Терминологическое единство дуплетных оценочных понятий и их разграничение в земельных правоотношениях

Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева, № 2 (82) 2015 УДК: 347.255 ББК: 67.3

Ващенко Ю.С.

ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ЕДИНСТВО ДУПЛЕТНЫХ ОЦЕНОЧНЫХ ПОНЯТИЙ И ИХ РАЗГРАНИЧЕНИЕ В ЗЕМЕЛЬНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЯХ

Vaschenko F.&

TERMINOLOGICAL UNITY OF SEMIDETACHED ASSESSMENT CONCEPTS AND THEIR DESTINCTION IN LAND LAW

Ключевые слова: земельный участок, оборот земельного участка, пользование и переход земельного участка, застройка, неразграниченные земли, организация рационального использования земли

Keywords: land, the turnover of land, use and transition of a land plot, building, non-delimited lands, organization of land rational use

Аннотация: в статье рассматриваются проблемы соотношения дуплетных (бинарных) понятий в земельном праве, имеющих неоднозначные оценку и восприятие, как в самом законодательстве, так и в семантике их прочтения и правоприменения. Бинарные пары, проясняя смыслообразующее значение главного понятия, помогают более ёмко и гораздо точнее идентифицировать его, в тоже время несут дополнительный смысл и даже в чём-то отрицают доминирующее положение основной дефиниции. Всё это, конечно, не может не сказаться на самом законодательном тексте как в сегменте правоприменения, в поисках «вечного» смысла, когда каждый новый уровень значения расширяет прочтение законодательных определений, используемых в земельном праве. Так как семантические дефиниции входят в круг ограниченных вещных прав на землю, то автор также останавливается на истории законодательного становления данного института. Лингвистический анализ рассматриваемой терминологии построен на правовых оценках интерпретации текста, как в общепринятом значении земельных и гражданских правоотношений, так и того, что может служить исключением. Сам анализ проводится в целях уточнения нормативных установлений законодательного текста в области землеустройства.

Abstract: the problems of semidetached (binary) concepts correlation in the land law with an ambiguous assessment and perception, both in the legislation and in the semantics of their reading and enforcement are considered in the article. Clarifying the word-formed meaning of the main concepts, binary pairs help to identify it more succinctly and much precisely and at the same time they bear additional meaning and even deny the dominant position of the main definition. It can not affect the legislative text in the law application segment, in the search of the eternal sense when each new level of meaning extends the reading of the legal definitions used in the land law. As semantic definitions are in the circle of limited real rights on land, the author also stops at the legislative history of the formation of that Institute.

Linguistic analysis of the considered terminology is built upon legal assessments of text interpretation, either as in the conventional sense of the land and civil law or it can serve as an exception. The analysis is conducted in order to clarify the regulatory enactments of the legislative text in the field of land management.

В предлагаемой статье мы рассмотрим отдельные ключевые термины, которые образуют между собой дуплетные (бинарные) пары, составляющие логико-языковой каркас законодательного текста, используемые в земельных

правоотношениях и законодательстве.

Восприятие и понимание дуплетных пар терминов находится в тесной связи с практикой их правоприменения. Сами синонимичные пары образуют «пучки смыслоразличительных признаков», где одно слово может уточнять или доминировать над другим, а семантическое значение второго слова, попадая под «власть первого», нести дополнительный смысл. Вполне допускаю, что в чём-то уточняющий синоним даже отрицает доминирующее определение ведущей дефениции, но, образуя с ней «бинарную оппозицию», помогает идентифицировать основную законодательную дефиницию более ёмко. Уточняя и конкретизируя дуплетные синонимы, следует исходить из значения главного смыслообразующего термина, и при их толковании прибегать как к традиционным приёмам и способам, так и методу телеологической редукции (ограничительного толкования) и телеологического расширения. Как в первом, так и втором случае толкование, ориентированное на смысл и цель, заключённые в самой норме, можно считать основным критерием в поиске наиболее адекватного восприятия и правильного осмысления самого закона.

Трудность в том, что здесь сказывается многообразие отраслевых правоотношений, предмета их правового регулирования (оценка и восприятие через призму гражданских и земельных правоотношений в области землеустройства бывает иногда взаимоисключающая), и главное - статичность правовой нормы не только затрудняет, но и ограничивает прочтение законодательного текста.

Отсюда интерпретация обозначаемых понятий - это «не только поиск смысла, но и

его привнесение», который порождает конфликт интерпретаций. Об этом много и интересно писал известный семиотик и философ Поль Рикёр, который считал, что интерпретация законодательного текста на фоне сравнительного анализа, - это изучение семантического восприятия, скрытого за очевидным пониманием. Когда происходит раскрытие уровней значений, одно из которых является косвенным (вторичным), то оно может быть понято лишь через первое значение, но это уже из области семантики1. Не следует сбрасывать со счётов и тот факт, что интерпретация текста, «горизонт его понимания - есть в конечном счёте самопонимание»2.

К проблеме применения названных терминов включается ещё и то, что данные термины часто носят оценочный характер, где эмоционально окрашенная,

стилистическая языковая единица (закреплённая в системе юридического текста) в виде слова или словосочетания несёт в себе новое понимание в своих смысловых границах3.

