Фрейм "эффективность журналистики" в контексте трансформаций общественных практики повсеместной цифровизации контента

УДК 070.19

В. Ф. Олешко, Е. В. Олешко

Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, Екатеринбург

ФРЕЙМ «ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЖУРНАЛИСТИКИ» В КОНТЕКСТЕ ТРАНСФОРМАЦИЙ ОБЩЕСТВЕННЫХ ПРАКТИК И ПОВСЕМЕСТНОЙ ЦИФРОВИЗАЦИИ КОНТЕНТА

Представлены результаты исследования, направленного на выявление и анализ на примере регионального медиадискурса основных компонентов фрейма «эффективность журналистики». В ходе исследования новейших форм информационной деятельности в условиях трансформации общественных практик, конвергенции СМИ и повсеместной цифровизации их контента отобраны актуализации фрейма в целом или его частей, выявлены и систематизированы алгоритмы организации творческой деятельности в рамках конвергентной редакции массмедиа. В результате контент-анализа более 7 тысяч текстов и опроса 261 эксперта выделены аспекты фрейма, получающие перспективное развитие в рамках формирования карты актуальных медийных компетенций сотрудников и в целом профессиональной культуры журналистов.

Ключевые слова: массмедиа, СМИ, конвергентная журналистика, фрейм, цифровизация, эффективность, контент, медийные компетенции, профессиональная культура.

Сегодня много споров вызывает такой аспект медиадеятельности, как «эффективность». Ведь любому учредителю, владельцу СМИ или журналисту в качестве одной из целей системной работы, безусловно, видится ее результативность. В недавнем прошлом исследователи выделяли при этом два направления, в которых результативность как процесс осуществляется: действенность публикаций СМИ и эффективность журналистики как социального института. Но если действенность в настоящее время нередко относят к периферийным аспектам, присущим СМИ лишь отдельных типологических групп, то эффективность чаще всего маркируется либо как некий атавизм идеологизированных медийных систем, либо как компонент, способствующий трансляции манипулятивных интенций акторов. Мы, в проведенном нами исследовании, эмпирическую основу которого составили результаты анализа деятельности массмедиа ряда областей Уральского экономического региона в 2014-2016 гг., попытались выявить и сопоставить на примере регионального медиадискурса компоненты фрейма «эффективность журналистики» в условиях трансформации общественных практик, повсеместной цифровизации контента и перехода к конвергентным основам информационной деятельности СМИ различных типологических групп.

Почему эффективность мы рассматривали именно как фрейм? В теории журналистики, в отличие, к примеру, от психологии и лингвистики, рассмотрение фреймов является относительно новым явлением. Хотя И. Гофман и М. Минский практически одновременно еще в 70-е годы ХХ в. описали фрейм как метакоммуникативное определение ситуации, основанное на управляющих событиями принципах организации и вовлеченности в события, в те или иные конкретные действия [см. об этом подробно: 1-4]. В когнитивных науках и социологии позднее фреймовая семантика, благодаря работам отечественных и зарубежных ученых Л. Барсалу, Ф. Бартлетта, В. С. Вахштайна, О. И. Горяиновой, Р. Шенка, Ч. Филлмора, А. Цима, В. А. Ядова и многих других, была подкреплена соответствующим понятийным и методологическим аппаратом.

Вместе с тем, если рассматривать фрейм не только как статичную структуру знаний, определяющую взаимосвязь между элементами системы, но как изменяющуюся в процессе восприятия схему социокультурного опыта, то новейшие технологические трансформации способов создания, трансляции и интериоризации текстов с неизбежностью выводят на первый план проблематику не только формирования коммуникативных интенций акторов, но и поиска форм организации диалоговых отношений с массовой аудиторией, что актуально прежде всего для теории журналистики. Тем более что традиционные СМИ оказались сегодня в конкурентной среде, где внимание массовой аудитории привлекает также контент так называемых новых медиа и пред-

ставленный на индивидуальных сайтах известных аудитории коммуникаторов. В зоне ее повышенного внимания, благодаря перепостам, контекстным ссылкам, френдлентам и другим формам фокусирования интенций в социальных сетях, нередко оказываются и тексты, находящиеся в сфере прямой доступности в режиме реального времени, что не всегда характерно по тем или иным причинам для медийных профессионалов.

