Юбилейный год

Юбилейный год

Юрий Розум

президент международного благотворительного фонда Юрия Розума, народный артист России, пианист

Ольга Калашникова:

Дорогие друзья, я приветствую вас в эфире канала Mediametrics. У нас программа «Муза и деньги», в студии ведущая, я, Ольга Калашникова. И я горда и счастлива представить своего сегодняшнего гостя, Юрий Розум. Юрий.

Юрий Розум:

Здравствуйте!

Ольга Калашникова:

Народный артист России, лауреат международных конкурсов, Президент Международного благотворительного фонда Юрия Розума, академик Российской академии естественных наук, профессор Российской академии музыки имени Гнесиных и Московского государственного института музыки имени Шнитке. И это всё один человек, Юрий, я счастлива, что вы сегодня у меня в гостях, что вы нашли время в своём плотном графике и пришли, чтобы рассказать о том, что же в вашей жизни такого значимого сейчас происходит. Происходит у вас очень много событий, потому что этот год на события в вашей жизни богат неимоверно. 65 лет со дня вашего рождения. Я вас от всей души поздравляю!

Юрий Розум:

Спасибо большое.

Ольга Калашникова:

45 лет вашей творческой деятельности, это...

Юрий Розум:

Если считать действительно с большого первого концерта в Москве, это 45 лет. А если считать момента выхода, первого выхода на сцену, то, наверное, все почти 60.

Ольга Калашникова:

То есть, скажем так, эти годы вообще считать смысла нет, вся ваша жизнь посвящена музыке и тому, что эта музыка с нами делает.

Юрий Розум:

Когда мне было 5 лет, я ещё попытался немножечко.

Ольга Калашникова:

Посопротивляться.

Юрий Розум:

Направить себя на другую стезю и начал писать роман о своей любимой игрушке, плюшевом мешке. Но ему, к сожалению, не суждено было закончиться, и он так и остался где-то на уровне первых двух-трёх глав. Но потом музыка меня захватила и действительно, сейчас идёт невероятная концентрация событий. Взять только последнюю неделю. В среду я играл большой концерт сольный в городе, нет, с оркестром в Королёве, я могу путаться.

Ольга Калашникова:

Дело в том, что если вы даёте больше 30 концертов в год, немудрено.

Юрий Розум:

300.

Ольга Калашникова:

300. Немудрено, что вы запутаетесь.

Юрий Розум:

Я приехал на него уже с вещами, оттуда, с концерта сразу в аэропорт, на следующий вечер я играл уже в Пекине. Потом был день съёмок и переговоров в Пекине, и в субботу большой сольный концерт в Пекине. А в воскресенье уже с оркестром опять в Подмосковье в рамках моего фестиваля, который сейчас проходит. И вот так всё время сегодня вечером опять будет выступление, послезавтра будет закрытие этого фестиваля.

Ольга Калашникова:

Это учитывая то, что у вас сейчас идёт фестиваль в честь всех ваших юбилеев.

Юрий Розум:

Два фестиваля идёт. Один большой юбилейный, он был задуман, как круглогодичное событие, потому что действительно, столько дат: 45 лет на сцене, 25 лет благотворительности. Поэтому фестиваль не одним днём, естественно, был задуман. Он называется Большой юбилейный фестиваль Юрия Розума, он начался в Московском Архиповском зале, потом концерт состоялся в Октябрьском зале, на Мальте, в Ереване, в Пекине, дальше он пойдёт в Берлин и так далее. Кульминационный концерт будет в Зарядье 29 мая. Кроме этого, в рамках этого большого фестиваля сейчас проходит ежегодный наш фестиваль, он тоже юбилейный, 15-й по счёту, называется Международный фестиваль искусств «Звездный», он проходит в Подмосковье традиционно. Вот тоже одно другому не мешает.

Ольга Калашникова:

Достойное явление, о котором надо говорить, и действительно, очень насыщенный график. Но я так понимаю, при всём том, что это ещё юбилейный год, насыщенный событиями, приурочены к этому юбилею, это ненамного больше, чем вы вообще работаете обычно. Это конечно поразительно, и нагрузка невероятная, и ответственность огромная. Я хочу сказать, Юра, при том что вы здесь в студии у меня на программе первый раз, впервые, чему я безмерно счастлива и надеюсь, что не последний раз. До вашего личного здесь появления ваше имя здесь звучало много раз. Мои гости, певцы, музыканты, композиторы, современные, и молодые, и уже с опытом рассказывали о вас неоднократно.

Юрий Розум:

Пугает немножко.

Ольга Калашникова:

Я вам серьёзно говорю. Более того, все их высказывания объединяются одной, совершенно, на мой взгляд, потрясающей такой, летучей фразой, которая звучит так: все мы братья и сёстры по Розуму. Вы, наверное, слышали эту фразу.

