Алжир: региональный лидер или потенциально нестабильное государство?

В национальном разрезе

Алжир: региональный лидер или потенциально нестабильное государство?

Алексей Михайлович ВАСИЛЬЕВ

академик РАН, профессор, почетный президент Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института Африки РАН; заведующий кафедрой африканистики и арабистики Российского университета дружбы народов (РУДН). Адрес: 123001, Москва, ул. Спиридоновка, д. 30/1. E-mail: ns_inafr@mail.ru

Наталья Александровна ЖЕРЛИЦЫНА

кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт Африки РАН; доцент Российского университета дружбы народов (РУДН). Адрес: 123001, Москва, ул. Спиридоновка, д. 30/1. E-mail: ns_inafr@mail.ru

ЦИТИРОВАНИЕ: Васильев А.М., Жерлицына Н.А. (2018) Алжир: региональный лидер или потенциально нестабильное государство? // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. Т. 11. № 5. С. 74-85. DOI: 10.23932/2542-0240-2018-11-5-74-85

АННОТАЦИЯ. В статье анализируются возможности и угрозы, стоящие перед Алжирской Народной Демократической Республикой в настоящий момент. Алжир по целому ряду параметров обладает потенциалом регионального лидера в одном из самых стратегически важных регионов мира. Это природные и человеческие ресурсы, стабильные экономические, дипломатические связи с арабским миром, странами Европы и Америки. И ведущие державы, и соседи по региону возлагают на АНДР надежды как на ключевого партнера в усилиях по обеспечению безопасности и борьбе с терроризмом. Алжирские власти стремятся представить свою страну сильным региональным лидером, свободным от внутренних разногласий и экстремизма, которые преследуют другие арабские государства. Однако в реальности ситуация является

более сложной. В данный момент АНДР находится в непростой ситуации, учитывая как внутреннее положение, так и опасность, исходящую извне. Основной причиной политической и экономической неопределенности внутри страны являются ожидания и опасения, связанные с грядущей сменой власти, - президентские выборы назначены на весну 2019 г. Социально-экономическая сфера Алжира является еще одним слабым местом, способным при неблагоприятном развитии событий создать проблемы нестабильности. К числу давних нерешенных проблем АНДР относится берберский вопрос, угрожающий единству страны. Противостояние Алжира и Марокко в западно-сахарском вопросе приводит к сохранению зоны нестабильности в регионе и способствует укоренению террористической угрозы. На протяжении последнего десяти-

летия Алжиру приходится уделять все больше внимания и выделять ресурсы для укрепления региональной безопасности. В этой сфере Алжир демонстрирует приверженность мирной дипломатии, невмешательству во внутренние дела других государств и неприятие любой внешней роли своих вооруженных сил. Именно такая позиция принесла республике международное признание в качестве регионального лидера и надежного партнера в борьбе с терроризмом.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Алжир, региональное лидерство, угроза нестабильности, терроризм, социально-экономические трудности, берберский вопрос

По ряду параметров Алжирская Народная Демократическая Республика обладает потенциалом регионального лидера в одном из самых стратегически важных регионов мира. Если учитывать экономические, военные возможности, влияние и авторитет в регионе и мире, сильные ресурсы, то Алжир формально имеет право претендовать на звание региональной державы, принадлежавшее доселе в Северной Африке только Египту. Страна располагает такими важными ресурсами, как выгодное географическое положение на стыке Европы, Средиземноморья, арабского мира и Африки, одни из самых богатых запасов нефти и газа на континенте и позитивная демографическая ситуация с преобладанием молодого населения. Алжир обладает мощной и боеспособной армией, прошедшей крещение в ходе гражданской войны 1991— 1999 гг. и являющейся ныне одним из оплотов гражданского мира в стране.

Внешняя политика республики характеризуется независимым характе-

ром, что позволяет расширить дипломатические отношения в целях укрепления и углубления торговых связей. Алжир сотрудничает с соседними арабскими странами, а также извлекает выгоду из тесных отношений с США и странами Евросоюза. Благодаря историческим связям, Европа, и особенно Франция, остается одним из ближайших партнеров Алжира. АНДР подписала соглашение об ассоциации с ЕС в 2002 г. и выразила готовность начать переговоры по плану действий в рамках европейского соседства и партнерства в 2011 г. В 2018 г. ЕС является крупнейшим торговым партнером Алжира, на его долю приходится более половины торговли страны - 50,3%'. Развиваются и алжиро-американские отношения, как в экономическом плане, так и в плане обеспечения региональной стабильности и борьбы с терроризмом. Традиционно дружественные отношения связывают североафриканскую страну с РФ, Алжир входит в тройку ведущих экономических партнеров России на Африканском континенте.