Предмет рассматриваемых нами понятий выбран далеко не случайно, так как сделки с земельными участками в настоящее время становятся в центре гражданского оборота. Понятийная составляющая действующего законодательства о земле, в основе которого лежат не только нормативные акты, но и договорные отношения сторон, включающие их регистрацию и оформление, по сути своей является критерием оценки качества законов, что, естественно, сказывается как на правоприменительной, так и судебной практике. В любом случае реализация права собственности на землю является главным показателем рыночной экономики, которую

1 Всех интересующихся отсылаю к работам: Поль Рикёр. Конфликт интерпретаций. Очерки по герменевтике. М. 1995; Лотман Ю.М. Феномен культуры // Избранные статьи в трёх томах. Таллин. 1992.; Бахтин М.М. Проблема текста // Собрание сочинений: в 7 т. М. 1996. Т.5. С. 306-326.

2 Гадамер, Х.-Г. Истина и метод: Основы философской герменевтики. М. 1988. С. 345.

3 Большой лингвистический словарь по языкознанию. М. 2000. С. 236.

в последнее десятилетие декларирует наше государство.

Вопрос о сделках с землёй (земельными участками) непосредственно связан с такими понятиями, как «оборот земельных участков», «сделки с землёй», «земельный рынок». Некоторые цивилисты трактуют их как слова одного и того же синонимического ряда, с однотипными правопорождающими последствиями, но большинство авторов предпочитают их разграничивать. Тем более, что на них непосредственно замыкаются такие дефиниции, как «оборотоспобность земельных участков», «ограничение оборота земельных участков», вплоть до «сделок с земельными участками, изъятыми из оборота». Правовые последствия у них, естественно, различные. Так Г.А. Волков, А.К. Голиченков, О.М. Козырь считают, что понятия «рынок земли» и «оборот земли» различны по объёму. Первое понятие более широкое и включает в себя помимо сделок с землёй, обеспечивающий их механизм, включая и саму инфракструктуру. Другой автор, Э.А. Крылатх, рассматривает «земельный рынок» как часть земельного оборота, при котором установление, изменение и прекращение прав на земельный участок происходит в результате юридически оформленного договора и опосредовано денежным и натуральным платежом. По мнению Ф.Х. Адиханова, «оборот земли» можно определить как переход земельного участка от одного субъекта прав на землю к другому, независимо от того, в чьей собственности находится земля, была она приватизирована или выкуплена. Разница лишь в том, что в одном случае осуществляется публичный оборот, а в другом - частный (рыночный)1.

1 См. Сыродоев Н.А. О соотношении земельного и гражданского законодательства // Государство и право.2001. №4. С. 41; Волков Г.А., Голиченков А.К., Козырь О.М. // Государство и право.1998. №2. С. 50; Крылатах Э.А. Становление и развитие системы регулирования земельных отношений // Проблемы прогнозирования.1997. №1. С .35; Адиханов Ф.Х. Соотношение норм гражданского права и норм земельного права в регулировании земельных отношений в условиях рынка земли // Государство и право. 2001. №1. С. 37; Ващенко Ю.С., Волков С.В. Логико-языковой аспект юридических дефиниций в земельном праве: сущность и

Здесь следует отметить, что кажущееся семантическое сходство данных терминов имеет как лингвистическую, так и юридическую специфику, и сферу своего применения. Это связано в первую очередь с ограничениями и запретами применительно к ограниченным вещным правам (ст. 216 ГК РФ в действующей редакции от 20.10.2014 г.), с частноправовым и публичным началом в нормах гражданского и земельного законодательства, неадекватной данным земельным отношениям конструкцией публичного сервитута и пр. Всё это, конечно, сказывается на разночтении терминологии законодательных уложений, когда институт публичных ограничений прав на землю нередко подменяет собой частные интересы.

Особенно это видно при резервировании земель для государственных и муниципальных нужд (ст. 701 Земельного кодекса РФ (далее ЗК РФ) действующая редакция от 29.12.2014 г.). Это может проходить также путём изъятия, (см. ст. 49 ЗК РФ), включая выкуп земельных участков для государственных и муниципальных нужд, по основаниям, установленным названной выше статьёй. Данная статья носит отсылочный характер, т.к. сами условия и порядок изъятия земельного участка, в том числе и путём выкупа для государственных и муниципальных нужд, устанавливаются уже ст. 55 ЗК.

Для того, чтобы лучше прояснить правовую природу земельного участка, следует обратиться к истории нашего постсоветского земельного законодательства, когда была заложена традиция выделения земельных участков, которая осуществлялась исключительно в административном порядке, и земля предоставлялась только в пользование. При этом становление рыночных отношений непосредственно было

сфера применения // Материалы IX Международной научно-практической конференции «Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики» Ч. 1 г. Тольятти 19-22 апреля 2012; Ващенко Ю.С. Дихатомическое соотношение понятий публичного и частного начала в земельных правоотношениях // Евразийская адвакатура. Международный научно-практический юридический журнал. № 6(7). 2013. С. 12-18.

связано с институтом вещных прав, когда земельный участок переходил к владеющему им пользователю.

Осознание и понимание вещного права пришло с изданием Закона РСФСР от 24.12.1990 г. «О собственности» (см ст. 5 и ст. 6 Закона, в ред. от 06.03.1990 №1305-1), который возродил в отечественном законодательстве правовую категорию вещных прав. Чуть позже в Основах гражданского законодательства Союза ССР 1991 г. появился специальный раздел «Право собственности и другие вещные права». Сейчас в литературе существует сходная с дореволюционной цивилистикой тенденция к пониманию вещного права, которое закрепляет непосредственную связь управомоченного лица с вещью (материальным объектом внешнего мира), пользующееся абсолютной защитой, которая содержит в себе возможность воздействия на вещь посредством установленных в законе правомочий1.

