Языковая ситуация в Китае и ее влияние на процесс овладения русским произношением

ФИЛОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА. PHILOLOGY AND CULTURE. 2017. №4

УДК 81-23

ЯЗЫКОВАЯ СИТУАЦИЯ В КИТАЕ И ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА ПРОЦЕСС ОВЛАДЕНИЯ РУССКИМ ПРОИЗНОШЕНИЕМ

© Цзе Дэн, Марина Антропова

LANGUAGE SITUATION IN CHINA AND ITS INFLUENCE ON THE ACCENT IN RUSSIAN SPEECH

Jie Deng, Marina Antropova

This article explores the issues of teaching the Russian sounding speech to Chinese students, which is impossible to consider without referring to the system of the Chinese dialects. It is the feature of relationships between the Chinese phonetics of the literary language and dialects. Both the phonetic system of the literary language of "Putunkhua" and the phonetic system of students' native dialects influence the speech of the Chinese learners producing an interfering effect and the latter dominates. In the course of our research, we analyzed the accents of the Cantonese dialect speakers. This dialect is one of the most widespread Southern Chinese dialects and it strongly differs from the Chinese literary language. We compared the results of the analysis of the phonetic accent of the Cantonese dialect and literary language speakers. We conclude that when developing Russian articulation skills, it is necessary for teachers to be aware of the existence of the dialect "—" ("Yue") as the fact of the language situation in China. The Chinese sound system is generally syntagmatic, which determines a liberal approach of its speakers to orthoepic problems and a different ratio of the literary and dialectal phonetics. Educated Chinese often preserve vivid and stable dialectal features in their speech. These features manifest themselves in the interfered Russian speech and are fixed when we analyze the accent of Chinese students learning to speak Russian.

Keywords: language situation, phonetic system, phonetics of the literary language and dialects; accent in Russian, Putunkhua, Cantonese dialect, interference in speech.

Статья посвящена проблеме постановки русской звучащей речи китайским учащимся, рассмотрение которой невозможно без обращения к системе китайских диалектов. Это обусловлено особенностями соотношения китайской литературной и диалектной фонетики. В ходе освоения иноязычного произношения на речь китайца может оказывать интерферирующее воздействие как фонетическая система литературного языка «путунхуа», так и фонетическая система его родного диалекта, причем последнее воздействие, как правило, является доминирующим. Для того чтобы продемонстрировать это, в процессе исследования был проведен анализ акцентных черт носителей кантонского диалекта (диалекта «юэ») - одного из наиболее распространенных и сильно отличающихся от китайского литературного языка южно-китайских диалектов. Результаты анализа фонетического акцента носителей кантонского диалекта были сопоставлены с результатами анализа фонетического акцента носителей литературного языка. Авторы делают выводы, что при постановке произношения у китайских учащихся в процессе освоения ими русского языка необходимо учитывать наличие диалекта «юэ» как факт языковой ситуации в Китае. Преимущественно синтагматический характер звукового строя китайского языка обусловливает либеральный подход его носителей к орфоэпическим проблемам и иное соотношение в нем литературной и диалектной фонетики. В речи образованных китайцев часто сохраняются яркие и устойчивые диалектные черты. Эти черты последовательно проявляются в интерферированной русской речи и фиксируются в ходе анализа акцента китайцев, обучающихся говорить по-русски.

Ключевые слова: языковая ситуация; фонетическая система; литературная и диалектная фонетика; освоение русского произношения; язык «путунхуа»; кантонский диалект; интерферированная речь.

Известный русский ученый-лингвист А. А. Реформатский писал, что главная трудность при обучении произношению чужого язы-

ка «не овладение чужим, а борьба со своим» [Реформатский, с. 506].

Китай, как и Россия, страна этнически неоднородная и огромная по территории. Отношение

к норме у носителей китайского языка иное, чем у носителей русского языка. Диалектные черты в произношении китайцев оказывают большое влияние на обучение иноязычной звучащей речи, в том числе русской. Поэтому языковая ситуация в Китае является существенным фактором при изучении русского языка.

