Вооруженные силы Турции в процессе трансформации и модернизации: стратегия и тенденции

ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ ТУРЦИИ В ПРОЦЕССЕ ТРАНСФОРМАЦИИ И МОДЕРНИЗАЦИИ: СТРАТЕГИЯ И ТЕНДЕНЦИИ

Левон ОВСЕПЯН

кандидат исторических наук, научный сотрудник Института востоковедения НАН РА

АННОТАЦИЯ

На основе анализа официальных цифр и показателей рассматриваются общие тенденции в стратегии модернизации оборонного сектора Турции после окончания холодной войны. Большое внимание уделяется роли военно-промышленного ком-

плекса Турции. Модернизация армии и развитие военно-промышленного комплекса по большей части направлены на удовлетворение геополитических амбиций Турции, стремящейся превратиться в наиболее влиятельную силу в регионе.

Введение

После окончания холодной войны Турция в своей оборонной политике пыталась адаптироваться к региональным и геополитическим реалиям, в известной степени усилить боеспособность Вооруженных сил (ВС) на случай новых вызовов. В этот период неизменными приоритетами оборонной политики Турции были усиление ее Вооруженных сил и достижение военного превосходства в регионе.

В течение 1990-х годов проблемы внешней политики рассматривались в Турции с позиций военной безопасности. По определению турецкого исследователя Г. Гергера, «милитаризация» национальных интересов и внешней политики, во многих случаях являвшаяся прямым результатом секьюритизации, обеспечила военным, помимо всего прочего, определенное право на «решающее слово». Необходимость существования мощной военной силы как главного условия эффективности внешней политики Турции аргументировалась наличием постоянных угроз со стороны некоторых ее соседей1. Внешняя политика Турции в этот период была напрямую связана с ее военным потенциалом.

1 Цит. по: Balci A. 1990 sonrasi Türk Di§ Politikasi Üzerine Bazi Notlar: Avrupa Birligi ve Kibris Örnegi, Türkiyenin Degi^en Di§ Politikasi. Der.: C. Yenigül, E. Efegil. Ankara: Nobel yayin, 2010. S. 92.

В 1999 году руководитель Департамента оборонной промышленности Турции Я. Бур-джак, принимавший активное участие в разработке масштабных программ модернизации военной сферы, заявил, что ««вооружение (приобретенное Турцией. — Л.О.) — это очевидная необходимость. В Европе существенно сократили военные расходы... однако для Турции это не подходит. С ликвидацией Варшавского договора определенность уступила место неопределенности»2. По меткому замечанию турецкого исследователя Н. Услу, «руководящие круги Турции большее внимание уделяли обороне и защите в период после холодной войны, нежели в ее годы»3.

Становление и развитие системы безопасности и обороны Турецкой Республики в ее нынешнем виде началось после вступления страны в НАТО и проходило при активном содействии США. Членство в НАТО вообще сыграло существенную роль в увеличении оборонного потенциала страны.

Свержение режима С. Хусейна в Ираке, международная изоляция Ирана, санкции Запада в отношении Сирии дали Турции благоприятную возможность приобрести статус региональной державы и усилить свое военно-политическое влияние.

В турецкой региональной внешнеполитической стратегии важнейшая роль отведена перевооружению и модернизации армии; в годы правления Партии справедливости и развития (ПСР) эти процессы стали более масштабными. Помимо модернизации ВС Турция осуществляет весьма активную внешнюю политику, направленную на расширение своего влияния в регионе.

Турецкая армия после холодной войны: необходимость модернизации

Своего рода проверкой боевой готовности турецкой армии, ее способности вести военные действия стала война в Персидском заливе 1991 года (Турция участвовала в ней на стороне НАТО). Забегая вперед, следует отметить, что война в Персидском заливе показала неготовность турецкой армии к проведению военных операций по современным крите-риям4.

Еще до начала этой войны Генштаб ВС Турции занял весьма осторожную позицию: военная элита весьма отрицательно относилась к ведению боевых действий за пределами страны, в том числе крупномасштабным операциям на границе с Ираком, и твердила о необходимости сохранять «активный нейтралитет».

