Познание как управление: опыт целостного теоретико-философского исследования человеческой деятельности

В.К. Батурин,

директор Института управления, заведующий кафедрой ГМУ ДВГАЭУ, академик РАЕН

ПОЗНАНИЕ КАК УПРАВЛЕНИЕ:

ОПЫТ ЦЕЛОСТНОГО ТЕОРЕТИКО-ФИЛОСОФСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Показано, что человеческая деятельность - это диалектическое единство познания и управления окружающей действительностью. Основной целью статьи является теоретический анализ взаимосвязи и взаимодействия процессов управления и познания; поиск их общих и особенных черт в контексте основных исторических типов рациональности - классического, неклассического и постнеклассического; определение роли и места методологических, в частности синергетических, идей в теоретическом описании этих процессов.

Известно, что какой-либо законченной, органически цельной и достаточно разработанной теории управления в настоящее время не существует [26. С.3]. Имеются лишь отдельные, фрагментарные положения этой достаточно молодой науки (она стала разрабатываться как отдельная теоретическая система только с начала XX столетия) - методологические, математические, системно-структурные, психологические, этические и др., которые могут выполнять функции теории управления только в пределах своих предметно-научных областей - математической, психологической, этической и т.д. Некоего единого, теперь уже познавательно-управленческого поля (области) теории управления в целом пока не выявлено, отдельные предметно-научные области, которые названы выше, не "связываются" в органически единое предметно-научное поле теории управления.

Попытаемся теоретически решить эту задачу для последующего анализа процесса управления, определения его общих и особенных черт, понятийного аппарата т.д.

Имеются специфические особенности управленческого труда, от которых и следует отталкиваться в его теоретическом и методологическом анализе. Прежде всего управление представляет собой умственный труд, предметом труда является информация, знание; результатом труда - управленческое решение (опять же знание, идея, мысль). Управление как деятельность включает в себя наиглавнейший элемент - аналитико-конструктивную, умственно-продуктивную работу управленца, результатом которой и является производство управленческого решения для последующего его информационно-технического и организационно-испол-

нительского воплощения. Управление в своей сущностно-особенной части выступает прежде всего как умственная человеческая деятельность по производству особых знаний, идей, информации - управленческих решений. Человеческая деятельность по производству особых знаний - хотя и часть, но чрезвычайно важная часть процесса управления. Как хорошо видно в последнем, сокращенном варианте определения, управление как человеческая деятельность непосредственно сопрягается с человеческим познанием - с деятельностью по производству знаний вообще, по производству знаний и проверке их на истинность, достоверность, полноту, непротиворечивость, если говорить о познавательной деятельности более строго.

Взаимосвязь процессов управления и познания предстает еще более детальной в анализе субъект-объектных отношений, которые присущи как процессу познания, так и процессу управления. Проблема взаимодействия субъекта и объекта, в свою очередь, - предмет особых фундаментальных исследований на протяжении уже многих веков. За это время накоплен огромный методологический опыт и целый "арсенал" теоретических результатов и выводов, обобщенно представленных в работах В.А. Лекторского, В.С. Степина, Ш.Г. Лешкевич, Е.А. Мамчура, П.П. Гайденко и др. [8, 9, 13, 16-19, 33, 37, 38, 40]. В самом общем плане субъект-объектные взаимодействия могут описываться либо двучленной (диадической), либо трехчленной (триадной) моделью (схемой).

Рассмотрим эти модели более подробно. Начнем с двухчленной (диадической) схемы (Д-схемы) описания взаимодействия субъекта (С) и объекта (О), которая задается следующей формулой:

О - С.

Характерной и определяющей особенностью Д-схемы является, в частности, следующая - противопоставленность субъекта непосредственно объективной реальности (так называемый "постулат непосредственности" [35. С. 158]). Примерами утверждений, опирающихся на Д-схему как на свой методологический базис, могут служить такие очень распространенные положения:

- содержание любого научного понятия всецело определяется содержанием самой материальной действительности;

- теоретическое знание является непосредственным отражением действительности;

- объектом познания является объективная природа сама по себе и

т.д.

Но является ли Д-схема адекватной моделью описания субъект-объектных взаимодействий? Согласно современным научным представлениям, Д-схема представляет собой весьма грубую и приближенную модель подобного описания. Над задачей преодоления Д-схемы работали и работают многие ученые, в основном философы и психологи. Относительно недавно решением этой задачи стали заниматься физики в рамках программы преодоления объектной физики [24, 27, 37].

Постановка проблемы преодоления Д-схемы - заслуга И. Канта, однако основы ее действительно научного решения были заложены К. Мар-

ксом, в частности его известным тезисом: "Главный недостаток всего предшествующего материализма заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно" [20. С.17]. Дальнейшее развитие такого подхода к решению проблемы субъект-объектных отношений нашло свое отражение в исследованиях российских ученых Л.С. Выготского, С.Л. Рубинштейна,

A.Н. Леонтьева, А.Р. Лурия, Д.Н. Узнадзе, К.Р. Мергелидзе, В.Г. Панова,

B.А. Лекторского и др.

В чем же главный недостаток Д-схемы? Почему она не может быть приемлемой моделью описания субъект-объектных отношений, а значит, не может выполнять и роль методологического базиса в рассматриваемых здесь проблемах? Согласно современным научным представлениям, Д-схема характеризует отношение человека к объективной реальности фактически как отношение организма человека к внешней среде и, следовательно, в этом плане даже не вполне различает человека и животное. Отсюда становится вполне очевидной крайняя недостаточность Д-схемы как методологического базиса при решении проблем познания и управления, и тогда вполне правомочен следующий вопрос: на какую же модель (схему) субъект-объектных отношений следует опираться?

От работ И. Канта преодоление Д-схемы идет по пути определения "посредника" Х между субъектом и объектом во всех проявлениях взаимодействия между ними, т.е. преодоление Д-схемы осуществляется путем замены двухчленной схемы на трехчленную схему субъект-объектных отношений, задаваемую формулой:

О - Х - С.

Не рассматривая специально ранее предпринятые попытки определения посредника Х, отметим, что под "Х" Б. Рассел, например, понимал интуицию и инстинкт, Д. Дьюи - гипотезу, Р. Карнап - отношения сходства в памяти, а впоследствии - вероятностную индуктивную логику, и т.д. В советский период была разработана теория исторического формирования психических функций (Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, А.Р. Лурия [17, 38]), в которой доказана необходимость решения проблемы субъект-объектных отношений на основе такой трехчленной схемы, роль посредника в которой выполняет человеческая деятельность (Д), т.е. на основе следующей формулы:

О - Д- С.

