Банковский риск-менеджмент: основы и уроки для реального сектора

Банковский риск-менеджмент: основы и уроки для реального сектора

Banking risk management: basics and the lessons for the real sector

Дудкина Екатерина Владимировна Dudkina Ekaterina Vladimirovna

Аспирант,

ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской

Федерации» ekadudkina@yandex.ru

Аннотация

В статье проанализированы особенности управления рисками в банках. Рассмотрены подходы Базельского комитета по банковскому надзору к количественному измерению банковских рисков, в частности, операционных рисков. Раскрыт основной категориальный аппарат, процесс управления операционными рисками в банках. Выявлены преимущества подходов, используемых в банковском риск-менеджменте, в теоретическом и практическом отношениях. Основываясь на анализе операционного риск-менеджмента, сформулированы рекомендации для небанковских организаций в целях эффективного управления операционными рисками и обеспечения устойчивого и экономически безопасного развития. Abstract

The article the essential of risk management in the banks are analyzed. Approaches to measure banking risks, in particular operational risks, according to Basel Committee on Banking Supervision are considered. Main categories, process of Operational Risk Management in banks are covered. Advantages of approaches used in banking risk management are found out from theoretical and practical points of view. Based on the Operational Risk Management analysis recommendations for non-banking organizations are formalized for the purpose of efficient operational risk management and to provide the sustainable and economically safe development.

Ключевые слова: риск-менеджмент, реальный сектор, банковский риск-менеджмент, Базель, ВПОДК, операционный риск, операционный риск-менеджмент.

Keywords: risk management, real sector, banking risk management, Basel, ICAAP, operational risk, operational risk management.

Последние события в экономической и политической ситуации как никогда ставят во главу угла все более насущную проблему структурного кризиса, факторы которого на протяжении уже долгого времени присущи российской экономике, и подчеркивают необходимость его срочного разрешения. Особое внимание необходимо уделить построению эффективного управления рисками в хозяйствующих субъектах финансового и нефинансового секторов как одному из факторов преодоления структурного кризиса или, как минимум, минимизации его последствий [1].

Став активным членом наднационального финансового института -Базельского комитета по банковскому надзору, разрабатывающего нормативы и рекомендации по достаточности капитала и управлению рисками, Центральный Банк стремится осуществлять активный и комплексный макропруденциальный надзор на финансовом рынке и создает предпосылки для внедрения лучших практик управления рисками в банках с целью формирования надлежащей рыночной дисциплины, разработки индикаторов устойчивости регулируемых субъектов [3]. В течение последних десяти лет существенно изменилась нормативная база в части внедрения внутренних процедур оценки достаточности капитала (ВПОДК): адаптированы рекомендации Базельского комитета; издано указание 3624-У, где освещается методология и «каркас» для выработки дисциплины (посредством введения существенных санкций за нарушение) и систематизации управления рисками и капиталом в банках и в рамках которого мегарегулятор призывает субъекты отражать в отчетности для

заинтересованных лиц данные о принимаемых рисках, способах оценки операционного риска [8,11].

Таким образом, банковский риск-менеджмент представляет особый интерес для исследования и практическую ценность для организаций нефинансового сектора.

В связи с этим проанализируем концепцию банковского риск-менеджмента согласно нормативным актам Базельского комитета и сформулируем рекомендации по управлению рисками в промышленных предприятиях, используя метод аналогий.

Имея в основе концепции три компонента: I - минимальные требования к капиталу, II - надзорный процесс, III- рыночная дисциплина, управление рисками в банках должно представлять собой непрерывное использование инструментов, способствующих реализации подпроцессов идентификации, оценки, контроля и мониторинга, непосредственного управления, а также постоянного улучшения существующей системы управления рисками. Инфраструктурным обеспечением постоянного улучшения риск-менеджмента являются оперативные каналы обмена информацией, единые базы данных, надлежащая система принципов корпоративного управления с учетом конфликта интересов, система верхнеуровневых подразделений, которые осуществляют каждый в своей части обозначенные подпроцессы. При управлении организация должна утвердить классификацию рисков, где наряду с типичными банковскими рисками - кредитный, рыночный, операционный - имеют место риск ликвидности, репутационный и стратегически риски.

Интегрированный риск-менеджмент предполагает наличие вертикальной (в разрезе трех «уровней защиты»), горизонтальной (в разрезе видов рисков) и диагональной (по соответствующему управленческому органу: комитет по продуктам, аудиторский и бюджетный комитеты и т.д.) видов интеграции [2].

