Проблемы базового образования и профессиональной подготовки инженеров-технологов геологоразведочного производства

ИЗВЕСТИЯ УРАЛЬСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГОРНО-ГЕОЛОГИЧЕСКОЙ АКАДЕМИИ 1996 СЕРИЯ: ГЕОЛОГИЯ И ГЕОФИЗИКА Вып.5

ВОПРОСЫ ПРЕПОДАВАНИЯ В ВЫСШЕЙ ШКОЛЕ

УДК 620.243

О.В.Ошкордин

ПРОБЛЕМЫ БАЗОВОГО ОБРАЗОВАНИЯ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ ИНЖЕНЕРОВ-ТЕХНОЛОГОВ ГЕОЛОГОРАЗВЕДОЧНОГО

ПРОИЗВОДСТВА

/

Переход Российской высшей школы к многоуровенному образованию, по-видимому, является объективно необходимым, т.к. преимущества новой для нас системы - поэтапная смена форм обучения от общеобразовательной фундаментальной подготовки к профессиональной специализации и связанные с этим большая мобильность, свобода выбора на верхних ступенях становления специалиста в сочетании с широтой и универсальностью базового образования - в большей степени соответствуют динамично развивающемуся обществу с его изменчивой социально-экономической и хозяйственной структурой. В конечном счете гибкая система многоуровенного высшего образования является одной из форм реального приобщения людей к демократическим ценностям и в социальном, и в экономическом, и в культурном плане.

Однако трудности перехода, проявившиеся уже на стадии составления новых учебных планов и программ, свидетельствуют о том, что этот переход невозможно свести к простому перекраиванию учебно-методических материалов без риска потерять сам потенциал высшей школы, ее способность воспроизводить и передавать молодежи интеллектуальное достояние предыдущих поколений.

Система образования как органичный элемент национальной культуры самоценна даже в том случае, когда уступает более совершенной системе. Конечный пункт реформаторского движения не характеризует исчерпывающе достигнутый результат. Это вытекает из природы образования как формы реализации национальных достоинств и не нуждается в доказательствах, если мы признаем мерой всех вещей человека реального, принадлежащего конкретному времени и конкретной стране, а не абстрактного, живущего вне времени и пространства.

Согласие с данным положением отнюдь не означает отказа от необходимости реформы высшего образования, но предполагает ревизию главных элементов высшего профессионального образования по каждой из ныне действующих специальностей с тем, чтобы не прервать цепь передачи накопленного багажа от прошлых поколений будущим.

Особенно выпукло трудности перехода к многоуровенной системе проявляются, на мой взгляд, в молодых технологических специальностях, выделившихся в последние десятилетия из классических специальностей инженерного или естественнонаучного профиля.

С одной стороны, эти специальности своим рождением обязаны успехам в развитии той или иной области производства (само появление новой специальности является в этом случае формой выражения и способом закрепления этого успеха), а с другой - специальности такого рода объективно (если отвлечься от искусственных спасательных ухищрений) первыми подлежат растворению при переходе на бакалавриат. Смогут ли они воскреснуть на уровне магистратуры и не приведет ли это к утрате самих достижений в данной области производства - отнюдь не технический и не формально-методический вопрос.

Специальность «Технология и техника разведки МПИ» возникла в вузах СССР в конце 1940-х годов первоначально в'Московском геологоразведочном и Ленинградском горном институтах. С 1949 года обучение по ней начато в Свердловском горном институте, а затем в Днепропетровском горном, Донецком, Томском и Иркутском политехнических институтах. К 1960 году по данной специальности подготовка велась уже в 18 вузах.

