СИСТЕМА МЕХАНИЗМОВ, ОБЕСПЕЧИВАЮЩИХ РЕАЛИЗАЦИЮ ГАРАНТИЙ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТОРОВ

исследования молодых ученых

УДК 341.9:339.727.2 DOI: 10.12737/jflcl. 2021.021

Система механизмов, обеспечивающих реализацию гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов

Д. В. Юлов

Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, Москва, Россия, yulov.d@yandex.ru

Аннотация. Исходя из взаимосвязи гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, содержащихся в национальном законодательстве и международном праве, можно говорить о системе механизмов реализации данных правовых гарантий. К национальным механизмам относятся соответствующие нормы законодательства государств, а международными механизмами реализации указанных гарантий являются положения многосторонних и двусторонних соглашений.

Гарантии прав и законных интересов иностранных инвесторов могут быть реализованы с помощью международно-правовых и национально-правовых процедур соответствующих органов. Наряду с Международным центром по урегулированию инвестиционных споров, международными коммерческими арбитражами, национальными органами судебной власти, Всемирной торговой организацией и Европейским судом по правам человека в сфере реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, вытекающих из частноправовых отношений со странами-реципиентами, немаловажная роль принадлежит международным организациям, осуществляющим страхование иностранных инвестиций от некоммерческих (политических) рисков. Иностранные инвесторы не могут осуществлять реализацию своих прав и законных интересов в рамках любого из международных органов, составляющих систему органов реализации указанных правовых гарантий, а могут обращаться за помощью лишь к определенным органам данной системы, так как государства являются участниками только отдельных международных инвестиционных договоров.

Ключевые слова: правовые гарантии, правовые механизмы, иностранные инвесторы, система органов, реализация гарантий прав, законные интересы, конституция, международные органы, международные договоры

Для цитирования. Юлов Д. В. Система механизмов, обеспечивающих реализацию гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2021. Т. 17. № 2. С. 118— 129. DOI: 10.12737/jflcl.2021.021

A System of Mechanisms for Ensuring the Implementation of Guarantees of the Foreign Investors' Rights and Legitimate Interests

Dmitry V. Yulov

Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation, Moscow, Russia, yulov.d@yandex.ru

Abstract. Guarantees of the foreign investors' rights contained in national legislation and international law are interrelated. Based on this, we can talk about a system of mechanisms for implementing these legal guarantees. National mechanisms for the implementation of guarantees of the foreign investors' rights and legitimate interests include the norms of the legislation of various states in this sphere. International mechanisms for the implementation of guarantees of the foreign investors' rights and legitimate interests are the relevant provisions of multilateral and bilateral agreements. Together, these rules and regulations form a system of legal means that constitute national and international mechanisms for the implementation of guarantees of the foreign investors' rights and legitimate interests aimed at protecting foreign investments.

Guarantees of the foreign investors' rights and legitimate interests can be implemented through the relevant international and national legal procedures of the relevant authorities. Based on the provisions of international multilateral treaties, bilateral agreements on the promotion and mutual protection of investment, as well as the national legislation of states that accept foreign investment, it is possible to identify appropriate procedures and bodies that contribute to the implementation of mentioned guarantees. Along with the International Center for Settlement of Investment Disputes, international commercial arbitrations, national judicial authorities, the World Trade Organization and the European Court of Human Rights, international organizations that insure foreign investments against non-commercial (political) risks play an important role in the implementation of guarantees of the foreign investors' rights and legitimate interests arising from private law relations with recipient countries. Foreign investors may not exercise their rights and legitimate interests within the framework of any of the international bodies that make up the system of bodies for the implementation of legal guarantees for foreign investors, but only with the help of certain bodies of this system due to the fact that states are parties to any separate international investment treaties.

Keywords: legal guarantees, legal mechanisms, foreign investors, system of bodies, implementation of guarantees of rights, legitimate interests, constitution, international bodies, international treaties

For citation. Yulov D. V. A System of Mechanisms for Ensuring the Implementation of Guarantees of the Foreign Investors' Rights and Legitimate Interests. Journal of Foreign Legislation and Comparative Law, 2021, vol. 17, no. 2, pp. 118—129. (In Russ.) DOI: 10.12737/jflcl.2021.021

Система механизмов обеспечения реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов. Одним из видов общественных отношений являются трансграничные инвестиционные отношения, в которых механизмы правового регулирования выполняют роль регулятора общественных отношений в сфере реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов.

В общей теории права существуют различные точки зрения относительно понятия механизма правового регулирования.

По мнению О. В. Мартышина, под механизмом правового регулирования понимается система средств, с помощью которых осуществляется правовое регулирование общественных отношений1.

Т. Н. Радько считает: «Механизм правового регулирования — это система правовых средств (элементов), осуществляющих одновременное взаимосвязанное регулирование общественных отношений определенного вида»2.

Применительно к трансграничным инвестиционным отношениям Е. Н. Фролкина выделяет в том числе следующие механизмы защиты частных иностранных инвестиций: право безотлагательного перевода в конвертируемой валюте доходов от инвестиций, предоставление по выбору иностранного инвестора национального режима или режима наибольшего благоприятствования в отношении капиталовложений, возможность рассмотрения спора между государством-реципиентом и иностранным инвестором, запрет на осуществление мер по принудительному изъятию иностранных капиталовложений (экспроприации) на территории государства-реципиента3.

В связи с тем что гарантии прав иностранных инвесторов содержатся в национальном законодательстве и в международном праве, а также учитывая взаимосвязь национально-правовых и международно-правовых гарантий, можно говорить о системе механизмов реализации данных правовых гарантий.

Так, к национальным механизмам реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов можно отнести нормы законодательства различных государств о реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесто-

1 См.: Теория государства и права: учебник / под общ. ред. О. В. Мартышина. М., 2007. С. 329.

2 Радько Т. Н. Проблемы теории государства и права: учеб -ник. М., 2015. С. 545.

3 См.: Фролкина Е. Н. Правовое регулирование защиты

инвестиций в международном частном праве: основные на-

правления унификации // Современное право. 2013. № 5.

С. 110—115.