Позднее, с принятием Земельного кодекса РСФСР 1970 года, действующего до принятия Земельного кодекса РСФСР 1991 г., земельные участки предоставлялись на праве постоянного пользования для ведения личного подсобного и дачного хозяйства2. Тогда очень широко применялись такие термины, как «предоставление» и «выделение» земель. Тем более, если выделение земельного участка идёт как предоставление его в бессрочное (постоянное) пользование ограниченному кругу юридических лиц (п.1 ст. 20 ЗК), то здесь включается административный ресурс, когда земля выделяется без проведения торгов, с правом занятия и смежных земельных участков. В случаях, когда органы государственной власти или органы местного самоуправления выделяют на праве безвозмездного срочного пользования земельный участок, то его получателями могут являться и граждане, и юридические

1 Гражданское право: в 4-х т. Т.2. Вещное право. Наследственное право. Исключительные права. Личные неимущественные права // отв. ред. Суханов Е.А. М. 2004. С. 127.

2 См.: Ефимов А.Ф., Толчеев Н.К. Настольная книга

судьи по земельным спорам. М. 2006. С. 78.

лица (статьи 20-21 ЗК утратили силу с 1 марта 2015 года., см. Федеральный закон от 23.06.2014 № 171-ФЗ). При этом срочность пользования данными участками

определялась не более чем на один год, и всё сводилось к их предоставлению (ст. 24 ЗК РФ). В этой же статье говорится и о служебных наделах, где получателями являются работники отдельных отраслей экономики, которые наделяются земельными участками для ведения домашнего хозяйства на время действия с ними трудовых отношений (в ред. Федеральных законов от 24.07.2009 №209-ФЗ, от 28.12.2013 г. №406-ФЗ).

Что касается выдела (применительно к земельному участку), который нашёл своё законодательное закрепление в ст. 252 ГК, то здесь можно говорить о выделе земельной доли, определённой части площади сельскохозяйственных угодий со строго целевым своим назначением. Скажем, на праве договора аренды земельного участка. Но так как объектом земельной доли является не сама доля, а земельный участок, и пользователь-арендатор не ограничивается какой-либо его частью, то правильно будет говорить о земельном участке, находящемся в общей долевой собственности граждан3. Допустим, для производства сельскохозяйственных культур.

Если выстроить логическую цепочку, то наделение земельным участком участников названных отношений идёт как выдел с индивидуализацией его особенностей и границ, с последующей идентификацией

местонахождения, то, что законодатель называет, как предоставление.

Сам термин предоставление сменил термин отведение и производное от него -земельный отвод. В целях приведения земельной терминологии к единообразию ФЗ от 26.06.2007 №118-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты РФ в

3 См. Андреева Н.В. Комментарий к ФЗ от 24.07.2002 г. №101-ФЗ «Об обороте земель с/х назначения» // Главбух. Отраслевое приложение «Учёт в сельском хозяйстве» 2002. № 4. IV квартал.

части приведения их в соответствии с ЗК РФ» данным нормативным актом всё было «зачищено» от других терминов1.

Если обратиться к недавней истории рассматриваемой проблемы, то традиция наделения землёй была заложена в советское время. К примеру, обратимся к сравнительно недавнему нормативному акту - Закону СССР от 26.05.1988 г. № 8998-XI «О кооперации в СССР». В нём в п. 5 ст. 30 предоставление необходимых земельных участков сопровождалось выделением для этого лимитов (фондов). Категории скорее экономической, чем юридической, т.к. все отношения были встроены в существующую в то время систему социальных ориентиров, не признающих ничего частного, включая земельные наделы. Всё шло исключительно на централизованной основе.

С признанием государством права собственности граждан на землю 22.10.1990 г. были приняты Закон РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве, 23.11. 1990 г., Закон РСФСР «О земельной реформе», которыми были определены основные направления реформирования земельных правоотношений с последующим переходом к многообразию форм собственности на землю, включению земельных участков в коммерческий оборот, с использованием принципа платности землепользования. Далёкий от совершенства Земельный кодекс РСФСР от 25.04. 1991 г. №1103-1 легализовал основные направления реформирования земельных правоотношений. И уже в ходе регулирования порядка приватизации земельных участков выходит Закон РФ от 23.12.1993 г. 34196-1 «О праве граждан РФ на получение в частную собственность и на продажу земельных участков для ведения личного подсобного и дачного хозяйства, садоводства и индивидуально-жилищного строительства».

В дальнейшем, когда к нам пришёл

1 Колесова, О.Н. Предоставление земельного участка как правовая категория // Материалы X Международной научно-практической конференции «Татищевские чтения: актуальные проблемы юридической науки», Ч.2. 2013. С. 78.

рынок и стал складываться земельный оборот, такое право владения участком, не оформленное должным образом документально, переходило к другому лицу (скажем, при продаже строения на данном участке) в силу закона и закреплялось как право постоянного (бессрочного) пользования. В неизменном, раз и навсегда установленном порядке, о чём и говорит ч. 4 ст. 20 ЗК РФ, когда лица, обладающие данными участками на этом вещном праве, не могут ими в дальнейшем распоряжаться. А распоряжение земельным участком, который находится на праве пожизненного наследуемого владения, регулируется уже ст. 21 ЗК РФ. До введения земельного кодекса такие участки у граждан сохраняются, а после введения кодекса -нет. Исключение закон предоставляет только при его государственной регистрации, если земельный участок переходит на основании свидетельства о праве на наследства. Но распорядиться этим участком закон такой возможности не предоставляет. Что нередко вносит путаницу при рассмотрении судебных споров о признании права собственности в порядке наследования на земельный участок, который принадлежал

наследодателю на праве постоянного (бессрочного) пользования.

