Культура как система координат смыслового поля картины мира

Библиографический список

1. Зеленчук, В.С. Население Бессарабии и Поднестровья в XIX веке (этническое развитие и демографические процессы): автореф. дис. ... д-ра наук. - М., 1978.

2. Бурла, М.П. Население Приднестровской Молдавской Республики. - Тирасполь, 2009.

3. Сырку, П. Святочные обычаи и песни у бессарабских молдаван // Кишиневские епархиальные ведомости (КЕВ). - 1874. - № 5.

4. Украинцы / отв. ред. Н.С. Полищук, А.П. Пономарев. - М., 2000.

5. Гофман, А.Б. Обычай как форма социальной регуляции / А.Б. Гофман, В.П. Левкович // Советская этнография. - М. - 1973. - № 1.

6. Бостан, Г.К. Взаимосвязи молдавского и украинского календарно-обрядового фольклора // Очерки молдавско-русско-украинских литературных связей. - Кишинев, 1978.

7. Курочкин, А.В. Современные общественные праздники и обряды // Украинско-молдавские этнокультурные взаимосвязи в период социализма. - Киев, 1987.

8. Мироненко, Я.П. Музыкальный фольклор украинских сел Молдавии (проблемы молдавско-украинского фольклорного взаимодействия): автореф. дис. ... канд. искусствовед. - Киев, 1981.

9. Попович, Ю.В. Молдавские новогодние праздники (XIX - нач. XX вв.). - Кишинев, 1974.

10. Курочкин, А.В. Молдавско-украинские исторические и культурные взаимосвязи в период социализма. - Киев, 1987.

11. Попович, Ю.В. Молдавские новогодние праздники (XIX - нач. XX вв.). - Кишинев, 1974.

12. Зеленчук, В.С. Население Бессарабии и Поднестровья в XIX веке (этнические и социально- демографические процессы). - Кишинев, 1979.

13. Revista de etnologie ei culturologie, Vol. VII. - Chieinrn, 2010.

Bibliography

1. Zelenchuk, V.S. Naselenie Bessarabii i Podnestrovjya v XIX veke (ehtnicheskoe razvitie i demograficheskie processih): avtoref. dis. ... d-ra nauk. - M., 1978.

2. Burla, M.P. Naselenie Pridnestrovskoyj Moldavskoyj Respubliki. - Tiraspolj, 2009.

3. Sihrku, P. Svyatochnihe obihchai i pesni u bessarabskikh moldavan // Kishinevskie eparkhialjnihe vedomosti (KEV). - 1874. - № 5.

4. Ukraincih / otv. red. N.S. Polithuk, A.P. Ponomarev. - M., 2000.

5. Gofman, A.B. Obihchayj kak forma socialjnoyj regulyacii / A.B. Gofman, V.P. Levkovich // Sovetskaya ehtnografiya. - M. - 1973. - № 1.

6. Bostan, G.K. Vzaimosvyazi moldavskogo i ukrainskogo kalendarno-obryadovogo foljklora // Ocherki moldavsko-russko-ukrainskikh literaturnihkh svyazeyj. - Kishinev, 1978.

7. Kurochkin, A.V. Sovremennihe obthestvennihe prazdniki i obryadih // Ukrainsko-moldavskie ehtnokuljturnihe vzaimosvyazi v period socializma. - Kiev, 1987.

8. Mironenko, Ya.P. Muzihkaljnihyj foljklor ukrainskikh sel Moldavii (problemih moldavsko-ukrainskogo foljklornogo vzaimodeyjstviya): avtoref. dis. ... kand. iskusstvoved. - Kiev, 1981.

9. Popovich, Yu.V. Moldavskie novogodnie prazdniki (XIX - nach. XX vv.). - Kishinev, 1974.

10. Kurochkin, A.V. Moldavsko-ukrainskie istoricheskie i kuljturnihe vzaimosvyazi v period socializma. - Kiev, 1987.

11. Popovich, Yu.V. Moldavskie novogodnie prazdniki (XIX - nach. XX vv.). - Kishinev, 1974.

12. Zelenchuk, V.S. Naselenie Bessarabii i Podnestrovjya v XIX veke (ehtnicheskie i socialjno- demograficheskie processih). - Kishinev, 1979.

