Процессуальная деятельность органов дознания. Есть ли необходимость в «Прокурорской опеке»?

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

УДК 343.163

Процессуальная деятельность органов дознания. Есть ли необходимость в «прокурорской опеке»?

Спирин Александр Владимирович, старший преподаватель кафедры уголовного процесса Уральского юридического института МВД России, кандидат юридических наук

e-mail: a_v_spirin@bk.ru

В статье рассматриваются современные проблемы правового регулирования полномочий прокурора по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания. Автором предлагается концепция, согласно которой полномочия прокурора в отношении процессуальной деятельности как органов следствия, так и органов дознания должны быть унифицированы и носить исключительно надзорный характер. Автор обосновывает вывод о том, что текущее руководство расследованием уголовных дел дознавателями должен осуществлять начальник подразделения дознания.

Ключевые слова: прокурор; полномочия прокурора; дознание; процессуальная деятельность органа дознания; дознаватель; начальник органа дознания; начальник подразделения дознания; ведомственный контроль.

Inquiry bodies' procedural activity. Is there a need of «prosecutor's custodianship»?

Spirin Alexander Vladimirovich,

Senior lecturer of the Department of Сriminal

Рrocess of the Ural Law Institute of the

Ministry of the Interior Affairs of the Russian Federation,

Сandidate of juridical sciences

The article deals with current problems of legal regulation over prosecutor's demarcation on supervision at inquiry bodies' procedural activity. The writer proposes the concept, according to which the prosecutor's authorities, in respect of procedural activities of investigation agencies as well as inquiry agencies, should be unified and purely supervisory in nature. The writer proves that investigator's current management of criminal investigations shall be provided by chief of inquiry bodies.

Key words: prosecutor; prosecutor's authority; inquiry; inquiry bodies' procedural activity; investigator; chief of investigator bodies; chief of subdivision inquiries; departmental control.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ1 относит прокурора к числу участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения (п. 47 ст. 5, 37 УПК) наряду с другими органами и лицами, уголовно-процессуальный статус которых закреплен в гл. 6 Кодекса. При этом ст. 21 УПК возлагает на прокурора (как и на иных властных участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения) обязанность осуществлять уго-

1 Далее - УПК.

ловное преследование. Обратившись к содержанию ст. 37 Кодекса, мы должны сделать вывод, что среди органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование, прокурор занимает особое место, т. к. на него возложена также обязанность по надзору за процессуальной деятельностью других органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование - органов дознания и органов предварительного следствия.

Таким образом, процессуальное положение прокурора в досудебном производстве характерно совмещением двух функций: уголовного преследования (уголовно-процессуальная функция) и надзора (государственно-правовая функция, присущая прокуратуре как государственному органу в целом). При этом законодатель не выделяет из общего объема процессуальных прав и обязанностей прокурора отдельные права и обязанности, относящиеся к каждой из этих функций. Данное обстоятельство позволило исследователям прийти к выводу о том, что полномочия прокурора одновременно направлены на реализацию и надзорной функции, и функции уголовного преследования, а функции, осуществляемые прокурором в досудебном производстве, - неразрывны1.

С точки зрения теории интересным представляется сопоставление полномочий прокурора по отношению к разным органам предварительного расследования: органам дознания и предварительного следствия. Такое сравнение поможет более полно уяснить уголовно-процессуальный статус прокурора, разобраться в вопросах взаимодействия прокурора с органами дознания и следствия, уточнить различие двух форм предварительного расследования и выявить существующие проблемы правового регулирования статуса прокурора в уголовном процессе.

Анализ норм УПК, содержащих полномочия прокурора, показывает, что прокурор располагает значительной совокупностью прав, осуществляемых им только и исключительно в отношении органов дознания и дознавателей (назовем их полномочиями первой группы). Так, прокурор уполномочен:

1) давать поручение органу дознания о проведении проверки сообщения о преступлении, распространенного в средствах массовой информации (ч. 2 ст. 144 УПК);

2) продлевать срок проверки сообщения о преступлении по ходатайству дознавателя до 30 суток (ч. 3 ст. 144 УПК);

3) давать согласие дознавателю на возбуждение уголовного дела частного или частно-публичного обвинения при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя (ч. 4 ст. 20, ч. 3 ст. 21, ч. 4 ст. 147 УПК);

4) давать письменные указания о производстве дознания по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести, не перечисленных в п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК (п. 2 ч. 3 ст. 150 УПК); давать письменные указания о передаче для производства предварительного следствия по уголовным делам, указанным в п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК (ч. 4 ст. 150 УПК);