Введение понятия предметной деятельности в качестве посредника между субъектом и объектом позволило прийти к целому ряду фундаментальных выводов, одним из которых является положение о том, что психическое отражение предметного мира порождается не непосредственно внешними воздействиями объективной реальности на субъект, а теми процессами, с помощью которых субъект вступает в практические контакты с предметным миром. Иначе говоря, субъект отражает в своем сознании непосредственно не объективную реальность саму по себе, а ту ее часть, которая вовлечена каким-либо образом в процесс деятельности

субъекта и проявлена этой деятельностью. Поскольку деятельность каждого отдельного индивида всегда является частью деятельности коллективной, общественной, то последнее положение означает еще и то, что деятельность человека подчинена изначально общественным связям и отношениям предметного мира; и именно эта подчиненность в первую очередь общественным, а не естественным связям и отношениям реального мира приводит к возникновению специфической формы отражения действительности - к возникновению сознания человека.

Итак, более полная и методологически корректная схема субъект-объектных отношений - обязательный учет опосредующей роли человеческой деятельности как в процессе познания, так и в процессе управления. Чтобы это сделать наиболее удобным образом, приведем трехчленную схему объект-субъектных отношений к "привычному", двухчленному ее представлению.

Это достаточно легко сделать, сравнивая формулы (1) и (2) и делая условные "сокращения": а) по объекту, результатом чего является вывод о том, что настоящим субъектом познания (и управления) является субъект в той его части, которая представлена его совокупной деятельностью - не субъект вообще, а совершенно конкретный культурно-исторический субъект, обладающий деятельностью в данном объеме "здесь и сейчас" -конкретно-историческая модель субъекта как органического целого со своей совокупной деятельностью ("С'" = "С + Д"); б) по субъекту, результатом чего является вывод о том, что настоящим объектом познания (и управления) является объект в той его части, которая представима его совокупной деятельностью, - не объект вообще, а совершенно конкретный культурно-исторический объект, "проявленный" в своих свойствах и связях в данном объеме "здесь и сейчас" совокупной человеческой деятельностью - конкретно-историческая модель объекта как органического целого с комплексом той человеческой деятельности, которая его "проявила", "захватила", "высветила" "зафиксировала" ("О'" = "О + Д"). Теперь формула субъект-объектных отношений будет выглядеть так:

"О - Д" - "Д - С" , или

О' - С'

Но что в данной формуле скрывается под деятельностью Д субъекта познания (управления)? Это тоже достаточно непростая исследовательская задача, и решена она, на наш взгляд, может быть следующим образом.

Каждый конкретно-исторический субъект "здесь и сейчас" обладает некоторой частью общественно-выработанной деятельности в целом, а именно той ее частью, которая им, данным субъектом, освоена и применяется. Такую "присвоенную" субъектом деятельность предлагаем называть традицией (Т) для данного субъекта; тогда формула (4) может быть переписана в следующем виде:

"О - Т" - "Т - С".

В структуру традиции Т входят все многообразные связи и отношения данного субъекта с миром природной и социальной действитель-

ности, все виды общественно выработанной человеческой деятельности, освоенной и потребляемой им; элементами традиции Т как системы являются познавательная, трудовая, управленческая, ценностно-ориентаци-онная, житейская деятельность, деятельность общения и т.д.

Традиция Т выполняет в субъект-объектных отношениях многообразные функции. Через нее объективная реальность "проявляется" в сознании субъекта; в то же время Т "фильтрует", не пропускает к индивиду те стороны и отношения действительности, которые не стали существенными для данной традиции Т: в образе объекта одни его стороны акцентируется, выступают на передний план, восприятие же других тормозится. Поэтому традиция Т любого субъекта деформирует, изменяет объективную реальность, превращая ее в модель действительности для данного субъекта, в состав которой входят, с одной стороны, естественные отношения, связи, качества объектов, а с другой стороны - общественные, искусственные связи, отношения, качества, идущие от человека, от его практики, от его опыта, причем "естественное" входит в модель отражения реальности постольку, поскольку оно связано с искусственным, "обслуживает" его. Вот здесь и кроется важная особенность процессов познания и управления, а также их сущностная взаимосвязь. В самом деле, познание направлено на постижение "естественного", максимально стараясь дистанцироваться от деформаций и искажений познавательного процесса всем тем, что идет от субъекта познания, его средств и условий [8-10, 16, 17, 19]. Управление же как процесс, как особая человеческая деятельность, наоборот, преследует совершенно конкретные цели, для достижения которых и используется, "эксплуатируется" естественный процесс (процессы). Иначе говоря, мы имеем дело с каскадом деятель-ностей - одна (познание) вскрывает особенности развития (онтогенеза) "естественного" (I каскад) для того, чтобы затем это "естественное" подчинить достижению "искусственного" - тех целей, которые "здесь и сейчас" определены субъектом для реализации (II каскад).

Иначе говоря, процессы познания и управления являются фактически двумя относительно различными фазами совокупной человеческой деятельности - деятельности по постановке (решению) задач и целей человека. На первой, познавательной, фазе идет как бы разведка возможностей "естественного" для нужд человека, на второй, управленческой, фазе производится фактическая "эксплуатация" разведанных возможностей для удовлетворения нужд человека - по отношению к "естественному" это выглядит как "искусственное", "наведенное" самим человеком.

Поясним данный теоретический вывод следующей схемой.

Пусть некоторый объект совершает свой естественный природно-обусловленный онтогенез из состояния А в состояние В по траектории (а):

В

А

Встраивая в данный естественный процесс свои искусственные, от человека идущие задачи и эксплуатируя данный естественный процесс для достижения своих целей, деятельность субъекта деформирует онтогенез объекта, что выражается в искажении как траектории, так и начального и конечного состояний онтогенеза объекта - ведь человеку не дано полностью, абсолютно постичь суть естественного (абсолютное познание, абсолютная истина недостижимы), человек может к этому полному познанию только стремиться и бесконечно приближаться. Следовательно, рядом с естественной схемой онтогенеза объекта следует представить искусственную, намеченную человеком схему на основе его собственных, "всегда ограниченных" знаний, на основе его традиций Т "здесь и сейчас" следующим образом:

А\

' ' *" ' ' В1

На данной схеме траектория онтогенеза объекта из состояния А в состояние В - "естественная", без человека (по крайне мере "без человека" декларируется: эта траектория (а) и есть модель познания); траектория (а1) из состояния А1 (так человеком понята, "захвачена" суть естественного состояния А) в состояние В1 (такова традиция Т субъекта по отношению к естественному состоянию В) - это траектория онтогенеза объекта уже с человеком, с его встроенными целями; эта траектория (а1) и есть модель управления.

