Привлечение инвестиций в угольную промышленность России: проблемы и перспективы

УДК 658.153:622.33(470)«312/313» © В.К. Шайдуллина, 2018

Привлечение инвестиций в угольную промышленность России: проблемы и перспективы

DOI: http://dx.doi.org/10.18796/0041-5790-2018-7-38-41

ШАЙДУЛЛИНА Венера Камилевна

Канд. юридических наук, старший преподаватель Департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, 125993, г. Москва, Россия, e-mail: vk.shaydullina@gmail.com

В настоящей статье приведены итоги исследования проблем и перспектив привлечения инвестиций в угольную промышленность Российской Федерации. Были выявлены следующие проблемы, влияющие на инвестиционный климат угольной промышленности России: высокий уровень импортозависимости при приобретении объектов материально-технической базы угольными предприятиями; нехватка высокопрофессиональных специалистов; значительный уровень капитальных затрат; высокий уровень инерционности данной сферы. Кроме того, в рамках настоящего исследования был проведен опрос компаний угольной промышленности с целью подтверждения гипотезы о зависимости себестоимости угля от годовой валовой добычи угля и ее влияния на цену товарной продукции. Было доказано, что проблема ценообразования на уголь является исходной точкой формирования соответствующего инвестиционного климата. Указывается, что переход угольных предприятий к многотоварному производству является эффективной мерой улучшения инвестиционного климата в условиях формирующегося рынка энергоносителей. Ключевые слова: инвестиции, угольная промышленность, инвестиционный климат, «первичное размещение монет».

ВВЕДЕНИЕ

Одной из наиболее развитых и капиталоемких отраслей в России является угольная промышленность. В стране ежегодно добывается огромное количество угля, и существуют большие его запасы. Угольная промышленность отличается от других отраслей длительными сроками освоения проектных показателей (около 5-8 лет) и строительства угледобывающих предприятий (около 7-11 лет). Это обусловлено значительными объемами и трудоемкостью работ, проводимых в сложных подземных условиях. На территории России находится большое количество месторождений угля (Кузбасс, Тунгусский, Канско-Ачинский, Иркутско-Черемховский, Печорский угольный бассейн и

другие). Большая часть из них характеризуется чрезвычайной сложностью. Так, например, шахты Кузбасса - наиболее трудные по взрывчатости угольной пыли, газовой опасности и метанообильности [1]. Изношенность оборудования, метанообильность, сложная геотектоника и малая мощность пластов - все это влияет на безопасность ведения горных работ, повышая вероятность несчастных случаев и аварий. Все это повышает необходимость в постоянном контроле и обслуживании магистралей, выработок и различных механизмов. Соответственно, повышаются и производственные издержки [2, с. 67].

Очевидно, что обслуживание и поддержание такого количества оборудования и ремонт существующей протяженности выработок - чрезвычайно сложное и дорогостоящее дело. Даже высокая надежность систем не гарантирует полной защиты от непредвиденных катастроф и аварий. Моральный и физический износ оборудования и машин, как и устаревший шахтный фонд, оказывают значительное влияние на инвестиционный климат и экономику отрасли. Цель статьи заключается в изучении отдельных факторов, оказывающих влияние на инвестиционный климат в российской угольной отрасли.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Россия, избрав в качестве источника и основы своего процветания свободное предпринимательство, в основу которого заложены либеральный рынок и частная собственность, взяла на себя обязательство по приведению всей национальной экономики в соответствие с данной парадигмой. Как показывает история, процесс приватизации в России начался с опозданием. Это стало главной причиной утраты многими шахтами своего изначального производственного экономико-технического потенциала и привело отрасль к экономическому упадку. Объем финансовых средств, необходимых для технического перевооружения отрасли в связи с устареванием шахтного фонда, постоянно увеличивается и в настоящее время достигает таких размеров, когда необходимо принятие радикальных решений о дальнейшей судьбе градообразующих угольных шахт.

По состоянию на начало 2001 г. в список по ликвидации неперспективных и особо убыточных угольных разрезов и шахт было включено 12 угольных разрезов и 173 шахты. Из них добыча угля прекращена на семи угольных разрезах и 163 шахтах [3, с. 124]. Особенно значимый наглядный результат реструктуризации угольной промышленности России заключается в эффективном приросте угледобычи, сопровождающемся повышением производительности труда рабочих по угледобыче, выросшей с 1996 по

2017 г. более чем в 1,5 раза. Следует отметить, что тенденция ее роста продолжается (рис. 1) [4, с. 27].

