Профессор М. М. Орлов и его труды в области лесной экономики, лесоустройства и лесоуправления

ЭКОНОМИКА

ПРОФЕССОР М.М. ОРЛОВ И ЕГО ТРУДЫ В ОБЛАСТИ ЛЕСНОЙ ЭКОНОМИКИ, ЛЕСОУСТРОЙСТВА И ЛЕСОУПРАВЛЕНИЯ

Н.А. МОИСЕЕВ, проф. каф. экономики и организации л/х и л/п МГУЛ, д-р с.-х. наук

Молчание лесоводов в данный момент могло бы быть понято как согласие их на совершенное игнорирование особенностей лесоводства и принесение русских лесов в жертву временной нужде и одностороннему увлечению

М.М. Орлов

М.М. Орлов

В этом году исполняется 140 лет со дня рождения профессора Михаила Михайловича Орлова - лидера отечественного лесоустройства, лесной экономики и лесоуправления. О нем не раз уже писали в последние двадцать лет. Тем не менее, напоминать о человеке, оставившем богатое творческое наследие, необходимо, ибо «страна, не помнящая своих героев, не имеет будущего».

Рассматривая труды проф. М.М. Орлова, нельзя их отрывать от условий того времени, в которое он жил и действовал. В связи с этим следует отметить, что Россия выделяется среди других стран чрезмерно большими «ухабами» на пути развития. Достаточно

иметь в виду две разнонаправленные революции в течение только одного ХХ столетия. Революция - это не реформы, а смена политических и экономических систем, всего уклада жизни народа, переоценка ценностей и смысла жизни людей, которые «времена не выбирают, в них живут и умирают».

Пик творческой деятельности М.М. Орлова пришелся на первую треть ХХ столетия, которое было насыщено переворотами. Смена времен обычно идет через хаос, когда у многих людей теряется чувство ориентации, когда они не понимают, в каком мире они живут, куда этот мир двигается, что творится со страной, где та Родина, с которой срослись с младенческих лет. Переоценка ценностей и смысла жизни обычно начинается с отрицания всего прошлого. Таким было и то время, и сегодняшнее, когда те, кто ведут «перестройку», еще не хватились, что не все из прошлого надо выбрасывать на «свалку истории».

В такие времена, напоминающие вертящуюся «воронку тайфуна», многих так засасывает в нее, что они начинают думать, что все происходящее и есть то, с чем надо сжиться, принять, со всем согласиться и не возражать, ибо тебе же будет хуже.

Редко кто из вертящихся в этом «водовороте» находит мужество не просто сказать, а доказывать, что есть «непреходящее», с чем надо считаться и к чему рано или поздно придется вернуться. Вот таким и был М.М. Орлов в то «постреволюционное» время, когда говорить подобное было равносильно подписанию себе приговора, что позже и случилось. Но иначе он поступить не мог, так как им руководило гражданское чувство ответственности за состояние лесов и хозяйство в них, служение которым было миссией и смыслом его жизни.

4

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

ЭКОНОМИКА

М.М. Орлов родился в 1867 г. в Елецком уезде Орловской губернии в небогатой многодетной семье. Чтобы помогать ей, он как старший сын вынужден был сочетать учебу с репетиторством. Это трудовое воспитание, конечно, имело значение для формирования его характера и подготовки к самостоятельной жизни. С 1877 по 1884 гг. учился в Орловском реальном училище. Блестяще окончил его и поступил в Лесной императорский институт, старейший лесной вуз страны и мира, в 2003 г. отметивший 200-летие. В 1888 г., окончив институт со званием ученого лесовода I разряда, был направлен на работу помощником лесничего в Лисинское учебно-опытное лесничество. В 1889 г. был избран «стипендиатом высшего оклада» - аспирантом на кафедру лесоустройства лесного института, которую тогда возглавлял проф.

