ESG как «новая норма»

ESG как «новая норма»

Ирина Архипова

Coca-Cola, директор по внешним связям и коммуникациям

Елена Речкалова:

Добрый день, в эфире 49-я передача «Сила женщины с Еленой Речкаловой», это означает, что 49 выдающихся женщин, которые меняют мир вокруг себя. И сегодня у нас тоже удивительная гостья – Ирина Архипова, но, скорее, вы знаете ее как человека, который часто представляет Coca-Cola, потому что Ирина является директором по внешним коммуникациям Coca-Cola. На самом деле, тема наша сегодня больше, чем Coca-Cola, тема устойчивого развития, потому что Ирина еще в Ассоциации менеджеров возглавляет Комитет по устойчивому развитию КСО и так далее.

Нам кажется, что это нас с вами не касается. Часто задают вопрос: Coca-Cola – компания, которая производит не очень полезные напитки в том числе, и почему стали заниматься устойчивым развитием. Что это такое, как это связано с нашей жизнью, как это связано с нашими ценностями и для чего компании занимаются устойчивым развитием, сейчас это с точки зрения экономики три великие буквы ESG, то есть экология, социальная ответственность и корпоративное управление, как это меняет нашу жизнь. А меняет нашу жизнь через изменение своей собственной ментальности и понимание, что это такое, что на самом деле это не бюрократические новости, это то, что может и обогатить, и сохранить нашу жизнь, потому что мы все хотим долгосрочный результат. Мне кажется, ключевое слово долгосрочный, и когда мы начинали эту экономику 20-30 лет назад, мы могли себе позволить краткосрочные цели, а что такое зрелость экономики? Когда ты начинаешь ориентироваться на долгосрочный результат, потому что ты понимаешь, что долгосрочный результат без продуманной политики, без пропагандирования человеческих ценностей не может быть получен. Поэтому сегодня мы будем говорить о ценностях.

Ирина, Вы человек очень известный, человек с миссией, потому что когда я вижу, как Вы говорите, я Вам доверяю, потому что Вы говорите очень умно, очень жизненно и очень интересно. И поскольку мы говорим о женщинах ролевых моделях, то первое, что я спрошу – как Вы построили карьеру, с чего Вы начинали?

Ирина Архипова:

Я абсолютно не отношу себя к категории известных людей, я, может быть, известна в узких кругах профессионалов, надеюсь на это и надеюсь на то, что я могла бы быть полезна профессиональному сообществу прежде всего.

Елена Речкалова:

Ирина регулярно выигрывает первые позиции во всех рейтингах директоров по коммуникациям и корпоративному управлению.

Ирина Архипова:

Карьерный путь достаточно длительный, и он развивался вместе с развитием нашей страны. Начинался, как у всех, довольно хаотично, потому что все мы получали образование и не имели возможности работать по специальности в те годы, в 90-е, мы не могли себе позволить даже нормально учиться, потому что нужно было выживать, зарабатывать деньги. И как страна искала себя, формировала свою идеологию, так каждый из нас искал себя в этой в этой стране и пытался понять, где он мог бы быть более успешным.

Елена Речкалова:

Нам с Вами очень повезло, потому что мы росли вместе с тем временем, которое нам досталось.

Ирина Архипова:

Можно сказать да, потому что было интересно, время возможностей, но, с другой стороны, китайцы говорят: не дай Бог жить в период перемен, и это было непросто. Может быть, сейчас молодежи проще, потому что они более осознанны в более раннем возрасте, они быстрее могут, найдя себя, принести какую-то пользу. Поэтому единственное, о чем я жалею, что этот путь поиска себя со всеми изменениями в обществе был чуть длиннее, чем мне хотелось бы.

Мы начинали с того, что Бог послал, в те годы мало было людей, владеющих английским языком, поэтому помощь была оттуда, мое первое высшее образование языковое. Владея английским языком, мне повезло практически сразу получить место в международной компании, это меня сформировало и как личность, и как профессионала.

Елена Речкалова:

Корпоративная культура и так далее, такие стандарты бизнеса, которые в России еще только-только зарождались.

