Институты как фактор инновационного развития отечественной экономики

Раздел III. ИННОВАЦИОННАЯ ЭКОНОМИКА

В.С. Андрюнин В.Г. Бржезинский

ИНСТИТУТЫ КАК ФАКТОР ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЭКОНОМИКИ

Ключевые слова: институт, инновации, норма, рутина, способ производства, неформальные отношения, экономика знаний.

В настоящее время интерес широкого круга исследователей в области экономической теории обращен к альтернативным течениям экономической мысли, одним из которых всегда считался институционализм. Довольно трудно отыскать программу или концепцию, которая не включала бы вопросов, посвященных институциональным аспектам. И хотя многие из авторов утверждают, что к настоящему моменту институциональная ветвь экономической теории полностью поглощена доминирующей неоклассической теорией, из поля зрения экономистов зачастую выпадает такой раздел институциональных исследований, как традиционный институционализм. Во многом возрождение интереса к этому явлению связано со сложностью ситуации, в которой пребывает сегодня мировая экономика, оказавшись на подступах к новой волне экономического развития и связанного с ней шестого технологического уклада. В этой связи необходимо осознать место институциональных механизмов в формировании благоприятной инновационной среды, жизненно необходимой для перевода экономики на качественно новую траекторию развития. Тот факт, что роль институтов в социально-экономической жизни общества невозможно переоценить, не вызывает сомнений практически ни у кого, однако потенциал институционального инструментария все еще нуждается во всестороннем раскрытии и глубоком понимании. Как сказал видный представитель новой институциональной школы, лауреат Нобелевской премии по экономике, Дуглас Норт: «Институты имеют значение!» Тем не менее само видение институтов у разных представителей институциональных школ имеет существенные различия и отличительные особенности.

В современной учебной литературе по экономике институты рассматриваются в первую очередь в качестве социального ограничения индивидуальных действий, некой внеэкономической формы социальной упорядоченности, поэтому институт представляется совокупностью определенных норм и правил, структурирующих общественные взаимодействия в экономике, политике, социальной сфере и других областях общественной жизни людей. Следом говорится о механизме принуждения индивидов к выполнению

© Андрюнин В.С., Бржезинский В.Г., 2013

этих правил, а так же наказании, если правила оказываются нарушены. При этом нормы понимаются как ограничения, устанавливающие допустимые или недопустимые модели поведения индивида, правила, в свою очередь, как императив, предписывающий определенный тип поведения в конкретной ситуации. Важно подчеркнуть, что данные представления присущи так называемой неоинституциональной ветви в институциональных исследованиях. Если обратиться к научной парадигме, составляющей фундамент этой школы, нельзя не заметить, что ключевой элемент исследовательской программы здесь унаследован от неоклассического мейнстрима - магистрального направления экономической теории. Речь идет о принципе методологического индивидуализма. Согласно этому принципу центральной фигурой экономической жизни является обособленный, ни от кого не зависящий индивид, обладающий собственными интересами, а также свободной волей. Целью деятельности такого субъекта является максимизация полезности в условиях имеющихся ресурсных ограничений [5]. Следовательно, общество понимается здесь как совокупность автономных индивидов, а все действия социальной жизни являются приоритетом индивидуального выбора. Отталкиваясь от данного предположения, представления об обществе как о некоторой замкнутой системе, в которой люди следуют собственным эгоистическим намерениям и интересам, нетрудно заметить, что индивиды при этом могут наталкиваться друг на друга, нанося взаимный ущерб. При такой ситуации необходимо упорядочить систему данных отношений, для чего искусственно создаются некие правила, закрепляющиеся институционально, обладающие необходимыми свойствами для того, чтобы организовать взаимодействия индивидов, привнеся порядок в хаотичную общественную структуру.

В целом неоинституционалисты используют дедуктивный метод анализа, применяя аналитический (отчасти математический) аппарат неоклассической теории и направляя его в нетрадиционные для маржиналистов сферы исследования. Это явление названо в литературе экономическим империализмом. Нетрадиционными в данном случае являются прежде всего институциональные факторы социально-экономической жизни.

Но существует и другой подход к анализу, в некотором смысле преданный забвению на сегодняшний момент. Этот подход относится к традиционному течению институциональной экономической теории. Представители старого институционализма опирались на индуктивный метод исследования, использовали методы гуманитарных наук в сфере экономики, что оказало решающие влияние на непопулярность данного направления, поскольку общую теорию институционалистам старой школы до сих пор создать не удалось.

