Изображение трагических реалий в истории народа в художественной структуре романа А. Бокова «Судьба»

взвешивайте ваши слова, не произносите их на ветер» (с. 88). И в этом вновь перекличка с Фетом. «О, спой мне как носится ветер вокруг его одинокой могилы» (Ф, с. 113) - строка из стихотворения «Я болен, Офелия, милый мой друг», также включенного поэтом в цикл «К Офелии» (стихотворение вошло в сборник 1856 г.). Безумие любви и последующее отрезвление, пережитые Натальей, - в образной полярности фетовской строки: «ветер» с

Библиографический список

его безоглядным опустошением и «могила» как материализованная боль, похороненная любовь. Неназванная могила замещается картиной смерти Рудина на баррикаде: смерть как выход из тупика (см. монолог Рудина при последней встрече с Лежневым «...Смерть, брат, должна примирить наконец ...», с. 124) осуществляется в эпилоге, где Рудин своей безоглядностью напоминает Дон Кихота, бросающегося на ветряные мельницы.

1. Левин Ю.И., Сегал Д.М., Тименчик РД., Топоров В.Н., Цивьян Т.В. Русская семантическая поэтика как потенциальная культурная парадигма. Russian literature. 1974; 7/8: 47 - 82.

2. Сегал Д.М. Русская семантическая поэтика двадцать лет спустяю. Russian Studies. Ежеквартальник русской филологии и культуры. 1996; Т. 2; № 1: 7 - 52.

3. Шмид В. Проза как поэзия: Пушкин. Достоевский. Чехов. Авангард. Санкт-Петербург: ИНАПРЕСС, 1998.

4. Тахо-Годи Е.А. Замысел античной виньетки у Пушкина. Пушкин и мир античности. Материалы чтений в «Доме Лосева» (25-26 мая 1999 г.). Москва, 1999: 100 - 117.

5. Немзер А. Поэзия Жуковского в 6 и 7 главах романа «Евгений Онегин». Пушкинские чтения в Тарту 2. Тарту, 2000: 43 - 64.

6. Пушкин А.С. Евгений Онегин. Полное собрание сочинений: в 10 т. Москва, 1957; Т. V: 5 - 213.

7. Тургенев И.С. Рудин. Собрание сочинений: в 12 т. Москва, 1976; Т. 2: 7 - 127.

8. Василек. Флора и Фавн: Мифы о растениях и животных. Краткий словарь. Москва: Русь, 1998: 22 - 23.

9. Новикова-Строганова А.А. О названии романа И.С. Тургенева «Рудин». Русская речь. 2010; 10: 9 - 12.

10. Шарафадина К.И. Сад, цветок, книга в ассоциативном ореоле пушкинской Татьяны. Книга как художественное целое: различные аспекты анализа и интерпретации. Филологические штудии - 3. Омск, 2003: 97 - 104.

11. Кошелев В.А. О «тургеневской» правке поэтических текстов А.А. Фета. Возвращение к проблеме. Новое литературное обозрение. 2001; 48: 157 - 191.

12. Фет А.А. Стихотворения и поэмы. Ленинград: Советский писатель, 1986.

13. Козубовская Г.П. Ольфакторный код поэзии А. Фета: благовония. Афанасий Фет и русская литература. Курск, 2005: 26 - 37.

14. Козубовская Г.П. Поэзия А. Фета и мифология: учебное пособие. Москва: Флинта, Наука, 2012.

15. Переписка И.С. Тургенева: в 2 т. Москва: Художественная литература, 1986; Т. 1.

16. Дерябина Е.П. Тургенев и Фет: спор о творчестве. Вестник Новгородского государственного университета. 2003; 25: 56 - 62.

17. Тургенев И.С. Полное собрание сочинений: в 28 т. Москва; Ленинград, 1961; Т. 3.

18. Тархов А.Е. Примечания. Фет А.А. Сочинения: в 2 т. Москва: Художественная литература, 1982; Т. 1.

