Роль шерстеобрабатывающих промыслов в хозяйственно-экономической деятельности народов Северо-Западного Дагестана и Чечни в ХIХ – начале ХХ вв

РОЛЬ ШЕРСТЕОБРАБАТЫВАЮЩИХ

ПРОМЫСЛОВ В ХОЗЯЙСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НАРОДОВ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ДАГЕСТАНА

И ЧЕЧНИ В XIX - НАЧАЛЕ XX ВВ.

_____________________2012 Хаджимурадова М.А.

____Институт истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН

В статье раскрываются причины, способствовавшие широкому развитию шерстеобрабатывающих промыслов на сопредельной территории Северо-Западного Дагестана и Чечни. Осуществлен сравнительный анализ уровня развития основных отраслей шерстеобрабатывающих промыслов и их влияния на развитие экономики изучаемых регионов.

This article reviews the main factors which favor the widespread development of wool-manufacturing industry on the contiguous territory of North-Western Dagestan and Chechnya. This article is based on the comparative analysis of developing levels in main branches concerning wool-manufacturing industry. The influence on the economical growth of Dagestan and Chechnya is also analyzed.

Ключевые слова: кустарные промыслы, шерсть, бурка, войлок, сукно.

Keywords: domestic industry, wool, burka (felt long coat), felt, cloth.

С незапамятных времен территорию Северо-Западной окраины нагорного Дагестана населяют представители андийской группы народностей. Ныне она входит в состав Ботлихского района Республики Дагестан, граничащего на севере с Веденским и Ножай-Юртовским районами Чеченской Республики.

Отношения мехщу соседствующими народами имеют богатую многовековую историю и отличаются разносторонним и подлинным партнерством, о чем свидетельствуют политические, торгово-экономические и культурные связи, обусловленные близким географическим положением, удобными путями сообщения и взаимными интересами.

В системе экономических взаимоотношений кустарные промыслы занимали одно из ведущих мест.

Среди промыслов и ремесел, получивших здесь широкое развитие, более всего жители Северо-Западного Дагестана и Чечни были заняты обработкой шерсти и производством шерстяных изделий. Однако уровень их развития заметно отличался: существовала разница по роду изделий, их качеству и количеству произведенной продукции. Одни общества почти не изготовляли вяленых изделий, у других этот промысел был развит по преимуществу, у третьих не было изделий тканых и т. д.

Возникновение и дальнейшее развитие шерстеобрабатывающей промышленности в исследуемых нами регионах было обусловлено

взаимосвязанными и взаимозависимыми причинами

социально-экономического характера: хозяйство носило натуральный и полунатуральный характер, переходя в простое товарное производство; широкое развитие овцеводства служило хорошей сырьевой базой; высокий уровень развития внутренней и внешней торговли; отсутствие фабрично-заводской промышленности, способной удовлетворить потребности в товарах.

Естественно-географические, природно-климатические условия, характерные для горной местности, стали решающими в широком развитии здесь кустарных промыслов. Этому способствовали различные факторы:

- малоземелье и маломощность хозяйств, что создавало дополнительную основу для освобождения рабочих рук;

- земледелие не обеспечивало горцев необходимым количеством продукции (изготавливая кустарные изделия на продажу, горцы получали возможность восполнять нехватку продовольствия, особенно зерна);

- аграрная перенаселенность, дешевая рабочая сила;

- низкая продуктивность скота;

- отсутствие удобных и дешевых путей сообщения, ограничивающих завоз товаров машинной индустрии, что удорожало их стоимость.

Преимущественное развитие шерстеобрабатывающих промыслов в Северо-Западном Дагестане и во многих обществах Чечни объясняется преобладанием в скотоводческих хозяйствах мелкого рогатого скота. Ни одна отрасль сельского хозяйства не была так тесно связана с промышленностью или торговлей, как овцеводство, являвшееся сырьевой базой шерстеобрабатывающей промышленности, обеспечивавшее кожевенное и овчинное производство. Трудно себе представить, чем можно было бы заменить овчину и шерсть и все изготовляемые из нее предметы одежды и обуви.