Разногласия настолько накалили обстановку, что начальник генштаба Турции Н. Торум-тай был вынужден досрочно выйти в отставку. Тем не менее по решению президента страны Т. Озала турецкая сторона приняла активное участие в войне5.

Полученный в ходе войны в Заливе опыт ведения боевых действий, а также первых со времени операции по захвату северной части Кипра в 1974 году масштабных перемещений

2 ^t. no: Cizre-Sakallioglu U. The Military and Politics: A Turkish Dilemma. B kh.: Armed Forces in the Middle East: Politics and Strategy / Ed. by B.M. Rubin, T.A. Keaney. Frank Cass Publishers, 2002. P. 191.

3 Uslu N. Turkish Foreign Policy in the Post-Cold War Period. New York: Nova Publishers, 2004. P. 3.

4 Cm.: LesserI.O. Bridge or Barrier? Turkey and the West after the Cold War. Prepared for the United States Air Force and the United States Army. RAND, 1992. P. 30.

5 Cm.: Yeyilada B. Turkish Foreign Policy toward the Middle East, Political and Socioeconomic Transformation of Turkey / Ed. by Atila Eralp, Muharrem Tunay, Birol Ye^ilada. Westport: Praeger Publisher, 1993. P. 182.

войск оказался не слишком удачным. Ход активных военных операций малой интенсивности против курдских боевиков на юго-востоке страны и на севере Ирака (в 1990-х гг.) также продемонстрировал наличие серьезных проблем. Не спасало даже большое превосходство в количестве боевой техники6.

Военные круги четко поняли, что Вооруженные силы страны уже слабы и устарели и не смогут справиться с вызовами XXI века7. Как отметил высокопоставленный турецкий военный эксперт, «до 1990-х годов турецкая армия была большой, но плохо вооруженной силой»8. Несмотря на свою большую численность и достаточную техническую оснащенность, Турция значительно уступала многим европейским странам в обеспеченности ВС современным вооружением.

Опыт войны в Персидском заливе и борьбы с курдскими повстанцами позволил военному руководству определить слабые стороны своей армии. В частности, указывалось на отсутствие или недостаточное количество разведывательно-ударных вертолетов, радиолокационных станций обнаружения воздушных объектов на низких высотах, комплексных средств обеспечения противовоздушной обороны (ПВО), транспортных самолетов, систем космической разведки, систем управления, а также высоких и информационных технологий9.

В 1992 году почти на треть была сокращена численность сухопутных войск и осуществлен переход с дивизионной на бригадную структуру. Кроме того, были предприняты шаги по расширению возможностей и дальности применения турецких воздушных сил и ведения военных операций за пределами страны10. В основу преобразований лег американский опыт. После этого в течение 1990-х годов численность сухопутных войск, а также форма и структура ВС Турции в целом почти не менялись, лишь приобреталось новое вооружение и была модернизирована имевшаяся боевая техника. В военно-воздушных (ВВС) и военно-морских силах (ВМС) численность личного состава серьезно не менялась, лишь проходила модернизация оборудования11.

В связи с этим среди руководителей турецкого военного ведомства особую остроту приобрел вопрос об осуществлении программы по модернизации вооружений, рассчитанной на период 1991—2000 годов; ее стоимость составляла 20 млрд долл.12

В 1992—1996 годах Турция была лидером среди стран НАТО по объему импорта вооружений; на Ближнем Востоке по этому показателю она уступала только Саудовской Аравии13.

В 1994 году по доле военного бюджета в ВВП Турция среди стран НАТО уступала только США, Великобритании и Греции, а по объему импорта вооружений занимала 6 место в мире14.

Подобный рост военного бюджета был обусловлен рядом факторов. Один из них был связан с условиями дальнейшей оплаты закупок оружия, в частности предоставлением Турции

6 См.: Минасян С. Вооруженные силы Турецкой Республики. Турция: проблемы безопасности и обороны // Институт политических исследований. Аналитические записки. Вып. 1. Ереван, 2007. С. 57—58 (на арм. яз.).

