Исторический факультет Томского педагогического института в годы Великой Отечественной войны

Л. И. Боженко

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ТОМСКОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА

ВГЛПII ПКПМ1/ПМ ЛТВ1 1РЯТВС1 щлй ПлГи III

I иДЬ| ослшчип и1С1Си1ВСППип виппо!

Томский государственный педагогический университет

Необходимость воссоздания истории высшего педагогического образования в Сибири в один из сложнейших периодов в истории нашей страны в годы Великой Отечественной войны - определяется как насущной потребностью восполнения существенного пробела в нынешних знаниях об этом предмете, так и актуальностью названной темы в наше время, когда наша страна отмечает 55-летие Победы советского народа в Великой Отечественной войне против фашистской Германии. Учитывая это, автор данной публикации поставил перед собой скромную задачу - привлечь внимание к этой теме и попытаться воссоздать историю только одного подразделения высшего педагогического учебного заведения - исторического факультета Томского педагогического института в годы войны. На сегодняшний день о нем есть лишь самые общие сведения в книге, подготовленной Л.Ф. Пичуриным «Томский государственный педагогический университет». (2-е изд., перераб. Томск, 1995).

Прежде чем перейти непосредственно к теме, приведем самые общие и необходимые сведения о высших учебных заведениях города Томска в годы войны и о том откуда образовался исторический факультет пединститута. В Томске в военное время было восемь вузов и среди них - единственное высшее педагогическое учебное заведение - Томский педагогический институт, рожденный почти 70 ле г назад 1 сентября 1930 г. как педагогический факультет Томского университета. В его составе было в общей сложности 11 кафедр и среди них кафедра всеобщей истории (ассистент Л. Жу-ховецкий), которая, можно сказать, положила начало будущему (и настоящему) историческому факультету Томского педагогического института.

Осенью 1931 г. педагогический факультет Томского университета по постановлению Совнаркома РСФСР № 752 от 13 июля 1931 г. был выделен в самостоятельный вуз - Томский педагогический институт с тремя отделениями - физико-техническим, химико-технологическим и литературным, в составе которого была открыта теперь уже общая кафедра - кафедра истории. Затем в 1932 г. образовалось историческое отделение с КЕф О й истории и философии, а в 1934 г. после принятия известного постановления Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) «О преподавании гражданской истории в школах СССР» от 16 мая 1934 г. появился нако-

нец самостоятельный исторический факультет с двумя кафедрами истории СССР и всеобщей истории. С началом Великой Отечественной войны, на основании приказа ВКВШ при СНК СССР от 6 марта 1942 г., исторический факультет объединится с литературным в единый историко-филологический факультет (декан - Н.Я. Костеша), и в го же время кафедра истории СССР и кафедра все общей истории были объединены в одну - кафе i ру истории. Однако вскоре приказом директора пединститута от 20 июля 1943 г., «ввиду большого объема работы и различных профилей подготовки специалистов» историко-филологический факультет был разделен на два факультета литературный и исторический (декан - Г.В. Трухин) с единственной кафедрой того же названия, и в таком же качестве факультет функционировал до конца войны (в данную статью по причине ограниченности ее объема не включен исторический факультет 2-летнего Томского учительского института, открытог о в составе пединститута еще в 1935 г., который требует особого внимания и изучения).

Возвращаясь к началу Великой Отечественной войны, следует отметить, что положение исторического (потом историко-филологического) факультета осложнялось тем, что его было трудно обеспечить квалифицированными кадрами преподавателей, хотя это и звучит необычно для вузовского Томска. Однако тому был ряд уважительных причин, в том числе и то, что с началом войны те, кто перед нею окончил истфак и начал свою преподавательскую деятельность, ушли на фрс-т, героически сражались с фашистами, защищая родную землю. Десятки их пали смертью храбрых на полях Великой Отечественной. Среди них были историки - бывшие студенты института, преподаватели истории, например И.П. Рекута (выпускник истфака 1938 г., в 1939-1940 гг. был помощником декана истфака и секретарем партбюро института). Многие питомцы пединститута продолжали сражаться на фронте. Среди них: бывший старший преподаватель кафедры истории, в годы войны капитан, орденоносец В.Д. Верходубов; преподаватель истории, капитан, орденоносец H.H. Аксенов; бывший студент, а потом преподаватель истории Манаенков [1].

Что касается обеспеченности кафедр истфака, то в первый военньш 1941/42 уч. г. она выглядела

так. На кафедре истории СССР работали штатные сотрудники:

Эмиль Николаевич Ярошевский - заведующий кафедрой, профессор, окончил Московский университет, зачислен в ТГПИ 15 августа 1941 г., беспартийный, преподаватель истории СССР.

Николай Яковлевич Костеша, и.о. доцента, окончил Ленинградский университет, зачислен в ТГПИ с 1 апреля 1931 г., член партии, преподаватель истории народов СССР.

Георгий Васильевич Трухин - старший преподаватель, окончил ТГПИ в 1937 г., зачислен в ТГПИ с 1 сентября 1937 г., член партии, преподаватель истории СССР.

На кафедре всеобщей истории числились тоже три штатных преподавателя:

Александр Иосифович Неусыхин - заведующий кафедрой, профессор, окончил Московский университет, зачислен в ТГПИ с 16 августа 1941 г., беспартийный, преподаватель истории средних веков.

Рувим Ерухимович Кугель - доцент, кандидат исторических наук, окончил два курса Института красной профессуры, зачислен в ТГПИ с 16 августа 1941 г., беспартийный, преподаватель новой истории.

Елена Тимофеевна Текутьева - старший преподаватель, окончила МИФЛИ, зачислена в ТГПИ с 15 августа 1935 г., член партии, преподаватель истории колониальных и зависимых стран.

Таким образом, в первый военный учебный год на истфаке грудилось всего 6 преподавателей, тогда как их требовалось почти вдвое больше. Не изменилось положение с кадрами преподавателей истории и в следующем 1942/43 уч. г. и даже в 1943/ 44 уч. г., когда на кафедре истории чистились: 1 профессор, 3 доцента, кандидата исторических наук, 2 старших преподавателя [2].