Официальным государственным языком Китая является китайский литературный язык, так называемый «путунхуа», или «мандарин». После образования в 1949 году Китайской Народной Республики все китайцы в обязательном порядке изучают в школе и вузе путунхуа. Он основывается на северном диалекте китайского языка. Многие ученые считают, что пекинский говор следует считать нормой, потому что Пекин является столицей Китая. Не все с этим согласны, но общепринято, что люди, живущие в северовосточных провинциях, говорят по-китайски, максимально приближаясь к орфоэпической норме. Кроме путунхуа, существует много групп диалектов, которые сильно отличаются от него. Одним из самых известных и самых распространенных диалектов является южный диалект юэ, на котором говорит более 70 миллионов человек. Наряду с путунхуа юэ получил официальный статус в Гонконге и Макао. На нем говорят многие жители Юго-Восточной Азии, а также эмигранты, живущие в США, Канаде и Австралии. Диалект, о котором пойдет речь, традиционно имеет три названия в китайской лингвистике: диалект юэ, гуанчжоуский диалект и кантонский диалект. Юэ является сокращенным названием провинции Гуандун. Город Гуанчжоу является столицей этой провинции, и диалект иногда обозначается по названию столичного города. Провинция Гуандун по-английски произносится Canton, в связи с чем появилось название «кантонский диалект».

Представляется целесообразным подробнее остановиться на интерферированной русской речи носителей именно этого диалекта по нескольким причинам. Прежде всего, диалект юэ значительно отличается от других диалектов, в том числе и от путунхуа: около 90% слов произносится говорящими на этом диалекте по-иному. Разница между юэ и путунхуа настолько велика, что в лингвистике диалекту юэ дали название «кантонский язык». В силу несходства в звуковом строе литературного языка и диалекта юэ фонетический акцент в интерферированной русской речи носителей этого диалекта особенно сильно отличается от акцента других носителей китайского языка. Фонемный репертуар, которым владеют южане, иной по сравнению с тем, которым владеют те, кто знает только китайский

литературный язык. В школе жители юга Китая изучают путунхуа, а дома говорят с родителями на диалекте. В результате носители диалекта юэ осваивают две языковые системы, однако родной для них все же является система кантонского диалекта: при освоении иноязычной фонетики его влияние доминирует. Следует также отметить, что говорящие на диалекте юэ составляют достаточно большой контингент китайцев, изучающих русский язык, особенно из-за того, что в последние десять-двадцать лет торговля между Россией и южным регионом Китая стала быстро развиваться. С развитием экономики все больше и больше южных китайцев-носителей кантонского диалекта начинают изучать русский язык. И в университете им. Сунь Ят-сена г. Гуанчжоу уже пятый год русский язык изучают как первый иностранный.

Традиционный сопоставительный анализ систем русского и китайского литературных языков не позволяет объяснить целый ряд фонетических и фонологических ошибок в речи южных китайцев. Для такого объяснения необходим учет особенностей звукового строя кантонского диалекта. Так, для описания фонетической системы китайского языка исключительно важным является понятие «силлабемы» (или слогофоне-мы). Силлабема китайского языка определяется некоторыми фонетистами, например, Л. В. Щер-бой [Щерба], Е. Д. Поливановым [Поливанов], В. Б. Касевичем [Касевич], как основная неделимая единица звукового строя китайского языка. Типичной чертой китайской силлабемы является ее жесткая структура. Для кантонского диалекта, как и для литературного китайского языка и других его диалектов, характерна строгая сочетаемость фонем в структуре силлабемы, однако правила этой сочетаемости в литературном языке и в кантонском диалекте могут не совпадать. Такое положение обусловливает основные различия акцентных черт в русской речи носителей путунхуа и носителей диалекта юэ. Еще А. А Реформатский в своей работе «Фонология на службе обучения произношению неродного языка» упоминал некоторые акцентные черты, которые обнаруживаются только у южных китайцев, фактически - у носителей кантонского диалекта: например, неразличение звуковых единиц [л] и [н], [л'] и [н']. Для южных китайцев «здесь кроется большая трудность, так как [л] и [н] между гласными у них совпадают. Поэтому долгое время лилия и линия, клялись и клянись в русском языке для южных китайцев неразличимы» [Реформатский, с. 511]. В то же время, по нашим наблюдениям, в русской речи южных китайцев отсутствует целый ряд ошибок, типичных для носителей

путунхуа. В работе с этим контингентом учащихся можно не обращать внимания на некоторые явления русской фонетики, важные в ходе обучения русскому произношению северных китайцев.

