Особенности распределения антигенов i и II классов системы HLA у больных себорейным дерматитом

При повторном выделении хламидий рекомендуется

проведение повторных курсов лечения.

Литература:

1. Лаврова Д. Б. Этиология и показатели высокого риска внутриутробного инфицирования плода / Д. Б. Лаврова, Г. А. Сам-сыгина, А. В. Михайлов // Педиатрия. — 1997. — № 3. — С. 94—99.

2. Самсыгина Г. А. Роль хламидийной инфекции при внутриутробном инфицировании плода / Г. А. Самсыгина, А. М. Бе-карова // Мат. конгр. «Современные технологии в педиатрии и детской хирургии». — М., 2002. — С. 194.

3. Евсюкова И. И. Актуальные проблемы диагностики и лечения внутриутробной хламидийной инфекции / И. И. Евсюкова, Л. И. Королева // Педиатрия. 2003. — № 2. — С. 82—87.

4. Савичева М. А., Башмакова М. А. Урогенитальный хлами-диоз у женщин и его последствия / Под ред. Э. К. Айлама-зяна. — СПб., 1998.

5. Генитальный хламидиоз: исходы беременности и проявление инфекции у доношенных новорожденных / М. А. Баш-макова и др. // Актуальные микробиологические и клинические проблемы хламидийных инфекций: Сб. научн. ст. — М., 1990. — С. 52—55.

6. Евсюкова И. И. Хламидийная инфекция у новорожденных детей: диагностика и лечение // Вопр. совр. педиатрии. — 2003. — Т. 2, № 3. — С. 88—91.

7. Клинические особенности течения хламидийной инфекции у детей 1-го года жизни / Н. А. Петроченкова и др. // Росс. педиатрич. журнал. — 2001. — № 3. — С. 49—50.

8. Чеботарев В. В. Урогенитальный хламидиоз: современные проблемы диагностики, патогенеза, лечения // Дерматология и косметология. — 1997. — № 2. — С. 5—16.

9. Хламидийная инфекция у новорожденных детей / Е. Н. фомичева, Г. М. Кожевникова, В. И. Минаев, В. Е. Маликов // Клинический вестник. — 1997 — № 2. — С. 34—43.

10. Иммунологическая характеристика внутриутробного хла-мидиоза и микоплазмоза / Г. А. Самыгина, И. Б. Лев-шин, Н. В. Непокульчицкая, Т. М. Бородина // Вопр. терапии и иммунореабилитации. — 1997. — № 6. — С. 123—127.

11. Савенкова М. С. Клиника, диагностика и лечение респираторного хламидиоза у детей: Автореф. дисс. ... д м.н. — М., 2004. — 46 с.

12. Савенкова М. С. Хламидийно-микоплазменная инфекция в практике педиатра // Педиатрия. Consilium medicum. — 2005. — Приложение № 1. — С. 10—18.

13. Раковская И. В. Микоплазмы и микоплазмозы человека: Руководство для врачей. — М., 1999. — 51 с.

14. федеральное руководство для врачей по использованию лекарственных средств (формулярная система) / Под ред. А. Г. Чучалина, Ю. Б. Белоусова, А. И. Вялкова. — Выпуск VII. — М., 2006. — 948 с.

Особенности распределения антигенов I и II классов системы HLA у больных себорейным дерматитом

И. В. Полеско

ГОУ ВПО РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ, МОСКВА

Анализ HLA-антигенов I и II классов у больных себорейным дерматитом (СД) позволяет предполагать существование генетической детерминированности в формировании СД, а к числу вероятных маркеров заболевания можно отнести антигены I класса А10 и А23.

Ключевые слова: себорейный дерматит, HLA-антигены

Peculiarities of Distribution of Antigens Belonging to System HLA Classes I and II Patients Suffering from Seborrheic Dermatitis

Polesko i. v.

Russian State Medical University, Moscow

The data obtained from the analysis of the antigens belonging among the system HLA classes I and II seborrheic dermatitis found in examined patients stricken with this disease give ground to reckon that there exist some mechanisms governing the initiation of seborrheic dermatitis. Antigens I classified among the A10 and A23 family could be reckoned in the group of probable disease markers. Key words: seborrheic dermatitis, HLA-antigens

Накопленные к настоящему времени данные клинических наблюдений и результаты современных методов исследования дают основания предполагать о существенном значении генетических факторов при развитии кожных дерматозов.

