Из истории развития общественного призрения в российской социальной мысли второй половины XIX начала ХХ века

В.А. Горнов

ИЗ ИСТОРИИ РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО ПРИЗРЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ МЫСЛИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX - НАЧАЛА ХХ ВЕКА

Рассматриваются научные подходы и направления исследований по проблемам истории, теории и методологии социальной работы в российской общественной мысли второй половины XIX - начала ХХ века. Концентрируясь на борьбе основных идеологических течений пореформенного периода по вопросам общественного призрения, автор подчеркивает ее роль в дальнейшем развитии общественной инициативы и становлении основ гражданского общества в России.

вторая половина XIX - начало ХХ века, российская общественная мысль, общественное призрение, научные подходы.

Вскоре после отмены крепостного права в России широко распространилось гуманитарное движение, основным содержанием которого стало развитие различных направлений и форм общественной помощи, расцвет меценатства и благотворительности, рост числа обществ и заведений в сфере общественного призрения, что способствовало формированию новых научных подходов, концепций и теоретических моделей филантропической деятельности. Сама эпоха стала мощным генератором идей по социальным проблемам.

С середины XIX века теоретические вопросы социальной помощи разрабатывались в рамках двух основных парадигм: теологической и светской. Несмотря на их очевидную близость, можно отметить отсутствие единого понятийного аппарата, сходной терминологической основы в исследованиях представителей разных направлений. По сути, существовал параллелизм этих подходов, находивших практическое воплощение в разных парадигмах деятельности -религиозной благотворительности и общественном призрении.

Социальная помощь, проявлявшаяся в актах христианского милосердия, была предметом обсуждения в православной богословской литературе задолго до того, как светские авторы впервые уделили ей внимание. Можно с уверенностью утверждать, что в конфессиональной парадигме эта проблема разработана наиболее подробно и полно. Святоотеческая и житийная литература содержит не только идеологические установки на богоугодные дела, но и развернутую теорию жертвенного милосердия как нравственной основы веры, иллюстрированную многочисленными примерами подвижничества. Однако эти произведения в качестве полноценных источников для светской исследовательской литературы будут использоваться лишь начиная с 90-х годов XIX века 52.

52 Ключевский В.О. Добрые люди Древней Руси. Сергиев Посад, 1892 ; Папков А. Упадок православного прихода в XVIII и XIX в. : историческая справка. М., 1899 ; Рункевич С. Приходская благотворительность в С.-Петербурге : исторические очерки. СПб., 1900.

Первые серьезные попытки теоретического осмысления явления социальной помощи и общественного призрения как его конкретной формы с позиций светской науки относятся к первой четверти XIX века, когда в России уже оформилась государственная система призрения в лице губернских приказов, созданных на основании екатерининских «Учреждений для управления губерний Всероссийской империи» от 7 ноября 1775 года. В их основе - вполне прагматическая установка на сокращение числа нищих с помощью нехитрых управленческих технологий на «внебюджетной» основе. Таково, в общем, сочинение

А.Е. Измайлова, изданное в 1804 году 53. Хронологически это едва ли не самое раннее произведение, открывшее мощный пласт научной и популярной литературы XIX-XX веков получивший впоследствии название «моральной статистики».

Более весомым в научно-теоретическом плане явилось исследование

А. Стога, вышедшее в 1818 году. Автор попытался вписать историю социальной помощи в контекст политической истории России с древнейших времен -Х^! веков. Предметом исследования стала деятельность государства по поддержке нуждающихся, эволюция ее декларированных форм и содержания 54

В обоих случаях авторам пришлось сосредоточиться на историческом материале и анализе «буквы» и духа екатерининских «Положений...», учитывая практически полное отсутствие оперативной информации с мест о реальном положении дел в общественном призрении.

Текущая деятельность и организационная структура общественного призрения в начале XIX века не могли стать объектом научного изучения хотя бы потому, что это противоречило бы духу «романтической» эпохи: взоры современников, благодаря таланту Н.М. Карамзина, были прикованы к седой старине, к прошлому, ставшему «вдруг» славным и потому интересным. Чтение исторических сочинений вошло в моду, и публика требовала новых сюжетов, причем научная достоверность их лишь косвенно принималась в расчет. В ряду текущих событий современники тоже вряд ли выделили проблемы общественного призрения: на фоне героической эпопеи 1812-1814 годов, восстания 14 декабря 1825 года, становления и развития освободительного движения в стране, реформаторской деятельности П.Д. Киселева и Е.Ф. Канкрина вопросы несовершенства «системы управления богоугодными заведениями» выглядели незначительными. Обращение классиков русской литературы А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, М.Е. Салтыкова-Щедрина к этим сюжетам в известной мере «подогревало» интерес публики, готовило ее к серьезному восприятию проблемы, но не могло в одночасье изменить ситуацию в общественном мнении.

Рубежным событием, «перевернувшим» сознание «мыслящей» России, стало поражение в Крымской войне и смена царствований. Новые внешне-и внутриполитические приоритеты правящей группировки, приход во власть поколения либеральных бюрократов, подготовка отмены крепостного права -

53 Измайлов А.Е. Рассуждение о нищих, каким способом можно уменьшить у нас в России великое число оных и доставить всем прочим безнужное пропитание безо всякого на то иждивения от казны. СПб., 1804.

54 Стог, А. О общественном призрении. - СПб., 1818.

«великой социальной реабилитации» всех сословий, обусловили новую ситуацию в культурно-духовной сфере.

В числе наиболее актуальных для отечественного обществознания проблем, наряду с вечным вопросом о путях развития России (в новой «редакции» -о ее особой исторической миссии), оказались проблемы социальной справедливости, солидарности, общественной самодеятельности. Взрывной рост числа общественных союзов во второй половине XIX века, большую часть которых составили благотворительные общества, осмысление юридического равноправия сословий и признание социальных прав личности - все это нашло отражение в научной и публицистической литературе. Важнейшим фактором развития теории и практики призрения стала эволюция доминирующего субъекта социальной помощи: государственные губернские приказы общественного призрения в соответствии с «Положением о губернских и уездных земских учреждениях» от 1 января 1864 года были переданы в ведение местных органов общественного самоуправления 55. Именно этим обусловлена тесная идеологическая связь основных теоретических подходов к общественному самоуправлению и общественному призрению второй половины XIX - начала XX века.

Борьба основных идеологических течений пореформенного периода накладывала существенный отпечаток на характер и содержание процессов развития теории и методологии социальной помощи. Представители либеральных кругов в правительстве и обществе проблемам благотворительности и призрения как средству «смягчения» напряженности в обществе уделяли пусть и не приоритетное, но значительное внимание. В рамках либеральной идеологии общественному призрению приписываются функции координации усилий общества по созданию условий для полноценного развития личности.

Член Государственного совета известный ученый П.П. Семенов-Тян-Шанский (1827-1914) принял участие в дискуссии по вопросу о распространении «открытых» видов социальной помощи, обратив свой голос в защиту сторонников развития более современных для той эпохи форм - пособий и пенсий. В записке об общественной благотворительности в России он писал: «Пособие есть самая простая, самая непосредственная, можно сказать самая задушевная форма благотворительности, освященная христианскими преданиями и во многих случаях имеющая большие преимущества перед второй из поименованных форм благотворительности - призрением.

Вредное, деморализующее влияние пособие может иметь лишь в том случае, если оно принимает форму случайной раздачи милостыни встречным просящим и в особенности лицам, способным к труду, но по лени и привычке к тунеядству обратившим себе нищенство в профессию» 56.

55 Положение о губернских и уездных земских учреждениях 1 января 1864 года // Полное собрание законов Российской империи. - Собр. II. - Т. 39. - № 40457.

56 Записка П.П. Семенова по вопросу об общественной благотворительности в России: различные формы в которых она проявляется и способы собрания сведений об общественной благотворительности и благотворительных учреждениях в России и в особенности в С.-Петербурге / П.П. Семенов-Тян-Шанский. СПб., 1875. С. 3.

