Публикации по проблеме

sRAGE) отражает экспрессию рецепторов на поверхности клеток. Концентрация sRAGE повышена в крови у пациентов с ишемической болезнью сердца. Роль указанного маркера при повреждении сосудов трансплантата сердца не изучена.

Цель - изучить связь содержания sRAGE с уровнями биомаркеров риска повреждения коронарных сосудов сердца и сердечного трансплантата: плацентарного фактора роста (PlGF) - маркера неоангиогенеза, растворимой формы лиган-да CD40 (sCD40L) - маркера тромбообразования и ассоциированного с беременностью белка А (РАРР-А) - регулятора биодоступности инсулиноподобного фактора роста, у больных сердечной недостаточностью и пациентов с трансплантированным сердцем.

Под наблюдением находилось 83 пациента, в том числе 74 мужчины и 9 женщин (средний возраст 42±14), с терминальной стадией сердечной недостаточности (Ш-ГУ функциональный класс по NYHA). Уровни биомаркеров измеряли методом иммуноферментного анализа до и через год после трансплантации сердца. Все пациенты после трансплантации сердца получали 3-х компонентную иммуносупрессив-ную терапию, включавшую такролимус, кортикостероиды и микофенолата мофетил.

Средний уровень sRAGE в плазме крови пациентов с застойной сердечной недостаточностью был достоверно выше (1232,9±119б,2 пкг/мл), чем у здоровых лиц (791±413 пкг/мл,

р=0,04) и не коррелировал с возрастом и полом пациентов (р>0,05). Уровни РЮ^ sCD40L и РАРР-А, измеренные на этапе дотрансплантационного обследования, составили соответственно 22,2±20,1 пкг/мл, 4,0±4,0 нг/мл и 60,3±46,1 мМЕ/л и имели прогностическое значение в отношении развития посттрансплантационных осложнений. Частота сердечно-сосудистых осложнений после трансплантации достоверно выше у пациентов с исходными уровнями РАРР-А > 11 мМЕ/л (ИИ 4,27; 95% С1 1,61 до 11,31; р=0,0006), sCD40L > 1,6 нг/мл (ИИ 2,08; 95% С1 1,05 до 4,11; р=0,003) и PLGF > 12 пкг/мл (ИИ 2,43; 95% С1 1,019 до 4,44; р=0,02). Через год после трансплантации среднее содержание sRAGE в плазме крови реципиентов составило 795,3±613,6 пкг/мл, было достоверно ниже, чем до операции (р=0,003) и не отличалось от такового у здоровых лиц. Уровень sRAGE в крови реципиентов не коррелировал с содержанием sCD40L и РАРР-А; обнаружена положительная корреляция уровней sRAGE и PЮF (23,1±16,8 пкг/мл), г=0,39 (р<0,05).

Содержание sRAGE в плазме крови пациентов с застойной сердечной недостаточностью выше, чем у здоровых лиц и не коррелирует с уровнем маркеров васкулопатии трансплантата. После трансплантации сердца повышенный уровень sRAGE снижается и его содержание положительно коррелирует с уровнем PlGF.

публикации по проблеме

С.Н. Щербо, Д.С. Щербо. Микробиом и метагеном в лабораторной и персонализированной медицине. ГБОУ ВПО Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова, кафедра клинической лабораторной диагностики ФДПО, г. Москва

В современной медицине сравнение соотношений микроорганизмов людей в норме и при различных заболеваниях, позволяет установить их влияние на развитие патологических процессов. Понятия микробиом и метагеном были введены в конце прошлого века. Осуществлены ряд международных проектов в области микробиологии с применением традиционных и современных молекулярно-генетических методов выявления микроорганизмов: гибридизационные, амплификационные методы, а также секвенирование нуклеиновых кислот. Анализ литературных данных по изучению индивидуального состояния микробиоты различных органов и тканей человеческого организма, позволяет считать микро-биоту и метагеном объектами исследования в персонализированной медицине. Так, по составу микрофлоры желудочно-кишечного тракта люди могут быть разделены на три энтеро-типа. Причин разделения на энтеротипы множество: состав микрофлоры может определяться той же группой крови или метаболическими процессами, присущими индивидууму, или теми бактериями, что первыми попали в пищеварительный тракт новорожденного. Попытки каталогизировать микрофлору кишечника, выявить взаимодействие бактерий между собой предпринимаются для того, чтобы выяснить, какая диета показана человеку, к каким болезням он предрасположен и как отреагирует на прием того или иного лекарственного препарата. Прослеживается связь врожденного иммунитета человека и симбиотических взаимоотношений с микроорганизмами, которые установили взаимовыгодные отношения с хозяевами. Равновесие между потенциально вредными и полезными бактериями в кишечнике поддерживает баланс между здоровьем и болезнью. При нарушении баланса, например, за счет изменений в диете, из-за стресса или приема антибиотиков, иммунные реакции в кишечнике также претерпевают изменения. Указанные взаимоотношения микробов и организма-носителя, получившие название дисбиоз или дисбактериоз, были связаны с синдромом раз-

драженного кишечника и раком кишечника, а также с тучностью и диабетом.

В последние годы появились доказательства того, что бактерии присутствуют в амниотической жидкости даже у здоровых новорожденных, но число и разнообразие микроорганизмов достаточно низкое, а заселение микрофлоры происходит поэтапно. В многочисленных исследованиях проанализирован состав микробиома полости рта, желудка, кишечника и кожи, микробиоциноз которых является высокоорганизованной экосистемой, оказывающей влияние путем качественных и количественных сдвигов в различных жизненных условиях (здоровье/болезнь). Кишечник человека заселяют грамположительные, грамотрицательные, аэробные и анаэробные микроорганизмы, которые заключены в биопленку Микрофлора кишечника является сложной метаболической системой симбионтного пищеварения, способной активировать реакции врожденного иммунитета. Кожа человека обладает сложной и многогранной микробной флорой, заселяющей поверхность и глубинные слои, которая сформировалась в ходе длительного взаимодействия между организмом человека и бактериями из окружающей среды. Видовой состав микробных популяций на различных участках кожи может существенно изменяться в зависимости от температуры, влажности, pH, а также пола, генотипа и иммунного статуса хозяина, в том числе активности, с которой пользуются различными косметическими средствами.

Е.С. Герштейн, Ю.С. Тимофеев, А.А. Зуев, Е.А. Корот-кова, Е.А. Тен, И.В. Булычева, Ю.Н. Соловьев, М.Д. Алиев. Компоненты системы RANK/RANKL/OPG в сыворотке крови больных первичными опухолями костей. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Бло-хина», Москва

Система RANK/RANKL/OPG включает рецептор активатора ядерного транскрипционного фактора NF-kB (RANK), его лиганд RANKL и природный блокатор лиганд-рецепторного взаимодействия остеопротегерин (OPG). Присоединение RANKL к рецептору стимулирует остеокласто-генез, способствуя резорбции костной ткани, тогда как OPG связывает RANKL и ингибирует пролиферацию и дифферен-цировку остеокластов, предотвращая костную резорбцию.

Известно участие системы RANK/RANKL/OPG в формировании костных метастазов различных опухолей, однако ее влияние на развитие первичных новообразований костей изучено недостаточно. Большинство работ посвящено исследованию тканевой экспрессии данных маркеров, а результатов определения компонентов системы RANK/RANKL/OPG в сыворотке крови в литературе не представлено.

Цель исследования - сравнительное изучение содержания компонентов системы RANK/RANKL/OPG в сыворотке крови больных первичными новообразованиями костей и практически здоровых людей и анализ взаимосвязи выше указанных показателей с основными клинико-морфологическими характеристиками заболевания.

Обследовали 71 больного с новообразованием кости и 17 практически здоровых людей. До биохимического исследования пациенты не получали специфического лечения; клинико-рентгенологический диагноз во всех случаях подтвержден данными морфологического исследования. В группу больных новообразованиями костей вошли 32 женщины в возрасте от 18 до 71 года и 39 мужчин в возрасте от 18 до 66 лет; в контрольную группу - 7 женщин в возрасте от 24 до 58 лет и 10 мужчин в возрасте от 18 до 69 лет. Среди больных новообразованиями костей у 40 выявлены саркомы (остеосаркома - 15, хондросаркома - 17, хордома - 8), у 19 - пограничная (гиган-токлеточная опухоль кости - ГКО) и у 12 - доброкачественные новообразования (фиброзная дисплазия, энхондрома, аневризмальная костная киста, хондромиксоидная фиброма, остеобластома, костно-хрящевой экзостоз, доброкачественная фиброзная гистиоцитома). Сывороточные уровни маркеров определяли ИФА с использованием стандартных наборов «am-pli-sRANKL» и «Osteoprotegerin» (Biomedica Medizinprodukte, Австрия), RANK ELISA (Uscn Life Science Inc, Китай).

Содержание sRANKL в сыворотке крови больных ГКО достоверно выше, чем у больных доброкачественными новообразованиями костей (медианы 0,25 и 0,05 пмоль/л соответственно), различий в уровнях данного маркера между другими группами не выявлено. Уровни OPG и RANK в сыворотке крови больных саркомами, пограничными и доброкачественными новообразованиями костей достоверно выше, чем в контроле (p<0,01), но не различаются между собой. Рассчитаны соотношения концентраций изучаемых показателей в сыворотке крови и выявлено достоверное увеличение соотношения OPG/sRANKL у больных саркомами костей (9,1-101; медиана - 29,9) по сравнению с контролем (4,9-14,4; медиана - 19,0; р<0,05). Соотношение OPG/ sRANKL при доброкачественных новообразованиях (34,8239; медиана - 91,5) еще выше, чем при саркомах и высоко достоверно отличается от контроля (p<0,001). Уровни RANK и OPG при остеосаркоме, хордоме и хондросаркоме достоверно выше, чем в контроле (p<0,05), при этом соотношение OpG/sRANKL при остеосаркоме (8,3-71,6; медиана - 35,4) хондросаркоме (12,8-96,5; медиана - 28,6) достоверно превышает показатели контрольной группы (4,9-14,4; медиана - 19,0) и пациентов с хордомами (6,7-135; медиана - 13,8). Ни для одного из исследованных показателей не выявлено взаимосвязи со степенью злокачественности сарком костей, а также с типом пораженной кости.

Повышение сывороточных уровней RANK и OPG у больных остео- и хондросаркомой подтверждают данные зарубежной литературы о высоком уровне экспрессии выше указанных маркеров в тканях соответствующих опухолей. Полагаем, что дальнейший ретроспективный анализ данных позволит охарактеризовать роль комплекса маркеров, вовлеченных в процессы остеогенеза, в прогнозе и оценке эффективности лечения опухолей костей.

Исследование поддержано РФФИ, грант 15-03-00521.

Е.С. Герштейн, Д.Н. Кушлинский, С.В. Муштенко, В.Д. Ермилова, И.В. Терешкина. Ключевые факторы ангиогене-за в опухолях яичников. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», Москва

В настоящее время считается, что VEGF играет перво-

степенную роль в регуляции нормального и патологического ангиогенеза в яичниках. Биологические эффекты VEGF опосредованы специфическими мембранными рецепторами, биологическая роль которых различна: VEGFR1 индуцирует протеазную активность в эндотелиальных клетках и стимулирует миграцию в опухолевую ткань макрофагов, а VEGFR2 вызывает дифференцировку, пролиферацию и миграцию клеток эндотелия сосудов. Ряд фактов указывает на то, что VEGF не только обладает проангиогенной активностью, но может и непосредственно участвовать в регуляции пролиферации опухолевых клеток. Влияние VEGF на опухолевую прогрессию осуществляется в комплексном взаимодействии с матриксными металлопротеиназами (ММР), способными специфически гидролизовать коллаген и другие основные белки внеклеточного матрикса. Полагают, что VEGF усиливает инвазию рака яичников, стимулируя продукцию и функциональную активность ММР, причем индукция ММР под влиянием VEGF, а также стимулирующий эффект этого фактора роста на инвазию и миграцию клеток рака яичников опосредованы соответствующими рецепторами, в первую очередь, VEGFR-2. Кроме того, использование анти-ангиогенных препаратов считается в настоящее время одним из наиболее перспективных направлений молекулярно-направленной противоопухолевой терапии, а компоненты VEGF-сигнальной системы рассматриваются в качестве возможных биологических маркеров прогноза и лекарственной чувствительности опухолей, в том числе и рака яичников.

Цель исследования - сравнительная оценка содержания VEGF и его рецепторов 1-го и 2-го типа в опухолях больных раком, доброкачественными и пограничными опухолями яичников.

Обследовали 74 больных с опухолями яичников (рак яичников - 39, пограничные - 11, доброкачественные - 24). В группу контроля вошли 30 здоровых женщин. Концентрации VEGF, VEGFR-1, VEGFR-2 определяли в лизатах опухолей яичников иммуноферментными методами.

Во всех исследованных опухолях яичников обнаружены измеримые количества VEGFRl, а VEGF и VEGFR2 выявлены в 97% образцов первичного рака. VEGF найден во всех пограничных и только в 60% доброкачественных новообразований, а VEGFR2 - во всех доброкачественных и 91% пограничных опухолей яичников. Содержание VEGF высоко достоверно увеличивалось при переходе от доброкачественных опухолей к пограничным и злокачественным (р<0,0001), содержание VEGFR1 в трех типах новообразований практически не различалось, а уровень VEGFR2 был снижен в ткани рака и пограничных опухолей по сравнению с доброкачественными новообразованиями яичников, но эти различия не достигают уровня статистической значимости. В опухолях больных раком яичников, оперированных после проведения химиотерапии, содержание VEGF было достоверно ниже, а содержание VEGFR2 - выше, чем в опухолях первичных больных, и примерно соответствует показателям доброкачественных опухолей. Содержание VEGFR1 в опухолях первичных и ранее леченных больных не различалось. Выявлена достоверная положительная корреляционная взаимосвязь содержания VEGFR1 и VEGFR2 (к=0,44; р=0,002) и отрицательная корреляция между уровнями VEGF и VEGFR2 (Д= -0,33; р=0,007). Обнаружено достоверное увеличение уровня VEGFR2 в опухолях больных III стадии по сравнению с I, увеличение содержания ММП-7 при III стадии по сравнению со II. Отмечено повышение уровня VEGF и снижение VEGFR-2 в муцинозных раках по сравнению с серозными, повышение уровня VEGFR-1в эндометриоидных раках по сравнению с серозными. Достоверной взаимосвязи исследованных показателей с размером и степенью дифференцировки первичной опухоли, наличием асцита выявить не удалось.

В опухоли большинства больных раком яичников выявляются ключевые проангиогенные факторы (VEGF, VEGFR-1, VEGFR-2) и их обнаружение может оказаться полезным для назначения целенаправленной антиангиогенной терапии.

А.А. Павлова, Л.Н. Бубнова, Ю.В. Соколова, С.С. Бес-смельцев, И.Е. Павлова. Иммуногенетические факторы, определяющие развитие тяжелых остеолитических поражений костной ткани у больных множественной миело-мой. ФГБУ «Российский научно-исследовательский институт гематологии и трансфузиологии Федерального медико-биологического агентства», Санкт-Петербург

Множественная миелома (ММ) — лимфопролифератив-ное заболевание, характеризуется инфильтрацией костного мозга плазматическими клетками, наличием моноклональ-ного иммуноглобулина в сыворотке крови и/или в моче и остеолитическими поражениями костей. В патогенезе ММ участвуют различные цитокины, играя существенную роль в процессе развития опухолевого клона: ТОТ-а индуцирует рост опухолевого клона при ММ, а также наряду с ГЬ-1 и ГЬ-6, является остеокластактивирующим фактором, оказывая существенное влияние на процесс деструкции в костях у пациентов. Известно, что одиночные нуклеотидные варианты ^ЫР) в регуляторных областях генов цитокинов могут воздействовать на их продукцию, что может повлиять на развитие заболевания. Целью настоящего исследования явилось определение SNP генов ТОТ-а (-238G/A), ГЬ-10 (-511С/Т) и ГЬ-6 (nt565G/A) ассоциированных с развитием ММ у жителей Северо-Западного региона России, а также определяющих тяжесть поражения костной ткани. Обследовано 44 больных ММ, средний возраст - 69,3 ± 9,2 лет. Пациенты были разделены на две группы: 1-я - 20 пациентов с выраженными остеолитическими поражениями костной ткани (ГГГ ст. по классификации Durie-Salmon); 2-я - 24 пациента с проявлениями остеопороза и единичными очагами лизиса (ГГ ст. по классификации Durie-Salmon). Контрольную группу составили 40 здоровых волонтеров (средний возраст - 54 ± 10,1 лет). Все обследованные лица являлись жителями г. Санкт-Петербурга, считающими себя и своих родителей русскими и не связанными кровным родством. Геномную ДНК выделяли из ядросодержащих клеток периферической крови. Определение SNP генов цитокинов проводили с помощью стандартного набора реагентов (Гпукгс^еп), используя PCR-SSP. На основании результатов типирования полиморфных участков генов ТОТ-а, ГЬ-1р и ГЬ-6 у больных ММ и здоровых лиц установлено, что частоты некоторых генотипов в общей когорте обследованных больных отличались от результатов, полученных в контрольной группе. При анализе SNP гена ГЬ-1р-511С/Т незначительные различия наблюдались в генотипах ГЬ-1р-511СС и СТ - частоты данных генотипов в группе здоровых и в группе больных составили 0,38 и 0,54 (для -511СС); 0,53 и 0,37 (для -511СТ) соответственно (р>0,05). При анализе TNF-а-238G/A достоверно значимые различия наблюдались только в генотипе ТОТ-а-238АА, частота которого в группе пациентов составила 0,02, тогда как в контрольной группе данный генотип не был выявлен ни у одного человека (р<0,05). При изучении SNP гена IL-6nt565G/A установлено: в группе здоровых генотип IL-6nt565GG встречался значительно реже (0,13), чем у пациентов (0,49); р<0,05. Сравнительный анализ результатов, полученных в двух выделенных группах больных, показал, что у пациентов с выраженными литическими поражениями (1-я группа) частота генотипа ГЬ-1р-511СС была незначительно выше, чем во 2-й группе пациентов (с проявлениями остеопороза и единичными очагами лизиса) - 0,58 к 0,47 (р>0,05). Схожие данные были выявлены и для генотипа TNF-a-238GA - у пациентов 1-й группы генотип встречался чаще, чем во 2-й группе больных (0,11 против 0,04 соответственно; р>0,05). Генотип Т№-а-238АА был выявлен только в 1-й группе больных с ММ (0,05; р<0,05). Генотип IL-6nt565GA в контрольной группе встречался значительно чаще (0,80), чем в обеих группах пациентов 0,26 для 1-й группы и 0,42 для 2-й группы (р<0,05). Частота генотипа IL-6nt565GG оказалась несколько выше у пациентов с выраженными литическими поражениями (0,53), чем у пациентов с проявлениями остеопороза (0,46) р>0,05, и значительно чаще, чем в контрольной группы (0,13) р<0,05.

Таким образом, полученные нами результаты позволяют расценивать генотип TNF-a-238AA как фактор, предрасполагающий к развитию ММ. Ассоциированы с развитием тяжелых остеолитических поражений при данном заболевании следующие генотипы: ГЬ-1р-511СС, TNF-a-238AA, а также IL-6nt565GG.

Н.К. Гуськова, И.Б. Лысенко, И.А. Новикова, А.С. Ноз-дричева. Оценка белкового профиля и метаболических нарушений у больных множественной миеломой. ФГБУ «Ростовский научно-исследовательский онкологический институт» Минздрава России, Ростов-на-Дону

Цель исследования - выявление степени выраженности патологического процесса и сопутствующих ему метаболических нарушений у больных множественной миеломой.

Обследовано 40 больных множественной миеломой (ММ) в возрасте 48-79 лет, поступивших в отделение гематологии Ростовского научно-исследовательского института за период с августа 2014 по март 2015 г. Диагноз заболевания устанавливался по данным миелограммы, иммунофенотипирования клеток костного мозга и обнаружению плазматических клеток с аберрантным иммунофенотипом, результатам рентгенологического и общеклинического обследования. Больные были распределены на две группы: 8 пациентов с первично множественной миеломной болезнью и 32 - с рецидивирующей/рефрактерной ММ. В контрольную группу вошли 46 практически здоровых мужчин и женщин аналогичного возраста. Всем больным было проведено исследование белкового спектра сыворотки крови с иммунофиксацией пара-протеина (ПП) методом капиллярного электрофореза (Helena Bioscience, Великобритания), исследование мочи, общеклиническое исследование крови (Sysmex 2100, Япония) и ряда биохимических показателей (Vitros 5600, США; Cobas Integra 400 plus, Швейцария).

По данным протеинограмм у 37 больных ММ (92,5%) до начала лечения обнаружен ПП в концентрации 8,9-110,85 г/л. Отмеченные различия в уровне ПП обусловлены как степенью инфильтрации костного мозга атипичными плазматическими клетками, так и типом секретируемого ПП. Из данных следует, что в 62,1% случаев (23 человека) отмечена секреция тяжелых цепей ПП класса IgG и в 37,8% (14 человек) - класса IgA. Среди больных с секрецией ПП IgG частота обнаружения легких цепей каппа (к) и лямбда (X) составила 1,8:1 (65,2 и 34,8% соответственно), с секрецией ПП класса IgA - 6:1 (85,7 и 14,3% соответственно). При этом у пациентов с секрецией IgG, ассоциированного с легкими цепями к регистрируется наиболее высокий уровень ПП (выше 37 г/л) и более значительная инфильтрация костного мозга плазматическими клетками (от 22,0 до 83,2%). У 24,3% больных отмечается миграция М-пика в р-зону протеино-граммы. Во всех этих случаях отмечена секреция ПП класса IgA, связанного чаще с легкими цепями к (77,8%), нежели с X (22,2%). Следует отметить, что у 3-х пациентов (7,5%) не зафиксировано наличие ПП, но отмечено снижение уровня у-глобулинов (6,96±2,85%), что, наряду со значительным содержанием в костном мозге плазматических клеток (23,2, 49,6 и 85,8% соответственно) с абберантным фенотипом, позволяет сделать заключение о несекретирующем типе мие-ломы. У остальных пациентов также отмечается угнетение синтеза нормальных иммуноглобулинов, снижение уровня альбуминов (37,1±16,2%), Р1-глобулинов (4,08±1,27%), в том числе и гемопексина (0,23±0,3 г/л). При этом увеличивается содержание белков острой фазы: у 60% больных уровень С-реактивного белка составил 26,2 мг/л (7,1-75,46 мг/л), альфа-1-кислого гликопротеина - 1,35±0,27 г/л. При относительно нормальном содержании глюкозы (6,0±1,27 ммоль/л) практически у всех пациентов (89%) наблюдается повышение уровня гликозилированного гемоглобина (6,6±0,87% от Hb). В 30% случаев (12 человек) отмечается значительное повышение уровня креатинина, что может свидетельствовать о нарушении функции почек, вызванной нефротоксическим действием легких цепей. Результаты клинического анализа

крови свидетельствуют о наличии анемии II-III ст. у 84% больных как следствия плазмоклеточной пролиферации.

Таким образом, степень выраженности патологического процесса у больных ММ коррелирует с количеством плазматических клеток в костном мозге и уровнем обнаруживаемого парапротеина. Секреция тяжелых цепей класса IgG и легких цепей каппа ассоциируется с более агрессивным течением заболевания.

Е.В. Ивкин', В.В. Руденко2, Д.С. Михайленко2, В.Б. Черных2, О.А. Симонова2, М.В. Немцова12. Генотипы KITLG, SPRY4, BAK1 у пациентов с бесплодием, обусловленным делеци-ей AZF и герминогенными опухолями яичка. ТОУ ДПО РМАПО Минздрава России, Москва; 2ФГБНУ «МГНЦ»

Герминогенные опухоли яичка (ГОЯ) являются заболеванием с выраженным наследственным компонентом. Благодаря полногеномным исследованиям, удалось идентифицировать гены KITLG, SPRY4 и BAK1, которые контролируют дифференцировку, миграцию и апоптоз эмбриональных половых клеток и участвуют в нормальном развитии ткани яичек и сперматогенезе. Однонуклеотидные замены в ДНК генов оказывают влияние на эти процессы, приводя к их нарушению, и определяют генетическую предрасположенность к развитию ГОЯ. Развитие опухолей связано с нарушением развития мужского урогенитального тракта, особенно с крип-торхизмом, при котором риск развития опухоли повышается до восьми раз. Также к клиническим факторам риска относят бесплодие, гипоспадию и тестикулярный микролитиаз.

Цель исследования - определение аллелей и генотипов высокого риска у пациентов с бесплодием и опухолями яичка для формирования группы риска развития ГОЯ и клинического мониторинга.

Исследование генотипов высокого риска генов SPRY4 (rs4624820, rs6897876), KITLG (rs995030, rs1508595) и BAK1 (rs210138) проводили у 90 фертильных мужчин в возрасте от 25 до 45 лет и 93 пациентов с клиническим бесплодием, обусловленным генетическими факторами, наличием делеции локуса Y-хромосомы, в котором расположен AZF-фактор, а также у 30 пациентов с ГОЯ. Для генотипирования исследуемых SNPs была предложена модификация метода ПЦР-ПДРФ.

В результате проведенного исследования выявлены частоты генотипов высокого риска для фертильных мужчин/пациентов с бесплодием/пациентов с ГОЯ: SPRY4 rs4624820

- 0,31/0,27/0,26 и rs6897876

- 0,31/0,42/0,40 соответственно. Выявили повышение частоты генотипов высокого риска для пациентов с бесплодием и ГОЯ при исследовании гена KITLG (rs995030, rs1508595). Сочетание генотипов высокого риска по всем трем генам обнаружено у 5/90 нормальных фертильных мужчин, 12/93 пациентов с бесплодием, обусловленным делецией AZF и 6/30 пациентов с ГОЯ. Нам не удалось выявить достоверного повышения частоты генотипов высокого риска или их сочетания у пациентов с бесплодием и опухолями, по сравнению с фертильными мужчинами, что, вероятно, можно объяснить небольшой численностью клинических групп.

Пациенты с бесплодием, имеющие сочетание генотипов высокого риска по генам KITLG, SPRY4 и BAK1, имеют повышенный риск развития герминогенного рака яичка, что должно учитываться при их консультировании и дальнейшем обследовании. Генотипирование пациентов с ГОЯ и клинических групп высокого риска (бесплодие, наличие крипторхиз-ма и микролитиаза) может являться дополнительным фактором индивидуального прогноза.

Е.В. Ошкина, Е.С. Герштейн, В.Д. Ермилова, Е.К. Дво-рова, О.В. Кузнецова. Клиническое значение экспрессии ядерного транскрипционного фактора NF-kB и его ингибитора 1кВа в опухолях больных раком молочной желе-

зы. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», Mосква

Ядерный транскрипционный фактор NF-^ - один из наиболее универсальных клеточных регуляторов, играющий важную роль в клеточной пролиферации, апоптозе, воспалительных и аутоиммунных реакциях, модулируя экспрессию генов, вовлеченных в эти процессы. NF-^ - это гетероди-мерный комплекс белков семейства Rel, которые в большинстве покоящихся клеток неактивны и находятся в цитоплазме в комплексе со специфическими ингибиторами (^B). Основной формой существования NF-^ в большинстве типов клеток является гетеродимер p50/RelA(p65). При поступлении в клетку регуляторного стимула комплексы N^B/I^B активируются за счет фосфорилирования teB специфическими киназами с последующим освобождением активного NF^B, который поступает в ядро. Регуляция NF^B сигнальных путей нарушена во многих опухолях человека, в том числе и при раке молочной железы (РЫЖ).

Цель исследования - сравнительная оценка уровня экспрессии и активности p65 и p50 субъединиц NF-^, а также ингибитора ^Ba в опухолях и гистологически неизмененных тканях молочной железы и анализ взаимосвязи этих показателей с основными клинико-морфологическими особенностями заболевания.

Обследовали 200 больных Р^ИЖ в возрасте от 23 до 77 лет: у 48 больных (24%) выявлена I, 59/29,5% - Па, 49/24,5% - Пб, 25/12,5% - Ша, 8/4% - Шв, 11/5,5% - Шс стадия. У 75% больных выявлен протоковый инфильтративный PMЖ. Содержание NF-кBp65 в ядерно-цитоплазматических экстрактах тканей определяли реактивами - «NF-кBр65 (Total)» («Invitrogen», США); ДНК-связывающую активность Ní^B p65 и p50 - «TransAM™ NFkB р65» и «TransAM™ NFkB р50» («Active Motif», США); общий и активированный (фосфори-лированный) !кВа - «PathScan™ Total ^Balpha Sandwich ELISA Kit» и «PathScan™ Phospho-frBalpha (Ser32) Sandwich ELISA Kit» (Cell Signaling Technology, США).

Отмечено достоверное увеличение общего содержания и ДНК-связывающей активности NFкBp65 в опухолях больных PMЖ по сравнению с гистологически неизмененной тканью. Уровень экспрессии суммарного белка NFкBp65 не зависел от стадии заболевания, критериев Т и N, менопауз-ного статуса, гистологического строения опухоли и уровня экспрессии Ki-67, но возрастал при увеличении степени злокачественности PMЖ. Он также был повышен у больных с прогностически неблагоприятным рецепторным статусом опухоли: РЭ- по сравнению с РЭ+, РП- по сравнению с РП+ и HER2/neu+ по сравнению с Her2/neu-. ДНК-связывающая активность NFкBp65 достоверно не зависела от основных клинико-морфологических характеристик PMЖ, включая экспрессию Ki-67 и статус РП и HER2/neu. В то же время, частота выявления высоких уровней ДНК-связывающей активности NFкBp65 в РЭ+ опухолях (76%) достоверно ниже, чем в РЭ- опухолях (93%, р<0,05). ДНК-связывающая активность NFкBр50 также достоверно повышена в опухолях по сравнению с неизмененной тканью и коррелировала с активностью NFкBp65. Активность NFкBр50 повышена как в опухоли, так и в неизмененной ткани при увеличении индекса Т и стадии заболевания, но не зависела от других клинико-морфологических факторов, включая рецепторный статус опухоли и экспрессию Ki-67. Содержание общего белка !кВа повышено в опухолях 95% больных, а содержание активированного !кВа в опухолях и окружающих тканях достоверно не различалась. На основании сравнения показателей в опухоли и гистологически неизмененной ткани рассчитаны пороговые значения, превышение которых соответствует неблагоприятному прогнозу PMЖ: NFкBp65 >30,2 нг/мг белка, ДНК-связывающая активность NFкBp65 >118 Ед/мг белка, ДНК-связывающая активность NFкBp50 >2300 Ед/мг белка.

У каждой четвертой больной PMЖ, в том числе и в группе с благоприятным прогнозом, выявлено сочетание 2-х и более неблагоприятных значений изученных биохимических

маркеров, что может объяснить различную выживаемость больных РМЖ после проведенного лечения при сопоставимых клинических факторах.

И.Л. Батурина, О.С. Абрамовских, Л.Ф. Телешева, М.А. Зотова, И.Ю. Орнер, К.В. Никушкина, Т.И. Никонова. Алгоритм использования онкомаркера SCCA сыворотки крови в мониторинге эффективности лечения и доклиническое выявление рецидивов рака шейки матки. ГБОУ ВПО ЮжноУральский государственный университет Минздрава РФ

Поиск и попытки использовать отдельные вещества в качестве индикаторов заболеваний и опухолевого роста имеют продолжительную историю. Рак шейки матки (РШМ) длительное время был, что называется, «обойден вниманием» в плане серологических ОМ. В 1977 r. H. Kato и T. Torigoe выделили из метастазов РШМ в печени гликопротеид - SCCA (squamous cell carcinoma antigen), который в настоящее время используется для мониторинга эффективности лечения и доклинического выявления рецидивов заболевания. Однако до сих пор нет четких лабораторно-диагностических критериев использования данного онкомаркера в оценке эффективности лечения и степени распространенности опухолевого процесса после проведенного комплекса лечебных мероприятий, что и определило цель нашего исследования.

Цель - разработать лабораторно-диагностический алгоритм использования онкомаркера SCCA в мониторинге эффективности лечения и доклинического выявления рецидивов инвазивных форм рака шейки матки.

Проведено комплексное обследование 80 женщин с МРШМ IIa, IIb, IIIa, IIIb стадии в возрасте от 18 до 55 лет, с гистологически верифицированным плоскоклеточным РШМ. Исследования проводились пациенткам с МРШМ до лечения, через 6 и 12 мес после проведенной терапии, в зависимости от динамики опухолевого заболевания. Для оценки уровня содержания SCCA в сыворотке крови использовали тест - систему Can.Ag. EIA-Fudjirebio Diagnostics inc., Sweden. Уровень SCCA считали диагностически значимым после трехкратного повышения такового, с интервалом в 4 нед и количественном колебании данного значения ОМ > 40%, от имеющегося ранее.

Установлено, что одинаково повышенный уровень он-комаркер SCCA до лечения и/или отсутствие его колебания через 6 мес после специального лечения не всегда свидетельствует о динамике течения опухолевого процесса. Тогда как через 12 мес после лечения уровень SCCA нарастал и указывал на отрицательную динамику опухолевого процесса, что согласовалось с клиническими и инструментальными методами исследования. Таким образом, только через 12 мес после окончания специального лечения уровень SCCA можно считать диагностически значимым и использовать его в дальнейшем как базовый для мониторинга эффективности проведенной противоопухолевой терапии.

Рекомендации: 1. Определять SCCA сыворотки крови у пациенток с МРШМ до лечения, через 6 и 12 мес после лечения.

2. При повышении уровня SCCA более чем на 40% от базового значения необходимо определять данный ОМ трехкратно с интервалом в 4 недели. При трехкратном повышении уровня SCCA использовать инструментальные и специальные методы диагностики с целью доклинического подтверждения рецидива опухолевого заболевания.

М.Л. Филипенко', Д.С. Шамовская', Н.А. Осъкина1, И.А. Оскорбин1, Л.К. Овчинникова2, Н.Е. Кушлинский2. Анализ соматических мутаций в гене PIK3CA в опухолях молочной железы с различными клиническими стадиями. Институт химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН, Новосибирск; 2ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», Москва

Полагают, что соматические мутации в гене PIK3CA, кодирующем каталитическую субъединицу p110a фосфатидил-инозитол З'-киназы играют значимую роль в патогенез злокачественных новообразований молочной железы, ассоциа-

ции с различными клиническими проявлениями заболевания и прогрессией опухолевого процесса.

Цель исследования - разработать систему для выявления соматических мутаций в кодонах 542 и 545 экзона 9 и в кодо-не 1047 экзона 20 гена PIK3C (составляющих более 80% всех соматических мутаций этого гена) с помощью real-timePCR, обладающую высокой чувствительностью для работы с гистологическим материалом без проведения макро- и микро-диссекции и провести анализ ассоциаций этих мутаций с клиническими и морфологическими характеристиками опухолей молочной железы I—II стадий.

Для выявления соматических мутаций применили метод аллель-специфичной PCR с детекцией сигнала с помощь Taq-Man зондов, а также цифровой PCR. Для определения аналитической чувствительности метода стандартными генно-инженерными методами с использованием мутагенеза были сконструированы плазмиды, несущие исследуемые мутации, приготовлены образцы ДНК, несущие разный процент мутации относительно дикого типа (5, 2, 1, 0,5, 0,25%).

Нами проведена разработка, оптимизация мультиплексной аллель-специфичной PCR в режиме реального времени для выявления наиболее распространенных соматических мутаций в гене PIK3Cp.E542Kc.1624G>A, p.E545Kc.1633G>A, p.H1047Rc.3140A>G, p.H1047Lc.3140A>T методами аллель-специфичной RT-PCR. Аналитическая чувствительность выявления мутаций составила 0,5% для p.E542K, 0,25% — p.E545K, 0,25% — p.H1047R и 0,25% для H1047L. Разработанный нами подход выявления соматических мутаций использован для выявления указанных соматических мутаций на ДНК, выделенной из гистологических блоков и из плазмы больных раком молочной железы. Показано что частота встречаемости соматических мутаций гена PIK3CA увеличивается по мере прогрессии опухоли — 9,6% в опухолях I—II стадий (83 образца) против 21% в III—IV стадий (324 образца) (p-value=0,022) в основном за счет увеличения встречаемости мутации p.H1047Rc.3140A>G, локализуемой в каталитическом домене фермента. Наличие соматических мутаций гена PIK3CA обратно коррелировало с уровнем экспрессии Her2-NEO (p-value=0,032). Распределение мутаций не зависело от статуса рецепторов эстрогенов и прогестерона.