На первых порах учебный план специальности строился на основе равноправного синтеза двух классических образовательных начал: студенты-технологи геологоразведочного производства изучали полный цикл геологических дисциплин (общая и историческая геология, палеонтология, минералогия, петрография, геология месторождений, структурная геология, инженерная геология, гидрогеология, геофизические методы разведки и т.д., включая полный набор учебных практик), а также полный цикл дисциплин подготовки инженера-механика (теор.мех., технология металлов, сопромат, детали машин,

теория машин и механизмов, автоматика, электротехника, пром.электроника, техническая кибернетика, основы взаимозаменяемости и ремонта деталей машин и т.д.)- Разумеется, объемы изучаемых дисциплин при этом «ужимались» в соответствии с общим лимитом учебных часов.

Отчасти такое построение плана носило черты механической эклектики - формального слияния двух самостоятельных видов инженерного образования в одно. Можно оспаривать правомерность такого методического подхода, но следует помнить, что он вырос из реальной практики производства.

Выпускниками специальности РТ 50-х-60-х годов в стране была создана, укомплектована кадрами, оснащена технически и методически разветвленная общенациональная сеть научных, проектных и производственных организаций технологической службы геологии, разведки и охраны недр, не имеющая аналогов в мировой практике.

В результате за короткое время (с середины 50-х до конца 60-х годов) Советский Союз из импортера буровой техники превратился в ее крупнейшего производителя и экспортера, а отечественная буровая технология вышла на уровень самых передовых в научно-техническом отношении стран.

Взрыв технико-технологических достижений обозначился к концу 70-х годов целым рядом событий мирового класса: бурение Кольской сверхглубокой скважины с рекордной глубиной проходки в континентальной зоне (свыше 12 км), бурение серии двухкилометровых скважин в сплошной толще Антарктического льда (событие зафиксировано в Книге рекордов Гиннесса, а по трехстороннему соглашению между США, Францией и Советским Союзом в совместной программе исследований ледяного покрова Антарктиды за Советским Союзом было закреплено решение самой сложной задачи - бурения скважин, что само по себе явилось признанием нашего технологического превосходства), создание высокоэффективных технологий бурения с гидротранспортом керна, со съемными кернопри-емниками, разработка погружных гидроударных машин, новых классов пробоотборного технологического оборудования и новых серий буровых установок, отвечающих (если отвлечься от качества их изготовления) требованиям самых строгих международных стандартов.

Принципиальной особенностью подготовки инженеров-технологов геологоразведочного производства в нашей стране было сочетание геологической и классической инженерной составляющих на уровне базового образования, а не на уровне профессиональной специализации. Трудно оперировать какими-то количественными показателями, но в качестве экспертных предположений можно заключить, что такой подход к подготовке инженеров исключал их технократическую направленность, более тесно увязывал формируемое технологическое мышление со сложной проблематикой строения геологических объектов и практическими задачами комплексного освоения и охраны минеральных ресурсов. Отчасти такой подход позволял решать ту же задачу, что решается и при переходе к многоуровенному высшему образованию: технологи геологоразведочного производства на высших ступенях профессиональной специализации могли делать выбор между геологической (геолого-методической), сугубо-технологической или конструкторской деятельностью. Известны примеры, когда технологи по образованию защищали кандидитские и даже докторские диссертации в области геолого-минералогических наук без переквалификации или смены профиля своей деятельности (в основном такие работы касались проблем опробования месторождений в ходе их разведки или изучения структур рудных полей с использованием специальных способов и методик).

И все-таки, несмотря на это, мой опыт сотрудничества и профессионального общения со специалистами самых разных производственных и исследовательских организаций убеждает в том, что в профессиональной деятельности технолога геологоразведочного производства реализуется в полной мере лишь одна составляющая его инженерного образования - классическая подготовка инженера-механика. Это обусловлено и тем, что основу буровой техники и технологического оборудования составляют механические системы, и тем, что основные процессы, составляющие технологический процесс бурения скважин (разрушение горной породы на забое, формирование и сохранение керновых, шламовых и специальных проб, очистка скважины от шлама и поддержание устойчивости ее стенок), также в значительной степени в своей основе имеют механическую природу или трактовались до недавнего времени как механические процессы. Однако я бы не стал абсолютизировать механическую природу буровой технологии.

