Сюжет "о граде Китеже" в фольклоре народов мира (на примере русской, американской аборигенной и французской традиции)

Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2008. № 1

К.С. Романов

СЮЖЕТ "О ГРАДЕ КИТЕЖЕ" В ФОЛЬКЛОРЕ НАРОДОВ МИРА

Сюжет о потопленном городе (в русской традиции — "граде Китеже") встречается в фольклорных традициях разных стран, поэтому его можно считать универсальным. «Данный бродячий сюжет, основанный на мотиве "провалища", известен в различных этнокультурных и локальных традициях»1. Например, этот сюжет распространен в мифах американских индейцев, легендах Франции, преданиях восточных славян, народов Прибалтики. Специалисты сходятся во мнении, что "потопленным" или "провалившимся" под землю может быть не только город, но и другой объект. "Эквивалентом городу (селению) в этих произведениях может служить монастырь или храм (собор, церковь, часовня). <...> Между данными объектами в силу символизма, присущего древнему мировосприятию, рассказчики не видят особого различия"2.

Важное мифологическое значение воды, связанное с вмешательством сверхъестественных сил, придает особую силу легенде и укрепляет ее в культурной памяти народа. Часто места, где происходили мистические события, имеют довольно четкие географические указания на место действия и по прошествии многих лет становятся пунктами паломничества и поклонения. Некоторые "священные места" связаны с несколькими легендами или несколькими историческими пластами одной легенды. Кроме того, возможно повторение мистических событий в одном месте. Затопление города может иметь разные интерпретации. Одна из них связана с мотивом спасения, другая — с мотивом наказания за грехи.

Рассмотрим общие черты и различия в легендах, включающих сюжет "о затопленном городе", у разных народов: русских ("Летопись, глаголемая летописец" — легенда о граде Китеже), североамериканских индейцев ("Потерянный остров" Э. Полин Джонсон, "Племя, ушедшее под воду" — миф индейцев кайова) и типологически близкий вариант легенды юга Франции об озере Сент-Андеоль.

Ответ на угрозу наступления иной цивилизации. Одна из важнейших структурообразующих частей данного сюжета — угроза цивилизации, исходящая от иноземцев. Прежде всего это касается

культурной экспансии. В основе конфликта — нежелание представителей местной культуры воспринимать иные ценности и менять традиционный жизненный уклад.

Из четырех рассматриваемых сюжетов в трех описана угроза традиционному укладу со стороны другой цивилизации. Только во французской легенде об озере Сент-Андеоль такого мотива нет, но эту легенду вообще нельзя в полной мере причислять к данному типу.

Индейская легенда "Потерянный остров" стала известна в пересказе канадской писательницы Э. Полин Джонсон. Новелла, включающая этот сюжет, входит в сборник "Легенды Ванкувера", написанный по рассказам индейского вождя Джо Капилано и опубликованный в Ванкувере в 1911 г. Вот как описание иноземной угрозы впервые упоминается в этой новелле: "Между двух узких полос соленой воды поселятся белые люди — их будут сотни, тысячи. Индейцы станут походить на них, будут жить, как они. Больше не будет великих военных танцев, сражений с другими могущественными племенами. Все это будет потерянно, как будто индейцы потеряли всю свою силу, мужество и бесстра-шие"3 (пер. мой. — К.Р.). Таким великий шаман видит будущее своего народа, это неоднократно рассказывают ему таинственные голоса. В легенде он предстает как бесстрашный и сильный человек, лучший представитель своего народа. Он не мог противостоять только этому видению о появлении белых людей, преследующему его всю жизнь. Перед скорой смертью ему удается увидеть будущее его земли, где действительно правят белые люди. Наиболее важным ему представляется сохранение силы, мужества и храбрости для своего народа. Эти качества символизируют культурную самобытность народа, воплощают его идеалы и поэтому не должны перейти к чужеземцам. Для этого он отправляется на отдаленный остров и оставляет эти качества там. Остров становится невидимым ни белым, ни индейцам, потерявшим свою политическую и культурную независимость, и продолжает существовать в ином пространстве, доступный взору только лучших представителей племени.

