К вопросу о процессе формирования местных органов власти в губерниях Среднего Поволжья в марте-октябре 1917 г

ИСТОРИЧЕСКОЕ РЕГИОНОВЕДЕНИЕ

УДК 94 (470.40/43).084 «1917»

Т. М. Шестопалова*

К вопросу о процессе формирования местных органов власти

в губерниях Среднего Поволжья в марте-октябре 1917 г.

В статье рассматривается проблема формирования демократических органов власти в губерниях Среднего Поволжья после Февральской революции. Исследуется специфика организации выборов в Комитеты Народной власти весной-летом 1917 г. Определяется роль органов местного самоуправления.

The problem of formation of democratic authorities in provinces of the Average Volga region after February revolution is considered in the article. Specificity of the organization of elections in Committees of People's power is investigated in spring-summer in 1917. The role of local governments is defined.

Ключевые слова: комитет, самоуправление, уезд, волость, управа губернский (уездный) комиссар.

Key words: committee, self-management, district, volost, a justice, the provincial (district) commissioner.

За всю историю России 1917 год наиболее богат историческими событиями. В течение этого года несколько раз менялся государственный строй России: начался год при самодержавии, затем установилась власть Временного правительства и Советов, что повлекло за собой существенные изменения в системе органов государственной власти и управления: часть учреждений была упразднена, часть реорганизована, часть создана вновь.

Современная Россия переживает сложный этап социальноэкономического и политического развития. В условиях перехода общества к демократии, когда происходит перестройка системы государственного и местного аппарата управления, требуется тщательное переосмысление опыта формирования органов власти в 1917 г. с целью минимизировать ошибки на этом поприще.

Следует отметить, что вопрос становления демократических органов после Февральской революции не был обделён вниманием.

* Шестопалова Татьяна Михайловна, аспирант кафедры новой и новейшей истории России и краеведения, Пензенский государственный педагогический университет имени В.Г. Белинского.

137

К нему в разное время обращались такие исследователи, как И.И. Минц [15, с. 913-914], А.М. Андреев [1, с. 64], П.С. Кабытов, Н.А. Курсков [13, с. 23, 47, 234] и многие другие. Тем не менее данная проблема применительно к Среднему Поволжью остаётся недостаточно изученной. Именно поэтому необходим всесторонний анализ местной специфики вышеназванных процессов. В данной статье поставлена задача исследовать процесс формирования местных органов власти в трех губерниях Среднего Поволжья в марте - октябре 1917 г., что в значительной степени позволит увидеть глубину и значение демократизации, начавшейся в провинции после Февральской революции.

В условиях падения старого строя в феврале 1917 г. наблюдалась неизбежная ломка в организации местного гражданского управления [8. Л. 1]. 2 марта 1917 г. на основе компромисса, достигнутого Временным комитетом Государственной Думы с Петроградским Советом было сформировано Временное правительство. Основу революционного правительства России составили предста -вители российского либерализма, преимущественно кадеты, которые объявили задачу формирования нового демократического аппарата власти на местах приоритетной.

Для Поволжья в этот период было характерно проявление местных особенностей развития революционных событий в зависимости от социально-политической обстановки в той или иной губернии: её экономического положения, степени организованности общественных сил различного направления и т. п. После получения известий о свержении самодержавия в провинции начался процесс отстранения со своих постов представителей царской администрации.

Одним из первых распоряжений Временного правительства после переворота было устранение от должности губернаторов и ви -це-губернаторов и возложение лежавших на них обязанностей и прав на губернских комиссаров [9. Л.4]. Особенно бурно на это отреагировало население Пензенской и Самарской губерний, где ввиду отсутствия сдерживающих факторов в виде крепкой монархической идеологии начинаются погромы и аресты представителей старой власти.

В процессе формирования нового государственного аппарата, наиболее активно проявили себя комитеты представителей общественных организаций. По данным МВД, весной 1917 г. в России было сформировано 79 губернских, 651 уездных и более 9000 волостных комитетов [6, с. 63]. Они были «организационным оформлением народовластия в России» [5, с. 4] и выражали настроение и отношение к революционным событиям, господствовавшим в российском обществе.

Так, комитет народной власти в Самаре, первоначально возникший как особый временный городской комитет безопасности, в начале своего существования был чисто буржуазной организацией. Создание его являлось попыткой со стороны буржуазии захватить в свои руки власть, выпавшую из рук старой бюрократии. Комитет возник по инициативе старой купечески-домовладельческой городской думы [2, с. 6].

В Симбирской губернии были сформированы местные органы Временного правительства: городской комитет народной власти, в котором руководящие посты заняли кадеты во главе с князем С.М. Баратаевым, и губернский исполнительный комитет (губиспол-ком) при губкомиссаре, куда вошли наиболее видные кадетско-октябристские деятели [17, с. 131]. В марте были назначены комиссары Временного правительства во все уезды губернии, и при них создавались уездные исполнительные комитеты - органы власти помещиков и буржуазии по типу губернского центра.

