Лесное законодательство в период правления Петра I

УДК 630:93

ЛЕСНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО В ПЕРИОД ПРАВЛЕНИЯ ПЕТРА I

© Черных В. В., 2012

Статья посвящена становлению лесного законодательства в период правления Петра I. Анализируется вклад Петра Великого в кардинальное изменение отношения государства и населения к лесным ресурсам. А именно, придание лесам известности (составление описных книг и ландкарт), организация запретительной системы, сопровождаемой угрозами тяжелых наказаний за неисполнение лесных предписаний, учреждение административной системы управления лесами, разработка и внедрение различных элементов лесохозяйственной деятельности и, наконец, около 200 указов и распоряжений правового характера по лесу.

Ключевые слова: Петр I и лес; лесное законодательство; описание лесов; организация эксплуатации и охраны лесов; создание лесного фонда.

До начала XVIII в. вопросы лесопользования, охраны, отношения к лесной собственности в государственных масштабах практически не рассматривались. Лишь благодаря взятому Петром I курсу на развитие кораблестроения и создание собственного морского флота отношение к лесным ресурсам коренным образом изменилось не только со стороны властей, но и во всех слоях общества. Именно тогда были заложены основы лесного хозяйства России. Ранее же в государстве не имелось не только конкретных сведений, но и общих представлений о количестве и качестве лесов. К моменту издания первых «лесных» указов в стране существовало в значительной степени условное деление лесов на собственно государственные (казенные), владельческие, а также въезжие и спорные. Условность этого деления усугублялась множеством ошибок и неточностей предшествовавших межеваний, просчетами при составлении писцовых книг. Да и при относительном изобилии лесов в точном определении границ лесных участков особой нужды не было. В ходе решения поставленных Петром I задач по выявлению и сохранению строевого леса стало очевидным, что дальнейшее развитие других важнейших отраслей хозяйства также потребует значительных объемов лесных ресурсов и, соответственно, определенной регламентации в их использовании. До XVIII столетия лес имел государственное значение только в отношении засечных линий, и только при Петре I

постановления о лесах теряют свой частный характер, лес становится собственностью государства, и законы о лесах получают общее значение.

Обширную серию указов Петра I можно условно разделить на три группы. К первой из них относится большинство указов, направленных на решение главной задачи — выявление и сбережение лесов для нужд кораблестроения. Вторая группа законодательных документов отражает стремление пресечь расточительное потребление древесины в народном хозяйстве. И совсем незначительное число указов свидетельствует о своего рода попытках разработки рационального лесоустройства и лесопользования в России. Вместе с тем анализировать лесные законы Петра строго по группам представляется не совсем рациональным, так как один и тот же закон мог осуществлять разные функции. Поэтому, на наш взгляд, в данном случае будет оправдан хронологический подход.

Первый указ Петра о лесах от 30 марта 1701 г. повелевал: в Московском уезде чистить лес свободно по берегам несплавных рек, по сплавным же дозволялось чистить только за 30 верст от берегов [1]. Исследователи, как правило, игнорируют этот указ, в силу того, что он отдавался с учетом сложившихся традиций и дублировал предыдущие узаконения подобного рода. Началом же коренного преобразования лесного управления является указ от 19 ноября 1703 г. «Об описи лесов во всех городах и

уездах от больших рек в сторону до 50, а от малых до 20 верст» [2]. Описание производилось независимо от того, кому принадлежал лес.

Сохранение лесных угодий предусматривалось, прежде всего, в местах, удобных для недорогой перевозки, т. е. вблизи судоходно-сплавных рек, что должно было приостановить наиболее варварское истребление леса. На территориях, подлежавших описанию, запрещалась рубка таких пород, как дуб, клен, ильмовые, лиственница и сосна (последняя 12 вершков и более). В качестве наказания предусматривался штраф за срубленное дерево 10 руб., за дуб и вырубку остальных заповедных деревьев смертная казнь. Для нужд народа разрешалось рубить липу, ясень, березу, осину, ольху, ель, орешник, иву и сосну тоньше 12 вершков. Закон 1703 г. впервые указывал на необходимость описания заповедных лесов. Часть этих описаний сохранилась в делах бывшей при Петре Вальдмейстерской Конторы [3], хранящихся в архиве морского министерства, и была проанализирована С. Ведровым еще в 1878 г. Описания осуществлялись с 1711 г. Основополагающей целью их являлось приведение в известность существующих лесов. Описания производились обычно по показаниям окольничих. В описанных книгах указывались губерния, провинция, уезд, стан, далее обозначалась принадлежность вотчин или поместий, названия сел и деревень, в районе которых находился описываемый лес. Так, в начале XVIII в. появились особые заповедные леса, отдельные участки которых сохранились до настоящего времени в заповедниках и заказниках (Шипов лес, Теллермановская роща в Воронежской области и др.).