Вместе с тем справедливо отметить, что долгое время в нашей стране генетические исследования были ограничены, и, соответственно, изучение влияния роли наследственности в патогенезе заболеваний не являлось первостепенной задачей, тогда как за рубежом исследования проводились уже в полном объеме.

Убедительные данные о важной роли генетических влияний в формировании таких заболеваний как псориаз, себорея, акне, полученные исследователями Западной Европы и США в 30—50-е годы, не могли остаться незамеченными в нашей стране. И с начала второй половины 20-го века появляются работы отечественных авторов, посвященному этому вопросу.

Детальный анализ частоты встречаемости псориаза близнецовым методом показал более высокую распространенность и конкордантность (сходство) монозиготных близнецов по сравнению с дизиготными. Как известно, генетический фон монозиготных (однояйцо-

вых) близнецов совпадает на 100%, а дизиготных на 50%. Партнеры монозиготной пары имеют абсолютно идентичные генотипы и различия каких-либо физиологических параметров у них определяются только условиями внешней среды. Различия фенотипов разнояйцо-вых близнецов обусловлены как средовыми, так и наследственными факторами. Суть данного метода заключается в сравнении внутрипарного сходства в группах монозиготных и дизиготных пар, что позволяет с помощью специальных формул вычислить соотносительную роль генетических и средовых факторов в развитии оцениваемого явления. Многочисленными исследованиями было показано, что конкордантность монозиготных близнецов выше в 3—4 раза, по сравнению с дизиготными [1, 2].

В работах Г. Р. Балявичене (1969) по изучению частоты псориаза в различных группах обследуемых лиц (родители, братья и сестры, дети пробандов) была установлена следующая закономерность частоты встречаемости среди родственников пробандов 1 степени родства: среди родителей — 13%, сибсов — 10%, детей — 8,9%.

Жалобы на избыточную сальность волосистой части головы, шелушение, эритематозные пятна и воспаление часто наблюдается как семейная особенность. Как правило, хотя бы один из членов семьи имеет подобные клинические признаки. В 70 годы W. Gerter (1972) признавая большое значение наследственных влияний в этиологии псориаза пришел к выводу о возможности нерегулярно доминатного наследования и о большей частоте встречаемости у лиц группы крови В.

При себорейной экземе по данным Н. Nier-mann (1964) разница в конкордантности у монозиготных и дизиготных близнецах составила 59 и 31,6% соответственно. А при угревой сыпи согласно Е. А. Корнеевой (1991) конкордантность наблюдалась в 83,3 и 33,3% случаев.

Последние десятилетия прошлого века ознаменовались бурным всплеском интереса к поиску генетической составляющей многих заболеваний. Активное развитие биологии и генетики послужило важнейшему достижению биологии и медицины 20 века — открытию главного комплекса гистосовместимости (Major histocompatibility complex).

Исследование главного комплекса стало одним из приоритентных направлений в иммуногенетике. Это объясняется широким набором функций, присущих системе HLA: от обеспечения взаимодействий между всеми ядросодержащими клетками организма до регуляции репродуктивной функции, а также предоставление гарантий генетического ответа на тот или иной агент [3].

Достоверно установлена связь HLA-комплекса человека (Human leukocyte antigens) с различными заболеваниями. В настоящее время насчитывается более 40 HLA-ассоциированных болезней, в том числе аутоиммунны, инфекционные и злокачественные заболевания [4—8].

При анализе результатов HLA-типирования больных с различными заболеваниями обнаружено, что опре-

деленные ША-антигены ассоциируются с некоторыми патологическими процессами и что такая ассоциация это не простое совпадение. Эти данные послужили новым клиническим направлениям в изучении биологической роли Н1_А-антигенов. ША-гены располагаются в 6 хромосоме и сконцентрированы в 7 областях (локусах): Н1.А-А, имеющей 23 аллеля, или варианта, НЬА-В — 49, Н1.А-С — 8 и Н1_А-0.

Среди областей выделяют три класса. Н1_А-антиге-ны I класса экспрессированы на всех ядросодержащих клетках организма, Т-лимфоцитах и играют ключевую роль в распознавании «своего» антигена. Антигены

I класса являются продуктами локусов НЬА-А, В, С и представляют собой мембранные гликопротеины. Во

II класс входят гены иммунного ответа, регулирующие его силу.