Ирина Архипова:

Будучи интровертом и человеком очень стеснительным, и до сих пор очень стеснительным остаюсь, шла от противного, что не получается, что дается легче экстравертам, я пошла в PR, преодолевая себя, с одной стороны. С другой стороны, я не начинала с чистого пиара, с коммуникации, я начинала со взаимодействия с органами власти, работала с регулированием, законопроектами, стейкхолдерами, эта работа была не настолько публичная, как кажется с первого взгляда. А потом уже пришло осознание, что работать с органами власти, заниматься публичной деятельностью без знаний в области коммуникации и в области общественных связей, в области устойчивого развития невозможно, потому что это взаимодополняющие компетенции. Поэтому я, постепенно развивая свою карьеру, расширяла эти горизонты и сейчас работаю на позиции, которая отвечает за весь этот комплекс вопросов, что правильно, потому что нельзя решать одну задачу, скажем, диалог с властью сложно построить, если ты не умеешь общаться с прессой, и она тебя не поддерживает в твоей работе. Если ты не понимаешь общественную повестку и повестку устойчивого развития, тоже очень странно вести диалог с государством.

Елена Речкалова:

Но не все компании серьезно и так, как Вы относитесь к устойчивому развитию. Вы действительно, и это отвечает Вашим ценностям и политике компании, давно занимались устойчивым развитием, когда в России эта тема еще даже не звучала. Что для Вас устойчивое развитие?

Ирина Архипова:

Я с Вами согласна, что мне повезло, и международная компания в этой повестке задолго до того, как начали об этом говорить на высоком уровне в нашей стране. С другой стороны, я так же, как и наше государство прошла определенный путь понимания этого всего, потому что тоже были ошибочные представления о том, что устойчивое развитие – это в большей степени благотворительность, это люди с большим сердцем, и все. Для меня это во многом был репутационный менеджмент, если говорить прагматичным бизнес-языком.

Елена Речкалова:

Только говорить, создавать имидж.

Ирина Архипова:

Не только говорить, нет, делать и говорить. Социальные, экологические, благотворительные проекты, но делать, говорить и ограничиваться тем, что это необходимо нам для репутации, то есть мы не только должны делать бизнес, но и заниматься своей репутацией, делать что-то для общества, для экологии. И в моем сознании бизнес и вот эта работа не были объединены, то есть мне казалось, что это добрая воля бизнеса, который должен этим заниматься, потому что есть на это возможность.

Елена Речкалова:

Но на самом деле это же бизнес-процесс.

Ирина Архипова:

Это совершенно по-другому сейчас выглядит, они не только взаимоувязаны, можно сказать, что одно неотделимо от другого, то есть нельзя построить успешный бизнес, если ты не понимаешь, как ты влияешь на экологию, как ты влияешь на общество, и нельзя быть устойчивым, даже если можешь построить и получить краткосрочную прибыль, ты не сможешь развиваться в долгосрочной перспективе, если ты не перестроишь свои бизнес-процессы, бизнес-модель, что и происходит сейчас во многих, особенно сырьевых компаниях, и ты не сможешь стратегически развиваться дальше.

Елена Речкалова:

Мне очень понравился Ваш пример, который Вы привели с бутылкой воды.

Ирина Архипова:

Он очень показательный. Сoca-Сola – компания, которая является крупнейшим производителем в мире безалкогольных напитков, и больше 90 процентов сырья, которое мы используем, эта вода. Поэтому когда мы говорим, что мы хотим восстанавливать объемы воды больше, чем мы потребляем для нашего производства, мы делаем это не из благих побуждений, а из прагматичных побуждений, потому что если не будет чистой воды, у нас не будет сырья для производства нашего продукта, напитков. Поэтому когда я пришла поздравить победителей конкурса старшеклассников экологических проектов области по сохранению водных ресурсов, взяла бутылку в руки и сказала, что если у нас не будет чистой воды, у нас не будет бизнеса, поэтому я здесь, они сразу зааплодировали, потому что сразу мне поверили, что я имею совершенно серьезные намерения быть с ними.

Елена Речкалова:

Сколько лет компании Сoca-Сola?

Ирина Архипова:

Больше 135 лет.

