Окказионализмы и языковая игра в словообразовании

УДК 801.54: 803.0

Симутова Ольга Петровна аспирант г. Оренбург Simutova Olga Petrowna

Post-Graduate Orenburg

Окказионализмы и языковая игра в словообразовании Occasional Words and Language Game in the Word-Formation

Настоящая статья представляет собой исследование окказионального словообразования и определение его связи с языковой игрой. В данной статье выявляются способы окказионального словообразования, которые представляют специфические возможности для игры в языке. Автор рассматривает языковую игру на примерах публицистических СМИ немецкого языка.

The given article represents the research of occasional word-formation and determination of its connections with language game. In this article different ways of occasional word-formation are revealed, which represent the specific opportunities for a game in the language. The author considers the language game using examples of public mass media in the German language.

Ключевые слова: окказионализмы, неологизмы, языковая игра, словообразование, норма, словосложение, контаминация.

Key words: occasional words, new words, language game, word-formation, the norm, stem-composition, contamination.

Окказиональное словообразование вызывает неизменный интерес у исследователей, так как значение окказиональных конструкций как стилистико-изобразительного средства в языке современной художественной и публицистической литературы постоянно растёт. В ряде случаев создание окказиональных слов имеет значительно более широкую область приложения, чем процесс общей номинации: этот процесс затрагивает опрощение и переразложение, рациональное и иррациональное в языке, общий статус слова как языковой единицы, Вестник ЧГПУ 10'2008 212

семантику и стилистику. В принципе окказиональное словообразование участвует самым непосредственным образом в создании объёмных классов слов, объединённых по формально-структурным и семантическим признакам. Поэтому окказионализмы представляются значительными не только в структурном отношении и поверхностно-образном смысле, но и в экспрессивно-эмоциональном и глубинно-эстетическом планах. Кроме того, за многими окказионализмами языка, за кажущимся «жонглированием словом» стоят стилистические приёмы, определяющие всю картину литературного процесса, за каждым окказиональным словом имеются образные потенции его эстетической семантики [1, с. 81-82].

Часто все новые слова, в том числе и окказионального характера, обозначаются термином «неологизм». Это распространяется и на материальные, и на семантические неологизмы. Даже новые слова терминологического характера иногда причисляются к окказионализмам [12, с. 24]. Как пишет В. Д. Девкин, в речи формируются новые слова - окказионализмы, создание которых происходит по существующим моделям достаточно уместно и искусно, «новизна таких ситуативных одномоментных слов мало замечается» [4, с. 185]. Окказиональные новообразования находятся, по образному выражению немецких лингвистов Х. Ортнера и Л. Ортнера, у «порога словарного здания языка» (auf der Eintrittsschwelle in das Wortschatzgebäude einer Sprache) [18, с. 166], и процесс превращения окказионального слова в узуальную лексическую единицу не имеет стандартной продолжительности и варьируется в самых различных временных пределах в зависимости от множества обстоятельств. Среди основных условий, необходимых для узуализации новообразований, называются: широкая известность, релевантность денотата для языковой общности, имеющиеся лакуны в словаре языка, логичность или нелогичность сочетания непосредственно составляющих, соответствие норме и системе внутрисинтагматических отношений, независимость от контекста и т. д. [18, с. 166].

В лингвистике вопросам окказиональности как особой теме стали уделять внимание сравнительно недавно, очевидно, в силу аномальности, противоречивости этого явления, хотя различные авторские новообразования всегда привле-