Суровость наказания за порубку заповедных деревьев была несколько смягчена указом от 19 января 1705 г., разрешавшим заготовку заповедных деревьев (за исключением крупных экземпляров), необходимых для изготовления транспортных средств и возведения мельниц. Однако порубка дуба по-прежнему каралась смертной казнью. И даже использование дубового валежника грозило высылкой на каторгу. Более того, указ предписывал отбирать дубовые гробы, которые загодя готовились населением, отдавать в монастыри, заплатив цену издержек, а затем с соответствующим церковным ярлыком продавать вчетверо до-

роже покупной цены. Такими методами Петр пытался переменить отношение населения к дубу, являвшегося наиболее ценным материалом при строительстве флота. Смертная казнь также назначалась за поджог леса [4].

Весь период правления Петра характеризуется борьбой с устоявшейся народной традицией, заключавшейся в свободной рубке леса на хозяйственные нужды. Император довольно быстро осознал, что карательные меры не могут носить общий характер для различных местностей империи. Поэтому потребовалось принятие дополнительных лесных законов для конкретных территорий. В ноябре 1712 г. вышел именной указ о запрещении рубить толстый сосновый лес в уездах Новгородском, Старорусском, Лугском и Торопецком. Речь шла о лесах, произраставших вблизи рек Мсты, Свири, Паши, Волхова, Шелони, Полы и их притоков, служивших важнейшими сплавными путями к Петербургу. Рубка леса разрешалась в 10 верстах от рек, но даже из незаповедных пород можно было использовать лишь деревья, толщина которых не превышала 6 вершков. В случае нарушения данного запрета грозила ссылка на каторжные работы [5]. В 1714 г. петербургским жителям и подрядчикам запрещалась рубка лесов по реке Охте, но разрешалась в Выборге выше реки Славянки [6]. На следующий год принимается решение: «лес годный для кораблей и на постройки домов не рубить на дрова, а заготовлять их из ели, осины, ольхи и из валежника» [7]. Петр I осознавал, что лучшее сохранение заповедных лесов обеспечивают как запретительные меры, так и правильное устройство лесной администрации. Распоряжением от 31 января 1718 г. он постановил: «Выбрать по селам и деревням надзирателей, добрых людей, у которых бы меньше 500 дворов в надзирании не было, и дать им для того особые полномочия, пятна (клейма) с гербом Казанским, чем такие леса пятнать и главным образом дубы, негодные для кораблестроения» [8]. Это распоряжение Указом от 17 июня 1719 г. было распространено на все провинции России. В Указе впервые в истории России определен государственный орган, который осуществлял управление лесами: «все над лесом смотрение и сбережение иметь в Адмиралтействе». Данный Указ примечателен и тем, что отменял смертную казнь за порубку ду-

ба. Кроме Адмиралтейской коллегии заведование лесами принадлежало и Государственной Камер-коллегии, которой 13-м пунктом Учреждения и Регламента поручалось заботиться о сохранении лесов по всей территории России.

Обращает внимание тот факт, что надзиратели должны были следить не за сохранением заповедных лесов, а не допускать рубку деревьев, пригодных для кораблестроения. Они выполняли свои обязанности бесплатно. В их функции входили осмотр, описание, проверка состояния лесов, расследование самовольных порубок и розыск нарушителей, выдача разрешений на порубку.

Лесное законодательство рождалось тяжело, то, что являлось непреложным правилом для одной территории, выглядело неоправданным для другой. Надо отдать должное Петру, который не боялся вносить коррективы по принятым указам путем принятия дополнительных распоряжений. Например, при претворении указа от 17 июня 1719 г. в Уфимской провинции воевода Иван Бахметев обратился к царю с донесением, что башкиры и другие иноверцы обратились с челобитной, в которой объясняют, что без дуба, сосны и ильма им обойтись невозможно. Дуб и сосна идут на борти, а ильм на корм скоту, и что ясак платят они из доходов от пчеловодства. Обращение показалось Петру убедительным, вследствие чего он указом от 28 марта 1720 г. разрешил жителям Уфимской и Сибирской провинций, а также Астраханской губернии рубить леса свободно, но в местах, удаленных от корабельных заготовок. Это разрешение свободной рубки оказалось не совсем удобным, потому что с данными территориями граничили корабельные леса Казанской губернии, которые могли пострадать, так как часть уфимских крестьян проживали на казанской стороне, да и в Астраханской губернии находились корабельные леса, заготавливавшиеся для Адмиралтейства. Казанский губернатор Кудрявцев, опасаясь ответственности за возможные порубки крестьянами смежных губерний, поставил в известность Сенат. На что последовало распоряжение царя в указанных пограничных районах лес не рубить, и определялось расстояние запретной территории [9].

