ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ВЕРБАЛИЗАЦИИ КОНЦЕПТА "ВОЛШЕБНЫЕ ПРЕДМЕТЫ" В СКАЗОЧНОМ РУССКОМ И КИТАЙСКОМ ДИСКУРСАХ

Litera

Правильная ссылка на статью:

Чжоу Ю. — Лингвокультурологические особенности вербализации концепта «волшебные предметы» в сказочном русском и китайском дискурсах // Litera. - 2022. - № 7. DOI: 10.25136/2409-8698.2022.7.38428 EDN: IZIKFQ URL: https://nbpublish.com'Hbrary_read_article.php?id=38428

Лингвокультурологические особенности вербализации концепта «волшебные предметы» в сказочном русском и китайском дискурсах

Чжоу Юйцзе

аспирант, кафедра русского языка, Университет МГУ-ППИ в Шэньчжэне, Мзсковский государственный

университет им. МБ. Ломоносова

518100, Китай, провинция Гуандун, г. Шэньчжэнь, ул. Гоцзццасюеюань, 1

И 821464739@qq.com

Статья из рубрики "Фольклор"

DOI:

10.25136/2409-8698.2022.7.38428

EDN:

IZIKFQ

Дата направления статьи в редакцию:

12-07-2022

Аннотация: В настоящее время исследование языка фольклора является одной из основной задач лингвокультурологии, а лексико-семантическое изучение языка сказок представляет собой один из важнейших объектов исследований. Статья посвящена лингвокультурологическому анализу концепта «волшебные предметы», являющемуся неотъемлемой частью концептосферы «чудо» в русских и китайских волшебных сказках. Рассмотрены волшебные предметы, характерные для русских и китайских волшебных сказок, проведен лексико-семантический, этимологический и культурологический анализ названий этих предметов. Объектом исследования является концепт волшебных предметов в языковой картине мира, отраженный в волшебной сказке. Предметом исследования послужили сопоставление наименования волшебных предметов в русских и китайских волшебных сказках; сопоставление их культурных смыслов и коннотаций. В результате анализа было установлено, что основным средством обозначения волшебных предметов в русских и китайских волшебных сказках являются сочетания существительного с прилагательным. Однако в русских сказках смысловой доминантой является прилагательное: прилагательное обозначает функцию, указывает на характерный признак предмета. В китайских сказках акцент ставится на самом названии предмета. Если в русских сказках волшебные предметы повторяются из сказки в сказку,

то в китайских сказках волшебные предметы всегда разные. Появление тех или иных волшебных предметов как в русских, так и в китайских сказках связано с первобытными верованиями древних людей, с фетишизмом. Научная новизна исследования заключается в лингвистическом анализе названий волшебных предметов как репрезентации концептосферы «чудо» в русских и китайских сказках. Изучение и сравнение волшебных предметов, а также способы их номинации в русском и китайском языках позволяют выявить сходства и различия национальных представлений о концепте «волшебные предметы» в русской и китайской лингвокультурах. Результаты анализа могут использоваться в целях изучения фольклорно-языковых картин мира двух народов.

Ключевые слова: русская волшебная сказка, китайская волшебная сказка, волшебные предметы, чудо, концептосфера, концепт, фольклорная картина мира, картина мира, живая вода, мертвая вода

Язык - хранилище культуры и средство ее выражения. Язык и культура - две семиотические системы, изучением которых занимается лингвокультурная концептология - наука, где в симбиозе рассматривается и изучается связь языка и культуры, отраженные в сознании человека. Основной единицей исследований этой науки является концепт - «термин, служащий объяснению единиц ментальных или психических ресурсов нашего сознания и той информационной структуры, которая отражает знание и опыт человека» с- 93]. С.С. Неретина понимает концепт как «продукт познавательной деятельности человека» [2, с- 1411. По её мнению, концепт является формой мышления, которая отражает основные атрибуты вещей. В.И. Карасик определяет концепт как «ментальные образования, которые представляют собой хранящиеся в памяти человека

значимые осознаваемые типизируемые фрагменты опыта» [3, с 91, 4 с- 3]. В совокупности концепты образуют концептуальную картину мира.

