Структурно-семантические особенности строения ФЕ таджикского и русского языков в сопоставительном аспекте

М.М. Мирзохонова

СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ СТРОЕНИЯ ФЕ ТАДЖИКСКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ В СОПОСТАВИТЕЛЬНОМ АСПЕКТЕ

Ключевые слова: лексическая модель, фразеологические единицы, русский язык, таджикский язык, сопоставительное рассмотрение

В течение всего исторического периода формирования фразеологического учения исследователи различных поколений, направлений и школ стремились выявить основные признаки ФЕ, способствующие тому, чтобы понять их сущность, определить объем фразеологических ресурсов и их своеобразную типологию. Результатом указанных научных изысканий явилось установление главных дифференциальных признаков ФЕ, в качестве которых были выделены: а) идиоматичность; б) целостность номинации или значения; в) устойчивость структуры; г) лексическая неделимость и экспрессия; д) воспроизводимость; е) расчленённость структуры. В.В. Виноградов отмечал, что ФЕ, «обозначая явление, предмет, слово вместе с тем передает его связи и отношения в динамическом целом, в исторической действительности. Она отражает понимание «кусочка действительности» и его отношений к другим элементам той же действительности, как они осознавались или осознаются обществом, народом в известную эпоху и при этом с широкой возможностью позднейших переосмыслений первоначальных значений и оттенков» (1,163).

В ряду этих специфик ФЕ ТЯ и РЯ в любых их проявлениях мы можем наблюдать и непосредственно индивидуальную и единичную лексическую их материю во всей неповторимости ФЕ, а также санкционированный стандарт, генетически связанный с системой узуса (принятого способа употребления фразеологемы), с

функциональным противопоставлением единиц их (ФЕ) модели и нормой их реализации. Это есть система возможностей координат, которые указывают на открытые и закрытые языковые пространства или их императивность, регламентируемую при функционировании ФЕ длину реализации их лексических моделей, принятых в данном языке и данной языковой культурой: ТЯ РЯ

1) Бе ранч ганч ба даст намеояд. 1) Без муки - нет науки.

2) То мехнат накунй, 2) Без труда не вынешь

гули рохат намечинй. и рыбку из пруда.

3) Баракат - аз харакат. 3) Где труды - там плоды.

4) Бо кордон кор осон. 4) Дело мастера боится.

5) Мехнат кунй - халол кун. 5) Кто трудиться рад, тот

Х,осилаша чувол кун. хлебом богат.

6) Сабр кунй, найшакар 6) Терпение и труд -

гардад шакар. всё перетрут.

7) Аз бекор хама безор. 7) Без дела жить - только

небо коптить.

8) Ба хурдан тайёр, ба кор 8) В работе отстаёт,

кардан айёр. а за едой обгоняет.

Вернемся к проблеме аспектизаци (то же, что вид) языкового материала в ФЕ ТЯ и РЯ. Какие аспекты могут быть выделены в ФЕ ТЯ и РЯ как целостном объекте? Основной проблемой, в решении которой делаются пока только первые шаги, это функция каждой данной единицы в системе достаточно полной проекции языковых знаков на модели ФЕ. Поскольку аспектизация языкового материала в данных выше ФЕ ТЯ и РЯ действительно осуществляется различными частеречными словами и способами координации, существует, на наш взгляд, резон предложить один из возможных вариантов, который позволит с наибольшей наглядностью выделить круг вопросов, связанных с проблемой соотношения разноаспектных единиц ТЯ и РЯ.