Сегодня технологи на производстве и проектировщики бурового оборудования решают задачи совершенно иного содержания: изучение физико-химических и термодинамических закономерностей диспергации горных пород при взаимодействии с микрорезцовым инструментом, исследование вопросов самодиспергации пород и эрозии стенок скважин, разработка рецептур очистных агентов и тампонажных смесей, вскрытие системных взаимосвязей и моделирование развития сложных ситуаций, характеризующих течение технологического процесса и функционирование буровых систем на основе анализа сложных структур нетрадиционными методами и т.п.

Достаточно проанализировать тематические планы и содержание разработок не прекративших свое существование исследовательских геолого-технолргических организаций, чтобы убедиться, во-первых, в качественном изменении проблематики профессиональной деятельности технолога, а также в том, что

эта проблематика не имеет ни малейшего обеспечения ни на одном из уровней образования и профессионального обучения. Учебные программы вузов всегда отстают от передовых исследований -так должно быть, и это нормально - в данном случае речь идет не об отставании, а о несоответствии содержания обучения на базовом образовательном уровне содержанию проблематики профессиональной деятельности специалиста.

Вряд ли таких умозаключений было бы достаточно для того, чтобы ломать сложившуюся годами практику подготовки инженеров данного профиля. Однако все дело в том, что образовательная база подготовки горных инженеров по технологии и технике разведки за последние десять лет претерпела столь значительные разрушительные изменения, что от прежней системы к настоящему моменту осталось только название.

Полностью уничтожена как геологическая, так и классическая инженерная составляющие образования: взамен целостной системы, способной к индивидуальному саморазвитию в сознании студента и будущего специалиста в соответствии с особенностями его практики и накопленного опыта, оставлены отдельные разрозненные дисциплины (по принципу практической «нужности»), составляющие в совокупности менее трети того перечня, который всегда считался минимально необходимым. Сугубая эклектика учебного плана, введенного в действие в середине 80-х, интуитивно понятна как студентам, так и преподавателям (за исключением той их части, которая понимает процесс инженерного образования как череду инструктажей). Основу нынешнего учебного плана составляют самостоятельные спецкурсы, скомпонованные не на основе внутренней (предметной) логики взаимосвязи и последовательного развития в единой системе знания, а на основе соответствия нёким, главным образом умозрительным, «должностным обязанностям». Именно за такой принцип подготовки инженеров ратуют большинство известных мне менеджеров геологоразведочного производства высокого уровня (генеральные директора объединений, председатели региональных геологических комитетов и т.д.) - они предлагают, по существу, заменить образование совокупностью полезных курсов: стенографии и машинописи, графики, программирования и информатики, методики моделирования и мат.анализа и т.д. Так что работавший последние 10 лет учебный план, по-видимому, сформировался не случайно. И все же такой подход неприемлем -курсовое обучение необходимо не взамен образования, а в дополнение к нему. Полагаю излишним доказывать это - любой специалист (не менеджер), занятый разработкой способов и средств разведки, понимает губительность вульгарного практицизма в системе профессионального высшего образования.

Вопросом является выбор образовательной основы - сохранение традиционной схемы на основе комплекса дисциплин подготовки инженера-механика безусловно представляется наиболее надежной -классический инженер-механик с геологоразведочной технологической специализацией способен гибко адаптироваться к любым современным задачам и условиям. Правда, он абсолютно не представляет себе реальную сложность строения предмета своей деятельности - недр. Полагаю, что это, мягко говоря, минус, особенно в перспективах создания новых технологий. К тому же с середины 80-х годов в СССР успешно ведется подготовка инженеров-механиков по геологоразведочному оборудованию. Это в немалой степени способствовало крену специальности «Технология и техника разведки МПИ» в сторону чистой технологии. Техника в поле зрения кафедр ТТР осталась лишь в той мере, в какой это необходимо для разработки, изучения и преподавания технологии. Сказать, что специальность РТ не нужна, - значит отказаться от того самобытного опыта и интеллектуального потенциала, который содержится в ней, как структурном элементе Российской высшей школы. Решение принять в качестве базового план Т-32 («Технология и разведка МПИ») всеми кафедрами, выпускающими технологов геологоразведочного производства в разных вузах, обусловлено разными причинами - весьма различный облик принял и сам план Т-32 после редактирования его в разрешенных пределах.