7 См.: Hen-TovE. The Political Economy of Turkish Military Modernization // Middle East Review of International Affairs, December 2004, Vol. 8, No. 4. P. 50.

8 TatliE. Turkey Turns Cold to European Defense: Implications for Western Security // The Washington Institute for Near East Policy, Policy Watch, 2 June 2008, No. 1376. P. 1.

9 См.: Минасян С. Указ. соч.

10 См.: Lesser I.O. Op. cit. P. 30—31.

11 См.: Yilmaz S. Dünya Ordularindaki Degi^im ve Türk Ordusunun Profesyonelle^mesi. S. 6 [http://orkam.aydin.edu. tr/ORDUNUNPROFESYONELLESMESI(3a4b).pdf].

12 См.: Uslu N. Op. cit. P. 125.

13 См.: Günlük-^enesen G. Türk Silahli Kuvvetleri'nin Modernizasyon Programinin Bir Degerlendirmesi. В кн.: Sönmezoglu F. Türk Di§ Politikasinin Analizi. Istanbul: DER yayinlari, 2001. S. 586.

14 См.: Kirisci K. Post Cold-War Turkish Security and the Middle East // Middle East Review of International Affairs, July 1997, Vol. 1, No. 2 [http://meria.idc.ac.il/journal/1997/issue2/jv1n2a6.html].

долгосрочных кредитов на приобретение вооружений и значительных скидок со стороны некоторых стран, стремившихся увеличить объемы продаж и поощрить свою военную промышленность.

Поставки новых партий оружия в Турцию (в особенности из Германии) велись также в соответствии с Договором об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ)15.

До подписания ДОВСЕ начальник Генерального штаба ВС Турции Н. Торумтай заявил, что, даже если договор (предполагавший сокращение численности танков, артиллерии и авиации) и будет заключен, страна в любом случае предпримет все меры для защиты своей безопасности и национальной целостности. Он также отметил, что сокращение устаревших вооружений вовсе не означает, что Турция откажется от программ модернизации16.

ДОВСЕ, подписанный в 1990 году, оказался для ВС Турции весьма полезен. Ограничения не коснулись юго-восточных районов Турции, что позволяло разместить там большое количество вооружений17, и европейские страны — участницы договора безвозмездно передали Турции свое ставшее избыточным оружие для размещения на этих территориях.

В апреле 1996 года турецкие военные объявили о разработке 30-летнего плана крупномасштабной модернизации ВС страны; его общая стоимость должна была составить 150 млрд долл.18 План предполагал полную модернизацию ВВС и ВМС за счет приобретения сотен самолетов, вертолетов, а также десятков новых военных судов. Однако правительство премьер-министра Н. Эрбакана не спешило утверждать этот план. Только через несколько месяцев министр иностранных дел Т. Чиллер подписал распоряжение о запуске его первого этапа, приоритетное место отводилось производству военных и транспортных вертолетов19.

Вышеупомянутая сумма в 150 млрд долл. распределялась между сухопутными войсками (60 млрд), ВМС (25 млрд) и ВВС (65 млрд). Большая часть этих средств должна была быть направлена на обеспечение потребностей армии внутри страны; при этом особое значение придавалось развитию военно-промышленного комплекса20.

Размер выделенной суммы был вполне реалистичен: ежегодно из военного бюджета выделяется 3—5 млрд долл., что за 30 лет и составит от 105 до 150 млрд долл. Помимо бюджетных возможно также привлечение внебюджетных средств, которые направляются в основном на военно-промышленные проекты.

В стратегии модернизации важная роль была отведена военно-промышленному комплексу страны. В ходе консультаций, проведенных в 1996 году президентом Турции С. Демирелем, были подробно изучены дальнейшие планы его развития. Министерство обороны разработало специальный документ на этот счет21.

15 См.: Günlük-§enesen G. Op. cit. S. 586.