К тому же, хотя производство мультимедийного контента для разных платформ стало сегодня практически нормой повседневной журналистской практики, наш анализ показал, что до 90 процентов эмпирического материала современных исследований в рамках теории журналистики составляют публикации федеральных СМИ и их вкладок или лишь самых читаемых ежедневных и еженедельных общественно-политических печатных или онлайн-СМИ [5. С. 27-36], а комплексный анализ региональных практик, особенно нишевого звена СМИ, сегодня достаточно редкое явление, что актуализирует полученные нами результаты. А их представление и заинтересованное обсуждение на ряде всероссийских и зарубежных научно-практических конференций и форумов [6; 7] свидетельствовало о выделении в исследовании проблематики, характерной и для других регионов или массмедиа конкретных типологических групп.

Описание сущностных характеристик конвергентной журналистики как объективного явления, а также проблематики взаимовлияния современных массмедиа как тенденции развития их технологических и диалоговых (манипулятивных) возможностей по созданию контента представляются в исследовательско-методологическом плане предельно широкими. Поскольку подобного рода систематизация предполагает поиск главного признака как основания для последующего выделения, то авторы в исследовании ушли от традиционного деления СМИ по типологическому признаку - печатные, электронные, сетевые. Для нас их родовые категории - вербальные, ауди-альные, визуальные - были как бы преломлены призмой технологий, используемых сегодня для сбора информации, создания/формирования того или иного контента и его трансляции.

Основой для проведенного сравнительного анализа и выводов прикладного характера служили, повторим, результаты постоянного мониторинга в 2014-2016 гг. функционирования массме-диа Уральского региона. Единицами анализа 7034 публикаций при этом являлись градуированные оценки эффективности использования СМИ различных типологических групп имеющихся конвергентных (конвергенция смыслов, транслируемых при посредстве разноформатных текстов), творческих и сугубо технологических возможностей. Выяснение того, каким образом в условиях развития конвергентной журналистики меняются каноны профессиональной культуры, было произведено в результате проведения авторами масштабного опроса 261 эксперта. Целью было изучение отношения сотрудников массмедиа из числа анализируемых объектов мониторинга к изменениям новейшего времени и определение каждым из них факторов результативности деятельности своей и коллег. Респонденты представляли примерно в равных пропорциях три профессиональные подгруппы специалистов - руководители массмедиа, журналисты, технический персонал.

На каждом из данных этапов творческой деятельности уровень и характер коммуникативных свойств текстов, как было доказано, во многом определяется «субъективной составляющей» [8. С. 41-42] авторов, то есть уровнем профессионализма тех, кто выполняет конкретные обязанности в СМИ. Ведь в конечном итоге он способствует не только реализации концепции конвергентной журналистики, но и определению параметров эффективности журналистики в качестве актуального института социализации.

Профессиональную идентичность современного журналиста региональных СМИ при этом можно, на наш взгляд, описывать не просто как действенное самоопределение индивида, осознающего призвание к профессии и отождествляющего себя со своим Делом. В контексте перманентных трансформационных изменений в новейшем времени массмедиа и информационной сферы в целом первостепенным фактором данного рода идентификации для субъекта являются различные уровни включенности в оценку деятельности своего СМИ, коллег или профессионального сообщества в целом, возможности/желания «играть или не играть на данном поле» по установленным правилам.

Следовательно, профессиональная идентичность журналиста служит, с одной стороны, показателем реализации его профессионально-личностных качеств, а с другой - фактором, определяющим выбор той или иной медийной специализации, желание оставаться в ней и совер-

шенствоваться или, в случае утери по различным причинам мотивации, - свидетельствующая о творческой стагнации, а нередко даже о личностном деформировании.

