Концептосфера вывеска английского паба как когнитивная память симболария английской культуры

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2017. № 4

Г.Г. Молчанова

КОНЦЕПТОСФЕРА ВЫВЕСКА АНГЛИЙСКОГО ПАБА КАК КОГНИТИВНАЯ ПАМЯТЬ СИМБОЛАРИЯ АНГЛИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» 119991, Москва, Ленинские горы, 1

Символ есть язык, наиболее универсальный и могущественный из всех, известных людям. Сам язык, по существу, является набором символов.

La Farge, 1954: 12

Культура — это семиотически бытующая в человеке «символическая Вселенная», заимствующая для презентации своих ментальных структур знаковые «тела» в природе, а также в артефактах и ментефактах других семиотических систем, и в естественном языке как одном из семиотически наиболее универсальных способов концептуализации и означивании.

У. Эко

В статье автор продолжает рассматривать проблемы и возможности когнитивной лингвистики и фреймового анализа в исследовании устойчивых вербальных символов как части общей концептосферы языка. Анализу подвергнуты устойчивые символы концептосферы вывеска английского паба как отражающие базовые концепты традиционного английского менталитета и играющие значительную роль в межкультурном взаимодействии. Необходимость такого исследования детерминирована как малой изученностью материала, так и возрастающим интересом ученых к языку символов, изучение которых способно обеспечить более глубокое понимание и адекватную оценку национальной культуры и особенностей английского характера. Исходя из определения Э. Кассирером человека как "animal symbolycum" и опираясь на ценностную теорию межкультурных различий Г. Хофстеде, автор выводит специфику устойчивого символа в концептосфере вывеска английского паба на основе проведенной им классификации вербальных и невербальных механизмов форматирования и функционирования этого малоизученного объекта. В результате в статье выделяются следующие виды вывесок: традиционные и исторические символы Великобритании; профессиональные знаки-символы; метафорическое переосмысление какого-либо инцидента; подражание и ими-

Молчанова Галина Георгиевна — доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой лингвистики, перевода и межкультурной коммуникации, декан факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова (e-mail: dean@ffl. msu.ru).

тация уже существующих паттернов; конденсированное изложение какой-то фабулы или истории. Наиболее интересны и ярки так называемые эксцентрические вывески, часто метафорически или символически воплощающие какой-то факт или событие. Они приковывают внимание, впечатываются в память, приносят пабу популярность. Зачастую название настолько экстравагантно, что трудно его понять с первого раза, так как смысл знака не выводится из суммы значений составляющих его слов. Тем не менее, может быть, именно в сочетании традиционности и эксцентричности вывески паба, как и в английском характере, состоит то необъяснимое очарование, равного которому нет нигде в мире.

Ключевые слова: концепт; вывеска; концептосфера; когнитивные методы; символ; культурные ценности; анализ.

Язык, как известно, является хранилищем коллективного опыта человечества. Этот опыт выражается в значениях слов и устойчивых выражений, в ценностных ассоциациях и зафиксированных в языке нормах поведения, прецедентных текстах, мифах, определяющих принадлежность людей к той или иной культуре. Важную роль при этом играют символы, в сжатой и емкой форме выражающие наиболее важные для людей ценности и идеи, передаваемые в коллективной и индивидуально-авторской мудрости от поколения к поколению. В последнее время наблюдается оживление интереса к символу в научной среде. Это не случайность, а отражение усиления антропоцентрических и междисциплинарных тенденций в науке. Мы все более отчетливо осознаем, что любые символические системы и отдельные символы — это знаковые осуществления внутреннего мира человека, подчеркнуто окрашенные познавательной составляющей. Эрнст Кас-сирер писал: «Вместо того, чтобы определять человека как animal rationale, мы определяем его как animal symbolycum» [Кассирер, 1990: 97]. И поскольку символы во всем их богатстве и разнообразии имеют самое непосредственное отношение к культуре, их изучение позволяет нам лучше понять и себя в ценностях, оценках, интеллектуальных ориентирах и приоритетах, и культурную среду, в которой живем.