Разработанные нами методы детекции соматических мутаций в гене PIK3CA являются достаточно чувствительными и специфичными, позволяют выявлять эти мутации как в фиксированных тканях опухоли из гистологических блоков, так и в плазме больных раком молочной железы. Представленные методы детекции мутаций в гене PIK3CA могут быть использованы в оценке прогноза клинического течения заболевания, а также для возможной коррекции целенаправленной таргетной лекарственной терапии больных раком молочной железы. Количественная детекция соматических мутаций гена PIK3CA может быть использована для мониторинга ответа опухоли на лекарственную терапию. Обсуждается связь выявленных мутаций в гене PIK3CA с основными клинико-морфологическими характеристиками рака молочной железы.

И.В. Терешкина. Матриксная металлопротеиназа 9-го типа у больных раком молочной железы. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», Москва

Известно, что прогрессирование опухолевого процесса тесно связано с вовлечением матриксных металлопротеиназ (ММП) — семейства, состоящего из более 20 секретируемых или связанных с поверхностью клетки цинк-зависимых эндо-пептидаз, способных к деградации практически всех компонентов ВКМ. В зависимости от структурно-функциональных особенностей и субстратной специфичности ММП делят на несколько подсемейств. Основными подсемействами ММП являются коллагеназы широкого спектра действия (например, ММП-1, 8, 13), желатиназы/специфические коллагеназы коллагена IV типа (ММП-2 и 9), стромелизины (например, ММП-3 и 10), матрилизины (ММП-7, ММП-26), и ММП

мембранного типа. Первоначально предполагали, что опухолевые клетки самостоятельно вырабатывают ММП, а стро-мальные клетки индуцируют секрецию ММП опухолями. Позднее была сформулирована концепция о том, что стро-мальные клетки сами также могут экспрессировать ММП. В экспериментальных исследованиях доказана взаимосвязь между повышением экспрессии ММП опухолевыми и/или стромальными клетками с прогрессией, метастазированием и ангиогенезом.

Цель исследования - сравнительная оценка содержания ММП-9 в сыворотке крови больных раком молочной железы (РМЖ) с учетом основных клинико-морфологических характеристик заболевания.

Обследовали 91 больную РМЖ и 31 практически здоровых женщин группы контроля. Концентрацию ММП-9 определяли в сыворотке крови ИФ-методом.

Уровни ММП-9 колебались в образцах опухоли в пределах от 84 до 451 пг/мл (в среднем 230±81,6 пг/мл). У 31 практически здоровой женщины содержание ММП-9 составило 304±154 пг/мл, что достоверно выше, чем у больных РМЖ до лечения (р=0,001). Установлено достоверное повышение содержания ММП-9 в сыворотке крови больных РМЖ после лечения (р<0,0001). Частота снижения показателя в сыворотке крови больных РМЖ после лечения составила 14,3% (13 из 91), повышения - 85,7% (78 из 91). Величина абсолютного снижения содержания ММП-9 в сыворотке крови равнялась 85,8±71,3 пг/мл, повышения - 153±155 пг/мл, то есть почти в 2 раза больше (р=0,1). Содержание ММП-9 в сыворотке крови больных РМЖ с выявленным снижением маркера после лечения достоверно отличалось от такового в контроле (р=0,02), у больных с отмеченным повышением ММП-9 выявлена тенденция к различию с контролем. Методом построения кривых ROC найден порог наилучшего разделения уровней ММП-9 в сыворотке крови больных РМЖ и в контроле, который равнялся 250 пг/мл. Так, частота выявления значений ММР-9 от 250 пг/мл и более равнялась в контроле 71% (22 из 31), тогда как у больных РМЖ только 39,6% (36 из 91) (р=0,002). В то же время, диагностическая ценность уровней ММР-9 в сыворотке крови для практического применения недостаточна (чувствительность 71%, специфичность 60,4%, точность 63,1%). Установлена корреляционная зависимость между исходным значением ММП-9 в сыворотке крови больных РМЖ и таковым после лечения (r=0,41; p=0,0001). Отметим, что повышение ММП-9 в сыворотке крови больных РМЖ после лечения выявлено у всех пациенток с исходными значениями показателя ниже медианы (211 пг/ мл), то есть наиболее отличающихся от контроля, тогда как снижение наблюдали только при значениях ММП-9 более медианы 13 из 45 (28,9%). Содержание ММП-9 в опухоли было достоверно выше, чем в неизмененной ткани молочной железы и составило с учетом нулевых значений по медиане 8,6 и 1,7 фмоль/мг белка соответственно (р<0,0001).

Обнаружено снижение уровней ММП-9 в сыворотке крови больных РМЖ относительно контроля и последующее повышение маркера после удаления опухоли. Уровни ММП-9 были достоверно выше в опухоли, чем в неизмененной ткани молочной железы. Обсуждается роль ММП-9 у больных РМЖ.

Ю.С. Тимофеев. Циркулирующие маркеры системы инсулиноподобных факторов роста в прогнозе опухолей костей. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», Москва

Система инсулиноподобного фактора роста (ИФР), представлена лигандами ИФР-I, ИФР-II, рецепторами ИФР-1Р, ИФР-ПР, рецептором инсулина, а также сывороточными белками, связывающими инсулиноподобные факторы роста (ИФРСБ). Описаны изменения в функционировании системы ИФР при остеосаркоме, саркоме Юинга, гигантоклеточ-ной опухоли и других новообразованиях костей.

Цель исследования - изучение связи сывороточных уровней компонентов системы ИФР (ИФР-I, ИФР-II и белков,

связывающих инсулиноподобный фактор роста 1 и 3 типа ИФРСБ-1, ИФРСБ-3) с показателями безрецидивной и общей выживаемости больных саркомами и пограничными опухолями костей.

Обследовали 110 больных с впервые выявленными новообразованиями костей, из них 74 пациента с саркомами костей (остеосаркома, саркома Юинга, хондросаркома, недифференцированная плеоморфная саркома) в возрасте от 14 до 69 лет, а также 40 практически здоровых людей соответствующего пола и возраста. Определение уровней ИФР-I, ИФР-II, ИФРСБ-1, ИФРСБ-3 в сыворотке крови проводили иммуноферментным методом с помощью реактивов фирмы DSL (США) с использованием автоматического ридера «Elx 800» («Biotek Instruments Inc.», США).

В группе пациентов с новообразованиями костей и уровнями ИФР-I <243 нг/мл 1-летняя безрецидивная выживаемость составила - 80,9%, 3-летняя - 70,1%, а у больных с уровнями ИФР-I >243 нг/мл она была достоверно ниже -1-летняя выживаемость составила 66,2%, 3-летняя - 43,1%. У больных с уровнями ИФР-I выше порогового 1-летняя общая выживаемость составила 86,8%, 3-летняя - 48,8% (при низких значениях ИФР-I 1-летняя общая выживаемость составила 93,9%, 3-летняя - 73,7%). Высокий уровень ИФР-I был достоверно ассоциирован с менее благоприятным прогнозом безрецидивной выживаемости при хондросаркоме и общей выживаемости при саркоме Юинга. Уровни ИФР-II не связаны с показателями выживаемости при всех саркомах костей, кроме остеосаркомы, при которой обнаружены достоверные различия в медиане общей выживаемости c высокими (>1968 нг/мл - 37 мес) и низкими значениями этого маркера (<1968 нг/мл - 25 мес). Проведен анализ связи показателей безрецидивной выживаемости пациентов с новообразованиями костей с базальными уровнями регуляторного белка ИФРСБ-1 в сыворотке крови. В качестве порогового уровня маркера служил показатель ИФРСБ-1 <31 нг/мл. В группе пациентов с содержанием ИФРСБ-1 в сыворотке крови >31 нг/мл показатели 1- и 3-летней выживаемости составили 62 и 46,6% соответственно. В то же время, в группе с низкими значениями ИФРСБ-1 1-летняя безрецидивная выживаемость достигала 82,9%, а 3-летняя - 63,4%, что было достоверно выше, чем в группе с повышенными уровнями данного белка (р=0,04). Медиана безрецидивной выживаемости больных с ИФРСБ-1 <31 нг/мл достигала 30 мес, в то время как медиана безрецидивной выживаемости у пациентов с ИФРСБ-1 >31 нг/мл составила только 12 мес. У пациентов с уровнями ИФРСБ-3 >5800 нг/мл общая 3-летняя выживаемость (46,1%) была достоверно ниже, чем при значениях маркера ниже порогового (65,4%).

Повышенные сывороточные уровни ИФР-I ассоциированы с неблагоприятным прогнозом безрецидивной выживаемости больных хондросаркомой и общей выживаемости при саркоме Юинга, ИФР-II - с менее благоприятным прогнозом при остеосаркоме, ИФРСБ-1 - с менее благоприятным прогнозом общей и безрецидивной выживаемости больных саркомой Юинга, а ИФРСБ-3 - с неблагоприятным прогнозом безрецидивной и общей выживаемости больных остеосарко-мой и саркомой Юинга.

И.А. Горошинская, О.И. Кит, Е.В. Шалашная, Т.В Аушева, Л.Н. Ващенко, Л.А. Немашкалова. Диагностическая информативность ряда клинико-биохимических показателей в крови больных саркомой мягких тканей. ФГБУ «Ростовский научно-исследовательский онкологический институт» Минздрава России, г. Ростов-на-Дону

Частое рецидивирование и гематогенное метастазирова-ние - характерная особенность сарком мягких тканей (СМТ), в связи с чем их относят к числу особо тяжелых патологий. Правильная тактика ведения больного зависит от своевременного выявления начала прогрессирования процесса. Биохимические изменения гомеостаза при этом могут иметь важное диагностическое значение. В этой связи целью работы была оценка информативности некоторых биохимиче-

ских показателей крови больных СМТ на различных этапах заболевания в ходе динамического наблюдения.

В исследование включено 26 больных СМТ без отдаленных метастазов (условно локализованная форма) и 16 больных с генерализованной формой СМТ, средний возраст - 54,4±2,5 года. Всем пациентам каждые три месяца определяли в крови содержание С-реактивного белка (С-РБ), гапто-глобина, а1-антитрипсина, миоглобина, активность лактат-дегидрогеназы (ЛДГ), щелочной фосфатазы на анализаторе COBAS INTEGRA 400 (Roche). Результаты сравнивали с данными обследования 20 человек без онкопатологии и выраженных соматических заболеваний (контрольная группа).

До лечения у больных СМТ с условно-локализованным процессом в сыворотке крови было статистически значимо (р<0,01-0,001) увеличено содержание С-РБ (мультифункцио-нального острофазного белка, способного связывать широкий спектр токсических лигандов) в 13,9 раз, а1-антитрипсина (ингибитора эндогенных протеиназ), гаптоглобина (глико-протеина, специфически связывающего гемоглобин) и мио-глобина (маркера повреждения мышечной ткани) на 60-97% по сравнению с контрольной группой, повышена активность ЛДГ и щелочной фосфатазы - на 61 (р<0,001) и 21% (р=0,05) соответственно. При достижении ремиссии после проведения больным с условно-локализованными СМТ комплексного или комбинированного лечения отмечена нормализация содержания а1-антитрипсина и гаптоглобина, уровень С-РБ снизился в 7,8 раз до 2,99±0,67 мг/л (что укладывается в пределы субклинических значений), хотя и превышал среднее значение в контрольной группе на 77%, как и содержание миоглобина -на 38%. Активность ЛДГ была повышена на 33%, но наблюдалась нормализация активности щелочной фосфатазы. За 3-6 мес до выявления отдаленных метастазов отмечался рост содержания С-РБ в 4,8 раза, а1-антитрипсина и гаптоглобина в среднем на 57%, повышение активности ЛДГ на 28% по сравнению со значениями в ремиссии (р<0,05-0,01). На момент выявления отдаленных метастазов отмечено возрастание активности ферментов и уровня миоглобина на 20-76% (р<0,05-0,01), продолжался статистически значимый рост содержания гаптоглобина в 1,5 раза и С-РБ в 2,5 раза по сравнению с предыдущим этапом обследования.

Таким образом, резкое увеличение содержания белков острой фазы, таких как гаптоглобин, а1-антитрипсин, и особенно С-РБ, и активация ферментов энергообмена на этапах диспансерного наблюдения больных с условно-локализованными СМТ являются прогностически неблагоприятными факторами, указывающими на возможность манифестации отдаленных метастазов. При этом наиболее выраженные изменения и четкая динамика были характерны для С-РБ, что позволило прийти к заключению о диагностической значимости определения С-реактивного белка и возможности использования данного показателя в качестве прогностического фактора метастазирования СМТ. Изменения других белков острой фазы, хотя и имели место, но были менее выраженными, и, учитывая большую стоимость наборов реактивов, применяемых для их определения, использование С-реактивного белка для прогноза течения заболевания при саркоме мягких тканей является наиболее целесообразным.

П.С. Качесова, И.А. Горошинская, Е.А. Андрейко, Е.В. Шалашная, Л.А. Немашкалова, Е.И. Сурикова, И.В. Неску-бина, Т.В. Аушева. Изменение параметров окислительного стресса как критерий эффективности неоадъювантной химиотерапии больных саркомами мягких тканей. ФГБУ «Ростовский научно-исследовательский онкологический институт» Министерства здравоохранения РФ, г. Ростов-на-Дону

Целью работы явилось изучение влияния комбинированной неоадьювантной химиотерапии (НХТ) на изменение биохимических маркеров окислительного стресса у больных саркомами мягких тканей (СМТ) в раннем послеоперационном периоде и взаимосвязи этих изменений с эффективностью проведенного лечения.

В эритроцитах крови 42 больных с резектабельными (T2a-bN0M0) саркомами мягких тканей определяли активность супероксиддисмутазы (СОД), глутатионпероксидазы (ГПО) и каталазы (КТ), а также концентрацию малонового диаль-дегида (МДА) общепринятыми спектрофотометрическими методами. Больные первой группы («=21) получали только оперативное лечение. Пациентам второй группы («=21) была проведена комбинированная НХТ по разработанной нами методике, включавшая введение химиопрепаратов на компонентах аутокрови: доксорубицин (40 мг/м2) инкубировали с аутоэритромассой и вводили системно, циклофосфан (600мг/ м2) и метотрексат (40 мг/м2) инкубировали с аутоплазмой и вводили перитуморально. Через 14 дней после НХТ производили удаление опухоли. Полученные данные сопоставляли со значениями в группе доноров без онкопатологии («=33).

У всех обследованных больных СМТ до начала лечения (фон) имело место разнонаправленное изменение активности ферментов, утилизирующих перекись водорода - снижение активности каталазы на 18,6% и двукратное увеличение активности ГПО по отношению к нормативным значениям (р<0,01). Активность СОД уменьшалась в среднем на 13% (р<0,05). Нарушение сбалансированной работы изученных ферментов выражалось в снижении соотношения КАТ/ГПО в 2,5 раза и увеличении соотношения СОД/каталаза в среднем на 20,0% (р<0,001). Одновременно наблюдалось достоверное увеличение МДА в два раза по отношению к норме, что свидетельствует об интенсификации процессов липопе-роксидации и дисфункции ферментативного звена антиок-сидантной системы в эритроцитах крови больных СМТ. На 7-10-е сутки после оперативного лечения изученные показатели у больных первой группы достоверно не отличалась от фоновых значений. Однако наблюдалось увеличение соотношения СОД/каталаза на 18% (р<0,05) по отношению к значениями до лечения. Таким образом, оперативное лечение больных СМТ сопровождается прогрессированием дисбаланса в работе антиоксидантных ферментов, что может усиливать дезорганизацию мембран эритроцитов в результате накопления пероксида водорода и способствовать развитию тканевой гипоксии.

У больных СМТ, получавших НХТ, в послеоперационный период показатели СОД не отличались от значений до лечения. В то же время, отмечалось повышение активности каталазы по сравнению с фоном на 19,64% (р<0,05) и достоверное снижение активности ГПО до уровня нормативных значений, что сопровождалось восстановлением работы антиоксидантных каскадов - значения каталаза/ГПО и СОД/ каталаза достоверно не отличались от показателей в группе доноров. Также наблюдалось снижение концентрация МДА на 34,2% (р<0,01) по отношению к показателям до лечения, что говорило об эффективной утилизации пероксидов в эритроцитах больных данной группы.

Выявленные на фоне лечения методом комбинированной НХТ изменения отражают стабилизацию оксидативных процессов в эритроцитах и снижение уровня тканевой гипоксии у больных СМТ, что способствует сохранению адаптационных резервов организма и положительно сказывается на эффективности лечения в целом. Так, при последующем пятилетнем наблюдении за больными, местные рецидивы и/или отдаленные метастазы в первой группе возникли у 66% больных, а во второй группе у 28,6% соответственно (р<0,01).

Г.В. Коршунов, Н.Н. Павленко, Д.М. Пучиньян, И.Р. Пона-марев, С.Г. Шахмартова, С.В. Белова, Е.В. Гладкова. Маркеры функции эндотелия при новообразованиях опорно-двигательной системы. ФГБУ «Саратовский НИИ травматологии и ортопедии» Минздрава России, г Саратов

Опухоли костной системы являются одним из труднейших разделов патологии с точки зрения своевременной и правильной диагностики. Учитывая важное значение ангиогенеза в развитии и прогрессировании неопластического процесса, определенную роль в диагностике характера опухоли может играть оценка функциональной активности эндотелия.

Целью исследования было изучение состояния функциональной активности эндотелия при новообразованиях опорно-двигательной системы (НОДС).

Обследовано 160 больных с доброкачественными (гиган-токлеточная опухоль, костная киста, фиброзная дисплазия, хондрома, костно-хрящевой экзостоз) и злокачественными (метастатическое поражение костей, солитарная миелома, остеогенная саркома, хондросаркома) НОДС, а также 20 практически здоровых лиц. В крови больных методом ИФА (наборы «Bender MedSystems», анализатор «Anthos 2020», Австрия) определяли содержание неоптерина (NP, нмол/мл), фактора роста сосудистого эндотелия (VEGF, пг/мл), молекул межклеточных молекул адгезии (sICAM, нг/мл) и адгезии сосудистого эндотелия (sVCAM, нг/мл), фактора некроза опухолей-а (ФНО-а, нг/мл).

Верификация НОДС проведена с использованием клинических, лучевых (рентгенографических, магнитно-резонансных и компьютерно-томографических) способов обследования, гистоморфологических методов исследований.

Статистическая обработка результатов исследования была осуществлена с помощью программы Statistic 6.0.

Результаты показали, что при доброкачественных новообразованиях содержание неоптерина в крови в 2,6 раза, при злокачественных в 5,2 раз выше, чем у практически здоровых лиц (3,8±1,9 нг/мл).

При доброкачественных НОДС уровень ФНО-а повышен в 20 раз, а при злокачественных - в 30 раз (у практически здоровых лиц 1,38±0,75 нг/м).

Несколько иные результаты получены при исследовании содержания sVCAM и sICAM. При доброкачественных и злокачественных новообразованиях показатели sVCAM были ниже, чем у здоровых лиц, приблизительно на 30% (при норме 1018±17,9 нг/мл). Уровень sICAM при доброкачественных новообразованиях был ниже на 13%, при злокачественных -на 21%, чем у практически здоровых лиц (252,2±11,3 нг/мл).

Содержание другого маркера функции эндотелия - VEGF не отличалось при доброкачественных новообразованиях от нормальных величин (25,4 ±1,5 пг/мл) и было на 9% меньше при злокачественных новообразованиях.

Следовательно, проявление эндотелиальной дисфункции при НОДС характеризуется увеличением содержания в крови неоптерина, ФНО-а, снижением уровней sICAM, sICAM. Количественных изменений VEGF практически не наблюдается.

Таким образом, содержание некоторых маркеров эндо-телиальной функции различается у пациентов с доброкачественными и злокачественными НОДС, что может найти применение в дифференциальной диагностике форм неопластического процесса.

А.Н. Понукалин, Н.Б. Захарова. Уровень VEGF А в сыворотке и плазме крови как показатель «включения и выключения» ангиогенеза у больных мышечно-инвазивным раком мочевого пузыря (МИРМП). ГБОУ ВПО «Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского» Минздрава России

Одним из основных свойств опухолевого роста при МИРМП является их способность к инвазии в окружающие ткани и метастазированию в отдаленные органы. Эти особенности, как показали исследования, выполненные И. Фол-кманом (1995-1971 гг.), имеют в своей основе активацию ангиогенеза. Экспрессия опухолевой тканью индуцируемого гипоксией фактора-1 (HIF-1) и полипептидов ангиогенеза приводит к нарушению баланса между проангиогенными и антиангиогенными факторами. Моментом «включения ангиогенеза» становится подъем активности ангиогенных факторов, вызывающим ремоделирование сосудистого русла одновременно с активацией лимфангиогенеза.

Цель исследования - установить диагностическое значение изменения содержания VEGF в сыворотке и плазме крови у больных МИРМП для оценки степени опухолевой инвазии, прогнозирования его рецидива и метастазирования, а также мониторинга эффективности проведенного лечения.

Обследовано 116 человек, в числе которых 96 больных

МИРМП до и до двух лет после оперативного вмешательства и 20 практически здоровых лиц. В этот период времени чаще отмечаются рецидивы заболевания и метастазирование. Все пациенты были разделены на пять групп: 1-я группа - 20 практически здоровых человек от 21 до 24 лет; 2-я группа -59 больных МИРМП со стадией T2a-bN0M0 до операции; 3-я группа - 37 больных МИРМП со стадией T3b-T4 N0-1M0-1 до операции; 4-я группа - 15 пациентов с рецидивом заболевания и выявленными метастазами в стадии T3b- T4 N0-1M0-1, после операции; 5-я группа - 18 пациентов без клинических данных за рецидив и метастазирование со стадией T2a-bN0M0 после операции. У всех обследованных лиц одновременно получали из венозной крови сыворотку и плазму с помощью пробирок для забора крови «Vacuette» с двумя типами химических наполнителей .Для определения концентрации VEGF А в сыворотке и плазме крови использовали наборы реактивов для твердофазного иммуноферментного анализа «VEGF-ИФА-БЕСТ» производства ЗАО «Вектор-Бест».

Установлено, что «включение» опухолевого ангиогене-за имело место до операции у больных МИРМП со стадией T2a-bN0M0 (2-я группа), со стадией T3b-T4 N0-1M0-1 (3-я группа) и после операции с выявленными метастазами и рецидивами заболевания (4-я группа). У больных данных групп выявлено наиболее значимое нарастание содержания VEGF А в сыворотке и тромбоцитах крови. «Выключение» опухолевого ангиогенеза в виде понижения содержания VEGF А в сыворотке и тромбоцитах крови при нарастании его уровня в плазме выявлено у пациентов МИРМП в послеоперационном периоде с отсутствием клинических данных за рецидив и метастазирование (5-я группа) в сыворотке и тромбоцитах крови.

Подъем уровня VEGF А в сыворотке и плазме крови до операции и в послеоперационном периоде у больных МИРМП коррелировал с глубиной инвазии опухоли при выходе ее за пределы органа. Таким образом изменения уровня VEGF А в крови является одной из характеристик «включения» ангиогенеза, сопровождается у больных МИРМП клиническими проявлениями активации опухолевого роста, развития рецидива и процессов метастазирования.

Е.И. Сурикова, И.А. Горошинская, Н.А. Максимова, П.С. Качесова, М.М. Сергеева. Диагностическая значимость уровня гаптоглобина при рецидивах рака яичников.

ФГБУ «Ростовский научно-исследовательский онкологический институт» Минздрава России, г. Ростов-на-Дону

Рак яичников остается ведущей причиной смертности онкогинекологических больных в связи с отсутствием клинической манифестации на ранних стадиях и высоким риском рецидивирования и метастазирования на фоне проводимого лечения. Раннее выявление субклинических локальных рецидивных опухолей позволит своевременно продолжить специальное лечение и улучшить прогноз заболевания. В ряде исследований для ранней диагностики первичного онкологического процесса, в том числе и при раке яичников, использовано определение в крови содержания гаптоглобина и другого белка острой фазы воспаления церу-лоплазмина.

Целью нашей работы являлось сопоставление результатов исследования содержания гаптоглобина и церулоплазми-на в крови больных раком яичников, находившихся на послеоперационном мониторинге, с динамикой ультразвуковой картины рецидива рака яичников в целом и с типом кровотока в рецидивной опухоли.

Обследована 61 больная раком яичников в III-IV стадии (45-75 лет, серозная цистаденкарцинома). Всем больным проведены надвлагалищная ампутация матки с придатками с резекцией большого сальника и 6 курсов адъювантной химиотерапии с достижением полной клинической ремиссии. По результатам УЗ-мониторинга у 50 больных был выявлен локальный рецидив в полости малого таза, а 11 женщин оставались в состоянии ремиссии. Ультразвуковая оценка эффективности лечения рецидива проводилась по совокупности

сонографических признаков локальных опухолевых характеристик, в стандартных режимах настройки ультразвукового сканера «IU 22 PHILIPS», оценивали также интенсивность васкуляризации и скорость кровотока в рецидивных опухолях в контрольном допплеровском объеме (гиперваскулярный, изоваскулярный, гиповаскулярный, аваскулярный кровоток). Среди больных с рецидивом у 10 женщин была аваскуляр-ная рецидивная опухоль, у 20 в сосудах рецидивной опухоли регистрировали гиперинтенсивный кровоток, у остальных интенсивность васкуляризации и скорость кровотока занимали промежуточные значения. Содержание гаптоглобина в плазме крови определяли иммунотурбидиметрическим методом на биохимическом анализаторе COBAS INTEGRA 400 (Roche), оксидазную активность церулоплазмина - колориметрическим методом. Контрольную группу составили 30 практически здоровых женщин без онкогинекологической патологии.

По сравнению со значением в группе здоровых женщин у больных раком яичников, находящихся в состоянии ремиссии, уровень гаптоглобина был выше на 50%, p<0,05 (при этом его значение попадало в референтный интервал - меньше 2 г/л), а у больных с рецидивом увеличение составило 121%, p<0,01 (2,63±0,25 г/л). В группе больных с рецидивом, у которых УЗ-картина отражала положительную динамику противоопухолевого лечения, уровень гаптоглобина 1,76±0,17 г/л соответствовал значениям в группе больных с ремиссией, что было на 48% выше (p<0,05), чем в группе здоровых женщин. При отрицательной динамике лечения содержание гаптоглобина составило 2,93±0,34 г/л, превышая в 2,5 раза уровень у здоровых женщин (p<0,001) и на 65% (р<0,01) у больных с ремиссией. При аваскулярном рецидиве увеличение содержания гаптоглобина составило 57%, а при гиперинтенсивном кровотоке в рецидивной опухоли - 134% относительно здоровых женщин (на 56% и 49% (p<0,01) выше, чем в ремиссии и при аваскулярном рецидиве). Оксидаз-ная активность церулоплазмина в группе больных с рецидивом рака яичников возросла в среднем на 19% по сравнению как с уровнем у здоровых женщин, так и у больных в ремиссии, и не зависела от типа кровотока в рецидивной опухоли. Таким образом, уровень гаптоглобина значимо выше при васкуляризации рецидивной опухоли и может быть использован в качестве дополнительного теста при мониторинге больных раком яичников.

А.В. Маджуга, О.В. Сомонова, А.Л. Елизарова. Диагностическая и прогностическая значимость фактора Виллебранда у больных злокачественными новообразованиями. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», г. Москва

Цель - изучить содержание фактора Виллебранда у больных местнораспространенным и метастатическим раком разной локализации, а также у пациентов после хирургических вмешательств на печени и с гнойно-септическими осложнениями.

Изучали содержание фактора Виллебранда у 140 больных местнораспространенным и и метастатическим раком яичников, молочной железы, толстой кишки, у 120 больных, оперированных на печени, у 67 больных с гнойно-септическими осложнениями. Исследования проводили на автоматическом анализаторе «STA Evolution «и агрегометре «Chrono-log».

Исследования показали, что у онкологических больных с местнораспространенным раком содержание фактора Виллебранда было умеренно повышено по сравнению со здоровыми людьми (180% при норме 110%). У больных метастатическим раком наблюдалось резкое повышение фактора Виллебранда (400%), сочетающееся у 70% больных с высоким содержанием Д-димера (>20 мкг/м), снижением концентрации фибриногена (175 мг/дл) и развитием венозных тромбозов у 13% больных. Наиболее высокий уровень фактора Виллебранда (415%) наблюдался у пациентов, после гемигепатэктомии и больных с гнойно-септическими осложнениями (420%). Изменения в системе гемостаза у

этих больных протекали в виде подостро-хронической формы синдрома ДВС, с повышенным содержанием Д-димера, снижением уровня антитромбина III, тромбоцитопенией и сопровождались развитием печеночно-почечной недостаточности. У больных с неблагоприятным прогнозом высокий уровень фактора Виллебранда сохранялся на протяжении всего периода лечения как лекарственного, так и после хирургических вмешательств, часто сочетаясь с повышенным содержанием Д-димера.

Высокий уровень фактора Виллебранда у больных метастатическим раком, а также у пациентов после хирургических вмешательств на печени и гнойно-септическими осложнениями, свидетельствует о глубокой дисфункции эндотелия, и является неблагоприятным прогностическим фактором, как прогрессирования злокачественного процесса, так и развития различных форм синдрома ДВС.

М.А. Столяр, Т.Н. Субботина, И.А. Ольховский. Рети-кулоцитоз периферической крови отражает уровень аллельной нагрузки у пациентов с JAKl-позитивными хроническими миелоидными опухолями. Красноярский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России, г Красноярск; ФГАОУ ВПО Сибирский федеральный университет, г. Красноярск; ФГБУН Красноярский научный центр СО РАН, г. Красноярск

Известно, что при хронических миелопролиферативных опухолях (ХМО) патоморфологические изменения касаются в основном миелоидного ростка гемопоэза и характеризуются избыточной миелопролиферацией с сохранением способности клеток к дифференцировке. Одним из ключевых диагностически значимых критериев для ХМО является выявление мутации V617F в гене янускиназы-2 (JAK2). При этом остается спорной связь количественных показателей аллель-ной нагрузки мутации JAK2 и соотношения различных форменных элементов периферической крови.

Целью настоящего исследования явилось определение прогностических возможностей анализа периферической крови пациентов с ХМО и корреляции с аллельной нагрузкой мутации в гене V617F JAK2.

В исследование включены данные развернутого анализа крови у 181 пациента с мутацией V617F в гене JAK2. Исследование клеток периферической крови проводилось на гематологическом анализаторе SYSMEX-Xt 2000i. Аллельную нагрузку JAK2 определяли методом пиросеквенирования на приборе PyroMark Q24. Кластерный анализ проводился с использованием программы Statistica 10.0 методом К-средних. Различия между группами оценивались с помощью критерия Манна—Уитни при уровне статистической значимости р=0,05, результаты представлены в виде медианы и квартилей (C25—C75).

Среди проб крови пациентов с наличием мутации в гене JAK2 достоверно выделяются три кластера, соответственно, кластер «А» — с низким уровнем аллельной нагрузки (21% (13—34), кластер «Б» — со средним уровнем аллельной нагрузки (42% (29,6—66)), и кластер «В» — с высоким уровнем (75% (41—85)). При этом у пациентов с высоким уровнем аллельной нагрузки также наблюдалось и значительное увеличение количества ретикулоцитов (в 3,6 раза по сравнению с кластером «А» и в 2 раза по сравнению с кластером «Б»), а также более высокие показатели количества нейтрофилов и незрелых гранулоцитов. В кластере «А» количество ретику-лоцитов соответствовало самым низким значениям относительно двух других кластеров. Вполне очевидно, что степень ретикулоцитоза связана с активностью мутантного аллеля JAK2 и количеством клеток трансформированного клона. Вместе с тем, в нашей выборке уровень зрелых эритроцитов, лейкоцитов и тромбоцитов не играет решающей роли ни в одном из критериев кластерного деления и не имеет явной связи с аллельной нагрузкой. Очевидно, избыточная активность мутированной формы JAK2 ускоряет миелопоэз и оказывает наибольшее влияние на рост числа ретикулоцитов как наиболее ранних клеток эритропоэза в периферической кро-

ви. На количество циркулирующих в периферической крови более зрелых клеток влияние оказывают не только процессы гемопоэза, но также и адаптивные реакции их депонировании и элиминации.

Количество циркулирующих ретикулоцитов отражает интенсивность клональной пролиферации и уровень аллельной нагрузки мутации V617F JAK2 при ХМО.

Т.Н. Субботина12, Р.В. Шайхутдинова', Е.В. Васильев4, И.А. Ольховский2,3. Исследование полиморфизмов гена тромбоцитарного рецептора для фактора Виллебранда при хронических миелоидных опухолях. 1ФГАОУ ВПО «Сибирский федеральный университет», Красноярск, Россия; ^Красноярский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России, Красноярск, Россия; 3ФГБУН «Красноярский научный Центр» СО РАН, Красноярск, Россия; 4КГБУЗ Краевая клиническая больница, Красноярск, Россия

Известно, что онкогенные соматичекие мутации в генах JAK2, MPL, CALR обуславливают развитие тромбозов при хронических миелопролиферативных опухолях (МПО). Вместе с тем, вопрос о возможной роли полиморфизмов гена GP1Ba, кодирующего один из полипептидов трансмембранного гликопротеинового рецепторного комплекса GPIb/IX/V - фактора Виллебранда в патогенезе развития тромбозов при МПО ранее не исследовался.

Целью настоящей работы явилось исследование полиморфизмов гена тромбоцитарного рецептора для фактора Виллебранда при МПО.

В исследование включены данные обследования пациентов с разными фенотипическими вариантами МПО: 58 человек с диагнозом истинная полицитемия (ИП) и 55 пациентов с диагнозом эссенциальная тромбоцитемия (ЭТ). Все пациенты тестировались на наличие соматических мутаций JAK2, MPL и CALR, а также полиморфизма активности ре-цепторной трансдукции сигнала GP1Ba T145M C>T (rs6065) и полиморфизма определяющего плотность рецепторов на поверхности тромбоцитов GP1Ba T-5C (rs2243093). Выбранные группы пациентов не различались по возрасту и половому составу. Выделение ДНК из лейкоцитов цельной крови проводили с использованием реагентов «ДНК-сорб-В». Для выявления мутаций T145M C>T и T-5C в гене GPlBa использовали набор «АмплиСенсПироскрин», «Тромбо-скрин», пи-росеквенирование проводили на приборе «PyroMark Q24».

Показано, что частота встречаемости мутации T-5C гена GP1Ba определяющего плотность рецепторов не отличалась у пациентов с ИП и ЭТ. Вместе с тем, в группе пациентов с диагнозом ЭТ гораздо реже по сравнению с группой ИП (/>=0,04) выявляются пациенты с другой мутацией T145M C>T данного гена, определяющей функциональную активность рецептора. Известно, что наличие этой мутации увеличивает риск развития инфаркта миокарда и инсульта почти в 3 раза, но не оказывает никакого влияния на возникновение венозных тромбозов. Учитывая недавно описанный факт (Camilla Nielsen et al., 2014) десятикратного преобладания популяционной распространенности соматической мутации V617F в гене JAK2 над регистрируемой заболеваемостью МПО и выраженной связью этой мутации с развитием инсультов и инфарктов можно предположить, что сочетание тромбоцитоза, мутации в гене JAK2 и полиморфизма GP1Ba T145M C>T определяет высокий уровень летальности пациентов от сосудистых тромбозов, не доживающих до момента развития полной клинической картины ЭТ. В этой связи может объясняться известный факт того, что в группе пациентов с диагнозом ЭТ чаще развиваются венозные тромбозы, чем артериальные, так как среди пациентов остается меньше людей с полиморфизмом высокого атеротромботического риска. Поскольку при ИП патогенез тромботических осложнений преимущественно связан с высоким уровнем гемато-крита и нарушением реологии крови, а не с количеством и активностью тромбоцитов, явного отличия частоты полиморфизма GP1Ba T145M C>T не наблюдается. Альтернативным

предположением может являться возможное влияние полиморфизма GP1Ba T145M C>T на патогенез формировании отдельных фенотипических вариантов ИП и ЭТ.