Юрий Розум:

Я слышал, мы даже сделали такой импровизированный клуб с этим слоганом. А вообще-то его создал мой друг, Владимир Вишневский.

Ольга Калашникова:

Владимир Вишневский тоже был здесь, поэтому немудрено.

Юрий Розум:

Стихотворение было посвящённое мне, и вот там это в первый раз прозвучало. И как-то это подхватили все, действительно, так и есть. Мы все объединены под планетой музыки, под звездой музыки и высокого искусства. Я не люблю дешёвку, я люблю популярную музыку в хорошем виде, эстрадную музыку, рок в лучших проявлениях, джаз в лучших проявлениях, особенно классический джаз. Но конечно, прежде всего, классику. И это объединяет людей. Вообще музыка сближает сердца.

Ольга Калашникова:

Я эту фразу понимаю таким образом. Вы музыкант, пианист, представляющей классику, вы представляете академическую музыку, базу, основы. Люди, которые братья и сёстры по вашему Розуму, они пишут разную музыку. Исполняют не классическую и пишут не академическую.

Юрий Розум:

Критерий - талант.

Ольга Калашникова:

Тем не менее, эта музыка вас объединяет, академическая музыка, классика, которую вы несёте людям. Она какую роль играет? Ведь именно она даёт базу, на которой все эти музыканты действительно пишущие, исполняющие популярную музыку, это не попса в негативном её понимании, это очень хорошая популярная музыка. Но корни идут именно от тех основ, которые несёте вы в своём исполнительском искусстве. Вот какую роль играет эта музыка.

Юрий Розум:

Вы знаете, это я впитал с молоком матери. Я рос в музыкальной семье, и мой отец, впоследствии народный артист РСФСР, Александр Розум, певец, очень известный в 60-е годы, он как раз, имея академическое вокальное образование и фантастический совершенно оперный баритон, голос, он был известен как исполнитель советской песни. И очень много пел эстрадных произведений. Но на каком уровне. Эта база давала возможность везде оставаться в рамках его уровня, высокого уровня.

Ольга Калашникова:

Высочайшего мастерства.

Юрий Розум:

И будь это неаполитанские песни, которые он обожал, будь это произведения советских композиторов, его друзей, Анатолия Новикова, Серафима Туликова, Островского, Бабаджаняна, это всегда был уровень классики. Но я воспитывался на этом. Что говорить, если ближайшая подруга моих родителей была Людмила Зыкина. И мама, кстати, главный хормейстер хора русской песни брала её на работу. Но они так сдружились с самого начала, что потом мама была инициатором того, что Зыкина ушла в сольную деятельность, ушла из хора, взяла баяниста.

Ольга Калашникова:

Это, вы знаете, огромная благодарность вашей маме за такой шаг.

Юрий Розум:

И так они и остались действительно всю жизнь.

Ольга Калашникова:

То есть, в принципе, у вас сразу, изначально заявка была на высокую.

Юрий Розум:

Да, потому что та же Людмила Георгиевна, которая никогда не пела классику, но при этом она была на высочайшем уровне именно художественного искусства, высокого искусства. И подняла народную песню, и эстрадную песню, она же очень много пела эстрадных произведений, на совершенно недостижимый уровень.

Ольга Калашникова:

Уровень, к которому надо стремиться. Я этот уровень называю звёздным, потому что у меня слово «звезда» имеет определённый для меня смысл, и он не означает то, что сейчас приписывают любому, кто как-то там заявился в широких массах.

Юрий Розум:

Звезда шоу бизнеса, это совсем другое.

Ольга Калашникова:

Путеводная звезда, это света, он недосягаем, но он даёт направление. И нужно в этом направлении двигаться, и критерии своей успешности мерить по вот этим недостижимым понятиям. И наверное, у вас сразу было выстроено то, на что надо равняться.

Юрий Розум:

Поэтому самое первое создание нашего фонда, а именно наш первый международный фестиваль искусств и получил название «Звездный». Не потому, что там какие-то.

Ольга Калашникова:

Знаменитые люди собрались.

Юрий Розум:

Хотя и они тоже, кто там только не принимал участие. И Зураб Соткилава, и Владимир Андреев, и Тамара Гвердцители. Звёзды первой величины. Но и звездочки маленькие. Но потому ещё, что Щелковская земля, где он родился и городок, который носит название Звездного, были колыбелью этого фестиваля, оттуда он пошёл. Само по себе стремление музыки к недостижимым каким-то идеалам, к звёздам в том понимании, о котором вы сейчас говорили, к небесам, это и было главным критерием фестиваля. Потому что там самые разные жанры. Там и народное искусство, и эстрадное искусство, я уже сказал, там выступали такие замечательные совершенно эстрадные звёзды. Это всё было на уровне действительно какого-то настоящего, подлинного духовного действа. И так это и остаётся. Самые разные жанры, но с одним критерием - талант и высота.

