Газета «Новое время»: вклад в развитие парламентской журналистики в России (начало XX В. )

----

5

_ __________________________

Отечественная история

О.А. Патрикеева

Газета «Новое время»: вклад в развитие парламентской журналистики в России

Статья посвящена малоизученной проблеме - возникновению и развитию парламентской журналистики в России в 1906-1917 гг. В центре внимания -вклад журналистов газеты «Новое время» в развитие отечественной парламентской журналистики. Статья написана на основе воспоминаний, писем, дневников журналистов и депутатов Государственной думы, а также материалов периодической печати того времени, новых архивных документов.

Ключевые слова: газета «Новое время», парламентская журналистика, парламентские корреспонденты, Государственная Дума Российской империи.

К началу ХХ в. в России самой мощной и разветвленной была петербургская печать. В 1905 г. в столице издавалось 419 периодических органов, т.е. почти треть всей периодики страны [9, с. 116]. Одним из наиболее значительных изданий в течение 40 лет, с 70-х гг. XIX в. и вплоть до 1917 г., являлась петербургская газета «Новое время». Вот что говорил о ее влиянии на читателей известный русский философ, писатель и публицист В.В. Розанов: «Было впечатление, как бы других газет не было. Голос других газет, притом довольно читаемых, был глух в России, на них всех, кроме одного “Нового времени”, не обращал никто внимания, не считались с ними, не отвечали им, не боялись их ругани и угроз и, увы, не радовались их похвалам и одобрениям...» [32, с. 39].

Трудно согласиться с утверждением некоторых исследователей, что в 1905-1907 гг. «Новое время» стало «клониться к упадку» [8, с. 92]. Именно на эти годы пришлось становление первого российского парламента,

Отечественная история

и газета «Новое время» занимала лидирующие позиции в освещении его работы. «“Новое время” искренне и бесповоротно стоит за парламентаризм в европейском смысле этого слова», - выразил единодушное мнение редакции ее ведущий публицист М.О. Меньшиков [11]. История российского парламента представала на страницах газеты захватывающей и интересной.

Владелец газеты А.С. Суворин стремился превратить ее в «парламент мнений». «“Новое время” бывает либеральным на первой странице, консервативным - на второй и клерикальным - на третьей», - отмечал член Главного управления по делам печати Э.Н. Берендтс [1, л. 103]. Правомонархические взгляды на страницах «Нового времени» отстаивала в своих ярких политических фельетонах С.И. Смирнова-Сазонова. Позицию «левее кадетов» в газете занимал великолепный В.В. Розанов. От имени умеренных политиков высказывались брат знаменитого премьера, А.А. Столыпин, член Петербургского ЦК «Союза 17 октября», публицисты А.А. Пиленко и А.И. Ксюнин. С большими аналитическими статьями регулярно выступал самый высокооплачиваемый публицист страны М.О. Меньшиков, не имевший четко выраженной политической позиции. «Единственной своей писательской гордостью я считаю свободу, то есть действительную независимость от партий, кружков, фракций, секций и т. п. организаций», - говорил он о себе [13]. Этих столь разных по своим взглядам и убеждениям журналистов объединял в газете исключительно «чуткий к талантливости» А.С. Суворин, сам оригинальный и блестящий писатель-публицист [3, с. 93].

За три недели до открытия I Государственной думы М.О. Меньшиков посетил Таврический дворец. «Кроме зала заседаний сейчас в Таврическом дворце нечего смотреть. Ничего не готово. Меня, как журналиста, остановила оригинальная картина. Стены многих огромных комнат оклеены петербургскими газетами, очевидно - под обои. Отовсюду глядят знакомые заголовки: “Новое время”, “Сын Отечества”, “Правительственный вестник”... Необъятная, как в океане, рябь газетных строчек. С грустью увидал я собственный фельетон и, как раз, посвященный парламенту. Вот судьба наша - публицистов! В конце концов наше вдохновение идет на подклейку парламентских обоев. Что же - и это служба. ...Без этих распятых на стенах парламента неисчислимых фельетонов, статей, заметок не было бы и самого парламента» [10].

