Лингвокультурное своеобразие вербализации фразеологической оппозиции «Богатство бедность» в донских говорах

13. Tener L. Osnovyi struktumogo sintaksisa. M. : Progress, 1988.

14. Fillmor Ch. Delo o padezhe // Novoe v zarubezhnoy lingvistike. Vyip. X. Lingvisticheskaya semantika. M. : Progress, 1981. S. 369-495.

15. Kantor R.N. Discourse phenomena and linguistic theory // Ohio State University Working Papers on Language OSUWPL 1976. № 21. P. 161-188.

Semantics of the ergative form of the Ingush personal pronoun

There is made the attempt of semantic substantiation of the Ingush ergative. The dichotomy of the first person is interpreted in the terminals of intentionality, intensionality. The two forms of the first person, at the superficial level represented as nominative and absolutive and ergative forms of the name, are substantiated at the deep level by the conceptual category of postulation characteristic for the ergative in the synchronous section of the language.

Key words: ergative, deixis, speaker, pronouncer, intentionality, antecedent, intensionality, consequent.

Г.Х. ЗИННАТУЛЛИНА

АПЕЛЛЯТИВНО-ОНИМИЧЕСКИЕ КОМПЛЕКСЫ В ПРОСТРАНСТВЕ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

Рассматриваются функции и типы нарицательных имен, которые сопровождают имена собственные в тексте. В частности, анализируются этнонимы и различные комплексные наименования.

Ключевые слова: имена собственные, комплексные наименования, функции, художественный текст.

В процессе изучения функционирования имен собственных (ИС) в пространстве художественного текста особый интерес представляет их непосредственное «окружение», т.е. способ наименования литературных персонажей. С синтаксической точки зрения в данном случае речь идет о приложении - разновидности определения, когда в отношения определяющего и определяемого вступают имена су-

ществительные. Согласуемое существительное в этом случае может определять другое существительное с разных сторон: по названию (город Москва, месяц март), по функции, назначению (судно-холодильник) и т.п. [2, с. 57].

Кроме того, анализ особенностей употребления литературных имен показал, что личные и фамильные имена могут присоединяться к определяемому слову при помощи специальных сочетаний: по имени, по фамилии, по прозванию, по кличке, под именем, под фамилией, под названием. Апеллятивов может быть один или несколько, располагаться они могут как слева (девочка Маша), так и справа (Ленин, вождь мирового пролетариата), а также «сопровождать» ИС с обеих сторон (гражданка Голубева, зубной врач).

Рассмотрим некоторые типы и функции апеллятивных конструкций при антропонимах в тексте. Литературными источниками послужили произведения классиков татарской литературы А. Еники, Ф. Хусни и М. Амира.

Как комплексный идентифицирующий знак «апеллятив + ИС» выступает в нескольких случаях. Прежде всего, это номинации в военной среде, т.е. номинативный блок «звание + фамилия», поскольку идентификация в данной социальной сфере не предполагает фамилии без звания и звания без фамилии (в отличие от неформального общения). Как показывает анализ исследуемых произведений, подобные конструкции встречаются довольно часто, причем не только в случае с персонажами-военными. Авторы регулярно используют сочетания апеллятивов, указывающих на род деятельности персонажей. Причем апеллятив может быть и в пре- и постпозиции: прокурор Мвхсинов, наводчик Субаев, комиссар Павленко, полковник Ромашкин, капитан Журавлев, курсант Сидоркин, котуче (пастух) Сафа [6, с. 46-58], кибетче (продавец) Ярхэм, чана карамалаучы Сабиржан, тегYче (портной) Зариф, моторист Касыйм, бригадир Шэймж, волкомол секретаре Идрисов, волком секретаре Батталов [5, с. 321, 226], мэгариф бYлеге модире (начальник отдела образования) Касимова [6, с. 46]; Шакир бай, Сафа купец, Хэйдэр мэзин, Хафиз хэлфэ, Искэндэр ахун [4, т. 4, с. 22-53].

