Организация спортивной жизни омичей в 1920-е годы

УДК 796

М. Д. ЛАГУТИНА

Сибирский государственный университет физической культуры и спорта, г. Омск

ОРГАНИЗАЦИЯ СПОРТИВНОЙ ЖИЗНИ ОМИЧЕЙ В 1920-е ГОДЫ_

В статье на основе анализа документов Исторического архива Омской области и периодической печати рассмотрены вопросы развития физической культуры и спорта в городе Омске в 1920-е годы.

Ключевые слова: физическая культура, спорт, Всевобуч, Красная Сибирская Олимпиада.

В 20-е годы XX века основной тенденцией в развитии физической культуры и спорта в Советской России было воспитание бойца Красной армии. Решением этой задачи занимались органы Всеобщего военного обучения (Всевобуч), созданные в 1918 году. Лозунгом времени стали опубликованные в газете «Советская Сибирь» слова: «Превратить хилых и слабых в здоровых и сильных» [1]. Для реализации этой задачи велась активная пропаганда физической культуры и спорта во всех учреждениях г. Омска: на фабриках, заводах, в школах, на курсах допризывной подготовки, в частях Красной армии. Читались лекции, доклады, проводились беседы, устраивались показательные выступления, соревнования. Среди материалов Исторического архива Омской области обнаружен перечень лекций и докладов, с которыми работники Всевобуча выступали перед населением Омска: «Влияние физической культуры и гигиены на организм человека», «Спортивные ячейки и их назначение с научной точки зрения», «Необходимость врачебного контроля в деле физического воспитания и его значение» и др. [2].

На всех омских предприятиях создавались спортивные ячейки. Каждый «...трудящийся обязан заниматься спортом несколько свободных часов в неделю, заботясь о своём физическом развитии. Высокое умственное развитие и полное физическое совершенство — вот идеал трудящихся. Первое даёт книга, лекция, митинг, второе — спорт. И если занятия спортом нужны взрослым, то они вдвойне необходимы молодёжи» [1].

В ноябре 1919 года Омск был освобожден от колчаковцев. Предстояло в кратчайший срок наладить в городе работу школ, культурно-просветительных учреждений, создать сеть рабочих клубов, приобщить к культурному строительству старую интеллигенцию, чтобы она, по ленинскому выражению, «слилась со всей борющейся массой». Но не хватало кадров.

12 января 1920 года Губернским отделом Социального обеспечения открыты курсы по дошкольному воспитанию. «Эти курсы должны подготовить работниц к работе в дошкольных учреждениях: в детских садах, детских домах, на площадках и в колониях. Посещаемость из записавшихся 90 человек — 50» [3]. К июню 1920 года в Омске было 5 детских садов на 250 человек, 12 детских площадок. В июле открылись вторые комплекты площадок. Каждую неделю устраивались собрания руководителей детских площадок для обсуждения докладов и выяснения методических и организационных воп-

росов. При военкоматах создавались спортивные площадки для допризывников.

В полуразрушенном, объятом тифозной эпидемией городе появились объявления об учете учителей, артистов, художников, спортсменов.

4 января 1920 года в газете «Советская Сибирь» сообщалось, что «Отдел Всеобщего военного обучения Омского губернского комиссариата по военным делам предлагает всем спортивным организациям, обществам физического развития и т.п. в трёхдневный срок зарегистрироваться». В марте 1920 года омский уездвоенкомат предложил в трехдневный срок явиться в отделение Всевобуча всем лицам, имеющим специальное спортивное образование или окончившим ранее офицерские фехтовальные школы. «Явке подлежат также граждане обоего пола, состоявшие в учебных заведениях преподавателями гимнастики, имеющие многолетний опыт и практику по всем видам зимнего и летнего спорта, и члены всякого рода спортивных организаций: обществ, клубов, кружков и пр. Все учреждения и частные лица, имеющие спортивные и гимнастические приборы, немедленно должны были сообщить о наименовании и количестве их» [4].