И только начиная примерно с 1944 г. положение с кадрами преподавателей на истфаке стало меняться. Судя по «Штатному формуляру профессорско-преподавательского состава ТГПИ на 1944/45 уч. г.» (ГАТО Ф. Р-566. Оп. 1. Д. 3. Л. 185-187), по кафедре истории числились 5 штатных сотрудников:

Георгий Васильевич Трухин - заведующий кафедрой, доцент, кандидат исторических наук, с 6 марта 1943 г. декан исторического факультета, преподает историю СССР.

Гильда Ивановна Мосберг - доцент, кандидат исторических наук, окончила вуз в Ленинграде в 1926 г., зачислена в ТГПИ в марте 1943 г., член партии, в 1944-1945 гг. - секретарь партбюро пединститута, преподает историю СССР.

Елена Тимофеевна Текутьева - доцент, кандидат исторических наук, преподает историю нового времени.

Мария Петровна Кувшинская - старший преподаватель, окончила Петроградские высшие! женские курсы в 1915 г., зачислена в ТГПИ с октября 1936 г., беспартийная, преподает методику преподавания истории в средней школе.

Константин Александрович Колотое - ассистент, окончил ТГПИ в 1944 г., зачислен в ТГПИ в этом же году, комсомолец, преподает историю СССР на литературном факультете и Конституцию СССР на истфаке.

Поскольку штатные сотрудники не могли в достаточной мере обслуживать учебный процесс на факультете, то кафедре истории, на которой, кстати отметить, недоукомплектованность профессорско-преподавательскими кадрами ощущалась в пединституте особенно сильно, приходилось приглашать совместителей. На кафедре в это время они составляли почти половину всего состава. Ими были 4 преподавателя:

Константин Эдуардович Гриневич - профессор, окончил историческое отделение ИФФ Харьковского университета в 1915 г., с 1940 г. - профессор, заведующий кафедрой древней истории Томского университета, зачислен совместителем в ТГПИ с 1 сентября 1940 г., беспартийный, преподает историю древнего мира, в августе 1944 г. утвержден в ученой степени доктора исторических наук.

Роман Назарович Оксенюк старший преподаватель окончил ТГПИ в 1938 г., зачислен в ТГПИ в 1943 г., член партии, преподаватель истории средних веков.

Сергей Александрович Заруцкий - ассистент, окончил ТГПИ в 1940 г., зачислен в ТГПИ в 1944 г., беспартийный, преподаватель истории средних веков.

Зоя Васильевна Стенина - ассистент, окончила ТГПИ в 1940 г., зачислена в ТГПИ в 1944 г., комсомолка, преподаватель истории СССР.

Конечно, совместительство осложняло работу кафедры истории, в первую очередь руководителей - заведующего кафедрой и декана факультета, а также работу по составлению расписания. Из-за недоукомплектованности кафедры получалась перегрузка ряда штатных работников, что, естественно, сказывалось на их учебной и научной работе и, добавим, на их здоровье. Однако это затруднительное обстоятельство несколько смягчал тот неоспоримый и положительный факт, что в числе совместителей оказывались высококвалифицированные преподаватели -профессора и доценты, доктора и кандидаты наук. В качестве яркого примера можно привести профессора К.Э. Гриневича, который, по свидетельству современников, проводил занятия по истории античного мира красочно и интересно, с приведением обильного фактического матери-

ала. То же можно сказать о лекциях по истории народов СССР Э.Н. Ярошевского, который в 1942-1943 гг. был заместителем директора (ректора) пединститута по учебной и научной работе [3]. К этому можно добавить, что в годы войны пединститут всемерно старался вернуть к себе тех своих преподавателей, которые выбыли из него во время войны, перейдя на работу в школу. Так, } {¿лось вернуть в пединститут из средней школы „рех весьма опытных преподавателей, и среди них учительницу истории М.П. Кувшин-скую, ставшую старшим преподавателем кафедры истории пединститута.

До конца войны состав кафедры частично менялся, но костяк ее оставался прежним. Кроме названных выше преподавателей, на кафедре работали в последние годы войны старший преподаватель И.М. Вершинин, преподаватели З.Н. Трусова и З.Н. Киянова. По последним данным на июнь 1945 г., на кафедре истории, которая продолжала оставаться единственной кафедрой исторического факультета, работали 9 преподавателей, штатных и совместителей.

Еще большие изменения за годы войны претерпел контингент студентов-историков. Ограничимся только самыми необходимыми цифровыми показателями. Если в предвоенном 1940/41 уч. г. на истфаке учились 154 студента и на заочном отделении - 362, т.е. в общей сложности 516 сту-дентов-историков, то в 1941/42 уч. г. показатели резко сократились. На истфаке пединститута училось в это время всего 47 студентов, на заочном отделении учились 324 студента-историка. Т.е. в первый военный учебный год на истфаке учился 371 студент, а в 1942/43 уч. г. 233 студента, что составило всего около 45 % по отношению к довоенному уровню [4].

Чем можно объяснить такое значительное сокращение числа студентов факультета? Прежде всего тем, что часть студентов с началом войны была призвана в Красную Армию и направлена на фронт. И.Ф. Осинский I курс; М.П. Агеев II курс; Г.Г. Моисеевский III курс; И.И. Поливцев IV курс; H.A. Кокорин, окончивший истфак в 1942 г., и др. Все они пали в боях за Родину. Часть студентов истфака была направлена на производство. В связи с этим, кстати сказать, среди студентов-историков заметно возросла тогда роль женщин, которые уже в 1942/43 уч. г. составили 75-80 % всех студентов [5].

Сыграли свою роль и перевод пединститута в 1941 г. на 3-летний срок обучения, и такое обстоятельство, как ликвидация в 1941/42 уч. г. I и II курсов истфака, а также недовыполнение плана нового набора в первые военные годы, о чем не упоминалось в отчетах, но что было в действительности.