16 См.: Turkey to Pursue Military Modernization Despite Reduced Threat // Defense Daily, 31 July 1990.

17 См.: Türk Di§ Politikasi, Kurtulu§ Sava^indan Bugüne Olgular, Belgeler, Yorumlar / Ed. by Baskin Oran, Cilt 2 (1980—2001). Istanbul: Ileti§im yayinlari, 2002. S. 207; Treaty on Conventional Armed Forces in Europe [http://www.osce. org/library/14087].

18 Согласно данным турецкой газеты «Zaman», работавший в течение долгих лет инженером в Департаменте оборонной промышленности Турции Ахмет Неджип Бойнуегри во второй половине 1990-х годов обратился в турецкий суд с иском на рассмотрение дела о вооружении армии, обвиняя начальника генштаба Х. Кыврыкоглу, второго начальника Генштаба Чевика Бира и других в произвольном вмешательстве в вопросы вооружения. В представленных в суде материалах отмечалось, что генерал Ч. Бир, во избежание провала плана стоимостью 150 млрд долл., демонстрируя произвольность, вмешивался в реализацию ряда военных проектов (см.: DönmezA. 28 §ubat'in askeri ihaleleri Anayasa Mahkemesi'nd // Zaman, 11.10.2011).

19 См.: Durch W.J. Constructing Regional Security: The Role of Arms Transfers, Arms Control, and Reassurance. The Century Foundation Inc., PALGRAVE, 2000. P. 111.

20 См.: Makina Imalat Sanayii Özel Ihtisas Komisyonu Raporu. Sekizinci Be§ Yillik Kalkinma Plani. Ankara, 2000 [http://ekutup.dpt.gov.tr/imalatsa/makina/I oik552.pdf]; Ipekesen E. Yeni savunma sanayi profili [http://www.tempodergisi. com.tr/kose/erdal_ipekesen/05665/].

21 См.: КосиковА. Военно-политический потенциал Турции // Востоковедный сборник, Вып. 2. М., 2001. C. 212—217.

Если в 1996 году осуществлялось около 45 военных проектов, то в 2006 году их число достигло 110 (на общую сумму 15 млрд долл.)22. В 2011 году реализовывалось уже 280 военно-промышленных проектов (27 млрд долл.)23.

В 1998 году министр обороны Турции И. Сезгин подчеркнул: «Мы придаем важное значение модернизации военных сил. Становление самодостаточными и приобретение высокотехнологичных оборонных средств — наша национальная цель»24.

Еще в 1998 году командующий сухопутными войсками Х. Кыврыкоглу в контексте оборонной стратегии Турции отмечал, что турецкая армия несет ответственность за целый ряд рисков, и поэтому ее способность быстро перемещаться в дальние районы имеет жизненно важное значение для страны. Он предложил комплексную программу по модернизации армии, которая, по сути, должна была усилить шансы по осуществлению военных операций за пределами страны25.

Кыврыкоглу считал, что благодаря реализации этой программы турецкая армия сможет получить такое вооружение, которое утвердит ее преимущество перед противником в самом глубоком его тылу за счет применения сверхточной военной техники (в том числе ракет дальнего действия) и обеспечения маскировки стрельбы26.

В конце 1990-х годов в оборонной доктрине Турции появилась принципиально новая стратегия — стратегия «передовой обороны». ВС страны должны были быть готовы предотвращать военные атаки и угрозы до проникновения противника на территорию страны27. Наряду с универсальными принципами обороны и безопасности в турецкую стратегию был включен и принцип «превентивного удара», который в общем предусматривал «передовую фронтовую оборону» и «комплексные меры для обеспечения внутренней безопасности в кризисных ситуациях»28. Примером применения этой стратегии можно считать трансграничные военные действия ВС Турции против курдских боевиков и их баз на территории Северного Ирака.

Для более полного соответствия современным требованиям безопасной среды ВС Турции предприняли шаги по четырем основным направлениям: обучение и воспитание личного состава и модернизация, реструктуризация, перестройка сферы безопасности, военное образование.