Получены данные, позволяющие предположить, что наличие полиморфизма T145M C>T в гене GP1Ba у пациентов с тромбоцитозом и соматическими мутациями в генах JAK2, MPL и CALR может усугублять риски атеротромботических сосудистых катастроф. Такое сочетание должно рассматриваться как повод для назначения более интенсивной анти-тромбоцитарной терапии.

Т.Н. Субботина1,2, Е.А. Дунаева3, К.О. Миронов3, О.П. Дрибноходова3, А.Е. Харсекина', Е.В. Васильев4, И.А. Ольховский2,5, Г.А. Шипулин3. Случай развития гомозигот-ности мутации N542-E543 del в 12-ом экзоне гена JAK2 у пациента с истинной полицитемией. 1ФГАОУ ВПО «Сибирский федеральный университет», Красноярск, Россия; 2Красноярский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России, Красноярск, Россия; 3ФБУН «Центральный НИИ Эпидемиологии» Роспотребнадзора, Москва, Россия; 4КГБУЗ Краевая клиническая больница, Красноярск, Россия; 5ФГБУН «Красноярский научный Центр» СО РАН, Красноярск, Россия

Увеличение аллельной нагрузки и развитие гомозиготно-сти при мутации в 14 экзоне JAK2 V617F хорошо известно у пациентов с истинной полицитемией (ИП) и свидетельствует о прогрессии заболевания (Vannucchi AM et al, Leukemia 2008). Развитие гомозиготности при более специфических для ИП мутаций в 12 экзоне этого гена изучалось более редко. Ввиду многочисленности возможных вариантов мутаций в области 12 экзона данного гена (микроделеции, микро-инсерции и точечные мутации, затрагивающие аминокислотные остатки в положении 532-549 белка Jak2) их выявление пока не является рутинной процедурой в практике клинико-диагностических лабораторий. Вместе с тем, на российском рынке представлен одобренный для клинического использования прибор для проведения пиросеквени-рования «PyroMark Q24». Ранее нами был предложен метод количественного определения аллельной нагрузки мутации JAK2V617F (rs77375493) с помощью данного прибора (Дунаева Е.А. и др., 2014).

Цели и задачи - использование метода пиросеквениро-вания для выявления и количественной оценки аллельной нагрузки мутаций в 12 экзоне гена JAK2 среди пациентов с JAK2 V617F негативной ИП.

Из архива проб пациентов, собранных в период 20122014 гг. были отобраны 10 образцов ДНК пациентов с клиническим диагнозом с ИП но отсутсвием мутации в 14-м экзоне JAK2V617F. Определение нуклеотидной последовательности фрагмента 12 экзона гена JAK2 проводилось с помощью технологии пиросеквенирования по методике, описанной ранее (Миронов К.О. и др., 2011). В работе использовали реагенты «АмплиСенс», пиросеквенирование проводилось на приборе «PyroMark Q24» с использованием набора «PyroMark Gold». Для верификации наличия мутаций проводилось клонирование ДНК, выделенной из клинических образцов, в вектор pGem-T по стандартной методике («Promega», Sambrook J. et al.). Секвенирование клонов проводилось с использованием реагентов и оборудования фирмы «Applied Bisystems».

Выявлено, что один из десяти выбранных для анализа образцов ДНК содержит соматическую мутацию N542-E543del в области 12 экзона гена JAK2. Мутация была обнаружена в образце ДНК, выделенном из лейкоцитов крови, полученной от пациента в июле 2013 года. Уровень аллельной нагрузки составил 19%. Данный пациент - мужчина, 62-х лет; в дебюте заболевания (июль 2013 г.) имел выраженный плеторический синдром, Hb 204 г/л, Hct 61,3%, эритроциты 6,43-1012/л, лейкоциты 8,0-109/л, тромбоциты 250-109/л. Через 18 мес после начала заболевания (январь 2015 г.) проведено повторное тестирование вновь полученного образца ДНК, выделенного из гранулоцитов периферической крови с целью оценки динамики уровня аллельной нагрузки. Показано увеличение

нагрузки до 68%. В течение 18 мес наблюдения рецидивирует клиника плеторического синдрома, сопровождающаяся артериальной гипертензией, имеется умеренная спленомега-лия, тенденция к тромбоцитозу при отсутствии лейкоцитоза и тромботических осложнений. Таким образом, выявление соматической мутации N542-E543 del в 12 экзоне гена JAK2 позволило подтвердить у данного пациента патогенетический механизм клинической картины ИП, обусловленный активностью JAK2.

Проведение пиросеквенирования на «PyroMark Q24» помогает выявлять мутации в 12 экзоне гена JAK2 и демонстрирует возможность эволюции мутации N542-E543 del в гомозиготную форму так же, как и мутации V617F JAK2.

Н.В. Северская, И.В. Чеботарева, А.А. Ильин, Н.В. Николаева, Н.М. Щербакова. Распространенность и клиническое значение антител к тиреоглобулину у больных раком щитовидной железы до операции. Медицинский радиологический научный центр им. А.Ф. Цыба - филиал ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский радиологический центр» Минздрава России, г. Обнинск

Цель - оценить распространенность и клиническую значимость повышения антител к тиреоглобулину (ат-ТГ) у больных раком щитовидной железы до операции.

Исследование концентрации ат-ТГ в сыворотке крови проведено до операции у 181 больного дифференцированным раком щитовидной железы (172 - папиллярным, 9 -фолликулярным) и 233 больных другими заболеваниями щитовидной железы (контрольная группа - 124 аденомы, 109 узловой зоб), оперированных в клинике Центра. Исследование ат-ТГ проводилось методом ИРМА (Beckman Coulter, IMMUNOTECH, Чехия), аналитическая чувствительность 5 МЕ/мл, рекомендуемый производителем верхний предел нормальных значений 30 МЕ/мл.

Повышенный уровень ат-ТГ до операции был выявлен у 31/172 (18%) больных папиллярным раком (ПРЩЖ). Повышение ат-ТГ достоверно чаще встречалось в группе ПРЩЖ по сравнению с контролем (18% и 10,7% соответственно, р=0,04, точный критерий Фишера) и не зависело ни от пола (р>0,5, точный критерий Фишера), ни от возраста (р>0,41, непарный t-test). Наиболее часто повышение ат-ТГ наблюдалось при диффузно-склерозирующем варианте ПРЩЖ (3/4, 75%). Напротив, не выявлено повышения ат-ТГ ни в одном случае фолликулярного (0/9) и оксифильно-клеточного рака (0/4). Повышение ат-ТГ при папиллярном раке чаще ассоциировалось с многофокусным поражением щитовидной железы (51% vs 29%, р=0,02, точный критерий Фишера), экстра-тиреоидным распространением опухоли (45% vs 25%, р=0,047, точный критерий Фишера) и очагами воспаления в окружающей ткани щитовидной железы (р=0,01, точный критерий Фишера). Размер опухоли в группе с высоким уровнем ат-ТГ был достоверно больше, чем в группе с нормальным уровнем ат-ТГ (Ме 21 мм vs 14 мм, р=0,005, Манна-Уитни тест). Регионарные метастазы также чаще встречались у больных с повышенным уровнем ат-ТГ, однако различия статистически не достоверны (58% vs 40%, р=0,1, точный критерий Фишера).

Антитела к ТГ повышены до операции у 18% больных папиллярным раком щитовидной железы и достоверно чаще встречаются при многофокусном и экстратиреоидном росте опухоли, что может служить дополнительным маркером местной распространенности рака щитовидной железы на дооперационном этапе.

А.В. Масляев, В.Д. Ермилова, З.К. Карабекова, М.В. Гриц-кевич, У.Р. Мамедов, О.И. Костылева, Л.К. Овчинникова. Концентрация инсулиноподобных факторов роста (ИФР) в сыворотке крови больных раком молочной железы (РМЖ). ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», Москва

Показано, что патогенез РМЖ связан с нарушениями функционирования системы регулирования эффектов ИФР. В активизации ИФР-сигнального пути принимают участие

несколько механизмов: 1) экспрессия стромальными клетками опухоли ИФР-2; 2) мутации маннозо-6-фосфат/ИФР-2 рецептора, ведущие к снижению деградации ИФР-2; 3) гиперэкспрессия ИФР-1Р клетками злокачественного эпителия молочной железы; 4) комплексные нарушения экспрессии ИФР-связывающих белков, модулирующих сывороточные уровни ИФР. Можно предположить, что в крови больных РМЖ должны обнаруживаться повышенные уровни ИФР, однако данные литературы противоречивы.

Цель настоящего исследования - оценка содержания ИФР-1 и ИФР-2 в сыворотке крови больных РМЖ и практически здоровых женщин, а также анализ взаимосвязи изученных показателей с основными клинико-морфологическими особенностями заболевания.

В исследование включены 79 больных РМЖ и 16 практически здоровых женщин в возрасте от 27 до 76 лет. Среди них 30 больных РМЖ - в репродуктивном периоде, 49 - в менопаузе. У 56 пациенток выявлен инфильтративно-протоковый РМЖ, остальные представлены единичными наблюдениями (6 - инфильтративно-дольковый, 7 - смешанный, 6 - тубу-лярный, 4 - слизистый типы). Концентрации ИФР-I и ИФР-1 в сыворотке крови определяли до лечения с помощью наборов реактивов для прямого иммуноферментного анализа «IGF-I ELISA», «IGF-II ELISA», (Mediagnost GmbH, Германия) в соответствии с инструкциями производителя и выражали в медианах. Измерения проводили на автоматическом универсальном ридере для микропланшет ELX800 (Bio-Tek Instruments Inc., США). Исследование рецепторов Her-2/neu, РЭ и РП в ткани РМЖ проводили стандартными иммуноги-стохимическими методами.

Содержание ИФР-1 в сыворотке крови в контрольной группе (173 нг/мл) было достоверно выше, чем у больных РМЖ (93,8 нг/мл; р<0,0001). Уровень ИФР-2, напротив, был достоверно выше при РМЖ (2,5 нг/мл), чем в контроле (1,5 нг/мл; р<0,0001). Установлено, что высокий сывороточный уровень ИФР-1 является маркером повышенного риска РМЖ у женщин в постменопаузе, однако взаимосвязь сывороточных ИФР-1 и ИФР-2 с менопаузальным статусом в целом, РЭ-статусом и основными клинико-морфологическими характеристиками РМЖ до сих пор остается невыясненной. Нами обнаружены достоверно более высокие уровни ИФР-1 в сыворотке крови больных РМЖ репродуктивного возраста (111 нг/мл), чем в менопаузе (88 нг/мл; р<0,0014), а содержание ИФР-2, напротив, было достоверно выше у пациенток в менопаузе. Не выявлено связи исходного содержания ИФР-1 и ИФР-2 в сыворотке крови с показателями системы TNM (р=0,22). Полученные нами данные о сывороточных уровнях ИФР-1 и ИФР-2 с учетом рецепторного статуса РМЖ подтверждают гипотезу об участии ИФР-сигнального пути в регуляции функционирования рецептор-негативных РМЖ. Нами обнаружены достоверные отличия в группах с различным статусом Her-2/neu: выявлено, что в сыворотке крови пациенток с Her-2/neu-негативными РМЖ содержалось достоверно больше ИФР-1 (116 нг/мл), чем у пациенток с Her-2/neu-позитивными РМЖ (77,1 нг/мл; p<0,05) и в РП-позитивных опухолях, по сравнению с РП-негативными. Достоверные отличия были выявлены нами также между уровнями ИФР-2 в РЭ+ и РЭ- опухолях.

Не выявлено связи исходного содержания сывороточных ИФР-1 и ИФР-2 у больных РМЖ с показателями системы TNM. Многофакторный анализ показал, что достоверная связь исходного содержания ИФР в сыворотке крови обнаружена только с репродуктивным статусом больных РМЖ. Выявлены достоверные отличия в уровнях ИФР-1 и ИФР-2 в зависимости от рецепторного статуса (РЭ, РП, Her-2/neu) опухоли. Обсуждается роль системы ИФР в патогенезе РМЖ.

О.И. Кит, И.А. Горошинская, Е.В. Шалашная, О.С. На-батова, Л.А. Немашкалова, П.С. Качесова. Исследование влияния неоадъювантной химиотерапии с включением иммуномодулятора галавита и антиоксиданта мексидола на состояние окислительного метаболизма в эритроцитах крови больных колоректальным раком. ФГБУ «Ростов-

ский научно-исследовательский онкологический институт» Минздрава РФ, г. Ростов-на-Дону

Среди актуальных проблем современного здравоохранения большую значимость приобретает колоректальный рак (КРР) вследствие высокой заболеваемости населения и значительной смертности больных. Тем не менее, применение современного комплексного лечения позволяет в значительном количестве случаев добиваться радикальности при лечении данной онкопатологии. В РНИОИ предложен новый способ неоадъювантной лимфотропной полихимиотерапии (НПХТ), с включением в схему лечения иммуномодулятора галавита и антиоксиданта мексидола.

Цель работы - изучить влияние НПХТ с включением галавита и мексидола на состояние процессов перекисного окисления липидов и антиоксидантной системы в эритроцитах крови больных колоректальным раком.

Исследования проводили у 23 больных колоректальным раком со II-III стадией процесса, которым первым этапом лечения проводилась НПХТ с включением галавита и мекси-дола. Группу сравнения составили 25 человек без онкопато-логии. В эритроцитах крови больных и доноров определяли содержание малонового диальдегида (МДА), активность су-пероксиддисмутазы (СОД), каталазы, глутатионпероксидазы (ГПО), содержание восстановленного глутатиона (ВГ) общепринятыми методами. Биохимические исследования проводили до начала химиотерапии, после проведения НПХТ (перед операцией) и после хирургического лечения (7-8-е сутки).

В эритроцитах крови больных КРР до начала лечения было выявлено повышенное по сравнению с нормой содержание МДА в 1,5 раза, снижение активности ферментов первой линии антиоксидантной защиты - СОД на 18,5% и каталазы на 14,4% (p<0,05), а также увеличение активности ГПО на 91,3% относительно донорских величин. После проведения НПХТ, дополненной галавитом и мексидолом, в эритроцитах больных КРР обнаружено снижение до нормативных значений содержания МДА, повышение активности перекись-устраняющих ферментов каталазы и глутатиопероксидазы - на 36,6 и 29,1% соответственно, и возрастание содержания восстановленного глутатиона - на 40,6% относительно фоновых величин. Следовательно, проведение комплексного лечения, включавшего НПХТ, дополненную сопроводительной терапией, и хирургическое пособие, сопровождалось частичной или полной нормализацией большинства из исследованных параметров окислительно-восстановительных процессов.

Таким образом, в эритроцитах крови больных КРР выявлена активация процессов перекисного окисления липи-дов на фоне несостоятельности антиоксидантной защиты. Включение галавита и мексидола в схему НПХТ ингибирует интенсивность окислительных процессов в эритроцитах за счет активации компонентов антиоксидантной системы, оказывает корригирующее действие на состояние окислительного метаболизма красных клеток крови в послеоперационном периоде.

Н.К. Парилова., Н.С. Сергеева, Н.В. Маршутина, Н.Г. Тюрина. Прогностическая значимость изменения сывороточных уровней тимидинкиназы-1 в сравнении с ß2-микроглобулином и лактатдегидрогеназой у больных лимфопролиферативными заболеваниями в мониторинге химиотерапии. МНИОИ им. П.А. Герцена - филиал ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России, г. Москва

Сывороточные уровни лактатдегидрогеназы (ЛДГ) и ß2-микроглобулина ф2-МГ) при лимфопролиферативных заболеваниях (ЛПЗ) традиционно используют как прогностические показатели течения этих процессов. Интерпретация изменения уровней данных маркеров в мониторинге химиотерапии (ХТ) затруднена ввиду их сравнительно низкой специфичности. В этом аспекте перспективным для ЛПЗ представляется относительно недавно описанный серологический опухолеассоциированный маркер - тимидинкиназа-1

(ТК-1). Ранее нами было показано, что значения ТК-1 у больных ЛПЗ до лечения коррелируют со стадией и степенью агрессивности опухолевого процесса. Изучение прогностической значимости исходного уровня ТК-1 и его изменения в процессе ХТ у больных ЛПЗ в аспекте прогноза ее эффективности остается актуальным.

Цель исследования - изучить прогностическую значимость исходных уровней ТК-1 (в сопоставлении с Р2-МГ и ЛДГ) у больных ЛПЗ, а также оценить клиническую значимость изменения данных показателей в процессе ХТ как критериев оценки ее эффективности.

Оценку уровней ТК-1, Р2-МГ и ЛДГ осуществили у 95 больных ЛПЗ (61 - неходжскинскими лимфомами и 34 - лимфогранулематозом) до начала лечения и перед каждым последующим курсом ХТ. Результаты сопоставили с достигнутым клиническим эффектом лечения: 20 - полная ремиссия (ПР), 58 - частичная ремиссия (ЧР) и 17 - отсутствие клинически значимого эффекта лечения (ОКЗЭЛ). Измерение ТК-1 проводили на наборах («BIOVICA», Швеция), Р2-МГ на автоматическом анализаторе AU680 («Beckman СоиКег», США), ЛДГ на автоматическом анализаторе ILab-650 (Shimadzu, Япония). Для ТК-1 использовали дискриминационный уровень - 50 ДЕд/л, для Р2-МГ - 800 - 2400 мкг/л, для ЛДГ 225 - 450 Ед/л.

В группе больных ЛПЗ с ПР и ЧР средние исходные уровни ТК-1 и Р2-МГ и ЛДГ оказались достоверно более низкими (336,9 ДЕд/л, 2346,2 мкг/л и 446,0 Ед/л соответственно), чем в группе ОКЗЭЛ (834,6 ДЕд/л, 3528,2 мкг/л и 646,1 Ед/л соответственно), р<0,001. При этом, значения ТК-1 и Р2-МГ, превышающие пороговые уровни 150,0 Дед/л для ТК-1 и 2200,0 мкг/л для Р2-МГ, установлены у 100 и 94,1% пациентов с ОКЗЭЛ (соответственно), и только у 30 и 30% - с ПР, и у 60,3 и 55,2% - с ЧР (соответственно). Большая часть больных, имевших на старте лечения уровни ТК-1 и/или р2-МГ ниже пороговых, достигала ПР (85,0%) или ЧР (63,8%). Возрастание ТК-1 после 1-го курса ХТ более чем в 4 раза относительно исходного уровня было ассоциировано с достижением ПР или ЧР. Для Р2-МГ и ЛДГ не было установлено значимой связи между изменением их концентраций в СК в процессе ХТ и ее эффективностью. Средние значения ТК-1 после 6-7 курсов ХТ при ПР достоверно не отличались от исходных (375,0 vs 485,3 ДЕд/л,р=0,73), а при ЧР и ОКЗЭЛ -возрастали (323,7 vs 1524,7 (р<0,001) и 834,6 vs 1472,6 ДЕд/л (р=0,11) соответственно).

Выявлена корреляция исходных уровней ТК-1, Р2-МГ и ЛДГ с клиническим эффектом ХТ у больных ЛПЗ (при более низких значениях - больше вероятность достижения ПР или ЧР). Уровни ТК-1 <150 ДЕд/л и Р2-МГ < 2200 мкг/л у первичных больных ЛПЗ могут служить факторами прогноза эффективности ХТ (высокой вероятности достижения ПР или ЧР). Возрастание сывороточной активности ТК-1 после 1-го курса ХТ более чем в 4 раза относительно исходного значения прогнозирует ее эффективность. После 6-7 курсов ХТ повышенные уровни ТК-1 чаще ассоциированы с неблагоприятным исходом лечения (ОКЗЭЛ).

Е.А. Загороднева, К.П. Вахания, В.Н. Павловская. Изучение полиморфизма генов GSTP11105V, A114Vу больных раком легкого. ГБОУ ВПО «Волгоградский государственный медицинский университет» Минздрава РФ, г. Волгоград

Рак легких занимает одно из ведущих мест в структуре смертности и заболеваемости среди онкологических заболеваний современного цивилизованного общества. Поиск значимых генетических маркеров предрасположенности к раку легких остается актуальным вопросом диагностики для наиболее эффективного планирования профилактических мероприятий и выявления ранних стадий заболевания. В настоящее время ген глутатион S-трансферазы (GST), продукт которого принимает участие в детоксикации активированных полициклических углеводородов, является объектом пристального внимания как потенциальный маркер предрасположенности к заболеванию рака легких. Важно отметить, что

около 50% европеоидов несут гомозиготные микроделеции в данном гене, которые выражаются в отсутствии функционально активного продукта в клетках таких индивидов.

Цель исследования - изучение полиморфных вариантов генов ферментов системы детоксикации семейства GST у больных раком легких.

Проведено клинико-лабораторное обследование 34 больных раком легкого в возрасте от 54 до 70 лет (средний возраст - 59,0±8,6 лет), получивших лечение в ГУЗ «Волгоградский областной клинический онкологический диспансер № 1». Контрольную группу составили 40 практически здоровых людей (возраст от 50 до 68 лет). Молекулярно-генетическое исследование включало: выделение геномной ДНК из лейкоцитов периферической крови с последующим изучением полиморфизмов GSTP1, полимеразную цепную реакцию фрагментов изучаемых генов, электрофорез в агарозном геле.

Молекулярно-генетическое исследование полиморфного варианта GSTP1 I105V(A/G) показало достоверно большее количество гетерозигот AG (64,7%) у обследуемых больных раком легких в сравнении с группой условно здоровых людей (40%) (p<0,05). При этом установлено, что количество гомозигот GG (11,8%) и AA (23,5%) было меньше, чем в контрольной группе (15 и 45% соответственно). Такая же тенденция наблюдалась при изучении полиморфного варианта GSTP1 A114V (C/T). У обследуемых больных раком легкого гетерозиготный генотип CT встречался чаще (58,8%), чем у практически здоровых людей (42,5%), в то время как гомозиготный генотип СС - реже (41,2% против 55%), а генотип TT в популяции больных не выявлен. Установлено, что в популяции лиц, проживающих в условиях крупного промышленного города, встречаются как делеционные генотипы, так и функционально полноценные гены. Частота делеционных вариантов генов GSTP1 у больных раком легкого превышает таковую у здоровых лиц. Делеционный полиморфизм генотипа GSTP1 A114V (C/T) имеет меньшее значение в развитии рака легких по сравнению с генотипом GSTP1 (I105V(A/G). Таким образом, полученные результаты позволяют не только приблизиться к пониманию молекулярно-генетических основ подверженности к раку легких, но и в дальнейшем открывают перспективы профилактики его развития.

Дубровина С.О. Скрининг патологии шейки матки за рубежом. ФГБУ «РНИИАП» Минздрава России, Ростов-на-Дону, ГБОУ ВПО «РостГМУ» Минздрава России, Ростов-на-Дону

Ежегодно в мире у 529,4 тысяч женщин диагностируется рак шейки матки (РШМ) по данным ВОЗ. При этом в странах, где введены государственные программы скрининга рака шейки матки, отмечена тенденция к снижению заболеваемости и смертности РШМ до 4,4% от числа всех злокачественных новообразований у женщин (Паяниди Ю.Г., Комарова Л.Г., Козаченко В.П. с соавт., 2014). Несмотря на это, скрининговые программы до сих пор являются предметом споров.

Целью исследования явился краткий анализ ныне существующих скрининговых программ патологии шейки матки за рубежом.

До 2012 г. в США женщинам до 21 года скрининг не выполнялся. С 21 до 29 лет рекомендован скрининг только с использованием цитологического метода каждые 3 года. С 30 до 65 лет предпочтителен цитологический скрининг каждые 3 года или каждые 5 лет при совместном применении цитологического метода исследования с ВПЧ тестированием. После 65 лет при отсутствии изменений за предшествующие 10 лет скрининг уже не рекомендован (Saslow et al., 2012; Moyer et al., 2012). Тем не менее, выявление рака шейки матки у 27,4 женщин на 100 000 в возрасте 65-69 лет при высокой частоте предшествующих экстирпаций матки заставил поставить под сомнение правильность выбранного возраста для прекращения скрининга (Mulcahy N., 2014).

В феврале 2015 г в Севилье состоялся очередной конгресс, посвященный скринингу патологии шейки матки и эф-

фективности введенных в ряде стран государственных скри-нинговых программ. По рекомендациям FDA с 2013 г ВПЧ тестирование признано предпочтительным первичным скринингом. Однако проведенный институтом Джона Хопкинса опрос 551 женщины показал, что 60,7% предпочитают по-прежнему цитологический скрининг, 41,4% пациенток обеспокоены ВПЧ тестированием без цитологического исследования. 68,4% приняли 3-летний интервал скрининга. Таким образом, женщины в США не готовы к изменению скринин-говых программ (Silver et al., 2015). По мнению M.A. Stoler из университета Виргинии (2015), предупредить все раки с помощью любых скрининговых программ невозможно, в то же время цитология была и остается отправной точкой всех скрининговых программ. При этом чувствительность жидкостной цитологии по сравнению с рутинной увеличивается с 50 до 75%. В любом случае, мнение участников конгресса было единодушным в отношении последовательности выполнения исследования. Даже если первичным является ВПЧ тестирование на онкогенные вирусы, то в случае изменений следующим этапом должно быть цитологическое исследование, поскольку ВПЧ тест оценивает будущий риск, но не наличие текущего заболевания. Кольпоскопическое исследование для всех ВПЧ положительных не рекомендуется. Тем не менее, данные, опубликованные в США в апреле 2015 г о результатах эффективности первичного ВПЧ тестирования, показали более низкую эффективность этого метода (18,6% негативных результатов) по выявлению РШМ по сравнению с цитологическим исследованием (12,2% негативных результатов). По мнению авторов, это ставит под сомнение правомочность введения ВПЧ теста как первичного метода скрининга (Nelson R., 2015).

Таким образом, несмотря на обоснованный интерес к вопросу скрининга патологии шейки матки, остается еще много нерешенных аспектов. Очевидно, что роль жидкостной цитологии в диагностике РШМ неоспорима.

Е.В. Шалашная, И.А. Горошинская, Г.А. Неродо, Э.Т. Мкртчян, Е.И. Сурикова, А.В. Леонова, И.В. Нескубина. Влияние плазмафереза на процессы эндогенной интоксикации у больных распространенным раком яичников. ФГБУ «РНИОИ» Минздрава России, г. Ростов-на-Дону

Известно, что проявления эндотоксикоза у онкологических больных обусловлены не только тяжестью основного заболевания, но и применяемыми методами лечения, в частности химиотерапевтическим воздействием. Зачастую проведение полного курса противоопухолевого лекарственного лечения ограничено в силу нарастания эндогенной интоксикации. Для решения этой проблемы в РНИОИ предложено включение методики лечебного плазмафереза (ПА) в комплекс сопроводительной терапии перед проведением противоопухолевого лекарственного воздействия у больных раком яичников III-IV стадий.

Цель исследования: оценить влияние лечебного плазма-фереза в комплексе неоадъювантной полихимиотерапии на показатели эндогенной интоксикации у больных распространенным раком яичников на различных этапах обследования.

В исследование включено 62 женщины, больные раком яичников III-IV стадий, асцитной формой. Всем проводилась неоадъювантная полихимиотерапия (ПХТ) по схеме САР. Больным основной группы - 32 человека, перед проведением химиотерапии применяли лечебный плазмаферез. Объем плазмоэкстракции составлял от 600 до 1200 мл. Замещение проводили коллоидными, кристаллоидными растворами и 20% альбумином в режиме 50% предилюции. В плазме крови больных определяли содержание молекул средней массы (МСМз54 и МСМ280) общую концентрацию альбумина (ОКА), эффективную концентрацию альбумина (ЭКА) и его связывающую способность (ССА), рассчитывали коэффициент интоксикации (КИ = МСМ254 / ЭКА • 1000). Исследования проводили до начала лечения, после ПА, через 2 сут после завершения ПХТ и через 1 мес после 1 курса ПХТ (перед вторым курсом противоопухолевого лечения). Полученные дан-

ные сопоставляли со значениями в группе доноров («=33) без онкопатологии, Статистическую обработку полученных результатов проводили с использованием пакета статистических программ Statistica 6.0.

В плазме крови больных РЯ обеих групп до лечения содержание МСМ254 было выше нормы в среднем на 58%, содержание МСМ280 - на 70%. У пациенток основной группы ОКА была ниже значений у лиц без онкопатологии на 15,4%, ЭКА - на 36,3%, ССА - 31,9%, а у больных контрольной группы - на 20,6, 37,3 и 25,3% соответственно. КИ превышал донорские величины в 3,1 раза в основной группе и в 2,8 раза в контрольной группе. После проведения лечебного ПА больным основной группы содержание молекул средней массы снизилось до нормы, ОКА не изменилась, ЭКА уменьшилась на 30,4%, а ССА на 20,7% относительно фоновых величин. Отмечена тенденция к снижению коэффициента интоксикации на 29,8% по сравнению с фоном до лечения. На 2-е сутки после ПХТ у больных основной группы уровень МСМ254 возрос до фоновых величин, выявлена тенденция к увеличению МСМ280 на 30%. Показатели, отражающие функциональную активность альбумина, и коэффициент интоксикации остались на прежнем уровне. У больных контрольной группы после проведения ПХТ содержание МСМ при обеих длинах волн было достоверно выше, чем в основной группе: на 44,2 и 59,1% соответственно, а КИ превышал значения в основной группе в 1,6 раза. Через месяц после ПХТ у больных основной группы, в отличие от пациенток контрольной группы отмечена нормализация уровня МСМ и ОКА, возрастание ЭКА и ССА, двукратное снижение КИ по сравнению с предыдущим этапом обследования.

Таким образом, изученные показатели эндогенной интоксикации указывают на развитие пролонгированного детокси-кационного эффекта плазмафереза при использовании его в комплексе сопроводительной терапии у больных асцитной формой рака яичников III-IV стадий.

О.В. Сомонова, А.В. Маджуга, А.Л. Елизарова, И.И. Матвеева. Нарушения системы гемостаза при хирургическом лечении метастатических опухолей печени. ФГБНУ «Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина», г. Москва

Цель и задачи - изучение системы гемостаза при хирургическом лечении больных вторичными опухолями печени с целью своевременной диагностики и коррекции послеоперационных осложнений.

Изучено влияние хирургического вмешательства на систему гемостаза у 100 больных вторичными опухолями печени. Из них у 83% больных выявлены метастазы колоректального рака. Обширные резекции печени (право- и левосторонняя гемигепатэктомия простая и расширенная) были выполнены у 84% больных. Оценка показателей гемостаза проводилась по 10 параметрам на автоматическом анализаторе «STA Evolution» и агрегометре «Chrono-log».

Хирургические вмешательства на печени вызывают развитие подострых и хронических форм синдрома ДВС. Под-острый синдром ДВС наиболее часто возникал после правосторонней гемигепатэктомии и характеризовался значительным повышением уровня Д-димера (до 9 мкг/мл на 2-3 сут после операции и 12 мкг/мл на 8-9 сут) и фактора Виллебранда (415% на 3-4 сут), что свидетельствовало о выраженной активации внутрисосудистого свертывания крови. Уже с первых суток послеоперационного периода отмечалось резкое снижение активности факторов протромбинового комплекса (до 45% ) и концентрации фибриногена (130 мг/дл на 7-8 сутки). Обращало на себя внимание резкое снижение уровня естественных антикоагулянтов (антитромбина III до 48%, протеина С до 50%), плазминогена до 52%. Снижение естественных антикоагулянтов ниже 50% при высоком уровне Д-димера (>20 мкл/мл) и низкой агрегации тромбоцитов наблюдалось у больных с тяжелой печеночной недостаточностью. У 9 больных развились тромбозы вен нижних конечностей уже с первых суток после операции. Применение

низкомолекулярных гепаринов в сочетании с концентратом антитромбина III и свежезамороженной плазмой у больных с подострой формой синдрома ДВС, восстанавливало факторы свертывания крови. По данным ультразвукового доппле-ровского сканирования венозные тромбозы не определялись, либо наблюдалась реканализация просвета сосуда, что позволяет улучшить результаты хирургического лечения онкологических пациентов.

Значительное повышение уровня Д-димера, фактора Вил-лебранда на фоне резкого снижения факторов протромбино-вого комплекса, естественных антикоагулянтов и плазмино-гена у онкологических больных, оперированных на печени, являются прогностическими факторами развития тяжелой печеночной недостаточности, а также тромбоэмболических осложнений в послеоперационном периоде.

Д.С. Ивашин13, M.A. Столяр12. Количественная оценка АДФ-индуцированной дезагрегации у пациентов с мие-лопролиферативными опухолями. Красноярский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России, г Красноярск; 2ФГАОУ ВПО Сибирский федеральный университет, г Красноярск; 3ФГБУН Красноярский научный центр СО РАН, г. Красноярск

Развитие хронических миелопролиферативных опухолей (ХМО) характеризуется изменением количества, морфологии и функции тромбоцитов [J. Cell. Mol. Med. 2001; 5(1): 79-87]. В отличие от других параметров агрегационной кривой, до сих пор не было описано подходов к количественной оценке феномена АДФ-зависимой дезагрегации, которая довольно часто наблюдается у пациентов с ХМО, а также при использовании ацетилсалициловой кислоты (АСК).

Цель - оценить влияние АСК на величину дезагрегаци-онной волны АДФ-индуцированной импедансометрической агрегатограммы у пациентов с ХМО.

Анализ агрегации тромбоцитов для контрольной группы здоровых доноров, JAK2(-) и JAK2(+) пациентов с ХМО проводился на агрегометре Хронолог-700 («Chrono-Log», США) методом импеданса в цельной крови, индукция осуществлялась 5 мкМ АДФ. Для каждого пациента оценивалась исходная амплитуда агрегации и амплитуда на фоне инкубации с 0,1 мМ раствором АСК. Количественную оценку дезагрега-ционной волны проводили с использованием оригинального программного продукта [Ивашин Д.С. и др. Клиническая лабораторная диагностика, 2014; 59(9): 65-6.]. Результаты измерения представляли в значениях медианы и квартилей (С25-С75), значимость отличий оценивали с помощью непараметрического критерия Манна-Уитни.

Было выявлено, что степень дезагрегации (Ом/сек) максимальна для пациентов с мутацией JAK2 как до инкубации (1,06 (0-5,69)), так и после инкубации с АСК (2,83 (0,764,41)), при этом дезагрегация в данной группе была выявлена у 49% пациентов, что в 5 раз больше, чем в группе контроля (Х2=5,6; p<0,05). Частота дезагрегации у пациентов без мутации JAK2 составила 52%, что также больше, чем в контрольной группе (х2=5,0; p<0,05). Степень дезагрегации была значительно выше у JAK2(+) пациентов до инкубации с АСК по сравнению с группой контроля, а после инкубации она была также выше и у JAK2(-) пациентов. Важно отметить, что на фоне АСК пациенты с мутацией JAK2 имели более выраженную степень дезагрегации (2,83 (0,76 - 4,41)), чем JAK2(-) пациенты (0,49 (0,2 - 0,76)). Очевидно, что существует механизм JAO-опосредованной агрегации/дезагрегации, связанный с активностью циклооксигеназы-1.

Количественная оценка величины АДФ-индуцированной дезагрегации может рассматриваться как дополнительный информативный параметр определения степени чувствительности к АСК у пациентов с ХМО.

В.А. Елыкомов1,2, А.Н. Мамаев', А.Н. Копылов1,2. Нарушения гемостаза у больных гемофилией после оперативных вмешательств. 1КГБУЗ Алтайская краевая клиническая больница; 2ГБОУ ВПО Алтайский государственный медицинский университет Минздрава Российский Федерации, Барнаул

Послеоперационные тромбоэмболические осложнения являются наиболее опасными для жизни больного, поэтому проблема повышения эффективности их профилактики остается актуальной до настоящего времени. Любое оперативное вмешательство усугубляет гиперкоагуляционную реакцию в системе гемостаза, в том числе и у больных с врожденными нарушениями свертываемости крови, таких как гемофилия, болезнь Виллебранда. В настоящее время значительно увеличилось количество оперативных вмешательств у больных с врожденными нарушениями свертываемости крови. Операции эндопротезирования крупных суставов являются часто выполняемыми операциями у пациентов, страдающих гемофилией и хронической гемофилической артропатией. Исследования крупных зарубежных медицинских центров показывают, что субклинический тромбоз глубоких вен встречается при гемофилии у 10% пациентов, перенесших серьезные ортопедические операции.