В апреле 1919 года состоялся Всероссийский съезд по физической культуре, спорту и допризывной подготовке. На нём рассматривались вопросы о подготовке физкультурных кадров, об уставе спортивных клубов, о постановке физического воспитания среди детей дошкольного, школьного и лиц допризывного возраста. Аналогичное мероприятие прошло в Омске.

5 февраля 1920 г. в губвоенкомат пришло сообщение о проведении в июле окружным управлением Всевобуча в г. Омске съезда работников по допризывной подготовке и спорту. Одновременно планировалось проведение Олимпиады1, в которой должны принять участие лучшие спортсмены и лучшие команды губерний, входивших в состав Западно-Сибирского военного округа. Это значительно активизировало работу по физической культуре. В мае 1920 года в Омской губернии был принят декрет об обязательном обучении военному искусству, а 23 мая в Омске проходил день Всевобуча. Состоялся парад, и были устроены спортивные соревнования — бег, метание копья , шара, шеста и игра в футбол. По городу были расклеены плакаты о значении Всевобуча, его целях и роли спорта в оздоровлении трудящихся. Омская организация Российского Коммунистического Союза Молодёжи активно включилась в пропаганду физической культуры и военной под-

готовки. Организация РКСМ 2-го района ввела обязательное военное обучение для членов союза до 16 лет, для девушек — добровольное. Занятия шли три раза в неделю по 2 часа в день.

В июне 1920 г. Всевобучем губвоенкомата был организован омский спортклуб. При клубе имелись секции велосипеда, футбола, легкой и тяжёлой атлетики, водного спорта. В распоряжении клуба находился ипподром. «Советская Сибирь» сообщала: «Устав спортклуба был выработан старым буржуазным правлением. Особая комиссия, выработанная новым общим собранием, поставит Устав на пролетарскую ногу... Участников более 200 человек, но, принимая во внимание населённость города Омска, это совсем ничтожный процент» [5]. Первый омский спортклуб был создан ещё в 1915 г., возглавлял его Н. Н. Волков.

Спортклуб сразу же активно включился в работу по организации физической культуры в городе. С 27 июня была объявлена Неделя ребёнка. В этот день на ипподроме состоялись два интернациональных матча между командами спортклуба. Играли немцы, венгры и русские. Спортклуб устроил катание на лодках — 40 рублей в час. Собранные деньги передали в комиссию по организации Дня ребёнка.

В год проведения Игр VII Олимпиады в Антверпене (1920 г.) в Советской России, осуждавшей буржуазный спорт и призывавшей бойкотировать буржуазные Игры, были проведены Приуральская (Екатеринбург), Поволжская (Ярославль), Сибирская (Омск) и другие Олимпийские игры.

Накануне Сибирской Олимпиады было выпущено 5000 объявлений о предстоящем событии. Определено количество спортсменов по различным видам спорта и составлены именные списки участников соревнований. Из уездов поступали телеграммы: «В Акмолинском уезде спортсменов и желающих участвовать в Олимпиаде нет», «В Атбасаре спортсменов нет», «Тарское уездотделение может послать опытных 2 футболистов, 1 гимнаста, 1 тяжелоатлета» [6]. Перед Играми состоялись первенства города по тем видам спорта, которые вошли в программу соревнований. Органами Всевобуча были приобретены костюмы, инвентарь для соревнований, отведён барак для проживания иногородних спортсменов.

25 июля 1920 г. на Омском ипподроме состоялось открытие 1-й Красной Сибирской Олимпиады. Было устроено парадное шествие всех участников под звуки духового оркестра с развёрнутыми красными знамёнами. После исполнения «Интернационала» с приветственными речами выступили представители Всевобуча и военного комиссариата. Они говорили о великом значении спорта в жизни страны, о крупной роли, которую должна сыграть в спортивном развитии Сибири 1-я Сибирская Олимпиада и горячо приветствовали красный спорт. Вход на соревнования был бесплатным.