Либеральная бюрократия второй половины XIX века надеялась на скрытые социальные резервы, которые позволили бы ей, взяв на себя заботу о нуждающихся, высвободить ресурсы для решения более важных, с ее точки зрения, вопросов. Часто она находила отклик в либеральных кругах общества.

Известный славянофил А.И. Кошелев свои взгляды на общественную помощь изложил в дневниках и письмах, опубликованных посмертно. «Разве государство, - писал он в письме к И.В. Киреевскому, - обязано мне доставлять хлеб, богатство, сведения... все входящее в состав моей земной жизни... Государство должно мне доставлять лишь одно - возможность приобрести все, что нужно для моей земной жизни... Возлагать же на правительство в отношении граждан отеческие или иные какие-либо наставничьи или распределительные обязанности — значит считать людей вечно несовершеннолетними» 57. А.И. Кошелев отмечал, что государство не может обеспечить каждого всем необходимым. Он отвергал все доводы социалистов о пользе и необходимости равенства в обществе, расценивая их взгляды как замедляющие общественный прогресс: «Общество должно быть устроено в видах успеха, а не неподвижности, общество должно призревать сирых, больных, престарелых и проч., но не лишать прочих возможности развивать свои силы и способности» 58.

Имущественное расслоение российского крестьянства А.И. Кошелев считал естественным, полагая, что появление зажиточных хозяев послужит примером для остальных в ведении сельского хозяйства и предпринимательстве, облегчит выкуп земли в процессе реформы, поскольку богатые смогут внести плату не только за себя, но на определенных условиях и за остальных крестьян. Ярый сторонник «противодействия русской лени», он видел в общинной помощи средство подавления свободы личности: «Общество не есть лицо, а лишь форма для свободного развития личностей. Соединяйте людей верою, наукой и проч., но не касайтесь личной свободы, не налагайте на нее оков извне» 59. Особые опасения вызывала у А.И. Кошелева такая помощь от лица государства под «знаменем» христианства: «Евангелие переносить в иную сферу - в политику - значит перепутывать все мысли. Власть в государстве, которая хотела бы облечь учение Христово в форму закона, породила бы жестокий, невыносимый деспотизм...» 60. Религиозное чувство, вера, по его мнению, должны лишь сдерживать противоборство общественных классов, разнополярных в имущественном отношении.

Одним из наиболее ярких примеров консервативного подхода к проблемам развития общественного призрения в России является творчество К.П. Победоносцева (1827-1907). Для этого подхода характерна апелляция к традиционным общественным ценностям и государству как основному институту, обеспечивающему социальный порядок.

57 Колюпанов Н.П. Биография А.И. Кошелева : в 2 т. М., 1892. Т. 2. С. 89-90.

58 Там же. С. 105.

59 Там же. С. 51.

60 Колюпанов Н.П. Биография А.И. Кошелева. С. 81.

Обер-прокурор Святейшего Синода, поддерживая решение о прекращении деятельности комиссии К.К. Грота по пересмотру «Положения об общественном призрении», вступил в полемику с членами комиссии В.И. Герье и Е.Д. Максимовым, обвиняя их в слепом копировании европейских образцов и невнимании к традиционной для России форме призрения - приходской. Он указывал, что немецкая модель и подобные ей создавались в протестантской, фабрично-городской среде, тогда как Россия - страна деревень и сел 61.

Негодование К.П. Победоносцева вызывало и то, что в комиссии К.К. Грота не было представителей духовного ведомства, которые могли «одернуть»

В.И. Герье и других: «Напрасно почтенный профессор связывает, как и принято в подобных случаях, развитие нищенства с христианством. «Всегда нищия имаете с собою», - сказал Спаситель. Они были и до Христа, и всегда будут, пока будет существовать ближайшая причина нищеты, то есть неравенство состояний и имуществ, простирающееся от бездомной нищеты до людей, неправедно богатящихся: если бы возможно было по условиям гражданского быта ослабить действие этой причины, то и вопроса о нищих не было бы.» 62.

Он утверждал, что в России нищих становится все меньше и только не знающие России горожане думают, что их все больше. «Много у нас в деревнях бедных, но это не нищие, нуждающиеся в призрении; нищими они становятся в неурожай и другие годины испытаний, стихиями производимые. Но в этих случаях гамбургская система не поможет: в этих случаях нужна немедленная помощь пострадавшим или деньгами, или предоставлением им заработка: обедневший хозяин стыдится протягивать руку за подаянием как нищий» 63.

Среди тех, кто относился к общественному призрению с более радикальных позиций, выделяются представители двух основных подходов, которые условно можно обозначить как рационально-критический и нигилистический. Первый ярко представлен в творчестве Н.К. Михайловского, на статьях которого, по выражению российского «энциклопедиста» С.А. Венгерова, выросло глубоко проникнутое идеями альтруизма считавшее его «в числе главных умственных вождей своих» поколение 1870-х годов 64

В первом своем крупном социологическом опыте «Что такое прогресс?» Н.К. Михайловский «очеловечивает» идею прогресса, выдвигая на первый план принципы служения обществу и принесения себя в жертву для общего блага. Способность к такому подвижничеству отличает развитую личность, выделяет ее из толпы. В работе «Герои и толпа» и ряде других произведений проблема человеческой индивидуальности в обществе представлена Н.К. Михайловским как основной предмет социологического исследования. Своим учением о роли личности в истории он призывал современников к социальному покаянию - реализации социально-психологической модели «кающегося дворянина», искренне

61 Победоносцев К.П. Организация общественного призрения в России. СПб., 1898. С. 13.

62 Там же. С. 14.

63 Там же.

64 Венгеров С. Михайловский. // Энциклопедический словарь / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. Т. 19 : А. СПб., 1896. С. 492.

желающего искупить свою историческую вину перед народом. Описанный им социальный тип удачно выразил самую сущность освободительного движения 40-х и 60-х годов, показал его отличие от западноевропейского демократизма, созданного классовой борьбой, а не чувством вины.

Н.К. Михайловский придавал огромное значение выработке социального мировоззрения своих читателей и сам стремился во всем избежать роли стороннего наблюдателя, что является главной предпосылкой альтруистического образа мысли и действий.

Справедливо было бы признать, что во второй половине XIX века проводниками народнических идей были не только кабинетные теоретики, но и тысячи молодых людей, откликнувшихся на призыв А.И. Герцена и Н.Г. Чернышевского и понесших «в народ» идеологию очистительного бунта, довольно скоро превратившуюся в идеологию очистительного покаяния через практическое служение народу.

В работе одного из идеологов народничества В.П. Воронцова «Судьбы капитализма в России» (СПб., 1882) нашла свое яркое выражение мысль о предпочтительности для России развития традиционных общинных форм хозяйствования и организации социальной жизни.

Критика капитализма сочетается у В.П. Воронцова с тревогой о реальном экономическом положении трудящихся масс, поднимается вопрос о принципах социального государства, несущего ответственность перед своими гражданами за обеспечение им достойного существования вне зависимости от конъюнктуры капиталистического рынка. Автор выступает сторонником планового ведения хозяйства, общинного характера крестьянского землепользования и организации взаимной помощи. Как представитель земской демократической интеллигенции, бывший земский врач, он убежден в невозможности изменения социальнодуховного облика русского крестьянства без кропотливой повседневной культурной работы в массах.

Идея социальной солидарности как органической основы общественной помощи была озвучена в работах теоретика и идеолога анархизма П.А. Кропоткина (1842-1921). В неоконченном произведении «Этика» он писал: «Взаимопомощь, - Справедливость, - Нравственность. представляют органическую необходимость, несущую в себе самой свое оправдание, подтверждаемую всем развитием животного мира, начиная с первых его ступеней (в виде колоний простейших животных) и постепенно поднимаясь до высших человеческих сообществ. Говоря образным языком, мы имеем здесь всеобщий, мировой закон органической эволюции; вследствие чего чувства Взаимопомощи, Справедливости и Нравственности глубоко заложены в человеке со всею силою прирожденных инстинктов; причем первый из них, инстинкт Взаимной Помощи, очевидно, сильнее всех.» 65.

