О НЕОБХОДИМОСТИ ДОПОЛНЕНИЯ СТАТЬИ 74 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НОВЫМ ВИДОМ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ (РЕЗУЛЬТАТЫ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ)

актуальные вопросы уголовного судопроизводства и уголовно-процессуального законодательства

Научная статья

УДК 343.140.02

О необходимости дополнения статьи 74 Уголовно-процессуального кодекса российской Федерации новым видом доказательств

Балакшин Виктор Степанович1, Назаров Михаил Владимирович2

1,2 Уральский юридический институт МВД России, Екатеринбург, Россия

Автор, ответственный за переписку: Назаров Михаил Владимирович, mnazarov22@mvd.ru

Аннотация. Статья посвящена осмыслению места и значения института результатов оперативно-розыскной деятельности (ОРД) в уголовном судопроизводстве, а также объективно сложившихся предпосылок к корректировке закрепленных законодателем видов доказательств. С позиции теории и практики рассмотрены отдельные способы сбора процессуально-значимой информации, на основе чего установлены присущие ей особенности. Внимание уделено смежным аспектам оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности. Установлены обстоятельства, послужившие причинами для изменения главенствующей в теории уголовного процесса парадигмы уголовно-процессуального использования результатов ОРД. Указанное опирается на мнения ученых-процессуалистов, исследовавших институты доказывания, применения непроцессуальной информации на различных исторических этапах. Кроме того, указано на назревшую необходимость расширения положений статьи 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации посредством ее дополнения новым видом доказательств. Предложена процедура введения результатов конкретного оперативно-розыскного мероприятия к использованию в рамках уголовного процесса без дополнительной проверки, а также процедура своевременного ввода в уголовное дело. Перечисленное призвано дать импульс дальнейшему научному осмыслению развития института использования результатов ОРД, главным образом, в доказывании, а также задать тенденцию к упрощению существующей процессуальной формы.

Ключевые слова: орган дознания, оперативные подразделения, оперативно-розыскная деятельность, результаты ОРД, доказательственное право, предварительное расследование, ОРМ в доказывании

Для цитирования: Балакшин В.С., Назаров М.В. О необходимости дополнения статьи 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации новым видом доказательств (результаты оперативно-розыскной деятельности) // Вестник Уральского юридического института МВД России. 2023. № 1. С. 5-10.

Original article

© Балакшин В.С., Назаров М.В., 2023

on the need to supplement Article 74 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation with a new type of evidence

Balakshin Viktor S.1, Nazarov Mikhail V.2

1 2 Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia, Yekaterinburg, Russia

Corresponding author: Nazarov Mikhail V., mnazarov22@mvd

Abstract. The article is devoted to understanding the place and significance of the institution of the results of operational-search activity (hereinafter referred to as ORD) in criminal proceedings, as well as the objectively established prerequisites for correcting the types of evidence fixed by the legislator. From the standpoint of theory and practice, separate ways of collecting procedurally significant information are considered, on the basis of which its inherent features are established. Particular attention is paid to related aspects of the operational-search and criminal procedure activities. The circumstances that served as reasons for changing the paradigm of the criminal procedural use of the results of the operational-search activity, which is dominant in the theory of criminal procedure, are established. The above is based on the opinions of procedural scientists who have studied the institutions of proof, the use of non-procedural information at various historical stages. In addition, it is indicated that there is an urgent need to expand the provisions of Article 74 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation (hereinafter referred to as the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation), by supplementing it with a new type of evidence. A procedure for establishing the suitability of the result of a specific ORM for use in the criminal process is proposed. without additional verification, as well as timely entry into the criminal case. The above is intended to give impetus to further scientific under-standing of the development of the institution of using the results of the ORD, mainly in proving, as well as set a trend towards simplification of the existing procedural form.

Keywords: body of inquiry, operational divisions, operational-search activity, the results of the operational investigation, the law of evidence, preliminary investigation, ORM in evidence

For citation: Balakshin V.S., Nazarov M.V. On the need to supplement Article 74 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation with a new type of evidence (results of operational-search activities) // Bulletin of the Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia. 2023. № 1. Pp. 5-10.