Начавшаяся война сказалась на всей жизни и института и исторического факультета. Прежде всего она отразилась на студентах-историках -выпускниках лета 1941-го. В этом году состоялся седьмой выпуск историков. Приказ № 191 директора пединститута от 28 июня 1941 г. сохранил имена всех тех, кто на основании постановления Государственной экзаменационной комиссии считался окончившим Томский государственный педагогический институт по историческому факультету: это 11 студентов, получивших диплом с отличием, - Ф.С. Боровой, Л .К. Бородина, С.Н. Зен-цов, Г.С. Иванов, Н.Т. Ильенко, П.Я. Колесник, З.В. Михайлова, И.М. Мусатов, Ф.С. Пестриков, Л.Е. Свешникова, В.Е. Цысь, и 22 студента, получившие обычные дипломы, - В.М. Афанасьев, И.К. Богун, Я.Г. Васьков, М.И. Дыбовский, В.И. Конов, и др. (Архив ТГПУ. Ф.Р-566. Оп. 19. Д. 21. Л. 23). Большая часть выпуска - юноши, учителями истории не стали. Последний госэкзамен они сдавали 26 июня и почти сразу были призваны в армию. Среди призванных оказались те, кто потом геройски пал в боях за Родину - И.К, Богун, М.И. Дыбовский, С.Н. Зенцов, П.А. Каменщиков, В.И. Конов, К.В. Сеглин, А.Д. Якушев. Среди выпускников-историков 1941 г. был и Александр Калашников. Гвардии старший лейтенант А.П. Калашников командовал на фронте ротой и геройски погиб в боях за Днепр. 22 февраля 1944 г. за мужество и героизм, проявленный в боях, он был удостоен высокого звания Героя Советского Союза. Выпускник исторического факультета стал славой и гордостью педагогического института как единственный воспитанник томских (и не только) вузов, получивших столь высокое звание в годы Великой Отечественной войны [6].

Война сказалась и на последующем составе студентов исторического факультета. В годы войны в институтских аудиториях можно было встретить студентов, которые недавно с оружием в руках защищали свою Родину, свое право учиться. Среди первокурсников факультета были солдаты и командиры, уже побывавшие на фронте, и вот теперь после ранения они пришли учиться на факультет. Только один пример - студентка-фронтовичка Клавдия Кабанова. Она училась на факультете, но началась война, и учеба была прервана. В 1943 г. она вступает в комсомол и в этом же году уходит в армию. Окончив курсы авиационных оружейников, укладчиков парашютов и радистов, К. Кабанова начинает свою службу в авиаполку, участвует в обороне Ленинграда, затем -Нарва, Дальний Север, Заполярье. Родина по заслугам оценила честную и самоотверженную службу К. Кабановой. Она была награждена тремя боевыми медалями. А теперь она снова в родном институте. Трудно было возвращаться к оставлен-

ным три года назад занятиям, но, как писали о ней товарищи, «жажда знаний, выдержка и воля, качества, приобретенные на фронте, помогали ей и здесь быть в первых радах». Прекрасная и достаточно полная характеристика студениси-фронто-вички.

Сокращение числа студентов на историческом и на историко-филологическом факультетах продолжалось вплоть до 1943/44 уч. г., когда государство смогло уделить вузам больше внимания и выделить им больше средств. Благ.ря мерам, принятым Советским Правительством, - увеличению ассигнований, введению с 1943 г. стипендий успевающим студентам, освобождению от оплаты за обучение демобилизованных солдат, сержантов и старшин, мерам по сокращению отсева, количество студентов на факультете стало медленно, но расти. В 1943/44 уч. г. на факультете уже учились 324 студента, а в последнем военном учебном году - 357, в том числе на очном отделении - 53 и на заочном - 304 студента [7]. Т.е. численность студентов на факультете фактически достигла уровня первого военного годы.

С началом войны и изменением условий работы вуза потребовалась серьезная перестройка и совершенствование всего учебно-воспитательного процесса. Перестройка представляла собой целый комплекс сложных мероприятий.

Прежде всего на историческом факультете были изменены учебные планы и программы обучения. С целью более быстрого обеспечения школ учителями они были в значительной степени сокращены. Вводились в действие учебные планы с сокращенными сроками - 3,5 г., а потом и 3 г. для вузов с 4-летним сроком обучения, причем не за счет сокращения учебных планов, а за счет увеличения количества учебных занятий в неделю, уплотнения рабочей недели студентов и уменьшения педпрактики, сроков выполнения дипломных работ, продолжительности экзаменационных сессий и летних каникул. Занятия должны были проводиться в две и даже в три смены. Т.е. перед профессорско-преподавательским составом исторического факультета была поставлена сложная и ответственная задача - значительно повысить эффективность занятий, более рационально использовать каждый час учебного времени.

С началом войны стала пересматриваться и тематика исторических дисциплин, стали вноситься изменения и дополнения в общие курсы, в спецкурсы и спецсеминары. При этом особое внимание уделялось истории СССР, вопросам развития культуры, революционного движения, героической борьбе народов нашей страны с иноземными захватчиками. Большее место в учебных планах кафедр истории стало уделяться всемирной истории, а также истории славянских народов. Особеннос-

тью нового учебного плана было и то, что в него были включены и новые дисциплины - история войн и военного искусства и такая актуальная в военных условиях дисциплина, как организация и методика политико-просветительной работы в Красной Армии. «Работа в вузе, - говорилось в передовой статье газеты «Советская Сибирь» «Вузы в условиях войны», должна быть поставлена таким образом, чтобы каждый студент овладел военной специальностью, родственной основной профессии», ибо «военизация вузов - это важнейшая задача» (Советская Сибирь. 1942. 2окт.). Немного позднее, со второго семестра 1942/43 уч. г., на факультете было введено изучение темы «Великая Отечественная война советского народа».