Признанным «королем думского репортажа» по праву считался сотрудник газеты Александр Александрович Пиленко. «Он страшный честолюбец... с большим размахом. Сейчас у него еще нет имени..., но он себе имя составит, за это ручаются его ловкость, энергия, ораторские способ-

ности и нахальство. В Государственной думе он для начала хочет занять место репортера от “Нового времени”. Депутаты будут говорить, а он их будет критиковать в газете. Как далеко идут его мечтания, он в пылу увлечения проговорился: “Я хочу, чтобы мне поставили памятник...”», -записала в своем дневнике известная петербургская писательница, сотрудница «Нового времени» С.И. Смирнова-Сазонова [6, л. 156-157]. Выпускник юридического факультета Санкт-Петербургского университета, А.А. Пиленко оставил преподавательскую и научную карьеру, посвятив себя парламентской журналистике. Но и занимаясь журналистикой профессионально, он остался верен себе, став автором одного из первых юридических исследований деятельности российского парламента [25]. К миссии парламентского корреспондента А.А. Пиленко готовился серьезно и основательно. «Дума не имеет смысла без прессы, - утверждал он. - Самая Дума важна лишь постольку, поскольку она через печать будет находиться в постоянном, живом, непосредственном, ежедневно возобновляющемся общении с избирателями» [18]. Слава лучшего парламенского обозревателя давалась журналисту-нововременцу нелегко: к концу работы III Государственной думы А.А. Пиленко посетил свыше 450 заседаний, а отсутствовал только на шести, переданных коллеге по газете А.И. Ксюнину. «...Приходится забрасывать всю работу, чтобы как-нибудь сохранить свои силы для Думы: руки и ноги трясутся от малейшего напряжения нервов», - жаловался он А.С. Суворину [28, л. 6].

Парламентские репортажи А.А. Пиленко высоко ценил В.В. Водовозов, известный столичный критик и публицист, признанный эксперт по вопросам конституционного права, не замеченный в симпатиях к газете «Новое время» [2]. При подготовке думских отчетов А.А. Пиленко не просто перессказывал бесконечные парламентские дебаты, а всегда старался «предпосылать изложению прений некоторый общий обзор всего заседания как одного органического целого» [15]. Талантливый журна-лист-нововременец писал не только парламентские репортажи в газету «Новое время», но и публиковал серьезные аналитические статьи о Государственной думе в «Московском еженедельнике», издававшимся Е.Н. Трубецким в 1906-1910 гг. [20; 21; 24; 27].

По свидетельству известной писательницы и журналистки А.В. Тыр-ковой, в Думе очень хорошо работал крайне важный в парламентской жизни стенографический отдел. «Состав стенографисток и ... корректоров тоже был отлично подобран, - вспоминала Ариадна Владимировна. - Депутатам и журналистам стенографические отчеты раздавались иногда в тот же день, под конец заседания» [34, с. 400]. Однако так

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Отечественная история

было не всегда. Во время работы I Государственной думы стенографические отчеты, как правило, публиковались с опозданием в 10-12 дней: отчасти из-за нерасторопности президиума, слишком долго составлявшего текст отчетов, отчасти по вине государственной типографии, не имевшей четко организованных ночных рабочих смен. Бесперебойную деятельность думского стенографического отдела удалось наладить во многом благодаря стараниям А.А. Пиленко. «Где официальные стенографические отчеты заседаний?», - вопрошал он со страниц газеты «Новое время» [22]. «Пресса имеет право требовать, чтобы ей, в интересах общегосударственного дела, сообщались все несекретные документы своевременно и в надлежащем количестве», - настаивал журналист [16]. Энергичный и неутомимый Пиленко не просто критиковал работу думского секретариата, но старался оказать ему посильную помощь: к примеру, собственноручно редактировал указатель к стенографическим отчетам заседаний Государственной думы.

А.А. Пиленко и А.И. Ксюнин работали в Думе на постоянной основе, С.И. Смирнова-Сазонова, М.О. Меньшиков, В.В. Розанов - от случая к случаю. Думская деятельность корреспондентов начиналась с аккредитации. Существовали два вида такой аккредитации: 1) персональная для журналистов, направляемых на постоянную работу в Думу; 2) на предъявителя, когда аккредитационная карточка принадлежала редакции издания, направляющего корреспондентов на специальные задания. Кое-кто из журналистов попадал в Таврический дворец без всякой аккредитации. «Я пробрался в Думу “фуксом”», - признавался В.В. Розанов, критикуя «безобразнейшие правила», по которым надлежало «за три дня подать председателю заявление о желании посетить Думу» [30].

