Внесюжетные элементы композиции в произведениях башкирских писателей

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 11 (192). Филология. Искусствоведение. Вып. 42. С. 42-48.

Г. Н. Гареева

ВНЕСЮЖЕТНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ КОМПОЗИЦИИ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ БАШКИРСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

Эстетически действенному воспроизведению духовных явлений способствует изображение импрессионистски окрашенной окружающей среды, использование деталей, через которые устанавливается образная художественная связь между духовным миром героев и внешними предметами объективной действительности. В данной статье анализируются идейноэстетические функции пейзажных картин, различных деталей в передаче душевных движений персонажей на примере произведений А. Тагирова, Д. Юлтыя, М. Гафури, И. Насыри, Ш. Биккула, Р. Султангареева, Д. Исламова, А. Хакимова, М. Карима, Ш. Янбаева.

Ключевые слова: пейзажная картина, экспрессивно-психологическая функция изобразительных средств, деталь как часть художественного целого.

Сюжет и конфликт способствуют постижению основной мысли текста, но все же поэтическую ткань произведения организуют и другие художественные элементы. Для более полного раскрытия характеров героев, развития сюжета писатели включают в текст внесюжетные элементы. К ним относятся пейзажные картины, портретные характеристики, различные виды художественной детали, выполняющие определенную смысловую и эмоциональную нагрузку, эпиграфы, вставные эпизоды, сновидения, лирические отступления и т. д. В данной статье автор ставит своей целью анализ не всех внесюжетных элементов, а только функции пейзажных картин и художественных деталей в башкирской прозе.

Пейзаж, окружающая среда в художественных произведениях выполняют активную экспрессивно-психологическую функцию, описание различных состояний природы дается в тесной связи с душевным состоянием персонажа в текущий момент, помогают раскрыть оттенки его настроения. Чаще всего пейзаж гармонирует с настроением персонажа, выступает своеобразной параллелью переживаниям, становится отзывчивым к чувствам, размышлениям. Деталь как часть художественного целого, как бесконечно малое, раскрывающее целое, фиксирует внимание читателя на том, что писателю кажется наиболее важным, характерным в персонаже, в окружающем его предметном мире, в природе. Исследованию экспрессивных функций пейзажных картин, различных деталей посвящены труды М. Б. Храпченко1, Д. С. Лихачева2, В. С. Синенко3,

Е. Н. Винарской4, Л. Я. Гинзбург5, Л. Г. Якименко6, А. Г. Бочарова7, А. Б. Есина8, М. М. Бахтина9, Г. Бялого10, В. А. Грехнева11, П. В. Ковалева12, В. В. Компанейца13, сборники научных изысканий14. В башкирском литературоведении пока нет трудов, специально посвященных данной проблеме.

В башкирском фольклоре - в древних эпо-сах «Урал батыр», «Акбузат», «Кузы-курпеч и Маян-хылу», в таких исторических песнях, как «Урал», «Азамат», «Абдрахман», «Сибай», часто встречаются пространные описания пейзажных картин, где воспевается красота родной земли, косвенно выражается чувство гордости, любви повествователя к изображаемому объекту. В последующем в прозаических жанрах башкирской литературы описания картин природы давались, в основном, изолированно, не служили передаче душевного состояния персонажа. В дореволюционной прозе, особенно в творчестве А. Тагирова15, М. Гафури16 пейзажные картины стали выполнять существенную смысловую и эстетическую нагрузку. Например, в рассказах А. Тагирова «Проданные девушки»(1908), «Мазлумы» («Униженные мусульманки») (1912) персонажи - представители бедных слоев населения - раскрываются в прекрасных своих душевных качествах именно в общении с природой. Пастух Каюм и его дети-сироты чувствуют себя свободными, раскрепощенными только на лоне природы, где никто их не унижает, не оскорбляет, никто им не напоминает, что они «отбросы общества». В душе у Каюма рождаются радостные чувства при виде своих детей, счастливых, играющих на полях, на лугах, в лесу, на берегу

