Превербы в восточных диалектах хантыйского языка

ФИННО-УГОРСКИЕ И ГЕРМАНСКИЕ ЯЗЫКИ

УДК 811.51

В. Е. Варда

ПРЕВЕРБЫ В ВОСТОЧНЫХ ДИАЛЕКТАХ ХАНТЫЙСКОГО ЯЗЫКА1

Проведен анализ превербов в восточных диалектах хантыйского языка. Превербы определяются как наречные, обычно лативные частицы, пространственные модификаторы глагола. Они занимают место перед глаголом и в значительной степени связаны с ним морфосинтаксически. Сочетаясь с глаголами, они модифицируют значение глагола и функционируют как формирующий новое значение элемент. В восточных диалектах2 хантыйского языка к наиболее употребительным превербам относятся: агэу, jok, jomam, il, il, küm, niy, noy, nuk, n'ul, psrtay, toyi.

Ключевые слова: хантыйский язык, преверб, наречие, грамматикализация.

Во многих лингвистических работах по языкам миноритарных этносов Сибири большое внимание уделяется лексико-семантическим вопросам [1, 2].

Исследованию превербов уделяли внимание такие лингвисты, как П. М. Аркадьев, В. В. Быконя, А. Е. Саркисян. В недавней работе П. М. Аркадьев провел обобщающее типологическое исследование префиксальной перфективации на примере славянских, балтийских, идиша, немецкого, венгерского, осетинского и картвельских языков [3, с. 2]. В работе о структурно-семантической характеристике локальных уточнителей в селькупском языке В. В. Быконя рассматривает превербы как средства выражения локальности [4, с. 171]. В данной статье исследуются так называемые пре-вербы восточных диалектов хантыйского языка, которые не становились ранее предметом специального изучения.

Превербы определяются как наречные, обычно лативные частицы, пространственные модификаторы глагола [5, с. 100]. Некоторые исследователи используют в отношении этих частиц такие термины, как «наречно-префиксальные частицы» или «глагольные префиксы» [5, с. 100], [6, с. 25], [7, с. 246]. Общим для многих авторов является положение о том, что данные частицы модифицируют значение глагола и функционируют как формирующий новое значение элемент [7, с. 246]. В то же самое время отмечается, что модифицируется и изначальное значение преверба, то есть значение гла-

гольного префикса отличается от исходного наречного значения [5, с. 100].

1. И tfdyi-td

вниз собирать-ЮТ

'Похоронить' [5, с. 101].

Лексема И имеет значение 'низ', 'нижний' [6, с. 58]. В данном примере она сочетается с глаголом действия tfdyitd 'хоронить'. В сочетании с этим глаголом преверб утрачивает свое пространственное значение и изменяет значение глагольной основы на более специфичное - 'хоронить кого-то до тех пор, пока он полностью не будет покрыт землей' [5, с. 101]. В данном примере также иллюстрируется, что принцип «сингармонизма» (уподобление гласных по признаку места (передние/задние) в одном слове), между превербом и глагольной основой не соблюдается.

Обычно превербы занимают место перед глаголом и в значительной степени связаны с ним морфо-синтаксически, но в редких случаях между ними может находиться частица отрицания, прямое дополнение, вспомогательные частицы [8, с. 310].

Среди лингвистов, занимавшихся изучением финно-угорских языков, высказывались предположения о лексических и морфосинтаксических параллелях между хантыйскими и мансийскими, венгерскими, эстонскими и ливскими наречно-пре-фиксальными частицами [9, с. 368]. Рассмотрение превербов как особой части речи в противовес их классификации как особой группы аффиксов, уча-

1 Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ. Проект № 15-34-01226 а 2 «Этнокультурная специфика образов пространства и времени в языковом сознании представителей селькупского, хантыйского, чулымско-тюркского и русского этносов в условиях контактного взаимодействия».

2 Работа проводилась при поддержке гранта РГНФ № 15-34-01226 а 2 «Теория и типология посессивности в языках обско-енисейского ареала».

ствующих в словообразовании, основывается на том, что сочетание преверба и глагола с фонетической точки зрения обычно не представляет собой единой лексемы [8, с. 310].

Вопрос о статусе превербов до сих пор остается спорным. Большинством исследователей (D. Abondolo, А. И. Кузнецова, Е. А. Хелимский, Е. В. Грушкина) отмечается значительная близость превербов к наречиям [8, 9]. Компоненты сочетания «наречие-глагол» более свободны синтаксически и могут быть разделены вставкой дополнительной лексической единицы, в то время как семантически эта конструкция обычно остается сочетанием отдельных компонентов, где значение одного компонента (наречия) модифицирует значение другого (глагола).

Для сочетания «преверб-глагол» в агглютинативных языках типично постулируется следующая ситуация: меньшая синтаксическая свобода обычно характеризуется невозможностью синтаксических трансформаций (например, вставок) [8, с. 310], в то время как семантически эти сочетания представляют собой лексико-семантические единства, где значения компонентов менее четко разделимы, а степень изменения значения основы глагола более значительна. В этом смысле сочетание преверба и глагола может быть отнесено к словообразованию.

В восточных диалектах хантыйского языка к наиболее употребительным превербам можно отнести: ür3y,jok,,jornam, il, il, küm, niy, noy, nuk, n'ul, partüy, toyi.

i. Преверб ärey.

(1, än 'i-l-na in-na tel'a-kata-ta qanqiqar

вас.)

сестра- время-LOC нести-INCH-IMP нарта

3SG-

LOC

ärey wallayinta-yan

прочь рассыпаться-PST0.3SG

'Сестра только потащила, нарта совершенно рассыпалась' [10, с. 43].

(2, вах.) ärey man-tä

прочь идти-INF

'Разойтись в разные стороны' [6, с. 25].

(3, тр. - юг.) arya kit-tä

прочь послать-INF

'Разослать' [6, с. 25].

(4, вах.) агуэ art-ta

прочь делить-INF

'Разделить' [6, с. 25].

Лексема агеу обозначает разделение на части или распределение по частям и местам и указывает на направление действия в разные стороны [6, с. 25]. Как лексическая единица агеу очевидно этимологически связана с лексемой агк (у) } 'мно-

го, разные', с которой у нее общий корень är-[6, с. 25]. Она чаще всего сочетается с глаголами движения или физического воздействия. В примерах (а) - (d) преверб сочетается с глаголами weltä 'ломать, убивать' [6, с. 521], msntä 'идти' [6, с. 274], kittä 'послать' [6, с. 114], artta 'делить' [6, с. 18].

Можно видеть, что сочетание «преверб + глагол» с морфонологической точки зрения не представляет собой слова в связи с тем, что не соблюдается обязательный сингармонизм передних/задних гласных в рамках одного простого слова, в основе которого лежит противопоставление фонем переднего ряда фонемам заднего ряда. В сущности, гласные переднего ряда i, e, ä, ö, ü, э, в и гласные заднего ряда t, a, o, u, э, в являются взаимоисключающими и в связи с этим не могут находиться в составе одного и того же слова. Сингармонизм гласных проявляется как закон, по которому гласные суффиксов ассимилируются гласным корня слова. Действие данного закона ограничивается пределами только одного простого, несоставного слова. Случаев распространения действия закона сингармонизма за пределы простого слова не наблюдается [11, 12]. Этот фактор является важным для определения морфологического статуса рассматриваемых превербов, так как такие сочетания «преверб + глагол» не являются простым словом. Следовательно, статус самого преверба как связанной деривационной морфемы (префикса) проблематичен. Также следует отметить, что в сложных словах закон сингармонизма также не соблюдается, потому что в данном случае сочетаются корни, а не суффиксы: körjuy 'дрова' (kör 'печь' + juy 'лес').

В семантическом плане можно видеть, что рассматриваемый преверб часто модифицирует акци-ональную характеристику данных глаголов и производит предельное завершенное значение: 'рассыпаться', 'разойтись', 'разослать', 'разделить', что можно отнести к процессу словообразования.

ii. Преверб jok.

(5, вах.) ajlä-na" qu wont-a män-äyrn,

однажды-LOC человек лес-ILL идти-PST0.3SG

os g-s-äyan jok kit-kan

но мать-Coll-DU дом остаться-PST0.3DU

'Однажды мужчина ушел в лес, а мать с сыном остались дома' [12, с. 118].

(6, вас.) Iwän man-t-al os w

Иван идти-IMPP-3SG снова назад

kiriyla-wal tfu niq-ä

возвращать-ся-PRSJSG один DET женщина-ILL

'Иван снова возвращается к этой же красавице' [10, с. 84].

(7, вас.) qasi-na sam-al i°Y toloy-wal

человек-LOC сердце-ЗБО домой остановить-ся-PRS^SG

'У человека сердце остановилось' [10, с. 52].

Лексема joy имеет значение 'назад', 'домой' [6, с. 79]. В примере (5) она выступает в роли наречия и не меняет значение глагола. В (6) она используется в сочетании с глаголом kiryalta 'возвращаться' [6, с. 113]. Очевидно, что между превербом и глагольной основой не соблюдается принцип сингармонизма. В данном случае преверб изменяет акци-ональную характеристику глагола, добавляя последнему значение 'возвращение в отправную точку'. В примере (7) рассматриваемый преверб утрачивает свое исходное лексическое значение и добавляет глаголу toloy ' остановиться' аспектуальное значение предельности действия ('совсем/окончательно остановилось').

iii. Преверб jornam:

(8, вах.) jornam wer-ta

прямо делать-INF

'Выпрямить' [12, с. 45].

(9, вах.) jornam tol-ya

прямо говорить-IMP

'Прямо говори' [6, с. 80].

Лексема jornam означает 'прямо', 'правильно' [6, с. 80]. В сочетании с глаголами она может менять их акциональную характеристику. Так, например в (8) она изменяет оригинальное значение глагола werta 'делать' [6, с. 80] на 'делать прямым, правильным', тем самым конкретизируя абстрактное значение действия. В (9) добавляется метафорическое значение 'говорить правду', 'говорить прямо, правильно'. Следует отметить, что в данных примерах не соблюдается обязательный для хантыйского языка сингармонизм гласных между превербом и глагольной основой. С точки зрения этимологии можно полагать, что данная лексема восходит к основе jor 'середина', 'центр', 'прямой' [6, с. 80] в сочетании с суффиксом алла-тива -пат.

iv. Преверб il:

(10, вас.) tfu qasi-na nuy joyl-il

DET человек-LOC верх лук-3SG

juy-a-na tjutji-mta-ta koroy-na oy-il

3SG-EP-LOC поднимать- MMNT- PST0.3SG орел-LOC голо-ва-3SG

il mayn'i-mta-ta

вниз наклоняться-MMNT-PST0.3SG

'Тот человек лук на него наставил. Орел голову вниз наклонил' [10, с. 50].

(11, вас.) Sawsiki nuy laya-m-al-na Al'wa-na

Сывсики верх смотреть- PP-3SG- LOC Альва-LOC

per juy-a sam-ta il

пепел 3SG-ILL глаз-PL вниз

lamaya-ta

облить-PST0.3SG

'Сывсики наверх взглянул, Альва золу ему прямо в глаза высыпал' [10, с. 57].

(12, ma potjkan-nat liyilta-l-im, joy-an

вас.)

1SG ружье-COM целиться-PRS-1SG 3SG-LOC

oy-ol il wer-l-ata

голова-3SG вниз делать-Iterat-PST0.3SG

'Я пытался выстрелить из ружья, но он меня видел и прятал голову' [12, с. 123].

(13, вас.) Ivan nayinta-wal, qul il

Иван ругаться-PRS.3SG рыба вниз

rUy-wal-t put-oy

прыгать-PRS-3P1 котел-PRL

'Иван ругается, потому что рыба из котла выпрыгивает' [12, с. 388].

(14, вас.) il tjayi-ta

вниз собирать-INF

'Хоронить' [5, с. 101

(15, вас.) qan-na wel-min poran-ta-min

царь-LOC бить-CNB наступать-TR-CNB

tur-al mot fa il

горло-3SG/SG до низ

pon-s-ata

связать-PST2-3SG/SG

'Царь связал его и наступил ему на горло'.

Лексема И имеет значение 'низ', 'нижний' [6, с. 58]. В примерах (10) - (13) она сочетается с такими глаголами действия/движения, как такэп^'эуэЬа 'наклоняться' [6, с. 245], lemэytэta 'облить' [6, с. 205], werta 'делать' [6, с. 522], ruyta 'скакать' [6, с. 407], выступая в буквальном значении (пространственном). В примерах (11) и (13) лексема производит акциональную характеристику действия, выражаемого основой глагола. В примере (11) можно отметить производное значение предельности, в то время как в (13) производное значение имеет скорее все еще пространственную характеристику. В примерах (14) и (15) в сочетании с абстрактными глаголами данная лексема частично или полностью утрачивает свое пространственное значение, изменяя значение глагольной основы на более специфичное. Из примера (14) очевидно, что принцип сингармонизма между превербом и глагольной основой не соблюдается.

V.

Преверб И.

(16, вас.) ди-)-э1 ¡иу^э-т р1гпэ, т

муж-ЕР-3БО уходить-РР после женщина

тэу-и) ¡дк-ду И-эп ¡иуИ-м>э1

земля-под дорога-РКЬ вперед-ЬОС спускаться- РЯБ^БО

(17, вах.) и зау\. Шри1, nдцэt

БЕТ за глупый вас

И-э onэ¡-t-эs-i

перед-!ЬЬ узнать-ТЯ-28О-Р8

(18, вас.) т ¡оу^э, ¡иу-пат

желчь прочь бросил-Р8Т0.380 38О-МЪ

и 'twis-oу кйт рогоуЬ-уэп

окно-РКЬ наружу прыгать-Р8Т0.3Б0

(19, вас.) tfu waу ре1эк iwаn-nэ

БЕТ деньги половина Иван-ЬОС

кйт

наружу брать-ЕР-1МРР-3БО

'Эти полкопейки Иван вынимает' [10, с. 92].

(20, вас.) ¡а1-1-эм> кйт эМэ ¡ауй-м>э1

стоять-РЯБ-1РЬ наружу №О смотреть-РЯБ^БО

иллюстрирует возможность вставки отрицательной частицы между превербом и глаголом. vii. Преверб пу.

(21, вас.) ап Ч4-пэ 1uу-qэnqiqэr пгу te¡'-tэ

сестра-3БО-ЬОС дерево-нарта вниз нести-РБТ0.380

'Когда муж вышел, женщина в подземный ход спускается' [10, с. 107].

'Сестра деревянную нарту притащила' [10, с. 43].

(22, вас.) шц-а пгу 1и-тт ¡окэкэ^^эуэп

женщина-1ЬЬ вниз прихо-дить-СЫУ рассказывать-РЯ8-3Би

is-¡-эkэn

плакать-РЯ8-3Би

'Итак, дурак, тебя научили' [5, с. 101].

Лексема И обладает значением 'перед', 'передний' [6, с. 52]. В примере (16) эта лексема выступает в функции наречия, сохраняя буквальное пространственное значение, и используется с падежным показателем локатива. В примере (17) в сочетании с глаголом когниции преверб производит перфективное значение, утрачивая свое пространственное значение и изменяя значение исходной глагольной основы опэЫа 'знать', 'учить' на 'научить основательно'. Также видно, что в данном примере лексема используется с падежным показателем иллатива. Как и в примерах выше можно видеть, что примеры (16)-(17) демонстрируют несоблюдение сингармонизма между превербом и основой глагола.

VI Преверб кит.

'Сами вышли к женщине, рассказывают, плачут' [10, с. 120].

(23, вас.) iwаn пгу imi¡kэ¡-wэ¡

Иван вниз садиться-РЯБ^О

'Иван сел' [10, с. 126].

(24, вас.) 1оуэп-пэ тэп-т-ду ртэ emtэr-а

река-ЬОС идти-РР-1РЬ потом озеро-!ЬЬ

пгк wiуэ¡-уa¡-бу

вниз спускаться-Р8Т1-1РЬ

'Спустившись по реке, мы попали в озеро' [5, с. 101].

(25, вас.) тк wiуэ¡-ta

вниз спускатья

'Желчь прочь швырнул, сам через окно на улицу вылетел' [10, с. 45].

1) 'выходить'; 2) 'упасть' 5, с. 101].

Лексема ту передает значение направление движения 'вниз, вниз к берегу' [6, с. 285]. В сочетании с глаголами движения Шка 'тащить' [6, с. 457], ¡иупШ 'приходить' [6, с. 89], Шэка 'сесть' [6, с. 60] он изменяет их акциональные характеристики и добавляет как пространственное значение, так и значение предельности. 'притащить', 'выходить', 'присесть', 'спуститься', 'упасть'. Сингармонизм между превербом и глагольной основой не соблюдается (23, 24, 25).

viii. Преверб поу/пок.

(26, вас.) тап-Ьу поу mэn-wэ¡

^О-ЛБЕБ вверх идти-РЯБ^О

'Он (она) ушел (ушла) без меня' [12, с. 107].

'Мы ждали, оно не выглянуло' [12, с. 244].

Лексема кит имеет значение 'наружу', 'на улицу' [6, с. 125]. В примерах

(27, вас.) м>а]'эу иу^ пок tfutf

зверь голова-3БО вверх повернуть-Р8Т0.3Б0

рапэ пигэуЬу

и бежать-Р8Т0.3Б0

'Зверь поднял голову и убежал' [12, с. 78].

(28, вас.) тт ¡e¡-em-nat Jaqqeí-am-nэ

1РЬ брат-1БО-СОМ один родители-1РЬ-ЬОС

ШегпаЫ пок wej-дj-mэn

интернат-ЕЬЛ вверх брать-РБ.1Би

'Меня с братом наши родители из интерната забрали' [12, с. 106].

Лексема noy передает значение направления движения 'вверх' [6, с. 293]. В сочетании с глаголами mgntü 'идти' [6, с. 274], tfuta 'повернуть', wgjgyta 'брать' [6, с. 532] данный преверб модифицирует как пространственную, так и их акциональ-ную характеристику, добавляя значение предельности: 'уйти', 'поднять', 'забрать'. Сингармонизм между превербом и глагольной основой не соблюдается (26, 28).

ix. Преверб n'ul:

(29, вах.) n'ul wel-tü

RCPR добывать-INF

'Драться' [6, с. 319].

(30, сал.) n'ul tay-ta

RCPR бросать-INF

'Бороться' [6, с. 319].

(31, вас.) n'ul üwlüytün-tü

RCPR обнять-INF

'Обняться' [13, с. 172].

Лексема п'и1 передает значение обоюдного или взаимонаправленного действия [6, с. 319]. Как лексическая единица п'и1 очевидно связана этимологически с лексической основой п'и1а 'вместе, в кучу' [6, с. 319]. В приведенных примерах эта лексема сочетается в функции преверба с глаголами м>еЫа 'добывать, ловить, бить' [6, с. 521], tdyata 'бросать, кидать' [6, с. 458], аwlаytаntа 'обнимать' [13, с. 172]. Глаголы в данных сочетаниях приобретают характеристику взаимно-возвратного действия: 'драться', 'бороться', 'обниматься'. Как и прежде, принцип сингармонизма между превербом и глагольной основой не соблюдается (29, 31).

x. Преверб pgrtüy:

(32, вас.) qgsi-ng nuy joyl-gl jüy-nüm-g

человек-LOC верх лук-3БО 3SG-RFL-INSTR/O

psrtay wgj-tg

назад взять-Р8Т0.380

'Человек лук свой убрал' [10, с. 50].

Лексема рэНау имеет значение 'назад', 'обратно' [6, с. 393]. В примере (32) она сочетается в функции преверба с глаголом wэjэyta 'брать' [6, с. 532] и изменяет его акциональную характеристику: 'убрать'.

xi. Преверб toyg / toyi / tuyoj:

(33, вас.) Sgwsiki jüjm-il toyi pgkgtg-tg,

Сывсики топор-3SG прочь бросить-IMPP

sem-gl toyi pe^k-gkgtg-tg

глаз-3SG прочь вытирать-INCH-PST0.3SG

'Сывсики топор свой прочь отбросил и глаза свои стал протирать' [10, с. 57].

(34, вас.) juj toyi joyi-tg, joy-nüm

желчь прочь бросить-IMPP 3SG-RFL

utwisoy küm popoyla-ygn

окно наружу прыгать-PST0.3SG

'(Он) желчь отбросил и выпрыгнул через окно'

[12, с. 133].

(35, вас.) tomkol tuyoj nilüyt-gm jglgw...

кора прочь сдирать-PP свежий

jglw-gy

свежий-ADV

'Кору недавно содрали' [12, с. 395].

(36, вас.) mustgm ni qu-j-gl oy-gl

красивый женщина муж-EP-3SG голова-3SG

toyg joygn-ta

прочь рубить-INF

'Голову мужа красавицы на отсечение' [10, с. 105].

(37, вас.) qan-a toloy-wgl oy-gl toyg

царь-ILL сказать-PRS.3SG голова-3SG прочь

ül joyam-itgn!

NEG рубить-ПШ^и^

'Царю говорит: 'Голову ему не отрубайте!'' [10, с. 106].

(38, вас.) mün-ng tfüs qotfgy-nüti toyi

1SG-LOC сейчас нож-COM прочь

tfoy-l-uj-gn

резать-PRS-PS-2SG

'Сейчас я тебя ножом изрежу' [12, с. 329].

Лексема tдhi передает значение направления движения 'прочь' от ориентира [6, с. 474]. В сочетании с переходными глаголами оуэШ 'резать, рубить' [6, с. 331], jбyэtа 'кинуть' [6, с. 85], tfomэltэta 'сделать зарубку' [6, с. 44], niltаytаntа 'переместить' [13, с. 164] данный преверб производит ак-циональную характеристику и добавляет значение предельности: 'отрубить', 'отбросить', 'протереть', 'изрезать', 'содрать'. Пример (37) демонстрирует возможность вставки отрицательной частицы между превербом и глаголом. Примеры (35) и (37) демонстрируют несоблюдение принципа сингармонизма между превербом и глагольной основой.

Как видно из вышеуказанных примеров, семантически превербы относятся к классу пространственных маркеров. Часто в функции пре-вербов выступают наречия с пространственными значениями, такими как 'вниз', 'вверх', 'в сторону' и т. п. Данный класс можно отнести к лекси-ко-грамматическим единицам языка, так как в ряде случаев превербы хантыйского языка выполняют роль наречия, в других случаях они изменяют акциональную характеристику глагола, вместе с которым используются и добавляют ему

Вестник ТГПУ

значение предельности. Превербы восточных диалектов хантыйского языка в основном сочетаются с глаголами движения, реже с глаголами позиции, действия-процесса, когниции, чувственного восприятия.

Данный класс лексических единиц может выступать в роли наречия или преверба в зависимости от контекста, что можно воспринимать как элемент постепенного процесса грамматикализации. Можно предположить, что на данном этапе выделенная группа лексических единиц находится в процессе утраты своего исходного значения и в определенных контекстах превращается в грамматические показатели в ходе эволюции хантыйского языка. Как видно в вышеуказанных примерах, превербы могут выступать как в функции наречия, так и в функции преверба, то есть в некоторых случаях они выполняют роль лексической единицы (наречие), в других - грамматической единицы (преверба). Часть рассмотренных выше единиц утратила свое исходное лексическое значение не до конца, что можно видеть в примерах, где зна-

1. 2.

3.

4.

5.

6.

7.

8.

9.

10. 11. 12. 13.

Варда В. Е., аспирант.

Томский государственный педагогический университет.

Ул. Киевская, 60, Томск, Россия, 634061. E-mail: viktor.varda@yandex.ru

чение глагола, сочетающегося с превербом, модифицируется под влиянием значения преверба.

Следует отметить, что на данном этапе сложно делать однозначные выводы относительно статуса превербов в диалектах хантыйского языка. Определение статуса рассматриваемых единиц восточных диалектов хантыйского языка продолжает оставаться открытым вопросом. Этим объясняется большое многообразие определений и терминов, используемых в отношении данных единиц в работах таких исследователей, как Н. И. Терешкин, Б. АЬоп^1о и I Ои1уа, среди которых встречаются «глагольный префикс», «преверб», «наречие» или «частица». В ситуации крайне ограниченного эмпирического материала по рассматриваемым бесписьменным языкам Сибири к задачам данного исследования относится сбор максимально возможно репрезентативного корпуса примеров с использованием данных лексических единиц и конструкций с ними, а также их морфофонологический и функционально-семантический анализ в общем типологическом контексте.

Материал поступил в редакцию 11.11.2015.

Список литературы

Полякова Н. В. Объективация природных явлений в селькупском и русских языках в сопоставительном аспекте // Вестн. Томского гос. пед. ун-та (TSPU Bulletin). 2015. Вып. 10 (163). С. 69-73.

Фильченко А. Ю. Посессивные конструкции в восточных диалектах хантыйского языка // Томский журнал лингвистических и антропологических исследований (Tomsk Journal of Linguistics and Anthropolgy). 2014. Вып. 1 (3). С. 83-95.

Аркадьев П. М. Ареальная типология префиксального перфектива (на материале языков Европы и Кавказа). М., 2014. 320 с. Быконя В. В. Структурно-семантическая характеристика локальных уточнителей в селькупском языке: дис. ... канд. филол. наук. Томск, 1980. 216 с.

Gulya J. Eastern ostyak chrestomathy. Bloomington, 1966. 207 p.

Терешкин Н. И. Словарь восточно-хантыйских диалектов // Ленинград, 1981. 544 с.

Плунгян В. А. Введение в грамматическую семантику: грамматические значения и грамматические системы языков мира. М., 2011. 672 с.

Кузнецова А. И., Хелимский Е. А., Грушкина Е. В. Очерки по селькупскому языку. М., 1980. Т. 1. 411 с. Abondolo D. The Uralic Languages. Taylor and Francis, 1998. 619 p.

Аннотированные фольклорные тексты обско-енисейского языкового ареала. Томск, 2010. Том 1. 336 с.

Терешкин Н. И. Очерки диалектов хантыйского языка. Москва-Л., 1961. 204 с.

Filchenko A. Aspects of the Grammar of Eastern Khanty. Tomsk, 2010. 553 p.

Могутаев М. К. Хантыйско-русский словарь (васюганский диалект). Томск, 1996. 352 с.

V. E. Varda EASTERN KHANTY PREVERBS

The paper reviews preverbs of Eastern Khanty dialects. The main focus of the discussion is to summarize and to analyze these units of speech. The analysis is carried out from the functional semantic point of view. Preverbs are adverbial, usually lative, particles that modify spatial characteristic of the verbs they are used with. Preverbs function as a derivational unit. Usually preverbs go before the verb and are connected with it morphologically and syntactically. Seldom, a negative particle, direct object or an auxiliary particle may occur between them. Preverbs are believed to be a separate part of speech because from the point of view of phonetics they do not form a single word with a verb that follows.

Key words: Khanty, preverb, adverb, grammaticalization.

References

1. Polyakova N. V. Ob''ektivatsiya pririodnykh yavleniy v sel'kupskom i russkom yazykakh v sopostavitel'nom aspekte [Objectivization of natural phenomena in the Selkup and Russian languages in comparative aspect]. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta -TSPU Bulletin, 2015, no. 10 (163), pp. 69-73 (in Russian).

2. Filchenko A. Y. Posessivnye konstruktsii v vostochnykh dialektakh khantyyskogo yazyka [Possessive constructions in Eastern Khanty]. Tomskiy zhurnal lingvisticheskih i antropologicheskih issledovaniy - Tomsk Journal of Linguistics and Anthropology, 2014, no. 1

3. Arkad'ev P. M. Areal'naya tipologiya prefiksal'nogo perfektiva (na materiale yazykov Evropy i Kavkaza) [Areal typology of prefixal perfective (on the basis of Europe and Caucasus languages)]. Moscow, 2014. 320 p. (in Russian).

4. Bykonya V. V. Strukturno-semanticheskaya kharakteristika lokal'nykh utochniteley v sel'kupskom yazyke: Dis. kand. filol. nauk [Structural and semantic characteristics of local specifiers of Selkup language. Diss. cand. of philol. sci.]. Tomsk, 1980. 216 p. (in Russian).

5. Gulya J. Eastern ostyak chrestomathy. Bloomington, 1966. 207 p.

6. Tereshkin N. I. Slovar' vostochno-khantyyskikh dialektov[Dictionary of Eastern Khanty dialects]. Leningrad, 1981. 544 p.

7. Plungyan V. A. Vvedeniye vgrammaticheskuyusemantiku:grammaticheskiyeznacheniyaigrammaticheskiyesistemyyazykovmira [Introduction in grammatical semantics: grammatical meanings and grammatical systems in languages of the world]. Moscow, 2011. 672 p. (in Russian).

8. Kuznetsova A. I., Helimskiy E. A., Grushkina E. V. Ocherkipo sel'kupskomuyazyku [Features of Selkup language]. Moskva, 1980. T. 1. 411 p.

9. Abondolo D. The Uralic Languages. Taylor and Francis, 1998. 619 p.

10. Annotirovannye fol'klornye teksty obsko-eniseyskogo yazykovogo areala [Annotated folklore texts of the Ob and Enisey languages]. Tomsk, 2010. Vol. 1. 336 p.

11. Tereshkin N. I. Ocherki dialektov hantyyskogo yazyka [Features of Khanty dialects]. Moskva-Leningrad, 1961. 204 p.

12. Filchenko A. Aspects of the Grammar of Eastern Khanty. Tomsk, 2010. 553 p.

13. Mogutaev M. K. Khantyysko-russkiy slovar' (vasyuganskiy dialekt) [Khanty-Russian dictionary (Vasyugan dialect)]. Tomsk, 1996. 352 p.

Varda V. E.

Tomsk State Pedagogical University.

Ul. Kievskaya, 60, Tomsk, Russia, 634061. E-mail: viktor.varda@yandex.ru