В начале войны усилилось внимание к военной подготовке студентов. Будущие историки должны были проходить подготовку по программе всевобуча, введенной во всех вузах с октября 1941 г. и дополненной курсами МПВО, противопожарной охраны и топографии, а закончившие программу продолжали военную допризывную подготовку бойца. В это же время вводилась новая программа физкультурной подготовки студентов, которых стали готовить к тому, чтобы они встали в ряды защитников Родины физически выносливыми, крепкими и умелыми бойцами. И наконец, в декабре 1941 г. в пединституте, как и во многих других вузах, вводился новый спецкурс, нацеленный на подготовку студентов к тому или иному виду производительного труда, главным образом сельскохозяйственного (на это отводило« 12и чЛ

Обучение студентов-историков с сокращенным сроком обучения и по сокращенному учеоному плану продолжалось сравнительно недолго, главным образом потому, что оно не могло обеспечить необходимого качества подготовки студентов. Уже через год, в июне 1942 г., учебные планы с сокращенными сроками обучения были отменены и в новом 1942/43 уч. г. сокращенный учебный план был заменен обычным. У нас есть возможность представить этот обновленный тогда учебный план в полном виде, тем более что он довольно интересен. Учебный план по специальности «история» со сроком обучения 4 г., утвержденный Всесоюзным комитетом по делам высшей школы при СНК СССР 3 сентября 1943 г., включал 21 дисциплину: основы марксизма-лениниз-ма, политическая экономия, история философии, диамат, истмат, психология, педагогика, история педагогики, школьная гигиена, иностранный язык, военная и физическая подготовка, история древнего мира, история средних веков, история СССР, история нового времени, история стран Востока, история международных отношений и дипломатии, спецкурсы по истории, спецсеминары по истории, всеобщая литература, русская

литература, методика преподавания истории в средней школе, Конституция СССР (государственное устройство, основы советского права, законоведение). Что касается практических занятий, то они должны были проводиться по истории СССР, истории древнего мира, истории средних веков и истории нового времени. Кроме этих обязательных дисциплин и занятий учебный план включал довольно большой набор факультативных дисциплин - основы археологии, палеонтология, старославянские языки, введение в славяноведение, музееведение, история культуры, история искусства, историческая география (по отдельным странам), латинский язык. Учебный план предусматривал проведение на III и IV курсах педагогической практики с отрывом от учебных занятий. Обучение завершалось сдачей государственных экзаменов по основам марксизма-ленинизма, педагогике, истории СССР и всеобщей истории (один курс по выбору).

Принятый на историческом факультете учебный план и программа, судя по сохранившимся в архиве отчетам о работе института, в основном выполнялись, за небольшим исключением, например по причине отсутствия преподавателя переставлялись курсы или переносились на другие семестры и т.п. Что же касается качества выполнения учебных планов, т.е. качества преподавания на историческом факультете, то те данные о квалификации преподавателей, которые уже приводились, говорят о том, что основной педагогический состав был достаточно подготовлен, чтобы весги лекционные и другие занятия в вузе. Ряд преподавателей, кроме ученых степеней и званий, имел достаточный опыт педагогической работы, в том числе и в вузе. Среда преподавателей кафедры истории были те, кто в годы войны получил по несколько благодарностей и грамот за педагогическую работу, например доцент Г.В. Трухин, старший преподаватель М.П. Кувшинская, профессора Э.Н. Ярошевский, К.Э. Гриневич и А.И. Неусыхин.

Деканат и заведующие кафедрой истории планировали и осуществляли мероприятия, которые были направлены на улучшение качества преподавания истории, установив постоянный контроль за точным выполнением тематических планов по каждой дисциплине и регулярно посещая учебные занятия сотрудников кафедры. Эффективной формой работы была постановка на кафедре методических докладов по проблемам работы в педагогическом вузе, консультации и инструктаж заведующих кафедрой и самых опытных сотрудников кафедры молодых, начинающих преподавателей-историков.

Кафедра истории, готовя новые кадры учителей, провела в годы Великой Отечественной вой-

ны значительную работу по идейно-политическому воспитанию студенчества, которому тогда стали уделять особое внимание. Осуществлялась она в самых различных формах, но центр тяжести во-енно-патриотического воспитания студентов и их идейно-политической закалки лежал, конечно же, в учебном процессе. Во всех без исключения лекционных курсах по отечественной истории преподаватели обращали внимание на яркие страницы героического прошлого нашего народа, стремились воспитывать патриотизм и преданность великой Родине. Внимание студентов акцентировалось на таких качествах наших людей, как беззаветная преданность, храбрость, стойкость, мужество, самопожертвование, неутомимость, и на том, как эти качества достигли своего высшего развития \ сове] ских людей в условиях борьбы против фашисткои Германии.

I ероическая история нашего народа всегда являлась замечательной школой идейно-политического воспитания масс, и в читаемых лекционных курсах и на практических занятиях преподаватели кафедры истории стремились использовать все возможности, чтобы как можно ярче освещать и делать достоянием студенчества героическую историю нашей Родины. Разоблачая варварскую политику фашизма, преподаватели новейшей истории показывали все благородство, все величие и громадное историческое значение той священной войны, которую наша Красная Армия вела во имя всего человечества. Делу патриотического воспитания студентов хорошо служили выставки, организованные в кабинете истории, по таким, например, темам, как «Разгром немецких захватчиков в 1942 г.», «Великие русские полководцы» (Петр I, А. Суворов, М. Кутузов), и на другие военно-патриотические темы, которые всегда вызывали живой интерес у студентов.