Настоящая статья относится к области лингвокультурной концеп-тологии — науки, эвристические предпосылки которой созданы когнитивной лингвистикой и направлены на выявление и семантические свойства культурных смыслов, находящих регулярное выражение в языке. Лингвокультурные устойчивые концепты — символы являются своеобразными регуляторами человеческого поведения и миропонимания, представляющими собой клишированные суждения, выражающие опыт народа в отношении моральных или категориальных императивов. Естественно, с течением времени это отношение может варьироваться в зависимости от политических, экономических и социальных перемен, происходящих в мире или внутри одной-двух

культур, в данном случае русской и английской. Это означает изменение всей системы этически организованных устойчивых этнических символов, составляющих практическую мораль общества.

Задача настоящей работы — показать, что семантическое наполнение лингвокультурных концептов — символов как элементов симбола-рия английской культуры, смыслов мировоззренческих универсалий, в которых фиксируются ценностные доминанты, обеспечивающие понимание мира и человека, могут быть обнаружены и в самых тривиальных, бытовых проявлениях повседневной жизни, в данном случае — в вывесках английских пабов. Они могут меняться в зависимости от того, какие изменения сознания и стереотипов происходят в переломные периоды под влиянием внешних факторов. Феномен изменения сознания исключительно важен как показатель смены уже созданной традиции — парадигмы нравственно-ценностных предпочтений народа. Историк Эрик Хобсбаум писал: «Понятие созданная традиция обычно означает набор практик, которые подчиняются писаным либо неписаным правилам ритуального либо символического характера и пытаются методом повторения внедрить определенные ценности и нормы поведения, что автоматически должно создать единство с прошлым. На самом деле, речь идет о единстве с подходящим историческим прошлым. Однако, хотя связь с историей существует, история "создания" традиций в том, что единство это преимущественно вымышленное, так как они или представляют собой ответы на новые ситуации в форме отсылки к прошлым ситуациям, или сами создают прошлое квазиобязательным повторением» [Джанхал, 2010: 17]. Концептуальный анализ, основанный на функционально-когнитивном подходе, т.е. на переносе знаний из одной содержательной области в другую, позволяет определить систему чисто прагматических критериев и оценок, с которыми данная личность подходит к жизненным ситуациям и коллизиям и соответственно совокупность мотивов, определяющих ее позицию и поступки. Когнитивное изучение языка базируется на данных как языкознания, так и смежных наук, в том числе этнографии, антропологии, кросс-культурной коммуникации и предполагает освещение лингвоаксеологических особенностей явлений, в которых наиболее емкой форме выражены культурные приоритеты цивилизации, этноса, социального строя. Концепты, по В.И. Карасику, могут быть: 1) параметрические (реальные характеристики объекта: пространство, время, количество, качество); 2) непараметрические, т.е. имеющие предметное содержание. Непараметрические, в свою очередь, делятся на регулятивные, которые имеют ценностный (позитивный или негативный) компонент (счастье, долг, щедрость), и нерегулятивные (подарок, здоровье, путешествие). В концептах может быть противопоставлено: универсальное (общечеловеческое) и этноспеци-

фическое, социоспецифическое, индивидуальные ценности, конфессиональные и т.д. [см.: Карасик, 2009: 24].

Устойчивые образы-символы из концептосферы «вывеска английского паба» относятся, казалось бы, к самому нижнему по значимости уровню — они непараметрические, т.е. предметные, не регулятивные, не ценностные, не универсальные, не общечеловеческие, а, наоборот, сугубо культуроспецифические. Ни в одной другой культуре, кроме английской, нет такого своеобразного института, как английский паб, а в его фрейме — такого специфического слота, как вывеска паба, вербально или невербально форматированного. Именно в ней, как в капле воды, проявляется вся «английскость» национального менталитета: стойкая приверженность традициям, даже консерватизм и в то же время креативность, новаторство, вплоть до эксцентричности сознания и языка, а, кроме того, островной изолятизм, толерантность и уважение к «чужому», «другому».

