ДЕИЗМ И ГЕРБЕРТ ИЗ ЧЕРБЕРИ В СОВРЕМЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

ХРИСТИАНСКОЕ ЧТЕНИЕ

Научный журнал Санкт-Петербургской Духовной Академии Русской Православной Церкви

№ 5 2020

А.А. Поляков

Деизм и Герберт из Чербери в современной историографии

DOI 10.47132/1814-5574_2020_5_110

Аннотация: В статье анализируются современные тенденции в исследовании деистической философии, полемика вокруг представлений о месте деизма в философии эпохи Просвещения и представление о роли Герберта из Чербери в истории английской мысли. В работе описывается влияние современников и предшественников на взгляды и идеи английского мыслителя. Анализируется современная проблематика в изучении термина «деизм». Кроме того, рассматривается вопрос о роли церковной догматики в деистической философии. Вопрос о влиянии религиозных течений Англии XVI-XVII вв. на деистов является одним из наиболее актуальных по этой теме. Данный вопрос имеет особое значение для отечественных исследований, так как в отечественном религиоведении эта тема изучена хуже, чем за рубежом. В статье критически оценивается позиция, согласно которой роль Герберта из Чербери в истории деизма подвергается сомнению. Также в работе произведен анализ современной полемики о природе деизма. В заключении статьи сделано обобщение значения новых исследований по теме деизма.

Ключевые слова: Герберт из Чербери, деизм, деист, деистическая философия, интерпретации деизма, история деизма, религиозная философия, «сверхъестественное», эпоха Просвещения, церковная догматика.

Об авторе: Андрей Андреевич Поляков

Младший научный сотрудник Института Философии РАН.

E-mail: beatit10@yandex.ru

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-1065-1352

Ссылка на статью: Поляков А. А. Деизм и Герберт из Чербери в современной историографии // Христианское чтение. 2020. № 5. С. 110-123.

KHRISTIANSKOYE CHTENIYE [Christian Reading]

Scientific Journal Saint Petersburg Theological Academy Russian Orthodox Church

No. 5 2020

Andrey A. Polyakov

Deism and Herbert of Cherbury in Modern Historiography

DOI 10.47132/1814-5574_2020_5_110

Abstract: The article analyzes modern trends in the studies of deistic philosophy, debates about its place in the context of the Enlightenment philosophy and the role of Herbert from Cherbury in the history of English thought. The work describes the influence of contemporaries and predecessors on Herbert of Cherbury. The author analyzes the modern problematic of the term "deism". In addition, the question of the role of church dogma in deistic philosophy is examined. The question of the influence of religious movements in England of the 16th-17th centuries on the deists is one of the most relevant for this topic. This issue is of particular importance for Russian scholarship because this topic has been studied less in Russian religious studies than in foreign studies. The article criticizes the critical assessment of the role of Herbert Cherbury in the history of deism. The paper also analyzes contemporary controversy about the nature of deism. The article concludes with a generalization of the significance of the new studies on the topic.

Keywords: deism, deist, deistic philosophy, dogmatic theology, Herbert of Cherbury, history of deism, interpretations of deism, religious philosophy, supernatural, Age of Enlightenment.

About the author: Andrey Andreevich Polyakov

Junior Researcher at the Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences.

E-mail: beatit10@yandex.ru

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-1065-1352

Article link: Polyakov A. A. Deism and Herbert of Cherbury in Modern Historiography. Khristianskoye Chteniye, 2020, no. 5, pp. 110-123.

Деизм, являющийся внеконфессиональным религиозно-философским движением, признающим абсолютный характер человеческого разума, с помощью которого все люди изначально имеют одинаковые представления об истинной религии, краеугольным камнем которой виделась не вера, а нравственность, сыграл важную роль в переосмыслении феномена религии в XVI-XVIII вв., повлияв как на секулярных мыслителей, так и на мыслителей, ассоциирующих себя с Церковью. Однако, несмотря на неоднократные попытки осмыслить и классифицировать это направление мысли, исследователи пока не смогли дать общепринятого описания данному движению и обозначить главные особенности, которые бы отличали его от других направлений философии. В современных статьях и монографиях исследователи пользуются большим количеством определений термина «деизм», из-за чего возникает проблема понимания данного феномена, так как с ростом количества исследований по деизму растет и количество таких описаний. По этой причине возникает потребность составить некое общее положительное определение религиозной философии деизма, в котором были бы учтены новые способы понимания этого феномена.

В данной работе будет предпринята попытка обобщить и проанализировать контекстуальные и интеллектуальные границы деистической мысли в свете современной зарубежной историографии по теме. На сегодняшний день в отечественной литературе присутствует очень ограниченное количество работ на данную тему1, поэтому статья будет носить и информативный характер. В качестве современной литературы будут выбраны труды, написанные в конце XX и начале XXI вв. Из этого правила будет сделано одно-единственное исключение — для работы, которая, с точки зрения автора, органично вписывается в современный дискурс о деизме. Основное внимание будет уделено воззрениям современной науки на мировоззренческий контекст и идентификацию деизма, а также на фигуру и значение «отца деизма» Герберта из Чербери (1583-1648) в истории всего течения. Что касается структуры статьи, то в начале разбираются отдельные важные вопросы по теме исследования и затем затрагиваются более общие темы.

Место деизма в эпохе Просвещении и роль «сверхъестественного»

в классификации деистических мыслителей

Первой проблемой, с которой исследователь неминуемо сталкивается, является проблема понимания самого термина «деизм». Общее определение предложил очень известный философ Эрнст Кассирер (1874-1945), написавший труд «Философия Просвещения» [Cassirer, 1932], в котором он отвел английскому деизму особое место в формировании европейской философии. Его определение вписывается в проблематику религиозной философии Англии и Ирландии XVII-XVIII вв., когда исследование религии начало отделяться от теологического дискурса. Э. Кассирер определил английский деизм как интеллектуалистическую систему (intellectualist system), чье значение заключается в новом принципе, с помощью которого ставится проблема соотношения содержания веры и его формы [Cassirer, 1932, 180]. Суть данного вопроса заключается в определении достоверности в религии. Особую роль в его решении немецкий философ отводил ирландскому мыслителю Джону Толанду (1670-1722), который, опираясь на идеи своего старшего современника Джона Локка (1632-1704), перевел принципы теории познания в проблематику религии. Согласно Э. Кассиреру,

1 Напр.: МееровскийБ.В. У истоков английского деизма (Герберт из Чербери и его религиозно-философская концепция) // Вопросы научного атеизма. Вып. 12. С. 232-260; Ор-бинскийР.В. Английские деисты XVII-XVIII в. Одесса, 1868. 142 с.; ПереславцевМ.И. Место и роль деизма в процессе европейской секуляризации в интерпретации Чарльза Тейлора // Вестник РГГУ. Сер. «Философия. Социология. Искусствоведение». 2017. 3№ (9). C. 9-15; Степанянц А.Р. Автономия природы и человека в деизме // Научная мысль Кавказа: Научный и общественно-теоретический журнал. 2010. №3 (63). С. 68-73; Шохин В.К. Деизм // Православная энциклопедия. М., 2007. Т. XIV. 752 с.

