Проблема классификации патологического рискового поведения антисоциального характера и факторов его распространения на примере «Трейнсёрфинга» («Зацепинга»)

Суицидология и аддиктология

числе, в послеразводном периоде. В данном исследовании используются следующие методы: клини-ко - анамнестический, экспериментальнопсихологический, статистический, а также психологические тесты (модифицированный опросник, направленный на выявление аутоагрессивных паттернов в прошлом и настоящем; тест Mini-Mult -сокращенная версия MMPI; тест диагностики преобладающих психологических защитных механизмов, также известный, как LSI (Life Style Index); тест-опросник удовлетворенности браком (ОУБ); опросник для диагностики специфики переживания гнева State Anger Inventory - STAXI; и истории болезней пациенток ГКУЗ РОПБ им. Н. Н. Баженова г. Рязани. Объектами исследования являются 30 разведенных и 30 состоящих в браке женщин, страдающих, хроническим алкоголизмом, находящихся на амбулаторном и стационарном лечении, а также 50 здоровых, состоящих в браке женщин, образующих контрольную группу. В ходе данного исследования впервые изучены проявления не только суицидальной, но и несуицидальной аутоагрессивности у женщин, страдающих алкогольной зависимостью, находящихся в разводе; их личностно-психологические и наркологические характеристики, а также впервые будут даны терапевтические рекомендации терапии алкогольной зависимости у разведённых женщин, с учетом полученных в исследовании данных. В результате исследования предполагается расширить наше представление о значении аутоагрессии в клинической картине женского алкоголизма и выявить наиболее значимую для терапии структуру суицидального поведения у женщин, страдающих алкогольной зависимостью и находящихся в разводе. Предполагается, что результатом работы будет улучшение качества антиалкогольного лечения, увеличение длительности ремиссий при хроническом алкоголизме у женщин, вероятное снижение аутодеструктивности личности после проведенной терапии.

Таким образом, затрагиваемые в нашем исследовании вопросы являются актуальными и имеют большое медико - социальное значение в контексте как суицидологии, так и наркологической практики.

Литература:

1. Васильев В.В. Суицидальное поведение женщин (обзор литературы) // Суицидология. - 2012. - № 1. - С. 18-28.

2. Кудрявцев И.А., Декало Е.Э. Психологические факторы и механизмы суицидогенеза как критерии суицидального риска и направленной профилактики // Суицидология. - 2012. - № 2. - С. 3-11.

3. Меринов А.В., Шустов Д.И., Васяткина Н.Н. Эпискрипт как вариант внутрисемейной динамики аутоагрессивных

паттернов в семьях мужчин, страдающих алкогольной зависимостью // Суицидология. - 2012. - № 1. - С. 2839.

4. Меринов А.В. Парасуицидальное поведение женщин, состоящих в браке с мужчинами, страдающими алкогольной зависимостью (на примере Рязанской области) // Суицидология. - 2012. - № 3. - С. 15-20.

5. Меринов А.В. Суицидологические характеристики молодых людей, воспитанных в семьях, где родитель страдал алкогольной зависимостью // Суицидология. - 2012. - № 4. - С. 22-28.

6. Руженков В.А., Руженкова В.В., Боева А.В. Концепции суицидального поведения // Суицидология. - 2012. - № 4. - С. 52-60.

РИСКОВОЕ ПОВЕДЕНИЕ

ПРОБЛЕМА КЛАССИФИКАЦИИ ПАТОЛОГИЧЕСКОГО РИСКОВОГО ПОВЕДЕНИЯ АНТИСОЦИАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА И ФАКТОРОВ ЕГО РАСПРОСТРАНЕНИЯ НА ПРИМЕРЕ «ТРЕЙНСЁРФИНГА»

С.И. Ворошилин

Уральская ГМА, г. Екатеринбург, Россия E-mail автора: voros04@gmail.com

Рисковое поведение, опасное для жизни, всегда составляла заметную часть человеческой активности, являясь, несмотря на нежелательные последствия, важным средством адаптации популяций человека к жизни. Однако помимо социально приемлемых видов рискового поведения в населении всегда наблюдается множество случаев нецелесообразного, не имеющего биологической ценности такого поведения, которое определяется только влечением к получению удовольствия от преодоления смертельной опасности.

Растет число новых видов спорта, принимаемых обществом, как приемлемые, в которых главным является не столько ловкость и тренированность, сколько преодоление опасных ситуаций, таких как автомобильные, велосипедные и иные гонки, альпинизм, спелеология, виндсерфинг, бан-джи-джампинг (тарзанка), трамплин и другие. Технический прогресс создали новые опасные формы спорта, такие как дельта-планеризм, парапланеризм, дайвинг и т.д. При этом этими видами спорта все чаще пытаются заниматься случайные люди, не имеющие необходимой подготовки.