Авторы, писавшие о Дагестане и Чечне, единодушно свидетельствовали об исключительной роли скотоводства в экономике этих регионов. «Главнейший и почти единственный источник промышленности в Дагестане есть скотоводство, от коего они получают одежду, пищу и в некоторых местах и отопление, - пишет офицер царской армии Мочульский. - Из шерсти баранов ткутся разные грубые сукна и материи, а равно и нитки, ибо льняные нитки у горцев не в употреблении. Из шкур рогатого скота выделывают кожи, а из бараньих - тулупы с рукавами, доходящими до пола» [8].

Военный историк второй половины XIX века Н. Ф. Дубровин о Северо-Западной окраине нагорного Дагестана, населенной андийской группой народностей, пишет: «Страна эта довольно богата пастбищными местами, и жители содержат большие стада овец, из шерсти которых выделывают сукна, бурки и войлоки» [5].

Прядением, ткачеством, вязанием, войлочным делом занимались практически в каждом хозяйстве Дагестана и Чечни, особенно в ее горной части. Ассортимент продукции производимой горцами-кустарями был шире, а изделия - лучшего качества. Шерстеобрабатывающие промыслы горной зоны, в отличие от земледельческой равнины, носили явно выраженный товарный характер. Реализация продукции составляла значимую часть семейного бюджета горцев и выступала одним из основных доходных средств населения.

Среди многообразия продукции, изготавливаемой из шерсти, ведущее место занимало производство войлока и войлочных изделий. Широкое использование в быту войлоков разного назначения и типа объясняется многими причинами, в числе которых простота технологии изготовления, не требовавшая специального оборудования, долговечность,

многофункциональность, эстетичность изделий и ее относительная дешевизна.

Войлочно-валяльные изделия употреблялись для самых разнообразных целей: им покрывали стены против стужи и сырости, застилали полы, на войлочных коврах спали, а наиболее тонкими и изящно оформленными укрывались как одеялами. Из плотного нетканого текстильного материала делали теплую, мягкую и вместе с тем прочную одежду, обувь и головные уборы.

Как правило, лучшие сорта овечьей шерсти шли на производство бурок, полстяных, ковровых (истанги) изделий, сукон. Бережливые хозяйки, благодаря которым развивался этот промысел, рационально использовали ка>кдый клочок шерсти. Худшие сорта и остатки от производства изделий высшего качества шли на производство грубых и дешевых войлочных изделий (подметки, переметные сумы, дешевые полстяные, ковровые изделия, потники под седло лошади, футляры для холодного и огнестрельного оружия и проч.), а оставшейся шерстью набивали матрацы.

Произведенная продукция в своем большинстве шла на удовлетворение внутренних потребностей населения, а также на рынок, где они пользовалась постоянным высоким спросом.

В совокупном объеме выпускаемой продукции, по трудоемкости и степени влияния на экономическое положение производителей бурочное производство занимало ведущее место среди других промыслов по обработке шерсти.

Исследователь кустарных промыслов Северного Кавказа О. В. Маргграф определил три главных района бурочного производства [9]. По уровню развития, количеству выпускаемой продукции они располагались в следующем порядке: андийский, кабардинский, чеченский.

Северо-западный Дагестан вошел в историю как регион развитой промышленности по производству бурок. Они назывались «андийскими», так как их производством занимались представители андийской этнической группы.

Кроме селения Анди, являвшегося торгово-ремесленным центром этого региона, производство бурок получило широкое развитие и в селениях Гагатль, Зило, Чанхо, Ашали, Риквани, Ансалта, Ботлих и Шодрода.

Восхищая простотой и многофункциональностью, андийская бурка стала предметом изучения, обсуждения писателей и поэтов, путешественников, чиновников и исследователей кустарных промыслов.

Н. Ф. Дубровин о степени развития бурочного промысла и его значении для андийцев пишет: «По своему достоинству андийские бурки славятся не только в Дагестане, но и среди соседних племен... Сосредоточив все свое занятие преимущественно на этой части промышленности, андийцы, несмотря на значительныя собственныя стада овец, должны прикупать шерсть, так как своей им не хватает» [5]. Большой объем производства вынуждал кустарей приобретать недостающее количество шерсти в соседних аулах Чечни и Дагестана.