кали внимание исследователей. В настоящее время индивидуальное авторское словообразование, а также различные новообразования в разговорной и детской речи привлекают исследователей по разным причинам. Особенно отчетливо это проявляется в работах, посвященных проблематике разговорной речи. В одной из последних работ Е. А. Земской «Словообразование как деятельность» окказиональному словообразованию уделено достаточно внимания, но опять-таки за рамками теории словообразования. Окказионализмы так и остаются чем-то инородным, аномальным, выпадающим из системы. Противопоставление потенциальных и окказиональных слов и здесь достаточно четко прослеживается. Слова потенциальные создаются по наиболее продуктивным типам, заполняя пустые клетки словообразовательных парадигм, т. е. они реализуют действие законов словообразования. Окказиональные слова противостоят обычным (узуальным) словам. Окказионализмы - нарушители законов (правил) общеязыкового словообразования. Окказионализмы характеризуют совершенно особый аспект изучения языка - творческий, индивидуальный, эстетический: они реализуют индивидуальную творческую компетенцию говорящего, будь то поэт, ребёнок или обычный человек. Они ориентированы не на правила, общие для всех носителей языка, но на способности индивидуума использовать возможности, заложенные в системе языка. Окказионализмы показывают, на что способен язык при порождении новых слов, каковы его творческие потенции, глубинные силы. Ведь любой самый индивидуальный окказионализм должен быть понят другими [5, с. 180].

Окказиональные слова рассматриваются А. Г. Лыковым как потенциально возможные реализации системы языка. «Окказионализм представляет собой речевую реализацию нереализованных языком возможностей, заложенных в самой его системе. Вследствие этого окказиональное словообразование - при всей своей специфичности - является частью общего словообразования и выделяется внутри него» [7, с. 53].

Попытки упорядочить способы окказионального словообразования были сделаны А. Г. Лыковым, Н. А. Янко-Триницкой, Е. А. Земской, И. С. Улухано-

вым и др. В последнее время классификации способов неузуального словообразования активно разрабатываются. Попытка объединить кодифицированные и неузуальные (окказионализмы и неологизмы) способы словообразования проделана в работе И. С. Улуханова «Единицы словообразовательной системы русского языка и их лексическая реализация» [9], где неузуальные способы словообразования рассматриваются не только как потенциально увеличивающие количество словообразовательных средств (появление новых аффиксов, новых комбинаций аффиксов и их значений), но и расширяющие, практически бесконечно, границы словообразовательной системы в целом.

В работе В. П. Изотова, В. В. Панюшкина «Неузуальные способы словообразования» [6] представлена терминологически разработанная классификация способов окказионального словообразования, которая включает наряду с уже существующими или описанными способами такой способ, как «гипотетическое словообразование», подразумевающий изучение того, что только обнаруживает тенденцию к возникновению. Интересным также нам представляется мнение О. Г. Ревзиной об окказиональном словообразовании: «Высказаны противоположные точки зрения и очертился объем ментального пространства, в котором мыслят об окказионализмах в рамках лингвистики и лингвистической поэтики. Этот объем узок для окказионализма, их осмысление требует расширенного круга вопросов, которые могут быть к ним поставлены, равно как и подхода в рамках современной научной парадигмы, видящей в языке знаковую систему, но и убежденных в том, что «сущность языка лежит по ту сторону замкнутых в себе знаков». Семантика свободы, которую мы приписываем окказионализмам, как раз и открывается при полагании научным объектом триединства человека, языка и мира» [8, с. 307].

Окказиональные слова, которые становятся ключевыми при определении смысла изложения, известный лингвист М. Эпштейн выделяет в отдельный жанр - «ОДНОСЛОВИЕ - искусство одного слова, заключающего в себе новую идею или картину. Тем самым достигается наибольшая... конденсация образа: максимум смысла в минимуме языкового материала» [10, с. 204]. Он рассма-

тривает слово как маленькое произведение, которое благодаря своему врожденному свойству метафоричности способно заключать в себе целый образ, целую мысль.

Размытость стилистических границ, отсутствие строгой стилистической дифференциации на уровне словообразования, нестабильность нормы вообще делают затруднительным четкое разграничение продуктивных и непродуктивных способов словообразования, потенциальных и окказиональных слов и особенно отчетливо это проявляется сейчас не только в разговорной речи, имеющей свои отличительные черты, но и в художественных и публицистических текстах.

С возросшей активностью личностного начала, влиянием отдельных личностей (или речевой манеры отдельной личности) на широкие слои носителей языка при помощи средств массовой коммуникации четкие разграничения нормативности / ненормативности, употребительности / неупотребительности смещаются от центра к периферии и наоборот. Это связано и с такими характеристиками окказиональных образований, как индивидуальная принадлежность и функциональная одноразовость. «Окказиональное слово, подобно любой ранее усвоенной лексической единице, может в любой момент быть использованным носителем языка в речи» [6, с. 7]. Окказионализмы, возникшие в спонтанной речи говорящего и попавшие в обиход, начинают активно включаться в текст. Подчас это становится приёмом в языковой игре [2, с. 73].