Как было обозначено, ключевым в инфраструктуре эффективного управления рисками в банке является надлежащая организационная структура управления рисками в виде упрощенной модели трех «линий защиты»: 1-ая «линия защиты» - как правило, фронт-офис - фактически осуществляет весь процесс управления рисками; 2-ая линия включает подразделения по управлению рисками и комплаенса, оказывающие методологическую и консультационную поддержку основным подразделениям по вопросам управления рисками, 3-ья линия защиты проводит оценку эффективности управления рисками, основываясь на лучших практиках и согласованной методике. Достоинствами данной модели являются соблюдение принципа разделения обязанностей и интересов основных вовлеченных сторон при управлении рисками [6].

В отличие от стандартов риск-менеджмента для нефинансовых организаций оценка банковских рисков изначально предусматривает усложненный аппарат квантификации риска и методики расчета размера капитала: капитал, необходимый для покрытия определенного вида риска, рассчитывается исходя из взвешенных по риску активов банка, а отношение совокупного капитала к активам не должно быть ниже 8%; широко используется аппарат теория вероятности [4]. Измерение кредитного риска в большей степени предполагает использование индивидуальных скоринговых моделей.

С 2004 г. Базельским комитетом операционный риск был отдельно выделен как риск убытка в результате неадекватных или ошибочных внутренних процессов, действий сотрудников и систем или внешних событий и отнесен к значимым: по оценкам Ассоциации ORX в 2013 г. зарубежные банки в результате реализации операционного риска (мошенничество и иные виды преступной деятельности, ошибки при совершении операций, конфликты с клиентами и третьими лицами по вопросам осуществления банковской практики и т.д.) потеряли 11 399,5 млн. евро [7]. В условиях кризиса при усложнении организационных структур,

увеличении и усилении взаимосвязей их структурных элементов потери в результате реализации операционного риска могут достигать для организации 10 % от всей суммы убытков по иным видам риска и способствовать образованию «очагов» непредсказуемых убытков и возникновения более мощных структурных кризисов [3].

Таким образом, в целях данной статьи представляется целесообразным раскрыть определенные элементы управления и подходы к оценке операционного риска как наиболее релевантного для нефинансовых и существенного для финансовых организаций, основываясь на накопленной статистике.

Согласно Базелю для оценки банки должны рассчитывать ожидаемые -размер операционных потерь, которые могут произойти в ходе нормального функционирования бизнеса - и неожидаемые потери от операционного риска - разность между максимальными потерями при заданной степени достоверности и ожидаемыми потерями, основываясь на накопленной статистике (рис. 1) [10].

Стандартные расходы

на риск Неожидаемые потери

Объем потерь

Стандартные Экономический Страхование расходы капитал

на риск

Рис. 3. Распределение потерь от операционного риска

В случае наличия линейной зависимости между непредвиденными потерями и валовым доходом могут использоваться подходы BIA и TSA, Базовый индикативный подход (Basic Indicator Approach, BIA) предусматривает использование единого показателя, как правило, валовой доход в расчете суммарного размера операционного риска организации. Капитал, необходимый на покрытие риска, рассчитывается путем умножения валового дохода на 15% -фиксированный процент. Стандартизированный подход (The Standardized Approach, TSA) предполагает дифференциацию активов в зависимости от степени риска и умножением каждой суммы активов на коэффициент, обозначенный для каждой степени риска. Усовершенствованный подход (Advanced Measurement Approach, AMA) содержит широкий спектр техник и подразумевает использование данных внутренних и внешних баз для расчета функции распределения потерь Банка [11]. При этом, использование последнего подхода возможно только при соответствующей валидации мегарегулятором [1010].

Применение выше охарактеризованных подходов способствует формированию риск-ориентированного планирования капитала в долгосрочной и среднесрочной перспективе [17]. В свою очередь, это будет способствовать формированию эффективной модели управления рисками в турбулентных условиях - уход от формального к реальному и детальному управлению рисками; стимулирование банков консолидировать усилия сообщества (например, системно значимых кредитных организаций) для создания единой информационной базы о внешних потерях, единой программы/фонда минимизации существенных и присущих рисков; активный профессиональный обмен лучшими практиками, здоровая конкуренция и этичность профессии, а значит, повышению эффективности операционного риск-менеджмента в бизнес-единице и повышению финансовой стабильности страны [13].

Менеджмент операционного риска обеспечивается посредством оптимальной комбинацией следующих инструментов:

• сбор данных о случаях потерь (Loss Collection, LC) представляет собой мероприятия по фактической идентификации, индивидуальной оценки произошедшего события риска, сбору и хранению (в специальных базах) сопроводительных документов;

• расчет ключевых индикаторов риска (Key Risk Indicators, KRI). Ключевые индикаторы рисков - это конкретные количественные показатели, которые позволяют осуществлять периодический мониторинг операционных рисков посредством сравнения текущего значения индикатора риска с заранее установленным допустимым значениям индикатора. По результатам мониторинга, как правило, принимаются решения по разработке мер реагирования на риски и/ или по пересмотру процесса управления рисками [1515];

• самооценка рисков и контрольных процедур (Risk Control and Self-Assessment, RCSA), которая является в определенной степени агрегирующим инструментов и осуществляется посредством анкетирования сотрудников по вопросам присущих и остаточных определенному подразделению рисков, наличия контролей в бизнес-процессах. Данный инструмент реализует подпроцессы идентификации и оценки операционных рисков, оценки достаточности и эффективности существующих контролей. Главным финальным продуктов RCSA является риск-профиль подразделений и разработанные меры реагирования на высокие риски с ненадлежащей контрольной средой. При этом информационно-аналитическим обеспечением самооценки рисков и контрольных процедур является надлежащая реализация предыдущих инструментов, позволяющая осуществлять непрерывное совершенствование управления рисками (рис. 2);

Рис. 2. Информационно-аналитическое обеспечение RCSA

• Сценарный анализ (Scenario Analysis, SA), который использует промежуточные результаты предыдущих инструментов и заключается в прогнозе вероятности реализации события операционного риска и оценке его финансового воздействия на основе имеющейся статистики и экспертных оценок. Проведение сценарного анализа позволяет осуществить оценку ожидаемых и неожидаемых потерь, разработать глобальные и катастрофические сценарии развития, что особенно актуально для предприятий промышленности [12].

По результатам анализа для эффективного управления рисками в организациях реального сектора представляется возможным заимствовать следующие положения банковского риск-менеджмента:

• концепцию организационный структуры риск-менеджмента в виде упрощенных трех «линий зашиты» - системы разделения полномочий и обязанностей в зависимости от роли организационной единицы в управлении рисками [5];

• элементы идентификации и мониторинга банковского риск-менеджмента, которые позволяют достичь оптимальный баланс между комплексностью управления рисками и практической ценностью для менеджмента предприятия. Среди таких можно выделить сбор данных о внешних и внутренних событиях операционного риска; мониторинг рисков посредством ключевых индикаторов риска (KRI) и в результате осуществление самооценки рисков и контрольных процедур (RCSA);

• в аналитических целях ведение баз событий риска, хранящих информацию о виде риска по классификации принятой в компании, об основных элементах описания события риска (хронология, даты выявления, возникновения, окончания), сумм финансового воздействия. Ведение таких баз данных позволит строить прогнозы на основе выявленных функций распределения и внедрять управления рисками в процесс бюджетирования путем калькуляции капитала под риск. Данные могут служить входной информацией для осуществления сценарного анализа, стресс-тестирования и обеспечения непрерывности деятельности и антикризисного управления (Business Continuity Management, BCM). В отличие от «экономичных» внутренних баз использование данных внешних систем (ORX, FIRST, IBM) является одним из индикаторов зрелого риск-менеджмента и высокой культуры управления рисками, в т.ч. у топ-менеджмента;

• в силу обозначенного информационно-аналитического обеспечения следовать требованиям Базельского комитета по банковскому надзору к качеству данных, принципам их агрегации и надлежащей системе отчетности, осуществлению постоянного контроля за качеством данных [1414];

• аналогично процедурам оценки банковских рисков использовать подходы к измерению рисков предприятия. К приемлемым методам расчета капитала под управление большого массива рисков для нефинансовой компании можно отнести методы BIA, STA, AMA в

зависимости от отраслевой принадлежности предприятий, рисковой политики, стратегии, предпочтений, целей менеджмента и иных индивидуальных особенностей хозяйствующего субъекта. Риск-ориентированное планирование капитала в долгосрочной и среднесрочной перспективе и возможность подсчета затрат на митигирование рисков будет способствовать построению эффективного управления рисками [1515];

• в силу чувствительности и достаточной зрелости методов измерения кредитного риска в банковской практике рекомендации по измерению кредитного риска в промышленных предприятиях могут быть использованы в части методики ранжирования рисков, создания скоринговых моделей при измерении рисков контрагентов и проведении due-diligence [16].

В банках существует более лучшая практика управления рисками (несмотря на в определенной степени узкий подход, применимый при выстраивании самой концепции, а именно ориентированность преимущественно на расчет капитала и ограничение рядом видов риска). Такой узкий подход представляет процесс более удобным для реализации на практике. Но необходимо уточнить, что проработанность концепций риск -менеджмента вообще отвечает разработанной научной методологии (сформулирован ряд аксиом, постулатов, понятийно-категориальный аппарат) отличается логической целостностью и комплексностью, что безусловно следует принять во внимание при улучшении самой теоретической концепции банковского риск-менеджмента. Именно поиск баланса между необходимым и достаточным упрощением концепции и необходимой и достаточностью комплексности является особенно актуальным для соответствующего академического круга и профессионального сообщества риск-менеджеров и является перспективной областью исследования.

Таким образом, в рамках данной статьи с использование процессного подхода выработана рекомендация по разработке практического методического пособия, учитывающего такую особенность банковского риск-менеджмента, и являющимся переходным звеном от абстрактного (полноценной теоретической концепции риск-менеджмента) к конкретному (как это приближено в банковском риск-менеджменте), учитывающему простоту концепции и определенное удобство в его практическом применения для реализации поставленных целей. Здесь особенно важен модельный риск.

В теоретическом и практическом аспекте в силу своей сущности следует синтезировать положения касс. Общего риск-менеджмента и операционного риск-менеджмент в банках.

Таким образом, модернизация банковского сектора при условии профессионального поведения участников рынка, в т.ч. рациональной политики государства, именно сейчас играет важную роль в формировании благоприятных факторов внешней среды для создания и поддержания стабильной финансовой системы России.

Библиографический список

1. Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» от 02 декабря 1990 г. № 395-1 (ред. от 29.06.2015 г.). URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5842 (дата обращения 04.03.2016);

2. Письмо Банка России от 06.02.2012 N 14-Т «О рекомендациях Базельского комитета по банковскому надзору «Принципы совершенствования корпоративного управления». URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=126196 (дата обращения 03.12.2015);

3. Указание Банка России от 15.04.2015 N 3624-У (ред. от 03.12.2015) «О требованиях к системе управления рисками и капиталом кредитной

организации и банковской группы» (вместе с «Требованиями к организации процедур управления отдельными видами рисков») (Зарегистрировано в Минюсте России 26.05.2015 N 37388) URL: http://base.consultant.ru (дата обращения 10.01.2016);

4. Управление операционным риском. Комитет АРБ по стандартам Базель II и управлению рисками// Документы АРБ, 2013 г. [Электронный ресурс] URL: http://arb.ru/b2b/docs/upravlenie_operatsionnym_riskom_komitet_arb_po_standart am_bazel_ii_i_upravleniyu-9752448/

5. Дудкина Е.В. Эффективная организационная структура корпоративного управления рисками // В мире научных открытий. 2015. № 5.8 (65). С. 3048-3066;

6. Завадская В.В., Кучеренко О. В. Теоретико-методологические основы управления рисками финансово-кредитных учреждений в современных экономический условиях // Наука о человеке: гуманитарные исследования. 2015. № 4 (22). С. 182-189;

7. Ковалев П.П. Риск-менеджмент банка: некоторые вопросы стратегии и организации // Деньги и кредит. 2010. № 4. С. 60-62;

8. Ларионова И.В. Системные риски российской банковского сектора: оценка и методы регулирования // Вестник Финансового университета. 2013. № 1 (73). С. 27-34;

9. Мануйленко В.В. Определение операционного экономического капитала банка в интегрированной системе управления операционным риском // Финансовая аналитика: проблемы и решения. 2013. № 31. С. 2-10;

10. Миронова С.Ю. Модель оценки эффективности управления операционным риском // Банковское дело. 2014. № 9. С. 44-50;

11. Пеникас Г.И. Сравнение технической эффективности системно значимых российских банков на основе финансовой отчетности по российским и международным стандартам // Управление финансовыми рисками. 2014. № 4. С. 298-315;

12. Лобанов А.А., Чугунов А.В. Энциклопедия финансового риск-менеджмента/ Под ред. А. А. Лобанова и А. В. Чугунова. - 4-е изд., испр. и доп. - М.: Альпина Бизнес Букс, 2009. 931 с.;

13. Operational Risk Management / Basel Committee on Banking Supervision. URL http://www.bis.org/publ/bcbs42.pdf (дата обращения 03.05.2016);

14. Principles for effective risk data aggregation and risk reporting -consultative document / Basel Committee on Banking Supervision. URL: http://www.bis.org/publ/bcbs222.pdf (дата обращения 03.05.2016);

15. Review of the Principles for the Sound Management of Operational Risk. (2014). URL: http://www.bis.org/publ/bcbs292.pdf (дата обращения 01.10.2016);

16. Rasheed, S., Wang, C.F. Yaqub, F., Memon, S. Risk leveling in business environments - A novel approach for macro risk management. Journal of Industrial Engineering and Management (2015) 8, (3): 738-762;

17. Scannella, E., Blandi, G. Operational risk in bank governance and control: How to save capital requirement through a risk transfer strategy. Evidences from a simulated case study (2015), 5 (2CONT1), pp. 142-159.