Лексико-семантические особенности швейцарски маркированных наименований лиц с пассивным значением

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2010. № 1

А.А. Подкин

ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ШВЕЙЦАРСКИ МАРКИРОВАННЫХ НАИМЕНОВАНИЙ ЛИЦ С ПАССИВНЫМ ЗНАЧЕНИЕМ

В статье предпринимается попытка описания наиболее существенных лексико-семантических особенностей швейцарски маркированных наименований лиц с пассивным значением. Специфика швейцарски отмеченных nomina patientis выявляется путем их сопоставления с семантически тождественными образованиями собственно немецкого, общенемецкого и австрийского лексических фондов. В зависимости от наличия или отсутствия однокорневых семантических соответствий в других национальных вариантах швейцарски маркированные наименования лиц разделяются на однотипные, разнотипные и изолированные образования. В ходе исследования выделяются две словообразовательные группы nomina patientis - существительные, образованные с использованием эксплицитных словообразовательных средств (суффиксов -ling, -and (-end), -ant (-ent) и -at), и субстантивированные причастия II, формирующие ядро рассматриваемой категории во всех национальных вариантах немецкого языка. Особое внимание уделяется семантическим гельвецизмам, дифференцирующим свое значение или стилистические характеристики в рамках германо-швейцарского языкового узуса. Сложные существительные, вторые компоненты которых содержат основы общенемецких существительных на -ling, -and (-end), -ant (-ent) и -at, рассматриваются в качестве наиболее характерных для категории nomina patientis в рамках германо-швейцарского языкового узуса.

Ключевые слова: nomina patientis, гельвецизм, наименование лица, швейцарский вариант немецкого литературного языка, национальный вариант, словообразование, композит, субстантивированное причастие второе, суффиксация, семантика, стилистика, варьирование.

The article undertakes an attempt to describe the most considerable lexical and semantic features of Swiss marked personal nouns with passive meaning. Specific characteristics of Swiss marked nomina patientis are revealed by comparing them with identical semantic units of Standard German of Germany, Austrian Standard German and General Standard German. Swiss marked personal nouns are divided into sametype, multiple-type and isolated derivatives depending on the presence or absence of related semantic correlates in other national varieties of Standard German or among units of the general lexical fund. Two word-formation groups of nomina patientis have been distinguished during the research - personal substantives formed by the use of suffixes -ling, -and (-end), -ant (-ent) and -at and substantivized participles II attributed to the kernel of the category in question in all national varieties of Standard German. Attention is focused on semantic helvetisms which have meanings common in Austrian and German Standard German besides an additional one typical only of Swiss Standard German. Compounds containing Standard German stems ending in

-ling, -and (-end), -ant (-ent) and -at are considered to be the most typical for the given category in Swiss Standard German.

Key words: nomina patientis, helvetism, personal noun, Swiss Standard German, national variety, word-formation, compound, substantivized participle II, suffixation, semantics, stylistics, variation.

Наименования лиц, образующие наиболее активно пополняемый пласт лексики любого языка, на протяжении нескольких десятилетий вызывают повышенный интерес в отечественной и зарубежной лингвистике. Их изучение проводилось на материале английского, немецкого, французского и русского языков. Исследовались семантические, стилистические и словообразовательные особенности наименований лиц, проводился сопоставительный анализ этих единиц в разных языках. Однако швейцарски отмеченные наименования лиц, т.е. единицы, обладающие дифференциальными признаками в сопоставлении с семантически тождественными им коррелятами собственно немецкого, австрийского и общенемецкого лексических фондов хотя бы на одном из уровней языковой структуры, еще не становились объектом специального исследования в свете активно разрабатываемой в современной лингвистике теории полинациональных языков. Между тем именно в сфере наименований лиц находят отражение основные тенденции развития немецкого языка в пределах германо-швейцарского узуса. Выявление и анализ их особенностей является неотъемлемой частью адекватного описания национального своеобразия швейцарского варианта немецкого литературного языка.

Наряду с именами, называющими активного исполнителя действия, среди швейцарски маркированных образований достаточно широко представлены наименования лиц с пассивным значением, которые в силу своих словообразовательных, семантических и стилистических особенностей заслуживают особого внимания при изучении специфики немецкого языка в его швейцарской разновидности. Цель статьи - выявить лексико-семантические особенности швейцарски отмеченных наименований лиц категории nomina patientis в сопоставлении с семантически тождественными им коррелятами общенемецкого, собственно немецкого и австрийского лексических фондов.

