Трансформация воззрений на любовь как предмет научного исследования

УДК 159.923.2, 159.942 ТРАНСФОРМАЦИЯ ВОЗЗРЕНИЙ НА ЛЮБОВЬ КАК ПРЕДМЕТ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Кочеткова Т.Н., Литвин О.В.

Предметом статьи является многоплановое изучение представлений исследователей о любви.

Цель работы состоит в рассмотрении динамики взглядов ученых различных исторических рубежей на феномен любви, в выявлении его магистральных характеристик.

Исследование строилось на теоретическом анализе работ, посвященных проблеме любви, применении контент-анализа.

Феноменальность проблемы любви очевидно выражается в двух аспектах: неисчерпаемом интересе к ней представителей различных профессий, отличающихся друг от друга социальным статусом, убеждениями, возрастом и т.п., но имеющими собственный опыт, связанный с проблемой любви; неопределенностью суждений о данном феномене, несмотря на то, что научные канвы его очертаний основательно были определены в еще в Античности. Анализ работ исследователей позволил вскрыть противоречивость концепта любви, который зачастую неправомерно отождествляется с родственными, но не идентичными понятиями.

Ключевые слова: любовь, болезнь, влюбленность, зависимость.

TRANSFORMATION OF ATTITUDES ON LOVE AS THE SUBJECT OF SCIENTIFIC RESEARCH

Kochetkova T.N., Litvin O.V.

The subject of the article is multidimensional investigation of the conceptions of the researchers on love.

The objective point of the work consists in consideration of dynamics of the views of the different historic period scientists on love phenomenon, revelation of its main characteristics.

The research was based on the theoretical analysis of works devoted to the problem of love, application of content- analysis.

The phenomenon of the problem is evidently expressed through two aspects: an inexhaustible interest of the representatives of different professions to it, who differ from each other by social status, views, age, etc., but having no their own experience, connected with love problem; an uncertainty of opinions about the given phenomenon in spite on the fact, that the scientific ground works of its outlines were thoroughly described in ancient times. The analysis of the researchers’ works made it possible to reveal contradictoriness of love concept, which is often wrongly identified with related but not identical conceptions.

Keywords: love, disease, infatuation, dependence.

Одной из базовых сложностей, с которой сталкивается исследователь феномена любви, является выявление его сущности. Отсутствие общепринятой дефиниции приводит к тому, что уже в научных источниках влюбленность становится синонимом любви, или любовь рассматривается как зависимость, болезнь или защитный механизм. Постараемся выявить истоки данных заблуждений на примере разнополой любви.

Хотя представления, соотносимые с любовной тематикой, существовали и в более ранние эпохи, например, присутствовали в шумеро-аккадском эпосе, древнекитайской, древнеиндийской, древнееврейской и др. культурах, основные подходы к проблеме любви сложились в Античности. От предшественников древние греки, на начальном этапе становления своих воззрений позаимствовали возможность использовать мифы для интерпретации мироустройства, в котором любви отводилась роль объяснительного принципа. Так, Гесиод связывал эволюцию и динамику космоса с эросом. Эмпедокл в поэме «О природе» рассматривал происхождение мира от двух полярных космических сил - любви и вражды.

Платон полагал, что любовь состоит из четырех ступеней: к прекрасному телу (эрос), душе (агапе), знанию (сторге) и идее (филиа). Из его работ в нашу жизнь проникли идеи о плотской и духовной (платонической) любви, воззрения на гомо- и гетеросексуальные отношения, проблема андрогинности. В произведениях Аристотеля утверждается приоритет ценности дружбы в сравнении с любовью. Труды Овидия и в настоящее время представляют собой ценный источник советов по завоеванию противоположного пола. Лукиан в прекрасной литературной форме представил жизнеописание гетер, вскрывающее не столько непривлекательность личностных черт и образа жизни этих женщин, сколько порочность мужчин, прибегающих к их услугам.

Следовательно, в Античности, в отличие от предшествующих культур произошел качественный скачек в динамике взглядов философов на феномен любви, который из всеобъемлющего принципа мироздания трансформировался в индивидуальное чувство, имеющее признаки, позволившие античным исследователям выделить различные виды любви, описать их проявления, показать роль любви в жизни каждого человека.

В Средневековье любовь к конкретному человеку вытеснилась любовью к Богу. Благодаря религиозному мировоззрению человек дистанцировался от собственной природы, усвоил идею личной греховной сущности, что заставило

его не только осознать свою порочность, но ориентировало на спасение собственной души и аскетический образ жизни. Однако запрет на чувственную любовь привел к активному росту публичных домов, которые содержали даже аббаты [1].