ров, содержащиеся в национальном законодательстве государств (например, в федеральных законах от 9 июля 1999 г. № 160-ФЗ «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» и от 30 декабря 1995 г. № 225-ФЗ «О соглашениях о разделе продукции», Законе Московской области от 16 июля 2010 г. № 96/2010-ОЗ «Об инвестиционной политике органов государственной власти Московской области», Законе Республики Беларусь от 12 июля 2013 г. № 53-3 «Об инвестициях», Законе Республики Армения от 31 июля 1994 г. № ЗР-115 «Об иностранных инвестициях» и иных законах, регулирующих инвестиционные правоотношения с участием иностранного инвестора).

Международными механизмами реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов являются соответствующие положения многосторонних и двусторонних соглашений, основные из них — Конвенция об урегулировании инвестиционных споров между государствами и физическими или юридическими лицами других госу-дарств4 (далее — Вашингтонская конвенция), Конвенция об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций5 (далее — Сеульская конвенция), различные двусторонние соглашения о поощрении и взаимной защите капиталовложений (далее — ДСПВЗК).

В совокупности указанные нормы и положения образуют систему правовых средств, составляющих национальные и международные механизмы реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, направленных на защиту иностранных инвестиций.

Основными национальными механизмами реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, содержащихся в законодательстве различных государств, можно назвать: право «иностранного инвестора на беспрепятственный вывоз за пределы Российской Федерации имущества и информации в документальной форме или в форме записи на электронных носителях, которые были первоначально ввезены в Российскую Федерацию в качестве иностранной инвестиции» (ст. 12 Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации»), право инвесторов «на реализацию своих имущественных и неимущественных прав в соответствии с законодательством Республики Беларусь» (ст. 14 Закона Республики Беларусь «Об инвестициях»), права иностранных инвесторов полученные ими в законном порядке средства использовать в целях приобретения валюты или товаров на вну-

4 Заключена в г. Вашингтоне 18 марта 1965 г.

5 Заключена в г. Сеуле 11 октября 1985 г.

треннем рынке Республики Армения в соответствии с законодательством Республики Армения (ст. 10 Закона Республики Армения «Об иностранных инвестициях»).

Среди основных международных механизмов реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, содержащихся в многосторонних соглашениях, можно назвать следующие: механизм разрешения трансграничных инвестиционных споров в Международном центре по урегулированию инвестиционных споров (далее — МЦУИС) (заявление об арбитраже — ст. 36 Вашингтонской конвенции), признание и исполнение арбитражного решения (разд. 6 Вашингтонской конвенции); политические некоммерческие риски, на которые распространяется страхование; инвестиции, подпадающие под гарантии; инвесторы, подпадающие под условия гарантии; принимающие страны, подпадающие под гарантии (ст. 11—14 Сеульской конвенции).

К основным международно-правовым механизмам реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, содержащимся в ДСПВЗК, можно отнести следующие положения: «Споры, возникающие между инвестором одной стороны договора и другой стороной договора и связанные с инвестициями этого инвестора на территории такой другой стороны договора, могут быть переданы инвестором на рассмотрение государственного суда стороны договора, которая является стороной спора» (п. 45 разд. V «Разрешение споров между инвестором одной стороны договора и другой стороной договора» приложения № 2 к Регламенту заключения международных договоров Российской Федерации по вопросам поощрения и защиты инвестиций)6; если спор не может быть разрешен путем переговоров в течение шести месяцев с даты просьбы любой из сторон спора о его разрешении путем переговоров, то он по выбору инвестора должен быть передан на рассмотрение: в компетентный суд государства Договаривающейся Стороны, на территории которой были осуществлены капиталовложения, в арбитражный суд ad hoc, в МЦУИС (п. 2 ст. 8 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Королевства Камбоджа о поощрении и взаимной защите капиталовложений)7.

Вместе с тем государство должно имплементиро-вать и трансформировать в свое национальное законодательство лишь те положения международного договора, которые соответствуют основам конституционного строя государства и впоследствии будут включаться в гражданско-правовые контракты между принимающим иностранные инвестиции государ-

6 Постановление Правительства РФ от 30 сентября 2016 г. № 992 «О заключении международных договоров Российской Федерации по вопросам поощрения и защиты инвестиций».

7 Заключено в г. Москве 3 марта 2015 г.

ством и иностранным инвестором. Таким образом, государство может реализовать принятые обязательства по исполнению содержащихся в международном договоре положений, в том числе в сфере регулирования трансграничной инвестиционной деятельности, возникающей из гражданско-правовых отношений с иностранным инвестором8.

Подчеркнем, что гарантии прав и законных интересов иностранных инвесторов могут быть реализованы с помощью соответствующих международно-правовых и национально-правовых процедур соответствующих органов. Исходя из положений международных многосторонних договоров, ДСПВЗК, а также норм национального законодательства государств, принимающих иностранные инвестиции, можно выделить соответствующие процедуры и органы, способствующие реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов.

МЦУИС и международные коммерческие арбитражи как элементы системы реализации гарантий, предоставляемых иностранным инвесторам. В Вашингтонской конвенции содержатся положения о структуре МЦУИС как международного органа по разрешению международных инвестиционных споров, а также о порядке рассмотрения данных споров, возникающих между государствами-реципиентами и физическими или юридическими лицами (являющимися иностранными инвесторами) других государств.

В соответствии с положениями ч. 2 гл. 1 Вашингтонской конвенции задачей МЦУИС является разрешение споров между Договаривающимися государствами и физическими или юридическими лицами других Договаривающихся государств.

Согласно Дополнительным правилам МЦУИС от 27 сентября 1978 г. к Вашингтонской конвенции существует также механизм разрешения споров в МЦУИС, если государство одной из сторон или государства обеих сторон спора не являются участниками Вашингтонской конвенции.

В настоящее время действуют Дополнительные правила МЦУИС в редакции 2006 г., вступившие в силу 10 апреля 2006 г.9 (далее — Дополнительные правила МЦУИС).

Возможность рассмотрения трансграничных инвестиционных споров в МЦУИС в соответствии с Дополнительными правилами МЦУИС предусмотрена в ряде ДСПВЗК, заключенных между Российской Федерацией и иностранными государствами: Арменией, Королевством Камбоджа, Румынией, Словацкой Республикой, США (не вступило в силу), Чешской Республикой, Японией.

8 См.: Юлов Д. В. Взаимодействие национально-правового и международно-правового регулирования правовых гарантий иностранных инвесторов // Журнал российского права. 2021. № 4.