Елена Речкалова:

Поэтому вам нужно заботиться о восполнении ресурсов, и у вас это бизнес-задача. Как давно Вы поставили именно эту задачу?

Ирина Архипова:

Сoca-Сola тем и хороша как лидер в отрасли, что она осознала эту задачу вместе со всем человечеством, а осознание пришло на самом деле не в 20-м году, когда об этом серьезно заговорили в России, а в 60-е годы, лет 40-50 назад, когда научное сообщество осознало, что мы все вместе, не только бизнес и компании, каждый из нас, все домохозяйства употребляем ресурсов больше, чем планета способна воспроизводить. Наши потребительские запросы растут с каждым днем, и потенциал этого роста огромен, потому что средний житель развивающейся страны в разы потребляет пока меньше, чем средний житель развитой страны, то есть чем больше будут экономики Индии, Китая расти, тем уровень потребления в мире будет еще увеличиваться, и население тоже растет.

И за счет этого сейчас происходит то, что мы уже сейчас на 50 процентов потребляем больше, чем планета способна воспроизводить за год, то есть фактически нам сейчас уже нужны полторы планеты, а к 2100 году нам нужны будут, если мы такими темпами будем развиваться, три планеты, и понятно, что в

какой-то момент ресурсы будут исчерпан. И так как планета все равно пока еще одна, хоть на Марс мы пытаемся улететь, мы должны понимать, что и у бизнеса будет, и он уже есть, дефицит ресурсов, и у людей, если мы не начнем не то, чтобы сокращать потребление, потому что надо тоже понимать, что в этих ESG вторая буква S, надо выходить из нищеты и поднимать уровень жизни многих слоев населения. И чем хороша и важна формула ESG, что, с одной стороны, экология – это снижение уровня потребления и сохранение ресурсов, а социальные проекты – это наоборот, улучшение уровня жизни определенных слоев населения и уменьшение разрыва между самыми богатыми и самыми бедными слоями населения, и это не исключает роста экономики в первую очередь, если мы хотим поднимать уровень жизни. Для государства, чтобы найти этот баланс, эту формулу, чтобы сбалансировать и не навредить экологии, дать возможность людям, которые еще недоедают даже, жить нормальной жизнью, вот в этом искусство.

Елена Речкалова:

Задача, которая стоит перед тысячелетием.

Ирина Архипова:

И проблема в том, что нас, к сожалению, кидает в крайности. Есть активисты, которые за резкое сокращение потребления, что тоже неправильно, и есть сырьевые экономики, которые говорят о том, что мы живем тем, что нам нужно увеличивать ВВП за счет еще большего употребления, продажи ресурсов. И нам нужно найти этот баланс, золотую середину, чтобы примирить эти стороны.

Елена Речкалова:

Тут надо признать, что об этом заговорили на всех инстанциях и очень системно, эта системность появилась года два назад, и это с точки зрения финансов, углеродный налог и так далее. Сначала нам показалось хайпом, и это принимали люди на ценностном уровне, а теперь уже понимают, что это выгодно для производства в первую очередь.

Ирина Архипова:

Я бы не стала говорить про хайп, а про ценностный уровень я согласна. Большинство из тех людей, которые давно в этой теме и понимают серьезность, больше все-таки руководствовались собственными ценностями.

Елена Речкалова:

Много ли людей пока в этой теме? Если цели устойчивого развития просто на слуху, то терминология ESG и финансовое регулирование для многих вообще загадка, новые слова, а именно это повлияет на нашу жизнь.

Ирина Архипова:

И да, и нет. Последние полтора года в России мы сделали для устойчивого развития больше, чем за предыдущие 5 лет и вообще за предыдущие годы, потому что мы, как все в России, очень долго разгоняемся, но быстро начинает ехать.

Елена Речкалова:

Пандемия помогла?

Ирина Архипова:

Не только, хотя пандемия тоже поспособствовала. И то, что я наблюдала последние полтора года, я была позитивно удивлена тем, насколько быстро мы все-таки в России учимся, гораздо быстрее, чем наши западноевропейские коллеги, которые десятилетиями к этому приходят. Мы за полтора-два года практически оказались на том уровне развития понимания этой темы, которое пришло в коллегам за очень длительный период в Европе, что радует, значит мы молодцы.