Таким образом, можно заключить, что вопросы профессиональной идентичности региональных журналистов, включенных сегодня в конкурентные массово-коммуникационные отношения наряду с множеством других субъектов информационной деятельности, поскольку общение при посредстве новейших технологий стало для многих людей формой жизни и самореализации, не просто выходят при этом на первый план, но являются первостепенно важными для формирования и развития современного информационного общества в целом.

Использование же эффективности медиадеятельности в контексте фреймовой семантики как фонового знания о культурных, социальных и групповых особенностях различных субъектов информационной деятельности позволяет рассмотреть различные виды дискурсов. А также доказать, что идея конвергенции СМИ как слияния технологий создания и трансляции мультимедиа текстов, сближения/объединения медиарынков и различных массмедиа, функционирующих на принципах координации, взаимодействия и системной работы с реальной и потенциальной аудиторией, имела объективные предпосылки не только технологического, экономического, но и социально обусловленного характера. И если в 70-е - 80-е годы XX века, то есть на первых этапах развития данных процессов, речь шла о координации, как мы сейчас понимаем, идеологически обусловленных действий разнополярных по технологическим интенциям печатных и электронных СМИ [9; 10], то в настоящее время связующим звеном между разнородными каналами передачи чаще всего является один и тот же контент, который форматируется с помощью различных технологий и предназначен в качестве информации мультимедийного характера удовлетворять насущные интересы и потребности все более локализирующихся групп аудитории.

Исследование фрейма «эффективность журналистики» представляет не только научно-методологическое, но и практическое значение. И если вначале при этом внимание акцентировалось прежде всего на том, что цифровой вид содержания помогает преодолевать «традиционные "ограничители" старых СМИ» [11. С. 39], то уже вскоре один из самых авторитетных медиа-исследователей - Мануэль Кастельс, анализируя данные тенденции, отмечал, что пришествие мультимедиа равносильно не только концу разделения между аудиовизуальными и печатными средствами массовой коммуникации, но и «между общедоступной и высокой культурой, развлечениями и информацией, образованием и пропагандой. Все проявления культуры - от самых элитных до самых популярных - соединяются в этой цифровой вселенной» [12. С. 346].

В современной коммуникативистике четко разделяют два стратегических направления систематизации артефактов, являющихся результатом воплощения тех или иных практик субъектами информационной деятельности: медиационное и медиатизационное. Термин медиация при этом обозначает «конкретные акты коммуникации, когда выбор средства общения и посредников влияет на содержание этих актов и отношения между их участниками. Однако процесс медиации не вызывает глубоких изменений в культуре общества» [13. С. 8]. В отличие от него «...медиатизация относится к более продолжительным и социальным трансформациям, благодаря которым институты общества и способы взаимодействия меняются вследствие усиления влияния медиа. Короче, медиация - это коммуникация и взаимодействие с помощью медиума, а медиатизация предполагает роль медиа в культурных и социальных переменах» [13. С. 8].

Для нашего исследования представляла несомненный интерес работа профессора Копенгагенского университета Стига Хьярварда утверждающего, что в случае не различения данных терминов и того, что за ними стоит, игнорируется новая медийная экология, благодаря которой новые медиа, развивающиеся в парадигме конвергенции технологий производства, передачи информации и онтогенеза конвергентных возможностей влияния на аудиторию, а зачастую и слияния с ней, «не только достигают значительных позиций, но и вся медийная система становится предметом для изменений» [14. С. 32]. Более того, на основании исследований, он сделал вывод, что сила влияния новых медиа обусловлена «возможностями быть одновременно каналами, языками и средой» [15. С. 32-33].