реки, умиротворенное внутреннее состояние старика-отца гармонирует с величавой картиной природы. В другой же момент песня соловья на фоне красивой природы вызывает у пастуха горестные мысли об обездоленной, сиротской жизни и у него безудержно текут слезы отчаяния. В этом случае уже пейзажная картина контрастирует с опечаленным душевным состоянием персонажа. В эпизоде смерти Зайнап и Халимы картины природы также сопоставляются с душевными переживаниями девушек. Халима и Зайнап, будучи не в состоянии и дальше терпеть невыносимые унижения, побои, собираются добровольно уйти из жизни. Девушки радуются при мысли о том, что они очень скоро избавятся от тирана мужа, от гнетущих несправедливостей жизни, от своего бесправия в обществе, что встретятся на том свете со своими близкими, родными. Благостному душевному состоянию созвучен и тихий, спокойный, красочный пейзажный фон. В рассказе Мажита Гафури «Жена солдата Хамида» (1915) Хамида после того, как провожает Гарифа на империалистическую войну 1914 года, очень сильно тоскует по мужу, предается воспоминаниям

о прошедших, счастливых днях с мужем. За что бы она ни взялась, что бы ни делала, все напоминает ей о Гарифе. Женщине кажется, что природа, ржаное поле, где они работали и днем, и ночью, вся окружающая среда также пребывают в печали, и конь Гнедой в хлеву тоскует по хозяину, и корова Чернушка мычит не так, как при хозяине, и гуси вокруг гогочут тоскливо. Таким образом, пейзажная картина, окружающая среда гармонируют с унылым душевным состоянием персонажа.

В башкирской советской прозе впервые в рассказе «Философия Тимеркая» (1924)17 Даута Юлтыя пейзаж дается развернуто в восприятии персонажа, гармонирует с его душевным состоянием. На фоне природы рельефнее отражается безрадостная жизнь Тимеркая. Круглая сирота Тимеркай, с малых лет с ранней зари до глубокой ночи гнувший спину на Кутлуяра-бая, только на природе может остаться наедине со своими мыслями, чувствами, найти покой, душой и телом отдохнуть от бесконечных приказаний, понуканий, ругани, недовольства старого, скупого хозяина. В теплые летние ночи на пастбище он чувствует себя счастливым, вольным человеком. Лежа на зеленой бархатистой траве, любуясь красотами родной природы, наблюдая таин-

ственное ночное небо, молодой парень сравнивает ярко мерцающие звезды с сияющими глазами Гульйыхан, мечтает о будущей счастливой семейной жизни с любимой.

Более пространные описания природы в восприятии персонажа: роль цвета, окраски предметов окружающей среды, пейзажных зарисовок, соответствующих настроению персонажа, встречаются в дальнейшем в повестях И. Насыри. В повести «Сибай»(1931)18 герой остро переживает случившееся несчастье с передовым комсомольцем Хасаном, обжегшим ногу во время аварии на заводе. В удручающем состоянии героя, испытывающем муки совести, окружающая среда воспринимается им искаженно, ему кажется, что все вокруг осуждает его, отворачивается от него. В повести «Побежденный омут» (1937) в благодушном, радостном состоянии Шарафи19 любуется красотой реки, описание природы гармонирует с его настроением. А когда оно испорчено, Шарафи не в состоянии замечать эту красоту. Пейзаж принимает противоположную своему объективному состоянию окраску.

В последующий период развития литературы мастерство писателей в описании взаимосвязи картин природы с духовным состоянием персонажа совершенствуется, появляются новые средства выражения, точнее, глубже отражающие душевные переживания субъекта восприятия. Так, в романе Ш. Биккула «Мы ещё поживём»20 внешний предметный мир в особом психологическом состоянии персонажа воспринимается с определенным оттенком. Неодушевленный предмет приобретает свойство одушевленного, «одухотворяется» с тем, чтобы точнее, ярче передавать волнение солдата, который после долгой разлуки возвращается с фронта домой. Иршат спешит к родному Карамалы. «Деревня Карамалы своим дыханием тянет меня к себе, говорит: «Возвращайся скорее!». Вид деревни субъективно воспринимается и эмоционально переживается героем. Описание внешнего вида деревни является опосредованным проявлением душевного состояния Иршата, таким способом достигается эмоциональноэкспрессивная связь между внутренним порывом героя и внешней средой, гармония между внутренней жизнью личности и объективным внешним миром.