Целью данного исследования является выявление склонности к тромбообразованию у больных гемофилией в Алтайском крае.

В исследовании приняли участие 48 пациентов, из них больных гемофилией А - 29 мужчин, 17 мужчин больных гемофилией В, 1 женщина больная гемофилией В, 1 женщина больная гемофилией С. Все больные состояли на диспансерном учете в поликлинике КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая больница». Большинство больных страдали гемофилией тяжелой степени тяжести (73%), также встречались больные с легкой (11%) и средней (16%) степенью тяжести. Средний возраст больных составил 34,7 ± 6,7 года. 14 больных гемофилией подверглись оперативному вмешательству в КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая больница» (в т.ч в 8 случаях выполнялось эндопротезирование суставов). Всем больным проведено развернутое исследование системы гемостаза на базе лаборатории гемостаза КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая больница». Исследования проводились на гематологическом анализаторе «МЕК 7222» (производитель Nihon Kohden, Япония), оптическом автоматическом коагу-лометре «СА-1500» (производитель «Sysmex Corporation», Япония), оптический агрегометр «490-4D» (производитель «Chronolog Corporation», США).

У всех больных гемофилией, подвергшихся оперативному вмешательству (10 больных), отмечается резко выраженная тромбинемия, проявляющаяся повышением уровней РФМК (в среднем до 17,3) и фибриногена (в среднем до 4,9), нарастанием концентрации D-димеров (в среднем до 873,8), отражающих, в сумме высокую интенсивность процессов тромбинобразования. Антикоагулянтное звено у больных после оперативного лечения оказалось нарушенным по системе протеина С (р<0,001). Вместе с тем снижение активности антитромбина III было обнаружено нами у двоих больных (в целом по группе р>0,05). Средние значения остальных показателей системы гемостаза остались в пределах нормы, хотя у 7 (50%) больных отмечалось повышение уровня фактора Виллебранда.

Полученные данные у больных гемофилией, не подвергавшихся оперативному вмешательству, показывают угнетение Х11а зависимого фибринолиза (среднее значение 14 с), активируемого контактными факторами свертывания внутреннего пути. Средние значения остальных показателей оказались в пределах нормы, хотя у части больных отмечались нарушения: повышение уровня факторов Виллебранда у 17 (48%) больных, нарушения активности антитромбина III у 4(12%) и протеина С у 3(8%) больных.

Выводы: 1. У больных гемофилией до оперативного лечения обнаружено снижение ХПа зависимого фибринолиза, активируемого контактными факторами свертывания внутреннего пути.

2. У больных гемофилией, перенесших оперативное вмешательство, появляется склонность к тромбообразованию за счет повышения уровня фибриногена, растворимых фибрин-мономерных комплексов, D-димера и снижения активности протеина С.

У.В. Харламова, О.Е. Ильичева. Лабораторные критерии оценки системы гемостаза в прогнозе декомпенсации хронической сердечной недостаточности у больных на гемодиализе. ГБОУ ВПО ЮУГМУ Минздрава России, г. Челябинск

В последние годы в клинической кардиологии большое внимание уделяется диагностике маркеров риска развития и прогрессирования сердечно-сосудистых заболеваний, в том числе у больных хронической болезнью почек, поскольку кардиоваскулярные осложнения являются ведущей причиной заболеваемости и летальности диализных пациентов. Учитывая тесную связь почечных нарушений и сердечнососудистого континуума, где эндотелиальной дисфункции отдана одна из ключевых позиций, проблема взаимодействия кардиоренальных нарушений и отклонений в системе гемостаза у больных на гемодиализе с декомпенсацией хронической сердечной недостаточности является актуальной.

Цель - определить диагностическую значимость показателей системы гемостаза в прогнозе декомпенсации хронической сердечной недостаточности (ХСН) у больных на программном гемодиализе.

Обследовано 215 больных на хрониодиализе. Период наблюдения - 36 (24; 48) месяцев. Тип-исследования - случай-контроль на базе когортного (case-cohort study). К случаям относили пациентов, у которых в ходе наблюдения развилась декомпенсация ХСН (увеличение отеков, одышки, снижение толерантности к нагрузке на фоне адекватного и полноценного лечения на догоспитальном этапе). Анализ влияния факторов с разделением на «случай» и «контроль» проводился для каждого исхода раздельно. Если указанные исходы отсутствовали, пациент относился к контрольной группе. Расширенное гемостазиологическое исследование, проведенное по общепринятым методикам. Изучали спонтанную и индуцированную агрегацию тромбоцитов; определяли АЧТВ, ПВ, ТВ, АВР, уровень фибриногена; количественную активность антиромбина III; активность фактора Виллебранда; время ХПа-зависимого лизиса сгустка и спонтанный эуглобулино-вый лизис, уровень РФМК. С целью оценки независимого вклада переменных в вероятность развития осложнений и исходов применены методы ROC-анализа, метод пошаговой логистической регрессии. Для всех видов анализа статистически значимыми считались значения p<0,05.

За период наблюдения у 100 (46,5%) пациентов выявлены признаки декомпенсации ХСН. С развитием декомпенсации ХСН оказались независимо связаны показатели фибриногена, антитромбина III, фактора Виллебранда. Максимальная диагностическая значимость показателя фибриногена для прогноза декомпенсации ХСН достигалась при 60% чувствительности и 93,9% специфичности (AUC=0,775, 95%ДИ [0,652; 0,870], р=0,0001), что соответствовало пороговому значению показателя фибриногена 6,13 г/л. Максимальная диагностическая значимость показателя антитромбина III -достигалась при 77,4% чувствительности и 48,5% специфичности (AUC=0,607, 95%ДИ [0,477; 0,727], р=0,05), что соответствовало пороговому значению показателя антитромбина III 99%. Максимальная диагностическая значимость показателя фактора Виллебранда - достигалась при 62,5% чувствительности и 70% специфичности (AUC=0,662, 95%ДИ [0,520; 0,785], р=0,03), что соответствовало пороговому значению показателя фактора Виллебранда 126%.

Выводы: 1. Наиболее важными из изучаемых факторов, ассоциированных с декомпенсацией ХСН, оказались: уровень антитромбина III, фибриногена; активность фактора Виллебранда 2. Рекомендовано определение показателей фибриногена, антитромбина III, фактора Виллебранда диализным пациентам в качестве предикторов декомпенсации хронической сердечной недостаточности.

Е.А. Номоконова, В.А. Елыкомов, А.А. Ефремушкина, А.П. Момот. Динамика параметров тромбинемии при хирургическом лечении ишемической болезни сердца. ГБОУ ВПО «Алтайский государственный медицинский универси-

тет» Минздрава РФ, г. Барнаул, Россия

Цель - оценить динамику системы гемостаза после коронарного шунтирования (КШ) у пациентов с хронической ишемической болезнью сердца (ХИБС).

Проспективно в основную (I) группу был включен 61 пациент с ХИБС, подвергшийся КШ в 2014-2015 гг в КГБУЗ Краевая клиническая больница Алтайского края. Группу сравнения (II) составили пациенты (n=27), которым была исключена ХИБС. Изначально, параметры системы гемостаза были оценены в обеих групп на амбулаторном этапе. Динамика этих лабораторных тестов была оценена у I группы в 2 этапа: первый - на 13,3±4,2 день после КШ в стационаре и второй - на 97,4±9,2 день после операции при диспансерном наблюдении. Антикоагулянтная и дезагрегантная терапия I группы до и во время госпитализации осуществлялась согласно имеющимся рекомендациям РКО и соответствующим стандартам. Для исследования тромбинемии использовались: оценка фибриногенового пула и его производных, активность антитромбина III (АТ III), протеина C (Pr С) и системы фибринолиза (плазминоген, ХПа-зависимый фи-бринолиз - ХПа-ЗФ). Статистическая обработка материала проводилась с помощью программ Statistica 6.0 и Microsoft Excel. Средние значения количественных признаков приведены в виде X ± т.

При оценке параметров системы гемостаза на амбулаторном этапе обнаружено в I группе (оперированных) в сравнении со II группой умеренное повышение фибриногена -4±0,2 г/л (p=0,006), РФМК - 8,9±0,6 мг/100мл (р<0,001) и уровня D-димеров - 224,6±15,7 нг/мл (р<0,001). При этом активность антикоагулянтного звена - АТ III и Pr С, не была изменена, оставалась высокой. Параметры внутреннего пути фибринолиза и плазминогена в сравниваемых группах на амбулаторном этапе достоверно не различались. После проведения КШ у больных с ХИБС в среднем через 13 дней после операции достоверно возросло содержание фибриногена - 6,8±0,2 г/л и его производных: РФМК - 19,5±0,5 мг/100мл и особенно D-димера - 1978,9±106,9 нг/мл (р<0,001). У троих больных после оперативного лечения диагностированы тромботические осложнения: острый инфаркт миокарда и мозговой инсульт. На фоне тромбинемии активность АТ III и Pr С у пациентов оставались высокими. Вместе с тем внутренний механизм фибринолиза (ХПа-ЗФ) оказался существенно нарушенным 53,9±0,9 мин (р<0,001), при сохраненном уровне плазминогена. Большинство представленных выше измененных параметров вернулись к исходным величинам на 97-й день после КШ, за исключением D-димеров (305,8±19,5,р<0,001) и РФМК (10,7±0,6, р=0,04).

У обследованных нами пациентов с ХИБС до оперативного лечения уже имелись нарушения в системе гемостаза, в виде умеренного повышения уровня фибриногена и его производных. После операции КШ у большинства пациентов обнаружено существенное нарастание тромбинемии и угнетение внутреннего механизма фибринолиза, сдерживаемое нормально функционирующей антикоагулянтной системой. Через 3 мес после КШ у пациентов оставались умеренно повышенными уровни РФМК и D-димера.

В.В. Потылицина3, С.М. Лобанова3, К.Л. Коткин4, М.А. Столяр1,2,5. К вопросу выбора антикоагулянта при исследовании агрегационной активности тромбоцитов. 1Крас-ноярский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России, г Красноярск; 2ФГАОУ ВПО Сибирский федеральный университет, г Красноярск; 3КГБУЗ «Красноярский краевой Центр охраны материнства и детства», г. Красноярск; 4Представительство компании Сарштедт Акци-енгезелльшафт & Ко, г. Москва; 5ФГБУН Красноярский научный центр СО РАН, г. Красноярск

Получение проб венозной крови для исследования гемостаза традиционно осуществляется в пробирки с цитратом натрия, хотя известно, что цитрат связывает ионы кальция, необходимые для активации тромбоцитов, а также способен индуцировать секрецию гранул и формирование тромбоци-

тарных микровезикул. Кроме того, важным фактором, нередко ограничивающим использование анализа агрегации тромбоцитов в практике клинико-диагностической лаборатории, является время хранения образца, которое составляет не более 3 часов, однако может варьировать в зависимости от используемого индуктора агрегации.

Цель настоящего исследования заключалась в сравнении выраженности и стабильности показателей агрегатограммы в пробах венозной крови, полученной при взятии в разовые системы с различными антикоагулянтами.

В исследование включены данные анализа агрегации тромбоцитов у 10 здоровых доноров (женщины). Венозную кровь отбирали параллельно в стандартные разовые системы взятия крови вакутейнеры с цитратом натрия 3,2% (BD Vacutainer), S-Monovette для анализатора PFA (Сарштедт), S-Monovette с r-гирудином (Сарштедт). Исследования проводились на агрегометре Хронолог-700 («Chrono-Log», СШЛ) методом импеданса в цельной крови через 2 ч и через 5 ч после взятия крови, индукция осуществлялась 5 мкМ AДФ и 2 мкг/мл коллагена. Статистический анализ данных между связанными выборками осуществлялся с использованием критерия Вилкоксона, данные представлены в виде медианы и квартилей (C25- C75).

При анализе полученных данных с использованием AДФ в качестве индуктора установлено, что спустя 2 ч с момента получения крови амплитуда агрегации тромбоцитов (Ом) статистически достоверно увеличивалась в ряду: PFA (3,5 (0,0-8,0)) - цитрат (11,5 (9,0-12,0)) - гирудин (17,0 (14,018,0)), а спустя 5 ч с момента взятия статистически значимо (p<0,05) уменьшалась для всех антикоагулянтов, но в разной степени: для PFA и цитрата почти на 100%, для гирудина на 53% по сравнению с начальным уровнем. Для коллаген-индуцированной агрегации установлено, что амплитуда агрегации (Ом) спустя 2 ч не отличалась для PFA и цитрата, но была статистически значимо ниже для этих антикоагулянтов по сравнению с гирудином (26,0 (24,0-33,0)). Спустя 5 ч с момента взятия амплитуда агрегации для всех антикоагулянтов при индукции коллагеном значимо не изменилась. Очевидно, AДФ-индуцированная агрегация сильнее зависит от концентрации внеклеточного кальция, чем агрегация при индукции коллагеном, что в очередной раз подтверждает высокую гетерогенность тромбоцитарных сигнальных путей и, как следствие, биологическую важность наличия различных механизмов регуляции агрегации.

Показатели агрегации тромбоцитов в пробах, полученных при использовании в качестве антикоагулянта гирудина были более выраженными и стабильными, поэтому для проведения количественной импедансной агрегометрии мы рекомендуем использование первичных пробирок с гирудином. При этом для AДФ-индуцированной агрегометрии важно выполнить анализ в течение 3 ч после взятия крови, а для индукции коллагеном этот интервал допустимо увеличивать до 5-6 ч.

М.А. Столяр, И.А. Ольховский. Феномен гепарин-индуцированного гиперагрегационного эффекта ацетилсалициловой кислоты. Красноярский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России; ФГЛОУ ВПО Сибирский федеральный университет, г. Красноярск; ФГБУН Красноярский научный центр Сибирского отделения Российской академии наук, г. Красноярск

Общеизвестен факт понижающего агрегационную активность тромбоцитов эффекта ацетилсалициловой кислоты (AQK). Вместе с тем, широко применяемое назначение AQK для профилактических атеротромбозов может сопровождаться осложнениями как в виде кровотечений, так и развитием резистентности к препарату, что делает актуальным исследование индивидуальной чувствительности к AQK в in vitro тесте. Получение цельной крови для исследования гемостаза традиционно осуществляется в вакутейнеры с цитратом натрия 3,2%, однако известно, что цитрат связывает ионы кальция, необходимые для активации тромбоцитов, а также

способен индуцировать секрецию гранул и формирование тромбоцитарных микровезикул. Альтернативой может стать использование гепарина, который сохраняет физиологичную концентрацию кальция. В доступной литературе отсутствуют сведения о влиянии гепарина на результат определения эффективности аспирина in vitro.

Цель: сравнительное исследование влияния цитрата натрия и гепарина на эффект АСК in vitro у пациентов с тром-боцитозами, обусловленными хроническими миелоидными неоплазмами (ХМН).

В исследование включены данные анализа агрегации тромбоцитов у 46 пациентов с подозрением на ХМН (22 женщины и 24 мужчины). Исследования проводились на агре-гометре Хронолог-700 («Chrono-Log», США) методом импеданса в цельной крови, индукция осуществлялась 5 мкМ АДФ, венозную кровь у пациентов отбирали в стандартные системы взятия крови с цитратом натрия 3,2% и с гепарином. Всем пациентам проводилась проба инкубации цельной крови в присутствии 0,1 мМ АСК. Результаты представлены в виде значений эффекта АСК в процентах от исходного уровня агрегации, приведены величины медианы и квартилей

SÍ75. ^

Кластерный анализ полученных данных показал, что по выраженности эффекта АСК, в исследуемой выборке четко выделяются три однородные группы пациентов, а именно: группа «А» - ингибирование агрегации с цитратом 60% (2575%), но активация агрегации с гепарином более чем в два раза по сравнению с исходным уровнем 47,4% (35,7-58,3%), группа «Б» - ингибирование агрегации и с цитратом 33,3% (15-46,7%), и с гепарином, группа «В» - активация агрегации и с цитратом 23,1% (17,7-38,8%), и с гепарином 13,5% (1,1-38,2%). Данные группы не отличались по соотношению мужчин и женщин или наличию соматических мутаций, определяющих фенотип ХМН. Таким образом, использование гепарина в качестве антикоагулянта может сопровождаться парадоксальным увеличением агрегации на фоне инкубации с АСК у некоторых пациентов с ХМН. Подобный гиперкоа-гуляционный феномен был нами показан ранее при исследовании эффекта АСК в тесте тромбодинамики [Гематология и трансфузиология, 2014; 59(1): 122]. Возможные механизмы парадоксального эффекта АСК на параметры тромбоцитар-ного и плазменного гемостаза, а также его роль в развитии аспиринорезистентности требует дальнейшего изучения. На основании полученных данных можно предполагать, что одновременное назначение гепарина и аспирина у отдельных пациентов может сопровождаться активацией тромбоцитов и развитием тромбозов in vivo.

Ю.А. Косякова, О.А. Гусякова, И.Л. Давыдкин. Прогностическое значение гемостазиологических показателей у пациентов с врожденными коагулопатиями. ГБОУ ВПО Самарский государственный медицинский университет Минздрава России, г. Самара

У больных гемофилией гемостатический потенциал недостаточный из-за сниженной активности VIII или IX факторов свертывания крови.Клинические наблюдения свидетельствуют, что частота и тяжесть геморрагий может быть различной у больных с одинаковой степенью тяжести гемофилии. Изучение факторов, влияющих на тяжесть геморрагического синдрома при гемофилии, позволит уже при постановке диагноза учитывать эти факторы у каждого конкретного больного и формировать группы повышенного риска тяжелых гемор-рагий.

Цель исследования - оценка гемостатического потенциала у больных гемофилией при разной АВО-групповой принадлежности крови для определения генетически-детерминированных факторов риска геморрагий.

Проанализированы гемостазиограммы 300 больных гемофилией, госпитализированных по поводу геморрагий различной локализации. Распределение по группам крови было следующим: 0(I) - 113 больных, А(П) - 95, В(Ш) - 79, АВ^У) - 13 пациентов. Обследовано 185 здоровых мужчин, из них

0(I) группа крови была у 52, А(П) - у 50, В(Ш) - у48, АВ(^) - у 35 пациентов. Возраст больных 18-40 лет (28 ± 4,6 лет), возраст здоровых мужчин 18-28 лет (25 ± 2,4 года). Исследование показателей системы гемостаза выполнено на автоматическом коагулометре STA-Compact («Roche»).

Проведенные исследования позволили охарактеризовать состояние системы гемостаза при разных группах крови и выделить особенности, обусловленные врожденной патологией коагуляции и компенсаторной активацией других звеньев гемостаза. При 0(I) группе кровии у больных гемофилией, и у здоровых мужчин отмечена тенденция к гипокогуляции, о чем свидетельствовали максимальные значения АПТВ, высокие значения тромбинового времени, низкий протромби-новый индекс. У здоровых мужчин определено наибольшее содержание фибриногена, тогда как у больных гемофилией уровень фибриногена был наименьшим среди других групп крови.

При A(II) группе крови у здоровых мужчин выявлена склонность к гиперкоагуляции: низкие значения АПТВ, тромбинового времени, невысокое содержание антитромбина III, увеличенный протромбиновый индекс, это уравновешивалось низкой активностью тромбоцитарного звена, низким уровнем фибриногена. У больных гемофилией при кровотечении количество тромбоцитов небольшого объема увеличилось незначительно, активность «внутреннего» пути коагуляции была низкой, гемостатический потенциал был недостаточным для своевременной остановки кровотечения. Именно у больных гемофилией с A (II) группой крови наиболее часто развивалась постгеморрагическая анемия, трудно поддающаяся стандартной гемостатической терапии.

При В(Ш) группе крови у здоровых мужчин, и у больных гемофилией была снижена агрегационная способность тромбоцитов, определены максимальные значения показателя тромбинового времени, но это компенсировалось достаточной активностью «внутреннего» пути коагуляции, значения АПТВ были наименьшими. При АВ^'У) группе крови у здоровых мужчин и больных гемофилией система гемостаза отличалась сбалансированностью систем про- и антикоагуляции при геморрагиях. Хотя уровень антитромбина III был повышен, количество тромбоцитов с хорошей функциональной активностью было максимальным, тромбиновое время минимальным.

Таким образом, у больных гемофилией индивидуальная реакция системы гемостаза при геморрагиях зависит не только от уровня дефицитного фактора свертывания крови, но и связана с АВ0-групповой принадлежностью крови, что необходимо учитывать при составлении персонализированных программ профилактики и лечения.

В.В. Самойленко. Результаты внедрения стандартов диагностики патологии гемостаза в специализированной лаборатории гемостаза при многопрофильной больнице. ГБУЗ МО МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского, г. Москва

Развитие лабораторной диагностики патологии системы гемостаза в последние годы связано с широким внедрением высокотехнологичного оборудования и большей доступностью специализированных тест систем. Это значительно расширило возможности практического здравоохранения по внедрению стандартов обследования больных с патологией гемостаза. При этом увеличились затраты на данный вид исследования.

Цель исследования - проанализировать результаты внедрения стандартов диагностики патологии системы гемостаза и определить приоритеты в алгоритме диагностики.

Показатели системы гемостаза определялись на тромбо-агрегометре «Биола» (Россия) и автоматическом анализаторе гемостаза АСЬ TOP 700, «IL» (США), с использованием собственной реагентной базы «IL».

Проанализированы результаты диагностических исследований у 789 пациентов. Из них 146

пришлось на реанимационных пациентов с ДВС-синдромом и ВТЭ.

Оснащение лаборатории средствами автоматизации и современными тест системами позволило увеличить общее количество исследований в 3, 4 раза (с 56 249 анализов в 2002 г. до 190 107 анализов в 2014 г), увеличить количество специализированных анализов в 74 раза (с 207 до 15 311 анализов в год).

У 46 (13%)пациентов с тромбозами обнаружен ВA, у 6 (1,7%) дефицит антитромбина, по одному случаю (0,3%) был обнаружен дефицит XII фактора и св. протеина S, у 19 (5,4%) пациентов с тромбозом имелся комплекс лабораторных признаков, характерных для патологии печени. В 282 (79%) случаях тромбоза по данным коагулограммы причин патологии выявить не удалось. Однако у 51(18%) из них определялись лабораторные признаки гиперкоагуляционного состояния. При этом у 14 (5%) пациентов зафиксированы лабораторные признаки неэффективной терапии AnA, у 9 (3%) - неэффективной терапии дезагрегантами, у 4 (1,4%) сохранялись признаки гиперкоагуляции на фоне приема селективного ингибитора Па-фактора.

Среди причин геморрагического синдрома выявлено: по одному случаю (0,6%) гемофилии С и гипопроконвертине-мии, по 2 случая (1,3%) гемофилии A и гипофибриногенемии, 8 случаев (5,2%) болезни Виллебранда и 10 случаев (6,5%) вторичной коагулопатии, связанной с патологией печени, 13 случаев (8,4%) тромбоцитопатии лекарственного генеза, 10 случаев (6,5%) передозировки AKT, 24 случая (15,6%) дез-агрегационной тромбоцитопатии. У 83 (54%) пациентов с геморрагическим синдромом причин патологии лабораторными методами выявить не удалось.

Выводы: 1. Реализация современных задач диагностики патологии гемостаза не представляется возможным без использования специализированных тест систем и средств автоматизации.

2. Информативность диагностических исследований при тромбозе ниже, чем при геморрагическом синдроме.

3. Учитывая, что затраты на диагностику причин тромбоза весьма значительны, а процент «выявляемости» не велик, в условиях многопрофильной больницы имеет смысл отдать приоритет «хорошей» тест системе на Д-димеры и внедрению алгоритма определения лабораторных критериев AФС (BA и аФA к кардиолипину и Р2ГП1).

В.В. Самойленко, А.Ф. Лопатин, Ж.С. Филипповская. Ге-паринорезистентность - опыт диагностики и контроля коррекции современными средствами лабораторной диагностики. ГБУЗ МО МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского, г. Москва

Одним из наиболее частых и тяжелых госпитальных осложнений является венозный тромбоэмболизм (ВТЭ). Среди причин неэффективной антикоагулянтной терапии (AKT) в первую очередь обычно рассматривают нарушения протоколов и рекомендаций по профилактике и лечению ВТЭО, и в меньшей степени проблему низкой эффективности действия самих гепаринов.

Цель исследования - скорректировать схемы антикоагу-лянтной терапии ВТЭ с помощью лабораторного контроля при проявлении гепаринорезистентности.

Основой исследования стал ретроспективный анализ результатов AKT у 125 больных с ВТЭ. В итоге установлено, что у 39 (31,2%) умерших пациентов, получавших терапию НФГ по стандартной схеме (5 тыс. ЕД-4 раза п/к), не обнаружен гипокоагуляционный эффект по AЧТВ.

Эффективность терапии НФГ оценивали по показателям AЧТВ и Д-димера; терапия НМГ - по антиХа-активности и уровню Д-димера. Aнализ проводился на автоматическом анализаторе гемостаза AQL TOP 700, «IL» (СШA), с использованием собственной реагентной базы «IL».

При лечении двух (1,6%) пациентов с T3TA, применялась схема в/в введения НФГ в дозе 36 тыс. ЕД/сут. При этом значения AЧТВ не менялись. Уровень Д-димеров в данных слу-

чаях превышал нормальный в 40 раз, активность антитромбина была в пределах 70%. Замена НФГ на препарат другого производителя в той же дозировке вызвала увеличение АЧТВ более чем в 2,5 раза (80 сек). Эффективность предпринятых мер подтверждена падением уровня Д-димеров.

5 пациентов (4%) получали при лечении ТЭЛА терапию НМГ. Уровень антиХа-активности гепарина в этой группе был ниже рекомендуемого терапевтического диапазона и составил 0,05±0,015 МЕ. Активность антитромбина составила 59±4,2%, что ниже референсного диапазона: 80-120%. Уровень Д-димеров был 8,46±3,5 при предельном уровне 0, 24 мкг/мл. Причиной гепаринорезистентности явился дефицит антитромбина. Коррекция терапии введением СЗП и препарата Антитромбина привела к росту антиХа-активности до 0,68±0,12 МЕ, повышению активности антитромбина до 84±5,3%, снижению уровня Д-димеров в 10 раз до 0,8±0,18 мкг/мл. Стойкая клиническая ремиссия была достигнута у всех пациентов этой группы.

Выводы. 1. Гепаринорезистентность к НФГ встречается у 30% пациентов с неблагоприятным исходом профилактики и лечения ТЭЛА.

2. Низкая эффективность терапии НФГ может быть связана с особенностями самого коммерческого препарата.

3. Отсутствие контроля активности антитромбина при ге-паринотерапии, и как следствие невозможность лекарственной коррекции дефицита, часто лежат в основе ее неэффективности.

4. Считаем оправданным введение в стандарты контроля гепаринотерапии тестов определения активности антитромбина, антиХа и уровня Д-димеров.

В.А. Юдина1, О.С. Напалкова1,2, М. А. Карпенко1, Е.Ю. Васильева1, Г.А. Березовская1,2, А.Н. Яковлев1, Т.В. Вавилова1. Эндогенный тромбиновый потенциал после чрескожных коронарных вмешательств. Северо-Западный федеральный медицинский исследовательский центр Минздрава РФ, Санкт-Петербург; 2Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова Минздрава РФ, Санкт-Петербург

Воспалительный процесс в сосудистом эндотелии, тром-бинемия и гиперкоагуляционное состояние системы гемостаза могут приводить к осложнениям после чрескожных вмешательств на коронарных артериях - тромбозам и ресте-нозам внутри стента. По разным источникам, они возникают, от 10 до 40% случаев и развиваются, как правило, в течение первого года после постановки стента (Urban P. et .al., 2006; Roy P. et al., 2007).

Целью данного исследования являлась оценка эндогенного тромбинового потенциала (ETP) теста генерации тромбина и маркеров воспаления в динамическом наблюдении (6 мес) пациентов, подвергшихся стентированию коронарных артерий.

В исследование включены 88 человек: 65 больных (15 женщин, 50 мужчин) среднего возраста (59±8) лет, с диагнозом ИБС, стабильная стенокардия II-III ФК и 23 практически здоровых донора, сопоставимых по полу и возрасту. Пациентам проводилось чрескожное коронарное вмешательство со стентировани-ем коронарных артерий в СЗФМИЦ. Тест генерации тромбина (ТГТ) проводили в бедной тромбоцитами плазме реагентами производства Thrombinoscope bv (Нидерланды) (Hemker, Giesen et al., 2003) до вмешательства, на 2-3 сутки и через 6 мес после него. Одновременно исследовали С-реактивный белок на анализаторе Abbott Architect 8000, реактивами Abbott (Германия). Клиническое наблюдение пациентов осуществлялось в течение двух лет после выписки. По результатам наблюдения больные были разделены на две подгруппы: I подгруппа не имела осложнений (n=51). Во II подгруппе были рецидивы стеноза коронарных артерий в зоне локализации стента (n=7) или в другой части коронарного русла (n=7).

У всех больных, подвергшихся стентированию коронарных артерий, несмотря на стандартную антитромботическую терапию, отмечалось значительное возрастание ETP в течение

раннего послеоперационного периода (2-3 сут) по сравнению с исходными данными - 1745±386 и 1829±382 нмоль/мин соответственно (p<0,05). Одновременно наблюдалось значительное (более чем в 2 раза) возрастание уровня С-реактивного белка (р<0,001). Также было выявлено достоверное увеличение ETP до вмешательства и через 6 мес после него у пациентов с возникшими осложнениями по сравнению с I подгруппой (p<0,005).

Генерация тромбина играет существенную роль в процессах реакции сосудистой стенки и системы свертывания на коронарное вмешательство и коррелирует с воспалительным послеоперационным процессом. Последующее сохранение активности формирования тромбина или его угасание связано с клиническими исходами реваскуляризации, что требует дальнейшего детального изучения.

В.Н. Гонтаренко, М.И. Титова, В.С. Демидова. Оценка геморрагических проявлений в интраоперационном периоде в хирургии бедренно-подколенного сегмента в зависимости от вариантов антикоагулянтной терапии. ФГБУ «Институт хирургии им. А.В. Вишневского» Минздрава России, г. Москва

Цель работы - выявить взаимосвязь применения различных вариантов антикоагулянтной терапии во время операции с геморрагическими проявлениями; разработать эффективные методы профилактики геморрагических осложнений в реконструктивной сосудистой хирургии на основании доступных методов лабораторной диагностики.

В отделении хирургии сосудов Института хирургии им. А.В. Вишневского у 68 пациентов с атеросклеротическим поражением артерий бедренно-подколенно-берцового сегмента перед пережатием артерий интраоперационно применялся низкомолекулярный гепарин НМГ (надропарин, энокса-парин и дальтепарин). В большинстве случаев применялся надропарин в/в из расчета 100 анти-Xa/кг В группе контроля (n=50) использовали нефракционированный гепарин (НФГ) 100 ед./кг

Лабораторные тесты АЧТВ и ТВ определяли в динамике на автоматическом коагулометрическом анализаторе ACL 9000 (Inastumentation Laboratory, США).

Возраст пациентов колебался от 41 до 82 лет и составил в среднем 65,34±8,55 года, мужчин было 92 (77,97%), женщин - 26 (22,03%).

В большинстве случаев (69,5%) пациентам с атероскле-ротическим поражением артерий нижних конечностей были выполнены операции бедренно-подколенного шунтирования выше щели коленного сустава.

Средняя величина интраоперационной кровопотери в группе применения НМГ составила 178,33±17,17 мл (80900), в группе применения НФГ 273,02±27,09 мл (100-1000), разница статистически достоверна (р<0,01).

Нейтрализация гепарина протамина сульфатом во время операции была выполнена в 22 (44%) случаях при использовании НФГ и в 1 (1,47%) случае при внутривенном применении надропарина (р<0,0001). Снижение необходимости в нейтрализации НМГ протамина сульфатом можно объяснить незначительным ингибирующим воздействием гепаринов с низкой молекулярной массой на тромбин, что очень важно для предупреждения гипокоагуляционных кровотечений.

Среднее время операции от момента пуска кровотока до ушивания послеоперационной раны в группе интраопераци-онного применения НМГ составило 34,8±2,24 мин, а в группе интраоперационного применения НФГ 41,9±2,59 мин. Разница между группами статистически достоверна (р<0,05). Укорочение времени гемостаза в группе использования НМГ может быть связано с уменьшением времени кровотечения из вколов линии анастомоза при использовании синтетических протезов и общего времени гемостаза мягких тканей. Уменьшение кровоточивости зоны линии анастомоза, по-видимому, связано с незначительным влиянием НМГ на фактор Па, при ингибировании которого происходит развитие ги-покоагуляции, а также с выраженным угнетением внутренне-

го пути и конечного этапа свертывания крови при применении НФГ, что подтверждается интраоперационными изменениями показателей АЧТВ и ТВ, значение которых удлиняется более чем в два раза.

Предложенная схема антикоагулянтной терапии с использованием НМГ позволяет снизить геморрагические проявления в интраоперационном периоде, снизить частоту необходимости нейтрализации гепарина протамина сульфатом. Применение НМГ в интраоперационном периоде может улучшить результаты лечения пациентов с поражением артерий инфраингвинального сегмента.

Д.А. Ананьев, Г.И. Костюченко. Лабораторная диагностика «феномена аспиринорезистентности», формирующегося у кардиохирургических пациентов, оперированных в условиях искусственного кровообращения. КГБУЗ «Краевая клиническая больница», Барнаул

Цель исследования - провести сравнительную оценку чувствительности различных индукторов агрегационной активности тромбоцитов (АДР, АДФ, КОЛЛ, АРАХ) при выявлении «феномена аспиринорезистентности», формирующегося, как известно, в раннем послеоперационном периоде у кардиохирургических пациентов, оперированных в условиях ИК.

Задачи исследования - проследить в раннем и отдаленном послеоперационном периоде, агрегационную активность тромбоцитов крови, используя стандартные индукторы агрегации тромбоцитов (АДР, АДФ, КОЛЛ и АРАХ) в группе кар-диохирургических больных, оперированных в условиях ИК с учетом частоты выявления «феномена аспиринорезистентности».

Обследовано 124 человека, из них 90 пациентов с КБС, которым проводилась КШ в условиях ИК в плановом порядке и 34 практически здоровых человека. За 10 дней до проведения КШ был отменен прием дезагрегантов. На 2-е сутки после КШ пациентам назначалась АСК (125 мг/сутки). Агре-гационную активность тромбоцитов крови оценивали спустя 2, 10 сут и 4 мес после КШ, используя агрегометр «Chrono-log 490» (США) и стандартные индукторы агрегации: АДР (10 мкг/мл), АДФ (10 мкг/мл), КОЛЛ (20 мкг/мл) производства фирмы «Технология - Стандарт», Россия. Результаты агрегационной активности тромбоцитов, индуцированной, соответственно - АДР, АДФ и КОЛЛ сравнивали с аналогичными результатами, полученными при использовании в качестве индуктора арахидоновой кислоты (АРАХ) (10 мкг/ мл) «Helena» (Великобритания), как наиболее чувствительного и патогенетически обоснованного агента на выявление «аспиринорезистентности» [Koshieama H., 2009]. Целевым уровнем снижения агрегационной активности кровяных пластинок считали 50% и более по сравнению с исходными значениями. К «аспиринорезистентным» пациентам относили тех лиц, у которых агрегационная активность тромбоцитов на фоне приема АСК не достигала целевых значений.

У 42% пациентов, у которых накануне оперативного вмешательства лабораторные признаки «феномена аспирино-резистентности» отсутствовали, спустя 2 сут после КШ выявлялся своеобразный «феномен аспиринорезистентности», проявляющийся недостаточным снижением агрегационной активности тромбоцитов на фоне двукратного приема АСК. Через 10 сут после КШ число таких пациентов уменьшилось до 38%, а спустя 4 мес их было, соответственно - 15%. За время наблюдения (4 мес) 3 пациента умерли от тромботиче-ских осложнений, все они находились в группе «аспириноре-зистентностных».

Установлено, что наиболее чувствительным индуктором при выявлении «феномена аспиринорезистентности», из исследованного стандартного набора агрегантов, оказался индуктор - АДР. Процент расхождения АДР-индуцированного «варианта» методики в сравнении с «эталонным» вариантом (АРАХ-индуцированный) оказался минимальным - 2-6%, АДФ и КОЛЛ давали расхождение, соответственно - 12-15 и 11-19%.