Сибирская Олимпиада продолжалась восемь дней. Зарегистрировались для участия в Олимпиаде 302 спортсмена из 14 городов Сибири: Омск, Ишим, Петропавловск, Томск, Барнаул, Ново-Николаевск, Иркутск, Тюмень, Семипалатинск, Красноярск и др., представлявших 7 губерний (Омская, Томская, Иркутская, Енисейская, Алтайская, Тобольская, Семипалатинская). Самыми многочисленными командами были омская и томская, в каждой из них выступало по 93 спортсмена. В состав томской команды входила единственная на Олимпиаде женская спортивная группа из 9 человек, выступавшая в вольных гимнастических упражнениях с кольцами.

Персональный состав участников был очень пёстрым. В основном это были представители Всевобуча, не имевшие соревновательной практики, но были и опытные спортсмены. Например, от Иркутской губернии выступал Вейберг, бывший военнопленный, участник Олимпийских игр 1912 года в Стокгольме, в составе Омской команды был слесарь, представитель Всевобуча Евгений Поляков — чемпион Омска 1915 года в беге на коньках2.

Всё участники соревнований получали красноармейский паёк и варили кашу в вёдрах на кострах.

В программу Сибирской Олимпиады вошли шесть видов спорта: велосипедные гонки, плавание, гимнастика, футбол, лёгкая и тяжёлая атлетика, причём в тяжелую атлетику входили гири, борьба и показательные выступления по боксу. Самым многочисленным видом спорта по количеству дисциплин была лёгкая атлетика (по программе Олимпийских игр в Антверпене). В соревнованиях по лёгкой атлетике приняли участие 119 спортсменов; тяжёлая атлетика, борьба — 56; гимнастика: вольные упражнения — 20 мужчин, 9 женщин; на снарядах: турник — 8, брусья — 9, конь — 4; велосипедные гонки — 16; плавание — 15; футбол — 5 команд (Омск, Томск, Барнаул, Иркутск, Тюмень) — 70 человек [6]. Велосипедные гонки, соревнования по футболу, лёгкой атлетике, гимнастике проходили на ипподроме, по тяжёлой атлетике — в цирке, по плаванию — на станции яхт-клуба.

6 рекордов Сибирской Олимпиады установил спортсмен из Иркутска Вейберг (бег 60 м, 100 м, толкание ядра, десятиборье, прыжки с разбега в высоту, прыжки с шестом). Трехкратными победителями стали Иванов из Красноярска (гимнастика) и Жем-чужников из Томска (плавание). Поляков установил два рекорда в велосипедных гонках на 5 и 10 вёрст.

В последний день соревнований состоялось награждение победителей и был устроен грандиозный футбольный матч между сборной командой, составленной из всех участников футбольного турнира, и командой-победительницей из г. Барнаула. Для всех спортсменов устроили прощальный вечер.

Результаты 1-й Красной Сибирской Олимпиады можно оценивать по-разному. С одной стороны, спортивные результаты были скромнее, чем показанные на Играх VII Олимпиады в Антверпене. Например, в беге на 100 метров чемпионом Сибирской Олимпиады стал Вейберг с результатом 11,8 с, а результат, показанный в Антверпене, — 10,8 с. В барьерном беге на 110 м победителем Сибирской Олимпиады стал Григорьев из Семипалатинска с результатом 21,8 с, в Антверпене был показан результат 14,8 с. Чемпионом Сибирской Олимпиады по плаванию на 100 м «произвольным стилем» стал Жемчужников из Томска с результатом 2 мин 01 с, а в Антверпене аналогичную дистанцию проплыли за 1 мин. 01 с.

С другой стороны, Красная Сибирская Олимпиада была мощным толчком в развитии спортивного движения в Сибири. Учитывая сложнейшую ситуацию в России в 1920-е годы, можно сказать, что организация и проведение Сибирской Олимпиады было подвигом.

