97. 02. 018. Обыденнов М. Ф. , Шорин А. Ф. Археологические культуры позднего бронзового века древних уральцев (черкаскульская и межовская культуры) /РАН. Урал, отд-ние. Ин-т истории и археологии, Вост. Экстерн. Гуманит. Ун-т. - Екатеринбург: Изд-во урал, ун-та, 1995. - 196 с. -библиогр. : С. 120-128

РОССДОКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУI НАУЧНиИ ИНФОРМАЦИИ ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

СОЦИАЛЬНЫЕ И ГУМАНИТАРНЫЕ

НАУКИ

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ И ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

РЕФЕРАТИВНЫЙ ЖУРНАЛ СЕРИЯ 5

ИСТОРИЯ

2

издается с 1973 г.

выходит 4 раза в год

индекс РЖ 2

индекс серии 2.5

рефераты 97.02.001-97.02.041

МОСКВА 1997

накольчатым при минимальном хронологическом интервале между ними (с.148).

Н.В.Овчинникова публикует результаты исследований энеолитического поселения Лебяжинка III. По совокупности ряда признаков керамический комплекс стоянки принадлежит ивановско-токскому типу керамики, который характерен для памятников второго этапа самарской культуры (с.189).

Некоторые итоги изучения поселения волосовской культуры Имерка 1-Б на р.Вад, притоке р.мокши, подводит А.И.Королев. По аналогии со средневолжскими памятниками комплекс материалов рассматриваемой стоянки, как считает автор, может быть отнесен к началу развитого этапа волосовской культуры

В заключительной статье сборника И.Б.Васильев обращается к проблеме взаимодействия южных степных и лесостепных, а в дальнейшем - индоевропейских и финно-угорских культур в контактной зоне лесостепного Поволжья. Истоки этого процесса, как показывает автор, берут начало по крайней мере в эпоху мезолита, а его последующее развитие на протяжении всех хронологических периодов являлось одним из определяющих факторов этнокультурной эволюции в данном регионе.

А.Е.Медовичев

97.02.018. ОБЫДЕННОВ М.Ф., ШОРИН А.Ф. АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ КУЛЬТУРЫ ПОЗДНЕГО БРОНЗОВОГО ВЕКА ДРЕВНИХ УРАЛЬЦЕВ (ЧЕРКАСКУЛЬСКАЯ И МЕЖОВСКАЯ КУЛЬТУРЫ) /РАН. Урал, отд-ние. Ин-т истории и археологии, Вост. экстерн, гуманит. ун-т. - Екатеринбург: Изд-во Урал, ун-та, 1995. - 196 с. -Библиогр.: с.120-128.

В монографии представлены результаты комплексного изучения лесных уральских культур позднего бронзового века. Рассматриваются вопросы материальной культуры, хронологии и периодизации, экономики, миграций и этнокультурных контактов

древних уральцев, а также их роль в становлении культур раннего железного века.

Первая глава посвящена характеристике источниковой базы черкаскульской культуры, включающей анализ поселений, жилищ, погребального обряда и инвентаря, а также проблемам ее происхождения и локальных вариантов.

Всего, отмечают авторы, в настоящее время на территории горно-лесного Зауралья известны 52 поселения с черкаскульским типом посуды (включая не только однослойные памятники, но и многослойные, имеющие черкаскульские отложения). Площадь поселений варьирует в довольно широких пределах: от 15 тыс. кв.м (самое крупное поселение Березки V) до 200-210 кв.м (Сигаево V, Б.Липовый V, Липовая Курья) (с.8). Жилые постройки представлены полуземлянками и наземными жилищами (преобладающий тип). Их реконструкции обнаруживают близость жилым сооружениям угорского населения Зауралья и Западной Сибири ХУН-Х1Х вв. Площадь жилищ колебалась в пределах от 20-50 до 75-160 кв.м. Соответственно, число их обитателей, исходя из расчетов, основанных на этнографических данных, могло составлять от 5-8 до 20-25 человек (с.9).При этом более крупные жилища и поселения характерны для районов, тяготеющих к лесостепной и степной зонам, что, по-видимому, объясняется определенными различиями в системе хозяйства горно-лесной (ведущие направления - охота и рыболовство) и лесостепной (скотоводство и земледелие) частей ареала черкаскульской культуры, а также, возможно, внешним факторм - соседством на юге инокультурного населения (федоровского, алакульского, срубного),- который мог служить стимулом консолидации черкаскульцев лесостепи в более крупные коллективы (с.10).