9 ICSID Additional Facility Rules ICSID. 11 April 2006.

С одной стороны, МЦУИС является коммерческой организацией; в соответствии со ст. 17 Вашингтонской конвенции расходы МЦУИС покрываются за счет сборов за использование его структур либо за счет иных поступлений, расходы могут быть покрыты также за счет взносов Договаривающихся государств, являющихся членами Международного банка реконструкции и развития (МБРР) пропорционально доле участия каждого из них в основном капитале МБРР и за счет взносов между Договаривающимися государствами, не являющимися членами МБРР, — в соответствии с правилами, утвержденными Административным советом.

С другой стороны, согласно ст. 54 Вашингтонской конвенции государство, против которого вынесено решение МЦУИС, обязано его исполнить.

В то же время решение МЦУИС как коммерческой организации, основанное на положениях Вашингтонской конвенции, не может быть приравнено к решению государственного суда и противоречить Конституции РФ.

В связи с положениями Закона РФ о поправке к Конституции РФ от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ в части новой редакции ст. 79 Конституции РФ о том, что «решения межгосударственных органов, принятые на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, не подлежат исполнению в Российской Федерации», указанные положения ст. 54 Вашингтонской конвенции могут являться препятствием для ратификации Вашингтонской конвенции со стороны Российской Федерации10.

Нормы, регламентирующие передачу международных инвестиционных споров на рассмотрение арбитражного органа ad hoc и о разрешении такого спора в соответствии с Арбитражным регламентом Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ), содержатся в п. 53 разд. V приложения № 2 к Регламенту заключения международных договоров Российской Федерации по вопросам поощрения и защиты инвестиций.

В связи с этим в указанных документах содержатся положения о разрешении инвестиционных споров в третейских судах, также являющихся составной частью механизма реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов. Кроме международных механизмов, важную роль в этой сфере реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов выполняют национальные суды государств — реципиентов иностранного капитала.

Характеризуя роль арбитражных судов Российской Федерации при рассмотрении инвестиционных споров с участием иностранных инвесторов,

10 См.: Юлов Д. В. Указ. соч.

Е. А. Красноухова указывает, что, руководствуясь определением понятия «инвестиции», суд имеет возможность установить, имеет ли сторона спора статус инвестора и применимы ли к ней нормы инвестиционного права, предусматривающие ряд гарантий и дополнительных мер, направленных на поощрение инвестиционной деятельности и защиту инвестиций11.

Кроме того, национальный суд также непосредственно уполномочен рассматривать споры, вытекающие из гражданско-правовых отношений с иностранным элементом.

Например, в п. 20 Обзора практики разрешения судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов12, указано: «Арбитражный суд Российской Федерации обладает компетенцией по рассмотрению спора о взыскании суммы долга по обязательству, в отношении которого произведена уступка права (требования) и при наличии пророгационного соглашения о рассмотрении в иностранном суде споров, вытекающих из соглашения об уступке».

Удовлетворяя исковые требования, арбитражный суд первой инстанции исходил из того, что в силу ст. 10 Федерального закона об иностранных инвестициях спор иностранного инвестора, возникший в связи с осуществлением инвестиций и предпринимательской деятельности на территории Российской Федерации, разрешается в соответствии с международными договорами Российской Федерации и федеральными законами в суде или арбитражном суде либо в международном арбитраже (третейском суде).

Суд счел, что положения договора, на основании которого производится уступка требования, предусматривающие разрешение споров в судах иностранного государства, касаются только споров, возникающих из данного договора, а не из договора займа.

В связи с тем что требование иностранной компании возникает из договора займа, а не из договора, на основании которого производится уступка требования по договору займа, арбитражный суд Российской Федерации обладает компетенцией по его рассмотрению (ст. 247 АПК РФ).

Наряду с этим органом для реализации правовых механизмов гарантий прав и законных интересов иностранного инвестора может являться специализированный инвестиционный суд государства — реципиента иностранного капитала.

Например, в Республике Казахстан с 1 января 2016 г. вступил в силу новый Гражданский процессуальный кодекс, одной из новелл которого стало установление подсудности инвестиционных споров,

11 См.: Красноухова Е. А. Инвестиционные споры в практике арбитражных судов. Комментарий практики рассмотрения экономических споров (судебно-арбитражной практики) / отв. ред. В. Ф. Яковлев. М., 2017. Вып. 22. С. 127.

12 Утв. Президиумом ВС РФ 12 июля 2017 г.

которые в зависимости от размера инвестиций рассматриваются по правилам суда первой инстанции Судом г. Астаны и Верховным судом Республики Казахстан. Так, Верховный суд Республики Казахстан рассматривает и разрешает гражданские дела по инвестиционным спорам, стороной в которых является крупный инвестор, осуществляющий инвестиции в Республике Казахстан на сумму около 12,5 млн долл. США. В свою очередь, Суд г. Астаны рассматривает и разрешает гражданские дела по правилам суда первой инстанции по инвестиционным спорам, стороной в которых является инвестор с суммой инвестиций менее указанного показателя, а также дела по иным спорам между инвесторами и государственными органами, связанными с инвестиционной деятельностью инвестора (нарушение законных прав и интересов инвесторов, нарушение инвестиционного законодательства Республики Казахстан)13.

Кроме того, на территории Республики Казахстан создан Международный финансовый центр «Астана», в рамках которого осуществляет свою деятельность Международный арбитражный центр. Целями деятельности Международного арбитражного центра в том числе являются: предоставление услуг мирового класса для разрешения национальных и международных коммерческих споров посредством арбитража, медиации и других методов альтернативного разрешения споров в соответствии с Правилами арбитража и медиации Международного арбитражного центра или специальными правилами, согласованными сторонами спора; способствование росту региональной торговли посредством повышения доверия к администрированию и доступности системы разрешения споров в Международном финансовом центре «Астана», Казахстане, Евразийском регионе и глобально14.

В связи с этим в системе органов, способствующих реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, можно выделить национальные суды государств — реципиентов иностранного капитала, которые, как представляется, эффективно дополняют систему международных организаций и международных коммерческих арбитражей в сфере реализации правовых гарантий иностранных инвесторов.