19. Козубовская Г.П. Поэтика цикла А. Фета «К Офелии». Русская поэзия XIX века. Образы Мотивы. Поэтика. Куйбышев, 1985: 88 - 99.

20. Кошелев В.А. Хандра. Литература. Журнал Издательского дома «Первое сентября». Available at: http://lit.1september.ru/article. php?ID=200202803

References

1. Levin Yu.I., Segal D.M., Timenchik R.D., Toporov V.N., Civ'yan T.V. Russkaya semanticheskaya po'etika kak potencial'naya kul'turnaya paradigma. Russian literature. 1974; 7/8: 47 - 82.

2. Segal D.M. Russkaya semanticheskaya po'etika dvadcat' let spustyayu. Russian Studies. Ezhekvartal'nik russkoj filologii i kul'tury. 1996; T. 2; № 1: 7 - 52.

3. Shmid V. Proza kakpo'eziya: Pushkin. Dostoevskij. Chehov. Avangard. Sankt-Peterburg: INAPRESS, 1998.

4. Taho-Godi E.A. Zamysel antichnoj vin'etki u Pushkina. Pushkin i mir antichnosti. Materialy chtenij v «Dome Loseva» (25-26 maya 1999 g.). Moskva, 1999: 100 - 117.

5. Nemzer A. Po'eziya Zhukovskogo v 6 i 7 glavah romana «Evgenij Onegin». Pushkinskie chteniya v Tartu 2. Tartu, 2000: 43 - 64.

6. Pushkin A.S. Evgenij Onegin. Polnoe sobranie sochinenij: v 10 t. Moskva, 1957; T. V: 5 - 213.

7. Turgenev I.S. Rudin. Sobranie sochinenij: v 12 t. Moskva, 1976; T. 2: 7 - 127.

8. Vasilek. Flora iFavn: Mify o rasteniyah i zhivotnyh. Kratkij slovar'. Moskva: Rus', 1998: 22 - 23.

9. Novikova-Stroganova A.A. O nazvanii romana I.S. Turgeneva «Rudin». Russkaya rech'. 2010; 10: 9 - 12.

10. Sharafadina K.I. Sad, cvetok, kniga v associativnom oreole pushkinskoj Tat'yany. Kniga kak hudozhestvennoe celoe: razlichnye aspekty analiza i interpretacii. Filologicheskie shtudii - 3. Omsk, 2003: 97 - 104.

11. Koshelev V.A. O «turgenevskoj» pravke po'eticheskih tekstov A.A. Feta. Vozvraschenie k probleme. Novoe literaturnoe obozrenie. 2001; 48: 157 - 191.

12. Fet A.A. Stihotvoreniya ipo'emy. Leningrad: Sovetskij pisatel', 1986.

13. Kozubovskaya G.P. Ol'faktornyj kod po'ezii A. Feta: blagovoniya. Afanasij Fet i russkaya literatura. Kursk, 2005: 26 - 37.

14. Kozubovskaya G.P. Po'eziya A. Feta imifologiya: uchebnoe posobie. Moskva: Flinta, Nauka, 2012.

15. Perepiska I.S. Turgeneva: v 2 t. Moskva: Hudozhestvennaya literatura, 1986; T. 1.

16. Deryabina E.P. Turgenev i Fet: spor o tvorchestve. Vestnik Novgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. 2003; 25: 56 - 62.

17. Turgenev I.S. Polnoe sobranie sochinenij: v 28 t. Moskva; Leningrad, 1961; T. 3.

18. Tarhov A.E. Primechaniya. Fet A.A. Sochineniya: v 2 t. Moskva: Hudozhestvennaya literatura, 1982; T. 1.

19. Kozubovskaya G.P. Po'etika cikla A. Feta «K Ofelii». Russkaya po'eziya XIX veka. Obrazy Motivy. Po'etika. Kujbyshev, 1985: 88 - 99.