В 1990-х годах в Турции проводилась работа по комплектованию частей профессиональными кадрами. По состоянию на 1999 год профессиональными военнослужащими были укомплектованы все зенитные, ракетные и артиллерийские расчеты. В бронетанковых войсках доля профессиональных военных составляла 40—50%, а в воинской части специального назначения — 45—60%. В целом в конце 1990-х годов рядовые и сержанты, работающие на профессиональной основе, составляли приблизительно 20—25% численности армии.

Кроме того, на последующие 5—6 лет было запланировано создание трех отдельных бронетанковых корпусов, полностью укомплектованных кадровыми военнослужащими. После их создания доля военнослужащих, работающих на профессиональной основе, должна была составлять около 10% всего личного состава29.

22 См.: Savunma Sanayii MUste^arligi Stratejik Plan 2007—2011 [http://www.ssm.gov.tr].

23 См.: Sabah, 26.03.2012.

24 Цит. по: Uslu N. Op. cit. P. 125—126.

25 См.: Айвазян А. Оборонная доктрина Армении. В кн.: Вопросы стратегии и безопасности / Под ред. А. Айвазяна, «Айренатирутюн» серия, изд. 2. Ереван: Стратегический центр «Арарат», 2007. С. 156 (на арм. яз.). Х. Кыврыкоглу в 1997—1998 годах был командиром сухопутных войск, а в 1998—2002 годах — начальником Генштаба ВС.

26 См.: Там же.

27 См.: HickokM.R. Hegemon Rising: The Gap between Turkish Strategy and Military Modernization // US Army War College, Parameters, Summer 2000 [http://www.carlisle.army.mil/USAWC/parameters/Articles/00summer/hickok.htm].

28 Kulebi A. TUrkiye'nin Askeri Stratejisi, GUcU ve Gelecegi, Turkiye Stratejik Ara^tirmalar Merkezi (TUSAM), 2.08.2004.

29 См.:МелконянМ. Основные вопросы обеспечения военной безопасности Армении // Ай зинвор, 20—27 февраля 1999, № 7.

Согласно турецким источникам, по состоянию на 2012 год в ВС Турции насчитывалось около 200 тыс. профессиональных военнослужащих; из них около 40 тыс. — офицеры, 96 тыс. — младшие офицеры и 65 тыс. — рядовые и сержанты-контрактники30. Работа по комплектованию отдельных частей профессиональными кадрами идет до сих пор.

Роль

военно-промышленного комплекса Турции в деле модернизации Вооруженных сил

В ноябре 2002 года ПСР одержала победу на парламентских выборах. Сформированное правительство главное внимание обратило на реформы системы безопасности и модернизацию оборонного сектора, при этом особое значение придавалось отечественному военно-промышленному комплексу.

В ноябре 2005 года в турецкую прессу просочилась информация о том, что Исполнительный комитет оборонной промышленности Турции принял решение усилить инфраструктуру тыла и в течение следующих 10 лет намерен вложить в эту сферу 50 млрд долл. Согласно данным турецких СМИ, в 2005 году в военные программы страны были включены проекты, предусматривавшие приобретение военных самолетов нового поколения, тактических ударных вертолетов АТАК (50 единиц)31, вертолетов общего назначения (50 единиц), беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), нового вида полицейского патруля, подводных, оборонных, боевых и разведывательных полицейских катеров (предназначенных для обеспечения безопасности прибрежных районов), поисково-спасательных судов, внедрение систем управления надводных кораблей и подводных лодок, а также модернизацию танков Leopard-1, военных кораблей Sar-35 и самолетов AWAСS 32. Следует отметить, что часть этой программы уже реализована.