После проведения Сибирской Олимпиады спортивная жизнь Омска значительно оживилась. 12 сентября 1920 года на ипподроме прошли футбольные состязания между командами «Леший» (сельхозинститут, открыт в феврале 1918 г.) и «Спортклуб» (Всевобуч). «Праздничный день и великолепная солнечная погода привлекли на ипподром не мало зрителей. Игра была очень оживленной. После матча

тут же, на поле, была прочитана командированным из Петрограда т. Сысоевым лекция на тему «Значение понятий «сильный» и «здоровый» [7].

В то же время сохранялась огромная угроза Советской республике со стороны внутренней и внешней контрреволюции. 5 сентября 1920 года «Советская Сибирь» опубликовала передовицу «Работницы через Всевобуч — на Южный фронт» (борьба с Врангелем): «Первые отряды красных доб-роволиц влились уже в ряды нашей армии. Они не должны остаться последними. Трудящаяся женщина не может остаться равнодушной к той задаче, которая встала сейчас перед рабоче-крестьянской страной: отбросить руку, угрожающую голодом, уничтожить последние остатки белогвардейщины, дать отпор попытке мирового капитала стереть нас с лица земли. Теперь, когда отряды Всевобуча дают возможность женщинам организованно вливаться в ряды фронта, красные доброволицы не должны заставить себя ждать».

24 сентября 1920 года состоялся парад отрядов Всевобуча г. Омска. Парад принимал начальник Главного управления Всевобуча Н. И. Подвойский3. В тот же день вечером он выступил в «партийном доме» с речью «О значении Всевобуча как боевого резерва всемирной революции».

В октябре 1920 года состоялись первенства города по легкой атлетике, гимнастике, тяжёлой атлетике и борьбе. В ноябре началось строительство катков, лыжных станций, ледяных гор. Открылся кружок шахматистов. 20 ноября «Советская Сибирь» пригласила всех желающих «принять участие в лыжной вылазке (лыжи и костюмы будут выданы)».

В фондах Губвоенкомата хранится интересный документ — Рапорт от 9.03.1922 г. «Настоящим Губ-часть доносит, что во исполнение вашего предписания от 6.03 за № 6, 19 июля с.г. сконструирован Олимпийский комитет в губернском масштабе, в состав которого вошли: Председателем — Начгубчасти П. Коченков, Секретарём Начгуботдспорта тов. Еля-син и членами: Егоров и Митин, представители от Омрайвоенспортцентра и представитель от Губ-здрава врач Соколов. К упомянутому в рапорте заданию по проведению Губсостязаний Олимпкомитетом приступлено». Рапорт был подписан помгубвоенко-мом (подпись неразборчива) и начгубчасти Кочен-ковым [8]. К сожалению, самого предписания обнаружить не удалось. Документ интересен не только словесными оборотами, характеризующими эпоху, но, главное, тем, что отрыв от мирового олимпийского движения был скорее формального характера. Советская Россия разделяла идеи П. де Кубертена, создавала олимпийскую структуру в стране4.

Таким образом, несмотря на то что Советская Россия оказалась отрезанной от мирового спортивного и олимпийского движения и советские спортсмены не выступали на Олимпийских играх в Антверпене в 1920 году, страна упорно боролась за развитие физической культуры и спорта, за оздоровление населения, за организацию физической культуры среди детей и допризывной молодёжи.

Проведение Красной Сибирской Олимпиады свидетельствовало о росте популярности и жизнеспособности спорта в Советской России. В Сибирь в 1920-е годы пришли олимпийская терминология, олимпийские виды спорта, олимпийские традиции:

" 5

торжественное открытие и закрытие соревнований5, награждение победителей. Участники Сибирской Олимпиады понесли идеи олимпийских соревнований в отдалённые уголки Сибирского региона.