Наука о знании — когнитивистика — позволяет по-новому подойти к проблеме «вечно живой» символики. С ее позиций сила вечных символов не в их способности сохранять прошлое, а в разрушительной мощи, в их способности разрушать, вырвав из контекста, «отряхнув прах» и получив новую силу. Популярность устойчивого символа — как в устном дискурсе, так и в письменном тексте — в государственной символике, в геральдике, в живом фольклорном «духе народа», даже и в такой, казалось бы, утилитарной вещи, как вывеска английского паба в ее вербальном или невербальном воплощении, — объясняется краткостью и емкостью глубинного смысла, его способностью, основанной на законе языковой экономии, содержать «свертку» знаний о базисных концептах народа, его оценочных предпочтениях, отражающих фиксацию аналогичного опыта в терминах предыдущих поколений, но с поправкой на конкретную ситуацию употребления.

Причины этого уходят в далекое прошлое человечества. Символы представляют собой одно из свидетельств существования мифопоэти-ческих элементов в современных языках. Один из непременных атрибутов мифопоэтического мышления — прототипический образец, или архетип, понятие, введенное Аристотелем и означающее «модель, оригинальный образец». Вся жизнь древнего человека от рождения до смерти была расписана — вплоть до мельчайших деталей, регламентирована сотнями обрядов, повторяющих по сути действия богов или мифических героев. Будучи элементом цивилизации, мифологический символ является и типом человеческого языкового сознания и коммуникативного поведения.

Символы, в сжатой и емкой форме выражающие наиболее важные для людей идеи, играют особую роль в передаче коллективной и индивидуально-авторской мудрости от поколения к поколению. Эти

культуремы не раз привлекали внимание исследователей. Вместе с тем этнокультурная специфика моделирования символов, содержащих базовые культурно-ценностные концепты английского и русского языков, т.е. их оценочного переосмысления, еще недостаточно изучены.

В основу работы была положена гипотеза о том, что в центре коллективного языкового сознания различных культур лежат системы ценностных ориентаций, которые находят отражение в разных слоях культуры (так называемая «луковица» Г. Хофстеде) [Hofstede, 1984; см. также: Грецкая, 2014], в частности, в первом выделяемом им уровне — уровне символов. Концептуальный анализ изменений оценочного отношения к этим символам дает возможность объективно установить изменения в ценностных предпочтениях базовых культурных концептов-символов.

Рассматривая когнитивную природу символических форм культуры, ученые отмечают, что функционально они ничем не отличаются от естественного языка как основного семиотического средства хранения и представления знаний. Однако знания закрепляются в этом случае в сознании человека не звуковыми или кинетическими кодами, а теми или иными предметными сферами [Берестнев, 2009: 97]. «Символ — это вещь, награжденная смыслом» [Маслова, 2004: 102]. Обратимся к рассмотрению культурных смыслов, которые несет такая тривиальная вещь, как вывеска паба в когнитивной памяти английской культуры. Напомним, что наиболее важные символы (например, знаки языка) мы воспринимаем как нечто само собой разумеющееся, забывая, в частности, о том, что вплоть до XIX в. грамота была доступна отнюдь не всем слоям населения. Римский Папа Григорий I Великий (590—604) поощрял сюжетную (иконографическую) и аллегорическую живопись, чтобы «те, кто не знает букв, могли читать». В связи с этим в эпоху римлян семиотическим обозначением английской таверны было иконическое изображение срубленного деревца над дверью. В средневековой Англии грамотных людей было еще мало, поэтому торговые предприятия часто обозначались подобными знаками. В 1393 г. появился закон, согласно которому трактирщики были обязаны делать вывески, содержащие вербальные названия. Статистика 1746 г. говорит уже о том, что Лондон был буквально пропитан алкоголем: на каждого жителя, включая женщин и младенцев, приходилось около 36 галлонов пива, а джина было выпито 7 млн галлонов. Эта астрономическая сумма объяснялась потребностями антисептики, так как воду в эпоху эпидемий холеры пить было небезопасно, а джин был дешевый и крепкий (два пенни за литр). Немудрено, что лондонские пабы и сейчас поражают своей распространенностью, а более того — эксцентрическими названиями, сохраняемыми бережно как проявление столь же традиционного, сколь и склонного к эксцентричности английского менталитета.

Рассмотрим эти устойчивые вербальные знаки — символы как концепты, раскрывающие характерные грани национальной культурной памяти народа. В виде первичной классификации их культурные смыслы можно представить следующим образом:

1. Связанные с историей и традициями Англии. Например, «Роза и Корона», «Королевский Дуб», «Роза Тюдоров», «Роза и Крест» и т.д.

1.1. «Роза Тюдоров» — символ Англии. На гербе Великобритании четыре растения-символа. Англия — бело-алая «Роза Тюдоров», Шотландия — чертополох, Ирландия — трилистник, цветок белого клевера (Thistle), Уэльс — лук-порей (нарцисс). «Роза Тюдоров» — символ и эмблема английской династии Тюдоров (1485—1603). В ней объединились две эмблемы: Белая роза династии Йорков и Алая роза династии Ланкастеров (так называемая война кузинов, так как обе эти династии представляли две линии Плантагенетов), чей конфликт привел к «войне Алой и Белой розы», длившейся 30 лет. В битве 1455 г. одержал победу герцог Йоркский (Белая роза) и захватил в плен Генриха VI (Алая роза). Дважды занимали престол Йорки, но в 1485 г. в битве при Босворте победил Ланкастер, ставший королем Генрихом VII. Чтобы упрочить свои позиции, он женился на дочери Эдуарда IV Йоркского, и тем самым положил конец эпохе «войны роз». Белая роза Йорков и Алая роза Ланкастеров, соединившись, породили бело-алую Розу Тюдоров, которая заняла свое место и в гербе Англии, и на 20-пенсовой монете, и, конечно, на вывесках старинных английских пабов в самых разных сочетаниях: «Роза и крест», «Роза и корона», «Роза и чертополох» и т.д.

1.2. Символ Шотландии — чертополох. Чертополох, конечно, не чета царственным лилиям и розам — это сорняк, дикий, неприхотливый, колючий. В связи с этим он и стал символом гордой Шотландии, на гербе которой девиз: "Noli me impune lacеssit" («Никто не заденет меня безнаказанно»). Легенда гласит, что в XI в., пытаясь захватить ночью шотландский замок, датчане подкрадывались, сняв обувь, незаметно через ров. Но во рву не было воды, он весь зарос колючим чертополохом. Крики датчан разбудили охрану, и тем пришлось спасаться бегством. Так защитник-чертополох стал национальным, а затем и королевским, символом. С 1470 г. его чеканили на шотландских серебряных монетах, есть рыцарский орден Чертополоха, а когда король Иаков IV в 1503 г. женился на английской принцессе Маргарите Тюдор, их союз был прославлен в аллегории «Чертополох и Роза». Это сочетание традиционно встречается и на вывеске паба.

1.3. Символ Уэльса — лук-порей (нарцисс). Происхождение символа связано с именем покровителя Уэлльса, Св. Давида. Он жил в VI в., когда на валлийцев напали саксы и, несмотря на отчаянное сопротивление, валлийцы начинали отступать, поскольку в гуще битвы трудно

было отличить своих от саксов, одетых почти одинаково. И тогда монах Давид вырвал из земли стебель порея и прикрепил его к шлему, чтобы его могли отличить от саксов. Другие воины последовали его примеру, битва была выиграна. С тех пор ежегодно 1 марта, в день Св. Давида, национальный праздник Уэльса, принято украшать себя луком-пореем. Этот обычай упоминается у Шекспира, на закупку порея для дня Св. Давида короли эпохи Тюдоров (а Тюдоры — валлийский род) выделяли отдельные суммы, пореем украшала себя королевская стража. И в наше время его можно увидеть в этот день и на одежде валлийцев, и на головных уборах Уэльской гвардии — одного из пехотных полков британской гвардии, и на монетах, наряду с синонимичным символом — нарциссом.