На кафедре технологии и техники разведки МПИ Уральской горно-геологической академии отношение к двухступенчатой системе образования и составлению соответствующей программы обучения выражается следующим образом:

1. Образовательная база инженера-технолога геологоразведочного производства строится на основе полного цикла фундаментальных геологических дисциплин - это осознанное решение исходит из того, что базу любой технологии составляет предмет технологического воздействия (в нашем случае это геосистема).

Структура строения, свойства и закономерности развития геосистем в их целевом и онтологическом статусах, на всех технологически значимых уровнях организации минерального вещества (от агрегатов минеральных зерен до структурных образований регионального масштаба) составляют предмет изучения технолога, как предмет его будущей деятельности.

2. Техническая специализация, начиная со стадии бакалавриата, при этом является вторичной лишь по функции (в системе обучения обеспечивает овладение средствами профессиональной деятельности), но не по объему часов. Наоборот, предназначенный для профессиональной подготовки цикл технических дисциплин в соответствии с реальными потребностями практики должен быть достаточным (исключающим дилетантизм) на уровне бакалавриата и абсолютно преобладающим на более высоких ступенях

обучения. Это, в частности, обеспечивает широту диапазона функций и повышенную адаптируемость специалиста в условиях динамичной экономики.

3. Преподавание цикла общеинженерных технических дисциплин качественно видоизменяется: при построении учебного плана подобным образом не остается места для отвлеченно-абстрактного преподавания многих дисциплин - их место должны занять синтетические курсы, в которых общеинженерное введение развивавется в виде конкретных приложений в данной сфере профессиональной деятельности: скважинная гидродинамика взамен общей гидравлики; физ.химия промывочных жидкостей и тампонажных смесей взамен общей физ.химии, буровая механика взамен теоретической и так далее, включая дисциплины цикла машиноведения, сопротивления материалов и другие предметы, составлявшие ранее базу общеинженерной подготовки.

Такое построение учебного плана, очевидно, вызовет протест со стороны кафедр, осуществляющих преподавание классических дисциплин общеинженерного цикла. И с этим протестом можно было бы согласиться, если бы нынешние выпускники помнили к моменту получения диплома, о чем шла речь при изучении ими общеинженерных классических дисциплин. Опыт преподавания дисциплин, в которых общетеоретическое начало сочетается с прикладными аспектами профессиональной деятельности, показывает, что в этом случае знания умирают значительно реже. Особым вопросом является преподавание базового цикла геологических дисциплин - оно также должно быть адаптировано к целям профессиональной деятельности технолога - это не простая в методическом отношении задача, но поскольку есть понимание преподавателей кафедр геологического цикла, то есть и надежда, что в Уральской горно-геологической академии эта задача будет решена.

Гораздо большую сложность представляет, на мой взгляд, проблема преподавания дисциплин физико-математического цикла, составляющих фундамент высшего образования. Отказ от какой бы то ни было адаптации этих дисциплин со стороны* кафедр физики и высшей математики обосновывается цельностью и внутренним логическим единством всех основных составляющих частей основ физики и математики: нет физики (математики), особой для буровиков, геологов, обогатителей и т.д. Часто эта проблема сводится к проблеме соотношения фундаментальных и прикладных вопросов - проблема адаптации курсов трактуется как вопрос об усилении прикладных аспектов физики и математики. Кафедры резонно возражают против подобной вульгаризации физико-математической подготовки.