Другая несуразность в развитии законодательства заключалась в недостаточ-

ном разграничении различных предметов лесного управления. В одном и том же указе присутствовали и правила охраны лесов, и их описание, и, наконец, административные и карательные меры в отношении правонарушителей, как, например, в указе от 14 марта 1720 г. Такая неопределенность и перегруженность постановлений являлась следствием новизны дела, недостаточных знаний местных особенностей России и отсутствием специалистов в этой области.

Академик Я. Я. Штелин отмечал, что как только Петр завел на Неве первое селение, сразу принял на службу немецких форстмейстеров, которые должны были осматривать леса во всей Ингерманландии и Новгородской губернии [10]. Информация эта не подтверждается какими-либо официальными источниками. В 1721 г., при отправлении в Швецию Михаила Бестужева, Петр наказал ему присылать в Россию разных искусных мастеров, а именно: «по причине лежащих под одним параллельным кругом городов Стокгольма и Петербурга, садовников, земледельцев, людей искусных в знании и хождении за лесом...» [11]. Были ли эти искусные люди присланы в Россию, неизвестно, нет упоминаний ни в одном постановлении и о немецких форстмейстерах.

В целях усиления контроля за заповедными лесами в Санкт-Петербургской, Новгородской и Луцкой провинциях Указом от 14 марта 1720 г. [12] комиссаром по надзору за ними назначается Кафтырев. Описание лесов проводилось независимо от их принадлежности, в обязанности владельцев вменялось сохранять заповедные участки, содержать их в полном порядке. На лесо-владельцев, таким образом, ложилась новая для них забота о собственных лесах, невыполнение же комиссарских указаний влекло за собой суровые наказания. Для ознакомления населения с лесоохранительными указами их вывешивали на специально установленных столбах близ лесных дорог и селениях. Кроме того, печатные указы рассылались священникам для оглашения их в церквах. Но красноречивей всего были виселицы. Расставленные через каждые пять верст по лесным межам в ближайших к Петербургу уездах, они не позволяли забыть о царских указах: «Все знали, что эти ужасные украшения по одному мановению царя могли быть наполнены жертвами лишь для

того, чтобы. другим не повадно было так делать» [13].

По Указу 14 марта 1720 г. леса вокруг Санкт-Петербурга были разделены на пять районов. Сенат для надзора за ними выделил 10 человек дворянского происхождения, которые подчинялись Василию Каф-тыреву. Например, один из них, комиссар А. А. Голенищев-Кутузов, имел оклад 5 руб. в месяц и наблюдал за Выборгской и Копорской сторонами р. Невы. При каждом из районных комиссаров состояли несколько драгунских солдат. Небольшой штат комиссаров и надзирателей, выполняющих свои обязанности практически на «общественных началах», не обеспечивал соблюдения необходимых требований.

С целью организации охраны лесов указом от 6 апреля 1722 г. создавалась вальд-мейстерская служба. Вводились должности обервальдмейстеров, выполнявших общее руководство отраслью. В руководство им была издана «Инструкция обер-вальдмей-стеру». Первым обервальдмейстером (главный лесничий России) был назначен Пан-кратий Глебовский. При нем в Москве для делопроизводства была образована Вальд-мейстерская канцелярия. Для заведования лесами из дворян и помещиков назначались вальдмейстеры. Причем жалование им не полагалось, а содержались они за счет штрафов, взыскиваемых с лесонарушите-лей. На помощь к ним определялись унтер-вальдмейстеры, которые осуществляли охрану конкретных лесных массивов и имели право принимать на службу отставных солдат, драгун, приказчиков и крестьян. За каждым унтер-вальдмейстером закреплялись от 2 до 3 тыс. крестьянских дворов. Охраной заповедных лесов занимались надзиратели (у них на участке было по 500 дворов). По имеющимся данным, в 1725 г. в России был один обер-вальдмейстер, 20 вальдмейстеров и 64 унтер-вальдмейстера. «Инструкция обер-вальдмейстеру» состояла из 28 статей и являлась своеобразным сводом лесного законодательства Петра I. Ее положения определяли отношение к лесам как к общегосударственной собственности (без различия между лесами частными и казенными). Предусмотренные этим документом широкомасштабные действия (организация управления и охраны) преследовали лишь одну цель — создание лесного фонда исключительно для кораблестроения.