После того как властям Алжира в начале 2000-х гг. удалось устранить угрозу исламского экстремизма и наладить в стране мирный политический процесс, многие страны мира - как ведущие державы, так и региональные игроки - стали рассматривать АНДР в качестве ключевого партнера в Северной Африке в усилиях по обеспечению безопасности и борьбе с терроризмом. Алжир жизненно заинтересован в устранении угрозы, создаваемой джи-хадистами, действующими в регионе. Сильные и опытные спецслужбы этой страны являются важными партнерами для соответствующих ведомств США и Франции [Долгов 2018, с. 54]. Без актив-

1 Countries and Regions: Algeria (n/y) // European Commission // http://ec.europa.eu/trade/policy/countries-and-regions/coun-tries/algeria/, дата обращения 12.10.2018.

ного сотрудничества со стороны Алжира будет очень трудно укрепить безопасность соседнего Туниса, ослабшую вследствие кризиса, последовавшего за «жасминовой революцией» 2011 г. [Ба-т1 Аоип 2013, р. 77]. Без политического веса Алжира окончание гражданской войны в Ливии будет практически невозможно. Влияние Алжира распространяется и за пределы Северной Африки: он рассматривает регион Са-хеля в качестве зоны своих стратегических интересов, а всемерное укрепление здесь лидирующего положения является одним из главных приоритетов его внешней политики. Об этом свидетельствует и участие АНДР в урегулировании конфликта в Мали.

В условиях конфликтов и кризисов, которые переживает в последние годы регион Ближнего Востока и Северной Африки, наличие такого весомого игрока, как Алжир, должно было бы вселять оптимизм. Алжирские власти стремятся представить свою страну сильным региональным лидером, свободным от внутренних разногласий и экстремизма, которые преследуют другие арабские государства. Однако в реальности ситуация является более сложной, Алжир сталкивается с угрозами своей стабильности. В данный момент страна находится в непростой ситуации, учитывая как внутреннее положение, так и опасность, исходящую извне. Существует ряд угроз, таких как внутренняя политическая борьба, экономические неурядицы, активизация исламистского терроризма, которые как по отдельности, так и в совокупности могут привести к дестабилизации.

Основной причиной политической и экономической неопределенности внутри страны являются ожидания и опасения, связанные с грядущей сменой власти, а вместе с ней и партийно-государственных и силовых элит. До очередных президентских выборов

в Алжире остается несколько месяцев, они должны состояться весной 2019 г., но до сих пор нет ясности, кто на них будет выдвигаться от «партии власти». Существует возможность, что таким кандидатом вновь станет сам президент Абдель Азиз Бутефлика, правящий Алжиром последние 19 лет, несмотря на почтенный возраст - 81 год и плохое состояние здоровья. Такой вариант может быть продавлен окружением президента, а именно его младшим братом и личным советником Са-идом Бутефликой.

О повышении градуса внутриполитической напряженности свидетельствуют события нескольких последних лет: громкие отставки в правительстве и партийном руководстве, чистки в рядах службы безопасности, аресты и реальные тюремные сроки для ряда высокопоставленных военных, принятие законов против журналистов и всех тех, кто «подрывает устои». 2017 г. стал рекордным для истории Алжира в плане смены глав правительств, уже к августу страна получила третьего премьер-министра за год. Основная борьба развертывается между кланом Саида Бутеф-лики и заместителем министра обороны и начальником штаба армии Ахмедом Гаидом Салахом. Брат президента стремится монополизировать право выбора преемника, он намерен не допустить усиления военных и ограничить их амбиции во власти. Такая позиция идет вразрез с историческим наследием Алжира, страны, в которой роль армии в течение десятилетий традиционно была определяющей. Именно благодаря вмешательству алжирской армии удалось избежать прихода исламистов к власти и провозглашения здесь «исламской республики» в 1992 г. в ходе вооруженной борьбы властей с исламскими радикалами. Генерал Салах выступает против принижения роли армии в определении судьбы страны. Не

претендуя лично на высший пост в республике, он считает, что именно армия должна и далее играть роль главного гаранта конституции, оставаясь одним из основополагающих институтов политической системы Алжира.

