Структура эпического сюжета (на материале Синьцзян ойратской и калмыцкой версий эпоса «Джангар»)

ББК 83.3 Калм

СТРУКТУРА ЭПИЧЕСКОГО СЮЖЕТА

Ц.Б. Селеева

Статья посвящена детальному рассмотрению компонентов и типовых схем эпического сюжета.

Ключевые слова: эпос «Джангар», структура эпического сюжета, элементы структуры.

The paper is dedicated to the detail analysis of the components and typical schemes of epic subject.

Keywords: epic "Janggar", structure of epic subject, elements of the structure.

Эпический сюжет - это вполне конкретная событийная канва, цепь эпизодов, составляющих реальное содержание данной песни и сосредоточенных в первую очередь вокруг главной эпической коллизии; это вместе с тем, и система отношений между персонажами, и внутренние обстоятельства, определяющие эти отношения.

Типовые схемы - это одна из форм или один из уровней обобщения сюжетики. Другой важной формой их типизации в традиционной фольклористике считают сюжетную тему, которую мы вправе рассматривать как предельную степень схематизации и формуляризации сюжета.

Исследование темы как специфического феномена эпического искусства существенно изменяет сложившуюся картину в эпосове-дении, где преобладали наблюдения над «общими» (или «типическими») местами, клише, традиционными мотивами. Так, А.Б. Лорд в своем исследовании [1] успешно развил идеи, начало которым было положено трудами А.Ф. Гильфердинга и его продолжателей, М. Мурко, В.М. Жирмунским. Для теории Пэрри-Лорда характерно то, что в категорию признаков устности (применительно в первую очередь к эпической поэзии) обязательно входит способ создания текстов. Этот способ, по их мнению, заключается в построении метрических стихов и полустиший посредством формул и формульных выражений и в построении песен с помощью тем в процессе самого исполнения [2, с. 14]. Наряду с формульным стилем теория Пэрри-Лорда придает исключительное значение «теме» как одному из специфических элементов эпического повествования, опора, на который обеспечивает жизнь песне [3, с. 336]. Тема, согласно теории Пэрри-Лорда, это сюжетный элемент (subject unit), группа идей, регулярно употребляемых певцом не просто в каком-то отдельном произведении, но в поэзии

в целом [4, с. 336]. Она также является одним из критериев, подтверждающих устное происхождение эпоса.

Именно темы, их последовательность, выстроенность определяют движение нарра-тива, его содержание и на отдельных участках, и полностью на всем пространстве текста. Эпический рассказ движется от темы к теме, словно по заранее расставленным вехам [5, с. 187]. Позднее, такие важнейшие понятия, введенные Т. Ван Дейком и У. Кинчем [6], как макроструктуры текста (для его «сути», «общего содержания», «темы») и суперструктуры (для правил его построения), стали применимы и для исследования эпической традиции. Согласно Л. Харвилахти [7, с. 34-35], жанровые модели и стилистические формы устной традиции входят в суперструктуру, тогда как персонажи (включая ролевые амплуа), сюжетные ситуации и действия образуют иерархические макроструктуры. В данной главе мы рассмотрим тематическую структуру синьцзян-ойратской и калмыцкой версий «Джангара».

Типовая композиционная структура монгольского эпоса описывалась и рассматривалась в работах Г.И. Рамстедта, Н.Н. Поппе, Л. Тудэва, В. Хайссига, Ж. Ринчэндоржа, С.Ю. Неклюдова, А.Ш. Кичикова, Т.Г. Борджановой и др.

Так, А.Ш. Кичиков выделяет в эпосе двенадцать конструктивных элементов: бездетность престарелых родителей; их молитва о потомстве; чудесное зачатие и рождение ребенка; наречение его именем; чудесный рост и детство героя; выбор коня; известие о суженой; путешествие к невесте; брачные состязания; возвращение и свадьба; путевые приключения; освобождение родителей, полоненных врагом; описание мирной и счастливой жизни [8, с. 12].

