Надуватель высокой технологии

---

Надуватель высокой технологии

---

Фото: AP

       Путь Фрэнка Куаттроне в инвестиционном бизнесе напоминает тот, что прошел Майкл Милкен. Оба славились своей настойчивостью и даже одержимостью; оба создали новые рынки, а также механизм по безостановочному выкачиванию денег из инвесторов; оба нарушили закон, в результате чего попали под суд. Но есть отличие: суд по делу Фрэнка Куаттроне еще не завершился.

Путь в Силиконовую долину
       Фрэнк Куаттроне (Frank Quattrone) родился в Филадельфии в 1956 году. Родители Фрэнка были выходцами из Италии. Жили бедно. Глава семейства работал на швейной фабрике, а в выходные подрабатывал — клеил обои у таких же, как он, рабочих. Фрэнк решил выбиваться в люди самостоятельно. И выбился — благодаря прежде всего невероятной работоспособности и целеустремленности. Но обо всем по порядку.
       Денег на образование в семье не было, поэтому Фрэнк занимался самостоятельно и в результате смог сдать экзамены на бесплатное обучение в школе Святого Джозефа. А потом, уже будучи студентом-стипендиатом Пенсильванского университета, смог получить грант на обучение в знаменитой бизнес-школе Уортон. И учился настолько успешно, что по ее окончании попал на работу в один из крупнейших инвестиционных банков — Morgan Stanley. Однако Куаттроне не считал свое образование законченным и спустя два года пошел учиться в Стэнфордскую бизнес-школу — уже за свои деньги.
       Фрэнк окончил Стэнфорд в 1981 году. Имея две степени MBA — но не имея, впрочем, капитала,— он был готов к работе. И не просто к работе, а к штурму инвестиционных вершин. При этом в голове Фрэнка уже сложилась идея продвижения к ним, отличная от бытовавших тогда стандартов.
       Начало 1980-х годов в США — пора бурного расцвета долгового рынка, рынка ипотечных и "мусорных" облигаций, пора грандиозных слияний и поглощений. Кстати, одним из творцов этого благоденствия был Майкл Милкен, финансист из компании Drexel (см. "Деньги" #44 за 2002 год).
       Впрочем, Куаттроне заинтересовал не стремительно растущий рынок облигаций, а зарождающийся сектор высокотехнологичных компаний. У тех уже были и перспективные разработки, и интересные идеи. Как обычно, не хватало только одного — финансирования. Достаточно сказать, что в 1981 году ни один инвестиционный банк не имел офиса в Силиконовой долине. Фрэнк твердо верил, что вложенные в эти компании средства должны принести фантастический доход. Дело оставалось за малым: найти инвесторов.
       На работу в филадельфийский офис Morgan Stanley Фрэнка взяли охотно. Теперь надо было очаровать своей идеей руководство, параллельно наладив связи в индустрии high-tech, адресате инвестиций. Фрэнк без устали посещал разнообразные профильные мероприятия, выставки, презентации, набирался специфических знаний, а в скором времени вместе с семьей переехал жить в район Силиконовой долины.
       В банке это переселение сочли странным. (Кстати, точно так же отнеслись к переносу Милкеном своего офиса из Нью-Йорка в Беверли-Хиллз.) Но теперь Куаттроне стал своим среди обитателей долины. Он мог общаться с соседями, узнавать про их проблемы, изучая ситуацию изнутри. Одновременно Фрэнк участвовал в венчурных фондах, инвестировал сам. В итоге его стали приглашать на неформальные встречи лидеров индустрии вроде горнолыжных выездов и состязаний по гольфу.
       К 1986 году Куаттроне стал главой технологического отдела по Западному побережью в Morgan Stanley — руководство банка посчитало, что показывающая признаки развития отрасль достойна внимания, а Фрэнк был уже в ней достаточно известен.
       
Главный технолог Morgan Stanley
       На рубеже 1980-1990-х годов интерес к высокотехнологичным компаниям начали проявлять крупные инвесторы и спекулянты. К тому времени рынок "мусорных" облигаций сдулся, и многие занимались поиском новых высокодоходных активов.
       В 1991 году при непосредственном участии Фрэнка Куаттроне прошли IPO компаний Silicon Graphics и Cisco System. Сейчас они крупные и уважаемые публичные компании, и этот успех — во многом заслуга именно Куаттроне, сумевшего убедить глав компаний выйти на биржу. Да иначе и быть не могло: они уже давно знали Фрэнка лично и вполне доверяли ему.
       Так Фрэнк Куаттроне превратился в восходящую звезду инвестиционного бизнеса. В том же 1991 году Morgan Stanley доверил ему должность начальника глобального подразделения технологичного бизнеса. И хотя из названия следовало, что эта структура должна курировать ведение бизнеса во всем мире, одним из первый шагов Куаттроне было открытие офиса банка в Силиконовой долине.
       Результаты не заставили себя ждать. Куаттроне удавалось проводить все более выгодные сделки. В 1995 году, например, он проводил IPO интернет-компании Netscape. Все шло как нельзя лучше, однако Фрэнк рассчитывал на больший успех и посоветовал менеджменту компании увеличить цену предложения в два раза — до $28 за акцию. В результате он уменьшил свои комиссионные, однако заработал репутацию блестящего аналитика — в первый день торгов цена акций Netscape выросла в 2,5 раза.
       Растущее влияние среди управляющих высокотехнологичными компаниями Куаттроне хотел трансформировать во влияние внутри своего банка. В 1996 году он обратился к руководству с предложением возглавить не только инвестиционный бизнес своего департамента, но и аналитику. То есть предполагалось не только продавать акции клиентам, но и составлять для них аналитические отчеты. В середине 1990-х годов такой практики еще не было, предложение Куаттроне казалось по меньшей мере спорным, так как создавало явный конфликт интересов. Руководство Morgan Stanley ответило отказом — и вскоре поплатилось за свой консерватизм, потеряв ценнейшего сотрудника.
       Устраивающее его предложение Куаттроне получил от создаваемого технологического подразделения компании Deutsche Bank Securities. Там самой громкой сделкой Куаттроне стало IPO интернет-магазина Amazon.com. Впрочем, желая расширить масштабы деятельности, Фрэнк в 1998 году перешел со своей командой в инвестиционный банк Credit Suisse First Boston (CSFB). Здесь он получил требуемые полномочия и, кроме того, договорился, что если годовой доход его группы превысит $150 млн, то треть "сверхплановой" суммы будет оставаться у нее в качестве бонусов. (В свое время аналогичные права выбил себе у Drexel и Майкл Милкен.) В CSFB думали, что даже $150 млн заработать сложно. Но Куаттроне знал, на что шел.
       