А.Ф. Рудзкий - основатель отечественного лесоустройства. В 1890 г. он был командирован на два года за границу для изучения передового опыта лесного хозяйства Германии, Франции, Швейцарии и Австро-Венгрии. По возвращении работал начальником лесоустроительной партии в Лесном департаменте Министерства государственных имуществ. В 1894 г. в возрасте 27 лет был назначен адъюнкт-профессором Ново-Александрийского института сельского хозяйства и лесоводства. После кончины своего учителя проф. А.Ф. Рудзкого с 1901 по 1932 г. возглавлял кафедру лесоустройства ЛТА. Скончался 25 декабря 1932 г.

С 1904 по 1907 гг. М.М. Орлов был официальным помощником директора лесного института, а в 1907 г. избран директором института. В 1924 г. стал первым деканом лесохозяйственного факультета. С 1925 г. он председатель лесного ученого комитета при Центральном управлении лесами Наркомзема РСФСР, определявшего научно-техническую политику и проводившего экспертизу лесоустроительных проектов, в которых представлялись перспективные планы лесопользования и ведения лесного хозяйства. В его ведении находились 12 учебно-опытных лесничеств, переданных лесному институту.

За заслуги и в царское, и в советское время он был удостоен почетных званий и на-

град. Царское правительство пожаловало ему звание тайного статского советника, что давало возможность получить статус дворянина. В 1923 г., уже при новой власти, М.М. Орлову было присвоено звание Героя Труда. В 1925 г. Наркомпрос присвоил ему ученое звание профессора не по отдельной дисциплине, а в целом по лесному хозяйству, а в 1928 г. - звание заслуженного деятеля науки и техники РСФСР.

М.М. Орлов был ученым широкого диапазона. Его труды охватывали лесоводство, лесную таксацию, лесоустройство, лесную экономику, лесоуправление, государственную лесную политику, лесное законодательство (общий объем свыше 600 печ. листов) с обобщением исторического опыта отечественной и зарубежной лесной науки и практики. Он владел английским, немецким, французским языками, что позволяло ему следить за потоком информации по специальным журналам и книгам, издаваемым в странах Европы и Америки.

Во все времена самыми злободневными были и остаются проблемы управления лесами, организации и планирования лесопользования и ведения лесного хозяйства, государственной лесной политики и лесного законодательства. Острота этих проблем достигала критического уровня при смене политических систем, когда подвергался переоценке весь багаж накопленных научных знаний и практического опыта. Именно таким был период с 1917 по 1932 год, определявший переход от рыночной экономики к централизованно планируемой, с форсированной коллективизацией сельского хозяйства и индустриализацией народного хозяйства. Именно этот период и был завершающим этапом жизни и творчества М.М. Орлова.

Гражданский долг проф. М.М. Орлова как ученого обязывал не допустить безапелляционного отрицания ряда непреходящих принципов и форм управления лесами и лесным хозяйством в России. Как известно, в пылу острых дискуссий 30-х гг. был отброшен принцип постоянства пользования лесом, ныне законодательно закрепленный в качестве требования непрерывного и неистощительного лесопользования (ННПЛ). Этот

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

5

ЭКОНОМИКА

принцип выражает главную особенность - длительный период лесовыращивания, требующий учета при нормировании пользования ресурсами и услугами леса. Именно на основе этого принципа строится планирование и организация лесопользования, а также экономика лесного хозяйства. Ныне на его основе реализуется требование устойчивого управления и пользования лесами. Но в то время практически было ликвидировано лесоустройство как наука и как практическая государственная служба. Она была сведена к лесоинвентаризации и обследованию лесов.

Атаке подверглись и устоявшиеся формы управления лесами, особенно на местном уровне, проверенные на практике не только в нашей стране, но и за рубежом. В 30-е г. местная форма лесоуправления, представленная лесничествами, была заменена лесхозами, в деятельности которых было совмещено управление лесами и хозяйственная деятельность, включая лесоэксплуатацию. Лесхозы от организованных в то же время леспромхозов отличало не столько содержание их деятельности, сколько подчинение разным органам управления.