За последние несколько лет на международном рынке произошел резкий спад цены на уголь. В августе 2015 г., в сравнении с уровнем 2011 г., падение цены на уголь составило 53% (Китай) и 57% (Европа). Российским экспортерам пришлось снизить цены, чтобы сохранить свое присутствие на иностранных рынках. В сравнении с 2015 г. к концу июля цена снизилась до 56-57 дол. США (FOB) за одну 1 т энергетического угля и до 81-82 дол. США (FOB) за 1 т. коксующегося угля. Следовательно, падение цены с начала года составляет 24 процента (энергетический уголь) и 14 процентов (коксующийся уголь) [5, с. 67]. Падение мировой цены на уголь вызвало снижение цен на уголь и на внутреннем, национальном рынке. В 2015 г. средняя цена одной тонны отгруженного угля (по договорам) в России составляла 33,6 дол. США за 1 т, кузнецкого угля - 34,8 дол. США за 1 т, коксующегося угля - 62 дол. США за 1 т. В сравнении с 2011 г. средняя цена 1 т отгруженного угля (по договорам) в 2015 г. в России снизились на 22,6%, в том числе кузнецкого угля - на 17,3% [6]. В 2017 г. наблюдался рост цен в среднем на 50% в связи с закрытием в 2016 г. 1 тыс. старых нерентабельных шахт и сокращением количества рабочих дней на угольных предприятиях в Китае. В результате данных мероприятий на азиатских рынках возник острый дефицит коксующихся углей, что повлияло на рост цен [7, с. 21]. В подобных условиях инвестиции в российскую угольную промышленность способствовали бы росту объема производимого угля и, соответственно, количества продаж.

Российские угольные компании, чтобы расширить свои экспортные возможности, активно инвестируют в расширение существующих и строительство новых терминалов в европейской части России (Мурманск, в 2006 г. была открыта вторая очередь угольного терминала в порте Усть-Луга, Ленинградская обл.) и на Дальнем Востоке (в портах Тамань, Находка, Ванино). В период с 2013 по 2016 г. большие надежды возлагались на приток частного капитала и внешних инвестиций для разработки месторождений угля. Проблема недостатка инвестиций в данной отрасли наблюдается до сих пор, несмотря на то, что объемы российской угольной промышленности увеличиваются. Вместе с тем главной проблемой и основным препятствием на пути дальнейшего развития угольной промышленности является отсутствие роста потребления угля на внутреннем, национальном рынке по причине вытеснения угля газом. На уголь приходится всего 15% общего топливного баланса Российской Федерации [8]. Кроме того, с каждым годом набирает свои обороты политика декарбонизации, ведущая к отказу от потребления угля в некоторых странах Западной Европы (к примеру, в Великобритании), что дает все основания говорить о дальнейшем сокращении экспортных поставок российского угля в атлантическом направлении [9, с. 18].

Мировая и российская угольная отрасль постоянно сталкивается с такими отрицательными факторами, как нестабильность конъюнктуры угольного рынка и цены на уголь. В США это вызва-

ло банкротство некоторых крупных угольных компаний [10, с. 31], а в России привело к росту убыточности угледобывающих компаний.

Таким образом, анализ вышеприведенных данных и современных исследований в данной сфере позволяет выявить наиболее актуальные проблемы российской угольной отрасли:

- высокий уровень импортозависимости при покупке запчастей и специальной техники (у некоторых предприятий он может достигать 80%) [11, с. 30];

- нехватка высокопрофессиональных специалистов во всех звеньях производственной цепи [12, с. 34];

- значительный уровень капитальных затрат, большие инфраструктурные затраты (затраты на портовую инфраструктуру, строительство вахтовых поселков и технологических железных дорог) [13, с. 174];

- высокий уровень инерционности данной сферы (к примеру, относительно небольшому угольному разрезу с производственной мощностью около 0,5-1,5 млн т угля в год необходимо около полутора-двух лет для выхода на проектную мощность, после этого можно говорить о возврате вложенных инвестиций) [14]. Однако наиболее острой проблемой являются нестабильность цен на уголь и влияние на них крупных холдинговых компаний Российской Федерации. По состоянию на начало 2017 г. в российской угольной отрасли функционировали 165 угледобывающих предприятий, в том числе 107 угольных разрезов и 58 шахт. Суммарная производственная мощность угледобывающих предприятий России - свыше 435 млн т угля в год [8]. Из них около 80% угольных разрезов и шахт принадлежат крупным холдингам, которые фактически устанавливают экспортную цену на уголь. Остальные 20% принадлежат малым предприятиям [15]. Основываясь на вышеприведенных данных, а также на проведенном исследовании в форме опроса предприятий угольной промышленности, приходим к выводу, что во всем диапазоне роста валовой добычи (исключая выборку у. >1000 тыс. т в год) средняя себестоимость угля в выборке несколько ниже, чем соответствующая ей оптовая цена на продукцию (см. таблицу). Это следствие отсутствия необходимой ценовой политики на российском рынке энергоносителей.

