Дмитрий Медведев: все в норме

Дмитрий Медведев по-прежнему держит в поле зрения не только входящие в его компетенцию экономику и социалку. В политические и правовые вопросы он погружен настолько, что готов публично отвечать на любые вопросы. Такое впечатление оставил о себе премьер после прямого эфира с журналистами пяти телеканалов. Некоторые его ответы были рассчитаны на некомпетентность собеседников, отмечают эксперты.

Партнеры Дмитрия Медведева по разговору в студии "Россия 1" были те, же что и в апреле,— "Первый канал" (Ирада Зейналова), "Россия 1" (Сергей Брилев), НТВ (Алексей Пивоваров), РЕН ТВ (Марианна Максимовская) и телеканал "Дождь" (Михаил Зыгарь). За полтора часа общения премьер успел высказаться о пенсионной реформе и приоритетных расходах бюджета; о коррупционных скандалах и штрафах для пьяных водителей; о политическом ландшафте и своем возможном президентстве; о клевете и даже о приближающемся "конце света". Слухам о нем он не придает значения, так как значимым может быть только приближающийся Новый год. "Дмитрий Медведев подробно остановился именно на тех темах, которые больше всего волнуют людей,— что будет с пенсионной системой, с зарплатами работников бюджетной сферы, как будет наводиться порядок на дорогах страны!" — восхищался вчера ответами председателя своей партии секретарь генсовета "Единой России" Сергей Неверов. Понравилось господину Неверову и то, как Дмитрий Медведев "высоко оценил законотворческую работу партии по либерализации политической системы: все больше партий принимает участие в выборах". Сам господин Медведев восхищался губернаторскими выборами. Они, по его мнению, хотя и были "неидеальны", но страна получила "систему, при которой люди впервые за восемь лет могли принять решение о том, кто будет управлять их регионом, и кандидата выдвигала не одна партия, а девять". Премьер полагает, что в конечном итоге в России будет зарегистрировано "несколько десятков партий" (в Минюст уже подано более 200 заявок, 44 партии зарегистрированы). Говоря о перспективах партийной системы, он отверг идею, что России нужно создавать двухпартийную систему на манер США. "У нас и общество другое, и набор политических привычек другой, нам гораздо более близки европейские политические традиции, когда есть пять-семь партий, которые оказывают прямое влияние на то, что происходит в стране".

"Никто не может заранее знать, сколько влиятельных партий потребуется России",— считает доцент Высшей школы экономики Павел Кудюкин. По его словам, в теории партийного строительства известны лишь самые общие закономерности. К примеру — "выборы по пропорциональной системе ведут к формированию многопартийного парламента, а мажоритарные выборы могут привести к двухпартийной системе".

Но в случае с Россией, считает господин Кудюкин, изменения выборного законодательства не дадут никаких результатов, пока партии не станут тем институтом, через который только и можно прийти к власти. Нынешняя власть "сложилась до появления партий и сама формирует нужные ей партии и нужные ей правила выборов". О том, "сколькопартийная система нужна России, можно будет думать только после того, как партии начнут формировать правительство", уверен эксперт. А до этих пор "и партии, и избирательное законодательство власть будет использовать как элемент политтехнологии", заявил "Ъ" эксперт фонда ИНДЕМ ("Информатика для демократии") Юрий Коргунюк.

Судя по телеэфиру, Дмитрий Медведев предвидел вопросы об ужесточении норм. И как только прозвучал первый из них, он сразу же взял инициативу в свои руки, перечислив все те законы, о которых может идти речь (поправки к законодательству о митингах, о НКО; ужесточение уголовных наказаний за разглашение государственной тайны, за клевету, за распространение детской порнографии в интернете). В частности, премьер находит совершенно обоснованным ужесточение наказания за нападение на полицейских во время массовых акций. "Бить полицейских нельзя — это преступление в любой стране, и в нашей тоже, и это никогда не будет проходить безнаказанно",— заявил он. "Если любой человек, который вышел на митинг, считает возможным ударить полицейского, он должен понимать: за это наступит ответственность",— добавил Дмитрий Медведев. Однако премьер не уточнил, что российские законодатели решили наказывать за стычки с полицейскими не только драчунов из числа митингующих, но и организаторов митинга. Согласно же рекомендациям ОБСЕ, в разработке которых Россия была полноправным участником, "организаторов собраний не следует привлекать к ответственности за действия отдельных участников собрания".

Оценив каждый из законов, премьер заявил, что не видит никакого "реакционного тренда". "Пока по соответствующим правилам никого не привлекли к ответственности, не посадили",— заявил он, предложив всем дождаться правоприменительной практики норм, прежде чем судить об их реакционности.

Адвокат Вадим Клювгант заявил "Ъ", что "любое управленческое решение, тем более в сфере уголовного законодательства, "предполагает прогнозирование, оценку рисков и проработку превентивных мер, снижающих риски". Предложение дождаться правоприменительной практики новых репрессивных норм господин Клювгант расценил как "непрофессиональное заявление, которое юрист допустил в расчете на недостаточную компетенцию собеседников". Но глава думского комитета по конституционному законодательству единоросс Владимир Плигин уверен, что Дмитрий Медведев оценил принятые законы в полном соответствии с "одним из направлений юридической практики — прецедентным правом", по которому судить о законе можно только по результатам его применения.

Господин Медведев не понял, почему представители правоохранительных органов явились с обыском в семь утра к автору документального фильма "Срок" Павлу Костомарову. "На мой взгляд, у следствия есть достаточное количество средств для того, чтобы просто затребовать те или иные материалы в обычном процессуальном порядке",— заявил премьер.

Вопрос о собственных политических перспективах Дмитрий Медведев оставил открытым. "Я еще не очень старый политик, у меня есть какой-то ресурс во времени, почему я должен закрывать для себя какие-то возможности?" — ответил он вопросом на вопрос о намерении баллотироваться в президенты в 2018 году. Но будущее решение, по его словам, будет связано "во-первых, с личными желаниями в конкретный момент", а во-вторых — "с представлениями людей: хотят ли они этого?".