Примечательно, что некоторые ученые, наблюдая за перманентным совершенствованием новых информационно-коммуникационных технологий, соглашаются с идеями перехода от использования привычного термина «массмедиа» - к «медиа масс» (from mass media to media of the mass) [16. С. 23]. А владельцев многообразных технических средств, имеющих возможность

выполнять функции создателя и потребителя информации, Элвин Тоффлер предложил именовать просьюмерами (prosumer, от англ. - professional либо producer + consumer) [17. С. 6-8].

Разумеется, эти и другие изменения с неизбежностью приводят к переосмыслению в теории журналистики роли технологий производства и передачи информации в реализации конечных целей акторов. Также они все чаще стали рассматриваться как синтезирующая основа реализации аксиологических аспектов медиапространства в условиях формирования и развития информационной культуры современного общества в целом и профессиональной культуры журналистов, в частности. Ведь медиапространство как актуальная площадка субъект-субъектных отношений коммуникаторов различного типа и коммуникантов выступает в том числе и сферой его репрезентации в культуре. Поскольку, как отмечается в новейших культурологических исследованиях, «содержание дискурсивных медиа-посланий, транслирумое лидерами (в нашем случае - лидерами общественного мнения, популярными массмедиа, формирующими актуальную повестку дня, и т. д. - В.О., Е.О.) создает поле ценностей и смыслов, представляющих аудитории возможные перспективы социокультурных преобразований» [18. С. 19-20]. Вместе с тем, как мы выяснили, несмотря на естественную в современных условиях тенденцию к конвергенции источников, для реализации коммуникативных стратегий акторов и удобства трансляции информации по различным каналам она нуждается не только в специфической «упаковке», но и в определенных формообразованиях, зачастую «маскирующих» их прямые интенции.

Причем в условиях активного совершенствования новых информационных технологий, благодаря повседневным практикам интерактивности, происходят серьезные трансформации прежде всего в сфере популярной культуры. А она, как известно, обуславливает сферу индивидуальной активности потребителя и отлична от предельно коммерциализированной массовой культуры, выступая чаще всего особым её измерением. «Популярная культура является коммерческой по своему содержанию (ее артефакты массово производятся, массово распределяются и потребляются на массовой основе), однако это содержание актуализируется в живом человеческом опыте, в культурных практиках рецепции, интерпретации, а в современной ситуации, обусловленной распространением новых информационно-коммуникативных технологий, - и в практиках апроприации (с франц. - усвоения. - В.О., Е.О.) и производства. Популярная культура является, таким образом, двойственным, противоречивым феноменом, поскольку в содержательном плане является коммерческой, но одновременно, выступает как сфера креативности и активности потребителя» [19. С. 69]. В этом смысле важно акцентировать внимание на факторе активности индивидуумов, подчеркнув, что новые практики нередко вступают в противоречие с установившейся в тот или иной период иерархией в культуре в целом. А массмедиа в данном случае становятся полем борьбы за легитимное производство смыслов, установление норм и распространение аксиологических стандартов, диктуемых акторами.

При этом авторы в данном исследовании не ставят перед собой цель выявить и описать все структурные компоненты и аспекты фрейма «эффективность журналистики» в условиях повсеместной цифровизации контента и перехода к конвергентным основам информационной деятельности. Поэтому мы ограничимся региональным дискурсом при описании эффективных технологий работы с информацией в рамках коммуникативной стратегии конвергентной журналистики. Выбор именно этого типа дискурса обусловлен, во-первых, как мы уже отмечали, недостатком системных исследований с объемной региональной эмпирикой, а во-вторых, в условиях трансформации общественных практик именно данный тип СМИ призван, как свидетельствует новейшая практика, реализовывать основные цели так называемой «прагматической коммуникации» - оперативно влияющей не только на поведенческие реакции, но и на социальное настроение конкретных аудиторных групп. Принимая тезис о том, что медиадискурсы конструируют также смыслы [20. С. 14-23], мы, в соответствии с проведенным анализом реалий, характеризовавших медиапространство Уральского экономического региона в 2011-2016 гг., систематизировали по С. Дацюку [21] наиболее типичные реализованные коммуникативные стратегии массмедиа, такие как:

• конвенциональные (согласие, заключение договора в ситуации конфликта или поддержание договора - конвенции);

• конфликтные (обнаружение разногласий и акцентуация на разногласиях участников коммуникации с тем, чтобы создать конфликт или поддержание, разжигание существующего конфликта);

• манипуляционные (захват смыслового пространства, то есть коммуникации с тем, чтобы навязать участнику коммуникации свою коммуникативную стратегию и соответственно свое видение реальности).