К комплексным наименованиям в тексте можно отнести и маркеры категории вежливости, т.е. такие слова, как господин, госпожа и т.д., которые также называются обращениями. В татарском языке подобных об-

© Зиннатуллина Г.Х., 2014

ращений очень много, и это отчетливо отражается в произведениях. Сюда можно отнести обращения к женщине старшего возраста (апа (апай), тYти, абыстай, эби), к мужчине старшего возраста (абый (абзый), агай, бабай), официальный вариант обращения к женщине и мужчине (ханым, эфэнде), обращение к мужчине/женщине, которое несет в себе экспрессивную нагрузку (подчеркивает близость, непринужденность отношений) (туган, дус (дуемым)), обращение к родственникам мужа (ка-ениш), обращение, которое чаще употребляется по отношению к людям младшего возраста (акыллым), обращение к молодым людям (кияу, улым), к дочери или женщине более молодого возраста (кызым), обращение мужчине/женщине молодого возраста (балам, балакай). После Октябрьской революции в лексику татар вошло обращение иптэш (товарищ), которое используется в официальном стиле. Вот лишь некоторые примеры из анализируемых произведений: Якуб абзый, Хупжамал абыстай, Баязим агай; Сэрби эби, Хэйри кияY, Фэрди улым; Мвсмэкыйм дус, МэсрYрэ MYми [5, с. 32-35, 96, 115]; ипмэш Ибраhимова, ипмэш Галлэмов, ипмэш Карпов; Памый эби [6, с. 34, 11]; Шэмсинур эби, Эхмэмвэли улым, Локман бабай, Зэймунэ балакай, Бамырщан дускай, ГайнYш ханым, Майбэдэр абысмай [4, т. 1, с. 89, 134]; Гвлбикэ кызым, Суфиянулым, Мицлебай бабай [Там же, т. 3, с. 18] и др.

Кроме того, в исследуемых текстах часто используется сочетание «ку_рше (сосед, соседка) + антропоним». Данная конструкция позволяет еще более конкретизировать персонажа, о котором идет речь, прослеживается уважение говорящего к нему. В результате мы имеем дело с апеллятивным конвоем*, окружающим ИС с обеих сторон: ...^ршедэге Нурщиhан эби дэ шулай уйлый (Соседка Нурджихан аби думает также); ...Тышма буран комыра,... эллэ нидэ бер курше Эхми абзыйларныц эме вреп куя... (На улице буран, ... только лишь изредка лает собака соседа Ахми абзый); Мэсэлэн, безнец уц як куршебез Якуб абзыйларда берквнне мондый хэл булган (Например, у наших соседей справа, в семье Якуба абзый однажды случилось следующее...) [Там же, с. 18, 31].

Хотелось бы также отметить, что помимо вышеперечисленных конструкций очень часто используется сочетание ИС со словами амлы, исемле, дигэн (по имени). В результате обра-

* Термин апелляшивный конвой был введен Н.В. Васильевой (2009).

зуется следующая конструкция: «ИС+исемле (амлы)+ существительное (сам субъект высказывания) ». Ср.: Сез минем Рэшим исемлема-лайны белмисездер эле (Вы, наверное, еще не знаете моего сына по имени Рашид) [Там же, с. 13]; ...Яшьлекмилелеге белэнЗвhрэатлы кыз-га вйлэндем (По молодости женился на девушке по имени Зухра); Донор дигэннэре Мэдинэ атлы яшь хатын булып чыкмы (Донором оказалась молодая женщина по имени Мадина); Бераз Yсэ мвшкэч, моца Фэрим дигэн курше малае всмэлде (Немного повзрослев, к этому добавился и соседский мальчик по имени Фарид); ... Садри дигэн егет гармоньда узе чыгарган «Колхоз кве»н уйнамакчы» (Молодой человек по имени Садри хотел сыграть на гармони «Мелодию колхоза» собственного сочинения) [Там же, с. 178, 246]. Мин 1931 елныц квзендэ Гвлсем исемле сылу гына кызга вйлэндем (Осенью 1931 года я женился на хорошенькой девушке по имени Гульсум) [Там же, т. 4, с. 56]. Менэ шул Нурания атлы нечкэ билгэ ... мракморчы Галлэм килеп сырыш-кан (Вот к этой стройняшке по имени Нура-ния ... «прилип» тракторист Галлям); Ул кыз-чык Сэлимэ атлы булып чыкмы (Эту девчушку, оказывается, звали Салима) [5, с. 71, 201].