Исходя из вышесказанного, можно ввести в научное пользование следующую теоретическую формулу управления: управление есть особая человеческая деятельность, осуществляемая как данное управленческое решение, данными людьми (кадрами), в данном организационном единстве (организации), данными средствами, возможностями данных ресурсов, "здесь и сейчас", в итоге приводящая к данному результату.

Хорошо видно, что управление как процесс, как особая человеческая деятельность имеет по крайне мере восемь обобщенных характеристик (они выделены), и все искусство управления заключается в их максимальной гармонизации, в обеспечении максимальной целостности процесса управления, в обеспечении их соответствия друг другу - управленческой когеррентности всех этих основных характеристик (параметров) управления.

Не вдаваясь в детальный анализ понятия "цель", отметим, что, исходя из введенной выше общей формулы управления, следует говорить о сложной внутренней структуре понятия "цель": субъект, задавая себе именно эту, а не другую цель, фактически исходит из "скрытых", неявных знаний об объекте управления, его онтогенезе, о субъекте управления, о его возможностях - ресурсах, средствах, о возможном и запрещенном в достижении данной цели, о проекте будущего результата его

управленческой деятельности, и т.д. В понятии "цель" вся эта информация образует тот или иной вариант целостного и адекватного ситуации комплекса, тот или иной вариант содержательно-структурного единства; это сложное содержательно-структурное единство и есть "цель".

Разработанная теоретическая модель процессов управления и познания позволяет прийти ко многим важным содержательным выводам. Рассмотрим главные из них.

Любому элементу человеческой деятельности имманентно присуща авантюристичность, изначальная неустранимая ошибочность, несостоятельность, фантастичность, утопичность и т.д. В самом деле, в любой конкретный момент времени у субъекта в силу "всегда незаконченности" процесса познания нет полной и исчерпывающей информации ни об объекте, ни о его онтогенезе, ни о целях ( это ведь тоже знание - знание всегда неполное, неисчерпывающее, относительное), ни о средствах достижения целей (это тоже неполное знание), ни о планируемых результатах данной деятельности (все это также характеризуется неполнотой и ограниченностью информации "здесь и сейчас").

Это неустранимое познавательное (гносеологическое) противоречие довлеет над человеком как проклятие - ведь обладая каждый раз конечным и ограниченным объемом знаний о принципиально бесконечном и безграничном окружающем мире, человек просто обречен совершать имманентно ошибочную, имманентно неадекватную деятельность, использовать имманентно недостаточные ресурсы и средства, идти к имманентно ошибочным целям и приходить имманентно не к тем, как планировалось изначально, результатам. Важность этого теоретического вывода настолько огромна, что данное противоречие можно назвать основным познавательным противоречием человеческой деятельности.

Познавая окружающий мир и стараясь не деформировать его своим присутствием и влиянием, человек фактически все равно управляет, "нагружая" познанное "естественное" своими целями и задачами, своим "искусственным", постоянно смешивая в своей деятельности "естественное", идущее от познания, и "искусственное", идущее от управления как процесса достижения именно этих целей, именно этими средствами (включая людей), именно "здесь и сейчас"; для достижения именно этого результата человек приходит всегда к некоторой смеси "естественного" и "искусственного" - к некоей третьей сути, которую мы называем "реальным" .

Итак, результатом процесса познания является "естественное"; процесса управления - "искусственное", а результатом осуществляемой человеческой деятельности - "реальное". Иначе говоря, человеческая деятельность является диалектическим единством познания и управления окружающей действительностью: познание стремится к наиболее полному и "очищенному" от субъекта постижению окружающего мира, а управление - к наиболее полной и наиболее "естественной" реализации поставленных целей, эксплуатируя познанное "естественное".

Как было отмечено ранее, объективная действительность, бесконечная в своих связях, отношениях, качествах, либо проявляется, либо задерживается, фильтруется освоенной человеческой деятельностью (мы

назвали ее традицией Т). Проявленное и пропущенное в сознание субъекта отражение действительности неоднородно: оно не ограничивается рамками того фрагмента окружающего мира, который вовлечен непосредственно в Т субъекта, но включает в себя и результат экстраполяции этого Т-знания до определенных границ его применимости: "... понятия выступают не только как результат познания человеком объективной реальности, но и как средство, аппарат мышления, на основе которого происходит освоение им новых объектов, их свойств и закономерностей. Мысль осваивает новое путем включения его в известное." [13. С.26].

Таким образом, отражение в сознании субъекта действительности и его результат - знание, имеют два главных структурных элемента - ядро (основу) и дополнение ядра (обоснованное), связь между которыми осуществляется посредством экстраполяции основы (первичных знаний) на весь окружающий мир, результатом чего являются вторичные знания -продукт использования основы в той или иной форме как универсального инструмента познания.

Открытие экстраполяции как инструмента переноса научного знания из одной предметной области в другую, более широкую, было сделано еще пифагорейцами. Так, Филолай в V в. до н.э. подчеркивал, что "если бы не число и его природа, ничто существующее нельзя было бы постичь ни само по себе, ни в его отношении к другим вещам. Мощь чисел проявляется, как нетрудно заметить ... во всех деяниях и помыслах людей, во всех ремеслах и музыке" [10. С. 23; 7].

Следует еще раз подчеркнуть огромную значимость экстраполяции, поскольку именно она является концентрированной формой выражения опосредованного познания и входит в сущностную основу всех методов и инструментов научного познания - индукции, дедукции, аналогии, моделирования, эксперимента, наблюдения; понятий, уравнений, логических, языковых, философских и других средств [3, 22, 37].

Схематически вышесказанное можно изобразить следующим образом.

Здесь I - ядро (основа) Т-знаний (или просто традиция Т); II - дополнение ядра (обоснованное) - знания об окружающем мире, полученные в результате экстраполяции традиций Т для объяснения всего окру-

жающего; III - экстраполяция - перенос Т-знаний (традиции) на другие предметные области разной глубины (экстраполяция показана стрелками).