Одним из первых исследователей, считавшим любовь болезнью, является Абу Али Ибн Сина. В «Каноне врачебной науки» он перечислил основные болезненные признаки: ввалившиеся глаза, непрерывно двигающиеся веки, прерывистое дыхание, бессонница, нарастающая худоба, неровный пульс, беспорядочное поведение, частый смех, как будто в это время человек видит что-то приятное или слышит радостную весть. Любовь, считал Авиценна, сродни наваждению, безумию и меланхолии. Все мысли человека сосредоточены на восхищении образом любимого человека; иногда этому могла сопутствовать похоть. Лечение от любви осуществлялось через половое сношение с наложницами, если социальный статус невесты не давал самой очевидной возможности для исцеления - бракосочетание молодых людей; сплетни старух, искажавшие восприятие облика любимой, позволяли переключить внимание влюбленного на другой объект; кровопускание; слабительные средства.

К закату Средневековья возникло явление, активно представленное и в следующую эпоху, обозначенное исследователями «куртуазной любовью». Его суть состоит в инверсии, при которой поклонение Богу заменилось служением прекрасной Даме. «Трактат о любви» Андре де Шапелена отражает основные черты куртуазной любви и одновременно является практическим руководством к действиям средневекового мужчины: влюбленный должен полностью отказаться от любой выгоды и бескорыстно служить своей возлюбленной; обязан соблюдать целомудрие по отношению к той, которую любит; не имеет права преднамеренно разрушать любовные связи других влюбленных; не должен преследовать ту, которой естественное чувство стыда запрещает выходить замуж; обязан отвергать любую фальшь; ему не подобает много говорить о своей любви и намеренно ее выказывать; влюбленному следует стать слугой своей Дамы

сердца в деле любви; ему не следует говорить злые слова, но необходимо быть вежливым и куртуазным (учтивым, рыцарским); в достижении любовного утешения он не должен превышать желаний возлюбленной; скромность состоит в том, чтобы получать и давать любовное утешение [2].

Мировоззрение людей эпохи Ренессанса во многом возвратилось к истокам Античности, однако в свете измененных взглядов на природу человека, резко возросла ценность физической стороны любви.

Марсилио Фичино написал «Комментарий на "Пир" Платона». В нем любовь описывалась автором как космическая сила, интегрирующая душу и тело, человека и природу. Интуитивное понимание природы любви, позволило автору высказать предположение о том, что в ее основе лежит сходство людей (по темпераменту, рождению под одной планетой и пр.), что делает их привлекательными друг для друга и облегчает взаимопонимание.

Фичино предполагал диалектический характер любви, преображающий природу любящего и любимого. Любящий, единожды умирает в себе самом, т.к. пренебрегает собой, но возрождается вновь через любимого, постигшего его страстной мыслью. Через символическую смерть и воскрешение он узнает себя в другом. В разделенной любви есть лишь одна смерть, но воскрешение -двойственно. В любви человек преображается и стремится быть подобным Богу. Любовь связана с красотой души, тела, голоса. Мы познаем их разумом, слухом, зрением. Обоняние, осязание, вкус не отражают человеческую красоту; они имеют отношения к Эроту, влечению, что соответствует распутству и бешенству, но не любви [3, с. 148].

Если любовь, с позиции М. Фичино, выступает стремлением к красоте, то супружество - синонимом страсти к совокуплению [3, с. 149]. С взрослением тела любовь вызывает страсть к продолжению рода. Человек стремится к бессмертию, которое обретает через возрождение себя в потомстве [3, с. 206-207].

Фичино рассуждал и о гибельной любви, которая приводит человека к сумасшествию. Ее зарождение он связывал с сердцем, из-за неисправной рабо-

ты которого начинали страдать различные части тела. Лечить ее последствия он предлагал с помощью тяжелой работы, кровопускания, телесных упражнений, а также интимных отношений и употребление вина [3, с. 230].

В Новое время любовь рассматривалась исследователями как сильный аффективный порыв, управляющий поведением человека. В работах Фрэнсиса Бэкона присутствует амбивалентное отношение к любви. Особенно очевидно это прослеживается при сравнении христианской и чувственной любви. Божественная любовь соединяет и связывает воедино все добродетели, поэтому соответствует названию «узы совершенства»; она учит человека любить и ценить самого себя. Чувственная же любовь выступает имитацией христианской любви, и хотя она, как и прочие аффекты, возвышает душу, но вносит в нее своими порывами волнение и дисгармонию, иссушая человека. В отличие от нее божественная любовь одновременно возвышает и успокаивает, вызывает наше восхищение и никогда не может быть чрезмерной.