Мне же эта проблема представляется иначе. Проблема, на мой взгляд, заключается в интеграции физико-математической подготовки в общую систему обучения, и речь идет не о содержании или структуре преподаваемых дисциплин, а о языке преподавания. Разумеется, я имею в виду не лексику, а скорее, синтаксис - соподчиненность идей и понятий, структуру и форму преподнесения материала, соответствующую принципам технологического мышления и способную существовать в рамках этого мышления. Невостребованное знание (неважно, прикладное оно или фундаментальное) гибнет без следа и проку.

Если физики признают возможным чтение лекций на русском языке для русских, а на китайском - для китайцев, то почему бы им не признать своеобразие языка и выражаемых им особенностей профессионального мышления инженера-геолога, инженера-механика, инженера-технолога? В геологической литературе во всем мире давно уже решен вопрос о неприемлемости в геологии языка (формы выражения) классической математики, соответствующей картине мира, созданной механиками XVIII и физиками XIX века. Еще в середине 80-х годов группа ведущих математиков страны через печать обращалась к правительству, обеспокоенная однобоким, несовременным преподаванием математики в средней и высшей школе.

Этот весьма непростой в методическом отношении вопрос невозможно исчерпывающе рассмотреть в рамках данной статьи. Однако в качестве примера оптимального, на мой взгляд, изложения раздела теоретической физики в технологической транскрипции хотел бы привести книгу профессора Оксфордского университета П.Эткинса «Порядок и беспорядок в природе» (М.: Мир, 1987 г.) - русское название книги, предназначенной для студентов, преподавателей и научных работников, искажает название оригинала, по-видимому, в «рекламных целях». Имеются примеры и в Российской высшей школе - таковы учебники и разработки лекционных курсов по инженерной графике, прикладной и теоретической механике профессора Московской геологоразведочной академии Б.М.Ребрика. Читаемые им дисциплины, благодаря соответствующей форме выражения, органично вписаны в общую систему обучения по той или иной специальности.

Конечно, такой подход к преподаванию требует действительно высшей квалификации. Но важно и стремление самих преподавателей преодолевать отчуждение от общей системы инженерного образования. Вне этой единой системы, вне развития знаний на последующих ступенях результаты обучения гибнут раньше, чем преподаватель успевает отнести экзаменационную ведомость в деканат.

Подобная проблема весьма остро стоит и на более высоком уровне обучения - при преподавании общеинженерных дисциплин. Наиболее ярким примером этого является формирование представлений о прочности и закономерностях разрушения в системе понятий теории сопротивления материалов. До

сих пор еще некоторые исследователи или авторы учебников пытаются описывать процесс сопротивления горной породы буровому инструменту на забое скважины и процесс разрушения горной породы при бурении через систему понятий и закономерностей, выводимых из закона Гука и последующих искусственных приемов (метод сечений). Теория сопротивления материалов настолько прочно вошла в инженерное мышление, что ключевое понятие этой теории «напряжение» воспринимается не как условность, чистая абстракция (результат применения искусственного приема уравновешивания мысленно отсекаемой части твердого тела), позволяющая эффективно выразить условия сохранения целостности макроэлементов под механической нагрузкой, но как некая физическая реальность.