Путем разработки крупных проектов Турция пытается создать развитую и интегрированную систему ВВС и ПВО, оснащенную новейшей военной техникой и вооружением. Важное место в этой системе отведено новым технологическим средствам: БПЛА, разведывательным спутникам, системе мониторинга и воздушного предупреждения и т.д. И хотя Турция еще не в полной мере овладела новейшими технологиями, в стране предпринимаются шаги по разработке и производству новейшей военной техники. В связи с тем что турецкая военная промышленность до сих пор не может осилить производство средств противоракетной обороны и ПВО дальнего радиуса действия, Анкара объявила международный тендер на их поставку.

В 2007 году вступил в действие одобренный Минобороны Турции «Стратегический план Департамента оборонной промышленности на 2007—2011 годы». Главными приоритетами были модернизация армии и развитие военной промышленности. При этом особая роль отводилась созданию местной производственной базы.

Политика в области модернизации турецких ВС и развития военной промышленности включает три элемента.

30 См.: Askerlikte Zorunlu ргс^уопеШк // Aksiyon, 26.11.2012.

31 Уже в 2013 году начнутся поставки военных вертолетов турецко-итальянского совместного производства Т-129 ATAK.

32 См.: Ak§am, 21.11.2005.

1. Местное производство, где приоритет отдается разработкам турецких компаний и расширению их производственной базы.

2. Консорциум, или совместное производство, которое, с учетом эффективности, предусматривает сотрудничество с другими странами или компаниями.

3. Совместное производство и просто покупка, предполагающие приобретение готовой продукции или совместное производство с участием турецких компаний и турецкого капитала33.

Согласно стратегическому плану военно-промышленного развития на 2007—2011 годы, до 2010 года около 50% боевой техники и вооружений ВС страны должны были произведены местной военной промышленностью34.

В 2008 году показатель обеспеченности потребностей ВС Турции в вооружениях за счет собственной военной промышленности достиг 44,2%; в 2009 году он составил 45,7%, а в 2010 году, превысив прогнозы, достиг 52,1%35. В 2011 году этот показатель составлял 54%36. Турецкая военно-промышленная компания ASELSAN поднялась на семь строчек и заняла 86 место в списке 100 крупнейших оборонно-промышленных компаний мира37; в 2009 году ее суммарная прибыль составила 643,1 млн долл.38

Большое значение придается экспорту военной продукции и продукции военного назначения. В 2007 году общий объем экспорта турецкой военно-промышленной продукции составлял почти 420 млн долл., в 2008 году превысил 570 млн долл.39 В 2009 году объем экспорта составил 670 млн долл., в 2010 году — 634 млн долл.40, а в 2011 году он равнялся 817 млн долл.41 В конце 2012 года экспорт продукции турецкой военной промышленности и гражданского сектора авиапромышленности составил более 1,262 млрд долл.42, что почти на 40% превысило показатель 2011 года.

Для сравнения отметим, что в 2006 году объем экспорта продукции военного назначения Израиля составлял 4,5 млрд долл.; по этому показателю страна находилась на 5 месте в мире после США, России, Великобритании и Франции. 75% израильской военной продукции экспортируется; остальные 25% приходятся на долю ВС страны43. По предварительным оценкам израильского оборонного ведомства, в 2012 году общая стоимость экспортируемых страной вооружений и оборудования военного назначения составила 7 млрд долл., что на 20% больше, чем в 2011 году44.

33 См.: Savunma Sanayii Müste^arligi Stratejik Plan 2007-2011. S. 35 [http://www.sp.gov.tr/documents/planlar/ SSMSP0711.pdf].

34 См.: Ibid. S. 16.

35 См.: Savunma Sanayii Müste^arligi 2010 Faaliyet Raporu. S. 71 [http://www.ssm.gov.tr/anasayfa/kurumsal/ Faaliyet%20Raporlar/2010/files/ssm_2011.pdf]; Türk Savunma Sanayii 2010 Yili Performansi, Savunma Sanayii Gündemi, Sayi 15, 2/2011. S. 65 [http://www.ssm.gov.tr/anasayfa/kurumsal/SSM%20Dergisi/SSM_15.pdf].