В повести «Белый подснежник»21

Р. Султангареева картины природы, весна с

половодьями, с первыми цветами, приближение праздника Первомая - вся окружающая среда пробуждают в душе героини приподнятое настроение, волнение, ожидание чего-то нового, доселе неизведанного, незнакомого, и оттого еще более притягательного. Скрытое, непонятное и для самой девушки, приподнятое душевное движение путем сопоставления с картинами природы получает яркое выражение. В повести преобладает общий светлый фон, гармонирующий с переживаниями героини: весна, пробуждение всего живого и зарождение большого чувства в душе Раи, ожидание праздника и праздник в душе девушки, белые подснежники, ставшие толчком к внутреннему движению, и чистый душевный порыв героини. «Лучи весеннего солнца подобны стрелам, готовым устремиться в разные стороны, словно прикреплены к краям небесного купола» - в этой пейзажной картине вместе с ее эстетической ценностью содержится и психологический подтекст, намек на душевное состояние Раи. Чувства и переживания девушки, готовые просочиться наружу, до поры до времени сдерживаются.

В таких психологических пейзажных подтекстах, кроме эстетической нагрузки, таится и более глубокая смысловая нагрузка. Читатель должен активизировать свое внимание, чтобы определить, что же таится между этими строками. В повести Р. Султангареева «Гора»22 повествуется о первом рабочем дне молодого парня. Ильгиз с большим волнением ожидает наступления этого дня, в мыслях по-разному пытается представить встречу с будущими товарищами по работе, надеется, что рабочие всерьез заинтересуются им, подружатся. Работа на буровой ему кажется очень увлекательной, романтичной. Но вместо яркой, волнительной встречи он наталкивается на полное безразличие со стороны нефтяников, вместо романтического труда ему приходится выполнять самые обычные, прозаические, земные работы. К тому же грубое отношение помощника буровика Кирама (он чуть не ударил парня за неуменье) больно ранит душу героя. «Только что зелёный мир превратился в белый. Деревья покрыты толстым слоем мокрого снега. Ветки молодой берёзы сгибались, словно говоря, что пока терпим, но если еще немного добавите, то не выдержим, сломаемся». Образный смысл этой пейзажной картины намекает на тяжесть обиды в душе Ильгиза, на разбитые мечты,

на разочарование. В этой же повести автор возложил на пейзажную картину еще более глубокое, философски значимое содержание: звеном, связывающим все компоненты, части произведения, выступает гора, которая способствует более глубокому раскрытию духовного мира героя. В ней выражается ключевая идея произведения. Гора в повести - это не только месторасположение бурового участка, она является олицетворением жизненных испытаний, которые предстоит пройти герою с честью, с достоинством. Подняться на нее - означает преодолеть трудности, найти свое прочное место в жизни. И Ильгиз, действительно, преодолев все трудности в постижении профессии нефтяника, испытав на прочность свою волю, целеустремленность, становится полноправным членом рабочего коллектива, в нем проявляются профессиональные качества буровика. Отслужив в армии, герой уже не держит путь к родной деревне, а спешит к Горе, к нефтяникам, к родному, близкому его душе месту, где он нашел себя по призванию.

