Закон дефицита

В этом году в России впервые введено госрегулирование цен на жизненно необходимые препараты. В результате потребитель остался без ряда привычных препаратов, а маленькие аптеки в небольших городах оказались на грани закрытия. Согласно закону "Об обороте лекарственных средств", производители теперь раз в год — до 1 декабря — обязаны регистрировать предельные отпускные цены на препараты из списка жизненно необходимых и важных лекарственных средств (ЖНВЛС).

Сегмент ЖНВЛС занимает 30-50% аптечного ассортимента. Перечень включает порядка 600 международных непатентованных наименований (МНН), то есть лекарственных субстанций, что соответствует приблизительно 2 тыс. торговых наименований. Около трети препаратов из нынешнего списка производится только за рубежом.

Цена регистрации

До сих пор регистрация цен на препараты из списка ЖНВЛС была добровольной для производителя, а любой регион РФ мог по своему усмотрению устанавливать территориальные предельные торговые надбавки.

Согласно закону "Об обороте лекарственных средств", регистрация предельных цен на ассортимент ЖНВЛС стала обязательной — в противном случае оборот препарата на российском рынке становится незаконным. Производители должны раз в год регистрировать предельные отпускные цены, рассчитанные по особой методике, подготовленной Минздравсоцразвития на основании информации о продажах за прошлый год. Региональные власти по-прежнему самостоятельно устанавливают торговые оптовые и розничные надбавки на лекарства, но уже с учетом единой государственной методики. В итоге цены на лекарства, включенные в перечень ЖНВЛС, стали фиксированными, но в каждом регионе разными.

Производителей обязали до 1 апреля завершить регистрацию предельных цен. Но до марта редкие компании подавали заявки в Росздравнадзор. Ближе к апрелю ситуация резко изменилась: производители понесли заявления пачками, и чиновники не успевали их обрабатывать. Некоторым отказывали.

"Московскому эндокринному заводу отказали в предельной цене на дешевый гепарин — 50 рублей. Попросили снизить до 20-30, что в несколько раз ниже рентабельности. При этом сразу зарегистрировали более дорогой аналог гепарина — более 1 тыс. рублей за единицу продукции. То есть формально МНН по гепарину закрыто, что важно для отчетности",— рассказывает главный специалист по развитию фармрынка Союза профессиональных фармацевтических организаций Елена Григоренко.

К концу марта чиновники Минздравсоцразвития начали бодро рапортовать, что цены практически на все позиции ЖНВЛС в МНН зарегистрированы, а значит, потребителям дефицит жизненно важных лекарств не грозит. При этом сулили скорое снижение цен, в том числе и за счет выпадения из цепочки оптовых посредников.

"Раньше в 45 регионах торговые надбавки рассчитывались не к цене производителя, а к цене первого оптовика, который мог установить любую расценку. Теперь такого нет",— сказал представитель Федеральной службы по тарифам Игорь Бодягин.

Прощай, отривин

В итоге к 1 апреля были зарегистрированы цены на абсолютное большинство наименований жизненно важных лекарств. В аптеках начался переполох: приходилось буквально вручную сверять цены из списка с реальными. Эта работа заняла несколько дней, в результате чего покупатели ощутили дефицит ряда препаратов. Из аптечного ассортимента пропало лекарство для лечения эпилепсии, люди не могли купить его ни за какие деньги, а аптеки не могли продавать его, пока не поменяют ценники.

Некоторые препараты исчезли из аптечного ассортимента. К примеру, больше мы не сможем купить отривин, по крайней мере в ближайший год. Компания "Палисан" прекратила выпуск витамина Е. Компания "Дальхимфарм" больше не производит атропин и еще 25 номенклатурных позиций. Из больничного ассортимента пропали отечественный гепарин и окись азота.

С атропином ситуация нелепая: производитель получил госзаказ на его производство на полтора года вперед, но государство его полностью не выкупило. Производителю пришлось выпустить его на рынок со скидкой — на 10% ниже себестоимости, чтобы выручить за него хоть что-то до истечения срока годности. И именно эту цену фирме зарегистрировали. Теперь стране приходится закупать дорогой украинский атропин. А дешевые препараты производить стало вообще невыгодно — проще переориентироваться на производство более дорогих.

По некоторым позициям дефицит сохраняется по сей день — ряд производителей вообще отказался регистрировать предельные цены. Например, на ксимелин, на капли "Длянос".

"Впрочем, по препаратам, без которых действительно невозможно прожить, дефицита нет",— говорит директор некоммерческого партнерства содействия развитию аптечной отрасли "Аптечная гильдия" Елена Неволина.

"Есть риск, что часть препаратов еще исчезнет,— говорит ведущий аналитик центра маркетинговых исследований "Фармэксперт" Давид Мелик-Гусейнов.— Некоторые производители заявили в кулуарах, что зарегистрировали цены лишь для того, чтобы сбыть стоки. Сейчас мы переживаем стадию распродажи стоков, произведенных три-четыре месяца назад, хоть по какой-нибудь цене. В июле ситуация с ними станет ясна. Самый большой риск сокращения ассортимента в сегменте наиболее дешевых препаратов (до 50 рублей за единицу продукции). Сейчас работать с ними невыгоднее всего. Таких около 10% от общего объема рынка, и доля их год от года сокращается. Эта копеечная продукция либо дорожает, либо постепенно вымывается с рынка.