36 См.: Savunma Sanayii Müste^arligi 2011 Faaliyet Raporu. S. 95 [http://www.ssm.gov.tr/anasayfa/kurumsal/ Faaliyet%20Raporlar/2011%20Yili%20Faaliyet%20Raporu.pdf].

37 См.: Aselsan Climbs Six Places in Largest Defense Companies Ranking, 14 August 2011 [http://www.todayszaman. com/news-253734-aselsan-climbs-six-places-in-largest-defense-companies-ranking.html].

38 См.: Aselsan поднялась в рейтинге «100 крупнейших оборонно-промышленных компаний мира», 10 июля 2010 [http://www.trt.net.tr/trtworld/ru/newsDetail.aspx?HaberKodu=48b60098-5ccc-483b-8883-5e57aa76a847].

39 См. официальный сайт Департамента оборонной промышленности Турции [http://www.ssm.gov.tr/TR/ dokumantasyon/basinbulteni/Pages/20081121.aspx]; Savunma Sanayii Müsta^arligi Startejik Plan 2007-2011. S. 16.

40 См.: Savunma Sanayii Müste^arligi 2010 Faaliyet Raporu. S. 72.

41 См.: Savunma Sanayii Müste^arligi 2011 Faaliyet Raporu. S. 96.

42 См.: Savunma sanayinde ihracat atagi // Hürriyet, 20.01.2013.

43 См.: Israel's Defense Exports Reached $4.4B in 2006 [http://www.defenseindustrydaily.com], 11 January 2007.

44 См.: Israel Arms Exports Increase in 2012 [http://www.janes.com/products/janes/defence-security-report. aspx?id=1065975188], 16 January 2013.

По состоянию на 2006 год Турция занимала 11 место в мире по импорту оружия, а по его экспорту — 21-е45. По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира ^ГРМ), в 2001—2005 годах Турция по показателю импорта оружия занимала 8 место, а по его экспорту — 28-е46.

Растут расходы на НИОКР в военной промышленности. В 2010 году их общая сумма, по официальным данным, составила 666 млн долл., а в 2011 году — 672 млн долл.47 Однако пока военная промышленность Турции отстает по производству современных видов оружия.

В 2012 году был одобрен стратегический план развития военно-промышленного комплекса Турции на 2012—2016 годы, в котором были уточнены стратегические цели и сроки завершения ключевых проектов. Так, производство прототипа турецкого танка «Акау» второго поколения планируется завершить к концу 2015 года, ударный вертолет «АТАК» и беспилотный летательный аппарат «ЛИКА» будут представлены в 2013 и 2014 годах, а первые образцы военного корабля по проекту MILGEM-S — в 2016 году. План предусматривает доведение общего экспорта продукции военной промышленности до 2 млрд долл. в 2016 году. При этом общий доход должен будет составить 8 млрд долл.48

Уже достигнутые успехи в развитии военной промышленности дают Турции возможность развивать программы сотрудничества в военной сфере с рядом стран, в первую очередь с Азербайджаном, Грузией, Албанией, Боснией и тюркоязычными государствами Центральной Азии, которые находятся в центре стратегических интересов Турции. За счет поставки вооружений и оказания определенной поддержки этим странам Турция сможет поднять свою репутацию и усилить военно-политическое влияние на них, как это происходит сегодня с Азербайджаном и Грузией.

Развитие военной промышленности соответствует геополитическим амбициям Турции, стремящейся достичь военного превосходства не только в регионе, но и над рядом внереги-ональных стран. Наиболее интенсивно разворачивается сотрудничество Турции с Азербайджаном, для которого оно является приоритетным с точки зрения развития своего собственного ВПК.

В отличие от Азербайджана, Турция не предпринимает серьезных шагов, нацеленных на восстановление ВПК Грузии: сотрудничество с этой страной она развивает в области военного образования и прямых поставок вооружений (в основном турецкого производства).