Конечно, после гражданской войны и общей разрухи отступления от лесоводс-твенных норм и правил были вынужденными, о чем и мы, и другие авторы писали в свое время [3, 4]. Но это не требовало отказа от основополагающих принципов организации лесопользования и лесного хозяйства в стране. Между тем нашлись «теоретики», которые это вынужденное обосновывали как должное. Именно они организовали травлю основателей ныне всемирно признанного учения о лесе проф. Г.Ф. Морозова и защитника должного порядка в лесу проф. М.М. Орлова, который аргументированно обосновал его в своем классическом трехтомном учебнике «Лесоустройство» [5].

Отсутствие руководящего начала в лесопользовании приводило к дезорганизации управления лесами, что отмечалось на конференции, проходившей в Москве 10-17 ноября 1921 г., в которой приняли участие представители 60 губерний, областей и республик. В докладе на этой конференции отмечалось «полное отсутствие руководящего начала: в

лесах хозяйничали все, кто нуждался в древесине»; «государственный орган, ответственный за эту крупную отрасль народного хозяйства - центральное управление лесами ... лишь беспомощно взирает на всю эту разруху» [1, C. 69].

В последнее пятилетие своей жизни М.М. Орлов показал беспримерный для ученых сферы лесной науки и образования образец исключительного трудолюбия и продуктивного творчества, потребовавшего мобилизации всех жизненных сил, о чем можно судить по следующим изданиям его крупных произведений. За 1927-1932 гг. он издал учебник «Лесоустройство» в трех томах (общий объем - 71 печ. лист); капитальный труд «Лесоуправление» (35 печ. листов); серию блестящих полемических статей, объединенных затем в сборнике «Очередные вопросы лесоустройства» [7], связанные с проводившейся дискуссией, надолго похоронившей основные положения лесоустройства. Последняя книга, написанная в 1932 г. и изданная лишь в 1983 г. - «Леса водоохранные, защитные и лесопарки. Устройство и ведение хозяйства»

[8] посвящена до сих пор злободневной проблеме (6,5 печ. л.). Вряд ли мы найдем в истории лесного дела ученого, который мог бы сравниться с ним по такой общественной значимости своих трудов.

Он автор учебника «Лесная таксация», выдержавшего несколько изданий. В 1918 г. им написана книга «Об основах русского государственного лесного хозяйства», в которой затронуты острые во все времена вопросы собственности на леса [9].

В 1924 г. им написана книга «Очерки лесоустройства в его современной практике», в которой обобщен опыт лесоустройства и определены задачи его дальнейшего развития

[10]. Эта книга и до сих пор актуальна в связи с нерешенной проблемой совершенствования лесоустройства.

Все эти труды, выражавшие его взгляды, нашли реализацию на практике через лесоустроительные инструкции 1911, 1914 и 1926 г., которые были разработаны под его руководством и непосредственном участии. Последняя из них действовала до 50-х гг., и потому можно сказать, что влияние его

6

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

ЭКОНОМИКА

трудов сказывалось всю первую половину ХХ столетия.

Заслуживает внимания подготовленная М.М. Орловым для практических надобностей «Лесная вспомогательная книжка» (51 п.л.), в которой собраны все необходимые справочные материалы для таксаторов и работников лесного хозяйства [11]. Эта книжка выдержала 8 изданий и до сих пор остается образцом по подготовке универсальных справочников для лесоустроителя и работника лесного хозяйства.

Среди всех работ особого внимания заслуживают капитальные труды в области лесоустройства и лесоуправления. Они тесно взаимосвязаны с лесной наукой и практикой. Ведь лесоустройство - инструмент лесоуправления, а последнее - важнейшая область практической деятельности, до сих пор четко не определившаяся ни в науке, ни на практике. ХХ в., как и начало XXI в., проходят в череде бесконечных и чаще непоследовательных и противоречивых реформ, лишь усложняющих общую ситуацию с лесами и с лесным сектором экономики.

В 30-х гг. в связи со злополучной дискуссией по проблемам лесоустройства оно свелось в основном к лесоинвентаризационным работам. Был упразднен и сам принцип непрерывного неистощительного пользования лесом (ННПЛ) как не соответствующий социалистическим требованиям планирования. В основе отрицания его был политический мотив: планирование в той централизованной системе допускалось вести только директивным органам, притом сверху вниз. Лесоустройство тогда не могло претендовать на присущую ему функцию планирования. Неслучайно даже после того, когда принцип ННПЛ был реабилитирован и закреплен в 1977 г. в лесном законодательстве, разрабатываемый лесоустройством документ назывался «проектом организации и ведения лесного хозяйства». На большее он не мог претендовать и до последних дней, хотя сменившаяся с 1991 г. ситуация, связанная с переходом к рыночной экономике, требовала экономически обоснованных программ по использованию и воспроизводству лесных ресурсов на местном уровне управления лесами. В этом

направлении должно было бы пойти и реформирование лесоустройства. Но такой поворот дела не состоялся. В новом Лесном кодексе был упразднен даже названный выше проект как основа предыдущего кодекса для передачи лесов в аренду и на лесные торги. По сути, стоял под угрозой даже термин лесоустройства. Мотив, по которому отбрасывается служба лесоустройства, опять-таки политический. Радикал-либеральные реформаторы, явившиеся монопольными составителями нового кодекса, руководствовались интересами только крупного бизнеса, желанием оградить его от государственных мер регулирования, предоставить бизнесу планировать свою деятельность в виде вводимых новых «инструментов», таких как «проект освоения лесов», «декларация», «лесохозяйственный регламент» и т.п. Лесоустройство как инструмент государственного планирования и управления лесами оказывался лишним. Любые попытки защитников лесоустройства сохранить его и упрочить либерал-реформаторами «подрубались», ставя службу лесоустройства в реестр предприятий, предназначенных к акционированию для последующей приватизации. Таким образом, службу лесоустройства с предназначенной ему миссией планирования стараются и сейчас убрать с арены практической деятельности.

Естественно, что в таких условиях не была востребована и наука, и весь исторический и даже зарубежный опыт. Как видим, история повторяется, хотя и на других витках исторической спирали.

«Лесоустройство, - писал М.М. Орлов, - имеет своей задачей составление плана лесного хозяйства» [5, Т. 1, C. 9]. Его предшественник проф. А.Ф. Рудзкий в учебном пособии «Руководство к устройству русских лесов» писал: «Составление плана хозяйства (предполагая, конечно, надлежащее выполнение его) служит обеспечением устройства в лесу надлежащих порядков; поэтому составление плана хозяйства называется обыкновенно устройством леса, или лесоустройством» [12, C. 21].

Но необходимо пояснить, каким авторы представляют лесное хозяйство и об устройстве каких порядков в лесу в данном слу-

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

7

ЭКОНОМИКА

чае идет речь, что весьма немаловажно для целостного представления об обсуждаемом предмете. Оба автора говорят о том, что под лесным надо понимать только такое хозяйство, которое ведется на основе непрерывного неистощительного пользования лесом. Устраиваемый же в лесу порядок предполагает такой план хозяйственных действий, «совокупный результат которых должен обеспечивать постоянное и наивыгоднейшее пользование лесом» в данной хозяйственной единице с учетом конкретных природных и экономических условий [5, Т. I, C. 5].

Добавим к этому еще два аспекта. Лесное хозяйство в данном понимании включает и пользование лесом, в т.ч. и рубку леса, а также транспорт леса, какими бы он средствами не осуществлялся, ибо без него немыслимо осваивать леса и вести хозяйство. Только в таком целостном охвате можно сопоставлять доходы и расходы и судить об эффективности хозяйства. Целями хозяйства может быть не только выращивание и заготовка древесины, но использование и воспроизводство многих других ресурсов (пищевых, технических, лекарственных, водных, по недоразумению отнесенных к «побочным») и разнообразных услуг (полезностей) леса, включая социальные, защитные, средообразующие, в т.ч. и не поддающиеся стоимостной оценке, которые в общей совокупности дают ту суммарную выгоду, которая должна быть постоянной и наивысшей при исходных условиях и предлагаемом в плане порядке организации и ведения, как отмечают оба автора, «правильного лесного хозяйства».