Конечно, в учебно-воспитательной работе были и недостатки, порой серьезные. К числу их можно, например, отнести то, что в первые военные годы почти совсем не организовывались взаимопосещения преподавателями учебных занятий. Существенные недостатки были в проведении семинарских и практических занятий. И все же главный недостаток, о котором в те годы не говорили, крылся в самой учебной программе по истории, прежде всего по истории СССР, что было специально отмечено только на состоявшемся в конце войны Всесоюзном совещании руководителей кафедр общественных наук и на заседании секции истории СССР [8]. Если изложить оценку программы по истории СССР очень коротко, то следует сказать, что она не стала отвечать уровню развития истории СССР как науки, т.е. устарела, и в связи с этим программа в

целом раде случаев перестала оказывать помощь преподавателю, а некоторые ее места вызывали недоумение. И это естественно, поскольку на преподавание истории, особенно отечественной, как и на процесс обучения и воспитания студентов, не могли не оказывать отрицательное влияние господствовавшие в то время авторитарное мышление и догматизм, исторические штампы и закостенелые стереотипы в оценке многих исторических событий и личностей. Это имело прямое отношение не только к преподаванию дореволюционной истории, но в еще большей мере - к послеоктябрьской истории советского общества. Это имело отношение и к тому, как лекторы-историки могли излагать обязательную с 1943 г. тему «Великая Отечественная война советского народа», в которой господствовали сталинские схемы и характеристики войны [9]. Конечно, многие преподаватели-историки, сотрудники кафедры истории, стремясь творчески подходить к своему делу, и к изучению истории, и к ее преподаванию, и к ее пропаганде, проводили большую и содержательную работу, прежде всего лекционную, воспитывая у студентов на фактах прошлого и современности патриотизм и гражданственность. И все же, оценивая общее состояние преподавания истории и уровень исторических знаний студентов (как и учащихся школ), следует признать, что в них были изъяны.

Выполняя учебные планы, руководство факультета и кафедр истории с первого военного учебного года стало уделять большое внимание не только качеству занятий, проводимых преподавателями, но и качеству работы студентов, принимая действенные меры по повышению их успеваемости и дисциплины. Основой для этого стала не только работа по повышению качества преподавания, но и не менее важная работа по идейно-политическому воспитанию студенчества и, наконец, систематическая постоянная работа всего небольшого коллектива исторического факультета по внедрению в жизнь «Правил учебного распорядка», стремление к их действительному выполнению.

На этой основе в целях повышения успеваемости студентов факультета принимались меры по усилению требовательности при выполнении студентами различных даваемых им заданий по семинарам и практическим работам, по педпрактике и особенно по повышению знаний студентов на экзаменах, вплоть до государственных. В связи с этим на факультете постепенно стало изменяться отношение студентов к учебе, улучшаться посещаемость занятий. Если судить по отчетам и другим материалам, то посещаемость на истфаке в 1941/42 уч. г., составлявшая около

76 %, поднялась в следующем учебном году до 83, а в 1944/45 уч. г. - до 85 % [10].

Внимание деканата факультета и кафедр истории к постановке учебной работы, контроль и помощь - все это и другое положительно начало сказываться и на итогах экзаменационных сессий. Вполне естественно, что для нас представляли особый интерес итоги первого военного учебного года, но, к сожалению, данные здесь чрезвычайно скудны. Достаточно полные сведения об успеваемости на факультете есть за 1942/ 43 уч. г. - на конец учебного года удельный вес отличных и хороших оценок, т.е. то, что считается качественным показателем, составлял более 71 %. Вполне удовлетворительными были в этот год и результаты госэкзаменов: отличные оценки составили более 40, хорошие - более 32, посредственные - более 27 %, и ни одной неудовлетворительной оценки. Однако к последнему военному учебному году успеваемость на историческом факультете снизилась: в весеннюю экзаменационную сессию процент отличных и хороших оценок понизился до 60 % [11].

Последние данные говорят о том, что в учеб-но-воспитательной работе на историческом факультете не все обстояло благополучно. Неизжитым еще оказалось безответственное отношение студентов к учебе, недисциплинированность среди части студентов-историков (назывались имена студенток Обуховой, Мясниковой и др.). По отношению к таким студентам применялись различные меры наказания (выговоры, лишение стипендии и пр.), вплоть до отчисления из института.

Были недостатки и в подготовке студентов к будущей профессии учителя-историка. В отчетах о работе института, в разделах, где упоминается истфак, отмечаются такие недостатки в подготовке историков, как ослабление знаний фактического материала, недостаточное знание историографии своего предмета, незнание литературных новинок по своей специальности.

Одной из причин такого положения следует считать состояние самостоятельной работы студентов факультета, чему в первые военные годы и деканат, и кафедры истории не придавали должного внимания. Решив, что студенты стали заниматься более активно, они забыли о своей роли организатора и руководителя самостоятельной работы студентов. Педагоги слишком мало помогали студентам в самостоятельном изучении истории, в выработке стройной системы работы над учебным материалом, над учебником, над книгой, в правильной организации умственного труда. Некоторые условия для самостоятельной работы студентов истфака стали создаваться только к 1943/44 уч. г. - была развернута работа кабинета

истории, где студенты получили наконец возможность систематически работать, иметь для этого необходимые пособия, пользоваться постоянными консультациями, работать в общежитиях, впервые за годы войны организованных в пединституте, полнее пользоваться библиотекой, работать в открытом наконец-то читальном зале. В деле углубления знаний студентов большой эффект давали коллоквиумы, которые стали широко практиковаться в последний военный учебный год. Они заставляли студента систематически работать над программным материалом, учили студента работать над книгой, любить ее, и это, конечно, повышало качество подготовки специалиста-историка.

Неотъемлемой частью подготовки специалиста-историка была на историческом факультете педагогическая практика. Она проводилась студентами III и IV курсов пединститута и II курса Учительского института с 1 октября по 15 ноября и с 1 марта по 10 апреля. Руководство педпрактикой осуществлялось кафедрой через специально выделенных руководителей, которые, и это весьма характерно, должны были быть преподавателями методики преподавания истории в средней школе.

