Особенности языка немецких солдат двух мировых войн (на материале понятийного поля «Продовольственное снабжение в армии»)

Я.А. Манукян ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКА НЕМЕЦКИХ СОЛДАТ ДВУХ МИРОВЫХ ВОЙН

Вопрос социального подхода к исследованию немецкого языка до сих пор требует к себе более пристального внимания. В результате рассмотрения теоретических положений, касающихся изучения различных форм проявления немецкого национального языка, нами отмечено, что такая форма, как жаргон не нашла должного освещения в научных исследованиях. Причиной отсутствия специальных исследований военного жаргона, да и жаргонов вообще, являются, по нашему мнению пренебрежительное отношение «ревнителей» чистоты языка к данной форме языкового общения очень значительных социальных групп носителей того или иного языка [1; 3; 4]. Жаргон проникает во все сферы общественной жизни, а жаргонные слова часто понятны не только внутри какой-либо социальной группы.

Немецкий солдатский жаргон представляет собой специфическую языковую реальность и поэтому сбрасывание его со счетов при изучении немецкого языка неоправданно. Солдатский жаргон есть способ общения, являвшийся в своё время единым средством языковой коммуникации, особенно тогда, когда вооружённые силы Германии комплектовались военнослужащими, являвшимися носителями своих территориальных диалектов, что исключало взаимопонимание между ними. Солдаты, служившие когда-то до 25 лет, несли свои языковые привычки обратно в гражданскую жизнь, обогащая местные диалекты, но, главным образом, обиходно-разговорную речь жаргонными образованиями.

По своей сути, жаргон - это лексикон ярко выраженной стилистической окраски, денотативное поле которого практически безгранично. Язык в данной работе мы рассматриваем как средство коммуникации солдат посредством использования специфической лексики в неофициальной сфере повседневного обихода, а под языком солдат мы понимаем обиходно-разговорную речь военнослужащих.

Анализ лексического материала показал, что номинации подвергаются как самые разнообразные стороны армейской жизни, так и денотаты из

гражданского быта. Работа с фактическим материалом выявила, что в словаре солдат существуют обширные понятийные поля. Одним из таких полей, на котором мы бы хотели проиллюстрировать семантические и стилистические особенности языка солдат, является понятийное поле «продовольственное снабжение в армии».

Продовольственное обеспечение имеет большое значение в жизни солдата. Известно, что наиболее важными продуктами питания для военнослужащих являются хлеб, мясные изделия, овощи, алкоголь, которые в годы войны были либо плохого качества, либо поставлялись в небольшом количестве, что и находит отражение в самих жаргонизмах.

Так, например, недоброкачественная еда в словаре военнослужащих именуется как АЯеПтаВ, где оба компонента слова несут пейоративную окраску (корм для обезьян), указывая на низкокачественность использованных продуктов. Сравнивая плохую казарменную еду с кормом для скота, немецкий солдат шутливо именует её Bundfutter, а, намекая на то, что казарменное продовольствие для воинской части было скромное, чем для войск действующей армии, военнослужащий употребляет жаргонизм StammfraB, где первый компонент-часть композита Stammkompanie (кадровая рота). Тема количественной недостаточности еды заложено и в жаргонизме Schonkost, где содержится намёк на «диетическое питание».

Холодное продовольственное снабжение, состоящее из масла, маргарина, колбасы шутливо именуется Ваге^ей (медвежье сало), а завтрак, состоящий из кофе, хлеба, яиц, колбасы и сыра, переименован солдатами в АШ^епй^Шск (завтрак атлета). К жаргонизмам, характеризующим низкокачественное довольствие можно отнести и такие, как Marinegewбhnlich (каждый день одно и то же), К^еМгеск (вороньи экскременты), Kбterfrafi, Hundefutter (корм для собак), Drahtverhau (мешанина), Pikus (из Pikus der Specht - мелкая игральная карта). Интересно отметить и жаргонизмы, обозначающие военное довольствие в целом: МиМтои^: (запасы для рта),

Magenfracht (груз для желудка). Несмотря на то, что хорошая вкусная еда обозначена как Schnabelweide, военнослужащие сравнивают её с кормом для птиц и животных (ср. свн. snabelweide - хороший корм для птиц).