Прежде чем непосредственно перейти к анализу языковых особенностей швейцарски маркированных наименований лиц с пассивным значением, необходимо обобщить существующие на данный момент в языкознании подходы к трактовке категории nomina patien-tis. В первую очередь следует отметить, что категория отглагольных существительных с пассивным значением стала выделяться в герма-

нистике относительно недавно. Наименования лиц, объединенные значением пассивности, начинают последовательно рассматриваться в качестве самостоятельной категории только с середины 70-х гг. прошлого века в работах Г. Веллманна "Deutsche Wortbildung. Typen und Tendenzen in der Gegenwartssprache. Zweiter Hauptteil. Das Substantiv" [Wellmann, 1975: 415] и Й. Эрбена "Einführung in die deutsche Wortbildungslehre" [Erben, 1975: 83].

Существительные с пассивным значением, как и имена деятеля, не получили в современном языкознании однозначного истолкования. Наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой nomina patientis - это исключительно обозначения лиц, на которые распространяется то или иное действие: Prüfling - eine Person, die geprüft wird; Lehrling - eine Person, die gelehrt wird; Examinand - eine Person, die examiniert wird; Begrüßte - eine Person, die begrüßt wurde [Fleischer/Barz, 1992: 87, 164, 189, 214; Baeskow, 2002: 500; Metzler, 2005: 442; Dillström, 1999: 49]. По мнению других исследователей, nomina patientis могут быть любые неодушевленные предметы, с которыми производятся какие-либо действия: Flüsterwitz - ein Witz, der geflüstert wird; Lutschbonbon - ein Bonbon, der gelutscht wird; Transplantat - ein Gegenstand, der transplantiert wird [Donalies, 2005: 161]. В работе Е. Доналис "Die Wortbildung des Deutschen" (2005) отражен подход, согласно которому первостепенную важность при выделении категорий nomina agentis и nomina patientis имеет то, что называемый предмет или лицо семантически характеризуется посредством совершаемого им или направленного на него действия. При этом такие семантические признаки, как одушевленность или неодушевленность, по мнению Е. Доналис, не имеют существенного значения при выделении указанных групп существительных. Поэтому единицами категорий nomina agentis и nomina patientis могут быть слова, называющие любой предмет, который способен совершать какие-либо действия. Единицы категории nomina instru-menti, называющие исключительно неодушевленные предметы, характеризуются Е. Доналис как подвид в рамках категории nomina agentis, поскольку называемый предмет рассматривается говорящим или слушающим как нечто, совершающее действия: das Gebläse «вентилятор» - ein Gerät, das typischerweise bläst [Donalies, 2005: 161]. Подобный подход к рассмотрению категории nomina agentis представлен также в работе И. Барц "Nomination durch Wortbildung" [Barz, 1988: 142]. Непоследовательность в трактовке категории nomina patientis наблюдается в работе У. Энгеля "Deutsche Grammatik". Автор указывает на то, что существительные данного класса «называют людей, которые являются предметом, объектом, часто жертвой того или иного действия» [Engel, 1988: 505]. Ограничивая, таким образом, nomina patientis исключительно наименованиями 56

лиц, У. Энгель тем не менее приводит в качестве одного из примеров единиц данной категории существительное Aufkleber «наклейка» (ein Aufkleber ist etwas, das aufgeklebt wird), которое вполне определенно называет неодушевленный предмет и не способно использоваться для обозначения человека.

Разногласия при интерпретации категории nomina patientis вызывают не только характер называемого объекта (его одушевленность или неодушевленность), но и грамматические характеристики исходного глагола (его переходность или непереходность). Несмотря на то что все существительные nomina patientis объединены значением пассивности, ряд исследователей считают, что единицы данной категории могут образовываться не только от переходных, но и от некоторых непереходных глаголов, которые в немецком языке, как правило, не способны образовывать формы страдательного залога. Так, по мнению Х. Бесков и Д. Доути, в основе существительных nomina patientis могут лежать интранзитивные эргативные глаголы, грамматический субъект которых является не активным носителем действия, а со смысловой точки зрения представляет собой скорее объект, на который направлено то или иное действие [Baeskow, 2002: 520; Dowty, 2006: 568]. К числу эргативных принадлежат глаголы, обозначающие процессы, которым невольно подвержено называемое лицо или предмет и которые неизбежно приводят к изменению его физического состояния или местоположения: ankommen, verblühen, wachsen, fallen, ertrinken, ersticken, entstehen, unterliegen, unterlaufen, auffallen, gelingen, passieren, zustoßen, einfallen, verwelken. Поэтому если рассматривать глаголы siechen и sterben как эргативные, т.е. предполагающие наличие пассивного субъекта, то существительные Siechling (jmd., der dahinsiecht) и Sterbling (jmd., der bald stirbt), с точки зрения Х. Бесков и Д. Доути, следует интерпретировать скорее как nomina patientis, а не как nomina agentis. Такой подход к пониманию категории nomina patientis представляется нам не совсем оправданным, поскольку в данном случае отсутствует ярко выраженная направленность действия извне, которая связывается исключительно с переходными глаголами. В настоящем исследовании под nomina patientis понимаются наименования лиц, подвергающихся либо уже подвергшихся какому-либо внешнему воздействию. При этом про-изводность имени от переходного глагола является, на наш взгляд, обязательным признаком единиц рассматриваемой категории.