Причем существует точка зрения, что качественная» пресса выбирает первую из данных стратегий, массовые СМИ ориентируются на вторую, «пропагандисты» - на третью [22]. Соглашаясь с данной точкой зрения, вместе с тем отметим, что ко всем без исключения группам региональных массмедиа в настоящее время подобный подход вряд ли можно отнести. Аргументируем этот вывод хотя бы тем, что современная мультизадачная аудитория меньше всего ориентируется на конкретный тип массмедиа, поскольку пользователи в силу объективных и субъективных причин, о которых пойдет речь в дальнейшем, не могут долгое время фокусироваться на каком-то одном источнике информации. А доминантными при этом являются такие факторы, как новизна сообщения или, напротив, всеобщая обсуждаемость тех или иных фактов или явлений, аналитическая или иллюстративная составляющая текстов, их представленность авторитетными/известными лицами, тиражирование многофункциональных информационных потоков с помощью различных медийных платформ, удобных для восприятия человеком в различных условиях и т. д., и т. п.

В целом же, суммируя основные компоненты фрейма «эффективность журналистики», следует отметить, что практика соперничества массмедиа с социальными сетями, мессенджерами, блогами, «живыми журналами», «новыми медиа» предопределяет появление все новых технологий и способов трансляции контента. Так ряд СМИ акцентировал внимание на трансляцию и активное продвижение мультимедийных историй, которые подчиняются классическим законам режиссуры и драматургии пробуждения у аудитории прежде всего эмоций. При этом смысловая логика, верстка, в целом режиссура материалов - все должно работать на формирование так называемых «якорей», призванных фокусировать внимание. Причем в процессе жизненного цикла конкретной публикации она может обрастать подробностями, дополняться креолизованными текстами, комментариями экспертов, очевидцев. Разумеется, такого рода работа предполагает доминантную коллективную деятельность с непременным участием опытных программистов и web-мастеров, способствующих в первую очередь фронтенд-разработке пользовательского интерфейса и привязке специальных скриптов, отвечающих за визуализацию и web-анимацию.

Конвергенция же как тренд развития как традиционных СМИ, так и новых медиа, не просто меняет медиаландшафт конкретного регионального информационного пространства, но и заставляет кардинально перестраивать модель управления любым из них и в целом системой массмедиа. Доминантным же для эффективной работы при этом должен быть процесс осознания представителями власти, медиабизнеса и самими журналистами сущностной необходимости такой перестройки. Результаты исследования конкретно фрейма «эффективность журналистики» в условиях цифровизации, с одной стороны, помогают увидеть конкурентные преимущества региональных массмедиа при трансляции локализованного контента, а с другой, как мы показали, свидетельствуют о необходимости развития при этом именно диалоговых отношений с реальной и потенциальной аудиторией.

Список литературы

1. Гофман, И. Анализ фреймов: эссе об организации повседневного опыта: пер. с англ. [Текст] / И. Гофман; под ред. Г. С. Батыгина и Л. А. Козловой; вступит. статья Г. С. Батыгина. -М.: Институт социологии РАН, 2003. - 752 с.

2. Гофман, И. Преставление себя другим в повседневной жизни: пер. с англ. [Текст] / И. Гофман. - М.: «КАНОН-пресс-Ц», «Кучково поле», 2000. - 304 с.

