Госпрограмма вооружений остается на сверхсрочную

Вчера министр финансов Антон Силуанов заявил, что Минфин и Минобороны обсуждают возможность переноса части расходов по Государственной программе вооружений 2011-2020 годов (ГПВ-2020) на срок от двух до четырех лет. Источники "Ъ" в военном ведомстве утверждают, что в случае принятия такого решения серийные закупки новых образцов техники начнутся позже. Часть из них может быть перенесена уже в новую Госпрограмму на 2016-2025 годы.

1 / 3

О том, что часть военных расходов отодвинут по времени на срок от двух до четырех лет, вчера заявил министр финансов Антон Силуанов в рамках обсуждения трехлетнего бюджета (2014-2016). "Госпрограмма вооружений каждый год существенно прирастает, в отличие от других расходов,— сказал министр.— Мы сейчас должны вместе с Минобороны посмотреть возможность переноса части расходов". Он добавил, что, "если бы мы снесли вправо объем наших закупок в рамках программы, по годам это было бы нормально, приемлемо".

Источники "Ъ" в Минобороны подтверждают готовность военных обсудить вопрос смещения госпрограммы "вправо", при которой сдача части долгосрочных проектов может быть перенесена на период и после 2020 года и попадет уже в новую ГПВ-2025. В этом случае будут сдвинуты сроки проведения научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок, а по результатам их испытаний серийное производство начнется со сдвигом.

Основной проблемой для своевременного выполнения ныне действующей госпрограммы источники "Ъ" в Минобороны называют "сверхоптимистичные" показатели, заложенные при ее создании. В частности, госпрограмма рассчитана на постоянное присутствие денег в бюджете и стопроцентную готовность предприятий строго ее выполнять. Но, по их словам, она слабо учитывает хотя бы тот же реальный рост цен на материалы, используемые при производстве изделий.

"При экс-министре Анатолии Сердюкове контракты, заключить которые не получалось ввиду ценовых разногласий, заменялись на другие — деньги просто перепрофилировались,— говорит военный чиновник.— Но здесь сразу возникали вопросы к срокам исполнения новых договоров: предприятиям промышленности ставились конкретные сроки, но из-за того, что контракты заключались вдогон, с опозданием, становилось понятно, что изделия с долгим технологическим циклом производства просто не успеют сделать".

Например, по словам собеседника "Ъ", подобная проблема возникла с подводными ракетоносцами проекта 955 "Борей". До 2020 года их количество планировалось увеличить до 8 единиц. По состоянию на сегодняшний день ВМФ имеет один головной ракетоносец проекта "Борей" — "Юрий Долгорукий", строительство которого заняло более 15 лет. Два других аналогичных ракетоносца — "Александр Невский" и "Владимир Мономах" — будут приняты на вооружение в этом году. Оставшиеся пять должны быть сданы к 2020-му, однако, по словам источника "Ъ" в Главном штабе ВМФ, передача всех оставшихся крейсеров может задержаться.

Отметим, что при Сергее Шойгу военные пошли на сокращение закупок изделий иностранной промышленности. В частности, в декабре этого года российское Минобороны отказалось от дополнительных 1275 итальянских бронемашин Iveco LMV-65, чья стоимость оценивалась не менее чем в $1 млрд руб. Иная ситуация с вертолетоносцами типа Mistral — в госпрограмму вооружений до 2020 года их включено четыре единицы. Контракт на первые два корабля был подписан в июне 2011-го и обойдется России в €1,2 млрд (см. "Ъ" от 18 июня 2011 года). Источник "Ъ" в военном ведомстве подчеркнул, что вопрос о необходимости создания еще одной пары вертолетоносцев Mistral будет решаться после поступления первых двух кораблей на флот. Пока их строительство отложено на 2016 год, однако "нельзя исключать, что мы примем решение от них отказаться". В таком случае, по словам собеседника "Ъ", военным удастся сэкономить как минимум €1 млрд.

"Решение о пролонгации госпрограммы — неизбежное,— говорит замдиректора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко.— Процесс контрактации идет с постоянным отставанием на месяц, полгода, а то и год, поэтому и исполнение уходит вправо. У военных не остается другого выбора".