Типографика унвана

a theoretical excursus into the history of the notion of "picturesque" with representative samples drawn from "picturesque travels" from French and English publications. These could be the patterns for similar Russian book art in this category of print documents. This research classifies the Russian issues both by periods of publication and by the character of the editions (scientific and literary). The book-art under study is drawn from the books by P. Pallas, I. Kruzenstern on scientific expeditions and on the works of the artists A. Martinov, P. Svinjin, G. Gagarin. All demonstrate the adoption of the European aesthetic of the "picturesque travels". By the turn of the 19th century, this genre had become an important component of the educated Russian readers' visual culture as many acquired this aesthetic from the book art in Russian album editions and other literary descriptions of travels.

Key words: picturesque travels; the history of Russian book; Russian illustration; Russian graphic arts; voyage pittoresque; European printing art

© 2014

М. Л. Ахмадуллин ТИПОГРАФИКА УНВАНА

На примере традиционного элемента дизайна арабоалфавитной книги- унвана, автор рассматривает историю его применения в печатной продукции Поволжья и Урала, начиная с XVIII по ХХ в. В статье отражен процесс эволюции рукописного унвана, в элемент визуализации арабоалфавитной печатной продукции региона.

Ключевые слова: Унван, типографика, арабский шрифт, дизайн

Арабоалфавитная книга — сложное и многогранное, глубоко специфическое явление. Арабская рукописная книга просуществовала у тюркоязычных народов десять веков (с XI до начала ХХ в.). В XIX в. язык рукописей (для обозначения литературного письменного языка в целом) назывался словом «тюрки», в отличие от разговорного языка, имевшего в каждой местности локальные различия. Рукописная книга на тюрки создавалась на большом пространстве, включающем современную Среднюю Азию и Западную Сибирь, Урал и Поволжье, Северный Кавказ, Закавказье, Крым, Турцию, Иран, Афганистан, Пакистан, Индию, Синьзян, Египет, Ирак, Сирию, страны Балканского полуострова — Болгарию, Румынию и др.

Становление дизайна арабоалфавитной печатной книги Поволжья и Урала непосредственно связано с общим ходом развития книгопечатания. Набор литерами на арабской графической основе (книгопечатание, издание календарей, атласов и шамаилей) занимал видное место в культуре мусульманских народов Поволжья и Урала и к концу XIX в. имел уже почти вековую традицию. Распространению книгоиздательского дела в России способствовал указ Александра I от 1802 г., разрешивший возобновление открытий вольных типографий. В начале XIX в. наряду с государственными появляются и частные типографии, которые (по сравнению с Петербургом и Москвой) в провинции открывались несколько позже.

Ахмадуллин Марс Лиронович — кандидат искусствоведения Уфимского государственного нефтяного технического университета, директор издательского центра. E-mail: orient4@mail.ru

В этот период были открыты типографии в Казани, Оренбурге и Уфе. Основные этапы развития искусства книги у разных народов были сходны, однако процесс формирования книги с наборным арабским шрифтом в регионе Поволжья и Урала имел много особенностей. Изучая художественные аспекты структуры ара-боалфавитной книги, автор не рассматривал их в отрыве от национальных культурных и духовных традиций, сложившихся в регионе. Своеобразие географического положения и исторического развития городов региона нашло отражение в особенностях дизайна книги.

Печатные книги среди тюркоязычного населения называли «басма китап» (печатная книга). От тюркского «басма» (отпечаток) печатника в типографии так и называли — «басмачи», типографию или печатное заведение — «басмахана»1. «Матбага» — издательство — ставилось на титульных листах арабоалфавитных изданий Казани, Оренбурга, Уфы и др.

Тема книги и письма находит свое отражение в священной книге мусульман Коране, о печати упоминается в изречениях «Наложил печать Аллах на сердца их и на слух, а взорах их — завеса»2 (Сура 2). АЛЬ - БАКАРА «КОРОВА», «печать как приспособление для оттискивания, однако ни о ее форме, ни о текстах или изображениях не приводится никаких сведений. Печать выполняет роль символа, функции». Наложение печати служит окончательным актом завершения, решения какого-либо дела.