3. Minsky Marvin. A. Framework for Representing Knowledge' [Текст] / A. Marvin Minsky // The Psychology of Computer Vision. McGraw-Hill. - New York, 1975. - Pp. 211-277.

4. Минский, М. Фреймы для представления знаний [Текст] / М. Минский; пер. с англ. О. Н. Гринбаума; под ред. Ф. М. Кулакова. - М.: Энергия, 1979. - 154 с.

5. Олешко, В. Ф. Адаптация журналистов к конвергентным основам информационной деятельности (результаты социологического исследования 2014-2016 гг.) [Текст] / В. Ф. Олешко, Е. В. Олешко // Известия Уральского федерального университета. Сер. 1, Проблемы образования, науки и культуры. - 2016. - Т. 22. - № 3 (153) - C. 27-36.

6. Олешко, В. Ф. Муниципальная пресса в зеркале социологии [Текст] / В. Ф. Олешко // Век информации. Медиа в современном мире. Петербургские чтения : матер. 56-го междунар. форума (13-14 апреля 2017 г.). - № 2: в 2 т. - 2017. - Т. 1. - С. 252-254.

7. Олешко, Е. В. Журналисты говорят о конвергенции [Текст] / Е. В. Олешко // Журналистика в 2016 году: творчество, профессия, индустрия. Сб. мат. межд. научно-практ. конф. Ф-т журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова. - 2017.

8. Рикель, А. М. Некоторые аспекты социально-психологической проблематики успеха [Текст] / А. М. Рикель // Вестник МГУ. Сер. 14. Психология. - 2012. - № 1. - С. 41-42.

9. Аузан, А. Национальные ценности и модернизация. [Текст] / А. Аузан. - М.: ОГИ; Полит. ру, 2010. - 192 с.

10. Хелемендик, В. С. Союз пера, микрофона и телекамеры (Опыт системного исследования). [Текст] / В. С. Хелемендик. - М.: Мысль, 1977. - 316 с.

11. Вартанова, Е. Л. Конвергенция как неизбежность [Текст] / Е. Л. Вартанова // От книги до Интернета. Журналистика и литература на рубеже тысячелетия / отв. ред. Я. Н. Засурский и Е. Л. Вартанова. - М.: МГУ, 2000. - 182 с.

12. Кастельс, М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. [Текст] / М. Кастельс. - М.: Изд-во: ГУ ВШЭ, 2000. - 458 с.

13. Землянова, Лидия. Инновации в концептуально-терминологическом фонде современной зарубежной коммуникативистики [Текст] / Лидия Землянова // Меди@льманах. - 2013. - № 4 (57). - С. 6-15.

14. Harvard, S. Doing the Right Thing/ Media and Communication Studies in a Mediatized World [Текст] / S. Harvard // Nordicom Review. - 2012. - Т. 33 Suplement. - № 1. - June.

15. Harvard, S. Doing the Right Thing/ Media and Communication Studies in a Mediatized World [Текст] / S. Harvard// Nordicom Review. - 2012. - Т. 33 Suplement. - № 1. - June.

16. Orgeret, K. S. Doing the Right Thing. In the Wake of the Explosion of Journalism [Текст] / K. S. Orgeret // Nordicom Review. - 2012. - Т. 30. - № 1. - Pp. 23-24.

17. Тоффлер, Элвин. Третья волна [Текст] / Элвин Тоффлер. - М.: АСТ, 2004. - 261 с.

18. Зубанова, Л. Б. Духовное лидерство в социокультурном пространстве современной России: автореф. дис. ... док. культурологии [Текст] / Л. Б. Зубанова. - Челябинск, 2009.

19. Соколова, Н. Л. Популярная культура Web 2.0: К картографии современного медиаландшаф-та. Изд. 2-е. [Текст] / Н. Л. Соколова. - Самара: Изд-во «Самарский университет», 2016. - 204 с.