Как уже было сказано выше, в языке солдат не обойдён вниманием и объём получаемой порции. Так, например, скудная, ограниченная порция еды, которой никто не может насытиться, обозначена как Schlunk; еда, уместившаяся в одном половнике - Schwung (объём черпака). Дополнительная порция еды переименована в Klimmzug (берут, обхватывая руками тарелку), а незаконно полученная добавка при раздаче еды - Abstauber (бери и испарись!).

Ироничное восприятие транспортного средства службы продовольственного снабжения находит своё отражение в жаргонизме Speisewagen (вагон-ресторан), и в Speckkutsche (повозка с салом).

«Хлеб» как центр периферийного поля

Как известно, хлеб в жизни солдата имеет первостепенное значение. А немецкие военнослужащие были вынуждены часто довольствоваться чёрствым, а иногда и старым хлебом. Так, сравнивая солдатский хлеб с обожжённым кирпичом, намекая на его формы и жёсткость, солдат называет его Backstein. Жёсткие безвкусные сухари из неприкосновенного запаса военнослужащих язык солдат сравнивает с едой для собак, что и заложено в номинации самого жаргонизма -Hundekuchen. Чёрствость, а с ней и жёсткость хлеба имеет место и в Eisenbolzen, Fellsbrocken, Felsen, где в глубинной структуре заложена сема «твёрдость» как у железа и камня. Замена мяса слегка поджаренным хлебом на фронте прослеживается в слове Barrasbraten (жаркое), Kriegskotelett (котлета), а ироничное и шутливое отношение к солдатскому хлебу ярко иллюстрируют следующие примеры: Kaiser-Wilhelm-Geburtstags-Torte, Kaiserkuchen, Kaiser Wilchelmtorte, Konigskuchen, где как бы выражается благодарность последнему немецкому императору и королю Пруссии.

Намекая на скудность порции хлеба в кайзеровской Германии, тонкий ломоть хлеба переименовали в Offiziersschnitte (культурно нарезанный), а чёрствый и сухой - в Scheibling (пайка). По мнению немецких военнослужащих, беднее, чем ломоть хлеба с сырым луком может быть только еда сапожника по мелкому ремонту, что и зало-

жено в жаргонизме Schusterbeefsteak (бифштекс холодного сапожника).

В силу толщины и формы толстый ломоть хлеба сравнивается с кирпичом, который солдаты шутливо именуют Ziegel (кирпич). Кусок хлеба без масла или маргарин переименован в trockenes Karo, Karo einfach aus der Hand, где Karo самая низкая масть в колоде французских карт, Stulle mit Brott (хлеб с хлебом), где Stulle = Brottscheibe. Безвкусный бутерброд с ветчиной или с колбасой напоминает солдату торф, поэтому он называет его Torf mit Aas (с падалью), бутерброд с маргарином Torf mit Salbe (смазка, мазь), а есть солдатский хлеб - torfen (нарезать пластины торфа на торфоразработках). Следует отметить и следующие жаргонизмы, обозначающие солдатский хлеб: Barras, Bims, Hauf, Komiftschinken, Barras-Schinken.

Периферийное поле «Мясные изделия»

Пренебрежительное, ироничное отношение также характерно и для мясных изделий. Номинации подлежат как само мясо, так и мясные изделия, не отличавшиеся, как и все продукты, высоким качеством в годы войн.

Так, например, жаргонизм Sondermeldung, показывающий скудность мяса в рационе солдат, является неожиданной находкой в супе военнослужащих. Подобную находку немецкий солдат сравнивает с важнейшими военно-политическими событиями, распространенными по радио, подчеркивая, что находка в супе для него важнее, чем военные новости. Недоброкачественные, несвежие мясные изделия с сильным запахом лексикон военнослужащих переименовал в Rattenfilet mit Kanalgeschmack (филе из крысы и запахом канализации), сомнительное мясное блюдо - в gehackter Missionar. По мнению солдат, подобное блюдо готовили из мяса убитого индейцами миссионера (hacken - рубить). Бытующее мнение о том, что студенты экономят на еде, чтобы иметь больше средств на выпивку, легло в основе жаргонизма Studentenkotze (студенческая блевотина небольшого от скудности съеденного объёма).