1.4. Символ Ирландии — трилистник (thistle). Целый ряд лондонских пабов, входящих в сеть популярных отелей Thistle, носит это название, напоминающее о неофициальном символе Ирландии — скромном трилистнике белого клевера. Официальной же эмблемой является ирландская арфа. На гербе Соединенного королевства можно увидеть и арфу, и трилистник. Но в день Св. Патрика, покровителя Ирландии, именно этот зеленый трехпластинчатый листочек можно увидеть повсюду. Считается, что это растение, издревле почитаемое как священное, уже потом, в христианскую эпоху, стало символом святой Троицы, и с его помощью Св. Патрик пояснял ее суть: «Так же, как три листа могут расти от одного стебля, так и Бог может быть един в трех лицах». Песня "Wearing Green" («Нося зеленое»), в которой оплакивался запрет носить зеленое, в частности, носить трилистник на шляпе, появилась в 1798 г., когда в Ирландии разразился бунт против английского владычества, а уже через два года Ирландия стала частью Великобритании. За ношение знака могли повесить, таким образом трилистник стал не просто символом, а символом сопротивления. Ирландским частям британской армии было запрещено ношение трилистника, и запрет этот был снят королевой Викторией только по причине особой отваги, проявленной ирландскими полками во второй англо-бурской войне (1899—1902).

В наше время трилистник стал символом Зеленого острова.

2. Профессиональные (так называемые ливрейные) названия пабов: «Лопата солода», «Рука каменщика», «Три подковы» и т.д.

2.1. В данном случае легко ошибиться. Так, например, «Мешок гвоздей» ("Bag of Nails") в Бристоле считают любимым пабом плотников, на самом деле это название произошло от характерного созвучия, рифмующегося фонетически с богом виноделия Бахусом — «вакханалия» (английское название транскрибируется как «бэг о' нэйлс»). Сходные фонетические процессы можно проследить в названии паба "The Bucket of Blood" в Ковент Гардене, который раньше назывался

вполне миролюбиво "The Lamb and Flag", но был переименован из-за постоянных драк и поножовщины.

Профессиональные названия, т.е. названия ливрейных компаний, — чаще всего те, в которых есть цифра «три». Например, «Три подковы» (кузнечная компания); «Три кружки» (компания пивоваров). К профессиональным относится и название паба "Elefant and the Castle". Долго предполагалось, что оно связaно с инфантой Кастилии, на самом же деле оно принадлежит Компании ножевщиков, на гербе которой изображен слон с паланкином в виде замка. «Змея и чаша» — также профессиональное, т.е. ливрейное, название паба, где собирались медики, или магазина химических реактивов.

2.2. «Невербальные символы-вывески». Необходимо отметить, что именно пабы, объединяющие клиентов одной профессии, чаще в своей вывеске сочетают как вербальные, так и невербальные средства коммуникации [см.: Молчанова, 2014] — специальные символы. Чаще всего это именно профессиональные предметы: ножницы портного, стакан джина, перчатки, ботинки, шляпы. Химики выставляли в витринах плетеные бутыли с цветными жидкостями. У цирюльников, которые тогда выполняли функции еще и медиков и ставили пиявки для кровопускания, были специальные шесты в красно-белую полоску. Пациент сжимал шест, чтобы выступили вены на руках; на шест же вешали бинты для просушки. Когда жест не использовался, его выставляли за дверь — эти красно-белые шесты и стали символизировать позднее данное заведение.