Чувственная любовь околдовывает человека, порождает вымыслы и соблазны, особенно в присутствии предмета любви. Очень часто она приносит много несчастий. Бэкон приводит примеры того, что большинство сильных мира сего не увлекались любовью до безумия, поскольку страсти свойственны слабым людям. В данном заключении мыслитель напоминает каждому о необходимой бдительности для спасения от чувственной любви. Страсть, захватывающая человека, идет наперекор природе и истинной ценности вещей, что проявляется в нереалистичности оценок, даваемых людьми своим избранникам, поскольку «невозможно любить и быть мудрым». Признаком иррациональности любви философ считал время ее расцвета в социуме - великие преуспевания или глобальные бедствия.

«В природе человека есть тайная склонность и стремление любить других; если они не расходуются на кого-либо одного или немногих, то, естественно, распространяются на многих людей и побуждают их стать гуманными и милосердными, что иногда и наблюдается у монахов. Супружеская любовь

создает человеческий род, дружеская любовь совершенствует его, а распутная любовь его развращает и унижает» [4, с. 372, т. 2].

Бенедикт Спиноза любовь рассматривал как страсть, которая может происходить из трех источников: мнений, верных понятий и от услышанного. Лишь любовь от верных понятий ведет к высшему благу, поскольку связана с познавательной любовью к Богу и отсутствием аффектов.

Человек, полагаясь на представление (мнение) о хорошем, стремится найти и соединиться с ним, но когда он находит лучшее, то обращает свою любовь от одного возлюбленного к другому. Любовь, зародившаяся из услышанного, априорна и подобна вере ребенка в естественную правоту слов его отца.

От любви возможно избавиться посредством опыта или познания лучшей вещи. Однако мы никогда не стремимся к этому: любовь возникает из познания, без которого человек не смог бы существовать; она дает наслаждение, укрепляя человеческую природу. Во взаимной любви любящие становятся одним целым. Однако следует помнить, что любовь и ненависть, несмотря на их полярность, могут меняться местами.

Спиноза считал, что любовь может быть чрезмерной. Распутной любовью он называл страсть к совокуплению, возбуждаемую внешним видом, а также любую любовь, сковывающую свободу духа. Положительную роль супружества философ видел в обоюдной и самодостаточной любви мужа и жены, любви к рождению детей и их мудром воспитании.

С бурным расцветом наук во времена Просвещения вновь возрос интерес и к теме любви. Александр Николаевич Радищев считал любовь природным чувством, которое подталкивает представителей разных полов друг к другу. Любовь - сладчайшее чувство, дающее наслаждение, сопротивление ему было бы безумием. Страсть, лежащая в основе любви, подталкивает человека к действиям. Влюбленная пара представляет собой единого человека, т.к. природа преобразила их привычки: они имеют единую волю и совершают одинаковые поступки. Половая склонность у человека отличается тем, что сопрягает оба

пола во взаимный союз свободно и непринужденно, нередко на целый век. Социум и родительское воспитание определяют характеристики любви, в соответствии с которыми последняя рассматривается как порок или добродетель. Рассматривая человека как часть природы, А.Н. Радищев отмечал, что начало и цель любви заложены в телесности, а материнская любовь зарождается из супружеской любви.

Иммануил Кант, обсуждая вопрос половой любви, отмечал, что о ней не принято открыто говорить в обществе, т.к., несмотря на даруемое наслаждение, она выступает подтверждением животной природы человека, хотя она и необходима для сохранения человеческого рода. Половая любовь предполагает чувственность ощущений или воспоминаний и способность подавлять нравственные свойства. Когда человек употребляет себя лишь как средство для удовлетворения своих животных инстинктов, то, отказываясь от своей личности и фактически унижая ее, он превращается в вещь, теряя уважение к самому себе [7, с. 468, т. 6].

Сладострастная любовь может быть грубой и тонкой. Нежная любовь содержит большую примесь уважения, но отличается от супружеской. Осуждая распутство, философ более негативно говорил о женщинах, которые не встают на «праведный» путь, даже если выходят замуж, но этот порок он не относил к мужчинам.

Кант полагал, что социальный облик любовь приобрела с перерождением чувственного влечения в идеальное. Любовь в данном контексте автор считал прекрасным чувством. Нежность и глубокое уважение придают любви достоинство и возвышенность, а забавная шутка и интимность усиливают колорит прекрасного. Чтобы человек не потерял своей автономности в любовных отношениях, между людьми, вступающими в брак, необходимо устанавливать соглашение, которое даст им равные права. Результатом такого супружества будет единство без единения (слияния) [8, с. 356, т. 2].