В целом, в каждом поселке, вероятно, проживала небольшая, относительно замкнутая группа родственников, о чем свидетельствуют не только сравнительно небольшие размеры поселений и жилищ, но и малочисленные захоронения могильников.

Выделяются три локальных варианта погребального обряда, различающиеся типами надмогильных сооружений. Первый тип, представленный каменными оградками без земляных насыпей, встречается только в районах лесного Зауралья. Второй тип -курганные насыпи с каменными кольцами под насыпью или вокруг ее основания - тяготеет к районам лесостепного Зауралья. Третий тип - земляные курганы без использования в их конструкции камня -локализуется в лесостепном регионе Приуралья. Отмеченные различия, помимо геоморфологических причин, возможно, определялись и характером этнического окружения, среди которого проживали те или иные группы черкаскульского населения, особенно вне пределов лесного Зауралья (с.12-13).

Способы захоронений также подразделяются на три вида. Это ингумации в скорченном положении на боку и в вытянутом положении на спине, а также трупосожжения с последующим захоронением остатков кремации в могильной яме. Последний способ фиксируется только в лесостепном Зауралье, что, однако, с точки зрения авторов, не следует рассматривать лишь как заимствование у носителей федоровской культуры. Имеющиеся данные позволяют, по их мнению, говорить о местной традиции использования огня при захоронении, уходящей своими корнями в неоэнеолитическую эпоху (с.19).

По характеру орнамента на территории горно-лесного Зауралья выделяются три типа керамики. Помимо черкаскульского здесь представлены еще два вида, связь которых (в хронологическом или генетическом плане) с черкаскульским орнаментальным комплексом безусловна. Это коптяковский тип керамики и посуда так называемого нерасчлененного типа. Особенностью последней является сочетание в разных вариациях коптяковских, черкаскульских и федоровских орнаментальных традиций (с.30).

Анализ основных орнаментальных комплексов позволяет выделить в горно-лесном Зауралье четыре хронологические группы памятников, последовательно сменявших друг друга в период

позднего бронзового века. Две из них характеризуют этапы развития черкаскульской культуры. При этом памятники раннечеркаскульского этапа датируются ХУ-Х1У вв. до н.э., а позднего этапа - Х1Н-Х11 вв. до н.э. Памятники коптяковского типа предшествуют черкаскульским и, по мнению авторов, относятся к ХУ1-ХУ вв. до н.э., что, как отмечают они, вполне согласуется с датировкой керамики петровского и абашевского типов, с которой коптяковская посуда имела ряд общих черт (с.39-41).

С точки зрения исследователей, можно полагать, что своими генетическими корнями черкаскульская культура уходит в зауральские культуры эпохи энеолита - ранней бронзы, прежде всего в аятскую, где, как считается, в рамках гребенчатой орнаментальной традиции начинает формироваться андроноидная традиция (или традиция "гребенчатого геометризма", по терминологии М.Ф.Косарева), легшая затем в основу коптяковского, черкаскульского и отчасти федоровского орнаментальных комплексов. При этом промежуточным звеном между ними и аятской культурой явились памятники с нерасчлененным типом керамики (с.44-45). Раньше всего на его основе сложилась керамика коптяковского типа, которая, однако, не получила широкого развития. Черкаскульская культура, оформившаяся в качестве самостоятельного образования несколько позже, очень быстро "подавила" в горно-лесном Зауралье традиции коптяковского орнаментального комплекса и в ХУ-ХГУ вв. до н.э. сделалась решающим фактором развития данного региона (с.47).