20. Диденко, В. В. Особенности актуализации фрейма «толерантность» в русском и американском миграционных медиадискурсах [Текст] / В. В. Диденко // Вестник Томского государственного университета. - 2017. - № 418. - С. 14-23.

21. Дацюк, С. Коммуникативные стратегии. [Электронный ресурс]. - URL: http://gtmarket.ru/ laboratory/expertize/2006/2751 (дата обращения 10.06.2017).

22. Тулупов, Владимир. К вопросу о конвенциональной стратегии в журналистской деятельности [Электронный ресурс]. - URL: http://www.km.ru/referats/AF45C3548A11461AB4454305716 4315C (дата обращения 12.07.2017).

FRAME "THE EFFECTIVENESS OF JOURNALISM" IN THE CONTEXT OF TRANSFORMATIONS IN SOCIAL PRACTICES AND THE WIDESPREAD

DIGITIZATION OF CONTENT

Oleshko V. F., Ural Federal University named after the first President of Russia B. N. Yeltsin, Yekaterinburg, vladimir.oleshko@urfu.ru

Oleshko E. V., Ural Federal University named after the first President of Russia B. N. Yeltsin, Yekaterinburg, pps2424@mail.ru

The article presents the results of a study aimed at identifying and analyzing the main components of the frame "the effectiveness ofjournalism"on the example ofa regional media discourse. In the course of research of the newest forms of information activity in the conditions of transformation ofpublic prac-

tices, convergence of mass media and universal digitalization of their content actualization of a frame as a whole or its parts is selected, algorithms of the organization of creative activity within the convergent edition of mass media are revealed and systematized. As a result of the content analysis of more than 7,000 texts and a survey of 261 experts, aspects of the frame are highlighted, which receive promising development in the framework of the formation of the map of actual media competencies of employees and in General the professional culture of journalists.

It is proved that convergence as a trend of development of not only new media, but also traditional publications not only changes the media landscape of a particular regional information space, but also forces to radically rebuild the model of management of any of them and the whole system of mass media. The results of the study also help to see the competitive advantages of regional mass media in the translation of localized content and in the organization of dialogue with the real and potential audience.

Keywords: mass media, mass media, convergent journalism, frame, digitization, efficiency, content, media competence, professional culture.

References

1. Gofman, I. (2003) Analiz freimov: esse ob organisatsii povsednevnogo opyta [=Analysis of frames: an essay on the organization of everyday experience], Moscow, Institut soziologii RAN. (In Russ.).

2. Gofman, I. (2000) Predstavlenie sebya drugim v povsednevnoy zhizni [=The presentation of oneself to others in everyday life], Moscow, KANON-press-C, Kuchkovo pole. (In Russ.).

3. Minsky, Marvin (1975). A. Framework for Representing Knowledge', in: The Psychology of Computer Vision, McGraw-Hill, New York.

4. Minsky, M. (1979) Freimi dlyapredstavleniya znaniy [=Frames for representation of knowledge], Moscow, Energiya. (In Russ.).

5. Oleshko, V. F. and Oleshko, E. V. (2016) Adaptatsiya journalistov k convergentnym osnovam informatsionnoi deyatelnosti (resultaty sociologycheskogo issledovaniya 2014-2016) [=Adaptation of journalists to convergent bases of information activity (results of sociological research 2014-2016)], in: Izvestiya UrFU. Ser. 1, Prolemy obrazovaniya, nauki i kultury [=Izvestiya Ural Federal University. Ser. 1, Problems of education, science and culture], Vol. 22, No. 3 (153), pp. 27-36. (In Russ.).

6. Oleshko, V. F. (2017) Munitsipalnaya pressa v zerkale sociology [=Municipal press in the mirror of sociology], in: Vek informazii [=Information age. Media in the modern world], No. 2, Vol. 1, Sankt-Peterburg, SpBSU. (In Russ.).