Арабский текст набирается и читается справа налево. Перенос слов в арабском письме отсутствует. Необходимость довести строку до нужного формата полосы реализуется посредством удлинения последнего знака, входящего в зону «выключки», за счет удлинения расстояния соединительного элемента или за счет увеличения межсловного пробела.

Большое значение для исследования имеют образцы каталогов арабских шрифтов, типографских знаков и виньет типографий г. Москвы, Санкт-Петербурга, Казани и Уфы, а также прейскуранты типографий на печатные и наборные материалы.

Еще в X в. в странах Арабского Востока и в Испании (провинция Андалу-зия) были предприняты попытки напечатать ряд текстов фрагментов Корана и молитв с использованием арабского шрифта. Формы для печати изготовлены были из дерева «ксилография», о чем свидетельствуют находки более 50 документов на бумаге и льняной ткани в Египте в провинции аль-Файюм вместе с папирусами доктора Райнера3. В Европе книгопечатание относится к середине XV века и связано с именем Гутенберга, а упоминание о применении арабского алфавита4 в книгопечатании — к 1486 г. Первая печатная книга на арабском языке была выпущена в 1514 г. Грегорио де Грегорисом в итальянском г. Фано5.

1 Рамиев, Даутов 2001, 3.

2 Коран 1963.

3 Названные по имени владельца доктора Райнера, эти папирусы относятся к периоду между 287 и 751 гг. хиджры и хранятся в библиотеках Каира и Берлина, в библиотеке Кембриджского университета, в Британском музее и в музее Пенсильванского университета.

4 Арабский алфавит в Европе был впервые использован в книге «Прогулка в Священную Землю» в Германии в г. Майнце.

5 Вахид Кудура 1996, 109-141.

В знаменитой типографии Медичи работал ориенталист Жан Батист Раймон-ди (1540-1610). Он вместе со словолитчиком и пуансонистом Роббером Гранжо-ном создал, по мнению Бодони, «очень красивый шрифт», возможно соответствующий почерковому стилю «насхи».

В настоящее время в библиотеке Медичи Лауренциана (итал. Biblioteca Medicea Laurenziana; сокращенно — Лауренциана) во Флоренции сохранились6 первые печатные книги арабскими литерами, сама деревянная печатная машина (фото 1) почти в первозданном виде и металлические литеры арабских шрифтов (фото 2).

В Турции мусульманское духовенство было непримиримым противником введения книгопечатного дела в стране7. Но в 1727 г. стараниями Ибрахима Мю-теферрика, при поддержке государственного деятеля Саида Эфенди, появляется фетва8 шейх уль-ислама, разрешающая книгопечатание.

В XI-XVII вв. Каир являлся одним из центров арабской культуры, но в XVIII в. турецкое владычество не давало развиваться в полную силу арабской культуре.

Наполеон Бонапарт, заняв Египет, был первым, кто обратился к его народу через документ, напечатанный на арабском языке в июне 1798 г. в знаменитой типографии Конгрегации (конфискованной в Риме), действующей на борту корабля «Ориент».

Эта типография была оставлена в Александрии. Первая государственная типография на арабском Востоке была основана спустя 20 лет после ухода французов. Открыл ее Мухаммед Али в предместье Каира — Булаке. В 1822 г. («Альбулаг») она начала свою работу. Арабские шрифты для типографии были доставлены из Италии и Греции. Позже решением правителя Египта шрифты были переделаны новые мастером — гравером Синглахом ал-Хинди.

В России первый печатный арабоалфавитный образец датируется 1711 г. Это был «Манифест» Петра I, выгравированный на медном листе. В 1722 г. во время Персидского похода Петра I для печати очередного «Манифеста» Дмитрием Кантемиром были сделаны рисунки арабских шрифтов и отлиты первые литеры9. В Петербурге 1785 г. для печатания книг на восточных языках по контракту с Иностранной коллегией (от 27 августа) И. Шнор создает «Азиатскую типографию». В том же году по рисункам Усмана Исмагилова были сделаны новые арабские шрифты. Впоследствии эти же шрифты применялись для набора и печати в Петербурге и Казани почти до конца XIX в. Шрифты, отлитые у Шнора, охотно приобретали петербургские типографии. По распоряжению Екатерины II здесь был издан Коран (1787). В тексте этого уникального издания объемом 447 страниц все диакритические знаки, надбуквенные и подбуквенные рисунки шрифта и комментарии на полях сделаны Усманом Исмагиловым. По мнению зарубежных ученых, типографские мастера Петербурга достигли высокого уровня в деле набора и печати арабоалфавитных книг, так как они ценили типографское достоинство книги

6 Le vie delle iettere 2012.

7 Желтяков 1972, 17.

