Особенности русскоязычной технически опосредованной коммуникации (на материале речевых произведений китайцев)

УДК 81’27

ОСОБЕННОСТИ РУССКОЯЗЫЧНОЙ ТЕХНИЧЕСКИ ОПОСРЕДОВАННОЙ КОММУНИКАЦИИ

М. Е. Трубчанинова

Воронежский государственный университет

Статья посвящена проблеме изучения языковой личности китайца в условиях технически опосредованной коммуникации и с учетом жанровых особенностей такого рода взаимодействия. Обращение к БМБ-сообщениям, электронным письмам и телефонным разговорам как интерактивным способам реализации межкультурного общения позволило выявить механизм проявления маргинальности языковой личности под действием двух факторов - интерактивности и установки на аккомодацию.

Инновационные технологии стремительно меняют облик современного мира, сокращая расстояния, стирая границы (не в геополитическом, смысле, а применительно к межкультурному взаимодействию): чтобы вступить в коммуникацию с представителем другой культуры, нет необходимости получать загранпаспорт, визу, приобретать билет и выезжать за рубеж — достаточно включить компьютер, набрать короткое сообщение на клавиатуре мобильного телефона или позвонить.

Предметом рассмотрения в данной статье является вербальное взаимодействие такого рода. Выбор в качестве объекта изучения БМБ-сообще-ний, электронных писем, записей телефонных разговоров не случаен. При русскоязычной технически опосредованной коммуникации, участники которой — носители типологически различных языков — русского и китайского, коммуниканты разделены расстоянием, лишены возможности визуального контакта и осуществляют обмен информацией посредством компьютера, стационарного или мобильного телефона. В связи с неуклонно растущим интересом лингвистов к проблемам виртуального общения [3; 6; 10; 11; 12, 224—228; 13, 237—244; 14; 15; 17; 18; 19; 20], исследование русскоязычной технически опосредованной коммуникации с участием носителей китайского языка представляется особенно актуальным ввиду развития межкультурной коммуникации между представителями РФ и КНР.

Обращение к устным и письменным текстам как способам объективации межкультурного общения позволяет судить о языковой личности, деятельность которой представлена в двух аспектах: в письменной и устной коммуникации, т.е. о языковой личности, обдумывающей и корректирующей свои

© Трубчанинова М. Е., 2008

языковые действия, с одной стороны, и о субъекте речи, ограниченным временем на обдумывание и планирование. Таким образом, основными параметрами, по которым варьируется языковая личность (в нашем случае — языковая личность китайца в русской языковой среде), являются локальные и темпоральные, а также параметры, обусловленные каналом связи — устным или письменным.

Под языковой личностью в настоящей статье понимается модель надличностных культурноценностных ориентиров, реализуемых коммуникантом в тех или иных дискурсивных условиях путем использования различных языковых средств и речевых стратегий в исконном и / или инокуль-турном языковом пространстве (Ср.: языковая личность — «обобщенный образ носителя культурно-языковых и коммуникативно-деятельностных ценностей, знаний, установок и поведенческих реакций» [8, 429]; языковая личность — «теоретически выводимый в опоре на лингвистические процедуры конструкт, <...> культурно специфический когнитивно-дискурсивный инвариант, реализуемый в различных дискурсивных условиях разнообразными вариантами» [4, 17]).

В условиях русскоязычной технически опосредованной коммуникации языковая личность китайца предстает как виртуальная. В монографии «Языковой вкус Интернет-эпохи в России (функционирование русского языка в Интернете: концептуально-сущностные доминанты)» Г. Н. Трофимовой выдвигается тезис о том, что и в специфической коммуникационной среде виртуальная языковая личность сохраняет традиционные уровни своей структуры: «вербально-семантический, (владение языком), когнитивный (понятия, идеи, представления, складывающиеся в картину мира) и прагматический (цели, мотивы, интересы, оценки, проявляющиеся в речевой деятельности). Каждый из

этих уровней получает в Интернете новый смысл, связанный с особенностями психологии участников виртуального сообщества» [22].