Что касается правоприменительной стороны, то судебные органы общей юрисдикции не принимают во внимание тот факт, что в отличие от земельных участков на праве пожизненного наследуемого владения земельные участки на праве постоянного (бессрочного) пользования не являются объектом наследования (см. п.1 ст. 266 и ст. 267 ГК РФ). Хотя переход права пользования такими участками к наследнику возможен, но только по правилам ст. 35 ЗК РФ, и только в случае перехода права собственности на строение, которое на этом участке расположено.

Сам переход права на земельный участок, ранее предоставленный на праве постоянного (бессрочного) пользования, после смерти наследодателя-собственника строения вообще не может рассматриваться в качестве наследования. Это обусловлено

тем, что законодатель рассматривает всё названное как один из частных случаев перехода права на использования части земельного участка, придомовой

территории, находящегося на нём здания, строения или сооружения (ч. 1 ст. 35 ЗК РФ, п. 2 ст. 271 ГК РФ). Согласно ст. 266 ГК РФ, владеть и пользоваться можно, а распорядиться земельным участком нельзя. Правда, проводить застройку участка закон дозволяет, с приобретением этого строения на праве собственности в будущем, но только не самой земли. Хотя право застройки, известное русскому

дореволюционному праву1, имеющего конструкцию по образцу римского суперфиция, было и в советское время, но в 1948 году его отменили. Сам законодатель постоянно привязывает владение земельного участка с возведением на нём строения, пусть даже капитального, но это все равно временный объект, т.к. нет ничего более постоянного как сам земельный участок.

Следует также отметить, что в новой редакции проекта концепции гражданского законодательства в п. 1 ст. 300, которая называлась «Право застройки», есть право возведения здания или сооружения на чужом земельном участке», что нашло своё правовое закрепление в п. 2 ст. 266 ГК. Но в данной статье не раскрывается сущность самой дефиниции института застройки (равно как и в Гражданском кодексе) как ограниченного вещного права постоянного владения и пользования чужим участком. Узость самого определения понятия застройки, при отсутствии в нём признаков, позволяющих отграничить его от процесса ведения строительства подрядчиком на чужом земельном участке, может выступать скорее предпосылкой к правообладанию самой постройки застройщиком

сооружённого им объекта. Поэтому говорить о дальнейшей судьбе самого

выстроенного объекта можно было только по согласованию с собственником земли, на котором здание (сооружение) выстроено. В настоящее время это право имеет место быть в развитых зарубежных правопорядках (например, в Германии, Австрии, Швейцарии, Эстонии и ряде других стран).

Возведённое на конкретном земельном участке строение принадлежит субъекту права застройки на праве собственности в течение срока действия самой застройки, то есть возникала некая конструкция «временной собственности». Что весьма похоже на застройку чужого земельного участка, которая предусмотрена действующим ГК РФ (п. 2 ст. 266 и п. 2 ст. 269). Согласно же проекту, право застройки должно было осуществляться на основании договора об учреждении права застройки, который также должен был пройти государственную регистрацию2. Сама застройка земельного участка

устанаваливалась техническим регламентом строительства, нормами

Градостроительного кодекса, и согласно ст. 263 ГК РФ может идти с разрешения самого собственника данного участка с требованием сохранения его целевого назначения. Неточность выражения, помноженная на неполноту содержания самого термина, ставит под сомнение принципиальную новизну данного понятия застройки, в котором мы и попробуем разобраться.

Если взять смысловую составляющую этого слова за/строй/к/а, то имена существительные с суффиксом «к/а» обозначают не только само действие, но и результат данного действия3. Это так называемые отглагольные

существительные. Сравните -

стро/итель/ств/о, переходящее в застройку. Образованы они от глагольной

1 По российскому Закону о праве застройки от 23 июня 1912 г. // Собрание узаконений. № 130. - в ст. 2 в совокупности со ст. 1 говорится о праве застройки, как о долгосрочном вещном праве пользования и владения за известное вознаграждение чужим земельным участком с определённой ограниченной целью - воздвигать и сохранять строения и сооружения как на поверхности этого земельного участка, так и под поверхностью.

2 См. Концепцию развития гражданского законодательства РФ (разд. IV) Об этом очень подробно пишет

И.А. Емелькина в своей статье «Вещные права в проекте изменений гражданского кодекса РФ», которая была опубликована на сайте ВАС РФ. URL:http:ru//www.arbit.ru/ presscentr/ news/31202.html.

3 Виноградов, В.В Русский язык. М. Изд «Высшая школа».1972. С.101.

основы строить, а с добавлением приставки «по» переходит в слово построить (постройка), характерное для завершённости начатого и законченного действия1. Получил разрешение от собственника земельного участка, построил и узаконил. Пусть даже на праве долгосрочной аренды, с последующим выкупом данного участка. Отсюда при соотношении данных дуплетных терминов следует сказать, что застройка - это действие, протяжённость которого ограничена временными рамками самого процесса строительства, а постройка - его готовый и законченный объект.

