Перспективы развития возобновляемых источников энергии в РФ

АСПЕКТЫ СЕРВИСА

УДК 338.49

ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВОЗОБНОВЛЯЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

ЭНЕРГИИ В РФ

Г.С. Сологубова1

Санкт-Петербургский государственный экономический университет, Россия, 191023, Санкт-Петербург, улица Садовая, 21

Проведен анализ развития возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в Российской Федерации в долгосрочной перспективе на период до 2040 года. Рассмотрены политические аспекты государственной поддержки развития ВИЭ, как стратегической задачи в контуре развития научно-технического потенциала и его экспортных возможностей и обеспечения энергетической безопасности национальной экономики. Отмечены перспективы развития ВИЭ в арктических широтах, обеспечивающих доступность электроэнергии для удалённых и малонаселённых районов.

Ключевые слова: декарбонизация экономики, фотоэлектрическая энергия, умная/интеллектуальная энергетика, малая распределенная энергетика, антикризисные меры, стратегия РФ «Арктика 2035»

PROSPECTS FOR DEVELOPMENT OF RENEWABLE ENERGY SOURCES IN RUSSIA

G.S. Sologubova

Saint Petersburg State Economic University, Russia, 191023, St. Petersburg, Sadovaya Street, 21

An analysis of the development of renewable energy sources (RES) in the Russian Federation in the long term for the period up to 2040 has been carried out. Political aspects of public support for RE development were considered as a strategic task in the development of scientific and technical technology and its export capabilities and ensuring energy security of the national economy. Prospects for the development of renewable energy in Arctic latitudes ensuring the availability of electricity for remote and sparsely populated areas are noted.

Keywords: decarbonization of economy, photovoltaic energy, mind/intelligent energy, small distributed energy, anti-crisis measures, strategy of Russian Federation Arctic 2035

ОРГАНИЗАЦИОННО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ

Введение

Современное кризисное состояние экономики стимулирует правительства всех стран мира приступить к выполнению грандиозной задачи по разработке комплексных мер способных не просто восстанавливать, но и формировать общественные связи и экономические отношения на долгие годы вперёд. Эта работа должна быть согласована со средне- и долгосрочными приоритетами.

Цели в области устойчивого развития, сформулированные в повестке Организации Объединенных Наций на период до 2030 года и в Парижском соглашении по климату, могут служить компасом в поисках верного курса в условиях тотальной дезориентации текущего момента.

Разрабатываемые и внедряемые сегодня пакеты мер, направленных на стимулирование и

восстановление экономики, также могут ускорить переход человечества к устойчивой, «зелёной» экономике и к устойчивым инклюзивным обществам (сообществам).

Для обеспечения политической поддержки, поддержки бизнеса и социального признания такого перехода необходима согласованность действий в проектировании жизнеспособного будущего для всех. Как ясно показывает текущий кризис, никто не может позволить себе принимать политические решения и осуществлять инвестиции изолированно в условиях сложного переплетения социальных, экономических и экологических проблем. Взаимозависимость и взаимообусловленность глобального мира требуют стратегического комплексного вмешательства в переходный процесс на уровне государств и правительств для вывода сложившейся ситуации из кризиса.

1СологубоваГалина Сергеевна - кандидат экономических наук, доцент кафедры сервисной и конгрессно-вы-

ставочной деятельности СПбГЭУ, тел. +7 911 741-60-83, е-таИ: en-consalt@mail.ru

Определяя фундаментально не финансовый, а экономический характер нынешнего кризиса, международные организации настоятельно рекомендуют примененять экспансионистскую бюджетную политику, направленную на поддержание тех слоёв населения, которые оказались «выброшенными» в условиях «трансформации всего» [1]: бизнеса, трудовых отношений, рабочих мест, привычного образа жизни, социальной среды, профессиональной и социальной востребованности.

Восстановительные меры в ответ на пандемию в контуре проблем экономического кризиса должны способствовать развитию экономики и созданию рабочих мест, содействовать социальному равенству и благосостоянию, а также вывести мир на путь развития безопасный для климата. Таков посыл.

Виртуализация части процессов физической жизни и перенос потребления в виртуальную сферу, региональное развитие в освоении необжитых, удалённых, островных территорий с сохранением уникальности коренных народов и их права на территорию, энергетический переход к альтернативным источникам генерации электроэнергии, замедление глобального потепления и декарбонизация экономики - представляют собой составные части более широкого процесса восстановления и создания жизнеспособного будущего.

Обозначенные переходные процессы уже происходят во многих странах. Эти переходные процессы распространяются веерно благодаря перспективным стратегиям устойчивого развития, популяризации и внедрения инноваций, продолжающемуся научно-техническому прогрессу и снижению технологических затрат в инновационных продуктах.