Елена Речкалова:

Меня поражает молодежь, которая уже смотрит на отходы, сортирует, и это они делают абсолютно осознанно, искренне. И если раньше у тебя не было ассоциации, что ты можешь повлиять на что-то, то сейчас появилась прямая связь: а кто, если не я, а если все будут кидать в одно место, и это не будет перерабатываться? Я теперь не могу складывать мусор в одно место, мне некомфортно, я обязательно должна отсортировать.

Ирина Архипова:

Вы к этому пришли, а молодежь просто приходит быстрее, потому что они с этим рождаются. И отвечая на вопрос что случилось, это одна из причин, что на рынок труда вышло другое поколение, для которых уровень потребления, который для нашего поколения, детей дефицитной эпохи, был важен, иметь больше своего имущества, прошел, потому что у них уже это все есть, они готовы это множество делить, они проще к этому относятся. Для них путешествия или общение важнее наличия квартиры.

Бизнес во всем мире пришел в конечном итоге к тому, что все нужно оцифровывать, и присоединение России к 17 целям устойчивого развития – это подписание некоего договора о том, что мы тоже обязуемся в определенный период снижать, увеличивать, и все это считается, публикуется, и обо всем этом теперь уже Россия тоже докладывает на международном уровне. И это сподвигло Россию двигаться быстрее.

Плюс простые вещи, как трансграничное регулирование, ничто так не мотивирует бизнес, как простое финансовое мотивирование, чем чище ты будешь, тем выгоднее для тебя будет, чем грязнее, тем больше платить.

Елена Речкалова:

Как эту идеологию Вы транслируете для большого количества подчиненных и сотрудников Coca-Cola? За этим, наверное, тоже политики, много мероприятий.

Ирина Архипова:

Мероприятия – это инструмент, а за этим стоят ценности, которые декларирует компания, и она не просто их вешает на стенку, а она этим живет, она интегрирует цели устойчивого развития, которые в компании не называются целями устойчивого развития, это для страны, а для компании это стратегия в области устойчивого развития 2025 года, она у нас прописана до 2025 года. Там тоже 17 целей, и среди этих целей есть понятные цели, к которым мы должны прийти до этого периода. И мы же бизнес, мы планируем всю эту работу на каждый год и смотрим, в нефинансовой отчетности публикуем динамику, где мы хороши, где мы отстаем от собственных обязательств, какие у нас проблемы, какие у нас достижения. И этим живут все функции, потому что во все функции интегрированы эти цели.

Понятно, что мы проводим обучающие сессии в области устойчивого развития, и не только для своих сотрудников, но и делаем это совместно с нашими партнерами, для поставщиков и для клиентов это делаем. Во-вторых, мероприятия, когда мы просто хотим рассказать, показать, отметить определенные достижения или проанализировать неудачи в этой области, потому что это непростые задачи на самом деле. Сотрудники, находясь в этом каждый день, невольно проникаются этими целями, этими задачами, и они тоже, как и Вы, не могут уже выбросить бутылку в урну.

Елена Речкалова:

Вы еще возглавляете в Ассоциации менеджеров и Комитет по устойчивому развитию корпоративной социальной ответственности. Как Вы к этому пришли? Практически, надо было взять ответственность, проявить инициативу, заняться этим вопросом, с чего Вы начали и почему эта тема Вас стала трогать?

Ирина Архипова:

Я просто в компании отвечаю уже много лет за эту область, и Coca-Cola, имея эти 17 целей устойчивого развития в своей стратегии, многое делает, о чем можно было бы рассказать не с точки зрения того, какая мы прекрасная компания, а с точки зрения того, что надо говорить об этой проблеме громко, вовлекая в решение этой проблемы партнеров, потому что то, что я говорю на каждом своем выступлении, какая бы большая и замечательная компания не была и сколько она в это бы не инвестировала, она в одиночку не решит ни одну не только социальную, но уже экологическую проблему, это такие глобальные вещи, где только можно объединением. Поэтому компания в моем лице видит свою миссию об этом говорить, вовлекать партнеров, объединяться.