Аккредитованным в Думе журналистам выдавались именные, без права передачи, билеты. «На билетах представителей печати должны быть наклеены фотографии, - информировали газеты. - Предложение снабдить фотографиями билеты для членов Государственной думы отвергнуто, так как признано неудобным. Состоящим при Думе чинам сыскной полиции знать всех членов Государственной думы в лицо к 27 апреля» [36]. Всех аккредитованных думских журналистов несколько раз заставили сфотографироваться. «...Мы сделали состояние электрической фотографии на Морской», - негодовал А.А. Пиленко [18].

Большинство европейских парламентов предоставляло журналистам читальные залы, кабинеты для работы, рестораны, а австрийский рейхсрат - еще и возможность заводить собственные телефоны. Условия для работы их российских коллег были гораздо скромнее: в помещении Государственной думы им выделялась лишь небольшая, расположенная

рядом с думской библиотекой комната № 35. «Она безусловно слишком мала, - констатировала пресса накануне открытия Думы. - Журналистов в этой комнате будет собираться ежедневно не менее ста, а в ней не поместится и половина этого числа» [35].

В зале заседаний Таврического дворца думским журналистам отводилась специальная ложа, для которой фирма «Ф. Мельцери К» изготовила по госзаказу лишь 34 кресла. Пришлось спешно оборудовать на хорах зала заседаний Государственной думы дополнительную «верхнюю ложу», уставив ее жесткими венскими стульями. «Господа кадеты! Пожалейте печать! Дайте ей человеческие условия работы! - взывал

А.А. Пиленко к руководителям I Государственной думы. - Первые два ряда пресловутой “верхней” ложи еще видят и слышат что-нибудь, третий и четвертый ряды нередко стоят часами на стульях, тщетно улавливая речи ораторов и абсолютно ничего не видя» [19]. Теснота и удаленность «верхней ложи» неприятно удивили и В.В. Розанова, отмечавшего, что хоры «очень непоместительны, и по величине залы - далеки от председателя и от оратора», и журналисты видят депутатов «или с затылка, или в профиль» [30]. «...Только те что-нибудь видят и слышат, кто у самых перил... Вся остальная масса ничего не видит и не слышит. Это я заявляю во всеуслышание, как жалобу перед страной», - поддержал своих коллег М.О. Меньшиков, посетивший Думу в первые дни ее работы [11].

Особую популярность у читателей приобрел раздел «из кулуаров Государственной думы». В кулуарах, где, по справедливому замечанию М.О. Меньшикова, «ни звонок председателя, ни страх говорить перед большим собранием не стесняют свободы слова», депутаты часто откровеннее, чем на официальных заседаниях [12]. Здесь разгорались дискуссии подчас более бурные и интересные, чем в зале заседаний Таврического дворца. «Понять, уловить дух кулуара - задача нелегкая и, главное, необходимая для политической газеты и весьма интересная для читателей», - со знанием дела отмечали журналисты [33]. «Кулуарная жизнь» депутатов и журналистов протекала в основном в просторном фойе -бывшем бальном зале Таврического дворца. Раздел «Кулуары» в газете «Новое время» вел А.И. Ксюнин, впоследствии один из лучших военных корреспондентов России. В Государственной думе существовала практика выдачи специальных «кулуарных» билетов представителям периодических изданий.

К началу ХХ в. огромную популярность в России приобрел новый газетный жанр - интервью. Русское слово «беседа», первоначально стоящее в заголовках, не прижилось, а иностранный термин стал понятен и вызывал интерес у российской читающей публики. С началом рабо-

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Отечественная история

ты Государственной думы этот жанр периодики прочно обосновался на страницах газеты «Новое время». В интервью известные политики, общественные деятели, депутаты анализировали расстановку политических сил в стране, взвешивали их шансы на успех в предвыборных кампаниях. Применение жанра интервью, выстроенного по схеме «вопросы-ответы», вызвало изменения в статусе и читательском восприятии журналиста и газеты: ведь внимание читателей привлекалось уже не только к интервьюируемому, но и к личности самого интервьюера. Ранее обезличенный журналист, отождествляемый читателем со своей газетой, приобретал собственное лицо, становился общественной фигурой. Его интеллект, ирония, сарказм, умение «выжать» из собеседника нужную информацию вызывали уважение и интерес читателя к личности интервьюера. Журналист, берущий интервью у «сильных мира сего», демонстрировал аудитории свою близость к могущественным персонам, повышая таким образом свой социальный статус. Любое интервью требует определенной подготовки. Особенность парламентского интервью связана с необходимостью знать политическую позицию интервьюируемого, расстановку политических сил в парламенте. Одним из лучших интервьюеров в Госудаственной думе заслуженно считался нововремен-ский публицист А.И. Ксюнин [7].