Фольклорная картина мира, запечатленная в сказках, является фрагментом концептуальной картины мира этноса, она «осознается как одна из ипостасей, одно из

воплощений картины мира традиционной народной культуры» с 11]. В связи с этим учеными выделяется особая отрасль научного знания - фольклорная концептология, которая является «частью лингвистической концептологии, возникшей в рамках антропоцентрической лингвистики на стыке лингвокультурологии и когнитивной лингвистики» и изучает «фольклорные концепты как специфические ментальные сущности и их связи в фольклорно-языковой картине мира» с- 13~141.

Исследования памятников устного народного творчества свидетельствуют о том, что к фольклору следует подходить «как к определенной системе мировоззрения и народных

представлений» с- 481. Фольклорный мир, по мнению ученых, «представляет собой одну из разновидностей ментальности, коллективной картины мира, традиционной народной культуры, запечатленной в поэтической и прозаической памяти народа» [8, с-

Особенности фольклорной картины мира воплощены в языковых формах - в фольклорно-языковой картине мира, которая представляет собой «воплощение

народного миропонимания в языковой форме, в языковых стереотипах» с- 101.

Изучение в сопоставительном аспекте онтологической сущности концептов сказок позволяет выявить оригинальность национальной фольклорно-языковой картины мира разных лингвокультур, особенности их лексико-семантических репрезентаций.

Концептосфера чудо является доминантной в волшебных сказках всех народов. Однако в культуре каждого народа она национально окрашена.

Основным средством концептосферы чудо является лексема чудо. В словаре В.И. Даля это слово трактуется как «диво, необычайная вещь или явленье, случай; нежданная и

противная предвидимой возможности, едва сбыточное» ———ё12". В «Историко-этимологическом словаре современного русского языка» выделяются следующие значения: «Чудо - 1. Сверхъестественное, необъяснимое явление. 2. Нечто поражающее, удивляющее своей необычностью» [11, с- 395"|. в «Этимологическом словаре современного русского языка» отмечается его происхождение: «Чудо - от общ.-сл. чути

«слышать, ощущать» от keudo, koudo «кудесник»» ———Из приведенных определений понятно, что в слове «чудо» присутствуют такие компоненты значения, как «уникальность», «редкость», «волшебство». Таким образом, ядро концепта чудо - это какие-то явление или предметы, имеющие волшебную, сверхъестественную, необычную силу. Сказка потому и волшебная, что в ней есть то, чего нет в обычной жизни. Однако, по мнению Е.А. Костюхина: «чудесное в волшебных сказках - вовсе не плод праздного воображения: то, что нам сегодня представляется невероятным, было реальностью для мифологического мышления» [13, с- 961.

«Концептуальная картина мира каждого народа, как полотно, соткана из множества концептов» [14, с- 95]. В концептосфере чудо можно выделить несколько концептов, формирующих концептосферу «чудо»: действия и процессы, предметы волшебства, волшебники. В данной статье мы остановимся только на концепте «предметы в олше б с тв а ».

В русском сказочном мире перед читателем возникают всевозможные волшебные предметы, например: живая и мертвая вода, молодильные яблоки, лягушачья кожа, волшебная лампа, ковер-самолёт, сапоги-скороходы, скатерть-самобранка и т. д.; в китайском - ФЙ (бычья кожа), (волшебная кисть),(пятицветный камень), (плоский персик), '£Т(волшебный фонарь), Ж'Ш^. (золотое дно) и др. Названные предметы - это не просто предметы волшебства: эти предметы - носители определенных ценностей и представлений русского и китайского народов.

Рассмотрим предметы волшебства, функции которых в русских и китайских сказках похожи: они способны преобразить человека и предметы:

Волшебные предметы

Русские сказки Китайские сказки

иероглиф Перевод

Живая и мертвая вода ФЙ Бычья кожа

Молодильные яблоки Ш Волшебная кисть

Лягушечья кожа Пятицветный камень

Названные предметы встречаются в текстах таких русских и китайских волшебных сказок: «Иван царевич и серый волк», «Царевна-лягушка», «Сказка о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде», «Морской царь и Василиса Премудрая», «Марья Моревна»; («Фея из ракушки», «Стреляющий в

солнце», «Прохудившийся небосвод», «Волшебная кисть», «Нюлан и Чжинюй»).