В русской традиции град Китеж противостоит татаро-монгольским полчищам, покоряющим русские земли. Первая запись о Китеже, несмотря на древнее происхождение легенды (известно, что существует дохристианский вариант легенды об озере Светлояр, на берегах которого, по преданию, и располагался Китеж), впервые появляется в XVIII в. в среде старообрядцев. Эта версия озаглавлена "Книга, глаголемая летописец"4 и датирована 1237 г. Однако ученым удалось доказать, что она была написана значительно позднее. Вот первые упоминания в легенде о вторжении иноземцев: "Было же в год 6747 (1239). Попущением божиим, грехов ради наших, пришел на Русь войной нечестивый и безбожный

царь Батый. И разорял он города, и огнем пожигал их, и церкви божии тоже разорял, и огнем пожигал. Людей же мечу предавал, а малых детей ножом закалывал, младых дев блудом осквернял. И был плач великий". Очевидно, что автор упоминает не только разрушение, убийства людей, но и уничтожение захватчиками духовных ценностей — церквей, а это покушение на культурные идеалы.

Кроме того, согласно старообрядческому представлению, Китеж противостоит и официальной церкви, утверждая, таким образом, "правильность" домонгольского христианства. Праведники, населяющие Китеж, согласно летописи, возносят молитвы за приверженцев старой веры. "И стал он невидим по молению и прошению тех, кто достойно и праведно к нему припадает, кто не узрит скорби и печали от зверя-антихриста. Только о нас печалу-ют день и ночь, об отступлении нашем, всего нашего государства московского, ведь антихрист царствует в нем и все его заповеди скверные и нечистые".

Следует отметить, что в языческих легендах, включающих тот же сюжет "о затопленном городе", цивилизационной угрозой воспринималось христианство. Например, в распространенной легенде Коми говорится, что чудь, не желая принять крещение, "выкопала большую яму и туда забралась и сама себя уничтожила"5.

Еще одна индейская легенда, о "Племени, ушедшем под воду", изображает угрозу со стороны цивилизации белых в виде эпидемии оспы, пришедшей "с востока, где живут белые люди"6. Молодой охотник, встретившийся на дороге с незнакомцем, который представляется Оспой, узнает у него, что его деревня вскоре будет охвачена эпидемией. Ему удается пойти с Оспой на компромисс, убедить его дать возможность уйти ему и тем, кто согласится покинуть с ним деревню. Немногие, однако, соглашаются послушаться молодого и неопытного охотника, поэтому оставшиеся жители деревни погибают от болезни. Те же, кто последовал за охотником, после продолжительного пути встречают по дороге водоем, в который погружаются и остаются жить под водой. Вода служит преградой, разделяющей мир спасшихся от оспы и окружающий мир, принадлежащий белым. Она, с одной стороны, не дает им возможность воссоединиться с их племенем, с другой — оберегает их от окружающего недружелюбного мира, о чем говорится в песне, завершающей повествование: "Там, там, под водою — // Край заповедный"7.

Помощь людям со стороны сверхъестественных сил. Это обязательный элемент для всех сюжетов "о затопленном городе". Потустороннее вмешательство является своеобразным ядром, вокруг которого формируется повествование. Действие потусторонних сил происходит в критический момент, когда для защиты от внешней агрессии сил человеческих оказывается недостаточно.

8 ВМУ, лингвистика, № 1

Вмешательство может быть инициировано потусторонними силами, как, например, в легенде о "Племени, ушедшем под воду", или самими жителями ("Потерянный остров", сюжет Коми, а также большинство вариантов сказаний о Китеже).

Момент перехода в инобытие логично сопоставить с кратковременным переживанием состояния хаоса и, таким образом, с переживанием физической смерти. "Момент смерти, согласно древним представлениям, как раз и является кратковременным переживанием состояния хаоса, которое в данном случае ознаменовывается смешением стихий и взаимопроницаемостью миров, что служит следствием разрушения изначального порядка в космосе"8. Само пребывание сакрального объекта в инобытии также можно рассматривать как состояние первобытного хаоса.

В "Книге, глаголемой летописец" момент перехода Китежа в инобытие представлен как физическое уничтожение от рук хана Батыя. Согласно устным вариантам легенды, Бог не позволил нападавшим войти в город. По одной из версий легенды, чтобы осуществить погружение Китежа, на землю спустилась Богородица и даже оставила свой след на одном из прибрежных камней.

В индейской легенде "Потерянный остров" голоса, представляющие потусторонние силы, начинают проявляться задолго до исчезновения острова (центрального эпизода легенды), предупреждая шамана о грядущих изменениях в жизни его племени. Благодаря этим предостережениям шаману удается сохранить свою силу на потайном острове при вмешательстве верховного божества Sagalie Туее. Мистические события описаны довольно подробно: "Как только он стал приближаться к острову, он почувствовал, как вся его сила, мужество и храбрость покидают его. Он видел, как они уплывали от него к острову. Они были, как облака на вершинах гор: бело-серые и полупрозрачные"9 (пер. мой. — К.Р.).

