язык

Юкагирский язык

Общие сведения о языке

Библиография по юкагирскому языку

Юкагирский язык – один из языков юкагирско-чуванской группы, условно включаемый в группу «палеоазиатских» языков. Этносы и этнические группы, родственные юкагирам – ходынцы, чуванцы и анаулы, проживавшие в 17-18 вв. в верхнем и среднем течении реки Анадырь, были полностью ассимилированы чукчами, коряками и русскими старожилами бассейна Анадыря и низовьев Колымы: одна из русскоговорящих групп старожильческого населения унаследовала от юкагироязычных предков самоназвание «чуванцы».

Самоназвание этнической группы

Две этнические группы юкагиров имеют одно этимологически единое самоназвание, лесные, или верхнеколымские юкагиры называют себя одул, тундренные или нижнеколымские юкагиры – вадул. Этимология названия надежно не установлена: можно полагать. что оно связано с указательными местоимениями и означает по-юкагирски «здешний, местный». Г. Стеллер и С.П. Крашенинников писали о том, что корякско-ительменское название юкагиров Edel означает «волк», но, во-первых, это название соответствует самоназванию верхнеколымских юкагиров, во-вторых, чукотское слово ятъёл, созвучное с приведенным названием, означает не волка, а лису.

Варианты названия и самоназвания языка

Язык именуется юкагирским, наименование «одульский язык», в водимое в 1930-е годы как этнономенклатурная новация, не прижилось.

Генетическая принадлежность

Генетические связи юкагирского языка представляют собой сложную проблему сравнительно-исторического языкознания. Наибольшую распространенность получила гипотеза о родстве юкагирского языка с уральскими языками, в рамках которой положение юкагирского языка неоднократно менялось. Так, Е.А. Крейнович в разные периоды работы сближал юкагирский язык то с самодийскими языками, то с финно-угорскими. В настоящее время теория урало-юкагирское родство получила наилучшее обоснование в работах И.А. Николаевой, в которых сравниваются друг с другом уральская реконструкция и реконструированное автором протоюкагирское состояние. Однако сравнительное изучение юкагирской лексики, предпринятое Е.А. Крейновичем еще в 50-е годы, позволяет говорить о том, что лексика юкагирского языка обнаруживает такие параллели с тунгусо-маньчжурскими языками, которые нельзя считать заимствованиями из эвенского языка; некоторые юкагирско-тюркские и юкагирско-монгольские параллели не объясняются как поздние заимствования из якутского языка, в юкагирском языке выявляются также лексические параллели с другими языками алтайской семьи и параллели с чукотско-камчатскими языками, которые, скорее всего, отражают ареальные связи. Возможно, исконный уральский компонент юкагирского языка в древности подвергся воздействию со стороны разных групп алтайских языков, а также со стороны чукотско-камчатского субстрата. В свете последних данных не подтверждается гипотеза о древних юкагирско-иранских контактах, которая была сформулирована в 60-е годы А.П. Дульзоном на основе формантного анализа юкагирской топонимики. Вместе с тем недавно обращено внимание на изолированные юкагирско-нивхские лексические изоглоссы и на этой основе сделана попытка «палеоазиатской» реконструкции (О.А. Мудрак).

Ареал расселения и миграций юкагиров, прослеживаемый на основании анализа субстратной топонимики, включает весь бассейн реки Лены (русск. Лена < якут. Йолюйонэ, Элиэнэ < юкаг. Йойл-эну(нг) «река с крутыми берегами») и озеро Байкал (русск. Байкал, монг., бурят. Байгаал < юкаг. Вайгуол «плавник, лежащий на берегу»). В бассейне Лены и Вилюя широко распространен топоним юкагирского происхождения Марха (< юкаг. Морхэ(нг) «береза»); вместе с тем аналогичный топоним на Чукотке, не находивший объяснения – горы Маркоинг, – вероятнее всего, был принесен юкагирами-проводниками в начале 19 в. Юкагирские и юкагироидные топонимы и этнонимы отмечаются в районе верховьев Индигирки, а также в северо-западном Приохотье от окрестностей Магадана до Охотска. Вместе с тем юкагирские топонимы в районах к востоку от Колымы весьма немногочисленны: из наименований крупных объектов можно назвать лишь гидроним Пенжина (юкаг. Пиэд’э-н-эну(нг) «лосиная река»); вопреки распространенному мнению, название реки Анадырь является не юкагирским, а чукотским (чук. Энмаатгыр «Ручей, протекающий в скалах»). Ряд топонимов на берингоморском побережье, связываемых с названием юкагиров (бухта Этэлкуйым в заливе Креста, река Аталваям на северо-востоке Камчатки), скорее всего, соотносится не непосредственно с территорией былого распространения юкагиров, а с чукотско-корякской антропонимикой, в составе которой может быть представлено наименование юкагирского этноса.