У нас очень много различных объединений, мы за партнерство, причем объединяемся с конкурентами, мы считаем, что здесь нет конкуренции вообще. Мы гордимся, что с Pepsi многие вещи делаем совместно в области экологии и показываем пример, что это можно и нужно делать. Наверное, вот это стало основой того, что меня выбрали председателем комитета, и это для меня тоже хорошая площадка понять важные вопросы. Причем мы это делаем не исходя из собственного понимания, что важно, а мы проводим опросы членов ассоциации и на основании их предложений рейтингуем и важные темы поднимаем.

Например, одна из злободневных тем, которую планируем обсудить на следующей неделе, это трудоустройство людей с особенностями, очень сложная тема, потому что все хотят помочь, но не знают как. Особенно работодатели, которые прагматично смотрят на понятные риски, которые возникают, они хотели бы узнать, как у тех, у кого что-то получилось. Тема, которая волнует всех, и государство, и общество, и некоммерческие организации. Мы берем непростые темы, где ответов меньше, чем вопросов, и они не на поверхности, но мы вместе должны эти темы поднимать и обсуждать, чтобы двигать эту историю, а не замалчивать и не хвалиться достижениями, которых в этой области не много.

Елена Речкалова:

Женская тема – это же тоже тема, которая у нас поднимается недавно, женское лидерство, женская вовлеченность в экономику, социальная инфраструктура, для того чтобы женщины себя более активно реализовывали, это финансовая независимость семьи, потому что сейчас у нас много безработных мужчин, потому что теряется бизнес.

Ирина Архипова:

Так же, как с устойчивым развитием, я тоже прошла внутреннюю трансформацию, и мое личное отношение менялось к этой теме. Изначально на фоне острых проблем (вопрос социальной изоляции инвалидов, трудоустройства, экологических проблем, проблем, связанных с корпоративным управлением в нашей стране) мне казалось, что это не то, что не проблема, но она менее острая, ее вообще нет. Я исходила из понимания того, и надо отдать должное советскому государству и российскому государству в том, что у нас никогда не было ущемления прав женщин. Более того, у нас доступ к образованию, к политическим правам всегда был одинаков, и если мы придем в любой из вузов, а я много преподаю, даже в мальчуковых вузах преобладают девочки, и учатся они лучше, и стараются больше, и работают они не меньше, потому что надо кормить семью.

Елена Речкалова:

Но до первых позиций они не доходят, они теряются по пути.

Ирина Архипова:

А потом, когда меня стали приглашать на эти дискуссии, я стала задумываться. На тот же питерский форум когда приезжаешь, видишь кулинарку и все понимаешь: что-то здесь не так, ведь мы же не глупее, у нас в среднем у женщин по полтора высших образования, мы любим читать, мы ходим в театр, и мы любопытные, все время учимся, а до верха не доходим. Я стала сама анализировать эту тему, размышлять, общаться с женщинами на эту тему, чтобы разобраться, в чем причина. И знаете, разные версии я слышу по этому поводу. Я ни в коем случае не хотела бы обвинять в этом мужчин, они специально ничего такого не делают.

У меня есть несколько версий. Первая – это наша неуверенность в себе, с одной стороны, она нас двигает, для нас это внутренний мотиватор все время учиться, женщины более рефлексирующие существа, они всегда собой недовольны, чего-то боятся, переживают, и это дает им возможность постоянно чему-то учиться новому. У меня была масса моментов в моей карьере, когда мой муж говорил: Ирина, у тебя шанс, а я говорила, что нет, я не справлюсь. Я искренне так считала и не поднимала руку, когда можно было поднять, и, возможно, меня приняли бы и со мной согласились. Первое – неуверенность.

И я стала наблюдать даже за поведением своих коллег, женщин и мужчин, на совещаниях. Если мужчине мысль пришла в голову, он сразу руку поднял, выступил, женщина сто раз подумает, но побоится сказать: а вдруг я глупость скажу. Это первая причина, что мы сами себе враги в этом отношении, наша неуверенность. В результате мы не пробуем и упускаем постоянно шансы.