Вряд ли следует рассчитывать на выдвижение на президентских выборах 2019 г. сильной кандидатуры от оппозиционных партий. Хотя за годы правления Бутефлики было сделано немало для создания и развития в стране многопартийности и в Национальной народной ассамблее Алжира соседствуют самые разные партии - от левосо-циалистической троцкистской до умеренно исламистских и национальных берберских, но на политической сцене доминирующими остаются только две: Фронт национального освобождения и Национальное демократическое объединение, которые поддерживают Бутефлики. Существующие тенденции были подтверждены на прошедших в мае 2017 г. парламентских выборах: две пропрезидентские партии получили абсолютное большинство голосов - 164 плюс 972.

Исламистский «Союз во имя справедливости, возрождения и развития», в который входят партии «Общественное движение за мир», «Аль-Ислах» и «Ан-Нахда», получил 48 мест3. Эти три партии исповедуют умеренный исламизм, их лидеры позиционируют себя как системную оппозицию, в основном поддерживая программу экономических и политических реформ президента Бутефлики. В новом парламенте представлены и крайне левая троцкистская Партия трудящихся (11 мест),

и партии «Фронт социалистических сил» (14 мест) и «Объединение за культуру и демократию» (9 мест), выступающие за демократическое и светское развитие Алжира и соблюдение прав берберского населения.

Весьма скромный результат алжирских партий политического ислама особенно контрастно выглядит на фоне недавних успехов их единомышленников в соседних североафриканских странах. В Тунисе и Марокко исламистские партии по результатам последних выборов если и не выиграли, то продемонстрировали весьма высокие результаты, показывающие востребованность и перспективность этой идеологии [Долгов 2017, с. 112]. Данные алжирских выборов свидетельствуют как о некотором сокращении базы поддержки исламистов в стране после десятилетия гражданской войны, так и о недоверии к политическому процессу, когда правящая партия выигрывает каждые выборы уже 20 лет подряд. Весьма высоко число алжирцев, бойкотирующих выборы, оно доходит до 55%4, среди которых большинство именно приверженцев религиозной идеологии. В Алжире в последние годы сформировалось мощное ультраконсервативное салафитское движение, проповедующее отказ от политики и дистанцирование от нее, оно запрещает своим лидерам и адептам участвовать в выборах [Ланда 2014, с. 139]. Для того чтобы партии исламской направленности имели перспективы на политической сцене Алжира, они должны трансформироваться из религиозных в политические институты. Считается, что доминирование харизматичного лидера

2 Мамед-заде П. (2017) В Алжире проходят очередные парламентские выборы // TASS-online.ru. 4 мая 2017.

3 Caputo S. (2015) Immuni dal Terrorismo: il Segreto dell'Algeria // Il Giornale, November 25, 2015 // http://www.ilgiornale.it/news/ mondo/immuni-terrorismo-segreto-dellalgeria-1198334.html, дата обращения 12.10.2018.

4 Amayas Zmirli (2017) Algérie: Quand Gronde la Rage Sourde du Boycott et de l'Abstention // Le Point, November 23, 2017 // http://afrique.lepoint.fr/actualites/algerie-elections-locales-entre-boycott-et-abstention-22-11-2017-21 74242_2365.php, дата обращения 12.10.2018.

или шейха-основателя необходимо дополнить или заменить демократической выборной процедурой. Слабым местом как алжирских, так и других североафриканских партий политического ислама является отсутствие практического плана, знаний и опыта государственного управления. Неожиданное возвышение и быстрое падение с олимпа государственной власти «Братьев-мусульман» в Египте и «Ан-Нахды» в Тунисе в ходе «арабской весны» и «арабской зимы» свидетельствуют о том, что религиозной и идеологической риторики явно недостаточно, когда дело касается решения практических проблем общества. Партиям данной направленности еще предстоит убедить граждан Алжира в том, что они предлагают реальное решение экономических и социальных проблем общества, при этом не угрожая безопасности и стабильности государства.