Что касается юридической

составляющей, то в правовых источниках имеется и другая точка зрения на постройку. Так, в правоприменительной практике, согласно Постановлению №4 Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1981 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом собственности на жилой дом», в п. 9 прямо указано: различного рода хозяйственные постройки являются подсобными помещениями и составляют с домом единое целое. Хотя законодатель прямо не говорит, что постройкой можно считать не только пристроенные к дому временные помещения (веранда, летняя кухня), которые легко не только снести, но и перенести, т.к. они не обладают признаками капитального строения. Поэтому, если следовать законодательной мысли, более правильно говорить о пристрое, термине, который прижился не только в лексиконе строителей, но и в самом языке, и более известен как пристрой/ка2.

В литературе встречается и термин выстройка, образованный от глагола, выстроить, где индекс приставки вы,- имеет два значения: первое - выделение из чего-нибудь, направление движения изнутри наружу, второе - завершённость действия, достижение чего-нибудь3. Если исходить из

этих двух смыслообразуюших значений, мы выходим и на сам ход ведения строительства, и как достижение результата - его завершение. Отсюда, данное определение выстройка, как в правовом, так и семантическом смысле является той связующей основой, которая наиболее полно выражает суть института застройки.

А как быть с отдельно стоящей баней на земельном участке, которая имеет фундамент, водоотвод, канализационные стоки? Как правило, её возводят без разрешительной документации. Но это самовольная постройка, созданная на земельном участке, являясь подсобным помещением, она, тем не менее, составляет с домом единое целое. Хотя право собственности на неё можно было признать в судебном порядке на основании п. 3 ст. 222 ГК РФ4.

Конечно, согласно ст. 130 ГК РФ, если наличие объекта на земле и его прочная связь с землёй имеется, то объект можно зарегистрировать. Даже при обращении к пп. 5 ч. 1 ст. 1 ЗК РФ, видно, что все прочно связанные с земельным участком объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных законом. Исходя из римской традиции, «то, что выстроено на поверхности, разделяет юридическую судьбу почвы», говорит о «единстве судьбы земельных участков и прочно связанных с ним объектов». Отсюда правило суперфиция обозначает и право иметь строение на чужом земельном участке, и как вещное право на строение как право в чужой вещи, с прилагаемым к данному праву земельному участку, как его принадлежности5.

Как мы уже говорили, если исходить из здравого смысла: нет ничего более вечного, чем земельный ландшафт. Дело остаётся за малым: для регистрации за/по/стройки нужно иметь отдельный

1 Потиха, З.А. Строение русского слова. М. Изд «Русский язык».1981. С. 284-285.

2 Ожегов, С.И. Словарь русского языка М. Изд. «Русский язык» 1981. С. 532.

3 Потиха, З.А. Указ. раб. С. 278-279.

4 Здания и сооружения нежилого назначения, построенные до 1.01.1995 г., в силу закона не могут быть признаны самовольными постройками и снесены на этом основании. На это было указано в Постановлении Президиума ВАС РФ от 24.01.2012 г. № 12048/11

5 Германов, А.В. От пользования к владению и вещному праву. М. Статут. 2009.

земельный участок. Поэтому образование земельных участков не должно приводить к невозможности размещения на нём объектов недвижимости (см. ч. 6. ст. 9.9 ЗК). Отсюда, неточность в расхождении самого смысла значения и законодательного определения ставят под сомнение новизну термина, равно, как и преимущество самого института застройки с его действующим правовым регулированием. За

исключением, как мы уже отмечали, собственника земельного участка, который сам это здание или сооружение для себя и построил.

Поэтому декларируемое правовое единство земельного участка и находящегося на нём строения (я уж не говорю о том, что находится под самим земельным участком и/ли в его воздушных границах) не произошло, и авторы концепции гражданского законодательства пока нас только к этому единому объекту приблизили. По сути это и есть дихотомия прав на землю и прав на объект, который на этой земле располагается. Логика законодателя в том, что коли собственник здания или сооружения, расположенного на данном участке, является таковым по сути, то зачем ему ещё приобретать это право, если оно предусмотрено законом, а исключить раздвоение названных объектов можно с помощью договора? Преодолеть барьер в существующем правовом режиме, где действуют различная налогооблагаемая база, свои реестры объектов, и пр. законодателю не удалось, поэтому к уже существующим правовым режимам земельного владения он предлагает ещё и другие. Это новые права на земельные участки, включающие застройку

(суперфиция)1, о которой мы уже говорили, постоянного владения и пользования (эмфитевзис), личного пользования (узуфрукт). Что-то это уже напоминает и похоже на то советское землеустройство с землепользованием, от которого мы постоянно пытаемся отказаться,

придумывая себе в качестве оправдания вот

1 Приращения постройки к земельному участку не происходит, т.к. за земельным участком и возведённым на нём строением стоят разные собственники, то и создание модели единого объекта тоже невозможно.

такой многоступенчатый переход, подменяя советское землеустройство римским правом. В качестве такой

многоступенчатости можно привести правила Земельного кодекса (см. ст. 30, 301, 302 ЗК). Разве это не тот порядок возникновения прав на землю, где действует та же самая разрешительная норма для земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности? Что нашло своё правовое закрепление и в ст. 29 ЗК, когда образование земельных участков осуществляется на основании решений исполнительных органов государственной власти и органов местного самоуправления, включая полномочия по распоряжению неразграниченными федеральными землями (п. 10 ст. 3 Закона о введения в действие ЗК).

