Вопросы разграничения массовых беспорядков с административными правонарушениями

5.2. ВОПРОСЫ РАЗГРАНИЧЕНИЯ МАССОВЫХ БЕСПОРЯДКОВ С АДМИНИСТРАТИВНЫМИ ПРАВОНАРУШЕНИЯМИ

Боровиков Валерий Борисович, канд. юрид. наук, доцент. Должность: профессор. Место работы: Московский университет МВД России имени В.Я.Кикотя. Подразделение: кафедра уголовного права. E-mail: borovikov. tigrolev7@mail.ru

Боровикова Виктория Валерьевна, канд. юрид. наук, доцент. Должность: доцент. Место работы: Московский университет МВД России имени В.Я.Кикотя. Подразделение: кафедра уголовного права. E-mail: borovikova1009@mail.ru

Аннотация: В статье раскрываются проблемы разграничения массовых беспорядков со смежными административными правонарушениями. Обращается внимание на комплексный характер объективной стороны массовых беспорядков, понятия толпы, основных признаков состава этого деяния. Предлагаются меры по совершенствованию диспозиции ст.212 УК РФ и ряда статей, устанавливающих ответственность за нарушение общественного порядка.

Цель написания статьи - показать основные критерии разграничения массовых беспорядков с различными административными правонарушениями, посягающими на общественный порядок и общественную безопасность.

Иностранные специалисты, занимающиеся исследованием этих научных проблем - Н.Фрейер, П.Бастид, В.Фридман.

Методология - при написании статьи использованы методы научного исследования: контент-анализа, метод экспертной оценки.

Выводы: Авторами разработаны основные подходы к разграничению массовых беспорядков с различными административными правонарушениями.

Рамки исследования - анализ российского уголовного и административного законодательства, предусматривающего ответственность за преступления и административные правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность.

Практическое значение - данная статья вносит определенный вклад в развитие теории и практики квалификации преступлений против общественного порядка и общественной безопасности.

Социальные последствия - сформулированные предложения в статье могут быть использованы в теории и практике применения уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за массовые беспорядки.

Оригинальность публикации - заключается в новых подходах к проблеме разграничения массовых беспорядков со смежными правонарушениями.

Ключевые слова: массовые беспорядки, административные правонарушения, общественный порядок, общественная безопасность, квалификация преступлений.

ISSUES OF DELIMITATION OF RIOTS WITH ADMINISTRATIVE OFFENSES

Borovikov Valery Borisovich, PhD at law, associate professor. Position: professor. Place of employment: Moscow Uni-

versity of MIA Russia named after V.Ya.Kikot. Department: Criminal Law chair. E-mail: borovikov.tigrolev7@mail.ru Borovikova Victoria Valerievna, PhD at law, associate professor. Position: associate professor. Place of employment: Moscow University of MIA Russia named after V.Ya.Kikot. Department: Criminal Law chair. E-mail: borovikova1009@mail.ru

Annotation: The article reveals the problems of delimiting mass riots with related administrative violations. Attention is drawn to the complex nature of the objective side of mass riots, the concept of the crowd, the main features of the composition of this act. Proposed measures to improve the disposition of st.122 of the Criminal Code of the Russian Federation and a number of articles establishing liability for violation of public order.

The purpose of writing the article is to show the main criteria for distinguishing between riots with various administrative offenses that encroach on public order and public safety.

Foreign experts involved in the study of these scientific problems -N.Freier, P.Bastid, V.Friedman.

Methodology - when writing the article, the methods of scientific research are used: content analysis, the method of peer review.

Conclusions: The authors developed the main approaches to the delineation of riots with various administrative offenses.

The scope of the study is an analysis of Russian criminal and administrative legislation that provides for responsibility for crimes and administrative offenses that infringe on public order and public safety.

Practical significance - this article contributes to the development of the theory and practice of qualifying crimes against public order and public security.

Social consequences - the formulated proposals in the article can be used in the theory and practice of applying the criminal law norm establishing responsibility for riots.

The originality of the publication lies in new approaches to the problem of dividing riots with related offenses. Keywords: mass riots, administrative offenses, public order, public safety, crime qualification.

При применении ст.212 УК РФ возникает ряд вопросов, связанных с разграничением массовых беспорядков со смежными административными правонарушениями. Во многом это проистекает из-за комплексного характера объективной стороны данного преступления, по существу включающей в себя признаки различных посягательств, которые вне связи с нарушением общественного порядка и общественной безопасности толпой лиц могли бы рассматриваться в качестве самостоятельных преступлений (например, предусмотренных ст.112, 115-117, 119, 161, 167, 213, 214, 243, 318, 319, 321 УК РФ1). Но поскольку данные деяния выступают в качестве способа совершения массовых беспорядков, дополнительной квалификации здесь не требуется.

