"А кто сказал, что у нас плохая правовая среда?"

Юридический рынок России серьезно трансформировался за последние 15 лет. Управляющий партнер адвокатского бюро "S&K Вертикаль" Сергей Слагода в интервью корреспонденту BG Алене Шереметьевой рассказал о ключевых изменениях на юридическом рынке России, а также о новых возможностях для бизнеса в российской юрисдикции и необходимых шагах для улучшения правовой среды в России.

BUSINESS GUIDE: Что за последние 10-15 лет изменилось на юридическом рынке России?

СЕРГЕЙ СЛАГОДА: В этом году мы отмечаем 15-летие нашего юридического проекта, и, можно сказать, все изменилось на наших глазах. Казалось бы, 15 лет — срок незначительный, но для молодого российского рынка — это целая эпоха. Среди заметных изменений можно выделить следующие: появление в начале 2000-х годов национальных юридических фирм, специализирующихся на разрешении корпоративных конфликтов и противодействии рейдерству; уход или сокращение деятельности ряда международных юридических фирм (после кризиса 2008-2009 годов); усиление национальных игроков, которые с каждым годом все более успешно конкурируют с "ильфами"; попытки системного регулирования рынка юридических услуг и юридической практики со стороны государства; новый виток интереса (начиная с 2017 года) иностранных коллег, в новом качестве — партнерства и взаимодействия с "рульфами", что явно свидетельствует о возобновлении интереса иностранных инвесторов к российскому рынку в целом, так как юристы — это зачастую "первые ласточки". Но самое главное изменение касается того, что в России серьезно возросла роль права. Слово адвокат (юрист) теперь звучит убедительно, а главное — в их силу верят.

BG: Какие тенденции на рынке вы наблюдаете в 2017 году? Как масштабные реформы ГК РФ и изменения в системе разрешения экономических споров повлияли на рынок юридических услуг?

С. С.: Для 2017 года характерно продолжение активности в сфере корпоративной практики, которое началось после стагнации 2015 года. На это повлияли и изменения в корпоративном законодательстве об оспаривании решений органов управления, изменении порядка заключения и одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью. Все более востребованной становится работа в области реализации решений международных арбитражей. Изменения норм корпоративного права в ГК РФ повлекли за собой рост числа сделок по российскому праву, поскольку появилось определенное доверие к законодательству в этой части. Реформирование судов и упразднение Высшего арбитражного суда, на мой взгляд, не оказали значительного влияния непосредственно на рынок юридических услуг. Однако нельзя не отметить значительную загруженность судов в условиях прошедшего кризисного периода.

Влияние на рынок юридических услуг оказывает и реформа третейских судов, в частности, расширение их компетенции и ужесточение формальных требований к ним, что должно привести к появлению реальных профессионалов в области третейского правосудия.

BG: Расскажите о новых возможностях для бизнеса в российской юрисдикции.

С. С.: На сегодняшний день благодаря изменениям в гражданском законодательстве появились новые инструменты, которые давно и успешно используются в других юрисдикциях. Для корпоративных сделок стало доступно регулирование порядка ведения переговоров, опционы, потестативное условие, indemnity, которые позволяют более точно распределить риски между сторонами по сделке. Кроме того, значительно усовершенствованы возможности судебной защиты. В том числе появилось такое принципиально новое понятие, как негативное обязательство, направленное на воздержание от совершения определенного действия, и астрент, то есть особый судебный штраф за неисполнение судебного решения о присуждении к исполнению обязательства в натуре.

BG: С какими юридическими проблемами сталкиваются зарубежные инвесторы в России?

С. С.: Чаще всего это юридические проблемы, связанные с отсутствием понимания и, как следствие, правильных и четких договоренностей с российскими партнерами, что в дальнейшем приводит к потерям для обеих сторон и к необходимости отстаивать свои интересы в судебных инстанциях.

BG: Защищены ли юридически иностранные инвестиции в России?

С. С.: В последнее время, ввиду стабилизации российской экономики, защита прав, интересов и активов иностранных инвесторов стоит для России на одном из первых мест. Наша страна всегда была привлекательной страной для инвестиций, и на сегодняшний день это особенно актуально. Россия является участницей Вашингтонской конвенции, большого количества двусторонних договоров и соглашений. У нас существует ряд федеральных законов, регулирующих деятельность иностранных инвесторов и предоставляющих им защиту, однако каких-либо специальных законов, посвященных отдельных областям, например строительству, не существует.

BG: Насколько успешны проводимые меры по снижению административного давления на бизнес?

С. С.: Провозглашенная государством поддержка предпринимателей, к сожалению, не избавила их от всех проблем. Сохраняются трудности, связанные с излишней налоговой и фискальной отчетностью, формы которой существуют отдельно друг от друга и противоречивы. Продолжается реформа контрольно-надзорной деятельности, но при этом, по мнению предпринимателей, давление на бизнес со стороны государства сохраняется.

BG: Как изменения в системе организации государственных судов, а также реформа порядка формирования составов третейских судов и расширение их полномочий повлияли на быстроту и эффективность рассмотрения экономических споров?

С. С.: На сегодняшний день все больше компаний принимают решение о передаче споров третейским судам, поскольку у них появляются очевидные преимущества, в том числе реальная возможность получить грамотное профессиональное решение. В третейском разбирательстве арбитры имеют больше возможностей, в том числе более внимательно и детально разобраться в деле. Еще один важный момент — возможность возмещения судебных расходов практически в полном объеме, в то время как государственные суды крайне неохотно идут на взыскание расходов в небольших размерах.

BG: В прошлом году вы участвовали в деле компании "Аспект-Финанс" об оспаривании бенефициаром корпоративных решений. По нему суд вынес прецедентное решение. Получается, что конечные бенефициары рискуют, создавая сложные корпоративные структуры?

С. С.: Если точнее, это было два взаимосвязанных дела "Аспект-Финанса", в которых Верховный суд сделал ключевые выводы. В одном деле ставился вопрос о возможности оспаривания решений общего собрания акционеров российской компании ее конечным владельцем — лицом, которое контролирует эту компанию через корпоративную цепочку. В другом деле аналогичный вопрос ставился в отношении оспаривания сделок по продаже актива данной компании. На оба вопроса Верховный суд, а затем и нижестоящие суды ответили положительно. Безусловно, собственники бизнеса рискуют, создавая сложную корпоративную структуру, так как могут утратить контроль над своими активами, находящимися на другом конце цепочки.

BG: Какие шаги необходимо предпринять и какой зарубежный опыт учесть для улучшения правовой среды в России?

С. С.: А кто сказал, что у нас плохая правовая среда? На мой взгляд, идеальной правовой среды нет ни в одном государстве мира. Везде есть своя специфика, обусловленная различными факторами. Не всегда положительный опыт правового регулирования той или иной отрасли в одном государстве будет однозначно применим и успешен в другом. Россия всегда старалась перенимать и учитывать положительный зарубежный опыт, можно сказать, начиная с петровских времен. Как я уже говорил, в России проведена серьезная реформа законодательства, направленная, в том числе, на повышение инвестиционной привлекательности российской юрисдикции. Что же касается непосредственно позитивного опыта регулирования юридической отрасли, то здесь хочу отметить, что нам стоит обратить внимание на опыт тех стран, где рынок юридических услуг максимально огражден от непрофессиональных участников, защищены интересы национальных игроков и усилена роль профессионального адвокатского сообщества.