Подчеркнем, что МЦУИС и международные коммерческие арбитражи рассматривают споры между равными субъектами — субъектами международного инвестиционного контракта — иностранным ин-

13 См.: Сарыев Т., Нурланкызы П. Создание инвестиционного суда в Казахстане. URL: http://www.eurobak.kz/uploads/ attachments/post_attachments/1190/ad5b5303114e523395f5bece 7b185b85.pdf (дата обращения: 05.12.2020).

14 См.: Международный финансовый центр «Астана». URL: https://aifc.kz/ru/structure/international-arbitration-centre (дата обращения: 09.01.2019).

вестором и государством — реципиентом иностранного капитала.

Всемирная торговая организация как элемент системы реализации гарантий, предоставляемых иностранным инвесторам. В рамках Всемирной торговой организации (далее — ВТО) действует Договоренность о правилах и процедурах, регулирующих разрешение споров15 (далее — Договоренность о правилах и процедурах), в частности, предусматриваются проведение консультаций (ст. 4), согласительная процедура и посредничество (ст. 5), учреждение третейских групп (ст. 6), рассмотрение апелляций (ст. 17), а также арбитраж (ст. 25). Согласно ст. 19 Договоренности о правилах и процедурах «если третейская группа или апелляционный орган приходят к выводу, что какая-либо мера не соответствует охваченному Соглашению, они рекомендуют заинтересованному члену привести эту меру в соответствие с данным Соглашением». Вместе с тем в силу ст. 22 Договоренности о правилах и процедурах компенсация и приостановление уступок или других обязательств являются временными мерами, которые можно применять в случае, когда рекомендации и решения не выполняются в течение разумного периода времени.

Е. В. Попов отмечает недостаток разрешения споров в соответствии с Договоренностью о правилах и процедурах: «Исполнение решений по спорам по правилам ВТО — ключевая проблема, связанная с тем, что единственной правовой мерой наказания является наложение ВТО санкций в отношении нарушающей страны, т. е. приостановка уступок или других обязательств со стороны страны-заявителя в пользу страны-нарушителя»16.

Вместе с тем орган, разрешающий споры в рамках ВТО, имеет публично-правовую природу, поскольку разрешение споров в данном случае осуществляется между государствами. В связи с этим решение органа, разрешающего споры в ВТО, не выходит за пределы принципа уважения суверенитета государств — участников спора.

Таким образом, механизм рассмотрения споров в рамках Договоренности о правилах и процедурах в ВТО предусматривает положения о ведении переговоров, свойственные межгосударственным отношениям, в том числе о выплате компенсации инвесторам.

Между тем в Договоренности о толковании ст. XVII Генерального соглашения по тарифам и торговле17 (далее — ГАТТ) содержатся положения об общих принципах недискриминационного режима для

15 Подписана в г. Марракеше 15 апреля 1994 г.

16 Попов Е. В. Анализ факторов, влияющих на урегулирование споров между инвесторами и государствами, и механизм разрешения споров в ВТО // Право ВТО. 2016. № 1. С. 19—27.

17 Заключено в г. Марракеше 15 апреля 1994 г.

правительственных мер в отношении импорта и экспорта, осуществляемого частными коммерсантами.

В свою очередь, Соглашение по связанным с торговлей инвестиционным проектам18 в ст. 2 предусматривает положения о национальном режиме и количественных ограничениях.

Исходя из вышеуказанных положений ГАТТ, можно сделать вывод, что в рамках ВТО происходит реализация гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов ввиду их защиты со стороны государств — членов ВТО. Более эффективным органом в сфере защиты прав иностранных инвесторов, нежели процедуры Договоренности о правилах и процедурах, регулирующих разрешение споров в ВТО, на наш взгляд, является Европейский суд по правам человека.

Европейский суд по правам человека как элемент системы реализации гарантий, предоставляемых иностранным инвесторам. В доктрине подчеркивается, что одной из тенденций современного регулирования иностранных инвестиций является расширение практики Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ) в сфере защиты прав человека19.

Представляется, что такое расширение практики ЕСПЧ является естественным процессом, поскольку иностранным инвестором наряду с юридическим лицом может также являться физическое лицо.

Так, ЕСПЧ в решении по делу Case of James20 подчеркнул, что, применяя меру, лишающую человека его права собственности, следует преследовать цель не только изъятия собственности «в интересах обще -ства», но и разумной соразмерности между используемыми средствами и достижением данной цели.

Таким образом, ЕСПЧ может рассматривать споры между иностранным инвестором, являющимся частным лицом, и государством, допустившим нарушение его прав.

Международные организации по страхованию иностранных инвестиций как элементы системы реализации гарантий прав, предоставляемых иностранным инвесторам. Наряду с МЦУИС, международными коммерческими арбитражами, национальными органами судебной власти, ВТО и ЕСПЧ в сфере реализации гарантий прав и законных интере -сов иностранных инвесторов, вытекающих из частноправовых отношений со странами-реципиентами, немаловажная роль принадлежит международным

18 Заключено в г. Марракеше 15 апреля 1994 г.

19 См.: СемилютинаН. Г., Доронина Н. Г. Международное и национально-правовое регулирование перемещения капиталов и Конституция России // Журнал российского права. 2018. № 9. С. 39—51.

20 ECtHR. Case of James and others v. The United Kingdom (Application no. 8793/79) Judgment Strasbourg 21 February 1986. Para. 50.

организациям, осуществляющим страхование иностранных инвестиций от некоммерческих (политических) рисков.

В числе крупнейших международных организаций в сфере страхования иностранных инвестиций следует назвать прежде всего Многостороннее агентство по гарантиям инвестиций (далее — МАГИ), учрежденное в соответствии с Сеульской конвенцией, а также Межарабскую корпорацию по гарантированию инвестиций (далее — МАКГИ), созданную в соответствии с Конвенцией об учреждении МАКГИ 1971 г.21

МАГИ в настоящее время активно осуществляет деятельность в сфере обеспечения гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, что подтверждает следующая статистика.

С момента основания МАГИ прошло более 25 лет, и за это время оно обеспечило гарантиями свыше 700 проектов на сумму около 30 млрд долл. США в более чем 100 развивающихся странах22.

Гарантии МАГИ предоставляются в соответствии с договорами о выдаче гарантий, которые заключаются по типовым формам договоров о гарантии.

