Эпоха в зеркале архитектуры. К столетию А. Г. Рочегова

Эпоха в зеркале архитектуры. К столетию А.Г.Рочегова

Г.В.Есаулов

Столетние рубежи заставляют целые поколения вновь и вновь обращаться к поиску причин и следствий, характеристике давно ушедшего, и всё для того, чтобы лучше понять настоящее, а может, и заглянуть в будущее.

2017-й... Революционный пафос преобразований социальной жизни России как путь в неизведанное, путь к лучшему, стал неотъемлемой частью исканий образа будущего, проникшего и в души поколений российских архитекторов ХХ века. «.советский проект будет памятен не только и не столько бюрократией, репрессиями и запретами, но и установкой на сверхчеловеческое, на преодоление будней, на прорыв в непонятное и небывалое»1.

Из множества характеристик семидесятилетней истории СССР и классификаций её этапов, возможно, один, на наш взгляд, ближе других определяет роль технологического развития, а может, и архитектуры в жизни страны.

Это хронология индустриальной цивилизации в России2 с основными этапами истории архитектуры России в ХХ веке.

Сопоставим приведённые этапы с процессами в архитектуре.

1931-1936 годы - пятилетка воинствующего безбожия, разрушение храмов, интенсивное промышленное и жилищное строительство, строительство новых городов;

1935-1955 годы - возвращение ордерных форм в арсенал архитектурных средств, развитие неоклассических тенденций. Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 4 ноября 1955 г. «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве»;

1 Быков, Д.Л. Советская литература. Расширенный курс. - М., 2014. - С. 478.

2 В первой стране социализма развитие характеризуют векторы экономического роста и события глобальной мировой истории. Б.Н. Кузык делит период с 1861 года по 2010 год на три долгосрочных индустриальных цикла: 1861-1914 годы, 1917-1964 годы, 1965-2010 годы , а в них следующие этапы: «1935-1952 гг. - ускоренная индустриализация, Великая Отечественная война, формирование социалистического лагеря;

1953-1964 гг. - попытки реконструировать и оздоровить экономику на основе социалистической модели и средствами хрущёвских реформ; 1965-1974 гг. - неудачные попытки реформировать социализм, придав ему некоторые черты рыночной экономики при сохранении основ партийно-государственного монополизма;

1975-1985 гг. - период стагнации, усиления консервативных тенденций, милитаризация страны, потеря ряда геополитических позиций в результате вторжения в Афганистан;

1985-1998 гг. - попытка радикальной трансформации общества с помощью перестройки, политических и рыночных реформ, которые неожиданно для их инициаторов привели к распаду СССР.» (Кузык. Б.Н. Россия в цивииза-ционном измерении: фундаментальные основы, стратегия инновационного развития. - М., 2008. - С. 246-247, 251-252, 256).

1956-1979 годы - индустриальное строительство по типовым проектам (постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 31 июля 1957 г. «О развитии жилищного строительства в СССР»);

1980-1999 годы - «замирающее» строительство по типовым проектам, проектирование и строительство крупных общественных зданий по индивидуальным проектам, «бум» вторичной застройки от Москвы до окраин.

Как видим, отдельные этапы социальной истории и истории архитектуры имеют близкие хронологические границы. Эти совпадения связаны с периодами максимального государственного влияния на архитектуру. Воздействие, которое испытывает при этом архитектура, не всегда приводит к одинаковым результатам (то положительным, то отрицательным).

По существу, эти периоды в истории СССР стали эпохами в жизни архитектуры: 30-е - 50-е; 50-е - 70-е; 80-е - 90-е.

Сегодня уже очевидно, что советская действительность достаточно точно, если не сказать - прямолинейно, отражена в образах архитектуры. При этом бессмысленная для искусства идеология прогресса, пронизавшая и пропитавшая ХХ век сверхдостижениями науки, оказала на архитектуру исключительное влияние: от директив руководства страны, утверждавших идеалы социализма, до воздействия строительной индустрии, определившей возможность воплощения замысла зодчего.

Как сам процесс реализации, так и его участники - уже история отечественной культуры. Социально-политические эпохи не только предопределили архитектурные судьбы, но и воплотились в пространственных образах, созданных зодчими.

Периодически оживающие аллюзии достижений советских авангарда, неоклассики, модернизма заставляют вновь и вновь обращаться к творчеству тех, кто создал архитектуру нашей страны в ХХ веке. В их числе яркая харизматичная фигура Александра Григорьевича Рочегова.