Поясним данные теоретические выкладки конкретным примером развития науки. Общеизвестно, что основы классической механики были заложены трудами И. Ньютона, который основное применение механики видел первоначально в построении теории движения небесных тел - в построении небесной механики [32. С.139]. Однако при этом И. Ньютон не отказывался и от иного использования механики. Во введении к своему главному труду "Математические начала натуральной философии" он писал: "...было бы желательно вывести из начал механики и остальные явления природы, рассуждая подобным же образом..." [28. С.3]. В дальнейшем развитии физики эта программа и была реализована [32, 34, 18].

Уже в XVIII в. начинает бурно развиваться новое направление в физике - ньютонианство, одна из существеннейших черт которого заключается в распространении (экстраполяции) основных положений механики на всю физику; последователи И. Ньютона пытались объяснить физические явления, поставив им в соответствие различного вида силы: магнитные, электрические, химические и др. [32. С.157]. Все это в конце концов приводит к утверждению и господству в физике классического механицизма - методологического принципа классической физики, сущность которого ярко выражена в известных словах Л. Больцмана (в ранний период его творчества): "Глаз до мельчайших деталей представляет собой оптическую камеру - обскуру, сердце - насос, мускулатура - сложную систему рычагов, понятную лишь с точки зрения чистой механики. Применимость механики распространяется в духовную область дальше, чем можно было бы предполагать при поверхностном рассмотрении. Кто, например, не делал наблюдений, подтверждающих механическую природу памяти?..

Мы должны еще вспомнить о замечательной механической теории в области биологической науки, о теории Дарвина...

Итак, в природе и в искусстве господствует механика, она господствует также и в политике, и в социальной жизни" [4. С.140].

Классическая механика, призванная вначале решить задачу построения теории движения небесных тел (небесной механики), экстраполировала свои понятия, методы исследования, способы описания и т.д. для объяснения всей природы в целом, для объяснения всех физических явлений. Это и привело к созданию первой физической картины мира - механической (МКМ).

Главным структурным элементом МКМ является классическая механика, в основу которой легли принципы дискретности и дальнодействия, а в качестве основных понятий выступили понятия материи, движения, пространства и др.

Успехи классической механики в значительной мере способствовали абсолютизации ньютоновских представлений и привели к попыткам свести все многообразие явлений природы к законам только механической формы движения материи.

Следовательно, МКМ структурно включает в себя классическую механику - ядро МКМ и дополнение ядра МКМ - совокупность результатов, отражающих попытки свести все физические явления к законам механической формы движения материи. Таким образом, формирование МКМ в ее существенных чертах может быть представлено как процесс экстраполяции ядра МКМ (классической механики) на всю еще не освоенную и не-объясненную физическую реальность, на все физические явления. Аналогическое строение имеют и две последующие картины мира - электродинамическая (ЭДКМ) и квантово-полевая (КПКМ) [2].

Продолжим наш теоретический анализ. Исходя из полученных нами результатов, может быть осуществлено моделирование процессов познания и управления.

Познание. Познание любого объекта данным субъектом начинается не с нулевого уровня его осознанности, а с некоторого /-го, являющегося результатом экстраполяции Т данного субъекта на новый познавательный объект, это и приводит к его осознанию (познанию) данным субъектом. Познание, как бы ни старались исключить субъекта и его влияние на этот процесс, всегда начинается с традиции; если при этом не происходит "приращения" Т, то процесс познания не состоялся, все осталось в рамках прежней Т. Процесс познания будет осуществлен тогда, когда в процессе субъект-объектных взаимодействий посредством Т будет осуществлено производство нового знания dТ Ф 0 так, что на "выходе" познания будет новая Т + dТ = Т1 - новая традиция сначала для первооткрывателя, а затем и для других субъектов.

Очевидно, что в данной модели процесс познания бесконечен; другой его важной особенностью является ярко выраженный экстраполяци-онный характер - перенос знаний, полученных в области Т, в область их более широкого применения, что возможно и эффективно (конструктивно) в силу материального единства мира - во всех его фрагментах "многое суть единое" (или "единое суть многое").

Управление. Принципиальная особенность этого, также бесконечного и экстраполяционного по своей сути процесса, состоит в открытой, прямой его направленности на решение конкретных задач и целей человека путем "встраивания", "проникновения" человека в естественно-текущие процессы путем "эксплуатации", пилотирования естественных процессов в направлении к тем результатам их осуществления, при которых могут быть достигнуты человеческие цели.

Как бы ни были различны процессы познания и управления, они во многом и едины, более того, познание фактически также является управлением - процессом, в котором научное сообщество как некая организация из века в век осуществляет достижение поставленных целей: построения Единого Плана объяснения окружающей действительности; принятия в расчет только проверяемого на достоверность, истинность и полноту научного знания; получения практической выгоды от познанных явлений природы и общества; соответствия стандартам (традициям) исследований данной эпохи - парадигмам (по Куну), нормам, схемам, программам (по Лакатосу), принципам и т.д. Так, в наше время важно, чтобы исследования вписывались в синергизм и принципы подчинения (по Ха-

кену), в диссипативные структуры (по Пригожину), в самоупорядоченность (по Бенару, Тейлору, Белоусову-Жаботинскому), в современную концепцию целостности (холическую парадигму), и т.д.

Чтобы еще более доказательно показать единство познания и управления, сущностные черты процесса управления внутри процесса познания, следует отметить, что для познания (как и для управления) характерны такие атрибуты, как планирование (поиск Единого Плана мироздания); организация (научная община со своими строгими из века в век правилами, требованиями, обычаями, нормами, традициями - это организация, причем очень прочная и долговечная); мотивация (не только материальным, не только учеными степенями и званиями, но и достоинствами научного труда как творчества, как полигона саморазвития и самоутверждения); контроль (наука не только деятельность по производству новых знаний из имеющихся, но и постоянная особая деятельность по проверке, по осуществлению контроля полученных знаний на достоверность, истинность, полноту и т.д.) [1, 6, 12, 16, 18, 19, 25]. Итак, управление - это познание, а познание - это управление; вместе они являются важными и взаимопроникающими в друг друга видами человеческой деятельности, постоянно нацеленными на поддержание, восстановление, воспроизведение и развитие совокупных жизненных сил и возможностей как отдельного субъекта, так и общества людей в целом [26, 29, 30].