Как отмечается в доктрине, «государство играет в первую очередь не только роль гаранта частной иностранной инвестиционной деятельности в пределах собственной территориальной юрисдикции, но и является стороной международного договора, направленного, например, на страховую защиту иностранных инвестиций частноправовыми методами»23.

Деятельность МАГИ охватывает более глобальный масштаб в сфере страхования иностранных инвестиций, нежели МАКГИ, поскольку членами МАГИ являются как страны Запада, так и страны Востока, т. е. данная Конвенция является универсальной. В соответствии же с Конвенцией об учреждении МАКГИ ее государствами-участниками являются только страны арабского мира, т. е. данная Конвенция имеет региональный характер.

Положения Сеульской конвенции не распространяются на коммерческие риски, что следует из смысла ее п. «а» ст. 2: МАГИ «предоставляет гарантии, включая совместное и повторное страхование от некоммерческих рисков в отношении инвестиций, осу-

21 См.: Convention Establishing the Inter-Arab Investment Guarantee Corporation. URL: https://investmentpolicy.unctad.org/ international-investment-agreements/treaty-files/2803/download (дата обращения: 20.03.2021).

22 См.: WIPR World Investment and Political Risk 2013. World Investment Trends and Corporate Perspectives The Political Risk Insurance Industry Breach of Contract. 2014. The International Bank for Reconstruction and Development / The World Bank. P. 1. URL: https://www.miga.org/Lists/General /Custom Disp. aspx?ID=1619 (дата обращения: 20.03.2021).

23 Каюмов Р. И. Международное частно-правовое страхо-

вание иностранных инвестиций: автореф. дис. ... канд. юрид.

наук. Казань, 2009. С. 7.

ществляемых в какой-либо стране-члене из других стран-членов».

Как отмечается в доктрине, в обычном гражданском договоре страхования некоммерческие (политические) риски, как правило, относятся к так называемой форс-мажорной оговорке, согласно которой нанесение ущерба имущественным интересам страхователя при наступлении перечисленных форс-мажорных событий не влечет возникновения обязанности страховщика компенсировать нанесенный ущерб24.

Наряду с этим указывается, что «употребление термина "некоммерческий риск" не вполне оправданно, так как любой риск, принятый на страхование страховщиком, не может рассматриваться как коммерческий, поскольку обязательства страховщика компенсировать причиненный ущерб не преследуют цели извлечения прибыли из такой операции страхователем»25.

Между тем по своей структуре МАГИ является коммерческой организацией, поскольку его имущество состоит из уставного капитала. Кроме того, обязательства страховщика компенсировать причиненный ущерб не преследуют цели извлечения прибыли из такой операции страхователем, они направлены лишь на получение компенсации страхователем на случай причинения вреда его имуществу.

Таким образом, страхование выполняет компенсационную функцию. Вместе с тем страховщик обеспечивает страхование имущества страхователя на возмездной основе, преследуя при этом предпринимательские цели — извлечение прибыли от осуществления такой деятельности. В связи с этим у страховщика всегда присутствует коммерческий риск, характерный для предпринимательской деятельности и связанный с необходимостью возмещения стоимости поврежденного либо утраченного имущества страхователя, если таковые обстоятельства будут иметь место.

Также в Сеульской конвенции содержатся условия об уступке прав, что соответствует модели договора страхования: после выплаты или согласия на выплату компенсации владельцу гарантии МАГИ уступаются права или требования, связанные с гарантированным капиталовложением, которые могут быть у владельца гарантии в отношении принимающей страны или иных должников (п. «а» ст. 18 Сеульской конвенции).

Характеризуя принцип суброгации, исследователи отмечают, что государственное страхование (гражданско-правовые отношения) прекращает существование после исполнения страхового обязательства со стороны государства. Такое исполнение одновременно становится основанием возникновения меж-

24 См.: Каюмов Р. И. Указ. соч. С. 7.

25 Каюмов Р. И. Указ. соч. С. 8.

дународно-правового требования государства-страховщика к государству-реципиенту. Аналогичное разграничение частного и публичного права представляет многосторонний инструмент в международно-правовой защите иностранных инвестиций — Сеульская конвенция26.

Из смысла указанных положений Сеульской конвенции об уступке прав требования очевидно, что данные условия соответствуют модели суброгации по гражданско-правовому договору страхования.

Наряду с этим международные двусторонние соглашения, также как ДСПВЗК, также содержат суброгацию — правовую гарантию от политических (некоммерческих) рисков.

Так, по данному аспекту О. В. Колесникова, характеризуя роль ДСПВЗК в сфере гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, подчеркивает: «Двусторонние соглашения, содержащие нормы о суброгации, — необходимое средство взаимодействия между созданной на основе национального законодательства государственной системой страхования инвестиций и принимающим государ -

ством»27.

В доктрине также указывается, что согласно принципу суброгации при заключении договора страхования к страховщику, т. е. международной организации по страхованию, переходят все права страхователя по требованиям к третьим лицам, возникающим в результате наступления страхового случая. В связи с этим российские частные страховые компании не осуществляют страхование инвестиций, так как часто ответчиком в арбитраже выступает суверенное государство28.

Например, в ст. 7 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Королевства Дания о поощрении и взаимной защите капиталовложений29 указано: «Если одна Договаривающаяся Сторона или уполномоченный ею орган предоставят своему инвестору любую гарантию от некоммерческих рисков в отношении его капиталовложения на территории другой Договаривающейся Стороны и произведут платеж на основе такой гарантии, последняя Договаривающаяся Сторона признает права первой Договаривающейся Стороны или уполномоченного ею органа, полученные в результате перехода к ним прав инвестора».

26 См.: Доронина Н. Г., Семилютина Н. Г. Международное частное право и инвестиции: монография. М., 2013. С. 67—68.

27 Колесникова О. В. Международно-правовой механизм страхования иностранных инвестиций от политических рисков: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010. С. 9—10.

28 См.: Касаткина А. А., Касаткина А. С. Международные способы защиты иностранных инвестиций // Законодательство и экономика. 2015. № 10. С. 26—35.

29 Заключено в г. Копенгагене 4 ноября 1993 г.

Данное положение является условием о суброгации, т. е. о передаче прав требования от страховой ор -ганизации, которая произвела страховое возмещение иностранному инвестору вследствие наступившего политического (некоммерческого) риска, к государству-реципиенту. По данной суброгации страховая организация вправе потребовать страховые выплаты от государства-реципиента.

