Специфика отечественных концептов в области политической коммуникации

  СПЕЦИФИКА ОТЕЧЕСТВЕННЫХ КОНЦЕПТОВ В ОБЛАСТИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КОММУНИКАЦИИ

Автор: ЧЕКУНОВА М.А.

ЧЕКУНОВА Марина Анатольевна — кандидат филологических наук, доцент кафедры массовых коммуникаций Российского университета дружбы народов. Адрес: Россия,117198 г Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10 корп. 2А. Тел.: +7(903) 792-47-48. Е-mail: chekunova@gmail.com

Аннотация. Статья ориентирована на изучение отечественных теоретических моделей в сфере политической коммуникативистики. Подчеркивается, что современные научные исследования в области политической коммуникативистики сделали большой шаг за прошедшее десятилетие в развитии политологии в России. Автор рассматривает самые разные направления отечественных исследований в сфере политической коммуникативистики. Изучен советский опыт, а также работы современных российских ученых, где анализировались принципы политической коммуникации в избирательных системах, электронных правительствах, «цветных революциях», сетецентричных системах. Не оставляет автор без внимания и аспекты научной терминологии. В работе показано, что отечественные исследования в области политической коммуникативистики проделали значительный путь от советского периода отрицания зарубежной политологии как таковой через заимствование западных политико-коммуникационных научных конструктов к созданию собственных теоретических моделей.

Ключевые слова: власть, концепт, политическая коммуникация, политические сети, общество, научная теория, российская наука.

Отечественная политическая коммуникативистика сделала серьезный шаг вперед за последнее десятилетие развития политологии в России. Время, когда российские специалисты в этой отрасли только учитывали мнения зарубежных (в основном, американских и европейских) ученых, не создавая собственного отличного концепта, постепенно уходит. И в этом нет ничего удивительного, так как политическая наука в нашей стране не только активно развивается, но и порождает профессиональные сообщества, новые передовые направления и, самое важное, научно-исследовательские школы (К примеру, активно действует уникальная Ростовская научная элитологическая школа, одним из основателей которой стал доктор политических наук, профессор А.В. Понеделков).

Политическая коммуникативистика постепенно проходит этап простого восприятия, аккумулирования готового политологического знания, ориентации лишь на зарубежные позиции и теоретические модели. Наступает логичный период ревизии устаревших научных идей и гипотез, переосмысления собственной специфики, места и роли в миро-

вой политической науке. Отечественные ученые понимают, что время безальтернативных и панегирических по отношению к зарубежным исследованиям статей и монографий уходит в прошлое. В настоящее время важно преодолеть оставшиеся прежние стереотипы и сильное искушение тотальной критики иностранных трудов. Логично учитывать, а не полностью отвергать чужой накопленный опыт.

Следует начать того, что вопросами политической коммуникации начали заниматься уже советские авторы. Здесь зарубежных ученых не следует во всем считать «первооткрывателями».

Несмотря на то, что в СССР официальной политологии просто не существовало, аспекты политической коммуникативистики активно обсуждались в научном дискурсе советских обществоведов, психологов, философов, этнографов, историков и социологов. Прежде всего, здесь следует называть работы В.Г. Афанасьева, Г.К. Ашина, Ю.П. Буданцева, А.И. Власова, Б.А. Грушина, И.А. Федякина, О.А. Феофанова и др.

Так, уже В.Г Афанасьев рассматривал проблематику понятийного аппарата, сущность, виды, источники социальной информации. Он же изучал феномен роли информации в управлении социумом, анализировал нюансы решений, информационных систем и политической информации как таковой [1]. Г.К. Ашин подробно проанализировал такие стороны коммуникации как манипулятивное управление, феномен массового общества, лидерство, «элитарная» и «массовая» культура [2]. Ю.П. Бу-данцев показал в своих работах специфику коммуникационных технологий, применив так называемый конкретно-исторический анализ [4].

Безусловно, что первые работы, затрагивающие проблемы политической коммуникации, не могли обойтись без марксисткой идеологической матрицы [23]. Между тем, исследования советских учёных заслуживают самого серьезного анализа — ведь они, фактически, не только были «пионерами» в этом плане, они заложили научно-теоретические основы изучения политической коммуникации в современной России [3; 5; 27]. И отдельные их идеи до сих пор актуальны и не теряют своей остроты.

Одной из первых отечественных диссертационных работ, посвященных роли политической коммуникации в избирательной системе, является труд Л.Р. Посикеры «Политическая коммуникация в условиях избирательных кампаний: Анализ концепций и технологий». В этой диссертации затронуты вопросы понятийного аппарата, эволюции исторических типов политической коммуникации, феномена выборов и его место в сфере политической коммуникации, влияния законов и политических традиций на проведение избирательных кампаний, использования электорального маркетинга, факторов повышения эффективности использования политико-коммуникационных техник [19].

Интерес к избирательной проблематике политической коммуникации в среде российских исследователей появился не случайно. После

длительного существования коммунистической идеологии и советского режима не просто появилось своеобразное увлечение зарубежными концептами демократии, политической культуры, политической коммуникации, политической системы, была разрушена прежняя, советская форма политической коммуникации. Требовалось осмыслить ту новую коммуникационную форму, которая только стала выстраиваться между властью, бизнесом и обществом, его отдельными группами в начале 1990-х гг. Например, в современных исследованиях даются попытки проанализировать форму политической коммуникации в России 2000-х годов. Так, А.М. Максимов в своей работе показал преобладание субъект-объектных коммуникативных отношений, когда субъекты представлены акторами разнообразного типа (в этом случае один из акторов является доминирующим, его отношения с другими субъектами отличаются асимметричностью) [15]. Другой особенностью отечественного вида политической коммуникации Максимов называет слабую обратную связь (граждане и их группы, объединения могут лишь эпизодически доводить до субъектов политической власти информацию о своих требованиях и интересах). При этом автор считает, что конфликтный вид взаимодействия в отечественной форме политической коммуникации не находит серьезного отражения, кроме сферы деятельности маргинальных политических движений. Кроме того, Максимов подробно изучил явление институциональных преобразований в избирательной системе Российской Федерации и их влияние на политическую коммуникацию.

В самом начале исследования политической коммуникативистики отечественные авторы часто принимали зарубежную точку зрения на эту проблему как основную, безальтернативную. Так, с точки зрения функционального подхода, отечественные авторы понимали под политической коммуникацией функциональное свойство, особенность одного из элементов политической системы социума, ее особой подсистемы, которая создаёт связи между институтами политической системы [10].

Благодаря зарубежным влияниям появился и процессуальный подход к политическим коммуникациям. Для примера, отечественный политолог А.И. Соловьев определяет политические коммуникации как процесс формирования осмысленных контактов между коммуникаторами и реципиентами политической коммуникации [21]. Ученый делает упор на том, что в любой форме коммуникации есть инициатор, преследующий конкретную цель. С другой стороны, автор подчеркивает роль политической информации — тех сведений, которые выбираются из потока разнообразных сведений для подготовки и принятия необходимых решений в сфере государственной власти либо исполнения функций или совершения определенных сопутствующих действий. Другими словами, информация играет роль предпосылки действий любого политического актора, а также является ресурсом, позволяющим достигать определенных целей [18].

Серьезный вклад в развитие отечественной политической коммуни-кативистики совершил доктор политических наук, профессор М.Н. Грачёв, который в 2005 защитил докторскую диссертацию на тему «Политическая коммуникация: теоретико-методологический характер». Понимая под политической коммуникацией информационное воздействие политических акторов друг на друга и окружающую социальную среду по поводу власти, автор определяет её важнейшим, неотъемлемым свойством политической деятельности [11]. Исследователь обнаружил существование прочной тенденции постепенного формирования четырех взаимодополняющих типов коммуникационных стратегий: общественного информирования, рекламно-пропагандистского типа, двусторонней ассиметричной и двусторонней симметричной. Данный тезис был неплохо доказан на примерах политико-коммуникационной практики стран Запада, Российской империи, СССР и постсоветской России.

Интересное наблюдение Грачев делает и на счет устойчивой тенденции постепенной трансформации однонаправленной («униполярной») коммуникации «вещательной» формы в новую разновидность информационного обмена, подразумевающего повышение роли обратной связи. Вместе с тем, автор применяет политико-культурный концепт Г. Ал-монда и С. Вербы, который является достаточно спорным на фоне появившихся новых научных исследований (особенно после публикации результатов социологических замеров Р. Инглхарта).

Несмотря на это, в основном теоретические допущения Грачева выглядят весьма основательными и логичными. Например, заслуживает определенного интереса его идея о том, что мощный рост новейших информационно-коммуникационных приемов сопровождается увеличением уровня информационной открытости как деятельности социально-политических институтов, так и деятельности отдельных индивидов. Любопытно и другое замечание автора по поводу того, что эволюция технологической базы политической коммуникации в условиях формирующегося информационного социума потребует лучшей нормативно-правовой регламентации, т.к. кроме расширения публичности, открытости власти прогресс несет в себе потенциальную опасность ограничения традиционно известных демократических принципов.

На основании сравнительного анализа макро- и микроуровневых направлений западной политологии в сегменте политико-коммуникационных теоретических разработок Грачёв пришел к важному выводу, что серьезных противоречий между этими двумя подходами не существует. Синтезировав оба подхода, автор предложил собственную структурно-функциональную модель, объясняющую политическую систему социума как конкретно-исторический вид коммуникации политических акторов между собой и с окружающей внешней средой, властно упорядочивающую в определенные рамки политическую деятельность в обществе.

Многие идеи и гипотезы М.Н. Грачева нашли своё отражение в его широко известных работах [12; 13]. Труды Грачева весьма важны для развития отечественных политологических школ и направлений. Доказательством этого является тот факт, что на его исследования появляется довольно много цитирований в трудах современных, особенно начинающих свой карьерный путь ученых (не только столичных, но и региональных). Например, в диссертации Е.А. Кузьминой есть подобные цитирования, что означает определенную преемственность научного знания в отечественной политологии. (Кузьмина анализирует такие явления как визуальная, аудиальная, аудиавизуальная и интернет-реклама) [14].

Другим московским автором, анализирующим политические коммуникации в завязке с Интернетом, выступает кандидат политических наук С.В. Володенков. Исследователь актуализирует вопросы виртуализации политического пространства [6], специфики интернет-коммуникаций [7], а также феномен манипуляции сознанием через политические коммуникации [8].

Необходимо заметить, что в Санкт-Петербурге складывается прочная традиция по изучению политической коммуникации. Если проанализировать библиотеки, в том числе электронные, то много исследований политико-коммуникационного толка принадлежат именно санкт-петербургским авторам.

В работах санкт-петербургского политолога А.В. Чугунова больше внимания уделяется роли сети Интернет в политических коммуникациях. Автор акцентировал научный анализ на том, что в современных условиях развития информационных интернет-технологий в жизни социума политико-коммуникационная сфера приобретает новые черты [28]. Он обозначил ряд тенденций, связанных с этим явлением: информация приобретает глобальный характер, снижая роль государственных границ; попытки цензуры могут оборачиваться серьезными технологическими проблемами для той страны, где власти пытаются внедрить ограничения; возрастают технические возможности по работе с политической информацией; усиливается воздействие информационных технологий на все сферы человеческой жизни, приводя к феномену децентрализации общества; подобные процессы влияют на формирование новых трудовых ресурсов.

Также Чугунов развивает свои идеи в работах, посвященных изучению феномена электронного правительства. В этих работах затрагиваются аспекты электронной идентификации граждан, проблемы электронного участия, электронной демократии, институционализация электронного правительства, востребованности общества в электронных услугах и т.п. [29]. Отечественные исследователи уже не просто ориентируются на зарубежных специалистов и их авторитетные позиции в сегменте электронного правительства (М. Каазе, Д. Фухс, С. Столл и др.), но и пытаются учесть российскую специфику, процессы адаптации зарубежного опыта, совместимости новых и старых политических институтов.

Трансформационные нюансы политической коммуникации анализирует в своей диссертации Ю.А. Твирова. Работа содержит исследование самых различных аспектов [22]. К примеру, автор доказывает важность феномена политической коммуникации в трансформационных процессах политической системы тем, что, во-первых, политическая коммуникация приводит к зарождению совершенно новых общественно-политических отношений, во-вторых, способствует консолидации/дифференциации политической системы, наконец, в-третьих, означает сам показатель проводимых реформ и преобразований в государстве.

По мнению Твировой, изменение институтов политической системы приводит к существенной трансформации политико-коммуникационной сферы от скрытого одностороннего к открытому двустороннему типу. Интерес представляет и другое наблюдение автора, согласно которому развитие отечественной медиасистемы сопряжено с общемировым трендом медиатизации политики. Твирова пришла к логичному выводу, что в условиях демократизации, при отсутствии сдерживающих эту тенденцию механизмов (традиции, общественные институты и т.п.) для России появляется опасность развития антидемократических процессов.

Диссертация О.В. Гайковой больше ориентирована на анализ предвыборного дискурса как жанра политической коммуникации [9]. Здесь рассмотрены специфические проблемы: принципы выделения предвыборного дискурса, институциональные характеристики предвыборного дискурса, его ритуальная и риторическая специфика, манипулятивеные и аргу-ментативные стратегии, структурно-композиционные особенности и т.п.

Вслед за иностранными публикациями о политических сетях появились и работы российских политологов. В этом плане интерес представляет монография О.В. Михайловой, где придаётся особенное значение таким вопросам политических сетей как эволюция государственного управления, сетевой цикл, политические сети в контексте теории демократии, идентификация политических коммуникаций, их проектирование и оценка, менеджмент сетей [17].

Тем не менее, работа больше посвящена именно сетевому анализу, четкой взаимосвязи с концептом политической коммуникации, к сожалению, не наблюдается. Кроме того, автор чрезмерно увлёкся презентацией зарубежных теоретических конструктов и практических кейсов в плане функционирования политических сетей. В работе практически не нашёл отражение российский опыт построения эффективных для государства и общества политических сетей. Нет четкой критики зарубежных научных допущений и концептов.

Определенный импульс развитию теории политической коммуникации в России придала так называемая модель сетецентризма. Сама идея о сетецентрическом подходе в коммуникациях появилась в работах зарубежных исследователей Артура Себровски и Джона Гарстки. Самое примечательное, что российские учёные не просто развили этот под-

ход, но и скорректировали его, исходя из специфики демократических институтов, государственного управления, политической культуры и политической системы Российской Федерации.

К примеру, в коллективной монографии «Сетецентрические методы в государственном управлении» авторы, во-первых, постарались проанализировать зарубежные научные концепты в сегменте сетецентризма, рассмотрели такие аспекты как роль государства в политических коммуникациях, природу сетецентризма [20]. Во-вторых, исследователи не просто копировали известные американские и европейские политологические подходы к коммуникациям. Они актуализировали проблему этики в государственном управлении, государственной службе и новых типах коммуникации. Рассмотрели российский кейс новых политических коммуникаций с точки зрения специфики отечественной политической культуры и традиций государственного управления.

Параллельно авторы пришли к важному выводу о том, что слепое заимствование зарубежных концептов и стратегий коммуникационной политики, электронной демократии с одновременным игнорированием политической культуры России способно не улучшить, а наоборот, разрушить политическую систему, внести в государственную службу и управление деструктивный характер.

Среди отечественных исследований можно выделить целый кластер теорий политической коммуникации, который изучает так называемые технологии «мягкой силы», «цветных революций», «управления хаосом». Здесь можно отметить важную тенденцию — российские авторы постепенно освобождаются от манеры слепого преклонения перед зарубежными концептами и применяют их только в тех случаях, которые соответствуют специфике российского политического процесса и характерным особенностям политической культуры России. Например, появились работы в области изучения рисков «цветных революций» для российского политического режима.

Новые политико-коммуникационные технологии борьбы с государственностью получили весьма серьёзное освещение в отечественной политологической литературе (исследования В.Э. Багдасаряна, С.С. Сулакшина и др.) [34]. В работах кандидата политических наук С.Н. Федорченко особое значение придаётся изучению роли деструктивных политических коммуникаций, порождающих «цветные революции». Трилогия его статей, посвященных этой специфической проблематике, рассматривает аспекты методологии, теории, кейсы «цветных революций» в Сербии, Украине, Киргизии, Тунисе, Египте, попытки управляемых переворотов в Белоруссии, Армении и России [24; 25; 26]. Автор изучил влияние деструктивной политической коммуникации с точки зрения так называемой политической коло-ристики и психологии цвета, выявил роль политических символов в консолидации политической элиты и маргинальной политической оппозиции.

Доктор политических наук А.В. Манойло также анализирует феномен политических коммуникаций во взаимосвязи с «цветными революциями» [16].

Широкую известность получили работы Ф.И. Шаркова. В своих трудах он подчеркивает, что основной стороной политико-коммуникационной сферы выступает перемещение, передача, оборот самой политической информации, конкретных сведений [30], которыми в процессе определенной общественно-практической деятельности обмениваются обе стороны («источники» и «потребители») — взаимодействующие в обществе социальные группы, индивиды, слои, классы и т.п. Как и Соловьев, Шар-ков придает большое значение феномену политической информации, которая, согласно его позиции, представляет собой сумму сообщений и знаний о событиях и фактах политического сегмента социума. Автор не просто учитывает исследования Лассуэла, Эдельмана и других зарубежных авторитетов, он вырабатывает собственную концептуальную модель, обобщает существующий теоретический опыт. Так, исследователь выделяет три типа политических сообщений, передаваемых посредством коммуникации: технологические, информативные и побудительные.

Шарков справедливо замечает, что эйфория по поводу проектов создания электронного правительства ещё преждевременна и не отражает современное положение дел в политической коммуникации. Он отмечает категоричность критиков и сторонников технологического подхода к демократическим институтам. По мнению Шаркова, без качественного технического и информационного обеспечения функционирования современных политических институтов их демократическая сущность окажется под вопросом [31]. Автор пишет, что компьютерные системы могут значительно улучшать качество информации для тех же политических партий. Но, как отмечает Шарков, для демократизации необходимо важное условие — обеспечение равного доступа к коммуникациям, что должно способствовать закреплению демократических правил на уровнях межгруппового и межличностного взаимодействия. Также Шарков подметил, что для эффективной демократизации политических институтов необходимо другое важное условие — сами средства массовой политической коммуникации (особенно телекоммуникации) должны быть демократически ориентированными.

Таким образом, отечественные исследования в области политической коммуникативистики проделали значительный путь от советского периода отрицания зарубежной политологии как буржуазной науки через заимствование западных политико-коммуникационных научных конструктов к созданию собственных теоретических моделей. Подтверждением этого являются исследования отечественных авторов в сфере роли политической коммуникации в политической системе, демократических институтах, организации управляемых «цветных революций» и т.п.

Разные отечественные авторы подметили (Грачев, Твирова, Шарков и др.), что эволюция технологической базы политической коммуникации в условиях формирующегося информационного социума потребует лучшей нормативно-правовой регламентации, т.к. кроме расширения публично-

сти, открытости власти прогресс несет в себе потенциальную опасность ограничения традиционно известных демократических принципов.

Список литературы

1. АфанасьевВ.Г. Социальная информация и управление обществом. М., 1975. 408 с.

2. Ашин Г.К. Доктрина «массового общества». М., 1971. 191 с.

3. БоревВ.Ю., КоваленкоА.В. Культура и массовая коммуникация. М., 1986. 301 с.

4. Буданцев Ю.П. Социология массовой коммуникации. М., 1995. 111 с.

5. ВласовА.И. Политические манипуляции: История и практика средств массовой информации США. М., 1982. 303 с.

6. Володенков С.В. Киберсимулякры как инструмент виртуализации современной массовой политической коммуникации // Научно-практич. Междисципл. журнал «Информационные войны», 2014. №4 (32). С. 18-21.

7. Володенков С.В. Интернет-коммуникации в глобальном пространстве современного политического управления. М., 2015. 272 с.

8. Володенков С.В., Федорченко С.Н. Окно Овертона — манипулятивная матрица политического менеджмента //Обозреватель. 2015. №4. С. 83-93.

9. Гайкова О.В. Предвыборный дискурс как жанр политической коммуникации (на материале английского языка): диссертация на соискание кандидата филологических наук: 10.02.04. Волгоградский государственный университет. Волгоград, 2003. 211 с.

10. Гончаров М.Ю. Риторика политической коммуникации //Массовая коммуникация в современном мире: Сборник научных трудов. /Под ред. Ю. П. Буданце-ва. М., 1991. С. 55-60.

11. Грачев М.Н. К вопросу об определении понятий «политическая коммуникация» и «политическая информация» //Вестник РУДН. Серия: Политология, 2003. №4. С. 34-42.

12. Грачёв М.Н. Политическая коммуникация: теоретические концепции, модели, векторы развития. М., 2004. 328 с.

13. Грачев М.Н. Политика: коммуникационное измерение. Тула, 2011.

14. КузьминаЕ.А. Механизм политической коммуникации и факторы его эффективности: теоретико-методологический анализ: диссертация на соискание кандидата политических наук: 23.00.01. Саратовская государственная юридическая академия. Саратов, 2013. 199 с.

15. МаксимовА.М. Институциональные преобразования в избирательной системе Российской Федерации и их влияние на политическую коммуникацию //Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика. Информатика, 2011. №19(114). С. 224-228.

16. МанойлоА.В. Информационный фактор цветных революций и современных технологий демонтажа политических режимов //Вестник МГИМО, 2014. №6. С. 61-67.

17. Михайлова О.В. Сети в политике и государственном управлении. М., 2013. 332 с.

18. Пименов Н.П. Сравнительный анализ западных и отечественных подходов к определению современных политических коммуникаций //Наука и мир, 2014. №11(15). С. 177-179.

19. Посикера Л.Р. Политическая коммуникация в условиях избирательных кампаний: анализ концепций и технологий: диссертация на соискание кандидата политических наук.Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации. М., 1994.

20. СавинЛ.В., Федорченко С.Н., Шварц О.К. Сетецентрические методы в государственном управлении. М., 2015. 146 с.

21. Соловьев А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии. М., 2003. 559 с.

22. Твирова Ю.А. Политическая коммуникация как фактор трансформации политической системы современной России: диссертация на соискание кандидата политических наук: 23.00.02. Тульский государственный университет. Тула, 2003. 212 с.

23. ФедякинИ.А. Общественное сознание и массовая коммуникация в буржуазном обществе. М., 1988. 212 с.

24. Федорченко С.Н. Фрейм-анализ политической символики «цветной революции»: теоретико-методологические и исторические аспекты проблемы //Электронный журнал «Вестник Московского государственного областного университета», 2012. №3. С. 64-72.

25. Федорченко С.Н. Технологии создания политической символики «цветных революций»: мировой опыт // «Вестник Московского государственного областного университета», 2012. №4. С. 135-155.

26. Федорченко С.Н. Технологии применения политической символики «цветных революций» в России //Электронный журнал «Вестник Московского государственного областного университета», 2013. №1. С. 1-14.

27. Феофанов О.А. США: реклама и общество. М., 1974. 262 с.

28. Чугунов А.В. Политика и интернет: политическая коммуникация в условиях развития современных информационных технологий: диссертация на соискание кандидата политических наук: 23.00.01. Санкт-Петербургский государственный университет. СПб., 2000. 179 c.

29. Чугунов А.В. Развитие электронного правительства в России: международные рейтинги и актуализация текущих проблем реализации проектов на федеральном и региональном уровнях //Межотраслевая информационная служба, 2013. №2(163). С. 31-40.

30. Шарков Ф.И. Политический консалтинг. М., 2012.

31. Шарков Ф.И. Политическая коммуникация в современном информационном обществе //PolitBook, 2012. №2. С. 121-130.

32. Шарков Ф.И. Политическое сознание — политическая практика — политическая коммуникация //PolitBook, 2014. №1. С. 153-165.

33. Шарков Ф.И. Социология социальных коммуникаций в контексте развития научного направления «Коммуникология». // Коммуникология. Том 7. № 5. 2014. С 15-26.

34. Якунин В.И., Багдасарян В.Э., Сулакшин С.Н. Новые технологии борьбы с российской государственностью. М., 2009. 424 с.

 THE SPECIFIC CHARACTER OF DOMESTIC CONCEPTS IN THE FIELD OF POLITICAL COMMUNICATION

Author: CHEKUNOVA M.A.

CHEKUNOVA Marina Anatolevna, Candidate of Philological Sciences, Associate Professor, Department of Mass Communications of the Russian Peoples' Friendship University. Address: Building 10, housing 2A, Miklukho-Maklaya street, Moscow, 117198 Russia. E-mail : chekunova@gmail.com

Annotation: The article focuses on the study of local theoretical models in the field of political communication studies. It is stressed that modern research in the field of political communication studies made a big step in the last decade of political science in Russia. The author examines a variety of areas of domestic research in the field of political communication studies. Studied the Soviet experience, as well as works by contemporary Russian scientists, which analyzed the principles of political communication in the electoral systems, e-government, "color revolutions," net-centric systems. Do not leave without attention and the author of the scientific aspects of the terminology.

The paper shows that domestic research in the field of political communication studies done long way from the Soviet period of denial of foreign political science itself through powerful borrowing of Western political science and communication constructs to create their own theoretical models.

Keywords: power, concept, political communications, political networks, society, scientific theory, Russian science.

References

1. AfanasyevV.G. Sotsialnaya informatsiya i upravlenie obschestvom. M., 1975. 408 s. [Afanasyev, V.G. (1975) Social information and management of the company. M., 408 p.].

2. Ashin G.K. Doktrina "massovogo obschestva." M., 1971. 191 s. [Ashin, G.K. (1971) The doctrine of "mass society." M., 191 p.].

3. BorevV.Y., KovalenkoA.V. Kultura i massovaya kommunikatsiya. M., 1986. [Borev, V.Y, Kovalenko, A.V. (1986) Culture and Mass Communications. M.]

4. BudantsevY.P. Sotsiologiya massovoy kommunikatsii. M., 1995. 111 s. [Budantsev, YP. (1995) Sociology of Mass Communications. M., 111 p.].

5. Vlasov A.I. Politicheskie manipulyatsii: Istoriya i praktika sredstv massovoy informatsii SSHA. M., 1982. 303 s. [Vlasov, A.I. (1982) Political manipulation: History and Practice of the US media. M., 303 p.].

6. Volodenkov S.V. Kibersimulyakry kak instrument virtualizatsii sovremennoy massovoy politicheskoy kommunikatsii //Nauchno-prakticheskiy mezhdistsiplinarnyy zhurnal "Informationye voyny», 2014. №4 (32). S. 18-21. [Volodenkov, S.V. (2014) Kibersimulyakry virtualization as a tool of modern mass political communication. «Information wars», no.4 (32). P. 18-21.]

7. Volodenkov S.V. Internet kommunikatsii in globalnom prostranstve sovremennogo politicheskogo upravleniya. M., 2015. 272 s. 7. [Volodenkov, S.V. (2015) Internet communication in the global space of modern political management. M., 272 p.].

8. VolodenkovS.V., Fedorchenko S.N. Okno Overtona — manipulyativnaya matritsa politicogo menedzhmenta //Obozrevatel-Observer, 2015. №4. S. 83-93. [Volodenkov, S.V., Fedorchenko, S.N. (2015) Overton Window — manipulative political management matrix . Obozrevatel -Observer, 2015. no.4. P. 83-93.].

9. Gaikova O.V. Predvybornyy diskurs kak zhanr politicheskoy kommunikatsii (na materialk angliyskogo yazyka) dissertatsiya na soiskanie kandidata filologicheskih nauk: 10.02.04. Volgogradskiy gosudarstvennyy universitet. Volgograd, 2003. 211 s. [Gaikova, O.V. (2003) The pre-election discourse as a genre of political communication (based on English): Thesis for the candidate of philological sciences: 10.02.04. Volgograd State University. Volgograd. 211 p.].

10. GoncharovM.Y. Ritorika politicheskoy kommunikatsii //Massovaya kommunikatsiya v sovremennom mire: Sbornik nauchny trudov. /Pod red.YP. Budantseva. M., 1991, S. 55-60.

[Goncharov, M.Y (1991) The rhetoric of political communication. Mass communication in the modern world: the Collection of scientific works. / Ed. YP Budantseva. M., P. 55-60].

11. Grachev M.N. K voprosu ob opredelenii ponyatiy "politicheskaya kommunikatsiya" i "politicheskaya informatia" //Vestnik RUDN. Seriya: Politologiya, 2003. №4. S. 34-42. [Grachev, M.N. (2003) On the question of the definition of "political communication" and "political information" //Bulletin of PFUR. Series: Politics, 2003. no.4. P. 34-42].

12. Grachev M.N. Politicheskaya kommunikatsiya: teoreticheskie kontseptsii, modeli, vektory razvitiya. M., 2004. 328 s. [Grachev, M.N. (2004) Political communication: theoretical concepts, models, vectors of development. M., 328 p.].

13. Grachev M.N. Politika: kommunikatsionnoe izmerenie. Tula, 2011. P. 44-45. [Grachev, M.N. (2011 ) Politics: the communication dimension. Tula. P. 44-45].

14. Kuzmina E.A. Mehanizm politicheskoy kommunikatsii i faktory ego effektivnosti: teoretiko-metodologicheskiy analiz: dissertatsiya na soiskanie kandidata politicheskih nauk: 23.00.01. Saratovskaya gosudarstvennaya yuridicheskaya akademiy. Saratov, 2013. 199 s. [Kuzmina, E.A. (2013) The mechanism of political communication and the factors of its efficiency: theoretical and methodological analysis: the dissertation on competition of the candidate of political sciences: 23.00.01. Saratov State Academy of Law. Saratov. 199 p.].

15. Maksimov A.M. Institutsionalnye preobrazovaniya v izbiratelnoy sisteme Rossiyskoy Federatsii i ih vliyanie na politicheskuyu kommunikatsiyu //Nauchnye vedomosti Belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. Politologiya. Ekonomika. Informatika, 2011. №19 (114). S. 224-228. [Maksimov, A.M. (2011) Institutional reforms in the electoral system of the Russian Federation and their impact on political communication. Scientific statements Belgorod State University. Series: History. Politics. The Economy. Informatics. no.19 (114). P. 224-228].

16. ManoiloA.V. Informatsionnyy faktor tsvetnyh revolyutsiy i sovremennyh tehnologiy demontazha politicheskih rezhimov //Vestnik MGIMO, 2014. №6. S. 61-67. [Manoilo, A.V. (2014) Information factor of color revolutions and modern technology of dismantling of the political regimes //VestnikMGIMO. no.6. P. 61-67].

17. Mikhailova O.V. Seti v politike i gosudarstvennom upravlenii. M., 2013. 332 s. [Mikhailova, O.V. (2013) Networks in politics and public administration. M.. 332 p].

18. Pimenov N.P. Sravnitelnyy analiz zapadnyh i otechestvennyh podhodov kk opredeleniyu sovremennyh politicheskikh kommunikatsiy //Nauka i Mir, 2014. №11 (15). S. 177-179. [Pimenov, N.P. (2014) A comparative analysis of western and domestic approaches to the definition of modern political communications. Science and Peace. no.11 (15). P. 177-179].

19. Posikera L.R. Politicheskaya kommunikatsiya v usloviyah izbiratelnyh kampaniy: analiz kontseptsiy i tehnologiy: dissertatsiya na soiskanie kandidata politicheskik nauk: 23.00.02. Rossiyskaya akademiya gosudarstvennoy sluzhby pri Prezidente Rossiyskoy Federatsii. M., 1994. 163 s. [Posikera, L.R. (1994) Political communication in a campaign: an analysis of concepts and technologies: the dissertation on competition of the candidate of political sciences: 23.00.02. Russian Academy of Public Service under the President of the Russian Federation. M., 163 p.].

20. Savin L.V., Fedorchenko S.N., Schwartz O.K. Setetsentricheskie metody v gosudarstvennom upravlenii. M., 2015. 146 s. [Savin, L.V., Fedorchenko, S.N., Schwartz, O.K. (2015) Network-centric techniques in public administration. M., 146 p.].

21. SolovyovA.I. Politologiya: Politicheskaya teoriya, politicheskie tehnologiik. M., 2003. 559 s. [Solovyov, A.I. (2003) Politics: Political Theory, Political Technologies. M., 559 p.].