В XIX веке, в связи с активным военно-политическим, экономическим влиянием русских на Кавказе, бурка приобрела особую популярность. За годы многолетней Кавказской войны она стала модным атрибутом русского офицерства, олицетворяя удаль, мужество, смелость. Облачившись в бурку, вероятно, они пытались понять таинственный, неведомый, по их выражению, «дикий» народ.

В чем же секрет ее популярности? Выведенная народной селекцией андийская порода овец черной и белой масти, чья шерсть в основном шла на изготовление бурок, имела хорошие характеристики. Она отличалась упругостью, волнистостью, блеском, а изделия - высоким качеством и красотой.

В 1804 году в кратком описании андийцев А. И. Ахвердов пишет: «Из сей шерсти делают сей деревни женщины ямучи, по их называемые, а по нашему бурки или род епончи, каковых лучше здешних в Азии нигде не делают» [1].

Популярность андийской бурки в Закавказье, куда сбывалась большая часть произведенной продукции, О. В. Маргграф объясняет ее «ходовыми» достоинствами, в числе которых длинный ворс, который висит космами и не пропускает влагу, толстая мездра и относительная дешевизна. Они отличались по качеству, покрою и цене. Например, преимущественным спросом в Грузии пользовался укороченный вариант бурки, удобный для пешехода и извозчиков. На заказ делали и изящные, тонкие, соответственно дорогие бурки [9. С. 23].

Подтверждением вышеуказанным данным являются слова другого исследователя кустарных промыслов. «В Аццийском округе Дагестанской области бурочный промысел отличается наиболее крупными размерами производства в крае, - отмечает А. С. Пирапов. - Среднее годовое производство бурок по селениям 35200 штук, стоимостью от 5 до 9 руб. за штуку. Некоторая часть аццийских бурок отличается особою длиною ворса, которого не имеют ни кабардинские, ни чеченские бурки» [12].

Ежегодно из Андийского округа вывозилось бурок в среднем на 50 тыс. руб. Только в селениях Анди и Гагатли производство исчислялось в 800 шт. на 4000 руб. [11].

Традиционный цвет бурки - черный и белый. Преимущественным спросом пользовались черные. Бурка натурального цвета из шерсти черной породы овец не линяла и стоила дороже окрашенных Основными ингредиентами черной фаски для бурок были ольховая кора и железный купорос. Ольховую кору добывали в лесах Чечни: здесь, на местах ольха не произрастала [6]. Белая бурка предназначалась лишь для наездничества. Она считалась предметом роскоши, ее носили для торжественности и щегольства. Во время военных действий белая бурка привлекала внимание неприятеля, а при частом ношении сохранить ее чистоту было тяжело. Такие бурки изготавливали на заказ для богатых клиентов, однако в конце XIX века она вошла в моду, и ее производство существенно увеличилось. В Кавказском календаре на 1893 год читаем: «В последнее время явился большой спрос на так называемые дамские бурки из белой шерсти» [7].

Высокая производительность и интенсивность развития бурочного промысла на Северо-западном Дагестане объясняется рядом причин, в числе которых густонаселенность, малоземелье, вынуждавшее крестьян к поиску дополнительных источников дохода, значительные объемы сырья, близость рынков сбыта готовой продукции, соседство альпийской Чечни, откуда приобреталось недостающее количество шерсти. Огромное значение имел транзитный торговый путь, проходивший по территории Северо-Западного Дагестана, обеспечивавший широкий рынок сбыта не только своей продукции, но и изделий чеченских кустарей.

Практичная, удобная бурка была незаменимой верхней одеждой мужчин и пользовалась постоянным спросом. Следует отметить, что в XIX веке этот кустарный промысел переживает бурный всплеск: в 70-х годах в Андийском округе ежегодно производилось до 8 тыс. бурок, в 1882 г. - 20 тыс., в 1892 г.