Мы уже отметили, что основным результатом управления является производство особого знания - управленческих решений; и хотя этим управление как вид человеческой деятельности не исчерпывается (в управление входят еще организационная и информационно-техническая деятельность), все же управление как познание и выработка таких решений является главной сущностью этого процесса. В самом деле, ведь организационная и информационно-техническая компоненты процесса управления включают в себя также процесс познания, только теперь уже организационных и информационно-технических сторон осуществления процесса.

Продолжим исследование онтогенеза объекта. Итак, мы показали, что и процесс познания, и процесс управления объектом в его онтогенезе основываются на традиции Т. Но теоретически возможен и тот вариант, когда, достигнув в онтогенезе некоего состояния по траектории развития в рамках Т, объект резко сбрасывает (а субъект отражает данное явление в своем сознании) традиционное развитие и "уходит" на другую траекторию онтогенеза - на траекторию "не-традиции", на траекторию Т. Следует подчеркнуть, что в каждом состоянии онтогенеза возможно только два варианта:

1. Дальнейшее развитие осуществляется по старой, традиционной линии (традиции); объект "помнит" свои предшествующие состояния ("историю"), "работают" причинно-следственные связи; осуществляются эволюционные изменения и т.д. и все - в рамках традиции Т;

2. Дальнейшее развитие (онтогенез) объекта осуществляется по новой, не традиционной линии (траектории); при этом объект резко "забывает" свои прежние состояния ("историю"), в точке смены традиций (Т

на Т) - в точке бифуркации происходят нарушения причинно-

следственных связей, эволюционное развитие заменяется на революционное, скачкообразное, и т.д.

Покажем, что теоретически онтогенез объекта на линейной фазе развития описывается классической и неклассической рационально-стями, а на нелинейной фазе - рациональностью постнеклассической. В самом деле, классическая рациональность задает графический образ прогрессивно-направленного линейного развития с жестко однозначной детерминацией: прошлое определяет настоящее так же изначально, как настоящее определяет будущее. Все состояния мира, от бесконечно удаленного былого до весьма далекого грядущего, могут быть рассчитаны и предсказаны. Классическая рациональность осуществляет описание объектов, как если бы они существовали сами по себе в строго заданной системе координат. Основным условием познания здесь является требование элиминации всего того, что относилось либо к субъекту познания, либо к возмущающим это познание факторам и помехам [18. С. 124].

Неклассическая рациональность опирается на образ синусоиды, омывающей магистральную направляющую развития; здесь более гибкая схема детерминации, поскольку учитывается и роль случая. Развитие направлено, но его состояния в любой момент времени не детерминированы; изменения подчиняются теории вероятности и закону больших чисел: чем больше отклонение, тем менее оно вероятно, ибо каждый раз реальное явление приближается к генеральной линии - закону "среднего". Отсутствие детерминированности на уровне "отдельного" сочетается с детерминированностью на уровне системы в целом [Там же. С. 125].

Еще раз отметим, что линейная фаза развития онтогенеза объекта, согласно нашей теоретической модели, описывается именно классической и неклассической рациональностями.

Совсем иначе обстоит дело в нелинейной фазе онтогенеза объекта. Здесь господствует постнеклассическая рациональность: графическая модель развития - древовидная, ветвящаяся графика; с самого начала и к любому данному моменту времени будущее остается неопределенным; развитие может пойти в одном из нескольких направлений, что чаще всего определяется каким-нибудь незначительным фактором - достаточно лишь небольшого воздействия, т.н. "укола", чтобы система перестроилась (самоорганизовалась) и возник новый уровень организации; возможен "перескок" с одной траектории на другую и утрата системой памяти - в т.н. "турбулентном пространстве" система "забывает" свое прошлое состояние, действует спонтанно и непредсказуемо; будущее развитие объекта принципиально неопределенно и открыто для новообразований [Там же. С. 126].

Отмеченные особенности постнеклассической рациональности позволяют сделать важный вывод: нелинейная фаза развития (онтогенеза) объекта, согласно нашей теоретической модели, описывается именно постенклассической рациональностью.

Теоретически важно отметить востребованность всех исторических типов рациональностей - первых двух для описания линейной фазы, третьей - для описания развития объекта в окрестностях бифурка-

ционных точек, на нелинейной фазе онтогенеза объекта; постнекласси-ческая рациональность не отрицает, не отменяет две предыдущие, а лишь дополняет их в особых фазах развития объекта.

Онтогенез любого объекта удобно наглядно изображать в двухмерном фазовом пространстве с координатами состояний Т - традиции и Т

- не-традиции (Т, Т).

В общем виде траектория (мировая линия) онтогенеза любого объекта может быть представлена в виде ветвящейся графики, в каждой точке которой могут быть только два ветвления Т и Т , в этом - отличие

схемы онтогенеза в фазовом пространстве (Т, Т ) от простой графической схемы, где могут быть изображены 2,3,5 вариантов развития объекта и более; в фазовом же пространстве наличествует только двойное ветвление:

Здесь на схеме точки ветвления - точки бифуркации - обозначаются для удобства только буквой Х; остальные (обычные) точки - любыми другими буквами (иначе говоря, за точками бифуркации закреплена буква Х). Не вдаваясь в подробный анализ (это предмет особого исследования, которым автор в настоящее время занимается), все же отметим, что для описания линейной и нелинейной фаз онтогенеза объекта могут использованы в качестве эффективного математического аппарата марковский и немарковский процессы.

Из вышеприведенной схемы следует, что онтогенез (развитие) любого объекта содержит принципиально три главных элемента:

1) отрезки траектории онтогенеза, на которых господствующей была традиция развития Т - участки (1), (2), (3), (4);

2) точки бифуркации как точки разрыва Т-непрерывности - Хь Х2,

3) отрезки траектории онтогенеза, на которых в качестве господствующей была не-традиция Т - участки (11), (21), (31).

Назовем участки траектории онтогенеза линейными, на которых господствующей была только традиция Т. Следовательно участки (1) -(4), не содержащие ни одной точки бифуркации, - линейные.

Назовем участки траектории онтогенеза нелинейными, если на них есть хотя бы одна точка бифуркации; очевидно, что нелинейными являются участки траектории "(1) - Х1 - (11)", "(2) - Х2 - (21)" и т.д.

(3) Х3 (4) В

А ^

Х3;

Очевидно, что любой нелинейный участок в фазовом пространстве

(Т, Т ) содержит только одну точку бифуркации, а вся траектория онтогенеза любого объекта есть некоторая совокупность в общем случае нескольких однородных нелинейных участков.