География распространения языка

Колымские, или лесные юкагиры проживают в основном в Верхнеколымском улусе Республики Саха (Якутия), в основном в пос. Нелемное, Верхнеколымск и Зырянка, также в пос. Балыгычан и Сеймчан Среднеканского района Магаданской области; небольшое количество колымских юкагиров проживает в пос. Омолон Билибинского района Чукотки. Тундренные юкагиры живут в Нижнеколымском улусе Республики Саха (Якутия), в основном в пос. Андрюшкино и Колымское, а также других поселках Нижнеколымского улуса.

Языковые контакты

Юкагирский язык имел достаточно давние контакты с чукотским и корякским языками, в этих языках имеется определенное количество сходно звучащих слов. Довольно заметны контактные связи обоих юкагирских диалектов (языков) с эвенским языком, у эвенов заимствовано большинство терминов оленеводства. Язык верхнеколымских юкагиров испытал заметное русское влияние, определенное русское влияние прослеживается и в языке нижнеколымских юкагиров, где имеются как старые, так и новые заимствования. Воздействие якутского языка на юкагирские диалекты/языки в целом не слишком значительное. Для населенных пунктов, в которых проживают юкагиры, характерны полиэтничность и многоязычие. Верхнеколымские юкагиры длительное время живут в контакте с русскими, якутами, а в прошлом они имели интенсивные контакты с эвенами: старшее поколение колымских юкагиров до 90-х годов хорошо владело эвенским языком. В лексике колымского диалекта юкагирского языка присутствуют эвенские и русские заимствования, а фольклорные записи недавних лет отмечают вставки русских слов и фраз и переключение на русский язык. Нижнеколымские юкагиры в разной степени владеют эвенским, чукотским, якутским языком и местным русским старожильческим наречием. Незначительное количество юкагирских слов проникло в местные русские диалекты низовьев Индигирки, Колымы и бассейна Анадыря, а также в эвенские диалекты в пределах былых контактных зон, и в якутские диалекты северного ареала

Численность носителей языка

Численность колымских, или лесных юкагиров, в настоящее время составляет около 130 человек, численность тундренных юкагиров – примерно 230 человек. Небольшое число юкагиров-потомков различных территориальных групп, которые были ассимилированы другими народами Арктического побережья Чукотки, проживает в других улусах Якутии, преимущественно на побережье Северного Ледовитого океана. Около 100 человек, причисляющих себя к юкагирам, но утративших родной язык, проживают в Анадырском районе Чукотки (пос. Марково, Усть-Белая, г. Анадырь).

Наличие говоров, диалектов

Юкагирский язык в настоящее время представлен двумя сильно различающимися диалектами – колымским, или лесным, и тундренным: иногда эти диалекты называют самостоятельными юкагирскими языками. Языки юкагиров-чуванцев и анюйских юкагиров-омоков известны только по записям Ф.Ф. Матюшкина и Ф.П. Врангеля, относящихся к 1820-м годам, когда часть юкагирских диалектов исчезла, а другие диалекты смешались друг с другом по причине переселения юкагиров из Заколымья низовья Колымы.

Лингвистическая характеристика языка

Юкагирский язык по своему строю является агглютинативным с преобладанием суффиксации. Прилагательные как часть речи с особым набором морфологических категорий отсутствуют; юкагирские прилагательные обладают теми же грамматическими категориями, что и глаголы. Имя существительное имеет категории числа (единственное и множественное), падежа (7 падежных форм) и принадлежности (в формах 3 лица). В системе указательных местоимений выделяются особые формы, выражающие логическое ударение. В системе спряжения глагола различаются утвердительно-субъектная и утвердительно-предикатная форма спряжения, а для переходных глаголов – наряду с ними также и утвердительно-объектная формы спряжения, различающиеся морфологическим оформлением глагольной словоформы. Порядок слов в предложении SOV, определение предшествует определяемому.