Ольга Калашникова:

И мастерство высочайшего уровня.

Юрий Розум:

Конечно.

Ольга Калашникова:

Юра, вы своим исполнительским искусством даёте возможность людям наслаждаться шедеврами мировой классики, за это вам огромная благодарность. Буквально недавно я слушала ваше исполнение на вечере у Амарии Рай, нашей замечательной поэтессы и певицы, и в слезах обещала себе идти в консерваторию, потому что душа уже просит, я какое-то время там не была, не слушала живую классическую музыку. Спасибо вам за то, что вы будите в людях вот такие стремления к определённому уровню чистоты и культуры.

Юрий Розум:

Спасибо.

Ольга Калашникова:

Дело в том, что не все могут понимать классическую музыку. Для того, чтобы правильно её слушать, нужен определённый уровень всё-таки внутренний, и знаний, и культуры. Я знаю, что у вас в фонде очень много работы ведётся и с детьми, и, в принципе, в подготовке людей к пониманию. То, что вы делаете, воспитывает в людях эти уровни?

Юрий Розум:

Вот театральный зритель должен быть грамотным, он должен понимать, что он может увидеть на сцене, он должен знать пьесу, представлять себе приблизительно, то есть он должен быть готов воспринять то, что ему несёт режиссёр и актёры.

Ольга Калашникова:

Вы воспитываете своих зрителей, чтобы они понимали, что вы им несёте?

Юрий Розум:

Вообще-то во всех видах искусства, прежде всего, надо быть открытым к тому, что тебе художник хочет сказать. И в поэзии, если ты сразу воспринимаешь это в штыки, то в тебя это искусство не проникнет и не войдет. Но я не сторонник тех видов искусств, которые нуждаются в каких-то ещё особых объяснениях, толкованиях. Вы знаете, сейчас современное искусство какое-то такое, визуальное, какая-нибудь картина и к ней вот такой том описания, что там художник хотел сказать.

Ольга Калашникова:

Либретто в двух томах.

Юрий Розум:

Для меня это не совсем живое искусство. То есть, наверное, оно имеет право на существование, но я сторонник другого. Искусства, которое без всяких объяснений из сердца в сердце идёт. Это касается всего: и поэзии, и живописи, и музыке, прежде всего, для меня. Поэтому я, честно говоря, эталонам имею слова Владимира Горовица, величайшего пианиста 20-го века и моего любимого пианиста, и не только моего, естественно. Который, несмотря на всю свою невероятную высоту и гениальность, он говорил: вообще-то я только и делал в своей жизни, что развлекал свою аудиторию. Имея в виду, что он не напрягал особыми какими-то супер сложными конструкциями, супер сложными заумными программами. Многие музыканты находят себя, свою нишу в том, что они являются первооткрывателями каких-то новых пространств, новых направлений. И вот это недоступно широкой публике. А я для себя как-то так оставляю поле деятельности именно доступной культуры, чтобы не надо было особенно делать предисловий, а просто подойти к роялю, скажем, и сыграть.

Ольга Калашникова:

Браво.

Юрий Розум:

Ничего не надо объяснять.

Ольга Калашникова:

Спасибо за то, что так бережно и в то же время беспощадно вскрываете самые тонкие, самые потаённые, самые оберегаемые участки души. Слез я сдержать не смогла. Благодарю. Юра, вы сказали, что 25 лет уже занимаетесь благотворительной деятельностью. У вас есть международный благотворительный фонд Юрия Розумы, вы там президент. Чем занимаетесь?

Юрий Розум:

Их четыре уже.

Ольга Калашникова:

Их уже четыре даже, то есть доброе дела.

Юрий Розум:

Один в Белорусии, один на Камчатке и один в Крыму, вот последний.

Ольга Калашникова:

Расскажите, пожалуйста, о деятельности, потому что раз их целых четыре, то наверное, это очень много видов разнообразных того, чем вы занимаетесь.

Юрий Розум:

Общая идея, так говоря широко, это поддержка, всесторонняя поддержка нашей культуры. А что это такое? Это взгляд в прошлое, традиции, сохранения традиций. Для этого у нас два фестиваля, подробнее расскажу чуть позже. И конечно, взгляд в будущее, это наши дети, те, кто будет за нами нести вот эту высокую культуру. Те, кто станет и уже становится славой нашей страны. Для этого мы создали сначала вот этот звёздный фестиваль, причём его характерная позиция в том, что каждый концерт, как правило, посвящен какой-то важной дате или важному лицу, важной личности или событию. Это может быть и радостное, победное событие, может быть и трагическое событие.