8 ФЕТВА (араб.) — в мусульманских странах решение высшего религиозного авторитета (муфтия) о соответствии того или иного действия или явления Корану и шариату.

9 Каримуллин 1969, 96.

выше, чем европейские издатели10. В течение 1789 по 1798 г. вышло пять изданий Корана, что принесло немалую выгоду российской казне. Именно 1787 год считается началом набора и печати арабским шрифтом в России.

После указа от 15 декабря 1800 г. о снятии ограничения на публикацию в России исламской духовной литературы арабские шрифты были переданы в Казань.

Относительно печатных книг с использованием арабских шрифтов на языках тюрки, фарси, персидском и арабском применялся термин «мусульманские». Такой термин применяет В. Д. Смирнов в известном исследовании «Мусульманские печатные издания в России». Ю. Я. Герчук относительно восточных книг применяет термин «мусульманская книга». По мнению автора, термин «мусульманские» не полностью раскрывает суть изданных книг. Под этим термином подразумевается конфессиональная принадлежность создателей, читателей и религиозный характер содержания книг, и, как подчеркивал Л. С. Бретаницкий, «очевидно, что термин «мусульманский» фактически игнорирует самобытность культуры народов, принявших ислам». Известный исследователь Л. В. Дмитриева11 при изучении рукописных книг с использованием арабских шрифтов применяла термин «арабописьменная книга».

Современные исследователи применяют термин «арабографичная» и «арабо-алфавитная» книга или «арабографичное» искусство. Это позволяет охватить материал, напечатанный в регионе арабским шрифтом на тюркских и других языках. В своем исследовании мы взяли за основу наборные арабоалфавитные книги, изданные в Казани и позже — в Уфе и Оренбурге. Книги (и другая полиграфическая продукция), отпечатанные на восточных языках в Казани, в силу многих причин считались своими не только для тюркоязычного населения Поволжья и Урала, но и для народов востока других регионов Российской империи. С начала Х1Х века основной базой издания книг на восточных языках арабским шрифтом в России стала Казань.

Еще в конце 20-х гг. ХХ в. казанский искусствовед П. М. Дульский предполагал, что история типографского искусства татарской книги в XIX в., рост и ее достижения в годы революции должны быть изучены в ближайшее время, подчеркивая большое практическое значение данного вопроса для будущих успехов полиграфии. В аспекте искусства книгопечатания, типографского искусства печатная продукция, набранная арабским шрифтом в типографиях городов Поволжья и Урала, по нашему мнению, до сих пор не была достаточно исследована.

Сравнительно полным библиографическим источником сведений об изданиях, выпущенных в России на восточных языках в начале XIX в., является каталог Б. А. Дорна12. Как отмечал В. Д. Смирнов, данный труд «наделал в свое время в заграничной прессе заметного шума, который нашел себе отклик и в нашей отечественной тогдашней печати». В дальнейшем В. Д. Смирновым была выполнена аналогичная работа, посвященная казанским изданиям 80-90-х годов13. С первой половины и до конца ХК в. в Казанском университете работал И. Ф. Готвальд; яв-

10 Философская и политическая переписка императрицы Екатерины II с доктором Циммерманом с 1785 по 1792 год (Санкт-Петербург 1803, 137) (письмо Цимерману от 29 ноября 1788 года с отсылкой к статье профессора Гейне из Геттингенского университета — Schriften 1788, №120).

11 Дмитриева 1987.

12 Dorn 1866.

13 Смирнов 1889-1891, 106-114, 395-398;141-145; 389-396, 390-393; 195-201.

ляясь цензором восточных изданий, он внес вклад в дело издания мусульманских книг, что требует дополнительного изучения.

Библиографом Н. Ф. Катановым описано множество изданий, в том числе более ста книг, вышедших в Казани с использованием арабского шрифта с 1895 по 1901 год. Совместно с А. Соловьевым он создал «Каталог книг, отпечатанных в типографии Императорского Казанского университета с 1800 по 1896 год».