Это динамический пространственно-временной порядок со сложной иерархической структурой организации, ориентированной на систему целей в определенной их соподчиненности. При таком характере устраиваемого объекта, как замечает М.М. Орлов, «лес представляется предметом сложным», а составление для него плана лесного хозяйства «требует больших знаний и опыта» [5, Т. I, C. 9]. Проф. А.Ф. Рудзкий также отмечает, что «хорошим лесоустроителем может быть лишь хороший хозяин, знакомый с различными лесоводственными мероприятиями и притом достаточно опытный для того, чтобы

обсудить соответствие тех или других мероприятий данным условиям времени и места» [12, C. 25]. Приводить преемственно связанные мнения основателей отечественного лесоустройства о лесоустройстве и о характере составляемого плана необходимо потому, что сегодня с принятием нового Лесного кодекса будет царить примитивный взгляд дилетантов, что будто бы нынешний, еще не сформировавшийся арендатор без лесоустроительного плана будет способен через составляемый им «проект освоения лесов» и подаваемую «декларацию» навести должный порядок в лесу и извлекать из него наивысшую выгоду, но адекватную общественным интересам, учитывая, что леса пока еще принадлежат государству и, следовательно, они должны служить не одному только арендатору.

Обратимся к связям лесоустройства с лесоуправлением в представлении М.М. Орлова. В такой роли лесоустройство не обойдется без учета лесов или их инвентаризации, организации самого устраиваемого леса как объекта управления и лесного хозяйства как системы мер по воздействию на этот объект для достижения поставленных целей, а также экономической оценки сопоставляемых альтернатив и механизма для реализации принимаемой программы действий. Другими словами, лесоустройство при подготовке хозяйственных решений принимает во внимание все функции управления лесами и таким образом как бы предвосхищает его. И об этом говорит М.М. Орлов, отмечая, что «лесоустройство находится не только в тесной связи с лесоуправлением, но оно как бы порождает его». При этом лесоустройство формирует не только стратегическую программу действий, обычно на 10 лет, но оценивает и его последствия на протяжении оборота рубки, а потому является ориентирующим вектором для лесоуправления. По этому поводу М.М. Орлов произносит слова, служащие крылатым афоризмом: «Лесоустройство без лесоуправления мертво, лесоуправление без лесоустройства слепо».

При этом и М.М. Орлов, и А.Ф. Руд-зкий отмечают, что лесоустройство как научная дисциплина является учением о лесном хозяйстве и об управлении лесами, и в этой

8

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

ЭКОНОМИКА

роли она как системная наука тесно связана со многими научными дисциплинами, в особенности с лесоводством и с лесной экономикой. При этом важно подчеркнуть родственные связи лесоустройства и лесной экономики. М.М. Орлов собирался назвать трехтомный труд, вышедший под названием «Лесоустройство» «лесной экономией», но воздержался от этого, считая, что этот термин еще не определился в отечественной практике, а, «попав в большую моду, вызывает недоразумения». Об этом он пишет в предисловии к тому I «Лесоустройства». Тем не менее, в этом томе он освещает основные положения лесной экономики, которая должна представлять «учение об экономических особенностях лесного хозяйства, об его организации и управлении». При этом он отмечает, что и лесная экономика не обойдется без лесоустройства: «пусть лесоводство развивается в каком угодно направлении... но для экономики постоянного хозяйства ему никогда не обойтись без лесоустройства» [10, C. 15]. У М.М. Орлова все содержание лесоустройства пронизано лесной экономикой, хотя он имел желание посвятить ей отдельный труд: «Следовало бы издать полностью курс лесной экономики, на что нужно, однако, такое время, которого нет у составителя». Если бы составитель и напечатал целиком всю лесную экономию, его выводы относительно лесоустройства не изменились бы по сравнению с теми, которые им ныне предлагаются» [10, C. 9].