13. Revista de etnologie si culturologie, Vol. VII. - Chisinau, 2010.

Статья поступила в редакцию: 20.03.12

УДК 008 Filippov V.L. CULTURE AS A COORDINATE SYSTEM OF THE SEMANTIC FIELD OF WORLD VIEW. The article deals with culture as a system of coordinates for the semantic field of world view. The need to understand how and why the semantic field is transformed in modern culture is outlined.

Key words: philosophy, culture, meaning, world view, personality, crisis of culture, society.

В.Л. Филиппов, канд. пед. наук, ректор ЛГИКиИ, г. Луганск, E-mail: lugiki@ua.fm

КУЛЬТУРА КАК СИСТЕМА КООРДИНАТ СМЫСЛОВОГО ПОЛЯ КАРТИНЫ МИРА

В статье рассматривается культура как система координат смыслового поля картины мира. Подчеркивается необходимостью понимания того, как и почему трансформируется смысловое поле в современной культуре. Ключевые слова: философия, культура, смысл, картина мира, личность, кризис культуры, общество.

Сложность происходящих в современном мире процессов, в том числе, исследования культуры как системы координат смыслового поля картины мира связана с необходимостью понимания того, как и почему трансформируется смысловое поле в современной культуре. Данная статья имеет особую актуальность в связи с тем, что кризис современной культуры, во многом, обуславливается именно формированием смыслового поля в ней. В данной связи представляется важным определить, как происходит выявление слоев смысла в культуре, с помощью чего создается ощущение целостности и завершенности того или иного культурного образования или продукта культуры, а также открывает грани возможного многослойного прочтения.

Подчеркнем, что многими учеными и художниками, философами и режиссерами неоднократно ставился вопрос о назначении художника, о взаимоотношениях его с вопросами о смысле бытия. Об этом, в частности, размышлял Бергман, как в своих фильмах, так и в своих научных заметках: «Мы знаем, что искусство во многом лишилось общественной функции... Художников уже вряд ли можно теперь называть социальными провидцами. Действительность ускользает от художников, от их

политических предвидений. Я считаю, что художнику следует хорошенько задуматься над тем, какую пользу он может принести и каким образом он может это сделать, - возможно, лишь тем, что он утверждает себя, или тем, что он является художником» [1, с. 240-241].

Эту мысль режиссер неоднократно раскрывал через образы своих героев, показывая на примере, как происходит кризис картины мира конкретного человека, как и почему формируются в ней слои смысла. Мы считаем уместным рассмотреть это на примере экзитенциально-психологической драмы, отразившей состояние своего времени и определенного периода развития культуры. Итак, в фильме «Персона» режиссер раскрывает несколько конкретных тем, помогающих нам понять, что становится кризисом личности и неизбежно в дальнейшем порождает кризис культуры в целом:

• мысли о предназначении художника как творца и человека;

• размышления о взаимоотношении художника и общества;

• тема одиночества;

• ощущение отчаяния;

• ощущение борьбы добра и зла и победы зла над добром;

• поиск смысла жизни.

Одним словом, в этой картине раскрываются практически все важные для картины мира современного человека составляющие, нереализованность или несогласованность которых определяет кризис, как отдельного индивида, так и культуры в целом. Философ и художник Бергман показывает психологическое состояние своих героинь, их внутреннюю борьбу, фиксируя крупными планами все изменения в поведении женщин, меняющиеся настроения и взаимоотношения. Если Элизабет постоянно молчит в течение фильма, то Альма постоянно говорит, старается наладить контакт со своей пациенткой, вскрыть причины ее болезненного состояния.

Альма рассказывает истории из своей частной жизни, изучает внутреннюю сторону ладони Элизабет, но та продолжает молчать. Единственное слово, которое заставляет Альма сказать Элизабет, это слово «ничего», в этом слове заключается протест против абсурдного образа жизни и проясняется еще один слой смысла. У Элизабет разбухает лицо, утолщаются губы, темнеют глаза, ее лицо превращается в маску, которая излучает неясные для человека импульсы, Альме не удается заставить Элизабет заговорить и наладить с ней связь.