Однако в последние годы во всем мире, и в том числе в России, растет число последователей нового вида рискового поведения, не относящего-

38

Тюменский медицинский журнал № 1, 2013

Суицидология и аддиктология

ся к спорту, но представляющего повышенную опасность, состоящего в совершении поездок на крышах или на различных выступах вагонов железнодорожных поездов или других видов общественного транспорта. Общепринятое международное наименование этого вида увлечения -«трейнсёрфинг» (trainsurfing) или «трейнхоппинг», «трейнхоп» (trainhop - запрыгивание на поезда). В России это увлечение получило наименование «за-цепинг» или «электричкинг», а участвующие в «зацепинге» именуются «зацеперы».

Зацепинг представляет собой псевдо - спортивную активность, проявляющуюся в стремлении молодых людей, чаще юношей, реже девушек, подросткового или юношеского возраста, ездить на крышах вагонов электрички, пассажирских или товарных поездов или на крышах вагонов троллейбусов, трамваев, метрополитена, или на каких-то выступах вагонов. Сама по себе езда на крышах или выступах вагонов общественного транспорта появилась в Европе еще во времена дилижансов XVIII века и первых поездов XIX века, с целью экономии на плате за проезд. Особенно они были распространены в годы первой и второй мировых войн в Европе, в годы Гражданской войны в России, а в наши дни в странах с низким уровнем жизни населения, особенно в странах Ю. и Ю-В. Азии, Африки и Латинской Америки.

Однако в 1990-е годы в европейских странах, а также в отдельных городах США и Австралии произошло развитие трейнсёрфинга как молодёжного хобби, в особенности на поездах пригородного и местного сообщения [2]. В России выраженный рост движения произошел летом 2010 г. В это время сформировалось организованное движения трейнсёрферов (зацеперов), приверженцы которого создали сайты в сети Интернет, для обмена информации отрейнсёрфинге (зацепинге) и его пропаганде.

В дальнейшем организованными группами за-цеперов была проведена пропаганда проезда на крыше и снаружи поездов большими группами. Произошедший в связи с этим рост связанных с зацепингом несчастных случаев и рост публикаций в печати и на телевидении привели к широкой известности данного явления и к тому, что в Подмосковье оно принял массовый характер. В Москве и Московской области, по оценкам экспертов, число зацеперов составляет до 20 тысяч человек. При этом следует заметить, что участниками зацепинга являются отнюдь не маргинальные слои молодежи. Среди них во множестве представлены студенты лучших московских вузов.

В развитии моды на рисковое поведение такого рода можно видеть несколько факторов [1, 2].

Один из них состоит в появлении материальных условий для реализации определенного рискового поведения. Трейнссерфинг (зацепинг) невозможен без наличия железнодорожного или иного транспорта и возможности прикрепляться к его вагонам. Точно также множество новых экстремальных видов спорта было невозможно до изобретения акваланга, дельтаплана, или спортивных снарядов для виндсерфинга, саночного спорта, современных горных лыж, строительства трамплинов и т.д. Некоторое значение имеют факторы социального и экономического характера. Так рост зацепинга до некоторой степени, особенно сначала, определялся ростом цен на билеты и переполненностью поездов. Третьим фактором роста зацепинга являются социальные факторы. В росте зацепинга в Москве некоторую роль играют протестные настроения, в частности протест против роста цен и переполненности вагонов (из-за сокращения числа поездов).

Распространению трейнсерфинга особенно способствовало распространение интернета, в котором зацеперы создали многочисленные сайты, форумы, в которых производится обмен опытом, различной информацией, в том числе фотографиями и видеоклипами (и сообщениями о гибели участников). Пятым фактором являются аномалии юношеского поведения.

Однако главным является наличие людей с повышенной потребностью к осуществлению опасной деятельности, сопровождающейся выбросом адреналина, и получающих особенно глубокое удовольствие после успешного преодоления опасного препятствия, со стремлением снова и снова повторять опасные ситуации для получения удовольствия.

Как показывает имеющаяся литература, вся указанная растущая группа опасных расстройств не имеет единого наименования, и проблема их классификации неопределенна. В отечественной литературе чаще используется термин адреналиномания, который характеризует лишь один из патогенетических механизмов [3]. В зарубежной литературе чаще используется термин рисковое (risk-taking) поведение, но здесь размывается граница нежелательного рискового поведения с нормальным и целесообразным.

Представляется, что данные виды поведения следует определять, как «влечение к патологическому рисковому поведению», включая их в группу «расстройства привычек и влечений» (F63). Представляется, что нельзя включать в их число все виды самоповреждающего поведения, как гем-блинг или химические зависимости. Экстремальные варианты приемлемого рискового поведения следует относить к акцентуациям личности.