Ольга Калашникова:

День памяти.

Юрий Розум:

Да, скажем, мой концерт на прошлом фестивале был посвящён трагедии в Кемерово. В этом году мы вспоминали, вернее не вспоминали, это было прямо по горячим следам, открытие нашего фестиваля было посвящено принесению памяти Нотр-Дам, собору. Но это, конечно, прежде всего, радостные события, это полёт Гагарина, 55 лет мы праздновали концертом? и 175 лет Чайковскому.

Ольга Калашникова:

Константин Сергеевич Станиславский говорил о том, что артист должен быть носителем своего времени, своей эпохи, своих настроений того момента, в котором он находится.

Юрий Розум:

Конечно.

Ольга Калашникова:

То есть вы актуальны всегда.

Юрий Розум:

Всё актуально, начиная вообще с конкретного исполнения, оно никогда не законсервировано, всегда отвечает гармонии, которая создаётся в зале, которая витает в воздухе. И поэтому и возникает контакт со слушателем.

Ольга Калашникова:

Знаете, это признак, на мой взгляд, высочайшего мастерства, потому что это называется работа с эхом, и очень мало сейчас людей, которые вообще знают об этом.

Юрий Розум:

Это надо чувствовать, даже можно не знать. Очень мне понравился ваш термин, работа с эхом, потому что мне говорят, как ты не устаёшь, можешь играть 2 часа на сцене. А ты наоборот, заряжаешься. Ты выходишь на концерт, как правило, уставшим, потому что перед этим ты всю ночь репетируешь, тебя как всегда отвлекают другие проблемы. Причём как какой-то серьёзный концерт, обязательно сваливаются.

Ольга Калашникова:

Что-то ещё дополнительно.

Юрий Розум:

Бог знает что. И ты проспал 2 часа.

Ольга Калашникова:

И перелёт 14 часов был.

Юрий Розум:

И перелёт, какие-то встречи, и выходишь уставший и думаешь: боже мой, как бы доиграть до конца. А потом вот эта связь с залом, этот контакт, это биение сердец одновременное рефлектирует тебе такое невероятное количество эмоций и силы, что ты закачиваешь концерт абсолютно.

Ольга Калашникова:

На подъёме.

Юрий Розум:

Свежим, не отдохнувшим, конечно.

Ольга Калашникова:

Заряженным.

Юрий Розум:

В приподнятом состоянии, и поэтому иногда у меня некоторые концерты имели третье отделение до восьми бисов, потому что публика не отпускает, и тебе не хочется уходить. А потом уже там появлялось еще и автопати.

Ольга Калашникова:

Естественно, всем же хочется выразить свою благодарность, пообщаться.

Юрий Розум:

Поэтому это очень важно, вот этот контакт с публикой. Были конечно музыканты и великие, например, Гленн Гульд, которому публика мешала, и он всю свою такую зрелую жизнь провёл в студии и писал на микрофон, на камеру, и сделал гениальные записи. Но меня микрофон никак не вдохновляет.

Ольга Калашникова:

Вам нужен зритель, живой, трепетный.

Юрий Розум:

Мне нужен слушатель. И тогда вот это возникает. И через минут ты сыграешь все уже все по-другому. Я своих учеников тоже учу тому, что вы должны освоить каждое произведение, которое вы изучаете до такой степени, что у вас должно родиться ощущение, что вы сами всё написали. Вы знаете, почему на сексту, почему вот такой поворот в мелодии, а не другой, почему не так, почему мелодия здесь достигает кульминационный точки, а потом идёт спад или в этом моменте. Вот когда у вас будет ощущение, что это ваше произведение собственное, тогда вы, не меняя ни одной ноты, будете свободны. И играть каждый раз по-разному. Одна пианистка юная спросила великого Бузони, пианиста, профессора: как играть сонату, не могу понять. Он говорит: играйте каждый раз по-разному. Когда идёт дождь, играйте одним образом, а когда светит солнце играйте совсем по-другому.

Ольга Калашникова:

Вкладывайте свои смыслы в произведение. У актёра это называется присвоить роль. Присвоить её, сделать её частью своей жизни.

Юрий Розум:

Слушайте, я за вами буду сейчас записывать.

Ольга Калашникова:

Просто я тоже люблю свою профессию и стараюсь в ней достичь высот, какие мне подвластны, естественно, и наверное, поэтому мы с вами пересекаемся в этом стремлении.

Юрий Розум:

Очень много смежных понятий в театре и в музыке. Но музыкант такой, не очень разговорчивый народ в отличие от режиссёров, котором надо объяснять всё. У нас просто мой Лев Николаевич Наумов...

Ольга Калашникова:

У вас просто другой способ выражения мыслей.