Работа Н. П. Загоскина может служить одним из первоисточников по становлению книгопечатания на восточных языках в Казани. Р. Фахретдин14 также оставил на страницах журнала «Шура» ряд публикаций по истории книгопечатания арабским шрифтом.

В начале ХХ в. и позднее выпускались различные издания15 представляет особый интерес «Матбагатчылык тарихы» («История печати») — книга, напечатанная на татарском языке арабским шрифтом по случаю юбилея известного Казанского типографа И. Н. Харитонова.

Среди небольшого круга исследований печатной восточной книги можно выделить работы О. П. Щегловой16, Г. Н. Чаброва17. Отдельные сведения по печатным книгам на чеченском языке имеются в работе А. И. Исаева18. Одним из первых проблему оформления татарских книг осветил в начале ХХ в. казанский искусствовед П. М. Дульский19.

Некоторые сведения находим в публикациях П. Е. Корнилова в журнале «Казанский библиофил» (Казань, 1921, №1). Большую работу по данному вопросу проделали А. Б. Файнберг, Е. П. Ключевская, Н. А. Розенберг, О. Л. Улемнова, С. М. Червонная, А. Г. Каримуллин, Г. Р. Габдельганеева, Р. М. Булгаков, И. Г. Га-ляутдинов.

Изучение книги с точки зрения художественного конструирования (дизайна) дает представление о назначении и функциональной роли ее элементов: блока набранного текста, орнаментальных наборных заставок, титула, фронтисписа, внешнего оформления (переплета, обложки). Создатель книги в конце ХХ века позиционировался как «художник-конструктор», определявший системность подхода к книге, независимо от терминов: конструирование, структура или морфология книги.

Мы предлагаем рассмотреть один из наиболее характерных элементов восточной книги — унван.

Развитие именно данного элемента пронизывает всю структуру визуального облика книги от рукописной до печатной. Орнаментальный декор и унван присутствует в иранских рукописях XIV века. Позже в литографированной книге Ирана первая страница книги также визуализирована унваном. В Узбекистане на этапе становления полиграфии в конце XIX — начала XX века в литографированных книгах хивинских печатников имелись заставки, «по композиции очень близкие к традициям рукописной книги. Чаще всего заставка представляла собой прямоу-

14 Милли матбугатымыз 1908/8, 231-233; 10, 324-326; 17, 525-527; 21, 673-675.

15 Алпаров 1913, 205-209; Рами 1931, 74-81; Закиров 1961, 109-111; Михайлова 1979, 223; Саг-ди 1926.

16 Щеглова 1979; 2001, 336.

17 Чабров 1961.

18 Исаев 1989.

19 Дульский 1921.

гольник, верхняя часть которого замыкалась не всегда. В этот прямоугольник вписывались узоры, состоящие из концентрических кругов или полуокружностей. Свободные места между ними заполнялись растительным орнаментом»20.

Это своеобразие, перешедшее из рукописной книги в печатную, таким образом, сформировалось в устойчивую традицию ранней печатной книги.

Унван (араб. «заглавие») — в арабских и персидских рукописях орнаментальная заставка начала сочинения, главы, раздела, которая занимала от трети до половины страницы21.

Унван — это распространенный элемент оформления книги, и в частности арабской книги (не только Корана). Унван — это декоративно решенная страница, выполненная красками в начале книги перед текстом, на оборотной стороне листа или в развернутый лист, или дважды — на обеих страницах разворота. В книжной каллиграфии унваны начали использоваться на заре исламской культуры.

Унван (заставка, часть композиции страницы книги) — это декоративная рамка с орнаментом, обрамленная сверху фестончатой аркой в виде купола, завершающейся декоративным элементом — «мадохилем». Симметрично изображались боковые, срезанные по вертикали арки. «Унван» также обозначает заголовок, начало письма или, в другом значении, — «заголовок книги»; в некоторых случаях слово «унван» означает «начало», или «обращение к адресату» (т. е. упоминание имени человека, которому адресовано письмо, со всеми его титулами). В унван часто вписывалась традиционная мусульманская формула «Бисмиллах ар-Рахман, ар-Рахим», в некоторых случаях вписывалось название книги или произведения. В данном случае унван, как изолированное целое с сакральной точки зрения, нес функцию, аналогичную традиционной формуле обращения к небесному владыке в начале произведения (рис. 1).