В качестве доказательства идей из вышесказанного остановимся на особенности произношения отдельных звуков, например, [э]. Носители кантонского диалекта легко усваивают произношение звука [э], тогда как для тех, кто владеет только системой путунхуа, произношение этого звука, как правило, представляет большую сложность. В путунхуа сходный с русским [э] звук [e] появляется лишь в составе дифтонгов и трифтонгов: [ie], [u e], [ei], [и ei]. По этой причине носителям путунхуа обычно трудно произносить [э] изолированно: на месте русского гласного произносятся дифтонги. Так, слово это северные китайцы часто ошибочно произносят как *[ж1]то или *[ai]TO, в то время как южные китайцы подобных ошибок в этом слове не делают. В таких словах, как это, поэт, поэтому, сэр, мэрия, темп, сленг и других подобных, носители диалекта юэ обычно произносят гласный [э], в том числе сочетания твердых согласных с этим гласным, без больших отклонений.

В то же время существуют сочетания, которые отсутствуют как в путунхуа, так и в кантонском диалекте, однако носители двух рассматриваемых языковых систем на месте данных русских сочетаний произносят разные сочетания. К числу таких сочетаний относится русское сочетание [ф'э], которое трудно освоить как южанам, так и северянам, несмотря на то, что в обеих системах существуют и губно-зубная глухая щелевая звуковая единица [f ] (перед [i]), которая напоминает по звучанию русский [ф'], и гласный переднего ряда [e], сходный с русским [э].

Как уже указывалось, в китайском литературном языке звук [e] возможен только в составе дифтонгов. Соответственно, и в русском языке носители путунхуа на месте [э] часто произносят дифтонги. В процессе нашего исследования в акценте северян наблюдалась замена [ф'э] на сочетания [feil], [fei] и [fai]: например *Ра1]деральный - федеральный, бу^1]т - буфет и т. д. Следует добавить, что в китайском письме для обозначения сочетания [ф'э] в некоторых русских именах собственных, в том числе в имени Федя, выбирается иероглиф, соответствующий произношению [fei], что делает отклонение в интерферированной русской речи китайцев более устойчивым. Особенно часто ошибку, обусловленную заменой [ф'э] на [fei], северные китайцы делают на начальном этапе обучения, когда они еще не прошли специальную фонетиче-

скую тренировку: *^е1]дя вместо [ф'э]дя, *Рё1]никс вместо [ф'э]никс. Иное отклонение наблюдается в акценте южан. В кантонском диалекте гласный [е] может употребляться изолированно, не в составе дифтонга, и соответственно, возможно сочетание ^е], в котором, однако, согласный не является мягким. В связи с этим в интерферированной русской речи южных китайцев может обнаруживаться неразличение [ф'э] и [фэ]: южане часто произносят *^е]дя вместо [ф'э]дя, *про^е]ссор вместо про[ф'э]ссор. Что касается произношения сочетания [фэ] в заимствованных словах типа кафе, где русский губно-зубной глухой согласный является твердым, то оно не вызывает особых трудностей у носителей кантонского диалекта.

Приведем еще примеры интерференции китайских диалектов и литературного языка, влияющих на формирование определенного акцента в русской речи.

В диалектной системе юэ есть сочетание [оп], которое отсутствует в китайском литературном языке. Появление в путунхуа [ц] объясняется фонетической невозможностью сочетания [оп] в китайском языке. В результате китайцы ищут максимально близкое к нему сочетание в родном языке, а таким сочетанием является сочетание [о] с заднеязычным носовым согласным. В кантонском диалекте гласный [о] может сочетаться как с заднеязычным носовым [ц], так и с переднеязычным носовым [п]. В этом случае можно предположить, что в отличие от акцента носителей путунхуа в акценте южан не должно быть звуковой замены переднеязычного носового на заднеязычный в сочетании [он]. Соответственно, северяне и южане могут по-разному произносить русские слова, которые содержат сочетание [он] в абсолютном конце слова или перед согласным ( в путунхуа - *в[оц] вместо в[он], *зак[оц]чить вместо зак[он']чить). Например, в словах вон, сон, слон, звон, закончить, поклон, наклониться, трон, конфета, чемпион, ворон и так далее у южан будет чистое произношение, без «экзотического» последнего согласного. При произнесении же сочетаний типа [ан] и [ин] китайцы обычно не делают подобные ошибки, так как в китайском языке существуют как сочетания [ац], ^ц], так и сочетания [ап], [т].