По мнению П.А. Кропоткина, общественная взаимопомощь выступает главным фактором социальной эволюции, в частности, в ее техногенном аспекте

65 Кропоткин П. Нравственный прогресс необходим // Родина. 1992. № 10. С. 21.

(развитие производительных сил общества). Противоречия же, возникающие в процессе эволюции на институциональном уровне, между новыми и анахроническими формами социальной помощи, обусловливают революционные преобразования в обществе, сущность которых составляет движение к «высшим формам свободного общежития». В число анахронических форм попадают государство и производные от него структуры общественного и частного призрения, церковная (приходская) благотворительность, традиционные системы образования и воспитания.

Позиция П.А. Кропоткина критична, но все же это не нигилизм в чистом виде, примеры которого дают нам сочинения Ф.Л. Бобошко и Н.Ф. Сумцова, представлявших благотворительность как уродливое и антиобщественное явление, порожденное эгоизмом власть имущих 66. Их высказывания апеллируют к очевидным недостаткам системы социальной помощи и провозглашают популистский курс на отказ от «ущербной и вредной» филантропической деятельности: «Даже честно поставленная благотворительность со всеми своими убежищами, приютами и госпиталями, со своими кассами обязательных страхований рабочих на случай инвалидности, болезни и т. д. приносят обществу громадное и непоправимое зло». Объектом особой критики стало воздействие благотворительности на моральные устои: «Что же касается влияния этих учреждений на нравственность населения, то здесь эта филантропическая мерзость является раком, заражающим и разлагающим общество. Эти учреждения разрушают чувство долга в семьях, развивают эгоизм, и все это делается для чрезмерного производства более или менее нужных товаров» 67.

Во всем, по мнению данных авторов, виноваты экономисты, открывшие законы спроса и предложения, прибавочной стоимости, внедрившие эти «софизмы» в сознание масс, и в первую очередь предпринимателей. Последние, следуя утилитарным установкам в организации труда, уменьшили до минимума заработную плату, привлекли на производство женщин и детей. «Собственно говоря, с момента ухода женщины на фабрику, рабочий уже не имел семьи, дети - ухода и воспитания, и подавно не стало приюта в семье ни больным, ни старикам», что поставило вопрос о необходимости филантропических учреждений, которые с экономической точки зрения совершенно невыгодны. Практический же смысл их объясняется с точки зрения политической выгоды: «Знаменитый канцлер [Бисмарк. - В.Г.], как и его достойный ученик - ныне царствующий император, с помощью этих страхований одурачили крайних марксистов и избавились, таким образом, от анархических выступлений с их стороны» 68.

В качестве альтернативы благотворительности предлагается укрепление -прежде всего материальное - основ семьи, пропаганда труда как главного источника существования человека. И уже совсем популистски звучит проповедь семейного счастья пролетарских масс: «Все филантропические затеи, разрушая семью, бьют главным образом по рабочему классу, так как рабочий класс более

66 Бобошко Ф.Л. Долой филантропов и их учреждения. Николаев, 1912. С. 47.

67 Там же. С. 3.

68 Бобошко Ф.Л. Долой филантропов и их учреждения. С. 8.

всех других ценит и пользуется семьей. Политик, общественный деятель и капиталист имеют дело с работой, которая. не может не отвлекать от интересов семьи, так что не механическая работа, при всем ее иногда величии и значении, хотя и кажется иногда завидной. мешает своим работникам пользоваться в полной мере чистыми семейными радостями. Наоборот, серьезный и разумный рабочий, несмотря на ограниченность своих средств, находит значительное вознаграждение в интимной жизни. Полное семейное счастье доступно только рабочему, так как его деятельность приносит полное спокойствие и сознание, что великие дела требуют и великой нравственной ответственности, несовместимой со спокойствием, а следовательно, и с семейным счастьем» 69.

Хотя религиозная благотворительность в рассматриваемый период и не была основной формой социальной помощи, именно в многовековом опыте православной церкви многие исследователи видели основной источник совершенствования национальной системы общественного призрения и поддержки нуждающихся. Важно, что в основном это были представители светской науки, впрочем, даже священнослужители, писавшие по этим вопросам, выступали не с клерикальных, а, скорее, общефилософских позиций. Это дает нам право согласиться с М.В. Фирсовым, определившим данное направление в теории общественного призрения как конфессиональное 70.

Культурная традиция второй половины XIX века, определявшаяся уже не только укладом жизни, но и интеллектуальным строем общества, по крайней мере его образованной части, требовала не столько провозглашать, сколько отстаивать право конфессионального подхода к благотворительной деятельности. Милосердие в ставших к тому времени довольно архаичными формах, таких, как милостыня и нищелюбие, в общественном мнении оценивались неоднозначно, чаще негативно - как способы паразитарного существования для одних и ханжеского прикрытия своей алчности для других. Между тем догматов христианства никто не отменял, а церковная организация продолжала оставаться важнейшей общественной структурой практической социальной помощи.

Наряду с апологетикой христианской благотворительности, в рамках конфессионального подхода встречается и конструктивная критика практических мероприятий церкви в сфере социальной помощи. Н. Вознесенский считал возрождение христианских традиций в общественной и частной благотворительности средством привития населению «привычки благотворить». Такая практика должна была служить не только нравственному самосовершенствованию личности, но и улучшению деятельности государственных учреждений призрения, налаживанию духовного контакта «просящего» и «дающего». Важным результатом утверждения непосредственно религиозного восприятия помощи, по мнению Н. Вознесенского, станет отход от «казенщины» в функционировании общественного призрения, утверждение культа не только «нравственного долга», но и «морального права» на поддержку со стороны братьев во Христе.

69 Там же. С. 14.

70 Фирсов М.В. История социальной работы в России. М., 1999. С. 139.

Деятельность церкви и ее приходских структур как образец организации благотворительной деятельности органов местного самоуправления рассматривается в трудах К. Ровинского, анализировавшего причины деструктивных тенденций в социальном развитии территориальных единиц земского хозяйства. Действительная помощь, на его взгляд, заключается в том, чтобы поднять производительные силы населения, улучшить технику крестьянского сельского хозяйства, создать мелкий народный кредит, сделать всеобщим народное образование, озаботиться внешкольным образованием народа, развитием кустарных промыслов, улучшением путей сообщения. Сделать это в условиях сокращения объема государственной поддержки, вызванного необходимостью экономических реформ, без использования опыта и непосредственного участия приходской общины нельзя. Во многих случаях приходское попечение - последнее средство для крестьянина выстоять в чрезвычайной ситуации.

Выраженный прикладной характер выводов К. Ровинского и других авторов свидетельствует об актуализации формально-нормативного подхода к историческому опыту церковноприходской благотворительности, к практике взаимодействия конфессиональных и светских структур в деле призрения. Однако юридического оформления на общегосударственном уровне эта тенденция так и не получила.

В современной научной литературе довольно обстоятельно рассмотрены формально-нормативный и организационно-административный подходы к проблеме призрения 71, поэтому ограничимся лишь выделением их важнейших характеристик.

В отечественной законотворческой практике и в правовой теории второй половины XIX века вопросы социальной помощи вообще и общественного призрения в частности рассматривались в тесной связи с проблемами права местного самоуправления, или «полицейского права», ставшего прообразом современного муниципального права. Основное содержание этого периода составил переход большинства правоведов - и теоретиков, и практиков - от положений общинной (общественно-хозяйственной) на позиции государственной теории местного самоуправления. Вкратце суть этих теорий можно представить следующим образом.

