К вопросу о культурных взаимодействиях эпохи поздней бронзы в долине реки Илек

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 41 (179).

История. Вып. 38. С. 8-10.

с. М. умрихин

к вопросу о культурных взаимодействиях эпохи поздней бронзы в долине реки илек1

Работа посвящена теоретическому обобщению опубликованных материалов эпохи поздней бронзы могильника Восточно-Курайли I. Данный памятник представлен погребальными комплексами двух хронологических этапов в рамках поздней бронзы, демонстрирующий разные векторы культурных взаимодействий. По ряду признаков прослеживается генетическая преемственность формирования комплексов при влиянии внешних импульсов на разных этапах.

Ключевые слова: эпоха поздней бронзы, алакульская культура, андроновская общность, кожумбердынский культурный тип, погребальный обряд, культурные взаимодействия.

Наряду с введением в научный оборот материалов полевых исследований не менее важной, а может быть основной, задачей является теоретическое обобщение имеющегося комплекса источников. В данной работе предлагается культурно-хронологическая интерпретация материалов позднего бронзового века могильника Восточно-Курайли I. Погребальные комплексы некрополя эпохи бронзы опубликованы2, а сам памятник, безусловно, является опорным для данного региона. Интересующий нас регион являлся пограничным между срубной и андроновской культурно-историческими общностями и, очевидно, был контактной зоной для данных этнокультурных образований3.

Могильник Восточно-Курайлинский I располагался на площадке водораздельного плато правобережья р. Илек в 2,5 км к юго-востоку от пос. Георгиевка (Курайли) в Актюбинском районе Актюбинской области. Погребения эпохи поздней бронзы находились в 18 курганах. Хронологически они делятся на два периода. Раннеалакульский (петровский) представлен 12 курганами (далее - первый этап), погребения шести курганов (далее - второй этап) занимают более позднюю хронологическую позицию.

Публикация погребальных комплексов позднего бронзового века могильника Восточно-Курайли I выявила необходимость теоретического обобщения материала для создания более полной схемы механизмов культурных процессов региона в рамках рассматриваемого некрополя. Главным в данном случае является уникальная возможность проследить процесс формирования канонов погребально-поминальной практики в ран-неалакульский (петровский) период, завер-

шение которого во многом прослеживается в насыпях алакульского круга захоронений могильника Восточно-Курайли I.

Как известно, погребальный обряд рассматривается по нескольким основным позициям

- надмогильные сооружения, погребальные ямы и связанные с ними конструкции, обряд захоронений (ингумация, кремация, ориентировка погребенных и т. д.), инвентарь, наличие жертвенников.

В относительно ранней группе из 12 курганов 45 % можно отнести к разряду многомогильных4. На следующем этапе функционирования могильника оформляется строгое правило создания одномогильных курганов, что вполне соответствует среднему этапу развитой алакульской культуры5. При этом происходит незначительное уменьшение размеров насыпей с сохранением прямых пропорций (диаметр 7-12 м, высота 0,08-0,7 м). Подобная ситуация схожа, например, с курганами Новокумакского могильника около г. Орска, раскопанными в 1959 и 1962 гг. Их диаметр был в пределах 6-12 м, а высота составляла от 0,07 до 0,4 м6. При исследовании насыпей не было выявлено специально оборудованных для жертвенников ям или других конструкций. Кроме того, в обеих группах сохраняется приблизительное соотношение использования кострищ - около одной трети курганов.

Половина могильных ям в раннеалакуль-ской (петровской) группе курганов ориентирована длинными сторонами по линии СВ

- ЮЗ, однако также представлены меридиональная и широтная ориентировки, а также с СЗ на ЮВ. В развитый алакульский период ситуация в функционировании некрополя несколько меняется. Надежные позиции за-

К вопросу о культурных взаимодействиях эпохи поздней бронзы.

9

нимает широтная ориентировка (в четырех курганах из шести), в двух случаях СЗ - ЮВ и в одном СВ - ЮЗ.

Значительная стандартизация прослеживается нами в глубине, форме и размерах погребальных ям. В развитый алакуль нормой становится глубина могил в пределах 0,550,65 м от уровня погребенной почвы, которая зафиксирована в пяти курганах. В раннеала-кульский (петровский) период глубина ям колеблется в диапазоне от 0,5 до 1,6 м7. Кроме того, могильные ямы получают окончательное подпрямоугольное оформление, исчезают квадратные и овальные конфигурации.

В подавляющем большинстве при сооружении внутримогильных конструкций использовался камень, что вполне отвечает ала-кульским погребальным стандартам степного Приуралья. Напротив, в раннеалакульских (петровских) курганах могильника каменная конструкция фиксировалась лишь однажды. А наиболее яркая и представительная серия погребальных конструкций была представлена в половине погребений деревянными перекрытиями, в двух случаях деревянными камерами, трижды столбовыми конструкция-ми7. Таким образом, трудно говорить лишь

о внутреннем развитии канонов сооружения внутримогильных конструкций в рамках функционирования некрополя. Вероятно, не обошлось без внешних импульсов восточной направленности, в том числе, из среды носителей федоровских традиций.