В качестве особого уровня или подуровня ФЕ ТЯ и РЯ могут быть выделены общесмысловые, а также функционально-смысловые компоненты (Ср. ТЯ: ранч-ганч; мехнат - рохат; баракат - харакат, кордон- осон; мехнат - хосил; халол кун - чувол кун; сабр

- шакар; бекор - безор; тайёр - айёр; бакор - рохат; бекор - гурбат; мехнат - рохат; бекор - алам и др.) в РЯ (муки - науки; труд - рыбка;

С1 -»-»

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ 133 ~

труды -плоды; рад - хлебом богат; дело - небо; оставаться -обгонять; работа - густо; лень - пусто; и многое др.). Однако, как убеждают ФЕ и РЯ, семантические отношения, устанавливаемые непосредственной доминацией, определённые единицы не могут быть аспектиризованы однозначно, поскольку отношения непосредственной доминации, выявленные нами для синтаксического анализа, качественно неоднородны: одни из них, например, обстоятельственные (густо - пусто), другие - уточнительные (почти все ФЕ РЯ), которые являются семантическими отношениями компонентов поверхностной структуры ФЕ, другие - компонентами глубинной (смысловой) их структуры, третьи представляют значение отдельных лексико-грамматических конструкций; наконец, четвёртые, например: присвязные (предлоги, союзы, окончания) вообще обеспечивают несемантические, а структурные связи компонентов ФЕ ТЯ и РЯ. Ясно, что синкретический характер отношений (функциональное объединение разных форм выражения, нейтрализация оппозиции (противопоставленные) не позволяет использовать их в строго аспектизированном плане описания языкового материала. В связи с этим остро дискуссионно и актуально для лексикографии сопоставляемых языков встаёт проблема выбора слов и средств их отражения в структуре ФЕ, что относится к дефиниции состава документирующей части ФЕ и их характеру. В этом отношении словарная база ФЕ ТЯ и РЯ является источником, обеспечивающим модели лексическим арсеналом в конструировании сложной семантической структуры ФЕ и условий их функционирования, одновременно раскрывая характер последовательного семантического и стилистического их развития. Определить лексико-семантические характерности структуры ФЕ сопоставляемых языков - одна сторона вопроса их спецификации, важно еще решить вопрос концентрации этих элементов в их структуре: принять ли генетический (исторический) порядок словосложения, или придерживаться логического (систематизирующего) порядка представления значений, не вступающих в противоречия с историей слова, входящего в состав ФЕ ТЯ и РЯ. Все элементы структуры ФЕ в ТЯ и РЯ так или иначе концентрируются вокруг их предполагаемой семантической доминанты (смыслового центра), являются их языковым микромиром, в котором раскрывается весь объем спектра значений ФЕ, их доминанта, которая помимо всего

дает фономорфологическую, грамматическую, семантическую, синтаксическую, стилистическую информацию о ФЕ. Д.Н. Шмелёв отмечает также влияние на семантику слова не только лексического окружения, но и синтаксического контекста. «Употребление слова в интонационно обусловленной конструкции, - пишет ученый, - в отдельных случаях способствует возникновению у слова нового значения, реализуемого только в пределах данной «фразеологической схемы» (3,186).

Семантическая целостность и ёмкость их в ТЯ и РЯ наиболее полно проявляется в процессе метафорического переосмысления свободных словосочетаний такой же семантики, а порой даже и состава: Ба.уор будан дар роуат, Бекор будан дар гурбат Мехнат кунй рох;ат бинй Бекор шинй - алам бинй.

Сопоставительное рассмотрение особенностей фразеологии таджикского и русского языков убеждает, что в них содержатся разнообразные ценностные данные, которые обогащают наши знания о семантике, лексике и функции фразеологизмов, предоставляют сведения о них и народно-разговорной речи. Однако, извлечение этих сведений становится возможным лишь в результате многоаспектного изучения важнейших проблем этой категории лексики.

1) Фразеологизация в таджикском и русском языках является средством когезии и экспрессивизации некоторых аспектов и средств текста, актуализации отдельных его фрагментов, усиления фактора немотивированности знака на уровне семантических отношений их компонентов.

2) Все порождаемые в тексте фразеологические единицы строятся по законам семантической аналогии нейтральных слов с фразеологическими.

3) В тексте может происходить актуализация всех связей и отношений, имеющихся в системе нейтральных и фразеологических единиц (базового и производного).

4) Они обеспечивают семантическую структуризацию каких-либо активных частных моделей контекста, или реализуют в новом материале имеющиеся в языке «конкретные образцы».