Организация структуры управления охраной лесов решалась достаточно просто и рационально. За каждым вальдмейстером закреплялись заповедные леса, расположенные вдоль крупных рек. В их подчинении находились вальдмейстеры, контролировавшие леса, расположенные вдоль средних и мелких рек.

Для контроля за рубками у надзирателей существовало особое клеймо, которое ставилось у корней деревьев, предназначенных для рубки. Смысл этой операции состоял в том, чтобы наличие клейма позволяло вальдмейстерам убедиться, какие деревья срублены с разрешения надзирателей, а какие без разрешения. Расчеты за лес проводились на реках возле таможенных застав.

Кроме заповедных лесов вальдмейстер-ской службе подчинялись и засечные леса. В этих лесах, в связи с их стратегическим назначением, рубки любых деревьев категорически запрещались.

Петровское законодательство в отношении лесов было продиктовано интересами государства: всякая рубка считалась самовольной, если она производилась вопреки принятым законам, и в данном случае охранялся уже не имущественный интерес владельца, а государства. Однако потребность населения в лесных продуктах вынуждала Петра корректировать чрезмерность наказаний за лесные нарушения, что нашло отражение в «Инструкции обер-вальдмейстеру» в 1723 г. Штрафы за нарушение «лесных» указов были несколько смягчены, хотя за умышленный поджог леса по-прежнему грозила смертная казнь. Нельзя не отметить, что вальдмейстеры не снискали в народе ни уважения, ни доверия, так как штрафные деньги шли на содержание вальдмейстерской канцелярии, а сами деньги взимались теми же чиновниками. Отмечены были и неоднократные случаи покровительства порубщикам, в связи с чем замешанным в этом вальдмейстерам грозил кнут, вырезание ноздрей и ссылка на каторжные работы [14].

Важным аспектом лесного законодательства при Петре становится регламентация охоты и рыбалки. В данный период во всем мире, а также в России царило хищническое отношение к животному и растительному миру. Многие народы империи продолжали платить дань шкурами ценных зверей, что было причиной исчезновения целых видов диких животных. С целью со-

хранения соболей в 1706 г. царским указом был введен запрет на их охоту, а добыча этих животных объявлялась монополией государства. Регламентация охоты велась еще при царе Алексее Михайловиче, который запретил своим указом ее проведение в подмосковных лесах. Петр I в 1698 г. подтвердил указы своего отца, а с 1700 г. дополнительно ввел штрафы за ловлю и отстрел птиц в этих лесах.

В 1714 г. начал действовать указ о запрете охоты на лосей и установка больших штрафов за подобные нарушения [15]. 11 декабря 1704 г. был принят Устав о рыбалке, запрещающий ловить рыбу хищническими средствами, утверждавший правила использования водохранилищ [16].

Появление такого большого количества нормативно-правовых документов нуждалось в ознакомлении с ними населения страны. Формы доведения до людей этой информации соответствовали строгим временам: во-первых, у входа в наиболее ценные леса устанавливались виселицы, а рядом столбы с царским указом; во-вторых, каждую неделю в церквах священники должны были читать эти указы при проведении служб.

Анализ петровского законодательства по охране лесов показывает полное пренебрежение жизнью человека. Суровость статей Соборного Уложения не могла сравниться с жестокостью многих указов Петра I. При этом известны случаи, когда лесоторговцы систематически рубили леса на продажу, обходя законы и обставляя свои действия так, что их никто не преследовал. Так, по данным С. А. Генсирук, массовые незаконные вырубки леса на украинских землях с целью переработки его на поташ проводили князь А. Д. Меньшиков и гетман И. И. Скоропадский [17]. В период с 1718 по 1721 г. ими вывезено в Ригу 798 т поташа, а также 2038 бочек смолы. С целью оценки ущерба, причиненного лесам, автором сделаны некоторые расчеты. Известно, что на получение 16 кг поташа шло 300 м3 свежесрубленной древесины, что эквивалентно площади около 1,5 га. Таким образом, для производства 798 т поташа надо было вырубить почти 75 тыс. га леса. С целью понимания величины потерь следует определить, что на украинских землях с 1843 г. по 1914 г. разведено и восстановлено 341 461 га лесов [18].