№ 1, 2013 Тюменский медицинский журнал

39

Суицидология и аддиктология

Выводы:

Распространение патологического рискового поведения обусловливается совокупностью социально-экономических и психологических факторов, включая возможность такого поведения. Необходимо выделение патологических видов рискового, опасного для жизни поведения в самостоятельную форму «патологическое влечение к рисковому поведению» в составе «расстройств привычек и влечений» (F63), отделяя их от иных форм причинения себе ущерба, таких как гэмблинг или химические зависимости и от социально приемлемых форм рискового поведения. Борьба с за-цепингом должна помимо репрессивных и консультативных мер включать вовлечение молодёжи в активность, способную переключить интерес к активной деятельности, имеющей реальную социальную значимость.

Литература:

1. Ворошилин С.И. Расстройства привычек и влечений: феноменология проявлений и границы диагностики // Журнал практического психолога. - 2008. - № 2. - С. 34-47.

2. Gilbert K. Sexuality, sex and the culture of risk. Oxford: Meyer & Meyer sport (UK) Ltd., 2005. - 180 p.

3. Kelley B.J. Dopamine agonists and pathologic behaviors // Parkinson's Disease. - 2012. - Vol. 2012. - P. 5-9.

СМЕРТНОСТЬ ПО ПРИЧИНЕ ОСТРЫХ ОТРАВЛЕНИЙ АЛКОГОЛЕМ В ЗАБАЙКАЛЬСКОМ КРАЕ

А.В. Сахаров, Н.В. Говорин, О.А. Тарасова Читинская ГМА, г. Чита, Россия E-mail: sakharov-chita@yandex.ru

Алкоголь - токсическое психотропное вещество, и прием этилового спирта, даже соответствующего всем стандартам качества, может привести к смертельному исходу. Смертельные отравления алкоголем выступают прямым объективным показателем тяжести алкогольной ситуации в стране: по данным Росстата, в России в 2012 году умерло по этой причине 10078 человек, показатель смертности от случайных отравлений алкоголем составил 7,0 на 100 тыс. человек населения. Максимальной распространенность смертельных отравлений в стране была в 1994 году - 37,8 на 100 тыс. населения, в последнее десятилетие смертность по этой причине неуклонно снижается.

Целью настоящего исследования стало изучение эпидемиологических характеристик

смертности от острых отравлений алкоголем у жителей Забайкальского края в современных условиях.

Методы и материалы.

Первая часть работы основана на анализе данных, полученных при работе с архивными документами, хранящимися в ГУ «Государственный архив» Забайкальского края (за период с 1975 по 1994 гг.), Территориальном органе Федеральной службы Государственной статистики по Забайкальскому краю (за период с 1995 по 2012 гг.).

Вторая часть работы осуществлялась в ГУЗ «Забайкальское краевое бюро судебно - медицинской экспертизы». Были проанализированы статистические карты умерших по причине отравлений алкоголем за 2010 год.

Результаты и обсуждение.

Показатель отравлений алкоголем заметно варьирует по регионам нашей страны. В 2012 году он составлял от 0 в Чеченской Республике и Чукотском АО до 32,9 на 100 тыс. населения в Амурской области. Забайкальский край по величине этого показателя уже несколько лет занимает 10 место в Российской Федерации: распространенность смертельных отравлений алкоголем составила в 2012 году 22,1 на 100 тыс. человек населения (максимальной она была в 2003 году - 68,8 на 100 тыс.). Частота таких случаев в нашем регионе в 3,2 раза выше, чем в среднем по России и в 2,6 раза выше, чем в СибФО.

При этом в Забайкальском крае показатели смертности по причине алкогольных отравлений среди населения городских поселений были несколько выше, чем в сельской местности. В 2010 году показатель данного рода смерти у сельских жителей составил 26,4 на 100 тыс. человек населения, у городских - 31,0 на 100 тыс.

Среди умерших по причине случайных отравлений алкоголем преобладают мужчины, так в 2010 году в Забайкалье «мужских» отравлений было 67,2% (221), «женских» - 32,8% (108); соотношение 2,1 : 1. В 1995 году такое соотношение было 2,9 : 1 (74,4% и 25,6% соответственно), в 2000 году - 2,6 : 1 (72,1% и 27,9% соответственно); в 2005 году - 3,0 : 1 (75,3% и 24,7% соответственно). Установлено, что показатель смертности от отравлений этанолом в мужской популяции региона в 2,2 раза выше, чем в женской (41,7 и 18,7 на 100 тыс. населения соответствующего пола в 2010 году); максимальными различия были в 2005 году (3,3 : 1 - 103,0 и 31,3 на 100 тыс. соответственно). Кроме того, показатели у женщин, в отличие от мужчин, являются более стабильными.

В 2010 году среди умерших по причине отравлений алкоголем детей было 0,6%, лиц в возрасте

40

Тюменский медицинский журнал № 1, 2013