20. Koshelev V.A. Handra. Literatura. Zhurnal Izdatel'skogo doma «Pervoe sentyabrya». Available at: http://lit.1september.ru/article. php?ID=200202803

Статья поступила в редакцию 24.01.16

УДК 821.161.1

Martazanova H.M., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Ingush literature and Folklore Department, Ingush State

University (Magas, Russia), E-mail: uzlipat066@mail.ru

THE IMAGE OF TRAGIC REALITIES IN THE HISTORY OF PEOPLE IN THE ARTISTIC STRUCTURE OF A. BOKOV'S NOVEL "THE FATE". The article is dedicated to an analysis of the literary structure in the novel "The Fate". The writer shares her ideas about the Fate as power of destiny or objective circumstances of life that a person has to overcome. The ideas are supported by the A. Bokov's novel with the title of "The Fate". Much attention in the novel is given to the image, the way of life, traditions, morals, the psychology of the Ingush people during their eighty-year history. The writer's genius is especially expressed in the female images of the novel. A female character of the novel is endowed with folk wisdom, is incredible resilience, capable of deep feelings and great sacrifice. Each page of the text is full of pain for the fate of the Ingush people, hourly, daily performing the feat in the confrontation with the extreme difficulties of life, in which pervasive poverty, hunger, cold, disease are described. A. Bokov shows the plight of people whose life is in constant work with great artistic skill.

Key words: literature, fate, plot of literary work, issues, national history, tragedy, memory, heroes, earth.

Х.М. Мартазанова, канд. филол. наук, доц. каф. ингушской литературы и фольклора, Ингушский государственный университет, г. Магас, Е-mail: uzlipat066@mail.ru

ИЗОБРАЖЕНИЕ ТРАГИЧЕСКИХ РЕАЛИЙ В ИСТОРИИ НАРОДА В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ СТРУКТУРЕ РОМАНА А. БОКОВА «СУДЬБА»

Статья посвящена анализу художественной структуры романа «Судьба». Писатель размышляет о Судьбе как власти рока или объективных обстоятельств, довлеющих над человеком, о чём свидетельствует название романа «Судьба». Большое внимание в романе А. Боков уделяет изображению жизненного уклада, традиций, нравов, психологии народа на протяжении восьмидесятилетней её истории. Большой удачей писателя являются женские образы. Героини романа наделены народной мудростью, неимоверной жизнестойкостью, способны на глубокие чувства и великое самопожертвование. Каждая страница текста пронизана болью за судьбы людей, ежечасно, ежедневно совершающих подвиг в противостоянии с неимоверными трудностями жизни, в которой царят нищета, голод, холод, болезни. С большим художественным мастерством показывает А. Боков тяжелое положение народа, жизнь которого проходит в постоянном труде.

Ключевые слова: литература, судьба, сюжет произведения, проблематика, национальная история, трагическое, память, герои, земля.

В ингушской классической прозе ХХ века особое место принадлежит Ахмеду Хамиевичу Бокову, «с именем которого связан качественно новый этап в развитии национальной художественной мысли» [1, с. 320]. Жанровая палитра творческого наследия писателя богата и разнопланова: документальный очерк, публицистика, рассказ, повесть, роман, сатирическая и героико-эпи-ческая пьеса, что позволило Ахмеду Бокову художественными средствами воспроизвести судьбоносные факты и явления полутора вековой истории родного народа.

Как отмечает А. Газгиреева, «классическое наследие ингушской литературы было бы неполным без подлинно народных произведений Ахмеда Хамиевича Бокова. Его произведения несут в себе отражение крупных, сыгравших значительную роль в истории народа, событий» [2, с. 3]. Не стал исключением и роман «Судьба» - произведение, которым завершился пятидесятилетний путь писателя в литературе. Оно представляет несомненный интерес, потому как, опираясь на исторические факты, писатель осмыслил тему, не ставшую до него объектом художественных пристрастий национальных художников слова. В одном из своих интервью А. Боков рассказал: «Это история моих деда и отца и всего ингушского народа. Всё дело в том, что многие уехавшие в Турцию горцы, в том числе и вайнахи, не оставляли надежд вернуться на родину. Некоторые тайно возвращались, но вынуждены были скрываться от властей» [3, с. 7].