1930-е - 1950-е

А. Рочегов родился в Баку 6 февраля 1917 года в семье потомственного рыбопромышленника Григория Поликарповича Рочегова [6, с. 1]. После окончания в 1933 году средней школы (рис. 1) Александр поступил на архитектурный факультет Ленинградского института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина Академии художеств СССР. Интерес к архитектуре возник у Александра в конце 1920-х, когда в Баку приезжал дальний родственник (или знакомый?) семьи Рочеговых - О.Р. Мунц, преподававший в ту пору архитектуру в Академии художеств

в Ленинграде [6, с. 1]. Великолепно учившийся в школе, прекрасный рисовальщик, влюблённый в музыку3, Александр легко сдал экзамены в три ленинградских института: консерваторию, судостроительный и ЛИЖСА им. И.Е. Репина.

Романтика, воплощённая в произведениях Шопена и Бетховена, навсегда стала частью мира его увлечений, а любовь к наукам и технике сформировала поистине ренессансное отношение к жизни и работе. Уважение к инженерному труду, восхищение изобразительным искусством, архитектурой Возрождения и русским классицизмом определили фундаментальные представления об архитектуре. Выбирая, куда же пойти учиться, решил: «Архитектура - это та профессия, которая позволит ему оставаться музыкантом, а при случае - нарисовать красивый корабль» [6, с. 1].

Позже Александр Григорьевич так вспоминал годы учёбы:

«В 1941 году наш курс вышел на диплом. Ленинград...

Великолепное здание Академии художеств на набережной Невы, невозмутимые сфинксы из гранитных монолитов, вечный поток реки, мосты и, чуть слева, на противоположном берегу, тусклое мерцание купола Исаакиевского собора.

Всё было поразительно лучезарно! - любимый красивый город, друзья и увлекательная дипломная тема - Центральная библиотека Академии Наук СССР в Москве на набережной Москвы-реки, напротив главного входа в Центральный парк культуры и отдыха им. А.М. Горького. Тогда в Москве ещё не было выстроено высотных домов. Мне всё время казалось, что вокруг Кремля, на почтительном

3 Любовь к музыке - от матери, Лидии Александровны, урождённой фон Мейер, дочери капитана первого ранга (немца по происхождению). Трое детей Г.П. Ро-чегова получили домашнее музыкальное образование, в том числе и Александр, начавший заниматься музыкой с трёх лет [6, с. 1].

Рис. 1. А. Рочегов, выпускник средней школы

Рис. 2. В военные годы

расстоянии, где-то в зоне Садового кольца, должны вырасти крупные, с чётким силуэтом многоэтажные здания. Поэтому и библиотека была задумана именно так. Кроме того, высотные дома на Садовом кольце должны были поддержать здание Дворца Светов (кто знал тогда, что на его фундаментах возникнет бассейн!). Защита диплома была назначена на август, а 22 июня 1941 г. грянула война. Уже в конце июля все мы, дипломники Академии - архитекторы, художники, скульпторы - ушли добровольцами на Ленинградский фронт.

Всё мирное - белые ночи, Ленинград, Академия - всё, всё ушло сразу, неожиданно, даже не ушло, а оборвалось.

Мир стал коротким, жёстким, он оценивался ближайшей деревушкой, занятой фашистами, нашей рощей, по которой били немецкие миномёты, коротким клочком неба с бьющимися истребителями, окопчиком, только что вырытым и таким уже обжитым. В октябре 1941 года - ранение, госпиталь в блокадном Ленинграде, блокада с длинными, голодными, промёрзшими насквозь днями и ночами.

Рис. 3. Гостиница «Ленинградская», Москва. Фрагмент фасада

В феврале-марте 1942 года через ледовую дорогу Ладожского озера, через всю страну остатки Академии Художеств - профессура и преподаватели с жёнами и детьми, приехали в Самарканд. Началось медленное возвращение к жизни, возвращение к диплому, который был защищён весной 1943 года» [1].

С отличием окончив институт, Александр был зачислен в аспирантуру Всесоюзной академии архитектуры. Однако, получив приглашение на работу от Л.М. Полякова, с которым его познакомила сестра Галина, бывшая замужем за Игорем Евгеньевичем Рожиным - ленинградским архитектором, успешно работавшим в Москве - Рочегов переходит в мастерскую Леонида Михайловича [2].

«.Мы были тогда ещё очень молодыми и рвались в бой. Вокруг Леонида Михайловича Полякова, уже вставшего во весь рост своего мастерства, собрались молодые архитекторы. Я очень гордился, что он пригласил меня работать в свою мастерскую» [1].