Социолингвистическая характеристика языка

юридический статус, состояние языка в настоящее время

В настоящее время юкагирский язык является языком семейного и бытового общения лиц старшего и отчасти среднего поколения. В лучшем положении находится тундренный диалект юкагирского языка, сохранению которого способствовало функционирование языка в одноязычных производственных коллективах у жителей тундры-оленеводов. На колымском диалекте говорят несколько десятков человек. С 1990 г. введено обучение юкагирскому языку в 1-2 классах начальной школы, издан букварь на тундренном диалекте юкагирского языка и ряд учебных пособий по колымскому диалекту. Среди большей части современных юкагиров родной язык используется в приветствиях, кратких диалогах стереотипного содержания при встрече, он служит также источником названий национальных коллективов, праздничных мероприятий и т.п. В быту сохраняется и передается терминология, связанная с традиционными ремеслами, костюмом и декоративно-прикладным искусством. В качестве одного из средств поддержания национальной идентичности у колымских юкагиров имеют некоторое распространение пиктографические «письмена», создаваемые по образцу «юкагирских письмен»-тос, представленных в трудах путешественников и ученых конца 19 в.

Письменность и орфография

Письменность на юкагирском языке существует с 1969 г., когда в Якутске был издан сборник стихотворений Г.Н. Курилова с частью текста на юкагирском языке (тундренный диалект). В дальнейшем было издано около 10 книг на юкагирском языке и изданий, содержащих юкагирские тексты, с использованием якутского алфавита. Алфавит для тундренного диалекта юкагирского языка, в основу которого были положены якутский алфавит и графика, был кодифицирован в 1987 г., и позднее распространен и на колымский диалект юкагирского языка. Преподавание юкагирского языка в детских садах и начальной школе сопряжено со значительными трудностями, связанными с отсутствием учебных пособий, нехваткой квалифицированных педагогических кадров из числа юкагиров, проживающих в регионах традиционного проживания этноса, а также очень слабой мотивацией к освоению языка детьми-юкагирами и отсутствием поддержки пользования юкагирским языком в семье.

Художественная литература на юкагирском языке представлена произведениями Г.Н. Курилова (псевдоним Улуро Адо) и его брата Н.Н. Курилова. Уже с 30-х годов литераторы-юкагиры предпочитали создавать свои произведения на русском языке: по-русски написаны повести Н.И. Спиридонова (псевдоним Теки Одулок) «Жизнь Имтеургина-старшего» и «Жизнь Имтеургина-младшего» (последняя повесть утрачена); на русском языке издавался роман С.Н. Курилова «Ханидо и Халерха», также на русском языке писал повести, рассказы и стихи одаренный литератор-юкагир из Нелемного Г.А. Дьячков. В настоящее время стихи на русском языке пишет верхнеколымская юкагирка Л.Н. Демина.

Общественные функции языка

Номинально юкагирский язык является одним из официальных языков Республики Саха (Якутии), однако его официальный старус едва ли может быть обеспечен даже в поселках, где компактно проживают юкагиры. Основная функция юкагирского языка в наши дни сводится к функции этнической репрезентации.