Такую же весомую в идейно-эстетическом отношении нагрузку несут в себе образы шатра, белого оленя в романах Ш. Янбаева и Н. Мусина. Голубой шатер всегда сопровождает положительных героев в романе Ш. Янбаева23 - цельных, самоотверженных, целеустремленных, чистых в своих помыслах, мечтах, активных, духовно богатых, полных решимости в претворении своих планов в жизнь личностей. Увлеченный, преданный своему делу геолог Сынтимер Байназаров, члены геофизической экспедиции Кульсинбаев, Гульгуна, Рафкат и др. любуются голубым небом - шатром, их души озарены благородными чувствами. Отрицательные персонажи не в состоянии увидеть, любоваться красотой голубого шатра. Аксэсэк, не сумевшая сохранить в душе большое чувство к Сынтимеру, не поддержавшая любимого в решающий, самый важный момент его жизни, не разделившая его устремления в осуществлении давней цели - найти нефтяные залежи на Южном Урале, ошибочно считавшемся мертвой сейсмологической зоной, тоже не способна замечать красоту природы. Директору скипидарного завода, изготавливающему продукцию для нужд фронта, Ирназару Байназарову из романа Н. Мусина «Белый олень - на Синь-горе»24 в наиболее волнительные эпизоды жизни видится белый олень - светлый сим-

вол, мечта о счастье, о любви. В самый критический момент, когда изнуренный непосильным трудом, тяжело больной, но ни на минуту не оставивший свое рабочее место, своим самоотверженным героическим трудом подававший людям пример, Ирназар Байназаров падает от сердечного приступа, ему видится белый олень, скачущий по Синь-горе. Герой в последний раз любуется красотой родной земли - Синь-горой, прощается со своей мечтой - с белым оленем.

Картины природы в повести А. Хакимова «Байга»25 выступают своеобразной параллелью душевному состоянию героя. Тяжело больной Ягафар, преждевременно выписавшись из больницы, спешит домой, но на пол-пути сердце его не выдерживает, от тяжести в груди герой вынужден присесть на пригорке и предаваться воспоминаниям. В памяти оживают самые яркие, драматичные, порой и трагические эпизоды жизни - события 1937 года, репрессии, изломанные судьбы, картины Великой Отечественной войны, жестокие схватки с фашистами. В тяжелые послевоенные годы Ягафару также пришлось пройти тяжкие испытания на прочность характера. Он один заступается за судьбу матери пятерых детей-сирот, спасает семью погибшего фронтовика под страхом собственной смерти. Эти воспоминания вызывают в нем огромные переживания, приводят к максимальному напряжению душевных сил, воли, выдержки. Знойный летний день, наполненная ожиданием дождя земля, вся окружающая природа гармоничны напряженному психологическому состоянию героя. В этой сложной под-текстной ситуации читатель сам должен выявить эстетическую и смысловую нагрузку, возложенную на описание природы.

Пейзажная картина может служить намёком на предстоящие трагические события в ближайшем будущем. В повести «Долгое-долгое детство» М. Карима26 Ташбулат, вероломно оболгав председателя сельсовета Самигуллу в присвоении общественных денег, натравливает народ против него, организовывает самосуд над безвинным человеком. Самигулла пытается объяснить обезумевшей толпе людей, что он не виновен в пропаже денег, он искренне верит, что односельчане одумаются, не переступят закон, человечность. Но окружающий фон «и позади обоих - тёмный грозовой край неба» намекает на страшный исход события -на убийство Самигуллы, описание пейзажной

картины предшествует по времени наступлению трагического финала.

Пейзаж может выступать непосредственным выразителем скрытых от взора человеческих чувств, продолжать оттенять его переживания. В повести А. Хакимова «Байга» молодая девушка Сафура, обманутая в своих первых искренних, больших чувствах, натолкнувшаяся на предательство, коварство, тяжело переживает душевное потрясение. Показ драматического состояния героини иносказательно переносится на описание пейзажной картины: «Хлестал сильный косой дождь, деревья за домом стонали на бешеном ветру». Еще не окрепшая тонкая душа девушки, как и стонущие деревья на ветру, стонет, рыдает, мечется, мучается.