^ Это давало право и благословение всевышнего на дальнейшее изображение как в словесной, так и в изобразительной форме. Выражением «Бисмиллах...» раскрывается и начальная сура Корана «Ал-Фатиха», «открывающая книгу», которая концентрирует в себе весь Коран, «бисмилла», в свою очередь, вмещает в себя всю «Фатиху» и сама сосредотачивается в первой букве, «ба», а «ба» вмещается в диакрическую точку под первой буквой. «Графическая» точка соответствует первой капле божественных чернил (мидад), упавших с божественного пера, и является прототипом всего Мира.

Бисмилла — поминание Аллаха перед началом любого дела: «Во имя Аллаха милостивого милосердного». Согласно арабским источником, изначально любой текст начинался с бисмиллы, первое применение которой мусульманская традиция приписывает пророку Сулейману, пославшему царице Сабы письмо, начинавшееся словами «Во имя Аллаха милостивого милосердного» (Коран, 27:30). С течением времени данная форма бисмиллы стала обязательной заставкой любого текста. Тексты священного Корана, а также духовной литературы традиционно открываются словами «бисмиллы».

Изображение в виде арки-купола в заставке также символизирует небесный свод и безграничный мир Духа. Бисмилла также присутствует в шамаилях и играет «в его композиционном построении ту же смысловую роль, что и в

20 Чабров 323-324.

21 Традиционное искусство Востока 1997.

литературе»22. «Шамаиль» в переводе с арабского языка — «качество, достоинство», а с персидского «шамайел» — портрет, изображение. В литературе Востока слово «шамаиль» содержится в названиях произведений с описаниями качества и достоинства пророка Мухаммеда. Шамаиль в народе также называют «дога», «Аятель — кэрси» — престольный стих Корана. Особо отметим, что именно в печатных шамаилях встречаются описания качеств и достоинств пророка Мухаммеда. Мы в своем исследовании предлагаем к обсуждению точку зрения, согласно которой шамаиль — станковое по форме произведение графического дизайна религиозного содержания, основанное на арабской каллиграфии.

«Бисмилла» не всегда находилась внутри унвана, в некоторых случаях вписывалось название произведения, «бисмиллу» выносили за пределы обрамления и ставили перед началом текста.

В конце 20-х годов ХХ в. П. М. Дульский писал, что в «полиграфическом современном искусстве народов Востока еще не выявилось достаточно четкого оформления, т.к. эта область, являясь новой, не успела установить свой стиль». Он справедливо отмечает недостатки «полиграфического современного искусства народов Востока».В какой-то мере соглашаясь с автором, мы можем отметить некоторое противоречие в его словах, где он выделяет «внешность» книг, издаваемых в течение XIX в., и вместе с тем пишет о «специфическом восточном характере». Отдельные элементы визуализации книги, а именно заставки, исполнялись наборщиками акцидентным способом. По рисунку это были «узоры восточной орнаментики». Основной мотив данных узоров — растительный орнамент, который в композициях произедений восточного искусства занимает доминирующее положение.

Наборный орнамент активно применялся в печатании арабоалфавитной книги в конце XIX и начале ХХ в. Кроме одиночных наборных элементов, выпускались своеобразные орнаментальные гарнитуры, включающие рапорты и особые элементы для углов, середин, верха и низа бордюрных рамок. В комплект могли входить также готовые заставки, концовки, политипажи. В разнообразных инструкциях для наборщиков-типографов подробно объяснялась грамота построения декоративных элементов.

Изображение унвана выстраивалось из отдельных наборных элементов типографского орнамента: звездочек, линеек и бордюров. Для воспроизведения заставок использовалась акциденция, исполнявшаяся наборщиками, в некоторых случаях — литографская техника. Рисунок книжных украшений имитировал узоры восточной орнаментики. Часто рисунок отдельного типографского орнамента мог быть явно не восточного характера, напоминая декоративную лепнину ампирных фасадов (рис. 2) или узоры и цепи чугунных решеток. Также применялся орнамент, обозначаемый в книгах типографских образцов «систематическим или калейдоскопным». Такой набор заполнял плоскость листа мелкой «фактурой» — кружевом «из звездочек, колечек, штриховок и пунктиров»23. Одинаковые элементы часто встречаются в изданиях разных типографий, что свидетельствует о едином происхождении, т.е. о месте их изготовления — словолитни. Свои словолитни имели провинциальные типографии: к примеру, в Казани словолитни были

22 Шамсутов 2000, 405.