Педагогическая практика студентов-практикантов заключалась в проведении как учебных занятий (уроков), так и внеклассных и внешкольных мероприятий. Кроме того, студенты выполняли обязанности помощников классных руководителей по проведению воспитательной работы. Во время педпрактики большинство студентов факультета обнаружили в общем достаточную теоретическую и педагогическую подготовку. Она показала, что студенты удовлетворительно подготовлены к ведению практической работы в школе. Часть студентов провела педпрактику только на «отлично», например Мащинина, Осечкина, Ильина и др. Неудачных уроков было очень мало. Хотя во время прохождения педпрактики были случаи, когда студенты проявляли полную беспомощность и в составлении конспектов, и в проведении уроков, часто превращая их в сплошные лекции, не умели изготовить учебные пособия, провести внеклассную работу. Негативно сказывалось на проведении педпрактики и то, что в ряде случаев до ее начала на факультете не было закончено проведение занятий по методике истории. Однако, несмотря на эти и другие недостатки, итоги педпрактики оценивались руководством факультета вполне удовлетворительно. Так, по данным на 1944/45 уч. г., свыше 70 % уроков, проведенных студентами истфака, были оценены отличными и хорошими оценками.

Изложение вопроса об организации на историческом факультете в годы войны учебно-методической работы будет неполным, если не сказать

о том, как на факультете проходила заочная подготовка учителей истории. В условиях войны она приобретала особую актуальность, поскольку стационарные педагогические учебные заведения не могли удовлетворять потребности школ в учителях, возросшие в связи с мобилизацией многих учителей на фронт. Кроме того, в числе эвакуированных в Сибирь из запад ных районов педагогов было немало тех, кто ранее обучался в вузе, но не успел закончить его. Кроме того, трудности военного времени не позволяли многим выпускникам средних школ поступить в вузы и учиться очно, поэтому часть из них, включившись в трудовую деятельность, стремились получить высшее педагогическое образование заочно. В число заочников были приняты и прибывшие с фронта инвалиды войны, нуждавшиеся в повышении квалификации или в перемене ее [12].

Развитие заочного педагогического образования тормозилось в начале войны многими трудностями, главным образом усложнением связей вуза с заочниками, что затрудняло проведение экзаменационных сессий, особенно зимних. В первые военные годы не проводились установочные сессии заочников. Война вынудила прекратить централизованное издание учебно-методических пособий, предназначенных для заочников. Негативно сказывалось на учебном процессе и то, что учителя, обучавшиеся на факультете заочно, не имели необходимого времени для регулярных занятий, а часто не располагали материальными возможностями для поездок на сессии и платы за обучение.

Положение стало меняться к лучшему с конца 1943 г. Во многом это было связано с тем, что 18 декабря 1943 г. СНК СССР принимает постановление «О мероприятиях по укреплению заочного педагогического образования» , согласно которому учителя, не имеющие необходимого образования, были обязаны окончить соответствующие заочные (или вечерние) педагогические учебные заведения, при этом учителя-заочники освобождались от оплаты за обучение и получали другие льготы [13]. С этого времени стал более заметным приток заочников, заочное отделение лучше обеспечивается преподавателями, налаживается работа консультационных пунктов, заочники лучше обеспечиваются книгами и учебниками, обучавшимся заочно учителям стали выделять свободное время. Как свидетельствуют данные отчета пединститута о проделанной работе по выполнению приказа Наркомпроса РСФСР от 28 декабря 1944 г. «О ходе выполнения постановления СНК СССР от 18 декабря 1943 г. «О мерах по укреплению системы заочного педагогического образования» по Томскому педагогическому институту», в институте на историческом факультете «была

обеспечена сравнительно нормальная работа заочного отделения» [14].

В условиях военного времени сотрудники исторического факультета не ограничили свою деятельность только тем, что обеспечивали учебный процёсс, вели учебно-методическую работу. Свой вклад они вносили и в развитие научных исследований. Правда, относительная молодость факультета и то, что кафедры истории имели в первой половине войны немногочисленный штатный состав преподавателей, научно-исследовательская работа вначале разворачивалась медленно и с трудностями, связанными и с тем, что преподаватели были перегружены учебными поручениями. Однако и в этих условиях они проявляли живой интерес к научным исследованиям. Тому в немалой степени способствовали регулярно проводимые на кафедрах истории научно-реферативные совещания, на которых читались и разбирались научные публикации членов кафедр, (например работа Г.В. Трухина «Томский период дореволюционной деятельности С.М. Кирова»), делались обзоры последних достижений в исторической науке, реферировались наиболее важные и интересные научные монографии и статьи, появившиеся в последнее время, и т.д. [15].

Если обратиться к планам научно-исследовательской работы, принимавшимся на историческом факультете в первые годы войны, то нельзя не обратить внимание на то, что научная тематика стала обновляться. Именно на это нацеливал сотрудников истфака приказ № 197 от 2 июля 1941 г. директора института П.П. Михайленко, в котором прямо говорилось о необходимости «пересмотреть и перестроить тематику кафедр и индивидуальных планов научно-исследовательской работы в соответствии с требованиями военного времени, включив темы, обеспечивающие укрепление обороноспособности и хозяйственной мощи СССР» (Архив ТГПУ. Ф.Р-566. Оп. 19. Д. 21. Л. 33). И уже вскоре в планах научной работы кафедры истории появилась такая комплексная тема, как «Великие русские полководцы» (научный руководитель и один из исполнителей - профессор Э.Н. Ярошевский), затем «Военно-патриотическое воспитание студенческой молодежи» и другие подобные темы.

Большим событием в жизни исторического факультета была успешная защита в 1943 г. преподавателем кафедры истории Г.В. Трухиным кандидатской диссертации «Революционное движение в городе Томске в 1905 г.». Среди научных и научно-методических работ, выполненных в это время, были и такие как «Стелы Херсонеса» К.Э. Гриневича, «Книга тов. Сталина «О Великой Отечественной войне Советского Союза» и преподавание истории в средней школе» (Г.В. Тру-хин), «Проведение исторических вечеров в сред-

ней школе» (М.П. Кувшинская) и др. Как видно из приведенных работ на «школьную тему» , кафедра истории отводила им важное место, что для педагогического вуза было вполне естественным -ив годы войны Педагогический институт уделял школе большое внимание, оказывая ей посильную помощь.