Соотношение формально определенного и реально воплощаемого есть лакмусовая бумага эффективности конкретной отрасли права. Юридическая деятельность как вид человеческой активности наиболее подвержена шаблонности, стандартизации, «громоздкой неповоротливости». В связи с чем нередко правоприменитель при достижении целей, изначально намеченных законодателем для регулирования определенных общественных отношений, сталкивается с проблемами. Разумеется, именно процессуальные отрасли права оказываются на острие изменения тенденций жизнедеятельности. Не является исключением и уголовный процесс. Уникален по своей природе институт уголовно-процессуального доказывания. С одной стороны, устойчивость норм, предусматривающих виды доказательств, обеспечивает должное функционирование процедуры расследования, с другой - именно он должен быть наиболее адаптивен к изменению способов совершения преступлений, сбора иной информации, требуемой для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию. Напомним, что действующая редакция Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) предусматривает следующие виды доказательств: показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, эксперта, специ-

алиста, заключение эксперта, специалиста, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий; иные документы [1]. Все они служат цели установления обстоятельств, подлежащих доказыванию. Однако за обозначенными рамками находится еще ряд способов, а именно: 1) производство процессуальных действий (направление запросов в ходе проверки по сообщению о преступлении либо по расследуемому уголовному делу), 2) ходатай-ствование адвокатом, как имеющим статус защитника, так и нет, на приобщение к уголовному делу собранных им материалов в качестве доказательств, 3) представление органами дознания результатов ОРД. Последние, по достоинству не оцененные научным сообществом, между тем представляют незаурядный интерес. Когнитивные перспективы использования результатов ОРД колоссальны. Во-первых, это обусловлено их имманентной сущностью, предусматривающей негласный, разведывательный характер, что значительно повышает шансы на получение качественной информации о противоправной деятельности. Во-вторых, ОРД осуществляется посредством производства оперативно-розыскных мероприятий (далее - ОРМ), ряд наиболее эффективных из них обеспечивает документирование сведений с помощью электронно-вычислительной техники. Действующая

редакция Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», наряду с иными, включает в себя нормы, предусматривающие следующие ОРМ: «снятие информации с технических каналов связи», «прослушивание телефонных переговоров», «получение компьютерной информации», отдельные формы ОРМ «наведение справок» [2]. Итого, 4 из 15 возможных ОРМ имеют особенности, коренным образом определяющие качественную составляющую в пользу допустимости в рамках уголовного судопроизводства. К их числу относятся:

- обязательное получение санкции суда для проведения;

- фактическое осуществление работниками сторонних организаций путем обращения к собственным информационным массивам (операторам связи, Интернет-провайдерам, банкам и т. д.);

- фиксация информации, имеющей перспективное доказательственное значение, при помощи технических средств;

- невозможность внесения корректив в полученные по результатам проведения материалы и, как следствие, их наибольшая объективность.

Данные особенности, которые можно вполне назвать неотъемлемыми свойствами, присущими перечисленным ОРМ, за последние два десятилетия оказали прямое влияние на институт уголовно-процессуального доказывания. Однако и научное сообщество, и законодатель оставляют без внимания данный факт. Подтверждение тому - отсутствие изменений в УПК РФ, упрощающих использование результатов ОРД в уголовном судопроизводстве, и невключение в разделы статистического учета органами прокуратуры показателей эффективности расследования уголовных дел, возбужденных, доказанных благодаря предоставленным оперативными сотрудниками материалам. Назрела объективная необходимость в корректировке сложившейся парадигмы использования результатов ОРД в уголовном процессе с практической и теоретической позиций. Говоря о последних, отметим, что лишь отдельные исследователи не занимаются «наукой ради науки», а обращают свой взор на животрепещущие проблемы, к разряду которых и относится актуализация механизмов процедуры доказывания по уголовным делам. Справедливы слова Л. К. Капустиной: «Пересмотр подхода к соотношению допустимости и достоверности, а, как следствие, и к механизму их оценки, берущему истоки в теории доказательств советского периода, является предметом активизировавшейся в последние годы научной полемики и, более того, одним из направлений реформ уголовного процесса в ряде стран - участниц СНГ... Подобная ситуация во многом связана с главенством формально-юридического свойства над содержательным, тогда как сочетание допустимости и достоверности придает сведениям об искомых по делу обстоятельствах доказательственное значение и обусловливает возможность их использования в качестве основы процессуаль-

ных решений, что обуславливает рассмотрение двух свойств в совокупности, а также необходимость распространения механизма оценки допустимости доказательств на достоверность» [3, с. 3-4]. Изложенные строки подталкивают к ряду выводов, раскрывающих современные взгляды на использование результатов ОРД в уголовном процессе, и вытекающие из них проблемы. Они заключаются в следующем:

- общепринятые положения относительно использования результатов ОРД заложены учеными советского времени;

- среди двух свойств доказательств, а именно допустимости и достоверности, преобладающее значение имеет первое, а не последнее;

- приоритет формального над содержательным (бумаготворчества над истиной);

- механизм оценки доказательств не соответствует объективным реалиям.

Действительно, доктрины, заложенные И. Я. Фойницким, А. Я. Вышинским, П. А. Лупинской, М. С. Строговичем, С. А. Шейфером, по сегодняшний день остаются превалирующими во всей науке уголовного процесса, в том числе в части места и роли результатов ОРД. Тот же С. А. Шейфер в свое время указывал на восприятие результатов непроцессуальных мероприятий в качестве факультативных. По его мнению, «непроцессуальные мероприятия по обнаружению носителей информации оказывают существенную помощь в собирании доказательств, однако лежат за пределами доказывания как деятельности процессуальной» [4, с. 13]. Справедливости ради отметим, что научная позиция этого именитого ученого следовала духу времени. Пройдя достойный и продолжительный жизненный путь, он же, оценивая нормы ныне действующего Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», признавал, что с учетом изложенных в нем новых предписаний имеются предпосылки к внесению изменений в УПК РФ. Он указывал: «С учетом сказанного выше правила представления результатов ОРД оперативными органами и принятия их органами расследования, прокурором представляют собой некий нормативный комплекс, охватывающий как предписания Закона об ОРД, так и нормы УПК РФ и вытекающие из них положения. Этот комплекс должен содержать следующие требования:

1. Предметы и документы должны быть получены оперативным органом с соблюдением норм Закона об ОРД (в частности, там, где необходимо, с разрешения суда).

2. Факт их получения оперативным органом должен быть удостоверен соответствующим оперативно-служебным документом.

3. Предметы и документы направляются органу расследования или прокурору (при личной явке оперативного работника или по почте) с соответствующим документом оперативного органа, в котором обосновывается доказательственное значение представляемого объекта.

4. Представляемый предмет или документ должен быть осмотрен дознавателем, следователем, прокурором, фонограмма прослушана, кинофильм или видеограмма просмотрены. Эти действия должны быть отражены в протоколе представления предметов и документов, составленном органом расследования, прокурором. В нем должно быть отражено и происхождение представленных объектов, их отличительные признаки.

5. Признав результат ОРД относимым и удовлетворяющим требованиям допустимости, следователь, дознаватель, прокурор выносят постановление о приобщении его к делу, а в противном случае - отказывают в этом. Решению может предшествовать проведение следственных действий, направленных на проверку допустимости объекта (например, проведение фоноскопической экспертизы фонограммы). В такой ситуации момент принятия материала и момент приобщения его к делу могут и не совпадать» [5, с. 17]. С целью отстаивания той же объективности излагаемых тезисов подчеркнем, что иные классики отечественного уголовного процесса, чье мнение пользуется не меньшим авторитетом, либо не дожили до момента текущего состояния оперативно-розыскного законодательства и практики, либо не имели таковое в качестве научного интереса. В частности, М. С. Строгович отождествляет те действия, которые сегодня мы считаем оперативно-розыскными (ОРД в целом и отдельные ОРМ), с производством предварительного расследования в форме дознания [6, с. 30]. Имевшему место положению дел способствовал и тот факт, что законодательного акта, регламентирующего ОРД, до 1992 года не существовало, и она регулировалась исключительно ведомственными нормативными актами, к тому же имеющими гриф секретности [7, с. 29-36]. Как мы отмечали, соотношение свойств доказательств, а именно допустимости и достоверности, тесно связно с устоявшимся приоритетом формального над содержательным. В практической деятельности органов расследования, суда должностные лица сталкиваются с активным противодействием стороны защиты, заключающимся в предоставлении формально допустимых, но не соответствующих действительности сведений. В итоге уголовное дело насыщено обилием относимых, допустимых, но недостоверных доказательств. Схожая по существу, но не имеющая прямого отношения к доказыванию ситуация возникает не только при сборе доказательств, но и в рамках производства иных процессуальных действий, в ходе которых уголовно изобличаемое лицо, как и его защитник, злоупотребляют отдельными правами. К примеру, при ознакомлении с материалами дела намеренно затягиваются сроки. Формально это допустимо, содержательно - дестабилизирует процедуру расследования.

В настоящее время сложились фактические и нормативно-правовые предпосылки к тому, чтобы гармонизировать институт уголовно-процессуального доказывания, выраженный в соответствующих

нормах УПК РФ, с положениями оперативно-розыскного законодательства, регулирующего порядок представления результатов ОРД. Внесение изменений необходимо в первую очередь с целью повышения эффективности противодействия преступности, упрощения уголовно-процессуальной формы. Это особенно важно, поскольку в период с 2022 по начало 2023 года принято более 12 Федеральных законов о внесении поправок в УПК РФ [8]. Каждая из них, как и в предыдущие годы, лишь усложняет деятельность правоприменителя.

Использование результатов ОРД в уголовном судопроизводстве, в соответствии со ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», в настоящее время возможно:

1) для подготовки и осуществления следственных и судебных действий;

2) в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела;

3) для доказывания по уголовным делам;

4) для розыска лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения наказания и без вести пропавших;

5) для розыска имущества, необходимого для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий, или имущества, подлежащего конфискации.

Наиболее информативные ОРМ, о которых мы упоминали ранее, а именно: «снятие информации с технических каналов связи», «прослушивание телефонных переговоров», «получение компьютерной информации», - отдельные виды наведения справок чаще иных используются для вышеуказанных целей. Поскольку получаемые таким образом сведения не подвержены стороннему вмешательству и наиболее «прозрачны» для оценки судом, то вполне можно придать им категорию «ОРМ объективного характера». Для них необходимо предусмотреть особый порядок использования в доказывании по уголовным делам.

На наш взгляд, необходимо дополнить положения статьи 74 УПК РФ частью 3, изложив ее в следующей редакции: «В качестве доказательств допускаются результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий: "снятие информации с технических каналов связи", "прослушивание телефонных переговоров", "получение компьютерной информации", "наведение справок"». С целью упорядочивания процедуры использования в качестве доказательств результатов перечисленных ОРМ также полагаем целесообразным дополнить уголовно-процессуальный закон статьей 84.1. - «Результаты оперативно-розыскных мероприятий». Изложить статью предлагаем следующим образом: «1. Результаты оперативно-розыскных мероприятий «Снятие информации с технических каналов связи», «Прослушивание телефонных переговоров», «Получение компьютерной информации», «Наведение справок» допускаются в качестве дока-

зательств в случае, если они отвечают требованиям настоящего Кодекса и содержащиеся в них сведения, имеющие значение для предварительного расследования, вынесения справедливого приговора, установить путем производства процессуальных действий невозможно либо нецелесообразно. 2. О признании результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств следователь (дознаватель), суд выносит постановление».

Полагаем, что внесение изменений упростит процедуру ввода результатов ОРД, исключит необходимость дублирования информации, изложенной в оперативно-розыскных документах, в рамках протоколов следственных действий. В связи с предлагаемыми изменениями необходимо будет скорректировать редакцию статей 5, 75, 89 УПК РФ. Лучшим подтверждением целесообразности указанных нами дополнений являются слова В. Т. Томина, утверждающего следующее: «В реальном уголовном судопроизводстве не бывает проблем уголовно-процессуальных или оперативно-розыскных. Бывают просто проблемы, жизненные, проблемы раскрытия преступления и создания доказательственной базы для направления дела в суд. А для их решения надобно привлекать инструментарий как уголовно-процессуальный, так и оперативно-розыскной. При отторжении оперативно-розыскной деятельности как инструментария процесса доказывания по уголовному делу уголовное судопроизводство становится одноруким и, следовательно, хуже служащим достижению той цели, для достижений которой оно создано» [9].

С учетом актуальных вызовов со стороны преступного мира, а также наличия технических средств, позволяющих осуществлять ОРМ «объективного характера», признание процессуальной значимости результатов ОРД становится необходимостью, отрицать которую не имеет смысла. Законодательное признание доказательственного значения результатов ОРД неминуемо откроет новые грани для представителей научного сообщества, широкие слои которого далеки от вопросов, связанных со смежными отраслями права, включая и оперативно-розыскное. Наряду с изложенным, упрощение процессуальной формы, касающейся ввода оперативно-служебных документов в материалы уголовного дела, способно указать на сложившуюся необходимость в рационализации труда участников уголовного судопроизводства.

Список источников

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ // КонсультантПлюс: сайт. URL: http://www. consultant.ru/ document/ cons_doc_LAW_3448 (дата обращения: 30.12.2022).

2. Об оперативно-розыскной деятельности: Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ // КонсультантПлюс: сайт. URL: http://www.consultant. ru/ document/cons_doc_LAW_7519 (дата обращения: 30.12.2022).

3. Капустина Л. К. Оценка допустимости и достоверности доказательств при производстве по уголовным делам: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Санкт-Петербург, 2020. 206 с.

4. Шейфер С. А. Методологические и правовые проблемы собирания доказательств на предварительном следствии: автореф. дис. . д-ра юрид. наук. Москва, 1981. 424 с. URL: http://dspace.nlu.edu.ua/ bitstream/123456789/ 14917/1/Sheifer_1981.pdf (дата обращения: 31.12.2022).

5. Шейфер С. А. О возможности использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовному делу // Актуальные проблемы современного уголовного процесса России: сборник научных статей / под ред. д.ю.н., проф. В. А. Лазаревой. Самара: Самарский университет, 2005. С. 8-19.

6. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса: в 2 т. Т. 2: Порядок производства по уголовным делам по советскому уголовно-процессуальному праву. Москва: Наука, 1970. 515 с.

7. Стельмах В. Ю. Некоторые проблемы допустимости результатов оперативно-розыскной деятельности как доказательств по уголовным делам // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2015. № 3 (74). С. 29-36.

8. Основные изменения в УПК РФ в 2022-2023 годах: обзор // КонсультантПлюс: сайт. URL: http://www. consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_324356 (дата обращения: 11.01.2023).

9. Томин В. Т. Предуведомление научного редактора к монографии Полякова М.П. «Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности» // Уголовный процесс: сайт Константина Калиновского. URL: http://kalinovsky-k. narod.ru/b/polyjkov2001 (дата обращения: 11.01.2023).

References

1. Code of Criminal Procedure of the Russian Federation: Federal Law of December 18, 2001 No. 174-FZ // ConsultantPlus: website. URL: http://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW_3448 (date of access: 12/30/2022).

2. On operational-search activity: Federal Law of August 12, 1995 No. 144-FZ // ConsultantPlus: site. URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_ LAW_7519 (date of access: 12/30/2022).

3. Kapustina L. K. Assessment of the admissibility and reliability of evidence in criminal proceedings: author. dis____cand. legal Sciences. St. Petersburg, 2020. 206 p.

4. Sheifer S. A. Methodological and legal problems of collecting evidence during the preliminary investigation: author. dis. ... Dr. jurid. Sciences. Moscow, 1981. 424 p. URL: http://dspace.nlu.edu. ua/bitstream/123456789/14917/1/Sheifer_1981.pdf (accessed 12/31/2022).

5. Sheifer S.A. On the possibility of using the results of operational-search activity in proving in a criminal case // Actual problems of the modern criminal process

in Russia: a collection of scientific articles / ed. Doctor of Law, Prof. V. A. Lazareva. Samara: Samara University Publishing House, 2005, pp. 8-19.

6. Strogovich M. S. The course of the Soviet criminal process: in 2 volumes. T. 2: The procedure for criminal proceedings in accordance with the Soviet criminal procedure law. Moscow: Nauka, 1970. 515 p.

7. Stelmakh V. Yu. Some problems of the admissibility of the results of operational-search activity as evidence in criminal cases // Bulletin of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2015. No. 3 (74). pp. 29-36.

8. Main changes in the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation in 2022-2023: an overview // ConsultantPlus: website. URL: http://www.consultant. ru/document/cons_doc_LAW_324356 (date of access: 01/11/2023).

9. Tomin V. T. Pre-notification of the scientific editor to the monograph by M. P. Polyakov. "Criminal procedural interpretation of the results of operational-search activities" // Criminal process: website of Konstantin Kalinovsky. URL: http://kalinovsky-k.narod.ru/b/ polyjkov2001 (date of access: 01/11/2023).

Вклад авторов

Все авторы сделали эквивалентный вклад в подготовку публикации. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Contribution of the authors

All authors have made an equivalent contribution to the preparation of the publication. The authors declare that there is no conflict of interest.

Информация об авторах

Балакшин Виктор Степанович - доктор юридических наук, профессор

Information about the authors

Balakshin Viktor S. - Doctor of Law, Professor

Статья поступила в редакцию 23.01.2023; одобрена после рецензирования 06.02.2023; принята к публикации 20.03.2023

The article was submitted 23.01.2023; approved after reviewing 06.02.2023; accepted for publication 20.03.2023