Началом стало участие в проектировании гостиницы «Ленинградская» в Москве (рис. 3), ряд проектов жилых домов.

До 1953 года Рочегов работает в составе коллективов, выполнивших конкурсный проект, а затем и осуществивших его в строительстве уникального комплекса Волго-Донского судоходного канала.

«Архитектура просто не могла не быть триумфальной, она должна была быть мощной и простой. Она должна была быть русской по всем своим основам, происхождению! Отсюда шли замысел и вдохновение у нас, вчерашних ещё солдат Отечественной» (рис. 4) [1].

Работы над проектом вели вместе с архитекторами Г. Борисом, Г. Васильевым, С. Демидовым, В. Мусатовым, М. Пань-ковым, Е. Першаниным, а также с А. Бельским, С. Бирюковым, А. Ковалёвым, Ф. Топуновым, Р. Якубовым. Разработки были согласованы с целым отрядом технологов-механиков, электриков и гидротехников.

Грандиозный комплекс и ныне воспринимается и как памятник эпохи расцвета советской неоклассики, и как памятник героическим событиям Великой Отечественной войны, прошедшей по донским и волжским степям.

Этот период творчества А.Г. Рочегова отмечен глубоким проникновением в тайны мирового и отечественного классического наследия. Чётко выверенные ритмы окон и эркеров, с любовью прорисованные детали балконов и карнизов, проработка поверхностей, будь то руст или иная имитация

4 Цит. по : История советской архитектуры. 1917-1958 гг. - М., 1962. - С. 312.

5 В Постановлении ЦК КПСС и СМ СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве» (1955) указывалось, что основной чертой советской архитектуры должны быть «простота, строгость форм и экономичность решений». (Цит. по : Теория композиции в советской архитектуре / Под ред. Л.И. Кирилловой. ЦННИИТИА. - М.: Стройиздат, 1986. - С. 32.

Рис. 4. Волго-Донской судоходный канал. Шлюз

камня, стали неотъемлемой чертой архитектуры. А. Рочегов достигает совершенства в проектировании зданий в неоклассической стилистике, опирающейся на образы русского классицизма и барокко.

Работа с Леонидом Михайловичем Поляковым оказала на Александра огромное влияние, по существу - это были годы становления мастера, его художественных взглядов, умения взаимодействовать с коллегами, инженерами, скульпторами и художниками (рис. 5).

Самостоятельной масштабной работой стал жилой дом на Ленинградском проспекте в Москве. Полную же свободу владения палитрой неоклассики автор демонстрирует в образе жилого дома на проспекте Мира: мощная лепка фасада, изящество деталей, уравновешенный ритм форм и добротность в сочетании с удобствами в решении квартир (рис. 6, 7).

1950-е - 1970-е

В 1961 году объявлено, что СССР по количеству новой жилой площади на тысячу жителей вышел на первое место в мире. Рекорд, ставший реальностью благодаря новой технологии крупнопанельного домостроения.

Достижения явились следствиями борьбы с излишествами, начало которой было положено в 1954 году.

«Выступая в ноябре 1954 г. на Всесоюзном совещании строителей, архитекторов и работников промышленности строительных материалов, строительного и дорожного машиностроения, проектных и научно-исследовательских организаций, глава государства Н.С. Хрущёв подверг резкой критике архитекторов: "В нашем строительстве нередко наблюдается расточительство средств, и в этом большая вина многих архитекторов, которые допускают излишества в отделке зданий, строящихся по индивидуальным проектам. Такие архитекторы стали камнем преткновения на пути индустриализации строительства"»4.

4 ноября 1955 года было принято постановление ЦК КПСС и СМ СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве»5. Оргвыводы не заставили себя долго ждать. Лишились своих постов президент Академии архитектуры СССР А.Г. Мордвинов, первый секретарь СА СССР С.Е Чернышов, главный архитектор Москвы А.В. Власов.

Л.М. Поляков был лишён Сталинской премии за проект гостиницы «Ленинградская» и мастерской в институте «Мо-спроект», что очень тяжело переживал сам и его близкие и друзья-коллеги [2].

Хотя с идеей трудно спорить: переселение людей из бараков, из землянок и коммуналок, сносимых на окраинах одноэтажных домов. Социальные плюсы налицо.