Огромное количество разнообразных формул (как правило, изобилующих эмпирическими коэффициентами), эпюр распределения напряжений в призабойной зоне, номограмм и диаграмм, якобы выражающих условия разрушения горной породы при бурении, в действительности никогда не используются в практических расчетах (или притягиваются к проектным решениям «за уши») и чаще всего не имеют никакого аналитического значения. Более того, достаточно обратиться к исходным основаниям сопромата (проанализировать его аксиоматическую базу и систему исходных допущений), чтобы выявить прямую неправомерность (ошибочность) распространения закономерностей сохранения целостности макроскопических элементов конструкций на процессе разрушения горной породы при бурении, который в значительной степени реализуется на «микроуровне». При любом способе разрушения породы любым современным породоразрушающим инструментом (твердосплавными или алмазными коронками, шарошечными или лопастными долотами) на забое происходит измельчение породы с образованием шлама, содержащего значительную долю высокодисперсных фракций (при алмазном бурении их содержание максимально, а при шарошечном - минимально). Это сложный процесс, решающее значение в котором приобретают физико-химические (процесс раскрывается на уровне сил межмолекулярного взаимодействия) и термодинамические аспекты (определяющую роль играет переход тепловой энергии в энергию вновь образуемой открытой поверхности частиц породы). Дисциплины сами по себе могут войти в какую-либо систему профессионального знания лишь в том случае, если их изложение ведется с учетом общей целевой функции. Иначе и сопромат окажется бесполезным.

Это не единственный случай (хотя может быть один из самых вредных) порочного в образовательном смысле «развития» общеинженерных дисциплин в специальных разделах профессиональной подготовки.

Тем более оправданной, на наш взгляд, является попытка создания синтетических курсов, сочетающих в себе последовательное рассмотрение технологической проблемы на разных уровнях и с разных позиций.

Например, рассмотрение технологом проблем прочности, разрушения, диспергации и деформации твердых веществ целесообразно выполнять в рамках единого курса, раскрывая особенности поведения нагружаемого твердого тела на микро- и макроуровнях с привлечением различных теоретических подходов, демонстрируя их пределы применимости и раскрывая их возможности.

Построенные по тому же принципу синтетические курсы буровой механики, скважинной гидродинамики, расчета и проектирования бурового оборудования и других дисциплин, в целом реализация учебного плана в том виде, как мы его задумали, на наш взгляд, позволят повысить уровень профессиональной инженерной подготовки, сочетающейся с базовым геологическим образованием, формирующим научное представление о предмете деятельности и целевую функцию технолога геологоразведочного производства.

При условии, что все преподаватели, участвующие в обучении студента, будут рассматривать свою роль немного шире, чем этого требует преподавание их собственного предмета - без целостного единства всех дисциплин, нельзя ожидать положительного результата.

Разумеется, такое междисциплинарное взаимодействие не рождается само по себе, только из благорасположения преподавателей - необходимо организующее (системообразующее) начало, объединяющее разнородные дисциплины разных уровней образования общей целевой функцией в единое целое, способное к саморазвитию.

В качестве такого организующего начала, на мой взгляд, независимо от чей бы то ни было воли в технологических дисциплинах является некоторая базовая технология.

Для технологов геологоразведочного производства такой базовой технологией всегда была технология колонкового механического бурения и ее разнообразные ответвления (направленное, гидроударное бурение, технология отбора керновых проб и т.д.). Однако эта технология слишком узко и однозначно ориентирована на разведку месторождений полезных ископаемых (точнее, лишь на некоторые узкоспециальные вопросы разведки).

Более эффективно играть роль базовой технологии, позволяющей сохранить самобытное интеллектуальное достояние специальности и в то же время резко расширить диапазон профессиональных приложений, является технология специальных тампонажных работ при сооружении противофильтраци-онных завес вокруг горных выработок. Высокий уровень технологической культуры и разнообразие компонентов подготовки инженера делают эту технологию уникальной независимо от предполагаемых

направлений профессиональной деятельности обучавшихся на основе этой технологии специалистов. Кроме того, Уральская горно-геологическая академия, ее кафедра технологии и техники разведки МПИ, имеют многолетний опыт подготовки специалистов данного профиля по индивидуальным планам. Более подходящую технологию для несхоластического обучения инженеров найти трудно.

Во-первых, технология специальных тампонажных работ органично вбирает в себя все содержание, всю проблематику и использует все достижения технологии механического колонкового разведочного бурения (от керноотбора до направленного бурения и кернометрии).