7. Oleshko, E.V. (2017) Journalisty govoryat o convergence [=Journalists talk about convergence], in: Journalistica v 2016godu: tvorchestvo, professia, industria [=Journalism in 2016: creativity, profession, industry], Moscow, MediaMir, MoscowSU. (In Russ.).

8. Rikel, A. M. (2012) Nekotorye aspekty socialno-psichologicheskoi problematiki uspecha [=Some aspects of the socio-psychological problems of success], in: VestnikMoscowSU. Ser. 14. Psichologia [=Bulletin of the Moscow State University. Ser. 14. Psychology], No. 1, pp. 41-42. (In Russ.).

9. Auzan, A. (2010) Natsionalnye zennosti i modernisatsiya [=National values and modernization], Moscow, Politru. (In Russ.).

10. Helemendik, V. S. (1977) Soyuzpera, macrofona i telecamery [=Union of a pen, a microphone and a television camera], Moscow, Mysl. (In Russ.).

11. Vartanova, E. L. (2000) Convergence kak neizbezhnost [=Convergence as inevitability], in: Ot knigi do Interneta [=From the book to the Internet. Journalism and literature at the turn of the millennium], MoscowSU, p. 39. (In Russ.).

12. Castells, M. (2000) Informationnaya epocha: economika, obshestvo i cultura [=Information Age: Economics, Society and Culture], Moscow, MoscowSU VSHE. P. 346. (In Russ.).

13. Zemlyanova, L. (2013) Innovation v comeptualno-terminologicheskom fonde sovremennoi zarubezhnoi communicativistici [=Innovations in the conceptual and terminological fund of modern foreign communication studies], in: Medi@lmanach, No. 4 (57), p. 8. (In Russ.).

14. Harvard, S. (2012) Doing the Right Thing. Media and Communication Studies in a Mediatized World, in: Nordicom Review, Vol. 33 Suplement, No. 1. June, p. 32.

15. Harvard, S. (2012) Doing the Right Thing. Media and Communication Studies in a Mediatized World, in: Nordicom Review, Vol. 33 Suplement, No. 1. June, p. 32-33.

16. Orgeret, K. S. (2012) Doing the Right Thing. In the Wake of the Explosion of Journalism, in: Nordicom Review, Vol. 30, No. 1, p. 23.

17. Toffler, O. (2004) Tret'ya volna [=The Third Wave], Moscow, AST, pp. 6-261. (In Russ.).

18. Zubanova, L. B. (2009) Duchovnoye liderstvo v socioculturnomprostranstve sovremennoy Rossii [=Spiritual Leadership in the Sociocultural Space of Contemporary Russia], Chelyabinsk, pp. 19-20. (In Russ.).

19. Sokolova, N. L. (2016) Popularnaya cultura Web 2.0 [=Popular culture Web 2.0], Samara, Sa-marSU, p. 69. (In Russ.).

20. Didenko, V. V. (2017) Osobennosti aktualizatsie freima «tolerantnost'» v russkom i amerikan-skom migratsionnych mediadiscoursach [=Features of the actualization of the frame "tolerance" in the Russian and American migration media discourses], in: Vestnik TomskSU [=Bulletin of Tomsk State University], No. 418, pp. 14-23. (In Russ.).

21. Datsuk, S. (2013) Communicativnye strategy [=Communicative Strategies], available at: http:// gtmarket.ru/laboratory/expertize/2006/2751, accessed 10.06.2017. (In Russ.).

22. Tulupov, V. (2017) K voprosu o conventionalnoy strategy v journalistskoy deyatelnosti [=On the question of the conventional strategy in journalistic activity], available at: http://www.km.ru/referats/ AF45C3548A11461AB44543057164315C, accessed 12.07.2017. (In Russ.).

Олешко Владимир Фёдорович - доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой периодической печати и сетевых изданий, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, Екатеринбург.

vladimir.oleshko@urfu.ru

Олешко Евгений Владимирович - кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры периодической печати и сетевых изданий, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, Екатеринбург.

pps2424@mail.ru