Толанд развил идею Локка об акте познания как осознания человеком согласия между идеями [Cassirer, 1932, 181]. Так как идеи должны быть ясными для понимания, человек должен иметь представление обо всех объектах, в том числе и тех, которые относятся к религиозной вере. Человек должен обладать религиозным знанием о предмете веры, иначе сама вера становится бессмысленной [Cassirer, 1932, 181]. Это, однако, не означает, что Толанд лишал смысла такие понятия, как «Откровение» и «тайна». Он лишь переосмыслил их содержание, объяснив значение первого термина как особую форму сообщения некоторой истины, которую человек может определить с помощью своего разума, в то время как второй термин стал обозначать догмат, истинность которого скрыта от части людей [Cassirer, 1932, 182]. Данную идею развил Мэтью Тиндл (1657-1733) в своем трактате «Христианство, древнее как само Творение, или Евангелие как воспроизведение естественной религии» (1730). Для того чтобы человек имел представление о бесконечно мудром и благом Боге, он должен иметь возможность постичь Его независимо от принадлежности к конкретной религии [Cassirer, 1932, 182]. Религия только тогда является истинной, когда она открыта всем людям, и только в том случае, когда дает ясное представление о своем содержании, независимо от времени. Для Тиндла религия представляла собой знание о человеческих обязанностях как о Божественных заповедях, складывающихся из общезначимых и общедоступных норм, которые связываются с Богом и рассматриваются как Его воля. Э. Кассирер отметил, что данное определение деизма позднее воспримет немецкий философ Иммануил Кант, использовав его в трактате «Религия в пределах только разума» (1793) [Cassirer, 1932, 185]. Таким образом, центральную роль в философии английского деизма стала играть сфера практического разума, а не сфера интеллектуальная. Данное понимание деистического феномена имеет, с точки зрения Кассирера, несколько положительных сторон. Во-первых, деизм ставится в интеллектуальную плоскость, благодаря чему исследователю не нужно решать проблемы религиозной принадлежности того или иного философа. Мыслитель мог быть христианином любой конфессии или же не иметь оформленной веры вовсе и при этом быть деистом. Во-вторых, современный вопрос о прямом влиянии философии «отца деизма» Герберта из Чербери (1583-1648) на деистическую философию в XVII-XVIII вв. теряет свою остроту, даже если данное влияние было минимальным. Религиозная философия английского мыслителя может быть представлена не как основа для деизма, а как вклад в его развитие. Следует, однако, выделить некоторое отличие представлений Локка о способностях разума от представлений упомянутых деистов. Несмотря на то, что и Локк, и Толанд высоко оценивали способности разума, они расходились в вопросе о его границах. Для Локка, а также для других представителей «Лондонского королевского общества по улучшению естественного знания», в которое входили такие мыслители, как английский церковный деятель и философ Джозеф Гленвилл (1636-1680) и англо-ирландский натурфилософ, физик, химик и богослов Роберт Бойль (1627-1691), существовали некоторые ограничения в возможностях человеческого познания, которые не признавал Толанд. Так, они считали, что в вопросе о возможности чудес следует говорить не как о достоверном факте или его отсутствии, а о возможности скорее чем достоверности (probability rather than certainty), которую человек принимает за истину. Толанд же акцентировал внимание на отношениях между познающим человеком и познаваемым предметом, состоящим из элементов, которые присутствуют в сознании [Cassirer, 1932, 181]. По этой причине тайна (mystery) и Откровение Бога не противоречат понятиям естественной религии (natural religion). Этого же мнения придерживался Тиндл.

Что касается современных историков новоевропейской мысли, то, несмотря на некоторые расхождения во мнениях о принадлежности отдельных представителей деизма к той или иной философской традиции, можно обозначить, как они идентифицируют свойства деистического феномена. Следует отметить, что отдельное место в среде исследователей занимает Диего Люччи, являющийся автором или соавтором большого количества статей и монографий по данной теме. По этой причине его

работы будут проанализированы в статье в большей степени, чем работы других современников, что, однако, не будет умалять вклада остальных исследователей. Диего Люччи и Джеффри Уигелсворт выделяют две стороны эпохи Просвещения в Англии: религиозное [Lucci, 2016, 1], или церковное, Просвещение (Clerical Enlightenment) [Lucci, Wigelsworth, 2015, 167] и секулярное Просвещение. Следует, однако, отметить, что с их точки зрения вопрос о характере «секулярного Просвещения» до сих пор остается открытым [Lucci, Wigelsworth, 2015]. Эти исследователи причисляют движение латитудинариев2, являвшихся частью Церкви Англии, диссентеров3, в число которых входят, например, баптисты и квакеры, кембриджские платоники, унитарии (unitarianism)4, основу которых составляли социане, сторонники локковского эмпиризма и ньютоновской физико-теологической теории (Newtonian physico-theology), к церковному Просвещению. Впервые термин диооентер был использован на Вестминстерской ассамблее богословов (Westminster Assembly of Divines), созванной Долгим парламентом (Long Parliament) в 1643 г. и продолжавшейся до 1652 г. На собраниях был составлен свод кальвинистской религиозной доктрины «Вестминстерское исповедание веры», краткий и полный катехизисы и каталог общественного служения (Directory for Public Worship). Деистов и свободомыслящих философов названные авторы относят к секулярному Просвещению [Lucci, Wigelsworth, 2015, 168].