5) Актуализация названных единиц (нейтральных и фразеоло-

газированных) - яркое свидетельство того, что эти единицы системы конкретного текста - это не только лингвистические конструкты, но и языковая реальность, находящая отражение в языковой компетенции ФЕ.

6) Текстовое использование фразеологизмов служит экспрессивному представлению разного рода связей и отношений.

7) В контексте моделей с участием ФЕ существуют определенные семантизирующие приёмы использования лексико-грамматических структур для построения текстовых номинаций одних и тех же понятий или свёртывания их основных семантических компонентов (ба [руи] об баровардан - выводить на [чистую] воду [разоблачать]).

8) Виды текстовой номинации ФЕ разнообразны и используются они как для наименования предмета (даст намерасад - руки не доходят), действия (дев барин кор кардан - работать, засучив рукава) или признака (базми чамшедй - пир горой), так и в целях представления шуток (ба гуши хар танбур навохтан - метать бисер перед свиньями) и острот (ба болои сухта намакоб - подлить масло в огонь) и т.п.

9) Активность текстового использования ФЕ Тя и Ря свойственна разным контекстам. В наибольшей мере присуща она художественной речи и разговорному языку.

Лексические фразеологизмы - идиомы возникают вследствие образного или необразного переосмысления предложений и сочетаний слов: кот наплакал ( в значении - очень мало) - ба мисли ашки гурба; взять на прицел - ба нишон гирифтан; не спать до петухов (не спать до раннего утра( до зари)) - то субх (чег задании хурусон) нахобидан.

Семантические сдвиги в значениях лексических компонентов, устойчивость и воспроизводимость при этом взаимосвязаны с универсальными и отличительными признаками ФЕ Тя и Ря.

Лексические идиомы, будучи продуктом истории развития сопоставляемых языков, могут содержать в своём составе и слова, вышедшие из употребления и грамматические формы. Например, в Ря лезть на рожон, денно и нощно, притча во языцех; в Тя - бо зуру алам, бо тегу туранг, вирди забонхо шудан. С внутренней формой фразеологического знака связаны идиоматичные свойства фразеологической семантики, такие специфические особенности, как образность, эмоциональная насыщенность, положительные и

отрицательные оценочные характеристики и т.д. (2,17).

Идиоматичность в Тя и Ря - это свойство единиц языка (слов, словосочетаний, предложений), состоящее в неразложимости их значения на значения единиц, вычленяемых в их формальном строении, и, соответственно, невыводимости значения целого из значения частей в данной их структурно-семантической связи. Структурно-семантическое строение таких категорий языковых единиц отклоняется от общих закономерностей формирования составных единиц. При этом происходит процесс утраты мотивированности отношений между единицами содержания составных образований и их формально вычленяемыми единицами, что приводит к образованию слитного значения у языковой единицы за счёт переосмысления составляющих её элементов. Это явление обусловливает утрату ими семантической самостоятельности и изменение структурной значимости. Этот процесс выражается в несовпадении (отчуждении) формальных и содержательных признаков языковых единиц, обладающих свойством идиомы.

По характеру соотнесения объекта с описываемой действительностью различаются автономные и неавтономные фразеологические номинации. Автономные ФЕ непосредственно указывают на обозначаемое и, обладая в силу этого самостоятельной номинативной функцией, имеют в Тя некое свободное значение: барги сабз, гули сари сабад, офтоби сари кух, кабки дарй, номаи камол, ситораи руз и др. Неавтономные фразеологические номинации соотносятся с обозначаемыми косвенно - только при совместной реализации с другими, опорными для них номинациями. Их значения выступают как связанные (ср: тяжёлый вес - тяжёлый характер, приходить в гости - приходить в восторг, сын брата - сын степеней).

ФЕ, соответствующие закономерностям внутреннего развития языка и отвечающие потребностям языкового сообщества в новых номинативных средствах, обычно входят в общеупотребительный словарный запас.