Категория nomina patientis, в отличие от категории nomina agentis, не располагает таким большим количеством словообразовательных средств в немецком языке. Как правило, значение пассивности, объединяющее все лексические единицы данной категории, выражается путём субстантивации причастий II сильных или слабых глаголов:

Begrüßte, Delegierte, Gelehrte, Vermisste, Verwundete, Verheiratete, Verurteilte, Angestellte, Abgeordnete, Körperbehinderte, Teilnahmeberechtigte, Stadtverordnete, Gefangene, Geschworene, Erstgeborene, Schutzbefohlene. Субстантивированные причастия I и II противопоставляются часто по семе активности/пассивности: der Begrüßende -der Begrüßte, der Delegierende - der Delegierte, der Verurteilende - der Verurteilte. Употребительной при этом нередко является только одна форма с активным или пассивным значением. Например, немецкое субстантивированное причастие I der Kulturschaffende не обнаруживает соответствий среди причастий II. Возможна также обратная ситуация, когда субстантивированное причастие II не коррелирует с причастиями I. Так, среди субстантивированных причастий I противопоставлений не имеют существительные der Verheiratete и der Schutzbefohlene. Следует также отметить, что нередко субстантивация причастия II приводит к идиоматизации значения исходного причастия и глагола: der Besitzende «владелец» - der Besessene «одержимый», der Bekennende «сторонник; приверженец» - der Bekannte «знакомый», der Schwörende «клянущийся» - der Geschworene «присяжный заседатель».

Что касается единиц категории nomina patientis со швейцарской маркированностью, то здесь, как в собственно немецком и австрийском национальных вариантах, преобладают субстантивированные причастия II. Если сопоставить словообразовательную структуру швейцарски маркированных единиц со словообразовательной структурой семантически тождественных им собственно немецких, австрийских или общенемецких существительных, то швейцарски маркированные субстантивированные причастия II можно условно разделить на три словообразовательные группы: однотипные, разнотипные и изолированные образования1. К числу однотипных швейцарски отмеченных единиц принадлежат национально маркированные слова, образованные от одной и той же основы и в результате аналогичного словообразовательного процесса (субстантивации), что и семантически тождественные им единицы двух других национальных вариантов немецкого языка, а также единицы общенемецкого лексического фонда, образованные, однако, с использованием иных словообразовательных средств. Так, швейцарски маркированному существительному Angeschuldigte «обвиняемый» соответствует общенемецкое однокорневое слово Beschuldigte, также образованное в результате субстантивации причастия II от основы другого, хотя и однокорневого, глагола beschuldigen:

1 Терминология, предложенная Б. Келлермайер-Ребайн в работе "Areale Wortbildungsvarianten des Standarddeutschen. Beiuntersuchung zum Variantenwörterbuch des Deutschen" [Kellermeier-Rehbein, 2005: 59]

Vor dem Richterpult befanden sich zwei hölzerne Geländer, hinter denen der Staatsanwalt und der Angeschuldigte mit seinen Anwälten stehen musste (Hans-Peter Amherd. "Thurgauer Kriminalgeschichten").

Разнотипными образованиями являются швейцарски маркированные слова, которые среди национально отмеченных единиц двух других национальных вариантов немецкого литературного языка, а также среди общенемецких единиц обнаруживают однокорневые семантические соответствия, образованные, однако, в результате иных словообразовательных процессов, например, не путем субстантивации, а в результате суффиксации или словосложения. Так, швейцарски маркированному nomen patientis Pensionierte «пенсионер» (SWB, VWB) (отpensionieren «увольнять на пенсию») среди общенемецких лексических единиц соответствуют слова, представляющие собой продукт не имплицитного, а эксплицитного словопроизводства - Pensionist, Pensionär.

Und ich hätte die Urne fest in den Händen gehalten, der unflätige, vielleicht betrunkene oder geistesgestörte Junge stand plötzlich auf und schlug dem Pensionierten die flache Hand ins Gesicht (Jürg Acklin. "Der Vater").