Весной 1908 г. российский парламент впервые обсуждал государственный бюджет. Докладчиком по бюджетному вопросу выступал блестящий экономист, тогдашний министр финансов В.Н. Коковцов. Нужно было оперативно, как правило, при остром дефиците времени понять суть его выступления, схватить главное, выбрать ключевую цитату и, переложив в расчете на массовую аудиторию, сообщить в редакцию. По сути дела, журналист проводил первоначальную сложную и ответственную аналитическую работу. Образованный российский читатель пристально следил за бюджетными дебатами в Думе. Благодаря общедоступности газетных отчетов по государственному бюджету зарождался общественный контроль над ведомственными расходами. «...Парламентаризм имеет более простые и совершенно достижимые и необычайно нужные задачи: например, спросить, как израсходованы были такие-то деньги?», - отмечал

В.В. Розанов [31, с. 149].

Наиболее опытные журналисты посещали заседания думских комиссий, которые создавались для преварительной разработки подведомственных Думе дел, а также для решения хозяйственных и других вопросов. У А.А. Пиленко, по свидетельству С.И. Смирновой-Сазоновой, имелся специальный, «от охраны», билет, с которым он «попадал даже экспертом в комиссию» [5, л. 313]. «Известно, что во всяком общественном

учреждении главная, основная, черная, но плодотворная работа делается в комиссиях, - писал А.А. Пиленко. - Недаром в Государственной думе установился взгляд: в общем собрании нетрудно выступать, а ты пойди да посиди в комиссии...» [26, с. 15]. (Впоследствии опыт «комиссионной работы» очень ему пригодился: в 1911 г. А.А. Пиленко был избран гласным Петербургской городской думы). Работа думских комиссий по-настоящему стала налаживаться только в III Государственной думе. «Новое время» первым в стране ввело у себя специальную рубрику «Думские комиссии». Участие нововременского корреспондента в работе думских отделов и комиссий порой приводило к конфликту с депутатами - членами комиссий. Так, в начале 1908 г. А.А. Пиленко опубликовал в газете «Новое время» серию заметок и статей, где резко критиковал работу комиссий III Думы и, в частности, деятельность комиссии по народному образованию [14; 17; 23]. «Обвинение в бездеятельности и дармоедстве в настоящее время является настолько серьезным, что его нужно предъявлять с большой осторожностью, остерегаясь ради “полноты и законченности” обличительной статьи незаслуженно оскорблять целые группы лиц», - с негодованием писал А.А. Пиленко председатель думской подкомиссии по низшим учебным заведениям Е.П. Ковалевский [29, л. 6]. Для усиления эффективности работы этих выборных органов А.А. Пиленко предлагал использовать «сокровищницу комиссионного опыта» Государственного совета. «Хотя условия ныне и переменились, но накопленные десятками лет традиции сохраняют свою силу», - считал журналист [24]. А.С. Суворин щедро оплачивал работу своих ведущих публицистов. Так, А.А. Пиленко зарабатывал думскими отчетами в «Новом времени» очень внушительную по тем временам сумму: до 150 рублей в день [6, л. 488]. «Встретила в конторе “Нового времени” Пиленку. Он все толстеет и выглядит не журналистом, а банкиром», -записала в конце 1910 г. в дневнике С.И. Смирнова-Сазонова [4, л. 434].

Итак, в начале ХХ в. парламентская журналистика явилась организатором диалога между российским обществом и властью. Большая заслуга в становлении отечественной парламентской журналистики принадлежит газете «Новое время». Лучшие парламентские корреспонденты газеты, такие как А.А. Пиленко, А.И. Ксюнин, не просто описывали законотворческий процесс, но и косвенно в нем участвовали, работая в думских отделах и комиссиях, открыто демонстрируя свою гражданскую позицию.

