"Это не уголовный кодекс культуры"

"Это не уголовный кодекс культуры"

Владимир Мединский о проекте программы "Основы государственной культурной политики"

Министерство культуры передало в администрацию президента свой проект программы "Основы государственной культурной политики". Пока неизвестно, в каком объеме предложения ведомства будут учтены в итоговом тексте документа, который вскоре должен быть представлен для общественного обсуждения. О своем видении того, как должна выглядеть политика государства в области культуры, в интервью ЮРИЮ ЯРОЦКОМУ рассказал министр культуры РФ ВЛАДИМИР МЕДИНСКИЙ.

1 / 2

— Кто авторы документа?

— Фамилии-адреса-явки? Партийность, национальность и что делал в августе 1991 года? Давайте обсуждать, не кто писал, а что написано. Работали на общественных началах люди с академическим и творческим статусом — эксперты, члены Общественного совета МК РФ. А также сотрудники Минкультуры — за зарплату.

— Каков статус документа? Полностью ли министерство одобряет "Основы..." в предложенном варианте?

— Статус таков: это предложения Минкультуры в проект "Основ...", который создается рабочей группой в администрации президента.

Нам была поставлена задача: не окончательный текст подготовить, а предложить ключевые цели, принципы госполитики в сфере культуры. Документ создан именно для того, чтобы развиваться и уточняться в процессе общественного обсуждения.

Мы сознательно использовали выпуклые, яркие, местами жесткие формулировки, чтобы мотивировать такое обсуждение. Подслащенная и водянистая текстовая каша, к какой привыкли бюрократы, никого за живое не заденет, никто ее обсуждать не будет. Мне лично вообще претит излишне "обтекаемый" "дипломатический" стиль чиновничьих документов.

Министерство — орган исполнительной власти. Надо писать то, что ты имеешь в виду. А бесконечное пережевывание словесной жвачки и переливание из пустого в порожнее — это оставим для наших "конгрессов интеллигенции". В результате мы за несколько дней получили и поспешную либеральную критику, и мощный набор аргументов широкой общественности в поддержку наших предложений.

И все же — подчеркну еще раз — мы сейчас с вами обсуждаем не готовый документ, а, по сути, межведомственную переписку. Грубо говоря, пробуем на вкус лишь некоторые сырые заготовки — ингредиенты того супа, который еще предстоит сварить.

— Есть ли какие-то задачи помимо того, чтобы отличать искусство, заслуживающее господдержки, от ее не заслуживающего? Кто из современных российских деятелей искусства отвечает заявленным требованиям?

— Задача не в том, чтобы отличать заслуживающее поддержки от не заслуживающего. Вообще, главная задача государства в России прописана в ее Конституции: обеспечение "создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека".

Значит, государство не только имеет право — оно обязано осуществлять политику в сфере культуры, обеспечивающую решение этих задач. А еще оно обязано осуществлять такую политику в сфере культуры, которая обеспечивает культурную целостность территории страны и ее безопасность. В том числе информационную, духовно-нравственную и культурную.

Задача в том, чтобы поддерживать то, что усиливает страну и развивает человека. А то, что разделяет людей, делает их нездоровыми, асоциальными, агрессивными, нежелающими учиться, работать, заниматься творчеством,— такие творческие проекты мы запретить не можем, но и поддерживать из госбюджета не должны. И не будем.

А придворных художников у нас нет. Дело вообще ни в коем случае не в именах — дело в содержании и направленности творчества. В том, чтобы перейти от поддержки "модного", "элитного" и непременно провокативного к поддержке талантливого и социально значимого.

И в том, чтобы, сохраняя уважение к заслуженным мастерам, помочь тем, кто пока неизвестен, но может стать гордостью страны.

— Использовался ли при составлении документа какой-то иностранный опыт?

— Конечно. И прежде всего мы учли богатый опыт ошибок, накопленный в последние десятилетия в культурной политике стран Европы.

Год назад к нам в Москву впервые в истории съехались на конференцию все министры культуры стран--членов Совета Европы. Европейские министры чуть не в один голос заявляли об отказе от мультикультурализма, от политики так называемого сохранения многообразия и равенства отдельных субкультур.

Раньше они считали, что объединяющая "макрокультура" не нужна. А теперь срочно внедряют новую политику: должна быть единая национальная культура, которая сплачивает всех, кто живет в данной стране. Материалы этой конференции наши аналитики, готовившие предложения, зачитали, можно сказать, до дыр.

Вообще-то наш документ опирается, как ни странно, во многом на положения западной политической теории. Например, на идею, что культура есть сфера производства базовых образцов социального поведения.