Очевидцы вспоминали (например в беседе с А.Н. Бело-конём), что было две идеи: реализованная - каждой семье по отдельной квартире минимальной площади из расчёта 9 кв. м на человека, и вторая - квартиры большой площади с удобствами (большие кухни и два санузла) с покомнатным заселением семей, а потом - расселением их по мере роста благосостояния страны.

Вторая идея почти не рассматривалась. Вероятно, что качество строительства и горизонт в 25 лет не давали перспективы ни одному из вариантов. «Временное» же остаётся «постоянным» и спустя 50 лет жизни пятиэтажек.

Переход к модернистской архитектуре и технологическим новациям утилитаризма 1960-х был воспринят А.Г. Рочеговым как закономерный этап архитектурного процесса, убедительные вехи которого демонстрировала открывшаяся перспектива развития строительной индустрии и социальные задачи. Тех-нологизм программы жилищного строительства представлялся необходимой, а порой единственно возможной реакцией архитектурно-строительной отрасли на социальные запросы общества. Миллионы семей получили тогда отдельные квартиры. Думать о будущем, о необходимой в перспективе возможности трансформации - времени не хватало. Как гласит история, «идеология прогресса» возобладала над принципами искусства архитектуры.

Итак, первое в России массовое городское жилье стало повсеместным, а в отечественной архитектуре были ясно расставлены акценты: социальное - как синоним массового - включало системы обслуживания, технологичное - как синоним прогрессивного - утверждало приоритет индустриального. Прогрессивным тенденциям, их утверждению способствовали зримые успехи науки: первенство в космосе, начало космической эры, новая авиация, нобелевские премии Л. Ландау, Н. Басову, А. Прохорову. Строительство Дворца съездов в Кремле (коллектив под руководством М.В. Посо-хина) закрепляет идеи политики новаторского обновления в стране и стилистики современного в архитектуре.

Минимализм 1960-х логично вписывается в миниатюрность новых квартир. Лёгкость и изящество, минимум всего - новые каноны для новосёлов - буквально сметают прежние представления об интерьере и мебели. Модный поэт-архи-

Рис. 5. Представление проекта

тектор А. Вознесенский утверждает новые девизы: «Скромность украшает - к чёрту украшательство!» Вероятно, речь об архитектуре излишеств и украшательства.

С 1960 года Александр Григорьевич переходит в систему «Моспроект-1», где возглавляет мастерскую, а затем с 1963 года и само Управление «Моспроект-1». В полной мере уже на этом этапе проявляется его талант организатора, ориентирующего коллег по цеху на новаторские разработки, активное применение технологических и технических новинок.

1960-е приносят в архитектуру новое отношение к застройке, повышение её плотности, функциональное зонирование жилых районов, внедрение системы ступенчатого обслуживания. В этот период построен целый ряд новых жилых районов в Москве - Черкизово, Северное Богородское, Гольяново, Сокольники, Ясенево. Их проектированием руководил А.Г. Рочегов, который, уже будучи зрелым мастером, порой мучительно искал ответы на вопросы современности: «Слияние таких мощных импульсов, как социальные задачи развития советского общества - жилище для каждого, детские сады, школы, здравницы, поликлиники, больницы, кинотеатры, магазины, многочисленные здания коммунального и бытового назначения, как появление новых строительных материалов, методов строительства - лежало у истоков полносборного массового строительства.

Архитектура во многом утратила свои непременные черты: масштабность к человеку, основанную на умелом и точном применении членений и деталей в решении фасадов и интерьеров; художественную образность - умение выразить эстетические , духовные взгляды общества в архитектурном произведении. <...> Можно ли было предвидеть иной путь развития архитектуры, без столь ощутимых потерь? Возможно, что какой-то более спокойный вариант.» [1]. Спокойствие мастер находит, приходя домой, за роялем.

В столице по проектам Рочегова в этот период построен ряд крупных общественных зданий: универмаг «Московский» на Комсомольской площади, Институт проблем механики Академии наук СССР, посольские здания, в том числе здание посольства СССР в Гаване (Куба).

Проектирование универмага «Московский» стало определённым итогом исканий в области архитектурно-строительных технологий. Окружение продиктовало ориентиры композиционного решения объекта. Пригодился опыт работы над гостиницей «Ленинградская». Пластика зданий Ярославского, Казанского и Ленинградского вокзалов задала определённый масштаб и характер объёмного решения.

Проектируя здание универмага, построенное из сборных элементов, авторы (А. Рочегов, О. Гридасов) ставили задачу создания конструктора, позволяющего собрать пластически выразительную крупную форму, сомасштабную окружению, встраивающуюся в исторический контекст. Ритмика элементов, общее структурное членение форм свидетельствуют о брутальном характере постройки периода модернизма (рис. 8, 9).