В легенде "Племя, ушедшее под воду" контакт с потусторонним миром происходит в самом начале повествования — это встреча охотника и Оспы. Молодому охотнику удается вступить в диалог с пришельцем и в какой-то мере склонить его на свою сторону: Оспа соглашается дать возможность охотнику и его близким покинуть деревню перед началом эпидемии. Во время бегства потусторонние силы также вмешиваются в судьбу племени и скрывают его под водой: "Какой бы дух ни вел за собой охотника, он заставил его вместе с семьей уйти под воду. И больше о них никто ничего не слыхал долго-долго"10.

Иная версия развития сюжета — вмешательство сверхъестественных сил, стремящихся наказать людей за грехи. Этот сюжет можно считать, с одной стороны, схожим с рассматриваемым, с другой — противоположным: «Из совокупности материалов, принадлежащих не только русской, но и другим этнокультурным традициям, выясняется, что важнейшей предпосылкой к образо-

ванию "провалища" как проявления хаоса служит возобладание греховного над праведным, языческого над христианским, мирского над сакральным, материального над духовным"11. Погружение города, деревни или иного объекта в данном случае символизирует его гибель, а не спасение.

Согласно русской дохристианской легенде, озеро Светлояр, место предполагаемого пребывания Китежа, появилось, когда разгневанная богиня Дева Турка напустила на жителей тех мест своего коня. Имя богини (если оно появилось в более поздний период) может быть отнесено к нашествию татаро-монгол. В таком случае их нашествие в целом могло пониматься как кара разгневанного божества. В разных интерпретациях французской легенда: озеро Сент-Андеоль поглощает деревню, расположенную на его берегу, жители которой не дали приюта странствующему праведнику или проводили на его берегу языческие ритуалы (сюжет относится к эпохе раннего христианства).

Символика воды. В сюжетах "о затопленном городе" мистические события происходят при контакте с водой. Вода выполняет функцию границы живого и потустороннего миров, куда переходит город, деревня или другой объект. Выбор воды для обозначения перехода обусловлен важным мифологическим значением этой стихии.

Вода считалась первоэлементом Вселенной и потому в фольклорной традиции разных народов была священной. "В самом начале на свете не было ничего, кроме воды — кроме широкого-широкого моря"12. В христианской традиции вода также может относиться к первоэлементам: "Вначале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою" (Бытие, 1,2). В славянской мифологии вода также обозначала сходную границу: "Река (море), в отличие от всех прочих, представляла собой препятствие магическое и решающее потому, что ею, в представлениях язычника, была обозначена та граница, которая разделяла земное и неземное существование, жизнь и смерть"13. Река и море считались местами пребывания душ умерших14. Помимо исторической роли воды как первоэлемента и границы миров, она также использовалась в важнейших "обрядах перехода" — крещении, свадьбе, погребении. Это объясняется тем, что, согласно представлениям язычников, вода могла выступать как спасительное начало, а также как источник гибели. По мнению Н.А. Криничной, вода в данном сюжете "служит метафорой хаоса, охватившего мироздание вследствие нарушения порядка, установленного в начале времен"15.

Город Китеж ушел под воду озера Светлояр (или стоит на поверхности озера и прибрежных холмов). Согласно местным поверьям, вода озера имеет целебные свойства, исцеляет телесные и душевные недуги. Паломники, приходящие на Светлояр, избегают купания

в озере, видимо, вследствие того, что непосредственный контакт с пограничной стихией опасен. Они лишь пьют воду из озера или умываются ею. Многие заявляют о том, что видели на водной глади озера отражения стен и куполов легендарного города, слышали колокольный звон, доносящийся со дна. Значит, вода скрывает город, но также дает возможность увидеть его жизнь через преломленный свет. В канадской легенде индейцы, ищущие потерянный остров, иногда видят его тень на воде.

Сигналы от обитателей сокровенного места поступают также и в легенде о "Племени, ушедшем под воду". Это прежде всего звуки, доносящиеся до живых через водную гладь: "Оба прислушались и услыхали какой-то шум. Доносился стук барабана и звуки пения, идущие со дна озера"16. Следует отметить, что, перед тем как услышать эти звуки, юноши пили воду из озера. Можно предположить, что контакт с подводным миром был установлен через символическое действие — питье воды из озера.