Мы учитывали и опыт США периода их выхода из Великой депрессии, и опыт Франции де Голля. И опыт культуркампфа XIX века в Германии. И британский принцип "Корни и Крона". И разумеется, труды классиков "цивилизационной" школы — Тойнби, Хантингтона и других.

Из свежего — выводы авторов "Обзора культурной политики в России" за 2013 год, подготовленного международной группой экспертов Совета Европы. В частности, мы использовали их тезис о том, что в России культура, цитирую евроэкспертов, есть "средство формирования социальнои? сплоченности в условиях культурного разнообразия". Эта идея есть в списке тех, на которые мы опираемся, когда предлагаем считать культурную политику средством укрепления традиционных ценностей, ставших общими для всех народов России.

— Госполитика в сфере культуры — это что: уголовный кодекс, конституция, инструкция или манифест? Стоит ли считать Основы декларацией начала борьбы с искусством, не соответствующим заявленным критериям?

— Это не "уголовный кодекс" культуры и не правила дорожного движения, обязательные для всех. Но и не пустая декларация.

Я бы сказал, что это всероссийское техзадание для деятелей современной культуры, которые хотели бы получить для своих проектов поддержку государства.

А что касается "борьбы", вы, может быть, ждете, что на борьбу с псевдоискусством теперь будет брошен весь репрессивный аппарат Минкультуры, включая многочисленных шпиков, секретных агентов, тигров с Запашными, а также особо злобных подведомственных цирковых собачек?

Еще раз: никто не будет никого цензурировать и запрещать.

Могу повторить в третий раз, лишь бы меня наконец услышали. Господа, свобода вашего творчества закреплена Конституцией.

Но если вам нравится пропагандировать средствами театра или, например, анимации какие-то извращения и странности, какую-нибудь маргинальную субкультуру последователей Брейвика или курильщиков опиума, прямо противоположную традиционным ценностям нашего общества,— пожалуйста, за собственный счет. Не за деньги налогоплательщиков. Ваши проблемы с органами, если что, за рамками общения с Минкультуры.

Мы вообще за свободу творчества. Не поливать — вовсе не значит вытаптывать. Но в этих случаях поливайтесь из других источников.

Если говорить циничным языком экономистов, государство будет вкладываться, инвестировать только в те проекты, которые дают прирост национального культурного и человеческого капитала.

А если ваш культурный проект приводит к тому, что россиян становится меньше, их физическое и психическое здоровье ухудшается, они делаются асоциальными, агрессивными, увлекаются наркотиками, не хотят учиться и расти профессионально, отказываются от семейных ценностей — извините. Такой проект реализуйте без участия государства, тут вам полная свобода в рамках УК РФ. Даже не посмотрим в вашу сторону.

Таким образом, задача госполитики — не борьба с кем-либо. Ее задача — поддержка восходящего и гуманистического в искусстве. Поддержка талантливого, социально значимого, идущего на пользу развитию страны, ее единству.

Но, разумеется, и защита ее от тех волн информационной агрессии, которые разрушают ее самоидентификацию, угрожают ее культурному суверенитету, мешают развитию человека. Разрушают ее наследие, осмеивая и извращая его.

Необходимость бережного отношения к культурному наследию, кстати, тоже прописана в Конституции.

— Чем объясняется столь тщательный подход в документе к терминам и отношение к ним — толерантность, мультикультурализм и прочее?

— Тщательная научная проработка этого вопроса понадобилась именно потому, что он вызывает большой интерес.

Концепция толерантности давно критикуется, прежде всего — на Западе. При этом веротерпимость, способность ужиться и сработаться с соседним племенем — абсолютно неотъемлемая часть нашего цивилизационного кода.

А толерантность — это другое. Это мертвый, абстрактный принцип, заставляющий смиряться с любым чужим действом, в том числе с бесчинствами, уродством, пошлостью. Конечно, толерантность имеет право на существование, но она должна быть личным выбором человека. Быть толерантным или нет — частное дело, все равно как курить или не курить.

Но делать толерантность принципом госполитики в культуре логически невозможно. Тогда придется быть толерантным не только к неэтичному, безнравственному и уродливому в искусстве — надо будет смиряться и принимать элементарный непрофессионализм.

Мы не за толерантность, мы за веротерпимость и общие ценности. Тем более что терпимость к представителям иных вероисповеданий, рас и национальностей является традиционной чертой русской культуры.

Толерантность — это всегда негативное чувство, это терпимость без любви, через силу, "поперек живота". И мы видим, к чему приводит навязывание толерантности сверху в Европе: к впечатляющему росту националистических движений в Австрии, во Франции...