В силу однородности нелинейных участков теоретическому анализу достаточно подвергнуть один нелинейный участок с последующей экстраполяцией результатов этого анализа на весь онтогенез в целом.

Исходя из этого рассмотрим, например, нелинейный участок онтогенеза (1) - Х1 - (11). На этом участке могут происходить следующие явления развития. Если в окрестности точки Х1 объект "выбирает" дальнейшее развитие с господствующей традицией Т (традиция Т экстраполируется за точку Х1), то точка Х\ точкой бифуркации не является, и наш участок онтогенеза вырождается в линейный участок; этот вариант нам неинтересен, поскольку предметом нашего анализа является нелинейный участок. Отметим только то обстоятельство, что линейные участки - это участки достаточно успешной экстраполяции традиции Т на реальность.

Для того чтобы точка Х\ стала точкой бифуркации, необходимо,

чтобы в ней традиция развития Т была заменена на не-традицию Т (т.е. экстраполяция Т в точку Х1 и далее уже невозможна). Нелинейный участок онтогенеза - это участок, где экстраполяция "не работает" в окрестностях точки бифуркации, более того, то содержание, которое раньше экстраполировалось как ядро (основа) - традиция Т, теперь заменяется на

новое ядро (новую основу) - не-традицию Т . Сразу же отметим, что точка бифуркации отменяет одну целостность - целостность на основе традиции Т и заменяет ее другой целостностью на основе не-тра-

диции Т. В точке бифуркации заменяется основа экстраполяции, достигается такой результат, когда "старой" целостности на основе Т уже недостаточно. В самом деле, на линейном участке (на линейной фазе онтогенеза) объект совершенно нормально для традиции Т развивается до тех пор, пока он не перешел в состояние, близкое к Х1; в окрестностях этой точки происходит "сбой" развития: старой основы становится недостаточно для состояния вблизи Х\, экстраполяция основы (ядра) Т на это состояние "не пошла", система ей "не подчинилась", "взбунтовалась". Более того, в окрестностях Х1 обнаружилось, что старая основа (ядро) объекта заменилась на новое основание экстраполяции, на новое наполнение ядра Т и уже с этим новым наполнением экстраполяция опять "заработала", теперь уже как Т, и онтогенез объекта возобновлен, теперь

уже по новой традиции - с господством Т . Схематически это можно изобразить следующим образом.

Важно подчеркнуть, что по отношению к ядру (основе) любая точка бифуркации является всегда изначально периферией, "диссидентом", поризмом, который в один миг вдруг резко превращается в центральный новый элемент развития - в ядро (основу) онтогенеза; теперь уже бывший на периферии "диссидент" сам становится основой, ядром, а бывшее

ядро - "диссидентом", периферией "нового порядка" Т .

Еще одно важное обстоятельство: "вход" в бифуркационную точку Х "движение слева" всегда линейно, всегда управляемо, без неожиданностей. Совершенно иная картина с "выходом", с "движением вправо" от точки бифуркации Х. С точки зрения развития точка бифуркации всегда полная неожиданность, внезапность, аномальность, событие по типу ".хотели как лучше, а получилось крайне плохо", всегда срыв, всегда сбой.

Следует отметить, что из начального состояния А онтогенез объекта может достичь состояния В как по только линейным фазам, так и проходя через одну или многие точки бифуркации, например как на сле-

Иначе говоря, в развитии объекта нет никакой "столбовой дороги", никакой заданности и предопределенности; в одно и то же будущее можно прийти разными путями - только эволюционным путем без катаклизмов и потрясений или же и через них, через точки бифуркации. Из

этого следует важный теоретический вывод: революции как нарушения эволюционных процессов развития вовсе не обязательны, они являются результатом не самого по себе онтогенеза объекта, а онтогенеза и совокупности исторических условий, в том числе случайных, сопутствующих или нет выбору данных траекторий развития.

Еще один важный вывод, о котором шла речь в данной статье при анализе диалектики "естественного", "искусственного" и "реального", а именно: управление развитием объекта осуществляется не только за счет постижения объективных закономерностей онтогенеза

Еще раз обратим внимание на то, что в точке бифуркации "стирается" старое ядро (основа) развития объекта и возникает новое ядро (основа), причем из элементов, которые до этой точки бифуркации находились на периферии, на обочине онтогенеза при господстве старой традиции Т. Следовательно, для задач прогноза будущего развития объекта важен анализ не только элементов действующей традиции, не только элементов ядра (основы), но и анализ тех элементов, которые, во-первых, находятся в стороне, на периферии господствующего положения дел, и во-вторых, плохо "слушаются" управляющих сигналов, являются по отношению к господствующей традиции своего рода диссидентами, "вывихами", "не-нормой". Именно анормальные, именно диссидентские элементы и являются будущим главным, будущим ядерным (основным) в дальнейшем развитии объекта, а в период времени, пока они не стали новым ядром в режиме главного в будущем, эти элементы являются аттрактором - центром притяжения, к которому стремится открытая система.

В качестве иллюстрации наших теоретических положений рассмотрим результаты исследований И. Валлерстайна - главы американского Броделевского центра исследования экономик, исторических процессов и цивилизаций. И. Валлерстайн новую историю человечества рассматривает как историю последовательной смены гегемонов - экономических лидеров; цикл исторического развития состоит из заката прежнего гегемона, появления новых претендентов, борьбы за очередную гегемонию, победы одного из претендентов в этой борьбе, его неизбежного заката...

И все это время функционирование капитализма направлено на бесконечное накопление капитала, которое достигается путем извлечения прибыли из периферии капиталистической системы - из колоний, стран третьего мира, стран-доноров [5, 6, 18].

Вернемся к теоретическому анализу процессов познания и управления.

Будущее состояние объекта и направление его дальнейшего развития не предопределено, не фатально, оно каждый раз, в любом "здесь и сейчас" "порождается", "производится" непрекращающимся взаимодействием господствующей традиции Т с набирающими силу и мощь будущими основами развития данного объекта по не-традиции Т, и все зависит от того, каково соотношение между Т и Т :

а) если Т >> Т, то сохраняется линейная фаза развития, в данном состоянии не образуется точка бифуркации, и объект продолжает прежний, традиционный онтогенез, основным явлением в котором является экстраполяция содержания ядра (основы) господствующей традиции Т на весь окружающий мир с целью его познания и использования в человеческой практике;

б) если Т ~ Т, то данное состояние вполне может "свалиться", "выродиться" в бифуркационную точку с прекращением старого, традиционного развития объекта и с зарождением, упрочением и повсеместным господством новой традиции Т , которая также проявляется в экст-раполяционном процессе, теперь уже новой господствующей традиции

Т на весь окружающий мир также с целью познания, управления, использования.