23 Каптоу 1935.

в типографиях Императорского Казанского Университета, Г. М. Вечеслава (1882), Харитонова и др.

С первого номера журнала «Шура» (1909) появляется графическая заставка с изображениями различных символов: глобуса, химического оборудования, книги, бумаги, атрибутов искусства, культуры и астрономии. Все это расположено симметрично на листе, в средней части разворачивается панорама восточного города, которая решается в основном силуэтом с небольшими деталями архитектурных проемов. Масштабные соотношения элементов создают пространственное развитие в глубину, несмотря на всю условность изображения. Композиция заставки имеет генетическую связь с восточным «унваном» по нескольким параметрам: симметричность, графический силуэт, наличие арабского шрифта на поле заставки. Обрамления из переплетающихся ветвей (рис. 3) завершают композицию и подчеркивают наличие стилистического единства с «модерном».

До 1913 г. пространство внутри заставки в журнале композиционно решалось черным цветом, в последующем темное пространство убрали и остались только звездочки черным по белому, после №7 1917 г. темные звезды тоже были сняты, в итоге пространство над силуэтом города создавалось белизной бумаги. Символы науки, искусства, просвещенности также визуализировались черным, подчеркивая чистоту и белизну небесного свода.

Орнаментальное решение было одним из основных элементов визуализации арабоалфавитной книги. Орнамент часто применялся для решения титульного листа, позже — переплета и решения внутри самой книги: для выделения глав, концовок, заставок и традиционного унвана или заставки, открывающей книгу.

Наборный типографский орнамент, являясь одновременно универсальным средством архитектонического построения книги, вносил и свои индивидуальные черты в издание в зависимости от характера произведения. Но не все типографии строго придерживались этого правила.

Образцы орнаментов и шрифтов, имеющиеся при типографиях, свидетельствуют о том, что одни и те же наборные элементы применялись и в кириллической, и в арабоалфавитной книге. В листке «Узорчатые линейки. Типографии и словолитни Императорского университета» (без обозначения года выпуска) приведены линейки различного характера и масштаба (82 образца линеек). Данные элементы при наборе могли быть использованы в качестве разделителей глав, концовок. В листке под №1 из словолитни при типографии императорского Казанского университета «Новые украшения. Украшения, линейки, пробела и клише медалей. Собственность словолитни» (без указания года, но имеется оттиск медали за 1886 г.) представлены орнаменты, отдельные модули наборного орнамента, из которых здесь же составлены ленточные бордюры.

В дизайне книг, шамаилей и другой печатной продукции геометрические композиции приобрели ведущее значение. Архитектурные формы порталов, сводов, арок, окон и декоративные схемы михраба, минбара, ковра, столика, книжного переплета — все эти элементы строились по принципу геометрического орнамента, составляющего основу дизайна. В сасанидском и византийском искусстве встречается исламский геометрический орнамент: построенные по замкнутой схеме рисунки с мотивами треугольников, квадратов, ромбов, шестиугольников,

крестов, кругов, двойной плетенки, меандра, решетки или других геометрических фигур.

Наборный орнамент, представляя единицу действия — модуль, предполагает вариативность. Функциональное значение наборных модулей — комбинирование, составление из стандартных элементов, создание плоскости пространства, то есть визуальная организация пространства.

Абстрагирование как определенная форма художественного обобщения в мусульманском искусстве предполагало множественность содержания орнаментальных образов, что и нашло отражение в книжном дизайне типографии региона.

В 20-е годы ХХ века в связи с новыми задачами искусства создавались новые орнаменты и орнаментальные мотивы, в различных композиционных сочетаниях широко применялась советская эмблематика (рисунок 4), отражающая не совсем характерные для восточной книги мотивы идеологического содержания.

Подводя итоги, предлагаем к обсуждению мнение, что «унван» как наиболее консервативный элемент арабоалфавитной книги в процессе эволюции от рукописной до печатной в целом сохранил свою основную композиционную структуру (рис. 5). Анализ «унвана» как элемента типографики в структуре книги показал, что данный элемент функционально выполняет свою роль начальной заставки. Впоследствии унванообразные элементы появляются не только в книгах, но и в периодических изданиях.