У нас разграничение и оформление земли принадлежит государству. Системно оно не проводилось уже на протяжении 20 лет2. Самым крупным землевладельцем у нас по-прежнему является государство, что является своеобразным тормозом в развитии земельного рынка. Многие собственники земельных владений ещё с советских времён либо не оформили участки, либо они оформлены не должным образом. Поэтому план мероприятий, известный как «дорожная карта», куда входит и уточнение границ подобных участков, должен повысить качество госуслуг в сфере государственного кадастрового учёта.

Нередко бывает путаница и с ранее возникшими правами на земельный участок при переходе права собственности на здание, строение, сооружение (ст. 35 ЗК РФ), с исключительным правом на приватизацию ранее не предоставлявшихся земельных участков в собственность или

2 Согласно данным Минэкономразвития, законные границы не установлены для 29,8 млн. зем. участков, общая площадь которых составляет 1,05 мрд. га, т.е. 61% всего зем. фонда страны (данные зем. наделы не могут быть предметом сделок). Ещё 395 млн. га, т.е. 21% зем. фонда, до сих пор не поделены на участки. В гос. кадастре до сих пор нет сведений о границах 30 млн. участков. Из них 23 млн. зем. участков - это земли населённых пунктов, а 7 млн. га - это территории с/х назначения (см. материал на сайте www.realtypress.ru).

приобретение права их аренды собственниками зданий, строений, сооружений (ст. 36 ЗК РФ), (ст. 36 утратила силу, с 1 марта 2015 года., см. -Федеральный закон от 23.06.2014 № 171-ФЗ.).

Тем не менее, думается, что создание земельной биржи, с проведением конкурсов и открытых торгов, принесло бы неизмеримо большую пользу для землепользователей и потенциальных собственников, нежели государственно-муниципальный «делёж», с последующим складыванием денег в «кубышку»1.

Что касается соотношения двух бинарных терминов, как разграниченные -неразграниченные земли, в их семантическом значении, то в именах существительных индекс приставка не-, (как впрочем, и в других частях речи) придаёт слову противоположное (антонимическое) значение, т. е. одно слово исключает другое. Сближает их то, что они оба образованы от глагола разграничить, где приставка раз-, в глаголах обозначает «деление на части, разъединение, направленность движения в разные стороны»2. В нашем случае разграничить означает «разделить, обозначая границы»3, тех же земельных участков. Но если в самом слове не/раз/гранич/ени/ие, выделить индекс суффикса -ени-, то в именах существительных он обозначает действие, направленное на его результат , который, к сожалению, пока не достижим. В этом «виноваты» сами отглагольные

существительные, имеющие данный суффикс -ени-. В них, со слов академика -лингвиста А.Х. Востокова, «...теряется

1 Начиная с 01.01.2015 г. Правительство РФ обещает все вопросы, касающиеся оформления земельных участков, решить, а оформление участков сделать по упрощённой схеме. Уже одобрен законопроект об объединении Государственного кадастра недвижимости (ГКН) и реестра прав на недвижимое имущество (ЕГРП), благодаря которому сроки регистрации сделок с имуществом сократятся в несколько раз, а налогообложение станет более справедивым. См. kommersant.ru

2 См. Потиха З.А. Строение русского слова. М.1981. С. 281. С. 287.

3 См. Ожегов С.И. Словарь русского языка. М. 1981. С. 573.

4 См. Потиха З.А. Указ. раб. С. 218.

означение времени настоящего и прошедшего, но сохраняется вид глагола, неокончательный, совершенный и многократный»5. В этом плане смысловое значение, при сравнении названных понятий, лежит на стыке совершённости и несовершённости действия, которое на деле «есть только различение степеней длительности и многократности самого действия» .

Ведь само значение разграничения может означать, и то, что разграничение земельных участков произошло, и то, что оно ещё происходит. На нашем примере (если брать правовой аспект), мы имеем дело скорее со вторым его смысловым значением.

В любом случае всё, о чём мы говорили, относится к использованию земельных участков по их целевому назначению.

В одно время в литературе была целая дискуссия, посвящённая вопросам «приоритетно-значимой функции» данного термина, с сопутствующими корневыми образованиями дуплетных слов, которые уточняли в той или иной части смыслоразличительные оттенки действия этого понятия, включающего в себя и юридическую сторону границы его правового значения. Так в ст. 3 ЗК РФ говорится о том, что к земельному законодательству относятся отношения по использованию и охране земель в Российской Федерации.

Сами авторы концепции по развитию земельного законодательства о вещном праве (раздел: «Право собственности») использование земель понимают буквально и только как физическое воздействие на землю. Если исходить из этимологического толкования термина использование, то, действительно, индекс приставки - ис-, в глаголах и отглагольных существительных

5 Востоков, А.Х. Русская грамматика. Изд. 6. СпБ. 1844. С. 73; Виноградов В.В. Русский язык. М. 1972. С. 103-104.

6 Потебня, А.А. Из записок по русской грамматике. Т. 1-2. Харьков. 1888. С. 352; Виноградов В.В. Указ. раб. С. 103.

распространяет действие на весь предмет1 (в нашем случае это земельный участок) и полнота проявления этого воздействия (постоянное, многократное и длительное во времени) не вызывает сомнения. Корневая основа этого слова -польза: «последствия какого-либо действия, благоприятные для кого-либо». Аналог в старославянском языке noлsa, которое восходит к общеславянскому polьga от корня связанного с общеславянском lъgъkъ (в современном прочтении - лёгкий) и lьgota (русское значение - льгота). Старшее его значение, видимо, облегчение . Следует заметить, что и Владимир Даль рассматривал слово (ис)пользовать в значении вылечить3. Исходя из этимологического анализа данного понятия следует сказать, что содержание термина использование намного шире, чем простое воздействие, оказываемое на землю, т.к. использовать природный ресурс - значит употребить (употреблять) в какое-нибудь дело, с целью извлечения пользы, или воспользоваться для чего-нибудь4, приобрести землю как природный ресурс (с целью потребления), и не только ради извлечения выгоды, но и бремени её содержания: внесения удобрения, орошения, культивирования и пр. Всё то, что имел в виду Вл. Даль: оказание «лечебного воздействия».

В одной из своих статей Я.О. Торко пишет, что земля и другие природные ресурсы определяются Конституцией (ч. 1 ст. 9) более нейтрально по факту применения самого действия как использование. Сравнивая её с юридической стороной, считает, что использование земель звучит как пользование и толкуется как один из элементов триады правомочия собственника (владение - пользование -распоряжение), т.е. земля как природный ресурс и средства её обработки - всё с

1 Потиха, З.А. Строение русского слова. М.1981. С.281.

2 Черных, П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. Т.П. М. 2007. С. 54-55.

3 См. Даль Вл. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. II. М. 1981. С. 56.

4 Ушаков, Д.Н. Толковый словарь современного

русского языка / Под ред. Н.Ф. Татьянченко. М. 2005. С.

314.

целью извлечения выгоды (получения прибыли) от владения. Та же Конституция РФ в ч. 2 ст. 36 определяет пределы правомочия собственника земли, а ч. 3 названной статьи устанавливает

нормативно-правовую базу пользования ею, т.е. на основе федерального закона5.

Только какого - земельного или гражданского законодательства? Часть 1 ст. 2 и ст. 3 ЗК однозначного ответа на поставленный вопрос не дают, а то, что оборот земельных участков (по мысли специалистов, участвовавших в разработке Концепции) - предмет правового регулирования гражданского

законодательства, тоже вызывает большие сомнения. Равно как и мнение некоторых цивилистов о том, что нормы Земельного кодекса могут носить как частноправовой, так и публично-правовой характер и «примирить» таким образом, с частноправовыми нормами гражданского законодательства, далеко не убеждает. Отсюда увязку действий норм различных отраслей (прежде всего - гражданской и земельной) применительно к конкретным случаям и конкретным правоотношениям по поводу земли нельзя считать окончательно решённой. Тем не менее, ч. 2 ст. 3 ЗК РФ однозначно указывает, что к земельным отношениям нормы разных отраслей законодательства применяются в случае, если эти нормы не урегулированы земельным законодательством. Поэтому, следуя общепринятым правилам толкования, в случае разночтения нормативных актов, следует придерживаться норм специального закона. А о соотношении триады названных терминов очень аргументировано пишет в одной из своих работ профессор С.А. Боголюбов6.

Привлекает внимание и позиция другого автора. Так, в комментариях к ФЗ от 18.06.2001 №78-ФЗ «О землеустройстве», который дала О.П. Кудинова, есть ключевой термин рациональное использование земли,

5 Торко, Я.О. Конституционное и муниципальное право. 2010. №8.

6 См. статью Боголюбова С.А. Земельное законодательство и концепция развития гражданского законодательства // Журнал российского права. 2010. №1.

который с «учётом критериев рациональности используемых земель напрямую зависит от вида используемых земель». Где по мысли данного автора при толковании норм к закону, касающихся рационального использования земель, следует руководствоваться общими принципами и смыслом земельного законодательства, включая положения экономической теории.

Конечно, земли сельскохозяйственного назначения не должны повлечь уменьшение площадей сельскохозяйственных угодий и гипотетически могут обеспечивать среднюю урожайность (продуктивность) угодий, отвечающую кадастровой оценке земель. Как бы в противопоставление автором даются земли несельскохозяйственного назначения, где главным критерием рациональности их использования может выступать то количество средств производства (зданий и сооружений), которое размещено на меньшем по площади земельном участке с соблюдением установленных норм (каких?), и при этом которые фактически эксплуатируются. В последнем случае автор делает оговорку, имея в виду не только использование земель по их целевому назначению, но и наличие землепользователя, ведущего хозяйственную деятельность1.

Начнём с сельскохозяйственных земель. Традиционно Россия находилась и находится в черте рискованного земледелия, поэтому не от количества возделываемой пашни (в сторону увеличения или уменьшения) зависят виды на урожай. Ещё в советское время земли, малопригодные для выращивания сельскохозяйственных культур, получили статус земель сельскохозяйственных. Хотя по большому счёту у нас только три благодатных места, где урожай более или менее стабилен - Ставропольский, Краснодарский край, и республика Алтай. И там, действительно, каждый гектар пахотной земли на учёте, а их землепользователь известен тем более. Все остальные земли у нас зависят не только от наличия гумусного слоя, а скорее от погоды

1 См. base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi...

и выпадающих осадков. Что касается слова «продуктивность», которое используется в качестве уточняющего синонима к термину «средняя урожайность»» то здесь он едва ли уместен, т.к. более применим к труду, «относящийся к разведению скота для получения продуктов животноводства»2. При размещении объектов на землях несельскохозяйственного назначения, здесь действуют скорее градостроительные и технические нормы. И на каких они землях расположены: больших или малых, особого значения не имеет. Главное, чтобы всё было рационально и

под рукой. Комментируя далее такие дефиниции, как планирование

рационального использования земель, и организация рационального использования земель, автор их суть сводит к

управленческой деятельности государства. Различие в них только в языковых и стилистических нюансах. Чтобы что-то спланировать, надо всё это организовать на разумных началах. Отсюда «планирование» и «организация» входят в семантическое поле действия «рациональности», обоснованности и целесообразности достижения того результата, к которому следует стремиться.

Конечно, те проблемы, о которых мы говорили, возникли не вдруг и не сразу, их придётся решать. Замалчивание или откладывание на потом, безусловно, уже порождают сложности на практике. Так количество земельных споров в различных субъектах РФ, неуклонно и постоянно растет, судебная практика по ним не всегда отличается единообразием.

Её обзоры и обобщения по рассмотрению земельных споров в основном касаются административно-правовых вопросов или собственно гражданско-правовых вопросов, тогда как споры по поводу сделок с землей чаще всего носят специфический характер, не

2 См.: Ожегова И.С. Словарь русского языка. М., 1981. С. 541.

сводимый к указанным отраслям1.

В связи с чем, некоторые ученые предлагают ввести для их разрешения специальные земельные суды2. Вопрос, касающийся специализированных судов, более чем спорный, т. к. в литературе неоднократно предлагалось ввести административные суды, суды по разрешению трудовых споров, ювенальное судопроизводство и пр.

В заключение статьи следует сказать, что это часть проблем, которые нашему законодателю предстоит решать. И в этом плане разграничение и уточнение дуплетных понятий, нередко носящих оценочный характер, должно быть единообразно сбалансированным, иметь чёткие границы своего действия для последующего правоприменения.

1 Романов, В.И. Судебное рассмотрение земельных споров // Журнал российского права. 2002. № 11. С. 65 - 70.

2 Дикусар, В. Земельные суды - в России? // Российская юстиция. 2010. № 11. С. 24.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Концепция развития гражданского законодательства РФ

2. Российский Закон «О праве застройки от 23 июня 1912 г». //Собрание узаконений. № 130.

3. Андреева, Н.В. Комментарий к ФЗ от 24.07.2002 г. №101-ФЗ «Об обороте земель с/х назначения» // Главбух. Отраслевое приложение «Учёт в сельском хозяйстве». - 2002. -№ 4. - IV квартал.

4. Постановление Президиума ВАС РФ от 24.01.2012 г. № 12048/11.

5. Адиханов, Ф.Х. Соотношение норм гражданского права и норм земельного права в регулировании земельных отношений в условиях рынка земли // Государство и право. -2001. - №1.

6. Боголюбова, С.А. Земельное законодательство и концепция развития гражданского законодательства // Журнал российского права. - 2010. - №1.

7. Большой лингвистический словарь по языкознанию. - М., 2000.

8. Ващенко, Ю.С., Волков, С.В. Логико-языковой аспект юридических дефиниций в земельном праве: сущность и сфера применения // Материалы IX Международной научно-практической конференции «Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики» Ч. 1, г. Тольятти, 19-22 апреля 2012.

9. Ващенко, Ю.С. Дихатомическое соотношение понятий публичного и частного начала в земельных правоотношениях // Евразийская адвакатура. Международный научно-практический юридический журнал. - № 6(7). - 2013. - С. 12-18.

10. Виноградов, В.В. Русский язык. - М.: Изд. «Высшая школа», 1972.

11. Востоков, А.Х. Русская грамматика. Изд. 6. СпБ., 1844.

12. Волков, Г.А., Голиченков, А.К., Козырь, О.М. Законодательное регулирование права государственной собственности на природные ресурсы // Государство и право. -1998. - № 2 - С. 50-58.

13. Гадамер, Х.-Г. Истина и метод: Основы философской герменевтики. - М., 1988.

14. Германов, А.В. От пользования к владению и вещному праву. - М.: Статут, 2009.

15. Гражданское право: в 4-х т. Т.2. Вещное право. Наследственное право. Исключительные права. Личные неимущественные права // отв. ред. Суханов Е.А. - М., 2004.

16. Даль, Вл. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. II. - М., 1981.

17. Дикусар, В. Земельные суды - в России? // Российская юстиция. - 2010. - № 11.

18. Колесова, О.Н. Предоставление земельного участка как правовая категория // Материалы X Международной научно-практической конференции «Татищевские чтения: актуальные проблемы юридической науки», Ч. 2. - 2013. - С. 78.

19. Ожегов, С.И. Словарь русского языка. - М.: Изд. «Русский язык», 1981.

20. Потиха, З.А. Строение русского слова. - М.: Изд «Русский язык», 1981.

21. Романов, В.И. Судебное рассмотрение земельных споров // Журнал российского права. - 2002. - № 11.

22. Сыродоев, Н.А. О соотношении земельного и гражданского законодательства // Государство и право. - 2001. - №4.

23. Поль Рикёр. Конфликт интерпретаций. Очерки по герменевтике. - М., 1995.

24. Ушаков, Д.Н. Толковый словарь современного русского языка / Под ред. Н.Ф. Татьянченко. - М., 2005.

25. Черных, П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. Т.П. - М., 2007. - С. 54-55.