Языковая игра чаще всего строится на нарушении нормы, результатом которой являются окказиональные слова («Okkasionalismen», «okkasionelle Bildungen»). В словообразовании окказиональные образования, удовлетворив разовую потребность, исчезают или, отвечая «нуждам» широкого слоя носителей языка, закрепляются в языке, утрачивая свойство новизны и необычности. Большая часть окказионализмов возникает и употребляется спонтанно [17, с. 51].

Языковые игры могут отличаться абсолютной новизной и относиться к классу неологизмов. Однако многие окказиональные композиты, после того, как они выполнят коммуникативную функцию, чаще забываются и затем никог-

да больше не появляются, не используются «слова-однодневки» (Eintagsfliegen) [3, с. 125]. М. Блумфильд и Л. Ньюмарк [11, с. 329] высказали по этому поводу следующее мнение: «Некоторые слова создаются для особых случаев или при особых обстоятельствах и никогда снова не используются - в общем даже не попадают в словари». Функциональная «одноразовость» (Einmaligkeit) состоит в объективной новизне окказионализмов, в их отсутствии в лексико-семантической системе языка. Субъективное восприятие новизны сопровождается неизвестностью и пассивным характером в употреблении. Окказиональные образования, которые появляются в публицистике и прессе, могут оставаться новыми вечно.

Большинство окказиональных образований связаны с контекстом или с ситуацией, в которой они появились. Как правило, эти спонтанные слова чаще всего встречаются в газетной, разговорной речи или в рекламе [15, с. 99]. Б. Науманн считает, что «... окказиональные образования тесно связаны с текстом. Если на них должно быть направлено внимание участника разговора, то они не должны появляться как изолированные образования, а только в контексте» [16, с. 48]. Г. Герингер полагает, что смысл многих сложных слов можно понять только благодаря связи с контекстом. Если вне контекста такую связь слов можно отклонить или рассматривать как невозможную, то в контексте это исключено [13, с. 10]. При многообразии значений слова, подходящее можно найти только благодаря контексту и только тогда правильно его интерпретировать. В противном случае мы просто можем не понять значения языковой игры [14, с. 37]. Убедимся в этом на следующих примерах: «Am schlimmsten ist die Lage in den ländischen Regionen. Dort hat man die «Bildungsflasche» keinen Hals - schon der Besuch der Grundschule ist für die Mädchen nicht selbstverständlich» [22]. Окказионализм «Bildungsflasche» состоит из слов «образование» и «бутылка». Познакомившись с контекстом, мы понимаем, что автор образно хотел нам показать количество мальчиков и девочек, которые посещают школу в африканском государстве. Или «Nehmen Sie die Kopftuchdiskussion...» [23]. В композите «Kopftuchdiskussion» вне контекста также не совсем понятна связь между словами «платок на голову»

и «дискуссия». Например, можно подумать о том, что речь идёт том, чтобы повязать влажный платок, в случае если болит голова или же беседа идёт о разновидностях головных уборов в летний период времени и т. д. Однако автор заголовка проявил свои творческие способности и тем самым заинтересовал читателя в прочтении статьи, в которой велась беседа об обычае в Исламе ходить с покрытой головой и как этот обычай соблюдается современной молодёжью.