Наши исследования показывают, что с целью лабора-

торного выявления «феномена аспиринорезистентности», формирующегося в раннем послеоперационном периоде у кардиохирургических пациентов, оперированных в условиях ИК, может быть использован АДР-индуцированной вариант методики агрегометрии, как наиболее точный и воспроизводимый в сравнении АДФ и КОЛЛ индукторов агрегации кровяных пластинок.

Т.А. Вуймо', М.И. Сидоркина2, И.Г. Никольская2, М.С. Крупская2, Т.С. Будыкина2. Мониторинг антикоагулянтной терапии у беременных при различных стадиях хронической болезни почек. 'Федеральный научно-клинический центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Дмитрия Рогачева Минздрава Российской Федерации; 2ГБУЗ Московский областной научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии

Беременность у пациенток с ХБП чаще, по сравнению с общей популяцией, имеет неблагоприятный исход из-за повышенной частоты серьезных осложнений, в том числе преэклампсии и фетоплацентарной недостаточности. Для профилактики венозных тромбоэмболических осложнений, являющихся одной из важнейших причин неблагоприятных исходов гестации, показано раннее назначение противо-тромботической терапии низкомолекулярными гепаринами. Помимо своего антикоагулянтного эффекта гепарин прямо или опосредованно участвует в адгезии бластоцисты к эндометрию и последующей инвазии, усиливает ангиогенез, что объясняет его роль в профилактике преэклампсии. Использование профилактических доз НМГ у беременных с ХБП требует тщательного мониторинга.

В данной работе были промониторированы 4 группы беременных: контрольная группа (к), и группы беременных на разных стадиях ХБП (1 ст., 2 ст. и 3 ст.).

Использовали стандартные тесты (АЧТВ, ПИ, фибриноген), анти-Ха активность гепарина, тест тромбодинамика (ТД). Для анализа также использованы данные исходов - сроки и метод родоразрешения, вес ребенка при рождении.

Сроки родоразрешения статистически достоверно снижаются в зависимости от стадии ХБП (средние значения: к - 39 нед, 1 ст. - 38 нед, 2 ст. - 37 нед, 3 ст. - 34 нед), также достоверно снижается вес новорожденного (средние значения: к - 3200 г, 1 ст. - 3016 г, 2 ст. - 2950 г, 3 ст. - 2150 г). Стандартные тесты гемостаза - АЧТВ и ПИ - находятся в пределах нормальных диапазонов и не зависят от степени ХБП. Уровень фибриногена повышен, но также не зависит от степени ХБП. Параметр теста ТД - стационарная скорость роста сгустка - регистрирует гиперкоагуляцию, которая статистически достоверно зависит от стадии ХБП (средние значения: к - 33 мкм/мин, 1 ст. -30 мкм/мин, 2 ст. - 40,9 мкм/мин, 3 ст. - 49 мкм/мин). При мониторинге антикоагулянтной терапии с помощью теста анти-Ха активности гепарина выявлена слабая прямая корреляционная зависимость значений параметра от введенной дозы НМГ (г = 0,63). Показана слабая отрицательная корреляция между введенной дозой антикоагулянта и стационарной скоростью теста ТД (г= -0.4).Так же наблюдается слабая отрицательная корреляционная зависимость между стационарной скоростью теста ТД и тестом анти-Ха (г= -0.68).Нужно отметить, что при введении пациенткам профилактических доз НМГ, уровень анти-Ха составляет 0,21±0,12 МЕ/мл, что соответствует границам профилактического диапазона (0,1-0,3 МЕ/мл). Однако среднее значение стационарной скорости теста ТД на фоне проводимой антикоагулянтной терапии остается в зоне гиперкоагуляции, что свидетельствует о недостаточной дозе НМГ у части пациенток.

Следует отметить улучшение перинатальных исходов у беременных с ХБП на фоне проводимой терапии, выражающееся в снижении частоты развития преэклампсии, перинатальной смертности и увеличения весоростовых параметров новорожденных на 10-15% в зависимости от стадии ХБП.

Планируется продолжить исследование для получения адекватной схемы лабораторного мониторинга антикоагу-лянтной терапии у данной категории пациенток.

К.А. Мошкова', Г.В. Сердюк2, Д.А. Момот', М.Г. Николаева', А.П. Момот2. Генотип и фенотип при мутации гена фактора V Лейден у женщин во время беременности.

ТБОУ ВПО «Алтайский государственный медицинский университет» Минздрава России; 2Алтайский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава России

Неуклонный рост венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) - одна из актуальных проблем современной медицины. Развитие генетики привнесло свой вклад в расшифровку этиологии и патогенеза не только тромботических осложнений, но и ассоциированных с ними репродуктивных потерь. В настоящее время определены гены-кандидаты, полиморфизм которых способствует повышенной свертываемости крови, среди которых учитываются мутация фактора

V Лейден (G1691A), протромбина (G20210A) и целый ряд других. В то же время вероятность фенотипической реализации генотипа (пенетрантность) в этих случаях не абсолютна и мало изучена. Между тем носительство мутации фактора

V Лейден по сложившейся клинической практике напрямую ассоциируется со случаями тяжелых ВТЭО и проблемами вынашивания беременности.

Целью настоящей работы явилась оценка частоты фено-типических проявлений при носительстве мутации фактора

V Лейден (G1691A).

Учитывалось наличие лабораторного фенотипа - резистентности фактора V к активированному протеину С (АПС-резистентность) и клиническая реализация данного генотипа в виде тромбоза в системе нижней полой вены и/или синдрома потери плода. АПС-резистентность изучалась при использовании набора реагентов «Фактор V PC-тест» фирмы «Технология-Стандарт» (Барнаул) и с учетом ранее опубликованных нами данных о допустимых (референтных) диапазонах значений нормализованного отношения (НО) в разные сроки физиологически протекающей беременности. В исследование были включены 95 беременных женщин (средний возраст 36,7±1,4 лет) - носители мутации фактора V Лейден. Гетерозиготный (G/A) вариант полиморфизма Arg506Gln гена фактора V был выявлен у 90 женщин (94,7%), гомозиготный (A/A) - у 5 (5,3%).

АПС-резистентность на разных сроках беременности обнаружена у 86 женщин или в 90,5% случаев (НО, в среднем 0,60±0,02), в то же время 9 (9,5%) пациенток не имели АПС-резистентности (НО 0,76±0,03). Наиболее выраженным этот признак наблюдался при гомозиготном варианте (A/A) носительства мутации фактора V Лейден (НО от 0,34 до 0,45).Отметим, что венозный тромбоз в период обследования не был установлен ни в одном случае, однако, в соответствии с медицинской документацией, присутствовал в анамнезе у 5 женщин (5,3%). В то же время наиболее часто реализация изучаемого генотипа проявилась по наличию синдрома потери плода. Последний был установлен, с учетом анамнестических данных, в 62,1% наблюдений.

Фенотипические проявления при мутации фактора V Лейден чаще всего обнаруживались по наличию АПС-резистентности во время беременности (90,5%), сравнительно реже по формированию синдрома плода (62,1%) и сравнительно редко - по наличию ВТЭО в индивидуальном анамнезе (5,3%). Следовательно, носительство мутации фактора V Лейден не обязательно ассоциируется с отмеченными клиническими видами патологии. Можно предположить и то, что лабораторная и клиническая реализация изучаемого генотипа зависит от неучтенных дополнительных факторов тромбогенного риска (наличия антифосфолипидных антител, нарушения функции печени и др.).

М. М. Геворгян, Ю. А. Николаев, Т. В. Козарук, Н. П. Воронина, И. В. Обухов, В. Я. Поляков, А. П. Кошелева, Н. Г. Сафонова. Особенности взаимосвязи клинико-биохимических показателей у больных с заболеваниями гепатобилиар-ной системы, сочетанной с артериальной гипертензией. ФГБНУ «НИИЭКМ, Новосибирск

Известно, что полиморбидность заболеваний желудочно-кишечного тракта (ЖКТ), начинаясь с поражения одного органа, в дальнейшем трансформируясь, вызывает развитие ряда заболеваний других органов и систем, в частности артериальную гипертензию (АГ) (Смирнова Л.Е., 2003). Со-четанная патология создает новую клиническую ситуацию, требующую учета ее особенностей при диагностике, лечении и профилактике заболеваний (Boyd C.M. et al., 2005). Анализ полиморбидности важен для выявления обусловливающих ее факторов, а также разработки лечебно-профилактических мероприятий (Николаев Ю.А. и др., 2013). Однако до сих пор остаются не изученными особенности ее формирования и ее взаимосвязи с биохимическими показателями характеризующие обменные процессы.

Цель и задачи - изучить особенности взаимосвязи по-лиморбидности с биохимическими показателями, характеризующие обменные процессы, у больных артериальной гипертензией сочетанной с заболеваниями гепатобилиарной системы.

Проведен анализ данных 12 504 историй болезни пациентов, проходивших обследование и лечение в клиники ФГБНУ «НИИЭКМ» за период с 2008 по 2011 г. Возрастной диапазон больных от 20 до 77 лет. Пациенты были разделены на 3 группы. Первую группу составили пациенты с АГ I и II стадий, степень артериальной гипертензии с 1 по 3; вторую группу - пациенты с заболеваниями ГБС; третью группу - пациенты с сочетанием заболеваний АГ и ГБС. Программа биохимических исследований на автоматическом биохимическом анализаторе «AU 480» Beckman Coulter (США) включала определение концентрации общего холестерина, липопротеидов низкой плотности (ЛПНП), триглицеридов (ТГ), с расчетом коэффициента атерогенно-сти (КА), концентрацию глюкозы, креатинина, белка, мочевины, мочевой кислоты. Статистическую обработку полученных данных выполняли с использованием программы «STATISTICA 6.0» (Statsoft, США). При параметрическом распределении исследуемого признака оценку межгрупповых различий проводили с использованием t критерия Стьюдента. Использовались методы корреляционного анализа (Spearman, Pearson).

Выявлено, что концентрация в сыворотке крови глюкозы во 2-й группе была достоверно ниже по сравнению с пациентами 1-й группы (на 25,6%), и 3-й группы (на 13%). У больных 1-й и 3-й группы были выявлены более высокие концентрации общего холестерина и КА по сравнению с пациентами 2-й группы (на 5,7 и 7,1% соответственно). Концентрация в сыворотке крови ТГ у пациентов первой группы была статистически значимо выше по сравнению со 2-й группой пациентов и у больных с сочетанной патологией (на 25,6 и 2,1% соответственно). Концентрация ЛПНП у больных 3-й группы была статистически значимо выше по сравнению со 2-й на 6,7% и 1-й группой - на 4,6%. Концентрация мочевой кислоты в первой группе статистически значимо выше на 7,7%, а при коморбидном состоянии на 14,9%, чем у больных второй группы. По данным Brian J De Boch, Oliver Kluth et al. (2014) гиперурикемия является фактором риска развития метаболического синдрома и формирования нарушений углеводного и липидного обмена, как следствие, развития диабета и АГ. При анализе показателей, характеризующих белковый обмен, было выявлено статистически значимое увеличение концентрации в сыворотке крови мочевины (на 8%) и креатинина (на 9%) у больных с коморбидной патологией по сравнению с группой пациентов, имеющих только заболевания ГБС.

У пациентов с артериальной гипертензией сочетанной с заболеваниями гепатобилиарной системы более выражены изменения углеводного, белкового и липидного обмена, которые являются факторами риска развития сахарного диабета, атеросклероза и ряда других ассоциированных заболеваний, что требует персонифицированного подхода к лечению и профилактике данной категории больных.

О.Е. Гичкун1,3, А.О. Шевченко1,2, Т.А. Халилулин1,3, А.А. Улы-бышева', Д.А. Великий', О.П. Шевченко1,3. Прогностическое значение sCD40L у реципиентов сердца при различных вариантах иммуносупрессивной терапии. 1ФГБУ «Федеральный научный центр трансплантологии и искусственных органов им. акад. В.И. Шумакова» Минздрава России; 2ГБОУ ВПО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России; 3Кафе-дра трансплантологии и искусственных органов ГБОУ ВПО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова Минздрава России

Разработка новых иммуносупрессивных препаратов и совершенствование схем иммуносупрессии позволили значительно увеличить качество жизни реципиентов сердца. Известно, что применение такролимуса у реципиентов сердца связано с меньшей частотой развития острого отторжения трансплантата, артериальной гипертензии и дислипидемии, в то время как у реципиентов, принимающих циклоспорин, реже развивается сахарный диабет. Растворимый CD40 ли-ганд (sCD40L) - фактор активации тромбоцитов и маркер воспаления, играет важную роль в развитии и прогрессиро-вании сердечно-сосудистых осложнений у реципиентов сердечного трансплантата.

Цель - провести сравнительный анализ уровней sCD40L и С-реактивного белка (СРБ) в плазме крови реципиентов сердца, получающих различные схемы иммуносупрессивной терапии.

Обследовано 42 пациента до и в течение 3 лет после ТС (минимальный срок наблюдения - 6 мес, максимальный -36 мес), 42,5±10,5 лет, 39 мужчин и 3 женщины. Все реципиенты получали трехкомпонентную иммуносупрессивную терапию, включающую кортикостероиды, микофенолата мофетил и циклоспорин (20 реципиентов) или такролимус (22 реципиента). Концентрацию sCD40L («Bender MedSys-tems», Австрия) в плазме крови определяли методом имму-ноферментного анализа, уровни СРБ - методом иммунотур-бидиметрии с усилением латексом («Aptec Diagnostics nv», Бельгия).

До ТС средние уровни sCD40L и СРБ не различались у реципиентов, принимающих различные схемы иммуносупрессивной терапии после ТС и составили 2,0±0,9 нг/мл и 8,7±4,1 мг/л соответственно у реципиентов, получающих циклоспорин и 2,2±0,8 нг/мл и 7,0±3,8 мг/л соответственно у реципиентов, получающих такролимус.

В течение 36 мес наблюдения после ТС у реципиентов, получающих циклоспорин, сердечно-сосудистые осложнения (внезапная смерть, раннее, в течение первых трех лет после ТС, развитие васкулопатии трансплантата, острое отторжение с нарушениями гемодинамики, острое клеточное отторжение степени 2R или >) развились у 13 из 20 (65%) пациентов. У реципиентов, получающих такролимус, нежелательные события после ТС за тот же период наблюдения (36 мес) выявлялись реже: у 7 из 22 (31,8%) реципиентов.

Средние уровни sCD40L и СРБ не изменялись в течение первого года после ТС в сравнении с уровнями до ТС и не отличались у реципиентов, получающих циклоспорин (2,4±1,2 нг/мл и 8,3±3,6 мг/л соответственно) и такролимус (1,9±0,9 нг/мл и 6,0±2,1 мг/л соответственно).

Средние уровни sCD40L и СРБ были достоверно выше у реципиентов с развившимися сердечно-сосудистыми осложнениями (3,0±1,0 нг/мл и 10,2±3,1 мг/л соответственно, n=20), чем у реципиентов без развившихся сердечно-сосудистых осложнений после ТС (1,5±0,6 нг/мл и 4,0±1,2 мг/л соответственно, n=22).

Среди реципиентов без развившихся сердечно-сосудистых осложнений уровень sCD40L был достоверно выше у пациентов, получающих циклоспорин (2,0±0,7 нг/мл, n=7), в сравнении с реципиентами, получающих такролимус (1,0±0,5 нг/мл, n=15, р<0,05). Различия в уровнях у реципиентов с развившимися сердечно-сосудистыми осложнениями носили характер тенденции - 3,7±1,2 нг/мл (n=13) и 2,4±1,0 нг/мл (n=7, /=0,066) у реципиентов, получающих циклоспорин и такролимус соответственно.

Уровень sCD40L, определяемый до ТС, имел прогностическое значение в отношении развития сердечно-сосудистых осложнений после ТС, как у реципиентов, получающих циклоспорин, так и у реципиентов, получающих такроли-мус. У реципиентов, получающих циклоспорин, сердечнососудистые осложнения после ТС развились у 11 из 12 (91,7%) реципиентов с уровнем sCD40L до ТС выше медианы распределения (>1,6 нг/мл), в среднем через 12,5±5 мес и у 2 из 8 (25%) реципиентов с уровнем sCD40L до ТС ниже медианы распределения, через 1 и 40 мес после ТС соответственно.

У реципиентов, получающих такролимус, сердечнососудистые осложнения после ТС выявлялись у 6 из 11 (54,5%) реципиентов с уровень sCD40L до ТС выше медианы распределения, в среднем через 8,0±5 мес и только у 1 из 11 (9,1%) реципиентов с уровнем sCD40L до ТС ниже медианы распределения, через 1 мес после ТС.

Использование различных схем иммуносупрессии по-разному влияет на уровни маркеров воспаления и тромбо-образования: у реципиентов сердца, получающих циклоспорин, уровень sCD40L выше, чем у реципиентов, получающих такролимус. Развитие сердечно-сосудистых осложнений у реципиентов сердца при обеих схемах иммуносупрессивной терапии сопровождается повышением уровней sCD40L в плазме крови, но степень этого повышения более выражена у реципиентов, получающих циклоспорин.

Уровень sCD40L, определяемый на этапе дооперационно-го обследования, обладает прогностическим значением в отношении развития болезни коронарных артерий и сердечнососудистых осложнений после ТС независимо от схемы им-муносупрессивной терапии.

Н.В. Северская, И.В. Чеботарева, А.А. Ильин, Н.В. Николаева, Н.Е. Щербакова. Дискордантные результаты ТТГ и свободного Т4 у больных с аутоиммунными заболеваниями. Медицинский радиологический научный центр им. А.Ф. Цыба - филиал ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский радиологический центр» Минздрава России, г. Обнинск

Использование иммунометрических методов для определения концентрации гормонов в сыворотке крови может приводить к получению ложно заниженного или ложно завышенного результата, что связано, главным образом, с наличием гетерофильных антител в крови. Мы сообщаем о двух пациентках, у которых при обследовании было выявлено значительное повышение уровня свободного тироксина (св.Т4) при нормальном уровне тиреотропного гормона (ТТГ).

В клинику обратились две пациентки 14 и 70 лет, которые в течение года получали лечение по поводу тиреотоксикоза (метимазол 5 - 20 мг/сутки) по месту жительства. Поводом для обращения в клинику послужила невозможность нормализовать уровень св.Т4 при адекватно проводимой терапии. На момент последнего обследования по месту жительства концентрация св.Т4 была 55,5 пмоль/л и 49,6 пмоль/л (норма 11-23,0 пмоль/л) при нормальном уровне ТТГ 1,2 мМЕ/л и 1,5 мМЕ/л (норма 0,17-4,1 мМЕ/л) соответственно. Мы исследовали образцы сыворотки крови этих пациенток двумя методами: РИА (Beckman Coulter, Immunotech, Чехия) и на ИФА - автоматическом анализаторе (TOSOH AIA 1800, Япония). Концентрация ТТГ, определяемая двумя методами была сопоставима (CV < 15%) и находилась в пределах ре-ференсных значений. Концентрация св.Т4, определяемая методом РИА, значительно превышала значения, полученные с помощью AIA. У первой пациентки 49,5 пмоль/л (РИА) и 14,7 пмоль/л (TOSOH), у второй - 38,7 пмоль/л (РИА) и 10,8 пмоль/л (TOSOH). Повторные исследования в последующий период в течение 1,5 - 2,8 лет выявили схожую картину. Концентрация св.Т4, определяемая на анализаторе TOSOH, была в пределах референсных значений (10,6 - 21,0 пмоль/л), а методом РИА сохранялась значительно повышенной (37,6 - 57,8 пмоль/л). Концентрация свободного трийодтиронина была в пределах референсных значений (двумя методами).

Уровень антител к тиреопероксидазе и тиреоглобулину был повышен у первой больной и нормальным - у второй. Первая пациентка страдала аллергией на шерсть кошки и собаки (в анамнезе отек Квинке). Через 2,5 года наблюдения в клинике у нее развилась надпочечниковая недостаточность (аутоиммунный полигландулярный синдром типа 2). У второй пациентки в анамнезе ревматоидный артрит, в квартире живут несколько кошек.

При проведении иммунометрических исследований необходимо помнить о возможной интерференции гетерофильных антител со специфическими антителами, использующимися для анализа, что приводит к искажению результатов. При подозрении на интерференцию рекомендовано исследовать образец после предварительного связывания гетерофильных антител или, что чаще используется в клинике, провести определение аналита с помощью другой тест-системы. В противном случае ошибочный результат может повлечь за собой неправильное лечение.

Л.В. Курашвили, Е.А. Кирякина, А.Н. Лавров. Лабораторная диагностика в донозологическом прогнозировании заболеваний. ГБУЗ Пензенская районная больница, г. Пенза

До начала возникновения и развития заболевания организм человека проходит стадию донозологических состояний, распознавание которых занимает приоритетное место в современной профилактической медицине, поскольку их диагностика является основой первичной профилактики болезней и предупреждения перехода предболезни в болезнь (Царегородцев А.Д., Викторов А.А., Османов И.М., 2011).

Целью настоящей работы являлось донозологическое прогнозирование возрастных и половых особенностей функции щитовидной железы, нарушений метаболических процессов у детей, проживающих в зоне возможного негативного воздействия окружающей среды.

Под наблюдением находились 169 здоровых детей обоего пола в возрасте от 8 до 16 лет, проживающих в трех населенных пунктах (условно) «Центральный», «Южный» и «Северный» Пензенского района. В зависимости от пола детей всех трех населенных пунктов поделили на две подгруппы: девочек (всего 88 детей, средний возраст 11,5 лет) и мальчиков (всего 81 детей, средний возраст 12,5 лет). В зависимости от места проживания и удаленности от места расположения промышленного комплекса все дети были выделены в шесть сравнимых групп по возрасту и полу. Обозначения группы получили соответственно условному названию населенных пунктов: «Центральный» (1-я, 2-я группы), «Южный» (3-я, 4-я группы), «Северный» (5-я, 6-я группы), соответственно 1-я, 3-я и 5-я - группы девочек, 2-я, 4-я и 6-я - группы мальчиков. Наиболее удаленный от промышленного комплекса населенный пункт «Центральный» составил основную группу (1-я и 2-я группы). Дети, проживающие в более близких населенных пунктах к промышленному комплексу «Южный» (3-я и 4-я группы) и «Северный» (5-я и 6-я группы) составили группы сравнения.

Комплексную оценку функции ЩЖ и обменных процессов провели путем изучения гормонального статуса: определение уровня тиреотропного гормона передней доли гипофиза (ТТГ) и тиреоидных гормонов свободного тироксина (сТ4), свободного трийодтиронина (сТз), количество антител к тиреоглобулину (анти-ТГ), антител к ферменту тиреопероксидазе (анти-ТПО). Метаболические процессы оценивали по содержанию общего белка, альбумина, холестерина, триглицеридов, уровню кальция и фосфора.

Гормональные показатели, оценивающие состояние щитовидной железы у детей, являются ведущими критериями состояния здоровья растущего организма. При сравнительной оценке состояния щитовидной железы у детей населенных пунктов Центральный и Южный Пензенского района выявили картину субклинического гипотиреоза с преимущественно нормальным уровнем гормона ТТГ, нормальным уровнем гормонов сТ4 и сниженным содержанием сТ3. В населенном пункте Северный Пензенского района уста-

новили снижение концентрации гормона аденогипофиза и увеличение тиреоидных гормонов сТ4 и сТ3.

У всех обследованных детей Пензенского района обнаружены диагностические титры аутоантител анти-ТГ IgG и анти-ТПО IgG, превышающие титр в контрольной группе. Это свидетельствуют об активации адаптационно-приспособительных механизмов. Отсюда количество ауто-антител анти-ТПО IgG у детей второй группы относительно уровня у детей контрольной группы было повышено у девочек и у мальчиков. В третьей группе более высокие титры анти-ТПО установлены у девочек. Аутоантитела анти-ТГ во второй и третьей группах менялись однонаправленно.

Уровень глюкозы и количество триглицеридов у обследованных детей колебались в пределах нормальных значений. Но при сравнительной оценке результатов основной и контрольных групп у девочек и мальчиков Северный выявили увеличение количества глюкозы (p15=0,000092 и p2-6=0,001609) и триглицеридов (p1-5=0,581165 и p2-6=0,002560). Изменения количества глюкозы внутри групп сравнения были достоверными у девочек (p3 5=0,000545) и недостоверными у мальчиков (p46=0,239211).

Изменения количества кальция в группах сравнения относительно основной группы были разнонаправленными и незначительными: у девочек содержание кальция снижалось на 1,2% (p1-3=0,053488) и повышалось на 1,7% (p1-5=0,012525), у мальчиков снижалось на 4,6% (p2-4=0,052525) и 3% (p2 6=0,0033599). Уровень фосфора в обеих группах сравнения повышался незначительно: у девочек на 6,9% (p13=0,138305) и 3,4% (p1-5=0,048744), у мальчиков на 25,5% (p2-4=0,028855) и 25,2% (p26=0,005967). Отсюда в обеих группах сравнения у мальчиков установлено достоверное снижение количества кальция в сыворотке крови и увеличение фосфора.

Анализируя результаты профилактических осмотров и обследования здоровых детей, пришли к заключению, что субклинические нарушения функции ЩЖ сопровождаются отклонениями в обменных процессах. Лабораторная диагностика в оценке состояния здоровья детей и прогнозировании заболеваний в условиях загрязнения воздуха, воды и почвы в больших городах, промышленных центрах является незаменимой и обязательной составляющей всех государственных программ.

Н.Д. Елшин, А.Б. Чухловин, А.А. Шумилов, Н.А. Кузубова, О.Н. Титова. Оценка экспрессии фармакогенов в лейкоцитах при обострении хронической обструктивной болезни легких и бронхолитической терапии. Кафедра клинической лабораторной диагностики с курсом молекулярной медицины, НИИ пульмонологии ГБОУ ВПО ПСПбГМУ им. И.П. Павлова Минздрава России, Санкт-Петербург

Хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ) является важным социально-значимым заболеванием. Лабораторная оценка тяжести ХОБЛ базируется на определении показателей системного воспалительного процесса (нейтро-фильный лейкоцитоз, белки острой фазы и т.д.). В то же время практически не изучена активация генов, индуцируемых при обострении заболевания. Цель нашей работы состояла в анализе взаимоотношений между стандартными показателями клинического эффекта и уровнями активности генов, определяющих ответ на противовоспалительную и бронхо-литическую фармакотерапию больных ХОБЛ.

Мы обследовали 50 пациентов ХОБЛ III-IV степени с сезонными обострениями заболевания, проходивших комбинированное бронхолитическое лечение - ингаляции фор-мотерола, тиотропиум-бромида и глюкокортикостероидов (будесонида). В качестве группы сравнения обследована группа из 21 человека с длительным статусом курения без выраженных признаков ХОБЛ и соответствующего лечения. Основные функциональные и лабораторные показатели определяли до лечения и по окончании 2-недельного курса терапии. Из лейкоцитов крови пациентов выделяли РНК и проводили количественную оценку экспрессии 6 генов: бета-адренорецепторов (ADRB2), М3-рецепторов ацетилхо-

лина (CHRM3), альфа-рецепторов глюкокортикоидов (GR), циклооксигеназы-2 (COX2), ангиотензин-превращающего фермента (ACE) и матриксной металлопротеиназы-1 (MMP1) по относительному содержанию специфических мРНК посредством ПЦР в режиме реального времени. Полученные значения нормализовали по уровням экспрессии референтного гена GAPDH и сопоставляли с другими клинико-лабораторными параметрами.

В ходе оптимизации методик показано, что нормализованные показатели экспрессии всех исследованных генов в группе сравнения находились в узких пределах, что позволило установить диагностический интервал для данных параметров. При обследовании больных с ХОБЛ II-III стадии, независимо от лечения, отмечались: лейкоцитоз, ускорение СОЭ, повышение уровней С-реактивного белка, а также выраженная экспрессия генов ММР1, АСЕ1, СНКМ3 и ADRB2 в лейкоцитах крови, однако без резкого повышения активности гена альфа-рецептора глюкокортикоидов (GR). Как до лечения, так и после него отмечены высокодостоверные взаимосвязи между экспрессией изученных генов ADRB2, CHRM3 и ММР1 (значения коэффициентов корреляции от 0,78 до 0,91; р<0,0001), что может свидетельствовать об однонаправленной регуляции их функций в условиях системного воспалительного процесса и проводимого лечения. Повышенная экспрессия гена СОХ2 в лейкоцитах коррелировала с более частыми обострениями в анамнезе (r=0,74; n=18; р=0,0002). При анализе эффектов лечения ХОБЛ показана обратная зависимость между повышением экспрессии гена м-холинорецептора (CHRM3) и улучшением функции внешнего дыхания (ОФВ1) после проведенной терапии (r=-0,39; /=0,05). Достоверная обратная корреляция обнаружена также между экспрессией CHRM3, ADRB, СОХ2 и изменениями уровней С-реактивного белка в сыворотке крови в результате лечения (r=-0,60;/=0,01).

Нормализованные показатели активности фармакологически актуальных генов в лейкоцитах больных ХОБЛ могут применяться в качестве молекулярно-генетических маркеров, отражающих индивидуальный клинический ответ пациентов на комбинированную бронхолитическую терапию.

Р.Ю. Абдуллаев', Г.О. Каминская', О.Г. Комиссарова1,2, О.О. Коняева', О.О. Бережная1,2. Биохимические маркеры системного воспаления при туберкулезе легких. 1ФГБНУ «Центральный научно-исследовательский институт туберкулеза», Москва, 2Российский национальный исследовательский медицинский университет (РНИМУ) им. Н.И. Пирого-ва, Москва

Цель исследования - изучить особенности системного воспалительного ответа (СВО) у больных активным туберкулезом легких.

Обследованы 274 больных со всеми формами активного туберкулеза легких - 133 мужчины и 141 женщина в возрасте от 18 до 76 лет. Спектр изученных реактантов острой фазы (РОФ) включал С-реактивный белок (СРБ), сывороточный амилоидный белок A (SAA), а1-антитрипсин (а1-АТ), гап-тоглобин (Нр) и фибриноген (Ф). Содержание СРБ, а1-АТ и Нр определяли иммунотурбидиметрическим методом, SAA

- иммуноферментным и Ф - автоматизированным клоттин-говым методом. Полученные данные были обработаны с помощью пакета программ Excel.

При анализе полученных результатов характерным явлением для больных активным туберкулезом легких оказалось повышение всех РОФ, выраженное в разной степени для различных белков. Наиболее чувствительным маркером СВО оказался SAA , повышенный практически у всех больных (98,7%). Уровень классического маркера СВО - СРБ был повышен у 80,3% пациентов, а1- АТ - у 68,5%, Ф - у 63,2% и Нр

- у 46,1% больных. Результаты количественной оценки изменений со стороны отдельных РОФ показали, что самыми реактивными из них являлись СРБ и SAA, средние показатели которых у обследованных больных превышали верхнюю границу нормы более, чем на порядок (СРБ - 41,7± 2,8 при

норме < 3,0 мг/л, SAA - 141,7 ± 3,8 при норме < 10 мг/л). Рост других РОФ был гораздо более умеренным. Средние значения a1-AT и Нр превышали средний показатель нормы в 1,4 и 2,0 раза соответственно (a1-AT составил 2,2 ± 0,1 при норме 1,55±0,02 г/л, p < 0,01; Нр - 1,6 ±0,1 при норме 0,77±0,05 г/л, p < 0,01). Среднее значение Ф у больных туберкулезом легких также превышало норму в 1,4 раза (4,4±0,1 при норме 3,15±0,1 г/л, p < 0,05). Степень повышения все РОФ была прямо взаимосвязана с выраженностью интоксикации, наличием и размерами деструктивных изменений в легочной ткани, выявлением и массивностью бактериовыделения. В процессе эффективного лечения обнаруженные сдвиги уменьшались количественно, но в меньшей степени сохранялись в течение длительного времени, в том числе, к моменту окончания стационарного этапа химиотерапии.

У больных туберкулезом легких имеет место синдром СВО, документируемый ростом острофазных белков. Учитывая спектр физиологических функций исследованных белков, их мобилизацию при активном туберкулезе легких можно рассматривать как защитную реакцию, которая создает предпосылки для реализации фагоцитоза, подавления локальных протеолитических процессов и реакций свобод-норадикального окисления, для отграничения воспаления. Побочным эффектом этой защитной реакции становится создание условий для формирования гиперкоагуляционного статуса в системе гемостаза.

Исследование комплекса РОФ до начала и в процессе лечения у больных туберкулезом легких позволяет оценить исходную глубину воспалительного процесса, а в процессе лечения выявить наличие сохраняющейся активности при благоприятной динамике клинических и рентгенологических данных.

Г.О. Каминская', Р.Ю. Абдуллаев', Б.А. Серебряная', О.Г. Комиссарова12, О.О. Коняева', О.О. Бережная12. Лабораторная диагностика метаболической активности сосудистого эндотелия при туберкулезе легких. 1ФГБНУ «Центральный научно-исследовательский институт туберкулеза», Москва, 2Российский национальный исследовательский медицинский университет (РНИМУ) им. Н.И. Пирогова, Москва

Цель исследования - оценка метаболического статуса сосудистого эндотелия у больных туберкулезом легких.

Обследованы 274 больных со всеми формами активного туберкулеза легких - 133 мужчины и 141 женщина в возрасте от 18 до 76 лет. Оценку метаболического статуса сосудистого эндотелия проводили по показателям концентраций в сыворотке/плазме крови эндотелина 1 (Э-1), оксида азота (NO) и антигена фактора Виллебранда (ФВ). Содержание Э-1 и ФВ в сыворотке крови определяли методом иммуноферментного анализа, NO - по суммарному содержанию его стабильных метаболитов (нитритов и нитратов) колориметрическим методом с реактивом Griess. Одновременно оценивали состояние систем гемостаза и фибринолиза по показателям развернутой коагулограммы. В качестве маркеров внутрисосуди-стого свертывания крови (ВСК) использовали концентрацию растворимых комплексов фибрин-мономеров (РКФМ) и уровень D-димеров (DD). Полученные результаты обработали с помощью пакета программ Excel.

При анализе различных отклонений в показателях метаболического статуса сосудистого эндотелия было установлено, что почти у половины больных активным туберкулезом легких (46%) имело место повышение Э-1 и у % пациентов (26,9%) снижение уровня метаболитов NO. ФВ в подавляющем большинстве случаев (88,2%) укладывался в пределы нормы. Средний показатель NO в сыворотке у больных туберкулезом был достоверно снижен (45,9±1,1 при норме 50,5±1,4 мкМ; p<0,01), а Э-1 резко превышал норму (2,18±0,3 при норме 0,5±0,04 фмоль/мл; p<0,01). Такой дисбаланс разнонаправленно действующих медиаторов в литературе рассматривается как состояние дисфункции эндотелия. Уровень ФВ у обследованных больных в среднем укладывался в пределы нормы (92,3±3,4 при норме 100±5,0%).

Результаты исследования системы гемостаза/фибрино-лиза выявили у больных активным туберкулезом гиперкоа-гуляционный сдвиг, обусловленный, в частности, острофазным ростом концентрации Ф при увеличении активности фибринстабилизирующего фактора (105,5±1,9% при норме 89,0±4,5%; p<0,01) и замедлением фибринолиза (267±2,6 при норме 169±12 с;p < 0,01). Как итог всех этих сдвигов выявлялись признаки ВСК, маркерами которого служили повышенные значения РКФМ (180,3±4,7 при норме 36,5±0,12 мг/л; p<0,01) и DD (0,77±0,1 при норме < 0,5 мг/л).

У больных активным туберкулезом легких имеет место дисфункция эндотелия, которая по сути является негативным фактором, создавая предпосылки для повышения сосудистой проницаемости, нарушений микроциркуляции, адгезии тромбоцитов и лейкоцитов к сосудистой стенке, к формированию гиперкоагуляционного статуса с последующим нарастанием ВСК. Предложенный комплекс лабораторных тестов позволяет объективно оценить состояния сосудистого эндотелия и целенаправленно корригировать проявления метаболической декомпенсации в случаях их возникновения.