Ничтожное содержание говядины и большое количество конских волос наводило солдат на мысль о том, что большая часть мясных изделий делалась из конины. Так, например, консервированная говядина, шутливо-иронично называется Buchsenhuhu, где Huhu - лошадь. Bоенно-

служащие переименовывают консервированное мясо в Panzerkavallerie, иронично полагая, что танковая дивизия германских войск возникла лишь после передачи кавалерией своих лошадей. Интересными, на наш взгляд, являются следующие названия мясных изделий: Gaulasch (Gaul - конь), Deichselschwein (свинья как тягловая сила), Huhubraten (жаркое из конины), Vollblut-Bulette (из мяса чистокровной лошади), wiehernder Darminhalt (ржущее содержание кишечника). Пейоративная окраска при наименовании мясных консервов прослеживаются и в таких словах, как Barrasbulle (бык), Blechdarm (железные кишки), Buchsenwurst (колбаса из банки), Trapperschinken (окорок из конины).

Следует отметить, что язык солдат переименовывает и колбасные изделия. Дешёвая ливерная колбаса, пресная и вязкая как клей, охарактеризована военнослужащими Kitt (клей, замазка). Сравнивая колбасу с формой пениса, солдат называет таковую Kadettenflote, Negerpimmel, Negerprint (Flote, Pimmel, Print = penis). Кусочки жира в низкосортной кровяной колбасе напоминают солдатам воспалённые глаза с кровоподтёками, что и заложено в самой номинации -Schlimmeaugenwurst (колбаса с больными глазами), а жёсткая кровяная колбаса низкого качества переименована в Soldatenwurst (для солдат).

Как показывает анализ лексического материала, номинации подлежат и блюда из мяса. Так, например, гуляш из говядины, имеющий, как правило, тёмный цвет, шутливо-иронично обозначен как Hundenasen (собачьи носы). Низкокачествен-ность мяса, из которого делали гуляш, находит отражение в жаргонизме kupierter Hund (купированная собака), а небольшая порция мяса легко прослеживается в Elefantenklein (шницель из слоновьего мяса). Используя имена собственные как нарицательные, язык солдат переименовывает бифштекс в Kaiser-Wilhelm-Gedachtnis-Fraft, а приготовленный, якобы, из конины -в Traberklops, где Traber - лошадь, предназначенная для скачек.

Пренебрежительное отношение, связанное с низкокачественностью продукта, имеет место и в следующих названиях мясных блюд: обед из одного блюда, состоящий из овощей и мяса уни-жительно именуется Blechmischung (мешанина из консервной банки), обжаренные фрикадельки из дешёвых сортов мяса - verreckte Katze (дохлая кошка). Блюдо, приготовленное из остатков мяса,

овощей и картофеля, солдат иронично называет Schusterpastete (как и бедного сапожника). Номинации подлежат птица и скот, которых должны зарубить или заколоть, примером к чему могут послужить следующие жаргонизмы: Koch-geschirranwarter, Kochgeschirraspirant, Kochtopfaspirant, Wurstkesselaspirant, где -anwarter и -aspirant - при кавалерией своих лошадей.

В лексиконе военнослужащих не обойдены и рыбные блюда. Так, итальянский рыбный паштет, приготовленный, преимущественно, из тунца и нелюбимый немецкими солдатами, как и все итальянские продукты, называется Mussolini-Butter (с намёком на вождя итальянских собратьев Б. Муссолини), маринованная селёдка - Teller-Hai, а сардины в масле - Buchsenwal (кит в консервной банке).

Периферийное поле «Овощи»

Анализ лексики позволяет сделать вывод о негативно-ироничном отношении военнослужащих и к овощам, поставляемых для немецкой армии. Солдат воспринимает их, прежде всего, лишь как замену сытной и вкусной еды, что, естественно, имеет место и при самой номинации овощей. Так, например, невкусная жёсткая квашеная капуста напоминает солдату конский волос, поэтому он и называет её Roshaar. Жёсткость квашеной капусты заложена и в жаргонизме Schissbaumwolle. Приготовленная под видом шпината крапива вызывает у военнослужащих отвращение, солдат презрительно именует её Affendreck и Schweinekresse (экскременты обезьян или свиней). Поставляемые итальянцами из африканского корпуса сушеные овощи презрительно переименованы немецкими военнослужащими в Kammelfutter (корм верблюдов). Как отмечает Г. Кюппер, при создании жаргонизмов немаловажную роль играет, разумеется, и война. Свежие овощи во время военных действий и в послевоенный период являлись такой редкостью, что военнослужащие воспринимали сушёные овощи как норму, а свежие как заменитель, что ярко иллюстрирует жаргонизм Dorrgemuse-Ersatz (эрзац сушеных овощей), характеризующий свежие овощи [2]. Перенося увиденные ужасы войны на название блюда, еду с овощами и мясом немецкий солдат переименовывает в Drahtverhau mit Leichen (колючее заграждение с висящими трупами). Неопределённые овощи в рационе солдат полу-