Боков-художник ставит и осмысливает актуальные для эпохи вопросы, имеющие непосредственную связь с судьбой родного народа. Отстаивая права и достоинство человека, он выступает страстным обличителем его нравов и законов, узости кругозора. Сюжетная канва романа построена таким образом, что она раскрывает политические и психологические причины переселения, спровоцированного с одной стороны, царским правительством, с другой - османской империей Турции. Автор показывает, что принять роковое для них решение горцев побудила утрата прежней свободы, утверждение в крае колониальной политики самодержавия, стремление сохранить этническую самобытность, религию и все, что с нею связано.

Большое внимание в романе А. Боков уделяет изображению жизненного уклада, традиций, нравов, психологии народа на протяжении восьмидесятилетней ее истории. Каждая страница текста пронизана болью за судьбы людей, ежечасно, ежедневно совершающих подвиг в противостоянии с неимоверными трудностями жизни, в которой царят нищета, голод, холод, болезни. С большим художественным мастерством показывает А. Боков тяжелое положение народа, жизнь которого проходит в постоянном труде. Вот как изображает писатель будни семьи Гойттмара: «К работе приступили все. Охло и Илез ударами колов дырявили землю, Байгаз и Совги бросали в ямки зерна и ногами засыпали их. Охло заострил колья, приступил к строительству... Пока мазали дом внутри и снаружи, белили белой глиной, мазали полы, подошла пора уборки кукурузы. Затягивать её нельзя было» [4, с. 20 - 21].

Композиционная архитектоника романа и его стилевой план представляют собой сочетание художественных приёмов с публицистическими (письменными сообщениями, докладами о ходе переселения на имя генерал-губернатора Терской области, авторскими отступлениями-комментариями).

Начальник Карабулакского участка Александр Нурид докладывает: «По сведениям, доставленным мне, изъявивших желание переселиться в Турцию, оказалось 1366 семей карабу-

лаков, исключая чеченцев Карабулакского участка. Подушные списки изъявивших желание переселиться карабулаков на днях буду иметь честь представить Вашему Превосходительству.» [4, с. 50]. После начала массового переселения: «Милостивый государь Михаил Тариэлович! Переселение карабулаков идёт хорошо, сами зажигают свои аулы, чтобы не оставить казакам. Сегодня отправил 4-ю партию до 200 семейств. 5-я партия отправится завтра через Ассинский мост. 6-я собирается. Аршты и Бамут я выселил и уничтожил до основания. Завтра выселю Дат-тых, послезавтра - Ширгист, Самяйогыч и Берышты. На плоскости все аулы пусты. Останется карабулаков, я надеюсь, мало» [4, с. 57] и т. д.

Публицистическое начало усиливают и тексты Прошений на имя царя, вкраплённые в художественную ткань произведения. В них ереселенцы просят «открыть им дорогу домой», так как турки не выполняют своих обещаний. Люди находятся в крайне тяжелом положении, многие умерли от невыносимых условий жизни, голода, холода, болезней, та же участь ждёт и оставшихся в живых. Письменные обращения с просьбой разрешить вернуться на родину были отправлены не только из Турции, но и из Ингушского округа. Так, жители пятнадцати аулов просили «Его Высочество о возвращении некоторых переселенцев в Турцию» из их общества, «которые необдуманно или по наущению злонамеренных людей оставили свою родину и в настоящее время претерпевают страшные бедствия» [4, с. 112]. Ответ был однозначным: «...виды правительства относительно переселенцев Ингушского округа не изменились, и в настоящее время изволит в просьбе названного общества отказать» [4, с. 113].

Не получив разрешение на легальное возвращение, ор-стхойцы и ингуши решили: «Дальше нам надеяться не на что, остаётся только кто как может возвратиться на родину, другого выхода у нас нет» [4, с. 113], и стали готовиться в обратный путь. Людям тяжело не только физически, но и морально. Многие переселенцы нашли последнее пристанище в чужой для них земле. Каждый день умирало по одному, а иногда по нескольку человек.

