Диагностика соответствия уровня и качества жизни населения регионов России критериям обеспечения экономической безопасности

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ

С.Е.Демидова

В.В .Троян

УДК: 332.1 Б01: 10.24411/2071-6435-2018-10058

Диагностика соответствия уровня и качества жизни населения регионов России критериям обеспечения экономической безопасности

В статье исследованы понятия «уровень жизни» и «качество жизни», а также методы диагностики уровня и качества жизни населения в регионах. Представлены существующие в научной литературе показатели экономической безопасности, определяющие уровень и качество жизни и их предельно допустимые значения. Проведено исследование состояния экономической безопасности в регионах Российской Федерации в сферах поддержания приемлемого качества и уровня жизни населения и составлена типология регионов по соответствию критериям экономической безопасности в рассматриваемых сферах.

Ключевые слова: экономическая безопасность региона, индикаторы экономической безопасности, уровень жизни, качество жизни, мониторинг экономической безопасности, зоны риска, региональная экономика

Формированию приемлемого качества и уровня жизни населения уделяется значительное внимание в программных документах федерального и регионального уровней управления. Так, Стратегия экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года в качестве одной из целей государственной политики содержит повышение уровня и улучшение качества жизни населения. Данная цель логически вытекает из необходимости нейтрализации зафиксированных в документе угроз: роста дифференциации населения по уровню доходов, недостаточности трудовых ресурсов, снижения качества и доступности образования и медицинской помощи, что приводит к снижению качества человеческого потенциала.

В Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года содержится тезис о возрастании роли человеческого капитала до основного фактора экономического развития. Благодаря этому улучшение условий жизни россиян и качества социальной среды определяются как необходимые факторы для успешного перехода от

Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований в рамках научного проекта № 17-12—60003-0ГН

© М. М. Балог, 2018; © С. Е. Демидова, 2018; © В. В. Троян, 2018;

экспортно-сырьевой к инновационной модели экономического роста.

Стратегия социально-экономического развития Северо-Западного федерального округа на период до 2020 года в качестве главной цели развития формулирует устойчивое повышение благосостояния населения и сокращение различий в условиях жизни во входящих в состав округа субъектах Федерации. Отправной точкой реализации заявленной цели в документе называется формирование экономической базы, позволяющей увеличивать доходы населения, а также бюджетов субъектов Северо-Западного федерального округа и муниципальных образований. Также в Стратегии предполагается софинансирование ряда социальных программ из федерального бюджета.

В программных документах регионального уровня управления определенное внимание уделено механизмам, направленным на улучшение уровня и качества жизни населения. Так, в рамках Стратегии социально-экономического развития Псковской области до 2020 года такими механизмами являются:

♦ программный механизм (разработка и реализация ряда областных долгосрочных целевых программ, а также усиление участия области в наиболее значимых для сохранения человеческого потенциала региона федеральных целевых программах);

♦ институционально-организационный механизм (организация работы трехсторонних комиссий по урегулированию трудовых отношений и реализация нормативных документов по адресной помощи отдельным категориям граждан);

♦ информационный механизм (мониторинг рынка труда, ситуации на рынке социально-значимых товаров, социальной и миграционной ситуации в области).

Обратимся к сущности категорий «уровень жизни» и «качество жизни населения». В научной литературе отмечается отсутствие единодушного мнения по поводу их толкования [1, с. 33; 12, с. 103; 17, с. 4].

Например, В. А. Свободин полагает, что «более широким понятием является термин „уровень жизни", а термины „качество жизни", „образ жизни" раскрывают, характеризуют определенные его составляющие части» [14, с. 66].

С другой стороны, Е. А. Морозова и В. А. Шабашев отмечают, что для большинства исследователей качество жизни выступает более содержательной категорией по отношению к уровню жизни и включает в себя не только уровень материального потребления, но и реализацию духовных потребностей, условия среды обитания, морально-психологическое состояние [12, с. 104].

Л. А. Беляева также рассматривает качество жизни как более широкую категорию по сравнению с уровнем жизни. Если уровень жизни определяется существованием человека в сфере потребления, то качество жизни включает как уровень жизни, так и условия, относящиеся к экологической среде, социальному благополучию, политическому климату и психологическому комфорту [1, с. 33—34].