Переход от старой формы правления в Симбирской губернии оказался трудным и сопровождался ростом анархии. Симбирский губисполком, заменивший губернаторскую власть, объявил, что с падением самодержавия отпали все причины, вызывавшие уголовные преступления, что гражданам новой свободной демократической России совсем не нужны исправительные заведения. Число тюрем в губернии было сокращено до трёх (Симбирское арестантское отделение, Сызранская уездная тюрьма, Симбирская женская тюрьма). Почти всех амнистировали, оставив за тюремными стенами всего 100 чел. [17, с. 134].

В телеграмме Л.Н. Кугушева о положении в Пензенской губернии от 5 марта сказано, что «властью местного Исполнительного комитета устранён губернатор Евреинов, жандармское управление ликвидировано; арестованы начальник и офицеры, остальные разоружены. Архив переведён в городскую Управу. Бригадный генерал Бек убит толпой солдат» [12. Л. 3].

П ^ V

В дальнейшем при проведении своей деятельности комитеты общественных организаций опирались на нормативные документы, принятые на общеуездных и общегубернских съездах делегатов, а также на документы, разрабатываемые и принимаемые самими комитетами.

Исполком Самарского комитета народной власти для обеспече -ния в губернии единообразия организационных форм и методов этого процесса уже 20 марта обсудил и принял разработанный специальной комиссией «Проект наказа местным комитетам народной власти». Данный документ был разослан во все уезды [10. Л. 54 об, 55].

В принятом I губернским крестьянским съездом «Наказе» строгая подчиненность комитетов народной власти сохранилась только до уездного уровня. Уездные комитеты, обладая большой независимостью от властных губернских структур, должны были стать центральным элементом системы органов власти, которым принадлежали широкие полномочия.

В ходе революционных преобразований была выработана следующая схема организации комитетов народной власти. Низшим уровнем их системы являлся сельский комитет, в выборах в который могли принимать участие все жители селения, достигшие 20-летнего возраста. Сельский комитет народной власти избирал из своего состава исполком. К компетенции сельских комитетов была отнесена административная власть, т. е. все обязанности, которыми ведала сельская полиция, продовольственный вопрос, беженский вопрос и др. [6, с. 63].

Волостные комитеты должны были формироваться на основе всеобщих, прямых, равных и тайных выборов, проводящихся на общих собраниях жителей сел и деревень волости, аналогично сельским выборам. Результаты выборов считались законными, если в собрании принимало участие не менее половины избирателей. Количество избранных в волостной комитет народной власти ограничивалось нормой представительства: один делегат от 100 жителей [6, с. 65].

Следующий уровень составляли уездные комитеты народной власти. Уездный комитет, представляя собой народное управление всего уезда, ведал административными и хозяйственноэкономическими вопросами, являлся контрольным органом всех общественных и других организаций уезда. В его состав должны были входить делегаты всех волостных комитетов, а также учреждений, общественных организаций, союзов профессиональных и политических на основе пропорционального представительства. Уездный комитет народной власти формировал исполнительный комитет. В члены исполкома могли входить, по усмотрению уездного комитета народной власти, жители уезда, не являвшиеся членами уездного комитета.

Следующим уровнем становились губернские комитеты народной власти, формировавшиеся по аналогичному принципу.

В целом во всех губерниях Среднего Поволжья полностью была поддержана и развита применительно к местным условиям, идея о необходимости передачи государственной власти на местах в руки коллективных органов власти, формируемых самим населением на основе выборов.

Процесс организации комитетов народной власти и назначение комиссаров Временного правительства в уездах губерний Среднего Поволжья отличались рядом характерных особенностей, но наблюдалась и общая тенденция к усилению влияния Советов на комите -ты народной власти. Наиболее ярко это проявилось в Николаевском уезде Самарской губернии. 3 марта в Николаевске был организован Совет рабочих и солдатских депутатов [16, с. 432]. 4 марта местная городская управа совместно с представителями гарнизона создали временный комитет народной власти [3, с. 22]. 15 марта в Николаевске был созван уездный съезд. В работе съезда принимало участие 320 делегатов от волостей уезда [11. Л. 6]. 16 марта на съезде избран уездный комитет народной власти в количестве 17 чел. Из них три представителя от рабочих и три от солдат [11. Л. 7].

Председателем уездного комитета народной власти стал эсер В.А. Сухоносенко [3, с. 37; 16, с. 440]. Уже к началу июня 1917 г. комитет народной власти полностью контролировался Советами. 2 июня постановлением объединенного заседания Советов кресть -янских, солдатских и рабочих депутатов было провозглашено, что Совет является высшей политической властью в уезде, стоящей на страже интересов трудящегося крестьянства и вообще всей трудовой демократии. Исполнительным органом объединённого Совета объявлялся Николаевский уездный исполнительный комитет народ -ной власти.