Юрий Розум:

Лев Николаевич Наумов, он вообще почти не говорил и не очень даже играл. Там покажет верхнюю точку, нижнюю точку, где-то локтем сыграет, где-то шлёпнет, и всё становится ясно. А вы, как вы сказали, эхо..

Ольга Калашникова:

Работа с эхом.

Юрий Розум:

Работа с эхом, замечательно. А сейчас сказали?

Ольга Калашникова:

Сейчас я сказала присвоить смысл, присвоить себе роль. Спасибо вам большое, я очень рада, а больше всего я рада, что мы понимаем друг друга. И всё, что я о вас думала и знала, я это не придумала, этo реально существует. Те юные таланты, которые будут нести дальше этот уровень исполнительского мастерства и понимания, вкладывать новые смыслы в классические произведения золотого фонда музыки. Как вы их поддерживаете вашим преподаванием, в ваших фондах. Я знаю, что есть стипендиаты вашего фонда, как ими стать, вот об этом, пожалуйста, расскажите.

Юрий Розум:

Вообще говоря, когда я создавал этот фонд, свой первый фонд, это было 15 лет назад, хотя в благотворительности я себя знаю уже 25 лет. Мои первые благотворительные выступления были связаны с другим, с трагическим случаем в моей жизни. Когда у меня сгорел дом, где сначала жили мои родители, загородный дом, потом я со своей женой там жил. И вот когда сгорает дом, сгорает часть жизни твоей, это не просто помещение и какая-то утварь. Это была трагедия. На гастролях, которые последовали за этим, я столкнулся с тем, что на Урале происходило, там были погорельцы, мне рассказали. И я тогда все гонорара перечислил на эти счёта. И с этого начались мои концерты в поддержку детских домов, домов престарелых, каких-то медицинских центров. Потом это всё, конечно, приняло направление, связанное с культурой.

Ольга Калашникова:

То есть целенаправленно вы уже стали осуществлять деятельность.

Юрий Розум:

Я для себя определил, просто давно к этому шёл, во время всех своих советских гастролей и особенно российских, я очень часто сталкивался с ситуациями, в которых талантливый ребёнок, не будучи поддержан, не будучи вдохновляем на какие-то творческие подвиги, начинал сам себя губить. И талант, его же талант его же сжигал. Талант - это огонь.

Ольга Калашникова:

Да, это очень большая сила.

Юрий Розум:

Он может освещать жизнь может, а может сжигать.

Ольга Калашникова:

А может разрушить.

Юрий Розум:

И саморазрушение, прежде всего, и через несколько лет эти талантливые дети начинали уже и пить, и курить, и употреблять наркотики.

Ольга Калашникова:

Потому что надо гасить эту энергию каким-то образом, раз её выпустить невозможно.

Юрий Розум:

Да, окружение в этих маленьких городах их не вдохновляло, их не мотивировало на творчество. И вот мне всегда хотелось как-то им всё-таки давать вот эту дорогу. И когда 15 лет возник повод, мне надо было поддержать одну школу как раз на Щелковской земле, которую должны были закрыть просто по несостоятельности их физических возможностей. Очень хорошая школа, ей было уже 40 лет тогда, хорошие педагоги, хорошие детки, но разрушающееся здание.

Ольга Калашникова:

Отсутствие материальной поддержки, банально.

Юрий Розум:

Они тогда стали носить моё имя, чем меня обязали, конечно, к какой-то деятельности.

Ольга Калашникова:

Это безмерная ответственность, но и признание, в том числе.

Юрий Розум:

И глава администрации тогда мне сказал: если ты поддержишь их, то и я поддержу. А не возьмёшься, она разрушится, эта школа. И мы тогда взялись, и Людмила Георгиевна Зыкина, первый член попечительского совета моего фонда поддержала эту идею, сказала: я тебя поняла, начинай. К сожалению, тогда уже родителей не было в живых, и она для меня была, как такой наместник моих родителей. Она потом крестила мою сестру, не потом, до этого.

Ольга Калашникова:

Близкий человек не только по духу, но и родственно.

Юрий Розум:

И вообще по жизни. И вот она поддержала, и очень многие мои друзья меня поддержали и вошли в этот фонд, начали деятельность с того, что начали помогать этой школе. И действительно, глава сдержал своё обещание, и через пару лет мы получили новое здание замечательное. Тогда было 40 учеников сейчас в этой школе 1200, по-моему. Это уже огромная школа искусств.

Ольга Калашникова:

Потрясающе.