22. Tvirova Y.A. Politicheskaya kommunikatsiya kak faktor transformatsii politicheskoy sistemy sovremennoy Rossii: dissertatsiya na soiskanie kandidata politicheskih nauk: 23.00.02. Tulskiy gosudarstvennyy universitet. Tula, 2003. 212 s. [Tvirova, YA. (2003) Political communication as a factor in the transformation of the political system of modern

Russia: the dissertation on competition of the candidate of political sciences: 23.00.02. Tula State University. Tula. 212 p.].

23. Fedyakin I.A. Obschestvennoe soznanie i massovaya kommunikatsiya v burzhuaznom obschestve. M., 1988. 212 s. [Fedyakin, I.A. (1988) Social consciousness and mass communication in bourgeois society. M., 212 p.].

24. Fedorchenko S.N. Freym-analiz politicheskoy simvoliki "tsvetnoy revolyutsii": teoretiko-metodologicheskie i istoricheskie aspekty problemy //Elektronnyy zhurnal «Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta», 2012. №3. S. 64-72. [Fedorchenko, S.N. (2012) Frame analysis of the political symbolism of "color revolution": theoretical and methodological and historical aspects of the problem. Electronic Journal «Herald of Moscow State Regional University». no.3. P. 64-72].

25. Fedorchenko S.N. Tehnologii sozdaniya politicheskoy simvoliki "tsvetnyh revolyutsiy": // «Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta», 2012. №4. S. 135-155. [Fedorchenko, S.N. (2012) Technologies of creation of the political symbolism of "color revolutions": world experience // «Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta», 2012. No.4. P. 135-155].

26. Fedorchenko S.N. Tehnologii primeneniya politicheskoy simvoliki "tsvetnyh revolyutsiy" v Rossii //Elektronnyy zhurnal «Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta», 2013. №1. S. 1-14. [Fedorchenko, S.N. (2013) Application Technologies political symbolism "color revolutions" in Russia //Electronic Journal «Herald of Moscow State Regional University», no.1. P. 1-14].

27. FeofanovO.A. SSHA: reklama i obschestvo. M., 1974. 262 s. [Feofanov, O.A. (1974) US advertising and society. M., 1974. 262 p].

28. ChugunovA.V. Politika i internet: politicheskaya kommunikatsiya v usloviyah razvitiya sovremennyh informatsionnyh tehnologiy: dissertatsiya na soiskanie kandidata politicheskih nauk: 23.00.01. Sankt-Peterburgskiy gosudarstvennyy universitet. Sankt-Peterburg, 2000. 179 s. [Chugunov, A.V. (200) Politics and the Internet: political communication in the conditions of modern information technologies: Candidate dissertation: 23.00.01. Saint Petersburg, 179 p.].

29. Chugunov A.V. Razvitie elektronnogo pravitelstva v Rossii: mezhdunarodnye

29. Chugunov A.V. Razvitie elektronnogo pravitelstva v Rossii: mezhdunarodnye reytingi i aktualizatsiya tekuschih problemr realizatsii proektov na federalnom i regionalnom urovnyah //Mezhotraslevaya informatsionnaya sluzhba, 2013. №2 (163). S. 31-40. [Chugunov, A.V. (2013) The development of e-government in Russia, the international ratings and updating the current problems the implementation of projects at the federal and regional levels //Interindustry Information Service, no.2 (163). P. 31-40].

30. Sharkov F.I. Politicheskiy konsalting. M., 2012. [Sharkov F.I. (2012) Political consulting. Moscow].

31. Sharkov F.I. Politicheskaya kommunikatsiya v sovremennom informatsionnom obschestve // PolitBook, 2012. №2. S. 121-130. [Sharkov, F.I. (2012) 'Political communication in today's information society'. PolitBook, no.2. P. 121-130].

32. Sharkov F.I. Politicheskoe soznanie — politicheskaya praktika — politicheskaya kommunikatsiya // PolitBook, 2014. №1. S. 153-165. [Sharkov, F.I. (2014) 'Political consciousness — political practice — political communication' // PolitBook, no.1. P. 153-165].

33. Sharkov F.I. Sotsiologiya sotsialnykh kommunikatsiy v kontekste razvitiya nauchnogo napravleniya. // Kommunikologiya. Tom 7. No. 5. 2014. Str. 15-26. [Sharkov F.I. 'Sociology of social communication in the context of the development of scientific direction "Communicology"'. Communicology. Vol. 7. No. 5. 2014].

34. Yakunin V.I., Bagdasarian V.E., Sulakshin S.S. Novye tehnologii borby crossiyskoy gosudarstvennostyu. M., 2009. 424 s. [Yakunin V.Y, Bagdasarian V.E., Sulakshin S.S. (2009) New technology to combat the Russian statehood. M., 424 p.].