Тенденция снижения технологических затрат (существенное снижение операционных расходов и капитальных затрат) на возобновляемые источники энергии (ВИЭ) обусловила тот факт, что фотоэлектрическая энергия (РУ) и энергия ветра стали самыми дешевыми источниками электроэнергии на многих рынках, а другие возобновляемые источники энергии готовы достичь паритета затрат в течение нескольких лет. Экономическая конкурентоспособность ВИЭ по отношению к традиционной генерации обусловлена расширенным строительством новых станций, сводящих стоимостную конкуренцию к конкуренции предельных затрат. Например, при включении государственных субсидий США в стоимость строительства новых наземных ветряных и коммунальных солнечных электростанций затраты на ВЭ и СЭ (со значениями

6 LCOE - levelized cost of energy ($/MWh), стоимостная мера источника электроэнергии, позволяет сравнивать

в среднем $28/МВтч и $36/МВтч соответственно) конкурируют с предельными затратами на угольную и ядерную генерацию (со значениями в среднем $34/МВтч и $29/МВтч соответственно) [2].

Согласно данным последнего ежегодного отчета Lazard (LCOE 13.06), приведенная стоимость электроэнергии от ветра в 2009 - 2019 годы снизилась на 70%, от солнца - на 80% [2]. Во многих регионах мира ВИЭ являются самым дешевым источником энергии уже сейчас. Так, в США, где активно применяются «зелёные сертификаты» и субсидии для корпоративного сектора, использующего альтернативные источники энергии, приведенная стоимость 1 МВт-ч электроэнергии, произведенной за счет энергии ветра, находится в диапазоне 28 - 54 долл. США, за счет энергии солнца - 36 - 44 долл. США, в то время как газовая генерация обходится не менее чем в 122 долл., а угольная - не менее чем в 66 долл. [2]. В РФ проекты, подтвердившие необходимый уровень локализации технологий, также получают государственную поддержку, без которой в настоящее время работа капиталоемких электростанций на возобновляемых источниках экономически невыгодна: приведенная стоимость энергии ветра составляет 65 - 119 тысяч рублей/кВт, энергии солнца - 90 -120 тысяч рублей/кВт[3]. Так, договоры предоставления мощности (ДПМ) гарантируют энергетикам возврат инвестиций с доходностью 12 %. Механизм ДПМ ВИЭ устанавливает требования по локализации производства компонентов электростанций на территории России для прохождения проектом отбора и реализации. Для Солнечных ЭС минимальная степень локализации установлена на уровне 70%, для Ветровых ЭС — 65%. Основанием является постановление Правительства России от 28 мая 2013 г. N 449 «О механизме стимулирования использования возобновляемых источников энергии на оптовом рынке электрической энергии и мощности».

Возобновляемые технологии за последние два десятилетия пережили впечатляющий рост, они создали совершенно новые глобальные отрасли промышленности и помогли значительно сократить объемы выбросов парниковых газов. Ускоренное внедрение возобновляемых источников энергии будет иметь жизненно важное значение в достижении долгосрочных целей по климату, безопасной энергетике и устойчивой экономике. Более чем когда-либо правительства будут играть центральную роль в решении этих проблем и определении темпов развертывания возобновляемых источников энергии в ближайшем будущем. Без действий

различные способы выработки электроэнергии на согласованной основе.

правительства кризис, вызванный коронавиру-сом, может значительно подорвать их динамику.

Перспективы сектора ВИЭ

Учитывая современное состояние экономики, многие государства и правительства могут поддержать, а в некоторых странах инициировать активный переход на возобновляемые источники энергии и таким образом предложить целый ряд полезных для населения планеты решений. Многие возобновляемые технологии относительно быстро масштабируются, помогая оживить промышленность, создают новые рабочие места; сокращают выбросы СО2 и уменьшают загрязнение воздуха; повышают энергетическую безопасность стран, не имеющих источников традиционной генерации, и стимулируют технологические инновации, не позволяя замедляться прогрессу.

Децентрализованные решения, характерные для ВИЭ, как правило, являются сравнительно трудоемкими. Таким образом, внедрение возобновляемых источников энергии может создать рабочие места и повысить местный доход как на развитых, так и на развивающихся энергетических рынках. Занятость в этом секторе, которая достигла 11 миллионов рабочих мест во всем мире в 2018 году, может увеличиться в четыре раза к 2050 году, в то время как рабочие места в области умной/интеллектуальной энергетики (Smart Grid) и малой распределенной энергетики (Micro Grid) могут вырасти еще на 40 миллионов [4].

Децентрализованные технологии также позволяют гражданам и инклюзивным общинам (автономным, удалённым, островным) более активно участвовать в принятии энергетических решений, что влечет за собой трансформационные социальные последствия для этих регионов.