Неоднозначность подходов исследователей к проблеме любви проявилась и в XIX веке. Так, в работах Артура Шопенгауэра, Фридриха Ницше в целом присутствует негативная оценка значимости любви, которая уподоблялась родовому инстинкту или способам манипуляций другими. Смысл человеческой любви Владимир Сергеевич Соловьев видел в оправдании и спасении индивидуальности через жертву эгоизма. Основой для перерождения себялюбия в личностную самобытность философ считал половую любовь, которая в отличие от остальных видов любви сохраняет равенство позиций влюбленных. Однако любовь вырождается, если она строится только на плотской (бездуховной) связи. Родственные идеи принадлежат Константину Дмитриевичу Кавелину. Ученый отмечал, что любовь, находясь в непосредственной связи с половыми побуждениями, вызывает в душе человека идеальные стремления, нравственно просветляя и возвышая любимое существо в идеал добра и красоты, перед которыми порывы чувственности отходят на второй план.

В начале XX века Иван Александрович Ильин проницательно писал о любви в работе «Путь духовного обновления»: «Любовь есть некая открытость души, но в открытую душу может невозбранно вступить и то, что недостойно любви. Любовь есть влечение и сила, но как часто влечение совлекает, а сила растрачивается впустую или внутренне разлагается в погоне за ложною целью... Любовь есть приятие, но далеко не все приятное - духовно приемлемо. Любовь есть сочувствие, но все ли заслуживают его? Любовь есть как бы некое умиленное пение из глубины, но глубина неодухотворенного инстинкта может умилиться на соблазн и петь от наслаждения грехом» [642 с., 2011 г.].

Автор отмечал, что с зарождением духовной любви заканчивается безразличие, вялость, рассеянность, все внимание человека концентрируется на любимом, который становится живым центром души, основным жизненным смыслом. Любовь дает человеку душевное богатство - чувство силы, счастья, повышенного интереса к жизни и благодарности за это, но, вместе с тем, и пе-

чаль, т.к. он не владеет этим сокровищем до конца, а без него он уныл и одинок. И все же, несмотря на эту тоску лишенности, человек чувствует себя обогащенным и счастливым.

Даже безответная любовь является счастьем, т.к. помогает человеку стойко пережить страдания, неудачи, лишения, духовно просветляет и «заставляет» человека обратиться лучшими гранями своей личности к миру. Истинная любовь позволяет вживаться в любимый предмет, что стимулирует проницательность, доходящую до интуитивного ясновидения, которая экстраполируется не только на любимого человека, но иногда и на весь мир. В настоящей любви человек иногда доходит до полного самоотречения: для него любимый предмет оказывается доминантной ценностью и живым центром его жизни, которому он добровольно, беззаветно и щедро служит, не испытывая от своих поступков чувства униженности и жертвенности. Но свою настоящую и высшую форму эта любовь приобретает тогда, когда она срастается с духовным опытом или прямо вырастает из него.

Различия между любовью инстинкта и духа философ видел в том, что инстинктивная любовь, по сути, иллюзорна: она строится на положительной субъективной оценке предмета любви, который в дальнейшем слепо идеализируется, при том что личные качества реального человека уходят на второй план. «Бездумная страсть сочетает в себе силу влечения с духовной беспомощностью, закономерность инстинкта с духовной случайностью, биологическую здоровую безошибочность с духовной неразборчивостью и удобопревратно-стью. Любовь без духа слепа, пристрастна, своекорыстна, подвержена опошлению и уродству. Она не есть еще добро, но лишь возможность добра; это не реальная ценность, а нереализующаяся сила, не достижение, а задаток» [641-642 с., 2011 г.]. Итогом инстинктивной любви является разочарование.

Духовная любовь тяготеет к качеству, достоинству, ищет «божественное совершенство во всех явлениях, вещах, людях, состояниях и поступках». Она не исключает чувственную любовь, не отрицает ее, но очищает и облаго-

раживает последнюю. Инстинкт в данном контексте утрачивает тягу к самовольству, соблазну, духовной бессмысленности. Ильин писал, что всякое иное счастье на земле является чем-то второстепенным по сравнению с счастьем от слияния этих потоков любви в единый и тождественный.

Переворот во взглядах на природу человека произвел Зигмунд Фрейд. С его легкой руки тема сексуальности стала одной из наиболее обсуждаемых в социуме. Признание главенствующей роли биологического фактора в природе человека фактически нивелировало значимость любви как духовного качества в жизни человека и привело к замене его интимными отношениями, что стимулировало сексуальную революцию в мировоззрении западного человека.