Художественная деталь также является внесюжетным элементом, служащим созданию образа. Это эффективное средство помогает представить воплощенный характер, действие, переживание в их неповторимом своеобразии. Посредством детали писатели сосредотачивают внимание читателя на наиболее важных, характерных моментах в природе, в человеке или в окружающем его предметном мире. Детали, через которые устанавливается образная, метафорическая связь между духовной жизнью героя и внешним миром, предметами окружающего мира, несут в себе значительную содержательность, характеризуются выразительностью в передаче отличительных черт характера, в показе оттенков настроения, изменений во внутренней жизни. По смысловой и эмоциональной нагрузке художественные детали подразделяются на несколько видов: словесные, портретные, предметные, психологические, пейзажные, бытовые и др.

В романе Ш. Биккула «Мы еще поживем» Садрислам оставляет контуженного, тяжело раненого Иршата, возвращающегося из госпиталя домой, одного среди ночи, когда волки становятся особенно лютыми: «Мне показалось: раскаленное до бела железо протягивает он мне - я тут же отдернул свою руку». Вся сложная, противоречивая гамма чувств, происходящая в душе Иршата из-за предательства Садрислама, опускается. Посредством психологической детали передается внутреннее состояние персонажа: «Снег под его ногами поскрипывал: “Уш-шел, уш-шел...”». Иршат оглушен, потрясен мерзким поступком Садрислама, снег, поскрипывающий, повто-

ряющий одно и то же слово «уш-шел» имеет образный смысл, тонко передает чувства героя. Психологическая деталь - снег в повести «Помилование» М. Карима27 также раскрывает тягостное душевное состояние Янтимира, когда тот, переживая муки «вынужденной любви», ненавидя себя и покоряясь обстоятельствам, идет с Анной в ее дом: «Но шагнет она - и снег под мягкой подошвой ее валенка всхлипнет жалобно, шагнет он - и под мерзлым каблуком лейтенантского сапога взвизгнет с рыданием». Такие психологические детали можно встретить и у Ш. Янбаева. Разрыв отношений между Аксэсэк и Сынтимером старый хирург воспринимает тяжело: «Ледяной холод обрушился на Галимьяна Аминовича». Сообщение Сафиуллина удручающе действует на Аксэсэк: «На Аксэсэк в ясную солнечную погоду обрушился черный смерч».

Бытовые детали, в сущности, используются всеми писателями. Особенно в сатирических произведениях часто используемые бытовые детали служат обличению отрицательных персонажей. В рассказе А. Карная «Абсалямовы» (1939)28 через окружающие вещи, через детали интерьера, ярко обличается мещанская сущность советского бюрократа - чиновника Зиннура Абсалямова. Он всей семьей катается на служебной машине, хвастается своей дружбой с замнаркомснабом, неустанно достает дефицитную дорогую мебель, с женой и детьми разговаривает только о сытной еде, о красивой одежде и т. д. Словесные детали: «Мы - старая гвардия, нас надо беречь», «У нас очень много работы - каждый день по три заседания», «Жить в удовольствие, ходить в гости - это умение сочетать общественную работу с личной жизнью» также служат сатирическому раскрытию сущности обывателя. В повести Э. Агзами «Райский уголок» (2001)29 детали словесные, портретные, бытовые служат обличению сегодняшних руководителей районного масштаба, так называемых новых «демократов». Решетки в окнах дворцов «служителей народа», построенные в «Райском уголке», символизируют их отгороженность от народа. Словесная деталь-оценка: «“Демократы” сами себя заключили в тюрьму», данная простыми людьми, как нельзя точно характеризует сущность главы администрации района Тартаева, его заместителя Карасурина и др. Портретные детали: «голова у Тартаева как тыква», «пузо как огромный шар » также служат карикатурному осмеянию

персонажа. Таким образом, в сатирических произведениях детали выполняют функцию обличения.