ЛИТЕРАТУРА

Алпаров Гыйбадулла 1913: Харитонов харефлэре // Тербия. 8, 205-209.

Вахид Кудура 1996: Начало арабской печати в Турции и странах "Шам" [т. е. Сирия, Ливан, Палестина, Ирак, Иордания и т. д.] // Материалы Симпозиума История арабской печати. Дубай, 109-141.

Дмитриева Л. В. 1987: Тюркоязычная арабописьменная рукописная книга по ее ареалам. Поволжско-Уральский ареал // Рукописная книга в культуре народов востока. Очерки. Кн. 1. Главная редакция восточной литературы. М.

Дульский П. М. 1921: Книга и ее художественная внешность (в связи с Казанским книгопечатанием). Казань.

Дульский П. М. 1930: Оформление татарской книги за революционный период. Казань.

Дульский П. М. 1925: Искусство Казанских татар. М.

Дульский П. М. 1929: Конкурс графического отделения художественно-театрального техникума. Казань.

Дульский П. М. 1930: Казанский каллиграф Али Махмудов. Казань.

Дульский П. М. 1935: Актуальная графика. Казань.

Желтяков А. Д. 1972: Печать в общественно-политической и культурной жизни Турции. (1729-1908 гг). 17. М.

Закиров С. З. 1961: Издания на восточных языках в Казани в первой половине XIX века // Народы Азиии и Африки. 6, 109-111.

Исаев А. И. 1989: Каталог книг и публикаций на языках народов Дагестана (Дореволюционный период). Махачкала.

Каримуллин А. Г. 1969: Возникновение российского книгопечатания арабским шрифтом // Народы Азии и Африки. 3, 96.

Милли матбугатымыз 1908: // Шура. 8, 231-233; 10, 324-326; 17, 525-527; 21, 673675. (на тат. языке).

Михайлова С. М. 1979: Казанский университет и просвещение народов Поволжья и Приуралья (XIX век). Казань.

Рамиев И. Г., Даутов Р. Н. 2001: Адаби сузлек (Литературный словарь). Казань.

Рами И. 1931: Татарларда басмачылык Ием китапчылык эше. 8/9, 74-81.

Сагди Г. 1926: Татар адабияте тарихы.

Смирнов В. Д. 1889-1891: Мусульманские печатные издания в России за 1885-1888 гг. // Записки Восточного отделения императорского Русского Археологического Общества СПб.

Традиционное искусство востока 1997: Терминологический словарь. М.

Чабров Г. Н. 1961: У истоков Узбекской полиграфии (хивинская придворная литография 1874-1910) // Книга. Исследования и материалы. Сб.4. М.

Шамсутов Р. И. 2000: Искусство татарского шамаиля// Turk Dunyasi Kultur ve Sanat Sempozyumu. 405.

Щеглова О. П. 1979: Иранская литографированная книга. М.

Щеглова О. П. 2001:Персоязычная литографированная книга индийского производства (XIX в.). Институт востоковедения. СПб.

Dorn B.A. 1866: Chronologisches Verzeichniss der seit dem Jare1801 bis 1866 in Kazan gedruckten arabishen, turkischen? Tatrischen und persischen Werke, als Katalog der im asiatischen Museum befindlichen Schriften der Art,... von B. Dorn. — Melanges Asiatigues fires du Bulletinge l, Akademie Imperiale. T. V, 533-649.

Dulski P. 1929: Die Neugestaltung des Tatarischen Buches in Kasan // «Gebrauchsgraphik». 2, 50-55.

Karimov X. 1935: Nabor Texnikah^ (Техника набора). Уфа.

Le vie delle iettere 2012: Vera Valitutto. Catalogo della mostra tenuta in Biblioteca Medicea Laurenziana. Firenze.

HONWAN TYPOGRAPHY

M. L. Akhmadullin

Dealing with a traditional example of a design element of Arabic book named Honwan, the author examines the history of its use in printed materials of the Volga and the Urals, from the 18th to the 20th century. The article reflects the evolution of handwriting Honwana in the visualization element of Arabic printed products of the region.

Key words: Honwan, typography, arabic font, design