Отметим также, что важной составляющей для смыслового поля культуры является тема соотношения добра и зла и победы одного над другим. Так, в частности, Бергман раскрывает тему добра и зла через образ Альмы, которая, по сути, служительница добра, которая всем своим существом ощущает натиск зла, не может ужиться с мыслью, что зло может одержать победу над добром. Однако зло делает ее более подвижной, она выступает против одиночества человека и его отчужденного состояния, против морального и духовного падения, чтобы человек не смог потерять свое «Я». Альма борется с комплексами Элизабет, пытается искоренить их, убедить ее в силе жизни, но безрезультатно.

Этим режиссер внес в смысловое поле картины мира своей героини слои смысла, которые сообщают зрителю о том, что часто женщины не находят смысл жизни, они становятся жертвой регресса. Однако в дальнейшем эта мысль получает дальнейшее обобщение и перерастает в глобальный итог: в итоге картины смысловые слои, объединившиеся в одно целое, формируют общий смысл культуры и выражают суть главной темы автора: духовное состояние современного человека привело к утрате своего облика и своей индивидуальности, ощущение кризиса собственной картины мира полностью разрушает личность.

Приведем размышления другого художника о том, почему разрушается картина мира и чем обусловлен кризис культуры. Так, у философа и режиссера М. Феррери взгляд на будущее был пронизан пессимизмом, его беспокоила мысль, почему люди способны на сознательное самоуничтожение. Тема - самоуничтожение, ее смысл, раскрывается, начиная с названия притчи «Большая жратва» (1973), где показано, как четверо друзей, устроив кулинарное и эротическое празднество, решают, что самое лучшее, что они могут сделать для общества и культуры

- умереть. Ознакомимся вкратце с текстом картины, который, на наш взгляд, явственно обнажает как кризис личности, так и кризис культуры в целом.

Тема самоуничтожения в культуре и в философии довольно сложная, однако М. Феррери без колебаний снимает слои поверхностных смыслов с культуры, разрушает общество, которое с абсурдным миром рассчитывается «гастрономическим бунтом». Главная тема раскрывается несколькими темами, соответственно они создают смысловое поле в притче, с иной стороны раскрывающей причины кризиса культуры, начинающегося с разрушения картины мира отдельного человека:

• саморазрушение общества, имеющие своими корнями насильственную идеологию;

• желание самоуничтожения человека, который не может этому противостоять, но не способен принять предлагаемую ему системе ценностей;

• разрушенное состояние современной культуры;

• тема абсурда, которая нередко возводится в эстетику и философию и стирает смыслы жизни;

• «каннибализм цивилизации»;

• немотивированное жертвоприношение;

• образ современных женщин, которые разрушаются сами и разрушают общество;

• человек, который начинает мыслится как «разумное» животное существо, для которого, в первую очередь, становится

важным удовлетворение чисто физиологических потребностей и культивирование этого обществом.

Отметим, что эта мысль неоднократно высказывалась в отечественной и зарубежной философии, средствами массовой информации, изобразительными и музыкальными произведениями. Запечатлена эта мысль и в лучших произведениях мировой философии, в том числе, в книгах Ж. Бодрийара, который к числу первичных потребностей относит потребность в собственной территории, на которой индивид может существовать как животное.

Порождающая кризис культуры неразрешимая дихотомия первичных и вторичных потребностей представляется ученому очевидной: «По ту сторону порога выживания человек больше не знает, чего он хочет, - так он становится для экономиста собственно «социальным», то есть отчуждаемым, подверженным манипуляциям и мистификациям. По ту сторону он оказывается жертвой социального и культурного, а по эту - автономной неотчуждаемой сущностью. Мы видим, как это различение, уводя всю область социокультурного во вторичные потребности, позволяет -позади функционального алиби потребности-выживания - восстановить уровень индивидуальной сущности, некую человеко-сущность, имеющую основание в природе» [2, с. 75].

Все это приводит к мысли о том, что «прожиточный антропологический минимум» становится для индивида деструктивным, поскольку он определяется по остаточному принципу в соотношении с главной жизненной необходимостью «некоего избытка»: доли Бога, доли жертвы, излишней траты, экономической прибыли. Согласно мнению Бодрийяра, эти «избытки» разрушают жизнь человека, приводят кризису культуры. В качестве выхода ему представляется освобождение от «избытков», от всякого рода обязательств магического или религиозного порядка.