Большой интерес также представляют сочетания, в которых лицо, о котором идет речь, характеризуется посредством отношения к другим лицам. Они отражают какие-то родственные отношения, брачный союз и т.д.:

1) апеллятивный конвой, который представляет персонаж через его родителей: Шул Эсма кызыдыр инде бу, кыланчык! (Наверное, это дочка Асмы, кривляка!); ...КYллемYбэ авылыныц Харис малае Рифгамь Комлыба-ев профессор Баев булып йври башлар (...Сын Хариса из деревни Куллетуба Рифгат Кутлы-баев станет профессором Баевым); Кичэ Сабир кызы Хэдичэдэн хам алдым (Вчера получил письмо от Хадичи, дочки Сабира); Щамалыйныц урманчы кызы Звбэйдэ (средняя дочка Джамали) [Там же, с. 27, 128, 151, 246];

2) сочетания, в которых персонаж является чьим-то родителем: . кайдадыр шунда якында гына - Наилнец этисе (...где-то там недалеко - папа Наиля); Юк, магын бер кеше -Нураниянец энисе Маhруйбикэ MYми булган икэн эле (Нет, оказывается, был еще один человек - мама Нурании тетя Махруйбикэ) [Там же, с. 19, 78]; hарун Хэйрулловичныц анасы Майбэдэр карчыкка щиммеш яшь мула икэн (Матери Харуна Хайруловича, оказывается, исполняется 70 лет) [4, т. 1, с. 134];

3) конструкции, в которых персонаж:

а) называется посредством супруги (супруга): Хэмма Галиулланыц карчыгы Эсхэп-щамал MYMи дэ белмэмешкэ салыша (Даже старушка Галиуллы Асхапджамал притворяется ничего не знающей); Председамельгэ чамма бвкре Хамматша хатыны Машмап очрады (На перекрестке председатель встретил жену горбатого Хамматши Махитап); Яшь мулла хатыны Гайшэ абысмай шулай свйлэп умырды (Так рассказывала жена молодого муллы Гайша абыстай) [5, с. 106, 287, 404]; Сания янында Свлэйман белэн аныц карчы-гы Хафизэ генэ калды (Рядом с Санией остались лишь Сулейман и его старушка Хафиза) [6, с. 58];

б) представляется читателю супругой (супругом), используя категорию принадлежности: Хатыным Саимэ белэн мица маныш инде бу озынлык”; Мин аны, ирем Миркасыймны эймYем, ярамып чыкмым (Я по любви вышла за своего Миркасыма) [5, с. 84, 65];

4) сочетания, дающие информацию о герое через его брата или сестру: Гайшэ апаныц сецлесе, докмор Узбэковныц балдызы була инде (Младшая сестра Гайши ханум, свояченица доктора Узбекова) [4, т. 1, с. 227]; Гый-ниятулла абзыйныц энесе Искэндэр абзый МэскэYдэ Бауман инсмимумыныц профессо-ры иде (Младший брат дяди Гиниятуллы Искандер был профессором института им. Баумана) [Там же, т. 4, с. 48].

Анализ исследуемых текстов позволяет утверждать, что этнонимы также активно используются в комплексе с литературными антропонимами. Этнонимы (русский Иван, немец Шульц) интересны тем, что их роль в сочетании с ИС полностью раскрывается только в тексте. Так, этноним в препозиции к ИС несет дополнительную информацию и участвует в идентифицировании предмета речи. Наряду с такой нейтральной информативноидентификационной функцией, для этнонимов при ИС в зависимости от типа текста можно обнаружить еще некоторые другие функции.

