Сознание смерти как проблема гуманитарной психологии

Раздел V. Философия и методология психологии

стенциальные решения в жизни человека, как правило, не рефлексируемы и тем самым не осознанны. Как говорил Франкл, рефлексия ослепляет понимающего себя субъекта: любой самоанализ пытающийся осознать процесс смыслообразования в его зарождении, источнике обречен на неудачу (Франкл, 1990). Главная причина заключается в сознательном характере рефлексивных процессов и принципиальной невозможности интроспекции потребностно-мотивационных механизмов смысло-образования, а также анализа взаимодействия вершин самосознания понимающего себя субъекта и глубинных слоев его психики (личностного бессознательного и архетипов коллективного бессознательного).

Экзистенциальная составляющая самопонимания воплощается не столько в научно достоверных знаниях и познавательной деятельности, сколько в смыслах и приобщении к разнообразным ценностям. Например, согласно К. Роджерсу, подлинное знание себя не может быть рациональным: оно спонтанно, эмоционально насыщенно и непосредственно переживаемо. В формировании как самопонимания, так и понимания субъектом других людей существенную роль играют нерациональные составляющие психологии человеческого бытия, включающие установки, мнения, эмоциональные отношения, невербализованные операциональные смыслы.

Инина Н.В.

СОЗНАНИЕ СМЕРТИ КАК ПРОБЛЕМА ГУМАНИТАРНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Переход от естественнонаучной к гуманитарной парадигме в психологии требует освоения новых понятийных областей, связанных, прежде всего, с бытийным и духовным пространством человеческой жизни. Едва ли не центральным в связи с этим является психологическое освоение таких предельных понятий, как жизнь и смерть.

Человек стремится жить так, будто смерти нет, а есть лишь жизнь, наполненная желаниями, потребностями, устремлениями. Но лишь перед лицом смерти по-настоящему осознается ценность жизни, ценность того, чему человек не придает значения в погоне за «лучшей жизнью», но что обнаруживается в предельный момент жизни как подлинное бытие.

Проблема смерти не как процесс, прекращающий человеческую жизнь, прерывающий физическое существование, но как экзистенциальная проблема, обнажающая остроту бытия, вскрывающая глубинные уровни человеческого существования, поднята и разработана, по сути, только в рамках философии и психологии экзистенциализма. Не случайно смерть в экзистенциализме рассматривается не как самостоятельный феномен, а как неизменный спутник «самотворящего» и «само-трансцендирующего» субъекта, созидающего собственную жизнь. Вещественность смерти разрушает человека, идея смерти его спасает. Хайдеггеровское понимание неизбежности смерти - это и есть условие жизни, подлинного существования человека. Сознание предстоящей смерти выводит человека, считал Хайдеггер, на более высокий модус существования: из состояния забвения бытия в состояние сознава-ния бытия. Лишь в подлинном бытии человек становится самосознающим себя одновременно и как трансцендирующее, и как эмпирическое, детерминированное существо. Переход из первого во второй модус требуют от человека трагических усилий, и Хайдеггер понимал, что лишь идея смерти «вырывает» человека из повседневности в состояние осознавания бытия. Как и Ясперс, говорящий о «пограничных» или «предельных» состояниях, Хайдеггер считал, что смерть превосходит все остальное и является условием, дающим человеку жить подлинной жизнью.

Известия ТРТУ

Тематический выпуск

Не опыт смерти, которого не может быть по определению, не страх смерти, но принятие человеком идеи смерти как трансцендирующего выхода за собственные природные рамки и границы и есть возможность осознать ценность и смысл жизни. Лишь трансцендируя к «сверхопытной» реальности, считал М.К. Мамарда-швили, человек «самосозидает» свою жизнь.

Тема смерти занимает значительное место в экзистенциальной психотерапии, задача которой состоит в том, чтобы способствовать сознаванию смерти пациентом. Но суть терапии состоит не в том, чтобы обеспечить опыт осознания смерти, а в том, чтобы помочь осознать, что этим опытом проникнуто все вокруг него.

В культуре смерть рассматривается не только как ограничение, конец жизни, но и как возможность в некотором смысле продолжения по ту сторону смерти. И в экзистенциализме смерть - это не только «стена», но и «дверь», момент времени на пути в вечность. Для многих экзистенциалистов человек в переделе - конечный индивид, связанный с Богом. Достаточно вспомнить Кьеркегора и его три уровня экзистенции. Первый, эстетический уровень - это наблюдение, жизнь без перспективы; второй этический уровень - это господство универсального, но без установления отношения к трансцендентному; третий религиозный уровень - это выход к непосредственным отношениям с высшим Субъектом, Абсолютом, Богом. Именно через это утверждение в вере своего отношения к Богу человек становится индивидом в высшей возможной степени. Выход на этот уровень связан с неизбежностью отказа от себя, с риском, с выбором. Лишь рискнув всем, человек может найти свое подлинное Я, свое конечное бытие, связанное с бесконечностью. Преображение происходит не в точке исхода, то есть в момент рождения, не в финальной точке, то есть в момент смерти, а в пути, в готовности, решимости идти. Эти идеи явно перекликаются с христианским экзистенциализмом Н.А. Бердяева, для которого идея христианства не в учении Христа, а в его жизни, в его пути к Голгофе. Принятие Христа, и через него - спасения, есть преодоление отчуждения человека от вечного, преодоление страха смерти во имя жизни. Спасение - это преображение себя, это утверждение жизни, раскрытие всех возможных потенциалов, данных человеку Богом, реализация замысла о человеке. И тогда смерть - это не крах, - это финал пройденного, а не обойденного пути. Это собственный финал собственной индивидуальной прожитой жизни.

Экзистенциальный подход иллюстрирует одно очень важное положение, которое в психологии является до сих пор не до конца осознанным: психологическое освоение масштабных предельных категорий возможно лишь после их глубокой философской проработки. Отсюда вытекает необходимость развития философии психологии как одного из главных условий осуществления гуманитарного подхода.

Котова И.Б.

ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ МНОГОГРАННОСТЬ ЧЕЛОВЕКА И ФОРМ

ЕГО БЫТИЯ КАК ОСНОВАНИЕ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО ПОДХОДА В ПСИХОЛОГИИ

Антропология (человекознание, человековедение) как самостоятельная область знаний имеет длительную предысторию, в ходе которой вызревала и отстаивалась мысль о необходимости осмысления человеческой природы, создания науки о человеке как об особом феномене, особом роде сущего. Проблема человека всегда была и остается главной в длительной истории человеческой мысли, присутствуя в научных построениях, какими бы абстрактными они не были, но целостный человек