Теория свободной общины опирается на идеи естественного права. В относительно законченном виде она разработана немецкими учеными на основе идей французского и бельгийского законодательства первой половины XIX века и базируется на двух основных положениях:

- во-первых, на утверждении о существовании собственно общественных дел, по своей природе присущих местному самоуправлению; в их число включается и оказание социальной помощи нуждающимся согражданам из муниципальных средств;

71 Фирсов М.В. История социальной работы в России. М., 1999. С. 146-148.

- во-вторых, на понятии о государственных функциях, которые государство передает в ведение органов местного самоуправления, в том числе начальное народное образование и здравоохранение.

Исходя из этих положений, теория свободной общины провозглашала приоритетное право местного самоуправления в решении вопросов культурно-хозяйственного значения сообразно местным условиям и традиционным нормам.

Государственная теория самоуправления утверждает, что местное самоуправление получает все свои права от государства, но осуществляется не правительственными чиновниками, а представителями местных сообществ. Особенность местного самоуправления состоит в том, что его органы не являются органами государства, а выступают как юридические лица публичного права 72 и деятельность в социальной сфере осуществляется ими от имени государства.

Если общественно-хозяйственная теория определяла идеологию и конкретную направленность реформ 60-70-х годов XIX века, а также общие юридические основы пореформенной системы общественного призрения, то на базе государственной теории происходила институционализация социальной помощи, формировалась ее национальная модель.

Важнейшими вопросами своего времени являлись юридическое оформление государственного, индивидуального и общественного начал в деле организации общественной и частной благотворительности, правовая локализация и профилактика нищенства и пауперизма, законодательная регламентация соотношения обязательных и факультативных форм общественного призрения и др. Их рассмотрению посвятили свои сочинения представители общественно-хозяйственного направления В.Н. Лешков, А.И. Васильчиков, «государственники» П.В. Безобразов, Н.М. Коркунов, Н.Х. Бунге.

Общим для всех было позиционирование общественного призрения и образования как главных инструментов в борьбе против нищеты и порождающих ее условий. Объединение усилий государства, частных лиц, церкви и благотворительных организаций, общины и местного самоуправления рассматривалось как неотложная мера, направленная на то, чтобы нуждающиеся и их дети могли самостоятельно, честным трудом или на основе организованного призрения получить надежду и реальную возможность возврата к достойному, нравственному человеческому существованию.

В законодательстве и управленческой практике конца XIX века все более активизируются превентивные мероприятия, на концептуальном уровне осуществляется интенсивная разработка правовых аспектов страхования, пенсионного обеспечения, экономической деятельности земств, направленной на поддержку переселенческого движения, создания ссудосберегательных касс, развитие отхожих промыслов и ремесел. Начальное народное образование рассматривается не как благотворительная деятельность, а как самый рациональный путь решения массовых социальных проблем.

72 Велихов Л.А. Основы городского хозяйства. М. ; Л., 1928. С. 238.

Участие известного историка и общественного деятеля В.И. Герье (18371919) в работе государственных учреждений и органов местного самоуправления, решавших вопросы о социальном обеспечении населения, позволяет считать его одним из главных теоретиков и организаторов общественного призрения в России рубежа XIX-XX веков. Этому предмету он посвятил не только специальные научные исследования, но и статьи в популярных журналах и справочно-энциклопедической литературе 73.

В.И. Герье определял общественное призрение как культурную форму благотворительности, отличавшуюся от более ранних и примитивных ее форм организацией, мотивами и целями. Субъектом общественного призрения он считал «коллективное лицо» - общину (собственно коллективный субъект) или земскую единицу, организованную в общину (территориальноадминистративную основу призрения). Целью общественного призрения, согласно Герье, является разумное обеспечение нуждающихся и предупреждение нищеты, мотивируемое общественным интересом, сознанием гражданской солидарности между членами общины и заботой правительства о благе подданных

74

Несомненной заслугой Герье является начало сравнительно-исторического изучения различных систем и национальных моделей общественной помощи. Он отмечал общие исторические корни российской благотворительности и социального обеспечения в странах Западной Европы, таких, как Англия, Франция, Германия, Австрия, Швейцария, Италия, Бельгия, и государствах Скандинавии 75. Выводы его вполне справедливы и актуальны не только для рубежа XIX-XX веков, но и для нашего времени: «В соразмерном участии и стройном взаимодействии общины, области и государства заключается условие правильной организации и успешного хода дела в призрении бедных» 76.

В определении путей и перспектив развития общественного призрения в России В.И. Герье соединял теорию и практическую деятельность, разрабатывая проект и занимаясь непосредственной организацией участковых попечи-тельств в Москве в 1890-е годы, а также участвуя в комиссии К.К. Грота для пересмотра действующих в России законов о призрении бедных.

Учеником В.И. Герье был известный русский медиевист П.Г. Виноградов (1854-1925). Как последовательный сторонник органической социологии Г. Спенсера, он считал сложные социальные взаимодействия типа благотворительной помощи производными от социальной дифференциации, полагая, что чем дифференциация глубже, тем более естественными и востребованными в обществе становятся отношения интеграции. «Расчленение общества на профессии, состояния, сословия дает прекрасное приложение общего начала дифференциации

73 Герье В. Попечительства о бедных в Москве в 1895 г. М., 1895 ; Он же. Призрение общественное. // Энциклопедический словарь / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. Т. 21. СПб., 1897.

74 Герье В. Призрение общественное. С. 165.

75 Герье В.И. Записки об историческом развитии способов призрения в иностранных государствах и о теоретических началах правильной его постановки. М., 1897.

76 Герье В. Призрение общественное. С. 174.

функций и дифференциации строения; совместная деятельность классов, их услуги и общая работа иллюстрируют процесс объединения, интеграции» 77. Таким образом, П.Г. Виноградов полностью отрицал идею бесклассового социалистического общества как совершенно утопичную, а путь к гармонии общественных отношений видел в нравственной эволюции социальных институтов, прогрессе науки и культуры.

Впрочем, он допускал, что процессы развития общества не всегда могут объясняться биологическими и психологическими законами 78, отмечая, что в обществе в отличие от живого организма смерть целого не сопровождается смертью его частей. Этот вывод важен для понимания механизма эволюции форм социальной помощи: на смену системе религиозной благотворительности пришло государственное призрение, а оно в свою очередь уступило место системе общественного призрения. При этом элементы христианского милосердия и государственного призрения, не входя в структуру новой системы социальной помощи, продолжают сосуществовать с ней и даже интегрируются в ее подсистемы.

Е.Д. Максимов (1858-1927; псевдонимы М. Слобожанин, Филантроп и др.) в автобиографическом произведении «На культурной работе» (1907) призывал: «Страна нуждается в крупных и коренных социальных преобразованиях, в политической реформе и в целом ряде других разнообразных мероприятий общественного характера. Со всеми ними, чтобы спасти народ от гибели, нужно спешить и спешить. Нужно, в конце концов, прийти к тому, чтобы интеллигенция стала народом, а народ - интеллигенцией» 79.

Научные исследования Е.Д. Максимова посвящены поиску закономерностей в развитии форм общественной помощи, выявлению оснований для периодизации этапов общественного призрения. Общественное призрение, с его точки зрения, постоянно эволюционирующий исторический феномен. В качестве основного источника развития он выдвигает динамику целеполагания - от целей личных к целям общественным. Вслед за В.И. Герье он рассматривал каждую форму помощи как результат эволюции предыдущей и предпосылку последующей 80. Так, на смену «лично-религиозной благотворительности» Древней Руси в XVI-XVII веках пришла земско-приходская система помощи, подготовившая почву для становления государственной помощи в последней четверти XVIII века. Общественная помощь, начало которой было положено преобразованиями эпохи Великих реформ, объединяя в себе элементы предыдущих, а также новых моделей помощи (земской, частной, городской), явилась высшей стадией в эволюции социальной помощи.

77 Виноградов П.Г. О прогрессе // Вопросы философии и психологии. М., 1898. Кн. 42.

С. 309.

78 Там же. С. 259.

79 Максимов Е.Д. На культурной работе: очерки и воспоминания. М. : Слобожанина ; СПб., 1907. С. 6.

