины лошади, чтобы ноги человека оказались в воде до колен. Для коми-пермяков «стояние на воде» являлось одним из предпочтительных ритуалов наделения коней здоровьем и избавления людей от болезней. География распространения и частота встречаемости этого обычая была необычайно широка.

Интересно содержание обряда накануне Петрова дня в д. Нижняя Коса, когда вместе с освящением коней и «стоянием на воде», проводится моление с просьбами о дожде и поминаются умершие предки. Молениями о дожде также сопровождался в засушливые годы Гаврилов день10.

Схожие в типологическом отношении обычаи были известны в русской культуре. Чаще всего они приурочивались ко дню святых Флора и Лавра; нередко это также было связано с обетной традицией. Обетные праздники в честь домашних животных были широко распространены среди русских и финно-угорских народов Европейской части России, русских Сибири11. В народе

12

их называли «лошадиными» или «коровьими» праздниками12. Русская культура оказала большое влияние на складывание ритуальной стороны календарной обрядности коми-пермяков.

Восприятие коми-пермяками элементов северорусской традиции вместе с распространением православия определялось сходством условий и форм жизнедеятельности обоих народов. Одним из общих элементов в календарной обрядности русских и коми-пермяков являлся ритуал «купания» коней или «стояния на воде». В то же время обрядность коми-пермяков включала и другие ритуалы, связанные с поминовением предков, предупреждением засухи и вызыванием дождя. Существенной особенностью коми-пермяцких традиций являлся комплекс представлений о «мыже» (каре), во многом определивший содержание ритуалов «стояния на воде».

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Смирнов И.Н. Пермяки: Историко-этнографический очерк // Известия общества археол., истор. и этногр. при Императорском Казанском ун-те. Казань, 1891. Т. IX. Вып. 2. С. 251.

2. Полевые материалы, собранные в районах Коми-Пермяцкого округа, см. также: Добротворский Н. Пермяки. Бытовой и этнографический очерк // Вестник Европы. 1883. Т. 2. Кн. 3, 4. С. 228-263, 548-550; Климов В.В., Чагин Г.Н. Круглый год праздников, обрядов и обычаев коми-пермяков. Кудымкар, 2005; Конаков Н.Д. О братьях наших меньших // Родники Пармы: научно-популярный сборник. Вып. IV. Сыктывкар, 2001. С. 166-187; Рогов Н.А. Материалы для описания быта пермяков // Пермский сборник. М., 1860. Кн. 2, отд. 2. С. 1-127; Смирнов. Ук. соч.; Янович В.М. Пермяки. Этнографический очерк / Оттиск из журнала Живая старина. СПб., 1903. — 122 с.

3. Янович. Ук. соч. С. 76.

4. Бусова Л. Праздник деревни // Коми-Пермяцкие вести: газета Косинского района. 31 августа 2007. С. 3.

5. Янович. Ук. соч. С. 76-77; Смирнов. Ук. соч. С. 251.

6. Архив Фольклорно-этнографического центра, Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова (2007 г., Косинский район, д. Бачманово, запись Фадеевой С.).

7. Архив Коми-Пермяцкого окружного краеведческого музея, Ф. 30, Тотьмянина С. Народные средства лечения. Бытовая народная медицина. С. 36; Смирнов. Ук. соч. С. 251; Янович. Ук. соч. С. 77.

8. Янович. Ук. соч. С. 77.

9. См.: Голева Т.Г. «Вода» в системе мировоззрения коми-пермяков // Националь-

ные языки России: региональный аспект. К 50-летию коми-пермяцко-русского отделения филол. факультета ПГПУ: материалы междунар. науч.-практич. конф. (20-21 октября 2005 г., Пермь). Пермь, 2005. С. 257-261.

10. Бусова. Ук. соч. С. 3.

11. Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: опыт сравнительного изучения славянских преданий и верований в связи с мифологическими сказаниями других народов: в 3 т. М., 1995. Т. 1; Винокурова И.Ю. Календарные обычаи, обряды и праздники вепсов (конец XIX — начало ХХ в.). СПб., 1994; Кона-ков. Ук. соч.; Любимова Г.В. Возрастной символизм в культуре календарного праздника русского населения Сибири. XIX — начало XX века. Новосибирск: Институт археологии и этнографии СО РАН, 2004; Черных А.В. Русский народный календарь в Прикамье. Праздники и обряды конца XIX — середины XX в. Ч. 1. Весна, лето, осень. Пермь, 2006.

12. Конаков. Ук. соч. С. 186; Винокурова. Ук. соч. С. 88-90.

«STANDING ON WATER» — «VAYN SUSLAVNY» — IN CALENDAR TRADITION

OF KOMI-PERMIANS

T.G. Goleva, A.V. Chernyh

The article is about characteristic on locally honoured and vow holidays of a Komi-Permian national calendar. The «standings on water» occupy a special place among the rituals. So these rituals have wide analogies in Russian ethnography and they are quite remarkable for their originality so far. In Komi-Permians' calendar the «standings» ceremonials are correlated with the rituals of ancestors' commemoration, prevention a drought and calling for rain. The essential feature of Komi-Permians' traditions was a set of believes about «myzha» (a penalty sent to the saints), which defined contents of «standings on water» rituals in many respects.