Такую ситуацию еще до введения предельной регистрации цен на ЖНВЛС предрекала генеральный директор Национальной дистрибуторской компании Настасья Иванова, заявляя, что некоторые участники фармрынка покинут бизнес, не сумев приспособиться к новым реалиям, а когда старые игроки исчезнут, понадобится время, чтобы занять их место: "В итоге на время переходного периода и адаптации может возникнуть дефицит лекарств, в том числе из списка ЖНВЛС, а некоторые лекарства могут навсегда покинуть российский рынок... Останется лишь небольшое число производителей и продавцов, которые монополизируют рынок и будут диктовать государству свои условия. А значит, существенного снижения цен покупатели не ощутят. Но, с другой стороны, такой рынок государству проще контролировать".

Что касается ситуации с розничными ценами, то, по словам эксперта, первая статистическая информация появится ближе к концу мая. Но пока данные понедельного мониторинга не показывают значительного роста цен на сегмент "не ЖНВЛС", за который больше всего опасались эксперты.

Впрочем, министр Голикова заявила, что правительство будет следить за ценами на препараты и не из списка ЖНВЛС, "чтобы не допустить резкого скачка цен и снижения их доступности для покупателей".

Цены же на ЖНВЛС остались на том же уровне, они практически заморожены. Такого никогда еще в России не было, чтобы цены на лекарства не росли. Но, думаю, это временное явление. Лекарство — товар, цены на который постоянно растут,— полагает эксперт.

Тем временем аптеки заявляют о снижении цен на ассортимент ЖНВЛС. К примеру, в сети "36,6" арбидол (100 мг, 10 таблеток) сейчас стоит 160 рублей. В январе такая же упаковка обошлась бы в 212 рублей. Для информации: зарегистрированная максимальная розничная цена на этот препарат составляет 217 рублей 35 копеек.

Следующий популярный препарат — сумамед (500 мг, 3 таблетки). Здесь его продают по 377 рублей, в январе он стоил 407 рублей, а в октябре — 469 рублей 70 копеек. Сейчас максимальная разрешенная цена для него определена в 600 рублей 89 копеек.

На грани краха

А вот по данным некоммерческого партнерства содействия развитию аптечной отрасли "Аптечная гильдия", общее снижение цен на аптечный ассортимент ЖНВЛС было существенным. Таким, что некоторые аптеки (особенно в сельской местности) оказались на грани краха.

В результате Российская ассоциация аптечных сетей попросила правительство отпустить цены на препараты, не вошедшие в число жизненно необходимых: из-за замораживания цен часть аптек лишилась до 8% оборота. К тому же аптекам не разрешили распродавать остатки старых закупок из числа жизненно необходимых по старым ценам. Иногда выходит так, что препарат из перечня ЖНВЛС, закупленный по 700-900 рублей, сегодня надо продавать не дороже 200-300 рублей.

"Сейчас многие аптеки смирились с тем, что потеряли при переоценке,— говорит Елена Неволина.— При этом на части аптечных предприятий скопились резервные партии ЖНВЛС, которые нельзя продавать из-за отсутствия зарегистрированной цены. Аптеки ждут от производителей команды, что с ними делать — товар ими уже был оплачен. Общая наценка на препараты упала на 1-2% (с 27 до 25-26%) — это существенно для товарооборота аптечной сети, и многие аптеки могут закрыться, потому что не выдержат конкуренции. Сейчас получилось, что лекарства из дорогого ценового диапазона (выше 500 рублей за единицу продукции) стали еще дороже: раньше никто никогда не устанавливал на них максимальной наценки, а теперь приходится, чтобы компенсировать потери за счет низких наценок на товар стоимостью до 50 рублей. На него наценка всего 20% — скажите, какое предприятие сможет при этом выжить? Кроме того, потери идут за счет средней группы (до 500 рублей), на которую приходится около 60% из всей группы ЖНВЛС: на них наценка вообще всего 12-13%".

Многие эксперты и сейчас полагают, что аптеки будут компенсировать потери за счет повышения цен на ассортимент "не ЖНВЛС". Однако пока этого не наблюдается.

"Когда рубль стабильный и нет оснований для роста цен, аптеки их не повышают. В будущем мы не ждем повышения цен на товар, не попавший в перечень ЖНВЛС",— говорит госпожа Неволина. К тому же 65 российских регионов ввели фиксированные наценки на весь аптечный ассортимент, поэтому даже при желании аптеки не смогут взвинчивать на него цены.

Позиция производителя

Ирина Гущина, представитель компании Pfizer:

— Мы зарегистрировали все наши препараты, входящие в перечень ЖНВЛС, в установленный срок и в соответствии с установленными правилами. В целом мы приветствуем меры, способствующие повышению доступности качественной медицинской помощи, в том числе инновационных препаратов для пациентов, и надеемся, что в дальнейшем фармацевтический рынок России пройдет стадию более глубоких системных изменений, которые коренным образом решат вопрос доступности лекарств для населения. На наш взгляд, таким важным системным изменением может стать внедрение принципов лекарственного страхования, принятого во многих развитых странах — это в полной мере отвечает интересам пациентов и способствует эволюционному развитию рынка.