Оптимизация структуры топливно-энергетического потенциала России в системе глобальных торговых координат

ОПТИМИЗАЦИЯ СТРУКТУРЫ ТОПЛИВНО-ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА РОССИИ В СИСТЕМЕ ГЛОБАЛЬНЫХ ТОРГОВЫХ КООРДИНАТ

К.Э. Гафарова, канд. экон. наук, доцент Е.И. Осадчий, канд. геогр. наук, доцент

Институт экономики и управления ФГАОУ ВО «КФУ имени В.И. Вернадского»

Аннотация. В статье рассмотрены теоретические и практические аспекты оптимизации структуры топливно-энергетического потенциала Российской Федерации, его определяющее значение в реализации национальной энергетической стратегии. Анализируются современные проблемы экспортной политики России в сфере топлива и энергии.

Ключевые слова: топливно-энергетический потенциал, топливно-энергетические ресурсы, энергопотребление, мировая торговля энергоресурсами, энергетическая стратегия.

Природные топливно-энергетические ресурсы (ТЭР) являются необходимым условием развития любой экономики. При прочих условиях устойчивого развития (мощное производство, высокий научно-технический потенциал) наличие богатых и разнообразных ТЭР дает странам - их обладателям дополнительные преимущества, в первую очередь, во внешней торговле. Последнее особенно важно для России, экономика которой тесно вплетена в ткань мировой торговли энергоносителями. Вместе с тем исчерпаемость ТЭР, их все усложняющаяся эксплуатация, как и сокращение удельного веса топливных товаров мировой торговли (с 18% до 8%) выступают своеобразными вызовами, на которые должна отвечать национальная экономика. При явной актуальности цель данного исследования лежит в плоскости анализа сложившейся структуры топливно-энергетического потенциала (ТЭП) России и необходимых трансформаций, оптимизирующих ее участие в мировой торговле.

В исследовательском плане оптимизация ТЭП связана, в первую очередь, с унификацией данного понятия. Обращение к авторским публикациям, касающихся его дефиниций (В. Бушуев, Г. Лукашов, В. Клавдиенко, С. Цеханов и др.) выявляет разные варианты трактовки этого понятия. Диапазон определений ТЭП весьма широк: от чрезвычайно узкого (как годового объема добычи и производства ТЭР) до все-

объемлющих характеристик (совокупность энергоресурсов, добыча и эксплуатация которых технически возможна и экономически эффективна). Недостаток таких трактовок заключается в том, что авторы видят в ТЭП лишь максимально возможные масштабы эксплуатации ТЭР в идеальных условиях организации такой деятельности. Между тем в определении содержания ТЭП целесообразна интеграция нескольких составляющих. Прежде всего, под энергетическим потенциалом следует понимать природные топливно-энергетические ресурсы (ТЭР) территории. А именно - природные ресурсы (углеводородное сырье, водные ресурсы и т.д.) и природные условия территории (ветровой режим, солнечная активность и т.д.). Вторым элементом понятия энергетического потенциала выступает совокупность мощностей по извлечению энергетических ресурсов: все разрабатываемые месторождения первичных ТЭР, а также технические средства по преобразованию природных ресурсов и условий в тепло- и электроэнергию. В-третьих, в это понятие логично включить все мощности по преобразованию первичных ТЭР: электростанции, котельные, нефтеперерабатывающие заводы, технические средства по прямому преобразованию отходов во вторичные энергоресурсы. Наконец, в ТЭП должен входить потенциал транспортной инфраструктуры, служащей для передачи и распределения энергии: электрические сети, теплопрово-

ды, нефтепроводы, газопроводы, нефте-продуктопроводы. Таким образом, в искомое понятие входит не только природная ресурсная база, но и мощности по добыче, переработке и транспортировке топлива и энергии. Подобное восприятие ТЭП требует от управленческих и производственных структур РФ расширенного понятия его структуры и результат, определенного пересмотра внешнеэкономической политики в сфере использования ТЭР. Такая политика должна учитывать реальную ситуацию и прогнозные оценки эксплуатации мирового ТЭП.

В первую очередь, следует учитывать основные тенденции в энергопотреблении. По данным МИРЭК (Мировой Энергетической Конференции) потребление первичных энергетических ресурсов за ХХ век выросло более чем в 10 раз, превысив 15 млрд. тонн условного топлива и 19 млрд. КВт электроэнергии. При реализации прогноза (увеличения энергопотребления на 2% в год) это потребует увеличения затрат энергоресурсов в XXI веке в 7 раз, т.е. более 100 млрд. Данное обстоятельство уже ставит энергосфере мира и России задачу структурного совершенствования в производстве традиционных и иных энергоносителей. Нельзя не учитывать факт, что в структуре энергопотребления в мире доминируют нефтепродукты, их доля превышает 37% от суммарного спроса на энергоресурсы. Доля газа составляет более 24%, угля - около 27%, а электроэнергии ГЭС И АЭС - по 6%. В то же время доля органических энергоносителей в суммарных геологических запасах планеты оценивается следующими величинами: нефть - 16%, газ - 17%, уголь -67%. В России при доле нефти в суммарных запасах первичных ТЭР около 8%, ее добыча составляет почти 39% от суммарной добычи и производства первичных энергоресурсов. Соответствующие соотношения по газу составляют 24 и 43%, по углю - 28 и 11%, а по урану -38 и 2,5%. Таким образом, как в мире, так и в России, в структуре добычи и производства первичных энергоресурсов наблюдается неадекватность с объемами их запасов.