Несмотря на всю сложность и противоречивость нормативно-правовых актов, петровское правотворчество сыграло важную роль в развитии законодательства по охране лесов. Часть из них вошла в Лесной устав империи, принятый в 1802 г., ив другие нормативно-правовые документы, которые действовали на территории Российского государства.

С момента принятия законов Петра прошло около 300 лет, и сегодня интересно сравнить правовую направленность петровского и современного украинского законодательства. Так, существует сходство между царскими указами о заповедных лесах и Законом Украины «О природно-заповедном фонде Украины» от 16.06.1992 г. № 2456 XII [19], а также Постановлением Кабинета Министров Украины «Об утверждении порядка разделения лесов на группы, отнесения их к категориям защитности и выделении особо защитных земельных участков лесного фонда», и Постановлением Кабинета Министров Украины от 27 июля 1995 г. № 557 [20].

Документы по регламентации использования лесов, принятые Петром I, соотносятся с Постановлением Кабинета Министров Украины «Об утверждении Правил отпуска древесины на корню в лесах Украины» от 29 июля 1999 г. № 1378 [21].

Идея ограничения объемов рубок, закрепленная указами Петра I, нашла свое отражение в Законе Украины «О моратории на проведение сплошных рубок на горных склонах в пихтово-буковых лесах Карпатского региона» от 10.02.2000 г. № 1436-Ш. Указы Петра I об учете лесов совпадают по направлению с Постановлением «Об утверждении Порядка ведения государственного учета лесов и государственного лесного кадастра» от 27 сентября 1995 г. № 767 [22].

По своему содержанию создание вальд-мейстерской службы является аналогичным с Постановлением Кабинета Министров Украины «О государственной инспекции по контролю за охраной, защитой, использованием и воспроизведением лесов» от 16.06.2004 г. № 770 [23].

Регламентация охоты и рыбалки в определенной степени созвучна Законам Украины «О растительном мире» от 09.04.1999 г. № 591-Х^ и «Об охотничьем хозяйстве и охоте» от 22.02.2000 г. № 1478-Ш [24].

Кроме этого, существует большое количество подзаконных актов, изданных Прези-

дентом Украины, Кабинетом Министров Украины и различными министерствами, которые совпадают с основными направлениями петровской лесоохранительной политики.

Почти все «лесное» законодательство первой четверти XVIII в. было нацелено на изъятие из свободного обращения лесов, пригодных для кораблестроения (независимо от их принадлежности), организацию их эксплуатации и охраны. Пренебрежение к правам владельцев лесных угодий вольно или невольно способствовало формированию в обществе мнения о лесных ресурсах как государственном достоянии. Большинство исследователей «лесного вопроса» неодобрительно относятся к игнорированию Петром права собственности владельцев на их лесные владения. Однако политика Петра вполне соответствовала духу времени и взглядам на этот предмет во всех европейских государствах, где, как правило, за правительством признавалась верховная власть над лесами. Законодательные акты Петра I, направленные на обустройство части лесного хозяйства страны, ложились тяжелым бременем не только на лесную администрацию, но и на значительные группы населения. Кроме того, осуществление указов на практике, поддерживаемое строгими санкциями, делало всякое, даже вполне законное пользование лесом, опасным. Вероятно, Петр понимал это. В известной «Инструкции обер-вальдмейстеру» 1723 г., явившейся как бы сводом всего лесного законодательства, намечен некоторый отход от первоначальной, почти непримиримой позиции в отношении владельцев лесов. Предусмотренные этим документом широкомасштабные действия (организация управления и охраны) преследовали лишь одну цель — создание лесного фонда исключительно для кораблестроения. Владельцам заповедных лесов впервые разрешалось пользоваться древесиной для производства мебели, транспортных средств, мельниц, и даже на продажу — в виде досок, полученных из маломерных деревьев. Не утрачивали юридической силы и указы, преследовавшие всякое бездумное, с точки зрения законодателя, употребление древесины (например, освященный веками обычай хоронить в дубовых гробах, использовать «топорные» доски на строительство судов [25] (и т. п.). Деятельность Петра I, его лесное законодательство — знаменательный этап в истории лесного хозяйства и природополь-