Юрий Розум:

Потрясающая школа со многими филиалами по Щелковскому району. Это всё, конечно, деятельность фонда способствовала этому, хотя и педагоги очень много делали и сейчас делают. И атмосфера там великолепная, я там очень люблю бывать, и мои все друзья, включая в прошлом году Дидье Маруани, замечательный лидер группы Space приезжал и остался в восторге от того, что там происходит. С этого начиналось, и одно из направлений и наше любимое направление, это конечно, поддержка талантливых детей России. Мы отбираем их в конце каждого учебного года, идёт прослушивание, комиссии по разным направлениям: струнные инструменты, духовые инструменты, фортепиано, вокал, народные инструменты. Везде очень авторитетные музыканты отбирают из общего числа заявок. Причём заявки...

Ольга Калашникова:

Как можно подать заявку, например, чтобы стать стипендиатом вашего фонда?

Юрий Розум:

Как правило, это уже тоже отобранные ребята из таких профессиональных музыкальных школ.

Ольга Калашникова:

То есть, в принципе, им надо себя озвучить, написать, например, на почту вашего фонда, рассказать о себе.

Юрий Розум:

Можно и напрямую, но, как правило, у нас те школы, с которыми у нас уже есть договорённость, такие главные что ли школы для будущих профессионалов, это центральная музыкальная школа, эту Гнесинка, это другая Гнесинка на Знаменке 11-летка, это колледж и школа имени Шопена, Мерзляковка знаменитая. У нас уже с ними многолетняя творческая деятельность.

Ольга Калашникова:

Достаточно обширная сеть взаимодействия.

Юрий Розум:

И мы уже отслушиваем тех, кого нам рекомендуют. Хотя можно и напрямую тоже. Можно и напрямую, мы открыты самым разным предложениям и другим городам. Но, конечно, пожелание такое, чтобы мы слышали вживую, не запись. И мы отбираем кандидатов сначала, потом я прикидываю за лето, какое количество средств у меня есть. Потому что я считаю, стипендиат должен получать стипендию, это нормально. Но, на самом деле это абсолютно...

Ольга Калашникова:

В нашей системе образования этого не происходит.

Юрий Розум:

Это не распространённое явление. Очень много фондов, где просто десятки, даже сотни стипендиатов, которые не получают стипендию. Но для меня это нонсенс.

Ольга Калашникова:

Тем не менее, стипендиатами называются. Странно.

Юрий Розум:

Потому что это уже не благотворительность и не в фонд благотворительный, а скорее, концертное агентство, которое устраивает и может замечательно устраивать концерты, и нужно, чтобы дети играли.

Ольга Калашникова:

Но смысл слова совсем другой всё-таки.

Юрий Розум:

Всё-таки я отвечаю за те понятия, которые я сам выдвинул. Если это благотворительный фонд, значит это благотворительность, значит дети получают свои стипендии, поэтому они стипендиаты. Они получают поддержку в своём творческом развитии. То есть это иногда и мастер-классы, которые мы для них организуем или куда-то их отправляем.

Ольга Калашникова:

Вот мастер-классов очень много проходит, я так понимаю, не только...

Юрий Розум:

И не только для наших стипендиатов.

Ольга Калашникова:

Вот расскажите, пожалуйста, ещё об этом.

Юрий Розум:

Сейчас я ещё просто перечислю направления нашей активности с талантливыми детьми. Это поддержка их участия в конкурсах, и очень важное направление дети детям, когда они своим искусством помогают своим сверстникам в трудной жизненной ситуации. Это и концерты в поддержку детских домов, и медицинских центров, это покупка какого-то специального оборудования. То есть ребята играют специально для того, чтобы кому-то помочь. Как бы отвечая старым традициям детской русской традиции детской благотворительности.

Ольга Калашникова:

В Рождество специально устраивались рождественские базары и отдавали в детские дома деньги.

Юрий Розум:

Для ребят очень важно, я их учу всегда: ребята, ваш талант, это не просто подарок, который вы захотели - воспользовались, захотели - его бросили, занялись другим делом.

Ольга Калашникова:

Это не ваше личное дело.

Юрий Розум:

Это огромная ответственность, это по притче христовой, талант, кто-то зарыл в землю, кто-то промотал, а кто-то пустила в дело. Вот вы должны пустить в дело, вы должны его приумножить и знать, что вы призваны изменить мир к лучшему.

Ольга Калашникова:

Как же повезло вашим детям с педагогом.

Юрий Розум:

И они начинает по-другому играть, когда они видят реально.

Ольга Калашникова:

Как музыка воздействует на мир.

Юрий Розум:

Да, много очень случаев можно приводить, и я не буду, я об этом часто говорю.

Ольга Калашникова:

Расскажите о звуковой аппаратуре для глухонемых, это для меня оказалась совершенно потрясающим конечно известием.