Старьевщика можно было найти по черной кукле, висящей над дверью.

Символ ломбарда — три золотых шара, знак из Ломбардии. Так, три вывески висят на популярном пабе "Castle" («Замок»): на одной изображен петушок, на другой — лондонский Тауэр, на третьей — три золотых шара. Расшифровываются они просто: король Георг IV любил смотреть петушиные бои (первая вывеска), но у него кончились деньги. Их ссудил ему хозяин бара в обмен на лицензию ростовщика (третья вывеска). Вторая вывеска, замок Тауэр, иконически отражает само название бара — «Замок».

3. Экстравагантные названия: традиция или эксцентричность?

3.1. «Грязный Дик» ("Dirty Dick's") в районе Сити. Паб назван в честь Натаниэля Бентли, торговца скобяными товарами, чья невеста умерла накануне свадьбы. Безутешный жених не только сохранил нетронутыми все угощения для свадебного пира, но и провел весь остаток жизни в окружении грязи и паутины, не прикасаясь ни к чему. Он перестал мыться, его свадебный костюм превратился в лохмотья, но он не менял одежду, умершие кошки превратились в мумии, его самого стали называть Грязный Дик. Когда он умер, хозяин паба превратил это странное жилище из ночных ужастиков с гниющим содержимым

в прибыльное заведение, пользующееся бешеной популярностью. Ч. Диккенс трансформировал этот образ в своей книге «Большие ожидания» (1860) в образ мисс Хавишем, которой так и не удалось съесть свой свадебный завтрак. Позднее на месте магазина открылся паб, в котором выставлялось все имущество Дика, включая трупы кошек. Паб существует и сейчас.

3.2. Пабы с самыми длинными названиями в Великобритании также гордятся своей экстравагантностью. Первые три места среди них занимают следующие:

"IAm The Only Running Footman" (Я единственный бегущий лакей). В старые времена у английских аристократов было принято, чтобы перед каретой бежал лакей и расталкивал зевак, освобождая дорогу. Традиция постепенно сошла на нет, и только в районе Мэйфера сохранился один такой несчастный, в честь которого и назвали паб, существующий и поныне;

"Green Man and Black Head Royal Hotel" («Королевский отель Лесник и Черная Голова»);

"Hung, Drawn and Quartered" («Повешен, Утоплен и Четвертован»). Это зловещее название паба в районе Тауэра говорит об особенно жестокой форме казни, которая применялась к изменникам и закоренелым преступникам в XVII в.

3.3. Пабы с двойными несочетающимися названиями." The Red Lion and Pineapple" («Красный лев и ананас») и "Elefant and the Castle" («Слон и Замок»). Нередко происхождение пабов с двойными несочетающимися названиями, столь характерными для Англии, объясняется просто: они были когда-то двумя разными заведениями, которые в какой-то момент объединились. Но так было не всегда. Например, долго предполагалось, что название "Elefant and the Castle" («Слон и Замок») связано с инфантой Кастилии. На самом деле, оно из разряда профессиональных и относится к Компании ножевщиков, на гербе которой изображен слон с паланкином в виде замка.

Серп и молот. Коммунистическая эмблема Серп и молот появилась в 1918 г. В нашей стране он означал союз крестьянства (серп) с пролетариатом (молот). В Англии молот ассоциировался с символом мужской энергии, используемой как для созидания, так и для разрушения (Бог Тор использовал молот, чтобы создавать долины и убивать).

Другие пабы с подобного типа названиями — "Doggett's Coat and Badge" («Пальто и Значок Догетта»), "Coach and Horses" («Жокей и Лошади»), "Packhorse and Talbot" («Вьючная лошадь и Охотничья собака») (район Тернхем Green), "Barrowboy and Banker" («Малый с рынка и Банкир») — Сити, "Fox and Ancho?' («Лиса и Якорь»), "Butcher's Hook and Cleaver" («Крюк и Нож Мясника»).