Конкретные предметные детали могут отражать сущность, основные черты характера. В повести «Помилование» М. Карима подчеркивается, что майор юстиции пользуется всегда ослепительно белым носовым платочком, что он носит толстые стекла очков, через которые смотрит на подсудимого. Во время своей речи о пятне на знамени бригады, которое нанес Зух своим дезертирством, майор тщательно протирает очки, и только после того, как убеждается, что на их стеклах нет пятен, он удивительно спокойно произносит грозные слова: «По-разному смывают это пятно...» Белый платочек, толстые стекла очков, тщательное вытирание их подтекстно намекают на душевную черствость, на педантичность, на жесткость характера майора, на его равнодушие к человеческой судьбе, на неспособность сострадать, понять, простить. Душевное состояние персонажей может передаваться через предметные детали - развернутые параллелизмы, при которых сопоставляемые картины из предметного и внутреннего мира могут находиться отдаленно друг от друга по времени, их образный смысл может раскрываться не сразу. В этой же повести в самом начале произведения Янтимир вспоминает о ложке, которую украл у него едущий вместе с ним на фронт человек. Герой тогда растерялся перед бесстыдством товарища, не смог уличить вора. Спустя долгое время, когда уже пришлось запятнать чистоту души, отдать приказ расстрелять Зуха, он постигает важную истину: «.. .он тогда не только взятую из дома ложку, но какую-то частицу своего достоинства потерял. Вот как оно выходит -коли, вещь твою украдут, то и душу без ущерба не оставят». Путем параллельного расположения деталей-явлений из разных областей достигается определенный эстетический эффект. В них таится и глубокий философский, нравственный вывод.

В романе Х. Гиляжева «Солдаты без

30

погон»30 выразительная предметная деталь -кнут - выполняет существенную роль в подробном, более полном раскрытии крутого характера председателя колхоза Байгильдина. В начале самоуверенный, чувствующий себя полновластным хозяином, Байгильдин с кнутом в руке выглядит прямым, строгим, воплощением власти. Он любит сопровождать

свои слова щелканьем кнута. А после резкого столкновения с Магирой «Байгильдин молча повернулся и пошел к дороге. Кнут, шурша, волочился по стерне». Эта деталь передает его тягостное душевное состояние, мучительные переживания. И далее писатель замечает, что выброшенный Байгильдиным кнут, «лег, как убитая змея».

В повести «Долгое-долгое детство» М. Карима через подробное описание гармони - конкретной предметной детали - косвенно, иносказательно выражается душевное состояние персонажа, оттенки, нюансы чувств, переживаемых им: «Она ласково, протяжно окликнула кого-то, затем, горячо захлебываясь, стала рассказывать о тайных сердечных болях своих, потом рассказ перешел в мольбу, в жаркие заклинания, и вдруг на полуслове мольба оборвалась в неутешном плаче. Потом замолчала гармонь, и будто пытаясь унять дрожь в груди, глубоко вздохнула. Гармонь эти слезы голоса не сбили. Немного передохнула она и страстно, высоко, на весь ночной мир запела о своих мечтах, о будущих радостях». В этой повести есть еще ряд предметных деталей: «Слева от Самигуллы, поодаль, над коньком сельсовета, полощется красный флаг. Когда пристально смотришь, флаг подступает ближе, и они оказываются рядом. Человек стоит, неподвижен, флаг трепещет, рвется куда-то». Красный флаг и преданный делу революции большевик - писатель преднамеренно выбрал такой параллелизм, возложил на него идейную нагрузку. Самигулла оказался один перед судом обезумевших, затравленных Ташбулатом людей. Красный флаг - предметная деталь - оказывается с ним рядом, трепещет за его судьбу, рвется спасти Самигуллу. Неодушевленному предмету отводится свойство одушевленное, чтобы психологически действенней передать драматизм ситуации.

Примечания

1 Храпченко, М. Б. : 1) Творческая индивидуальность писателя и развитие литературы. 4-е изд. М. : Худож. лит., 1977. 446 с.; 2) Лев Толстой как художник. 4-е изд. М. : Худож. лит., 1978. 581 с.; 3) Горизонты художественного образа. 2-е изд., доп. М. : Худож. лит., 1986. 439 с.; 4) Познание литературы и искусства. Теория. Пути современного развития / АН СССР. М. : Наука, 1987. 575 с.

2 Лихачев, Д. С. Историческая поэтика русской литературы. СПб. : Алатейя, 2001. 566 с.