Схожую позицию занимают С. В. Кузнецов, Ю. И. Растова и М. А. Растов — по их мнению «дефиниция „качество жизни" объединяет цели и ценности как

отдельного человека, так и общества в целом, чем отличается от понятия „уровень жизни" (благосостояние), связанного с объемом реальных доходов на душу населения и соответствующим объемом потребления» [10, с. 138].

В работе А. И. Татаркина, Е. В. Васильевой и В. П. Чичканова под качеством жизни понимается «сочетание ряда условий, характеризующихся физическим, психологическим и социально-экономическим благополучием населения региона и возможностями развития отдельной личности» [17, с. 4]. Уровень жизни трактуется исследователями как одна из составляющих качества жизни населения.

Сравнивая категории «уровень жизни» и «качество жизни» Б. Л. Токарский и Н. М. Токарская как более содержательную определяют категорию качество жизни населения. По их мнению, «качество жизни характеризует не только объективные жизненные условия, но и ценностное отношение людей, их субъективное восприятие» [20, с. 203].

В рамках данной работы будет использоваться преобладающий в научной литературе подход, согласно которому качество жизни является более общей категорией, включающей в себя уровень жизни, демографическую ситуацию, уровень занятости населения и безопасность проживания.

Перейдем к вопросу изучения состояния экономической безопасности в регионах Российской Федерации в сфере поддержания приемлемого качества и уровня жизни населения. Отметим, что в настоящее время оценка качества и уровня жизни в российских регионах приобретает особую актуальность, поскольку запрос на информационную открытость в данном вопросе исходит как со стороны гражданского общества, так и со стороны органов государственной власти.

В программных документах как федерального, так и регионального уровней присутствуют целевые показатели с установленными значениями. Метод сопоставления заявленных значений с фактическими данными дает возможность оценить не только качество и уровень жизни населения, но и эффективность выполнения органами управления стоящих перед ними в этой области задач.

Еще одним методом определения уровня и качества жизни в российских регионах являются рейтинги. Рейтинг представляет собой совокупность объектов, упорядоченных в соответствии с выбранным критерием. Например, эксперты Рейтингового агентства «РИА Рейтинг», входящего в медиа-группу «Россия сегодня», с 2011 года формируют рейтинг российских регионов по качеству жизни на основе данных публикуемой официальной статистики. Данное исследование охватывает все субъекты Российской Федерации и проводится при помощи значительного количества показателей (в рейтинге за 2017 год использовались 72 показателя, объединенные в 11 групп) [13]. К сожалению, начиная с 2014 года в публикуемых материалах отсутствуют рейтинговые баллы по каждой группе показателей, и в открытом доступе содержатся только интегральные рейтинговые баллы регионов [10, с. 140].

В рамках данного исследования мы будем оценивать уровень и качество жизни населения регионов с точки зрения их соответствия критериям экономической безопасности. Для оценки экономической безопасности используется метод сопо-

ставления фактических и предельно допустимых (пороговых) значений системы показателей (индикаторов). Как отмечают Е. М. Бухвальд и О. Б. Иванов, экономическая безопасность из лозунгов и общих призывов лишь тогда перерастает в систему научных представлений и конкретных управленческих ориентиров, когда начинает оперировать четко аргументированным набором так называемых «пороговых значений» [3, с. 18].

Параметры пороговых значений могут формироваться на основе значений, утвержденных органами государственной власти, использования экспертных оценок, расчетов натуральных нормативов (например, социальных норм потребления), а также сопоставления российских показателей с отечественными показателями прошлых лет или данными развитых стран. К сожалению, в настоящее время многие исследования не содержат должного обоснования представленных авторами пороговых значений. Если мониторинг системы индикаторов показывает отклонение их фактических значений от предельно допустимых в худшую сторону, следует говорить об активизации угроз и подрыве экономической безопасности региона.

Как отмечает А. А. Кораблева, допустимы два варианта установления связи между угрозами и показателями экономической безопасности региона:

1) формируется система индикаторов экономической безопасности, после чего для каждого индикатора определяются соответствующие угрозы;

2) первоначально определяются угрозы региональной экономической безопасности, для оценки которых затем подбираются индикаторы [19, с. 30].