Степень духовности своей героини, силу невыразимой любви к отчему краю автор показывает в её предсмертные часы. Перед смертью Совги пожелала увидеть Гармаха, который знал Коран. Но до его прихода она «вытащила из-под подушки тряпочку с чем-то размером с кулак, с узелком на конце» и протянула мужу со словами: «Возьми. ... Это земля с нашего двора. Когда меня будут хоронить, кинешь её в мою могилу» [4, с. 92]. Земля, став символом дома, хранила в её душе память об отчем крае, придавала силы истерзанной душе стойко переносить трудности чужбины. Оказавшись в приграничном состоянии жизни и смерти, она нашла душевное успокоение в том, что связь её с землёй предков не прервалась. Последние её слова: «Дай Бог вам вернуться на родину и зажить счастливо» [4, с. 92], - явились не только пророческими для её близких, но и выражением тоски и боли.

Основную идею романа: «тот, кто лишился родины, лишился всего» [4, с. 102], автор вкладывает в уста Берда, который заплатил слишком большую цену, чтобы понять это. А. Боков ставит своих героев в ситуации, когда максимально раскрываются их физические возможности и нравственная природа. Проходит суровые испытания Охло, его, с присущим ему обостренным чувством совестливости и справедливости, не отпускает ощущение вины перед односельчанами, так как «он их заверил, что в

Турции им дадут лучшие земли и обеспечат жильем» [4, с. 67]. Он понимает, что, поверив Шамхалбеку и Мусе Кундухову, обманул односельчан. И не он один, но и Аббас-мулла, и сельский старшина Иналка. Охло не может понять, от кого идёт обман, но одно он знает точно - людям надо сказать правду, ибо этому его учил Гойттмар, которого никто не мог обвинить во лжи и обмане. Развитие сюжета подчинено раскрытию идеи о том, что человеческое достоинство, свобода духа, действий и поступков определяется трудом. Герои А. Бокова не гнушаются никакой работой. Получив разрешение на строительство дома, Охло стал резать дерн на куски и складывать из него стены, так как, если «после переселения в Алханчуртскую долину они построили дом с плетёнными стенами, здесь колья и хворост не привезешь. Из леса разрешают везти только сухие дрова. Если делать саман, то нужна мякина, чтобы добавлять в глину» [4, с. 95], но её неоткуда взять.

Библиографический список

Большой удачей писателя являются женские образы. Героини романа наделены народной мудростью, неимоверной жизнестойкостью, способны на глубокие чувства и великое самопожертвование. Трагически заканчивается жизненный путь Совгаз, в судьбе которой были и счастье и горести, её дети генетически унаследовали духовно-нравственные ценности, которым она была в высшей степени одарена. В романе отсутствуют обстоятельные психологические характеристики героев, не всегда показывается мотивация их действий и поступков, но это восполняется «закадровым» присутствием автора в повествовании.

Таким образом, «высшая форма человеческой трагедии, связанная с потерей родины» [5, с. 58], нашла осмысление в художественной структуре романа «Судьба», в котором А. Боков «поведал ещё об одном трагическом испытании, выпавшем на судьбу ингушского народа, из которого он вышел непобежденным, несломленным духом» [6, с. 97].

1. Мартазанова Х.М. Основные вехи творчества Ахмеда Бокова. Мир науки, культуры, образования. 2015; 4 (53): 320 - 321.

2. Газгиреева А. В основе его произведений - судьба народа. Сердало. № 70 (9285).

3. Мартазанова Х.М. Человек в трагических испытаниях эпохи в романе Ахмеда Бокова «Узкие ворота». Учёные записки. Серия Филология. 2008; Вып. 1: 48 - 59.

4. Боков А. Судьба. Нальчик, 2003.

5. Мартазанова Х.М. Отражение трагедии народа в книге Х.-Б. Арапиева «Книга памяти моей (Записки спецпереселенца)». Учёные записки. Серия Филология. 2010; Вып. III: 86 - 99.

6. Семенюк Т. Судеб серебряные нити. Северный Кавказ. № 20.