Словосочетание «массовые беспорядки» буквально означает: беспорядки (т.е. расстройство порядка), совершаемые массами (т.е. большим количеством людей, толпой).2 Число лиц, входящих в толпу, массу, закон не определяет, да и назвать эту цифру очень

1 По мнению А.М.Багмета и В.В.Бычкова, таких преступлений может быть 26 (См.: Багмет А.М., Бычков В.В. Уголовно-правовая характеристика массовых беспорядков.-М.: Проспект, 2009, с.28-29).

2 Подробнее о понятии массовых беспорядков см.: Боровиков

В.Б. Вопросы уголовно-правовой борьбы с массовыми беспорядками в современных условиях развития российской государственности/Российское правосудие. 2013. № 9. С.68-78.

РАЗГРАНИЧЕНИЕ МАССОВЫХ БЕСПОРЯДКОВ С АДМ ИНИСТРАТИВНЫМИ ПРАВОНАРУШЕ НИЯМИ

Боровиков В.Б. Боровикова В.В.

сложно. Необходимо учитывать конкретную ситуацию анализируемого преступления: количество людей, размер населенного пункта, способность толпы своими антиобщественными действиями парализовать либо существенно затруднить деятельность органов власти и управления, объектов жизнеобеспечения и общественного транспорта.

В данной связи следует согласиться с высказанной в юридической литературе позицией о том, что число людей должно быть в этой ситуации достаточным, чтобы в любой момент перекрыть движение транспорта, пешеходное движение, сорвать проведение массового мероприятия, нарушить работу различных учреждений и организаций, т.е. контролировать положение на значительной территории.3

Объективная сторона массовых беспорядков после внесенных в ст.212 УК РФ изменений на основании Федеральных законов: от 7.12.2011г. № 420-ФЗ; 5.05.2014г. № 130-Ф3 и 6.07.2016г. № 375-Ф3 состоит из следующих деяний: а) организации массовых беспорядков (ч.1 ст.212 УК РФ); б) подготовки лица для организации таких массовых беспорядков или участия в них (ч.1 ст.212 УК РФ); в) склонении, вербовки или иного вовлечения лица в совершение действий, предусмотренных ч.1 ст.212 УК РФ (ч.11 ст.212 УК РФ); г) участия в массовых беспорядках, предусмотренных ч.1 ст.212 УК РФ (ч.2 ст.212 УК РФ); д) призывов к массовым беспорядкам, предусмотренных ч.1 ст.212 УК РФ, или к участию в них, а равно призывов к насилию над гражданами (ч.3 ст.212 УК РФ); е) прохождения лицом обучения, заведомо для обучающегося проводимого в целях организации массовых беспорядков, либо участия в них, в том числе приобретения знаний, практических умений и навыков в ходе занятий по физической и психологической подготовке при изучении способов организации массовых беспорядков, правил обращения с оружием, взрывными устройствами, взрывчатыми, отравляющими, а также иными веществами и предметами, представляющими опасность для окружающих (ч.4 ст.212 УК РФ).

Специфика объективной стороны рассматриваемых деяний заключается в том, что состав преступления будет налицо, если массовые беспорядки обязательно сопровождались насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением оружия, взрывных устройств, взрывчатых, отравляющих либо иных веществ и предметов, представляющих опасность для окружающих, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти.

Разумеется, нет состава преступления, предусмотренного ст.212 УК РФ, если массовые беспорядки сопровождались не деяниями, перечисленными в ч.1 данной статьи, а административными правонарушениями: мелким хулиганством (ст.20.1 КоАП РФ); уничтожением или повреждением чужого имущества, не повлекшего причинение значительного ущерба (ст.7.17 КоАП РФ); а также повреждением имущества на транспортных средствах общего пользования, грузовых вагонов или иного предназначенного для перевозки и хранения грузов на транспорте оборудования (ст.11.15 КоАП РФ); неповиновением законному распоряжению сотрудника полиции, военнослужащего, сотрудника органов федеральной службы безопасно-

3 См.: Соловьев А. Массовые беспорядки: организация, участие, призывы к неподчинению//Российская юстиция. 2000. № 7. С.47.

сти, сотрудника органов государственной охраны, сотрудника органов, осуществляющих федеральный государственный надзор в сфере миграции, либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы, либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации (ст.19.3 КоАП РФ).