1. Этноним при ИС может выступать в роли «аргументативного контрапункта» при соответствующем развертывании текста [1, с. 53]. В речевую партию персонажа этноним вводится не для информирования читателя о национальной принадлежности того, о ком идет речь, а для лаконичного и исчерпывающего выражения аргументации с точки зрения этого персонажа. Ср.: Русча акценм белэнрэк свйлэве аны шундук ачып салды: hэрхэлдэ, рус

кызы MYгел иде ул...Эйе, без ялгышмаганбыз: Чуваш педагогия инсмимумы смуденмкасы, чуаш кызы Элмия... (Ее речь с русским акцентом тут же выдала ее, во всяком случае она не была русской... Да, мы не ошиблись: студентка Чувашского пединститута, чувашская девушка Альмия) [5, с. 73]; Тик урыны hаман анын белэн янэшэ муры килуче чуаш егете Яков кына аца шакмый уз булып кимэ алды (Только чувашский парень Яков, с которым их места всегда оказывались рядом, пришелся ему по душе) [6, с. 103]; Тикучасмок зоомехнигы, бик яхшы мамарча белYче яшь чуаш кызы Насмя Шубина гына... мамур гына бер чыгыш ясады (Довольно хорошо выступила лишь зоотехник участка, свободно говорившая на татарском языке молоденькая чувашская девушка Настя Шубина) [4, т. 2, с. 26]; Мордва бае Поль-дяев монда машман ике камлы имеп, ике зур йорм салдырган (Мордвийский богач Польдя-ев построил здесь два больших двухэтажных каменных дома) [Там же, т. 4, с. 34].

2. Этноним в сочетании с ИС выступает как инструмент амплификации, который используется для усиления речевого воздействия [1, с. 58]. В роли амплифицирующего средства этнонимов должно быть много, т.е. должна иметь место операция перечисления. В данном фрагменте текста этнонимы семантически привязаны к словосочетанию с географическим смыслом. Если мы попытаемся убрать из перечисления этнонимы, то фигура амплификации исчезнет, а останется лишь не обладающее никаким риторическим эффектом банальное перечисление исторических ИС. Вот строки из произведения А. Еники «Без дэ солдатлар идек» («Мы тоже были солдатами»): ...Болар «кармлар», башма ук несмро-евой хезмэмкэ алынган солдамлар: мэсэлэн, казакълардан вмембаев белэн Байэхмэмов, узбэк Ишмэмэм, яки менэ руслардан Шумилов... Шулай ук безнен арада, алгы сызыкма булып, сугыш эченнэн шакмый вмелеп чыккан-нар да бар. Шундыйлардан менэ Хафиз Акша-лов, Дорды Ходайбирдин (икесе дэ казакълар), минем якмашлардан Твхфэм абзый белэн чуаш Емелькин... Командирлары да мица яхшы маныш кыргыз егеме - Нугайбэк Кулибаев ди-гэн лейменанм (Это «старики», солдаты, которые изначально были призваны для нестроевой службы. Например, из казахов уметбаев с Баяхметовым, узбек Ишмамат, или вот из русских Шумилов... Также среди нас есть и такие, которые побывали на передовой. Из таких вот Хафиз Акшалов, Дорды Ходайбирдин (оба казахи), из моих земляков Тухфат абзый и чува-

шин Емелькин... И командир их хорошо мне знакомый киргизский парень - лейтенант Ну-гайбек Кулибаев) [4, т. 4, с. 247].