Процесс демократизации и усиление влияния Советов наблю -дался и в других губерниях Поволжья. В марте Советы рабочих и солдатских депутатов образовались в Сызранском, Ардатовском, Алатырском, Сенгилеевском и других уездах Симбирской губернии, а в начале мая - в Буинске и Карсуне. С мая по июль шло создание Советов крестьянских депутатов. Совет крестьянских депутатов являлся единственной «скрепой» многомиллионного крестьянства и единственным органом, через который крестьянство выражало свою волю [12. Л. 21]. Лидирующее положение во всех Советах губернии заняли члены партий социалистов-революционеров (эсеров) и социал-демократов (меньшевиков). Признав губернского комиссара Временного правительства и губисполком единственной законной властью в губернии, они делегировали своих представителей для осуществления контроля за их деятельностью, тем самым пытались укрепить своё положение.

Функции управления губернией между исполкомом и Советом были распределены. В руках комитета народной власти сосредоточились функции различного характера: надзор за подчиненной ме-

стностью, принятие мер и исполнение законов, назначение на должности чиновников, руководство милицией, контроль за местными судами, финансами в пределах губернии [14, с. 78]. Функциями Совета были организация демонстраций и наблюдение за органами власти. Комитеты народной власти должны были существовать в качестве органов власти на местах «до издания основных законов Учредительным Собранием» [3, с. 364]. В дальнейшем получила значительное распространение идея о том, что данные органы власти должны быть сохранены и после Учредительного Собрания. Об этом говорили делегаты II Самарского губернского крестьянского съезда, проходившего в Самаре в конце мая 1917 г. [4, с. 3]. Дальнейший ход событий показал, что эти планы не имели исторической перспективы. Временное правительство при формировании структур местной власти делало ставку на реорганизацию земского и городского самоуправления при сохранении над ними сильной контролирующей власти центра посредством института комиссаров.

Со временем в губерниях Среднего Поволжья в среде местных общественно-политических сил возобладала тенденция, направленная на постепенную передачу полномочий от комитетов народной власти к органам городского и земского самоуправления, сформированным по новым законам на основе прямого, всеобщего, тайного и равного голосования.

Процесс постепенной передачи властных полномочий от комитетов народной власти уездным земствам и городским думам на -чался в сентябре 1917 г. и был прерван новым витком борьбы за власть, развернувшимся в губерниях Поволжья после Октябрьской революции.

Таким образом, после Февральской революции созданный Временный Исполнительный комитет фактически являлся главным орга -ном нового правительства. Первоначально буржуазные по своему составу исполкомы стремились к проведению в жизнь и осуществлению предначертаний и распоряжений Временного правительства, организовывали население, давали указания и распоряжения, наблюдали за деятельностью правительственных и общественных учреждений. Следует подчеркнуть, что бурный всплеск демократизации старых самоуправлений относится в основном к марту - маю 1917 г., когда в большинстве земств России произошла полная или частичная замена старого состава. Все это говорит о том, что процесс демократизации в стране в целом и губерниях Среднего По -волжья в частности проходил достаточно глубоко, затрагивая все без исключения уровни местных структур.

Список литературы

1. Андреев А.М. Местные Советы и органы буржуазной власти 1917 г. - М.,

1983.

2. Блюменталь И. И. Первые дни февральской революции в Самаре (По материалам Самарской губернии) // Коммуна. - 1927. -12 марта.

3. Блюменталь И.И. Революция 1917-18 гг. в Самарской губернии (хроника событий). - Т. 1. - 1917 год (март-декабрь). - Самара, 1927.

4. Волжское слово. - 1917. - 2 июня. - № 113.

5. Герасименко Г.А. Первый акт народовластия в России. - М., 1992.

6 Герасименко Г.А. Трансформация власти в России в 1917 году // Отечественная история. - 1997. - № 1. - С. 61-73.

7. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 1788. Оп. 1. Д. 123.

8 ГАРФ. Ф. 1788. Оп. 2. Д. 1.

9 ГАРФ. Ф.1788. Оп. 2. Д. 1. Л. 4.

10. ГАРФ. Ф. 1788. Оп. 2. Д. 138.

11. ГАСО. Ф. 813. Оп. 1. Д. 13.

12. ГАУО. Ф. 677. Оп. 2. Д. 6.

13 Кабытов П.С. Курсков Н.А. Вторая русская революция. Борьба за демократию на Средней Волге в исследованиях, документах и материалах. 19171918 гг. - Самара, 2002.

14. Липатова Н.В. К вопросу о специфике развития Советов рабочих и солдатских депутатов в Поволжье в 1917 г. Локальный аспект // Журн. молодёжной культуры. - 2004. - 30 сентября. - С. 71-82.

15. Минц И.И. История Великого Октября. - Т. 1. - М., 1967.

16. Попов Ф.Г. Летопись революционных событий в Самарской губернии. 1902-1917 гг. - Куйбышев, 1969.

17. Точёный Д.С., Точёная Н.Г. Организация политических партий на выборах в думы поволжских городов в 1917 г. - М., 1989.