Характеризуя специфику киберпространства как модель социума, где присутствие человека определяется вербально, автор справедливо отмечает: «Формула “личность = текст или личность = язык” становится в Интернете аксиомой, так как все речевые индивидуальные особенности оказываются на виду в буквальном смысле слова. Так виртуальная личность реализует свой определенный стиль жизни прежде всего и именно в стиле употребления языка» [22].

В последнее десятилетие в результате активного внедрения информационных технологий произошло расширение традиционных представлений о корреляции между устной и письменной речью: «Принятая дихотомия дополняется представлением о системе координат, образованной типом кодирования (графической vs. фонетической) и концепцией высказывания (выбор языковых средств). Электронная коммуникация занимает промежуточное положение в данной системе координат» [17, 6]; интернет-речь характеризуется исследователями как «письменное (по форме) говорение» [21, 327], как письменная (точнее, печатная) расшифровка спонтанной разговорной устной речи [22].

Одним из оснований для классификации различных жанров русскоязычной технически опосредованной коммуникации может служить «степень интерактивности», интерпретируемая Ф. О. Смирновым применительно к электронной коммуникации как «скорость реакции собеседника на сообщения» [17, 9]. В настоящей работе телефонный диалог, SMS-сообщение и электронная почта (e-mail) характеризуются как жанры разной степени интерактивности.

Телефонный диалог обладает высокой степенью интерактивности, т.е., являясь темпорально контактным видом общения, демонстрирует черты спонтанности, необратимости и непредсказуемости синхронной коммуникации, а потому не предоставляет собеседникам возможности использовать какие бы то ни было визуальные сигналы. Именно в этих условиях языковая личность китайца (далее — ЯЛК) проявляет свою маргинальность, под которой понимается высокая степень зависимости от исконных культурно-языковых традиций и осознанная установка на аккомодацию (ситуативное приспособление языковой личности к прагматическим условиям дискурса) в инокультурной и иноязыковой среде на основе прошлого коммуникативно-языкового опыта.

Телефонный диалог как рафинированный устный жанр требует от языковой личности собесед-ника-инофона владения языком на таком уровне, чтобы как минимум быть понятым русскоязычным собеседником. В распоряжении ЯЛК в этом случае нет ни словаря, ни времени, чтобы ими воспользоваться, абсолютно отсутствуют также все визуальные средства передачи информации.

В этой связи уместно привести следующее высказывание Т. Г. Винокур: «Отправитель любого устного речевого акта, вольно или невольно, берет на себя и большую личную ответственность за коммуникативную неудачу, чем отправитель письменного речевого акта, в распоряжении которого находится весь арсенал общественного опыта, так или иначе осваиваемый пишущим в разной временной и логической последовательности» [2, 133]. В аспекте настоящего исследования нельзя не учитывать и того обстоятельства, что для китайской культуры традиционными являются «невиданный культ знания и учения, пиетет перед мудростью и истиной, даже просто перед образованностью, грамотностью, письменностью, иероглифом» [1, 60].

Именно письменность «гарантировала особое почитание, возвышение грамотеев над простыми смертными» [9]. Фактическим подтверждением недооценки устной речи является мнение самих носителей китайского языка: «В Китае то кто можно пересказать а не можно писать на бумагам, это не считают, что он знает. <...> Китайц большие оцинивают письменые речи, не обратит внимание наусныеречи — фонетику. А для хорошо говорить язык надо правилино читать звуг» [Из электронного письма информанта]. В качестве примера, иллюстрирующего появление в общении деструктемы, обусловленной фонетическими нарушениями в русской речи ЯЛК, приведем фрагмент диалога с участием китайского и русского коммуникантов — ЯЛК и РЯЛ соответственно: 08.09.2007 08:53