О росте живо проявлявшегося к научным исследованиям интереса, как со стороны преподавателей, так и со стороны студентов-историков свидетельствовал еще один вид научно-исследовательской работы, которую в годы войны проводила кафедра истории пединститута. Это - первая историко-археологическая экспедиция в окрестности Басандайки, где находились почти не исследованные городище и курганы. Она была осуществлена летом 1944 г. совместно с кафедрой истории Томского университета. Целью первой в истории пединститута крупной научной экспедиции было историко-археологическое исследование комплекса памятников в урочище Басандайка. изучение местных древностей в рамках научного направления «Проблемы социального неравенства в эпоху железного века в Сибири» и проверка соответствующих коллекций в Музее материальной истории при Томском университете. Исследование велось в двух основных направлениях. Первое - раскопки древнего городища, где некогда жили древние обитатели Сибири. Они проходили под руководством профессора К.Э. Гриневича, осуществлявшего общее научное руководство экспедицией, и доцентов пединститута Г.В. Трухина и Г.И. Мосберг. Второе направление - вскрытие древних могильников, проводимое под руководством профессора пединститута, филолога А.П. Дульзона, который в это время проявлял большей интерес к древней истории Сибири. По предложению К.Э. Гриневича экспедиция проводилась для студентов в качестве производственной практики с целью «показать студентам практическое добывание и обработку археологических памятников». И в экспедиционных работах приняла самое активное участие группа студентов исторического факультета пединститута. «Без копейки денег, - писал об этой экспедиции тогдашний директор института Ф.Ф. Шамахов, -без какой бы то ни было рабочей силы, лишая себя заслуженного летнего отдыха, группа педагогов и студентов, энтузиастов науки обрекла себя на комариные тучи, холод неприспособленных ночлегов, голод от не налаженных продовольственных проблем» [16].

Раскопки Басандайского комплекса памятников с участием пединститута продолжились и в 1945 г., привлекая к себе специалистов по истории, языкознанию и геологии. О добытых в 1944 г. весьма интересных данных К.Э. Гриневич сделал

в апреле 1945 г. сообщение в Москве на Первом Всесоюзном археологическом совещании, созванным Академией наук СССР. Кроме тою, на состоявшейся в пединституте в июне 1945 I . научной конференции доцент Г.В. Трухин выступил с докладом «Могильники и городища в окрестностях города Томска». По материалам экспедиции университетом совместно с пединститутом был издан солидный том ученых трудов «Басандай-ка. Сборник материалов исследований по археологии Томской области. Труды ТГУ и ТГПИ» (Томск, 1947), сразу же вызвавший большой интерес в научных кругах [17].

На 1945 г. на историческом факультете пединститута был своевременно составлен план научно-исследовательской работы, определена тематика кафедры истории и утверждена на ученом совете института. Впервые план был четко разделен на три основных раздела. В первом разделе - «Изучение местного края» - планировалось продолжение археологической экспедиции, начатой в 1944 г. в окрестностях Томска и выполнение двух тем: доцента Г.В. Трухина - «Могильники и городища в окрестностях города Томска» и доцента Г.И. Мосберг - «Результаты исследования городищ Басандайка и Шеломок». Кроме того, в раздел было включено выполнение Г.В. Трухиным докторской диссертации «Революционное движение в Западной Сибири в 1905 г.». Второй раздел плана - «Помощь агитатору и пропагандисту» -включал тему доцента Е.Т. Текутьевой «Демократическое /[вижение в Англии в период второй мировой войны» (научный руководитель - профессор К.Э. Гриневич). Из наиболее интересных и актуальных тем третьего раздела плана - «Методическая помощь средней школе», над которыми работали сотрудники кафедры истории, можно отметить тему М.П. Кувшинской «Какими путями добиваться прочных знаний по истории». В издательском шине института на 1945 г. значились две работы Г.В. Трухина «Рабочее и революционное движение в конце XIX в. в Томске» и монография «С.М. Киров в Томске», которая после ее выхода в свет была удостоена премии.

Подводя итоги научно-исследовательской работы за 1944-1945 гг., можно сказать, что они были закончены с неплохими результатами и по общей своей организованности и эффективности стояли значительно выше предыдущих военных лет, хотя начинать научную работу на факультете приходилось в очень трудных условиях.

В заключение следует сказать еще об одном направлении деятельности преподавателей и студентов исторического факультета в годы войны -общественной. Тогда она выражалась в самых различных видах и формах. Прежде всего, это общественная работа преподавателей внутри вуза

среди студенчества вне часов учебных занятий. Идейно-политической закалке и военно-патрио-тическому воспитанию студентов тогда стали уделять особое внимание партийно-комсомольские организации. Об усилении их идейно-политического влияния свидетельствовало то, что коммунисты и комсомольцы истфака занимали авангардную роль и в учебе, и в научной работе, и в выполнении хозяйственно-политических мероприятий, и то, что партийная и комсомольская организации росли численно и крепли, что крепла производственная дисциплина. Вопросы организации и содержания политико-воспитательной работы во внеучебное время в студенческих труппах и в общежитии регулярно обсуждались на факультетских производственных совещаниях.

Другой не менее важный для педагогического вуза вид общественной работы помощь школе и учительству. Сотрудники кафедры истории совместно с кафедрами марксизма-ленинизма и педагогики принимали самое активное участие в юродских семинарах директоров школ, выступали с докладами на городских совещаниях учителей, на педагогических советах, на многочисленных совещаниях и собраниях, посвященных проблемам народного образования, проводили консультации учителей по педагогическим и методическим вопросам.