Формирование системы индикаторов экономической безопасности региона с их критическими значениями является неотъемлемым условием обеспечения защищенности региональных социально-экономических систем и сохранения политической стабильности в субъектах Федерации. Вместе с тем на данный момент отсутствует система показателей экономической безопасности регионов, утвержденная на государственном уровне. Е. М. Бухвальд и О. Б. Иванов проанализировали данное обстоятельство на примере Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года. Исследователи отмечают, что отсутствие в документе индикаторов, относящихся к пространственному аспекту развития экономики можно объяснить тем, что все предшествующие попытки как-то зафиксировать основные целевые значения (индикаторы) государственной политики регионального развития в России особого успеха не имели [2; 3].

В научной литературе широко известны показатели экономической безопасности национальной экономики, сформированные С. Ю. Глазьевым, которые в 1996 году были утверждены Советом безопасности Российской Федерации. Всего система включала 22 показателя, при этом только по одному из них (дефицит бюджета в % к ВВП) российская экономика удовлетворяла требованиям представленных предельно допустимых значений [5, с. 23]. Впоследствии С. Ю. Глазьев увеличил количество показателей, сгруппировав их в следующие блоки: воспроизводство человеческого потенциала, воспроизводство экономического потенциала, внешнеэкономическая зависимость России, конкурентоспособность российской экономики [4, с. 164—165].

Пороговые значения показателей экономической безопасности С. Ю. Глазьева подверг серьезной критике А. Илларионов. Проанализировав данные международной статистики А. Илларионов обнаружил, что в соответствии с предельно допустимыми значениями, предложенными С. Ю. Глазьевым, все страны мира (в том числе имеющие наиболее высокие уровни дохода и жизни) по многим показателям не могут быть отнесены к разряду экономически безопасных [7].

Переходя к рассмотрению вопроса о показателях экономической безопасности субъектов Федерации необходимо отметить, что автоматическое перенесение всех индикаторов экономической безопасности национальной экономики на региональный уровень не представляется возможным, так как управление многими показателями находится под контролем исключительно федерального Центра (доля расходов на оборону, уровень монетизации, внешний и внутренний долг, объем золотовалютных резервов) [15, с. 58]. Кроме того, некоторые показатели национальной экономической безопасности на региональном уровне могут давать искаженное представление о реальном положении дел. Например, фактическое значение показателя «Средства на здравоохранение, образование и социальную политику,% к ВРП» для регионов с наиболее высоким валовым региональным продуктом и (или) небольшой численностью населения будет хуже, как порогового значения данного показателя, так и фактического значения тех регионов, где существенно ниже размеры ВРП и (или) выше численность населения. Вместе с тем расходы на здравоохранение, образование и социальную политику в расчете на 1 жителя в группе регионов с высоким ВРП и (или) небольшой численностью населения зачастую будут существенно превышать аналогичные расходы регионов с низким ВРП и (или) большой численностью населения.

Во второй половине 1990-х годов представители Уральской научной школы А. И. Татаркин, А. А. Куклин, О. А. Романова и другие сформировали индикаторы региональной экономической безопасности, в том числе в сферах, которые непосредственно определяют качество жизни населения: занятость, уровень жизни, демографические процессы, правопорядок и экология. В своих работах указанные авторы рассчитали значения индикаторов двух уровней пороговых ситуаций:

1) первый пороговый уровень показателя, который может стать критическим в совокупности с другими показателями;

2) второй пороговый уровень показателя, за которым происходит возникновение кризиса экономической безопасности [18].

По мнению Н. В. Дюженковой кроме сравнительного анализа состояния экономической безопасности региона (сопоставление фактических показателей с пороговым значениями, со значениями показателей прошлых периодов, со средними значениями показателя по стране) необходимо осуществлять рейтинговую оценку регионов, основанную на использовании интегрального показателя. Для его формирования исследователь предложила систему показателей, состоящую из десяти блоков, каждый из которых характеризует определенную сторону экономической безопасности региона: производственную, научно-техническую, финансовую, уровня жизни и социальной дифференциации, демографическую,

реструктуризации регионального рынка труда, общественной безопасности, продовольственную, экологическую, а также блок макроэкономических показателей [6, с. 7].

B. К. Сенчагов, Ю. М. Максимов, С. Н. Митяков и другие исследователи разработали систему индикаторов экономической безопасности региона отражающую влияние инновационных преобразований на региональную экономику. Показатели разделены на две группы. Первая группа включает восемь экономических индикаторов. Вторая группа состоит из восьми индикаторов, характеризующих социальное развитие региона. По последним мы можем судить о качестве жизни населения (доля населения с доходами ниже величины прожиточного минимума, децильный коэффициент, отношение среднедушевых денежных доходов населения к прожиточному минимуму, отношение средней пенсии к средней заработной плате, ожидаемая продолжительность жизни, количество рождений на одну женщину, уровень безработицы, размер жилплощади на одного человека) [15]. Приведенные в исследовании пороговые значения индикаторов ориентированы на долгосрочный период, при этом авторы отмечают, что данные величины могут изменяться во времени.

А. В. Калина, И. П. Савельева обращают внимание, что при формировании предельно допустимых показателей регионов необходимо учитывать условия и специфику социально-экономического развития территорий (природно-климатические условия, степень освоенности территорий, агломерационные особенности региона, структуру промышленного производства, степень заселенности территории, возрастной состав населения и другие условия). Для этого субъекты Российской Федерации предлагается объединять в сходные по характеристикам группы с определением пороговых значений для каждой из них [9, с. 21].

C. Н. Митяков, Е. С. Митяков и Н. А. Романова предложили систему оценивания экономической безопасности региона, содержащую двадцать показателей, распределенных по четырем группам (экономика, социальная сфера, инновации, экология). При помощи сложных нормирующих функций исследователи смогли выявить экономически оправданные зоны риска, соответствующие степени удаления показателей от их предельно допустимых значений: катастрофического риска, критического риска, значительного риска, умеренного риска и зону стабильности [11].

Н. П. Купрещенко выделил три группы индикаторов с соответствующими пороговыми значениями, которые охватывают производственную и финансовую сферы, а также уровень жизни населения региона. Интересующая нас группа показателей, измеряющих уровень жизни, представлена четырьмя позициями: долей граждан с доходами ниже прожиточного минимума, продолжительностью жизни, разрывом между доходами 10% самых высокодоходных и 10% самых низкодоходных групп населения и уровнем безработицы [8, с. 81]. Недостатком данного подхода является отсутствие в системе показателей отношения среднедушевых денежных доходов населения к прожиточному минимуму. По мнению В. К. Сенчагова, этот индикатор следует считать одним из базовых при оценке

уровня и качества жизни населения региона [21, с. 61].

Начиная с 2014 года разработка параметров экономической безопасности региона стала осуществляться в Омском научном центре СО РАН В. В. Карповым, А. А. Кораблевой, К. К. Логиновым и другими исследователями. В рамках данного подхода в систему индикаторов были включены показатели экономической, социальной и финансовой сферы. Специалистами центра отмечается, что в целях межрегионального сопоставления экономической безопасности система индикаторов должна быть универсальной для всех субъектов Федерации и не включать специфические региональные индикаторы. С этой же целью при проведении оценки экономической безопасности различных регионов предлагается использование относительных показателей (например, на душу населения или на объем ВРП) [19, с. 35]. Согласимся с данным подходом. Обеспечение единого, минимально необходимого для воспроизводства и развития человеческого капитала уровня и качества жизни на всей территории страны является базовым условием экономического развития в начале XXI века и должно являться императивом при осуществлении государственной социально-экономической политики.

Перейдем к изучению состояния экономической безопасности в регионах Российской Федерации в сфере поддержания приемлемого качества и уровня жизни населения. Данное исследование состоит из 4 этапов.

На первом этапе определяются коэффициенты соответствия фактических значений рассматриваемых показателей предельно допустимым нормам. Для прямых показателей (значение которых должно быть не менее установленной границы) коэффициенты будут рассчитываться как отношение фактических значений показателей к пороговым. Коэффициенты обратных показателей (значение которых не должно превышать установленную границу) будут рассчитываться как отношение пороговых значений показателей к фактическим.

Предельно допустимые значения показателей, характеризующих уровень и качество жизни населения, приведены в таблице 1.