Социально-экономическая сфера Алжира является еще одним уязвимым местом, способным при неблагоприятном развитии событий подорвать стабильность. Болезненный переход от авторитаризма к плюрализму в конце 1980-х гг., последовавшее затем «черное десятилетие» противостояния светской власти и исламистов, трудный, хрупкий процесс политического урегулирования в нулевых годах оставили стране мало шансов на быстрое достижение экономического процветания. Богатство углеводородных ресурсов позволило Алжиру во время всех этих кризисов держаться на плаву, но до сих пор в стране не создана диверсифицированная экономика, способная обеспечить запросы активного населения.

К 2011 г., к началу «арабской весны» в соседних странах, Алжир подошел с продолжавшими оставаться не-

решенными социально-экономическими проблемами. Во многом эти проблемы одинаковы для всех стран Магри-ба: высокая безработица, особенно молодежная, жилищная проблема. Безработица достигала 11% в 2011 г., по ВВП на душу населения Алжир занимал 126 место в мире, за чертой бедности жили от 15 до 20% населения5. «Арабская весна» в Алжире началась с протестов в квартале бедноты Баб аль-Уэд столицы. Выступления были направлены против растущей дороговизны жизни, массовой безработицы и нехватки жилья. Протесты становились все более массовыми и перекинулись на другие районы Алжира, затронув 20 из 48 провинций страны [Salah Hadji 2014, p. 38]. Но благодаря быстрой и адекватной реакции властей, сделавших шаги навстречу недовольным - повышена минимальная заработная плата, отменено чрезвычайное положение, - протесты «арабской весны» в Алжире быстро пошли на убыль.

Неустойчивость экономической модели АНДР, когда на нефтегазовую отрасль приходится 97% экспортных доходов, не раз за последнее десятилетие напоминала о себе. Падение мировых цен на нефть и газ вынуждает власти сокращать традиционно широкий спектр субсидий для беднейших слоев населения, и социальная стабильность оказывается под угрозой. Правительству уже пришлось увеличить некоторые налоги, одновременно повысив цены на топливо, электроэнергию и газ. Усилению протестных настроений в Алжире способствовало и повышение цен на продукты питания первой необходимости - молоко, муку, сахар. Экономический кризис ударил и по среднему классу Алжира: власти вынужденно пошли на сокращение социальных про-

5 Меркулов А. (2016) Алжир усиливает меры безопасности // TASS-online.ru. 17 февраля 2016.

грамм, объявили об увольнении 40% госслужащих6. Бюджет, принятый парламентом АНДР на 2017 г., подразумевал программу жесткой экономии и введение новых налогов. Увеличилась стоимость топлива, коммунальных услуг, жилья, бытовой техники и продуктов питания. Цены на них выросли на 10-15%. По мнению ряда специалистов, эти меры не могли исправить ситуацию, поскольку являлись простой попыткой заделать пробоины в бюджете, не открывая новых перспектив для национальной экономики. Но они наносили серьезный удар по покупательской способности алжирцев. Социальная напряженность, недовольство населения и протесты заставили власти в середине 2017 г. отложить программу жесткой экономии и увеличить расходы, что привело к прогнозу восстановления роста экономики до 4% в 2018 г. Премьер-министр Ахмед Уяхья заявил, что субсидии алжирского правительства на горючее, молоко и хлеб не будут отменены. По его словам, «в Алжире проводится неизменная социальная политика, основанная на социальной справедливости и национальной соли-дарности»7. Сочетание низких мировых цен на нефть и более высоких государственных расходов увеличило дефицит бюджета в 2017 г. Весной 2018 г. МВФ и Всемирный банк предупредили алжирское правительство, что зависимость от экспансионистской денежно-кредитной политики для финансирования бюджетного дефицита может привести к резкому росту инфляции и торгового дефицита.

Еще одним опасным последствием сырьевого характера алжирской экономики является выдавливание из стра-

ны образованных граждан, которые предпочитают уехать в Канаду, США и ЕС, а их замещают малообразованные жители африканских стран. На этом фоне возникает дефицит квалифицированных кадров, что может создать политические и экономические проблемы. При такой структуре экономики даже позитивный демографический фактор - преобладание молодого населения - превращается в угрозу для стабильности системы. Недаром алжирские власти весьма дорожат поддержкой Франции в вопросе визовой политики, позволяющей перемещать алжирскую безработную молодежь в ЕС, что дает возможность разрядить социальную напряженность и обеспечить общественную стабильность в легко уязвимом алжирском социуме. Это не говоря еще об идущем в страну потоке валюты.