1 Мельников Н. В. Уголовное преследование как самостоятельная государственно-властная деятельность прокуратуры // Уголовное право. 2005. № 4. С. 109-111; Соловьев А. Б., Токарева М. Е., Буланова Н. В. Прокурор в досудебных стадиях уголовного процесса России. М., 2006. С. 30; Семенцов В. А. Основные задачи прокурора в досудебных стадиях уголовного судопроизводства // Актуальные проблемы судебной власти, прокурорского надзора, предварительного расследования и правозащитной деятельности: сб. науч. статей. Краснодар, 2012. С. 200.

5) определять подследственность по уголовному делу, поступившему от дознавателя в случае установления, что уголовное дело не подследственно дознавателю (ч. 5 ст. 152 УПК);

6) давать дознавателю письменные указания о направлении расследования, производстве процессуальных действий (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК);

7) давать указания при отмене постановления органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела и устанавливать срок исполнения этих указаний (ч. 6 ст. 147 УПК);

8) рассматривать жалобы (возражения) дознавателя на указания начальника подразделения дознания и начальника органа дознания и принимать решения по таким жалобам (возражениям) (ч. 4 ст. 40.1, ч. 4 ст. 41 УПК);

9) давать дознавателю согласие на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения (п. 5 ч. 2 ст. 37 УПК);

10) давать согласие дознавателю на отмену или изменение меры пресечения, избранной с согласия прокурора (ч. 3 ст. 110 УПК);

11) отменять незаконные или необоснованные постановления органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания и дознавателя в порядке, установленном УПК (п. 6 ч. 2 ст. 37 УПК);

12) рассматривать и разрешать ходатайства начальника подразделения дознания об отмене незаконных и необоснованных постановлений дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 4 ч. 1 ст. 40.1 УПК);

13) разрешать отводы, заявленные дознавателю, а также его самоотводы, принимать решения об отводе начальника органа дознания и начальника подразделения дознания (п. 9 ч. 2 ст. 37, ч. 1 ст. 67 УПК);

14) отстранять дознавателя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований УПК (п. 10 ч. 2 ст. 37 УПК);

15) продлевать срок дознания по уголовному делу, срок дознания в сокращенной форме (ч. 3, 4, 5 ст. 223, ч. 9 ст. 226.7 УПК);

16) устанавливать срок дополнительного дознания по возобновленному дознанию после отмены постановления о приостановлении дознания (или после вынесения постановления о возобновлении дознания) (ч. 3.2 и 3.3 ст. 223 УПК);

17) устанавливать срок дополнительного дознания при возвращении уголовного дела для производства дополнительного дознания или пересоставления обвинительного акта либо обвинительного постановления (п. 2 ч. 1 ст. 226, п. 2 ч. 1 ст. 226.8 УПК);

18) утверждать постановление дознавателя о прекращении производства по уголовному делу (п. 13 ч. 2 ст. 37 УПК);

19) давать согласие на прекращение дознавателем уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. 25, 28 и ч. 3 ст. 28.1 УПК;

20) прекращать уголовное дело, поступившее с обвинительным актом или обвинительным постановлением (п. 3 ч. 1 ст. 226, п. 4 ч. 1 ст. 226.8 УПК);

21) исключать своим постановлением из обвинительного акта (обвинительного постановления) при его утверждении отдельные пункты обвинения, переквалифицировать обвинение на менее тяжкое (ч. 2 ст. 226, ч. 2 ст. 226.8 УПК);

22) соединять своим постановлением уголовные дела, находящиеся в производстве дознавателя или находящихся в производстве разных органов дознания (ч. 3 ст. 153 УПК).

Кроме перечисленных полномочий прокурор располагает совокупностью прав, реализуемых им как при осуществлении надзора за процессуальной деятельностью органов дознания, так и при осуществлении надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия. К этим полномочиям (назовем их полномочиями второй группы) относятся, например, право требовать от органов дознания и следственных органов устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе дознания или предварительного следствия (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК), право утверждать обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление по уголовному делу (п. 14 ч. 2 ст. 37 УПК) и т. д.