80 Он же. Общественная помощь нуждающимся в историческом развитии ее в России. СПб., 1906. С. 4.

Термин «призрение» Е.Д. Максимов рассматривал в широком и в узком смысле: в широком смысле - как совокупность результатов исторического развития различных видов благотворительности, медицинской помощи, принудительных мер реабилитации, составляющих основу государственной социальной политики; в узком - как содержание отдельных видов помощи, например, призрение глухонемых, престарелых и т. д.

В том, что касается субъекта общественного призрения, Е.Д. Максимов близок к сторонникам общественно-хозяйственной теории: «.Дело общественного призрения не может быть государственной обязанностью, оно должно быть прежде всего делом общественным, необходимою принадлежностью общественной деятельности, общественного самоуправления и его местных органов. В России, следовательно, оно должно входить в круг обязанностей земских и городских учреждений. Государственное же вмешательство в него должно ограничиваться, с одной стороны, лишь общим принципом вмешательства государственной власти в дела местного самоуправления, а с другой - поддержкой его в тех случаях, когда местных усилий окажется недостаточно для борьбы со злом» 81. Объектом государственного призрения могут быть лишь маргинальные элементы, не подлежащие местному призрению (переселенцы и бродяги), безработные, а также бывшие государственные служащие (военные и статские), утратившие работоспособность.

В организации практических мероприятий общественного призрения Е.Д. Максимов предлагал решать финансовые вопросы по принципу сословной дифференциации: бремя «социальных» расходов в основном должно лежать на обеспеченных сословиях. В качестве модели благотворительной деятельности он выделял опыт г. Эльберфельда, особо отмечая индивидуальный подход как качественную характеристику социальной помощи 82.

Оценивая в целом общий характер развития теории общественного призрения в рамках организационно-административного подхода, можно говорить о выраженном позитивистском начале, ориентации на реальные потребности практической работы по рациональной реорганизации отечественной системы социальной помощи. Это выразилось в первую очередь в создании проектов нормативного регулирования деятельности учреждений общественного призрения на новых началах.

Рабочее движение конца XIX - начала ХХ века, высокая динамика социально-экономических и политических процессов в эти годы, события Первой русской революции стали мощным стимулом для пересмотра отношения власти и общества к проблемам социальной защиты экономически уязвимых слоев населения, прежде всего пролетариата и беднейшего крестьянства, вырванного из патриархальной общины и брошенного в «пучину» капиталистического производства. Как наиболее острые ставятся и обсуждаются вопросы возможности

81 Максимов Е.Д. Статистические и финансовые вопросы общественного призрения // Новое слово. 1896. № 7.

82 Он же. Законодательные вопросы общественного попечения о бедных // Вестник благотворительности. 1897. № 7. С. 7.

увеличения численности «армии труда» за счет привлечения в сферу общественного производства представителей социальных слоев, традиционно культивирующих паразитарные поведенческие установки: профессиональных нищих, беспризорников, женщин и детей, промышляющих на ниве проституции. На страницах прессы активно обсуждаются относительно новые для российского общества проблемы: безработица, профилактика производственной инвалидности, предупреждение социальных патологий, пауперизма. На повестке дня государственных структур и учреждений местного самоуправления все чаще оказываются вопросы совершенствования общественного призрения путем введения норм социального страхования и ограничения административного произвола в отношении женщин и несовершеннолетних. Другой стороной проблемы становится развитие психиатрической науки и практики.

В контексте развития социально-гигиенического направления отечественной теории социального страхования интересны работы Б.А. Кистяковского, Н.А. Вигдорчика, Д.А. Дриля.

Известный российский социолог неокантианской школы Б.А. Кистяков-ский (1868-1920) также обращал особое внимание на просветительскую, нравственную сторону общественного призрения, но как специалист в области социологии права не мог не коснуться его юридической основы. Для творчества Б.А. Кистяковского характерно выраженное негативное отношение к традиционным формам милосердия и нищелюбия как подавляющим свободу и инициативу личности, провоцирующим безнравственность и тунеядство. Действующие нормы и принципы благотворительности, с точки зрения Б.А. Кистяковского, не выдерживают критики как ущемляющие человеческое достоинство и продуцирующие социальную ущербность. Для нормального развития общества необходимы государственные гарантии приемлемого уровня безопасности и благосостояния. Практическое воплощение эта идея получает в системе социального страхования - одном из важнейших институтов гражданского общества. Страхование - форма «мягкой» поддержки, оставляющая человеку максимум свободы и возможностей проявления инициативы, предприимчивости, но дающая больным, малолетним, престарелым, пострадавшим от несчастных случаев, инвалидам и другим социально уязвимым категориям твердую уверенность в сегодняшнем и завтрашнем дне.

В организации социального страхования Б.А. Кистяковский, без сомнений, ведущую роль отводил частной и общественной инициативе, осуществляющим свою деятельность под эгидой государства, но на негосударственной основе. «Казенное» страхование он считал эффективным только в случае страхования по старости, причем роль государства здесь должна быть ведущей. Вообще же, смысл страхования - в активизации объекта помощи, который вынужден самостоятельно обращаться в страховые структуры с просьбой о защите и в силу этого невольно включаться в систему субъект-объектных взаимодействий страхования, становясь и клиентом, и партнером.

В начале ХХ века социальное страхование многими воспринималось как особая разновидность помощи, направленная на профилактику и сокращение

масштабов пауперизма. С точки зрения выдающегося отечественного гигиениста Н.А. Вигдорчика (1874-1854), социальное обеспечение в его материальном аспекте является общей «повинностью» всех членов сообщества (территориального, профессионального, конфессионального и т. д.). Он так же, как и Б.А. Кис-тяковский, возлагал основные свои надежды на коллективный характер страхования - взаимодействие членов социума с целью привлечения как можно больше человеческих и финансовых ресурсов.

В позиции Н.А. Вигдорчика интересно выделение в качестве объекта страховой деятельности не социальной группы, а процесса, точнее, гипотетической возможности дезорганизации процесса посредством разбалансировки сил в системе «труд - заработная плата - капитал», реальной угрозы для рабочего лишиться заработка - единственного условия его существования 83.

Н.А. Вигдорчик рассматривает безработицу как серьезную, но неизбежную по объективным причинам угрозу положению пролетария, как одну из сторон капиталистической конкуренции. Более опасной, но по большому счету устранимой угрозой он считает потерю трудоспособности в результате травмы, несчастного случая на производстве, поскольку они наносят как самому рабочему, так и его семье непоправимый ущерб. Выход он видел в страховании, в его диверсификации по направлениям, обусловленным спецификой объекта: страхование на случай потери работы, потери кормильца (страхование вдов и сирот), по инвалидности, по старости, страхование материнства. Развитие этих современных форм социальной защиты он позиционировал как современную модель взаимопомощи, как реальную и эффективную альтернативу традиционным формам призрения бедных 84

Известный российский криминалист Д.А. Дриль (1846-1910) - наиболее яркий представитель медико-юридического направления в отечественной теории общественного призрения. Основным объектом его внимания были исправительные учреждения, в том числе для женщин и несовершеннолетних, а также институт ссылки. Уже в своей магистерской диссертации «Малолетние преступники» (1881) Д.А. Дриль обосновывал необходимость придать суду над несовершеннолетними характер опекунского учреждения и заменить уголовное наказание целенаправленным педагогическим воздействием. Он подчеркивал исключительное воспитательное значение исправительного заключения малолетних преступников, требуя реформирования системы исправительных колоний и приютов с предоставлением им статуса частных или общественных благотворительных заведений.

Его настойчивости во многом обязаны своим появлением Закон 1897 года об особенностях судопроизводства и наказания несовершеннолетних в возрасте от 10 и 17 лет и Закон 1909 года о воспитательных и исправительных заведениях для несовершеннолетних.