Однако ряд экономических положений, изложенных в «Лесоустройстве» и «Лесоуправлении», сохраняет свое значение для нашего времени, особенно лесной ренты, капитализации лесов, экономической природы затрат в лесном хозяйстве, доходных видов спелостей леса и определения на основе их оборотов рубок как показателей для нормирования пользования лесом. Многие из этих понятий до сих пор не реализованы в практике организации и планирования лесного хозяйства по причине его крайнего упрощенства в нынешней системе лесоуправления. Достаточно отметить даже такой факт, что текущие (операционные) затраты и капитальные вложения на улучшение лесов и в инфраструктуру, в т.ч. на дорожную сеть, в лесном хозяйстве до сих пор пла-

нировались и суммировались без разделения, что исключало рациональное использование и оценку эффективности. Между тем, как подчеркивал проф. М.М. Орлов, «такое разграничение расходов в лесном хозяйстве должно быть обязательным при всякого рода планировании и отчетности» [1, C. 311]. Не реализован и рентный подход к оценке экономически доступных ресурсов леса и платежей за них в практике лесопользования.

Обращаясь к теории и практике лесоуправления в одноименном труде, автор пишет, что «из всех отраслей лесного знания лесоуправление является наименее разработанной»; «нередко можно встретить мнение о том, что лесоуправление есть не более чем сборник действующих по лесной части законоположений и циркуляров, тогда как в действительности теория лесоуправления должна ... стремиться к установлению общих принципов и положений, объясняющих и предопределяющих практику лесного хозяйства». Даже спустя три четверти столетия после выхода этого труда, вряд ли кто, ответственно относящийся к положению лесных дел в стране, может утверждать, что мы сегодня имеем общепризнанные пособия по лесоуправлению и бесспорные ориентиры в практической деятельности. Скорее наоборот, частные и преемственно не связанные между собою реформы, особенно последний «революционный» лесной кодекс, потребуют еще длительного времени для упорядочения знаний и практического опыта. М.М. Орлов писал: «Ничто так не вредно в лесном хозяйстве, как метание из стороны в сторону, постоянная смена направлений, которая приводит к топтанию на месте» [10].

Труд М.М. Орлова «Лесоуправление» - единственный за всю историю отечественного лесного хозяйства, дающий обобщение исторического опыта управления лесами в России и в ряде зарубежных стран. Его переиздание в 2006 г. значительным тиражом позволит многим желающим ознакомиться с ним. Заметим, что в связи с новым кодексом осуществляется переход к местным органам управления лесами в юридическом лице лесничеств в форме двухуровневых организаций (районных и в их составе участковых), которые были до 30-х гг. ХХ столетия.

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

9

ЭКОНОМИКА

«Лесничества, - подчеркивал М.М. Орлов, - нельзя уничтожить и лесничих нельзя упразднить, не отказываясь от ведения правильного лесного хозяйства... Лесничество является основной единицей управления лесным хозяйством; группировка нескольких таких единиц в одно целое образует уже районный орган лесного управления... Расходы на улучшение управления лесничеством принадлежат к числу самых рентабельных... Лесничий является центром и душой всей системы лесного управления».