Д. Люччи и Дж. Уигелсворт считают также, что между секулярным и церковным Просвещением существовала разница в подходах к решению различных теологических проблем [Lucci, Wigelsworth, 2015]. Ярким примером служит вопрос о возможности чудес. Важную роль в развитии протестантской традиции интерпретации чудес сыграли Мартин Лютер (1483-1546) и Жан Кальвин (1509-1564) [Lucci, Wigelsworth, 2015, 169]. Для описания чудес использовалось латинское слово miracula, означающее вмешательство Бога в дела мира. Данный подход разделялся англиканами, кальвинистами и большинством диссентеров в Англии XVI-XVII вв.5.

Существовала также и другая интерпретация понятия чуда, в которой вместо слова miracula использовалось слово miranda, означающее события, которые находятся за гранью того, что считается нормой. Мыслители различных направлений выработали несколько способов понимания возможности чудес. Согласно первому варианту, чудеса прекратились и более не могут совершаться. Данную идею поддерживало, как отмечают Люччи и Уигелсфорт, большинство пресвитерианских теологов [Lucci, Wigelsworth, 2015, 170]. Кальвинисты, баптисты, квакеры и англикане, которые были сторонниками реставрации Стюартов, придерживались неопределенных взглядов на вопрос о возможности чудес после смерти апостолов.

Эта же тема поднимается и в изыскании Джэйн Шоу [Shaw, 2006]. Сторонниками возможности чудес (probability of miracles) были, как она показывает, члены Лондонского королевского общества, куда входил английский философ Роберт Бойль

2 Латитудинариями называли представителей англиканского духовенства XVII в., чьи идеи расценивались консервативными теологами как неортодоксальные или как минимум неоднозначные с точки зрения догматики. Изначально термин применялся к кембриджским платоникам. Позднее к латитудинариям стали относить тех мыслителей, которые основывали свои доказательства нравственных доктрин христианской веры с помощью доводов разума, а не через апелляцию к традиции Церкви.

3 К диссентерам относили английских протестантов, которые не принимали установленные религиозные практики Церкви Англии после 1643 года.

4 Сторонники унитарианства полагают, что догмат о Троице не имеет основания в тексте Писания. Одним из первых сторонников данной идеи стал испанский врач и мыслитель Мигель Сервет (1511-1553), сожженный за ересь кальвинистами Женевы. В дальнейшем его идеи были восприняты теологами и философами Италии, Швейцарии, Польши, Трансильвании и Америки. Среди них следует выделить Фауста Социна (1539-1604), основателя антитринитарного движения социниан. В Англии идеи социнианства были поддержаны теологом Джоном Биддлом (1615-1662).

5 На это указывает монография: Walsham A. Providence in Early Modern England. London, 2001. P. 2.

(1627-1691), завещавший свой капитал для финансирования ежегодных чтений о Боге и религии, в которых христианская религия защищалась бы от притязаний атеистов, деистов и других инакомыслящих [Shaw, 2006, 179]. Члены Королевского общества пытались найти нечто вроде среднего пути, на котором они пытались доказать возможность совершения чуда, а не подтвердить чудо, которое уже произошло. В свою очередь свободомыслящие философы (freethinkers) и деисты полагали, что никакое чудо не может быть за гранью человеческого разума. Эти мыслители развивали свои идеи вне какой-либо теологической системы. Несмотря на различное понимание природы разума деистов объединял фундамент, на котором выстраивались их идеи, а именно возможность человека использовать разум для полного познания мира. Тем не менее, это не означало полное отрицание возможности чудес как в прошлом, так и в настоящем и будущем. Вопрос о чудесах решался в зависимости от его постановки. Для части деистов, в число которых входили Чарльз Блаунт (1654-1693), Джон Толланд, Томас Вулстон (1668-1733) и Питер Аннет (1693-1769), вопрос стоял следующим образом: стал бы (would) Бог вмешиваться в законы природы? С их точки зрения, этого не могло произойти, так как законы природы неизменны даже для Бога. Для других деистов, таких как Мэтью Тиндл, Уильям Волластон (1659-1724), Томас Чабб (1679-1747) и Томас Морган (1671/1672-1743), вопрос звучал несколько иначе: мог бы (could) Бог вмешиваться в законы природы? Иными словами, первый вопрос является вопросом целеполагания, второй — метафизическим. Способ описания природы Божественного провидения зависел от того, как тот или иной деист ставил данный вопрос [Lucci, Wigelsworth, 2015, 183]. Эти разделения, как я полагаю, хотя и не решают вопрос о классификации деистов полностью, дают некоторую ясность в понимании того, где находились деисты в интеллектуальном и историческом контексте своего времени.

Еще одной важной проблемой понимания философии деизма является вопрос о влиянии религиозных течений Англии XVI-XVII вв. на деистов. Данная тема подробно разбирается тем же Диего Люччи в статье «От унитарианства к деизму: Мэтью Тиндл, Джон Толанд и полемика о Троице» [Lucci, 2019]. Суть полемики сводилась к спору между сторонниками возможности доказать идею троичности Бога, в том числе с помощью философии, и их противниками. В данной дискуссии приняли участие первостепенные деисты Джон Толанд и Мэтью Тиндл, встав на сторону противников доказательства догмата о Троице. По этой причине многие современные исследователи относят их, с одной стороны, к сторонникам философии Джона Локка и, с другой — к социнианской, или унитарианской, религиозной мысли [Lucci, 2019]. Так, можно вспомнить, что исследователь Роберт Салливан причислял Тиндла к сторонникам социнианской теологии, а Толанда — к самим социнианам [Sullivan, 1982, 110]. Данное представление о философии Тиндла, как указывает Люччи, подкрепляет исследователь Стефан Лалор, указывая на унитарианский характер его представлений о Троице [Lalor, 2006, 57]. Кроме того, исследователи подчеркивают его особую роль в формировании философских представлений деистов. Однако, отмечает Д. Люччи, данная позиция уязвима для критики. Представления Тиндла о Троице были отличны от представлений унитариев, к которым он причисляет Локка. Английский философ полагал, что полемика вокруг догматики возникла из-за неясности термина «личность» (person), которое использовали отцы Церкви. Данный термин является описательным, но не передает сущность самого предмета. При попытке рационально описать внутренний смысл Троичности английские теологи, подчеркивает Люччи, не могли составить общее представление, которое удовлетворяло бы как богословов, так и философов [Lucci, 2019]. По этой причине Тиндл считал несправедливым требовать от верующего человека веры в то, что он не может понять. Тайна не может быть частью религии, так как она не дает положительного знания о Боге. Такой же позиции придерживался и Толанд. Данное представление отделяло Тиндла и То-ланда не только от традиционной христианской религии, но и от философии Джона Локка. Эту же позицию поддерживали унитариане, считавшие, что догмат о Троице

не является частью Священного Писания. Однако между позициями унитариан и деистов существовала, по мнению итальянского исследователя, большая разница. Первые, несмотря на все расхождения с Церковью, считали текст Библии богодухно-венным, в то время как в глазах деистов это не было обязательным для верующего. Кроме того, Люччи указывает, что деисты не имели единой позиции в вопросе о чудесах или роли Христа, что существенно отличало их от их современников. Иными словами, между унитарианами, или социанами, и деистами существовали точки пересечения в некоторых вопросах догматики и религии, но их логические основания, также как и цели, разнились между собой.