Как следует из рис. 2, зависимость себестоимости от годовой валовой добычи угля по обеим осям координат

450 400 350 300 250 200 150 100 50 0

vop^oooïo*— (Nfli^mïoscooiop- IN m ^ m (О N

ONOlOVCTiOOOOOOOOOOi— т—

ONOlOVCTiOOOOOOOOOOOOOOOOOO

Рис. 1. Динамика производительности труда рабочих по добыче угля за 1996-2017 гг., т/мес.

Fig. 1. Dynamics of coal mining worker production rate over the period from 1996 to 2017, ton per month.

450 400 350 300 250 200 150 100 50 0

Распределение добычи, себестоимости и цены товарной продукции за 2016 г.*

Интервал Число шахт и разрезов, n Среднегодовые

годовой валовой добычи, тыс. т добыча, тыс. т, x. себестоимость, дол. США/т, y. цена товарной продукции, дол. США, y y, - У, дол. США/т

< 100 4 90 57,7 63,1 5,4

101-200 7 191 54,1 59,6 5,5

201-300 8 280 52,2 57,4 5,2

301-400 15 380 49,7 54,2 4,5

401-500 12 490 48,6 52,1 3,5

501-600 14 591 46,9 50,9 4

601-700 15 697 44,9 50,4 5,5

701-1000 26 982 40,1 49,9 9,8

>1000 59 3200 38,4 49,1 10,7

* Составлено автором на основе собственного исследования в форме проведения опроса компаний угольной промышленности, включающего в себя вопросы о себестоимости производства 1 т угля, объемах добычи и ценах на товарную продукцию. Приведенные данные являются средним значением.

мощью технологии блокчейн, за крип-товалюту инвесторов. Данный способ получения финансирования характеризуется высокой технологичностью. Его реализация возможна даже на ранних этапах развития проекта. Однако для защиты интересов инвесторов в таких проектах необходимо государственное регулирование, отсутствующее сегодня в России.

стремится к определенному пределу и обладает экспоненциальным характером.

Вышеприведенные данные свидетельствуют об ограниченных инвестиционных возможностях шахт, которые находятся в собственности небольших предприятий, так как скорость снижения себестоимости у крупных угледобывающих предприятий явно иная. По этой причине многие небольшие угольные компании находятся в поиске новых инвестиционных возможностей для выравнивания цен и расширения производства. Одной из таких возможностей является «первичное размещение монет» (Initial coin offering, ICO). Данный способ позволяет в короткий срок привлечь инвестиции посредством продажи «монет», созданных с по-

1440 1600 1760 1920 2080 2240 2400 2560 2720 2880 3040 3200

160 320 480 640 800 960 1120 1280

Рис. 2. Зависимость себестоимости от годовой валовой добычи угля Fig. 2. Self-cost dependence on annual gross coal production

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, проблема цены на уголь является исходной точкой формирования соответствующего инвестиционного климата. Долгосрочные инвестиции в производство угля небольшими компаниями сдерживают отсутствие жестких гарантий и прав собственности, а также фактическое отсутствие конкуренции между небольшими предприятиями и холдингами-гигантами. Представляется, что небольшие предприятия должны искать другие способы привлечения инвестиций (к примеру, путем проведения ICO).

Кроме того, в сложившихся обстоятельствах переход угольных предприятий к многотоварному производству представляется в качестве наиболее эффективной меры в условиях формирующегося рынка энергоносителей. Начавшаяся во второй половине прошлого столетия практика диверсификации мирового производства продолжает интенсивно развиваться, хотя она и связана с существенными затратами производителей на инновации и сопровождается удорожанием товара. В условиях отработки месторождений угля возможен симбиоз коммерческих интересов инвесторов и владельцев горных отводов. Интерес первых - в попутных неспецифических ресурсах (породные отвалы, шахтная вода, метан) или ресурсах, не обладающих достаточным рыночным спросом (например, бурый уголь). Интерес вторых - в традиционных ресурсах. Благодаря широкой номенклатуре выпускаемой продукции обеспечивается высокая устойчивость в условиях изменчивости рыночной экономики. Кроме того, широкая номенклатура способствует перетеканию финансового капитала в более прибыльные отрасли, что также выступает в качестве фактора инвестиционной привлекательности.