Очевидно, что реализуя полномочия первой группы, прокурор осуществляет фактическое руководство процессуальной деятельностью органа дознания (дознавателя), вмешиваясь в эту деятельность по своему усмотрению, направляя ее и контролируя. Некоторые процессуальные действия и решения дознавателя невозможны без получения согласия (утверждения) прокурора. В. М. Савицкий усматривал в руководстве расследованием со стороны прокурора единственный способ обеспечить законность действий органов расследования, полагая, что без руководства расследованием со стороны прокурора невозможно осуществить полноценный, действенный надзор за исполнением законов в стадии предварительного расследования1. Г. Н. Королев, в свою очередь, считает руководство уголовным преследованием одним из способов (методов) осуществления процессуальной функции уголовного преследования2.

В отношении органов следствия полномочия первой группы (аналогичные им) осуществляют их руководители, которые в своей деятельности сочетают процессуальное и административное руководство по отношению к подчиненным следователям. Прокурор, не являясь непосредственным начальником дозна-

1 См.: Савицкий В. М. Прокурорский надзор за дознанием и предварительным следствием. (Прокурорский надзор за соблюдением законности в деятельности органов дознания и предварительного следствия) / под ред. М. С. Строговича и Г. Н. Александрова. М., 1959. С. 110.

2 См.: Королев Г. Н. Учение об уголовно-процессуальной деятельности прокурора. Книга первая: моногр. Н. Новгород: Издательство ФГОУ ВПО ВГАВТ, 2004. С. 68-69; Его же. Прокурорское уголовное преследование в российском уголовном процессе: моногр. М.: Юрлитинформ, 2006. С. 255.

вателя и не располагая административно-дисциплинарными полномочиями по отношению к нему, обладает гигантским объемом прав, с помощью которых он может в полной мере руководить процессуальной деятельностью дознавателя. Но кроме прокурора у дознавателя существуют еще два «процессуальных руководителя» - начальник подразделения дознания и начальник органа дознания. Объем их процессуальных (помимо административных) полномочий тоже существенен (см. ст. 40.1 и 40.2 УПК). Можно ли при таких условиях говорить о какой бы то ни было процессуальной самостоятельности дознавателя при производстве следственных и иных процессуальных действий и принятии процессуальных решений (п. 1 ч. 3 ст. 41 УПК)? Не являются ли избыточными и чрезмерными число «руководителей» и объем их полномочий? Не создается ли тем самым почва для процессуальных конфликтов и разногласий?

Проанализируем, насколько обосновано отмеченное выше отличие в объеме полномочий прокурора по отношению к процессуальной деятельности органов дознания и органов предварительного следствия разграничением форм (видов) предварительного расследования и лежащей в основе этого разграничения идеей дифференциации уголовного судопроизводства3.

Н. С. Манова, рассматривая формы досудебного производства, отмечает, что дифференциация форм любого процессуального производства осуществляется путем различного «наполнения» процедуры деятельности. О дифференциации форм досудебного производства можно говорить лишь тогда, когда имеются существенные особенности, т. е. качественные отличия в форме уголовно-процессуальной деятельности. Признаком самостоятельной формы досудебного производства является наличие совокупности существенных особенностей в порядке осуществления деятельности по установлению (доказыванию) обстоятельств совершенного преступления и виновности лица, в основе которой лежат определенные материально-правовые или процессуальные основания (критерии). Качественными отличиями Н. С. Манова считает отличия в процессуальных средствах и способах осуществления данного вида деятельности, сроках, субъектном составе, видах и порядке принятия решений, посредством которых компетентные должностные лица реализуют свои полномочия, а граждане осуществляют свои права и обязанности по сравнению с обычным порядком деятельности4. Этот же автор полагает, что к моменту принятия УПК РФ 2001 г. формальные различия между следствием и дознанием были достаточно искусственны и не могли быть положены в основу выделения последнего в качестве самостоятельной формы расследования, т. к. для этого отсутствовали достаточные правовые основания5.

3 См.: Давлетов А. А. Уголовное судопроизводство Российской Федерации. Особенная часть: курс лекций. Екатеринбург, 2011. С. 32.

4 См.: Манова Н. С. Теоретические проблемы уголовно-процессуальных производств и дифференциации их форм: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 145, 369, 371.

5 Там же. С. 187.

Вполне правомерной была постановка риторического вопроса: «Что в таком расследовании осталось от дознания? Только наименование, которое ни в коей мере не передает нового содержания этого понятия»1.

Не случайно полномочия прокурора по осуществлению надзора за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия в УПК РСФСР были едиными2.

Как же обстоит дело в настоящее время? Насколько обусловлена разница в степени «прокурорского влияния» на следствие и дознание «существенными особенностями и качественными отличиями» в форме уголовно-процессуальной деятельности?