3 Синенко, В. С. Внутренняя организация художественного произведения : учеб. пособие. Уфа : Изд-во БГУ, 1984. 79 с.

4 Винарская, Е. Н. Выразительные средства текста (на материале русской поэзии ) : учеб. пособие для пед. ин-тов. М. : Высш. шк., 1989. 134 с.

5 Гинзбург, Л. Я. О литературном герое. Л. : Сов. писатель. Ленингр. отд-ние, 1979. 224 с.

6 Якименко, Л. Г. За быстро текущим днем : статьи. М. : Сов. писатель, 1980. 383 с.

7 Бочаров, А. Г. Чем жива литература? Современность и литературный процесс. М. : Сов. писатель, 1986. 397 с.

8 Есин, А. Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения : учеб. пособие для студентов и преподавателей филол. фак., учителей-словесников. 6-е изд. М. : Флинта : Наука, 2004. 248 с.

9 Бахтин, М. М. : 1) Эстетика словесного творчества. М. : Искусство, 1979. 424 с.; 2) Литературно-критические статьи. М. : Худож. лит., 1986. 541 с.; 3) Эпос и роман. СПб. : Азбука, 2000. 304 с.

10 Бялый, Г. О психологической манере Тургенева (Тургенев и Достоевский ) // Рус. лит. 1968. № 4. С. 34-50.

11 Грехнев, В. А. О психологических принципах «Княгини Лиговской» М. Ю. Лермонтова // Рус. лит. 1975. № 1. С. 36-46.

12 Ковалев, П. В. Пейзаж в романе И. А. Гончарова «Обломов» как средство психологической характеристики персонажа // Учен. зап. Моск. пед. ин-та. М., 1970. Т. 258, вып. 9. С. 196-205.

13 Компанеец, В. В. Художественный психологизм в советской литературе. Л. : Наука, 1980. 113 с.

14 Художественный метод и творческая ин-

дивидуальность писателя : сб. ст. / общ. ред. И. Анисимова, Л. Штолл. М. : Наука, 1964. 243с.; Художественный метод и творческая индивидуальность писателя : (Вопросы

сюжета и композиции ) : сб. ст. / отв. ред. М. В. Кузнецова. Томск : Изд-во Том. ун-та, 1980. 91 с.

15 Тагиров, А. Проданные девушки : рассказы. Уфа : Башгиз, 1935. 42 с.

16 Гафури, М. Избранные рассказы. Уфа : Башгиз, 1940. 407 с.

17 Юлтый, Д. Избранные произведения : рассказы и роман «Кровь». Уфа : Башкнигоиздат,

1957. 446 с.

18 Насыри, И. Сибай : повесть. Уфа : Башгиз, 1936. 162 с.

19 Насыри, И. Побежденный омут : повесть. Уфа : Башгиз, 1937. 224 с.

20 Биккул, Ш. Мы еще поживем : роман. Уфа : Башкнигоиздат, 1977. 264 с.

21 Султангареев, Р. Белый подснежник : повести. Уфа : Башкнигоиздат, 1980. 252 с.

22 Султангареев, Р. Гора : повесть и рассказы. Уфа : Башкнигоиздат, 1981. 190 с.

23 Янбаев, Ш. Голубой шатер : роман. Уфа : Башкнигоиздат, 1976. 326 с.

24 Мусин, М. Белый олень - на Синь-горе : роман. Уфа : Башкнигоиздат, 1980. 288 с.

25 Хакимов, А. Байга : повесть. Уфа : Башкнигоиздат, 1977. 224 с.

26 Карим, М. Долгое-долгое детство : повесть. Уфа : Башкнигоиздат, 1976. 264 с.

27 Карим, М. Помилование : повесть. Уфа : Башкнигоиздат, 1986. 224 с.

28 Карнай, А. Избранные произведения. Уфа : Башгосиздат, 1956. 452 с.

29 Агзами, Э. Райский уголок // Агидель. 2001. № 10.

30 Гиляжев, Х. Солдаты без погон : роман. Уфа : Башкнигоиздат, 1970. 261 с.