Н1_А-антигены II класса (продукты локусов, входящих в Н1_А-0 регион) представлены на макрофагах, В-лимфоцитах, дендритных клетках и клетках Лангер-ганса, активированных Т-лимфоцитах. Н1_А-антигены II класса, кроме важнейшей функции в межклеточном взаимодействии иммуноцитов, очень существенны в презентации антигенов. Молекулы антигенов II класса представляют собой интегральные мембранные сиалог-ликопротеиды. Регуляторами транскрипции Н1_А-антиге-нов I и II классов являются альфа, бета и гамма-интер-фероны.

Третий класс генов контролирует синтез С2, В!1, С4 компонентов комплемента и экспрессию С3-ре-цептора на В-клетках.

Характер склонности к какому-либо патологическому процессу человека может быть первичным, когда ген предрасположенности к заболеванию одновременно служит Н1_А-антигеном, вторичным, при котором имеет место ассоциация между геном предрасположенности и Н1_А-ангигеном, и третий вариант, когда Н1_А-антиген маркер ассоциирован или находится в неравновесном сцеплении с антигеном, в свою очередь ассоциированным с геном предрасположенности (Р. М. Хаитов и др., 1991).

Несмотря на то, что точный механизм, лежащий в основе Н1_А-ассоциированных болезней полностью не раскрыт, факт наличия генетической предрасположенности при различных патологических состояниях является определяющим в возникновении, прогрессирова-нии и характере исхода ряда заболеваний.

Частота встречаемости Н1_А-антигенов зависит от этнической принадлежности и географической зональности. Знание особенностей распределения антигенов гистосовместимости, характерных для представителей различных этнических групп, необходимы для изучения ассоциативных связей антигенов НЬА комплекса с заболеваниями.

В литературе имеются сообщения об ассоциации некоторых кожных заболеваний с Н1_А-антигенами. Так, исследования корейских ученых, обследовавших 53 пациента с тяжелыми клиническими проявлениями ато-пического дерматита, выявили ассоциацию с Н1.А-А24, А33 и В44-аллелями [9]. В других исследованиях японские генетики определили положительную ассоци-

Таблица 1. Распределение HLA-антигенов I класса у пациентов с себорейным дерматитом

HLA-антиген Частота антигена

A1 41,7 23,4

A2 54,2 49,3

A3 20,8 24,0

A9 37,5 22,0

A10 37,5* 18,0*

A23 25,0** 4,0**

A24 12,5 18,0

A25 20,8 7,3

A26 12,5 10,0

A34 4,2 2,7

B5 20,8 15,3

B7 29,2 21,3

В8 8,3 13,3

В12 20,8 16,0

В13 12,5 10,0

В14 8,3 6,7

В15 25,0 120

В16 16,7 8,7

В17 8,3 8,0

В21 25,0 5,3

В22 8,3 47

В38 16,7 4,7

В44 12,5 147

В45 8,3 13

В49 12,5 33

В50 12,5 2,0

В51 16,7 12,0

В52 42 3,3

В55 4,2 2,7

В56 4,2 13

В58 8,3 47

В62 20,8 9,3

В63 4,2 13

В64 8,3 4,7

* — RR — 2,7 ** — RR — 8,0

ацию аллелей HLA-A24 у больных с атопическими состояниями [10, 11]. V. Stephan и соавт. (1996) продемонстрировали достоверное повышение частоты встречаемости антигенов DRB1 03, DRB1 11, DPB1 02/ 04 у детей, страдающих атопической бронхиальной астмой, атопическим дерматитом и ринитом [12].

Генетическая предрасположенность является важным фактором, определяющим возникновение, про-грессирование и характер исхода такого заболевания как псориаз.

Согласно наблюдениям зарубежных авторов, изучение корреляционного анализа о положительной ассоциации псориаза с антигенами субклассов НЬА показало у больных завышенную частоту встречаемости антигенов Н1.А — В13, В17 [13] и О1Р-7 [14]. Результаты других исследований продемонстрировали наличие положительной ассоциации аллелей СW6 при диссе-минированной каплевидной форме и В27 при артропа-тическом псориазе [15, 16].

В последнее время активно изучаются вопросы ассоциации локуса гена на хромосоме 6р21.3 (Р501Р-1), располагающегося в области генов главного комплекса гистосовместимости, что предполагает возможную ассоциативную параллель с НЬА — Сн6 [17] и гапло-типа с молекулой Н1.А Сн6-В57-О1РВ-1 [18].

В отечественной литературе данные по исследованию ассоциаций аллергических состояний и кожных заболеваний с антителами НЬА немногочисленны [19, 20] . В то же время изучение генов системы НЬА и белков, кодируемых этими генами, представляет большой интерес, не только для выявления возможной предрасположенности к развитию того или иного патологического процесса, но и углубляет понимание механизмов развития сложных и разнообразных заболеваний. Эти исследования имеют значение для дифференциальной диагностики и оценки прогноза при болезнях кожи у детей и взрослых.

Целью работы явилось изучение распределения Н1_А-антигенов, генов I и II классов, гаплотипов и параметров гаметной ассоциации аллелей у больных се-борейным дерматитом (СО).

Материалы и методы исследования

Обследовано 24 пациента в возрасте от 17 до 56 лет (8 женщин и 17 мужчин), с длительностью заболевания от 1 года до 20 лет.

Н1_А-фенотип устанавливали в стандартном и удлиненном микролимфоцитотоксическом тестах. Геномную ДНК выделяли из периферической крови методом высаливания по стандартной процедуре [21]. Для типи-рования генов Н1.А класса II (О1РВ1, ООА1, ООВ1) использовали наборы Н1_А-ДНК-Тех (фирма «НПф ДНК-Технология»). Реакцию амплификации проводили на амплификаторе по программам, рекомендованным производителем набора. Детекцию продуктов амплификации проводили при помощи электрофореза в 3% агарозном геле.

Частоты Н1_А-генов, гаплотипов и величины неравномерного сцепления (О) вычисляли по формулам, описанным Р. МаН1и2 и соавт. [22].

Определение ассоциативных связей между антигенами системы НЬА и СД проводили по степени риска (1Р1Р). Величина 1Р1Р показывает, во сколько раз больше имеется риск СД в случае наличия определенного антигена. При 1Р1Р > 2 существует положительная ассоциация признака с заболеванием. При 1Р1Р менее 1 указывает на резистентность к данному патологическому процессу. Достоверность величины О определяли по точному двустороннему тесту фишера для 4-польных таблиц [23].

Таблица 2. Распределение HLA-антигенов II класса у пациентов с себорейным дерматитом

HLA-антиген DRB1 Частота антигена

(9) 5 (103) 25 (303) 10

(11) 15 (102) 35 (301) 40

(1) 25 (101) 25 (501) 25

(4) 30 (201) 20 (201) 35

(7) 20 (501) 40 (401/2) 10

(8) 10 (301) 30 (302)* 15

(13) 30 (401) 10 (503 5

(15) 30 (303) 5

(12) 5 (602) 55

(14) 5 (502/4) 5

(16) 5

(17) 15

Результаты и их обсуждение

В таблицах 1 и 2 представлены результаты исследования частот HLA-антигенов I и II классов и генов у пациентов себорейным дерматитом. В группе контроля (п = 150) использован фактический материал HLA-генетического профиля русской популяции [24, 25].

У пациентов себорейным дерматитом встречаются с различной частотой все исследованные HLA-антиге-ны. В локусе А выявлено — 10 антигенов, в локусе В — 24.

В обеих группах в локусе А с наибольшей частотой обнаруживается HLA-антиген A2 (54,2 и 49,3%). С высокой частотой представлены антигены A1 (41,7 и 23,4%), A3 (20,8 и 24%), A9 (37,5 и 22%) соответственно. Частота менее распространенных антигенов A10 и A23 в двух выборках была различна: в группе контроля она составила 18,0 и 4,0%, у больных СД 37,5 и 25% соответственно.

Степень относительного риска (RR) составила 2,7 и 8,0 по данным антигенам, что свидетельствует о положительной ассоциации признака с заболеванием СД.

В локусе В у пациентов СД и здоровых наиболее распространенными оказались антигены В5 (20,8 и 15,3%), В7 (29,2 и 21,3%), В12 (20,8 и 16%). К редким антигенам, встречающимся в фенотипе менее 3%, относятся В56 и В63.

Изучение связей между антигенами системы HLA-I класса и СД по локусу В корреляций не выявило.

Результаты определения частоты аллелей генов HLA-II класса представлены в таблице 2.

Анализ результатов проведенных исследований показал, что самым распространенным в локусе DRB1 являются антигены DRB1 (4), (13) и (15). В локусе DQA1 с высокой частотой обнаруживаются гаплотипы DQA1 (501) и DQA1 (102). С наибольшей частотой 55% в локусе DQB1 встречается DQB1 (602).

При изучении достоверной связи исследуемых ША-ан-тигенов II класса статистически значимая взаимосвязь аллелей локусов установлена не была.

Таким образом, проведенный анализ ША-антиге-нов I и II классов у обследованных больных позволяет предполагать существование генетической детерминированности в формировании СД, а к числу вероятных маркеров заболевания можно отнести антигены I класса А10 и А23.

Хотя точные механизмы лежащие в основе Н1_А-ас-социированных болезней не известны, высказываются предположения о связи Н1_А-комплекса с аутоиммунными заболеваниями, пусковым механизмом которых являются инфекционные агенты. Согласно одной из гипотез (молекулярной мимикрии или имитации) различные микроорганизмы способны взаимодействовать с Н1_А-антигенами. Заболевание может вызываться антигенными компонентами бактериальных клеток, имеющими сходство и вступающими в реакции взаимодействия с Н1_А-молекулами. Образовавшиеся в результате инфекции антибактериальные антитела связываются с Н1_А-молекулами на лимфоцитах, фибробластах с последующей активацией комплементарной реакции, приводящей к развитию воспалительного процесса и клиническим симптомам.

В настоящее время проводятся исследования, целью которых является идентификация определенных генов, ассоциирующихся с увеличением различных заболеваний. Геном включает в себя около 35 000 генов. И лишь 2% генов кодируют > 100 000 белков, а мутации 98% генов не влияют на фенотип. Установлены около 2,5 млн полиморфизмов отдельных нукле-отидов, при изучении которых возможно выявление генов, позволяющих предсказать развитие определенной болезни. Изучение экспрессии белков (протеомика), кодирующихся различными генами, возможно окажется решающим для разработки новых маркеров заболеваний [26].

В предыдущих исследованиях [27] мы получили данные, позволяющие рассматривать СД как своеобразную форму хронической инфекции, обусловленную ассоциацией различных условно-патогенных бактерий и грибов, приводящей к возникновению дисбиотиче-ских изменений микрофлоры кожи волосистой части головы и кишечника.

В других работах [28], посвященных изучению иммунологических параметров у больных себорейным дерматитом, установлено наличие хронической иммунной реакции, в которой активно участвуют фагоциты, NK-клетки, Сй4+Т-хелперы, Сй8+-Т-киллеры, а также антитела классов IgG и IgA. Изменения имму-нограммы нарастали с увеличением степени выраженности клинических симптомов болезни. Так при продолжительности заболевания более 10 лет возникают признаки недостаточности отдельных звеньев иммунитета (Т-киллеров), сопровождающиеся дополнительной компенсаторной активацией CD8+ клеток и усилением продукции IgG и IgA.

Вполне возможно, что HLA-система, участвующая в регуляции иммунного ответа, определенным образом оказывает влияние на иммунологический ответ больного СД. А клиническая картина и исход заболевания зависит от иммунного ответа самого пациента, от восприимчивости микроорганизма и от факторов внешней среды.

Суммируя вышеизложенное, мы можем отнести СД к группе HLA-ассоциированных заболеваний, являющихся генетически сложными и мультифакториальными.

Возможно, что ассоциации десквамативных поражений кожи обусловлены взаимодействием не только с HLA-системой, но и с другими факторами. Однако, HLA-комплексу принадлежит ведущая роль в формировании генетической предрасположенности.

Анализируя полученные данные, можно прийти к заключению, что иммунопатогенез СД определяется особенностями генетически запрограммированного ответа на антиген под воздействием различных провоцирующих факторов. Длительная экспозиция антигена, стимуляция Th-2 клеток, воспаление, усиливаемое повреждением кератиноцитов вследствие зуда и расчесов, может приводить к хроническому воспалению в коже.

Таким образом, этиопатогенез развития СД может складываться из нескольких ключевых факторов, которые сводятся к следующему: генетически детерминированная предрасположенность к развитию опосредованного иммунного ответа; влияние различных факторов (внешних и внутренних), предрасполагающих к реализации этого ответа; непосредственная реализация иммунного ответа, приводящая к клиническим проявлениям СД.

Литература:

1. Антоньев А. А. Пролиферативные заболевания кожи // А. А. Антоньев, К. Н. Суворова, Б. Тумаркин. — М., 1988. — с. 57—61.

2. Lomholt G. Psoriasis. Prevalence, Spontaneus Course and Genetics. — Copenhagen, 1963.

3. Хаитов P. М. Физиологическая роль главного комплекса гистосовместимости человека / P. М. Хаитов, Л. П. Алексеев // Иммунология. — 2001. — № 3. — С. 4—12.

4. Петров P. В. Иммунология. — М.: Медицина, 1987. — 415 с.

5. Svejgaard A. HLA and disease associations: Detecting the strongest association // А. Svejgaard, L. P. Ryder // Tissue Antigens. — 1994. — V. 43. — P. 18 — 27.

6. Thomson G. HLA Disease Associations: Models for the Study of Complex Human Genetic Disorders // Crit. Rev. Clin. Lab. Sci. — 1995. — V. 32 (2). — P. 183—219.

7. Thorsby E. Invited Anniversary Review: HLA Associated Diseases // Human. Immunol. — 1997. — V. 53. — P. 1—11.

8. Tiwari J. L., Terasaki P. HLA and disease associations. — New York, 1985.

9. Distrubution of HLA-A, В alleles and polymorphisms of TAP and LMP genes in Korean patients with atopic dermatitis / H. J. Lee, S. J. Ha, H. Han, J. W. Kim // Clinical and Experimental allergy. — 2001. — V. 31. — P. 1867—1874.

10. HLA and atopic dermatitis with high serum IgE levels / H. Saeki et al. // J. Allergy. Clin. Immunol. — 1994. — V. 94. — P. 573 — 583.

11. Analysis of diasease associated amino acid epitopes on HLA class 11 molecules in atopic dermatitis. / H. Saeki et al. // J. Allergy. Clin. Immunol. — 1995. — V. 96. — P. 1061 — 1068.

12. Mite allergy, clinical atopy and restriction by HLA class 11 immune response genes / V. Stephan et al. // Pediatr. Allergy. Immunol. — 1996. — V. 7 (1). — P. 28 — 34.

13. Grumet F. // Transplant. Proc. — 1977. — V. 9. — P. 1835— 1845.

14. P. Tersaki et al. Histacompatibility Testing. — Los Angeles., 1980. — P. 1 — 35.

15. J. Guedionsson et al. // J. Invest. Dermatol. — 2002. — V. 118. — P. 362—365.

16. E. Mallon et al. // Br. J. Dermatol. — 2000. — V. 143. — P. 1177—1182.

17. R. Trembath et al. // Hum. Mol. Genet. — 1997. — V. 6. — P. 813 — 820.

18. Schmitt et al. // J. Invest. Dermatol. — 1996. — V. 106. — P. 711—714.

19. Довжанский С. И., Румянцев С. Н. // Междун. мед. журн. — 1998. — № 11—12. — С. 974—976.

20. Мордовцев В. Н. Заболевания кожи с наследственным предрасположением / В. Н. Мордовцев, П. М. Алиева, А. С. Сергеев. — Махачкала, 2002. — 260 с.

21. Miller S. A., Dykes D., Polesky H. F. // Nucleic. Acids. Res. — 1988. — V. 16. — P. 1215.

22. Mattiuz P. L. et al. Histocompatibility Testing 1970 / Ed. P. I. Terasaki. — Copenhagen, 1970. — P. 193 — 205.

23. Браунли К. А. Статистическая теория и методология в науке и технике. — М.: 1977.

24. Яздовский В. В. HLA-генетический профиль русской популяции / В. В. Яздовский, А. В. Воронин, Л. П. Алексеев // Иммунология. — 1998. — № 2. — С. 30 — 32.

25. HLA-генетическое разнообразие населения России и СНГ. В кн.: Иммуногенетика / М. Н. Болдырева и др. — 2005. — С. 260—263.

26. Proteomics: new perspectives / R. Banks et al. // Lancet. — 2000. — V. 356. — P. 1749.

27. Состав кожного сала, микроэкология кожи и кишечника у больных себорейным дерматитом и акне (исследование методом газовой хроматографии масс-спектрометрии / И. В. Полеско и др. // Российский журнал кожных и венерических болезней. — 2007. — № 2. — С. 43 — 50.

28. Полес^ И. В. Иммунологические параметры у больных себорейным дерматитом / И. В. Полеско, А. В. Пичугин, Р. И. Атауллаханов // Росс. журнал кожных и венерических болезней. — 2005. — № 2. — С. 26—30.