Россия и Дания являются участницами Сеульской конвенции, и в соответствии с ее положениями любая из сторон, являющаяся государством-реципиентом, предоставляет инвестору гарантию МАГИ. Согласно данной Конвенции можно предположить, что в случае наступления политических (некоммерческих) рисков будет реализован механизм правовых гарантий, предусмотренный в Сеульской конвенции.

Положения о суброгации содержатся также и в национальном законодательстве.

Условия о суброгации, содержащиеся в международных инвестиционных соглашениях, соответствуют модели суброгации, содержащейся в п. 1 ст. 965 ГК РФ: «...к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования».

В связи с этим условия о суброгации также имеют гражданско-правовой характер.

Кроме того, в соответствии с п. 2 ст. 7 Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», если иностранное государство или уполномоченный им государственный орган производят платеж в пользу иностранного инвестора по гарантии (договору страхования), и к этому иностранному государству или уполномоченному им государственному органу переходят права иностранного инвестора на указанные инвестиции, то в Российской Федерации такой переход прав признается правомерным.

Как отмечается в юридической доктрине, «признание правомерности уступки требования de jure означает признание обязанности уплатить компенсацию за утраченные инвестиции иностранному государству как правопреемнику (цессионарию) инвестора»30.

На основании положений вышеуказанных законов можно сделать вывод, что положения национального законодательства о суброгации корреспондируют положениям международных многосторонних соглашений в сфере страхования инвестиций, а также ДСПВЗК. Это естественный процесс взаимодействия международного и национального права, вследствие которого правовые механизмы реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов

30 ФархутдиновИ. З., Данельян А. А., МагомедовМ. Ш. На-

ционально-правовое регулирование иностранных инвести-

ций в России // Закон. 2013. № 1. С. 103—117.

в сфере страхового возмещения становятся наиболее эффективными.

Положения Сеульской конвенции включают обширный перечень правовых гарантий для иностранных инвесторов, однако в случае отказа от договора или нарушения договора со стороны государства-реципиента страховой случай наступает только в том случае, если в соответствии с п. «ш» ст. 11 Сеульской конвенции будут иметь место «любой отказ принимающего правительства от договора с владельцем гарантии или нарушение такого договора в случаях, когда (а) владелец гарантии не имеет возможности обратиться к судебному или арбитражному органу для вынесения решения по иску об отказе от договора или его нарушении, или (Ь) такой орган не принимает решения в течение разумного периода времени, как это предусмотрено в договорах о гарантии в соответствии с положениями Агентства, или (с) такое решение не может быть осуществлено».

Таким образом, Сеульская конвенция не допускает возможности обращения иностранного инвестора в МАГИ, минуя суды принимающего государства, с целью возмещения убытков иностранного инвестора даже при наличии согласия государства-реципиента на разрешение спора между иностранным инвестором и государством-реципиентом в судебном порядке.

Механизм реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, заложенный в Сеульской конвенции, является лишь субсидиарным по отношению к судебному порядку восстановления нарушенных прав и законных интересов иностранных инвесторов, в случае если иностранные инвесторы понесут убытки, связанные с вложением инвестиций.

Механизм реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, заложенный в Сеульской конвенции, в том числе включающий условия о суброгации, также характерные для гражданско-правовых отношений, мог бы явиться альтернативным и, возможно, более быстрым по отношению к основному — судебному порядку восстановления нарушенных прав и законных интересов иностранных инвесторов в сфере возмещения убытков в виде инвестиций, вложенных иностранными инвесторами, что создало бы большие возможности реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов.

Как уже указывалось, наряду с МАГИ другая международная организация — МАКГИ — осуществляет страхование иностранных инвестиций от политических (некоммерческих) рисков. Так, в соответствии с п. "а", "Ь", "с" ч. 1 ст. 18 Конвенции об учреждении МАКГИ данный документ распространяет действие, в частности, на следующие политические (некоммерческие) риски: конфискационные меры, национализация, экспроприация, принуди-

тельное изъятие имущества, лишение кредитора его прав, включая уступку прав требования и установление моратория на длительный срок действия; страховые гарантии в отношении мер, ограничивающих возможности инвестора на репатриацию прибыли, полученной от инвестиций, или введение запрета на получение данной прибыли. Кроме того, осуществляется страхование инвестиций на случаи «любых военных действий или всяких публичных гражданских беспорядков, таких как революции или акты, имеющие аналогичный характер».

Таким образом, положения Сеульской конвенции по своей правовой природе схожи с положениями Конвенции об учреждении МАКГИ в сфере гарантий страхования политических (некоммерческих) рисков, а также изъятий в отношении коммерческих рисков, на которые действие указанных конвенций не распространяется.

Наряду с МАГИ и МАКГИ другим действенным механизмом реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов в сфере международного страхования иностранных инвестиций можно назвать Международный союз страховщиков кредитов и инвестиций (далее — Бернский Союз).

Бернский Союз был основан в 1934 г. в порядке содействия принятию международных принципов в сфере страхования экспорта кредитов и инвестиций, а также для обмена информацией, относящейся к данной деятельности. На сегодняшний день Бернский Союз объединяет 86 членов, включая членов Пражского Клуба, главным образом агентства по экспорту кредитов, многосторонние организации и частных страховщиков. Бернский Союз играет важную роль, объединяя публичных и частных страховщиков, таким образом усиливая сотрудничество в сфере обмена информацией31.

Вызывает интерес история наименования данной международной организации. Бернский Союз был создан по итогам встречи в Берне (Швейцария) страховщиков государственных и частных кредитов из Франции, Италии, Испании и Соединенного Королевства. В результате данная организация получила наименование Бернский Союз по месту прохождения ее первого заседания, хотя штаб-квартира организации до 1970-х гг. располагалась в Париже, затем ее перенесли в Лондон32.

31 WIPR World Investment and Political Risk 2013. World Investment Trends and Corporate Perspectives The Political Risk Insurance Industry Breach of Contract. 2014 The International Bank for Reconstruction and Development / The World Bank. P. 29. URL: https://www.miga.org/Lists/General/ CustomDisp. aspx?ID=1619 (дата обращения: 20.03.2021).