П.В. Начаров1, И.Э. Джагацпанян2. Результаты клинических, иммунологических лабораторных исследований и анализа газового состава выдыхаемого воздуха у больных хроническим тонзиллитом. 1ФГБУ «Санкт-Петербургский НИИ уха, горла, носа и речи» Минздрава России, г. Санкт-Петербург; 2ФГАОУВО «Санкт-Петербургский национальный исследовательский университет информационных технологий, механики и оптики», г Санкт-Петербург

Показано, что функциональное состояние отдельных клеток системы иммунитета в небных миндалинах при хроническом тонзиллите декомпенсированной формы может быть in vitro активировано до уровня, наблюдаемого при компенсированной форме хронического тонзиллита (Мельников О.Ф., 1981). В связи с этим ведется поиск простых диагностических тестов, которые позволяют определять, насколько небные миндалины сохранили свою функцию, что, в свою очередь, давало бы возможность более адекватно определять стратегию и тактику лечения больных хроническим тонзиллитом.

Анализ выдыхаемого воздуха пациентов с помощью приборов «электронный нос» (E-nose, EN) относится к неинва-зивной диагностике, имеющей такие преимущества как безболезненность, инфекционная безопасность, атравматизм. EN-технологии успешно применяются в медицине для диагностики целого ряда заболеваний внутренних органов, в том числе и дыхательных путей (Wilson A.D., 2015). Вместе с тем, недостаточно изучен состав выдыхаемого воздуха у больных хроническим тонзиллитом.

Цель исследования - сопоставление результатов традиционных клинических и иммунологических лабораторных исследований и показателей выдыхаемого воздуха у больных хроническим тонзиллитом.

Задачи - провести комплексное обследование, включающее клинический анализ крови, общий анализ мочи, иммунологические анализы крови - определение С-реактивного белка (СРБ), ревматоидного фактора (РФ), антистрептолизина-0 (АСЛ-О), а также анализ выдыхаемого воздуха. Сопоставить результаты проведенных исследований в группе больных хроническим тонзиллитом и в группе сравнения.

Обследовано 105 больных хроническим тонзиллитом и 27 пациентов без воспалительных заболеваний верхних дыхательных путей в возрасте от 16 до 52 лет. Анализ образцов выдыхаемого воздуха проводили с помощью аппарата «Мультисенс-5» (E-nose). В его составе сенсоры имели преимущественную избирательность к определенным группам веществ, а именно: сенсор № 1 - к алканам; № 2 - к окислителям, короткоцепочечным карбоновым кислотам; № 3 - спиртам, окислителям; № 4 - аммиаку, спиртам; № 5 - ацетону и кетоновым телам, аммиаку. Измеряемые значения регистрировались в относительных единицах.

Значения показателей периферической крови и мочи у

лиц обеих групп не выходили за пределы их нормативных значений. Острофазовые реакции (СРБ и РФ) и маркер стрептококковой инфекции (АСЛ-0) в контрольной группе были в пределах нормы, а у лиц основной группы были положительными у малой части больных (6,7, 1,1, 26,7% соответственно) и не являлись значимыми для оценки сохранности функции небных миндалин, что соответствует литературным данным (Тырнова Е.В., Мальцева Г.С., 2005).

При исследовании выдыхаемого воздуха выявлено, что у больных с хроническим тонзиллитом средние значения сигналов всех пяти сенсоров существенно превышают таковые, полученные в группе сравнения: № 1 - на 46,2%, № 2 - на 88,4%, № 3 - на 389,4%, № 4 - на 309.6%, № 5 - на 270,6%. Статистическая значимость различий (р<0,05) между группами обследуемых лиц получена по сенсорам №№ 1, 2, 3, 4.

Результаты традиционных клинических и иммунологических лабораторных исследований не позволяют оценивать состояние функции небных миндалин. Использование технологии мультисенсорного анализа позволяет достоверно различать больных хроническим тонзиллитом от здоровых лиц и имеет потенциал для применения в диагностике хронического тонзиллита из-за его быстроты, простоты и неинвазив-ности.

П.В. Начаров1, А.М. Азнаурян2. Морфологические исследования региональных внешних секретов у больных хроническим гнойным холестеатомным средним отитом.

'ФГБУ «Санкт-Петербургский НИИ уха, горла, носа и речи» Минздрава России, г. Санкт-Петербург; ^Медицинский центр ОАО «Адмиралтейские верфи», г Санкт-Петербург

Хронический гнойный средний отит (ХГСО) занимает второе место в структуре заболеваемости после заболеваний верхних дыхательных путей (В.Т. Пальчун, А.И. Крюков, 2001) и в 24-63% случаев сопровождается холестеатомой (И.Б. Солдатов, В.Р. Гофман, 2000). В связи с этим одной из важных проблем отиатрии является своевременная диагностика и ХГСО, осложненного холестеатомой. В.И. Самбуло-вым и соавт. (2003) предложен неинвазивный метод диагностики холестеатомы среднего уха у детей, который заключается в морфологическом исследовании ротовой жидкости. Однако авторы не использовали данный метод диагностики у взрослых, хотя проблема холестеатомы наиболее актуальна у пациентов зрелого возраста.

Цель исследования - изучить диагностические возможности морфологического исследования секреторных биологических жидкостей у взрослых больных с холестеатомой среднего уха.

Задачи - изучить морфологическую картину региональных внешних секретов (слюны, смывов из устья слуховой трубы). Результаты морфологических исследований сопоставить с результатами отоскопиии и рентгенологического метода (КТ) исследования.

Обследовано 85 пациентов в возрасте от 16 до 62 лет (средний возраст 34,8±3,0 лет), из них 46 (54,1%) женщин и 39 (45,9%) мужчин, страдающих различными формами хронического гнойного среднего отита (ХГСО), в том числе осложненного холестеатомой. В контрольную группу вошли 28 здоровых добровольцев. Больным ХГСО проводили стандартное отиатрическое обследование с компьютерной томограммой височной кости, а также морфологическое исследование фаций 3-х порций слюны (В.И. Самбулов и соавт., 1999) и отделяемого полости среднего уха (смывов устья слуховой трубы), приготовленных методами клиновидной и краевой дегидратации.

Отоскопия с использованием микроскопа только у больных с тотальной перфорацией барабанной перепонки позволяет выявить признаки кариозных разрушений костной ткани наружного слухового прохода. Чувствительность компьютерной томограммы височных костей для идентификации холестеатомы составила 71%, специфичность - 55%. Результаты морфологического исследования фаций слюны, приготовленных методом клиновидной дегидратации не со-

держат отличий между группами. В результате исследований фаций слюны, приготовленных методом краевой дегидратации, наибольшие различия в содержании пластинчатого мор-фотипа между группами выявлены при изучении 3 порции: в 7,1% случаев у здоровых, в 80% случаев у больных хроническим гнойным средним отитом с холестеатомой и в 26,7% случаев у больных ХГСО без холестеатомного процесса. В результате морфологического исследования отделяемого барабанной полости (в устье слуховой трубы) методом клиновидной дегидратации не было обнаружено трехлучевых трещин - маркера застойных явлений, но выявлены три типа морфологической картины: с высоким (69,7%), средним (21,2%) и низким (9,1%) содержанием органических веществ, которые отличаются шириной светлой краевой зоны и наличием или отсутствием зернистых и мелкоглыбчатых включений. Получены следующие характеристики морфологического метода исследования отделяемого барабанной полости: при одностороннем процессе чувствительность -90,9%, специфичность - 76,6%; при двухстороннем процессе чувствительность - 62,5%, специфичность - 72,3%.

Морфологическое исследование регионального внешнего секрета устья слуховой трубы является дополнительным методом диагностики холестеатомы среднего уха, расширяющим число неинвазивных диагностических приемов и способствующим повышению эффективности лечения больных с ХГСО.

О.В. Попкова, И.В. Кудаева, Л.Б. Маснавиева, О.А. Дья-кович, В.П. Белик. Генетические аспекты формирования эндотелиальной дисфункции при профессиональной интоксикации ртутью. ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований», г. Ангарск

Наиболее распространенными среди сопутствующих патологий у лиц с хронической ртутной интоксикацией (ХРИ), являются сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ). Показано, что у 54% пациентов в отдаленном периоде ХРИ выявляется артериальная гипертония и ишемическая болезнь сердца. Также установлено, что при хроническом действии ртути у 30-57% работающих отмечаются изменения в концентрации биохимических маркеров эндотелиальной дисфункции (ЭД), таких как эндотелин-1 и оксид азота, что может служить доказательством формирования у них ЭД. При этом остается не изученным вклад генетически детерминированного риска в развитие эндотелиальной дисфункции у пациентов с ХРИ. В связи с этим целью исследования явилось изучение полиморфизма генов эндотелина-1 (EDN1 Lys198Asn), эндотелиальной синтазы оксида азота (NOS3 Т786С) и ангиотензино-гена (AGT Thr174Met и Met235Thr) в совокупности с концентрациями их активных продуктов (эндотелин-1, оксида азота, ангиотензин II) у лиц с ХРИ.

Были обследованы лица с ХРИ: 1 группа - 29 человек, имеющих сопутствующие ССЗ, и 2 группа - 25 человек без ССЗ. Возраст в 1, 2 группах находился в пределах: 53 (48-58) и 52 (48-56) лет соответственно. Материалом для исследования служила венозная кровь. Выделение ДНК проводили при помощи наборов «ДНК-экспресс кровь» («Литех», Россия). Полиморфизм генов определяли методом ПЦР («SFX96», BioRad, США) с использованием наборов реагентов «SNP-экспресс» («Литех», Россия). Суммарное содержание стабильных метаболитов оксида азота определяли спектрофо-тометрическим методом с использованием реактива Грисса. Концентрацию эндотелина-1 и ангиотензина II определяли методом ИФА при помощи соответствующих тест-систем Biomedica Gruppe (Англия) и RayBiotech Inc (США) на ИФА-ридере (BioTek, США). Для статистической обработки результатов использовали пакет прикладных программ Statistica 6.0. Сравнение наблюдаемой и ожидаемой частот осуществляли по критерию %2. Различия считали статистически значимыми при p<0,05. Результаты представлены в виде медианы и интерквартильного диапазона.

Установлено, что частота неблагоприятных генотипов ТТ/СТ гена NOS3 в 1-й группе составила 10%/28%, во 2-й

группе - 20%/52% соответственно. Генотипы AsnAsn/LysAsn гена EDN1 встречались у 7%/21% и 0%/32% мужчин 1-й и 2-й групп соответственно. Частота неблагоприятных генотипов гена AGT распределилась следующим образом - генотип MetMet не встречался, гетерозиготный генотип ThrMet встречался в 14 и 16% случаев в 1-й и 2-й группе соответственно; генотипы ThrThr/MetThr были выявлены у 14%/66% лиц в

I-й группе и у 4%/76% лиц во 2-й группе. Таким образом, нами установлено равномерное распределение частот неблагоприятных генотипов изучаемых полиморфизмов у лиц с ХРИ в независимости от наличия/отсутствия ССЗ (р>0,05). Полученные результаты соответствуют выявляемости данных вариантов генотипов в европейской популяции.

Результаты исследования содержания активных продуктов изучаемых полиморфизмов показали снижение концентрации оксида азота у 78% лиц 1-й группы (26 (20-30) мкмоль/л), и повышенное содержание эндотелина-1 у 68% лиц (1,24 (0,95-1,83) фмоль/мл) и ангиотензина II у 93% лиц (0,437 (0,307-0,905) нг/мл). Данные продукты являются биохимическими маркерами ЭД, что служит доказательством наличия у лиц 1-й группы ЭД. Во 2-й группе данные отклонения в содержании маркеров ЭД наблюдались у 82% (25% (20-29) мкмоль/л), 48% (1,04 (0,93-1,23) фмоль/мл) и 83% (0,275 (0,136-0,480) нг/мл) лиц соответственно, что также свидетельствует о формировании ЭД у данных пациентов. Таким образом, изменения в содержании изучаемых биохимических маркеров ЭД при хронической ртутной интоксикации у лиц с установленным диагнозом ССЗ не являются генетически детерминированным процессом.

О.Е. Ильичева, У.В. Харламова. Предикторная значимость мозгового натрийуретического пептида у больных хронической болезнью почек, получающих терапию программным гемодиализом. ГБОУ ВПО ЮУГМУ Минздрава России, г Челябинск

Поражение сердечно-сосудистой системы у больных, получающих лечение программным гемодиализом, разнообразны, выявляются с высокой частотой и оказывают существенное влияние на прогноз. Данные недавних исследований указывают на важную прогностическую роль мозгового натрийуретического пептида (МНУП) в развитии неблагоприятных сердечно-сосудистых событий. Однако оценка прогностической роли МНУП у лиц, получающих лечение программным гемодиализом неоднозначна.Вместе с тем, выяснение этого вопроса имеет важнейшее значение для прогноза при лечении гемодиализом, выбора оптимальной тактики и дальнейшей оптимизации терапии.

Цель - изучить прогностическую роль МНУП в развитии неблагоприятных сердечно-сосудистых событий у лиц, получающих лечение программным гемодиализом.

В ретроспективный анализ включен 51 пациент (21 женщина и 30 мужчин, средний возраст 45,1±3,2 года), получавший лечение программным гемодиализом в течение 12 мес. Клинические исходы: 1) смерть; 2) развитие инфаркта миокарда; 3) развитие нарушения ритма и проводимости (желудочковая экстрасистолия высоких градаций, частая суправентрикулярная экстрасистолия, пароксизмы фибрилляции предсердий, атриовентрикулярная блокада

II-III степени), выявленные клинически и на ЭКГ покоя; 4) прогрессирование хронической сердечной недостаточности.

Определение уровня МНУП проводилось с использованием тест-системы «Мозговой натрийуретичес-кий пептид (BNP-32) без экстракции» фирмы-производителя Peninsula Laboratories, Inc. (США). Забор крови для определения концентрации МНУП проводился после окончания процедуры гемодиализа.

Средняя концентрация МНУП в когорте составила 652,94 пг/мл 95% ДИ [331,54; 974,34], (межквартильный интервал 100-560 пг/мл). У 10 здоровых лиц уровень МНУП был достоверно ниже и составил 27,4 пг/мл 95% ДИ [9,02; 34,06], (р<0,001).

За время наблюдения неблагоприятные сердечно-

сосудистые события отмечены у 14 (27,45%) участников. У пациентов с неблагоприятным сердечно-сосудистыми событиями, по сравнению с пациентами без таковых, уровень МНУП был достоверно выше - 1254,29 пг/мл 95% ДИ [285,89; 2222, 67] и 425, 41 пг/мл 95% ДИ [166,28; 684,53] соответственно (р < 0,01). При этом увеличение квартиля МНУП сопровождалось ростом частоты конечной точки (р<0,05) (1-й квартиль (20-100 пг/мл) («=14) - отмечено 2 (14,3%) неблагоприятных сердечно-сосудистых события; 2-й квартиль (100-230 пг/мл) («=12) - 2 (16,7%); 3-й квартиль (230-560 пг/мл) («=12) - 4 (33,3%); 4-й квартиль (>560 пг/ мл) («=13) - 6 (46,2%)). Таким образом, относительный риск развития конечной точки в 4-м квартиле, по сравнению с 1-м квартилем, составил 3,23 (95% Ди [1,59;11,8]; р<0,05). Полученные результаты свидетельствуют, что увеличение концентрации МНУП приводит к учащению частоты неблагоприятных сердечно-сосудистых событий как минимум в 3,23 раза, а максимально может увеличить частоту более чем в 11,8 раза.

Выводы: 1. У пациентов, находящихся на гемодиализе, выявлено достоверное повышение концентрации МНУП по сравнению с практически здоровыми лицами.

2. У диализных больных с неблагоприятным сердечнососудистыми событиями, по сравнению с пациентами без таковых, уровень МНУП был достоверно выше.

3. Повышенный уровень МНУП является прогностическим маркером неблагоприятных сердечно-сосудистых событий у больных, находящихся на лечении программным гемодиализом.

А.В. Бугров, А.П. Ройтман, В.В. Долгов. Прогностическое значение лабораторных маркеров воспаления и повреждения миокарда при инфекционном эндокардите. Кафедра клинической лабораторной диагностики ГБОУ ДПО РМАПО Минздрава России, г. Москва

В настоящее время системный воспалительный процесс наряду с повреждением и дисфункцией миокарда рассматриваются как основные патогенетические звенья при инфекционном эндокардите (ИЭ).

Цель исследования - изучение динамики лабораторных маркеров воспаления: С-реактивного белка (СРБ) и фактора некроза опухоли альфа (ФНОа); повреждения и дисфункции миокарда: высокочувствительного тропонина I (^Тп1), предшественника мозгового натрийуретического пептида (ЫТ-рш-БЫР) для уточнения их диагностической ценности и прогностического значения у больных ИЭ.

Исследованы, при поступлении в стационар и через три недели после начала лечения, образцы крови 66 больных ИЭ. Уровни СРБ определяли турбидиметрическим методом (ThermoFisherScientificInc), уровни измеряли на иммунохемилюминесцентном анализаторе PATHFAST (MitsubishiChemical), содержание МТ-рш-БЫР и ФНОа определяли методом ИФА (ЗАО «Вектор-Бест»).

Уровень ФНОа при поступлении был повышен у 100% больных и составлял в среднем 24,08 ± 1,33 пг/мл. У умерших в течение 3 нед госпитализации определялся наиболее высокий исходный уровень ФНОа (31,70 ± 4,20 пг/мл). Через 3 нед терапии снижение концентрации цитокина в среднем на 2,85 ± 0,94 пг/мл наблюдалось только у 39,3% больных. (р< 0,05).

СРБ при поступлении был повышен у 97,5% больных и составил 57,11 ± 7,59 мг/л. У больных, умерших в течение первых 3 нед наблюдения, отмечались высокие значения СРБ при поступлении (69,66 ± 14,24 мг/л) (р< 0,05).

Концентрация КТ-рш-БКР при поступлении была повышена у 89,2% больных ИЭ и составила, 5062,823 ± 1458,323 нг/мл. У больных, умерших в первые 3 нед госпитализации, выявлены наиболее высокие исходные концентрации 8924,80 ± 4948,67 нг/мл. Через 3 нед терапии снижение концентрации МТ-рш-БЫР наблюдалось только у 55,2% больных, нормализация у 10,3% обследованных, р< 0,05.

При поступлении уровень hsTn I был повышен у 55% пациентов с инфекционным эндокардитом и составил 115,57±52,10 пг/мл (норма до 12 пг/мл). У пациентов с осложнениями уровень hsTn I составлял 124,76±69,23пг/ мл, у пациентов без осложнений-93,18±62,83 пг/мл. Через 3 нед терапии в группе пациентов с осложнениями средний уровень hsTn I снижался и составлял 28,72±7,80 пг/мл, в группе пациентов без осложнений средний уровень составлял 13,65±8,36 пг/мл. Положительная динамика уровня hsTn I соответствовала улучшению состояния пациентов в 67% случаев. Уровень hsTn I коррелировал с функциональным классом сердечной недостаточности (ФК СН) (r=0,36, p<0.05).

Установлены прямые корреляционные связи концентрации СРБ и ФНОа (г = 0,64; р< 0,05), hsTnl с СРБ (г = 0,31, р < 0,05), hsTnl и NT-pro-BNP (г = 0,595) (р < 0,001), а также корреляция уровня hsTnl с выраженностью морфофункцио-нальных изменений миокарда по данным ЭхоКГ.

Измерение в динамике концентраций лабораторных маркеров воспаления (СРБ и ФНОа), повреждения и дисфункции миокарда (hsTnl и NT-pro-BNP) у больных ИЭ позволяет оценить активность инфекционно-воспалительного процесса, степень миокардиальной дисфункции и прогнозировать течение ИЭ.

Е.В. Просекова, С.Ю. Нетесова, В.А. Сабыныч, Н.Р. Забелина, А.И. Турянская. Лабораторный алгоритм диагностики аллергического ринита у детей. ГБОУ ВПО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава РФ, КГБУЗ Краевая детская клиническая больница № 1, г. Владивосток

Аллергический ринит (АР) принадлежит к числу наиболее распространенных аллергических заболеваний у детей, а за последние годы отмечается значительный рост частоты и утяжеление течения данной патологии и все большее значение уделяется ранней диагностике. Особенностью течения воспалительного процесса при рините является его локальность, что создает затруднения в диагностике и определяет актуальность поиска информативных биомаркеров локального воспаления при различных формах ринита.

Цель - оценка особенностей и диагностической информативности цитокинового и цитологического профиля назального секрета при аллергическом рините у детей.

Исследование выполнено в ГБОУ ВПО Тихоокеанский государственный медицинский университет Минздрава Российской Федерации на базе КГБУЗ краевой детской клинической больницы г. Владивостока № 1 в 2010-2014 гг.

Изучались цитоморфологические показатели слизистой оболочки верхних дыхательных путей, цитокиновый профиль (ИЛ-4, ИЛ-13, ФНОа, ИФНу, ИЛ-8), содержание sIgA и IgE у 120 детей с АР в разные периоды заболевания с различной тяжестью течения болезни и в динамике терапии. Группу контроля составили 20 здоровых сверстников. Материалом исследования являлись назальный секрет и мазок-отпечаток со слизистой оболочки полости носа.

Определение ^Е и sIgA проводилось иммунофермент-ным методом в ME/мл и мг/л. Исследование цитокинового профиля проводили реактивами фирмы «R & D Diagnostics Inc» (США) в сендвич-варианте твердофазного иммунофер-ментного анализа с построением калибровочной кривой по компьютерной программе, количество выражали в пг/мл.

Количественную и качественную оценку клеточного спектра назального секрета проводили методом мазков-отпечатков, определяя клеточный спектр, количество клеток в поле зрения (в п/з) и их удельный вес, анализируя класс клеточной деструкции.

Статистическая обработка всех цифровых данных проводилась методами описательной, параметрической и непараметрической статистики (программа «Statistica 6») и методов корреляционного анализа (критерий %2 и однофакторного дисперсного анализа (критерий Фишера F)), (r - коэффициента корреляции), многомерного корреляционного анализа с

построением плеяд по В.П. Терентьеву (1959). Объем выполненных исследований позволял оценить результаты с достоверностью 95-99%.

Проведенные исследования зафиксировали у здоровых детей уровень общего ^Е в назальном секрете менее 1 МЕ/ мл, при АР отмечена активация синтеза ^Е во все периоды болезни с максимальным увеличением при сочетании с БА и при тяжелом клиническом течении болезни. У детей с АР в преобладающем большинстве выявлено низкое содержание sIgA и взаимосвязь тяжести течения аллергического воспаления с дефицитом sIgA. Дефицит sIgA в назальном секрете определяет один из механизмов снижения барьерной функции слизистой оболочки верхних дыхательных путей, обуславливающий увеличение аллергенной нагрузки. При изолированном АР зафиксированы высокие уровни ИЛ-13 и ИЛ-4 при снижении ИФНу (63,77±2,68 пг/мл, 42,83±1,71 пг/мл и 93,45±2,88 пг/мл соответственно, при показателях контрольной группы 6,31±1,27 пг/мл, 1,78±0,14 пг/мл и 136,61±4,89 пг/мл, р<0,001). Сочетанное поражение аллергическим воспалением верхних и нижних дыхательных путей сопровождалось более глубокими нарушениями цитокиново-го профиля назального секрета: ИЛ-13 - доверительный интервал (ДИ) от 98,28 до 117,97 пг/мл, ИЛ-4 - от 55,39 до 65,04 пг/мл, ИЛ-8 - от 180,02 до 240,84 пг/мл, ИФНу - от 77,65 до 88,38 пг/мл, ФНОа - от 19,04 до 26,84 пг/мл. У детей с изолированным АР при обострении, спровоцированном вирусной инфекцией, содержание ИФНу в назальном секрете - 135143 пг/мл. Уровни ИЛ-4 значимо различались в зависимости от периода и сочетания форм аллергопатологии, содержание ИЛ-13 варьировало в зависимости от периода заболевания, наличия сопутствующей аллергопатологии, вида, объема и продолжительности базисной терапии. Высокие уровни ИЛ-13 зафиксированы при тяжелом течении АР - 448,95±28,01 пг/мл, близкие к таковым в контрольной группе при проведении противовоспалительной и противоаллергической терапии в течение не менее 6 мес. У детей с АР при исследовании назального секрета обнаружено, по сравнению с контрольной группой, достоверное увеличение содержания ИЛ-4, ИЛ-13, ИЛ-8, ФНОа, при снижении концентрации ИФНу. Снижение продукции ИФНу в сочетании с дефицитом sIgA расценивают как факторы, предрасполагающие детей с респираторной аллергией к частым ОРВИ.

Исследование цитологического профиля слизистой оболочки носа здоровых детей отметили единичные клеточные включения с отсутствием признаков значимой деструкции клеток. У 10% детей определялись единичные эозинофилы 0,42±0,15 в п/з, и сегментоядерные клетки (0,48±0,12 в п/з). При АР цитологическая картина различалась в зависимости от периода и тяжести клинического течения болезни, объема и длительности фармакотерапии, наличия сопутствующей патологии. В период обострения АР в назоцитограмме: чешуйки (2,84±0,25 в п/з), клетки плоского эпителия - 2,02±0,24 в п/з, эозинофилы - 13,61±2,9 в п/з, нейтрофилы - 9,97±1,61 в п/з с различной степенью деструктивного повреждения. В период клинической ремиссии АР количественные показатели и степень деструкции значимо менялись (р<0,001) и включали единичные клетки плоского эпителия, эозинофилы и сегментоядерные нейтрофилы, что достоверно различалось с показателями назоцитограммы в группе здоровых детей и иллюстрировало сохранение персистирующего аллергического воспаления.

Проведенный мониторинг цитологических особенностей назоцитограммы при аллергических заболеваниях верхних дыхательных путей у детей проиллюстрировал динамику течения аллергического воспаления, сопровождающегося эо-зинофильной инфильтрацией с различной степенью деструкции, гиперсекрецией и увеличением числа клеток защитного слоя эпителия, повышение удельного веса нейтрофилов при присоединении инфекционного компонента. Качественные показатели клеточного спектра и динамика количественного содержания эпителиальных клеток, нейтрофилов и эози-

нофилов в назальном секрете иллюстрируют состояние локальной иммунной защиты и диагностически информативны в определении локализации, тяжести и степени активности аллергического воспаления.

Проведенные исследования обосновали разработку и рекомендации для внедрения в клиническую практику высокоинформативного клинико-лабораторного неинвазивного, не имеющего возрастных ограничений, дифференциального диагностического алгоритма аллергического ринита у детей.

Л.Л. Михалева, С.Н. Диденко, И.М. Строева. Проблема точной оценки СКФ в педиатрии. ГБУЗ «Детская краевая клиническая больница» Минздрава КК, г Краснодар

Заболевания почек у детей в настоящее время относятся к одной из важнейших проблем медицинской науки и практики, и в структуре заболеваемости детей Российской Федерации занимают одно из ведущих мест (15 до 53%). Это обусловливает пристальное внимание к лабораторным методам диагностики, в частности - к правильной и своевременной оценке скорости клубочковой фильтрации (СКФ).

Цель - сравнить методы оценки СКФ, используемые в педиатрии.

Задачи: 1) оценить диагностическую значимость циста-тина С как раннего биохимического маркера снижения СКФ; 2) определить наиболее информативный метод оценки СКФ по клиренсу эндогенного креатинина.

Было обследовано 90 пациентов. Основная группа 71 пациент (медианный возраст - 8,5±6,38 лет: X±m) с заболеваниями почек и контрольная группа - здоровые дети без патологии органов мочевыводящей системы (19 детей, медианный возраст - 8,97±6,29 лет: X±m). Уровень сывороточного цистатина С был определен методом иммунотурбидиме-трии. Уровень креатинина определялся в сыворотке крови и моче. Все биохимические исследования осуществлялись на автоматическом биохимическом анализаторе «^nelab Prime 60» производства компании «Thermo Fisher Scientific» (Финляндия) с соблюдением правил внутрилабораторного контроля качества. Оценка СКФ проводилась по методу Реберга-Тареева и по формуле Шварца. Полученные значения считались достоверными при p<0,05.

В основе стратификации пациентов основной группы на подгруппы А и В было содержание цистатина С в сыворотке крови. У пациентов подгруппы А показатели цистатина С в сыворотке крови были получены в среднем 0,88±0,02 мг/л и находились в пределах нормы (0,55-1,15 мг/л), в группе контроля значения этого маркера составили 0,74±0,02 мг/л. У пациентов подгруппы В уровень цистатина С в крови составил в среднем 2,25±0,26 мг/л и в 2,5 раза достоверно превысил уровень цистатина С, полученный у пациентов подгруппы А, и в три раза превысил показатели цистатина С детей группы контроля.

У пациентов подгруппы В - СКФ, оцененная по формуле Шварца, составила 87,37 мл/(мин-1,73 м2) и была в полтора раза достоверно ниже, чем у пациентов подгруппы А - 143,34 мл/ (мин-1,73 м2). СКФ у пациентов подгруппы В, рассчитанная с помощью пробы Реберга-Тареева, составила 48,13 мл/ (мин-1,73 м2) и была в два раза ниже значений СКФ, полученных у пациентов подгруппы А, - 85,51 мл/(мин-1,73 м2). Анализ низких значений СКФ, полученных с помощью пробы Реберга-Тареева, выявил нарушения правил преаналитиче-ского этапа лабораторных исследований. Следует учитывать, что одним из недостатков метода Реберга-Тареева является суточный сбор мочи, зачастую вызывающий затруднения у пациентов детского возраста.

Ретроспективный анализ историй болезней пациентов основной группы показал, что у пациентов подгруппы А наблюдалась клинико-лабораторная ремиссия и была сохранена фильтрационная функция почек, а у пациентов подгруппы В четко прослеживались более глубокие повреждения фильтрационной функции почек, что однозначно имело лабораторное подтверждение по исследуемым маркерам.

Выводы: 1) определение сывороточного цистатина С как

скринингового метода позволяет выявить пациентов с сохранной функции почек и с ренальной патологией; 2) формула Шварца более информативна и удобна в педиатрии, чем проба Реберга-Тареева, особенно у детей младшей возрастной группы.

Ф.Н. Гильмиярова, Д.В. Печкуров, М.А. Прилепина, В.М. Радомская, Н.И. Гергель, О.А. Гусякова, С.И. Мурский, О.Ю. Кузнецова, Л.Н. Виноградова. Энергопластические резервы у детей с гипотрофией. ГБОУ ВПО Самарский государственный медицинский университет Минздрава России, г. Самара

Синдром гипотрофии у детей раннего возраста, многообразный по этиологическим факторам и патогенетическим механизмам, представляет серьезную проблему развития, являясь базой для недостаточного структурного и функционального формирования ребенка и составляет угрозу здоровью в последующие периоды жизни вплоть до пубертатного возраста. Около 20% населения России имеют пониженную массу тела и другие признаки трофологической недостаточности (Лялюкова Е.А. и соавт., 2011). Низкая масса у детей - причина высокой заболеваемости взрослого населения.

Цель исследования - оценка метаболических нарушений при разных стадиях трофологической недостаточности у детей.

Обследовано 56 детей с гипотрофией и 20 детей контрольной группы, у которых масса тела соответствовала возрастной норме, в возрасте от 1 до 10 мес, с гипотрофией I степени (дефицит массы тела 15-20%) - 57%, II степени (дефицит массы тела 20-30%) - 29%, III степени (дефицит массы тела более 30%) - 14%.

Содержание лактата, пирувата, фосфора неорганического, активность лактатдегидрогеназы, креатинфосфокиназы в крови определяли на биохимическом анализаторе Integra-Plus, АТФ - люминометрическим методом на люминометре SysfemSUREPlus.

Сопоставляя данные биохимического исследования детей в контрольной группе и детей с гипотрофией, обращает внимание напряжение в системе анаэробного метаболизма и формирования резервных макроэргических субстратов. В частности, активность лактатдегидрогеназы, восстанавливающей пируват в лактат, увеличена на 130% (р=0,04), окисляющей лактат в пируват - на 42% (р=0,04), что свидетельствует о преобладании анаэробного процесса при I степени гипотрофии. Активность креатинфосфокиназы возросла на 47% по сравнению с данными в контрольной группе. Это можно расценить как адаптивный механизм, направленный на поддержание альтернативных путей обеспечения энергии в условиях трофологической недостаточности. Однако при более тяжелой степени гипотрофии активность креатинфос-фокиназы резко снизилась.

Высокая активность лактатдегидрогеназы, восстанавливающей пируват в лактат, приводит к нарастанию уровня молочной кислоты в крови. Ее содержание превышает данные в контрольной группе. Наблюдаемый лактатацидоз в таких пределах не истощает, возможно, щелочные резервы, является компенсированным. В данном случае лактат выполняет буферную функцию, сосредоточив в своей структуре восстановленные эквиваленты, необходимые для энергообеспечения, в частности, сердечной мышцы.

В такой ситуации установлено, что концентрация АТФ находится на достаточно высоком уровне, что иллюстрирует не только интенсивность процессов аккумуляции, но и использования этого универсального носителя химической энергии. Не исключено, что при снижении массы тела наблюдается более низкая активность ребенка и востребованность АТФ для всех видов работы снижена. При этом содержание неорганического фосфора, используемого для многообразных процессов фосфорилирования, снижено по сравнению с контрольной группой, что отражает низкий расход его для ковалентной модификации ферментов и низкомолекулярных субстратов.

Обращает внимание фазовость процесса: I степень гипо-

трофии существенно отличается и количественно, и по направленности процессов от II и III степени гипотрофии.

Л.В. Курашвили, А.Н. Лаврова. Оценка эндогенной интоксикации у детей по изменению энергетической функции митохондрий гепатоцитов. ГБУЗ Пензенская районная больница, г. Пенза

Умеренные нарушения клеточной энергетики могут не проявляться в виде самостоятельной клинически выраженной симптоматикой, но могут оказывать влияние на характер течения других болезней (В.С. Сухоруков. 2002). Многие факторы окружающей среды и лекарственные препараты представляют собой существенную причину патологических изменений функций митохондрий за счет повреждения мито-хондриальной ДНК.

Цель работы - оценить эндогенную интоксикацию у детей по изменению клеточной энергетики гепатоцитов на основании активности ферментов и белково-синтетической функции.

Исследованы современными методами активность ферментов АЛТ, АСТ, ЛДГ, ГГТП, ЩФ, КФК и ХЭ, фосфорно-кальциевый обмен сыворотки крови у 169 детей (девочек и мальчиков в возрасте от 8 до 16 лет) контрольной группы (1-я, 2-я) и групп сравнения (3, 4, 5, 6-я).

Анализируя результаты лабораторного обследования здоровых детей при профилактических осмотрах и диспансеризации в Пензенском районе установили: повышение активности ферментов ALT в сыворотке крови в группах сравнения: у девочек на 82,6% (р15=0,000257), у мальчиков на 89% (р26=0,001331) относительно контрольной в рамках ре-ференсных пределов. Напротив, активность фермента AST повышалась в группах сравнения у девочек на 55% (р13=0,000001) и на 52,3 (р15=0,000000), у мальчиков на 76,-5 % (р2-4=0,000096) и на 61,5% (р =0,000096) относительно контрольной группы. Ферменты KFK, LDG, y-GTP, ЩФ изменялись в пределах референсных значений.

Активность фермента холинэстеразы у большей части детей колебалась в пределах нижней границы нормы от 4015 до 4759 Е/л (норма 5300-12 900 Е/л).

На основании повышения активности фермента АСТ, которая колебалась в пределах «серой зоны», установили реактивные изменения в гепатоцитов. Активность фермента АСТ в сыворотке крови была повышена у всех обследуемых детей района, КФК только у мальчиков, а активность ферментов АЛТ, ЛДГ, и ГГТП соответствовала нормальным значениям.

Ферменты КФК, ЛДГ, АСТ принимают участие в энергетических процессах: ЛДГ локализована в цитозоле, а фермент АСТ в цитозоле и митохондриях. АСТ в высоких концентрациях присутствуют в клетках сердечной и скелетных мышц, печени, почек и эритроцитах. При сохранении нормальной активности ферментов АЛТ, КФК, ЛДГ и ГГТП отметили некоторую дисфункцию энергопродуцирующей функции митохондрий гипатоцитов у здоровых детей.