В рамках черкаскульской культуры авторы выделяют два локальных варианта, имеющие некоторые отличия в наборе элементов орнамента и технике его нанесения. Это - северный (тагильский) вариант, известный в литературе также и как "кошкаревский" (по наиболее изученному памятнику этого региона -поселению Кошкарево I), и более южный, получивший название невьянско-миасского. На позднем этапе развития черкаскульской культуры (ХШ-ХИ вв. до н.э.) в результате продвижения ее 25-1740

носителей в южном направлении в лесостепном Приуралье формируется такталачукская группа позднечеркаскульских памятников, своеобразие которой было обусловлено влиянием населения срубной культуры (с.49-50).

Во второй главе рассматриваются материалы межовской культуры, сложившейся преимущественно на базе черкаскульской в горно-лесных районах Зауралья и лесостепной Башкирии. В настоящее время известно 168 поселений межовской культуры (90 в Приуралье и 78 в Зауралье), из которых 107 (64%) было охвачено раскопками (с.53). В лесной зоне площади поселений варьируют в пределах 1-5 тыс. кв.м с числом построек от 1 до 4. В лесостепи их размеры значительно больше -10-35 тыс. кв.м, а количество построек достигает 10-15 (с.54). Среди жилищ преобладают неглубокие полуземлянки (50% от общего числа) и полностью наземные постройки, наиболее распространенные в лесной зоне. Большинство построек имеет размеры от 70 до 150 кв.м. Встречаются, однако, и более крупные - от 250 до 400 кв.м, и более мелкие - от 8-15 до 25-40 кв.м (с.58). В целом, жилища межовских поселений находят широкие аналогии в культурах лесной и лесостепной зон (главным образом постройки площадью до 100 кв.м), а также степной зоны (сооружения большей площади).

Погребальный обряд населения межовской культуры обнаруживает много параллелей с погребальным обрядом черкаскульских, абашевских и срубных племен, а также могильников раннего железного века Западной Сибири - Саргатского и Кононовского (с.63).

По характеру орнамента межовская керамика, как и посуда черкаскульской культуры, относится к группе геометрических орнаментов. В составе последней, однако, можно выделить, хотя и весьма приближенно, две подгруппы: собственно геометрические орнаменты, включающие ромбы, треугольники, зигзаги и проч., и елочно-линейные орнаменты, типичными элементами которых являются елочки и горизонтальные линии. Как отмечают авторы, не

следует полностью отождествлять эти подгруппы с той или иной культурой, но, тем не менее, орнаменты первой подгруппы тяготеют к черкаскульским мотивам, а второй - к межовским (с.77).

В рамках межовской культуры выделяются две хронологические группы памятников: собственно межовская и березовская. Первая группа датируется XII-IX вв. до н.э. (межовский этап), вторая - VIII - началом VII в. до н.э. (березовский этап)(с.97).

В территориальном отношении межовские памятники четко подразделяются на два региона - приуральский и зауральский, различия между которыми в значительной степени были обусловлены направлением культурных контактов. В Приуралье прослеживаются связи со срубной и приказанской культурами, в Зауралье - с алексеевско-саргаринской и ирменской. В горно-лесном Зауралье межовские памятники, как и черкаскульские, образовывали два локальных варианта - кошкаровский и невьянско-миасский. В лесостепном Зауралье и в Притоболье формируется притобольский вариант межовской культуры. В Приуралье, наряду с приуральским (бельско-икским), выделяется также средне-нижнекамский локальный вариант. Как особый вариант позднемежовских древностей в рамках березовского этапа, по мнению авторов, следует рассматривать памятники типа поселения Аргази XIII, которые сохраняют еще межовскую схему орнаментации керамики, но имеют уже сарматоидную форму сосудов. В Приуралье заключительный этап развития межовских памятников связан с проникновением в этот район населения с маклашеевской круглодонной керамикой и с формированием памятников курмантауского типа. Комплексы смешанного межовско-маклашеевского облика авторы называют быргындинскими. а этап, соответственно,- быргындинским (с.87-90). Позднемежовские комплексы, по их мнению, легли в основу ряда лесных и лесостепных культур Урала эпохи раннего железа: иткульской, гороховской, а также памятников гафурийского типа (с.104-106).