Для подобных ФЕ сопоставляемых языков характерны системность и связь со структурой языка, стабильность, историческая и социальная обусловленность и в то же время динамичность и изменчивость во времени, поскольку данная категория единиц различается по степени устойчивости в разных уровнях сопоставляемых языков и в различных условиях их использования в речи. Решающим при

этом оказывается соотношение их нормы и системы образования их структуре, в которых содержательный план должен господствовать над планом выражения. При этом возникает проблема правильности, смысловой точности и стилистической уместности ФЕ в высказывании. В сфере грамматики отношения системы, структуры и нормы строятся иначе. На первый план выступают модели и образцы (парадигмы) ФЕ и критерии соответствия им их реализаций, в частности, новообразований. В стилистике ФЕ регулируется применение стилистически и экспрессивно окрашенных или нейтральных языковых средств в соответствии с содержанием конструкций, в которые входят ФЕ, и целью речи / высказываниями, условиями контекста, требованиями коммуникации и жанра литературных произведений. В связи с этим в Тя и Ря различаются императивные и диспозитивные категории ФЕ.

Императивные модели ФЕ - это такие классы единиц, в которых нарушение порядка или системы лексических элементов в их структуре расценивается как нарушение законов языка (в РЯ нарушение норм склонения, спряжения, или принадлежности к грамматическому роду), а в ТЯ как незнание нормативной оценки языковых средств, закреплённых в традиции или образцах в соотношении с возможностями системы языка или по аналогии с уже реализованными образцами в различных контекстуальных условиях, поскольку в понятие языковой нормы каждая историческая эпоха вносит свои коррективы.

В отличие от императивных ФЕ диспозитивные (т.е. восполни-тельные, не строго обязательные) допускают варианты -стилистически различающиеся или вполне нейтральные.

Так например: ацал аз гулу гирифтан, ацал гофил гирифтан, то боргоуи цовидон расидан, буи ацал расидан, бо дунёвидоъ кардан, бар дили хок дили захмиро бурдан, дар дили хок бихобидан, ду чтим аз дунёи пурафсона баста кардан, дар коми гур рафтан, ба канори хок рафтан, цон аз сари ангуштрафтан, цони касе/чизе суп само паридан, ба цсщони сарду хомуш фирор кардан, ба цсщаннамрафтан, бар цсщони лоязолй гузспитан.ба цах,он падруд кардан, цон зи тан баромадан, зи цсщонрафтани касе, ба цаннати нася танх,орафтан, аз хонаи гсщвора ба тобут шудан, риштсш цон канда шудан, паймонсш умр пищи гсаитан, бо пули марг ба сох,ил расидан.

Возвращение ФЕ в активный фонд лексики сопоставляемых

языков сопровождалось их смысловым, экспрессивно-оценочным возрождением; они обретают иной характер терминологического содержания, стилистической квалификации, а также усиленный выразительный потенциал в речи / высказывании:

Як себи ду кафон - как две капли воды (очень сильно, совершенно, точь в точь похож; буквально:« как две половины одного яблока»). Яке аз богу дигаре аз рог - кто в лес, кто по дрова (неслаженно, вразброд, нестройно; буквально:« один из сада, другой из дырки»). Аз магзи дил - от всей души; буквально: « из глубины сердца». Аз хирс муе - с медведя хоть шерсти клок; буквально: хоть бы что-то (по-русски - "с паршивой овцы").

Аз чашми бад нигох, доштан - да сохранит от дурного глаза (сглаза) и мн. др.

В данных ФЕ таджикского и русского языков нейтральные слова, составляющие их структуры и их семантические производные, а также словосочетания, возникшие на базе некоторых обозначений и реалий, обогащают и пополняют положительно-оценочный пласт лексики сопоставляемых языков, имея контекстуальную обусловленность, а также их изобразительный фонд.