References

1. Martazanova H.M. Osnovnye vehi tvorchestva Ahmeda Bokova. Mirnauki, kul'tury, obrazovaniya. 2015; 4 (53): 320 - 321.

2. Gazgireeva A. V osnove ego proizvedenij - sud'ba naroda. Serdalo. № 70 (9285).

3. Martazanova H.M. Chelovek v tragicheskih ispytaniyah 'epohi v romane Ahmeda Bokova «Uzkie vorota». Uchenyezapiski. Seriya Filologiya. 2008; Vyp. 1: 48 - 59.

4. Bokov A. Sud'ba. Nal'chik, 2003.

5. Martazanova H.M. Otrazhenie tragedii naroda v knige H.-B. Arapieva «Kniga pamyati moej (Zapiski specpereselenca)». Uchenye zapiski. Seriya Filologiya. 2010; Vyp. III: 86 - 99.

6. Semenyuk T. Sudeb serebryanye niti. Severnyj Kavkaz. № 20.

Статья поступила в редакцию 05.01.16

УДК 821.161.1

Martazanova H.M., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Ingush literature and Folklore Department, Ingush State

University (Magas, Russia), Е-mail: uzlipat066@mail.ru

PLOT-COMPOSITION PARTICULARS AND PROBLEMS IN AHMED BOKOV'S NOVEL "THE FATE". The research paper studies specific features of the plot, composition and problems in a novel "The Fate", written by Ahmed Bokov. The novel is based on historical materials and tells a dramatic story of Orsthoits, ancestors of the writer, who moved in 19th century to Turkey. In the plot-compositional structure of the works the action takes place in two aspects - domestic and socio-political. The events are described in chronological order. Between the beginning of the novel and its completion there are about eighty years - from 1864 to 1944. The author concludes that the novel is especially interesting and educational, because A. Bokov is involved in tragic realities in the life of highlanders-immigrants, clearly depicts the views of the era, the General atmosphere of life of people of different classes and nationalities.

Key words: literature, fate, plot of novel, issues of national history, memory, heroes, earth.

Х.М. Мартазанова, канд. филол. наук, доц. каф. ингушской литературы и фольклора, Ингушский государственный

университет, г. Магас, Е-mail: uzlipat066@mail.ru

СЮЖЕТНО-КОМПОЗИЦИОННЫЕ ОСОБЕННОСТИ И ПРОБЛЕМАТИКА РОМАНА «СУДЬБА» АХМЕДА БОКОВА

Статья посвящена сюжетно-композиционным особенностям и проблематике романа «Судьба» Ахмеда Бокова, в котором с опорой на исторический материал повествуется о драматической судьбе предков писателя - орстхойцев, переселившихся в 19 веке в Турцию. В сюжетно-композиционной структуре произведения действие разворачивается в двух планах - бытовом и социально-политическом. События излагаются в хронологической последовательности. Между началом действия романа и его завершением проходит около восьмидесяти лет: с 1864 по 1944 год. Автор делает вывод, что роман особенно интересен и познавателен тем, что в нём А. Боков воспроизводит трагические реалии в судьбе горцев-переселенцев, достоверно изображает колорит эпохи, общую атмосферу жизни людей разных сословий и национальностей. Проблемы отчего края, памяти, личной и исторической, дома, семьи, осмысляемые в контексте времени, как на судьбах отдельных героев, так и всего этноса в целом, явились ключевыми в художественной структуре романа «Судьба».

Ключевые слова: литература, судьба, сюжет произведения, проблематика, национальная история, память, герои, земля.

Ингушская литература, пройдя большой и плодотворный путь в своем развитии, достигла значительных успехов на рубеже ХХ и ХХ1 веков. Одним из ярких её представителей явился Ахмед Боков (1924 - 2006), который пришел в литературу в конце 50-х

годов прошлого века и на протяжении всего своего творческого пути оставался верен одной универсальной теме - теме Родины и народа, осмысляемой в контексте «вечных» тем и проблем. Постановка и художественное решение вопросов: «человек и