В ходе диссертационного исследования одного из авторов было доказано, что носители кантонского диалекта одновременно владеют литературным языком и диалектом, фонемный репертуар у них шире, чем у китайцев, говорящих только на литературном языке [Дэн Цзе, с. 1920]. В диалекте юэ сочетаемость согласных и гласных звуковых единиц более разнообразна,

чем в китайском литературном языке. Хотя и существуют синтагматические запреты, обусловленные структурой китайской силлабемы, в целом они характеризуются меньшей жесткостью, чем те, которые определяют звуковой строй пу-тунхуа. Соответственно, в русском произношении носителей кантонского диалекта наблюдалось меньше ошибок, чем в речи носителей литературного языка.

Исследование показало, что в акценте носителей китайского литературного языка и носителей диалекта юэ обнаружились как сходства, так и расхождения. Для русской речи кантонцев, как и для русской речи носителей китайского литературного языка, характерными оказались следующие «позиционные» отклонения: нарушение закономерностей редукции гласных, необоснованные гласные вставки, ошибочный пропуск звуковых единиц, звуковые замены, сделанные под влиянием «жесткой» структуры китайской силлабемы [Дэн Цзе, с.21]. Закономерности редукции русских гласных в равной степени сложны для носителей обеих рассматриваемых систем. Наличие закрытых слогов в системе диалекта юэ обусловило меньшее количество необоснованных гласных вставок в интерферированной русской речи его носителей. В то же время в ней было зафиксировано несколько большее количество пропусков согласных звуков. Произношение многих русских консонантно-вокалических сочетаний оказалось для кантонцев проще, чем для носителей путунхуа.

Таким образом, мы видим, что языковая ситуация в Китае достаточно своеобразная. Из-за больших различий между фонетическими системами литературного китайского языка и кантонского диалекта, например, в русской речи носителей этого диалекта проявляются акцентные черты, которые отличаются от отклонений, обнаруженных у носителей литературного китайского языка. Сказанное необходимо учитывать в ходе обучения китайцев-южан русскому произношению.

В университете им. Сунь Ят-сена китайские преподаватели-русисты должны учитывать эти особенности, хотя, как правило, они являются

Дэн Цзе,

кандидат филологических наук, лектор,

Институт международных исследований университета имени Сунь Ят-сена,

носителями китайского литературного языка. Поэтому в ходе занятий по практической фонетике на начальном этапе обучения в процессе постановки трудных для китайских учащихся звуков преподавателю следует обращать внимание на овладение звучащей речью студентами-носителями диалекта юэ.

Список литературы

Дэн Цзе. Позиционные закономерности русской фонетической системы в «зеркале» китайского языка: автореф. дис. ...канд. филол. наук: Москва, 2012.23 с.

Касевич В. Б. Фонологические проблемы общего и восточного языкознания. М.: Наука, 1983. 291 с.

Поливанов Е. Д. Труды по восточному и общему языкознанию. М.: Наука, 1991.623 с.

Реформатский А. А. Фонология на службе обучения произношению неродного языка // Реформатский А. А. Из истории отечественной фонологии. Очерк. Хрестоматия. М.: Наука, 1970. С.506-515.

Щерба Л.В. Языковая система и речевая деятельность. Л.:Наука , 1974. 427 с.

References

Den, Cze

Kasevich, V. B.

Polivanov, E. D.

Reformatskii, A. A.

Sherba, L. V.

The article was submitted on 28.11.2017 Поступила в редакцию 28.11.2017

Deng Jie,

Ph.D. in Philology, Lecturer,

School of International Studies, Sun Yat-sen University,

510275, КНР, Гуанчжоу, Синьган Си, 135. catcatvasily@hotmail.com

Антропова Марина Юрьевна,

кандидат педагогических наук, доцент,

Российский новый университет, 105005, Россия, Москва, Радио, 22.

marina-antropova@bk.ru

135 Xingang Xi Road, Guangzhou, 510275, P. R. China. catcatvasily@hotmail.com

Antropova Marina Yurievna,

Ph.D. in Pedagogy, Associate Professor, Russian New University, 22 Radio Str.,

Moscow, 105005, Russian Federation. marina-antropova@bk. ru