Анализу общей динамики турецкого вклада в становление и развитие грузинских ВС, как правило, почти не уделялось внимания. Несомненно, в сравнении с другими государствами, помощь Турции может показаться и не столь значимой. Так, совершенно очевидно, что турецкая помощь грузинским ВС уступала по масштабам американской и, в отдельных сферах, украинской. Однако данные, опубликованные на сайте Министерства обороны России, достаточно красноречиво свидетельствуют о существенном вкладе турецкой стороны в дело вооружения грузинских ВС49.

45 См.: Star, 2 February 2009.

46 См.: SIPRI Yearbook 2006. Stockholm International Peace Research Institute, Oxford University Press, 2006.

47 См.: Savunmada «Made in Turkey» damgasi // Sabah, 7.05.2012.

48 См.: Sabah, 26.03.2012.

49 Согласно данным, размещенным в мае 2008 года на сайте Министерства обороны Российской Федерации, Турция в период с 1997 по 2007 год являлась крупным поставщиком вооружений в Грузию (см.: Военная помощь Грузии со стороны иностранных государств [http://www.mil.ru/files/table_15_05.doc]).

Заключение

В конце XX — начале XXI веков Турция, приняв во внимание новые геополитические реалии и вызовы, переформулировала свою оборонную политику. Стратегия всеобъемлющей модернизации ее ВС не имела прецедента в истории страны. Благодаря созданию национального военно-промышленного комплекса турецкая армия оснащалась мощным и современным вооружением. Стремясь реализовать свои геополитические амбиции, Турция намерена превратиться в самую влиятельную военную силу в регионе. В модернизации турецкой армии важная роль отводится национальному ВПК, развитие которого снизит зависимость от внешних поставок и позволит удовлетворить существующие потребности за счет собственных ресурсов.

Успехи в развитии ВПК Турции были достигнуты во многом благодаря инвестициям и точно рассчитанной стратегии; они предоставляют стране возможность не только обеспечить часть потребностей своей армии, но и выйти на международный рынок вооружений. Как уже отмечалось, эти достижения были обусловлены внешнеполитическими амбициями Турции.

Таким образом, принятая в конце 1990-х годов стратегия крупномасштабной модернизации и ее результаты сыграли огромную роль в деле перевооружения Турции.

Турецкая армия продолжала оставаться слабой даже во времена холодной войны, когда она получала огромную финансовую, материально-техническую и военную помощь со стороны НАТО и США. Она значительно уступала многим членам НАТО в плане обновления вооружений, а те, что имелись в ее распоряжении, на тот момент достаточно устарели.

Благодаря успешным шагам по пути модернизации турецкие ВС приобретают совершенно новое качество, все больше закрепляя свое превосходство над соседними странами.

Модернизация турецкой армии приносит благоприятные плоды и в сфере ВВС. При этом особое значение военно-политическое руководство Турции придает усовершенствованию авиационных комплексов.

Следует отметить, что наиболее смелые планы, касающиеся преобразования ВС Турции, появились в период правления ПСР. Фундаментальную роль в деле модернизации ВС сыграло подписание проектов и договоров, предложенных ПСР при непосредственном участии премьер-министра Р. Эрдогана (о выпуске танков отечественного производства, о производстве баллистических ракет средней дальности, о приобретении истребителей 5-го поколения, космических разведывательных систем и т.д.).

Достигнутый уровень развития ВПК позволяет говорить о Турции как о поставщике вооружений и военной техники, что, в свою очередь, является козырем на пути реализации ее военно-политических амбиций. Предоставление военной помощи тем или иным странам определяется в первую очередь геополитическими устремлениями (в качестве примера можно привести ее взаимоотношения с Азербайджаном, Грузией, арабскими и тюркоязычными странами).

Полномасштабная милитаризация Турции делает ее армию самой мощной в регионе. Вместе с тем Турция все еще существенно уступает ряду своих союзников по НАТО как в вооружениях, так и в вопросах управления. Кроме того, за последние 30—40 лет она не принимала участия в широкомасштабных военных действиях. Важность Турции для НАТО пока еще заключается не в мощи ее ВС и военно-промышленного комплекса, а главным образом в ее территории, географическом положении и численности населения.