Мы не склонны рассматривать данный выход как единственный способ нивелирования кризиса культуры, однако согласимся с философом в том, что индивид, «освобожденный» от своих архаических, символических и личных связей, самим фактом своего существования разрушает социальное понимание полезности, потребностей, социальных и культурных форм их удовлетворения, а также необходимость потребительской стоимости, что также ведет к кризису культуры. Некоторая «понятийная размытость», характерна не только для научного творчества Ж. Бодрийяра, но и других представителей философии постмодернизма.

Последний аспект не позволяет нам рассматривать исследование Бодрийара о культуре как основу для анализа ее кризиса. Например, под «мифом» в разных книгах - «Система вещей», «К критике политической экономии знака», «Символический обмен и смерть» - им понимаются разное: от типичной для масс-медиа, формы подавления индивидуальности - до одного из способов возвращения этой индивидуальности, своеобразной реализации в культуре собственного образа.

Как нами уже было отмечено выше, лучшие произведения культуры неизбежно отражают ощущения ее кризиса, а также веяния современной философии и наоборот: философия ощущает и анализирует выдающиеся произведения, находя в них подтверждение тем или иным акцентам при анализе кризиса картины мира и культуры в целом.

Возвращаясь к описанной выше картине как к примеру кризиса смыслообразования, кризиса человеческого сознания, отметим, что режиссер раскрывает главную тему, свою мысль -как современное общество саморазрушается из-за тяжести своего бессмысленного и грузного балласта; обжорство оказалось смыслом существования представителей «общества потребления»; люди продают обжорству свою душу, полностью насыщая им и заполняя им свою картину мира. Созданные слои смысла далее связываются с новым, порождающим слоем смысла, который образует тема - состояние современной культуры.

Сконструированное режиссером общество является метафорой общества ХХ века, остро ощущающего на себе кризис культуры. В силу вступают темы - «каннибализм цивилизации» и жертвоприношение, обжорство, достигнув своего апогея, начинает выносить свой приговор «невиновным». Режиссер, следуя современной философии, развивает тему: человек - «разумное», но исключительно животное существо. Однако он вводит мотив сознательного самоуничтожения, проводя параллель с животными, автор показывает обжор инфантильными, они идут на смерть с чувством изголодавшегося человека, а их смех -всего лишь самоирония, природа обжор родственна инстинктам

животных - жевать и жевать, но животные не оказываются самоубийцами, они знают меру жевания и не погибают, как эти четверо, которые, не обладая чувством меры, совершают ритуал жертвоприношения.

Словно вторя мыслям режиссера, Бодрийяр практически говорит то же самое: он считает, что задачей современного человека является параллельный процесс, суть которого заключается в укрощении внешней природы и внутренней природы человека, которая представляется ему как либидинозная энергии. Оба эти нерешенных процесса переживаются индивидом как угроза его существованию, а также причины кризиса культуры.

Философ пишет: «Бессознательная экономика системы вещей представляет собой аппа-рат проецирования и укрощения (или контроля) либидо с помощью опосредованного воздействия. Достигается двойная выгода: господство над природой и производство жизненных благ. Беда лишь в том, что такая замечательная экономика содержит в себе двойную угрозу для строя человеческой жизни: 1) сексуальность оказывается как бы заколдованной, запертой в строе техники, 2) с другой стороны, этот строй техники искажается в своем развитии под действием конфликтной энергии, которой он нагружен» [3, с. 144].

Описанный процесс, развиваясь во времени и в пространстве, приводит к тому, что два «вида» природы - внутренняя и внешняя - сталкиваются друг с другом и превращаются в неразрешимое противоречие, становятся порождением регрессивных отношений, как между людьми, так и в мире окружающей человека природы, шаг за шагом ведя человечество к кризису культуры.

Отметим, что мы не склонны абсолютизировать тот выход из данного «тупика», который представляется для постмодернистов единственно верным. Речь идет об «открытии сексуальности», независимой от пытающейся амортизировать технической эволюции. Бодрийяр считает, что технический прогресс препятствует повторяемость регрессивных сексуальных отношений, подменяя их структурой вещей, которая постоянно испытывает соблазн обратного развития, мешающего развитию техники. Данное противоречие приводит к кризису смыслообразования, порождающего кризис картины мира и неизбежно влекущий за собой кризис культуры.