Взятый нами за основу термин Пэрри-Лорда («тема») в фольклористике соотносится

с понятиями сюжета, мотива, алломотива. Так, например, некоторые мотивы образуют семантические блоки или пучки, тесно связанные с контекстом. Такие блоки, по мнению Б.Н. Путилова, выступают как целостные части сюжетов. За ними следуют новые блоки, и таким образом сюжет движется не просто мотивами, а блоками мотивов, их сцеплениями [9, с. 187]. Например, характерный для начала песен «мотив пира в ставке Джангара», кроме самого пира включает речь Джангара и богатырей, приход чужого посла или известие об антагонисте, реакцию собравшихся и поручение богатырю. Так «мотив снаряжения богатыря» включает в себя: седлание богатырского коня, описание одежды и оружия богатыря, выправку коня. Наряду с «мотивом оружия» в чистом виде (т.е. его описания) имеются элементы дарения оружия, его передачи во временное пользование и т.д. В свою очередь, подробное описание деталей оружия, допустим, плети или меча образуют отдельный мотив. Таким образом, происходит выделение макро- и микроуровней мотива.

Архаична принципиальная двухтемность эпоса монгольских народов: богатырское сватовство и борьба с демоном или враждебным иноплеменником обычно с целью возвращения похищенного им ранее (семьи, подданных, имущества героя) и восстановления гармонического миропорядка [10, с. 77].

Рассмотрим сюжетную структуру некоторых песен синьцзян-ойратской и калмыцкой версий «Джангара»: песни, кодифицирующие в названии архаический пласт и посвященные теме героического сватовства, поездки к суженой. К данному тематическому блоку мы относим три песни: «Главу о женитьбе Салькин-Таваг-богатыря» (№ VI, сказитель Дарам), «Главу о женитьбе Хонгора» (№ VII, сказитель Рампил), «Главу о женитьбе Хошуна Алого» (№ XV, сказитель Пюрбэй).

Экспозиционная часть сюжета «Главы о женитьбе Салькин-Таваг-богатыря» (№ VI, сказитель Дарам) включает в себя элементы 1-7, реализованные в следующей последовательности: 1. пир в ставке Джангара - 2. снаряжение богатыря в путь. - 3. преодление пути богатырем - 4. прибывание богатыря в ставку другого богатыря - 5. вхождение богатыря в ставку - 6. интерес хозяина ставки о причине приезда богатыря - 7. изложение цели приезда богатырем. Следует отметить, что вышеперечисленные элементы являют собой обобщенный уровень экспозиции. Конкретизация же компонентов происходит в рассмотрении каждого из элементов структуры

на содержательном уровне. Так элемент 1. пир в ставке Джангара включает в себя // 1а. высказывание Алтана Цеджи - 1Ь. высказывание Салькин Таваг богатыря - 1с. высказывание Мингияна - Ы. изложение Салькин Тавагом намерения (взяв с собой Хонгора посетить другие державы). Данный элемент является маркером в плане выделения главного героя сюжета главы - Сальикн Таваг богатыря. Все последующие элементы экспозиции связаны с функцией главного героя: 2. снаряжение богатыря (Салькин Тавага) в путь // 2а. седлание коня - 2Ь. снаряжение богатыря; 3. богатырь (Салькин Таваг) в пути // 3а. преодоление пути

- 3Ь. отдых в пути - 3с. продолжение пути; 4. богатырь (Салькн Таваг) прибывает в ставку другого богатыря (Хонгора) // 4а. обозревание Хонгором приближающегося к ставке всадника - 4Ь. привязь коня богатыря (Салькин Тавагом); 5. вхождение богатыря (Салькн Тавага) в ставку Хонгора // 5а. поклон и приветствие; 6. интерес Хонгора о причине приезда богатыря (Салькин Тавага); 7. изложение богатырем (Салькин Тавагом) причины приезда к Хонгору // 7а. проведывание Хонгора - 7Ь. дальнейшая поездка в ханство Торгон Джолы - 7с. седлание коня богатыря (Салькин Тавага) и отпраление в путь. Таким образом, экспозиционная часть в главе 6 сказителя Дарама имеет развернутую внутритекстовую структуру.