Юрий Розум:

Это был такой момент, когда мы в Швейцарии провели большую акцию по сбору средств, дети играли, 15 человек мы привезли в UNESCO, и они играли, зная, то на их средства заработанные будет закуплена специальная техника, она производится в Германии. Она трансформирует звук высокой частоты микрофонной в низкую частоту, в вибрацию. И по антенне передаёт в специальные слуховые аппараты, и глухие начинают слышать звук.

Ольга Калашникова:

Мы в детстве шарики использовали, держали шарики и слушали музыку через шарик перед колонкой.

Юрий Розум:

Вот видите, немцы вас немножко подсмотрели и уже это подняли на технологический уровень. Мы закупили четыре комплекта и привезли в Сергиево-Посадский дом слепоглухих детей. И те же самые ребята, которые играли, чтобы заработать деньги на эту аппаратуру, они же и со сцены играли для ребят с этими новыми слуховыми аппаратами. И вышла девочка глухая от рождения и с переводчиком, с женщиной, которая понимала вот этот язык, сказала: я много читала о музыке, что это красиво, а теперь я это слышу, я это понимаю.

Ольга Калашникова:

Это поразительно.

Юрий Розум:

Конечно, это было важно и для глухих деток, и для моих, которые увидели, как они своими руками сделали счастливыми других детей.

Ольга Калашникова:

Вот ещё один такой, даже не рецепт, а капля в понимании уровня таланта и мастерства. Не только техника, не только талант данный Богом, это ещё высокие устремления личностные должны быть. Это настолько должен высочайший нравственный уровень быть.

Юрий Розум:

Знаете, одна девочка на пресс-конференции, когда её спросили: если у тебя есть выбор, допустим, получить деньги за своё выступление или ничего не получить, но играть в помощь кому-то. Она сказала, без всякого моего участия, она сказала: нам же фонд помогает, почему мы не можем помочь.

Ольга Калашникова:

И мы помогаем.

Юрий Розум:

Это созрело в детской голове.

Ольга Калашникова:

Это достижение, я считаю, как педагог, это просто подарок от своих воспитанников, вы знаете, что вы делаете действительно. То, что вы делаете, ими подхватывается и несётся.

Юрий Розум:

Оля, это только одно направление, детское, талантливые дети. У нас есть ещё фестиваль, где рождается искусство, это осенний фестиваль, он проходит по всей России. Он родился совместно с министерством культуры федеральным, это федеральная программа. Это такой культурный десант, первоклассные мастера разных направлений, это могут быть духовики, могут быть струнники, конечно, фортепьяно всегда востребовано. То, что нужно в данной местности, то, что наиболее востребовано, 3-4-5 направлений, включая живопись даже в школах искусств. Я привожу специалистов, у меня потрясающая команда уже из профессоров, доцентов наших вузов, московских. Мы приезжаем, даём мастер-классы, устраиваем дискуссионный клуб, круглый стол, обсуждаем то, что мы услышали на мастер-классах. Мы туда привозим свежее дыхание творческого начала. Потому что очень часто местные педагоги под гнётом методических требований спускаются просто к зубрёжке и формальному выполнению.

Ольга Калашникова:

К стандартам, к штампам.

Юрий Розум:

И детям это не интересно. Они зазубривают какую-то конструкцию, и шаг вправо, шаг влево меняет. А мы разрушаем эту конструкцию глинобетонную, и вот это творческое начало, приносим творческое начало, говорим о том, как строится фраза, как диалог рождается между голосами, баланс между аккомпанементом и мелодией, что происходит, какой смысл. Почему здесь форте, почему здесь растёт возбуждение, почему здесь идёт спад. Как ты должен отдохнуть и дать отдохнуть публике после какой-то кульминации, почему это. И это, конечно, это важно и для детей, и для педагогов, эти мастер-классы. Поэтому это всегда как развивающаяся бомба. А мы объездили страну от Дальнего Востока до Запада, от Норильска и Ханты-Мансийска до Крыма или Сочи.

Ольга Калашникова:

У меня такой вопрос, помимо того, что география такая мощнейшая, это предполагает перемещение и силы на то, чтобы приехать. Это огромная социальная ответственность, огромная личная ответственность. Как вы справляетесь? Это вообще требует безмерного какого-то положения сил. Вы, наверное, помимо того, что физически крепкий, ещё и очень волевой и целеустремлённый человек. Вы таковым себя считаете?

Юрий Розум:

Конечно.

Ольга Калашникова:

Потому что у вас какая-то пробивная совершенно сила воли. Как это вам в жизни помогает?

Юрий Розум:

От родителей, особенно мама была очень человек энергичный, деятельный, она с утра бежала в хор, не было никаких машин, она бежала в хор на репетицию, полдня репетировала с огромным коллективом русской песни. Потом оттуда бежала в Гнесинку, преподавала до ночи, а потом ещё занималась семьёй, поддерживала отца в его деятельности вокальной, воспитывала меня, потом сестру. Так что вот этот заряд энергии у меня ещё, наверное, оттуда. Но потом у меня такой характер. Мне всего хочется успеть.