<.> ЯЛК (жен.): Ты знаешь /китайский цирк приехал

РЯЛ (жен.): Да/слышала/вчера по телевизору видела /рекламу

ЯЛК (жен.): Приходи / очень интересный / китайский цирк очень интересный РЯЛ (жен.): Спасибо

ЯЛК (жен.): Ты приходи /где /где /где тетс-кий туалетс /Г*** ждет тебя

РЯЛ (жен.): Детский туалет? / а где ж там около цирка детский туалет? /мужской/женский знаю / детский не знаю

ЯЛК (жен.): Не туалет / туалете / тетский туалете /знаешь? /там выставка была/да/вчера / китайская выставка / телевизор смотрела?

РЯЛ (жен.): А-а-а /дворец! /детский дворец!

ЯЛК (жен.): Да-а-а/туалетс

РЯЛ (жен.): Дворец детей и юношества /вчера в новостях показывали / понятно /дворец творчества детей и молодежи он сейчас называется <...>

Наиболее исследованным из трех анализируемых в данной статье жанров является электронное письмо. Преимуществом этого канала коммуникации является его асинхронность (off-line), позволяющая перечитать полученное письмо, осмыслить свою реакцию и лишь затем ответить [7, 149]. В лингвистических работах выделяются такие признаки электронной переписки, как особый тип интерактивности, сериальность, межписемная анафора, возможное отсутствие обращения, приветствия и прощальной формулы, временной дей-ксис, особенности пунктуации [6].

Электронную почту как вид частной переписки отличают смешение признаков делового и дружеского письма, нарастание в e-mail тенденции к диалогизации. При этом считается, что по сравнению с традиционными эпистолярными формами электронные письма в большей степени предназначены для обмена информацией, чем для выражения чувств, размышлений и переживаний [21, 325— 326].

Характеризуя жанр электронной почты, М. Л. Макаров отмечает, что по субъекту он имеет «персональное авторство; по объекту — индивидуально ориентирован, по времени — предназначен для немедленного чтения (по востребованию) с возможностью сохранения» [15, 346]. Указывая на сходство электронного сообщения с традиционным письмом, исследователь выделяет в структуре email, кроме заголовка, тела письма и подписи, вложение, т. е. файл (документ Word или Excel), напоминающий «бандероль в традиционном толковании» [15, 344].

В общении, опосредованном компьютером, ЯЛК при написании e-mail наиболее активно использует именно функцию «Вложение» (приблизительно в 94 % проанализированных нами писем). Приведем пример одного из стандартно оформленных e-mail:

From: qiaoli zhang

To: fao@comch.ru

Sent: Monday, May 28, 2007 12:07PM

Subject: письмо из Китая

Читайте приложения.

Надя

В данном случае собственно «тело письма», отправляемое ЯЛК, и состоит из вложения, созданного с использованием русской версии Microsoft Word [24, 71].

В электронных письмах, созданных ЯЛК, как и в спонтанных репликах телефонных диалогов, обнаружены деструктемы, связанные с нарушениями на вербально-семантическом уровне структуры языковой личности, например: Я буду путешествовать в горе. думаю о вас!!! (за счет неправильно употребленной падежной формы (омонимы «в горе» об эмоциональном состоянии и «в горе» о местности «горы») выражение путешествовать в горе приобретает двусмысленность, в данном контексте ‘в состоянии крайней психической подавленности’).

Но так как у адресанта имеется возможность коррекции создаваемого e-mail до момента отправки, а адресат располагает значительным временем для декодирования сообщения, представляется возможным локализовать зоны непонимания и с учетом зон типичных нарушений прогнозировать возможные варианты интерпретации отправленной ЯЛК / полученной РЯЛ информации: >Вы написали, что будете путешествовать в горе. Извините, я не поняла: Вы хотите пойти в горы? >> Я уже была в горы. том очеь красивий. Очевидна близость такого общения с «непрямой коммуникацией, в которой понимание высказывания требует дополнительных интерпретативных усилий со стороны адресата» [5, 6].