В России исконно опирались не на толерантность, а любовь и уважение. Не "терпеть" кавказскую лезгинку, а восхищаться ею и подключаться к ней, как подключаются казаки. И ансамбль "Вайнах", и грузинское многоголосие — мы, русские, слушаем НЕ со стиснутыми от толерантности зубами, а с искренним восхищением, потому что это — чудо, когда танец и пение настолько передают дух народа, погружают в его историю.

Теперь — мультикультурализм. Уже в самой Европе от него отказываются, а наша либеральная интеллигенция все никак не выпустит из головы эту дряхлую идею. О крахе мультикультурализма неоднократно говорили Меркель, Кэмерон, Саркози. В нашей традиции есть кое-что получше: многовековое сосуществование и соработничество различных культур и традиций, построенное на объединяющей их общности, а не на сдерживаемом раздраженном терпении друг друга. Это, кстати, ценнейший опыт в мировой истории. Его не хватило колонизаторам ни в Америке, ни в Индии, ни в Африке.

Мультикультурализм означает изолированное соседство разных культур — без "теплообмена", без взаимного обогащения и синергии. Элементы пазла есть, а самой картинки, которая должна сложиться,— нет в помине. Потому что нет единых ценностей, нет общего языка, нет общей цели.

А "всемирная отзывчивость", по Достоевскому, нашей культуры, вопреки мультикультурализму, обеспечивает общее культурное пространство, единый язык культурного диалога.

Пушкин был открыт и Байрону, и Шекспиру, и песням южных славян, и Гейне с Шиллером, и Кавказу, и Персии... Мы всегда с любовью вбирали лучшее из разных культур, проговаривая это нашим, русским художественным языком.

Константин Леонтьев совершенно справедливо отмечал, что "Россия всегда развивалась как "цветущая сложность", как государство-цивилизация множества народов, скрепленная русским народом, русским языком, русской культурой".

— Словосочетание "традиционные ценности" — это противопоставление "нетрадиционным" ценностям?

— Словосочетание "защита традиционных ценностей" в первую очередь противопоставляется другому — "разрушению традиционных ценностей".

Вы просите расшифровать. Кто-то вообще ехидно предлагал Минкультуры приступить к составлению списка: "Сто лучших традиционных ценностей России по версии Мединского".

Не надо ждать списка. Надо включить голову. Наша культура веками выявляла эти ценности и фиксировала их в произведениях искусства.

Именно языком поэзии, живописи, музыки, театра, кино эти ценности высказываются правильно. Хотите составить список — открывайте для начала школьную программу по литературе и записывайте:

Образ Ярославны из "Слова о Полку Игореве". Записали? Вот вам русская традиционная ценность. И если вы поставите оперу "Князь Игорь", в которой Ярославна танцует вкруг шеста, мастурбирует и клянчит кокс у половецкого хана, это и будет разрушение традиционных ценностей.

Записываем дальше. Ценности честного служения Отечеству, верности присяге и верности любви, которые смиряют сердце самого ожесточившегося человека даже во время "русского бунта". Это "Капитанская дочка". А захотите снять "свое видение" про то, как Петруша Гринев вступил в интимную связь с Пугачевым, а обкурившийся Швабрин его взревновал — не надейтесь на господдержку. От себя добавлю — с прокатным удостоверением у вас тоже возникнут проблемы.

Сила духа простого человека, который остается личностью в условиях крайнего унижения и бесправия,— Иван Денисович у Солженицына.

Спросят: а Салтыков-Щедрин, "Ревизор" Гоголя, "Братья Карамазовы" Достоевского — там-то какие позитивные ценности? Казнокрадство и пошлость, ненависть, отцеубийство? Но ведь утверждение ценностей "от противного" — еще более эффективный метод.

То же в кино и музыке, в архитектуре, в народном творчестве.

Резюмирую: культура — это и есть ценности народа, высказанные языком искусства и передаваемые как наследие.

Художник — независимо от его национальности — становился частью российской культуры в тот момент, когда он принимает общую систему ценностей, закрепленную в нашей культуре, в наследии. Так стали русскими гениями люди самых разных национальностей.

Самую сокровенную тайну русской природы особенно полно раскрывает еврей Исаак Левитан. Европа проходит мимо, не замечая прелести серенького утра в русской деревне, а Левитан чудесным образом улавливает эту музыку и передает ее, делает понятной всему миру.

Малоросс Николай Гоголь-Яновский делается одним из родоначальников большой русской прозы. И все наши писатели потом "выходят из гоголевской "Шинели"".