зования России. Возросшие объемы лесопользования на государственное военное кораблестроение, производство древесного угля, поташа, смолы, дегтя, на строительство, топливо для жжения извести, выварки соли, обжига кирпича и т. п., а также острый недостаток крупномерного леса породили потребность в приведении в известность доступных для эксплуатации лесов вдоль рек, в описях их и составлении ландкарт, в упорядочении рубок для государственных нужд, в рациональном использовании лесов. А для этого необходимы были, прежде всего, лесные законы, лесная администрация и специалисты, правила и инструкции. Все это и дало лесное законодательство Петра I — около 200 указов и распоряжений. Ко всем лесным и природоохранным законам Петра I может быть сделана приставка «впервые». Для них были характерны: общегосударственный характер; приведение лесов в известность — составление описных книг и ландкарт; всесторонний охват различных сторон лесного дела; суровость и даже жестокость наказания за неисполнение; учреждение административной системы управления лесами; разработка и внедрение различных элементов лесохозяйственной деятельности — лесного хозяйства; подготовка лесных кадров и, наконец, возможно самое главное для нас даже сегодня — понимание того, что даже в России «без бережи» и самые большие леса истребиться могут в короткое время. И

1. Полное собрание законов (далее — ПСЗ-1). Т. 4. № 1845.

2. ПСЗ-1. Т. 4. № 1950.

3. Ведров С. В. О лесоохранении по русскому праву. СПб., 1878. С. 80.

4. ПСЗ-1. Т. 7. № 4379.

5. ПСЗ-1. Т. 4. № 2607; Шелгунов Н. В. История русского лесного законодательства. СПб., 1857. С. 53.

6. Там же. Т. 5. № 2757.

7. Там же. № 2890.

8. Там же. № 3149. П. 3.

9. Там же. Т. 6. № 3593.

10. Подлинные анекдоты о Петре Великом, изданные в свет Якобом фон Штелиным, а переведенные на российский язык Карлом Рембовским. М., 1786. С. 152.

11. Шелгунов Н. В. Указ. соч. С. 66.

12. ПСЗ-1. Т. 6. № 3548.

13. Ведров С. В. Указ. соч. С. 59.

14. Фалеев Н. И. Лесное право. М., 1912. С. 280.

15. ПСЗ-1. Т. 4. № 2760.

16. Там же. № 2007.

17. Генсирук С. А. Леса Украины. Л., 2002. С. 50.

18. Там же. С. 140.

19. О проведении Весенней толоки по озеленению и благоустройству : указ Президента Украины № 18612008 от 3 марта 2008 г. // Правительственный курьер. 5 марта.

20. Об утверждении порядка разделения лесов на группы, отнесения их к категориям защитности и выделения особо защитных земельных участков лесного фонда : постановление Кабинета Министров Украины от 27 июля 1995 г. № 557 // Собр. постановлений Правительства Украины. 1995. № 10. Ст. 254.

21. Об утверждении Правил отпуска древесины на корню в лесах Украины : постановление Кабинета Министров Украины от 29 июля 1999 г. № 1378 // Офиц. вестн. Украины. 1999. № 31. Ст. 1612.

22. Об утверждении Порядка ведения государственного учета лесов и государственного лесного кадастра : постановление Правительства Украины от 27 сент. 1995 г. № 767 // Собр. постановлений Правительства Украины. 2000. № 13. Ст. 99; О моратории на проведение сплошных рубок на горных склонах в пихтово-буковых лесах Карпатского региона : Закон Украины. 2000. № 13. Ст. 99.

23. Там же.

24. О растительном мире : Закон Украины от 9 апр. 1999 г. № 591-ХІУ // Ведомости Верховной Рады Украины. 1999. № 22—23. Ст. 198; Об охотничьем хозяйстве и охоте : Закон Украины от 22.02. 2000 г. (с посл. изм. и доп.) № 1478 // Офиц. вестн. Украины. 2000. № 12. Ст. 442.

25. ПСЗ-1. Т. 4, № 2017.

The Wood Legislation in Peter I Board

© Chernih V., 2012

Article is devoted formation of the wood legislation in Peter I board. Peter the Great contribution to cardinal change of the relation of the state and the population to wood resources is analyzed. Namely, giving to popularity woods, the organization of the prohibitive system accompanied by threats of severe punishments for default of wood instructions, establishment of a management system of management of woods, working out and introduction of various elements of silvicultural activity and, at last, about 200 decrees and orders of legal character on wood.

Key words'. Peter I and wood; the wood legislation; the description of woods; the operation and forest conservation organization; creation of wood fund.