К числу давних нерешенных проблем АНДР относится берберский вопрос, угрожающий единству страны. Берберы, коренное население Северной Африки, представлены в Алжире различными этническими группами, они составляют около 25-30% населения. Начало расколу алжирского общества было положено в 1960-х гг., когда был взят курс на построение унитарного государства, основанного на ара-бо-мусульманской культуре. Жесткий курс на арабизацию и подавление берберской культуры вызвал закономерную реакцию: берберы протестовали, неоднократно поднимали восстания. Благодаря «политической весне» 1989 г. у берберского меньшинства появилась возможность принимать участие в политической жизни страны и заявлять о своих культурных и политических

6 The Report Algeria 2017 (2017), Oxford Business Group // https://www.pwc.fr/fr/assets/files/pdf/2018/02/the-report-algeria-2017, pdf, дата обращения 12,10,2018,

7 Lamine Ghanmi (2018) Algeria Halts Hundreds of Imports to Save Foreign Reserves // The Arab Weekly, January 14, 2018,

правах. В 1991-1992 гг. власти страны смягчили политику арабизации: разрешено преподавание берберской культуры в вузах страны, в 1995 г. проведен Всемирный конгресс амазиг (самоназвание берберов). Именно берберская часть населения Алжира была самым непримиримым противником радикальных исламистов в годы гражданской войны: помимо прочего их разделяли и культурно-цивилизационные противоречия. В годы правления А. Бу-тефлики правительство Алжира предприняло некоторые шаги, направленные на выполнение требований берберской оппозиции. На законодательном уровне признана самоидентификация берберского меньшинства, в 2015 г. берберский язык амазиг объявлен вторым государственным. Правительство приняло специальную программу по улучшению социально-экономической обстановки в Кабилии - месте компактного проживания берберов. Берберские партии представлены в парламенте страны.

Несмотря на эти достижения, представители берберского населения продолжают настаивать на том, что принятые властью программы и законы не действуют, оставаясь фиктивными. По их мнению, из всех стран, в которых проживают берберы, именно Алжиру принадлежит первенство по масштабам подавления национальных прав этого меньшинства. Берберские представители приводят следующие факты: со времени принятия закона о языке в 2015 г. государство выделило финансирование только на 1% ставок преподавателей берберского языка в средних и высших учебных заведениях [Балмасов 2017].

Еще один частый упрек властям со стороны защитников прав берберского меньшинства заключается в том, что государственные органы отказываются регистрировать новорожденных берберских детей под национальными

именами под предлогом отсутствия таких имен в государственном регистре. Всемирный конгресс амазигов, осудивший эту ситуацию как проявление преднамеренной арабизации, побуждает берберов параллельно вести собственную регистрацию детей.

Разочарование в легитимном пути борьбы за национальные права отражается на падении поддержки официальных парламентских партий берберов «Фронт социалистических сил» и «Объединение за культуру и демократию». Представители национального меньшинства обвиняют их в соглашательстве. Одновременно происходит опасное укрепление позиций радикалов и сепаратистов, например «Движения за автономную Кабилию».

В условиях, когда страны Магри-ба находятся под ударом политических потрясений, социальной нестабильности и террористической угрозы, как никогда необходимо единство и взаимопонимание между руководством соседних государств для сохранения стабильности в регионе. Но одной из проблем, мешающих достижению сплоченности и взаимной поддержки, являются застарелые региональные конфликты. Одним из самых сложных и опасных для будущего Северной Африки является западносахарский конфликт. Его истоки лежат в колониальном прошлом, а открытый конфликт - «война в песках» между Алжиром и Марокко - произошел в 1963 г. Когда в 1976 г. Фронт ПОЛИСАРИО провозгласил независимость Западной Сахары, назвав самопровозглашенное государство Са-харской Арабской Демократической Республикой (САДР), Марокко продолжало настаивать на принадлежности ему этой территории, проводилась политика ее интенсивного заселения «коренными» марокканцами для экономического слияния с остальным Марокко. И сейчас САДР остается частично при-

знанным государством, а отношения соседних арабских стран по-прежнему страдают из-за нерешенности этого конфликта. Алжир и Марокко демонстративно отказываются от совместных поисков компромиссных решений по проблеме Западной Сахары. Алжир выступает за самоопределение запад-носахарского народа, осуждая марокканскую позицию. Руководство АНДР требует провести референдум о независимости Западной Сахары. На территории Алжира по-прежнему находится большое количество беженцев из Западной Сахары. Нерешенность конфликта приводит к сохранению зоны нестабильности в регионе и способствует укоренению террористической угрозы, поскольку многие террористы привлекают на свою сторону население, неудовлетворенное центральной властью или ее отсутствием, как происходит в случае с Западной Сахарой.