Вторая причина, я просто мать троих детей, и я тоже посмотрю на это приземленно, чтобы не говорили о том, что можно совмещать материнство и карьеру, но все-таки мою карьеру это точно притормаживало на какой-то период, фокус смещается на семью, время потеряешь, трое детей – это три декрета.

Елена Речкалова:

А за это время мужчины набираются новых компетенций.

Ирина Архипова:

И то, что у нас традиционно считается, что только женщина должна находиться в декретном отпуске и полностью себя посвящать детям, пока они маленькие, а не мужчины, сейчас меняется такое понимание, но когда я рожала детей, было жестко – только мама должна сидеть с детьми. Поэтому это вторая причина.

И еще одна причина – это стереотипы, которые присутствуют. В решении операционных задач больше доверяют женщинам, я просто видела часто примеры, мужчины приглашали специально на довольно хорошие посты женщин, чтобы они навели порядок, потому что мы более хозяйственные, менее привередливые, мое-не мое, то есть надо, значит надо. Но там, где нужно было что-то стратегическое, инновационное, больше доверяют мужчинам, считается, что они более талантливые, более умные, у них больше времени на работу. Это стереотипы, но они же живы в обществе, и принимающие решения принимают решение на основе своих каких-то внутренних ощущений. Поэтому при прочих равных выберут мужчин, потому что к ним больше доверия в этих вопросах.

Елена Речкалова:

Нужно формировать доверие, а у нас получается замкнутый круг, женщин-лидеров мало по тем причинам, о которых Вы говорите, поэтому они не видят этих ролевых моделей и себе оставляют вторые или третьи места. В позапрошлом году BCG сделали исследование, они взяли и проанализировали компании в зависимости от женщин в руководстве и доходы по новым продуктам. Выяснилось, что там, где больше диверсифицированные управляющие команды, прибыль выросла на 19 базисных пунктов, то есть они сказали, что женщины более креативны. Поэтому для экономики и внутри компании нужно женщин раскрепощать, потому что тогда они выдвигают идеи, которые были бы очень полезны для компании.

Ирина Архипова:

Абсолютно согласна. Когда я увидела эти цифры, и когда я училась в Ассоциации независимых директоров, они тоже обращали внимание, что в составе советов директоров нужны женщины, не потому, что женщины – это меньшинство, которому надо помочь, это совсем не про помощь и не про дискриминацию мужчин, не про квотирование, это очень прагматичные вещи. И когда я об этом задумалась, а почему так получается, меня ведь тоже это иногда раздражало, когда мне звонили из каких-то компаний и говорили: «Не хотели бы вы пойти к нам работать? – «Я, к сожалению, не готова, но я готова вам порекомендовать мужчину. – Нам нужна женщина, у нас установка, квотирование». Все эти установки не просто так. Моя версия, я представитель рынка потребительского сектора FMCG, и когда мы пишем бизнес-стратегии, понимаем, кто формирует потребительскую корзину.

Елена Речкалова:

80 процентов принятия решения женщинами.

Ирина Архипова:

И если она считает, что Coca-Cola не полезна ее семье, она вряд ли ее купит. Поэтому понятно, что женщина в управленческом комитете, в совете директоров – это человек, который изнутри понимает потребительские предпочтения и смотрит на это глазами женщины. И не только гендерное разнообразие должно быть, это вообще разнообразие. Когда приглашают в совет директоров людей из разных культур, с разным опытом, это всегда обогащает. Люди, которые мыслят одинаково, могут что-то не заметить, это увеличивает риски. Поэтому присутствие сбалансированного состава – женщины, мужчины и так далее – дает бизнесу дополнительное преимущество, которое выражено в цифрах, и ты видишь шире ситуацию.