Последующие элементы

- 11Ь. расправа богатыря (Салькн Тавага) над антагонистом (Арха Сархой) - 11с. принятие прежнего обличья (Салькн Тавагом); 12. прибывание богатыря (Салькин Тавага) в ставку антагониста (Торгон Джолы хана); 13. пир в ставке антагониста (Торгон Джолы хана) // 13а. осведомление в ставке о приближении богатыря-чужестранца (Салькин Тавага) -13Ь. выдвижение ханом-антагонистом (Торгон

Джолой) армии

- 14Ь. подготовка богатырем (Салькин Тавагом) боевого снаряжения - 14с. сражение богатыря (Салькин Тавага) с богатырем-антагонистом (Догшин Харой) и его стотысячной армией

- 14^ расправа над антагонистом, является, на наш взгляд, одним из кульминационных в данной главе. Последующие элементы 15-16 являются подготовительными и переходными ко второму кульминационному моменту главы: 15. прибытие богатыря (Салькин Тавага) в ставку антагониста (Торгон Джолы хана) // 15а. смена обличья самого богатыря (Салькин Тавага) и коня (на тархая-паршивца и плохого двухлетку) и 16. объявление ханом (Торгон Джолой) о проведении трех видов состязаний за невесту (младшей дочери Торгон Джолы хана) // 16а. приветствие хана (Торгон Джолы) участников состязаний - 16Ь. проявление интереса хана (Торгон Джолы) к мальчику-тархаю (Салькин Тавагу) - 16с. демонстрация богатырской удали мальчиком-тархаем (Салькин Таваг выпивает арзу в большом количестве). Элементы 17. участие мальчика-тархая (Саль-кин Таваг богатыря) в трех видах состязаний за невесту (дочь хана Торгон Джолы) // 17а. победа мальчика-тархая в состязаниях - 17Ь. поединок с Темер Бюсом - 17с. три предсмертных желания - расправа над антагонистом и 18. объявление победителем богатыря (Салькин Тавага) // 18а. смена обличья мальчика-тархая на прежний облик богатыря (Салькин Тавага) являются второй кульминационной точкой в главе. Развязка сюжета дана в элементах 19-20 главы, где идет речь о завершающих событиях в песне: 19. пир в честь победителя (Салькин Таваг богатыря) в ставке Торгон Джолы хана; и 20. выдача замуж дочери Торгон Джолы хана за Салькин Таваг богатыря // 20а. совет коня взять приданое в виде потомства сиротки-мальчика, сиротки-щенка и иротки-теленка. Элементы эпилога - 21. возвращение богатыря (Салькин

Тавага) с невестой домой // 21а. встреча богатыря (Салькин Тавага) Алтаном Цеджой и 22. пир в ставке Джангара.

Привлечение ксюжетно-композиционному анализу еще одной главы позволит нам сравнить тематическую структуру и внутритекстовые элементы песен синьцзян-ойратской версии, посвященных героическому сватовству, выявить соответствия и различия их компонентов. Глава «О Хан-Сийр-витязе» - один из редких примеров разработки в синьцзян-ойратской традиции «Джангара» темы богатырского сватовства в духе поздней циклизации. Это весьма популярное в Синьцзяне сказание, повествующее о поездке Хан-Сийра к суженой и драматических коллизиях (убийство героя его побратимом-изменником, ослепление и остракизм принцессы, верной суженому, разоблачение и наказание ложного жениха Хонгором), возможно самостоятельное в прошлом, оказалось втянутым в орбиту Джангариады в силу ее циклизующего начала [11, с. 157]. Содержание главы «О Хан-Сийр-витязе» (№ IX. сказителя Люрюба) в сокращенном варианте представляет нижеследующую сюжетно-тематическую структуру, состоящую из 31 элемента:

Экспозиционное начало - элемент 1. Дача совета-наказа (матерью и отцом) богатырю (Хан-Сийр-витязю) // 1а. рассказ родителей (перед кончиной) богатырю (Хан-Сийр-витязю) о Бумбайской державе, Джангаре и Хонгоре и суженой Мендл Го - 1Ь. выявление родсвенных связей с ними - 1с. совет навестить их. По семантике данный элемент явно восходит к сказочным мотивам-зачинам, когда родители или один из них в качестве завещания оставляют наследство или совет-наказ, иногда сообщают важную информацию-код, которая впоследствии поможет герою. Зачин джанга-ровских песен чаще всего традиционно включает повествование о стране Бумбе, Джангаре и его богатырях, что не стало исключением и в данной главе. Элементы 2-6 относятся к блоку «путь героя (в страну Джангара)»: 2. собирание в путь богатыря (Хан-Сийр) // 2а. снаряжение богатыря - 2Ь. седлание коня; 3. преодоление пути богатырем (Хан-Сийр) // 3а. встреча в пути богатыря (Хан-Сийр) с богатырем (Улада-баатром); 4. поединок богатыря (Хан-Сийр) с богатырем (Улада-баатром) // 4а. победа над богатырем (Улада баатром) - 4Ь. просьба богатыря (Улада-баатра) стать помощником (Хан-Сийр); 5. отдых в пути (Хан-Сийр-витязя и Улада-баатра) // 5а. попытка (Улада-баатра) убийства спящего богатыря (Хан-Сийр) - 5Ь. отпор богатыря (Хан-Сийр) - 5с. просьба о по-

щаде (Улада-богатыря); 6. побратимство богатырей (Хан-Сийр и Улада-баатра). Элементы 7-8 повествуют о встрече богатырей с Алта-ном Цеджи: 7. приближение богатырей (Хан-Сийр и Улада баатра) к ставке Джангара; 8. встреча Алтаном Цеджи богатырей (Хан-Сийр и Улада баатра) // 8а. расспрос Алтаном Цеджи богатырей (Хан-Сийр и Улада баатра - 8Ь. представление Хан-Сийр-витязя); 9. сообщение богатыря (Хан-Сийр) Алтану Цеджи о поездке в дальнюю страну (Менген хана к рагни Мендл Го) // 9а. совет-напутствие богатырям Алтаном Цеджи. Данный сюжет относится к традиционному блоку «встречи в пути», иногда в пути богатырю встречается персонажы нейтральной стороны, не принадлежащие к действующей оппозиции «свой-чужой» (своя держава - држава антагониста), дающие нужную герою информацию или совет-напутствие. Элемент 10. Отдых в пути богатырей (Хан-Сийр витязя и Улада-баатра) // 10а. погружение в сон богатыря (Хан-Сийр) - 10Ь. расправа богатыря-помощника (Улада баатра) над богатырем (Хан-Сийр) (разрубание Хан-Сийр на две части, из которых образуются два холма) - 10 с. смена обличья богатрем-помощником (Улада баатром) (облачение в одежду и доспехи Хан-Сийр и седлание его коня). В данной главе структура имеет дискретное развитие сюжета, связанное с главным героем Хан-Сийр и другими персонажами главы. Казалось, что линия, связанная с главным героем завершается элементом 10, но затем в функцию вступают иные персонажи, порождающие новые линии развития сюжета. Песня специфична с точки зрения функции главного героя (Хан-Сийр-витязя), который принимает участие в экспозиционной части, а затем функции уничтожения соперника, участия в борьбе за невесту и возрождение его самого, традиционно совершаемая самим героем как «определенная инициация», в данной главе совершается другим богатырем (Хонгором), из родственной ему Бумбайской державы. Таким образом, элемент 10 завершает повествование с прямым участием героя (Хан-Сийр) и все дальнейшее развитие сюжета происходит без него.