Противостояние Алжира и Марокко в западно-сахарском вопросе приводит к тому, что две страны видят друг в друге конкурентов и на региональном, и даже на африканском уровне. Стабильное политическое и экономическое развитие Марокко в последние десятилетия позволяет королевству оспаривать лавры регионального лидера у Алжира. Марокко в данный момент занимает ведущее место среди африканских государств по темпам экономического роста и по инвестициям на Африканском континенте [The Africa Investment Report 2016]. Экономические достижения королевства конвертируются в политические дивиденды: несмотря на то что позиция Марокко в западно-сахарском вопросе подвергается международной критике, его положение в Африканском союзе заметно окрепло.

На протяжении последнего десятилетия Алжиру приходится уделять все больше внимания и выделять ресурсы для решения проблем региональной безопасности. Волнения в Тунисе и Египте, гражданская война в Ливии, восстание туарегов в Мали, передислокация боевиков-террористов из зон боевых действий в Сирии и Ираке в конфликтные и кризисные зоны в Ливии, регион Сахеля, Африканского рога и бассейн озера Чад потребовали от руководства АНДР формирования новой чрезвычайной международной стратегии. И большой заслугой правительства Бутефлики стал выбор пути мирной дипломатии и социально-экономических способов борьбы с терроризмом [Сапронова 2016, с. 575]. Алжир продемонстрировал приверженность невмешательству во внутренние дела других государств и неприятие любой внешней роли своих вооруженных сил. Именно такая позиция принесла республике международное признание в качестве регионального лидера и надежного партнера в борьбе с терроризмом.

Именно Алжир озаботился разработкой всеобъемлющей стратегии для Африки, предусматривающей способы пресечения иностранного вмешательства на Континенте под предлогом борьбы с терроризмом. Во всех своих дипломатических и военных усилиях по борьбе с терроризмом на африканском уровне Алжир стремится подчеркнуть принцип «африканизации решений». Алжир активно сотрудничает в Африканской организации полицейского сотрудничества (Африпол), которая должна объединить усилия стран Континента в борьбе с различными вызовами, которые угрожают безопасности и стабильности Африки8.

8 Мамед-заде П. (2017) Борьба с терроризмом и преступностью станут приоритетными задачами Африпола // TASS-online. 16 мая 2017.

В Сахеле, который находится в непосредственной близости от него, Алжир всегда избирает дипломатический путь и избегает любых военных подходов к решению такой международной проблемы, как терроризм. Алжир также стремится убедить международное сообщество в необходимости пресекать финансирование терроризма, в том числе в форме выплат выкупа. Эти усилия увенчались успехом в декабре 2009 г., когда Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 1904, запрещающую выплату выкупа в качестве дополнения к резолюциям № 1373 и № 1267 о запрете финансирования терроризма [Watanabe 2017, р. 141].

Правительство Алжира играет активную роль в дипломатических усилиях по прекращению конфликта, затрагивающего его южного соседа Мали. В январе 2014 г. АНДР выступила инициатором начала многосторонних переговоров, длившихся полтора года и закончившихся подписанием мирных соглашений между правительством Мали и туарегским «Движением за освобождение Азавада». Военное вмешательство Франции в 2013 г. и пятилетнее пребывание там французского контингента войск не привело к искоренению террористических группировок и повышению уровня безопасности в регионе [Кузнецов 2015, с. 127]. Напротив, граница Алжира с Мали стала менее безопасной, подвергаясь напору беженцев, террористов и организованной преступности.