В легенде о деревне Сент-Андеоль, поглощенной водами озера за несоблюдение ее жителями христианского учения, также говорится о том, что в темных водах озера и по сей день можно видеть куски древесины, из которой были построены дома. Заметна существенная разница: праведный Китеж является в отражениях как неразрушенный город, а деревня Сент-Андеоль даже в отражениях является порушенной.

Итак, град Китеж, потерянный остров, племя, ушедшее под воду, деревня Сент-Андеоль переходят в иное пространство через контакт с водой и продолжают существование в параллельном мире.

Географическое и историческое пространство. В большинстве легенд есть указание на место действия. В "Книге, глаголемой летописец", единственном письменном источнике легенды о Китеже, указывается точное местонахождение исчезнувшего города — озеро Светлояр, расположенное недалеко от Нижнего Новгорода. Упоминается точная дата его основания, продолжительность времени строительства и размеры города: "И город тот, Большой Китеж, на сто сажен в длину и ширину был, и была эта первая мера мала. И повелел благоверный князь Георгий еще сто сажен прибавить в длину, и стала мера граду тому в длину — двести сажен, а в ширину — сто сажен. А начали город тот каменный строить в год 6673 (1165), месяца мая в первый день, на память святого пророка Иеремии и иже с ним. И строился город тот три года, и построили его в год 6676 (1167), месяца сентября в тридцатый день, на память святого священномученика Григория, епископа Великой Армении"17.

В индейской легенде "Потерянный остров" также есть указание на место, где произошли события: на одном из островов, недалеко от острова Ванкувер. Между тем в рассматриваемых американских легендах нет четкого временного указания. Известно лишь, что

шаман оставил свою силу на потерянном острове до появления белых, а "племя, ушедшее под воду" скрывается от оспы, появившейся одновременно с ними.

Географические и временные указатели, так или иначе появляющиеся в рассматриваемых сюжетах, призваны убедить читателя в достоверности излагаемого. В том случае, если место становится культовым, они могут указывать паломникам точное место поклонения.

Легендарное место — средоточие идеальньх духовньх ценностей.

Место, где происходили мистические события, часто становится культовым, средоточием культурных ценностей.

Город Китеж, по преданию расположенный в водах озера Светлояр, воспринимается верующими как "рай на земле", место обитания праведников и приверженцев истинной веры. К озеру Светлояр издавна приходили паломники, а на его берегах в конце XIX — начале XX в. происходили религиозные споры на тему истинности веры. Согласно "Книге, глаголемой летописец", только праведные, чистые душой люди могут увидеть Китеж или попасть в него: "Если какой человек обещается истинно идти в него, а не ложно, и от усердия своего поститься начнет, и многие слезы прольет, и пойдет в него, и обещается лучше голодной смертью умереть, а его не покинуть, и иные многие скорби претерпеть и даже смертию умереть, знай, что спасет бог такового, что каждый шаг его будет известен и записан будет ангелом". Отречение от земного является обязательным условием перехода в сокрытый город. В эпоху нашествия татаро-монголов исчезнувший город символизировал духовную непобежденность Руси, возможность ее возрождения. Под водой оказывается скрытым и сбереженным духовный потенциал народа, его культурные ценности и вера. В более поздние эпохи в годы опасности верующие обращались к святым старцам с просьбой о заступничестве перед Богом. Известно, что во времена Великой Отечественной войны число паломников к Светлояру значительно увеличилось. Согласно различным вариантам легенды, Китеж должен вновь вернуться в реальный мир во время Второго пришествия Христа, т.е. сокрытие города под водой временно и преходяще.

"Потерянный остров" также оказывается своеобразной святыней для индейцев, местом, где заключены сила, мужество и храбрость их народа. Остров исчезает перед смертью последнего из великих шаманов, и его исчезновение знаменует собой потерю индейцами их земель и независимости. С тех пор семантика слова "потерянный" характеризует нынешнее состояние культуры, а поиск этого острова и сохранение веры в возможность его появления становятся задачей лучших представителей племени. Вера в возвращение острова также присуща этому сюжету, как и легенде о Китеже. Вместе с островом к индейцам должно вернуться и их

былое могущество: "Он где-то здесь, вверх по течению одного из потерянных каналов, но мы не можем найти его. Когда мы найдем его, к нам вернутся наша храбрость и мужество, которые у нас были до прихода белых людей, ведь великий шаман говорил, что эти качества не умирают, а живут для наших детей и внуков"18. Поиск потерянного острова, таким образом, становится попыткой возрождения прежнего уклада жизни и былого могущества.