При создании будущей экономики энергетические решения, направленные на расширение масштабов использования возобновляемых источников энергии, обеспечивают безопасный и дальновидный стратегический инвестиционный выбор. Меры по восстановлению экономики могут сфокусировать внимание бизнеса на энергетической инфраструктуре из чистых энергетических технологий: гибких электрических сетей и источников чистой генерации, систем зарядки электромобилей (EV) - Интернета электротранспорта, накопителей энергии, взаимосвязанной гидроэнергетики, зеленого водорода и других. Например, при оптимистичном сценарии развития электролиз для производства водорода может стать конкурентоспособным по цене к 2030 году. Что будет способствовать реализации архитектуры Интернета энергии (IDEA) [5].

Предпринимаемые антикризисные меры потенциально экономические, они направлены

на устранение проблем, вызванных сбоем в цепочках поставок и ограничениями рабочей силы, лавинообразным распространением экономических трудностей населения - безработицей, утратой платёжеспособности и уверенности в собственной состоятельности. Неопределенность в отношении будущего спроса, в том числе на электроэнергию, множит риски сокращения инвестиций в проекты ВИЭ по причине растущего давления на государственные и частные бюджеты. Очевидно, что использование рыночного механизма в восстановлении экономики не будет адекватным ни в смысле реагирования на сам кризис, ни в смысле мобилизации долгосрочных инвестиций. Правительства уже сегодня вынуждены искать новаторские подходы к обеспечению финансирования в требуемых масштабах и с требуемой скоростью. Крупные предприятия с сильными денежными позициями ещё могут справиться с задержкой поставок, срывом сроков, дополнительными расходами и даже с потерей важных финансовых стимулов в контрактных обязательствах по политическим программам. Однако ситуация остается неопределенной в краткосрочной и среднесрочной перспективе для небольших предприятий и самозанятых, располагающих меньшими денежными средствами. Реструктуризация долгов, доступ к недорогим долговым и другим механизмам финансирования будет иметь ключевое значение для сохранения и поддержания бизнеса прямо сейчас и в долгосрочной перспективе. Четкие долгосрочные цели в сочетании с целенаправленными государственными инвестициями и соответствующими рыночными стимулами позволят всем, в том числе, частному сектору действовать быстро и уверенно. Согласно IRENA's annual Renewable Capacity Statistics 2020 одна пятая всех возобновляемых мощностей, развернутых во всем мире, состоит из частных лиц и малых и средних предприятий, устанавливающих солнечные фотоэлектрические панели на своих крышах или деловых площадках [6]. На такие децентрализованные, известные как распределенные солнечные фотоэлектрические установки, в 2019 году приходилось более 40% глобального развертывания солнечных фотоэлектрических установок [6].

Сегодня мировое сообщество имеет уникальную возможность подготовить мировую энергетическую инфраструктуру к будущему, которое потребует сильных сетей и большей гибкости для размещения растущей доли переменных возобновляемых источников энергии, таких как ветер и солнечная фотоэлектрическая энергия. Правительства могут помочь этим технологиям выйти из кризиса с новой силой и сыграть свою роль в восстановлении мировой экономики. При неизменной потребности в

решении задач сохранения среды обитания инвестиции в ВИЭ защищают также и от недальновидных решений на рынках труда, и от накопления «застрявших» в разрушенных цепочках поставок активов.

Роль и позиция России в проектах ВИЭ

Учитывая рост глобального потребления электроэнергии из возобновляемых источников, которое за последнее десятилетие выросло в 4,5 раза [7], а вклад ВИЭ в общую энергетику составил 10% в 2019 году [8], Россия будет следовать мировым трендам и развивать ВИЭ на своей территории. Однако, основным энергоносителем в России, по вполне объективным причинам, остаётся ископаемое топливо.

В 2019 году в России принята программа развития солнечной и ветроэнергетики до 2024 года. Запланировано, что к 2024 году выработка электроэнергии на СЭС и ВЭС составит около 1% от общего объема производства. Ежегодный прирост ВВП России увеличится на 0,1%, будет создано 12 тыс. новых высокотехнологичных рабочих мест [9].

Основные успехи в развитии возобновляемой энергетики (без учета гидроэнергетики) в России достигнуты в создании новых технологий по преобразованию солнечного излучения в электрическую энергию. В настоящий момент промышленностью выпускаются фотоэлектрические элементы на основе кремния, модули и батареи с высоким КПД преобразования, высокоэффективные (КПД более 20 %), гетерострук-турные солнечные элементы и энергоустановки с концентраторами солнечного излучения, микро- и малые гидростанции с оборудованием единичной мощностью от 5 кВт до 1 МВт, биогазовые установки для индивидуальных и фермерских хозяйств, обеспечивающих местные потребности в тепловой и электрической энергии, ветроэлектрические станции мощностью от сотен ватт до десятков кВт [9].