Бодрийар пишет о том, что такой соблазн инволюции - «по сути, инволюции в смерть, избавляющей от страха сексуальности, - в строе техники порой приобретает в высшей степени яркие и резкие формы. Он оказывается при этом поистине трагическим

соблазном сделать так, чтобы сам этот строй техники обратился против установившего его человека; чтобы вырвалась наружу фатальная сила этого строя, призванного как раз обуздывать ее; такой процесс однотипен описанному Фрейдом прорыву вытесненной энергии сквозь вытесняющую инстанцию, который приводит в негодность все защитные механизмы» [3. с. 145].

Таким образом, кризис сыслообразования представляется философу следующим образом: борьба внутренней и внешней природы постепенно переносится на неразрешимый конфликт между внешней сексуальностью и внутренним «я», которые вначале разрушают личность, а потом культуру. Человек чувствует, что находится во власти тех энергий, что были ранее показаны ему культурой в тех или иных технических изделиях в качестве символического господства над миром. И поскольку культура призывает человека к господству над собой и при этом, постоянно тормозит его в его развитии, кризис формирования смыслового поля в культуре становится неизбежным.

Описанный выше процесс весьма похож на древнюю мифологическую установку: побеждать рок, одновременно провоцируя его, впоследствии оказывая катастрофическое влияние не только на личностное, но и на социальное развитие, а также же провоцируя сталкивание друг с другом различных смысловых полей. В таком обществе активно вторгаются в культуру предметы, полностью или частично нефункциональные, которые создают человеку те или иные иллюзии, но обрекают на новый виток неразрешимых внутренних конфликтов, порождающих новые ступни конфликтов культуры.

Таким образом, приведенные нами выше примеры из исследований в области философии и некоторых лучших произведений мировой культуры позволяют прийти к выводу о том, что при создании смыслового поля культуры весомое значение имеет тема

- соотношение текста и реальности. Подчеркнем, что под текстом мы понимаем не только непосредственно текст литературного произведения, но и любой текст культуры как таковой.

Модальность современной культуры способствует отражению жизни не только через изобразительный, визуальный, звуковой, но и через текстовой ряд. Надо отметить, что текст - мозаика, он сам формирует образы, соответствующие смыслам и сам же разрушает их, притом текст оказывается первичным по отношению к самой реальности. Тот факт, что текст, как считал Бахтин, не застывшая сущность, а диалог между автором, читателем (в данном случае зрителем) и культурным контекстом очень важен в исследовании кризиса культуры.

Библиографический список

1. Бергман о Бергмане. - М., 1986.

2. Бодрийар, Ж. К критике политической экономии знака. - М., 2003.

3. Бодрийар, Ж. Система вещей. - М., 2001.

Bibliography

1. Bergman o Bergmane. - M., 1986.

2. Bodriyjar, Zh. K kritike politicheskoyj ehkonomii znaka. - M., 2003.

3. Bodriyjar, Zh. Sistema vetheyj. - M., 2001.

Статья поступила в редакцию 16.02.12

УДК 008

Filippov V.L. A QUOTE IN SCREEN CULTURE AS A WAY OF NEW IDEA'S REALIZATION. The complexity of ongoing processes in the modern world is the need to correct their interpretation and, above all, understanding how and why transforming sense-factors in world view. One way of making sense in creative works of culture is now quoting.

Key words: philosophy, culture, meaning, world view, quotational thinking, personality, crisis of culture, society.

В.Л. Филиппов, канд. пед. наук, ректор ЛГИКиИ, г. Луганск, E-mail: lugiki@ua.fm

ЦИТИРОВАНИЕ В ЭКРАННОЙ КУЛЬТУРЕ КАК ПУТЬ К ОБРЕТЕНИЮ НОВОГО СМЫСЛА

Сложность происходящих в современном мире процессов связана с необходимостью верного их толкования и, прежде всего, понимания того, как и почему трансформируются смыслообразующие факторы в картине мира. Одним из способов смыслообразования в произведениях культуры становится сегодня цитирование.

Ключевые слова: философия, культура, смысл, картина мира, цитатное мышление, личность, кризис культуры, общество.