В легенде о "Племени, ушедшем под воду", наоборот, не упоминается о возможности его возвращения в реальный мир. Старейшина говорит о том, что соединиться с ними можно только силой волшебства. Тем не менее таинственное озеро становится священным местом, местом "паломничества" для индейцев кайова и апачи, приходящих к нему, чтобы вспомнить ушедших под воду, послушать их голоса, доносящиеся из глубины озера. Это место становится культовым, так как ушедшим удалось избежать изменений, коснувшихся их племени в связи с приходом белых. Этот идеал воплощается в песне молодого вождя, ушедшего под воду, в которой говорится о "спасении" и "избавлении", т.е. о том, что было необходимым племени для сохранения своей культуры и самобытности.

Сюжет "о затопленном городе" сформировался в культурах разных стран и связан с первобытными представлениями о мироздании и местом человека в универсуме. В числе важнейших философских проблем, нашедших отражение в данном сюжете, вопросы о жизни и смерти человека, бытии и инобытии, влиянии потусторонних сил на судьбы народов, а также о взаимосвязи и взаимовлиянии миров.

Потусторонний мир, согласно древним представлениям, закрепленным в этом сюжете, не ограничивается загробным миром. Он так или иначе включает некое изолированное пространство, недоступное для восприятия и посещения непосвященным (в некоторых сюжетах, полностью изолированное). Границей, отделяющей сакральный мир от реального, в данном сюжете является вода.

Переход границы — погружение города, племени, острова — связан с изменением установившегося порядка — нападением иноземцев, началом эпидемии или иных опасностей — и происходит при непосредственном вмешательстве потусторонних сил. Земное существование перешедшего в инобытие объекта заканчивается в момент перехода границы; это событие знаменует окончание определенного периода в истории цивилизации, или прекращение ее самостоятельного существования. Таким образом, в сюжет вводится эсхатологический мотив.

Во всех легендах, включающих данный мотив, присутствуют культурные и исторические реалии, указывающие на конкретную историческую эпоху и место сакральных событий. Сюжет о "потопленном городе", встречающийся в легендах разных народов,

не только напоминает об исторических событиях, но и отражает систему ценностей народа. Эти легенды являются чрезвычайно важными для культуры каждого из народов, поскольку выражают основные проблемы и задачи, стоящие перед ним на кризисном историческом этапе, и часто предлагают пути решения этих задач. Так, "Китежский летописец" призывает к соблюдению канонов веры как средству противостояния внешней угрозы. К соблюдению христианских принципов сводится и французская легенда об озере Сент-Андеоль. Основу североамериканских сюжетов составляет императив — противостояние внешней опасности путем сохранения своей культурной самобытности, возврата к истокам своей культуры. Таким образом, "бродячий" сюжет "о затопленном городе" приобретает универсальные черты и дополняется региональными особенностями.

Примечания

1 Криничная НЛ. Русская мифология. Мир образов фольклора. М., 2004. С. 715.

2 Там же. С. 714.

3 Johnson E. Pauline. Legends of Vancouver. Toronto, 1973. P. 92.

4 Книга, глаголемая летописец // http://www.svetloyar.eu/publishing/letopisez_ russ.htm

5 Коми. Легенды и предания / Сост. Ю.Г. Рочев. Сыктывкар, 1984. С. 24.

6 Покуда растут травы: Антология мифов, традиций и современной поэзии, легенд индейцев и эскимосов США и Канады / Сост. А.В. Ващенко. Якутск, 1988. С. 220.

7 Там же.

8 Криничная Н.А. Указ. соч. С. 735.

9 Johnson E. Pauline. Op. cit. P. 94.

10 Покуда растут травы. С. 222.

11 Криничная НЛ. Указ. соч. С. 730.

12 Покуда растут травы. С. 18.

13 Ерёмина В.И. Ритуал и фольклор. Л., 1991. С. 151.

14 Там же; Маковский М.М. Сравнительный словарь мифологической символистики в индоевропейских языках: Образ мира и мир образов. М., 1996.

15 Криничная НЛ. Указ. соч. С. 744.

16 Покуда растут травы. С. 222.

17 Книга, глаголемая летописец // http://www.svetloyar.eu/publishing/letopisez_ russ.htm

18 Johnson E. Pauline. Op. cit. P. 95.