В исторический "цивилизационный код России" не попадало лишь то, что категорически не "рифмуется" с традиционными ценностями русских. Например, законы шариата (хотя и к ним, с уважением к местной традиции, в годы империи проявлялось разумное терпение: местами на Кавказе параллельно действовал и светский, и шариатский суд, и пострадавший сам выбирал, куда ему обратиться). А вот паранджа и работорговля не прижились. Так решили предки мусульман России, и это наш общий культурный код.

Зато в этот цивилизационный код прекрасно вписались такие ценности мусульманских народов, как почитание родителей, гостеприимство. Все самое красивое, в чем проявился народный дух, легко вписалось. Православные казаки с удовольствием, повторюсь, переняли лезгинку.

Дюма сегодня, наверное, в России почитаем больше, чем во Франции, многосерийный фильм о Холмсе и Ватсоне был в Англии признан лучшей в мире экранизацией Конан Дойля. Бальзака в России читают больше, чем на родине, Вальтера Скотта — больше, чем в Англии, Майна Рида — больше, чем в США.

Россия — носитель интегративной, перерабатывающей культурной традиции.

Так было и с русским романом, и с русской живописью, и с русским театром, и с русским балетом. Ну не поспоришь с этим, понимаете? Мне кажется, русская культура для мира — это культура не пионеров и начинателей, а культура великих завершителей.

— Россия не Европа. А тогда что именно? Смысл тезиса в неприятии европейских культурных традиций или в более широком взгляде на искусство?

— Не выдергивайте из контекста. Россия не просто Европа. Россия — это вообще-то половина Европы. Но это куда шире, чем только Европа.

Корни нашей цивилизации уходят в Византию, которая в течение тысячи лет сохранила и развила колоссальный уровень римской культуры. Это была удивительная синергия народов — в верхах власти бывали и готы, и армяне, и славяне... Что объединяло всю эту гигантскую массу разноязыких народов? Общие ценности, вера.

На том, что Россия являет миру самостоятельную особую цивилизацию наравне с западноевропейской, китайской, индийской, etc.,— давно сошлись лучшие умы и нашей, и европейской философии. Нет смысла повторяться. Россия сложна и многолика.

Площади европейских городов схожи меж собой, а вот Красная площадь и похожа, и другая.

Говорить примитивно, что Россия должна во всем бездумно стремиться стать Англией и Голландией, то же, что утверждать, подобно некоторым западным критикам, что Пушкин — это такой подражатель Байрона. Нет, он не Байрон, он — другой.

Пугают: если вы не Европа, то непременно сразу Азия. Ложный дуализм. Пушкин — не Байрон, но ведь и не Хафиз.

У нашего герба две головы. Нельзя делать госполитику в культуре, игнорируя и подавляя часть своей души, своей памяти и наследия.

К слову, именно из "просвещенной Европы" к нам пришли такие идеологические течения, как расизм, фашизм, вульгарный атеизм, кстати, коммунизм с теорией "классовой ненависти" — все это абсолютно западнические по происхождению и духу теории. Я уже не говорю о "новейших" заимствованиях у Запада вроде культа наживы, антипатриотизма, отказа от традиционной семьи и нравственности.

Поначалу мы хватаемся за модный "культурпродукт" с Запада, но с годами уходит ненужное, не приживается. А остаются навсегда классическое европейское искусство и классические европейские ценности.

Именно в России они сейчас сохраняются в большей степени, чем в странах Западной Европы. Возможно, мы увидим Россию в роли последнего хранителя европейской культуры, христианских ценностей и подлинно европейской цивилизации.

Рискну допустить, что уже сейчас русские туристы, прибывающие в Грецию, Францию или Испанию, пожалуй, лучше аборигенов осведомлены о подвигах Геракла, об "Одиссее", Гаргантюа и Дон Кихоте.

Кстати, для этих аборигенов, как и для остального мира, "Щелкунчик" — это прежде всего русский балет на русскую музыку и только потом сказка Гофмана. О каком уж тут неприятии европейской культуры может идти речь?

Скорее так: в ценностном плане Запад превращается сейчас в свою противоположность, и Россия вынуждена культурно защищаться от "Анти-Европы", чтобы хотя бы у себя сохранить Шекспира без педофилии и "Маленького принца" без гомосексуальной "пластики".

— Документ был отправлен в администрацию президента. Есть ли ответная реакция на его содержание?

— По состоянию на сегодня — ровно половина наших предложений в той или иной мере учтены в текущей рабочей редакции "Основ государственной культурной политики".

Работа продолжается. Мы полагаем, что со временем и другие наши идеи будут включены в итоговый текст с учетом, конечно, уточнения формулировок. Главное — внимательно читать текст целиком и вместе искать истину в споре, а не махать флагом из выдернутых из фейсбука цитат.