Живую и мертвую воду знают все русские. Люди издревле верили в чудодейственную силу воды. Но только в русском фольклоре вода наделена волшебной силой: она может даровать жизнь и приносить смерть. Прилагательные «живой» и «мертвый» употребляются в обыденном языке в качестве определения к одушевленным именам существительным, в сказке же - они образуют словосочетание с существительным неодушевленным. В сказке прилагательные «живой» и «мертвый» в сочетании с существительным «вода» указывают не на признак воды, а на ее функцию - способность оживлять человека и даровать ему богатырскую силу.

Казалось бы, что живая и мертвая вода - две противоположные силы. Однако в сказках эти силы действуют согласно друг с другом. Мертвая вода в сказках, как правило, никого не убивает, она заживляет раны, благодаря ей срастаются разрубленные части тела. Мертвая вода даже способна возвращать герою утраченные части тела. Живая вода оживляет человека, вдыхает в человека жизнь только после того, как человека окропят мертвой водой. Таким образом, только поправ смерть, пройдя испытание смертью, герой обретает силу и становится непобедимым: «серый волк взял пузырьки, разорвал вороненка надвое, спрыснул его мертвою водою - и тот вороненок сросся, спрыснул живою водою — вороненок встрепенулся и полетел. Потом серый волк спрыснул Иван-царевича мертвою водою - его тело срослося, спрыснул живою водою -

Иван-царевич встал и промолвил: «Ах, куды как я долго спал!»» [15, с 343"". Согласно точке зрения А.Н. Афанасьева, «мертвая вода называется иногда целющею, и этот последний эпитет понятнее и общедоступное выражает соединяемое с нею значение; мертвая или целющая вода заживляет нанесенные раны, сращает вместе рассеченные члены мертвого тела, но еще не воскрешает его; она исцеляет труп, т.е. делает его целым, но оставляет бездыханным, мертвым, пока окропление живой (или живучею) водой не возвратит ему жизнь. В сказаниях народного эпоса убитых героев сначала окропляют мертвой водой, а потом живой» [16, с- 102"".

Молодильные яблоки имеют похожую функцию: они преображают героя, возвращая ему здоровье и молодость. Молодильные яблоки растут в садах, которые сторожат злые волшебники, обычно это Кащей Бессмертный или Змей Горыныч. Молодильные яблоки внешне не очень аппетитны, зато результат их превосходит все ожидания: «если съесть старику это яблоко, то он помолодеет» [17, с- 349"".

Основное значение прилагательного «молодильный» - возвращающий молодость, делающий молодым. Корень этого слова «молод», суффиксы «ил» и «н», «ый» -окончание. Русское слово «яблоко» возникло в результате прибавления протетического начального «р> к праслав. *аЬ1ъко; последнее образовано с помощью суффикса -ък - от позднепраиндоевропейской основы *аЫи — «яблоко». Слово «яблоко» в славянских языках, в частности, в русском языке, является одним из самых древних. И это, может быть, объясняет причину того, что в сказках плод обычно является яблоком. В древности яблоко считали символом плодородия, здоровья, любви, красоты. У многих народов яблоко - необычный плод, он плод древа жизни и потому символизирует жизнь, рождение, бессмертие.

Ж ивая вода, мертвая вода и молодильные яблоки представляют собой предметы, которые не существуют в действительности, в реальном мире. Они являются выдуманными народной фантазией, то есть волшебной силой наделяются вымышленные предметы.

Лягушачья кожа, в отличие от живой и мертвой воды, а также молодильных яблок, -предмет реальный. Однако волшебную функцию он приобретает только в контексте сказки: надев лягушачью кожу, девушка превращается в лягушку, скинув ее - в девушку. В сказке «Царевна-лягушка» мы читаем: «уложила его спать, а сама сбросила

лягушечью кожу — и обернулась душой-девицей, Василисою Премудрою» [18, с 265"".

В русских волшебных сказках на примере приведенных примеров волшебные предметы часто образуются на основе словосочетаний. Ведущую роль в их формировании играют прилагательные, называющие функцию предмета или его внешний признак. Обычно эти прилагательные стоят перед определяемым словом и вместе с ним образуют устойчивые словосочетания, имеющие не только изобразительные, но и оценочные функции.

В китайских сказках, подобно лягушачьей коже, существует бычья кожа (ФЙ). Но функция бычьей кожи отличается от кожи лягушачьей. Бычья кожа в китайских сказках помогает герою летать. В сказке «Нюлан и Чжинюй» («ФЙ^Я£»), например, описывается ситуация, когда старый бык говорит герою, жена которого улетела на небо: «после того, как я умру, сними мою кожу и её надень, и ты сможешь полететь на небо, чтобы найти Чжинюй». Когда бык умер, Нюлан долго плакал, потом содрал бычью кожу. Надев бычью

кожу, он полетел на небо с двумя своими детьми и встретился там с женой [19, с- 117"". Иероглиф ФЙ, который обозначает бычью кожу, в китайском языке состоит их двух частей. Ф значит бычий (здесь в китайском языке имеется сокращение иероглифа ЙЙ, который является составленной частью китайских прилагательных), Й- кожа. Как и в случае со словосочетанием «лягушечья кожа» в русском языке, нам не дано понять функцию «бычьей кожи» вне сказочного контекста. Но бычья кожа в китайском языке семантически связана с той функцией, которую она выполняет. В китайской культуре для переправы с одного берега на другой использовались мосты, лодки, а также плоты, сделанные из бычьей кожи в виде связанных между собой сумок. Емкость из бычьей кожи надувалась человеком наподобие шара, сумки связывались. И переправа готова. Надуть такой мешок трудно. Легче говорить, чем делать. Недаром в китайском языке похвальба буквально означает «надувать бычью кожу». В Китае считается, что бык -очень верное животное. В древности человека, который убил быка, отправляли в тюрьму. Верный и прилежный бык олицетворял любовь людей к труду и ожидание мирной сытой жизни. В сказке бык имеет волшебную силу, его кожа также волшебна. Тысячи лет назад быка считали сверхъестественным существом. Отсюда возникло тотемное поклонение быку.

- «Пятицветный камень» является одним из известных китайских волшебных предметов. Буквально этот иероглиф обозначает камень, который имеет пять цветов: белый, зелёный, лазурный, красный и желтый. В китайском языке эти цвета означают «у син» - пять стихий, то есть, основные элементы природы: металл, дерево, вода, огонь, земля. В сказке «Прохудившийся небосвод» его героиня Нюйва, когда обрушился небосвод, и сквозь огромные дыры на землю просочился жар, а на землю хлынули подземные воды, и Огонь и Вода объединились, уничтожая все живое, собрала разноцветные камни, чтобы залатать небосвод. Она трудилась целых восемьдесят один день. И наконец работа была закончена. А поскольку камни были разноцветными, на небе появились заря и радуга [20, с- 86"".

- «Волшебная кисть» состоит из двух иероглифов, один из которых является определением, другой - названием предмета. В сказке все то, что изображает герой по имени Малян волшебной кистью, подаренной ему белобородым старцем, - становится реальностью. Например, фонарь, который изобразил Малян, сойдя с бумаги, тут же

загорелся и осветил вход в поселок [21, с- 581. Кроме предметов, Малян рисовал и животных. Однажды Малян нарисовал на стене большого петуха с кроваво-красным гребнем, золотыми перьями и темно-зеленым хвостом. Петух, как только рисунок был

закончен, слетел с бумаги и улетел [22, с 611. Герои китайских сказок сами по себе не обладают магическими силами, эти силы появляются в результате обладания волшебными предметами.

В русских сказках, в отличие от китайских, волшебные предметы повторяются. В китайских же сказках волшебные предметы всегда разные. Это связано с тем, что в русских сказках герой - собирательный образ, поэтому в сказках часто присутствует одно и то же волшебное средство. Необходимо отметить еще две особенности волшебных предметов в китайских сказках на фоне сказок русских: во-первых, в китайских сказках в качестве волшебных средств всегда выступают обычные вещи, которые в сказке становятся волшебными, в русских же сказках чаще встречаются предметы, не имеющие аналогов в реальной жизни. Во-вторых, китайские герои получают волшебные предметы после преодоления всевозможных трудностей, или же им дарят боги за благородные поступки. Эти волшебные предметы обладают магией только в руках у добрых людей. Если же они попадают в руки злых людей, то магия исчезает. Например: в сказке «Волшебная кисть» в руках злых людей рисунок не может превратиться в настоящую вещь. В русских же сказках волшебные предметы обычно получают герои не за прежние заслуги, не в качестве поощрения за добрые дела. В китайских сказках гораздо важнее сам герой, его благородные поступки, он - центр сказки, а все остальное имеет в то ро с те пе нно е з на че ние .

Источник появления волшебных предметов в сказках тесно связан с первобытными верованиями, с фетишизмом, то есть с культом неодушевлённых вещей, выраженном в обожествлении этих вещей, слепом поклонении им. В древности люди, встречаясь с неудачами или бедами, которых они не могли преодолеть, старались обратиться к иным, сверхъявственным, силам. Люди выдумывали волшебные предметы. Эти предметы были воплощением стремления людей к счастливой жизни. Генетически связанные с первобытной магией, волшебные предметы отражают в сказке народную мечту о чудесных помощниках и составляют неотъемлемую часть концептосферы чудо в русской и китайской фольклорно-языковых картинах мира.

Библиография

1. Кубрякова Е.С., Демьянков В.З., Панкрац Ю.Т., Лузина Л.Г. Краткий словарь когнитивных терминов. Москва: Филол. фак. МГУ, 1996. 245 с.

2. Неретина С.С. Слово и текст в средневековой культуре. История. Миф, время, загадка. Москва: Гнозис, 1994. 208 с.

3. Карасик, В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс [Текст!. Волгоград: Перемена, 2002. 477 с.

4. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Москва, 2004. 361 с.

5. Артеменко, Е.Б. Язык русского фольклора и традиционная народная культура (Опыт интерпретации) / Е.Б. Артеменко // Славянская традиционная культура и современный мир: сб. материалов науч. конф. Москва: ГРЦРФ, 2003; С:7-21.

6. Черноусова, И.П. Язык фольклора ка отражение этнической ментальности (на материале концептосферы волшебной сказки былины): автореф. дис. ... д-ра филол. наук: 10.02.01 / Черноусова Ирина Петровна. Елец, 2015. 52 с.

7. Толстой, Н.И. Язык и народная культура. Очерки по славянской мифологии и

этнолингвистике / Н.И. Толстой. Москва: Изд-во Индрик, 1995. 512 с.

8. Моспанова Н.Ю. Концептуальная оппозиция «добро-зло» в фольклорной языковой картине мира (на материале русских народных сказок). Дисс.канд наук. 2005. 205 с.

9. Никитина, С.Е. Устная народная культура и языковое сознание. Москва: Наука, 1993. 186 с.

10. Толковый словарь живого великорускаго языка Владимира Даля. Второе издаше, исправленное и значительно умнощженное по рукописи автора. Т.4 Издаше книгопродавца-типографа М.О. Вольфа. 1882. 684 с.

11. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: В 2т. З-е изд., стереотип. Москва: Рус.яз.,1999. 560 с.

12. Этимологический словарь современного русского языка. Под редакцией М.Н. Свиридовой. Москва: Аделант, 2014. 512 с.

13. Костюхин Е.А. Лекции по русскому фольклору. Москва: Дрофа, 2004. 332 с.

14. Одинцова И.В. Концепт «Соборность» в русской языковой картине мира // Язык, сознание, коммуникация. Выпуск 63. - М.: Макс-Пресс. 2021. С. 93-105.

15. Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и о сером волке: [Тексты сказок] № 168 // Народные русские сказки А. Н. Афанасьева: В 3 т. Москва: Наука, 1984-1985; Т. 1: 331-343.

16. Афанасьев А. Н. Древо Жизни. Москва: Современник, 1982. 463 с.

17. Сказка о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде: [Сказка] № 171 // Народные русские сказки А. Н. Афанасьева: В 3 т. Москва: Наука, 1984-1985; Т. 1: 349-353.

18. Царевна-лягушка: [Сказка] № 267. Народные русские сказки А.Н. Афанасьева: В 3 т. Москва: Наука, 1984-1985; Т. 2: 264-267.

19. ФЙШ£// ФИЕ1Ш* ШШ. ^Ж^^ЖШЙ. 2019. Нэ Ян. Нюлан и Чжинюй. Китайские народные сказки. Пекин: Яньшань, 2019.

20. Туй. ±ШЖШ±. 2010. Дин Ман. Прохудившийся небосвод. Самые классические китайские волшебные сказки. Пекин: Землетрясение, 2010.

21. №ШЦШ/ 2015. Хун Сюньтао. Волшебная кисть. Ухань: Река Янцзы, 2015.

22. №ШЦШ/ 2015. Хун Сюньтао. Волшебная кисть. Ухань: Река Янцзы, 2015

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.

Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Представленная на рассмотрение статья «Лингвокультурологические особенности вербализации концепта «волшебные предметы» в сказочном русском и китайском дискурсах», предлагаемая к публикации в журнале «Litera», несомненно, является актуальной, посвященной рассмотрению вербализации волшебных предметов на языковом материале сказки. Автор рассматривает в исследовании сравнительно -сопоставительное изучение наименований волшебных предметов на материале русской и китайской сказок, что вносит вклад не только в теорию концептологии, но и сопоставительное изучение культур двух стран. С учетом возрастающего интереса к

китайскому языку и культуре, а также укрепляющимся связям двух стран, статья является востребованной в обществе.

Автор изучает волшебные предметы, источник появления которых связан с первобытными верованиями, с фетишизмом, то есть с культом неодушевлённых вещей, выраженном в обожествлении этих вещей, слепом поклонении им. Таким образом изучается соотношение сознания и мифологии, мифологическое понимание реальности, дошедшее до нас с первобытных времен.

В ходе исследования автор выделяет наиболее часто употребляемые волшебные предметы в русских сказках и в китайских, пытаясь выделить общие черты значении пре дме то в .

Данная работа выполнена профессионально, с соблюдением основных канонов научного исследования. Отметим скрупулёзный труд автора по отбору материала и его анализу. Основными методами исследования являются описательный, этимологический, сравнительно- сопоставительный. Однако непонятен объем и принципы выборки языкового материала, на котором зиждется исследование. Автор не указывает объем выборки и его принципы. Насколько велик текстовый корпус, к какому временному периоду он относится, насколько данные сказки широко распространены? Исследование выполнено в русле современных научных подходов, работа состоит из введения, содержащего постановку проблемы, основной части, традиционно начинающуюся с обзора теоретических источников и научных направлений, исследовательскую и заключительную, в которой представлены выводы, полученные автором. Структурно статья состоит из нескольких смысловых частей, а именно: введение, обзор литературы, методология, ход исследования, выводы. Библиография статьи насчитывает 22 источника, среди которых представлены труды как на русском языке, так и на китайском. Однако, как и любая крупная работа, данная статья не лишена недостатков. Так, были выявлены погрешности оформления библиографического списка, нарушающие общепринятые правила и действующий ГОСТ. Автором не соблюден общепринятый алфавитный порядок расположения цитируемых работ. Однако, данные замечания не являются существенными и не относятся к научному содержанию рецензируемой работы. В общем и целом, следует отметить, что статья написана простым, понятным для читателя языком, опечатки, орфографические и синтаксические ошибки, неточности в тексте работы не обнаружены. Работа является практикоориентированной, представляющей авторское видение решения рассматриваемого вопроса. Статья, несомненно, будет полезна широкому кругу лиц, филологам, магистрантам и аспирантам профильных вузов. Статья «Лингвокультурологические особенности вербализации концепта «волшебные предметы» в сказочном русском и китайском дискурсах» может быть рекомендована к публикации в научном журнале.