До нашествия пандемии в правительстве Д. Медведева обсуждалась возможность продления программы развития в РФ солнечной и ветроэнергетики до 2035 года. «Чтобы отрасль не деградировала, энергетикам нужно гарантировать доходность на строительство ещё 10 ГВт мощностей», (А. Чубайс, «Роснано», 2019). ВИЭ-инвесторы опасались снижения темпов ввода новых мощностей по причине недофинансирования за счёт прекращения субсидирования ДПМ ВИЭ и обусловленных сокращением финансирования рисков: роста предельных затрат и неконкурентоспособной себестоимости 1кВт энергии, а, значит, мощности останутся без рынка сбыта. Возник запрос на декларацию приоритетных направлений государственной

политики в долгосрочной перспективе. В 2019 году были названы следующие направления государственной поддержки развития ВИЭ после 2024 года: (1) снижение стоимости финансирования инвестиционных проектов, связанных с разработкой ВИЭ; (2) упрощение требований по обеспечению строительства и эксплуатации объектов ВИЭ; (3) создание системы обращения и «конвертации» зеленых сертификатов. Механизм ДПМ, который осуществлял поддержку ВИЭ за счёт энергорынка, в отрасли считали «принципиальной несправедливостью» - субсидируют создание отрасли одни, а прибыль от нее и экспорта получат другие, - в меры поддержки не вошёл. Минэнерго продемонстрировало нацеленность на загрузку мощностей «за счет рыночных методов».

Внедрение механизмов стимулирования использования ВИЭ в России и рост интереса государства в развитии данной отрасли создало значительную активность участников рынка в этом секторе и повышение объемов генерирующей мощности в проектах, связанных со строительством квалифицированных генерирующих объектов.

Между тем на фоне всех, присутствующих в энергетике России источников электроэнергии, объем ВИЭ крайне незначителен. По данным Минэнерго, структура установленной мощности Российской Федерации характеризуется составом: на тепловые электростанции приходится 67,7%, на гидроэлектростанции — 19,9%, на АЭС - 12%, на ветровые электростанции - 0,3%, на солнечные - 0,1% [10]. По состоянию на 2019 год в европейской части РФ и на Урале на ТЭС пришлось 65,30% выработки, на ГЭС, АЭС и ВИЭ - 9,36%, 25,22% и 0,12% соответственно. В Сибири структура выработки сформировалась следующим образом: ТЭС -51,99%, ГЭС - 48,00%, ВИЭ - 0,01% [11]. Очевидно, что в ближайшие 20 лет роль углеводородных источников энергии в стране останется главной (таблица 1).

Отметим, что представленные в табл.1 с 1 по 8 поз. - страны участницы Арктического Совета. Китай, Индия, Германия - страны интересанты и в участии в проектах развития Арктических широт.

Стоимость производства электроэнергии на основе ВИЭ в России высокая. Это связано и с размерами капитальных затрат, и с затратами на возмещение доходности, значительно влияющих на удорожание итоговой стоимости 1 кВтч. ВИЭ - это не только самая дорогая генерация на российском рынке, но и самая «имиджевая» история - потребители энергии вносят повышенные платежи за ВИЭ-проекты: «платеж потребителей в середине 2020 -х годов достигнет 100 млрд руб. в год», (Н. Порохова, АКРА, 2019).

Таблица 1 - Кумулятивное значение потребления энергии стран Арктического региона по видам ВИЭ с 2000 по 2019 г.г., входящих в схему «Зелёный сертификат»7

№ Страна ktoe8 Доля ВИЭ в общем объёме Доля в%

Всего Уголь Газ Атом Гидро Ветер/ Солнце Биотопливо и отходы Нефть

1 Россия 733071 113581 388334 53279 15908 165 7841 153963 0,00022508 0,022508

2 Исландия 5735 100 - - 1188 3878 20 549 0,67619878 67,619878

3 Норвегия 30314 823 6093 - 11986 333 1834 9245 0,01098502 1,098502

4 Финляндия 82267 4184 2179 55939 1143 520 10158 8144 0,00632088 0,632088

5 Дания 16495 1571 2657 1 1348 4728 6190 0,08172173 8,172173

6 Швеция 49216 2201 1000 17145 5294 1475 12203 9898 0,02996993 2,996993

7 Канада 303783 14829 113523 26249 32964 2926 13429 99863 0,00963188 0,963188

8 США 2224490 316876 705378 219216 25289 44915 107251 805565 0,02019114 2,019114

9 Китай 3064557 1953296 195191 64637 99492 70018 113841 568082 0,02284767 2,284767

10 Индия 882082 390944 51021 9991 12193 7479 187138 223316 0,0084788 0,847880

11 Германия 16495 1571 2657 1 1348 4728 6190 0,08172173 8,172173

Итого общий объём энергоснабжения стран Арктического региона (8 стран) 3445371 454165 1219164 371828 93773 55560 157464 1093417 0,01612598 1,612598

Доля источника в общем объёме энергоснабжения 0,1318189 0,35385565 0,10792103 0,0272171 0,01612598 0,04570306 0,31735828

Доля источника в общем объёме, % 13,18189 35,385565 10,792103 2,7217098 1,6125985 4,5703061 31,735828

Таблица составлена автором.