Елена Речкалова:

А в России об этом мало кто говорит, и когда я начинаю говорить, они начинают: «Ты про женщин. – Я не про женщин, я про экономику. – А при чем здесь женщина и экономика?» Ведь гендер – это же не разница по полу, а разница по социальному восприятию, и у нас вообще эта тематика, которая может дать определенный прирост для бизнеса, для ВВП, по изменению ментальности, эта тема вообще никогда не поднимается как экономическая, она всегда социальная, а социальная – это значит расходы. Вот эти требования по вовлечению умных женщин, которые есть, это перевод расходов в доходы. И об этом надо говорить, причем я же не про женщин, я не феминистка, просто мне кажется, это колоссальный ресурс. Ваша компания, которая точно понимает, что это ресурс, какие политики разрабатывает, чтобы вовлечь и раскрепостить женщин, чтобы снять эти барьеры, которые у них есть, и у мужчин тоже ведь барьеры?

Ирина Архипова:

Целеполагания здесь понятны, я объяснила, зачем это нашему бизнесу и нашему потребительскому сектору. Мы начинаем со стратегии. В этой стратегии по устойчивому развитию среди 17 целей, про которые я упоминала, одна из целей – это доведение процента женщин на руководящих должностях до 50 процентов.

Елена Речкалова:

Практически квотирование.

Ирина Архипова:

В общем, да, хотя слово немножко жесткое, но цель понятна. У всех нас и в разных странах, компания глобальная, достижение этого процента разное, в каких-то странах чуть даже больше женщин, причем обратите внимание, в очень экономически развитых странах. И даже если говорить про устойчивое развитие, там, где много женщин, они как раз находятся в топе: Финляндия, Дания, Швеция в топе рейтинга стран, которые соответствуют требованиям устойчивого развития. В каких-то странах в меньшей степени, Россия находится в очень хорошей форме в этом отношении, у нас 44-45 процентов женщин уже на руководящих должностях, так что мы почти достигли этой цели.

И поэтому мы для себя немножко приземлили эту задачу, мы не так стремимся при прочих равных приглашать женщин, все-таки конкуренция должна быть равной. Мы просто выделили для себя те функции, а компания у нас производственная дистрибьюционная, поэтому у нас есть производство, доставка, продажа, бэк-офис, и мы поняли, что в каких-то функциях, например, финансовых, просто доминирование женщин. В моей функции я бы рада была, если бы побольше мужчин работало, но у меня тоже больше женщин. А в каких-то функциях – в коммерческой функции – больше мужчин, потому что это тяжело и физически, и традиционно. И видя, что в этой конкретной функции доминируют мужчины, а приход женщины – это более высокие результаты функции, мы стараемся коммуникационно мотивировать женщин туда идти и создать условия, для того чтобы было комфортно, учитывая все нюансы, потому что мы все равно остаемся ответственными за детей, за семью, чтобы не нарушался этот баланс. Мы работаем конкретно по функции, где этот дисбаланс слишком сильно выражен.

Елена Речкалова:

То есть вы смешиваете, делаете смешанные команды, добавляете тот гендер, которого не хватает для баланса.

Ирина Архипова:

И ведь не одна Coca-Cola, я привожу в пример часто компанию Google, уж они там точно неглупые ребята и просто так делать ничего не будут, и они тоже констатируют проблему. Google считается лучшим работодателем в мире, и они получают порядка двух миллионов резюме ежегодно, из которых только 10 процентов от женщин, что их безумно расстраивает, и поэтому они начинают эту работу буквально со школьной скамьи, убеждая девочек не бояться идти в инженерные специальности и верить в себя, что и они могут это. Я уверена, что у них есть данные, которые доказывают, что женщины, если они уже там, могут быть не менее, а может быть более успешны, поэтому они тратят огромное количество ресурсов на то, чтобы мотивировать девочек школьниц и студенток идти в эти профессии, не бояться и подаваться в Google, потому что все возможно. Моя подруга сделала там карьеру, я ее приглашаю к студентам, и она рассказывает о том, что надо верить в себя, и все получится.

Елена Речкалова:

Мне очень нравится программ Google IamRemarkable, я приведу этот пример. Когда вы выбираете няню, то вы знаете, какие компетенции должны быть у няни. И вдруг у вас появляется резюме мужчины, что вы делаете? Вы предъявляете к нему повышенные требования, потому что для того, чтобы занять эту позицию, он должен все это делать и еще доказать, что он лучше тех женщин, которые это делают. Это потрясающий пример, который регулярно приводит Google, и такое же отношение к женщинам, то есть нам каждый раз нужно подтягивать себя до внутреннего представления о себе, как о равном партнере, делать больше и лучше, чем наши конкуренты мужчины. Может быть, поэтому такие хорошие результаты, потому что мы таким образом повышаем свои компетенции.