Активизация обозначений, выражаемых ФЕ, в обоих языках вызвала распространение составных наименований предметов, явлений, характерностей через их посредство, а также необходимость появления сопутствующих, словных наименований как разговорно-просторечных их эквивалентов; при этой активизации происходит продвижение фразеологизированной лексики в сферу общего употребления ( письменная и разговорная речь). При этом появляется условие для создания новых слов по действующим в сопоставляемых языках словообразовательным моделям. Например: поражаться чему-либо услышанному, сильно удивляться, не поверить своим ушам. Это же понятие в таджикском языке передаётся посредством модели ФЕ - аз х;ад зиёд х,айрон шудан, а в русском - не верить, не поверить своим ушам.

Социальные условия жизни носителей этих языков обусловили активность лексических изменений структуры ФЕ в обоих языках, но эти изменения определялись закономерностями, свойственными сопоставляемым языкам как системе средств общения и стимулировали те изменения, которые имели место в словарном составе сопоставляемых языков, оказывая непосредственное

воздействие и на характер лексических процессов в диапазоне ФЕ, т.е. происходило продвижение и перемещение семантики лексических единиц, появлялись у ряда слов структуры ФЕ новые значения и вследствие этих семантических преобразований (семантическое стяжение, или специализация значений). При этом, как убеждают анализ и синтез изученных иллюстраций, становится более активной и тенденция обращения к экспрессивности слова, вызванная контекстуальными условиями употребления ФЕ, возникает новое наименование понятия вследствие переносно-фигурального осмысления словесных элементов структуры слов и словосочетаний, втягиваемых в сферу ФЕ сопоставляемых языков. В своей новой функции эти слова становятся экспрессивно-ориентированными и стилистически мотивированными единицами, обеспечивая изобразительный резерв ФЕ обоих языков новыми формами и способами выражения. Порою, даже подчиняясь запросам общения, обуславливают активизацию некоторых групп устаревшей лексики и возвращаются в речевой обиход слова, способные служить средством выражения преемственности, становясь фактом живой речи. Возвращение подобных эквивалентов свободных словосочетаний, ставших в ряд фразеологизированных единиц или в их активный изобразительный диапазон, сопровождается их смысловым, экспрессивно-оценочным возрождением. В контекстах же художественной литературы сопоставляемых языков они создают помимо всего и эффект рифмизации и при этом придают экспрессивную внушительность характером своей реминисценцией ассоциативности.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Виноградов В.В. Основные типы лексических значений слова.-Избранные труды. -М.: Наука, 1977,- с. 163

2. Маджидов Хамид. Фразеологическая система современного таджикского литературного языка. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук. Душанбе - 1995г., стр. 17.

3. Шмелев Д.Н. Проблемы семантического анализа лексики. -М.: Наука, 1973,- с. 186.

Структурно-семантические особенности строения ФЕ таджикского и русского языков в сопоставительном аспекте

М.М. Мирзохонова

Ключевые слова: лексическая модель, фразеологические единицы, языковая культура, различная аспектуалъностъ единиц, структурные связи, семантические особенности, сопоставительное рассмотрение, лексические идиомы, идиоматичность

В статье обобщены результаты многолетних наблюдений автора, а также синтезированы новейшие достижения отечественной и зарубежной науки в области грамматической теории ФЕ таджикского и русского языков.

В статье автор последовательно развивает функционально-семантическую точку зрения на грамматику ФЕ сопоставительных языков, вскрывает полифункциональность их грамматических форм, разграничивает ядерные типичные (наиболее употребительные, основные) и периферийные языковые явления.

Structural-Semantic Peculiarities of the Structure of PhUs in Tajik and Russian Languages in Correlative Aspect

M. M. Mirzokhonova

Key words: lexical model, phraseology units, language culture, different aspectuality of units, structural ties, semantic peculiarities, correlative consideration, lexical idioms, idiomaticity

The article generalizes the results of observations of many years clone by the author, new achievements of home and foreign science in the field of grammar theory of Ph Us in Tajik and Russian languages are synthesized.

The author consecutively develops the functional-semantic point of view on PhU grammar of the correlated languages, discloses the polyfunctioning of their grammaticalforms, differentiates nuclear typical (mostly frequently used, basic) and peripheric linguistic phenomena.