Подобное явление наблюдается и в другой повести А. Еники «Ве^дан» («Совесть»). Однако в данном примере прием амплификации достигается путем перечисления не этнонимов, а антропонимов: ...Тагын иц кызы-гы шунда, бу белгечлэрнец купчелеге, бигрэк тэ ботен кара^лчелэр МэскэY, Ленинград тирэсеннэн табып, чакыртып китерелгэн мишэрлэр иде... Маматов, Байтирэков, Иш-маметов, Ширинский кебек ничектер ихты-ярсыздан ихтирам уята торган фамилиялэр (Самое интересное еще и в том, что большинство их, особенно все специалисты по каракулю, были мишарами, специально приглашенные из окрестностей Москвы и Ленинграда... Маматов, Байтираков, Ишмаметов, Ширинский - фамилии, которые уже подсознательно вызывают уважение) [Там же, т. 3, с. 211]. Такое же явление наблюдается и в воспоминаниях А. Еники «Страницы прошлого»: Бу ашлык-ны щыеп озатучылар арасында зур рус бай-ларын курэбез: Лашков, Тимофеев, Косторин-нар... (Среди работников элеватора мы видим известных русских богачей - Лашкова, Тимофеева, Косторина...) [Там же, т. 4, с. 36].

Кроме вышеуказанных случаев, исследователи отмечают еще одну функцию этнонимов в данном сочетании. Этноним может находиться при «неподходящих» ИС, т.е. происходит намеренная актуализация этнонима при очевидном несоответствии его и сопровождаемого им собственного имени принятой культурно-языковой норме [1, с. 41]. Отправитель сообщения подчеркивает, таким образом, свое знание нормы и радуется произведенному эффекту (ср.: швед Ибрагимов, немец Иван, англичанин Ганс и др.). Однако в исследуемых нами произведениях таких примеров обнаружено не было.

Таким образом, для этнонимов, употребляемых в качестве именования персонажей, характерно выполнение нескольких функций, которые обнаруживаются только в тексте.

Подводя итог, отметим, что в художественных текстах используются разнообразные комплексы для именования персонажа с участием апеллятивов. Основными из них являются такие сочетания, в которых апелляти-

вы 1) указывают на род деятельности персонажей, 2) выступают в роли маркеров категории вежливости, 3) отражают какие-то родственные отношения, брачный союз и т.д., 4) несут дополнительную информацию и участвуют в идентифицировании предмета речи (этнонимы).

Однако следует особо отметить, что семантика и функции всех видов апеллятивно-онимических комплексов, а также именной группы в целом проявляются только в тексте. Текст выступает одновременно и пространством реализации функций указанных единиц, и средством их поддержки.

Литература

1. Васильева Н.В. Собственное имя в мире текста. М. : Либроком, 2009.

2. Русская грамматика. М. : Наука, 1980.

3. Фонякова О.И. Имя собственное в художественном тексте. Ленинград : Изд-во ЛГУ, 1990.

4. Еники Э. Эсэрлэр: в 5 т. Казан : Татар. кит. нэшр., 2000-2004.

5. Хєсни Ф. Сайланма эсэрлэр. Казан : Татарстан Республикасы “Хэтер” нэшрияты, 2002.

6. Эмир М. Эсэрлэр: єч томда. Казан : Татар. кит. нэшр., 1987. Т. 2.

* * *

1. Vasileva N.V. Sobstvennoe imya v mire teksta. M. : Librokom, 2009.

2. Russkaya grammatika. M. : Nauka, 1980.

3. Fonyakova O.I. Imya sobstvennoe v hudo-zhestvennom tekste. Leningrad : Izd-vo LGU, 1990.

4. Eniki Э. Эсэрлэр: v 5 t. Kazan : Tatar. kit. rnshr., 2000-2004.

5. Hesni F. Saylanma эsэrlэr. Kazan : Tatarstan Respublikasyi “№ter” rnshriyatyi, 2002.

6. Эmir М. Эsэrlэr: ech tomda. Казан : Kazan : Tatar. kit. Mshr., 1987. Т. 2.

Appellatives used with proper nouns

There are considered the functions and types of common nouns that are used with proper nouns in a text. In particular, there are analyzed the ethnonyms and various complex names.

Key words: proper names, complex names, functions, fiction text.