чают название Sellerabi, что является контаминацией из слов Selerie и Kohlrabi. Немецкий солдат воспринимает соленые огурцы, как еду для вегетарианцев, что находит отражение в жаргонизме - vegetarische Bratwurst (жареная колбаса). Употребление свежих овощей приравнено к потраве полей и обозначено в лексиконе военнослужащих как Flurschadenkompott, а сами овощи -Grunfraft (зелень с полей). Одним из самых распространённых овощей, преобладающим в рационе солдат, естественно, является картофель. Именно поэтому солдат называет его Volksnahrungsknolle (клубень народного питания).

Периферийное поле «Алкоголь»

Алкоголь занимает в жизни солдата важное место. Что касается языка немецких солдат, то здесь большое количество жаргонизмов связано с переименованием шнапса, являвшимся наиболее распространенным напитком в годы войны. Немецкий солдат воспринимает его, прежде всего, как средство для поднятия военного духа.

Как уже было сказано выше, алкоголь играет для солдата немаловажнуюроль. Воспринимая алкоголь как лекарство и именуя шнапс Mandelol, солдат акцентирует не столько на масле, получаемом из миндаля, а сколько на то, что им можно смазать миндалины. Шнапс рассматривается и в качестве средства профилактики от простудных заболеваний и по этой причине сравнивается с вакциной против гриппа, что и иллюстрирует жаргонизм Serum. Рассматривая алкоголь как средство для повышения низкого давления, военнослужащий шутливо-иронично называет его Energietropfen (энергетические капли). Стремление к юмору и сатире находит своё отражение и в -жаргонизме Schaukelwasser, военнослужащий намекает на то, что много пьющий человек имеет, как правило, шатающуюся походку (schaukeln -качаться). Интересными, на наш взгляд, являются и такие жаргонизмы как dickes Wasser, Visierwasser, Teewasser, Desinfektionsmittel.

Алкоголь, помогающий поднятию военного духа, военнослужащий именует следующим образом: Sturmessenz, Wutmilch, Wutrahm, Stoftkraftbruhe, являющийся контаминацией из Stoftkraft (=Angrifsstarke - ударная сила) и Kraftbruhe (= Bouillon - бульон), Aweckwasser, жаргонизм употребляемый среди солдат во время второй мировой войны (здесь следует отметить, что уже участники первой мировой войны

называли шнапс как Aweck, из французского „avec” - успешный удар), М-Vitamin, где под сокращением подразумевается Mut (смелость), Offensivgeist - спиртной напиток поднимающий боевой дух всей воинской части.

Не обойдён вниманием и шнапс с высоким содержанием алкоголя. Называя высокопроцентный шнапс Genikschuss, немецкие военнослужащие сравнивают его с выстрелом в затылок, сбивающим с ног. После принятия такого шнапса солдат не может и сделать и шагу. Военнослужащий твёрдо придерживается мнения, что шнапс ему необходим так же, как и бензин для автомобиля, что и иллюстрирует жаргонизм Kraftstoff (горючее). Для обозначения горячительных напитков немецких солдат заимствуют терминологическую лексику из языка ювелиров, что и послужило основой для появления таких жаргонизмов как Konigwasser, Atzwasser (травильная жидкость). Интересным является и жаргонизм warme Jacke, в котором прилагательное warm указывает на согревающий эффект после принятия алкоголя, а существительное Jacke взято из изречения „von allen Jackchen liebe ich am meisten die Konjackchen”. Сравнивая спиртной напиток с козьей шерстью, которая известна своей жесткостью, солдат намекает на высокое содержание алкоголя, что и находит отражение в жаргонизме Ziegenpisse. Шнапс не только помогает военнослужащему побороть страх перед боем, согревает его, главное - он способен избавить солдата от пережитых душевных потрясений. Именно поэтому он и называет шнапс Seelenputzer (очищающий душу). Следует отметить и следующие жаргонизмы, характеризующие высокопроцентный алкоголь: Wadenbrecher, Magendreher, Umwerfer, Umschmeifter, warme Leibbinde, Hollensteiner.