Окончательный проект был разработан совместно с молодыми архитекторами - А. Елисеевым, Е. Косиновой, А. Шатохиным, Е. Никоновой; инженерами О. Козловским,

A. Улановым, Ю. Мартыновым; технологами Гипроторга

B. Чиколодковой, Л. Немцовой, Л. Фатневой, Г. Чирковой. Фасадные элементы из сборного железобетона выполнены экспериментальной базой МНИИТЭПа ГлавАПУ при творческом участии А. Масарского.

«Мне кажется, что в этой работе есть ответы на несколько сложных и трудных проблем, встающих перед каждым честным художником: отношение к окружающей среде - проявлять должное уважение к тому, что было сделано до тебя; отношение к материалам - в здании раскрывается железобетон, делается попытка показать, что этот строительный

Рис. 6, 7. Жилой дом на проспекте Мира, Москва. Фрагмент фасада

материал способен являться полноценным выразителем архитектурного языка; в здании широко применена керамика

- материал незаслуженно забытый, почитавшийся всегда как высокохудожественный и вечный. Очень хотелось найти образ современного и в то же время гармонически вписавшегося в ансамбль Комсомольской площади крупного здания» [1].

Особой страницей в жизнь и творчество Александра Григорьевича вошло восстановление центра города Ташкента после землетрясения 26 апреля 1966 года. Город было решено не восстанавливать, а построить новые районы. По кварталу строили Москва, Ленинград, РСФСР - микрорайоны. Построенный комплекс жилых домов и зданий культурно-бытового назначения был удостоен Государственной премии Узбекистана им. Хамзы.

Проблемы массового жилища, ставшие важной составляющей административной и творческой деятельности, буквально захватили А.Г. Рочегова.

В основу проектирования дома переменной этажности (от 9 до 50 этажей) был положен принцип структурности, обеспечивающий свободное нарастание формы в трёх пространственных измерениях и во времени (жилой дом нового типа НД-10, 1956-1968. Архитекторы: Я.Б. Белопольский, Ф.М. Гажевский, А.Г. Рочегов, инженер В.Д. Васильев).

Создаваемая таким образом композиция застройки адаптируется к потребностям населения и способна как к относительной завершённости, так и к развитию во времени.

Основным элементом структуры является двух-трёхъ-ярусная секция, состоящая из жилой части на консольной платформе и вертикального транспортного ствола. Именно эти стволы соединяют жилые образования с поверхностью земли. Их пунктирное размещение обеспечит использование структуры в условиях реконструкции застройки, сохранения исторической архитектуры и природного ландшафта.

Важным достоинством предлагаемого решения представлялось использование для их строительства элементов заводского изготовления (каркас, панели стен и перекрытий), ствол и консоли - сборно-монолитные. Ствол лифтов и лестниц предполагалось применить в качестве основы самоподъёмного крана, монтирующего весь дом.

Созданная вместе с коллегами система проектирования жилых домов с использованием объёмно-пространственных элементов (КОПЭ) обеспечила новые функциональные, технологические и художественные возможности в типовом проектировании и строительстве.

Несколько романтично, но с надеждой сам Александр Григорьевич писал: «Идея заманчива - обеспечить стабильность производства домостроительному комбинату, увеличить возможность к росту его производства и, в то же время, дать архитектору широкую вариантность объёмно-пространственных построений зданий - по этажности и конфигурации. Если удастся реализовать этот замысел,

- уверен, что это будет новый шаг в отечественном жилищном строительстве» [1].

Рис. 8. Универмаг «Московский». Общий вид. Москва. Фрагмент фасада

Метод КОПЭ получил применение при строительстве крупных жилых комплексов в Москве, а затем и в других российских городах. Признанием его успешности стало и распространение в строительстве, и награждение разработчиков Государственной премией СССР. В этом

Рис. 10. Пример застройки по системе КОПЭ

направлении совершенствования арсенала массового жилища была осуществлена разработка системы ширококорпусных домов уже в РААСН совместно с С.Н. Булгаковым. Впоследствии эта работа была отмечена премией

Рис. 11. Пример застройки по системе КОПЭ

Правительства РФ. Постепенное внедрение их в практику обозначило этих элементов эффективность (снижение энергопотребления, повышение плотности застройки, возможность индивидуализации облика домов) (рис. 10, 11).