Карен Хорни, обсуждая общественную жизнь человека, пришла к заключению, что одним из способов снять тревогу является стремление к людям. Его суть состоит в желании любым путем получить симпатию и любовь окружающих. Данные стремления автор назвал иррациональным навязчивым влечением, т.к. его носитель не дифференцирует свое окружение и стремится получить поддержку абсолютно от любого человека; страдает от кажущегося охлаждения отношений с окружающими; потребность в любви, которую испытывает человек, является невротической, и как следствие, ненасыщаемой. Близкие идеи высказывал Эрих Фромм, полагая, что любовь помогает человеку снять с себя бремя одиночества, самоотчуждения и ответственности. Чаще человек стремится к тому, чтобы самому быть предметом обожания, позволяя себя любить, не отдавая должной ценности своему избраннику. Данные отношения Фромм считал свидетельствующими о незрелости и соответствующими сути влюбленности.

Абрахам Маслоу полагал, что состояние влюбленности соответствует психическому здоровью. Благоприятным аспектом любовных отношений исследователь назвал идентификацию потребностей двух людей в единую систему, что позволяет им ощущать потребности другого как свои собственные. В определенной степени происходит интеграция двух «Я» при сохранении собст-

венной самобытности. Зрелую любовь Маслоу называл бытийной в противовес дефицитарной (нуждающейся, несовершенной).

Карл Роджерс, рассуждая о проблемах личности, отмечал, что основная их причина кроется в воспитании ребенка под давлением условной родительской любви, которую всегда необходимо заслужить, что становится основанием для формирования деформированного образа «Я» и трудностей, с которыми личность сталкивается во взрослой жизни. В данном ключе представляют интерес работы Стентона Пила, Цезаря Петровича Кореленко, которые рассматривают любовь как источник зависимости (аддикции). По существу, труды этих ученых продолжают развивать позиции предшественников (Спинозы, Канта, Ильина, Хорни, Фромма, Франкла, Роджерса, Мэя и др.) о невыносимом ощущении духовной пустоты и несостоятельности личности, которая стремится избавиться от фрустрирующих переживаний, где разменной монетой номинально служит любовь, однако последняя зачастую подменяется сексом.

Во все времена существовал конфликт в нравственных воззрениях поколений, и наше время не исключением является. Л.Р. Муртазина исследовала последствия либерализации сексуальной морали в современном обществе. Результаты эмпирического исследования привели автора к следующим заключениям: в сравнении с советским временем уменьшился возраст вступления в интимные отношения, который составил 14 лет для юношей и 15 лет для девушек; продолжает существовать двойная «половая мораль», поддерживающая гендерные стереотипы; существенно не изменились, но расширились возможности для знакомства с потенциальными партнерами (места учебы, досуга, Интернет-сайты); увеличилась практика добрачной сексуальной активности; средняя продолжительность добрачных связей не превышает двух лет, после этого рубежа они зачастую трансформируются в сожительство, гораздо реже перерастают в гражданский брак; толерантное отношение к сожительству продемонстрировала молодежь, старшее поколение оценивает его двойственно, хотя отрицательная его оценка чаще исходит от родителей молодой женщины; сексуальность

как средство социальной эмансипации и либерализации общества привела к перераспределению социальных и брачно-семейных ролей в социуме, став предпосылкой реализации «равенства возможностей» как одного из принципов постсовременного общества.

Л.Б. Шнейдер, Е.И. Чекмарёва также изучали сексуальную активность молодежи. Исследователи обнаружили преждевременную гендерную идентичность молодых людей, которая сформировалась не на основе самостоятельного поиска и самокатегоризации, а, главным образом, посредством стереотипных идентификаций со значимыми людьми. У девушек превалирует диффузная идентичность, свидетельствующая о непрочности ценностей, установок, убеждений в вопросах пола и пассивной позиции в их формировании. Для всей выборки выявлена высокая значимость фактора материальной обеспеченности, потребности в общении и позитивных отношениях. Обоим полам несвойственна корыстность; при оценке значимости сексуальной сферы выяснилось, что девушки выступают антиподами молодых людей в оценивании роли сексуальности, ревности и верности (последняя не значима для юношей). Если юноши испытывают потребность любить и выступать в диаде субъектом, то девушки чаще лишь позволяют себя любить, возможно, поэтому при расставании с сексуальным партнером острее переживают разрыв молодые люди.

Краткий обзор работ исследователей различных исторических рубежей показал неоднозначность авторских подходов к сущности любви. Для выявления ее содержания мы обратились к работам современников, поставившим перед собой задачу исследовать магистральные черты данного феномена.