Следует отметить, что, возможно, решающий вклад в состояние

накануне точки бифуркации, когда вес традиции Т и вес "не-традиции" Т для развития объекта примерно одинаков, решающий вклад в "сползание" состояния объекта в бифуркационную точку играет внешняя среда как "старшая" система по отношению к рассматриваемому объекту, где он является всего лишь определенной частью, всего лишь элементом этой системы.

Внешняя среда с точки зрения экономики и управления характеризуется такими ее переменными, как ресурсы, энергия, целенаправленное противодействие со стороны других оргсистем, законодательство, решения правительства и других властных структур, экономические условия, социо- и культурные изменения, политическая ситуация, технологические нововведения, природные условия, общественное мнение и т.д. [26, 29, 30, 36].

Именно внешняя среда при балансе Т и Т определяет, по какой траектории пойдет дальнейшее развитие объекта и будет или не будет данное состояние бифуркационной точкой. Следовательно, для задач управления, для задач прогнозирования дальнейшего развития объекта

важен учет не только Т и Т , но и характеристик внешней среды, анализ ресурсов внешней среды за продолжение господства традиции Т и против него.

В целях анализа диалектического взаимодействия традиции Т, нетрадиции Т и внешней среды можно воспользоваться аналогиями из биологии (экстраполяция!) - ведь традиция Т может быть рассмотрена

как наследственность видовых признаков, не-традиция Т - как мутация, внешняя среда - как внешний фактор развития биологической особи.

В мире все гораздо свободнее, ярче, чем раньше представлялось, все играет красками, переливается, все живет, все одновременно стабильно-неизменно и изменяемо, все участвует в природном творчестве, и в этом творческом движении есть место для и активной роли человека, субъекта.

Из того факта, что будущее не предопределено, не задано фатально, следует вывод о том, что субъект обладает принципиальной возможностью управлять дальнейшим развитием объекта, управлять будущим путем создания соответствующего баланса влияний Т, Т и внешней среды. Наша теоретическая модель вполне допускает возможность именно такого положения дел: человек принципиально может управлять будущим, производить его в соответствии со своими замыслами и целями. Именно в этом наиболее наглядно проявляется активная роль субъекта в познании, в управлении, в других видах его деятельности: появившись миллионы лет назад как тварное, животное существо, человек постепенно, по своим возможностям, набирает мощь и ресурсы творца, "бога", ему по плечу даже производство будущего с теми его параметрами и характеристиками, какие изначально закладываются самим человеком в проект этого будущего. Еще раз повторим: человек обладает принципиальными возможностями не только прогнозировать, но и производить то будущее, которое человеком как творцом проектируется.

Но здесь есть одно большое "но". Человек максимально эффективен в своих действиях тогда, когда его управление окружающим миром подчинено познанным им законам этого окружающего мира. Иначе говоря, человек наиболее эффективен тогда, когда он адекватен сути действительности, когда он не перестраивает мироздание, а встраивает себя в него, подчиняет себя и свои цели как познанным объективным законам, так и экологическим, нравственным и другим запретам.

Учет этих ограничений, причем достаточно жестких в наступившую эпоху - эпоху "человека управляющего", крайне важен для дальнейшего развития человеческой цивилизации - слишком много ошибок и промахов было сделано человеком, слишком часто он полагался на "универсальный" способ своей деятельности - метод "проб и ошибок".

В данной статье впервые предпринята попытка целостного теоретического исследования процессов познания и управления. Впервые показана дихотомичность понятия "деятельность", а понятия "познание" и "управление" рассматриваются как структурно-содержательные элементы деятельности. Вскрыто основное познавательное противоречие человеческой деятельности, показана ее принципиальная неполнота и аван-тюристичность, в том числе по отношению к познанию и управлению.

Изменена триадная схема субъект-объектных отношений: вместо общественно-выработанной человеческой деятельности вообще в качестве опосредствующего звена между субъектом и объектом оставлена только "работающая" часть, названная автором традицией - та часть со-

вокупной человеческой деятельности, которая освоена и используется данным конкретно-историческим субъектом. На основе новой триадной схемы построены субъект-объектные модели процессов познания и управления, проанализированы их общие и особенные черты. Показано онтологическое, гносеологическое, аксеологическое, праксеологическое и антропологическое значение традиции в человеческой деятельности, в том числе познании и управлении. Через понятие "традиция" впервые вскрыт конкретный механизм развития (онтогенез) объекта - экстраполяция традиции. Показан неотъемлемый экстраполяционно-сущностный характер человеческой деятельности, в том числе познания и управления, а также представленность экстраполяции во всех методах и инструментах научного познания. Показана принципиальная дихотомичность систем знаний (теорий, научных картин мира) - наличия в них ядра (того, что экстраполируется в качестве традиции познания или управления) и дополнения ядра (того, что является продуктом экстраполяции господствующей традиции на окружающую действительность).

Решена центральная задача данной статьи - сущность процесса познания проанализирована с позиций сущности процесса управления как традиции данного авторского теоретико-философского исследования и показано, что познание вполне обоснованно может быть понято как управление, осуществляемое научным сообществом как всемирно-исторической организацией со своими нормами и традициями для достижения вполне определенных целей из века в век.

Введенные теоретические инструменты (понятия, схемы, механизмы) применены для целостного анализа онтогенеза объекта; показано, что развитие, онтогенез любого объекта принципиально содержит линейные и нелинейные фазы, причем для описания линейности онтогенеза достаточны классическая и неклассическая рациональности, а для описания нелинейностей, содержащих хотя бы одну точку бифуркации, необходима постнеклассическая рациональность. Тем самым впервые показано общее теоретическое единство, взаимообусловленность, взаимосвязь и принципиальная востребованность всех теоретических типов рациональности для описания любого онтогенеза любого объекта. Введено авторское фазовое пространство (традиция - не-традиция) для описания человеческой деятельности, в частности познания и управления, продемонстрированы возможности описания онтогенеза объектов с использованием этого исследовательского инструмента. Показано, что одним из принципиально важных результатов изменений объектов при прохождении ими точек бифуркации является замена одной целостности объекта, основанной на традиции, на другую, основанной на не-традиции; именно в этом причина радикальных изменений самой сути объектов при бифуркационных превращениях.