Обращает на себя внимание группа слов, у которых в составе композита наблюдается комбинация имени собственного с нарицательным и наоборот. Обыгрывание соотношения имён собственных и нарицательных в аспекте словообразования встречается исключительно часто. Как в разговорной речи, так и в публицистике нередки образования от имён собственных, чаще всего - от антропонимов (фамилий, личных имён). Например: «Merkelsteuer - das wird teuer» [19]. «Jetzt kommen zwei Prozent Merkelsteuer und ein Prozent Müntesteuer noch obendrauf» [23]. В обоих фразах ощущается тонкий намёк с критикой на предвыборную кампанию А. Меркель, которая заключается в том, что она собирается увеличить налоги на добавочную стоимость, и это, несомненно, отразиться на уровне проживания в Германии. В следующем контексте обыгрываются фамилия премьер-министра Р. Коха и его кулинарные способности (kochen - готовить). «Es ist Dienstabend, die «Koch-Tour» gastiert bei einem CDU-Fest .... Zwei Sätze später landen PDS, SED, Oskar Lafontaine und «die etwas angegrauten DKP-Altlinken aus Marburg und Südhessen» in einem Koch-Topf: «Das sind die, die Mitverantwortung tragen für Mauerbau und Schießbefehl», schimpft er» [24].

Многочисленны иронические и полуиронические словообразовательные конструкции, существенно различные по структуре и контекстуальным функциям, а также яркие окказионализмы, основанные на контаминации двух различных основ. Контаминация используется для того, чтобы в сжатой форме выразить многоаспектность окружающей нас действительности, объективную или субъективную. Ср.: «Das die Kunden wieder zu Schokoholiks [Schokolade+Alkoholics] mutieren, kann dabei nicht nur an der erfolgreichen Marketing-maschine der Branche liegen» [24] (автор иронизирует по поводу чрезмерного потребления шоколада

некоторыми людьми, которые стали зависимыми настолько от шоколада, что превратились в «шокоголиков», не представляющих свою жизнь без шоколада).

Довольно часто контаминированную лексику можно встретить в молодёжном сленге. Молодёжный сленг - это зеркало современной социальной жизни России. Жизни настоящей, но связанной с прошлым и проецирующей своё влияние на будущее. Например: «Schalt deinen Muckomat [Mucke - музыка (берл.) + Automat] ab und stell die Horchklappen auf!» или «Machst du jetzt auch auf Profi-Provokalo? [provanos + radikalo]» (о человеке, который постоянно всех провоцирует) [20].

Постоянные поиски новых выразительно-изобразительных средств находят выражение в разнообразии способов и приёмов словообразовательной игры. Так, новой разновидностью словообразовательной игры, получившей широкое распространение в языке СМИ и рекламы, является игра с заглавными прописными буквами, что, безусловно, демонстрирует одно из проявлений языкового вкуса эпохи. Данный приём делает текст (слово) броским, привлекающим внимание читателя (ModeraTOR, Lieber ein Glas GORBATSCHOV als einen Topf voller KOHLsuppe, KRENZlos, SCHALCKhaft).

Словосложение вместе с языковой игрой создаёт с одной стороны, семантически ёмкие, с другой - диффузные, экспрессивные «образы-картины», а также комические и шутливые эффекты, при этом на передний план выдвигается внешняя форма - необычная формальная структура неологизмов. Формальным средством может служить разделение дефисом: «Maiskolben-Turm» für St.Petersburg [21] (автор с сарказмом и бурей негативных эмоций рассказывает о здании газпрома, которое планируется построить в виде «початка кукурузы» в Санкт-Петербурге по Лондонскому проекту). Авторы нередко прибегают к использованию метафор с целью придать выражению большую экспрессивность, как, например, в статьях о последствиях приватизации и о тестах по допинг-котролю. «Aus der Abteilung Elektro- und Schaltanlagen des Fritz-Heckert-Kombinats hervorgegangen, war ein Teil der Belegschaft „das ständige Hin- und Hergeschubse" leid, als der Privatisierungsslalom im Konkurs geendet hatte» (Die

Zeit, № 21, 2003). «Dabei beleuchtet die 50 prozentige Trefferquote des Kölner Instituts nur die Oberfläche des Hormonsumpfes in der Bodybuilding-Szene» [25].

Таким образом, наиболее распространёнными способами окказионального словообразования, которые вызывают игру в языке публицистики, являются: словосложение, обыгрывание имён собственных и имён нарицательных, контаминация. Словосложение в современном немецком языке является чрезвычайно активным и продуктивным способом для языковой игры. Средства и модели словосложения превалируют над другими способами окказионального словообразования, так как содержание любого атрибутивного или предложного словосочетания может передаваться соответствующим композитом. В немецком словосложении доминирует синтаксическая направленность. Синтаксич-ность словообразовательной конструкции в случае её индивидуально-речевого использования усиливается, так как в композите имеет место «динамика» соотнесения лексем друг с другом.