- уже 53511 бурок, т. е. за 22 года производство бурок увеличилось в 7 раз

[13].

Статистические данные официального характера не совсем отражали истинный объем производимой продукции, так как они были рассчитаны с учетом выданных из окружного управления удостоверений на право торговли, хотя реализация осуществлялась и через розничную продажу и обмен.

Как ни парадоксально, производством бурок в Чечне занимались преимущественно кустари равнинной зоны. Этому способствовали удобные

пути сообщения, близкое расположение рынков, что обеспечивало подвоз шерсти и сбыт готовой продукции. Производимые здесь бурки имели большой спрос в городах и соседних казачьих станицах.

В горной Чечне производство бурок было незначительно ввццу отсутствия объемных рынков сбыта. Готовая продукция в основном шла на удовлетворение местных потребностей, а так» продавалась «в небольшом числе андийцам и соседним другим народам» [14].

Альпийская Чечня служила сырьевой базой для шерстеобрабатывающей промышленности равнинной Чечни и Северо-Западного Дагестана. Андийские бурочники, «принимая сортированный материал на две бурки, одну бурку отдавали за шерсть, а другую оставляли себе» [9. С. 24].

По предположению О. В. Маргграфа, «занимаемая промыслом площадь составляла до 5000 кв. верст», где количество хозяйств, занятых производством бурок, достигало примерно 25% (с. Старый-юрт) всего числа дворов [9. С. 22, 30].

Центром производства были селения Старый-юрт (Девлет-Гирей аул), Чечен-Аул, Харачой, Белгатой.

В 1893 году бурочным промыслом здесь было занято около 500 семейств, изготавливающих в год 7400 бурок на сумму 73300 рублей [3].

Технологические приемы производства бурок в Чечне и в Дагестане были, как правило, однотипными, но, несмотря на географическую близость и соседство, проявлялись и местные особенные черты.

Чеченские бурки отличались «тониною, плотностью и легкостью», -отмечает О. В. Маргграф. Эти качества бурок достигались благодаря наличию здесь обильных горячих и теплых серно-щелочных источников, используемых для мытья шерсти [9. С. 23].

Особое место в домашней обработке шерсти занимало и изготовление сукна. Валяная ворсистая ткань различалась по качеству, цвету, цене и предназначению. Высококачественное сукно шло на изготовление черкесок и башлыков, из других сортов делали бешметы, голенища, обмотки и т. д. Сукно белого, серого цвета ценилось дороже иных естественных и крашеных цветов.

Результатом кропотливого изучения состояния суконного промысла на Северном Кавказе стал вывод, сделанный О. В. Маргграфом о том, что Дагестан рассматривается «как самый главный и самостоятельный район суконного промысла на Северном Кавказе» [9. С. 71].

В Северо-Западном Дагестане этот промысел получил широкое развитие. По количеству реализованной продукции, занятости населения сукноделие занимало ведущую позицию после бурочного. Этот промысел достиг здесь совершенства благодаря мастерству, трудолюбию горянок, традициям производства, передаваемых из поколения в поколение. Качество продукции достигалось и за счет наилучших свойств шерсти андийской породы овец, из которой делали лучшие сорта сукон. Недостающее количество приобреталось в альпийской Чечне и в соседних дагестанских аулах.

Известными центрами сукноделия были селения Карата, Арчо, Тинди, Анчик, Хелетрюли. Производимая здесь продукция пользовалась большим спросом на Кавказе и за его пределами. Мягкая, тонкая, вместе с тем прочная ткань приобреталась для пошива черкесок. Наибольшей популярностью пользовалось белое сукно.

«Карата и соседние аулы Анчих и Арчо, - пишет К. Ф. Ган, - славятся своими «шалями» (лезгинское сукно), хороший кусок которых можно приобрести за 20-30 рублей» [2].