Таблица 1

Параметры пороговых значений индикаторов экономической безопасности, характеризующих уровень и качество жизни населения

№ Название показателя Пороговое значение

Уровень жизни

1. Отношение годового объема ВРП на душу населения к среднему по стране не менее 1

2. Отношение реальных доходов населения к среднему по стране не менее 1

3. Коэффициент фондов, раз не более 8

4. Отношение среднедушевых денежных доходов населения к величине прожиточного минимума, раз не менее 3,5

5. Численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума (от общей численности населения),% не более 7

6. Общая площадь жилых помещений, приходящаяся на одного жителя, кв. м. не менее 25

Занятость населения

7. Уровень безработицы по методологии МОТ,% не более 4

Демографическая ситуация

8. Динамика среднегодовой численности населения,% (среднегодовая численность населения в текущем году / среднегодовая численность населения в прошлом году) не менее 100

9. Суммарный коэффициент рождаемости (число детей, приходящихся на 1 женщину), единиц не менее 2,2

10. Коэффициент младенческой смертности (число детей, умерших в возрасте до 1 года, на 1000 родившихся живыми) не более 5

11. Коэффициент смертности населения в трудоспособном возрасте (число умерших на 1000 человек трудоспособного возраста) не более 3

12. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет не менее 80

Безопасность проживания

13. Число преступлений на 100 тыс. человек населения, единиц не более 1600

Показатели с их предельно допустимыми значениями, представленные в таблице 1, сформированы на основе анализа работ по рассматриваемой теме следующих экономистов: В. К. Сенчагова, С. Н. Митякова, Ю. М. Максимова, Е. С. Митякова, Н. А. Романовой, В. В. Карпова, А. А. Кораблевой, А. В. Калининой, И. П. Савельевой [9; 11; 15; 16; 19].

Исходя из логики исследования, данные показатели разделены на следующие блоки: уровень жизни, демографическая ситуация, занятость населения и безопасность проживания. Вместе данные блоки дают представление о качестве жизни населения.

Второй этап настоящего исследования заключается в определении индексов каждого блока показателей посредством нахождения среднегеометрического значения относящихся к блоку коэффициентов. Если значение индекса (например, уровня жизни) меньше 1, имеет место нарушение экономической безопасности, так как наблюдается отклонение фактических значений показателей от их пороговых ориентиров в худшую сторону.

На третьем этапе определяется комплексный индекс качества жизни по регионам страны как среднегеометрическое ранее рассчитанных индексов. Для обеспечения экономической безопасности его значение должно быть больше или равно 1.

Результаты диагностики экономической безопасности регионов страны за 2016 год в сфере обеспечения приемлемого качества и уровня жизни представлены в таблице 2.

Таблица 2

Оценка экономической безопасности в регионах Российской Федерации в сфере поддержания приемлемого качества и уровня жизни населения

Регионы Индексы групп показателей Комплексный индекс качества жизни

Уровня жизни населения Демографической ситуации Занятости населения Безопасности проживания

Российская Федерация 0,81 0,82 0,73 1,09 0,85

Центральный федеральный округ

Белгородская область 0,97 0,83 1 1,81 1,10

Брянская область 0,73 0,78 0,87 1,24 0,89

Владимирская область 0,76 0,78 0,71 1,17 0,84

Воронежская область 0,85 0,79 0,89 1,09 0,90

Ивановская область 0,69 0,78 0,71 1,14 0,81

Калужская область 0,87 0,80 0,95 1 0,90

Костромская область 0,75 0,81 0,73 1,18 0,85

Курская область 0,83 0,78 0,93 1,47 0,97

Липецкая область 0,91 0,81 1 1,5 1,02

Московская область 0,99 0,83 1,21 1,34 1,07

Орловская область 0,76 0,78 0,63 1,3 0,83

Рязанская область 0,82 0,80 0,91 1,9 1,03

Смоленская область 0,73 0,76 0,66 1,12 0,80

Тамбовская область 0,85 0,79 0,89 1,37 0,95

Тверская область 0,80 0,76 0,69 0,99 0,80

Тульская область 0,86 0,76 0,98 2 1,06

Ярославская область 0,82 0,80 0,6 1,11 0,81

г Москва 0,99 0,89 2,22 1,14 1,22

Северо-Западный федеральный округ

Республика Карелия 0,76 0,77 0,43 0,75 0,66

Республика Коми 0,81 0,78 0,46 0,72 0,68

Архангельская область 0,87 0,79 0,56 0,9 0,77

в том числе:

Ненецкий автономный округ 1,27 0,88 0,47 0,92 0,83

Архангельская область без автономного округа 0,80 0,79 0,56 0,9 0,75

Вологодская область 0,82 0,79 0,61 0,74 0,74

Калининградская область 0,80 0,82 0,67 1,19 0,85

Ленинградская область 0,91 0,76 0,87 1,63 0,99

Мурманская область 0,84 0,79 0,52 0,81 0,73

Новгородская область 0,81 0,76 0,82 0,82 0,80

Псковская область 0,71 0,77 0,6 1,09 0,77

г. Санкт-Петербург 0,96 0,87 2,5 1,61 1,35

Южный федеральный округ

Республика Адыгея 0,72 0,83 0,44 1,56 0,80

Республика Калмыкия 0,56 0,86 0,38 1,51 0,73

Республика Крым 0,57 0,79 0,59 1,29 0,77

Краснодарский край 0,81 0,85 0,69 1,24 0,88

Астраханская область 0,70 0,84 0,53 1,17 0,78

Волгоградская область 0,75 0,81 0,59 1,05 0,78

Ростовская область 0,74 0,82 0,69 1,17 0,84

г. Севастополь 0,62 0,81 0,65 1,19 0,79

Северо-Кавказский федеральный округ

Республика Дагестан 0,73 1,06 0,37 - 0,66

Республика Ингушетия 0,48 1,10 0,13 - 0,41

Кабардино-Балкарская Республика 0,59 0,92 0,39 1,8 0,79

Карачаево-Черкесская Республика 0,58 0,88 0,28 2,12 0,74

Республика Северная Осетия — Алания 0,71 0,91 0,4 1,6 0,80

Чеченская Республика 0,58 1,09 0,25 - 0,54

Ставропольский край 0,70 0,86 0,7 1,31 0,86

Приволжский федеральный округ

Республика Башкортостан 0,80 0,80 0,69 1 0,82

Республика Марий Эл 0,66 0,81 0,67 1,52 0,86

Республика Мордовия 0,69 0,79 0,95 1,52 0,94

Республика Татарстан 0,93 0,87 1,05 1,29 1,02

Удмуртская Республика 0,79 0,81 0,77 0,93 0,82

Чувашская Республика 0,69 0,81 0,75 1,43 0,88

Пермский край 0,74 0,79 0,69 0,84 0,76

Кировская область 0,69 0,82 0,74 0,95 0,79

Нижегородская область 0,82 0,78 0,93 1,29 0,93

Оренбургская область 0,79 0,80 0,82 1,17 0,88

Пензенская область 0,75 0,80 0,87 1,75 0,98

Самарская область 0,78 0,79 0,98 1,16 0,92

Саратовская область 0,72 0,81 0,78 1,59 0,92

Ульяновская область 0,74 0,79 0,87 1,31 0,90

Уральский федеральный округ

Курганская область 0,67 0,78 0,48 0,71 0,65

Свердловская область 0,84 0,79 0,65 1,09 0,83

Тюменская область 0,98 0,87 0,87 1 0,93

в том числе:

Ханты-Мансийский автономный округ — Югра 0,99 0,89 0,89 1,16 0,98

Ямало-Ненецкий автономный округ 1,26 0,89 1,54 1,07 1,17

Тюменская область без автономных округов 0,87 0,83 0,71 0,85 0,81

Челябинская область 0,77 0,79 0,56 0,87 0,74

Сибирский федеральный округ

Республика Алтай 0,61 0,88 0,33 0,72 0,60

Республика Бурятия 0,63 0,82 0,42 0,67 0,62

Республика Тыва 0,49 0,81 0,24 0,46 0,46

Республика Хакасия 0,71 0,79 0,63 0,78 0,73

Алтайский край 0,69 0,80 0,47 0,85 0,69

Забайкальский край 0,63 0,79 0,37 0,58 0,57

Красноярский край 0,79 0,79 0,66 0,8 0,76

Иркутская область 0,71 0,77 0,45 0,82 0,67

Кемеровская область 0,73 0,75 0,51 0,74 0,67

Новосибирская область 0,77 0,81 0,54 0,98 0,76

Омская область 0,73 0,81 0,56 1,08 0,77

Томская область 0,77 0,80 0,56 0,84 0,73

Дальневосточный федеральный округ

Республика Саха (Якутия) 0,83 0,84 0,56 1,24 0,84

Камчатский край 0,81 0,78 0,98 0,86 0,85

Приморский край 0,74 0,78 0,67 0,79 0,74

Хабаровский край 0,81 0,78 0,8 0,79 0,80

Амурская область 0,72 0,76 0,68 0,69 0,71

Магаданская область 0,92 0,75 0,91 0,78 0,84

Сахалинская область 1,09 0,79 0,63 0,64 0,77

Еврейская автономная область 0,65 0,74 0,49 0,77 0,65

Чукотский автономный округ 1,12 0,74 1,14 1 0,99

Источник: Регионы России. Социально-экономические показатели, 2017 год

Как видно из таблицы 2, по результатам проведенных расчетов большинство субъектов Федерации имеют комплексные показатели обеспечения экономической безопасности по качеству жизни и уровню жизни населения ниже предельно допустимых значений, однако позиции регионов сильно отличатся. Это делает необходимым определение уровня отклонения того или иного региона от состояния экономической безопасности в сфере поддержания приемлемого качества и уровня жизни.

Четвертый этап исследования предполагает создание типологии регионов по критериям экономической безопасности качества и уровня жизни. Для определения степени соответствия того или иного региона обеспечению экономи-

ческой безопасности в рассматриваемых сферах воспользуемся градацией зон риска, представленной в работе В.К Сенчагова и С. Н. Митякова [16]. Значение индикаторов (индекса уровня жизни, комплексного индекса качества жизни 0, равное 1, показывает точное соответствие фактических и пороговых значений показателей экономической безопасности региона, следовательно:

• зона стабильности — соответствует значению показателей равному 1 или превышает его;

• зона умеренного риска — располагается в диапазоне между значениями 0,75 и 1;

• зона значительного риска — находится между значениями 0,5 и 0,75;

• зона критического риска — лежит между значениями 0,25 и 0,5;

• зона катастрофического риска — соответствует значению показателей менее 0,25.

Наиболее опасной является зона катастрофического риска — это свидетельство реальной угрозы экономической безопасности, требующей немедленной реакции органов власти.

В таблице 3 при помощи данной шкалы уровня отклонения фактических значений от пороговых типологизируем субъекты Российской Федерации по уровню обеспечения экономической безопасности в сфере поддержания приемлемого качества жизни и уровня жизни населения.

Таблица 3

Типология регионов по критериям экономической безопасности качества

и уровня жизни населения

Зоны соответствия состоянию экономической безопасности Критерии оценки

Индекс уровня жизни населения Индекс качества жизни населения

Зона стабильности Северо-Западный федеральный округ: Ненецкий автономный округ; Уральский федеральный округ: Ямало-Ненецкий автономный округ; Дальневосточный федеральный округ: Чукотский автономный округ, Сахалинская область. Центральный федеральный округ: Белгородская область, Липецкая область, Московская область, Рязанская область, Тульская область, г. Москва; Северо-Западный федеральный округ: г Санкт-Петербург; Приволжский федеральный округ: Республика Татарстан; Уральский федеральный округ: Ямало-Ненецкий автономный округ.

Зона умеренного риска Центральный федеральный округ: Белгородская область, Владимирская область, Воронежская область, Центральный федеральный округ: Брянская область, Владимирская область, Воронежская область, Ивановская

Зона умеренного риска

Калужская область, Костромская область, Курская область, Липецкая область, Московская область, Орловская область, Рязанская область, Тамбовская область, Тверская область, Тульская область, Ярославская область, г. Москва; Северо-Западный федеральный округ: Республика Карелия, Республика Коми, Архангельская область, Вологодская область, Калининградская область, Ленинградская область, Мурманская область, Новгородская область, г. Санкт-Петербург;

Южный федеральный округ: Краснодарский край; Волгоградская область

Приволжский федеральный округ: Республика Башкортостан, Республика Татарстан, Удмуртская Республика, Нижегородская область, Оренбургская область, Пензенская область, Самарская область;

Уральский федеральный округ: Свердловская область, Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ — Югра, Челябинская область;

Сибирский федеральный округ: Красноярский край, Новосибирская область, Томская область;

Дальневосточный федеральный округ: Республика Саха (Якутия), Камчатский край, Хабаровский край, Магаданская область.