Ольга Калашникова:

Но это ещё один, наверное, момент успеха. Когда без целеустремлённости, без мощнейших каких-то волевых усилий невозможно достичь такого. Люди почему-то думают, да это повезло, это Боженька дал талант, люди заметили этот талант, поддержали, и вот человек теперь занимается такими делами. Да ничего подобного, это нужно настолько вложиться.

Юрий Розум:

В нашем мире, у нас вообще-то мир очень непростой, достаточно завистливый, к сожалению. Но это факт. Мир искусства такой. Очень редко, когда коллеги могут действительно признать, вот этот человек добиться чего-то своим трудом. Всегда начинают искать какие-то подводные камни. У него родители или у него знакомство.

Ольга Калашникова:

Какая-то протекция.

Юрий Розум:

Или у него какая-нибудь любовница или жена, дочка министра.

Ольга Калашникова:

Это называется обесценить.

Юрий Розум:

Надо обязательно найти всё, что угодно, кроме личных достоинств человека. Он достиг этого успеха всеми путями, только не личным трудом и не личными своими качествами.

Ольга Калашникова:

Но мы же понимаем, почему это происходит.

Юрий Розум:

Конечно, у меня не получилось, потому что у меня не было вот этой руки. Мы же с пониманием к этому относимся.

Ольга Калашникова:

Я очень рада, что вот такое отношение людей неверное и идущее, конечно, из их личных каких-то нестыковок в жизни, никак не влияет на ваше творчество, никак не влияет на вашу деятельность, наоборот, это даёт дополнительно. Как говорится, всё, что говорят за моей спиной, слышит только моя спина. Поэтому я иду вперёд.

Юрий Розум:

Вперед, не опускать руки. Меня папа всегда учил, у меня были годы вообще полнейший таких кризисов. Я был невыездным, у меня не было концертов месяцами, кроме как где-нибудь в профилакториях или школах.

Ольга Калашникова:

Я помню это трудное время для артиста.

Юрий Розум:

Я был солистом Московской областной филармонии не нынешней, высокого уровня, а той, советской, когда мы играли просто по медвежьим уголкам, и на бог знает, каких инструментах, без части клавиш, без части молоточков. И я умел делать целые сольные концерты на таких корытах. У меня даже было звание почётное «Лучший пианист на худших роялях».

Ольга Калашникова:

Потрясающе, я думаю, что это мощное такое признание.

Юрий Розум:

Поэтому я даже, видите, не чураюсь вот таких электронных инструментов. Хотя, конечно..

Ольга Калашникова:

Вы умеете извлекать из этих инструментов божественные звуки, это слышно.

Юрий Розум:

Но это одна тысячная того, что можно сделать на нормальном.

Ольга Калашникова:

Тогда мы всех приглашаем на ваш концерт, который состоится 29 мая в Концертном зале Зарядье, будут чествовать ваши юбилеи, будут выступать замечательные артисты.

Юрий Розум:

Да, это будет часть поздравительная, с поздравлениями музыкальными и поэтическими выступят мои друзья, и потом концерт Чайковского для фортепиано с оркестром знаменитый N 1. И в завершении редко исполняемое произведение Бетховена, это будет финал Фантазия для фортепиано, хора и оркестра.

Ольга Калашникова:

Там вы услышите в полном объёме тот звук, который Юрий может нам показать. Юра, эфир наш заканчивается. К великому моему сожалению, я вынуждена об этом сказать. Я вам очень благодарна.

Юрий Розум:

Ещё увидимся.

Ольга Калашникова:

Безусловно, я буду счастлива. Давайте, вот эта фраза «Только вперёд и только вверх!» будет девизом нашей сегодняшней встречи и в дальнейшем направлением вашего движения. Я очень рада нашей сегодняшней встрече, я вам желаю всевозможного успеха, я желаю успеха вашим подопечным, всем, о ком мы вспомнили сегодня, о ком не успели сказать, эфир ограничен у нас, к сожалению, по времени. Всего вам доброго, будьте здоровы.

Юрий Розум:

Спасибо.

Ольга Калашникова:

Будьте счастливы, пусть вас радует всё, что вас окружает, до новых встреч. До свидания.

Юрий Розум:

Спасибо вам и спасибо всем вашим слушателям и зрителям замечательным, я тоже желаю всем успеха и счастливой Пасхи на днях.

Ольга Калашникова:

Ещё раз вас поздравляю с наступающим праздником и со всеми вашими юбилеями.

Юрий Розум:

Спасибо.

Ольга Калашникова:

Дорогие друзья, мы с вами прощаемся, до новых встреч, до свидания.