Элемент 11. направление богатыря-соперника (Улада-баатра) в страну (Менген хана к рагни Мендел Го). В этом элементе происходит измененение семантики персонажа (Улада баатра), из богатыря-помощника (Хан-Сийр), он переходит в разряд богатыря-соперника (Хан-Сийр) и претендента на руку рагни. Последующие элементы 12-16 относятся к сюжету «исполнение трудной задачи

(добыча трех пудов золота в стране мангаса по велению Джангара)», который носит автономный характер и, будучи изъятым, из общего плана струкутуры, не изменит предыдущего и последующего взаимосвязанного развития действия. Но этот сюжет, по всей вероятности предпринят как попытка введения в план повествования героя Хонгора, который в последующих элементах займет функцию главного персонажа главы. Таким образом, наблюдается цельная реализация сюжета от начального до конечного элемента: элемент 12. (тем временем в ставке Джангара) приказ Джангара добыть из мангасовской страны три пуда золота; элемент

13. преодоления пути богатырем (Хонгором);

14. прибывание богатыря в ставку антагониста (мангаса) // 14а. присутствие богатыря (Хонго-ра) на пиру антагониста; 15. выполнение богатырем (Хонгором) трудной задачи (добыча золота) в стане антагониста; 16. благополучное возвращение богатыря (Хонгора) в ставку Джангара. В данном мини-сюжете реализованы все этапы от экспозиции до развязки.

Элементы 17-18, как продолжение элемента 11, на котором прервалось повествование об Улада-баатре: 17. прибывание богатыря (Улада-баатра в обличье Хан-Сийр) в ханство Торгон Джолы; 18. распознание богатыря (мнимого Хан-Сийр) // 18а. наблюдение служанки ханской дочери за прибывшим богатырем - 18Ь. высказывание своих сомнений о мнимости богатыря хозяйке - 18^ отказ ханской дочери своему отцу. Кульминацией данной сюжетной линии является элемент 19. расправа хана (Менген) над дочерью (Мендел Го) из-за отказа выйти замуж (за мнимого жениха) // 19а. ослепление глаз и оставление без пищи Мендел Го. Казалось бы, развязка уже близка, так как выявлена мнимость прибывшего богатыря - претендента на руку ханской дочери, но в это не верит сам хан и чинит расправу над дочерью. Элементы 20-24 посвящены сюжету «о пребывании Хонгора в стране Менген хана». С элемента 20. прибытие богатыря (Хонгора) в ставку хана (Менген хана) // 20а. смена обличья самого богатыря (Хонгора) и коня (на тархая-паршивца и плохого двухлетку) - 20Ь. просьба тархая-паршивца остаться на ночлег у старика со старухой - 20с. усыновление тархая-паршивца стариком со старухой; повествование приобретает динамическую окраску. Вступление в действие Хонгора, скорее всего, мотивировано отсутствием главного героя повествования (Хан-Сийр превращен в два холма, а Улада-баатр уличен в мнимости). Элемент 21, встреча рагни и тархая-паршивца //