Этимологический анализ дефиниции любви, осуществленный И. Левовой, Л. Пашниной, привел авторов к заключению о противоречивости его контекста, т.к. с одной стороны, понятие базируется на подталкивании к активным действиям другого человека, с другой - состоит в беспокойном ожидании чего-либо и ощущении обмана. С эволюцией понятия в нем продолжает сохраняться двойственность через возможность быть любимым и самому любить другого

человека, но также появляется отражение взаимного сходства двух людей, установление их тождества и подталкивания к активному взаимодействию, продуцирование цикла действий по «круговой модели» [11].

Идентичные выводы в диссертационном исследовании делает К.Ю. Тар-новский, дополняя их рядом характеристик: концепт «любовь» связан не только с верою, словами, волей, но и с отрицательными переживаниями - страхом, тоской, грехом, грустью, однако при этом связующим элементом этих групп является концепт «радость», семантическое ядро которого представлено «заботой»; т.к. любовь вызывает активное действие, поступок, то может рассматриваться как объект, на который направлена цель; любовь как отношение подобия является духовным качеством. Лингвистический анализ концепта любви приводит автора к заключению о его ценностном смысле [12, с. 8].

Психосемантический анализ концепта любви, произведенный в диссертационном исследовании А.В. Севрюк, позволил автору выявить следующие его черты: противоречивость, эмоциональность, силу, тесную связь с сердцем как символом и вместилищем любви. Носители русской культуры отличаются глубиной чувств и интенсивной эмоциональностью, в то время как рассудочное мышление и воля находятся под влиянием чувственно-эмоциональной силы. Противоречивость русских в осмыслении любви выражается в ее описании как духовного и иррационального чувства. Анализ литературных источников привел исследователя к заключению о различном отношении к любви в разнородных культурах: в России любовь понималась как ценность, высшее духовное единение, в сознании западноевропейского человека цель любви заключается в физическом обладании. Чувственная сторона любви важна для русских, но ее осмысление связывалось с узами законного брака. Базовыми характеристиками западной культуры А.В. Севрюк считает телесность и маскулинность.

К сходным выводам приходит в кандидатской диссертации М.В. Базарова, понимая любовь как смысложизненную ценность, представляющую собой мотивационный феномен, обогащающий идеалами, насыщающий глубокой ду-

ховностью человеческие отношения, содержащий ощущение уникальности, подлинности и незаменимости человека, обнаруживающийся через рефлексию в акте переживания. Ценность любви проявляется в эмоциональном созерцании, сопровождаемом ощущением радости, счастья и незаменимости.

Автор доказывает, что в современном российском обществе любовь как смысложизненная ценность, не меняя своего содержания, приобретает сочетание культурных смыслов: социального, поскольку любовь связана с идеей разумной общественной организации, с гармонизацией человеческих отношений; этического, т.к. любовь выступает вершиной нравственного отношения к человеку; эстетического смысла, который состоит в рассмотрении любви как духовного наслаждения, желания и влечения к красоте; биологического, т.к. любовь является комплексом желаний и связанных с ними переживаний, имеющих в основе биологические инстинкты, данный смысл заключается в выражении сексуального чувства и интимной близости между людьми, основанной на взаимном притяжении полов и симпатии.

На низшем культурном уровне любовь обнаруживает себя в связи с жизненно важными потребностями, на более высоком уровне (уровне самопрояв-ления) любовь способствует самореализации личности, в то время как на высшем уровне культурности ценность любви преображается в ценность другого человека.

М.В. Базарова убедительно доказывает, что в современном обществе люди избегают обязательств любви как смысложизненной ценности, заменяя ее биологическим влечением полов. Последствия данного выбора состоят в изменении гендерных отношений в сторону маскулинизации женщин и феминизации мужчин; рационализации отношений, благодаря которой поведение и чувства человека контролируются им самим; прагматизации, способствующей ослаблению традиционных для российской культуры романтизма, эстетизации и облагораживания любовных отношений.

Причиной нестабильности современных российских семей исследователь считает дуализм социально-эстетических чувств и биологизацию человека. Семья может существовать в отсутствии любви, но в нравственном и духовном развитии современного человека это признак духовного регресса.

Данная позиция прослеживается в работе И.И. Булычева, который отмечает, что без духовных отношений любовь объективируется; примерами ее суррогатов являются секс без любви и проституция. Полноценной любовью автор называет неразрывное единство ее противоположностей - духовной и физической стороны, составляющих ее гармоничный каркас.