Поражение любых из этих органов и тканей могло привести к существенному повышению активности АСТ в сыворотке. Так как изменение активности фермента АСТ проведено в комплексе с ферментами АЛТ, КФК, ЛДГ, ГГТП, то увеличение только активности АСТ позволило предположить о «напряжении» состояния функций митохондрий клеток, чем на нарушения функции органа. Так как 15% фермента AST находится в цитоплазме гепатоцита (цитоплазматическая форма) и 85% приходится на митохондриальную (митохон-дриальная форма), то повышение фермента AST в сыворотке крови свидетельствует об активности процессов переамини-рования или дезаминирования аминокислот в митохондриях и лежат в основе нарушений функции митохондрий.

Подавление белково-синтетической функции подтверждается снижением активности фермента холинэнстеразы видимо за счет снижения образования АТФ. Физиологическое снижение активности ХЭ проходит при беременности, патологическое снижение активности ХЭ проходят под влиянием многих факторов.

Работами Хазанова В.А. (1992, 2003, 2004) показано о возможности наступления стадии истощения адаптивной реакции системы энергопродукции, если комплексные механизмы клетки не справляются с нарастающим расходом макроэргов, либо если перезагружаются сервисные системы поставки субстратов и удаления продуктов реакций. Обеспечивая клетку энергией, митохондрий интегрирует процесс катаболизма и анаболизма, поддерживая динамическую взаимосвязь обмена веществ. Длительное воздействие неблагоприятных факторов на растущий организм могло привести к истощению энерго-продуцирующей функции митохондрий гепатоцитов у детей.

Выводы. 1. Снижение активности фермента холин-эстеразы у детей свидетельствует о подавлении белково-синтетической функции гепатоцитов.

2. Повышение активности фермента АСТ при нормальной активности ферментов АЛТ, ЛДГ, ГГТП позволяет утверждать о дисфункции процесса энергообразования в митохондриях гепатоцитов.

Т.И. Туркина, С.Н. Щербо, В.В. Талицкий, В.А. Беспалова. Метаболизм фосфолипидов у новорожденных в зависимости от наличия антифосфолипидных антител. Российский национальный исследовательский медицинский институт им. Н.И. Пирогова, Москва

Цель работы заключалась в оценке состояния фосфоли-пидного обмена в зависимости от наличия фосфолипидных антител у 69 новорожденных детей, родившихся у женщин с пролапсом митрального клапана и антифосфолипидным синдромом. У новорожденных на 3-7-е сутки жизни методом тонкослойной хроматографии были проанализированы основные показатели фосфолипидного спектра сыворотки крови (лизофосфатидилхолин, сфингомиелин, фосфатидил-холин, фосфатидилэтаноламин). В 1-ю группу вошли новорожденные дети (п = 34), родившиеся у женщин с пролапсом митрального клапана I степени; у 14 матерей был выявлен антифосфолипидный синдром, у 20 матерей указанный синдром отсутствовал. Во 2-ю группу включены новорожденные дети (п = 20), родившиеся у женщин с пролапсом I степени; у 9 женщин был зарегистрирован антифосфо-липидный синдром. В 3-ю группу вошли новорожденные (п = 15), родившиеся у женщин с пролапсом II степени и митральной регургитацией II степени, у 9 матерей был отмечен антифосфолипидный синдром.

У всех детей, родившихся у матерей с антифосфолипид-ным синдромом, была выявлена циркуляция антифосфоли-пидных антител, что объясняется их трансплацентарной передачей во время беременности; хроническая внутриутробная гипоксия плода диагностировалась в 2 раза чаще в сравнении с детьми женщин без антифосфолипидного синдрома. У новорожденных, родившихся у матерей без анти-фосфолипидного синдрома, антифосфолипидные антитела отсутствовали.

Проведенное исследование у детей раннего неонаталь-ного периода, родившихся у женщин с различной степенью пролапса митрального клапана, выявило существенные изменения липидограммы, характеризующиеся повышением относительного содержания лизофосфатидилхолина, сфин-гомиелина, фосфатидилэтаноламина в достоверной зависимости от наличия антифосфолипидных антител. Более выраженные изменения были установлены у детей, родившихся у женщин с пролапсом в сочетании с митральной регургитаци-ей. Причем, уровень данных показателей липидограммы был выше у детей, родившихся у женщин с пролапсом II степени и митральной регургитацией II степени (3-я группа), чем в группе детей, родившихся у женщин с пролапсом I степени и митральной регургитацией I степени (2-я группа). Повышение относительного содержания лизофосфатидилхолина, наиболее выраженное у детей с наличием антифосфолипид-ных антител, родившихся у женщин с пролапсом митрального клапана в сочетании с регургитацией, по-видимому, представляет собой компенсаторную реакцию организма, направленную на предупреждение тромбообразования.

Выявленные нами изменения могут свидетельствовать о повышении активности мембран клеток и нарушении процессов проницаемости мембран у данного контингента новорожденных. Снижение антиоксидантной защиты, о которой косвенно можно судить по характеру изменения фосфоли-пидного спектра сыворотки крови, позволяет обосновать целесообразность применения антиоксидантов в раннем неона-тальном периоде у детей, родившихся у женщин с различной степенью пролапса митрального клапана.

Таким образом, проведенные исследования у новорожденных, родившихся у женщин с пролапсом в сочетании с митральной регургитацией, показали весьма существенные изменения со стороны фосфолипидного спектра сыворотки крови детей, находившиеся в определенной зависимости от наличия антифосфолипидных антител и степени пролапса митрального клапана у матерей. Полученные результаты позволяют с уверенностью говорить о необходимости проведения антиоксидантной терапии в раннем неонатальном периоде у этих детей.

Н.Б. Захарова, Н.В. Болотова, А.В. Шутрова. Роль биомаркеров МСР-1 и VEGF в развитии диабетической не-фропатии у детей с сахарным диабетом 1-го типа. ГБОУ ВПО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава России, г Саратов

В современной медицине большую роль уделяют предикторам развития различных заболеваний. Диабетическая нефропатия (ДН) является тяжелым осложнением сахарного диабета, приводящим к инвалидизации и ранней смертности детей больных СД 1-го типа. Большую роль в развитии данного заболевания играет ранняя диагностика, профилактика и лечение.

Цель исследования - установить диагностическое значение изменения уровня МСР-1 и VEGF в моче и сыворотке крови в развитии ДН у детей больных СД 1-го типа.

Проведено комплексное клинико-лабораторное обследование 40 детей больных сахарным диабетом 1-го типа 1-го в возрасте от 1 года до 7 лет и 40 детей соматически здоровых в возрасте от 1 года до 7 лет. Одновременно с общеклиническими методами обследования определяли в сыворотке крови и моче содержания МСР-1 и VEGF с помощью метода твердофазного иммуноферментного анализа.

При анализе полученных данных было выявлено, что у детей с сахарным диабетом 1-го типа выявлено повышение уровней МСР-1 и VEGF в моче и сыворотке крови в зависимости от стажа заболевания, наличия микроальбуминурии и снижения скорости клубочковой фильтрации в сравнении с группой контроля.

Представленные данные свидетельствуют о важной роли МСР-1 и VEGF в развитии поражения почечной паренхимы при ДН у детей больных СД 1-го типа. Продукция МСР-1 и VEGF в «диабетических» почках возрастает на начальных стадиях нефропатии и усиливается по мере увеличения стажа заболевания, наличия микроальбуминурии и снижения скорости клубочковой фильтрации. То есть подъем уровня МСР-1 и VEGF в сыворотке крови и моче у детей больных СД 1-го типа связан с нарастанием структурных и функциональных изменений в почках. Это определяет перспективы для использования определения уровня в сыворотке крови и моче МСР-1 и VEGF в качестве диагностических и прогностических маркеров ДН у детей больных СД 1-го типа.

И.М. Устьянцева, О.И. Хохлова, О.В. Петухова, С.В. Корнева. Сравнительный анализ маркеров воспаления у детей с острыми заболеваниями дыхательной системы. ФГБЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», г. Ленинск-Кузнецкий

С целью определения клинической значимости уровней маркеров воспаления в крови (лейкоцитов, нейтрофилов, С-реактивного белка (С-РБ) и прокальцитонина) было обследовано 25 детей в возрасте от 2 до 5 лет, поступивших в экстренном порядке в педиатрическое отделение N° 2 с фебриль-ной температурой, с клиникой дыхательной недостаточности

II-III степени. После обследования 12 детям выставлен диагноз пневмония (1-я группа), 13 - острое респираторное заболевание (ларингит, фарингит, трахеит, бронхит) (2-я группа). Количество лейкоцитов и нейтрофилов в венозной крови определяли на гематологическом анализаторе «SYSMEX-XT 2000i», концентрации С-РБ и прокальцитонина (ПКТ) - на анализаторе «Cobas 6000». Статистическую обработку результатов осуществляли с помощью программы «IBM SPSS Statistics 20». Различия между группами выявляли с помощью непараметрического критерия Манна-Уитни, корреляционные связи - с помощью критерия рангов Спирмена.

При поступлении у детей с пневмониями наблюдалось более тяжелое состояние, что проявлялось в более высоких частоте дыхания (ЧД) и частоте сердечных сокращений (ЧСС) (в среднем на 38,5 и 11,3% соответственно, р<0,05). Однако по лабораторным показателям статистически значимых различий между группами не выявлено. У 50% пациентов обеих групп отмечался лейкоцитоз (>15,5Ч09/л, согласно диагностическим критериям синдрома системного воспалительного ответа у детей в возрасте от 2 до 5 лет (IPSSC, 2005) [Goldstein B. et al., 2005]). У 83% детей 1-й группы и у 91% - 2-й группы уровень С-РБ в сыворотке крови находился в острофазном воспалительном диапазоне (>10 мг/л). Концентрация ПКТ у 50% детей 1-й группы и у 46% - 2-й - превышала 0,5 нг/ мл. Проведение корреляционного анализа выявило прямые связи между ПКТ и ЧСС (р=0,492, р=0,015), уровнем ПКТ и количеством лейкоцитов и нейтрофилов (р=0,524, р=0,009 и р=0,606, р=0,002 соответственно), ПКТ и С-РБ (р=0,476, р=0,025), что отражает закономерности течения острого воспалительного ответа. Эти связи, кроме ПКТ/ЧСС, были более сильными в группе детей с пневмониями. У детей с ОРЗ установлена также прямая корреляционная связь между ПКТ и температурой тела (р=0,704, р=0,007). Полученные данные свидетельствуют о связи уровня ПКТ с тяжестью синдрома системного воспалительного ответа у детей с острыми заболеваниями дыхательной системы, однако, вследствие ограниченности проведенного исследования, не позволяют сделать вывод о преимуществе использования этого биомаркера в дифференциальной диагностике.

О.И. Хохлова, И.М. Устьянцева, Г.Ю. Калаева. Лабораторные показатели интенсивности роста подростков с недифференцированной дисплазией соединительной ткани. ФГБЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», г. Ленинск-Кузнецкий

Цель работы: оценить взаимосвязи показателей костного ремоделирования и основных стимуляторов роста (сомато-тропного гормона (СТГ) и инсулина) у здоровых подростков и у подростков с недифференцированной дисплазией соединительной ткани (НДСТ).

Одновременно обследовано 33 подростка в возрасте от 11 до 14 лет одной из школ города: 17 - с НДСТ (основная группа) и 16 - здоровых (контрольная группа). Наличие НДСТ устанавливали, основываясь на критериях, предложенных Т. Милковска-Димитровой (1983 г.), Кадуриной Т.И. (2009 г). По возрасту, по соотношению количества мальчиков и девочек, по физическому и половому развитию группы соответствовали друг другу. В исследование не включали подростков с наличием обменно-метаболических нарушений, с сахарным диабетом, с заболеваниями щитовидной железы, почек, с бронхиальной астмой. Оценивали содержание в сыворотке крови маркеров синтеза (PINP и остеокальцин) и резорбции (ß-Crosslaps) костной ткани, показателей минерального обмена (кальций, фосфор, магний), анаболических гормонов (СТГ, инсулин). Концентрации PINP и ß-Crosslaps определяли электрохемилюминесцентным методом, кальция, фосфора, магния - колориметрическими методами на анализаторе «Cobas 6000», остеокальцина, СТГ и инсулина - иммуно-хемилюминесцентным методом на анализаторе «Immulite». Результаты представлены в виде медианы с указанием ин-терквартильного размаха (25-75%). Для выявления различий между группами использовали непараметрический критерий

Манна-Уитни. Корреляционную связь между показателями устанавливали с помощью критерия рангов Спирмена.

У подростков с НДСТ установлено пониженное, по сравнению с контрольными значениями, содержание в сыворотке крови PINP (на 27,2%, р=0,028) и остеокальцина (на 38,9%, р=0,047), тогда как по уровням P-CrossLaps, кальция, фосфора, магния, а также инсулина статистически значимой разницы не выявлено. При этом у подростков с НДСТ обнаружен более высокий, чем у подростков контрольной группы, уровень СТГ (2,5 (2,1-3,0) мЕ/л против 0,5 (0,25-0,75) в контроле). Проведение корреляционного анализа у подростков контрольной группы выявило наличие прямой корреляционной связи между уровнями СТГ и PINP, отражающей закономерные процессы роста и развития подростка. У подростков с НДСТ такой связи не обнаружено, что может быть обусловлено пониженной чувствительностью рецепторного аппарата соединительной ткани к ростовым факторам в условиях аномального ее строения. Вместе с тем установлены прямые корреляционные связи между содержанием в сыворотке крови инсулина и концентрациями как маркера костеобразования (PINP), так и разрушения (P-CrossLaps). Длительное наличие повышенного фона СТГ у подростков с НДСТ может привести к несбалансированному усилению костного обмена, сопровождающемуся непропорциональным ростом костей и костными потерями с формированием остеопении и остео-пороза. Обнаруженная при этом обратная корреляционная связь инсулина с уровнем СТГ (р=-0,59 (-2,82), р=0,013) у подростков данной группы свидетельствует о контринсуляр-ном действии повышенного уровня СТГ, что впоследствии может привести к инсулиновой недостаточности и угнетению обеих фаз костного ремоделирования.

О.И. Хохлова, Г.Ю. Калаева, И.М. Устьянцева. Особенности липидного обмена у подростков с недифференцированной дисплазией соединительной ткани. ФГБЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», г. Ленинск-Кузнецкий

Недифференцированная дисплазия соединительной ткани (НДСТ) - высоко распространенное в популяции состояние, с которым связывают раннее развитие множества патологий. Известно, что клетки соединительной ткани активно используют эссенциальные полиеновые жирные кислоты, поглощая их в составе липопротеинов низкой плотности (ЛПНП) путем апоВ-100-рецепторного эндоцитоза. При неполноценности соединительной ткани возможно нарушение данного процесса.

Цель исследования - оценить показатели липидного спектра крови у подростков с недифференцированной дис-плазией соединительной ткани (НДСТ).

Проведено одномоментное обследование 110 учеников одной из школ г. Ленинска-Кузнецкого в возрасте от 10 до 14 лет (57 мальчиков и 53 девочки), из них 49 - с выраженной НДСТ (I группа), 40 - с умеренной (II группа), 29 - без НДСТ (контрольная группа). Наличие и степень выраженности НДСТ устанавливали, основываясь на критериях, предложенных Т. Милковска-Димитровой (1983 г.), Кадуриной Т.И. (2009 г.). В сыворотке крови, полученной из локтевой вены утром, натощак, определяли холестерол (ХС), холестерол липопротеинов высокой плотности (ХС ЛПВП), триацилглице-рол (ТГ) на анализаторе «Cobas 6000» (Япония). Содержание ХС ЛПНП и ХС ЛПОНП, величину индекса атерогенности (ИА) определяли расчетными методами. Статистическую обработку полученных результатов проводили с использованием программы «IBM SPSS Statistics 20,0». Различия между группами выявляли с помощью непараметрического критерия Краскела-Уоллиса с последующей процедурой множественного сравнения Даннетта и считали статистически значимыми при р<0,05.

В результате исследования установлено более высокое содержание ХС в сыворотке крови у подростков с НДСТ: 4,0 (3,74-4,29) ммоль/л у подростков I группы, 4,1 (3,65-4,40) - II против 3,8 (3,43-4,06) в контроле (р<0,05), что свиде-

тельствует об атерогенной направленности липидного обмена при НДСТ. Это подтверждалось повышенными уровнями атерогенной транспортной фракции ХС ЛПНП (на 14% - у подростков I группы и 17% - II) и индекса атерогенности (на 27,6 и 44,7% соответственно) по сравнению с контрольными значениями. Вероятно, при НДСТ происходит нарушение процесса потребления эссенциальных полиеновых жирных кислот, что отражается в увеличении концентрации спиртов, которые их переносят (спирт ХС и этерифицированный спирт ХС ЛПНП). Одной из возможных причин также может быть установленное параллельно повышение уровня соматотроп-ного гормона (СТГ), который, как известно, обладает липо-литическим эффектом. Данное предположение основывается на выявленной в ходе исследования прямой корреляционной связи между уровнем СТГ в сыворотке крови и повышенной активностью липазы у подростков с выраженной НДСТ. Этим же можно объяснить и более частую встречаемость в данной группе подростков дефицита массы тела.

Полученные результаты позволяют отнести подростков с признаками НДСТ в группу риска по раннему развитию атеросклероза и определяют необходимость разработки индивидуальных программ профилактических мероприятий.

С.Э. Реук, Н.А. Терехина. Биохимический анализ слезы в диагностике миопии у детей. ГБОУ ВПО «Пермский государственный медицинский университет им. акад. Е.А. Вагнера» Минздрава России, г. Пермь

Заболеваемость миопией детей и подростков в России за последние 10 лет выросла в 1,5 раза. Необратимые морфологические изменения структур глазного яблока приводят к биохимическим изменениям в тканях глаза.

Цель исследования - разработать новый способ оценки миопической рефракции глаза у детей по биохимическому анализу слезы.

В слезной жидкости 28 детей в возрасте от 1 года до 15 лет с миопическими и гиперметропическими нарушениями рефракции глаза спектрофотометрически определяли активность g-глутамилтранспептидазы (g-ГТП) по методу V. Kul-hanek, D. Dimov (1967). Контролем служила слеза 17 здоровых детей.

В слезной жидкости здоровых детей активность g-ГТП составляет 6,29 ± 0,44 Е/л, что в 2 - 7 раз меньше, чем в сыворотке крови. При нарушениях рефракции глаза в слезной жидкости детей активность g-ГПТ увеличивается в 1,5 раза по сравнению с контролем (р < 0,05). Активность g-ГТП в слезе миопического глаза детей достоверно возрастает в 2 раза и составляет 12,0 ± 1,16 Е/л. При гиперметропической рефракции глаза в слезе детей активность этого фермента составляет 7,15 ± 0,76 Е/л, что не отличается от группы контроля. Достоверных изменений активности g-ГТП в слезной жидкости при простом, сложном и смешанном не миопиче-ском астигматизме не выявлено (р > 0,05). Биохимические изменения склеры начинаются раньше, чем биомеханические изменения глазного яблока. У детей средняя площадь одной эпителиальной клетки роговицы глаза с возрастом увеличивается, а средняя плотность клеток эндотелия роговицы достоверно меньше, чем у взрослых. Вероятно, подобные изменения активности g-ГТП в слезе детей связаны с нарушением анатомо-морфологических размеров глазного яблока, особенно, при близорукости. У детей увеличение переднезадней оси глаза при миопии ведет к натяжению, лабильности клеток тканей глазного яблока и слезной железы и выходу g-ГТП в слезную жидкость. Существующие традиционные способы диагностики миопии имеют ограниченные функциональные возможности особенно у детей младшего возраста. Полученные нами результаты позволили разработать новый неинва-зивный биохимический способ диагностики миопической рефракции глаза у детей дошкольного возраста. Предложенный способ диагностики миопии заключается в том, что в слезной жидкости ребенка определяют активность g-ГТП, и при ее значении свыше 11 Е/л диагностируют заболевание. На основании результатов исследования получен патент на

изобретение «Способ диагностики миопии у детей дошкольного возраста».

Определение активности g-ГТП в слезе может быть использовано для выявления близорукости у детей дошкольного возраста.

С.Ф. Карпенко, Х.М. Галимзянов, Р.С. Аракельян. Определение малонового диальдегида как критерия эффективности терапии при коксиеллезе. ГБОУ ВПО «Астраханский государственный медицинский университет» Минздрава РФ, г. Астрахань

Активация перекисного окисления липидов (ПОЛ) в условиях патологии является одной из существенных причин развития эндогенной интоксикации. Объективная оценка и коррекция адаптационных возможностей организма важна для диагностики, прогнозирования течения заболевания, контроля его лечения.

Целью настоящего исследования явилось изучение влияния терапии на перекисное окисление липидов при коксиел-лезе.

Под наблюдением находилось 100 больных со среднетя-желым течением коксиеллеза в возрасте от 17 до 49 лет (80 мужчин и 20 женщин), госпитализированных в Областную инфекционную клиническую больницу в 2006-2013 гг. Средний возраст больных - 31,0±1,3 год. Диагноз коксиеллеза подтверждался результатами иммуноферментного анализа («Coxiella burnetii Elisa IgG, IgM», Vircell, Испания) и поли-меразной цепной реакции («АмплиСенс Coxiella burnetii-FL», ФБУН «ЦНИИЭ», Россия). 65 пациентов (1-я группа) получали стандартную терапию, 35 больным (2-я группа) на фоне стандартной терапии назначался циклоферон (ООО «НТФФ «Полисан», Россия) по 2 мл внутримышечно в 1, 2, 4, 6 и 8 дни лечения. Клиническое наблюдение и обследование больных коксиеллезом проводилось в динамике болезни (1-4 нед болезни). Контроль - 30 доноров. Исследование количества продукта ПОЛ малонового диальдегида (МДА) сыворотки крови проводилось методом Стальной И.Д. (1977).

Как показали наши исследования, у здоровых лиц содержание в сыворотке крови МДА было равно 1,2±0,1 мкмоль/л. Среднее значение МДА у пациентов 1-й группы на 1 нед болезни было в 1,7 раза выше, чем у доноров (p<0,001). На

2 нед болезни уровень МДА был в 1,5 раза ниже такового на 1 нед болезни (p<0,01) и не отличался от нормального значения. На 3 нед болезни наблюдалось повышение содержания МДА, уровень которого был в 1,3 раза выше, чем у доноров (p<0,05). При этом количество МДА оказалось в 1,3 раза ниже такового на 1 нед болезни (p<0,05). На 4 нед болезни уровень МДА понижался до нормы и был в 1,5 раза ниже такового на 1 нед болезни (p<0,02). Среднее количество МДА за весь период болезни достигало 1,4±0,1 мкмоль/л, статистически значимых различий с показателем МДА у доноров получено не было. Средний уровень МДА у пациентов 2-й группы за весь период болезни и в период разгара заболевания (1-2 нед болезни) был равен 1,4±0,1 мкмоль/л и не отличался от такового у здоровых лиц. На 3 нед болезни наблюдалось понижение показателя МДА в 1,3 раза по сравнению с нормой (p<0,05). Содержание МДА было в 1,6 раза ниже, чем на 1 и 2 нед болезни (p<0,01). На 4 нед болезни количество МДА в 1,3 раза превышало нормальные значения (p<0,01). При этом уровень МДА оказался в 1,8 раза выше такового на

3 нед болезни (p<0,001). Сравнительный анализ средних значений МДА у больных коксиеллезом в зависимости от проводимой терапии показал, что у больных 2-й группы средний уровень МДА на 1 и 3 нед болезни был в 1,4 и 1,7 раза ниже, чем у пациентов 1-й группы (p<0,02; p<0,001).

Таким образом, у больных коксиеллезом 1-й группы наблюдалась активация перекисного окисления липидов в разгар болезни на 1 нед болезни и в период ранней реконва-лесценции на 3 нед болезни. Комплексная терапия больных коксиеллезом с применением циклоферона снижала интенсивность ПОЛ и приводила к нормализации показателя МДА уже в разгар болезни. Определение МДА у больных кокси-

еллезом может быть рекомендовано для контроля эффективности терапии.

С.В. Белова, Е.В. Гладкова, Е.В. Карякина, И.В. Бабушкина, И.А. Мамонова, В.В. Блинникова. Особенности состояния метаболического гомеостаза у пациентов с нарушением ремоделирования костной ткани. ФГБУ «Саратовский НИИ травматологии и ортопедии» Минздрава РФ, Саратов

Часто у больных с остеоартрозом наблюдаются как локальные, так и различные системные метаболические нарушения, проявляющиеся, в том числе признаками остеопороза.

Цель исследования - лабораторная оценка состояния метаболического гомеостаза у пациентов с нарушениями ремо-делирования костной ткани.

Под наблюдением находилось 24 больных остеоартрозом с признаками остеопороза, из них 16 женщин и 8 мужчин. Больным проводилось клинико-лабораторное обследование. Была проведена рентгенография тазобедренных суставов в двух проекциях, двухэнергетическая рентгеновская абсорб-циометрия с помощью костного денситометра. Общепринятые и специальные лабораторные исследования включали оценку состояния кальций-фосфорного обмена по уровню общего и ионизированного кальция, неорганического фосфора, общей активности щелочной фосфатазы, оценку процессов перекисного окисления липидов по уровню малонового диальдегида, состояние антиоксидантной системы - по активности церулоплазмина. Направленность процессов метаболизма костной ткани оценивали по содержанию в сыворотке крови костно-специфической щелочной фосфатазы (BAP) и C-концевых телопептидов коллагена I типа (B-CrossLaps), определяемых методом твердофазного иммуноферментного анализа.

У обследованных пациентов отмечалось нарушение кальций-фосфорного обмена, интенсификация процессов перекисного окисления липидов (повышение уровня малонового диальдегида на 48%, (p<0,05)), относительная несостоятельность ферментного звена антиоксидантной системы защиты (повышение активности церулоплазмина на 19% (p<0,05)). Кроме того, отмечалось нарушение процессов ремоделирования костной ткани (снижение содержания костно-специфической щелочной фосфатазы и увеличение C-концевых телопептидов коллагена I типа).

Описанные выше изменения лабораторных показателей свидетельствовали о существенном нарушении метаболического гомеостаза у больных остеоартрозом с явлениями остеопороза, что, возможно, требует дополнительного назначения препаратов антиоксидантного или моделирующего метаболизм костной ткани действия.

Е.В. Карякина, Е.В. Гладкова, Е.А. Персова, А.С. Федон-ников, Е.Е. Царева. Лабораторная оценка состояния костной ткани у больных остеоартрозом с остеопеническим синдромом. ФГБУ «СарНИИТО» Минздрава РФ, Саратов, Россия

К настоящему времени сложилось представление о значимой патогенетической роли метаболических нарушений костной ткани у больных остеоартрозом (ОА) (Котельников Г.П., Ларцев Ю.В., 2009; Карякина Е.В. и соавт., 2014).

Цель - изучение особенностей метаболизма костной ткани у больных ОА с поражением крупных суставов в зависимости от выраженности остеопенического синдрома.

Обследовано 60 больных (20 мужчины и 40 женщин в возрасте от 50 до 66 лет) первичным ОА с поражением крупных суставов (III стадии, II-III степени функциональной недостаточности), поступивших в СарНИИТО для выполнения тотального эндопротезирования тазобедренного сустава (ТБС). Длительность заболевания у большего числа пациентов -свыше 10 лет, поражения ТБС - более 5 лет. Контрольная группа - 30 практически здоровых лиц аналогичного возраста. У всех обследованных отсутствовали вредные привычки и тяжелые хронические заболевания, способные вызвать изменения в изучаемых показателях. Наряду с общепринятым клинико-инструментально-лабораторным обследованием

проводили двухэнергетическую рентгеновскую абсорбцио-метрию с определением минеральной плотности костной ткани (МПКТ), кальций-фосфорного обмена (неорганический фосфор, общий и ионизированный кальций, общая щелочная фосфатаза крови), а также метаболизма костной ткани по уровню биомаркеров резорбции кости (SerCrLaps) и ее формирования - костно-специфической щелочной фос-фатазы (кЩФ) и остеокальцина (ОК) методом твердофазного иммуноферментного анализа.

В зависимости от выраженности остеопенического синдрома (локальные и/или системные проявления) больные были разделены на две группы: 1-я группа (22 больных) - снижение МПКТ, характерное для остеопороза (Т-критерий -2,5 SD и ниже); 2-я группа (38 больных) - снижение МПКТ, характерное для остеопении (Т-критерий от -1,1 SD до -2,4 SD). Изученные общепринятые лабораторные показатели, в том числе показатели кальций-фосфорного обмена, не отличались статистически достоверно между группами больных с различной выраженностью снижения МПКТ. В сравнении с практически здоровыми лицами достоверное снижение (р < 0,05) концентрации биомаркеров костеобразования (ОК и кЩФ) и повышение (р < 0,05) концентрации маркера резорбции кости (SerCrLaps) отмечено у мужчин и женщин в обеих группах больных ОА. При сравнительной оценке степени метаболических нарушений в костной ткани между группами больных с различной выраженностью остеопени-ческого синдрома выявлены более существенные изменения показателей у больных 1-й группы по сравнению с пациентами 2-й группы. Так, в 1-й группе определялась более низкая (р < 0,05) концентрация ОК и более высокая (р < 0,05) концентрация SerCrLaps, причем, ОК как у мужчин, так и у женщин в 1-й группе был ниже, чем во 2-й, почти на 20%, а SerCrLaps у мужчин в 1-й группе был на 30% выше, чем во 2-й. У женщин SerCrLaps во 2-й группе практически не отличался от нормы, а в 1-й группе - был выше нормы почти на 30%.

У больных первичным ОА с остеопеническим синдромом снижение МПКТ сопровождается существенными изменениями метаболического состояния кости с относительным преобладанием резорбции над костеобразованием, причем более выраженному снижению МПКТ соответствует и более существенное изменение изученных лабораторных тестов. Представляет интерес уточнение клинического значения особенностей регуляторных механизмов метаболизма костной ткани у данного контингента тяжелых хронических больных.

М.С. Невзорова. Прогностическая значимость оценки уровня моноцитарного хемоаттрактантного протеина-1 при остеоартрозе. ГБОУ ВПО «Пермский государственный медицинский университет им. акад. Е.А.Вагнера» Минздрава России, г. Пермь

Цель работы - оценить уровень моноцитарного хемоаттрак-тантного протеина-1 (МСР-1) у больных остеоартрозом женщин, работающих в условиях физического перенапряжения.

Было обследовано 44 больных остеоартрозом женщин. Все больные были разделены на две группы. Первую группу составили 20 женщин (работницы сельского хозяйства - доярки, телятницы) в возрасте 49±4,58 лет, стаж работы в профессии 22,5±1,12 года. Вторую группу составили 24 пациентки (работницы промышленных предприятий - по-лировщицы, формовщицы, слесари механосборочных работ) в возрасте 52±0,53 лет, стаж работы - 28,23±7,59 лет. Для сравнительного анализа была сформирована группа из 30 здоровых женщин. Содержание МСР-1 в сыворотке крови определяли иммуноферментным методом. Для оценки диагностической чувствительности (ДЧ), диагностической специфичности (ДС), диагностической эффективности (ДгЭ) лабораторных показателей и возможности определения диагностических пределов по маркеру МСР-1 были построены кумулятивные кривые, найдены точки разделения показателей у обследованных групп пациентов по методу В.В. Меньшикова (1997).

Содержание МСР-1 в сыворотке крови женщин I группы составило 207,8±85,14 пг/мл, во II группе - 215,8±83,94 пг/ мл. Достоверных отличий в этих группах по содержанию МСР-1 не обнаружено, что позволило их объединить. У больных остеоартрозом женщин выявлено достоверное повышение содержания в сыворотке крови МСР-1 (336,7±30,1 пг/мл) по сравнению с группой здоровых лиц (154,5 ± 21,5 пг/мл) (р<0,001), что свидетельствует о стимуляции макрофагаль-ного воспалительного ответа при остеоартрозе. ДЧ показателя МСР-1 при точке разделения 150 пг/мл составила 83,4%, ДС теста - 76%, ДгЭ - 75%. Установлено, что у больных с явными клиническими признаками воспаления (наличие си-новита) уровень МСР-1 достоверно повышен (560,0±19,8 пг/ мл) по сравнению с больными остеоартрозом без признаков синовита (319,2±20,1 пг/мл) (р<0,0001). Содержание МСР-1>340,0 пг/мл позволяет выявить субклинически протекающее воспаление при отсутствии клинических проявлений синовита.

В сыворотке крови больных остеоартрозом рекомендуется определять содержание МСР-1 для прогнозирования развития синовита.

В.Н. Павловская, Б.Ю. Гумилевский, Е.А. Загороднева, Н.В. Давыдова. Оценка роли полиморфизма генов системы гемостаза и фолатного обмена в развитии преэкламп-сии. ГБОУ ВПО «Волгоградский государственный медицинский университет»; ГБУЗ НИИГТП ФМБА РФ, г Волгоград

На сегодняшний день нет единой теории, полностью объясняющей патогенез преэклампсии (ПЭ). Известно, что развитие ПЭ связано с генетически детерминированной гиперкоагуляцией свертывающей системы крови. Для нормального функционирования гемостатических механизмов, поддерживающих реологические свойства крови, необходимо, чтобы свертывающая, противосвертывающая системы и фибри-нолиз находились в состоянии равновесия. Это равновесие особенно важно для правильного развития беременности, во время которой гормональные и иммунные перестройки организма могут негативно сказаться на реализации прокоагу-ляционного потенциала. Это особенно важно для носителей определенных аллелей вариантных генов системы гемостаза. В связи с чем, возникает необходимость выявления и характеристики мутаций в генах системы гемостаза как лабораторных маркеров развития ПЭ, позволяющих осуществить персонализацию диагностики, прогноза и лечения на ранних сроках гестации, до появления выраженной клинической симптоматики.

Цель исследования - изучить взаимосвязь полиморфизма аллельных вариантов генов свертывающей системы крови: плазменного звена гемостаза - F2 (20210 G/A),

FGB (-455G-A) и генов фолатного обмена - MTHFR (Ala222Val) с развитием преэклампсии у беременных женщин, наблюдавшихся в ГБУЗ «Волгоградский областной клинический перинатальный центр № 2».

Обследовано 32 женщины, вторая половина беременности которых была осложнена преэклампсией и 39 женщин с нормально протекающей беременностью. Средний возраст пациенток составил 28,8 ± 0,8 лет. Определение snp-мутаций генов F2, FGB, MTHFR осуществляли с помощью метода ПЦР с аллель-специфичными праймерами, детекция конечного продукта реакции проводилась в режиме реального времени.

В ходе исследования полиморфного маркера гена F2 установлены значимые отличия встречаемости гетерозигот GA (53,0%) у беременных с ПЭ, по сравнению с соматически здоровыми беременными женщинами GA (3,6%), (%2 = 20,16; p < 0,05). При этом, частота встречаемости нормальных гомозигот GG у пациенток с ПЭ была статистически ниже, чем у здоровых беременных (47 и 96,4% соответственно). При сравнении аллелей и генотипов полиморфного маркера гена FGB у женщин с ПЭ и пациенток с нормально протекающей беременностью также были выявлены значимые отличия. Количество гомозигот GG в исследуемой группе статистически

ниже, чем в группе контроля (47 и 62,7% соответственно). Генотип АА у беременных с ПЭ составил (25,0%), что достоверно выше, чем у женщин с физиологически протекающей беременностью (11,0%), (%2 = 5,21; р < 0,05). Частота встречаемости гетерозигот СА в исследуемых группах значительно не отличалась. Анализ частоты встречаемости мутантных и диких аллелей гена ЫТИ¥К не выявил статистически значимых отличий между группами.

В результате проведенного исследования было выявлено, что развитие клинических проявлений преэклампсии у беременных женщин связано с гетеро- - и гомозиготным носительством определенных полиморфных аллелей генов ¥'2 и FGB. Следовательно, оценку фенотипа по этим полиморфным локусам генов системы свертывания крови можно рекомендовать к использованию в качестве лабораторного маркера риска развития преэклампсии.

О.П. Томилина', А.П. Момот12, И.В. Молчанова', К.А. Мошкова', Н.А. Семенова'. Прогностическое значение показателей системы гемостаза для исходов экстракорпорального оплодотворения. 1ГБОУ ВПО Алтайский государственный медицинский университет Минздрава РФ, г. Барнаул; 2Алтайский филиал ФГБУ «Гематологический научный центр» Минздрава РФ, г Барнаул

Неудачи экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) часто связывают с повышенной склонностью к свертыванию крови при носительстве мутации фактора V Лейден ^1691А), гипергомоцистеинемии или наличиии антифосфолипидных антител. Однако до настоящего времени не установлены методы исследования системы гемостаза, результаты которых позволяли бы прогнозировать исходы ЭКО.