Авторы учебника «Уголовный процесс», рассматривая соотношение предварительного следствия и дознания как двух форм предварительного расследования, приходят к выводу о том, что в принципиальном плане эти формы друг от друга не отличаются. Различие следствия и дознания авторы учебника производят: 1) по органам и должностным лицам; 2) методам работы (возможность у органов дознания производства не только процессуальных действий, но и оперативно-разыскных мероприятий); 3) срокам; 4) степени процессуальной самостоятельности и независимости следователя и дознавателя3. Нужно заметить, что второе отличие не применимо к дознавателю (он не производит оперативно-разыскных мероприятий).

В. А. Лазарева объясняет то, что «руководство расследованием в форме дознания и надзор за ним остаются в одних, а именно прокурорских руках», следующим:

1) множественностью органов дознания, выполняющих и другие, не связанные с уголовным преследованием, функции;

2) более низким уровнем правовой и уголовно-процессуальной квалификации дознавателей;

3) отсутствием возможности у всех органов дознания иметь отдельные подразделения по производству расследования и обеспечить квалифицированное процессуальное руководство расследованием.

Кроме того, к числу объяснений В. А. Лазарева относит упрощенность процедуры дознания и его более короткие сроки, требующие быстрого и оперативного реагирования на нарушения законности4.

Приведенные доводы, за исключением последнего, относятся к сфере организации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью. Для решения таких проблем не обязательно задействовать

1 Перлов И. Д. Единый процессуальный режим // Советская милиция. 1971. № 11 С. 33-37. Цит. по: Деришев Ю. В. Уголовное досудебное производство: концепция процедурного и функционально-правового по-строения: дис. ... д-ра юрид. наук. Омск, 2005. С. 236.

2 См.: Ст. 211 УПК РСФСР. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 592.

3 Уголовный процесс: учебник / под ред. В. С. Балакшина, Ю. В. Козубенко, А. Д. Прошлякова. М.: Волтерс Клувер, 2011. С. 377-381.

4 Лазарева В. А. Прокурор в уголовном процессе: учеб. посо-

бие. М.: Юрайт, 2011. С. 70-71.

уголовно-процессуальный закон. Достаточно определить, каким органам исполнительной власти действительно необходимо иметь в своем составе специализированные подразделения дознания, сократив при необходимости их количество, и принять организационные меры по повышению квалификации дознавателей и руководителей подразделений дознания.

Нужно учитывать и сформировавшуюся в последние годы тенденцию: большая часть преступлений раскрывается и расследуется в форме дознания. Так, в 2015 г. из 1 238,7 преступлений, раскрытых и расследованных органами внутренних дел, 560,5 тыс. (45,2 %) относятся к категории тех, следствие по которым обязательно, и 678,2 тыс. (54,8 %) - к категории тех, следствие по которым необязательно. Для сравнения: подразделениями дознания службы судебных приставов за тот же период расследовано 74,3 тыс. преступлений, т. е. почти в десять раз меньше, чем органами дознания системы МВД России5.

Что касается «упрощенности» дознания и его коротких сроков, то и эти факторы не нужно переоценивать. Если не брать во внимание дознание в сокращенной форме, то «упрощенность» дознания может быть сведена к особенностям предъявления обвинения, а сроки дознания могут быть при необходимости на уровне города (района) продлены до шести месяцев, что вполне достаточно, как правило, для расследования уголовного дела о преступлениях небольшой и средней тяжести.

Н. А. Колоколов видит причину сохранения процессуального руководства «в руках» прокурора в том, что процесс реформирования уголовно-процессуального законодательства в этой части состоит из двух этапов. Первый - создание «крепких» подразделений дознания, подготовка их начальников, которые в будущем смогут взять на себя функцию процессуального управления, уточнение перечня дел, подведомственных дознавателям. Второй - по уже апробированной схеме выведение дознавателей из сферы процессуального руководства со стороны прокуроров. Данное обстоятельство породило два вида прокурорской деятельности в стадии предварительного расследования6. Очевидно, что первый этап реформирования с вступлением в силу Федерального закона от 30 декабря 2015 г. № 440-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части уточнения полномочий начальника органа дознания и дознавателя» завершился.

Следует внимательно отнестись к предложениям тех авторов, которые не усматривают веских оснований для отличий в объеме анализируемых полномочий прокурора. Так, К. А. Таболина отстаивает положение о том, что защита публичного интереса в досудебном производстве не может быть поставлена в зависимость

5 Официальный сайт МВД России // https://mvd.ru/folder/ 101762Жет/7087734/ (режим доступа: 6 апреля 2016 г.).