Формирование «зелёного имиджа» компаний пока не спешат делать обязательным. Между тем сохраняется интерес к международным инвестиционным программам, а потому торговлю зелёными сертификатами относят к «идеологически верной» инициативе (А. Текс-лер, зам. министра энергетики РФ, 2019).

Однако необходимо отметить, что непосредственным плюсом развития ВИЭ является возможность наращивания производственных

компетенций в отрасли, в том числе с выходом на экспортные рынки.

При этом надо понимать, что для обеспечения конкурентоспособности отечественных компаний на международной арене в сфере ВИЭ-генерации по качеству и цене продукции необходимо создать соответствующие конкурентные условия на внутреннем рынке, постепенно отказываясь от прямых финансовых методов поддержки. В условиях сравнительно

7 источник данных IRENA

8 Тонна нефтяного эквивалента (toe) - единица энергии, определяемая как количество энергии, высвобождаемой при сжигании одной тонны сырой нефти..

низких цен на другие энергоресурсы данная задача является трудновыполнимой.

Учитывая природу внутри топливной конкуренции в РФ для развития ВИЭ на национальных рынках с целью выхода на международные, необходимо усилить меры государственной поддержки сейчас и обеспечить их наличие после 2024 года, а не рассчитывать на рынок; также следует развивать микрогенерацию, предоставляя налоговый вычет (30% стоимости) для компенсации затрат монтажа и установки накрышных панелей населением и малым бизнесом (миллион солнечных крыш - это уже 5 ГВт солнечной генерации). Уйти от логики ДПМ, ориентированной на гарантии предоставления мощности (солнце и ветер по своей природе не могут гарантировать предоставление мощности) к аукционам, работающим со стоимостью 1 кВтч. России нужна комплексная программа мер по снижению себестоимости электроэнергии на основе ВИЭ (А. Хохлов, «Скол-ково», 2919).

Согласно Энергетической стратегии России на период до 2030 года, в стране предполагается «создание высоко интегрированных интеллектуальных системообразующих и распределительных электрических сетей нового поколения в Единой энергетической системе России». Таким образом, Россия не отстает и идет в ногу с остальным миром. Реализация данной концепции подразумевает использование в электроэнергетике инновационных технологий, расширение ее сферы применения на новые отрасли, например автотранспорт с электродвигателями, создание резервных каналов доставки электроэнергии до потребителя, ввод в строй современных и разноплановых источников производства энергии [13].

Учитывая переменный характер возобновляемой энергетики и развитие концепции Smart Grid особого внимания требует стандартизация в области возобновляемой энергетики, трансформация стандартов традиционной генерации с учетом ВИЭ, а также создание стандартов в сфере интеграции ВИЭ в существующие энергосистемы. В России необходимо разрабатывать собственные стандарты с учётом международного опыта. Это позволит соединить производство возобновляемой энергии с уже сложившимися энергосистемами [12] и послужит стимулом развития таких технологий, как многофункциональные интеграционные системы управления, прогнозирование выработки ВИЭ, анализ больших данных, платформенные решения Pay-as-you-go (PAYG), облачные измерительные и программные платформы.

Государственная поддержка электроэнергетического комплекса должна быть увязана с развитием отечественного

энергетического машиностроения, радиоэлектронной промышленности и других отраслей реальной экономики. Трансферт технологий и локализация на российских предприятиях производства комплектующих для электростанций, работающих на ВИЭ, обеспечит высокий экспортный потенциал отрасли и будет способствовать интенсификации международного сотрудничества в области передачи технологий и обмена опытом развития ВИЭ.

Сохраняя требования к локализации производств, выпускающих оборудование для ВИЭ, государство могло бы содействовать (1) созданию консорциумов для разработки перспективных инновационных технологий для электроэнергетических компаний и предприятий энергетического машиностроения, (2) внедрению механизма «зеленых» сертификатов, (3) использованию механизма концессионных соглашений в изолированных зонах и удаленных территориях.

Корпоративный сектор России на рынке ВИЭ представлен крупными игроками: холдинг En+, в составе которого действует «Евросиб-энерго» и «Евросибэнерго гидрогенерация»; ГК «Росатом» с «дочкой» АО «ВетроОГК»; итальянская компания Enel, в составе которой большую часть мощностей представляет «Энел Россия»; «Фортум» - российская «дочка» финской Fortum; ГК «Роснано», СП Vestas; ГК «Росатом» НоваВинд; Hevel Solar, совместное предприятие «Реновы» и «Роснано»; ЗАО «Норд Гидро», СПб; холдинг ПАО «РусГидро»; испанская глобальная корпорация Siemens Gamesa и др., что свидетельствует о повышении конкурентоспособности отрасли ВИЭ, активном развитии новых форм международного энергетического бизнеса и расширении присутствия российских компаний за рубежом.