Другую причину проблем в полемике вокруг догматов Церкви также описывает тот же Диего Люччи. В другой своей статье «Доникейские отцы Церкви и догмат о Троице в Англии XVII века» [Lucci, 2018], он объясняет причины, по которым англиканские богословы использовали тексты отцов Церкви, которые предшествовали Никейскому символу веры и, одновременно, пытались защитить догмат о Троице. В развитии англиканской теологии важную роль играл спор католиков и протестантов на тему понимания того, чем является Церковь, идеи национальных Церквей и епископата [Lucci, 2018, 103]. Как полагает Д. Люччи, для доказательства возможности существования независимых национальных Церквей англиканские теологи ссылались на труды свв. Киприана, Иринея и Игнатия Антиохийского. После Реставрации монархии ссылки на доникейских отцов Церкви стали использоваться в полемике с пресвитерианцами и другими нонконформистами, чтобы доказать независимость Церкви от власти епископов [Lucci, 2018, 103]. Кроме того, в статье «Доникейские отцы Церкви и догмат о Троице в Англии XVII века», Люччи отмечает, что обращение английских теологов к текстам доникейских отцов Церкви критиковалось деистами. Например, Мэтью Тиндл составил короткий трактат, в котором он проанализировал аргументы в защиту Трех Лиц Бога. В 1696 г. архиепископ Кентерберийский Томас Теннисон (1636-1715) обратился к королю Вильгельму III Оранскому (1650-1702) для того, чтобы в стране был введен судебный запрет (Royal Injunction), согласно которому полемика вокруг догмата о Троице могла бы вестись только при обращении к тексту Писания, Никейскому и Афанасьевскому Символам веры и 39 статьям англиканского вероисповедания собора 1563 г. [Lucci, 2018, 114]. Тем не менее, с точки зрения Диего Люччи, данный шаг не исправил ситуацию, хотя и дал определенные положительные результаты. Поворотным моментом в данной полемике стало развитие текстологии, с помощью которой христианская догматика анализировалась в историческом контексте. Однако противники принятых догматов также пытались воспользоваться новыми методами в текстологии. Помимо теологов, представители различных философских направлений, в том числе и деизма, пытались использовать результаты анализа текста Писания для доказательства своей точки зрения [Lucci, 2018, 117].

Герберт из Чербери, его предшественники и современники

Современные исследователи не имеют единого мнения о том, кто именно и как повлиял на идеи английского мыслителя и его представления о философии и религии. В новейшей литературе на тему деизма основное внимание уделяется современникам Герберта из Чербери, с которыми тот вел переписку и был знаком лично. К таковым некоторые современные исследователи причисляют голландского философа Гуго Гроция (1583-1645), германо-французского теолога Даниэля Тиленуса (1563-1633), швейцарского профессора Исаака де Казобона (1559-1614) и французского мыслителя Марена Мерсенна (1588-1648), сделавшего перевод гербертовского «Трактата об истине» (De veritate) [Brown, 1996, 16]. О влиянии Исаака де Казобона сам английский мыслитель пишет в автобиографии [Autobiography, 1886, 104]. Однако в ней никак не уточняется, какое именно влияние он оказал на Герберта из Чербери в дальнейшем. Более подробно эта тема была развита английским исследователем

Рональдом Дэвидом Бедфордом в монографии «Защита истины: Герберт из Чербери и семнадцатый век» [Bedford, 1979]. В своей работе Рональд Бедфорд указал, что английский философ был учеником Исаака де Казобона [Bedford, 1979, 213]. В своих трактатах Казобон развивал идеи терпимости по отношению к иным религиям и всячески сторонился охоты на еретиков. Эти идеи, согласно Бедфорду, несомненно оказали влияние на религиозно-философские взгляды Герберта, хотя, как он отмечает, они и не вылились в конкретные идеи деистической философии [Bedford, 1979, 213]. Английский исследователь также упоминает имя французского философа-мистика Гийома Постеля (1510-1581), чья философия имела много общего с идеями Герберта из Чербери [Bedford, 1979, 219]. Как отмечает Бедфорд, мыслители имели схожие представления об устройстве мира, человеческого понимания и отношения между разумом и верой.

А вот Дэвид Паилин [Pailin, 2000], полагает, что английский мыслитель испытал влияние герметической философии в понимании астрологии (judicial astrology) и возможности получать знание о будущем. Паилин ссылается на автобиографию Герберта из Чербери, но в дальнейшем не разрабатывает данную тему. Как уже было отмечено, какой-либо детерминизм был несовместим с его философией, и поэтому данная ссылка не может считаться указанием на влияние герменевтического учения. Герберт говорил лишь о влиянии космических тел на Землю, но не об управлении ими теми или иными процессами.

Другим современником Герберта из Чербери, который оказал воздействие на его философию, называют голландского теолога Иоганна Гергарда Фосса (1577-1649). Данную точку зрения поддерживал, например, американский исследователь Ричард Генри Попкин [Force, Popkin, 1990]. Попкин отмечал, что идеи И. Г. Фосса, изложенные им в трактате «Теология язычников» (De theologia gentili), стали основой для трактата «О религии язычников, древняя религия язычников и причины их заблуждений» (De Religione Gentilium, the Ancient Religion of the Gentiles and the Causes of their Errors Considered) [Force, Popkin, 1990, 31]. Трактат изначально был написан на латинском языке в 1664 г., а английская версия, переведенная Уильямом Льюисом, вышла в 1705 г. К данным идеям Попкин причислял таксономию Иоганна Фосса в сфере религии. Как отмечает немецкий историк Мартин Мульзов (Martin Mulsow), Герберт из Чербери заимствовал идеи Фосса о религии язычников, но при этом сделал собственные выводы на их основе [Pomata, Sirasi, 2005, 202].