В дипломном исследовании О.В. Литвин, проводимом на студенческой выборке под нашим руководством, было выявлено, что используемое респондентами понятие любви, по сути, выступает описанием влюбленности, при этом возлюбленный рассматривается лишь как адекватный способ самоутверждения. Номинально любовь и семья признаются значимыми сферами жизни, однако контекстуально отражается их инструментальная ценность. Психологически девушки не готовы к вступлению в брак и ориентированы на краткосрочные любовные отношения.

Резюмируя вышесказанное, можно сделать следующие заключения:

1. Давней традицией можно считать тенденцию большинства исследователей отождествлять семантически близкие, но не родственные понятия. Базируясь на представленные ранее позиции, перечислим основные отличия влюбленности от разнополой любви. Влюбленность характеризуется аффективной непродолжительностью, сексуальной ориентированностью, отсутствием склонности к духовному росту, психологическим конформизмом собственных представлений об идеальном избраннике к реальному образу конкретного человека, игнорированием обязательств, иррациональностью, психологической зависимостью от предмета желаний.

2. Ценность любви состоит в стремлении людей к позитивным самоизмене-ниям для движения к собственным идеалам, самораскрытия новых граней

личности и обнаружения их в окружающих, появления ощущений сверхвозможностей и желания сделать счастливым весь мир, возможности любить и быть любимым без желания навязывать свою волю и изменять природу возлюбленного.

3. Рассмотрение любви как болезни в большинстве случаев строится на анализе физиологических проявлений, что приводит к усиленному вниманию за проявлениями психосоматики.

4. Любовь понимается как аддикция при выявлении духовной несостоятельности личности, которая стремится разрешить собственные проблемы чужими руками.

5. Критика морального облика молодежи может свидетельствовать не только о ценностном моратории, но и ригидности установок старшего поколения, не до конца осознающего сделанные ими в прошлом ошибки, ответственность за которые они стремятся экстраполировать на других.

6. Полагаем, что настоящая любовь интегрирует в себе духовную зрелость и чувственность. Превалирование одного из этих элементов делает любовь однобокой и неполноценной.

Список литературы

1. Вараксина Е.В. Трансформация представлений о смысле любви в процессе жизнеосуществления человека: автореф. дис. канд. психол. наук. Томск 2008. 24 с.

2. Шестаков В.П. Эрос и культура: Философия любви и европейское искусство. М.: Терра-Кн. клуб: Республика, 1999. 464 с.

3. Фичино М. Комментарий на «Пир» Платона // Эстетика Ренессанса: Антология. В 2-х т. Т. 1. / Сост. и науч. ред. В.П. Шестаков. М.: Искусство, 1981.С. 139-240.

4. Бэкон Ф. Сочинения в двух томах. Т. 1; т. 2. М.: Мысль, 1971. 590 с.

5. Спиноза Б. Избранные произведения в 2-х т. Т. 1. М.: ИздательствоПолитической литературы, 1957.629 с.

6. Радищев А.Н. Сочинения. М.: Художественная литература, 1988. 687

с.

7. Кант И. Собрание сочинений в восьми томах. Т. 6. М.: Чоро, 1994. 613

с.

8. Кант И. Собрание сочинений в восьми томах. Т. 2. М.: Чоро, 1994. 429

с.

9. Муртазина Л.Р. Последствия либерализации сексуальной морали в

российском обществе [электронный источник]. URS: http://www.online-

science.ru/m/products/social_sciense/gid156/pg0/

10. Шнейдер Л.Б., Чекмарёва Е.И. Сексуальная активность молодежи как

фактор гендерной социализации личности // Теория и практика гендерных исследований в мировой науке: материалы международной научно-практической конференции 5-6 мая 2010 года. Пенза - Ереван - Прага: ООО Научно-

издательский центр «Социосфера», 2010. с. 64-71.

11. Левова И., Пашнина Л. Анализ проблемы любви: этимологический, историко-культурный, аксиологический [электронный источник]. URS: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Linguist/Article/lev_anprobl.php

12. Тарновский К.Ю. Любовь как этическая ценность: этико-

философский анализ: автореф. дис. канд. философск. наук. Тула, 2011. 20 с.

13. Севрюк А.В. Психосемантика выражения чувства любви в русской ментальности: дис. канд. культурологич. наук. Комсомольск-на-Амуре, 2006. 167 с.

14. Базарова М.В. Любовь как смысложизненная ценность: автореф. дис. канд. философс. наук. Ставрополь, 2008. 27 с.

15. БулычевИ.И. Любовь и ненависть в контексте гендерной парадигмы [электронный источник]. URS: http://credonew.ru/content/view/549/58/

References

1. Varaksina E. V. Transformatsiya predstavleniy o smysle lyubvi v protsesse zhizneosushchestvleniya cheloveka [Transformation of conceptions about love meaning in the process of life om a human being]: auto summary of the dissertation by PhD on Psychology. Tomsk, 2008. 24 p.