Участник ряда международных конгрессов по вопросам уголовной политики и общественного призрения, Д.А. Дриль привлекал внимание обществен-

83 Вигдорчик Н.А. Опасность промышленного труда. СПб., 1913.

84 Он же. Социальное страхование. СПб., 1912.

ности к проблемам трудовой помощи и защиты детства, перевоспитания «порочных» детей, указывая публике на забвение ею своих обязанностей перед подрастающим поколением. Широкий резонанс имели его публикации, показывавшие реальную картину сибирских каторжных тюрем и сахалинской ссылки в хозяйственно-экономическом, медико-санитарном и нравственном плане, обличавшие практику раздачи «для совместного домообзаводства» ссылаемых на Сахалин женщин в сожительницы поселенцам, часто вынуждавших этих женщин и их дочерей заниматься проституцией.

В сравнительном исследовании «Ссылка во Франции и России» (1899) он подчеркивал, что под внешним благообразием французской ссылки в Новую Каледонию и Гвиану кроются те же проблемы, что и в России, так что и разрешаться они должны в рамках международного пенитенциарного права. Путь к искоренению социальных язв Д.А. Дриль видел в упорядочении экономических условий народной жизни, в содействии развитию трудовой помощи и института патроната, в борьбе с алкоголизмом и с жилищной нуждой «недостаточного» населения, в работе по разъяснению пользы и значения кооперации.

Основным объектом изучения в контексте развития социально-гигиенического подхода остается профессиональное нищенство. Его антиобщественный характер, опасность для всей системы социального порядка показаны во многих научных работах конца XIX - начала ХХ века. Особый интерес представляют сочинения профессора полицейского права А.А. Левенстима, в которых дается классификация профессионального нищенства, предлагаются правовые механизмы по его искоренению 85. Меры репрессивного характера, в частности высылка по месту жительства, принудительное помещение в исправительные приюты, работные дома и т. д. в общем находили поддержку у таких авторов, как К.И. Ануфриев, Д.А. Дриль, А.В. Горбунов 86. Однако в кругах отечественных исследователей, а позже и администраторов постепенно все больше распространяется идея профилактики нищенства через систему помощи «недостаточному» трудящемуся населению.

Огромную роль здесь сыграли исследования в области экономической статистики и ранней социологии труда (образа жизни), в которых особое место уделялось анализу рабочих бюджетов, условий труда, быта и культурного развития трудящихся, структуре питания и вопросам санитарного состояния рабочих мест и жилых помещений, нормированию труда и отдыха, социальной динамике городского и сельского населения. В отечественной историографии советского периода наиболее обстоятельными и значимыми для науки считались

85 Левенстим А.А. Нищенство в России по отзывам начальников губерний / сост. по поручению комиссии Мин-ва юстиции для разработки вопроса о мерах борьбы с профессиональным нищенством и бродяжничеством. СПб., 1899 ; Он же. Профессиональное нищенство, его причины и формы : бытовые очерки. СПб., 1900.

86 Ануфриев К.И. Нищенство и борьба с ним. Материалы для подготовительной комиссии для разработки вопроса по реорганизации борьбы с нищенством в С.-Петербурге. СПб., 1913 ; Дриль Д.А. Бродяжничество и нищенство и меры борьбы с ними. СПб., 1898 ; Горбунов А.В. Борьба с нищенством и бродяжничеством. М., 1909.

известные работы В.В. Берви-Флеровского, В.И. Ленина, К.А. Пажитнова 87. В последнее время опубликованы блестящие в научном отношении исследования А.А. Кауфмана, Ф.А. Щербины, М.И. Туган-Барановского, А.М. Стопани,

С.Н. Булгакова и других, позволяющие более адекватно оценить масштаб и направленность научных поисков отечественных социологов начала ХХ века 88.

В развитии теории и практики общественного призрения это сказалось на формировании нового направления в проектировании профилактических и реабилитационных мероприятий для групп трудящихся, поставив вопрос об их реальной социальной защите посредством государственно-правовых и экономических механизмов. В работах П.Ф. Ашрота, Е.Д. Максимова, П.С. Чистякова бедность и нищенство среди выходцев из рабочей среды показаны не только как социальное зло, но и как упрек обществу, ответственному перед своими гражданами 89. Если во второй половине XIX века социальные патологии рассматривались как черты отдельных личностей, то в начале ХХ столетия их все более оценивали как характеристики целых социальных групп, даже слоев общества.

Социальные корни и современное состояние такой социальной патологии, как проституция, рассматриваются в сочинениях правоведов С.С. Шашкова, П.В. Безобразова, И.И. Приклонского, А.Ф. Кони, психологов В.М. Тарновского,

Н.В. Краинского, П.Е. Обозненко, социологов А.И. Елистратова, М.И. Покровской, В.П. Окорокова 90. Именно в процессе изучения проституции в России имели место самые ранние опыты применения полевых исследовательских методов не только с позиций общественной морали, но и как социальноэкономическое явление, вызывая острые дискуссии сторонников различных школ. В итоге были выявлены и структурированы причины, толкавшие женщин на путь «экономического разврата», и теснейшие связи проституции с преступностью. Ученое сообщество было вынуждено признать наличие объективных предпосылок проституции в самом хозяйственном укладе России, в ее прошлом и настоящем культурном «багаже». К ним были отнесены урбанизация и скученность городского населения, его пролетаризация, интенсивный рост транспортной сети

и портовых городов, общий рост мужского населения и наличие инфраструктуры внебрачных связей 91. Особо отмечалась невозможность для женщины чест-

87 Берви-Флеровский В.В. Положение рабочего класса в России. СПб., 1869 ; Пажитнов К.А. Положение рабочего класса в России. СПб., 1900 ; Ленин В.И. Развитие капитализма в России. СПб., 1899.

88 Антология социально-экономической мысли в России. Дореволюционный период / под общ. ред. А.И. Кравченко. СПб., 2000.

89 Ашрот П.Ф. Призрение бедных. СПб., 1902 ; Максимов Е.Д. Законодательные вопросы общественного попечения о бедных // Вестник благотворительности. 1897. № 7 ; Чистяков П.С. Нищета и нищенство // Трудовая помощь. 1908. Апр.

90 Голосенко И.А., Голод С.И. Социологические исследования проституции в России (история и современное состояние вопроса). СПб., 1998.

91 Голосенко И.А., Голод С.И. Социологические исследования проституции в России (история и современное состояние вопроса). СПб., 1998. С. 34.

ным трудом прокормить себя и своих детей, традиционная для российского менталитета недооценка производственного и интеллектуального потенциала жен-

92

щин .

Вслед за проституцией объектом пристального внимания исследователей становятся чрезвычайно распространенные в России пьянство, алкоголизм и бытовая преступность. В их изучении отечественные ученые особо выделяют сюжеты сугубо российского происхождения, применяя на практике еще только формирующийся культурологический подход, осмысливая феноменологию этих явлений и одновременно их связь с другими проявлениями социальной патологии. Теория и практика здесь решали общие задачи и формировали единое пространство научно-практической деятельности 93.

Наиболее деликатной и сложной сферой теории и практики призрения лиц с социально-патологическими проявлениями была (и до сих пор остается) детская и подростковая среда. Среди отечественных исследователей этого института следует выделить одного из основоположников уголовной социологии

С.К. Гогеля, сыгравшего огромную роль в выявлении причин социальной патологии детства, автора ряда правовых и социально-педагогических инициатив, получивших мощный общественный резонанс и широкую поддержку в самых разных социальных слоях.

Проекты С.К. Гогеля были положены в основу возникших в начале ХХ века общественных союзов, объединивших деятелей благотворительности и призрения в России 94 Крупнейшей его заслугой стала подготовка и организация работы Союза учреждений, обществ и деятелей по общественному и частному призрению в феврале 1909 года, целью которого являлось упорядочение и объединение благотворительной деятельности во всей России.