Предложена авторская формула управления, основные обобщенные его характеристики; введено новое понятие управленческой когерентности. Показана сложная содержательно-структурная суть понятия "цель " и представленность в ней в снятом, неявном виде всех основных обобщенных характеристик управления из предложенной авторской его формулы.

Обоснован теоретический вывод об отсутствии предопределенности, фатальной заданности развития объектов, мира в целом. Показано, что одного и того же состояния онтогенеза можно достичь различными способами: только линейным (эволюционным) способом при сохранении одной и той же господствующей традиции; только нелинейным (революционным) способом, постоянно "стирая" старые традиции, вводя все новые и новые; смешанным, эволюционно-революционным способом. Показано, что выбор варианта развития объекта зависит от общего баланса традиции, не традиции, влияния внешней (по отношению к данному объекту) среды. Впервые показано, что отсутствие предопределенности онтогенеза объекта является необходимым условием осуществления человеческого управления, причем с тем большей эффективностью, чем больше человеческая деятельность соответствует объективно-обусловленной сути самой действительности: человек управляет, господствует, подчиняясь природе. Управление как деятельность эффективно в той мере, в какой мере эффективно как деятельность познание (еще одна грань их взаимосвязи).

Впервые теоретически обосновывается принципиальная возможность общественного человека не только прогнозировать, но конструировать и производить сконструированное будущее, творить это будущее с заданными свойствами. Данный общий вывод можно было бы назвать принципом управленческого оптимизма, но в сочетании с принципиальной авантюристичностью, неустранимой неполнотой и ошибочностью человеческой деятельности вообще, управления в частности, при совместном и целостном рассмотрении всех этих теоретических выводов потенциал управленческого оптимизма заметно ослабевает, появляются пессимистические составляющие онтогенеза с встроенной в него человеческой деятельностью. Предопределенность, фатальность отсутствует и более всего становится значимой ответственность человека в мире за каждый свой шаг, за каждый свой поступок.

Литература

1. Арнольд В.И. Теория катастроф. М.: Наука, 1990.

2. Батурин В.К. Общая физика и мировоззрение. Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1985.

3. Батурин В.К. Экстраполяция, методы научного познания и некоторые закономерности развития физической науки // Диалектика взаимодействия природы, общества и техники. Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1984.

4. Больцман Л. Статьи и речи. М.: Наука, 1970.

5. Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм, ХУ-Х^1 вв.: В 3 т. М.: Мысль, 1992.

6. Василькова В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем: (Синергетика и теория социальной самоорганизации). Сер. "Мир культуры, истории и философии". СПб.: Лань, 1999.

7. Жмудь Л.Я. Пифагор и его школа. Л.: Наука, 1990.

8. Исторические типы рациональности Т.1. / Под ред. В.А. Лекторского. М.: Наука, 1995.

9. Исторические типы рациональности. T.II / Под ред. П.П. Гайденко. М.: Наука, 1996.

10. Клайн М. Математика. Утрата определенности. М.: Мир, 1984.

11. Князева Е.Н. Международный Московский синергетический форум (некоторые итоги и перспективы) // Вопр. философии. 1996. №11.

12. Князева Е.Н. Одиссея научного разума. Синергетическое видение научного прогресса. М.: Мир, 1995.

13. Копнин П.В. Логика научного познания // Вопр. философии. 1966. №10.

14. Лагоша Б.А., Емельянов А.А. Основы системного анализа. М.: Изд. МЭСИ, 1998.

15. Ладин А.А. Теоретические основы управления. Т.1. Процессы, системы и средства управления: Учеб. пособие. М.: РВСН, 1997.

16. Лекторский В.А. Субъект, объект, познание. М.: Наука, 1980.

17. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. 2-е изд. М.: Политиздат, 1977.

18. Лешкевич Т.Г. Философия науки. Традиции и новации: Учеб. пособие для вузов. М.: Изд. ПРИОР, 2001.

19. Мамчур Е.А., Овчинников Н.Ф., Огурцов А.П. Отечественная философия науки: предварительные итоги / Сер. "Научная философия". М.: Роспэн, 1997.

20. Маркс К. Нищета философии. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. 2-е изд. Т.3. М.: Госполитиздат, 1956.

21. Месарович М., Такахара Я. Общая теория систем: Математические основы. М.: Мир, 1978.

22. Методологические принципы физики. История и современность / Под ред. Б.М. Кедрова и Н.Ф. Овчинникова. М.: Наука, 1975.

23. Мещеряков А.И. Слепоглухонемые дети. Развитие психики в процессе формирования поведения. М.: Педагогика, 1974.

24. Моисеев Н.Н. Математические задачи системного анализа. М.: Наука, 1981.

25. Моисеев Н.Н. Современный рационализм и мировоззренческие парадигмы // Общественные науки и современность. 1994. №3.

26. Мухин В.И. Основы теории управления: Учебник для вузов. М: Экзамен, 2003.

27. Николис Г., Пригожин И. Познание сложного. Введение. М.: Мир, 1990.

28. Ньютон И. Математические начала натуральной философии / Пер. А.Н. Крылова // Изв. Николаевской морской академии. 1913-1916. Вып. IV и V, ч. II.

29. Общая теория управления: Курс лекций / Под ред. А.А. Беляева, К.И. Варламова, Н.П. Пишулина. М.: Высш. шк., 1994.

30. Системный анализ в управлении: Учеб. пособие / В.С. Анфилатов, А.А. Емельянов, А.А. Кукушкин / Под ред. А.А. Емельянова. М.: Финансы и статистика, 2002.

31. Смирнов Э.А. Теория организации: Учеб. пособие. М.: ИНФРА-М, 2002.

32. Спасский Б.И. История физики. Т.1. / Учеб. пособие для вузов. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Высш. шк., 1977.

33. Степин В.С. Становление научной теории. Минск: Вышейш. шк., 1996.

34. Степин В.С., Горохов В.Г., Розов М.А. Философия науки и техники. М.: Мир, 1995.

35. Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. М.: Наука, 1966.

36. Хохлачев Е.Н. Теоретические основы управления. Т.2. Анализ и синтез систем управления: Учеб. пособие. М.: РВСН, 1996.

37. Философия и методология науки. М.: Наука, 1996.

38. Философские проблемы в советской психологии. М.: Наука, 1972.

39. Хакен Г. Синергетика. М.: Мир, 1980.

40. Штофф В.А. Проблемы методологии научного познания. М.: Высш. шк., 1978.