32 См.: Jackson J. K. Specialist in International Trade and Finance. The Berne Union: An Overview. April 5, 2013. P. 1. URL: www.fas.org'sgp/crs/row/RS22319.pdf (дата обращения: 20.03.2021).

В настоящее время Бернский Союз руководствуется 10 основополагающими принципами, среди которых следует выделить руководство деятельностью, которая способствует стабильности и поощрению глобальной торговли и инвестиций на основе применимого законодательства и международных соглашений; тщательное обозрение и управление принятыми на себя Бернским Союзом рисками; поощрение сотрудничества и партнерства с различными коммерческими, двусторонними, многосторонними организациями, а также иными организациями, осуществляющими свою деятельность в сфере экспорта и инвестиционного бизнеса, и др.33

Специалисты также отмечают возрастающую роль данной организации в сфере страхования иностранных инвестиций: опыт индустрии страхования политических рисков значительно вырос в 2012 г. по сравнению с предыдущим годом. Члены Бернского Союза обеспечили страховые гарантии на сумму 100 млрд долл. США, увеличив таким образом их выпуск на 33% по сравнению с предыдущим годом и более чем вдвое 13%-ную выдачу, имевшую место в 2010—2011 гг.34

В последующем суммы страхования иностранных инвестиций членами Бернского Союза были увеличены. Так, в первой половине 2015 г. члены Бернского Союза осуществили страхование на 50 млрд долл. США новых прямых иностранных инвестиций и на 59 млрд долл. США новых среднесрочных экспортных инвестиций. Всего членами Бернского Союза в качестве страхового возмещения в течение 2014 г. было выплачено 4,7 млрд долл. США35.

Вместе с тем специалисты отмечают, что в настоящее время ключевыми вопросами для членов Бернского Союза являются страхование против рисков, связанных с террористическими актами, и методы определения таких рисков, а также возможность включения данных рисков в сферу страхования иностранных инвестиций36.

Представляется, что страхование рисков террористических актов является наиболее сложной задачей, и постановка данного вопроса Бернским Союзом яв-

33 См.: About the Berne Union. Our principles. URL: http:// www.berneunion.org/about-the-berne-union/our-principles/> (дата обращения: 20.03.2021).

34 См.: WIPR World Investment and Political Risk 2013. World Investment Trends and Corporate Perspectives The Political Risk Insurance Industry Breach of Contract. 2014 The International Bank for Reconstruction and Development / The World Bank. P. 30. URL: https://www.miga.org/Lists/General/CustomDisp. aspx?ID=1619 (дата обращения: 20.03.2021).

35 См.: Berne Union members insure USD 50 billion of new foreign direct investment in first half of 2015. For immediate release. 5 November 2015. URL: http://www.berneunion.org/news-publications/latest-news/ (дата обращения: 20.07.2016).

36 См.: Jackson J. K. Op. cit.

ляется важным шагом на пути к обеспечению наиболее эффективного страхования иностранных инвестиций.

Таким образом, роль Бернского Союза как международной организации в сфере страхования иностранных инвестиций в настоящее время возрастает, что создает дополнительные гарантии прав для иностранных инвесторов.

Гораздо позднее, в 1993 г., по инициативе Бернско -го Союза был создан Пражский клуб. Целями Пражского клуба является поддержка развитых, а также вновь создаваемых агентств по экспорту кредитов, развитие экспортных кредитов и страхование инвестиционных проектов37.

Вместе с тем Пражский клуб является самостоятельной организацией, включающей 38 членов. Члены данной организации осуществили страхование на сумму 21,9 млрд экспортных инвестиций в 2014 г., возместили компенсацию в сумме 467 млн долл. США38.

Таким образом, деятельность таких международных организаций, как Бернский Союз и Пражский клуб эффективно дополняет деятельность МАГИ и МАКГИ в сфере реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов.

Страхование иностранных инвестиций возможно также с помощью использования Корпорации частных зарубежных инвестиций (Overseas Private Investment Corporation, OPIC), основанной в США.

В отличие от традиционных моделей помощи, основанных на предоставлении субсидий, деятельность OPIC направлена на содействие инвестированию в частный сектор. OPIC предоставляет страхование по -литических рисков и займы только в сфере проектов, имеющих обоснованные бизнес-планы, что позволяет OPIC осуществлять свою деятельность как самостоятельной организации без каких-либо затрат для американских налогоплательщиков39.

В совокупности указанные международные и национальные органы образуют систему органов, с помощью которой возможна реализация гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов.

Вместе с тем следует согласиться, что огромное количество независимых государств, расхождение их взглядов и неэффективность дипломатических переговоров фактически препятствуют заключению мно -гостороннего соглашения по конкретным нормам — «кодексу», если угодно, — международного инвестиционного права. В результате большинство норм международного инвестиционного права, одобрен-

37 См.: About the Berne Union. URL: http://www.berneunion. org/about-the-berne-union/ (дата обращения: 20.07.2016).

38 Berne Union Prague Club. URL: http://www.berneunion.org/ berne-union-prague-club/ (дата обращения: 20.07.2016).

39 Opic History. URL: https://www.opic.gov/who-we-are/opic-

history (дата обращения: 09.01.2019).

ное государствами, состоят главным образом из неопределенных принципов, содержащихся во взаимосвязанных, но формально независимых договорах40.

Можно сделать вывод, что правовые механизмы реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов представляют систему правовых средств в национальном законодательстве стран, принимающих иностранные инвестиции, в международных многосторонних и двусторонних договорах, а также в ДСПВЗК. В свою очередь, реализация гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов возможна с помощью как соответствующих национальных органов государств — реципиентов иностранного капитала, так и международных органов, в совокупности образующих систему органов, способствующих реализации правовых гарантий иностранных инвесторов.

Между тем иностранные инвесторы в целях реализации своих прав и законных интересов могут обращаться не в любой международный орган в системе органов реализации правовых гарантий иностранных инвесторов, а лишь в определенный орган данной системы в связи с тем, что государства являются участниками каких-либо отдельных международных инвестиционных договоров. Кроме того, каждое государство обладает суверенитетом. Так, в соответствии с положениями новой редакции ст. 79 Конституции РФ «решения межгосударственных органов, принятые на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, не подлежат исполнению в Российской Федерации».