В подобных случаях правоприменителю полезно знать критерии разграничения этих административных правонарушений с перечисленными в ч.1 ст.212 УК РФ и другими сходными формами преступного поведения. Например, ч.1 ст.212 УК РФ не указывает на то, что уничтожение имущества должно повлечь причинение значительного ущерба как это предусмотрено в ст.167 УК РФ.4

На наш взгляд, при оценке размера причиненного ущерба как при умышленном уничтожении чужого имущества, так и в процессе массовых беспорядков, следует соблюдать единый подход. В противном случае неизбежно будут возникать вопросы о малозначительности деяния (например, в процессе массовых нарушений общественного порядка было разбито 2-3 урны для мусора стоимостью несколько сот рублей), трудности отграничения массовых беспорядков от преступления, предусмотренного ст.167 УК РФ, а также ряда административных правонарушений, указанных в ст.7.17 КоАП РФ (в диспозиции этой статьи содержится прямое указание, что административное наказание налагается только в случае умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества, если эти действия не повлекли причинение значительного ущерба), ч.1 ст.11.15 КоАП РФ (в частности, эта норма связывает наступление административной ответственности за повреждение имущества на транспортных средствах общего пользования, если причиненный имущественный ущерб не превышает 100 руб.)5, ч.1 ст.20.1 КоАП РФ (например, мелкого хулиганства сопровождающегося уничтожением или повреждением чужого имущества, - естественно, при этом материальный ущерб не может быть значительным ибо в противном случае речь должна вестись о деянии, предусмотренном ч.1 ст.167 УК РФ). Кроме того, нельзя игнорировать и ч.2 ст.20.22 КоАП РФ, согласно которой организация массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших причинение вреда имуществу, если эти действия не содержат уголовно-наказуемого деяния, влечет за собой наступление административной ответственности. Следовательно, именно причинение значительного ущерба при уничтожении имущества в процессе массовых беспорядков является обязательным признаком состава данной формы анализируемого преступления, позволяющим отграничить его от ряда сходных административных правонарушений.

В этой связи важное значение приобретает установление факта причинения значительного ущерба в про-

4 Думается, как досадную невнимательность со стороны законодателя можно оценить то обстоятельство, что в ч.1 ст.212 УК РФ речь идет только об организации массовых беспорядков, сопряженных с уничтожением имущества, но нет упоминания о массовых беспорядках, сопряженных с повреждением имущества.

Вполне логично, чтобы законодатель предпринял усилия по устранению названного выше пробела ч.1 ст.212 УК РФ и внес соответствующие коррективы в ее диспозицию.

5 Очевидно, что данная цифра с учетом современных реалий российской жизни, в частности, уровня инфляции, должна быть скорректирована в сторону повышения.

цессе уничтожения или повреждения имущества. К сожалению, надо констатировать, что законодатель не раскрывает понятие значительного ущерба в ст.167 УК РФ. Судебная практика, как правило, ограничивается на этот счет общего характера. В частности, в п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5.06.2002г. № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем « (с послед. изм.), что при решении вопроса о том, причинен ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, например, в зависимости от рода его деятельности и материального положения либо финансово-экономического состояния юридического лица, являющегося собственником или иным владельцем уничтоженного или поврежденного имущества.6

Нетрудно заметить, что такого рода рекомендации не приближают нас к истине и не помогают определить предмет доказывания по уголовному делу, провести правильное разграничение между преступным и непреступным поведением.

Какой же выход возможет из сложившейся ситуации? Когда речь идет об индивидуальном владельце имущества, значительный ущерб гражданину (в силу Примечания 2 к ст.158 УК РФ (в свете Федерального закона от 3.07.2016г. № З23-Ф3) должен определяться с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 5 тыс.руб.).

Что же касается минимального размера причинения значительного ущерба для юридических лиц в процессе умышленного уничтожения или повреждения их имущества, определяющего границу преступного и административного поведения, то он также должен быть определен в законе. Например, с учетом законодательного определения совершенных в значительном размере таких преступлений как оказание противоправного влияния на результат официального спортивного соревнования или зрелищного коммерческого конкурса (ч.5 ст.184 УК РФ), коммерческий подкуп (ч.2 ст.204 УК РФ), посредничество в коммерческом подкупе (ч.1 ст.2041 УК РФ), получение взятки (ч.2 ст.290 УК РФ), дача взятки (ч.2 ст.291 УК РФ), посредничество во взяточничестве (ч.1 ст.2911 УК РФ) значительный ущерб для юридических лиц при умышленном уничтожении или повреждении имущества мог бы составлять свыше 25 тыс. руб.7

Как уже ранее отмечалось, массовые беспорядки ст.212 УК РФ (по некоторым объективным признакам имеют сходные черты с таким административным правонарушением как организация массового одновре-

6 См.: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР, РФ.- Проспект, с.59

7 Конечно, конкретизация определения значительного ущерба полезна и для других статей Особенной части УК РФ, например, ст.255, 257 УК РФ.