Высокие технологии — большие деньги
       Вполне вероятно, что о буме высокотехнологичной отрасли инвестиционный мир задумался 9 декабря 1999 года. В тот день Куаттроне проводил IPO компании VA Linux Systems. Цена акции компании за день взлетела с $30 до почти $240. Рост составил 697,5% — максимум за всю практику проведения IPO. Соответствующими были комиссионные CSFB. На эти же показатели нацелилась и вся индустрия.
       Весьма быстро рос и бизнес Фрэнка Куаттроне. За первые два года работы под его руководством было проведено 138 IPO. В среднем от сделки под крышей CSFB он получал 7% комиссионных. Платили Куаттроне за дело — используя свои знакомства, он точно определял потенциал компании, а благодаря своему положению мог в полной мере его реализовать. Так, в 1999 году доходы группы Куаттроне составили $600 млн, соответственно, $150 млн остались в ней. На следующий год доходы достигли $1,4 млрд. Сам Фрэнк за эти два года заработал около $200 млн, хотя инвестиционные банкиры на аналогичных должностях довольствовались $8-10 млн в год. Даже управляющий директор CSFB не мог рассчитывать на подобный заработок.
       Группа Куаттроне превращалась в независимое образование внутри банка. Потоки информации и денег без лишней волокиты циркулировали внутри узкой группы людей, а сам Куаттроне был последней инстанцией во всех спорах. В таких условиях об этике бизнеса уже не вспоминали, а вышестоящего контроля над ним не было. (Все это очень напоминало ситуацию с инвестиционной группой Майкла Милкена.) Аналитики оценивали состояние компаний, инвестиционные банкиры докладывали о перспективах размещения. После заключения сделки клиентский отдел рекламировал размещаемые акции, а аналитики писали отчеты с положительными выводами, так как их деятельность оценивалась по успешности размещений.
       В то же время Куаттроне продолжал поддерживать теплые отношения с управляющими высокотехнологичных компаний. На лыжах, правда, он больше не катался, зато в CSFB было открыто около 300 персональный счетов на имя людей, которые в перспективе могли воспользоваться услугами банка. На такой счет отправлялась часть акций проводимых IPO (владельцу они доставались по цене подписки). Например, до упомянутого IPO компании VA Linux Systems управляющему компании eGreetings было переведено 1000 акций. Через день половину их он продал с прибылью $83 тыс. А еще через неделю Куаттроне проводил IPO уже самой eGreetings. Комиссионные от этой сделки составили $1,6 млн.
       Использовал Куаттроне и другие методы привлечения клиентов. В конце 1998 года Питер Джексон, управляющий Intraware Inc., никак не мог выбрать банк для первичного размещения акций компании. В беседе с Куаттроне он пожаловался, что "бегает между банками как осел". На следующий день настоящий осел пожаловал к нему в офис. На шее у животного красовалась записка с подписью Куаттроне. Неизвестно, что было в записке, но IPO Intraware Inc. проводил именно он, Фрэнк Куаттроне.
       
В ответе за тех, кого разместили
       Успешная деятельность Куаттроне продолжалась, пока надутый во многом благодаря его стараниям пузырь не лопнул. В марте 2000 года индикатор высокотехнологичного сектора — индекс NASDAQ поднялся выше отметки 5100 пунктов. Через два месяца он съехал до 3500 пунктов, а к декабрю — до 2500. По некоторым оценкам, на этом американские инвесторы потеряли $5 трлн. Так, в настоящее время котировки акций VA Linux Systems с трудом удерживаются выше $1. Ответчиком за это стал Фрэнк Куаттроне.
       CSFB до последнего держал Куаттроне у себя в штате, хотя его прошлые действия стали даже приносить убытки. CSFB попал в знаменитое дело инвестиционных банков и заплатил $100 млн за снятие претензий. Напомним, что банки заплатили в общей сложности $1,4 млрд штрафов за лживые отчеты аналитиков.
       Уволился Куаттроне 4 марта 2003 года — за два дня до того, как ему предъявили обвинение, что он принуждал аналитиков писать фальсифицированные отчеты и использовал проводимые им IPO для махинаций. Основанием для обвинения является электронное письмо, разосланное Куаттроне среди коллег в конце 2000 года с просьбой уничтожить некоторые файлы. Эксперты полагают, что юридически наказания можно было бы избежать. Однако власти жаждут показательного процесса. Майкл Милкен в начале 1990-х годов за свои мошенничества получил 10 лет тюрьмы и выплатил рекордный штраф — около $1,3 млрд. Суд над Фрэнком Куаттроне начался 29 сентября, и решение пока не вынесено.