21а. исход сияния от тархая, которое увидела незрячая рагни - 21Ь. отправление рагни своей служанки для наблюдения за тархаем - 21с. распознавание служанкой богатыря за обликом тархая - 2Ы. приглашение от рагни отведать с ними пищи; в какой-то степени созвучен с элементом 18, когда служанка распознает каждого из вновь прибывших богатырей (Улада-баатр и Хонгор), и отличен, так как выступает оппозиционно по результату наблюдения и по реакции рагни, если в первом случае рагни отвергает, то здесь, напротив, проявляет интерес. Следующий элемент 22. беседа тархая-паршивца с рагни (Мендл Го) // 22а. рассказ рагни тархаю-паршивцу о мнимом богатыре (Хан-Сийр); выступает в тесной взаимосвязи связи с двумя последующими элементами: 23. поиски мальчиком-тархаем мнимого богатыря (Хан-Сийр) // 23а. нахождение его в ханстве Менгн хана; и 24. богатырский поединок тархая-паршивца (Хонгора и Улада-баатра) // 24а. расправа тархая-паршивца над антагонистом (Улада-баатром). На этом завершается сюжетная линия, связанная с персонажем Улада-баатром. Последующие элементы 25-27 функционально относимы к категории реанимирующих мотивов. Так, элемент 25. чудесное исцеление богатыря (Хан-Сийр) // 25а. возвращение к жизни (Хонгором) богатыря (Хан-Сийр) соотносим с элементом 10. в категории «смерть-возрождение героя» (Хан-Сийр), а элемент 27. чудесное исцеление рагни (Менл Го) с элементом 19. в категории «ослепление-исцеление рагни». Элемент 26. прибывание богатырей (Хонгора и Хан-Сийр) в ставку хана (Менген) за суженой (Мендл Го), связующий в данном пучке. Завершающий повествование героя в чуждом для него локусе (локус ханства суженой) элемент 28. пир в ставке тестя // 28а. дарение коня ханом (Менген) дочери (Мендл Го). Элементы 29-31 относятся к традиционному сюжету «возвращения богатыря из чужого локуса»: 29. возвращение домой (в ставку Джангара) богатырей (Хонгора и Хан-Сийр) // 29а. преодоление пути - поклонение богатыря (Хан-Сийр) Джангару - 29Ь. напут-свие Джангара богатырю (Хан-Сийр-витязю) -29с. одаривание подарком ханшей Ага Шавдал рагни (Мендл Го); 30. пир в ставке Джангара; 31. вхождение богатыря (Хан-Сийр-витязя) во владения Джангара.

В сопоставительном плане также привлекается глава из малодербетовской версии «Джангара» «О победе Джангара над мангасо-вым Уту-Цаганом» [12, с. 88-122]. Выбор обу-словен тем, что эта глава принадлежит одной

из ранних (архаических) версий (малодербе-товской) и в тематическом плане посвящена «борьбе с мангасом», т.е. антагонистом выступает мангас. Для малодербетовского цикла характерна наиболее четко выраженная сюжетно-композиционная последовательность песен и в то же время сюжетная законченность и самостоятельность каждой из них. Содержанием песни является поражение Хонгора в поединке с Шара-Бирменом, витязем чужеземного нойона Уту-Цагана, поход богатырей Джангара, битва с Уту-Цаганом и победа над ним. Начало песни обусловлено активной позицией двух богатырей (Хонгора и Алтана Чээджи) без особо выраженного традиционного участия Джангара-богдо (элементы 1-3). Сообщение «вести об антагонисте» происходит с уст мудреца Алтана Чээджи, после бурных речей захмелевшего богатыря и последующая бурная реакция Хонгора на клятву антагониста полонить Бумбайскую державу. Аналогичный зачин, когда захмелевший Хонгор кричит о том, «что нет никого кого бы он не мял в своими кулаками, и нет никого, кто не стал добычей в тороках его коня Оцол Кеке Галзана» в главе сказителя Ээлян Овла «О том, как богатырь Хонгор, потомок Бумба-хана Тибетского, внук Ширкея Уравновешанного, первенец Менген-Шигширге-силача, рожденный Шилтэй-Зандан-Гэрэл хатун в ее двадцатидвухлетнем возрасте, мирно расстался с поверженным им богатырским Хара-Джилган-ханом» [13, с. 92-109]. Непременно следующее за этим «собирание в путь богатыря» (эл. 4.) включает «седлание коня» и ритуал «отправления в путь богатыря». Четко выраженная граница эпического пространства «своей-чужой» территории маркируется границей-горой (эл. 5.), где богатырь ожидает антагониста (эл. 6.). Встреча богатыря и антагониста начинается с традиционного диалога (эл. 7.), затем богатырь пускается в погоню, настигает антагониста (эл. 8) и вступает в богатырский поединок (эл. 9), где богатырь терпит поражение от антагониста и становится плененным. Антагонисту (Шара-Бирмену) с плененным богатырем (Хонгором) в пути встречается мальчик-сирота из страны Джангара, который, узнав Хонгора, спешит сообщить весть Джангару (эл. 10). Мальчик сирота выступает в роли «богатырского помощника». Сообщив весть Джангару, мальчик-сирота получает вознаграждение (кочевье) (эл. 11.).