2. Shestakov V.P. Eros i kultura: Filosofiya lyubvi i evropeyskoe iskusstvo [Eros and culture: Philosophy of love and European art]. M.: Terra-kn. Club: Republic, 1999. 464 p.

3. Fichino M. Kommentariy na «Pir» Platona [Commentary on «The Feast» by Plato]. Estetika Renessansa: Antologiya [Renaissance aesthetics: Anthology]. Vol. 1.. M.: Arts, 1981. pp. 139-240.

4. Bacon F. Sochineniya v dvukh tomakh [Works of 2 volumes]. V.

1. M.: Mysl, 1971. 590 p.

5. Spinoza B. Izbrannye proizvedeniya v 2-kh t. [Selected works of 2 volumes]. V. 1. M. Publishing house Political literature, 1957. 629 p.

6. Radishchev A.N. Sochineniya [Writings]. M.: Belletristic literature. 1988.

687 p.

7. Kant I. Sobranie sochineniy v vos'mi tomakh [Collected works of 8 volumes]. V. 6. M.: Choro, 1994. 613 p.

8. Kant I. Sobranie sochineniy v vos'mi tomakh [Collected works of 8 volumes]. V.2. M.: Choro, 1994. 429 p.

9. Murtasina L.P. Posledstviya liberalizatsii seksual'noy morali v rossiyskom obshchestve [Consequences of liberalization of sexual morality in Russian society]. http://www.online-science.ru/rn/products/social_sciense/gid156/pg0/

10. Shneider L. B., Chekmaryova E.I. Seksual'naya aktivnost' molodezhi kak faktor gendernoy sotsializatsii lichnosti [Sexual activity of young people as the factor of gender socialization of personality]. Teoriya ipraktika gendernykh is-sledovaniy v mirovoy nauke: materialy mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii 5-6 maya 2010 goda [Theory and practice of gender research in the world science: the

proceedings of International science-practical conference in May 5-6, 2010]. Penza -Erevan - Prague: OOO Science-publishing center «Socio-sphere», 2010. p. 64-71.

11. Levova I., Pashnina L. Analiz problemy lyubvi: etimologicheskiy, istoriko-

kul'turnyy, aksiologicheskiy [The analysis of love problem: etymological, historical-cultural, axiological].

http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Linguist/Article/lev_anprobl.php

12. Tarnovsky K. U. Lyubov kak eticheskaya tsennost: etiko-filosofskiy analiz [Love as ethic value: ethic-philosophical analysis]: auto summary of the dissertation by PhD on Philosophy. Tula, 2011. 20 p.

13. Sevryuk A.V. Psikhosemantika vyrazheniya chuvstva lyubvi v russkoy mentalnosti [Psycho-semantics of expressing love feeling in Russian mentality]: auto summary of the dissertation by PhD on Culture. Komsomolsk-on the Amur, 2006. 167 p.

14. Bazarova M.V. Lyubov kak smyslozhiznennaya tsennost [Love as life meaningful value]: auto summary of the dissertation by PhD on Philosophy. Stavropol, 2008. 27 p.

15. Bulychov I.I. Lyubov' i nenavist' v kontekste gendernoy paradigmy [Love and hatred in the context of gender paradigm]. http ://credonew.ru/ content/view/549/58/

ДАННЫЕ ОБ АВТОРАХ

Кочеткова Татьяна Николаевна, доцент кафедры психологии, кандидат психологических наук

Дальневосточный государственный гуманитарный университет ул. К. Маркса, 68, г. Хабаровск, 680000, Россия psydv@ya. ru

Литвин Оксана Владимировна, студентка 5 курса Дальневосточного государственного гуманитарного университета

Дальневосточный государственный гуманитарный университет

ул. К. Маркса, 68, г. Хабаровск, 680000, Россия zhaba891@yandex. ru

DATA ABOUT THE AUTHORS

KochetkovaTatyana Nikolaevna, associate professor at Psychology department, candidate of psychological science

Far-East Humanities State University

68, Karl Marks street, Khabarovsk, 680000, Russia

psydv@ya. ru

Litvin Oksana Vladimirovna, 5 year student, Far-East Humanities University

Far-East Humanities State University

68, Karl Marks street, Khabarovsk, 680000, Russia

zhaba891@yandex. ru

Рецензент:

Долгих Надежда Петровна, кандидат педагогических наук, доцент, доцент кафедры психологии ДВГГУ