Сотрудники кафедры истории и студенты-ис-торики проводили в годы войны большую лекционную работу. Для этого кафедра организовала группу студентов-лекторов, в которой в разные годы состояло от 15 до 20 человек. Каждому студенту была дана тема из героического прошлого нашей Родины - ее великие полководцы- Все темы разрабатывались на кафедре под научным руководством опытных сотрудников, поскольку глубокое изучение темы требовало оказания студенту квалифицированной помощи. После окончания работы над темой студент докладывал ее содержание на заседании кафедры или на собрании студенческого научного кружка (или «кружка научно-исследовательской работы», как он тогда назывался) и только после этого направлялся читать лекцию на заводы, в учреждения и организации, в госпитали. Лекционная работа сразу же заинтересовала студентов, выразивших желание сделать их лекционную деятельность постоянной. Руководила агитколлективом член кафедры доцент Г.И. Мосберг, под руководством которой проходили и все политбеседы в учебных группах истфака и пединститута, а также еженедельные инструктивные доклады для агитаторов [18].

С началом войны работа коллектива исторического факультета, как и всего института, велась под лозунгом «Все для фронта, все для победы!» Этот лозунг обязывал не только всю учебную и

научную, но и массовую общественную работу организовывать так чюоы она помогала фронту решать главную задачу оить врага. Студенты овладевали знаниями и одновременно использовали все свободное от учебы время для работы, которая бы помогала фронту. Массовым явлением было совмещение учебы с работой на производстве, дежурством в военных госпиталях. Уже в первые военные годы преподаватели и студенты регулярно выезжали помогать колхозам и совхозам, работали на посевных и на уборке урожая, и работали, судя по документам, на совесть. Например и Верх-Ирменского района осенью 1941 г. п «-ал* в институт, что студенческая бригада пединститута, в которую входили и историки (помощником бригадира был старший преподаватель Г.В. Тру хин), значительно перевыполняла нормы, вырабатывая по 2,5-3 трудодня на человека. Преподаватели и студенты факультета участвовали в монтаже эвакуированных в Томск предприятий, в строительстве новых, в городских оборонных мероприятиях - в постройке узкоколейки к электромоторному заводу, железнодорожных веток ТЭЦ, Черемошники - Томск, Южной [19].

Все годы войны преподаватели и студенты истфака были активными участниками всех патриотических начинаний - собирали теплые вещи в фонд Красной Армии, оказывали другую помощь. Причем кафедры истории, как и другие кафедры, брали на себя обязательство экипировать столько бойцов, сколько было на кафедрах сотрудников.

Кафедры оказывали помощь семьям красноармейцев, эвакуированным детям, участвовали в подписке на денежно-вешевую лотерею, вносили в фонд обороны страны однодневные заработки своих сотрудников, сдавали в фонд обороны облигации всех займов и т.д.

Таким образом, в качестве общего итога можно сказать, что исторический факультет Томского пединститута занимал достойное место во всенародной борьбе с фашистскими захватчиками. Несмотря на трудности военного времени, факультет продолжал крепнуть и расти. Преодолевая тяготы и лишения, вызванные войной, он продолжал готовить кадры специалистов высокой квалификации, столь необходимых для развития образования. Конечно, с началом войны и с уменьшением числа студентов сократилось и количество выпускников факультета: если в довоенном 1940/41 уч. г. их было 112, то в первый военный учебный год всего 55, а в следующем - только 7. Однако с 1943/44 уч. г. начинается хотя и незначительный, но рост числа выпускников-историков. В этом же году их стало 13, а затем выпуск специалистов на историческом факультете стал приближаться к довоенному [20]. Следует при этом отметить, что пополнявшаяся учебная база факультета и плодотворная учебно-воспитательная Деятельность его преподавателей позволяли кафедре истории получать из разных мест Сибири прекрасные отзывы о выпускниках исторического факультета.

Литература

1. Государственный архив Томской области (ГАТО). Ф.Р-566, Оп. 1. Д. 3. Л. 26, 30, 67 и др.

2. Там же. Д. 2. Л. 1; Архив ТГПУ. Ф.Р-566. On.19. Д. 39. Л. 70, 76-77.

3. Профессора Томского университета. Т. 2. Томск, 1998. С. 126, 495.

4. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 2. Л. 160; Д. 3. Л. 4,159. Подобное происходило по всей стране. См.: Паначин Ф.Г, Педагогическое образование в СССР. М„ 1975. С. 105.

5. Крадинова В.А. Вузы Сибири в года войны // Сибирь в Великой Отечественной, войне; Тез. конф. Новосибирск, 1985. С. 238,

6. Герои Советского Союза; Краткий биографический словарь. Т. 1. М,, 1987. С. 317, 609; Т. 2. М., 1988. С, 601. Подробнее о выпускниках истфака 1941 г. и о А.П. Калашникове см.: Томский государственный педагогический университет... С. 151-153, 194-198.

7. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 2. Л. 49; Д. 3. Л. 34, 59; Д. 4. Л. 193.

8. См.: Панкратова А.М., Плотникова Е.Ф. Преподавание истории СССР в вузах // Вестник высшей школы. 1945. № 5-6. С. 40.

9. См.: Бурдей Г.Д. Историк и война. 1941-1945, Саратов, 1991. С. 76, 80, 82.

10. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 2. Л. 121; Д. 3. Л. 35.

11. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 2. Л. 121, 160.

12. См.: Юмашев А,С. Заочное обучение учителей в года войны // Сибирь в Великой Отечественной войне. Новосибирск, 1985. С. 252.

13. Директивы ВКП(б) и постановления Советского правительства о народном образовании за 1917-1947 гг. Вып.1. М. Л., 1947. С. 113-114.

14. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 3. Л. 135-136

15. ГАТО, Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 3. Л. 13.

16. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 26а. Л. 42.

17. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 3. Л. 14; Д. 26а. Л. 43; Архив ТГПУ. On. 1. Д. 1027 (Личное дело К.Э. Гриневича).

18. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 3. Л. 6, 7, 8, 14.

19. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 2. Л. 152, 153; Архив ТГПУ. Оп. 1. Д. 1780. Л. 60-61.

20. ГАТО. Ф.Р-566. Оп. 1. Д. 3. Л. 6, 75, 152; Д. 4. Л. 195.