Цель работы заключалась в определении связи результатов современных методов исследования системы гемостаза с неудачами наступления беременности при ЭКО.

В работу были включены 575 пациенток, обратившихся в Центр сохранения и восстановления репродуктивной функции, которые были обследованы на фоне гормональной стимуляции суперовуляции в соответствии с современными протоколами ЭКО. При исследовании системы гемостаза учитывались следующие параметры коагулограм-мы: агрегация тромбоцитов с аденозиндифосфатом - АДФ (2 мкМ), адреналином и коллагеном, активированное парциальное тромбопластиновое время (АПТВ), протромбиновый и тромбиновый тесты, концентрация фибриногена, уровень D-димеров, нарушения в системе протеина С, активность антитромбина, время ХПа-зависимого фибринолиза. Кроме того, использовался интегральный метод оценки - тест генерации тромбина, по результатам которого учитывался эндогенный тромбиновый потенциал (ЕТП) и пиковая концентрация тромбина (ПКТ). Анализировалась плазма крови, полученная за 2-3 дня до пункции фолликул яичника, т.е. в середине цикла ЭКО. Наступление беременности определялось по данным ультразвукового исследования на 21-е сутки после переноса эмбриона.

Данные большинства широко распространенных методов исследования системы гемостаза не показали связи с исходами ЭКО. Коэффициент корреляции Спирмена (г) неудач этой репродуктивной технологии при этом составил: с агрегаци-онной активностью тромбоцитов в присутствии АДФ 0,23 (р=0,54), коллагена 0,24 (р=0,56) и адреналина -0,10 (р=0,80), с данными АПТВ 0,21 (р=0,54), протромбинового теста 0,06 (р=0,88), тромбинового теста 0,04 (р=0,58), активностью фактора VIII 0,07 (р=0,53), с концентрацией фибриногена 0,28 (р=0,33), уровнем D-димеров 0,21 (р=0,36), активностью антитромбина 0,33 (р=0,47), нормализованным отношением (НО) при скрининге нарушений в системе протеина С -0,28 (р=0,39), содержанием плазминогена -0,31 (р=0,23). В то же время в работе установлена отчетливая связь неблагоприятных исходов ЭКО с результатами оценки теста генерации тромбина (анализируемые параметры - ЕТП и ПКТ), а также временем ХПа-зависимого фибринолиза. В частности, коэффициент корреляции случаев неудач на-

ступления беременности с ЕТП (свыше 1900 нмоль/мин) составил 0,79 (p<0,001), с ПКТ (свыше 360 ммоль/л) 0,88 (p<0,002), а со временем ХПа-зависимого фибринолиза (при результате более 15 мин) 0,66 (р<0,02).

Результаты традиционных методов оценки коагуло-граммы не имеют достоверно выраженной связи с исходами ЭКО в части наступления беременности, что объясняет существующий скептицизм специалистов относительно значимости нарушений гемокоагуляции для успеха вспомогательных репродуктивных технологий. В то же время использование новых диагностических технологий определения генерации тромбина может быть перспективным не только для определения негативного прогноза при осуществлении ЭКО, но и для решения вопроса о необходимости применения низкомолекулярных гепаринов.

Работа проведена в рамках проекта «Исследование молекулярных механизмов зависимости результатов экстракорпорального оплодотворения от нарушений в системе гемостаза», поддержанного грантом РФФИ, договор № НК 14-0498005/14 от 27.02.2014.

Е.Л. Макарова, Н.А.Терехина, М.М. Падруль. Статус адипокинов в сыворотке крови беременных с ожирением. ГБОУ ВПО «Пермский государственный медицинский университет им. акад. Е.А. Вагнера» Минздрава России, г. Пермь

Нарушения липидного обмена у беременных - фактор риска возникновения заболеваний матери и плода.

Цель работы - изучение статуса адипокинов в сыворотке крови беременных с ожирением.

Основную группу составили 65 беременных с нарушением жирового обмена (10,7 + 0,65 нед гестации). Диагноз нарушения жирового обмена устанавливали на основании вычисления индекса массы тела (ИМТ), который рассчитывался, как отношение массы тела женщины (кг) к росту (м2). Все беременные с ожирением были разделены на три подгруппы: первая подгруппа А (ИМТ 28,4 + 1,26 кг/м2) - 27 человек; подгруппа В (ИМТ до 32,3 + 1,09 кг/м2) - 23 человека; подгруппа С (ИМТ 39,9 + 3,51 кг/м2) - 15 человек. Всем пациенткам в основной группе проводился расчет коэффициента К - отношение окружности талии к окружности бедер в сантиметрах. При К менее 0,8 - определяется гиноидный тип ожирения (38 человек), при К более 0,8 был выставлен диагноз андро-идного типа ожирения (27 человек). В контрольную группу вошли 20 здоровых беременных женщин в первом триместре (10,43 + 0,23 нед гестации) с нормальной массой тела (ИМТ 22,9 + 1,19 кг/м2). Содержание адипонектина, резистина и лептина в сыворотке крови определяли методом иммунофер-ментного анализа. Концентрацию глюкозы (ммоль/л) в плазме венозной крови исследовали глюкозооксидазным методом.

Содержание глюкозы в сыворотке крови беременных основной группы и группы сравнения составило 3,92 + 0,20 и 3,56 + 0,25 мкмоль/л соответственно. Содержание адипо-нектина в сыворотке крови здоровых беременных было достоверно выше (13,6+0,75 мкг/мл), чем у беременных с нарушением липидного обмена (6,94+0,82 мкг/мл). Выявлено достоверное снижение содержания адипонектина в сыворотке крови беременных с андроидным ожирением (4,18+0,39 мкг/ мл) по сравнению с пациентками с гиноидным ожирением (8,70+0,55 мкг/мл. К III триместру беременности у пациенток только из группы с андроидным ожирением в 3 случаях развился гестационный сахарный диабет. В сыворотке крови беременных с ожирением выявлена обратная корреляция снижения уровня адипонектина в крови с увеличением массы тела пациенток: при 1 степени ожирения - 7,31 + 0,13 мкг/ мл; при 2 степени - 6,77 + 0,08 мкг/мл; при 3 степени - 6,36 + 0,15 мкг/мл. Выявлено достоверное повышение уровня резистина у беременных с ожирением (9,8 + 0,83 нг/мл) по сравнению с женщинами нормальной массы тела (6,28 + 0,6 нг/мл). В группе женщин с андроидным ожирением обнаружено более высокое содержание резистина (15,4+0,77 нг/мл) по сравнению с женщинами с гиноидным типом ожирения (7,96 +

0,52 нг/мл). При беременности содержание лептина в сыворотке крови возрастает, что связано с выработкой гормона плацентой. Содержание лептина в сыворотке крови здоровых беременных достоверно было выше (15,6+0,18 нг/мл), чем в контроле (9,81+0,09 нг/мл). При сочетании беременности и ожирения содержание лептина увеличивается в 4 раза (63,8+0,51 нг/мл). Более выраженные изменения содержания лептина, резистина и адипонектина выявлены у беременных с андроидной формой ожирения.

Выявлена прямая корреляционная зависимость массы тела беременных и содержания лептина, что свидетельствует о компенсаторной стимуляции выработки этого гормона плацентой для предотвращения развития гипоксии и фето-плацентарной недостаточности. Снижение уровня адипонек-тина у беременных с андроидным ожирением способствует развитию гестационного сахарного диабета, свидетельствуя

0 срыве компенсаторных возможностей организма и формировании осложнений у матери и плода.

В.А. Сумеркина, Вл.С. Чулков, В.С. Чулков, Е.В. Ожигина, Л.Р. Торопова. Оценка уровней адипокинов у пациентов с метаболическим синдромом и изолированным абдоминальным ожирением. ГБОУ ВПО «Южно-Уральский государственный медицинский университет» Минздрава Российской Федерации, г. Челябинск

Широкое распространение в популяции лиц молодого возраста метаболического синдрома (МС) объясняет возросший интерес к изучению патогенетических закономерностей его формирования и прогрессирования. Метаболический синдром ассоциирован с высоким риском развития сердечнососудистых заболеваний, нарушений иммунной системы, снижением репродуктивной функции. Представляется актуальным оценить уровень адипокинов у молодых пациентов с изолированным абдоминальным ожирением (АО) и метаболическим синдромом.

В исследование был включен 51 пациент в возрасте 2044 года. Все пациенты были распределены в 3 группы: 1-я группа - пациенты с МС (п = 19); 2-я группа - пациенты с изолированным АО (п = 15). В группу 3 было включено 17 практически здоровых лиц. Пациенты всех групп были сопоставимы по полу и возрасту. Были определены уровни адипокинов - лептина, ангиотензина II, ингибитора активатора плазминогена 1 типа (РА1-1), интерлейкина 6 (ИЛ-6) в сыворотке крови методом иммуноферментного анализа. Статистический анализ данных проводился при помощи пакета статистических программ STATISTICA 7,0. Данные в тексте представлены в виде медианы и интерквартильного размаха Ме ^25о/о^75о%). Для всех видов анализа статистически достоверными считались значения р<0,05.

Уровень лептина в сыворотке крови при АО и МС был достоверно выше 17,7 (5,7-22,8) нг/мл и 29,8 (10,1-54,8) нг/ мл соответственно, чем у практически здоровых лиц (9,6 (4,1-15,5) нг/мл). Концентрация ангиотензина II у пациентов с МС (20,6 (8,0-42,8) пг/мл оказалась также выше по сравнению с пациентами в группе 2 (8,5 (4,2-12,2) пг/мл) и в группе 3 (8,9 (7,0-12,9) пг/мл). Уровень РАМ у пациентов с МС (481,6 (332,9-625,9) нг/мл) и АО (434,9 (227,9-523,4) нг/мл был достоверно выше, чем у практически здоровых пациентов (286,2 (216,8-413,8) нг/мл). Концентрация провоспали-тельного цитокина ИЛ-6 у пациентов с МС (6,2 (4,1-7,4) пг/ мл была выше в сравнении с группой 3 (3,9 (3,1; 4,7) пг/мл).

Таким образом, у молодых пациентов, как с метаболическим синдромом, так и с изолированным абдоминальным ожирением выявлены особенности адипокинового статуса. В этих группах одновременно выявлены более высокие уровни лептина и ингибитора активатора плазминогена 1 типа по сравнению с практически здоровыми пациентами. В группе

1 также выявлена более высокая концентрация ангиотензина II, что, с одной стороны, может отражать активацию ренин-ангиотензиновой системы, с другой стороны - более выраженную эндотелиальную дисфункцию. В этой же группе отмечена более высокая концентрация провоспалительного

цитокина ИЛ-6, что может свидетельствовать о наличии системного воспалительного ответа при метаболическом синдроме.

Р.С. Тишенина, Г.С. Молчанова, Т.А. Бритвин, Т.Ю. Пиня-гина. Экскреция метанефрина и норметанефрина у больных с артериальной гипертонией и опухолями надпочечников. ГБУЗ Московский областной научно-клинический институт им. М.Ф. Владимирского, Москва

Цель исследования: диагностическая значимость определения экскреции с мочой метанефрина и норметанефрина у больных с артериальной гипертонией, опухолями надпочечников и феохромоцитомами.

С целью раннего выявления феохромоцитомы дифференциальную диагностику больных с новообразованиями надпочечников и артериальной гипертонией, согласно современным стандартам, рекомендовано начинать с определения продуктов метаболизма катехоламинов в моче метанефрина и норметанефрина. Материалы. Обследованы следующие группы больных: с повышенным артериальным давлением в возрасте от 16 до 70 лет и с гипертонической болезнью -421, с новообразованиями надпочечников разной этиологии (кисты, адренокортикостеромы, альдостеромы, рак, шванно-мы, миелолипомы) - 273, с верифицированной гистологически феохромоцитомой - 30, из них у двух беременных с вненадпочечниковой локализацией (параганглиома), у одной больной феохромоцитома правого надпочечника в сочетании с медуллярным раком щитовидной железы (МЭН 2 синдром). Подготовка пациентов к обследованию проводилась в соответствии с требованиями, в частности, соблюдение диеты и отмены гипотензивной терапии. Сбор суточной мочи осуществляли в стеклянную емкость, в которую предварительно вносили 10 мл 0,1М НО (консервант), после 1-й порции мочи, емкость помещали в холодильник при 2-6оС, куда вносили следующие порции мочи, измеряя суточный диурез. Определение метанефрина и норметанефрина осуществляли методом ИФА с помощью наборов IBL INTERNATIONAL (Германия), на установке «LUMINOME-TER PHOTOMETER» Immunotech.

У больных гипертонической болезнью средние уровни составили: метанефрина 72,3 ± 32,01 мкг/сут, норметанефрина 151,9 ± 51,21 мкг/сут; у больных с опухолями надпочечников уровень метанефрина 84,4 ±39,21 мкг/сут, норме-танефрина 161,3 ± 63,1 мкг/сут. Статистически достоверных различий между группами не установлено. У отдельных пациентов один из этих показателей незначительно превышал референсные значения здоровых лиц (метанефрин 20-345, норметанефрин 30-440 мкг/сутки). У больных феохромоци-томами отмечен большой диапазон колебаний показателей как метанефрина (от 35,6 до 5974 мкг/сут), так и норметанефрина (от 112 до 24211 мкг/сут). У 14 из 30 больных пациентов зарегистрированы нормальные уровни метанефрина, у 16 - повышенные (53,3%), нормальные уровни экскреции норметанефрина обнаружены только у двух больных, повышенные - у 28 (93%). Повышение уровней экскреции обоих метаболитов выявлено у 16 больных (53,3%). При внутри-надпочечниковой локализации феохромоцитомы уровень ме-танефрина был увеличен в 4 раза, а норметанефрина в 7-10 раз, тогда как при вненадпочечниковой локализации уровни метанефрина были в пределах нормы при значительном повышении экскреции норметанефрина. Таким образом, спектр выделяемых метаболитов зависит от локализации опухоли, от степени дифференцировки клеток, поэтому у некоторых пациентов с незначительным повышением метилированных производных их определение производится повторно.

Выводы. 1. Одновременное исследование экскреции с мочой метанефрина и норметанефрина подтверждает диагноз гормонально активной опухоли надпочечников - феохромо-цитомы.

2. У пациентов с симптомами, свойственными феохромо-цитоме, при незначительном повышении метилированных производных, показано 2-3-х кратное их определение.

Н.Б. Захарова, Л.Ю. Островская, А.П. Могила, Л.С. Кат-ханова, Э.В. Акулова, А.В. Лысов. Анализ стоматологического статуса у женщин в период репродуктивного старения. ГБОУ ВПО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава России, Саратов

К настоящему времени установлена прямая связь между естественным угасанием функции яичников и многочисленными изменениями в организме женщины. Поскольку эстрогены активизируют функции остеобластов, то при угасании эндокринной функции яичников, замедляется процесс остео-генеза в организме, в том числе в пародонте. Выявляемые уже на ранних стадиях климактерического периода изменения в тканях пародонта являются следствием воздействия комплекса экзо- и эндогенных факторов.

Цель исследования - изучение влияния изменения гормональной регуляции у женщин в процессе репродуктивного старения на воспалительно-деструктивные процессы в тканях пародонта.

Исследован гормональный статус и состояние тканей па-родонта у 18 пациенток в ранней менопаузе с патологией па-родонта. Всем обследованным женщинам проведен осмотр полости рта и состояния тканей пародонта с использованием индексной оценки (OHI-S, РМА, ПИ), а также рентгенологического исследования. При осмотре полости рта забиралась десневая жидкость. Для ее получения у обследуемых лиц использовали полоски поролона, которые вводили в десневой карман до их полного пропитывания. Концентрацию VEGF в образцах десневой жидкости и сыворотке крови, а также ФСГ, эстрадиола, эндотелин-1 в сыворотке крови определяли методом иммуноферментного анализа с помощью соответствующих наборов реагентов ЗАО «Вектор-Бест» (Новосибирск), ЗАО «ДРГ Техмистемс», Biomedicagroup (Австрия). Для морфологической диагностики воспалительных заболеваний пародонта брали биопсию из слизистой оболочки маргинального края десны. Иммуногистохимический метод использовали для идентификации эпителиоцитов десны, продуцирующих эндотелин-1, с использованием монокло-нальных мышиных антител к эндотелину-1 (Sigma, St.Louis, USA ,титр 1:200).

В развитии воспалительных заболеваний пародонта у пациенток с ранней менопаузой имеют значение как экзогенные факторы - нарушение гигиены полости рта, так и эндогенные. К числу эндогенных факторов, вызывающих и усугубляющих развитие гингивита и пародонтита следует отнести повышение уровня VEGF, а также изменение количественной характеристики клеток пародонта, продуцирующих эндотелин-1. Корреляция изменений числа указанных клеток в десне и уровня эндотелина в сыворотке крови характеризует системность нарушения регуляторных процессов и объясняет закономерность сочетания изменения гормонального фона в менопаузе и воспалительных заболеваний пародонта.

Повышение количественной плотности эпителио-цитов десны, иммунопозитивных к эндотелин-1 тесно коррелируют с тяжестью пародонтита и может выступать в качестве диагностического критерия.

Н.А. Терехина, Е.В. Жидко, Г.А. Терехин, А.Г. Орбиданс, Н.В. Солдатенко. Прогностическое значение определения содержания меди при заболеваниях гепатобилиарного тракта. ГБОУ ВПО «Пермский государственный медицинский университет им. акад. Е.А. Вагнера» Минздрава России, г. Пермь

Стабильность химического состава является одним из важнейших условий нормальной жизнедеятельности организма, а отклонения в содержании биоэлементов - одной из наиболее значимых причин развития большого количества различных патологических состояний. Из микроэлементов, имеющих значение в диагностике заболеваний печени, наибольший интерес представляют железо и медь. Оба элемента содержатся в сыворотке крови в виде металлопротеинов, а также в печени, которая играет для них роль депо.

Цель работы - оценить и сравнить содержание меди и железа в плазме крови при заболеваниях гепатобилиарного тракта.

В плазме крови 31 больного с острой алкогольной интоксикацией, 12 больных острым панкреатитом, 20 - с обострением хронического панкреатита, 17 больных с механической желтухой, а также 8 больных с желчнокаменной болезнью без желтухи определяли содержание меди и железа по методу Landers J. W., Zak B. (1958). Содержание церулоплазмина определяли по методу В.С. Камышникова (2003). Контролем служила плазма крови 15 здоровых лиц.

Содержание меди в плазме крови больных с механической желтухой (35,56 + 6,8 мкмоль/л) оказалось в 2 раза выше, чем в плазме крови здоровых лиц (17,8 + 3,98 мкмоль/л). В плазме крови больных с механической желтухой опухолевого генеза содержание меди достоверно выше (37,6 + 6,8 мкмоль/л), чем в плазме крови больных с механической желтухой, обусловленной наличием камней во внепеченочных желчных протоках (28,2 + 0,82 мкмоль/л). Наиболее значительное увеличение меди в крови наблюдается при механической желтухе, что связано с задержкой выделения меди вследствие нарушения оттока желчи. Содержание меди в плазме крови достоверно не отличалось от контроля при холелитиазе без механической желтухи (23,4 + 1,9 мкмоль/л) и при остром панкреатите (16,7 + 6,07 мкмоль/л). При обострении хронического панкреатита содержание меди в плазме крови оказалось в 2 раза выше (34,2 + 3,3 мкмоль/л), При этом уровень меди в плазме крови больных прямо пропорционален тяжести поражении печени. При остром отравлении этанолом содержание меди в плазме крови (14,2 + 3,1 мкмоль/л) достоверно не отличается от контроля, а содержание церулоплазмина увеличивается почти в 1,5 раза (р<0,01).

В плазме крови больных острым панкреатитом содержание железа (36,4 + 8,36 мкмоль/л) превышало контроль в 1,5 раза. Содержание железа в плазме крови больных при механической желтухе (27,3 + 6,7 мкмоль/л), при желчнокаменной болезни без механической желтухи (30,9 + 7,0 мкмоль/л), при обострении хронического панкреатита (29,5 + 5,4 мкмоль/л) и при остром отравлении этанолом (25,9 + 9,1 мкмоль/л) достоверно не отличалось от содержания этого микроэлемента в плазме крови здоровых людей. Не выявлено существенных отличий в содержании железа в плазме крови больных с механической желтухой опухолевой этиологии (26,7 + 7,26 мкмоль/л) и с механической желтухой, обусловленной наличием камней во внепеченочных желчных протоках (29,7 + 4,25 мкмоль/л).

Определение содержания меди в плазме крови больных имеет прогностическое значение для определения степени поражения печени при заболеваниях гепатобилиарной системы, может быть использовано для дифференциальной диагностики механической желтухи опухолевого генеза и механической желтухи, обусловленной наличием камней во внепеченочных желчных протоках.

Е.Л. Щеглова, В.Е. Высокогорский. Показатели фагоцитоза при острой алкогольной интоксикации подростков. ГБОУ ВПО «Омский государственный медицинский университет» Минздрава России; ФГБОУ ВПО «Омский государственный аграрный университет им. П. A. Столыпина»

Показатели фагоцитарной активности снижаются при различных интоксикациях и токсических поражениях печени. Целью данного исследования является оценка показателей функциональной активности нейтрофильных гранулоци-тов у подростков при острой алкогольной интоксикации.

Материалом для проведения исследования служила венозная кровь подростков (13-15 лет), поступивших в стационар Областной детской клинической больницы г. Омска, с диагнозом «Острое отравление алкоголем» и практически здоровых пациентов, проходивших диспансеризацию аналогичной возрастной категории Городской детской клинической больницы № 2 им. В.П. Бисяриной г. Омска. Развитие алкогольной интоксикации у детей подтверждено наличием

этанола в крови 1,6 (0,4 - 2,9) г/л и в моче 1,8 (0,3 - 2,7) г/л.

Использовали микроскопический метод оценки завершенности фагоцитоза по проценту фагоцитоза и фагоцитарному индексу (по Гамбургеру), интегрально характеризующий стадии фагоцитоза, такие как адгезия, поглощение, переваривание. Фагоцитарная активность нейтрофилов (ФА) — процент фагоцитирующих нейтрофилов, фагоцитарное число Райта (ФЧ) — среднее число захваченных микробов одним активным нейтрофилом; индекс завершенности фагоцитоза (ИЗФ). Кроме того, определяли содержание лизосо-мальных катионных белков нейтрофилов.

Статистическая значимость различий сравниваемых величин (р) оценивалась с помощью критерия Манна-Уитни. Результаты представлены в виде значений медианы (Ме) и межквартильных интервалов (25-75%). Для оценки корреляционной зависимости использовали метод ранговой корреляции Спирмена.

Фагоцитарная активность нейтрофилов, вступивших в фагоцитоз через 30 мин инкубации (ФА30) с микробной культурой статистически не отличается у подростков с острой алкогольной интоксикацией и в группе сравнения и составляет 59,0 (55,5-70,0)% и 67,5 (53,0-77,5)% соответственно. Нет достоверных различий фагоцитарной активности через два часа инкубации (ФА120), 39,0 (34-40)% у подростков с острой алкогольной интоксикацией, в группе сравнения 44,5 (36,5-62)%.

Однако фагоцитарное число через 30 мин инкубации (ФЧ30) у подростков с острой алкогольной интоксикацией составляет 5,08 (4,26-5,72) ед., что ниже в 2 раза, чем в группе сравнения, у которых фагоцитарное число равно 10,19 (7,6713,38) ед. (p<0,05). Фагоцитарное число через 120 мин инкубации (ФЧ120) у подростков с острой алкогольной интоксикацией также ниже, в сравнении с показателями группы сравнения и составляет 2,13 (1,99-2,62) ед. и 5,28 (4,48-7,98) ед. соответственно (p<0,05).

Индекс завершенности фагоцитоза у подростков с острой алкогольной интоксикацией существенно не отличался от данных группы сравнения и составлял 1,71 (1,54-1,92) и 1,78 (1,53-2,06) соответственно.

Нет статистически значимых различий содержания лизо-сомальных катионных белков нейтрофилов, у подростков с острой алкогольной интоксикацией оно составляло — 2,46 (2,06-2,58) ед., а в группе сравнения — 2,01 (2,05-2,57) ед.

Корреляционный анализ между показателями фагоцитоза у подростков при острой алкогольной интоксикации позволил установить отрицательную связь между ФА,0 и ФЧ (r=-0,65; р<0,05), ФА120 и ИЗФ (r=-0,62; р<0,05), ФЧ120 и ИЗФ (r=-0,58; р<0,05), положительную связь между индексом завершенности фагоцитоза и фагоцитарным числом после 30-минутной инкубации (r=0,54; р<0,05).

Установлена положительная связь уровня этанола в крови и фагоцитарного числа после 30-минутной инкубации (r=0,52; р<0,05).

Таким образом, острая алкогольная интоксикация у подростков сопровождается функциональными нарушениями фагоцитирующих клеток, а именно снижением захвата патогенного агента, что может быть обусловлено большей подверженностью печени подростков токсическому воздействию алкогольной интоксикации. При этом количество активных фагоцитов и переваривающая способность нейтрофилов при однократном приеме значительной дозы алкоголя подростками сохранены на уровне показателей группы сравнения.

П.А. Акимов, Н.А. Терехина. Использование показателей углеводного обмена для дифференциальной диагностики причины смерти пострадавших от черепно-мозговой травмы. ГБОУ ВПО «Пермский государственный медицинский университет им. акад. Е.А. Вагнера» Минздрава России, ГКУЗОТ «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», г. Пермь

Цель исследования - изучить содержание гликогена и лактата в печени, скелетной мышце и миокарде для диффе-

ренциальной диагностики установления непосредственной причины смерти при черепно-мозговой травме.

Исследование проведено на секционном материале 111 человек, получивших черепно-мозговую травму и скончавшихся в условиях низких температур окружающей среды. Группу сравнения (контроль) составили 16 человек, скончавшихся от сердечной патологии. Содержание гликогена и лактата в тканях проведено разработанным нами методом (патент № 2453849 от 20.06.2012 г.). Сущность метода заключается в предварительной фиксации ткани в ацетоне с последующей пробоподготовкой путем гомогенизации биологической ткани и проведения гидролиза (гликогена до глюкозы) в растворе трихлоруксусной кислоты, центрифугирования и определения метаболитов углеводного обмена (глюкозы и лактата) ферментными методами.

Все случаи наблюдений были разделены на четыре группы по содержанию гликогена в скелетной мышце. 1-ю группу составили 7 пострадавших с нормальным содержанием гликогена - 22,0 ± 1,8 мкмоль/г. Содержание гликогена в скелетной мышце у лиц группы сравнения составило 23,0 ± 2,0 мкмоль/г 2-ю группу составили 20 человек с умеренным снижением гликогена - 10,7 ± 1,7 мкмоль/г. 3-ю группу составили 53 пострадавших, у которых гликоген во всех тканях не определялся или определялся в «следовых» количествах. Известно, что определение содержания гликогена в печени, скелетной мышце и миокарде используется в судебно-медицинской практике как метод лабораторной дифференциальной диагностики при смерти от общего переохлаждения организма, острого отравления этанолом и ишемической болезни сердца. При общем переохлаждении организма гликоген во всех тканях не определяется (при медленном темпе охлаждения) или его содержание резко снижено (при быстром темпе охлаждения). В 4-ю группу вошли 31 пострадавший со значительным снижением гликогена - 6 ± 1,9 мкмоль/г, когда необходимо было провести дифференциальную диагностику между черепно-мозговой травмой и общим переохлаждением организма.

Наибольшее содержание гликогена в печени установлено в первой группе наблюдений - 113,3 ± 23,6 мкмоль/г, не отличающееся от группы сравнения - 93,0 ± 10,7 мкмоль/г. Содержание гликогена у лиц 2-й и 4-й группы было снижено и оказалось одинаковым, соответственно - 71,1 ± 9,2 мкмоль/г и 71,6 ± 6,5 мкмоль/г. Снижение содержания гликогена, как в печени, так и в скелетной мышце связано с травматическим шоком и свидетельствует о периоде переживаемости после получения травмы.

Гликоген не является основным энергетическим субстратом для миокарда, наибольшее его содержание отмечено только в 1-й группе наблюдений - 15,3 ± 2,9 мкмоль/г Во 2-й и 4-й группах содержание гликогена составило соответственно - 5,5 ± 1,0 и 5,5 ± 1,1 мкмоль/г, что не отличалось от показателя группы сравнения - 5,1 ± 2,0 мкмоль/г.

Наиболее информативным и достоверным для диагностики оказалось содержание лактата в скелетной мышце, которое резко снижается при наступлении смерти от общего переохлаждения организма - 28,2 ± 3,2 мкмоль/г В группе сравнения показатель составил 73,7 ± 5,2 мкмоль/г Содержание лактата в 1-й (74,6 ± 3,3 мкмоль/г) и 2-й группах наблюдений (65,7 ± 6,8 мкмоль/г) не отличалось от группы сравнения. В 4-й группе содержание лактата составило 47,0 ± 4,0 мкмоль/г. При анализе содержания лактата в скелетной мышце этой группы установлено, что снижение лактата ниже 41,0 мкмоль/г (наибольшее значение у лиц, скончавшихся от общего переохлаждения организма) отмечено в 1/3 случаях. Содержание лактата в печени оказалось менее информативным. В 1-й и 2-й группах показатель составил соответственно 31,3 ± 3,9 и 33,5 ± 4,2 мкмоль/г, в 3-й группе (при общем переохлаждении организма) - 22,2 ± 2,9 мкмоль/г и в 4-й - 25,9 ± 2,6 мкмоль/г. В группе сравнения показатель составил 37,7 ± 3,4 мкмоль/г. Содержание лактата в миокарде не отличалось от контроля (50,7 ± 5,1 мкмоль/г) во всех исследуемых группах.

Таким образом, полученные результаты рекомендуется использовать в судебно-медицинской практике. При дифференциальной диагностике необходимо учитывать не только содержание гликогена в тканях, но и содержание лактата. Наступление смерти в результате получения черепно-мозговой травмы в условиях низких температур окружающей среды

более чем в половине случаев связано с общим переохлаждением организма.

Биохимический анализ тканей печени и скелетной мышцы может быть использован для дифференциальной диагностики непосредственной причины смерти пострадавших от черепно-мозговой травмы в условиях низких температур.

проблемы диагностики и профилактики инфекционных заболеваний

Е.В. Алиева, Ю.В. Первушин. Современные представления о микробиоте человеческого организма. ГБОУ ВПО «Ставропольский государственный медицинский университет» Минздрава РФ, Ставрополь

Проблемы экологии живых организмов в настоящее время приобрели весьма актуальное значение. Если рассматривать макроорганизм и его микрофлору как единую экологическую систему, следует признать, что наблюдаемое нарастание удельного веса заболеваний, вызываемых так называемыми условно патогенными микроорганизмами, являющимися по существу представителями нормальной флоры, связано с нарушениями сложившегося в эволюции баланса между организмом и его микрофлорой, с одной стороны, и нарушением равновесия внутри бактериальных ассоциаций с другой. Исследование микробного населения организма человека представляет одну из старейших проблем микробиологии. Микробиота - это эволюционно сложившееся сообщество разнообразных микроорганизмов, населяющих открытые полости организма человека, определяющее биохимическое, метаболическое и иммунологическое равновесие макроорганизма. Микробиота человека представляет собой симбиотическую систему, взаимодействующую на принципах комменсализма и мутуализма - высшей формы взаимовыгодных симбионтных взаимоотношений. Взаимно дополняя друг друга, макроорганизм и сопровождающие его бактерии образуют единую систему. При этом, человек представляет собой не только среду обитания, находясь в состоянии динамического равновесия с собственной микрофлорой, но и является частью данной системы. Это следует, прежде всего, из того, что микробиота генетически связана с макроорганизмом и способна оказывать влияние на все функции хозяина. Суммарный микробный геном в кишечнике человека - микробиом более чем в 100 раз превышает количество генов в геноме человека. Результаты расшифровки генома бактерий и человека показали, что организм последнего содержит нуклеотидные последовательности, характерные более чем для 200 бактериальных генов, а также для 500 видов ретровирусов, которые, очевидно, заимствованы у микроорганизмов в процессе филогенеза. Благодаря координированной работе эволюционно сложившихся систем регуляции симбиоза, осуществляется согласованное взаимодействие генов эукариотических клеток и геномов многочисленных симбиотических микроорганизмов. Процесс внутрипопуля-ционного информационного обмена бактериальных клеток между собой получил название «quorumsensing» (чувство кворума) и представляет специфический вариант регуляции экспрессии генов, т.е. механизм, посредством которого микроорганизмы способны осваивать окружающую их среду - человеческий организм. Взаимодействие друг с другом и с клетками хозяина происходит через низкомолекулярные сигнальные молекулы, называемые аутоиндукторами. Благодаря аутоиндукторам бактерии обмениваются информацией и координируют свою деятельность. Общая численность бактериальных клеток у взрослого человека достигает 1014, а при некоторых патологических состояниях доходит до 1017, что значительно больше числа всех клеток, из которых состоят органы и ткани макроорганизма. Количество микроорганизмов присутствующих в толстой кишке составляет 400 млрд

микробных клеток на 1 г содержимого, то есть у взрослого человека масса бактерий приблизительно достигает 3 кг. Соотношение разнообразных популяций микробов отдельных органов и систем, поддерживающее биохимическое, метаболическое и иммунологическое равновесие, необходимое для сохранения здоровья человека, называют нормофлорой. Около 20% ее представителей обитает в полости рта, 40% - в гастродуоденальном и дистальном отделах желудочно-кишечного тракта, 18-20% приходится на кожные покровы, 15-16% - на ротоглотку и 2-4% - на урогенитальный тракт мужчин (у женщин - до 10%). Все микроорганизмы микро-биоты можно подразделить на облигатные (аутохтонные, ин-дигенные, резидентные), факультативные (добавочная или сопутствующая микрофлора) и транзиторные - случайные (она же аллохтонная или остаточная микрофлора). В сформировавшемся микробиоценозе 90% составляют облигатные представители нормофлоры, менее 9,5% - факультативные и до 0,5% - транзиторные микроорганизмы. Основные функции нормальной микрофлоры: колонизационная резистентность; детоксикационная; иммуномодулирующая. К факторам, обеспечивающим колонизационную резистентность и поддерживающим стабильность индигенной микрофлоры относятся: «экранирование» слизистой от проникновения услов-нопатогенных микроорганизмов за счет высокой адгезивной активности облигатных бактерий. Симбиотная микрофлора осуществляет детоксикацию экзогенных и эндогенных субстратов и метаболитов, утилизируя непереваренные пищевые вещества и инактивируя канцерогенные соединения. Имму-номодулирующая функция связана со стимуляцией местного иммунитета, активизация синтеза секреторного IgA. Опыты на гнотобионтах показали, что антигенная стимуляция представителями облигатной микрофлоры необходима как для формирования лимфоидной ткани, ассоциированной со слизистыми, так и полноценного функционирования иммунной системы организма в целом. В свою очередь иммунная система человека оказывает регулирующее действие на состав аутохтонной флоры.

Н.С. Багирова. Диагностика инфекций кровотока: значение критериев оценки клинической значимости положительной гемокультуры. ФГБНУ «РОНЦ им. Н.Н. Блохина», Москва

Диагностика инфекций кровотока (ИК) является наиболее важной функцией лаборатории клинической микробиологии. Поздняя и/или некорректная диагностика связана с несвоевременным и неадекватным эмпирическим лечением антибиотиками, что в свою очередь сопровождается высокой летальностью. Эпизоды псевдобактериемии нередко ошибочно принимают за истинную бактериемию. Загрязнение (контаминация) образца крови для посева нередко приводит к ложноположительным результатам и к неадекватной терапии тяжелейших инфекционных осложнений. Вследствие контаминации в исследуемый образец крови попадает микроорганизм, который в реальности не присутствовал в кровеносном русле в момент посева крови, но может быть нормальным обитателем кожи, слизистых оболочек больного или медперсонала, обитать в окружающей среде (воздух, вода, почва, поверхности помещения), колонизировать поверхности вну-трисосудистого катетера. Микробиологическое исследование