Сочетание новаторских подходов в проектировании и технологических возможностей индустрии со стремлением внедрить выразительные архитектурные образы дало возможность А.Г. Рочегову создать ёмкий пласт объектов эпохи модернизма, отличающихся монументальностью, технологической выраженностью, стремлением к единству и системной организации пространственных структур жизнедеятельности человека.

Яркий представитель своего поколения, он был мастером крупной формы как в архитектуре, так и в общественно-профессиональной деятельности. Изучение классического наследия и проектирование в ордерах сформировало монументально-скульптурный почерк зодчего.

Его архитектурные произведения значительны, телесны, подобно скульптурам, наполнены разнообразным функциональным содержанием.

1980-е - 1990-е

Участие А.Г. Рочегова в развитии профессии архитектора в России уникально. В 1968-1979 годах он избирался руководителем международной рабочей группы «Жилище» Международного союза архитекторов. Одним из результатов работы группы стало создание Международной хартии жилища, принятой ООН [3]. Тогда же пришло полное знание зарубежной архитектурно-градостроительной практики и ясное представление о месте в ней отечественных зодчих.

С момента создания (с 1981 году по 1992 год) А.Г. Ро-чегов возглавлял Союз архитекторов России [4]. Это был период собирания архитектурных сил России, самоосознания профессии в условиях нарастающей ответственности зодчих за судьбу архитектуры, её возрастающей роли в жизни государства и общества, каждого человека. Именно в этот период пришло поистине российское признание авторитета Александра Григорьевича как главы российских зодчих (рис. 12).

Именно А.Г. Рочегов стал архитектором уходящей в историю огромной страны, кому было присвоено звание «Народный архитектор СССР» в 1991 году. Величественный облик, кладезь опыта, искренность и приветливость, может, даже некоторая сохранённая наивность - черта выдающихся людей.

Будучи одним из инициаторов и создателей в 1992 году Российской академии архитектуры и строительных наук, он был избран её президентом и возглавлял Академию до последнего дня своей жизни - 2 декабря 1998 года.

А.Г. Рочегов считал, что «ставить проблемы отрасли на государственном уровне должна Академия. Именно она способна стать равноправным весомым собеседником в диалоге

Рис. 12. Президент РААСН А.Г. Рочегов

с государством. Поэтому так важен статус государственного учреждения» [6, с. 5].

Он буквально творил образ новой Академии, умудрённый жизнью мастер с коллегами (ими были «выборщики» - лидеры столичных и региональных сообществ профессионалов и первый президиум) формировали научно-творческую базу и перспективу академической жизни [5]. Тогда был создан институт советников как источник обновления и развития Академии.

Сто лет со дня рождения А.Г. Рочегова и четверть века создания Академии, рождённой в новой России, вновь обозначили вечные для искусства архитектуры проблемы и ещё раз подтвердили истину о великой роли мастера.

Литература

1. Александр Григорьевич Рочегов. Архитектура: проспект к выставке. - М., 1982.

2. Воспоминания М. Энгельке о Леониде Полякове: рукопись. - М., 10 сентября 2007. - 10 с.

3. Хартия жилища. Москва. МСА. (редактор, автор в составе авторского коллектива). 1976.

4. Александр Рочегов: проспект / РААСН. Текст В. Орель-ского. - М., 1996.

5. Есаулов, Г.В. РААСН. Первые 15 лет //Альбом творческих работ членов Академии и советников. 2001-2006 гг. - М.: РААСН, 2007. - С. 31-40.

6. Рочегова, Н.А. А.Рочегов. Воспоминания: рукопись. -М, 2017. - 8 с.

Literatura

1. ALeksandr Grigor'evich Rochegov. Arhitektura: Рrospekt k vystavke. -M., 1982.

2. Vospominaniya M. EngeL'ke o Leonide PLyakove: rukopis'. - M., 10 sentyabrya 2007. - 10 s.

3. Hartiya zhiLishha. Moskva. MSA. (redaktor, avtor v sostave avtorskogo koLLektiva). 1976.

4. ALeksandr Rochegov: prospekt / RAASN. Tekst V. OreL'skogo. - M., 1996.

5. Esaulov G.V. RAASN. Pervye 15Let //AL'bom tvorcheskih rabot chLenov Akademii i sovetnikov. 2001-2006 gg. - M.: RAASN, 2007. - S. 31-40.

6. Rochegova N.A. А.Rochegov. Vospominaniya: rukopis'. -M, 2017. - 8 s.