Нарушения на тезаурусном (когнитивном) уровне в e-mail, написанных китайцами по-русски, служат показателями высокой степени маргиналь-ности ЯЛК. Об этом свидетельствует несколько моментов:

— особые случаи метафорического образного словоупотребления, которое не входит в фонд номинативных изобразительно-выразительных средств русского языка: Завидую вам, и думаю, теперь серебряная зима; Северные люди очень любят «белый мир»;

— «нанизывание» паремий: У нас скоро Праздник весны. Все готовятся к новому празднику. В нашей школе тоже будет праздник искусства. Наш класс будет исправлять хор. Но жаль, что я не буду исправлять, потому что я немного полная и не могу ходить в худом плачье. Но нет худа без добра, не было бы счастья, да несчастье помогло. За это я решила бросать вес. Вы согласны со мной?;

— использование флоронимов и зоонимов — неожиданных с точки зрения носителей русского языка сравнений личности с объектами природы (не только с растениями или животными, но и с яркими национально-специфичными образами): У нее глаза как у панды. Он ревнивый как собака.

ЯЛК переносит на мир человеческих отношений вызывающие неизменно положительные эмоции природные реалии: Я желаю вам всегда стчастья, здоровья, больших успехов в работе. Всегда смеяться как цветы. Поздравряю вас всегда КРАСИВАЯ МОЛОДАЯ!!! Ваша Света. Алогичное с точки зрения носителя русской картины мира (цветы не смеются) высказывание воплощает особенности исконного этнического менталитета ЯЛК и содержит положительную оценку личности носителя русского языка в глазах маргинала.

Электронная почта (e-mail) по сравнению с диалогом по телефону обладает низкой степенью интерактивности: адресат располагает достаточным количеством времени для обдумывания полученного сообщения и ответа на него. Но «в отличие от обычного письма, электронное письмо предполагает быстрый ответ — в норме, в течение суток. <...> Если адресат не отвечает в пределах того временного интервала, который считается нормальным, происходит коммуникативный провал» [6].

В целом электронному письму, созданному ЯЛК, свойственна амбивалентность: в зависимости от интенциональной установки (информативное, поздравительное письмо или др.) могут варьироваться как объем, так и речевое наполнение электронных писем. При этом, с одной стороны, для e-mail характерны черты, сближающие его с традиционным эпистолярным жанром (значительный объем текста—до 10 тыс. символов; максимальное следование общепринятым этикетным формам письменной речи, усвоенным из дидактических пособий и учебников), а с другой стороны, наблюдается тенденция к значительной компрессии содержания e-mail, сведение их к формату SMS-сообщения. Электронные письма, не содержащие вложения, могут состоять из одной-двух фраз: Здраствуйте! Япртосто попробую, что вы можно получить ли E-mail?

С этой точки зрения особый интерес представляют письма, состоящие, по сути, лишь из формул приветствия и прощания: Здравствуйте, Elena! Желаю всего хорошего! Ши Цзюнь или не содержащие ни благопожелания, ни обращения, ни формулы прощания: Новое полугодие начало, как

твое дело? ши цзюнь. Целью таких e-mail, близких по формату к SMS-сообщениям (до 70 символов с пробелами), является поддержание контактов. Они служат для ЯЛК средством «проверки связи», своеобразной попыткой напомнить о себе. В данном случае наблюдается такой важный коррелят отношений в публичной сфере КНР, как guanxi — связи, являющиеся «естественным способом бытования китайской личности, которая может заявить о себе, обосновать себя лишь в соотнесенности с другими лицами» [16, 556].

По сравнению с названными жанрами более популярны — в силу доступности и краткости — SMS-сообщения. SMS как в техническом, так и в жанровом отношении носит промежуточный характер, оно наиболее специфично из трех исследуемых видов технически опосредованной коммуникации. Его можно отправить с мобильного телефона на мобильный телефон, с мобильного телефона на электронную почту и наоборот.