Указанные положения ст. 79 Конституции РФ подчеркивают, что признание и приведение в исполнение иностранного арбитражного решения также происходит с учетом особенностей положений национального законодательства принимающего иностранные инвестиции государства, которое должно соответствовать интересам не только иностранного инвестора, но и данного государства.

Выводы. МЦУИС и международные коммерческие арбитражи рассматривают споры между равными субъектами — субъектами международного инвестиционного контракта: иностранным инвестором и государством — реципиентом иностранного капитала. В рамках ВТО происходит реализация гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов посредством их защиты со стороны государств — членов ВТО. ЕСПЧ может рассматривать споры между иностранным инвестором, являющимся частным лицом, и государством, допустившим нарушение его прав.

40 См.: Patrick M. Norton. The Role of Precedent in the Development of International Investment Law // ICSID Review. 2018. Vol. 33. No. 1. P. 301. D01:10.1093/icsidreview/six027 (дата обращения: 20.03.2021).

Международные организации по страхованию иностранных инвестиций являются как составляющей системы органов реализации гарантий прав и законных интересов иностранных инвесторов, так и дополнительными органами в данной сфере.

Иностранные инвесторы для реализации своих прав и законных интересов могут обращаться только в определенные органы указанной системы, так как государства являются участниками лишь отдельных международных инвестиционных договоров.

Список литературы

Jackson J. K. Specialist in International Trade and Finance. The Berne Union: An Overview. April 5, 2013. URL: www.fas.org'sgp/ crs/row/RS22319.pdf (дата обращения: 20.03.2021).

Patrick M. Norton. The Role of Precedent in the Development of International Investment Law // ICSID Review. 2018. Vol. 33. No. 1. P. 301. DOI:10.1093/icsidreview/six027 (дата обращения: 20.03.2021).

Доронина Н. Г., Семилютина Н. Г. Международное частное право и инвестиции: монография. М., 2013.

Касаткина А. А., Касаткина А. С. Международные способы защиты иностранных инвестиций // Законодательство и экономика. 2015. № 10.

Каюмов Р. И. Международное частно-правовое страхование иностранных инвестиций: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2009.

Колесникова О. В. Международно-правовой механизм страхования иностранных инвестиций от политических рисков: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010.

Красноухова Е. А. Инвестиционные споры в практике арбитражных судов. Комментарий практики рассмотрения экономических споров (судебно-арбитражной практики) / отв. ред. В. Ф. Яковлев. М., 2017. Вып. 22.

Попов Е. В. Анализ факторов, влияющих на урегулирование споров между инвесторами и государствами, и механизм разрешения споров в ВТО // Право ВТО. 2016. № 1.

Радько Т. Н. Проблемы теории государства и права: учебник. М., 2015.

Сарыев Т., Нурланкызы П. Создание инвестиционного суда в Казахстане. URL: http://www.eurobak.kz/uploads/attachments/ post_attachments/1190/ad5b5303114e523395f5bece7b185b85.pdf (дата обращения: 05.12.2020).

Семилютина Н. Г., Доронина Н. Г. Международное и национально-правовое регулирование перемещения капиталов и Конституция России // Журнал российского права. 2018. № 9.

Теория государства и права: учебник / под общ. ред. О. В. Мартышина. М., 2007.

Фархутдинов И. З., Данельян А. А., Магомедов М. Ш. Национально-правовое регулирование иностранных инвестиций в России // Закон. 2013. № 1.

Фролкина Е. Н. Правовое регулирование защиты инвестиций в международном частном праве: основные направления унификации // Современное право. 2013. № 5.

Юлов Д. В. Взаимодействие национально-правового и международно-правового регулирования правовых гарантий иностранных инвесторов // Журнал российского права. 2021. № 4.

References

Doronina N. G., Semilyutina N. G. Private international law and investment. Moscow, 2013.

Farkhutdinov I. Z., Danel'yan A. A., Magomedov M. Sh. National legal regulation of foreign investments in Russia. Zakon, 2013,

Frolkina E. N. Legal regulation of investment protection in private international law: main directions of unification. Sovremennoe pravo, 2013, no. 5.

Jackson J. K. Specialist in International Trade and Finance. The Berne Union: An Overview. April 5, 2013. Available at: www.fas. org'sgp/crs/row/RS22319.pdf (accessed 20.03.2021).

Kasatkina A. A., Kasatkina A. S. International ways to protect foreign investment. Zakonodatel'stvo i ekonomika, 2015, no. 10.

Kayumov R. I. International private law insurance of foreign investments. Cand. diss. thesis. Kazan', 2009.

Kolesnikova O. V. International legal mechanism for insuring foreign investments against political risks. Cand. diss. thesis. Moscow, 2010.

Krasnoukhova E. A. Investment disputes in the practice of arbitration courts. Commentary on the practice of consideration of economic disputes (judicial and arbitration practice). Ed. by V. F. Yakovlev. Moscow, 2017. Iss. 22.

Patrick M. Norton. The Role of Precedent in the Development of International Investment Law. ICSID Review, 2018, vol. 33, no. 1. DOI:10.1093/icsidreview/six027 (accessed 20.03.2021).

Popov E. V. Analysis of factors affecting the settlement of disputes between investors and States, and the dispute resolution mechanism in the WTO. Pravo VTO, 2016, no. 1.

Rad'ko T. N. Problems of the theory of state and law. Moscow, 2015.

Saryev T., Nurlankyzy P. Establishment of an investment court in Kazakhstan. Available at: http://www.eurobak.kz/uploads/ attachments/post_attachments/1190/ad5b5303114e523395f5bece7b185b85.pdf (accessed 05.12.2020).

Semilyutina N. G., Doronina N. G. International and National Regulation of Capital Movement and the Constitution of the Russian Federation. Journal of Russian Law, 2018, no. 9, pp. 39—51. (In Russ.) DOI: 10.12737/art_2018_9_4. Theory of State and Law. Ed. by O. V. Martyshin. Moscow, 2007.

Yulov D. V. Interaction of National and International Legal Regulation Concerning Legal Guarantees of Foreign Investors. Journal of Russian Law, 2021, vol. 25, no. 4, pp. 92—102. (In Russ.) DOI: 10.12737/jrl.2021.048.

Информация об авторе

Дмитрий Владимирович Юлов, соискатель отдела гражданского законодательства иностранных государств Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации