Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

УДК 81 - 114

ЛИНГВОЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ТОПОНИМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА РЕГИОНА

Е.Г. Сидорова

В качестве исходного положения принимается определение эколингвистики как междисциплинарной науки, изучающей языковые явления как часть системы, а также через призму коммуникативных потребностей. Объектом проведенного исследования избраны основные признаки топонимических единиц, определяющие их эффективность в процессе функционирования. Выявляются факторы, нарушающие экологию топонимического пространства региона. Предлагаются критерии экологичности топонима. Ключевые слова и фразы: топонимическое пространство региона; ойконим; лингвоэкология; критерии экологичности топонима; степень уникальности названия; правописание топонима.

LINGUA-ECOLOGICAL PROBLEMS OF TOPONIMIC SPACE OF A REGION

E.G. Sidorova

In the article the definition of lingua-ecology as interdisciplinary science studying the language phenomena as a part of the system and through the prism of the communicative necessities is accepted. The special role of toponymy is determined as the facility of fixing and maintenaning the unique information in the history of culture. The basic signs of toponymic units, determining their efficiency in the process of functioning are selected as the object of the undertaken analysis. The aim of the article is to expose the contradictions between language as a system and communicative necessities of people. Factors defiating the ecology of toponymic space of a certain region are characterized. The criteria of ecologicity of a toponym are offered.

Key words and phrases: toponymic space of a region; oikonim; lingua-ecology; criteria of toponymic ecologicity; degree of name uniqueness; toponymic spelling.

Исследование проводится при финансовой поддержке РГНФ (проект № 14-14-34004а).

Изучение языковых и речевых явлений с позиций лингвоэкологии получило распространение в конце ХХ в., однако само толкование соответствующего понятия до сих пор окончательно не утвердилось. Мы принимаем точку зрения, согласно которой лингвоэкология рассматривается как самостоятельная междисциплинарная наука, изучающая языковые и речевые факты с позиции «их социальной оценки с учетом исторических условий и тенденций развития данного языка, факторов системы и нормы, критериев социокультурного, политико-экономического, этнического и эстетического порядка» [Сковородников 2013: 196-197].

На сегодняшний день является актуальным анализ тех или иных фактов языковой системы с точки зрения их способности удовлетворять потребности коммуникантов. Иными словами, в фокусе лингвоэкологических исследований одновременно должно находиться

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

изучение «существования языка в социально-антропологической среде и существования человека и общества в лингвистической среде» [Коровушкин 2011: 62].

Известно, что накопленный жизненный опыт, культурные и религиозные воззрения народа передаются из поколения в поколение не только в виде материальных артефактов, но и в исторических и литературных памятниках в виде языковых знаков. В этой связи особый интерес представляет ономастика. Изучение совокупности имен собственных важно не только с позиций системы языка, но и с позиций прагматики речи, лингвокультурологии. От того, насколько точна и понятна система имен собственных, зависит эффективность ее использования в человеческой деятельности, выполнение ею номинативной функции, способной дифференцировать объекты среды, а в конечном итоге и ее способность фиксировать и сохранять уникальную информацию в истории культуры.

Остановимся подробнее на некоторых лингвоэкологических проблемах топонимической лексики русского языка, поскольку, по меткому выражению В.С. Картавенко, «в топонимии, как в зеркале, отражаются география, история, культура, экономика страны, края, населенного пункта» [Картавенко 2009: 67].

Объектом исследования послужили основные признаки топонимических единиц, определяющие их эффективность в процессе функционирования. При характеристике массива имен собственных, функционирующих на той или иной территории, оказывается важным введенное А.А. Бурыкиным понятие ономастического пространства региона, понимаемого как «совокупность ономастических единиц, зафиксированных в исторических источниках разного времени» [Бурыкин 2002: 6]. Ученый выделил четыре уровня ономастического пространства, которые «соотносятся прежде всего с разными историческими процессами, определяющими разные степени освоенности и изученности региона, и они отражают разные степени лингвистической освоенности и изученности ономастического материала» [Там же]. Учитывая наш интерес к исследованию географических названий, условимся в дальнейшем использовать термин «топонимическое пространство региона» для совокупности топонимических единиц, зафиксированных в различных источниках.

Лингвоэкологические задачи применительно к топонимическому пространству региона связаны с поиском противоречий, существующих между языком как системой и коммуникативными потребностями людей. Попытаемся обозначить некоторые из подобных противоречий.

Главным фактором, нарушающим экологичность языка и речи, можно назвать противоречие между предполагаемой уникальностью топонимического пространства

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

региона и стандартностью топонима, обусловленной общей ментальной основой, связанной с историческими и культурными традициями народа, его бытовым опытом и верованиями.

Среди наиболее частотных признаков, первоначально мотивировавших образование топонимов, ученые выделяют: 1) отантропонимичность географического названия, 2) характеристику местности по ряду оснований, отражающих «особенности ландшафта, природно-топографического расположения поселения» [Махиня 2002: 155]. Еще В.П. Семенов-Тян-Шанский обратил внимание на связь ландшафта и топонима, которая демонстрирует «нам, какие предметы пейзажа невольно наиболее привлекали к себе внимание народа, заселившего данную территорию» [Семенов-Тян-Шанский 1924: 15]. Эта взаимосвязь обычно проявляется как комплекс оппозиций, связанных со структурой пространства и времени, например: левый - правый, верхний - нижний, ближний - дальний, большой - малый, южный - северный, старый - новый. Е.В. Махиня отмечает «более сложные, абстрактные характеристики местности, например, отражающие идею поворота. Эта идея может быть рассмотрена в двух направлениях: а) как явление физическое, природное (сильный поворот реки, дороги, водоворот и т.д.); б) как общественно-политическое явление, событие (смена владельцев поселений, резкие изменения в жизни человека» [Махиня 2002: 155]. Названия топонима могут быть мотивированы также этническими или цветовыми обозначениями. О.С. Евсеева, кроме данных признаков, говорит о топонимах, образованных от названий животных и растений, ремесел, о топонимах, отражающих в семантике религиозные понятия и др. [Евсеева 2014: 118].

Следствием общности многих признаков, зафиксированных в именах собственных, можно считать появление совпадающих наименований поселений, что вряд ли способствует уникальности топонимического пространства региона. В том, что это далеко не частные случаи, легко убедиться, проанализировав список названий населенных пунктов РФ.

Среди отантропонимических ойконимов (названий поселений) наиболее частотным является Александровка: в настоящее время такое наименование в России носят 217 деревень, 23 поселка, 101 село, 1 слобода и 8 хуторов. Кроме того, от этого же антропонима образованы и другие ойконимы (Александрово, Александровск, Александровская, Александровский, Александровское, Александровщина, Алексашкино, Александрино, Александрия, Александрова), которые могут быть не только однословными, но и составными.

Среди однословных ойконимов, отражающих особенности топографического расположения поселения, наибольшее распространение получили Каменка (251 населенный пункт, в том числе 1 город, 160 деревень, 3 поселка городского типа, 31 поселок, 50 сел и

159

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

6 хуторов), Березовка (230 населенных пунктов, в том числе 120 деревень, 1 поселок городского типа, 41 поселок, 67 сел и 1 хутор), Сосновка (208 населенных пунктов, в том числе 1 город, 110 деревень, 2 поселка городского типа, 37 поселков, 58 сел).

Анализ топонимического пространства Волгоградской области показал, что наблюдения, описанные выше, в полной мере соотносятся и с ситуацией отдельного субъекта Федерации. Как и в целом по России, значительную часть ойконимов составляют отантропонимические названия, причем самым частотным среди них является Александровка - такое название закреплено за 5 селами области, по 3 населенных пункта Волгоградской области имеют названия Захаров, Ивановка, Михайловка. Не являются уникальными даже в пределах региона и самые распространенные в стране топонимы: 2 хутора и 2 села называются Березовка, 1 село и 2 хутора - Каменка, 2 села - Сосновка. Кроме этого, по четыре населенных пункта Волгоградской области носят наименование Журавка, Зеленый, Красный, Ольховский, Песчанка, Суховский, Чиганаки; по пять -Первомайский, Степной, а 8 (!) хуторов называются Попов. В целом по региону совпадающими можно признать 124 наименования, которые зафиксированы в 299 ойконимах. Иными словами, около 20% единиц топонимического пространства Волгоградской области не являются уникальными, а если принять во внимание многочисленные словообразовательно близкие однокоренные наименования (Авилов -Авилово - Авиловский, Астахов - Астаховский, Веселово - Веселый, Водяновский -Водянский, Гуляевка - Гуляевский, Карпов - Карповка - Карповский, Котельников -Котельниково, Лозное - Лозной, Орехов - Орехово, Приморск - Приморский, Рогачев -Рогачи, Фролов - Фролово, Ягодное - Ягодный и др.), то доля уникальных топонимов, по самой сути своей предназначенных для выделения единичных объектов в ряду других, окажется еще меньшей. А.А. Бернацкая, ссылаясь на Конфуция и его последователей, отмечает: «Название неразрывно связано с обозначаемым и должно ему соответствовать» [Бернацкая 2014: 17], между тем вряд ли хутор Веселый способен выполнить идентифицирующую (по М. Горбаневскому, адресную) функцию, если учесть, что только в Волгоградской области их 3, а всего в стране 45 хуторов и 30 поселков носят такое же название.

Сложные и составные ойконимы также обнаруживают высокую степень частотности определенных структурных компонентов, основанных на ментальной общности народа. Некоторые из подобных элементов входят в состав названия относительно небольшого числа населенных пунктов, частотность использования других элементов в составе ойконима чрезвычайно высока (см. Таблицу 1).

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

Таблица 1. Квантитативная представленность структурных компонентов ойконимов

в топонимическом пространстве РФ

Компонент Число Компонент Число Компонент Число

топонима единиц топонима единиц топонима единиц

Ближне... 7 Право. 21 Юго...(южно...) 16

Ближний 3 Правая 5 Южная 5

Ближнее 6 Правый 2 Южное 5

Ближние 3 Правое 1 Южные 1

Ближняя 5 Правые 3 Южный 6

Больше. 111 Верх. 143 Ново. 2519

Большая 596 Верхне. 225 Новая 694

Большое 667 Верхний 331 Новое 460

Большие 389 Верхнее 170 Новые 213

Большой 366 Верхние 154 Новый 477

Верхняя 314

В некоторых случаях высокой степенью употребительности характеризуется не первый компонент ойконима, а второй, выраженный, как правило, именем существительным. Так, в составе названий населенных пунктов компонент Поляна зафиксирован со словоформами Белая, Березовая, Борисова, Задняя, Зеленая, Карпова, Красная, Холодная и др., а Гора - с Белая, Березовая, Борисова, Задняя, Зайцева, Заячья, Зеленая, Золотая, Кленовая, Кобылья, Козья, Красная, Комарова, Кривая, Крутая, Никольская, Никулина, Новая, Ульянова, Филатова, Филиппова, Фомкина и др.

Многие сложные и составные ойконимы содержат два универсальных признака (например, сочетание цветового компонента с компонентом, характеризующим особенности ландшафта; сочетание отантропонимического компонента с элементом, характеризующим структуру пространства или времени), что проявляется в оппозиции таких топонимов, как Белое Озеро - Красное Озеро - Черное Озеро, Верхние Козловичи - Средние Козловичи -Нижние Козловичи, Большие Чапурники - Малые Чапурники, Юго-Александровка - Южно-Александровка - Северо-Александровка, Новая Березовка - Старая Березовка, Большая Дубровка - Малая Дубровка, Новоникольское - Староникольское, Малоникольское -Большеникольское, Новые Сосны - Старые Сосны. Однако даже дополнительные дифференциальные признаки в структуре онима не всегда способствуют уникальности географического названия, например: в настоящее время зафиксировано 11 населенных пунктов Белый Ключ, 11 - Красный Ключ, 8 - Черный Ключ и 2 - Золотой Ключ; 12 населенных пунктов Белый Яр, 2 - Зеленый Яр, 6 - Черный Яр и 86 (!) - Красный Яр. Поскольку степень уникальности подобных топонимов крайне невысока, появляется необходимость введения в имя собственное еще одного отличительного признака. Так возникают трехкомпонентные топонимы (Новый Белый Яр, Старый Белый Яр, Малый

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

Красный Яр, Нижний Красный Яр, Большой Красный Яр, Верхний Красный Яр). Полагаем, что, несмотря на уникальность этих онимов, вряд ли можно признать целесообразным создание многокомпонентных названий населенных пунктов, ввиду их громоздкости, особенно если учесть необходимость полного официального именования тех или иных учреждений, находящихся на территории населенного пункта (как, например, образовать официальные названия таких должностей, как Глава сельского поселения, если поселок называется Дом Отдыха 40 Лет Октября, Директор крестьянско-фермерского хозяйства, расположенного в пос. Отделения №3 Совхоза Усть-Медведицкий), сложность, а нередко и невозможность образования соответствующих оттопонимических дериватов для обозначения жителей ойконима.

Безусловно, в рамках Российской Федерации полное совпадение названий некоторых населенных пунктов неизбежно, именно вследствие уже указанного объективно возникающего противоречия между ментальной, культурной общностью народа, проживающего в России, и уникальностью ее топонимического пространства. Что касается топонимического пространства отдельного субъекта Федерации, то полное совпадение названий некоторых населенных пунктов представляется крайне нежелательным.

Еще одной проблемой, связанной с топонимической лексикой, по нашему мнению, можно считать включение в структуру онима апеллятива, т.е. родового нарицательного имени, причем в некоторых случаях этот компонент ойконима совпадает с реальным апеллятивом, а в других - противоречит ему, что приводит к дополнительным трудностям для носителей языка при коммуникации (см. Таблицу 2).

Таблица 2. Соотношение апеллятива и онима в составе ойконима

Деревня Поселок Село Хутор

Новая Деревня Новая Деревня Новая Деревня Новая Деревня

Большое Село Большое Село Большое Село

Красная Деревня Красная Деревня Красная Деревня

Красный Поселок Красный Поселок Красный Поселок

Нижний Хутор Нижнее Село

Новое Село Новое Село

Большая Деревня Кривой Хутор

Большой Хутор Белая Деревня

Старое Село Старое Село

Старый Хутор Старый Хутор Старая Станица

Федорова Село Филатов Хутор

Хутор Архангельский Хутор Горка Хутор Березовка

Многочисленные факты совпадающих и пересекающихся названий населенных пунктов позволяют согласиться с утверждением А.П. Сковородникова о том, что

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

«в современной отечественной практической топонимике масса несуразностей и противоречий» [Сковородников 2013: 204].

«Топонимическим чертополохом» называет М. Горбаневский засилье «номерных названий». Населенные пункты, содержащие цифры, по-видимому, возникли вследствие стремления жителей избежать полного дублирования названия в пределах одного региона (поселки 1 Каменецкая и 2 Каменецкая в Тульской области; деревни 1-е Конево, 2-е Конево, 3-е Конево, хутора 1-й Княжий и 2-й Княжий в Курской области). Однако нам представляется, что подобные «номерные названия» не способствуют экологичности топонимического пространства, поскольку: 1) как правило, неудобны в произношении, 2) непоследовательно фиксируются на письме (пос. 1 Мая - пос. 1-е Мая; пос. 8 Марта -х. 8-го Марта), 3) не всегда отражают заявленную нумерацию (в Тамбовской области есть деревня 1 Александровка, но нет ни 2 Александровка, ни любого другого подобного; в Курской области зафиксирован хутор 2-е Петропавловские Выселки, хотя населенного пункта 1-е Петропавловские Выселки нет); 4) иногда крайне неинформативны (в Кемеровской области отмечены поселки, называющиеся 1-й, 2-й, 3-й, 4-й, в Челябинской области - хутор 11-й); 5) часто не дают возможности образования соответствующих оттопонимических дериватов, необходимых для называния жителей населенных пунктов или организаций, находящихся на территории подобного поселения (деревни 1-я Сухая Неполка и 2-я Сухая Неполка в Курской области, поселок 1-е Отделение свх Старокриушанский в Воронежской области).

Еще одна проблема, нарушающая экологичность топонимического пространства, связана со значительными трудностями для пишущих при выборе слитного или дефисного способа оформления на письме топонима. Несмотря на то что новая редакция «Правил русской орфографии и пунктуации», принятая в 2006 г., содержит, в отличие от Свода 1956 г., специальный раздел о написании географических названий, во многих случаях правила лишены совершенно необходимой, по нашему мнению, императивности. Подмена жестких правил констатацией того, что топонимы с определенными структурными компонентами «пишутся неединообразно: одни из них по традиции принято писать (в том числе на картах и в документах) слитно, другие - через дефис» [Правила... 2006: 132], очевидно, обусловлена желанием лингвистов каким-либо образом оправдать, узаконить сложившиеся на сегодняшний день варианты, однако это ни в коей мере не способствует решению сложнейшей орфографической задачи, стоящей перед носителем языка, поскольку абсолютно тождественные названия населенных пунктов оформляются по-разному, ср.: д. Ново-Александровка (Рязан. обл.) - д. Новоалександровка (Омск. обл.), д. Старо-Русское

163

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

(Твер. обл.) - с. Старорусское (Сахал. обл.), д. Бело-Пашино (Киров. обл.) - д. Белопашино (Арханг. обл.), д. Ново-Ивановское (Твер. обл.) - д. НовоИвановское (Моск.обл.) -д. Новоивановское (Ленингр.обл.), д. Верхне-Никольское (Рязан. обл.) - с. Верхненикольское (Воронеж. обл.), д. Ново-Михайловка (Томск. обл.) - с. Новомихайловка (Орлов. обл.), с. Ново-Троицк (Алтай) - г. Новотроицк (Оренбург. обл.).

Учитывая все вышесказанное, считаем целесообразным постановку вопроса о внесении некоторых изменений в подходах к формированию топонимического пространства РФ. Конечно, процесс переименования населенных пунктов неоднократно привлекал внимание языковедов. Среди причин изменения названий обычно указываются исторические события, стремление увековечить имена личностей, вошедших в историю страны и региона, уйти от неблагозвучия старых названий, от диалектных черт в нем, стремление преобразовать топоним в рамках типичной словообразовательной модели.

Учитывая существующие противоречия между системой языка и потребностями коммуникантов, попытаемся сформулировать критерии экологичности топонима. К ним, по нашему мнению, относятся: 1) соответствие требованиям языковой системы, прежде всего словообразовательная и морфологическая приспособленность к ней; 2) отражение общих ментальных черт, национального характера и мировоззрения жителей региона; 3) высокая степень уникальности названия, позволяющая ему адекватно выполнять идентифицирующую функцию в пределах региона; 4) удобство в произношении;

5) очевидность орфографического оформления для пишущих любого уровня компетенции;

6) способность к системному образованию соответствующих оттопонимических дериватов. Полагаем, что необходимость «наведения порядка» в области номинации географических объектов давно назрела, причем, как справедливо заметил А.П. Сковородников, «решение топонимических проблем - дело не только лингвистов, но и историков, и философов, и политиков» [Сковородников 2013: 204]. Иными словами, продуманная и четкая языковая политика в сфере номинации будет способствовать экологичности языка, поскольку только таким образом можно найти и установить необходимый баланс между системой языка и потребностями речевой практики.

Список литературы

Бернацкая А.А. Лингвоэкология и «критика языка» // Экология языка и коммуникативная практика. 2014. № 2. С. 15-31. URL: http://ecoling.sfu-kras.ru/wp-content/uploads/2014/09/Bernatskaya-A.A..pdf (дата обращения: 18.01.2015).

Бурыкин А.А. Историко-этнографические аспекты изучения ономастического пространства региона (теория и методология) // Ономастика Поволжья: Тез. докл. IX

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

междунар. конф. Волгоград, 9P12 сент. / Отв. ред. В.И. Супрун. Волгоград: Перемена, 2002. С. 6-8.

Евсеева О.С. Топонимы как отражение особенностей ремесленной деятельности (на материале смоленско-витебского приграничья) // Вест. Волгогр. гос. ун-та. Сер. 2, Языкозн. 2014. № 3 (22). С. 117-121.

Картавенко В.С. Топонимия и культура речи // Русская словесность. 2009. №2. С. 6770.

Коровушкин В.П. Основные атрибуты лингвоэкологии как автономной междисциплинарной области языкознания // Вест. Череповец. гос. ун-та. 2011. Т.1. № 8. С. 60-64. URL: http://elibrary.ru/ download/28283669.pdf (дата обращения: 18.01.2015).

Махиня Е.В. Русские топонимы, выражающие идею поворота // Ономастика Поволжья: Тез. докл. IX междунар. конф. Волгоград, 9-12 сент. / Отв. ред. В.И. Супрун. Волгоград: Перемена, 2002. С. 154-156.

Правила русской орфографии и пунктуации. Полный академический справочник / Под ред. ВВ. Лопатина. М.: Эксмо, 2006. 480 с.

Семенов-Тян-Шанский В.П. Как отражается географический пейзаж в народных названиях населенных мест. Антропогеографический этюд // Землеведение. 1924. Т. 26. Вып. 1-2.

Сковородников А.П. О предмете эколингвистики применительно к состоянию современного русского языка // Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 194-222. URL: http://ecoling.sfu-kras.ru/wp-content/uploads/2014/01/Skovorodnikov.pdf (дата обращения: 18.01.2015).

References

Bernatskaya A.A. Linguoehkologiya i kritika yazyka [Linguistic ecology and "language criticism"]. Ehkologiya yazyka i kommunikativnaya praktika. 2014. № 2. Pp. 15-31. Available at: http://ecoling.sfu-kras.ru/wp-content/uploads/2014/09/Bernatskaya-A.A..pdf (accessed 18.01.15).

Burykin A.A. Istoriko-ehtnograficheskie aspekty izucheniya onomasticheskogo prostranstva regiona (teoriya i metodologiya) [Historical-ehtnographic aspects of studying the onomastic space of a region]. Onomastika Povolzhia [Onomastics of Povolzhie]: Abstracts of talks of the 9th internat. conference. Volgograd, 9P12 September/ ed. by prof. Suprun V.I. Volgograd: publish. house "Peremena", 2002. Pp. 6-8.

Evseeva O.S. Toponimy kak otrazhenie osobennostei remeslennoi deyatel'nosti (na materiale Smolensko-Vitebskogo prigranichya) [Toponimics as reflection of peculiar features of handicraft activity (on the basis of the material of Smolensk-Vitebsk bordering]. Vestnik Volgogradskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. 2. Linguistics. 2014. № 3 (22). Pp. 117-121.

Kartavenko V.S. Toponimya i kul'tura rechi [Toponimics and the culture of speech]. Russkaya slovesnost'. 2009. № 2. Pp. 67-70.

Kopovushkin V.P. Osnovnye attributy linguoehkologii kak avtonomnoi mezhdisciplinarnoi oblasti yazykoznaniya [The main attributes of lingua-ecology as autonomous inter-disciplinary sphere of Linguistics]. Vestnik Cherepovets. gosudarst. universiteta. Vol. 1. Issue 8. 2011. Pp. 6064. Available at: http://elibrary.ru/ download/28283669.pdf (accessed 18.01.15).

Makhinya E.V. Russkie toponimy vyrazhayushchie ideyu povorota [The Russian toponyms expressing the meaning of a turn]. Onomastika Povolzhia [Onomastics of Povolzhie]: Abstracts of talks of the 9th internat. conference. Volgograd, 9-12 September. Ed. by prof. Suprun V.I. Volgograd: publish. house "Peremena", 2002. Pp. 154-156.

Pravila Russkoi orfografii i punktuatsii. Polnyj Akademicheskiy Spravochnik [The Rules of Russian spelling and punctuation]. Ed. by V.V. Lopatin. Moscow: Eksmo publish. house, 2006. 480 p.

Экология языка и коммуникативная практика. 2015. № 2. С. 157-166

Лингвоэкологические проблемы топонимического пространства региона

Е.Г. Сидорова

Semenov-Tyan-Shanskyi V.P. Kak otrazhaets'a geograficheskiy peizazh v narodnykh nazvaniyah geograficheskih mest. Antropogeograficheskiy ehtyud [How geographical landscape is reflected in the names of geographical places: Anthropo-Geographic sketch]. Zemlevedeniye. 1924. vol. 26. Issue 1-2.

Skovorodnikov A.P. O predmete ehkolingvistiki primenitel'no k sostoyaniyu sovremennogo russkogo yazyka [On the subject of ecolinguistics as applied to the status of the modern Russian language]. Ekhologiyayazyka i kommunikativnayapraktika. 2013. № 1. Pp. 194-222. Available at: http://ecoling.sfu-kras.ru/wp-content/uploads/2014/01/Skovorodnikov.pdf

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:

Сидорова Елена Геннадьевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры русского

языка и документалистики

Волгоградский государственный университет

Россия, 400062, Волгоград, просп. Университетский, 100

E-mail: elenasi@,mail. ru

ABOUT THE AUTHOR:

Sidorova Elena Gennadyevna, Candidate of Philological Sciences, Associate Professor, Department of the Russian Language and Documentation Studies

Volgograd State University

100 Universitetsky prospect, Volgograd 400062 Russia E-mail: elenasi@,mail. ru