3.4. К эксцентричным можно отнести и многочисленные названия, созданные по модели (Attr.+N.): "Blue Posts" («Синие Столбы»);

"The Blind Beggar" («Слепой Нищий»); "Bleeding Heart" («Кровоточащее Сердце»); "Cheshire Cheese" («Чеширский Сыр»); "Black Friar" («Черный Монах»); "OldMitre" («Старая Митра»); "New Market" («Новый Рынок»); "The Old Red Lion" ("Старый Красный Лев"); "Crazy Bear" («Бешеный Медведь»); "Counting House" («Счетная Палата»); а также "Capuchin's Head" («Голова Капуцина»); "The Bishop's Finger" («Палец Епископа»); "The Bucket of Blood" («Ведро Крови»); "The World's End's Pub" («Паб Конца Света»).

4. Знаменитые люди в названиях пабов. Это тоже проявление английской эксцентричности и своеобразного чувства юмора, так как не всегда имена даются в честь героев и великих людей. Так, паб "John Snow", старейший паб в районе Сохо, назван в честь человека, который решил проблему холеры, оторвав рукоятку от водяного насоса снаружи заведения. Паб «Капитан Кидд» назван по имени пирата, который был схвачен английскими офицерами в Америке, привезен в Лондон и там казнен. Паб "Old Doctor Butler's Head" — в честь медика и личного врача короля Якова I, изобретшего лечебную слабительную субстанцию против цинги, получившую название "Butler's Head" — «Голова Батлера». Но все-таки паб "Sherloсk Holmes" назван в честь писателя Артура Конан Дойля, часто здесь бывавшего; паб "Wellington" — в честь знаменитого адмирала, и т.д.

Таким образом, хотя устойчивые образы-символы концептосферы «вывеска английского паба» относятся, казалось бы, к самому нижнему по значимости уровню — они непараметрические, т.е. предметные, нерегулятивные, не ценностные, не универсальные, не общечеловеческие, а, наоборот, сугубо культуроспецифические, но ни в одной другой культуре, кроме английской, нет такого своеобразного концепта, как английский паб, а в его фрейме — такого специфического слота, как вывеска паба, в ее вербальном или невербальном воплощении. Именно в этом устойчивом символе-концепте, как в капле воды, проявляется так называемая Englishness — английскость национального менталитета: стойкая приверженность традициям, даже консерватизм и в то же время креативность, новаторство, вплоть до эксцентричности; островной изолятизм и в то же время толерантность и уважение к «чужому». Смысл названия паба понять сразу практически невозможно, но это типично для большинства английских пабов и является неотъемлемой частью их необъяснимого очарования, равного которому нет нигде в мире.

Список литературы

1. Берестнев Г.И. Познание — символ — культура // Когнитивные исследования языка. Вып. 5. Исследование познавательных процессов в языке:

Сборник научных трудов. М.; Тамбов, 2009. С. 95—105.

2. Вей Ле Бенедикт. Таинственный Лондон. М., 2010.

3. Грецкая С.С. О проблеме применения параметров измерения культур в концептуальном анализе // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2014. № 2. С. 131—140.

4. Джанхал Б. Знаки и символы. М., 2010.

5. Карасик В.И. Языковые ключи. М., 2009.

6. Кассирер Э. Опыт о человеке // Человек. 1990. № 3. С. 93—105.

7. Маслова В.А. Лингвокультурология. М., 2004.

8. Молчанова Г.Г. Когнитивная невербалика как поликодовое средство межкультурной коммуникации // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2014. № 2. С. 13—30.

9. Скуратовская М.В. Сокровища Британской монархии. М., 2014.