Очевидно, что нужна и корректировка определения значительного ущерба (размера) в отдельных уголовно-правовых нормах. Так, представляется заниженным определение значительного размера незаконной рубки лесных насаждений (ч.1 ст.260 УК РФ). Сейчас он согласно Примечанию к ст.260 УК РФ превышает 5 тыс.руб. Думается, такая сумма, отграничивающая преступление от административного правонарушения должна быть существенно повышена (как вариант, ее минимальный размер мог превысить бы 25 тыс. руб.).

менного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка (ст.20.22 КоАП РФ). Основное различие заключается в том, что организация не являющегося публичным мероприятием массового одновременного пребывания и(или) передвижения граждан в общественных местах, публичные призывы к массовому одновременному пребыванию и(или) передвижению граждан в общественных местах либо участие в массовом одновременном пребывании и (или) передвижение граждан в общественных местах не сопровождались насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением оружия, взрывных устройств, взрывчатых, отравляющих либо иных веществ или предметов, представляющих опасность для окружающих, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти, а равно подготовкой лица для организации таких массовых беспорядков или участием в них.

Деяния, предусмотренные ч.1 ст.20.22 КоАП РФ, должны приводить к нарушению общественного порядка или санитарных норм и правил, нарушению функционирования и сохранности объектов жизнеобеспечения и связи либо причинению вреда зеленым насаждениям либо созданию помех движению пешеходов или транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры, за исключением случаев, предусмотренных ч.ч. 2 и 3 этой статьи.

Проблема разграничения между преступными действиями, предусмотренными ч.1 и 2 ст.212 УК РФ, и административным правонарушением, указанным ст.20.22 КоАП РФ, возникает, когда речь идет о применении ч.2 названного выше административно-правового запрета. Согласно имеющейся здесь норме подразумеваются действия, предусмотренные ч.1 ст.20.22 КоАП РФ, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если эти действия не содержат уголовно-наказуемого деяния. О понятии имущественного ущерба применительно к ч.2 ст.20.22 КоАП РФ уже ранее шла речь. Но это еще не все. Указанная формулировка закономерно порождает появление вопроса: о каком причинении вреда здоровью человека идет речь? Чем отличается анализируемая ситуация от массовых беспорядков, сопровождавшихся насилием?

Насилие, характерное для массовых беспорядков (ч.1 ст.212 УК РФ), включает в себя психическое насилие, т.е. угрозу применения физического насилия, например, убийства, причинения любого вреда здоровью, истязания, побоев, совершения действий, вызывающих физическую боль, ограничение свободы. Кроме того, оно включает в себя физическое насилие, охватывающее причинение вреда здоровью человека любой степени (включая деяния, предусмотренные ч.ч. 1-3 ст.111 УК РФ), а также побои, истязание, причинение физической боли, ограничение свободы, пе-редвижения.8

Итак, насилие при массовых беспорядках включает в себя разнообразные формы принудительного воздействия на организм потерпевшего, в т.ч. и умышленное причинение любых видов вреда здоровью человека. Тогда причинение какого же вреда здоровью человека

8 Подробнее о понятии насилия, имеющего место в процессе массовых беспорядков см.: Применение насилия. Понятие и квалификация: науч.-практ. пособие/ Под ред. А.В.Галаховой. - М.: Норма: РГУП, 2016, с.174 -181 (автор - В.Б.Боровиков).

РАЗГРАНИЧЕНИЕ МАССОВЫХ БЕСПОРЯДКОВ С АДМ ИНИСТРАТИВНЫМИ ПРАВОНАРУШЕ НИЯМИ

Боровиков В.Б. Боровикова В.В.

подразумевает законодатель применительно к ч.2 ст.20.22 КоАП РФ?

На наш взгляд, речь здесь может идти только о ситуациях неосторожного причинения легкого и средней тяжести вреда здоровью человека. В противном случае, т.е. при умышленном причинении подобного вреда здоровью людей вследствие организации массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка, необходимо применять уголовно-правовые нормы об ответственности за преступления против здоровья, предусмотренные ст.115, 112, 111 УК РФ.

Вопросы разграничения преступного и непреступного поведения возникают и при применении ч.2 ст.212 УК РФ, устанавливающей ответственность за участие в массовых беспорядках, предусмотренных ч.1 этой статьи.