В третьей главе рассматриваются проблемы миграций и культурных контактов населения черкаскульской и межовской культур. Авторами выделяются два этапа взаимодействия черкаскульского населения с носителями федоровской культуры. Первый из них (ХУ-Х1У вв. до н.э.), как считают исследователи, фактически, явился продолжением периода генетического единства этих культурных образований. Второй (ХШ-ХИ вв. до н.э.) - связан с проникновением черкаскульского населения в Южное Зауралье на территорию, освоенную племенами федоровской культуры, а в дальнейшем - и с совместным продвижением носителей этих культур в районы лесостепного Приуралья и Самарского Поволжья, где они вступают в контакт с срубно-покровскими группами населения (с.109-111). Более ограниченный характер имело проникновение черкаскульских племен в лесные районы, расположенные к востоку от Среднего Зауралья, что, возможно, объясняется переходом поздних черкаскульцев к скотоводству, требовавшему иных природно-географических условий.

Освоение носителями черкаскульской культуры на позднем этапе ее развития ряда сопредельных Среднему Зауралью территорий (предгорной Башкирии, Среднего Притоболья и частично Северного Казахстана) привело к тому, что межовское население, сформировавшееся на базе черкаскульского, в этих регионах уже являлось во многом аборигенным (с.114).

Касаясь вопроса об этнической интерпретации населения Урала эпохи поздней бронзы, исследователи полагают, что есть основания говорить об угорской (в основном) принадлежности черкаскульских памятников, учитывая при этом и наличие ираноязычного компонента, связанного с раннеалакульским (петровским) влиянием. Сходным был этнический состав межовского населения. Основным, исходным компонентом в сложении межовской культуры являлся черкаскульский или угорский, если отождествлять часть черкаскульского этноса с

угорским. Другим компонентом, с точки зрения авторов, был степной срубно-андроновский (индоарийский)(с.117).

А.Е.Медовичев

97.02.019. ВОПРОСЫ АРХЕОЛОГИИ ЗАПАДНОГО КАЗАХСТАНА: СБ.НАУЧН.ТР./ Редкол.: Ткачев В.В.(отв.ред.) и др.; Респ.Казахстан. Актюбинское обл. упр. культуры; Актюбинская обл. инсп. истор.- культ, наследия. - Самара: "Диалог*, 1996. - 271 с -(Вып.1. Памяти В.В.Родионова).

Сборник посвящен памяти В.В.Родионова (1913-1986) - геолога по образованию и роду своей основной деятельности и, вместе с тем, первооткрывателя и исследователя ряда археологических памятников на территории Западного Казахстана. В публикуемых статьях рассматривается широкий круг историко-археологических проблем от каменного века до эпохи средневековья.

Сборник открывает статья В.В.Родионова, в которой излагается история археологических исследований в Актюбинской области, начиная с первых сообщений путешественников XVIII -начала XIX вв. об исторических древностях региона и вплоть до планомерных, систематических раскопок 70-х годов нашего столетия.

Статья Ж.К.Таймагамбетова и Б.Ж.Аубекерова посвящена реконструкции гео-геоморфологической и палеогеографической обстановки второй половины позднего плейстоцена Казахстана по материалам раскопок ряда верхнепалеолитических памятников (стоянка им.Ч.Валиханова, местонахождение Семизбугу II, поселение Шульбинка). Эпоха верхнего палеолита в изучаемом регионе характеризуется, как показывают авторы, большими изменениями в ландшафтах, биоценозах и палеоклимате, вызванными последним осташковским-сартанским оледенением и последствиями сильного похолодания. С этим чрезвычайно холодным и сухим временем связано два важнейших палеогеографических события - появление обширной криолитозоны в восточной половине Казахстана и