В конечном итоге, за счет реализации ДПМ проектов и при поддержке государства к 2035 году ожидается рост производства электрической энергии электростанциями на основе ВИЭ более чем в 20 раз (достигнет 29 - 46 млрд кВт-ч). Перспективными областями применения ВИЭ в России являются (1) изолированные и удаленные энергорайоны, (2) системы электроснабжения особо ответственных потребителей (повышенной категории надежности), требующих резервирования.

Развитие ВИЭ в арктическом регионе

РФ

Развитие арктических территорий - пожалуй, самый грандиозный проект России в 21-ом веке. Принимаются законы, снижающие налоговую нагрузку и обеспечивающие льготы для инвесторов, планирующих реализовывать новые проекты в Арктике. Значительная часть преференций ориентирована на снижение

налоговой нагрузки для представителей малого и среднего бизнеса. Предлагаются модели хозяйственных отношений для доступа частных компаний на российский арктический шельф, рассматривается сотрудничество на условиях квази-раздела продукции (квази-СРП). Вводится статус резидента Арктической зоны и определяется правовое поле Арктического инвестиционного проекта.

В марте 2020 года российский парламент принял пакет законопроектов по поддержке новых бизнес- проектов и предпринимателей в Арктической зоне, который призван изменить систему инвестирования в регионе. Особый экономический режим Арктической зоны должен заработать уже в июле 2020 года. Очевидно, пандемия внесёт изменения в сроки реализации намеченного, но стратегический вектор понятен.

Арктика 2035 стала проектом долгосрочного развития территории с созданием современной инфраструктуры, освоением ресурсов, развитием промышленной базы, повышением качества жизни коренных народов Севера, сохранением их самобытной культуры, их традиций, бережным к этому отношением со стороны государства. «При этом данные задачи нельзя рассматривать в отрыве от вопросов сохранения биоразнообразия и хрупких арктических экосистем», В. Путин [14].

Современный уровень общественных отношений в Арктике по-прежнему оставляет возможность дальнейшего освоения богатств в северных широтах России, тем не менее, более ответственная позиция в вопросах будущей жизни подталкивает к принятию решений, нацеленных не столько на освоение, сколько на развитие и приумножение этих богатств.

Принимая во внимание такие факторы влияния как уникальные по сложности природно-климатические условия ведущие к дополнительным крупным расходам тепла и энергии (длительные и холодные зимы, короткий световой день, сильные ветры, вечная мерзлота) [15], а также ограниченные возможности и сезонность транспортных связей с административными и промышленными центрами страны, повышенные эксплуатационные расходы оборудования и транспортных средств (износ техники в 2 - 3 раза выше), низкую плотность населения, влекущую дефицит трудовых ресурсов, нестабильность экологических систем с низким уровнем самовосстановления, определяющих состояние погоды и климата на глобальном уровне, решение задач энергообеспечения региона может опираться на ВИЭ как на экологичный и эффективный способ поставки электроэнергии. Сегодня в Арктической зоне РФ преобладает дизельная генерация электроэнергии с сопутствующими проблемами высоких затрат на

транспортировку и доставку в особо удалённые районы топлива для дизельных электростанций, с необходимостью осуществления поставок в рамках северного завоза, с низким КПД дизельных станций, с дополнительными обременени-ями, вызванными утилизацией топливных контейнеров или их хранением, с уровнем вредных выбросов в атмосферу при сжигании углеводородного топлива. По этим причинам стоимость электроэнергии в Арктике сравнительно высокая и позволяет, если не исключить, то по крайней мере, девальвировать фактор себестоимости 1 кВт в анализе конкурентоспособности ВИЭ в АЗРФ. Анализируя и сравнивая особенности эксплуатации СЭС и ВЭС в арктических широтах специалисты отмечают увеличение затрат на производство и обслуживание ветроустановок для Арктики, связанное с режимом работы при низких температурах - все смазки, масла, металлы и другие материалы должны быть предназначены для использования при экстремально низких температурах, что влечёт компонентное удорожание проектов, риски несанкционированного выхода из строя оборудования и низкую надёжность поставок электроэнергии. СЭС зарекомендовали себя как наиболее простые и дешёвые в эксплуатации генераторы.

В Арктической зоне среднегодовое дневное поступление энергии прямого солнечного излучения варьируется от 2 до 5 кВт-ч/м2 /день или от 0,7 до 1,8 МВт-ч/м2 /год (от 60 до 150 кг у.т./м2 /год). Этот энергетический потенциал солнечной энергии является существенным и пригодным для практического использования. Для сравнения отметим, что среднедневное поступление солнечной энергии в южных районах Германии, где солнечные установки находят широкое применение (таблица 1), составляет всего около 3,4 кВт-ч/м2/день. В ясные летние дни во многих районах Арктики текущее поступление солнечной энергии на неподвижные ориентированные на юг приемные поверхности с оптимальным углом наклона к горизонту могут достигать 6 - 8 кВт-ч/м2, что соизмеримо с поступлениями энергии солнечного излучения в южных районах страны [17].