Группу изолированных образований формируют национально маркированные слова, не обнаруживающие однокорневых соответствий в других национальных вариантах или среди единиц общенемецкого лексического фонда. Например, швейцарски маркированное nomen patientis Hinterlassene «близкий родственник покойного» (VWB) среди национально немаркированных единиц коррелирует с именем деятеля Hinterbliebene, также образованным в результате субстантивации причастия II, но от основы другого глагола - bleiben, который, в отличие от глагола lassen, не требует прямого дополнения в винительном падеже и не способен образовывать существительные с пассивным значением:

Viele Menschen haben die folgende falsche Idee: Sie meinen, indem man mit den Hinterlassenen von dem Verstorbenen, von seinen Verdiensten, oder von der schmerzlichen Lücke, die er zurückgelassen hat, spreche, mache man diese nur noch trauriger, als sie es schon seien (Ilse Leisi, Ernst Leisi. "Sprach-knigge, oder, wie und was soll ich reden?").

К группе изолированных образований следует отнести также швейцарски маркированные существительные Angefressene (jmd., der angefressen ist) «фанат» и Reformierte (jmd., der reformiert ist) «протестант» (VWB), не имеющие однокорневых семантических соответствий ни среди единиц общенемецкого словарного фонда, ни среди единиц двух других национальных вариантов немецкого литературного языка.

Зафиксированные в "Variantenwörterbuch" существительные Ausgesteuerte, Stimmberechtigte и Niedergelassene не могут быть причислены ни к одной из рассмотренных выше групп, поскольку в данном случае речь идет не о морфологическом, а о стилистическом или семантическом варьировании. Хотя данные существительные и обнаруживают определенную семантико-стилистическую национальную маркированность, сами эти лексемы являются употребительными во всех центрах распространения немецкого языка. Особенность этих слов состоит в том, что закрепленное за ними содержание семантически или стилистически варьируется в национальных вариантах немецкого литературного языка. Так, в швейцарском варианте существительное Ausgesteuerte используется для обозначения лица, которое в течение продолжительного времени не может найти работу и теряет право на пособие по безработице. В австрийском национальном варианте данное слово является историзмом - обозначает безработного перед Второй мировой войной, в собственно немецком варианте принадлежит к разряду терминологической лексики. В швейцарском варианте немецкого литературного языка Ausgesteuerte является общеизвестным и общеупотребительным (VWD):

Ein hohes Armutsrisiko tragen nicht mehr nur Ausländer, Alleinerziehende, Ausgesteuerte, sondern immer häufiger auch Junge und Betagte, Alleinstehende eher als Verheiratete, Frauen eher als Männer (Brigit Wehrli-Schindler. "Lebenswelt Stadt: Berichte zur Lebenssituation in Schweizer Städten").

Существительное Niedergelassene известно носителям австрийского варианта немецкого языка, однако носит исторический характер и является малоупотребительным. В швейцарском варианте данное существительное, напротив, достаточно употребительно - используется для обозначения гражданина Швейцарии или иностранного государства, который постоянно проживает на территории той или иной общины, не обладая при этом гражданством данной административно-территориальной единицы страны (VWD):

Derselbe Artikel hielt zudem fest, dass Niedergelassene im Fall der Verarmung aus dem Kanton der Niederlassung weggewiesen werden konnten (Regula Argast. "Staatsbürgerschaft und Nation").

В случае с существительным Stimmberechtigte в швейцарском варианте немецкого языка наблюдается частичная семантическая дифференциация закрепившегося за данной лексемой содержания. Помимо общенемецкого значения «тот, кто может принимать участие в голосовании» в рамках германо-швейцарского языкового узуса данное слово получает дополнительный семантический признак и обозначает не только того, кто может принимать участие в любом

голосовании, но и того, кому разрешено участвовать в политических выборах страны (VWD):

Du weißt es: nur 50 000 Stimmberechtigte der Schweiz können durch ihre Unterschriften das Parlament und die Regierung, selbst gegen deren Willen, zwingen, ein neues Gesetz den Bürgern des Landes zur Abstimmung vorzulegen (Otto Friedrich Walter. "Die Verwilderung").