Обеспеченность разведанными запасами составляет в мире по нефти 42 года, по газу - 67 лет, по углю - почти 230 лет, а в России, соответственно, - 30,80,500 лет [1]. В перспективе темпы несоответствия обусловят масштабные ценовые изменения, которые будут стимулировать потребления рост твердого топлива, а это предполагает внедрение новых технологий использования угля и урана. Все это потребует соответствующих объемных инвестиций для развития национального ТЭК.

Определяющие значение для мировой энергетики и топливной промышленности, как и для торговли их продукцией, будет иметь складывающаяся энергетическая структура. На ее формирование воздействуют помимо ценовой политики энергосбережения, усиливающийся координирующий контроль со стороны МЭА (Международного энергетического агентства) и ОПЕК. Помимо усиления регулирования мировой торговли энергоресурсами на ситуацию воздействуют ограниченность и неравномерность распределения природного топлива и энергии. В этом плане РФ находится в выгодной внешнеторговой позиции. Располагающая примерно 30% мировых запасов энергоресурсов и потребляя лишь 7% от их суммарного расхода, наша страна имеет широкий спектр маневрирования такими ресурсами, в первую очередь, во внешней торговле. Важным компонентом экспортной политики России выступает диверсификация рынков, как по видам энергоресурсов, так и по регионам. После 2005 г. замедлился рост доли нефти и нефтепродуктов в энергетическом экспорте страны за счет повышения доли газа и увеличения экспорта угля. В первое десятилетие текущего века основным для России по-прежнему выступал рынок Западной и Центральной Европы. Доминирующим энергоресурсом здесь останется нефть: ее доля в суммарном энергопотреблении сохранялась на уровне 40-41% до 2010 г., после чего стала медленно снижаться. Россия и далее будет присутствовать на европейском рынке со стабильными объемами нефти. Экспорт в Европу российского газа увеличился к 2010 г. на

20-25% по сравнению с 2009 г., с 2000 г., а затем стабилизировался вследствие взятых на себя странами ЕС обязательств по ограничению импорта из одного источника и проводимой политики санкций [2].

Согласно Энергетической стратегии Российской Федерации на период до 2030 года, Россия намерена отреагировать на сдвиги в размещении мировых потребностей в энергоресурсах, прежде всего отказом от моноевропейской ориентации своего экспорта, а также активным наращиванием импорта и транзита энергоресурсов, в первую очередь, стран Центральной Азии. Страна уже проявила интерес к участию на энергетических рынках АТР путем разработки проектов освоения ресурсов нефти и газа на шельфе Сахалина. Их реализация обеспечит добычу 20 млрд. куб. м газа и 24 млн. т. нефти, которые пойдут преимущественно на экспорт. Наиболее крупными и эффективными являются проекты экспорта в Китай и в Корею (30 млрд. куб. м природного газа) по трубопроводам из Восточной Сибири, Якутии и острова Сахалин. Потребность европейских партнеров по СНГ будут обеспечивать импортные энергоресурсы, в основном газ, нефть и нефтепродукты из России при возрастающей доле их поставок из Средней Азии и Казахстана. Продолжится интеграция энергетического сектора стран СНГ, в том числе и путем совместного освоения месторождений нефти и газа, сооружения совместных транзитных энергетических коммуникаций.

Утверждение энергетической стратегии России на период до 2030 г. также связано с рядом внешних вызовов (неустойчивостью мировых энерго рынков, скачками цен на ТЭР и др.), дестабилизирующих развитие национального энерго сектора. Стратегией предусмотрено рациональное снижение доли ТЭР в структуре российского экспорта с одновременной дифференциацией зарубежных продаж энергоносителей [3].

Одновременно рост экспорта ТЭР будет затруднен по ряду оснований (высокий уровень износа фондов нефте- газодобычи, недостаточные средства на инновации, ограничения со стороны ряда стран на импорт из России). Поэтому инерционный сценарий развития внешней торговли обрекает экономику на замедление темпов экономического роста, требуя помимо реализации накопленных конкурентных возможностей поворота и инновационной модели, последнее требует глубокой перестройки топливно-энергетического хозяйства и внешнеэкономических связей.

Таким образом, с появление энергетического разделения труда в 60-е годы ХХ в., Россия стала одним из ведущих и стабильных партнеров на глобальном рынке энергоносителей, активно используя накопленные ТЭП. Происходящие структурные трансформации в мировом энергопотреблении существенно воздействует на конъюнктуру энергетических рынков, что вызывает потребность в кардинальных изменениях во внутренней политике и сцена-

риях развития внешней торговли РФ.

Библиографический список

1. Клавдиенко В.П. «Сырьевая составляющая устойчивого развития мирового Сообщества» / В.П. Клавдиенко // Вестник МГУ. - Сер. 6. - Экономика. - 2002. - №2. - С. 23-36.

2. Россия в цифрах. 2013. -Крат. Стат. Сборник. - М.: Росстат, 2014 - 437с.

3. Распоряжение Правительства РФ от 13.11.2009г. «Энергетическая стратегия России на период до 2030 года». [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http//www.kremein.ru.

STRUCTURE OPTIMIZATION OF FUEL AND ENERGY POTENTIAL OF RUSSIA IN

GLOBAL TRADE REFERENCE

KE Gafarova, candidate of economic sciences, associate professor EI Osadchiy, candidate of geographical sciences, associate professor

Institute of economics and management (academic unit) of V.I. Vernadsky Crimean federal university

Abstract. The article deals with the theoretical and practical aspects of optimizing the structure of the fuel and energy potential of the Russian Federation, its decisive importance in implementing the national energy strategy. The current problems of the export policy of Russia in the sphere of fuel and energy are analyzed.

Keywords: fuel and energy potential, fuel and energy resources, energy consumption, world energy trade, energy strategy.