О конкретном влиянии Гуго Гроция на английского мыслителя исследователи практически не пишут. Американский исследователь Джером Борхес Шнейвинд лишь указывает, что Гроций разделял его взгляды на спасение всего человечества, предопределение (predestinarianism) и природу Истины [Schneewind, 1998, 176].

Вопрос о влиянии Даниэля Тиленуса остается неясным. Например, исследователь Ричард Серджеантсон указывает лишь на роль французского теолога в публикации «Трактата об Истине», ссылаясь на автобиографию Герберта из Чербери [Serjeantson, 2001, 218]. Следует отметить, что в более ранней биографии этого английского философа встречается имя Тиленерс (Tieleners) [Walpole, 1809, 278]. Имя Тиленус, как указывается, может быть латинизацией этой фамилии. Даниэль Тиленус, также как и Гуго Гроций, сыграл роль в публикациях английского философа, однако, как и в случае с последним, остается неясным, о каком воздействии на Герберта из Чербери можно говорить.

Немецкий исследователь Мартин Мульзов отмечает, что Герберт из Чербери также заимствовал некоторые идеи австрийского богослова Адама Таннера (1572-1632) касательно отношения человеческих душ и звезд, хотя, как и в случае с И. Фоссом, сделал собственные выводы [Pomata, Sirasi, 2005, 202]. Немецкий историк отмечает, что внимание Герберта из Чербери привлекли рассуждения Фосса о культах Солнца (celestial cults), представления о которых английский философ посчитал возможным связать с представлениями о язычестве как монотеистическом культе Солнца итальянского куриального кардинала, племянника папы римского Урбана VIII Франческо

Барберини Старшего (1597-1679) [Pomata, Sirasi, 2005, 201]. Поклонение Солнцу понималось им как попытка обращения к Богу с помощью внешней демонстрации (visible form or manifestation), которая хотя и была ограниченной из-за человеческого несовершенства, поощрялась Богом. Для описания подобных практик Иоганн Гергард Фосс ввел термин «символический культ» (cultus symbolicus), который отличался от термина «личный культ» (cultus proprius), означающего практику, в которой почитается сам объект, а не невидимая материя, которую он представляет. Стоит отметить, что, согласно Мартину Мульзову, Г. Фосс не считал поклонение Солнцу лишь символическим культом. По этой причине Герберт из Чербери пересмотрел взгляды голландского теолога, так как он ставил своей целью объяснить возможность спасения для всех людей, практикующих естественную религию (natural religion). Поклонение Баалу или Гору представлялось ему как символическое поклонение истинному Богу [Pomata, Sirasi, 2005, 201]. Иными словами, английский мыслитель, согласно М. Муль-зову, создал историческую модель развития религии, в которой описывается переход от изначального единобожия к многобожию.

Другой проблемой для понимания философии Герберта из Чербери является отсутствие ясных представлений о том, кто повлиял на формирование его философской системы. Среди исследователей нет единого представления о философии, положившей основу деизму. В число возможных течений, которые оказали влияние на английского мыслителя, входят античная философия и философия эпохи Реформации. Современные исследователи по этой причине стоят перед дилеммой: либо они должны включать в свою работу описание мировоззренческих рецепций английского философа и обосновывать, почему он выбрал и проанализировал работы конкретных мыслителей, либо ограничиться относительно коротким списком мыслителей эпохи Ренессанса, который должен иметь историческое основание. Одним из сторонников «длинной истории влияния» является профессор австралийского Университета им. Чарльза Льюиса Уэйн Гудзон (Wayne Hudson), автор специальной монографии «Английские деисты: исследования по Просвещению» [Hudson, 2009]. Он полагает, что среди древних мыслителей, чьи идеи были заимствованы и которые повлияли на религиозную философию Герберта из Чербери, а именно на его представления об Откровении, суеверии и духовенстве, должны быть выделены Плутарх и Сенека [Hudson, 2009, 46]. Данные представления касались вопросов о причине и возможности Откровения в проблеме свидетельства и этической необходимости явления Бога миру.

Автор этой статьи считает возможным внести небольшое уточнение в это утверждение. Объектом критики для Герберта из Чербери была не сама христианская религия, а монополия духовенства в решении описанных проблем. Критика английского мыслителя заключалась в том, что религия не может предоставить достаточное знание для принятия Откровения, которое могло основываться только на вере. Герберт из Чербери утверждал, что человек не имеет средств для суждения об Откровении, которого он сам не получил [Herbert, 1624, 303]. Уэйн Гудзон также упоминает философские направления, которые оказали влияние на деизм в целом. Идеи Плутарха, в которых разграничиваются суеверие и вера в божество, были заимствованы им из философии римских стоиков, к которым Уэйн Гудзон причисляет Сенеку и Цицерона. Их суть состояла в представлении о теистическом натурализме, в котором божество входит в онтологический порядок природы. Кроме того, Цицерон обосновал идею о Боге как совершенном, премудром, самостоятельном и необходимом существе, которому можно поклоняться, используя свой собственный разум. Несомненно, данные представления имеют нечто общее с преставлениями Герберта из Чербери и других деистов. Однако данную точку зрения, как полагает автор данной статьи, сложно обосновать, учитывая исторический контекст. С критикой власти духовенства в Англии выступали многие мыслители, в число которых входили именитые теологи. То же касается и представлений о Боге и способах Его познания. Схожую точку зрения имели не только многочисленные философы,

не входящие в круг деистов, но и Церковь, о чем говорит и сам Гудзон [Hudson, 2009, 30]. В дальнейшем, согласно Гудзону, идеи античных и римских мыслителей были использованы мыслителями в эпоху Ренессанса. Данные идеи, после преобразования, стали частью новой философии, частью которой был, в свою очередь, теистический натурализм (theistic naturalism).