Алжир на протяжении нескольких лет принимает активное участие в международных посреднических усилиях, направленных на политическое урегулирование ливийского кризиса. Базовые принципы, на которых основывается позиция АНДР, - территориаль-

ная целостность Ливии, политический диалог противостоящих сил и неприменение силы. Положительным фактором является взаимопонимание в ливийском вопросе между Алжиром и соседним Тунисом. Страны имеют общую позицию по ливийскому урегулированию, выступают за политическое решение ливийских конфликтов, решительно отвергая военные варианты. И Алжир, и Тунис поддерживают правительство национального единства Ливии, а также усилия, направленные на поиск политического урегулирования в этой стране через сближение позиций ливийских сторон. Эксперты обеих стран предостерегают, что внешнее военное вмешательство в Ливии может привести к гражданской войне в соседних странах, и аргументируют это неизбежным наплывом сотен тысяч ливийских беженцев9.

Таким образом, внешние угрозы и внутренние вызовы, с которыми Алжир сталкивается в последние годы, купируются его властями лишь частично. Относительная стабильность и безопасность внутри страны имеет обратной стороной застойную политическую систему и вялую экономику, вызывающие регулярные всплески социального недовольства. Перед правительством АНДР стоит задача диверсификации экономики в сжатые сроки, но в нынешней политической обстановке большие ресурсы отвлекаются на решение проблем безопасности. Тупиковая ситуация во взаимоотношениях между Марокко и Алжиром блокирует установление партнерских отношений между ключевыми политическими силами Северной Африки, от которых зависит политическая, экономическая, социальная стабильность в регионе. О перспективах регионального

9 Mezri Haddad (2016) Libye-Tunisie: une Guerre n'Arrive Jamais Seule // L'Expression, February 14, 2016.

лидерства АНДР гораздо яснее можно будет судить после проведения президентских выборов 2019 г., когда станут понятны основные приоритеты новой власти в экономической, социальной и внешнеполитической сфере.

Список литературы

Балмасов С.С. (2017) Алжирские берберы: власти усиливают угнетение по национальному признаку // Институт Ближнего Востока. 20 августа 2017 // http://www.nmes.ru/?p=37177, дата обращения 12.10.2018.

Долгов Б.В. (2017) Феномен «арабской весны» 2011-2016 гг.: причины, развитие, перспективы. Тунис, Египет, Ливия, Сирия, Алжир. М.: Ленанд.

Долгов Б.В. (2018) Исламистское движение в Алжире и Тунисе: 19702017 гг. М.: URSS.

Кузнецов В.А.

Конфликты и войны XXI века. Ближний Восток и Северная Африка. М.: ИВ РАН. С. 102 -129.

Ланда Р.Г. (2014) Трагический финал «арабской политической весны» // Россия и мусульманский мир. № 5. С. 124142.

Сапронова М.А. (2016) Роль Абдель Азиза Бутефлики в урегулировании внутриалжирского конфликта // Вестник Рос. ун-та дружбы народов. Серия: Междунар. отношения. Т. 16. № 3. С. 567-577.

Salah Hadji (2014) Au Rythme d'une Revolution, Tunisie: Maison Perspectives.

Sami Aoun (2013) Le Printemps Arabe: Mirage ou Virage? Tunisie: Mediaspaul.

The Africa Investment Report 2016 (2016), London: The Financial Times / / https://www. camara. es/sites/default/ files/publicaciones/the-africa-invest-ment-report-2016.pdf, дата обращения 12.10.2018.

Watanabe L. (2017) Islamic State in North Africa: Still There, Struggling to Expand // Middle East Policy, vol. 24, no 2, pp. 137-147.

National Peculiarities

Algeria: a Regional Leader or a Potentially Unstable State?

Aleksey M. VASILIEV

Academician, Professor, Honorary President, Institute for African Studies Russian Academy of Sciences; Head of Department of African and Arabic Studies, Peoples Friendship University of Russia (RUDN University). Address: 30/1, Spiridonovka St., Moscow, 123001, Russian Federation. E-mail: ns_inafr@mail.ru

Natalia A. ZHERLITSINA

PhD in History, Senior Researcher, Institute for African Studies Russian Academy of Sciences; Assistant Professor, Peoples Friendship University of Russia (RUDN University). Address: 30/1, Spiridonovka St., Moscow, 123001, Russian Federation. E-mail: ns_inafr@mail.ru

CITATION: Vasiliev A.M., Zherlitsina N.A. (2018) Algeria: a Regional Leader or a Potentially Unstable State? Outlines of Global Transformations: Politics, Economics, Law, vol. 11, no 5, pp. 74-85 (in Russian). DOI: 10.23932/2542-0240-2018-11-5-74-85