Аналогичный по типу мотив мы встречаем в «Главе о Хату-Хара-Сангсаре» сказителя Пюрбюджаба «мотив тархая-паршивца, сообщающего важную весть» встречается в следующей сюжетной реализации: в страну

Джангара прибывает посланник Хату-Хара Сангсара и на пиру произносит речь с ультимативным требованием трех вещей: богатыря Мингъяна, ханши Абай-Гэрэл и Зээрэд-коня. Джангар устраивает в честь прибывшего гостя шестимесячный пир. В это время Джангар тайно отправляет мальчика-тархая с письмом в ставку Шигширги. Мальчик-тархай, преодолевая длинный путь, благополучно доставляет письмо Джангара. Шигширге читает письмо о нависшей угрозе, о том, что Джангар стар, и не в силах справиться с прибывшим антагонистом. Шигширге в свою очередь запрещает мальчику-тархаю осведомлять обо всем этом своего сына Хонгора. Мальчик-тархай, не смотря на запрет, отправляется на поиски Хонгора. Он находит альчик свиньи, а затем и светлолицего спящего на горе из альчиков мальчика. Мальчик-тархай догадывается, что это и есть Хонгор. Он вступает с Хонгором в игру (альчики) и проигрывает, а затем пускается в бегство от Хон-гора и иносказательно сообщает о Хату-Хара-Сангсаре. Хонгор настигает мальчика-тархая и просит поведать подробности известия о Хату-Хара-Сангсаре и об угрозе, нависшей над Бумбайской державой. Мальчик говорит обо всем Хонгору. В ставке Шигширге происходит вознаграждение тархая-паршивца и его побратимство с Хонгором. На этом сюжетная линия, связанная с тархаем-паршивцем завершается, далее повествуется о Хонгоре, который принял решение ехать на выручку в страну Джангара. Данные реализации мотива тархая-паршивца выпадает из традиционного ядра: мальчик изначально выступает в облике тархая и его роль скорее посыльного и связующего звена в развитии сюжетных линий и персонажей данной песни. Сюжет о волшебном превращении героя в тархая-паршивца для выполнения определенных задач в данном примере трансформируется и актуализируется социальными мотивами. Мальчик-тархай выступает в роли слуги, посыльного, но в то же время ему отведена важная миссия сообщение вести в первом случае и доставки письма во втором, требующая обладания определенными знаниями и умениями дипломатического характера для убеждения богатырей и Джангара в первом случае и нахождения и убеждения Хонгора откликнуться на просьбу Джангара во втором.

Дальнейшее развитие сюжета происходит с момента принятия решения Джангаром и воззвания к богатырям об освобождении Хонгора (эл. 12). Данная ситуация сопоставима с мотивом в главе «О том, как Алый Хонгор в смертельно опасном походе сокрушил устрашающе-