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Отечественная история

Библиографический список

1. Берендтс Э.Н. Об отчете по повременным изданиям за 1907 г. // РГИА. Ф. 776. Оп. 9. Д. 1325.

2. Водовозов В.В. Еще по поводу думских заседаний 16-17 апреля // Товарищ. 1907. 21 апреля.

3. Гиппиус З.Н. Живые лица: Воспоминания. Тбилиси, 1991.

4. Дневник Смирновой-Сазоновой С.И. Ноябрь 1910 - май 1911 гг. // РО ИРЛИ РАН. Ф. 285. Оп. 1. Д. 57.

5. Дневник Смирновой-Сазоновой С.И. Январь-июнь 1907 г. // РО ИРЛИ РАН. Ф. 285. Оп. 1. Д. 50.

6. Дневник Смирновой-Сазоновой С.И. Январь-сентябрь 1906 г. // РО ИРЛИ РАН. Ф. 285. Оп. 1. Д. 48.

7. Ксюнин А.И. Государственная дума. В кулуарах // Новое время. 1908. 2 ноября.

8. Махонина С.Я. История русской журналистики начала ХХ века. М., 2003.

9. Махонина С.Я. Русская дореволюционная печать (1905-1914). М., 1991.

10. Меньшиков М. О. Письма к ближним. В святая святых // Новое время. 1906. 9 апреля.

11. Меньшиков М.О. Письма к ближним. Два дня в парламенте // Новое время. 1906. 14 мая.

12. Меньшиков М.О. Письма к ближним. Новое вече // Новое время. 1906. 21 мая.

13. Меньшиков М.О. Письма к ближним. Третья партия // Новое время. 1906. 19 февраля.

14. Пиленко А.А. В Государственной думе // Новое время. 1908. 9 января.

15. Пиленко А.А. В Государственной думе // Новое время. 1907. 14 марта.

16. Пиленко А.А. Вниманию думского президиума // Новое время. 1906. 27 июня.

17. Пиленко А.А. Государственная дума // Новое время. 1908. 10 января.

18. Пиленко А.А. Государственная дума и печать // Новое время. 1907. 21 января.

19. Пиленко А.А. Дума и пресса // Новое время. 1906. 26 мая.

20. Пиленко А.А. Монархисты и их приемы // Московский еженедельник. 1909. № 11. Стб. 21-26.

21. Пиленко А.А. Обзор первой полусессии // Московский еженедельник. 1909. № 2. Стб. 17-26.

22. Пиленко А.А. Открытое письмо князю Д.И. Шаховскому // Новое время. 1906. 19 мая.

23. Пиленко А.А. Парламентские заметки // Новое время. 1908. 12 января.

24. Пиленко А.А. Работа оппозиционных депутатов // Московский еженедельник. 1909. № 6. Стб. 15-26.

25. Пиленко А.А. Русские парламентские прецеденты. СПб., 1907.

26. Пиленко А.А. Стародумцы и обновленцы. СПб., 1912.

27. Пиленко А.А. Штаты морского генерального штаба // Московский еженедельник. 1909. № 15. Стб. 27-38.

28. Письма Пиленко А.А. к Суворину А.С. 1904-1910 гг. // РГАЛИ. Ф. 459. Оп. 1. Д. 3293.

29. Письмо Е.П. Ковалевского к А.А. Пиленко от 13 января 1908 г. // РО ИРЛИ РАН. Ф. 340. Оп. 4. Д. 56.

30. Розанов В.В. В Таврическом дворце // Новое время. 1906. 4 июня.

31. Розанов В.В. Гамлет в роли администратора // Когда начальство ушло... Очерки и воспоминания. М., 1997. С. 145-151.

32. Розанов В.В. Из припоминаний и мыслей об А.С. Суворине. М., 1992.

33. С. А-чь. Представители печати в Государственной думе // Двадцатый век. 1906. 14 апреля.

34. Тыркова-Вильямс А.В. То, чего больше не будет: Воспоминания. М., 1998.

35. Ф.Д. Два часа в Государственной думе // Торгово-промышленная газета. 190б. 18 февраля.

36. Хроника // Наша жизнь. 1906. 25 апреля.

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова