Реализация конституционных принципов в Германской империи в начале XX века

Международный арбитраж играет также важную роль в эволюции бельгийского семейного права, например, специальный закон от 6 января 1989 г. признал правомочие проверки ст. 10 (о принципе равенства) и ст. 11 (о запрещении дискриминации) Конституции Бельгии19, что привело к пересмотру норм в сфере семейного права на соответствие принципам равенства. Специальный закон от 9 марта 2003 г. признал за международным арбитражем полномочия по проверке всех статей Титула II «О бельгийцах и их правах» Конституции Бельгии 1994 г.20, что положило начало решающей роли Конституционного суда в эволюции семейного права.

Таким образом, на сегодняшний момент в бельгийском праве, регулирующем семейные правоотношения, существует достаточно отчетливое стремление возвысить ценность и значимость конституционных норм путем усиления их практического значения как норм, стоящих над обычными законами.

1 См.: Конституции государств Европейского Союза / под ред. и со вступ. ст. Л.А. Окунькова. М., 1997. С. 106.

2 См.: Савицкий П.И. О новых изменениях в Конституции Бельгии // Российский юридический журнал. 2010. № 6. С. 45-49.

3 Савицкий П.И. Акты высших государственных органов и органов субъектов федерации в Бельгии (новые тенденции) // Правоведение. 2002. № 5. С. 166-176.

4 См.: АнтокольскаяМ.В. Семейное право. М., 1996. С. 85.

5 Belgische Staatsblad. 1958. 10 mei. № 130.

6 Belgische Staatsblad. 1965. 15 april. № 74.

7 Belgische Staatsblad. 1984. 21 april. № 80.

8 Belgische Staatsblad. 1987. 10 juli. № 131.

9 Belgische Staatsblad. 1993. 18 maart. № 54.

10 Belgische Staatsblad. 1976. 5 augustus. № 151.

11 Belgische Staatsblad. 1984. 12 juli. № 134.

12 Belgische Staatsblad. 1990. 8 mei. № 88.

13 Belgische Staatsblad. 2004. 4 juni. № 199.

14 Belgische Staatsblad. 2005. 16 september. № 268.

15 См.: Международные акты о правах человека: сборник документов / сост. В.А. Карташкин, Е.А. Лу-кашева. М., 1998. С. 39-43.

16 Senaeve P. Compendium van het personen-en familierecht. Leuven, 2015. P. 45.

17 См.: Международные акты о правах человека: сборник документов/ сост. В.А. Карташкин, Е.А. Лу-кашева. С. 306-323.

18 См.: Международные акты о правах человека: сб. документов / сост. В.А. Карташкин, Е.А. Лукашева. М., 1998. С. 241-244.

19 Belgisch Staatsblad. 1989. 31 januari. № 21.

20 Belgisch Staatsblad. 2003. 11 april. № 130.

К.В. Чилькина

РЕАЛИЗАЦИЯ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРИНЦИПОВ В ГЕРМАНСКОЙ ИМПЕРИИ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

В статье рассматриваются содержание, принципы и результаты реализации конституции Германской империи 1871 г. Освещается полемика правоведов о возможности использования немецкого опыта в российской практике конституционного строительства в Российской империи.

Ключевые слова: история зарубежного государственного права, конституция Германской империи 1871 г.

© Чилькина Ксения Владимировна, 2016

Кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры истории государства и права (Саратовская госу-128 дарственная юридическая академия); BaryshkovaK@rambler.ru

K.V. Chilkina

REALIZATION OF CONSTITUTIONAL PRINCIPLES IN THE GERMAN EMPIRE AT THE BEGINNING XX OF CENTURY

In the article, holding, principles and results of realization of constitution of the German empire 1871 is examined a polemic over of legists is Brought about possibility of the use of German experience in Russian practice of constitutional building in the Russian empire.

Keywords: history of foreign constitutional law, constitution of the German empire 1871.

В начале XX в. в Российской империи начала активно развиваться теория и практика конституционализма. Во многом российские исследователи (в частности П.Б. Струве) опирались на существующие уже в зарубежной практике конституционные модели. К числу таких моделей, значимых для России, относилась закрепленная в прусской Конституции 1850 г. и основывавшаяся на сильной монархической власти1. В отдельных российских проектах Основного закона всеобщая схема выборов и 3-летний срок деятельности нижней палаты были аналогами процессов, реализующихся согласно Конституции Германской империи 1871 г.2 Конституция Германской империи действовала до 9 ноября 1918 г.

В отечественной историографии существует ряд работ, посвященных анализу немецкой Конституции 1871 г., и развитию немецкого конституционализма в целом вплоть до сегодняшнего дня. Наличие множества работ как 100 лет назад, так и сегодня, обусловлено определенной близостью неписаной конституции российского и немецкого общества и его правовых основ. На рубеже XIX-XX вв. структуру, принципы немецкой конституции 1871 г. рассматривали А.Д. Градов-ский3, В.А. Кистяковский4, Н.М. Коркунов5, Ю. Гачек6 и др. Сегодня российские специалисты вновь обращаются с позиций ретроспективного анализа и других подходов к исследованию, во-первых, истории немецкого конституционализма. В этой связи следует назвать фундаментальные работы В.Г. Баева, В.Е. Чиркина, В.Г. Графского, М.В. Баглая, Н.А. Михалевой, В.Т. Кабышева, Е.В. Колесникова, и других ведущих российских специалистов.

Подробному сравнительному анализу современных моделей конституционного государства России и Германии посвящены отдельные работы таких исследователей, как В.В. Невинский, Д.В. Аронов, К.К. Баранова, В.В. Кучма, Ю.А. Акимова и др.

В Германии проблемы конституционного строительства рассматривались так же, как и в России, преимущественно в рамках науки государственного права. В числе авторов конца XIX в., исследующих вопросы, связанные с реализацией Конституции Германской империи 1871 г., были Людвиг ф. Ренне7, Пауль Лабанд («Государственное право Германской империи»: в 2 т.8), Альберт Хенель («Немецкое государственное право: основы государственного права и имперского управления»9), Юлиус Хатчек («Всеобщее государственное право на сравнительно-правовой основе»10: в 3 т.) и др. В ряду современных немецких конституционалистов, занимающихся историей конституционализма, выделяются Роберт Шелп (диссертационная работа «Всеобщее государственное право и государственное право и разъяснениями: исследование содержания, право-притязаний и ценности естественно-правового государственного права в XVII,

XVIII вв.»11), Дороти Готтвальд (диссертация «Право княжеств и государственное право в XIX в.: научно-историческое исследование»12) и др.

В Конституции 1871 г. сохранился принцип монархического правления, но при этом здесь учитывались три обстоятельства, определивших структуру и особенности вновь образованной империи. Во-первых, это был авторитет прусского монарха; во-вторых, притязания союзных государств; в-третьих, сила демократического либерального общественного мнения. Проект конституции давал монарху президентство, союзным государствам — союзный совет, общественному мнению — Рейхстаг.

Немецкая конституция, так же как и американская, не определяла права отдельных союзных государств. Принцип централизованного государства закреплялся в ст. 2, 4, 19. Отсутствовали нормы, устанавливавшие большинство основных прав граждан. Однако ст. 3, закреплявшая за каждым немецким гражданином право гражданства (туземства), подробно останавливалась на тех последствиях, которые давало право гражданства. Каждый гражданин на территории любого союзного государства должен допускаться к постоянному проживанию, занятию промыслами, к общественным должностям, к приобретению недвижимости и гражданских прав, к пользованию всеми этими правами. Гарантировалась неприкосновенность права гражданства.

Исключение из данной области регулирования и гарантий общегражданских прав составляла область попечения бедных, уход за больными и погребение умерших13.

Особенность конституции Германской империи состояла в том, что многие 16 принципы в ней не обозначались, а имелись в виду, прежде всего практические

0

? цели при ее проектировании. В ней не были четко разграничены компетенции § центральной власти и местной.

» В конституции в отдельных разделах определялись полномочия союзной

1 власти, законодательный процесс, компетенция союзного совета и президента | (императора), отдельными разделами регулировались таможенное и торговое ! управление, железнодорожное управление, управление почтой и телеграфом, § флотом и армией, консульствами и финансами.

| Таким образом, Конституция Германской империи 1871 г. прямо закрепляла

| немногие принципы, об остальных можно было говорить, исходя из содержания 'I ее статей. Такой подход, дающий возможность адаптации конституционных | норм к вновь возникающим общественным отношениям, был заранее определен | в конституционной немецкой науке и практике управления. Так, профессор Аренс считал, что государственная деятельность должна ограничиваться установлением одних лишь условий осуществления интересов, предоставляя саму ё реализацию этих интересов заинтересованным лицам14. Сам О.ф. Бисмарк гово-§ рил, что Конституция «должна была дать немецкому народу свободное поприще; | можно довериться гению нашего народа, что он найдет на этом поприще путь, | ведущий к его целям»15.

Российские правоведы избирательно подходили к вопросу о возможности использования отдельных институтов немецкой конституционной модели. Н.М. Коркунов критически оценивал теоретические основы немецкой конституции16. А.Д. Градовский, сделавший немецкую конституцию объектом своего фундаментального исследования, также был далек от мысли проводить какие-130 либо аналогии с российской практикой конституционного строительства.

В тексте Конституции был прямо закреплен принцип народного представительства. К числу принципов, которые вытекали из содержания Конституции, был баланс федерализма и унитаризма.

Конституционная немецкая модель начала XX в. приводила к следующим фактическим результатам: не было действительного разделения власти, канцлер полностью зависел от императора; позиции народного представительства (рейхстаг) были слабыми; конституционная монархия не была парламентской монархией; право участия парламента в принятии решения только в вопросах торговли, транспорта, налогов; объявление войны входило в компетенцию только кайзера и имперского совета.

Отчасти данные конституционные проблемы приводили к плохой интеграции рабочего сообщества в политику за счет высоких избирательных цензов в законодательные органы; объединение государств и земель под правлением Пруссии вызывало противодействие. В Пруссии в конце XIX в. проживали 2,4 млн поляков, 60000 литовцев, в Шлезвиге — 80000 датчан. Попытки О. ф. Бисмарка сделать немецкий официальным языком встретили недовольство поляков и датчан, которые захотели выйти из Союза17. Начался рост национализма. Данные социальные проблемы описаны в работах М. Вебера и др.

Однако даже при обозначенных проблемах самым очевидным результатом реализации Конституции 1871 г. был рост численности населения. В 1871 г. число жителей Германской империи составляло 41 млн чел., а в 1914 г. — 67 млн.18 Кроме того, Германия занимала 1-е место в мире по уровню народного образования, германская промышленность также была конкурентоспособной.

Несмотря на то, что в конституционной модели народное представительство было сильно ограничено, фактически народные массы самостоятельно политизировались, что влияло на изменение качества жизни населения, т.е. мысль О. Бисмарка о создании конституции, которая бы стала платформой для деятельности свободной инициативы, была реализована с созданием конституции в достаточной мере. Как пишет Ю.А. Левшина, «германский социум являлся одновременно субъектом и объектом политической жизни». Данный автор приходит к выводу, что наряду с формальной политической ареной развитие немецкого общества в начале XX в. обеспечивала и неформальная политическая арена19. Стабилизирующим политические разногласия отдельных княжеств в составе Германской империи фактором была государственная и корпоративная социальная политика. Многопартийная политическая система и острая полемика в законодательном процессе также сглаживали недостатки конституции 1871 г. при реализации ее норм. Таким образом, принципы Конституции Германской империи — синтез федерализма и унитаризма, принцип сильной монархической власти, принцип народного представительства, принцип защиты естественных прав граждан — в целом органично были реализованы и в политической, и в экономической сферах жизни общества, но при сильнейшей поддержке со стороны неформальных общественных институтов.

1 См.: Циунчук Р.А. Идея народного представительства в России в 1904-1905 гг.: от совещательной к законодательной модели // Вестник экономики, права и социологии. 2008. № 6. С. 105.

2 См.: Там же.

3 См.: Градовский А.Д. Государственное право важнейших европейских держав / под ред. Н.М. Кор-кунова. СПб., 1895.

4 См.: Кистяковский В.А. Государственное право (общее и русское). Б.м., 1917.

5 См.: Коркунов Н.М. Сравнительный очерк государственного права иностранных держав. Государство и его элементы. СПб., 1906.

6 См.: Гачек Ю. Общее государственное право на основе сравнительного правоведения: в 3 ч. Рига, 1913-1914.

7 Rönne L. v. Das Staatsrecht der preußischen Monarchie. Bd. Bd. 1, Abth. 2. der dritte bis sechste Abschnitt der ersten Abtheilung und die zweite Abtheilung des Verfassungs-Rechtes. 3., verm. u. verb. Aufl. Leipzig: Brockhaus. 1870.

8 Laband P. Das Staatsrecht des Deutschen Reiches. Bd. 1. 1888. 2., umgearb. Aufl. Freiburg i.B. : Mohr.

9 Hänel A. Deutsches Staatsrecht : die Grundlagen des deutschen Staates und die Reichsgewalt / von Albert Hänel. (Systematisches Handbuch der deutschen Rechtswissenschaft : Abt. 5, Teil 1, Bd. 1). Leipzig: Duncker & Humblot. 1892.

10 Hatschek J. Allgemeines Staatsrecht auf rechtsvergleichender Grundlage. Leipzig: Göschen. 1909.

11 Schelp R. «Das allgemeine Staatsrecht - Staatsrecht der Aufklärung: eine Untersuchung zu Inhalt, Anspruch und Geltung des naturrechtlichen Staatsrechts im 17. und 18. Jahrhundert / von Robert Schelp. Hochschulschrift Zugl.: Trier, Univ., Diss., 1999. Berlin : Duncker und Humblot. 2001. 308 S.

12 Gottwald D. Fürstenrecht und Staatsrecht im 19. Jahrhundert: eine wissenschaftsgeschichtliche Studie / Dorothee Gottwald. Hochschulschrift Zugl.: Frankfurt am Main, Univ., Diss., 2003/2004. Frankfurt am Main: Klostermann. 2009. IX. 289 S.

13 См.: Конституция Германской империи 1871 г. // Вильсон В. Государство. Прошлое и настоящее конституционных учреждений / пер.; под ред. А. С. Ященко; с предисл. М.М. Ковалевского. М., 1905. С. 22.

14 См.: Коркунов Н.М. Указ. раб.

15 Цит. по: Градовский А. Германская конституция. Исторический очерк германских союзных учреждений в XIX в. Ч. 1. СПб., 1875. С. 38.

16 См.: Коркунов Н.М. Указ. раб. С. 15.

17 URL: http://www.bpb.de/izpb/142137/1880-bis-1914?p=all (дата обращения: 10.02.2016).

18 См. Там же.

19 См.: Левшина Ю.А. Сфера формальной политики общественной жизни Германии в начале XX века // Ученые записки Орловского государственного ун-та. Сер.: гуманитарные и социальные науки. 2014. № 5. С. 42.