Союз особо поддерживал изучение современного состояния, нужд и наличных сил общественной и частной благотворительности в России, издание справочной и исследовательской литературы по вопросам общественного и частного призрения. Он создавался для организации периодически созываемых съездов деятелей в области благотворительности и для представительства русской благотворительности на международных форумах, не вмешивался в дела отдельных благотворительных обществ, стараясь координировать их работу для более эффективного решения задач в социальной сфере. Его деятельность способствовала также оформлению отдельных направлений социальной помощи в самостоятельные отрасли общественного призрения, дальнейшей активизации исследовательской и проектной работы, становлению объектоцентристского подхода в теории общественного призрения.

92 Селиванов А.Ф. Общество помощи и защиты женщин // Общественное и частное призрение в России. СПб., 1907.

93 Коровин А.М. Благотворительность и алкоголизм : доклад в городском Московском благотворительном совете, 25 февраля 1901 г. М., 1901.

94 Гогель С.К. Объединение и взаимодействие частной и общественной благотворительности. СПб., 1908.

Значительные успехи в организации сети учреждений общественного призрения, в повышении эффективности управления ими и в привлечении различных субъектов благотворительной деятельности, прежде всего частных лиц и местных сообществ, заставили исследователей обратиться к изучению нового круга проблем. Центральным сюжетом в работах данного периода становится отраслевая специализация учреждений, диверсификация их деятельности в зависимости от круга клиентов и ресурсной базы, привлекаемой для оказания помощи. Не менее актуальным вопросом является упорядочение деятельности частных лиц и благотворительных организаций, определение их компетенции в системе общественного призрения, их роли и места в деле помощи нуждающимся.

В научной литературе активно происходит концептуализация идей социальной помощи; деление призреваемых на категории имеет целью сгруппировать их не только по критерию работоспособности (это пытались делать еще в допетровское время), но и сообразно формам призрения, которые могли бы быть применены. Условное деление нуждающихся на нищих, не способных самостоятельно работать, на жертв случайных обстоятельств, временных нетрудоспособных, сирот, а также профессиональных нищих, «тунеядствующих по лености», преследует не репрессивные цели, а лишь упорядочивает процесс социальной помощи им всем. Убеждение в том, что поддержка общества необходима любому клиенту, постепенно получает широкое распространение в передовых общественных кругах. Этим обусловлено и принципиальное переосмысление самой идеи объекта помощи, к которому подходят уже не с позиций социального контроля, «примеряя» социальные нормы, созданные без его участия и в целях, ему самому глубоко чуждых, а с желанием понять социальную «траекторию» индивида, различные варианты реализации его личного жизненного сценария.

Благодаря усилению негосударственного сектора общественного призрения и активизации земских и городских учреждений благотворительности, становится возможным выделение и оформление самостоятельных отраслей общественного призрения, имеющих собственную идеологию, теоретическую базу и арсенал технологий помощи. Наибольшее распространение, наряду с традиционными направлениями призрения и благотворительности, получили трудовая помощь, попечение о детях и подростках, поддержка жертв стихийных бедствий, неурожаев, голода, работа с инвалидами, патронажная деятельность, профессиональное (низшее техническое) образование, нравственная поддержка. Четко обозначились такие нетрадиционные объекты помощи, как лица с особыми возможностями (слепые, глухонемые, ортопедические инвалиды), женщины, принуждаемые к занятию проституцией, дети, несовершеннолетние и женщины, подвергшиеся жестокому обращению. Одновременно происходило осмысление нового опыта призрения, накопление аналитического материала и развитие на этой базе теории социальной помощи.

В начале ХХ века эти сюжеты были довольно популярны не только в кругах интеллигенции, но и в других социальных слоях и корпоративных сообществах, вызвав к жизни не один десяток серьезных научных трудов 95.

Активизация научной деятельности по вопросам общественного призрения, в частности широкое обсуждение правовых и организационных основ системы социальной помощи, интегрирующей государственное, общественное и частное начала, отражает обострение противоречий между законодательной базой призрения и благотворительности, создававшейся еще в XVIII веке, и новой структурой и идеологией помощи, сложившейся в начале ХХ века. Однако не разработка нового законодательства об общественном призрении, а именно концептуальная систематизация социальной помощи была главной целью большинства отечественных авторов в данный период, острейшая необходимость чего была продиктована объективной невозможностью для государства, вынужденного выбирать приоритетные сферы приложения бюджетных средств, серьезно увеличить расходы на общественное призрение в целом.

Одной из популярных теоретических проблем начала ХХ века становится реформа налогообложения - возможность введения единого «благотворительного» налога. Опыт ряда европейских стран свидетельствовал об относительно высокой эффективности такой меры в контексте унификации системы помощи нуждающимся 96. Однако даже Москва, шедшая в авангарде процесса модернизации российской благотворительности, при введении участковых попечительств, копировавших Эльберфельдскую модель организации помощи нуждающимся, отказалась от установления единого налога в пользу бедных отчасти из-за неготовности к этому основной массы населения, отчасти из-за амбиций частных благотворителей, не желавших «мелочиться».

Большинство авторов начала ХХ века склонялись к идее принятия сети учреждений по оказанию трудовой помощи в качестве основы новой системы призрения. Как практическая деятельность, это направление характеризовалось наличием многочисленных форм и методов работы, учитывавших местную специфику, организовывалось усилиями частных и территориальных корпоративных сообществ и не требовало централизации как условия развития. Г.Г. Швит-тау, один из самых цитируемых по этой теме авторов, отмечал: «Трудовая помощь в России является почти исключительно как форма общественного призрения, почти не затрагивая собою вовсе области государственного управления»

97

95 Гогель С.К. Объединение и взаимодействие частной и общественной благотворительности ; Кулишер И.М. О приискании средств на покрытие расходов местных союзов на общественное призрение // Труды Первого съезда русских деятелей по общественному и частному призрению, 8-13 марта 1910 г. СПб., 1910. С. 187-195 ; Сиринов М.А. Земские и городские финансы как источник покрытия расходов по обязательному призрению. // Там же. С. 197-209

96 Ильинский В. Благотворительность в России (история, настоящее положение и задачи) : в 2 т. СПб., 1908.

97 Швиттау Г.Г. Трудовая помощь в России. Пг., 1915. Ч. 1.

Не централизация и введение «вертикальной» управленческой структуры общественного призрения, но объединение на концептуальной основе, координация деятельности, интенсивный обмен идеями и практическими наработками стали основными требованиями в плане совершенствования отечественной системы социальной помощи в начале ХХ века. Мысль, высказанная П.И. Георгиевским 98 еще в 1894 году, нашла активную поддержку в среде теоретиков и практиков благотворительности и призрения, предопределив развитие этой сферы общественной деятельности вплоть до начала 20-х годов ХХ века 99. Организационной же формой, составившей основу системы помощи, стали участковые попечительства - модель, заимствованная в Европе и адаптированная к российским социально-экономическим условиям, к реалиям деятельности городских и земских учреждений местного самоуправления.

Осуществленные в рассматриваемый период исследования отечественных ученых по проблемам истории, теории и практики общественного призрения в России были направлены на познание закономерностей и особенностей развития одного из наиболее важных и интересных общественных институтов пореформенной России, были заложены основы методологии научного изучения вопросов благотворительности и призрения, определены приоритетные цели и поставлены задачи для дальнейшей исследовательской работы.

Существенной чертой отечественной историографии благотворительности и общественного призрения явилась преемственность лучших традиций и форм научной работы дореформенной эпохи, а качественный рост уровня теоретических исследований обеспечивался процессами расширения практики призрения, ее количественным ростом.

Временем активизации научного поиска стал период с середины 1890-х годов до начала Первой мировой войны: из-под пера российских ученых вышли крупные работы по проблемам генезиса и эволюции структуры и форм общественного призрения, его развития в современных (начало ХХ века) условиях. Институционализация социальной помощи в России в форме общественного призрения стала значительным этапом в становлении структур гражданского общества, правового порядка и экономических форм хозяйствования и одновременно мощным фактором дальнейшего развития общественной благотворительной инициативы.