Особая роль во влиянии на философию Герберта из Чербери и последующих деистов, согласно английскому исследователю XX в. Клементу Чарльзу Джулиану Веббу, может быть отведена итальянскому философу Пьетро Помпонацци (1462-1525). Его идеи, такие как детерминизм и отрицание бессмертия души, были созвучны идеям некоторых деистов XVII в. Тем не менее, Вебб выделил существенные различия между идеями английского и итальянского мыслителей. Во-первых, в философии Герберта из Чербери отсутствовала идея угасания христианской веры, присутствовавшая в представлениях Пьетро Помпонацци [Webb, 1915, 345]. Помпонацци, согласно Д. Веббу, будучи свидетелем «лютеранского бунта» в Церкви, разрыва национальных Церквей с папской властью и повсеместного неверия (unbelief) среди высших чинов духовенства, был пессимистом в вопросе о судьбе Церкви и ее догматики, что отличало его от Герберта из Чербери, верившего в более счастливое будущее для христианской веры [Webb, 1915, 347]. Кроме того, в астрологическом фатализме итальянца присутствуют такие элементы, как поклонение Богу через поклонение Его творениям и Божественное предопределение. Подобное поклонение творениям Бога Герберт считал древнейшей формой искажения религии. Что касается идеи о предопределении, то она была несовместима с его антропологией, по которой человек, имея свободную волю, мог сам прийти к идее естественной религии.

О влиянии французского философа Марена Мерсенна на английского мыслителя известно немного. Согласно английской исследовательнице Саре Хаттон [Hutton, 2015], Мерсенн повлиял на воззрения Герберта на скептическую философию, ее проблематику [Hutton, 2015, 104]. Это единственное указание английского историка философии на влияние Марена Мерсенна.

Отдельного внимания заслуживает современный английский исследователь Дэвид Паилин (David Pailin). В 2000 г. им была написана статья «Должен ли Герберт из Чербери считаться деистом?». Предметом критики Д. Паилина является статус английского философа не только как «отца деизма», но и как деиста вообще [Pailin, 2000, 129]. Автор выдвигает три аргумента. Первый аргумент против статуса Герберта из Чербери как «отца деизма» заключается в отсутствии серьезного влияния на последующих деистов [Pailin, 2000, 122]. Существует несколько причин, по которым это могло произойти. Во-первых, в его сочинениях присутствуют схоластические идеи, цитируются гуманисты Ренессанса, что само по себе могло показаться некоторым читателям старомодным. Кроме того, его тексты были написаны на латинском языке, что к XVII в. стало редкостью в Англии. Во-вторых, философия Герберта оказалась в проигрышном положении по сравнению с философией Локка, которая оказалась ближе английской мысли эпохи Просвещения, ставшей эмпирической по своему характеру [Pailin, 2000, 124]. В-третьих, тема способностей человеческого разума в вопросах религии потеряла свою былую популярность после Славной революции в Англии [Pailin, 2000, 125]. Природа религиозных конфликтов, которые были значимы для Герберта из Чербери, имела более умеренный характер, чем в Европе. После революционных событий в Англии была провозглашена терпимость по отношению к инакомыслящим, и конфликт потерял свою остроту. Также популярность трудов английского мыслителя была ограничена, поскольку его идеи не были достаточно радикальными, чтобы привлечь внимание большого количества критиков [Pailin, 2000, 126]. В итоге Паилин приходит к выводу, согласно которому историки философии преувеличивали значение влияния Герберта из Чербери на последующих деистов и тенденциозно следовали идеям предыдущих исследователей его философии [Pailin, 2000, 127].

Полемика о природе деизма

Что касается современной полемики о специфике деистической философии, то на сегодняшний день назрела полемика между несколькими исследователями. Первый спор развернулся между английским писателем, специализирующимся на истории Нидерландов, эпохе Просвещения и положении европейских евреев Джонатаном Израэлем [Israel, 2001] и канадским исследователем Джеффри Р. Уигелсвор-том [Wigelsworth, 2009а]. В книге «Деизм в Англии эпохи Просвещения: теология, политика и ньютонианская общественная наука» Уигелсворт указывает, что Израэль в своей работе «Радикальное Просвещение: Философия и появление современности (1650-1770)» относит английских деистов к европейскому движению, целью которого было свержение института монархии и вступление в эру секуляризации [Wigelsworth, 2009a, 206]. Ошибка данной идеи, как полагает Д. Р. Уигелсворт, заключается в источниках, которые использовал Джонатан Израэль для обоснования этой позиции, так как он в основном опирался на критиков деистического учения, а не на трактаты самих деистов. Кроме того, канадский исследователь указывает на то, что радикальные политические шаги деистов совершались главным образом в Америке и Франции, но не в Англии [Wigelsworth, 2009a, 206]. Единственным исключением являлся английский философ нидерландского происхождения Бернард де Мандевиль (1670-1733), который принимал участие в беспорядках в Амстердаме и был сторонником республиканской формы правления [Israel, 2001, 623]. Другие радикальные деисты, в число которых входили Чарльз Блаунт, Энтони Коллинз, Генри Сент-Джон Болингброк, Энтони Эшли-Купер (Шефтсбери), Джон Толанд и ирландский писатель и политик Роберт Молесворт (1656-1725) в этом плане почти никак не представлены [Israel, 2009, 44]. Уигелсворт дает общее представление о радикальных деистах как о философах, которые отрицали Божественное провидение, естественную теологию (natural theology), идеи Ньютона, а также критиковали Славную революцию и недостаточную веротерпимость в обществе [Israel, 2009, 346]. Однако Израэль не останавливается подробно на философии каждого из перечисленных мыслителей и не разбирает все упомянутые им темы в трудах перечисленных мыслителей. Д. Р. Уигелсворт также направляет свою критику и на более позднюю работу Д. Израэля «Оспариваемое Просвещение: философия, современность и освобождение человека 1670-1752», в которой, несмотря на более умеренную позицию автора, деисты представляются как противники консервативного просвещения [Wigelsworth, 2009а, 206], сторонниками которого были такие философы, как Джон Локк и Исаак Ньютон [Wigelsworth, 2009а, 4]. Однако, как показывает Уигелсворт, философия Ньютона оказала большое влияние на идеи деистов [Wigelsworth, 2009a, 206]. Так, например, Томас Чабб высоко оценивал теологию Ньютона, а Томас Морган поддержал его идею естественной философии. Камнем преткновения для деистов являлась лишь идея Ньютона о действующем в мире Боге [Wigelsworth, 2009а, 206].

Еще одним примером современной полемики о характере деистического движения служит спор между исследователем Джеффри Р. Уигелсвортом, немецким исследователем Гансом Д. Хиллербрандом и американским доктором философии Джозефом Валигором [Waligore, 2014, 205]. Суть полемики заключается в неясности относительно того, к какой части Просвещения следует отнести религиозную философию деизма. Д. Валигор полагает, что его оппоненты ошибочно причисляют деистов к секулярному Просвещению, которое было свойственно континентальной философии Европы [Waligore, 2014, 206]. Вместо этого немецкий исследователь предлагает отнести деистов не к церковному Просвещению или Просвещению секулярному, а обозначить их как отдельную форму философской мысли [Waligore, 2014, 206]. Стоит отметить, что, вероятно, изначальной причиной спора является попытка современных исследователей переосмыслить философию английского деизма как отдельный, отличный от европейской философии феномен. Данную позицию также поддерживают Уэйн Гудзон и Джеффри Уигелсворт, с которым Джозеф Валигор полемизирует

[Waligore, 2014, 206]. Как указывает Валигор, согласно Уигелсворту отличительной чертой деистов является отрицание сверхъестественного вмешательства в порядок мира [Wigelsworth, 2009b, 31]. Среди философов, которые поддерживали данную точку зрения, Уигелсворт выделяет Энтони Коллинза [Wigelsworth, 2009a, 174] и Томаса Чабба [Wigelsworth, 2009а, 189]. С точки зрения Валигора, отрицание возможности сверхъестественного вмешательства следует понимать не как полное отрицание влияния Бога на мир, а как иной взгляд на способ Божественного вмешательства в жизнь человека [Waligore, 2014, 211]. Разница между сторонниками церковного Просвещения и деистами заключалась в понимании феномена религии. Для деистов ключевую роль играла естественная религия, сферой которой является нравственность. Если смысл сверхъестественного события противоречит идеям деистов о нравственности, то тогда его возможность ими отрицалась. Сама же идея возможности Божественного влияния не отрицалась ими изначально, что было показано ранее. В споре между Г. Хиллер-брандом и Д. Валигором проблемой является понимание религиозной цели деизма. С точки зрения немецкого исследователя, деисты стремились реформировать христианскую религию [Hillerbrand, 2009, 97]. Джозеф Валигор считает, что целью деистов было не изменение принятых христианских догматов, а использование нового метода интерпретации христианской традиции и библейских текстов. Несмотря на расхождения с Церковью в вопросах догматики, мыслители-деисты не пытались изменить основы христианской веры, а вместо этого, опираясь на текст Писания и собственную философию, хотели интерпретировать его [Waligore, 2014, 215].

Предварительные итоги

На современном этапе изучения религиозной философии деизма исследователи выделяют ряд проблем, связанных с пониманием данного феномена. Вопрос о понимании самого термина «деизм» до сих пор остается одним из наиболее острых в области изучения деистической философии и философии эпохи Просвещения. Первостепенной проблемой остается определение ключевых признаков, которые определяют деистическую философию. Несмотря на попытки современных исследователей проследить историю деистической мысли, до сих пор не существует ясного представления о формировании деизма. Наиболее практичным решением этой проблемы является использование определения, в котором бы указывался наиболее существенный признак деистической философии. Таковым может являться определение Эрнста Кас-сирера. Исследования, в которых используется очень конкретное определение, сильно уязвимы для сторонней критики. Несовершенные и узкие рамки определения исключают тех или иных общепризнанных деистов из философии деизма. Однако это не значит, что конкретного определения не может быть. Речь идет только о необходимости системного исследования на тему изучения термина «деизм». На сегодняшний день подобного исследования еще нет. Вопрос о принадлежности деистической мысли к той или иной форме эпохи Просвещения стоит также остро. Несмотря на некоторое единство среди части исследователей, существуют альтернативные взгляды на принадлежность того или иного деиста к секулярному, церковному или иному виду Просвещения. По этой причине современным исследователям следует говорить о каждом конкретном философе отдельно, заранее не относя того или иного деиста к какой-либо группе. Относительно новой темой исследования является попытка пересмотреть роль Герберта из Чербери на историю развития деистической философии. Что особенно важно, вопрос о принадлежности английского мыслителя к деизму освещен главным образом только Дэвидом Паилином. Другие современные исследователи пока что не подвергали его аргументацию критике в своих работах, а те, кто упоминают его работу, никак не касаются ее содержания. По этой причине автор статьи предлагает свои контраргументы в защиту статуса Герберта из Чербери.

Основной его аргумент довольно сложно как опровергнуть, так и подтвердить. Действительно, прямых ссылок на тексты Герберта в работах других деистов

не очень много. Однако если прочесть трактаты других деистов, то обнаружится, что ссылок друг на друга вообще у них будет немного. Также замечание о языке, на котором писались его тексты, не является точным, так как в разных изданиях своих трактатов Герберт из Чербери использовал не только латынь, но и английский язык [Serjeantson, 2001, 219]. Важно также учитывать, что его труды имели не одно издание. Так, например, трактат De Veritate издавался трижды, не считая первого варианта, который не был издан официально [Serjeantson, 2001, 219]. Второй аргумент верен, но только отчасти. Несмотря на то, что философия Герберта оказалась менее популярной среди читателей, чем философия Локка, это не означало, что она не была популярна вовсе. На самом деле его трактаты имели широкое хождение, особенно в Европе. Так, они были прочитаны и проанализированы такими мыслителями, как Фортунио Лицети, Марен Мерсенн, Пьер Гассенди, Томмазо Кампа-нелла, и даже папой Урбаном VIII [Serjeantson, 2001, 218]. Что же касается Англии, то названный трактат был прочитан и проанализирован Томасом Гоббсом, Робертом Пейном, Фрэнсисом Бэконом и самим Джоном Локком, который посвятил философии Герберта из Чербери главу своего знаменитого трактата «Опыт о человеческом разумении». Из этого можно сделать вывод, что хотя в склонной к эмпиризму английской мысли философия Локка оказалась популярнее, это не означает, будто идеи Чербери не получили хождения среди философов. Третий аргумент также является спорным. С одной стороны, несомненно, что степень религиозной напряженности в Англии после революции заметно снизилась по сравнению с тем, что было до нее. Тем не менее, нельзя утверждать, что напряженность была незначительна. Так, несмотря на провозглашенную веротерпимость, некоторые религиозные взгляды продолжали преследоваться по закону. В конце XVII в. все еще было возможным лишение должности профессора из-за обвинений в арианстве или сожжение трудов и возможность получить тюремный срок по обвинению в богохульстве [Hunter, 1992, 221]. Кроме того, следует внимательно проанализировать степень веротерпимости, которая была провозглашена в Англии после революции. Акт о веротерпимости 1689 г. не касался католиков, социниан, атеистов, ариан и самих деистов. Определение того, чем является та или иная мысль, во многом зависело от решения парламента, в котором большое влияние сохраняла Церковь.