Примечания

1 Согласно приказу Олимпийского комитета России № 53 от 18 июня 2010 года «О мерах по соблюдению в ОКР терминологии, соответствующей Олимпийской хартии» «...не использовать для обозначения Олимпийских игр как всемирного комплексного спортивного мероприятия отдельное слово «олимпиада», означающее, согласно Олимпийской хартии, период времени, состоящий из четырех последовательных календарных лет; не использовать отдельное слово «олимпиада» для обозначения конкретных Олимпийских игр как по летним, так и по зимним видам спорта.». В тексте статьи мы употребили термины Олимпиада, Сибирская Олимпиада, Сибирская Красная Олимпиада исходя из их понимания в Советской России в 1920-е годы, как соревнования по различным видам спорта и исходя из их употреблений в документах того времени.

2 Впоследствии Е. Поляков становится чемпионом Сибири по велосипедному спорту (1923 г.), устанавливает рекорд Омска в беге на коньках на 1500 м (1923 г.), рекорд Сибири на дистанции 10000 м (1934 г.). С 1934 года в Омске проводились соревнования на приз Полякова. Эти старты стали традиционными, ими открывали зимний спортивный сезон, и проводились они вплоть до начала Великой Отечественной войны.

3 Николай Ильич Подвойский (1880 — 1948) — участник штурма Зимнего дворца, народный комиссар по военным делам. С 1919 г. начальник Главного управления Всевобуч, председатель Высшего совета физической культуры, созданного как общественный орган при Всевобуче. С 1921 г. — председатель Красного спортивного интернационала.

4 В 1911 году в Российской империи был создан Российский олимпийский комитет (РОК). После революции Международный олимпийский комитет (МОК) поддерживает отношения с российскими деятелями, находившимися в эмиграции. Так, князь Л.В. Урусов (член МОК с 1910 по 1933 гг.) в 1923 году на заседании МОК в Риме предложил участвовать на Олимпийских играх двум командам: советской команде и команде эмигрантских спортивных обществ. Ему было отказано. Несмотря на разрыв Советской России с международным олимпийским движением и бойкотом со стороны МОК, П. де Кубертен следил за развитием спорта в советской стране. В Мемуарах он писал: «... Кроме «капиталистической организации», уже функционирует «организация пролетарская». «Рабочие олимпиады» проходят регулярно и, надо сказать, не безуспешно. В момент, когда я пишу эти строки, в Москве строится огромнейший стадион, где пройдут очередные Игры. В России хотят переименовать Игры, что станет жалкой глупостью и лишь подчеркнёт часто встречающуюся черту у революционного движения: в то время как есть столько институтов, требующих обновления, они ограничиваются лишь сменой наименований — слова вместо дел. Как бы то ни было распространение спорта среди работников физического труда — это неоспоримый залог развития олимпийского движения, причём независимо от исхода дуэли за обладание властью во всем мире, начатой между двумя противоположными формами социального устройства» [9, с. 148].

5 Надо не забывать, что в Омске и до Октябрьской революции знали об Олимпийских играх. В Омске жил участник Олимпийских игр 1912 г. в Стокгольме А. А. Подкорытов. В Омск с инспекторской проверкой в кадетский корпус приезжал член МОК первого состава (1894) А. Д. Бутовский.

Библиографический список

1. Всевобуч и комсомол // Советская Сибирь (Омск). — 1920. — 5 октября.

2. ГИАОО. Ф. Р. 217. Оп. 1. Д. 194.

3. Курсы по дошкольному воспитанию // Советская Сибирь (Омск). — 1920. — 24 февраля.

4. Регистрация спортсменов // Советская Сибирь (Омск). — 1920. — 27 марта.

5. Спортклуб // Советская Сибирь (Омск). — 1920. — 22 июня.

6. ГИАОО. Ф. Р. 217. Оп. 1. Д. 108.

7. Спорт // Советская Сибирь (Омск). — 1920. — 23 сентября.

8. ГИАОО. Ф. Р. 217. Оп. 1. Д. 130.

9. Кубертен, П. Олимпийские мемуары : пер. с фр. / Пьер де Кубертен. — М. : Рид Групп, 2011. — 176 с.