В первом случае предполагается получение ответа в течение нескольких минут, в двух других случаях время ожидания реакции адресата увеличивается от нескольких часов до нескольких дней. Интерактивность зависит также от присутствия / отсутствия абонента в сети (если абонент в сети, сервисный центр (SMSC) обеспечит мгновенную доставку сообщения) и от наличия / отсутствия денег на балансе посылающего ответное SMS-сообщение. Таким образом, SMS-сообщению присуща средняя степень интерактивности, т. к. оно похоже и на электронное письмо (письменное по форме), и на телефонный диалог (практически синхронное, максимально скоростное по времени доставки).

SMS-сообщение как письменная форма русскоязычной технически опосредованной коммуникации имеет яркую характеристику, свидетельствующую о маргинальности ЯЛК, — идеографическое написание русских слов средствами латинской графики [См. подробнее: 23, 144]. Такое написание технически обусловлено: не все модели мобильных телефонов поддерживают кириллицу.

Наряду с техническими причинами использования китайцами латиницы существуют и лингвистические. Исследователями выявлены факторы, определяющие тип используемой системы транслитерации. Для ЯЛК, ведущей электронную переписку по-русски, релевантны следующие: 1) наличие профессиональных навыков филолога-славис-та; 2) ориентация на английский язык: «Значения этих признаков могут различным образом комби-

нироваться, и каждой комбинации соответствует определенное подмножество систем транслитерации (из множества, которое задается значениями различающих их конкретных признаков, т.е. способов передачи каждой из проблемных русских графем, типов неразличения — например, глухих и звонких согласных, букв Ы и И — и др.)» [6]. Хотя данные выводы были сделаны относительно переписки по электронной почте, они вполне справедливы и по отношению к SMS-сообщениям.

Анализ сообщений, созданных ЯЛК, показал, что в 90 % случаев для ввода SMS, адресованных русскоязычным партнерам по коммуникации, ЯЛК использует латинские символы. Возможность отправлять сообщения по-русски вызывает у ЯЛК положительные эмоции, что может отмечаться ею особо: 01.12.2004 14:05 Ялю Цзя я учусь писеть смс по русски1 20.10.2007 13:23 Я могу получить сообщение на русскому языке.

При этом наряду с уже отмеченным принципом изображения русских символов по принципу внешнего сходства (идеографическому) обнаруживается смешение согласных б — п, д — т, г — к, в — ф, р — л. Описанные выше особенности графики позволяют с большой долей вероятности идентифицировать авторство SMS, в частности определить, что создателем приведенных ниже SMS-сообщений был не кто иной, как ЯЛК:

11.05.2006 09:32 Zgractbyute: eazanolel 04.05.2005 12:12 sgpactvume, npunagavameli, cuvohua ua sanalue, npowy omnyck, cnacbo. Baw cmygehm Bah Xao 15.09.2006 11:32 JA POCIRALA VAM PEREVOT.

Свидетельством маргинального характера ЯЛК являются также:

— переключение в одном SMS-сообщении с одного языкового кода на другой (в частности, с русского на английский): 15.07.2005 17:04 Zdravstvujte. We're in the airport right now. At 6:00 we'll get in the plane. So goodbye and thanks for all the things what you did for me and see you after 1 month;

— разного рода копирования из SMS-сообщений, полученных ЯЛК от русских партнеров по коммуникации (формальный подход экономит речевые усилия): 03.07.2006 09:16 Umenja net nomer Джабири, Джанкарло и Рами (контаминация шрифтов обусловлена использованием ЯЛК в качестве шаблона полученного от русского адресанта SMS-сообщения: 03.07.2006 09:09 Срочно ска-

1 Здесь и далее SMS-сообщения приводятся с указанием даты и времени получения.