В образовании nomina patientis в немецком языке с высокой степенью продуктивности принимает участие также суффикс -ling. При образовании существительных с пассивным значением суффикс -ling, как правило, не сообщает называемому лицу ярко выраженную отрицательную оценку (Prüfling, Lehrling, Anlernling, Pflegling, Findling, Impfling, Liebling, Mischling, Sträfling, Schützling) (ССЭ), которая прочно связывается с данным суффиксом при образовании наименований лиц от основ существительных (Genüßling «сластолюбец», Dichterling «стихоплет, рифмоплет, стихокропатель», Schreiberling «писака») и прилагательных, которые практически все носят пейоративный характер (Bösling «брюзга, зануда», Dümmling «дурачок, простофиля», Primitivling «примитив»). А.Ф. Мюллер отмечает, однако, что лишь некоторые слова на -ling с пассивной семантикой имеют «абсолютно нейтральное или даже положительное значение» [Müller, 1953: 128]. Приводя в качестве примера отглагольные существительные с пассивным значением Lehrling, Anlernling, Impfling, Pflegling, Prüfling, Zögling, А.Ф. Мюллер подчеркивает, что во всех указанных случаях речь идет об обозначениях лиц, которые объединяет признак незавершенности, неполноценности и несостоятельности, обусловливающий, хотя и слабо выраженный, пейоративно-диминутивный характер значения. Таким образом, суффикс -ling, указывая на зависимость называемого лица от другого человека и тем самым на его профессиональную или социальную несостоятельность, даже среди существительных с пассивным значением сохраняет, хотя и в меньшей степени, свой пейоративно-диминутивный характер. Наиболее отчетливо пейоративно-диминутивный характер суффикса -ling проявляется среди существительных, обозначающих неодушевлённые предметы. Как правило, это ненужные или малозначительные объекты малого размера: Schnürling «шнурок» (австрийски маркированный диминутив к сущ. Schnur). Поскольку такие обозначения предметов, как отмечает А.Ф. Мюллер, являются более употребительными в языке, чем более многочисленные наименования лиц с этим же суффиксом, между двумя группами слов в языке невольно устанавливаются ассоциации, которые также во многом обусловливают слабую диминутивно-пейоративную окрашенность nomina patientis на -ling [Müller, 1953: 129].

Большинство образований с суффиксом -ling входит в состав общенемецкого лексического фонда и не имеет национальной маркированности. Вероятно, это можно объяснить чрезвычайной продуктивностью данного словообразовательного средства в образовании наименований лиц с пассивным и пейоративно-диминутивным значением. Среди единиц категории nomina patientis нами было выявлено лишь одно швейцарски маркированное существительное с суффиксом -ling - Sendling «посол, посланец» [Kaiser, 1970: 82], которое в собственно немецком и австрийском варианте немецкого языка перешло в разряд устаревшей лексики. Специфику швейцарского варианта немецкого литературного языка в сфере наименований лиц с пассивным значением составляют швейцарски отмеченные сложные слова, второй компонент которых образован от общенемецких существительных на -ling. Так, основа общенемецкого существительного Lehrling «ученик» (jmd., der gelehrt wird) выступает в качестве второго компонента в структуре швейцарски отмеченного композита Coiffeurlehrling (ученик, осваивающий профессию парикмахера):

Unserer superklugen Zeit der Con- und Prävention, da jeder Coiffeurlehrling meint, mit parfümierter Geste das Räderwerk des Weltgetriebes in den Dienst seiner Aufgeklärtheit stellen zu können - unserer in Scherben daliegenden Welt fehlt es an Anspruchslosigkeit, am alten bescheidenen Maßstab und Glauben (Hans Morgenthaler. "Woly").

Суффикс иноязычного происхождения -and (-end) участвует в образовании nomina patientis «в сфере академического образования» [Fleischer, Barz, 1992: 189], например Diplomand «дипломник» - ein zu Diplomierender. Г. Веллманн указывает на то, что кроме устойчивых обозначений чисел в математике, с которыми должна быть произведена та или иная вычислительная операция (Multiplikand «множимое», Subtrahend «вычитаемое», Dividend «делимое»), с использованием суффикса -and (-end) образуются лишь некоторые обозначения лиц: Habilitand «кандидат на должность преподавателя в высшем учебном заведении», Konfirmand «конфирмующийся», Maturand «ученик, сдающий экзамен на аттестат зрелости», Diplomand «дипломник», Examinand «экзаменующийся» [Wellmann, 1975: 418]. При этом, по подсчетам Г. Веллманна, количество образований с суффиксом -and (-end) в современном немецком языке значительно превышает количество слов с этим же суффиксом, которые были зафиксированы в начале XIX в.