ЛАГУТИНА Марина Дмитриевна, кандидат исторических наук, доцент кафедры теории методики и истории физической культуры и спорта.

Адрес для переписки: lagutinmar@yandex.ru Статья поступила в редакцию 21.02.2014 г.

© М. Д. Лагутина

УДК 947.086/088

А. В. РЫЧКОВ

Омский государственный технический университет

«РАБОТА НАД ОШИБКАМИ»: СТРАНИЦА ИСТОРИИ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЙ НАУКИ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ_

Статья посвящена рассмотрению организационных аспектов преодоления лысенков-щины в Западно-Сибирском регионе: укреплению связей отраслевой аграрной науки и фундаментальных наук, совершенствованию методики опытной деятельности, изменению структуры сети научных учреждений в области сельского хозяйства, формированию новых подходов в области внедрения.

Ключевые слова: аграрная наука, сельскохозяйственное производство, внедрение, Западная Сибирь, СССР.

В современных условиях особую актуальность приобретает научно-производственная интеграция в сельском хозяйстве, тем более когда речь идет о сибирском регионе с его суровым климатом, роль которого будет постоянно расти в связи со смещением глобального центра экономического роста с Запада на Восток. И в этом деле мог бы быть полезен накопленный ранее опыт, причем как положительного, так и отрицательного характера. В научной исторической литературе данная проблема остается недостаточно исследованной. Известно, что на протяжении длительного времени ситуация как в сельскохозяйственной науке, так и в ее связи с производством определялась лидирующим положением группы ученых во главе с академиком Т. Д. Лысенко, подвергавших остракизму генетику и придерживавшихся упрощенных, механистических взглядов на селекцию, принижавших значение теоретических биологических дисциплин для развития сельскохозяйственной науки. Все генетические и цитологические исследования были полностью прекращены, а многие важные селекционные работы резко сокращены или прерваны. «Селекционеры были поставлены длительный период в слепую обстановку..., они вынуждены были работать не как селекционеры-биологи, вооруженные знанием генетики, цитологии, вирусологии, методами полиплоидии, а как кустари одиночки, без достаточного знания генетики исходного материала, вне связи с такими смежными науками, как фитопатология, биохимия, вирусология. Конечно, такая работа селекционера сопровождалась частыми неудачами, бесплодием» — так характеризовал современник состояние селекционных исследований в условиях лысенковского диктата в аграрной науке [1, л. 120]. В результате резко снизилась эффективность селек-

ционных работ. Особенно это отразилось на выведении новых сортов зерновых культур и прежде всего яровой пшеницы. Большинство выведенных в этот период селекционерами сортов, районированных в регионе, впоследствии были сняты с районирования как недоработанные и не отвечающие условиям интенсивного земледелия.

Аналогичная ситуация сложилась и в других отраслях сельскохозяйственной науки, что объяснялось также невниманием к методике опытного дела, а нередко и прямыми нарушениями методики, отсутствием оценок экономической эффективности тех или иных рекомендаций. Часть ученых поступалась научной этикой, когда требовалось «авторитетом науки» подтвердить какие-либо программные декларации власти, как это, например, было в период разработки и принятия III программы КПСС, провозгласившей курс на построение коммунистического общества. «Кукурузная эпопея», «пропашная система» земледелия, стерневые посевы озимых — далеко не полный перечень рекомендованных производству агромероприятий, эффективность которых не просто не была подтверждена, а, напротив, принесших вред сельскохозяйственному производству.

В рамках представленной статьи автором поставлена цель рассмотреть проблему, выражаясь медицинской терминологией, «выздоровления» аграрной науки, избавления ее от «болезней» недавнего прошлого. Конечно, данный процесс имел не одномоментный, а достаточно протяженный характер (как и всякое восстановление организма после длительной болезни), и требовал принятия целого комплекса организационно-научных мер.

Прежде всего, необходимо было акцентировать внимание на методологических и методических проблемах аграрной науки. Этот процесс в Западно-