Под участием в массовых беспорядках понимается непосредственное совершение лицом в процессе нарушения общественного порядка или общественной безопасности деяний, названных в ч.1 ст.212 УК РФ, т.е. насилия, погромов, поджогов, уничтожения имущества, применения оружия, взрывных устройств, взрывчатых, отравляющих либо иных веществ и предметов, представляющих опасность для окружающих, а также оказания вооруженного сопротивления представителю власти, а равно подготовки лица для организации таких массовых беспорядков или участия в них.

Лица, находившиеся в толпе, в период массовых беспорядков, но не принимавшие участия в совершении насильственных действий, погромов, поджогов, уничтожении имущества и других действиях, указанных в ч.1 ст.212 УК РФ, не могут нести ответственность за участие в массовых беспорядках. Они либо вообще не несут какой-либо юридической ответственности, либо в случае наличия в их поведении состава какого-либо нарушения привлекаются к ответственности на общих основаниях: например, за мелкое хулиганство (ст.20.1 КоАП РФ); нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (ст.20.2 КоАП РФ); оскорбление представителя власти (ст.319 УК РФ); незаконное ношение огнестрельного оружия (ст.222 УК РФ).

В связи с этим трудно согласиться с позицией, согласно которой, «если гражданин добровольно вошел в бесчинствующую толпу и начал движение в ее составе, он уже совершил преступление, предусмотренное ч.2 ст.212 УК РФ».9 Считаем, даже если кто-либо добровольно находится в толпе лиц, совершающих действия, названные в ч.1 ст.212 УК РФ, это не дает оснований признавать его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.212 УК РФ. Закон связывает ответственность за участие в массовых беспорядках с фактом совершения лицом какого-либо из действий, перечисленных в ст.212 УК РФ, т.е. насилия, погромов, поджогов, уничтожения имущества и других деяний, названных в этой уголовно-правовой норме. Расширение круга подобных деяний приведет лишь к тому, что случайные наблюдатели («зеваки») могут превратиться в субъектов массовых беспорядков. Но это путь - к объективному вменению.

Список литературы:

1. Багмет А.М., Бычков В.В. Уголовно-правовая характеристика массовых беспорядков.

2. Боровиков В.Б. Вопросы уголовно-правовой борьбы с массовыми беспорядками в современных условиях развития российской государственности/Российское правосудие. 2013. № 9.

3. Применение насилия. Понятие и квалификация: науч.-практ. пособие/ Под ред. А.В.Галаховой. - М.: Норма: РГУП, 2016 (автор - В.Б.Боровиков).

4. Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР, РФ.- Проспект.

5. Соловьев А. Массовые беспорядки: организация, участие, призывы к неподчинению//Российская юстиция. 2000. № 7.

Рецензия

на статью по теме «Вопросы разграничения массовых беспорядков с административными правонарушениями», подготовленную профессором кафедры уголовного права Московского университета МВД России имени В.Я.Кикотя В.Б.Боровиковым и доцентом кафедры уголовного права Московского университета МВД России имени В.Я.Кикотя В.В.Боровиковой

В статье В.Б.Боровикова и В.В.Боровиковой рассматриваются вопросы разграничения массовых беспорядков с рядом административных правонарушений (в частности, ст.7.17, 11.15, 19.3, 20.1 КоАП РФ). Авторы показывают сложности подобного разграничения, связанные с несовершенством уголовного и административного законодательства и практики его применения. Критика носит конструктивный характер, заслуживает внимания и поддержки. Вообще данная публикация содержит немало предложений, на наш взгляд, заслуживающих внимания со стороны законодателя. Следует отметить научную добросовестность авторов, их умение глубоко и всесторонне проникнуть в содержание исследуемой проблемы.

Статья носит дискуссионный характер, вместе с тем написана доступным для любого читателя языком, что выгодно отмечает ее от других работ подобного рода.

Статья носит оригинальный характер, содержит новые подходы к проблеме разграничения массовых беспорядков с различными административными правонарушениями. Думается, она будет полезна, прежде всего, для сотрудников правоохранительных органов, непосредственно осуществляющих борьбу с посягательствами на общественный порядок и общественную безопасность.

Таким образом, статья В.Б.Боровикова и В.В.Боровиковой «Вопросы разграничения массовых беспорядков с административными правонарушениями» заслуживает положительной оценки и может быть рекомендована к опубликованию в изданиях ВАК.

Профессор кафедры криминального права Российского Нового университета, кандидат юридических наук, доцент А.А.Смердов

9 См.: Багмет А.М. , Бычков В.В. Уголовно-правовая характеристика массовых беспорядков, с.69.