Список литературы

1. Глушкова А.И., Долгопол Т.Л., Воробьева Д.Ю. Сравнительный анализ способов повышения надежности электроснабжения угольных шахт Кузбасса // Вестник КузГТУ. 2016. № 6 (117). С. 17.

2. Houser Т. Can coal make a comeback? // The Center on Global Energy Policy. 2017. № 1. P. 67.

Y

60

58

56

54

52

50

48

46

44

42

40

38

X

32

30

3. Рожков А.С., Соловенко И.С. Основные тенденции развития угольной промышленности России в конце XX - начале XXI в. // Вестник Томского государственного университета. 2017. № 418. С. 124-136.

4. Краснянский Г.Л., Сарычев А.Е., Скрыль А.И. Экономические кризисы и уголь России. М.: Издательский дом НИТУ «МИСиС», 2017. С. 27.

5. Market Series Report: Coal 2017. OECD/IEA, 2017. P. 67.

6. Плакиткина Л.С. Перспективы развития добычи угля до 2035 года [Электронный ресурс]. URL: http://www.uk42.ru/ index.php?id=2667 (дата обращения 15.06.2018).

7. SpencerT., Berghmans N., Sartor O. Coal transitions in China's power sector: A plant-level assessment of stranded assets and retirement pathways // Coal Transitions. 2017. № 12/17. P. 21.

8. Статистика Министерства энергетики Российской Федерации: уголь [Электронный ресурс]. URL: https://minenergo. gov.ru/activity/statistic (дата обращения 15.06.2018).

9. Ricketts B. (ed.) Coal Industry across Europe. 6th edition. EUROCOAL: European Association for Coal and Lignite. 2017. P. 18.

10. Annual Coal Report 2015. U.S. Energy Information Administration, Washington, 2016. Р. 31.

11. Симачев Ю. Импортозависимость и импортозаме-щение в российской обрабатывающей промышленности: взгляд бизнеса // Журнал Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». 2016. Т. 10. № 4. С. 25-45.

12. Петров И.В., Савон Д.Ю. Методы и инструменты оценки эффективности инновационной деятельности. М.: Образование, 2017. С. 34.

13. Жукова И.А., Лобунец В.С. Состояние угольной промышленности Ростовской области: проблемы и перспективы ее развития // Пространство экономики. 2014. № 2-3. С. 174.

14. Грачев С. Прогнозирование развития добычи угля в России в перспективе до 2025 г. [Электронный ресурс]. URL: http://www.rbsys.ru/print.php?page=176&option=public (дата обращения 15.06.2018).

15. Доклад Федеральной антимонопольной службе о состоянии конкуренции в Российской Федерации за 2016 год [Электронный ресурс]. URL: http://www.yatec.ru/upload/ iblock/ca1/ca186238ce4b03fa8026a82e1d6.pdf (дата обращения 15.06.2018).

ECONOMIC OF MINING

UDC 658.153:622.33(470)«312/313» © V.K. Shaydullina, 2018

ISSN 0041-5790 (Print) • ISSN 2412-8333 (Online) • Ugol' - Russian Coal Journal, 2018, № 7, pp. 38-41 Title

ATTRACTION OF INVESTMENTS INTO THE RUSSIAN COAL INDUSTRY: PROBLEMS AND PROSPECTS DOI: http://dx.doi.org/10.18796/0041-5790-2018-7-38-41

Author

Shaydullina V.K.'

"Financial University under the Government of the Russian Federation" (Financial University), the Federal State Budgetary University of Higher Education (FSBU HE), Moscow, 125993, Russian Federation

Authors' Information

Shaydullina V.K., PhD in Law, Senior lecturer of Department of Legal Regulation of Economic Activity, e-mail: vk.shaydullina@gmail.com

Abstract

This paper provides insights to the results of research on the problems and prospects of attracting investment in the coal industry of the Russian Federation. The following problems affecting the investment climate of the Russian coal industry have been identified: High level of import dependence coal enterprises when acquiring objects of material and technical base; lack of highly professional specialists; significant level of capital expenditures; high level of inertia. Additionally, the research features a survey of coal companies in order to validate the hypothesis according to which the cost of coal depended on the annual gross coal output and the ways it impacts on the price of commodity output. As a result, It was proved that the problem of coal pricing is the starting point for the formation of the appropriate investment climate. The transition of coal enterprises to multi-commodity production has proved as an effective measure to improve the investment climate in the conditions of the emerging energy market. Figures:

Fig. 1. Dynamics of coal mining worker production rate over the period from 1996 to 2017, ton per month.