Библиографический список

1. Гатауллин, Р. Г. К вопросу об окказионализме и его идентифицирующих признаках // Сборник статей к 65-летию профессора Р. З. Мурясова. Семантика разноуровневых единиц в языках различного строя [Текст] / Р. Г. Гатауллин. - Уфа : РИО БашГУ, 2005, - С. 81-97.

2. Гловинская, М. Я. Активные процессы в грамматике (на материале инноваций и массовых языковых ошибок) // Русский язык конца ХХ столетия (1985-1995) [Текст] / М. Я. Гловинская. - М. : Айрис-пресс, 1996.

- С. 237-304.

3. Гридина, Т. А. Языковая игра : стереотип и творчество [Текст] / Т. А. Гридина. - Екатеринбург : Урал ГПИ, 1996. - 215 с.

4. Девкин, В. Д. Немецкая разговорная речь. Синтаксис и лексика [Текст] / В. Д. Девкин. - М. : Наука, 1979. - 234 с.

5. Земская, Е. А. Словообразование как деятельность [Текст] / Е. А. Земская. - М. : Наука, 1992. - 221 с.

6. Изотов, В. П., Панюшкин, В. В. Неузуальные способы словообразования. Конспекты лекций к спецкурсу [Текст] / В. П. Изотов, В. В. Панюшкин.

- Орел : ОГИ, 1997 - 127 с.

7. Лыков, А. Г. Современная русская лексикология (русское окказиональное слово) [Текст] / А. Г. Лыков. - М. : Наука 1976. - 354 с.

8. Ревзина, О. Г. Поэтика окказионального слова [Текст] / О. Г. Ревзина. -М. : Астрель, 1996. - 307 с.

9. Улуханов, И. С. Единицы словообразовательной системы русского языка и их лексическая реализация [Текст] / И. С. Улуханов. - М. : УРСС, 1996. - 256 с.

10. Эпштейн, М. Слово как произведение : о жанре однословия [Текст] / М. Эпштейн. - М. : Новый мир, 2000. № 9. - С. 204.

11. Bloomfield, M. W. / Newmark L. A Linguistic Introduction to the History of English [Text] / M. W. Bloomfield, L. A. Newmark. - New-York, 1967. - 698 p.

12. Fleischer, W., Barz, I. Wortbildung der deutschen Gegenwartssprache [Text] / W. Fleischer, I. Barz. - Tübingen : Max Niemeyer Verlag, 1995. - 382 S.

13. Heringer, H. J. «Wortbildung : Sinn aus dem Haus» [Text] / H. J. Heringer. -Berlin : Deutsche Sprache. - 1984. - 235 S.

14. Hohenhaus, P. Ad-hoc-Wortbildung. Terminologie, Typologie und Theorie kreativer Wortbildung im Englischen [Text] / P. Hohenhaus. - Frankfurt am Main : Peter Lang Europäischer Verlag der Wissenschaften, 1996. - 505 S.

15. Kessel, K. Reimann, S. Basiswissen. Deutsche Gegenwartssprache [Text] / K. Kessel, S. Reimann. - Tübingen : Narr Francke Attempto Verlag, 2005. - 276 S.

16. Naumann, B. Einführung in die Wortbildungslehre des Deutschen [Text] / B. Naumann. - Tübingen : Günter Narr Verlag, 1986. - 348 S.

17. Olsen, S. Wortbildung im Deutschen. Eine Einfuhrung in die Theorie der Wortstruktur [Text] / S. Olsen. - Stuttgart : Metzler Verlag, 1986. - 251 S.

18. Ortner, H., Ortner, L. Zur Theorie und Praxis der Kompositaforschung [Text] / H. Ortner, L. Ortner. - Tübingen : Gunter Narr Verlag, 1984. - 248 S.

19. «Focus», 2005, № 35.

20. «Komma», 2007, № 5.

21. «Moskauer Deutsche Zeitung», 2006, № 24.

22. «Rundschau», 2006, № 45.

23. «Der Spiegel», 2005, № 52.

24. «Der Spiegel», 2007, № 34.

25. «Die Zeit», 2003, № 21.

Bibliography

1. Gataullin, R. G. On the question of Occasional Word and its Identifying Signs // Collection of Articles to the 65th Anniversary of Professor R. Z. Muryas-ov. Semantics of Different Levels Units in the Languages of Various Structures [Text] / R. G. Gataullin. - Ufa : BSU Publishing House, 2005. - P. 81-97.

2. Glovinskaya, M. Ya. Active Processes in Grammar (on the Basis of Innovations and Mass Language Errors) // The Russian language an the End of XXth Century (1985-1995) [Text] / M. Ya. Glovinskaya. - M. : Iris-press, 1996. - 215 p.

3. Gridina, T. A. The Language Game : Stereotype and Creative Work [Text] / T. A. Gridina. - Ekaterinburg : Ural GPI, 1996. - 215 p.

4. Devkin, V. D. German Spoken Language. Syntax and Lexics [Text] / V. D. Devkin. - M. : Nauka, 1979. - 234 p.

5. Zemskaya, E. A. Word-Formation as an Activity [Text] / E. A. Zemskaya. -M. : Nauka, 1992. - 221 p.

6. Isotov, V. P., Panyushkin, V. V. Unusual Ways of Word-Formation. Lecture Sketches to the Special Course [Text] / W. P. Isotov, V. V. Panushkin - Orel : OSI, 1997 - 127 p.

7. Lykov, A. G. Modern Russian Lexicology (the Russian Occasional Word) [Text] / A. G. Lykov. - M. : Nauka, 1976. - 354 p.

8. Revsina, O. G. The Poetics of Occasional Word. Language as a Creative Work. [Text] / O. G. Revsina. - M. : Astrel, 1996. - 307 p.

9. Ulukhanov, I. C. The Units of word-Formation System in the Russian Language and its Lexical Realization [text] / I. C. Ulukhanov. - M. : URSS, 1996. - 256 p.

10. Epstein, M. Word as a Work : About the Genre of One Word. - New World, 2000. - № 9. - p. 204.

11. Bloomfield, M. W., Newmark, L. A. Linguistic Introduction to the History of English [Text] / M. W. Bloomfield, L. A. Newmark. - New-York, 1967. - 698 p.

12. Fleisher, V., Barz, I. Word-Formation of Modern German Language [Text] / V. Fleisher, I. Barz. - Tyubingen : Max Niemeyer Publishing House, 1995. - 382 p.

13. Heringer, H. J. «Word-Formation: Meaning From Home» [Text] / H. J. Heringer. - Berlin : German Language, 1984. - 235 p.

14. Hohenhaus, P. Special Word-Formation. Terminology, Typology and Theory of Creative Word-Formation in English [Text] / P. Hohenhaus. - Frankfurt / Main : Peter Lang Publishing House, 1996. - 505 p.

15. Kessel, K., Reimann, S. Basisknowledges. Modern German Language [Text] / K. Kessel, S. Reimann. - Tyubingen : Narr Franke Attempto Publishing House, 2005. - 276 p.

16. Naumann, B. Introduction to Word-Formation Science of the German Language [Text] / B. Naumann. - Tyubingen, 1986. - 348 p.

17. Olsen, S. Word-formation in German. Introduction to the Theory of Word Structure [Text] / S. Olsen. - Stuttgart : Metzler Publishing House, 1986. - 251 p.

18. Ortner, H., Ortner, L. To the Theory and Practice of Compound Words Research [Text] / H. Ortner, L. Ortner. - Tyubingen : Gunter Narr Publishing House, 1984. - 248 p.

19. «Focus», 2005, № 35.

20. «Komma», 2007, № 5.

21. «Moscow German Newspaper», 2006, № 24.

22. «Review», 2006, № 45.

23. «Mirror», 2005, № 52.

24. «Mirror», 2007, № 34.

25. «Time», 2003, № 21.