Степень изученности и история изучения

Первые сведения о юкагирском языке были получены в конце 17 в. Н. Витзеном, опубликовавшим перевод молитвы «Отче наш» на юкагирский язык. В конце 18 – начале 19 вв. материалы по этнографии и языку юкагиров собирали И. Биллингс, Г.А. Сарычев, Ф.П. Врангель и Ф.Ф. Матюшкин, которому принадлежит последнее собрание лексических материалов по языккам чуванцев и омоков (анюйских юкагиров), которые в 20-е годы 19 в. жили в низовьях Колымы. К большому сожалению, в этом собрании невозможно последовательно разграничить собственно чуванские и омокские слова, и, кроме того, юкагироязычные компоненты языка старожилов бассейна Анадыря, вернувшихся в 40-е годы 19 в. в родные места в окрестностях бывшего Анадырского острога (современный пос. Марково на Чукотке), могут представлять собой заимствования из языка омоков-анюйских юкагиров. Чуванец А.Е. Дьячков, автор книги «Анадырский край» писал, что он помнит только два слова родного языка - тегоя «нож» (юкаг. чогойэ) и ойле «дай», однако эти слова нельзя безоговорочно считать чуванскими, поскольку бабушка А.Е. Дьячкова, как явствует из его же автобиографии, принадлежала к «омокам». Во второй половине 19 в. некоторые материалы по юкагирскому языку были собраны Г. Майделем и опубликованы акад. А. Шифнером, в 1895-1897 гг. большое количество образцов языка и фольклора колымских и тундренных юкагиров было собрано В.И. Иохельсоном. В 30-80-е годы 20 в. юкагирский язык изучал Е.А. Крейнович, с 60-х годов 20 в. языком и фольклором юкагиров занимается Г.Н. Курилов (юкагир из Нижнеколымского улуса), в 80-90-е годы 20 в. значительное число образцов фольклора верхнеколымских юкагиров и материалы по колымскому диалекту юкагирского языка собрали И.А. Николаева (Москва) и Л.Н. Жукова (Якутск), а также Е.С. Маслова (Санкт-Петербург); языковую ситуацию у юкагиров изучал в полевых условиях Н.Б. Вахтин. В настоящее время юкагирским языком занимаются юкагиры В.И. Шадрин и Э.С. Атласова, В Институте народов Севера РГПУ им. А.И. Герцена преподает юкагирский язык А.Г. Курилов.

В настоящее время хорошо документированными являются только тундренный и колымский диалекты юкагирского языка. Имеются разрозненные сведения о других территориальных вариантах юкагирского языка, в частности, о языке омоков – анюйских юкагиров. Языки ходынцев, чуванцев и анаулов представлены в основном ономастикой – личными именами из документов 17-18 вв. и топонимами в верхнем и среднем течении Анадыря и бассейне Пенжины. В этом материале, который трудно поддается исследованию, заметно сильное чукотское и корякское влияние. Описан грамматический строй юкагирского языка, за исключением синтаксиса, имеется достаточно объемный словарь тундренного диалекта. Отсутствуют систематические фонетические описания и экспериментально-фонетические исследования, недостаточно документирована лексика колымского диалекта.

Архивные материалы по юкагирскому языку имеются в Архиве Якутского научного центра СО РАН. Аудиоматериалы с образцами юкагирской речи (радиопередачи) в объеме 170 часов звучания имеются в фондах Якутского республиканского радио. В 2003 г. Музей Музыки и фольклора (Якутск) выпустил 7 компакт-дисков с образцами юкагирского фольклора.

Специалисты и научные центры, занимающиеся исследованием юкагирского языка

Николаева Ирина Алексеевна к.ф.н.
Маслова Елена Сергеевна к.ф.н.
Атласова Элида Спиридоновна [ atlas_elli@rambler.ru ]
Курилов Гаврил Николаевич, д.ф.н.
Институт проблем малочисленных народов Севера СО РАН. 677027, Якутск-27, ул. Сосновая, д. 4.
Шадрин Вячеслав Иванович Институт проблем малочисленных народов Севера СО РАН, 677027, Якутск-27, ул. Сосновая, 4.

Дополнительная библиография

Иохельсон В.И. Материалы по изучению юкагирского языка и фольклора, собранные в Колымском округе. Ч.1. Образцы народной словесности юкагиров. Спб., 1900; его же. The Yukagir and the yukagirized Tungus. Vol.I-III, Leiden, 1910-1926;
Крейнович Е.А. Система морфологического выражения логического ударения в юкагирском языке //Доклады и сообщения Института языкознания АН СССР. Вып. VII. М., 1955; его же. Юкагирский язык. М.-Л;. 1958; его же. Исследования и материалы по юкагирскому языку. Л., 1982;
Курилов Г.Н. Сложные слова в юкагирском языке. Л., 1977; его же. Правила орфографии юкагирского языка. Якутск, 1987; его же. Юкагирско-русский словарь. Якутск, 1990;
Николаева И.А. Проблема урало-юкагирских генетических связей. Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 1988; Фольклор юкагиров Верхней Колымы. Ч.1-2. Якутск, 1989;
Спиридонов В.К. Русско-юкагирский словарь. Якутск, 1997; Vaxtin N. The Yukagir language in Sociolinguistic perspective. The International Institute of ethnolinguistic and oriental studies. Monograph series, 2. Poznan, 1990.