В отечественной научной мысли по проблемам общественной помощи во второй половине XIX - начале ХХ века очень сильным было влияние, можно даже сказать давление, политико-идеологического характера. Тем не менее, в науке сложились и получили развитие подходы выраженного академического и прикладного характера, ориентированные не на политический заказ, а на ре-

98 Георгиевский П. Призрение бедных и благотворительность. СПб., 1894.

99 Бахтин Н.В. К вопросу о мерах помощи порочным и подлым людям. Новгород, 1910 ; Буксгевден О.О. О совместной деятельности общественного призрения и организаций частной благотворительности // Детская помощь. 1894. № 1 ; Латышев С.М. К вопросу о правильной постановке призрения бедных в России. СПб., 1898 ; Скворцов И.П. О совместной организации и взаимной помощи и благотворительности. СПб., 1896.

альные нужды и интересы развития социальной сферы. Оформились формальнонормативное и организационно-административное направления, социальногигиенический и объектоцентристский подходы, давшие «зеленый свет» концептуальным и проектно-экспериментальным поискам маститых ученых и энту-зиастов-любителей. В то же время сохраняется традиция изучения проблем социальной помощи в рамках конфессионального подхода, логическим продолжением которой становится поиск современных духовно-нравственных ориентиров благотворительности и призрения.

Период 1890-х - 1910-х годов отмечен активным участием социологической науки в накоплении и анализе эмпирического материала, началом профессиональной подготовки кадров специалистов по общественному призрению, выраженным социально-педагогическим «уклоном» в разработке концепций социальной помощи. В то же время еще рано говорить об оформлении самостоятельной отечественной школы теоретического и прикладного изучения данного института. Скорее всего, имело место «национальное самоопределение путей развития общественного и частного призрения», а в рамках этого процесса - рост теоретической и научно-практической базы социальной работы.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Антология социально-экономической мысли в России. Дореволюционный период / под общ. ред. А.И. Кравченко. - СПб., 2000.

2. Ануфриев, К.И. Нищенство и борьба с ним. Материалы для подготовительной комиссии для разработки вопроса по реорганизации борьбы с нищенством в С.-Петербурге. - СПб., 1913.

3. Ашрот, П.Ф. Призрение бедных. - СПб., 1902.

4. Бахтин, Н.В. К вопросу о мерах помощи порочным и подлым людям. - Новгород, 1910.

5. Берви-Флеровский, В.В. Положение рабочего класса в России. - СПб., 1869.

6. Бобошко, Ф.Л. Долой филантропов и их учреждения. - Николаев, 1912.

7. Буксгевден, О.О. О совместной деятельности общественного призрения и организаций частной благотворительности // Детская помощь. - 1894. - № 1.

8. Велихов, Л.А. Основы городского хозяйства. - М. ; Л., 1928.

9. Венгеров, С. Михайловский. // Энциклопедический словарь / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. - Т. 19 : А. - СПб., 1896.

10. Вигдорчик, Н.А. Опасность промышленного труда. - СПб., 1913.

11. Вигдорчик, Н.А. Социальное страхование. - СПб., 1912.

12. Виноградов, П.Г. О прогрессе // Вопросы философии и психологии. - Кн. 42. - М., 1898.

13. Георгиевский, П. Призрение бедных и благотворительность. - СПб., 1894.

14. Герье, В. Попечительства о бедных в Москве в 1895 г. - М., 1895.

15. Герье, В. Призрение общественное. // Энциклопедический словарь / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. - Т. 21. - СПб., 1897.

16. Герье, В.И. Записки об историческом развитии способов призрения в иностранных государствах и о теоретических началах правильной его постановки. - М., 1897.

17. Гогель, С.К. Объединение и взаимодействие частной и общественной благотворительности. - СПб., 1908.

18. Голосенко, И.А. Социологические исследования проституции в России (история и современное состояние вопроса) / И.А. Голосенко, С.И. Голод - СПб., 1998.

19. Горбунов, А.В. Борьба с нищенством и бродяжничеством. - М., 1909.

20. Дриль, Д.А. Бродяжничество и нищенство и меры борьбы с ними. - СПб., 1898.

21. Записка П.П. Семенова по вопросу об общественной благотворительности в России: различные формы в которых она проявляется и способы собрания сведений об общественной благотворительности и благотворительных учреждениях в России и в особенности в С.-Петербурге / П.П. Семенов-Тян-Шанский - СПб., 1875.

22. Измайлов, А.Е. Рассуждение о нищих, каким способом можно уменьшить у нас в России великое число оных и доставить всем прочим безнужное пропитание безо всякого на то иждивения от казны. - СПб., 1804.

23. Ильинский, В. Благотворительность в России (история, настоящее положение и задачи) : в 2 т. - СПб., 1908.

24. Ключевский, В.О. Добрые люди Древней Руси. - Сергиев Посад, 1892.

25. Колюпанов, Н.П. Биография А.И. Кошелева : в 2 т. - Т. 2. - М., 1892.

26. Коровин, А.М. Благотворительность и алкоголизм : доклад в городском Московском благотворительном совете, 25 февраля 1901 г. - М., 1901.

27. Кропоткин, П. Нравственный прогресс необходим // Родина. - 1992. - № 10.

28. Кулишер, И.М. О приискании средств на покрытие расходов местных союзов на общественное призрение // Труды Первого съезда русских деятелей по общественному и частному призрению, 8-13 марта 1910 г. - СПб., 1910. - С. 187-195.

29. Латышев, С.М. К вопросу о правильной постановке призрения бедных в России. -СПб., 1898.

30. Левенстим, А.А. Нищенство в России по отзывам начальников губерний / сост. по поручению комиссии Мин-ва юстиции для разработки вопроса о мерах борьбы с профессиональным нищенством и бродяжничеством. - СПб., 1899.

31. Левенстим, А.А. Профессиональное нищенство, его причины и формы : бытовые очерки. - СПб., 1900.

32. Ленин, В.И. Развитие капитализма в России. - СПб., 1899.

33. Максимов, Е.Д. На культурной работе : очерки и воспоминания. - М. : Слобожанина ; СПб., 1907.

34. Максимов, Е.Д. Общественная помощь нуждающимся в историческом развитии ее в России. - СПб., 1906.

35. Максимов, Е.Д. Статистические и финансовые вопросы общественного призрения // Новое слово. - 1896. - № 7.

36. Максимов, Е.Д. Законодательные вопросы общественного попечения о бедных // Вестник благотворительности. - 1897. - № 7.

37. Пажитнов, К.А. Положение рабочего класса в России. - СПб., 1900.

38. Папков, А. Упадок православного прихода в XVIII и XIX в. : историческая справка. - М., 1899.

39. Победоносцев, К.П. Организация общественного призрения в России. - СПб., 1898.

40. Положение о губернских и уездных земских учреждениях 1 января 1864 года // Полное собрание законов Российской империи. - Собр. II. - Т. 39. - № 40457.

41. Рункевич, С. Приходская благотворительность в С.-Петербурге : исторические очерки. - СПб., 1900.

42. Селиванов, А.Ф. Общество помощи и защиты женщин // Общественное и частное призрение в России. - СПб., 1907.

43. Сиринов, М.А. Земские и городские финансы как источник покрытия расходов по обязательному призрению // Труды Первого съезда русских деятелей по общественному и частному призрению, 8-13 марта 1910 г. - СПб., 1910. - С. 197-209.

44. Скворцов, И.П. О совместной организации и взаимной помощи и благотворительности. - СПб., 1896.

45. Стог, А. О общественном призрении. - СПб., 1818.

46. Сумцов, Н.Ф. Язвы благотворительности. - Харьков, 1897.

47. Фирсов, М.В. История социальной работы в России. - М., 1999.

48. Чистяков, П.С. Нищета и нищенство // Трудовая помощь. - 1908. - Апр.

49. Швиттау, Г.Г. Трудовая помощь в России. - Ч. 1. - Пг., 1915.