Уилтон Гамильтон, внедривший в научный оборот понятие «институционализм», предложил следующее определение: «Институты - это словесный символ для лучшего обозначения группы общественных обычаев. Они означают преобладающий и постоянный образ мысли, который стал привычным для группы или превратился для народа в обычай... Институты устанавливают границы и формы человеческой деятельности. Мир обычаев и привычек, к которому мы приспосабливаем нашу жизнь, представляет собой сплетение и неразрывную ткань институтов» [6]. В соответствии с данным подходом основной акцент в понимании института сделан, в терминологии современной теории на неформальные типы правил. Определяющим здесь выступает образ мышления, направляющий поведение и устремления общества. Важное место последователи традиционной институциональной теории отводят понятию рутины. В отличие от распространенного тезиса о норме рутина отражает внутренний осмысленный фактор, выстраданный внутри себя, который играет определяющую роль в закреплении интерпретации правил и

формировании мотивации человеческого поведения, в то время как нормы представляют собой внешнее обстоятельство, выступающее в качестве стимула. Рутина формируется как один из методов следования нормам. Она осуществляет отбор норм, принятых практикой, и своеобразный отсев тех норм, которые обществом не восприняты [1].

Как видно из вышеприведенного анализа, взгляды представителей различных институциональных направлений значительным образом отличаются друг от друга, нередко принимая форму идейной конфронтации. Авторы данной статьи полагают, что активизация инновационного развития в нашей стране требует разработки принципиально нового подхода, направленного на формирование общих системно-структурных связей, согласующих различные точки зрения и наполняющих омертвленную инновационную систему страны живительной силой развития. Для этого необходимо сформулировать концепцию, способную учесть место каждого течения в общей системе инновационного обеспечения развития страны.

В экономической литературе широкое распространение получил подход, согласно которому институты рассматриваются как самодостаточные инструменты создания инновационного развития. Считается, что трансформаций в законодательных нормах и правилах достаточно для перевода социально-экономической системы на инновационные рельсы. Однако это фактически сводит необходимые преобразования к импорту институтов из развитых стран мира. Такое представление проблемы отражает примитивный взгляд на сущность процессов институциональных преобразований, искажая смысл экономического и институционального развития. В своей работе «Как богатые страны стали богатыми и почему бедные страны остаются бедными» известный норвежский экономист Эрик Райнерт выступает с критикой подобной позиции, подчеркивая, что «институты невозможно изучать отдельно от технологической системы, которая создала в них потребность и породила их... Способ производства определяет институты, а не наоборот» [4]. Это означает, что объяснения неудач институциональных преобразований в разных странах не могут находиться вне рамок экономической деятельности, которой занимаются эти страны. Для подтверждения данного тезиса проведем следующий мысленный эксперимент. Представим себе, что пассажирский самолет, летевший из Москвы во Владивосток, потерпел крушение, пролетая над тайгой. Выжившие пассажиры решают отказаться от институтов, которые регулировали их взаимоотношения, будучи в Москве, или перестроить их в соответствии с новыми, более жесткими условиями, в которых им суждено было оказаться после авиакатастрофы. Потеряв надежду на спасение, они решили продвигаться к западу, в сторону Урала. Преодолевшим огромное расстояние измученным путешествием пассажирам посчастливилось обнаружить поселение старообрядцев, изолированное от цивилизации. Здесь система взаимоотношений спасшихся приобретает новую форму, соответствующую социальному устройству изолированной общины, т.е. происходит принятие тех моделей поведения, тех правил, которые отражают способ производства старообрядцев. Поскольку способ их производства основан на натуральном хозяйстве, а их традиции носят общинный характер, для них не существует необходимости в большинстве институтов «цивилизованного» мира, таких, как деньги, частная собственность, государство и т.д. Таким образом, наш гипотетический эксперимент наглядно иллюстрирует органичную связь между производством и институтами, которая оказалась потеряна мэйнстримовой экономической наукой. Хотя, еще в XVII веке величайший философ эпохи Возрождения Френсис Бэкон показал причину и следствие: деятельность человека определяет его институты.

При всей значимости такого подхода трудно не заметить его материалистического основания, определяющего в качестве ведущих вещественные факторы. Однако материальное и духовное начало находятся в диалектическом единстве, что не позволяет современному исследователю выделять одно из этих начал в качестве ведущего, отодвигая на задний план другое. Объективный анализ, основанный на сочетании двух подходов к пониманию роли институтов: в качестве фактора создания инновационной экономики и в качестве механизма развертывания и массового распространения инноваций, дает более полную картину таких взаимосвязанных элементов, как институты, институциональная структура, инновации, экономический рост, общественно-экономические отношения и так далее.

Для того чтобы восстановить баланс двух подходов, двух различных типов мышления, необходимо рассмотреть институт в качестве фактора создания инновационной экономики. Это требует анализа институтов в ключе неформальных взаимоотношений. Такой подход был свойственен старой институциональной традиции, для которой институт является, в первую очередь, образом или типом общественного мышления. Формируя мягкую институциональную общественную структуру, под которой подразумеваются культура, традиции и обычаи, можно создать фундаментальные предпосылки для инновационной экономики. Главной задачей при такой постановке вопроса становится изменение человека, трансформация его образа мышления в соответствии с требованиями прогресса. В этом и заключается подлинный смысл экономики знаний, активно обсуждаемой в научном сообществе.

Культура общества, его традиции и обычаи на определенном этапе истории могут создавать питательную среду для инновационного развития, культивируя образ нового человека, главным приоритетом которого становятся знания и наращивание интеллектуального потенциала. Однако в случае, если мягкая институциональная структура общества пребывает в статичном состоянии, демонстрируя невосприимчивость к веянию времени и связанному с ним научно-техническому прогрессу, происходит блокирование возможностей приобретения человеком новых знаний и дальнейшего развития.

Применительно к отечественной практике институциональных преобразований в условиях перехода к инновационной экономике на основании вышесказанного можно заключить следующее: за время постсоветских реформ в действительности реальной институциональной и экономической модернизации не произошло [2]. Приняв на вооружение исключительно рецепты и советы, разработанные в рамках доктрины вашингтонского консенсуса и международных финансовых институтов, таких, как МВФ и Всемирный банк, преобразование социально-экономической системы России во многом было сведено к заимствованию экономически значимых институтов из развитых стран. В действительности же многие из процессов экономической деятельности оказались перенесены в плоскость неформальных взаимоотношений. Фактически такие неформальные практики, как родственные связи, коррупция и действия «по понятиям», в большей степени стали определять поведение общества, чем законодательно закрепленные нормы и правила. В этом месте и лежит камень преткновения для многих из исследователей-экономистов. По мнению авторов, решение проблемы инновационного развития нашей страны принципиально связано с необходимостью трансформации системы общественных отношений, основанной на инновационном образе мышления человека. Для этого обществу требуются новые ценностные установки, развитие системы образования, культивация в общественном сознании прогрессивной роли труда, в первую очередь высокоинтеллектуального. Одним словом, на первый план выходит духовное развитие общества.

В решении столь важной и жизненно необходимой проблемы ведущую роль играет институт государства. Многие исследователи, пытаясь определить место государства в развитии инновационного потенциала народного хозяйства, акцентируют внимание в большей мере на степень его возможного участия. Однако, по мнению авторов, важнейшим в данном вопросе представляется не просто распределение обязанностей между государством и частным бизнесом, а формирование общей системы интересов, способной обеспечить достижение поставленных целей.

Таким образом, синергетический эффект, проявляющий себя в инновационном рывке России, может быть достигнут только в случае единства понимания институтов как фактора инновационного развития, т.е. через систему неформальных институтов, и как средства развертывания и массового распространения инноваций - через систему жестких формальных институтов.

Библиографический список

1. Движение регионов России к инновационной экономике / Под ред. А.Г. Гранберга, С.Д. Валентея. - М.: Наука, 2006. - С. 30.

2. Овсиенко Ю.В. Институты, институциональные изменения и их влияние на социально-экономическую динамику (макроуровень): учеб. пособ. / Ю.В. Овсиенко. - М.: ЦЭМИ РАН, 2012. - С. 116.

3. Перес К. Технологические революции и финансовый капитал. Динамика пузырей и периодов процветания / Карота Перес; пер. с англ. Ф.В. Маевского. - М.: Издательский дом «Дело» РАНХиГС. 2011. - C. 48-51.

4. Райнерт Э.С. Как богатые страны стали богатыми, и почему бедные страны остаются бедными / Э.С. Райнерт. - М.: Изд. Дом Гос. Ун-та - Высшей школы экономики, 2011. - С. 253.

5. Ходжсон Джеффри. Экономическая теория и институты: Манифест современной институциональной экономической теории / Пер. с англ. - М.: Дело, 2003. - С. 93-96.

6. W. Hamilton. Institution. Encyclopaedia of the Social Sciences. New York, 1932, v. VIII, p. 84.

Л.Н. Борисоглебская А.С. Кулешов

МОДЕЛЬ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ ИННОВАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ ПРОМЫШЛЕННОГО ПРЕДПРИЯТИЯ НА ОСНОВЕ КОНТРОЛЛИНГА ИННОВАЦИЙ

Ключевые слова: контроллинг инноваций, функции контроллинга, управление инновационными проектами, оценка рисков, мотивация.

В обеспечении динамического развития экономики первоочередная роль принадлежит внедрению инноваций для обеспечения непрерывного обновления технической и технологической базы производства, освоения и выпуска новой конкурентоспособной продукции, эффективного проникновения на мировые рынки товаров и услуг. Реализация полученных новых научно-технических достижений в производстве товаров, техно-

© Борисоглебская Л.Н., Кулешов А.С., 2013