жите Ван Хао, Джабири, Джанкарло и Рами,

что эк-н в ауд.314!);

— «зеркальность» в употреблении ЯЛК речевых средств, продуцируемых русским партнером:

21.05.2007 13:48 Dorogaja M.E. Ja yche nachala otvetit'.Ecli vecherom zakonchy, otpravlju Vam (неприемлемое в русской лингвокультуре использование инициалов в качестве обращения обусловлено шаблонностью, экономией речевых усилий и «зеркальностью» — ЯЛК воспроизводит подпись адресанта: 21.05.200711:45 Здравствуйте, дорогая Ду Я Вэн! Мои вопросы не показались Вам слишком трудными? У Вас будет время на них ответить? Спасибо! М.Е.).

SMS-сообщения наиболее регламентированы в плане выбора речевых средств, так как обладают четкой максимально сокращенной структурой: зачин (приветствие), запрос информации / просьба / ответ на просьбу, прощание / благодарность. Минимализм жанра усугубляется стремлением ЯЛК к экономии языковых средств, например: 28.01.2006 10:43 Gde vy? 14.06.2005 18:34 Я исключил от подфак? 17.10.2003. 09:17Я болезнь. Яхочу пойти в поликлику. 11.05.2007 13:45 Spasibo!:). Таким образом, жанр SMS не требует от китайского участника коммуникации владения дискурсивной компетенцией на высоком уровне.

Технические возможности мобильного телефона и компьютера позволяют китайцу применять те же языковые средства, которые были использованы русскоязычным партнером по коммуникации. Обилие заимствований из речи «собеседника» свидетельствует о преобладающем «зеркальном» характере реплик в текстах e-mail и SMS. Это объясняется стремлением ЯЛК к быстрой аккомодации в иноязычной среде.

При исследовании русскоязычной технически опосредованной коммуникации была выявлена тенденция к взаимодополнению функций, выполняемых телефонным диалогом, SMS-сообщением и электронной почтой. SMS-сообщение может являться продолжением телефонного диалога и служить для передачи информации, которую трудно вербализовать в устной речи из-за большой вероятности ее искажения ЯЛК. SMS-сообщение активно используется ЯЛК для того, чтобы побудить русского адресата проверить электронную почту: 27.05.2005 21:23 Ja pocylala vam pis'mo Proverite poshaluista.

Как можно убедиться, существенное влияние на маргинальность ЯЛК оказывает фактор интерактивности. Его действие проявляется в следую-

щем: чем жестче регламент общения, тем сильнее зависимость коммуникативной деятельности от исконных дискурсивных моделей, с одной стороны, и установки на аккомодацию (обусловлена стремлением к адекватному пониманию), с другой.

ЛИТЕРАТУРА

1. Васильев Л. С. Некоторые особенности системы мышления, поведения и психологии в традиционном Китае / Л. С. Васильев // Китай: традиции и современность : сб. статей. — М. : Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1976. — С.52—82.

2. Винокур Т.Г. Говорящий и слушающий. Варианты речевого поведения / Т. Г. Винокур. — М. : Наука, 1993.

— 172 с.

3. Горошко Е.И. Гендерные особенности русскоязычного Интернета / Е. И. Горошко. — (http://www. textology.ru/public/goroshko1.html).

4. Гришаева Л.И. Индивидуальное использование языка и когнитивно-дискурсивный инвариант «языковая личность» /Л. И. Гришаева // Вопросы когнитивной лингвистики. — 2006. — № 1 (007). — С. 16—22.

5. ДементьевВ.В. Когнитивная гендеристика: внут-рикультурные речежанровые ценности / В. В. Дементьев, В. В. Фенина // Жанры речи : сб. науч. ст. — Саратов : Изд-во ГосУНЦ «Колледж», 2005. — Вып. 4. Жанр и концепт. — С. 5—34.

6. Зализняк А.А. Переписка по электронной почте как лингвистический объект / А. А. Зализняк, И. Мика-элян. —

7. Ильченко С.В. Использование современных интернет-технологий в преподавании межкультурной коммуникации / С. В. Ильченко // Межкультурная коммуникация: парадигмы исследования и преподавания : мат. междунар. науч.-практ. конфер. — Красноярск : РИО КГПУ, 2003. — С. 146—151.

8. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепт, дискурс / В. И. Карасик. — Волгоград : Перемена, 2002.

— 477 с.

9. Китайские иероглифы. Китайское национальное искусство. Письменность. — (http://chinadata.khv.ru/ culture.htm).

10. Леонтович О.А. Компьютерный дискурс: языковая личность в виртуальном мире / О. А. Леонтович // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс : сб. науч. тр. — Волгоград : Перемена, 2000. — С. 191—200.

11. Леонтович О. А. Проблемы виртуального общения / О.А. Леонтович // ШЕХ, КБЕР 1994; ТЕР 2000.

— Электронный журнал «Полемика». — Вып. 7. — (http://www.irex.ru/press/pub/polemika/07/leo/).

12. Леонтович О.А. Русские и американцы: парадоксы межкультурного общения : монография / О. А. Леонтович. — М. : Гнозис, 2005. — 352 с.

13. Леонтович О.А. Введение в межкультурную коммуникацию : учебное пособие / О. А. Леонтович.

— М. : Гнозис, 2007. — 368 с.

14. Лутовинова О.В. Язык виртуальной коммуникации в аспекте неологии / О. В. Лутовинова. — (http:// neolexiling.narod.ru/Material/Konferenc/5.htm#26).

15. Макаров М.Л. Жанры в электронной коммуникации: quo vadis? М. Л. Макаров // Жанры речи : сб. науч. ст. — Саратов : Изд-во ГосУНЦ «Колледж», 2005. — Вып. 4. Жанр и концепт. — С.336—351.

16. Малявин В.В. Китайская цивилизация / В. В. Малявин. — М. : ИПЦ «Дизайн. Информация. Картография» : Астрель : АСТ, 2003. — 627 с.

17. Смирнов Ф.О. Национально-культурные особенности электронной коммуникации на английском и русском языках : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Ф. О. Смирнов. — Ярославль, 2004. — 19 с.

18. Смирнов Ф.О. Навигация веб-сайта: лингвокультурные особенности / Ф. О. Смирнов. — (http://stra.teg. ru/lenta/innovation/1400).

19. Смирнов Ф.О. Киберимпериализм в сетевом общении / Ф. О. Смирнов // Вебпланета. — 2005. — (http://revolution.webplanet.rU/news/talks/2005/7/14/ cyberimperialism.html).

20. Смирнов Ф.О. Вавилонская башня интернета / Ф. О. Смирнов // Компьютерра. — 2005. — (http://www. computerra.ru/focus/38009/).

21. Трофимова Г.Н. Русский язык и интернет: проблемы обучения / Г. Н. Трофимова, Е. Н. Барышникова // Традиции и новации в профессиональной деятельности преподавателя русского языка как иностранного : учебная монография. — М. : Российский университет дружбы народов, 2002. — С.320 — 328.

22. Трофимова Г.Н. Языковой вкус интернет-эпохи в России (функционирование русского языка в Интернете: концептуально-сущностные доминанты) : монография / Г. Н. Трофимова // Грамота.ру. — 2005. — (http:// planeta.gramota.ru/gnt.html).

23. Трубчанинова М.Е. Вторичная языковая личность китайцев и трудности дистантного диалога / М. Е. Труб-чанинова // Проблема взаимопонимания в диалоге : сб. науч. тр. — Воронеж : Воронеж. гос. ун-т, 2003. — С. 141—145.

24. Трубчанинова М.Е. Маргинальная языковая личность китайцев в дистантном диалоге / М. Е. Трубчанинова // Поиск. Опыт. Мастерство. Актуальные вопросы обучения иностранных студентов : сб. статей. — Вып. 7. — Воронеж : Воронежский государственный университет, 2003. — С. 65—75.