ABSTRACT. The article analyzes the opportunities and threats facing the People's Democratic Republic of Algeria at the moment. Algeria has the potential to become a regional leader in one of the most strategically important regions of the world in a number of parameters. These are natural and human resources, stable economic and diplomatic ties with the Arab world, Europe and America. Both the major powers and the neighbours in the region have placed their hopes in Algeria as a key partner in the efforts to ensure security and combat terrorism. The Algerian authorities seek to present their country as a strong regional leader, free from the internal divisions and extremism that have plagued other Arab States. However, in reality the situation is more complicated, Algeria is a potentially unstable state. At the moment, Algeria is in a difficult situation, given both the internal situation and the danger posed from the outside. The main reason for the political and economic uncertainty

in the country is the expectations and fears associated with the upcoming change of power, the presidential elections are scheduled for spring 2019. Algeria's socio-economic sphere was another vulnerable place that could, in case of unfavourable developments, create instability. The Berber issue, which threatens the unity of the country, is one of the long-standing major problems of the Algeria. The confrontation between Algeria and Morocco on the Western Sahara issue has led to keep on the zone of instability in the region and has contributed to the terrorist threats. Over the past decade, Algeria has had to pay increasing attention and resources to regional security issues. In this area, Algeria has demonstrated its commitment to peaceful diplomacy, non-interference in the internal affairs of other states and rejection of any external role of its armed forces. This position has brought the Republic international recognition as a regional leader and a reliable partner in the fight against terrorism.

KEY WORDS: Algeria, regional leadership, threat of instability, terrorism, socioeconomic difficulties, Berber question

References

Balmasov S.S. (2017) Alzhirskie berberi: vlasti usilivayut ugnetenie po natsional'nomu priznaku [Algerian Berbers: the Authorities Increase the Oppression on a National Basis]. Institut Blizhne-go Vostoka, August 20, 2017. Available at: http://www.iimes.ru/?p=37177, accessed 12.10.2018.

Dolgov B.V. (2017) Fenomen «arabskoj vesny» 2011-2016: prichiny, razvitie, pers-pektivy. Tunis, Egipet, Liviya, Siriya, Alzhir [The Phenomenon of the "Arab Spring" 2011-2016: Causes, Development, Prospects. Tunisia, Egypt, Libya, Syria, Algeria], Moscow: Lenand.

Dolgov B.V. (2018) Islamistskoe dvizhe-nie v Alzhire i Tunise: 1970-2017 [Islamist Movement in Algeria and Tunis: 19702017], Moscow: URSS.

Kuznetsov V.A. (2015) Bezopas-nost' gosudaratv Severnoj Afriki v uslovi-yakh politicheskoj transformatsii [Security of the North African States in the Context of Political Transformation]. Konflik-

ty i vojni XXI veka. Blizhnij Vostok i Sever-naya Afrika [Conflicts and Wars of the XXI Century. Middle East and North Africa] (eds. Naumkin V.V., Malysheva D.B.), Moscow: IV RAN, pp. 102-129.

Landa R.G. (2014) Tragicheskij final «arabskoj politicheskoj vesny» [Tragic Finale of the "Arab Political Spring"]. Rossi-ya i musulmanskij mir, no 5, pp. 124-142.

Salah Hadji (2014) Au Rythme d'une Revolution, Tunisie: Maison Perspectives.

Sami Aoun (2013) Le Printemps Arabe: Mirage ou Virage? Tunisie: Mediaspaul.

Sapronova M. A. (2016) Rol' Abdel Azi-za Butefliki v uregulirovanii vnutrialzhir-skogo konflikta [The Role of Abdel Aziz Bouteflika in the Settlement of the In-tra-Algerian Conflict]. Vestnik Rossijsk-ogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Mezhdunorodnye otnosheniya, vol. 16, no 3, pp. 567-577.

The Africa Investment Report 2016 (2016), London: The Financial Times. Available at: https://www.camara.es/ sites/default/files/publicaciones/the-afri-ca-investment-report-2016.pdf, accessed 12.10.2018.

Watanabe L. (2017) Islamic State in North Africa: Still There, Struggling to Expand. Middle East Policy, vol. 24, no 2, pp. 137-147.