Суффиксы -and (-end) не всеми исследователями включаются в список эксплицитных словообразовательных средств современного немецкого языка. В частности, суффикс -and не рассматривается в работе В. Фляйшера "Wortbildung der deutschen Gegenwartssprache"

(197б). Суффикс -and (-end) часто противопоставляется суффиксу -ant (-ent) по семе активно-пассивного отношения к действию, например: Vigiland - тот, за которым наблюдают, Vigilant - тот, кто наблюдает; Initiand - тот, кто посвящается, участник праздника посвящения, Initiant - инициатор, организатор. Как отмечает Р.З. Му-рясов, «противопоставление производных с -and и -ant по активности - пассивности обусловлено тем, что они восходят к причастным формам латинского языка, также противопоставленным по активности - пассивности» [Мурясов, 1974: бб]. Производные наименования лиц с суффиксом -ant генетически восходят к причастиям настоящего времени действительного залога (participiumpraesentis activi): simulans - род. падеж ед. числа simulantis «делающий подобно». Наименования лиц с суффиксом -and сохранили этимологическую связь с латинским причастием будущего времени страдательного залога (participium futuripassivi -gerundivum):praeparo - «готовлю», praeparandus - «тот, кого должны подготовить».

Суффикс -and (-end) являлся в латинском языке алломорфом, дистрибуция которого определялась типом спряжения базисных глаголов. Первоначально при образовании причастных форм суффиксы -ans и -ens выступали в качестве позиционно обусловленных вариантов одной и той же морфемы. С помощью -ans (род. пад. -antis) образовывались причастные формы от глаголов 1-го спряжения, при помощи -ens (род. пад. -entis) - причастные формы от глаголов 2-го, 3-го и 4-го спряжений [Мурясов, 1974: бб]. В современном немецком языке дистрибуция суффикса -and (-end) больше не является предсказуемой - он в равной мере принимает участие в образовании существительных от глаголов иноязычного происхождения на -ieren.

В статье «Иноязычные словообразовательные средства выражения лица в современном немецком языке» (1974) среди слов с суффиксом -and Р.З. Мурясов различает единицы, обозначающие «активного или заинтересованного в чем-либо деятеля» (Doktorand, Examinand, Diplomand), и единицы, обозначающие лицо, «характеризуемое пассивным отношением к действию» (Präparand - тот, кого готовят; Korrigend - тот, кто нуждается в исправлении) [Мурясов, 1974: б5-бб]. Существительные Examinand и Diplomand вряд ли можно рассматривать в качестве обозначений «активного или заинтересованного в чем-либо деятеля», поскольку, в отличие от глагола doktorieren (работать над докторской диссертацией; присуждать ученую степень доктора наук) (DW), способного выступать как в качестве транзитивного, так и в качестве интранзитивного, глаголы examinieren и diplomieren являются переходными, т.е. требуют дополнения в винительном падеже и способны образовывать формы страдательного залога. Производные от основ этих глаголов наиме-

нования лиц характеризуются скорее пассивным, чем активным отношением к действию: Examinand - jmd., der examiniert wird, Diplomand - jmd., der diplomiert wird. Кроме того, существительное Examinand может рассматриваться в качестве синонима слова Prüfling (DW), принадлежность которого к категории nomina patientis не вызывает сомнений.

Поскольку суффикс латинского происхождения -and (-end) способен образовывать наименования лиц как с пассивным, так и с активным значением, не всегда представляется возможным однозначно провести границу между nomina agentis и nomina patientis, образованными с использованием указанных словообразовательных средств. Х. Бесков допускает возможность двойной интерпретации существительных Doktorand, Promovend и Habilitand [Baeskow, 2002: 613]. С nomina patientis указанные существительные объединяет сема незавершённости и пассивной направленности процесса по отношению к называемому лицу, которая характерна также для многих образований на -ling категории nomina patientis: Prüfling, Impfling - derjenige, der geprüft, geimpft werden soll. Глаголы, от которых образованы существительные Doktorand, Promovend и Habilitand, могут выступать как в качестве транзитивных, так и в качестве интранзитивных. Если рассматривать глаголы promovieren, doktorieren, habilitieren как непереходные, то существительные Doktorand, Promovend и Habilitand вполне могут быть причислены к категории nomina agentis. Следует отметить, что из трех указанных существительных только Promovend и Habilitand входят в состав общенемецкого лексического фонда. Функционирование существительного Doktorand «докторант» ограничено рамками собственно немецкого и швейцарского языковых узусов (VWD).

В отличие от суффикса -ling суффикс -and и его вариант -end не выполняют пейоративно-диминутивных функций, несмотря на то, что указанные словообразовательные средства, как и суффикс -ling, участвуют в образовании наименований лиц, объединённых значением незавершённости процесса. Имеющиеся в немецком языке слова на -and или -end представляют собой заимствования в сфере академического образования и являются абсолютно нейтральными в стилистическом отношении. Значение существительных на -and и -end предполагает лишь то, что называемые ими лица являются объектом пассивного воздействия извне.