Анализируя систему погребальной практики эпохи поздней бронзы могильника Восточно-Курайли I, можно сделать ряд заключений. В развитый период существования памятника мы с полной уверенностью можем говорить о совместном существовании двух основных моделей погребальной практики

- ингумации (трупоположения) и кремации (трупосожжения)8. В раннеалакульский период фиксируется только обряд трупополо-жения с определенной степенью вариативности, включающей в себя, кроме основного вида захоронений в позе адорации на левом боку, еще такие, как парные, с отсечением головы, частичные, вторичные и захоронения с рассечением9. Уникальной для начального этапа поздней бронзы в могильнике выглядит ситуация с ориентировкой костяков, где явно превалирует северо-восточная, составляющая 42 % от количества погребенных. Также зафиксирована ориентировка на вос-

ток и юго-восток, на север. Типичная же для алакульцев западная зафиксирована только в трех случаях. Безусловно, устроители погребальных церемоний следовали раннесрубным стандартам10. Очевидно, что раннесрубные племена покровского времени, проживавшие своим основным массивом северо-западнее, в Волго-Уральском междуречье11, оказывали влияние на формирование погребального обряда раннеалакульского (петровского) периода при формировании могильника Восточно-Курайли I. В целом, необходимо отметить факт стандартизации погребального обряда на более позднем функционировании могильника в эпоху поздней бронзы. Причем связано это может быть как с внутренним развитием канонов погребальной практики в рамках существования самого некрополя, так и с изменением направленности культурных взаимодействий в сторону алакульского населения региона.

Анализ погребального инвентаря выявил ряд тенденций, которые позволяют говорить

0 наличии двух этапов в развитии поздней бронзы на данной территории. Во-первых, керамический комплекс, являясь наиболее массовой категорией находок, демонстрирует нам с одной стороны преемственность в развитии форм и орнамента. С другой стороны, позволяет определить основные компоненты, влиявшие на формирование материальной культуры населения в эпоху позднего бронзового века. В частности, в раннеалакульский (петровский) период отчетливо проявляется раннесрубный (покровский) компонент. На следующей стадии очевидным становится федоровское влияние. Во-вторых, погребальный инвентарь раннеалакульских погребений гораздо более разнообразен. А такие категории находок, как орудия труда, предметы вооружения и конской упряжи в развитый период исчезают вовсе. Подобная ситуация характерна для многих некрополей эпохи поздней бронзы12 и является вполне закономерным явлением.

Примечания

1 Работа выполнена при поддержке грантов РФФИ № 08-06-00136а, РФФИ № 09-06-10007к; РГНФ № 08-01-00359а.

2 Ткачев, В. В. Могильник Восточно-Курайли I на Илеке и проблема формирования запад-ноалакульской культурной группы // Вопр.

10

С. М. Умрихин

археологии Зап. Казахстана. Вып. 2. Актобе, 2005. С. 36-69; Умрихин, С. М. Культурная и хронологическая позиция курганов позднего бронзового века могильника Восточно-Курайли I // Археологические памятники Оренбуржья. Оренбург, 2007. С. 129-142.

3 Андроновская культура // Свод археол. источников. 1966. Вып. В 3-2. С. 7-8; Сальников, К. В. Очерки древней истории Южного Урала. М., 1967. С. 282-283, 307-308; Федорова-Давыдова, Э. А. Обряд трупосож-жения у срубно-алакульских племен Оренбуржья // Проблемы археологии Урала и Сибири. М., 1973. С. 167; Горбунов, В. С. Бронзовый век Волго-Уральской лесостепи. Уфа. 1992. С. 176; Кузьмина, Е. Е. Откуда пришли индоарии? Материальная культура племен андроновской общности и происхождение индоиранцев. М., 1994. С. 46.

4 Ткачев, В. В. Могильник Восточно-Курайли

I ... С. 54.

5 Зданович, Г. Б. Бронзовый век УралоКазахстанских степей. Свердловск, 1988. С.142.

6 Мошкова, М. Г. Погребения эпохи бронзы Ново-Кумакского могильника / М. Г. Мошко-ва, Э. А. Федорова-Давыдова // Крат. сообщ. Ин-та археологии. 1964. Вып. 101. С. 135.

7 Ткачев, В. В. Могильник Восточно-Курайли

I ... С. 57.

8 Горбунов, В. С. Бронзовый век ... С. 91.

9 Ткачев, В. В. Могильник Восточно-Курайли

I ... С. 57.

10 Там же. С. 57, 60.

11 Богданов, С. В. Памятники покровской эпохи в степном Приуралье / С. В. Богданов, М. В. Халяпин // Культурное наследие степей Северной Евразии. Вып. 1. Оренбург, 2000. С.44-56.

12 Зданович, Г. Б. Бронзовый век УралоКазахстанских степей. Свердловск, 1988. С. 144; Археология Южного Урала. Степь. Челябинск, 2006. С. 207.