Много ценного приводится из отечественного и зарубежного опыта о роли лесничеств, самого лесничего, об их функциях, условиях работы, о подборе кадров, о стимулах для их закрепления на местах, об обучении и трудовом воспитании, о роли опытных работ, обмене опытом, о периодически проводимых съездах, издательской деятельности, наконец, о формах делопроизводства, о денежной и материальной отчетности, о разделении полномочий внутри аппарата лесничества. При этом подчеркивается постоянная дилемма для лесничего: «быть хозяином или быть чиновником; к первому влечет его, быть может, призвание и чувство дома; но личная выгода и страх ответственности заставляют выбирать последнее». Причина такого выбора «заключается в недостатке к нему доверия» [1,

C. 160]. Такая дилемма стоит и сегодня перед лесничим. Опасение сохраняется и сегодня, что уход от ответственности может превратить лесничего из хозяина в чиновника-бю-рократа, старающегося от «греха подальше» прикрыться многочисленными инструкциями, циркулярами, за отступление от которых в случае чего проверяющие органы всегда могут его наказать, но не за упущенную выгоду в случае самостоятельного принятия решений при учете всех конкретных условий и обстоятельств. Как не допустить такого сползания от хозяина, распорядителя к простому чиновнику, прикрывающемуся сложной канцелярией делопроизводства? «Но нам известно по опыту, что сложная канцелярская система, безупречная в теории, для ловких людей служит и служила весьма удобной ширмой, за которой скрывались не совсем хорошие дела; эта система бывала, как говорится, мутной водой, в

которой легко ловить рыбу». «Итак, отсутствие доверия к лесничему вызвало сложную канцелярскую систему, превратив лесничего-хозяина в лесного чиновника, и такой порядок вещей до того укоренился, что в исправности канцелярии лесничий стал видеть конечную цель своего назначения» [1, C. 160].

Все это, сказанное в назидание потомкам, остается помнить и нам. Каким мы сейчас хотим видеть лесничего? Управляющего вверенными ему лесами или чиновника-кан-целяриста, у которого ни времени, ни желания быть в лесу не останется. Безусловно, надо знать историю, чтобы не спотыкаться по тем же самым кочкам. И этим, и многим другим весьма ценен труд «Лесоуправление» М.М. Орлова так же, как и другие его труды.

Библиографический список

1. Орлов, М.М. Лесоуправление как исполнение лесоустроительного планирования / М.М. Орлов.

- М.: Лесная пром-сть, 2006.

2. Моисеев, Н.А. М.М. Орлов и его труды в фокусе лесоуправления / Н.А. Моисеев // Лесная Россия.

- 2006. - № 3.

3. Моисеев, Н.А. О взглядах проф. М.М. Орлова на вопросы лесопользования / Н.А. Моисеев // Научные труды Лен. ЛТА. - Л., 1969. - С. 74-80.

4. Двухсотлетие учреждения лесного департамента, 1798-1998. - Т. 2 (1898-1998). - М.: ВНИИЦЛесре-сурс, 1998.

5. Орлов, М.М. Лесоустройство / М.М. Орлов // Лесное хозяйство, Лесная промышленность. - Л., 1927. - Т I - 428 с.; 1928. - Т. II. - 326 с.; 1928. - Т

III. - 348 с.

6. Здорик, М.Г. Леса экстенсивного хозяйства и метод их использования / М.Г. Здорик // Лесопромышленное дело. - 1929. - № 7.

7. Орлов, М.М. Очередные вопросы лесоустройства (1927 - 1930) / М.М. Орлов. - Л., 1931.

8. Орлов, М.М. Леса водоохранные, защитные и лесопарки. Устройство и ведение хозяйства / М.М. Орлов. - М.: Лесная пром-сть. - 1983. - 68 с.

9. Орлов, М.М. Об основах русского государственного лесного хозяйства / М.М. Орлов. - Петроград, 1918. - 132 с.

10. Орлов, М.М. Очерки лесоустройства в его современной практике, изд. Нарком земледелия «Новая деревня» / М.М. Орлов. - Л.-М., 1924. - 304 с.

11. Орлов, М.М. Лесная вспомогательная книжка для таксации и технических расчетов. 6-е изд. / М.М. Орлов. - М.: Гостехиздат, 1926. - 760 с.

12. Рудзкий, А.Ф. Руководство к устройству русских лесов. Изд. 2-е / А.Ф. Рудзкий. - СПб.: изд. Деври-ена А.Ф., 1893. - 464 с.

10

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007