10. Hofstede G. Culture's Consequences: International Differences in Work-related Values. Beverly-Hills, 1984.

Galina G. Molchanova

CONCEPTUAL SPHERE THE SIGN OF THE ENGLISH PUB AS A COGNITIVE MEMORY OF THE SYMBOLARIUM OF THE ENGLISH CULTURE

Lomonosov Moscow State University 1 Leninskie Gory, Moscow, 119991

The paper goes on arguing challenges and means of cognitive linguistics and frame analysis for the study of verbal symbolism as a part of wnceptual sphere. The analysis is made on the material of the set concept-symbol English pub signboard, one of the basic concepts of English mentality that play a significant role in the communicative interaction. Its study helps to understand deeply and apprehend adequately the peculiarities of the English culture and national character. The relevance of this study is determined by the increasing scientific interest to the language of set symbols. Developing the theory of culture's consequences and international differences in values by G. Hofstede and relying on E. Cassirer definition: "a man is an animal symbolycum", the paper specifies the concept of set symbol in relation to the system of traditional English Pub Signboards. The analysis and functional classification of verbal and non-verbal means of signboard formation is carried out. The paper concludes that the origin and cognitive mechanisms of the pub signboard functioning have been little studied. Pub signboards are invented in several ways: some are simple traditional and historical symbols; others arise from the professional occupation and metaphoric use of an incident, still others imitate already existing signs, and some owe their existence to the condensing of a story or fable. We can ordinarily "trace" the historical signboard down a long line of tradition from the Rome invasion to the present, while we may not be so fortunate with every modern form. The most interesting and artistic signboards arise from the so called e^entidc signboards, often metaphorically or symbolically using of a simple act or event. They arrest our attention, imprint themselves on our minds, and make the pub popular. Of all the ways in which signs develop, the most important is illustrated by such extensions of the meaning of a simple phrase. By this process a sign comes to mean far more than

the sum of words composing it. That's why it is so difficult to understand a real sense of the English pub signboard from the first sight; but, nevertheless, it is a part of their inexplicable fascination, in which there is no match for them all over the world.

Key words: concept; signboard; conceptual sphere; cognitive methods; symbol; cultural values; analysis.

About the author: Galina G. Molchanova — Doctor of Philological Sciences, Professor, Head and Chair of the Department of Linguistics, Translation and Intercultural Communication, Dean of the Faculty of Foreign Languages and Area Studies, Lomonosov Moscow State University (e-mail: dean@ffl.msu.ru).

References

1. Berestnev G.I. 2009. Poznanie — simvol — kul'tura [Cognition — symbol — culture]. Kognitivnye issledovaniya yazyka [Cognitive studies of language], no. 5. Issledovanie poznavatel'nykh protsessov v yazyke [Study of cognitive processes in language]. Moskva; Tambov, pp. 95—105.

2. Vei Le Benedikt. 2010. Tainstvennyi London [Mysterious London]. Moscow.

3. Gretskaya S.S. 2014. O probleme primeneniya parametrov izmereniya kul'tur v kontseptual'nom analize [On the Problem of the Use of Parameters of Measurement of Cultures in Conceptual Analysis]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 2, pp. 131-140.

4. Dzhankhal B. 2010. Znaki isimvoly [Signs and symbols]. Moscow.

5. Karasik VI. 2009. Yazykovye klyuchi [Language keys]. Moscow.

6. Kassirer E. 1990. Opyt o cheloveke [Essay about a man]. Chelovek, no. 3, pp. 93-105.

7. Maslova VA. 2004. Lingvokul'turologiya [Linguocultural studies]. Moscow.

8. Molchanova G.G. 2014. Kognitivnaya neverbalika kak polikodovoe sredstvo mezhkul'turnoi kommunikatsii [Cognitive Body Language as a Poly-code Means of Intercultural Communication: Kinesics]. Moscow State University Bulletin. Series 19: Linguistics and Intercultural Communication, no. 2, pp. 13-30.

9. Skuratovskaya M.V 2014. Sokrovishcha Britanskoi monarkhii [British monarchy treasury]. Moscow.

10. Hofstede G. 1984. Culture's Consequences: International Differences in Work-related Values. Beverly-Hills.