6 Колоколов Н. А. Роль приказов Генерального прокурора РФ и указаний следственных органов в организа-ции уголовного процесса // Уголовное судопроизводство: теория и практика. М.: Юрайт, 2011. С. 186-203.

от формы расследования и субъекта его производства. Соответственно, объем полномочий прокурора в этой сфере как правовое средство защиты публичного интереса не может быть поставлен в зависимость от формы предварительного расследования1.

При выстраивании баланса в системе властных органов и должностных лиц стороны обвинения необходимо исходить из следующих положений:

1. Процессуальная самостоятельность следователя или дознавателя (независимо от формы предварительного расследования по уголовному делу) должна быть подлинной, а не декларативной. Нужно иметь в виду, что такая процессуальная самостоятельность - реальная гарантия законности и обоснованности процессуальных решений, поскольку дает возможность в пределах установленной законодательством компетенции самостоятельно формулировать выводы и суждения на основе проверенных достоверных доказательств. Никто лучше следователя, в чьем производстве находится дело, и кто лично, непосредственно вникает в сущность исследуемых обстоятельств, не может оценить доказательства в их совокупности и принять оптимальные, верные и рациональные решения по каждому возникшему правовому вопросу2.

2. Законность и обоснованность в досудебном производстве должна обеспечиваться за счет не только личной ответственности следователя, но и наличия действенного механизма процессуального контроля, надзора и руководства3. При этом важную роль играет прокурорский надзор, поскольку именно прокурор в уголовном судопроизводстве действует, исходя из публичного интереса. Интерес прокурора в уголовном деле должен быть направлен на обеспечение верховенства закона, укрепление законности, защиту прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства4.

3. Поскольку именно прокурор в ходе судебного разбирательства обеспечивает доказывание виновности обвиняемого перед судом, опираясь на доказательства, полученные в ходе предварительного расследования, осуществляя связь между предварительным расследованием и судебным разбирательством, то заинтересованный в качестве предварительного расследования прокурор должен иметь достаточные рычаги влияния на него5.

1 См.: Таболина К. А. Надзор прокурора за возбуждением и расследованием уголовных дел: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2016. С. 31.

2 См.: Вартанов А. Р. Процессуальная самостоятельность следователя: сущность и значение // Право и политика. 2011. № 8. С. 1311-1322.

3 См.: Семенцов В. А. Следственные действия в досудебном производстве (общие положения теории и практики): мо-ногр. Екатеринбург, 2006. С. 212.

4 См.: Конярова Ж. К. Дискреционные полномочия прокурора и проблемы их реализации на досудебных стадиях уголовного процесса: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ижевск, 2008. С. 188, 193.

5 См.: Лазарева В. А. Прокурор в уголовном процессе: учеб.

пособие. М.: Юрайт, 2011. С. 59.

Из сказанного можно сделать следующие выводы.

Первое. Необходимо корректировать полномочия прокурора по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. Но это нужно делать не путем «автоматического переноса» полномочий первой группы (из рассмотренных в настоящей статье) на органы следствия, а после тщательного анализа и выделения из этой группы полномочий, имеющих строго надзорный характер. Одновременно стоит оценить, насколько целесообразно сохранение в арсенале прокурора некоторых полномочий, носящих отчетливо «руководящий» характер, в отношении дознавателей: например, продление и установление процессуальных сроков, утверждение и согласование постановлений о прекращении уголовного дела и т. п. Полномочия прокурора по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия должны быть, таким образом, в значительной степени унифицированы. Качественное отличие в полномочиях прокурора возможно только в том случае, если законодатель пойдет по принципиально иному пути построения досудебного производства, когда под дознанием (полицейским, доследственным дознанием) будет пониматься проверка заявлений и сообщений о противоправных действиях и установление оснований для начала предварительного расследования путем использования правовых средств, регламентированных административным (оперативно-разыскным) законодательством и подзаконными нормативными актами6.

Второе. Следует решить, насколько необходимо для обеспечения законности при производстве дознания наличие двух ведомственных руководителей - начальника органа дознания и начальника подразделения дознания. Не будет ли достаточным при производстве дознания ведомственный процессуальный контроль только со стороны начальника подразделения дознания? За начальником органа дознания останутся полномочия, реализация которых требует задействовать иные (кроме подразделения дознания) подразделения и службы соответствующего органа дознания:

- контроль за приемом, регистрацией и разрешением заявлений и сообщений о преступлениях;

- контроль за выполнением поручений следователя и дознавателя о производстве отдельных следственных действий, оперативно-разыскных и разыскных мероприятий, о производстве иных процессуальных действий;

- организация деятельности органа дознания по розыску подозреваемых и обвиняемых, скрывшихся от предварительного расследования;

- организация выполнения неотложных следственных действий.