Наряду с образованиями на -and и -end в немецком языке представлено несколько существительных категории nomina patientis с суффиксом -ant (-ent), который, как правило, характерен для отглагольных существительных с активным значением: Interessent «заинтересованное лицо» (jmd., der an etw. interessiert ist), Exilant 64

«изгнанник, ссыльный» (jmd., der exiliert ist), Exulant (jmd., der exuliert ist), Repatriant «репатриант» (jmd., der repatriiert ist) и Kurant «курортник» (jmd., der kuriert wird - тот, кого лечат), из которых последнее является швейцарски маркированным и обнаруживает в качестве своего соответствия среди единиц общенемецкого фонда композит Kurgast [Fenske, 1973: 272]:

Selbst die Ausflüge in der herrlichen Umgebung von St. Moritz empfand der Kurant nur als bedingt erholsam (Peter Metz. "Geschichte des Kantons Graubünden").

Суффиксы -and (-end) и -ant (-ent) в целом не обнаруживают заметных отличий в образовании швейцарски маркированных наименований лиц с пассивным значением. Как и в случае с суффиксом -ling, наибольшее количество расхождений представлено в структуре сложных слов, второй компонент которых образован от основ существительных на -and (-end) или -ant (-ent). Так, в отличие от собственно немецкого существительного Kaufinteressent, швейцарски маркированное соответствие получает соединительный элемент -s-Kaufsinteressent и представляет собой неполносложное образование [Kaiser, 1970: 51]:

In der Regel erscheint der Kaufsinteressent, der an der Gant Waren ersteigern will, zum vornherein mit der festen Absicht, weniger zu bezahlen, als er für ein gleichwertiges Gut auf dem freien Markte hingeben würde (Ernst Stemmer. "Konkurs und Wirtschaft").

Суффикс -at, также участвующий в образовании некоторых наименований лиц с пассивным значением, восходит к латинскому окончанию причастий -atus, в котором компонент -us выступает в качестве указателя мужского рода в винительном падеже единственного числа: laudäre - хвалить, laudatus - тот, кого похвалили; legäre - посылать, legätus - посол (EWDS). Данное латинское окончание развилось в немецком языке в самостоятельное словообразовательное средство - суффикс -at.

Среди наименований лиц на -at с пассивным значением преобладают существительные из правовой и экономической областей, многие из которых обнаруживают соответствия из числа существительных с активным значением на -ar или -ant. В современном немецком языке большинство наименований лиц с пассивным значением на -at носит ярко выраженный терминологический характер: Appellat «ответчик по обжалованию или по протесту» - jmd., der appelliert wird; Adressat «адресат» -jmd., an den etwas adressiert wird; Honorat «лицо, за платеж которого поручился акцептант; лицо, за которого акцептант совершил платеж (в вексельном праве)» - jmd., für den ein Wechsel

5 ВМУ, филология, № 1

honoriert wird; Inkulpat «ответчик, обвиняемый, подсудимый» -jmd., der inkulpiert wird; Injuriat «оскорблённый, потерпевший» -jmd., der injuriert wird. Существительные Girat «жират, индоссат» и Indossat «жират, индоссат», допускающие двойное направление производнос-ти, могут быть соотнесены как с существительными Giro и Indosso/ Indossament соответственно, так и с глаголами girieren и indossieren: jmd., für den giriert wird и jmd., der indossiert wird.

Рассматриваемый суффикс реализуется в структуре гельвецизма Lizentiat (Lizenziat) (jmd., der lizenziert wurde), восходящего к латинскому субстантивированному причастию второму licentiatus «тот, кому выдано разрешение» (от licentiare «выдавать разрешение»). В швейцарском национальном варианте существительное Lizentiat выступает в качестве обозначения первой учёной степени в высших учебных заведениях Швейцарии (кроме естественнонаучных), а также её обладателя (DW). Согласно VWD данное заимствование больше не используется в качестве обозначения лица, сохраняя в области католической теологии общенемецкие значения.