Во второй половине XIX века в связи с расширением рынка сбыта продукции происходит значительный рост ее производства. По данным

переписи населения, в 1886 году в селениях Муни и Кванада произведено по 100 кусков сукна, в селениях Карата, Тлондода - по 200 кусков [4]. В 1900 году мастерицы из селений Карата и Арчо уже производят до 400 кусков сукна на 4000 руб. т. е за 14 лет количество выпускаемой продукции увеличилось вдвое [11].

Сукно кустарей Северо-Западного Дагестана частично вывозилось и на чеченские рынки, где обменивалось на зерно и другие товары хозяйственно-бытового назначения.

Несмотря на то что суконный промысел в Чечне был распространен повсеместно, наибольшее развитие оно получило в горных районах, особенно в селениях Ведено, Ножай-Юрт, Харачой. Широкое развитие здесь овцеводства позволяло обеспечивать сырьем не только местных производителей, но и кустарей соседних регионов. Многие авторы, занимавшиеся изучением состояния хозяйства горной Чечни, свидетельствовали об этом. И. И. Норденстамм пишет: «Овец в горной части очень много и хорошей породы», [10] из шерсти которых, пишет другой автор XIX века, «выделываются на домашний обиход довольно изрядные сукны»

[14].

Производимая продукция, как правило, шла на удовлетворение домашних потребностей и на местные рынки. «Чеченское сукно на больших рынках почти не встречается и не пользуется успехом», - отмечает Маргграф. Незначительность производства он объясняет соседством Чечни с центрами массового изготовления высококачественных конкурентоспособных сукон, пользовавшихся огромным спросом на ближних и дальних рынках, под названием «Лезгинские» (дагестанские), «Кабардинские», «Осетинские» [9. С. 68,78].

В последней четверти XIX - начале XX веков приток сравнительно дешевых и качественных изделий фабрично-заводского производства, постепенно вытесняет продукцию местных кустарей, хотя бурочное дело не встречая конкуренции, еще продолжало развиваться, оказывая значительное влияние на экономику горцев.

Примечания

1. Ахвердов А. И. Описание Дагестана. 1804 // История, география и этнография Дагестана в XVII1-Х1Х вв.: Архивные материалы / под ред. М. О. Косвена и Х.-М. Хашаева. М., 1958. С. 229. 2. Ган К. Ф. Экскурсия в нагорную Чечню и Западный Дагестан летом 1901 г. // Известия КОИРГО. Тифлис, 1902. Т. 15. С. 231. 3. Гриценко Н. П. Экономическое развитие Чечено-Ингушетии в пореформенный период (1861-1900 гг.). Грозный, 1963. С. 137. 4. «Дагестанская область». Свод статистических данных, извлеченных из посемейных списков населения Закавказья. Тифлис, 1890. С. 139. 5. Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. СПб., 1871. Т. 1. С. 500. 6. Изудинова Р. С. Войлочные изделия аварцев в Х1Х-ХХ веках. Диссертация канд. ист. наук. Махачкала, 2000. С. 75. 7. Кавказский календарь на 1893. Тифлис, 1892. С. 157. 8. Копия с рукописи сочинения Мочульского, бывшего офицера Ген. штаба «Война на Кавказе и Дагестане». Ч. I. Политическая 1844 г. // РФ ИИАЭ ДНЦ РАН Ф.1. Оп. 1. Д. 115. Л. 64. 9. Маргграф О. В. Очерк кустарных промыслов Северного Кавказа. М., 1882. С. 21. 10. Норденстамм И. И. Описание Чечни с сведениями этнографического и экономического характера. 1834 г. // Мат-лы по истории Дагестана и Чечни / сост. С. К. Бушуев, Р. М. Магомедов. Махачкала, 1940. С. 304. 11. Обзор Дагестанской области за 1901. С. 94. 12. Пиралов А. С. Краткий очерк кустарных промыслов Кавказа // Весь Кавказ. Баку, 1914. С. 207. 13. Рамазанов X. X. Сельское хозяйство и промышленность Дагестана в пореформенный период. Махачкала, 1972. С. 118. 14. Розен Р. Ф. Описание Чечни и Дагестана // История, этнография и география Дагестана. М., 1830. С. 285.

Статья поступила в редакцию 11.05.2012 г.