Несмотря на полярную ночь, когда солнце практически не появляется над горизонтом (Мурманск - 41 сутки, Норильск, Красноярский край - 45 суток, Певек, Чукотка - 50 суток, Тикси, Якутия - 67 суток, Диксон, Красноярский край - 80 суток, чем дальше на север от полярного круга, тем ночь длится дольше до 174 суток), правомочность использования солнечных электростанций подкрепляется существованием в Арктике эффекта альбедо, усиливающего отражательную энергию солнца, и способностью низких температур увеличивать мощность солнечной батареи - при снижении температуры солнечная батарея работает с большей

эффективностью (средняя эффективность увеличивается на 0,5% °C). Это означает, что солнечный элемент будет иметь на 10% более высокий КПД при 0°C, чем при 20°C. Однако значительное понижение температуры окружающей среды, следовательно и солнечной батареи, может привести к отключению контроллера заряда либо инвертора, что требует температурных ограничений в режиме эксплуатации оборудования.

Это означает, что энергетические системы Арктики не могут полностью зависеть от одного вида источника энергии: солнца или ветра; даже в сочетании с топливными батареями или другими технологиями для хранения -зимой в Арктике всегда требуется резервный источник питания. Наиболее перспективными решениями будут энергетические комплексы с набором разных технологий: ветер, солнце, геотермальные и приливные источники, в зависимости от потенциала территории и исходя из соображений окупаемости и эффективности. И дизельные генераторы в режиме страхования.

Возобновляемые источники энергии оформились в самостоятельную отрасль в экономике РФ и активно развивают отраслевые рынки. Перспективными направлениями признаются: (1) розничные рынки ВИЭ; (2) микрогенерация и сети: Smart Grid, Micro Grid; (3) энергоснабжение удалённых и изолированных потребителей; (4) энергетические инфраструктуры, сопутствующие электротранспорту; (5) системы накопления энергии для промышленных потребителей и домохозяйств; (6) производство оборудования, комплектующих, сборка и монтаж станций ВИЭ, их обслуживание; (7) экспорт оборудования для ВИЭ и сопутствующих услуг; (8) экспорт энергии, генерируемой ВИЭ, в страны Арктического региона.

Арктика своим потенциалом развития может обеспечить массовое внедрение ВИЭ технологий.

Выводы

2020 год ознаменовал собой начало десятилетия действий. Он должен стать поворотным моментом в экономическом поведении человека. Цели сохранения среды своего обитания и прогресса в развитии человечества на фоне глобальной эпидемии и её разрушительных последствий звучат особенно актуально. Осознание целостности мира открывает широкие перспективы ответных пандемии мер. Нам еще предстоит увидеть контуры мира post-COVID. Сейчас, как никогда ранее, государственная политика и инвестиционные решения должны соответствовать видению устойчивого и справедливого будущего. Такие начинания, безусловно, амбициозны, требуют «планетарного мышления». Но они вполне достижимы при

коллективном, скоординированном ответе на угрозы жизнедеятельности человека.

Рассматривая энергетику, общество, экономику и окружающую среду как части уникальной, целостной системы, правительства могут предложить такую политику и инвестиционные решения, которые будут соответствовать видению устойчивого и справедливого будущего, позволят достичь целей в борьбе с изменением климата и сбережением природных ресурсов и обеспечат управляемый переходный процесс.

Отрасль возобновляемой энергетики является важным мирохозяйственным агентом в этом переходном процесс. Децентрализованный характер ВИЭ позиционирует отрасль в качестве глобального работодателя, а также источника новых инвестиций и инноваций, определяющих переход к чистой энергетике.

Крупномасштабные инвестиции в технологии и программы субсидирования применения ВИЭ в мире привели к тому, что LCOE «зеленой» генерации и LCOE ветровой и солнечной энергетики по стоимости мощности вступают в ценовую конкуренцию с традиционной генерацией, в том числе в условиях отмены субсидирования.

На период до 2030 года в России предполагается создание высокоинтегрированных интеллектуальных системообразующих и распределительных электрических сетей нового поколения в Единой энергетической системе России, что свидетельствует о достижении научного и технологического лидерства России по ряду важнейших направлений в энергетике, обеспечивающих ее конкурентные преимущества и энергетическую безопасность.

Разработка стратегии развития возобновляемых источников энергии, усиление стимулирующего воздействия государства на разработку новых технологий в сфере ВИЭ и строительство сетей возобновляемой генерации, обеспечат необходимые условия для эффективного перехода к новой мировой энергетической парадигме: «Возобновляемая энергия - основа энергетического баланса будущего».

Увеличение доли возобновляемой энергетики в энергобалансе РФ и наращивание потенциала экспорта оборудования для «зеленой» энергетики могут стать драйверами преобразования отрасли. Это позволит обеспечить необходимую загрузку мощностей энергетического машиностроения, электротехнической и кабельной промышленности, диверсификацию производств предприятий ОПК, а также будет способствовать снижению зависимости электроэнергетических компаний от импортного оборудования, включая электронные компоненты.

