Биография в традиции китайского историописания: образ Линь Цзэсюя (1785-1850) в цинской историографии

Восточная Азия: история и политика Вестник ДВО РАН. 2005. № 2

С.Ю.ВРАДИЙ

Биография в традиции китайского историописания: образ Линь Цзэсюя (1785-1850) в цинской историографии

Предпринята попытка, опираясь на анализ биографических материалов, посвященных выдающемуся государственному деятелю цинского Китая Линь Цзэсюю (1785—1850), выделить некоторые особенности биографического жанра китайского историописания.

Traditional Chinese biography: Portrayal of Lin Zexu (1785-1850) in Qing historiography.

S.Yu.VRADIY (Institute of History, Archeology and Ethnography of the Far Eastern Peoples, Russian Academy of Sciences, Far Eastern Branch).

The present paper is an attempt to show the characteristic features of the Chinese historical biography genre using the available biographical writings that cover the life of Lin Zexu (1785—1850), an outstanding statesman of Qing Dynasty China.

Биографии занимают особое место в китайском историописании. Любой исследователь, обратившийся к китайскому традиционному биографическому жанру, может быть уверен, по крайней мере, в одном: ему предстоит столкнуться с поражающим воображение изобилием и разнообразием материалов.

Принято считать, что китайское традиционное историописание начинается с чжэнши, или «образцовых» династийных историй. Их всего 25, каждая содержит коллекцию биографий, тщательно отсортированных по разделам, с выделением жизнеописаний преданных сановников, неверных чиновников, подлых предателей, императорских наложниц, писателей, отшельников, добродетельных жен, почтительных сыновей.

Прежде всего обратимся к ранним биографиям выдающегося сановника цин-ского Китая Линь Цзэсюя (1785-1850). В наши дни, как и прежде, имя Линь Цзэсюя, видного государственного деятеля первой половины Х1Х в., сторонника строгого запрета опиумоторговли, решительно выступившего против иностранной экспансии, произносится в Китае с уважением. Интерес к Линь Цзэсюю постоянен1, отдельные эпизоды его жизни и деятельности освещались в работах, которые стали появляться сразу после его смерти.

ВРАДИЙ Сергей Юрьевич - кандидат исторических наук (Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, Владивосток).

1 Анализ источников и литературы, посвященных Линь Цзэсюю, см. в [1].

Первые попытки закрепить образ выдающегося по своим моральным качествам (честный, неподкупный, «чистый, как небо»), авторитетного и опытного государственного деятеля были предприняты еще при жизни Линь Цзэсюя в высказываниях современников. Этому, несомненно, способствовала длительная безупречная государственная служба, выделявшая Линя из общей массы коррумпированного цинского чиновничества. Фрагментарные сведения о годах юности, учебы, начале и завершении служебной деятельности являются как бы обрамлением краткого периода пребывания на посту императорского эмиссара в Гуанчжоу (1839-1841) - стержневого в биографии Линя. Они подтверждают характер героя, раз и навсегда заданный жизнеописанием.

Закрепить образ великого государственного мужа были призваны многочисленные биографии, одной из первых стала «Биография Линь Цзэсюя»2, составленная по специальному указу императора Сяньфэна (1851-1862) государственным историографическим комитетом Гошигуань.

Написанная в строгой, официальной форме, данная биография отвечает образцам традиционного жанра жизнеописания. Источники, которые использовались при ее составлении, неизвестны. По всей вероятности, были привлечены материалы из перечисления деяний умершего (некролога-синчжуан) - источника, который дает достаточно точный перечень служебных перемещений, назначений и пр. Кроме того, в текст биографии довольно широко включены выдержки из докладов Линь Цзэсюя и его коллег императору, касающиеся служебных вопросов. Изложение начинается со времени поступления на службу, сведения о годах юности отсутствуют, это и понятно, ведь характер героя преподносится раз и навсегда заданным. Перечисление служебных перемещений Линя с краткой характеристикой (исключительно положительной, взыскания не упоминаются) в сфере укрепления речных сооружений, транспортировки соли, налогообложения, борьбы с последствиями наводнений рисуют картину последовательного повышения Линя по административной лестнице. Определенное внимание уделено антиопиумной борьбе Линь Цзэсюя, его деятельности в провинции Гуандун, взаимоотношениям с «английскими варварами».

В 1928 г. шанхайское книгоиздательство «Чжунхуа шуцзюй» опубликовало часть биографий из «Черновой истории цинской династии» под названием «Цин-ши лечжуань», куда составной частью (цзюань 38) вошло жизнеописание Линь Цзэсюя [3]. Сунь Яоду, составитель сборника, несколько изменил первоначальный текст биографии Линя, написанный историографическим комитетом. Были добавлены некоторые отсутствовавшие детали жизнеописания, уточнена хронология, увеличены цитаты из меморандумов императору, кратко перечислены имевшие место понижения по службе, отмечены успехи Линя в деле освоения пустующих и целинных земель в Синьцзяне. При всем том общий комплиментарный стиль биографии сохранен.

Близким к официальному жизнеописанию по стилю изложения и содержанию является «Биографический очерк Линь Цзэсюя» из собрания «Кратких биографий справедливых ныне покойных (деятелей) правящей династии» [2, цз. 25, 1-7]. Впервые публикация увидела свет в 1866 г., ее составителем является известный цинский сановник, ученый, писатель Ли Юаньду (1821-1887). Некоторое время он имел доступ к так называемым шилу («правдивые записи» деяний императора) династии Цин, откуда, вероятно, черпал сведения для составления биографий, чему,

2 Эта биография впоследствии была включена в собрание материалов по истории династии Цин [7, цз. 156].

по признанию его патрона, известного проводника политики «самоусиления» Цзэн Гофаня (1811-1872), Ли уделял больше внимания, чем своим непосредственным служебным обязанностям [9, р. 498]. Названный сборник является одной из наиболее известных опубликованных работ Ли Юаньду, в нем объединено 500 жизнеописаний выдающихся деятелей цинской эпохи, живших до 1851 г.

Данная биография относится к типу неофициальных, «частных». В ней так же, как и в написанной историографическим комитетом, основное внимание уделено государственной деятельности Линь Цзэсюя. Однако вместе с цитатами из служебных документов, часто повторяющих отрывки официального жизнеописания, Ли Юаньду наполнил изложение отдельными фрагментами из биографии Линя, которые оживили текст и вошли в более поздние биографии Линь Цзэсюя3. Любопытна композиция источника. Ли Юаньду, начав жизнеописание с упоминания дискуссии по опиумному вопросу, разгоревшейся в конце 1930-х годов в Китае, докладов Хуан Цзюэцзы (1793-1853), Линь Цзэсюя, реакции императора на них, сразу как бы ввел читателя в тот период, который высветил всю предшествующую и последующую жизнь героя. Затем следует описание начала служебной карьеры и т. д. Стиль восхваления, характерный для официальной биографии, сохранен.

В 1893 г. было опубликовано «Дополнение к собранию биографий, (изданных) посмертно», куда были включены жизнеописания известных государственных деятелей XIX в., в том числе и биография Линь Цзэсюя, составленная Цзинь Аньци-ном [6, цз. 24].

Биография созвучна по своим основным положениям, однако написана не в столь официальном стиле, как первая, в ней меньше цитат из служебных докладов трону, более подробно изложена государственная деятельность Линя и сделаны попытки дать ей оценку в том же хвалебном тоне. В отличие от прежних биографов, Цзинь Аньцин начал жизнеописание с упоминания предков рода Линь из Минь (провинция Фуцзянь), который, по его утверждению, ведет «аристократическую» генеалогию со времен династии Тан. Общий положительный фон, преобладающий в описании всей жизни и деятельности Линь Цзэсюя, остается прежним: предки отличались «кристальной честностью», маленький Цзэсюй был «в высшей степени понятлив, осмотрителен, усерден, почтителен к родителям», а впоследствии стал «верным и исполнительным», отличающимся «хорошим поведением» чиновником, старающимся выполнить указания двора и не обидеть местных жителей. Поэтому слава о нем «была громкой и повсеместной».

Эти три источника являются самыми ранними из доступных автору жизнеописаний Линь Цзэсюя4. Отметим некоторые общие черты. Объем биографий небольшой. Впрочем, относительная краткость свойственна едва ли не всем жизнеописаниям, и синологам пока неизвестны многотомные труды такого рода, какие имеют место в западной традиции. В них преобладает описание социальных потенций личности, значительно меньше внимания уделено индивидуальным особенностям характера. Содержание биографий составляет существенная с точки зрения цин-ского историографа информация, расположенная в строгой последовательности: происхождение, государственная служба в общих чертах, цитаты из официальных

3 К сожалению, источники, из которых черпал сведения автор, не указаны. Можно лишь предполагать, что наряду с шилу Ли Юаньду была известна биография, составленная сыном Линь Цзэсюя Линь Цунъи (1824-1877) [4]. Копия данной биографии, краткой по содержанию, хранится в библиотеке исторического факультета университета Сямэнь в КНР.

4 Биографии включены в шеститомный сборник «Опиумная война», который был выпущен Китайской исторической ассоциацией в 1954 г. [8, т. 6, с. 311-333].

докладов. В «частных» биографиях встречаются эпизоды, оживляющие текст, своего рода курьезы, которые могут быть придуманными. В результате появляется отретушированный портрет выдающегося во всех отношениях государственного деятеля, лишенного недостатков.

Характер персонажа представляется раз и навсегда заданным и подтверждается историческими примерами из жизни выдающихся представителей предшествующих поколений рода. Объяснить подобного рода феномен можно, видимо, следующим: все биографии создавались после смерти Линь Цзэсюя, когда уже сложился определенный стереотип представлений о нем как о верном слуге августейшего владыки, преданном государю сановнике. Этот стереотип к тому же был узаконен указом императора, где в посмертном похвальном титуле «Вэньчжун»5 были установлены личные качества и характер деятельности канонизированного лица. Авторы или составители биографий едва ли были знакомы с объектом описания, а необходимые факты предоставлялись обычно здравствующими представителями рода6, воспитанными в традиции почитания старших. Таким образом, написанные биографии становились заключительным актом выражения почтения к почившему предку7 и выполняли дидактическую функцию воспитания будущих поколений государственных деятелей в духе конфуцианской морали.

Итак, назовем некоторые особенности биографий, вошедших в состав динас-тийных историй, а также местных исторических описаний. Во-первых, официальные биографии традиционного китайского историописания обычно составлялись людьми одного с объектом жизнеописания социального круга.

Династийные истории, по крайней мере начиная со времен династии Тан, составлялись исключительно конфуцианскими учеными, состоявшими на государственной службе и занятыми аккуратным изложением событий в хронологическом порядке. В дополнение к составлению исторических хроник они также участвовали в написании биографий выдающихся личностей, жизнь которых являла своего рода пример, подтверждавший незыблемость конфуцианского этического стандарта. Основанные на реальных событиях, подобные материалы были призваны предложить варианты разрешения тех или иных вопросов повседневной теории и прак-

5 Иероглифы, составившие посмертный титул Линь Цзэсюя, многозначны. Однако, если учесть общую направленность ранних жизнеописаний, в том числе и официального, значение их компонентов можно свести к нескольким, связанным между собой по смыслу: «вэнь» - благовоспитанный, высокогражданственный, интеллектуально совершенный; «чжун» - преданный, лояльный, честный. Автор выделил два значения, дополняющие друг друга и включающие смысл прочих: благовоспитанный, преданный.

6 На семье покойного лежала обязанность предоставить материалы, необходимые для составления эпитафии либо биографии. Так, сыновья или ближайшие родственники почившей персоны должны были подготовить документ под названием «синчжуан», который мог быть опубликован. Копии этого сочинения вручались авторам эпитафий, а также в императорский государственный историографический комитет Гошигуань в случае, если почивший удостаивался чести быть упомянутым в исторической хронике государства. Помимо того, составлялась так называемая цзячжуан, или семейная хроника.

7 Что позволило современному американскому синологу Р.Говарду назвать их «надгробными биографиями» [10, р. 470]. Критикуя сложившуюся на Западе к концу XIX в. традицию комплиментарной, бесконфликтной биографии, получившей в Англии законченное выражение в так называемой викторианской биографии, выдающийся реформатор жанра жизнеописания, автор «Знаменитых виктори-анцев» Джайлс Литтон Стрэйчи писал: «Эти два пухлых тома, которыми мы, по обычаю, отмечаем смерть, в тоне утомительного панегирика... напоминают похоронный кортеж - в них та же атмосфера унылого похоронного варварства. Невольно думаешь о некоторых из них, что и составлены они кем-то из чиновников похоронного бюро в качестве последнего номера похоронной программы». Цит. по: [5, с. 14].

тики государственного управления. Биографии лечжуань, таким образом, являли собой иллюстративный материал, отобранный для выделения тех или иных аспектов исторической канвы, отображенной в бэньцзи (анналах императоров). Основной задачей биографического жанра становилось ортодоксальное воспитание лояльных трону государственных служащих, а отнюдь не составление биографий заблуждающихся и колеблющихся личностей.

Во-вторых, предметом описания являлась преимущественно общественная деятельность объекта. Очень редко отражались личная жизнь и индивидуальные особенности человека.

Отметим еще одну отличительную черту биографий китайского историописа-ния - их краткость. Неизвестны многотомные описания жизни людей, какой бы высокой ни была их роль в истории Китая. В описании истории Минской династии объем большинства биографий не превышает 800-1000 иероглифов. Одна из самых внушительных биографий, посвященная описанию жизни предводителя крестьянского восстания XVII в. Ли Цзычена, насчитывает 9000 иероглифов и при переводе может быть представлена в виде небольшой книжечки. Большинство биографий начального периода китайского историописания, представленных также и в местных историях, насчитывают не более 100-200 иероглифов; каждая, тем не менее, является небольшим самостоятельным произведением в корпусе общего изложения истории.

Из этого правила выпадают многостраничные самостоятельные биографии, хронологически последовательно описывающие жизнь человека по годам, которые носят название «няньпу».

В официальных биографиях бывает представлена существенная с точки зрения бюрократа-историка информация, подобранная по определенному стандарту: описание истории рода (обычно без указания дат рождения), краткая служебная карьера (если таковая присутствует), выдержки из произведений (если они были созданы), типизированные жизненные ситуации, зачастую выдуманные. Подобный портрет призван был отразить типологические характеристики человека, подпадающего под какую-либо категорию. Особенности характера личности проявляются в жизнеописаниях с момента рождения, при этом динамизм развития личности, изменения в чертах характера не показываются.

Аналогичные особенности могут быть отмечены и в подавляющем большинстве неофициальных биографических описаний. Профессор Лондонского университета Д.Твитчет (Denis C. Twitchett) в одной из своих статей отметил подобные особенности официальной китайской биографии, относящейся ко временам правления династии Тан. Он объясняет это существенной зависимостью официальных историографов от привлекаемого круга источников, которые ограничивались преимущественно биографиями, написанными частным образом по случаю похорон либо для семейных хроник [11, с. 95-114].

Функциональная задача биографии - отдать дань уважения, воздать должное человеку - предопределили и еще одну их особенность: они составлялись преимущественно после его смерти. Хотя были и исключения из общего правила. Нам важно в данном случае то, что культ почитания предков в Китае, вне сомнения, является важным объяснением особенностей составления биографий.

Было бы ошибочным утверждать, что во всех китайских биографиях присутствуют лишь подобного рода особенности биографического описания. Порой автор неофициальной биографии был непосредственно знаком с объектом описания и выполнял работу, исходя из личных наблюдений и руководствуясь собственными побудительными мотивами.

Подводя итог, отметим, что для китайской историографии характерна устойчивость тенденций в описании роли той или иной исторической личности, при этом зачастую история сводится к противопоставлению «плохого» персонажа «хорошему». Как правило, эти тенденции присутствуют уже в сочинениях современников таких персонажей. Проникая в последующую литературу, они меняются в зависимости от политической обстановки и взглядов автора. Поэтому исследователь, обращаясь к источникам подобного рода, может оказаться в плену сформировавшихся тенденций китайского историописания, поскольку используемые им сведения уже являются иллюстрацией достоверности той или иной утвердившейся в соответствующее время оценки. Вот почему мы полагаем, что современному историку следует, отбросив предвзятые суждения, выяснить, какие тенденции и почему имели и имеют место в историографии вопроса.

ЛИТЕРАТУРА

1. Врадий С.Ю. Линь Цзэсюй. Патриот, мыслитель, государственный деятель цинского Китая. Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1993. 175 с.

2. Линь Вэньчжун гун шилюэ = Биографический очерк Линь Цзэсюя // Гочао сяньчжэн шилюэ = Краткие биографии справедливых ныне покойных (деятелей) правящей династии. 60 цз. / Сост. Ли Юаньду. (Б. м.). 1866. (Кит. яз.).

3. Линь Цзэсюй чжуань = Биография Линь Цзэсюя // Цин ши лечжуань = Биографии из истории династии Цин. 80 цз. Шанхай: Чжунхуа шуцзюй, 1928. (Кит. яз.).

4. Линь Цунъи. Вэньчжун гун няньпу цаогао = Черновой набросок хроники жизни Линь Цзэсюя (Б. м.), (Б. г.). (Кит. яз.).

5. Померанцева Г.Е. Биография в потоке времени. ЖЗЛ: Замыслы и воплощение серии. М.: Книга, 1987. 336 с.

6. Цзинь Аньцин. Линь Вэньчжун гун чжуань = Биография Линь Цзэсюя // Сюй бэйчжуань цзи = Дополнение к собранию биографий, (изданных) посмертно / Сост. Мяо Цюаньсун. 88 цз. (Б. м.), 1893. (Кит. яз.).

7. Цин ши гао. Лечжуань = Черновая история цинской династии. Раздел «Биографии». 316 цз. Бэй-пин: Ляньхэ шудянь, 1942. (Кит. яз.).

8. Япянь чжаньчжэн. Чжунго цзиньдай ши цзыляо цункань = Опиумная война. Собрание материалов по истории Китая в новое время: В 6 т. Шанхай: Гогуан шэ, 1954. (Кит. яз.).

9. Eminent Chinese of the Ching Period (1644-1912): In 2 vols. / Ed. A.W. Hummel. Washington: Government Printing Office, 1943-1944. 1103 р.

10. Howard R.C. Modern chinese Ь^гарЫса1 writing // The Journal of Asian Studies. 1962. Vol. 21, N 4. P. 465-475.

11. Twitchett D.C. Chinese biographica1 writing // W.G.Beasley and E.G.Pulleyblank, Historians of China and Japan. N. Y: Oxford Univ. Press, 1961. 170 р.