грозного Мангна-хана, ездящего на чалом коне Араг-Манзы, и подчинил [его] августейшему государю Джангару на тысячу и один год» сказителя Ээлян Овла (калмыцкой версии), когда обессилевшийся и раненый Хонгор сражаясь в одиночку с армией Мангна-хана отправляет знамя антагониста через Мингияна Джан-гару в знак воззвания о помощи и Джангар принимает решение выдвигаться на помощь Хонгору [14, с. 400]. Мотив «безмолвия богатырей» на воззвание Джангара характеризует силу и мощь антагониста и нерешительность и сомнение богатырей. Так в вышеуказанной главе сказителя Ээлян Овлы так же имеется эпизод, когда посланник Мангна-хана произносит речь с ультимативными требованиями и по окончанию ее «шесть тысяч двенадцать богатырей владеющих речью не издали и звука» [15, с. 395], который сопоставим с микроэлементом 12а «реакция Джангара (никто не решается ответить на воззвание Джангара)» рассматриваемой нами главы. Схематически традиционен в реализации элемент 13. «собирание в путь богатыря», который включает в себя последовательный набор функций - 13а. дача распоряжения Джангаром о седлании коня - выстойка богатырского коня (Зээрдэ) - 13Ь. седлание богатырского коня (Зээрдэ) -13с. снаряжение богатыря (Джангара) - 13^ исполнение ритуала объезда дворца богатырем (Джангаром). К разряду нестандартных эпических ситуаций относится элемент 14 отказ богатырем (Савром) при отправлении в поход (Кюрюнг Галзан повредил ногу на скачках) // 14а. клятвоприношение богатырей Джангара - 14Ь. реакция Джангара на отказ богатыря (Савра). В репертуаре сказителя Ээлян Овла в главе «О том, как ханский сын [-царевич] богатырь Хара-Джилган, Алтан-Чээджи Богатого [сын] Аля-Шонхор, Алого Хонгора-исполина, льва из львов [сын] Алый Хошун - втроем пленили и доставили могучего Бадмин-Улана богатырского, с кем столкнулся в пору боевой молодости верховный государь августейший Джангар» конь Алтана Чээджи Улман Агсаг Улан сваливается в пути по причине болезни ног, т.к. когда-то он участвовав в скачках опередил коня Аранзала Зээрдэ (конь Джангара) и разгневанный Джангар раздробил копыта Улман Агсаг Улана [16, с. 119]. Отнесенный Джангаром к числу богатырей-аутсайдеров, Савр, решает взять реванш и дает наказ коню примчать его к Хонгору раньше Джангара (Эл. 15). // 15а. настижение богатырем (Савром) богатыря (Хонгора).

Сравнительное исследование различных

версий эпоса «Джангар» обнаруживает наличие в них значительного числа общих сюжетных тем, уровень и характер разработки которых находится в различных соотношениях. Выявление этой общности и конкретное изучение этих соотношений представляет один из существенных моментов изучения сюжетной структуры эпоса «Джангар».

В настоящее время наибольшее количество указателей (мотивов и сюжетов) составлено по жанру сказок, однако те же самые принципы могут быть применены и при составлении указателей других повествовательных жанров, устных или письменных, например, эпоса. Однако описание мифов и эпоса до сих пор привязано к отдельным культурам и не существует пока общепризнанного международного указателя, в котором бы объединялись мифы и эпос различных культур.

ЛИТЕРАТУРА

1. Лорд А.Б. Сказитель. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1994. 368 с.

2. Там же.

3. Там же.

4. Там же.

5. Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура; 1п тетопат. СПб.: Петербургское востоковедение, 2003. 464 с.

6. Когнитивные аспекты языка. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XIII. М., 1988. С. 168169; Ван Дейк Т. А. Язык. Познание. Коммуникация: Сборник работ. М., 1989. С. 130-132.

7. Харвилахти Л. Поэтика эпической традиции: аспекты преемственности и воссоздания народными певцами (на материале русского, ингермландского и алтайского эпоса). Дисс. в форме научного доклада, предст. на соиск. ученой степени д-ра филол.наук. М.: ИМЛИ РАН, 1998. С. 34-55.

8. Кичиков А.Ш. Героический эпос «Джан-гар». Сравнительно-типологическое исследование памятника. Изд. 3-е, репринтное. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1997. 319 с.

9. Путилов Б.Н. Там же.

10. Неклюдов С.Ю. Героический эпос монгольских народов. М.: Главная редакция восточной литературы, 1984. 309 с.

11. Кичиков А.Ш. Там же.

12. Джангар. Малодербетовская версия - сводный текст, перевод, вступительная статья, комментарии, словарь А.Ш. Кичикова. Элиста, КалмГУ 1999. 272 с.

13. Джангар. Калмыцкий героический эпос/ тексты 25 песен/. М.: Наука, 1978. Т. 2. 417 с.

14. Джангар. Калмыцкий героический эпос/ тексты 25 песен/. М.: Наука, 1978. Т. 1. 443 с.

15. Джангар. Т. 2. Там же.

16. Там же.