Последней проблемой является изучение трактатов и философии английских мыслителей в историческом контексте. Как было акцентировано, в XVI-XVII вв. Англия находилась в состоянии религиозного кризиса. Из-за отсутствия общепринятого понимания христианских догматов философы и теологи могли невольно отрицать их, вследствие чего возникает проблема религиозной принадлежности того или иного деиста. Однако, несмотря на перечисленные проблемы, в современной литературе появилось более ясное представление о том, чем является философия деизма. Новые исследования этой темы позволяют по-новому взглянуть и на эпоху Просвещения в Британии в целостности.

Источники и литература

1. Autobiography (1886) — The autobiography of Edward, Lord Hebert of Cherbury / Ed. by L. Lee. Cambridge, 1886. 369p.

2. Brown (1996) — British Philosophy and the Age of Enlightenment // Routledge History of Philosophy / Ed. by S. Brown. London, 1996. Vol.V. 336p.

3. Cassirer (1932) — Cassirer E. Die philosophie der aufklärung. Felix meiner verlag. Hamburg, 1932. 491 S.

4. Force, Popkin (1990) — Essays on the Context, Nature, and Influence of Isaac Newton's Theology / Ed. by J. E. Force, R. H. Popkin. Dordrecht: Kluwer Academic Publishers, 1990. 226 p.

5. Herbert (1624) — Herbert E. De Veritate, prout distinguitur a revelatione, a verisimili, a possibili, et a falso. Paris, 1624. 227 p.

6. Hillerbrand (2008) — Hillerbrand H. J. The Decline and Fall of the True Christian Church: The English Deist View // Zeitschrift für Religions- und Geistesgeschichte. Leiden: Brill. 2008. Vol. 60. No. 2. P. 97-110.

7. Hudson (2009) — Hudson W. The English Deists: Studies in Early Enlightenment. London: Pickering&Chatto, 2009. 204 p.

8. Hunter (1992) — Atheism from the Reformation to the Enlightenment / Ed. by M. Hunter, D. Wootton. London: Clarendon Press, 1992. 320 p.

9. Hutton (2015) — Hutton D. British Philosophy in the Seventeenth Century. London: Oxford University Press, 2015. 256p.

10. Israel (2009) — IsraelJ.I. Enlightenment Contested: Philosophy, Modernity, and the Emancipation of Man 1670-1752. N. Y.: Oxford University Press, 2009. 1024 p.

11. Israel (2001) — Israel J. I. Radical Enlightenment: Philosophy and the Making of Modernity 1650-1750. N.Y.: Oxford University Press, 2001. 848p.

12. Lalor (2006) — Lalor S. Matthew Tindal, Freethinker: An Eighteenth-Century Assault on Religion. London, 2006. 192 p.

13. Lucci (2018) — Lucci D. Ante-Nicene authority and the Trinity in seventeenth-century England//Intellectual History Review. 2018. Vol. 28. No. 1. P. 101-124.

14. Lucci (2016) — Lucci D. Deism, freethinking and toleration in Enlightenment England // History of European ideas. 2016. Vol. 43. No. 4. P. 1-14.

15. Lucci (2019) — Lucci D. «From Unitarianism to Deism: Matthew Tindal, John Toland, and the Trinitarian Controversy» // Études Épistémè [Online], 35 | 2019. URL: https://journals. openedition.org/episteme/4223 (дата обращения: 28.08.2020).

16. Lucci, Wigelsworth (2015) — Lucci D., Wigelsworth J. R "God does not act arbitrarily, or interpose unnecessarily:" providential deism and the denial of miracles in Wollaston, Tindal, Chubb, and Morgan // Intellectual History Review. 2015. Vol. 25. No. 2. P. 167-189.

17. Pailin (2000) — Palin D. Should Herbert of Cherbury be regarded as a 'deist'? // The Journal of Theological Studies. 2000. Vol. 51. No. 1. P. 113-149.

18. Pomata, Sirasi (2005) — Historia: Empiricism and Erudition in Early Modern Europe (Transformations: Studies in the History of Science and Technology) / Ed. by Pomata G., Sirasi N. S. Cambridge, Massachusetts: MIT Press, 2005. 500 p.

19. Serjeantson (2001) — SerjeantsonR W. Herbert of Cherbury before Deism The Early Reception of the De veritate // The Seventeenth Century. London: Taylor & Francis, 2001. Vol. 16. Is. 2. P. 217-238.

20. Schneewind (1998) — SchneewindJ.B. The invention of autonomy: A history of modern moral philosophy. London: Cambridge University Press, 1998. 650 p.

21. Sullivan (1982) — SullivanRE. John Toland and the Deist Controversy: A Study in Adaptations. Cambridge MA: Harvard University Press, 1982. 355 p.

22. Tindal (1695) — Tindal M. The Reflections on the Xxviii Propositions Touching the Doctrine of the Trinity, In a Letter to the Clergy, Etc., Maintain'd Against the Third Defence of the Said Propositions. S. l., 1695. 36 p.

23. Waligore (2014) — Waligore J. Christian deism in eighteenth century England // International Journal of Philosophy and Theology. 2014. Vol. 75. Is. 3. P. 205-222.

24. Walpole (1809) —The Life of Edward Lord Herbert of Cherbury / Ed. by H. Walpole. Edinburgh: J. Ballantyne and Co, 1809. 281 p.

25. Webb (1915) — Webb C. C. J. Studies in the history of natural theology. London: Clarendon Press, 1915. 363p.

26. Wigelsworth (2009a) — WigelsworthJ.R Deism in Enlightenment England Theology, politics, and Newtonian public science. Manchester: Manchester University Press, 2009. 238 p.

27. Wigelsworth (2009b) — WigelsworthJ.R. The Disputed Root of Salvation in Eighteenth-century English Deism: Thomas Chubb and Thomas Morgan Debate the Impact of the Fall // Intellectual History Review. Abingdon: Taylor & Francis, 2009. Vol. 19. Is. 1. P. 29-43.