В лексиконе солдат не обойдены вниманием пиво и вино, которые, как считали немецкие военнослужащие, являлись низкокачественными, что и находит отражение в наименовании самого напитка: Affenpisse (обезьянья моча),

Nonnenpisse (моча монахини) и Schops, заимствованный из студенческого жаргона. Так, например, кислое вино, охарактеризованное в языке солдат как Fahnenwein. Данный жаргонизм этимологически связан с традицией обильно поить и кормить новобранцев после принятия присяги при знамени (Fahne). Язык солдат переименовывает крепкое вино в Dusenjager, так как выпивающий его пьянеет так же быстро, как и лета-

ет реактивный самолёт. И если сам алкогольный напиток низкого качества обозначен как Wanzentinktur (солдат рассматривает его лишь как средство для уничтожения клопов), то отвратительный на вкус шнапс - Leichenwasser (трупная жидкость).

При рассмотрении жаргонизмов из данного микрополя интересно отметить и тот факт, что для немецких солдат большое значение имеет и размер ёмкости, из которой пьют алкогольный напиток. Так, небольшой стаканчик шнапса называют Nippsache (шрреп - пригубить), сравнивая его с маленьким украшением (Neppsache),

а большой стакан именуют Wachtmeister (вахмистр, начальник, главный).

Библиографический список

1. Девкин В.Д. Особенности немецкой разговорной речи. - М.: Международные отношения, 1965.

2. Kupper H. Wбrterbuch der deutschen Umgangssprache. Band V. - Hamburg: Claasen Verlag, 1967.

3. Riesel E. Stilistik der deutschen Sprache. -M.: Verlag Hochschule, 196З. - 487 S.

4. Riesel E., Schendels E. Deutsche Stilistik. -M.: Verlag Hochschule, 1975. - З16 S.

И.В. Назарова

ЛЕКСИКА ЖЕНСКИХ ГОЛОВНЫХ УБОРОВ В ГОВОРАХ ЮГА НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ: ТЕМАТИЧЕСКИЕ ГРУППЫ

Своеобразие языковой картины мира русского народа, отраженное в лексической системе говоров, в том числе в таком ее фрагменте, как лексика русской народной материальной культуры, в частности костюма, позволяет объективно исследовать специфику народного восприятия мира. Как непосредственно связанная с предметным миром человека, с его социально-историческим опытом и культурно-национальными особенностями, лексика женских головных уборов хранит в себе обозначения элементов русского народного костюма, их связи и парадигматические отношения. Изучение лексики женских головных уборов юга Нижегородской области представляет интерес также в связи с тем, что территория Нижегородской области является специфической историко-этнографической областью [1, с. 33], или, если следовать терминологии Л.Н. Гумилева, социальноэтнической системой [2, с. 180]. Это связано с фактом длительного совместного проживания различных по языку и культуре народов, особенностями формирования населения края и «возникновения в связи с этим своеобразной, присущей только этой исторической области материальной и духовной культуры» [1, с. 35] Так, являясь исконной для финно-угорских народов, территория междуречья Оки, Волги и Суры, и юга Нижегородской области в том числе, в результате колонизации славян и тюрков начинает совмещать

отличительные черты материальной и духовной культуры каждого этноса.

Ретроспективный взгляд на лексику женских головных уборов проявляет отчетливое деление на следующие тематические группы: общее название женских головных уборов; «не-платки»; платки; головной убор невесты; материал, из которого шились головные уборы; детали головного убора; украшения головных уборов; быть в головном уборе - быть без головного убора; женские и девичьи прически; обозначение действий, в том числе обрядовых, связанных с прической и головными уборами.

В тематическую группу «общее название женских головных уборов», входят лексемы: обвязка (Перев.), обвязки (Перв.), перевязка (Ард., Перев.), подзат'ыльник (Возн.), голов'а (Арз., Возн.), гол' овка (Перев.), опр' ава (Б.-Мур., Возн., Выкс., Перев.), укр'утка (Див.), окр'ута (Поч.), уб'оры (Поч., Кр.-Окт.), об’язка (Перев., Шатк.), уб'ор (Кр.-Окт.). Не во всех лексических системах говора юга Нижегородской области сохранились до нашего времени слова с обобщающим значением, в ряде говоров в этом значении употребляется лексема «платок»: «Все, чего на голову на-девам, так все платки» (Стрелка Вад.), «Это платки разные бывают: и палушалки, и касын-ки, и шали» (Дашино Возн.).

Тематическая группа «не-платки» делится на несколько тематических подгрупп: «девичьи го-