Создание стандартов в сфере интеграции ВИЭ в существующие энергосистемы РФ и их

соответствие международным стандартам позволит улучшить технико-экономические характеристики систем накопления электроэнергии, создаст возможность ускоренного развития интеграционных процессов объектов ВИЭ в общую энергосистему страны.

Снижение затрат на возобновляемые источники энергии и развитие цифровых технологий в РФ открывают огромные возможности для перехода в энергетике: увеличение генерации на основе возобновляемых источников энергии, масштабную электрификацию и цифровизацию транспорта и технологических процессов, рост перспектив поставлять энергетическую продукцию на экспорт.

Россия может использовать потенциал развития возобновляемых источников энергии для развития территорий в арктических широтах. Малая энергетика поможет структурной перестройке энергетики России - переходу от централизованной системы, использующей крупные источники производства электроэнергии, к использованию разнообразных типов источников энергии, наиболее подходящих к данным природным условиям и особенностям конкретных потребителей.

Чтобы России не отставать от глобальных тенденций развития энергетики, необходимо учитывать в управлении отраслью ведущие мировые подходы: усиление политики энергоэффективности производств и увеличение доли возобновляемых источников энергии в энергобалансе страны.

Литература

1. Сологубова, Г. С. Составляющие цифровой трансформации: монография / Г. С. Сологубова. -М.: Издательство Юрайт, 2018. - 141 с. - (Серия: Актуальные монографии). - ISBN 978-5-534-09306-3.

2. Levelized Cost of Energy and Levelized Cost of Storage 2019. / Lazard // URL: https://www.lazard.com/per-spective/lcoe20l9

3. Водородная экономика. Энергетический бюллетень. Выпуск №73, июнь 2019 / https://ac.gov.ru/files/publication/a/22855.pdf

4. Staying on Course: Renewable Energy in the Time of COVID-19. April 2020 / Statement by Francesco La Camera, IRENA Director-General // URL: https ://www.irena. org/ newsroom/pressreleases/2020/Apr/ Staying-on-Course-Renewable-Energy-in-the-time-of-COVID19

5. Перспективы России на глобальном рынке водородного топлива, 2019. Экспертно-аналитический доклад под редакцией Д. Холкина / Инфраструктурный центр EnergyNet // URL: https://energynet.ru/up-load/Перспективы_России_на_глобальном_.pdf

6. Renewable Capacity Statistics 2020 / The International Renewable Energy Agency (IRENA) // URL:

https://www.irena.org/publications/2020/Mar/Renewa-ble-Capacity-Statistics-2020

7. Третьяков Е. Ископаемая устойчивость / Партнёрский проект РБК+ Энергоэффективность. Выпуск №4, 2019 // URL: https://plus.rbc.ru/news/ 5df0ac937a8aa9804a0b754d

8. Алексеенко С. Не откладывая на завтра. Почему необходимо осваивать возобновляемые источники энергии. 2019. / Российская газета - Экономика Сибири № 162

9. Обзор правового регулирования возобновляемых источников энергии в России. 2019. / «Данилов и Партнеры» // URL: http://danilovpartners.com/ ru/publikacii/obzor-pravovogo- regulirovanij a-vozobnovljaemyh-istochnikov- jenergii- v-rossii/

10. Пётр Бобылёв выступил на сессии комитета по устойчивой энергетике ООН. 2019. / Министерство энергетики РФ // URL: https://minenergo.gov.ru/ node/16013

11. Итоги работы оптового рынка электроэнергии и мощности с 22.11.2019 по 28.11.2019. / Ассоциация НП Совет рынка. Пресс-центр // URL: https://www.np-sr.ru/ru/press/news/47981-itogi-raboty-optovogo-rynka-elektroenergii-i-moshchnosti-s-22112019-po-28112019

12. Жданеев О., Зуев С. Развитие ВИЭ и формирование новой энергополитики России. 2020 / Энергетическая политика. Общественно-деловой научный журнал. // URL: https://energypolicy.ru/?p=3234

13. Хуруджи А. Будущее электросетей: что такое смартгрид и микрогрид. / Газета «Энергетика и промышленность России» \№ 22

14. Эксперты. 2020 / Министерство Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики. Арктика 2035 // URL: https://www.arctic2035.ru /experts/

15. Сергеев П. А. Проблемы эффективного использования ресурсного потенциала Российской Арктики. С. 13-19 / Национальные интересы: приоритеты и безопасность 44

16. Эффект альбедо и глобальное потепление. Что говорит наука... 2010 / Skeptical Science // URL: https://skepticalscience.com/transla-

tion.php?a= 141 &l= 16

17. Попель О.С., и др., всего 5 человек, Использование возобновляемых источников энергии для энергоснабжения потребителей в Арктической зоне / Арктика. Экология и экономика. Научный информационно-аналитический журнал 1