Проведенный анализ словообразовательных и семантических особенностей категории nomina patientis в швейцарском варианте немецкого литературного языка позволяет сделать следующие выводы:

1) категория nomina patientis, как и категория nomina agentis, не получила в современной лингвистике однозначного истолкования. Разногласия при ее интерпретации вызывает характер называемого объекта (его одушевленность или неодушевленность), а также грамматические характеристики исходного глагола (его переходность или непереходность); в настоящем исследовании под nomina patientis понимаются отглагольные обозначения лиц, являющихся объектом какого-либо внешнего воздействия;

2) в современном немецком языке можно выделить два основных способа образования единиц категории nomina patientis - субстантивацию причастий II и использование эксплицитных словообразовательных средств (суффиксов -ling, -and (-end), -ant (-ent) и -at), при этом субстантивированные причастия II образуют ядро рассматриваемой категории во всех национальных вариантах немецкого языка;

3) в сопоставлении с семантически тождественными образованиями собственно немецкого и австрийского национальных вариантов, а также единицами общенемецкого лексического фонда швейцарски отмеченные субстантивированные причастия II можно разделить на три группы: однотипные, разнотипные и изолированные образования. Особую группу швейцарски маркированных субстантивированных причастий II образуют семантические гельвецизмы, дифференцирующие свое семантическое содержание или стилистические характеристики в рамках германо-швейцарского языкового

узуса; при этом сама лексема является употребительной во всех центрах распространения немецкого языка;

4) суффиксы -ling, -and (-end), -ant (-ent), -at являются менее продуктивными средствами выражения категории nomina patientis в немецком языке. Швейцарскую маркированность обнаруживают лишь некоторые существительные, образованные с использованием данных словообразовательных средств. Специфику швейцарского варианта немецкого литературного языка в сфере наименований лиц с пассивным значением составляют сложные существительные, вторые компоненты которых образованы от основ общенемецких существительных на -ling, -and (-end), -ant (-ent) или -at. Особенность существительных категории nomina patientis состоит также в том, что в собственно немецком или австрийском варианте некоторые из них вышли из употребления или перешли в разряд историзмов, продолжая функционировать в рамках германо-швейцарского языкового узуса.

Список литературы

Мурясов Р.З. Иноязычные словообразовательные средства выражения лица в современном немецком языке // Учен. зап. Башкирского университета. Вып. 66. Сер. филол. наук. Уфа, 1974. Baeskow H. Abgeleitete Personenbezeichnungen im Deutschen und Englischen. Berlin, 2002.

Barz I. Nomination durch Wortbildung. Leipzig, 1988.

Dillström S. Motiviertheit in der Wortbildung entlehnter Einheiten. Eine deskriptive Studie von Personenbezeichnungen mit Fremdsuffixen im Deutschen vom 16. bis zum 20. Jahrhundert. Uppsala, 1999. Donalies E. Die Wortbildung des Deutschen. Tübingen, 2005. Dowty D. Thematic Proto-Roles and Argument Selection // Language. Vol. 67. 2006. N 3.

Engel U. Deutsche Grammatik. Heidelberg, 1988.

Erben J. Einführung in die deutsche Wortbildungslehre. Berlin, 1975.

Fenske H. Schweizerische und österreichische Besonderheiten in deutschen

Wörterbüchern. Tübingen, 1973. Fleischer W., Barz I. Wortbildung der deutschen Gegenwartssprache. Tübingen, 1992.

Kaiser S. Die Besonderheiten der deutschen Schriftsprache in der Schweiz. Bd. 2.

Mannheim; Zürich, 1970. Kellermeier-Rehbein B. Areale Wortbildungsvarianten des Standarddeutschen. Beiuntersuchung zum Variantenwörterbuch des Deutschen. Frankfurt am Mein, 2005.

Metzler-Lexikon Sprache / Glück H., Schmöe F. Stuttgart/Weimar, 2005. Müller A.F. Die Pejoration von Personenbezeichnungen durch Suffixe im Neuhochdeutschen. Altdorf, 1953. Wellmann H. Deutsche Wortbildung. Typen und Tendenzen in der Gegenwartssprache. Zweiter Hauptteil. Das Substantiv. Düsseldorf, 1975.

Словари

ССЭ - Степанова М.Д. Словарь словообразовательных элементов немецкого языка. М.,1979. DW - Duden. Das große Wörterbuch der deutschen Sprache in 6 Bänden. Mannheim/Wien/Zürich, 1977. EWDS - Kluge F. Etymologisches Wörterbuch der deutschen Sprache. Berlin, 2002.

SWB - Meyer K., Bickel H. Schweizer Wörterbuch: So sagen wir in der Schweiz. Frauenfeld, 2006.

VWD - Ammon U. Variantenwörterbuch des Deutschen: Die Standardsprache in Österreich, der Schweiz und Deutschland sowie in Liechtenstein, Luxemburg, Ostbelgien und Südtirol. Berlin, 2004.

Сведения об авторе: Подкин Александр Анатольевич, аспирант кафедры немецкого языкознания филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: apodkin@ list.ru