Третье. Целесообразно в п. 17.1 и 38.1 ст. 5, ст. 39 и 40.1 УПК недвусмысленно указать, что соответству-

6 См.: Деришев Ю. В. Уголовное досудебное производство: концепция процедурного и функционально-правового построения: дис. . д-ра юрид. наук. Омск, 2005. С. 250-252. См. также: Махов В. Н. Заменить стадию возбуждения уголовного дела на стадию полицейского дознания // Закон и право. 2016. № 2. С. 27-29.

ющие должностные лица не просто «возглавляют соответствующее подразделение», но и осуществляют процессуальный контроль деятельности подчиненных следователей и дознавателей соответственно.

Список литературы

1. Вартанов А. Р. Процессуальная самостоятельность следователя: сущность и значение / А. Р. Вартанов // Право и политика. - 2011. - № 8. - С. 1311-1322.

2. Давлетов А. А. Уголовное судопроизводство Российской Федерации. Особенная часть: курс лекций / А. А. Давлетов. - Екатеринбург, 2011.

3. Деришев Ю. В. Уголовное досудебное производство: концепция процедурного и функционально-правового построения: дис. ... д-ра юрид. наук / Ю. В. Деришев. - Омск, 2005.

4. Колоколов Н. А. Роль приказов Генерального прокурора РФ и указаний следственных органов в организации уголовного процесса / Н. А. Колоколов // Уголовное судопроизводство: теория и практика. - М.: Юрайт, 2011.

5. Конярова Ж. К. Дискреционные полномочия прокурора и проблемы их реализации на досудебных стадиях уголовного процесса: автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Ж. К. Конярова. - Ижевск, 2008.

6. Королев Г. Н. Учение об уголовно-процессуальной деятельности прокурора. Книга первая: моногр. / Г. Н. Королев. - Н. Новгород: Издательство ФГОУ ВПО ВГАВТ, 2004.

7. Королев Г. Н. Прокурорское уголовное преследование в российском уголовном процессе: моногр. / Г. Н. Королев. - М.: Юрлитинформ, 2006.

8. Лазарева В. А. Прокурор в уголовном процессе: учеб. пособие / В. А. Лазарева. - М.: Юрайт, 2011.

9. Манова Н. С. Теоретические проблемы уголовно-процессуальных производств и дифференциации их форм: дис____д-ра юрид. наук / Н. С. Манова. - М., 2005.

10. Махов В. Н. Заменить стадию возбуждения уголовного дела на стадию полицейского дознания / В. Н. Махов // Закон и право. - 2016. - № 2. - С. 27-29.

11. Мельников Н. В. Уголовное преследование как самостоятельная государственно-властная деятельность прокуратуры / Н. В. Мельников // Уголовное право. - 2005. - № 4. - С. 109-111.

12. Савицкий В. М. Прокурорский надзор за дознанием и предварительным следствием (Прокурорский надзор за соблюдением законности в деятельности органов дознания и предварительного следствия) / В. М. Савицкий; под ред. М. С. Строговича и Г. Н. Александрова. - М., 1959.

13. Семенцов В. А. Следственные действия в досудебном производстве (общие положения теории и практики): моногр. / В. А. Семенцов. - Екатеринбург. 2006.

14. Семенцов В. А. Основные задачи прокурора в досудебных стадиях уголовного судопроизводства / В. А. Семенцов // Актуальные проблемы судебной власти, прокурорского надзора, предварительного расследования и правозащитной деятельности: сб. науч. статей. - Краснодар, 2012.

15. Соловьев А. Б. Прокурор в досудебных стадиях уголовного процесса России / А. Б. Соловьев, М. Е. Токарева, Н. В. Буланова. - М., 2006.

16. Таболина К. А. Надзор прокурора за возбуждением и расследованием уголовных дел: автореф. дис____канд. юрид. наук / К. А. Таболина. - М., 2016.

17. Уголовный процесс: учебник / под ред. В. С. Ба-лакшина, Ю. В. Козубенко, А. Д. Прошлякова. - М.: Вол-терс Клувер, 2011.