Fig. 2. Self-cost dependence on annual gross coal production Keywords

Investments, Coal industry, Investment climate, "Initial coin offering". References

1. Glushkova A.I, Dolgopol T.L. & Vorobieva D.Yu. Sravnitel'nyy analiz sposobov povysheniya nadezhnosti elektrosnabzheniya ugol'nykh shakht Kuzbassa [Comparative analysis of ways of improvement of reliability of power supply at Kuzbass coal mines]. Vestnik KuzGTU - Bulletin of the KuzSTU, 2016, No. 6(117), p.17

2. Houser T. Can coal make a comeback? The Center on Global Energy Policy, 2017, No. 1, p. 67.

3. Rozhkov A.S. & Solovenko I.S. Osnovnyye tendentsii razvitiya ugol'noy pro-myshlennosti Rossii v kontse XX - nachale XXI v. [The basic trends of the Rus-

sia's coal industry growth in the late 1900s - early 2000s]. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta - Bulletin of the Tomsk state university, 2017, No. 418, pp. 124-136.

4. Krasnyanskiy G.L., Sarychev A.Ye. & Skryl' A.I. Ekonomicheskiye krizisy i ugol' Rossii [Economic Crises and Coal of Russia]. Moscow, NITU"MISiS" Publ., 2017, p. 27

5. Market Series Report: Coal 2017. OECD/IEA, 2017, p. 67.

6. Plakitkina L.S. Perspektivy razvitija dobychi uglja do2035goda [Prospects of coal production growth until 2035]. [Electronic resource]. Available at: http://www. uk42.ru/index.php?id=2667 (accessed 15.06.2018).

7. Spencer T., Berghmans N. & Sartor O. Coal transitions in China's power sector: A plant-level assessment of stranded assets and retirement pathways. Coal Transitions, 2017, No. 12/17, p. 21.

8. Statistika Ministerstva jenergetiki Rossijskoj Federacii: ugol' [Statistics of the Ministry of Energy of the Russian Federation: coal]. [Electronic resource]. Available at: https://minenergo.gov.ru/activity/statistic (accessed 15.06.2018).

9. Ricketts B. (ed.) Coal Industry across Europe. 6th edition. EUROCOAL: European Association for Coal and Lignite, 2017, p. 18.

10. Annual Coal Report 2015. U.S. Energy Information Administration, Washington, 2016, p. 31.

11. Simachev Yu. Importozavisimost' i importozameshcheniye v rossiyskoy obra-batyvayushchey promyshlennosti: vzglyad biznesa [Dependence on imports and import substitution in the Russian processing industry: business view]. Zhurnal Natsional'nogo issledovatel'skogo universiteta "Vysshaya shkola ekonomiki"- Journal of the National Research University "Higher School of Economics", 2016, Vol. 10, No. 4, pp. 25-45.

12. Petrov I.V. & Savon D.Yu. Metody i instrumenty ocenki jeffektivnosti innovacion-noj dejatel'nosti [Methods and assessment tools of innovation effectiveness]. Moscow, Obrazovaniye Publ., 2017, p. 34.

13. Zhukova I.A. & Lobunets V.S. Sostoyaniye ugol'noy promyshlennosti Ros-tovskoy oblasti: problemy i perspektivy yeye razvitiya [State of the coal industry in the Rostov region: problems and prospects for its development]. Prostranstvo ekonomiki - The economy space, 2014, No. 2-3, p. 174.

14. Grachev S. Prognozirovaniye razvitiya dobychi uglya vRossii v perspektive do2025 g. [Forecasting coal production growth in Russia in 2025 perspective]. [Electronic resource]. Available at: http://www.rbsys.ru/print.php?page=176&option=public (accessed 15.06.2018).

15. Doklad Federal'noy antimonopol'noy sluzhbe o sostoyanii konkurentsii v Rossiyskoy Federatsii za 2016 god [Report to the Federal Antimonopoly Service on the state of competition in the Russian Federation for the period over 2016]. [Electronic resource]. Available at: http://www.yatec.ru/upload/iblock/ caVca186238ce4b03fa8026a82e1d6.pdf (accessed 15.06.2018).