Во-вторых, эта технология требует рассмотрения всех процессов, происходящих в системе «массив - буровой снаряд - скважина» на более глубоком уровне и в тесном единстве - именно эта технология дала импульс изучению физико-химических и гидродинамических проблем использования дисперсных систем в бурении; благодаря этой технологии в бурении и смежных с ним областях появились теоретические задачи нового класса, а вместе с ними и новые методы технологического анализа, имеющие общеинженерное значение.

В-третьих, инжекционные буровые технологии основываются на тщательном изучении недр, предполагают качественно более глубокое изучение их строения, чем это было необходимо для традиционной буровой технологии, что также согласуется с идеологией подготовки геологов-технологов с предельной широтой образования.

И наконец, в-четвертых, инжекционные буровые технологии имеют в принципе не ограниченный диапазон применения: от решения природоохранных, гидротехнических задач, до задач строительного характера, что имеет сегодня решающее значение.

УДК 552.57

В.И.Русский, В.П.Алексеев, С.В.Кривихин ОПЫТ ПОДГОТОВКИ ГЕОЛОГОВ-УГЛЕРАЗВЕДЧИКОВ

Диверсификация высшего образования предусматривает принципиальный пересмотр жестких рамок пятилетней подготовки довольно «узких» специалистов. Теперь такая целенаправленная подготовка будет, в основном, осуществляться на третьем уровне, имеющем два ответвления - поток дипломированных специалистов и магистратуру. В данном плане, а также принимая во внимание важную роль угля в структуре топливо-энергетического баланса России, подведем некоторые итоги нашей работы по подготовке геологов-углеразведчиков, которых кафедра геологии месторождений полезных ископаемых (ГМПИ) выпускает с пятидесятых годов. За это время здесь сформировалась школа геологов-угольщиков, подготовивших для геологоразведочных, добычных и других организаций России и ближнего зарубежья сотни квалифицированных специалистов. В разные годы угольное направление на кафедре возглавляли проф. Я.М.Черноусое, проф. О.Д.Русанова, доц. В.А.Князев. В настоящее время научное и методическое руководство подготовкой угольщиков осуществляется проф. В.П.Алексеевым. Сейчас кафедра ГМПИ является единственной в России, ежегодно выпускающей геологов-разведчиков угольных месторождений по самостоятельному учебному плану.

Профилизация по угольной геологии начинается у студентов специальности 08.01 «Геологическая съемка, поиски и разведка» с шестого семестра обучения, когда наряду с общими, изучаемыми в «потоке» курсами, в учебный план вводятся дисциплины угольной специализации 08.01.07 «Геология и разведка месторождений твердых горючих ископаемых» (см.таблицу).

Первой дисциплиной угольной специализации является «Литолого-фациальный анализ» (ЛФА), базирующийся на знаниях по ранее изученной литологии и являющийся основой для изучения последующих курсов, а также участия студентов в полевых работах на производственных практиках. При чтении лекций рассматриваются общие вопросы генетических исследований в литологии, диагностические признаки пород, литолого-фациальный состав угленосных отложений, закономерности строения толщ (цикличность), распределение фаций на площади (палеогеография), прикладное значение ЛФА. На лабораторных занятиях студенты работают с каменным материалом, изучая образцы и определяя их фациальную принадлежность. Индивидуальные занятия включают построение детальных литолого-фациальных колонок с выделением литоциклов разных порядков и палеогеографической схемы по заданному горизонту. Самостоятельная работа студентов ориентирована на изучение литературы для написания реферата, посвященного обычно какому-либо диагностическому признаку осадочных пород. В итоге изучения дисциплины студент должен знать методику ЛФА, его место в формационных исследованиях; диагностические признаки пород и их генетическое значение; принципы литолого-фациального расчленения отложений угленосных формаций (УФ); применение ЛФА для решения прикладных геологических задач. Он должен уметь детально документировать породы и определять их фациальную принадлежность; графически отображать результаты ЛФА и проводить их интерпретацию.