Ирина Архипова:

То же самое можно сказать про мужчин, вспомните наш любимый фильм «Усатый нянь», что ему пришлось доказывать свою способность быть няней, а он оказался замечательной няней. Поэтому когда они приходят в условные женские профессии, они должна больше усилий применить, чтобы доказать, что они там будут состоятельны. Здесь нет никакой дискриминации, это вынужденная мера, поэтому надо бороться со стереотипами и все-таки рисковать, если это риск, и давать шанс женщинам в том числе.

Елена Речкалова:

Мы немножко говорим о свободе, проявлении личности, самореализации. Это условное разделение на профессии, когда уже нет такой зависимости от физического труда, поэтому неважно, кто будет на другой стороне экрана. Вы председатель правления «Союз-Напитки», и когда набираете команду, исходя из того, что всем надо преодолевать эти стереотипы, как это влияет на принятие решений?

Ирина Архипова:

Я не принимаю решение о формировании правления, я его возглавляю, это тоже выборная должность, и мне приятно, что мне доверяют представители индустрии. Моя роль здесь очень женская, как мне кажется, потому что я стараюсь сбалансировать интересы и вообще считаю, что роль председателя в любом управленческом комитете именно в умении слушать и услышать каждого, и главное услышать меньшинство, потому что их обычно не слышно, им сложно возражать, когда большинство сформировано. И когда возникают конфликты или трения, дискуссии между сторонами, примирять, находить баланс интересов, и услышав меньшинство, найти это рациональное зерно, в чем их возражение, в чем их обеспокоенность, и постараться это учесть, потому что не слыша кого-то, мы увеличиваем риски для себя. Я в этой роли стараюсь быть успешной, потому что есть огромное количество в нашей индустрии экспертов, которые разбираются в той или иной области лучше меня, и не мне их учить, как вести бизнес или какие решения принимать, а вот объединение друг друга – тут софт, скиллы важны для председателя такого рода образований.

Елена Речкалова:

Ваши три совета девушкам, которые начинают строить карьеру.

Ирина Архипова:

Первый совет, возвращаясь к примеру Google, не бояться, идти в условно мужские профессии. Второй совет – выбрать для себя ролевую модель среди успешных женщин, которая вам не только нравится с точки зрения того, как она сделала карьеру, но и личность, потому что это неразрывные вещи, нельзя сделать карьеру, не обладая какими-то ценностями. Поэтому найдите для себя такого человека, который стал бы для вас путеводной звездой. А если у вас будет такая шикарная возможность приобрести ментора в лице такого человека, не стесняйтесь быть слабой или незнающей и задавать вопросы.

Елена Речкалова:

И это нормально быть слабой, потому что это говорит о том, что вы просто собираетесь расти.

Ирина Архипова:

И третий совет, один из самых сложных для меня, потому что женщины большие перфекционистки, они боятся совершать ошибки, и если вы их совершили, воспринимать это как подарок для себя, потому что тот бесценный опыт, который приобретается, когда вы совершаете ошибки, не сравним ни с каким другим опытом, именно этот опыт с вами останется по жизни, и вы точно будете успешны там, где вы были не успешны вчера. Пусть они будут, это подарок судьбы, просто делайте выводы и идите дальше, ни в коем случае не позволяйте никому себя убедить в том, что вы на что-то не способны, потому что где-то у вас что-то не получилось. Пробуйте, ошибайтесь.

Елена Речкалова:

И этим можно только гордиться, потому что если ты не попробуешь, то ты никогда этого не узнаешь. У нас получился очень мудрый и очень добрый разговор. Мне кажется, что эти разговоры, которые затрагивают ценности, о которых мы раньше стеснялись говорить, это и есть путь совершенствования, роста. Спасибо большое за мудрые советы и за простой рассказ о сложных вещах. Давайте вместе будем менять этот мир, дело в том, что мы это можем сделать даже каждый на своем месте.