область, Калужская область, Костромская область, Курская область, Орловская область, Смоленская область, Тамбовская область, Тверская область, Ярославская область;

Северо-Западный федеральный округ: Архангельская область, Ненецкий автономный округ, Калининградская область, Ленинградская область, Новгородская область Псковская область;

Южный федеральный округ:

Республика Адыгея, Республика Крым, Краснодарский край, Астраханская область, Волгоградская область, Ростовская область, г. Севастополь;

Северо-Кавказский федеральный округ: Кабардино-Балкарская Республика, Республика Северная Осетия — Алания, Ставропольский край; Приволжский федеральный округ: Республика Башкортостан, Республика Марий Эл, Республика Мордовия, Удмуртская Республика, Чувашская Республика, Пермский край, Кировская область, Нижегородская область, Оренбургская область, Пензенская область, Самарская область, Саратовская область, Ульяновская область;

Уральский федеральный округ: Свердловская область, Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ -Югра;

Сибирский федеральный округ: Красноярский край, Новосибирская область, Омская область;

Дальневосточный федеральный округ: Республика Саха (Якутия), Камчатский край, Хабаровский край, Магаданская. область, Сахалинская область, Чукотский автономный округ

Зона значительного риска Центральный федеральный округ: Брянская область, Ивановская область, Смоленская область; Северо-Западный федеральный округ: Псковская область; Южный федеральный округ: Республика Адыгея, Республика Калмыкия, Республика Крым, Астраханская область, Ростовская область, г. Севастополь; Северо-Кавказский федеральный округ: Республика Дагестан, Кабардино-Балкарская Республика, Карачаево-Черкесская Республика, Республика, Северная Осетия — Алания, Чеченская Республика, Ставропольский край; Приволжский федеральный округ: Республика Марий Эл, Республика Мордовия, Чувашская Республика, Пермский край, Кировская область, Саратовская область, Ульяновская область; Уральский федеральный округ: Курганская область; Сибирский федеральный округ: Республика Алтай, Республика Бурятия, Республика Хакасия, Алтайский край, Забайкальский край, Иркутская область, Кемеровская область, Омская область; Дальневосточный федеральный округ: Приморский край, Амурская область, Еврейская автономная область. Северо-Западный федеральный округ: Республика Карелия, Республика Коми, Вологодская область, Мурманская область; Южный федеральный округ: Республика Калмыкия; Северо-Кавказский федеральный округ: Республика Дагестан, Карачаево-Черкесская Республика, Чеченская Республика; Уральский федеральный округ: Курганская область, Челябинская область; Сибирский федеральный округ: Республика Алтай, Республика Бурятия, Республика Хакасия, Алтайский край, Забайкальский край, Иркутская область, Кемеровская область, Томская область; Дальневосточный федеральный округ: Приморский край, Амурская область, Еврейская автономная область.

Зона критического риска Северо-Кавказский федеральный округ: Республика Ингушетия; Сибирский федеральный округ: Республика Тыва. Северо-Кавказский федеральный округ: Республика Ингушетия; Сибирский федеральный округ: Республика Тыва.

Зона катастрофического риска - -

Анализ данных индекса уровня жизни населения показал, что в зоне стабильности находятся всего четыре субъекта Федерации: Ненецкий автономный округ, Ямало-Ненецкий автономный округ, Чукотский автономный округ и Сахалинская область с общей численностью населения 1 117 тысяч человек. Высокие показатели уровня жизни в данных регионах объясняются развитием там высокодоходных отраслей нефтегазодобывающей и горнодобывающей промышленности, а также низкой плотностью населения. Отметим, что высокий уровень жизни здесь сочетается с высоким уровнем расслоения населения по доходам — значение коэффициента фондов примерно в 2 раза хуже нормативного.

Подавляющее число регионов расположены в зоне умеренного риска — 44 субъекта Федерации с проживающими там 97 029 тысячами человек. На втором месте по количеству регионов находится зона значительного риска — 35 субъектов Федерации и 47 859 тысяч человек соответственно.

В зоне критического риска расположены два региона: Республика Ингушетия и Республика Тыва, где проживают 799 тысяч человек. Наиболее слабые значения в этих регионах мы наблюдаем по показателям: отношение годового объема ВРП на душу населения к среднему по стране и доля населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума. Можно сделать вывод, что в данных регионах необходимо развивать производственную базу для увеличения валового регионального продукта. Это приведет к созданию новых рабочих мест, а значит, будет способствовать снижению уровня бедности.

В зоне катастрофического риска по критерию индекса уровня жизни населения на 2016 год не находился ни один субъект Российской Федерации.

Анализ данных комплексного индекса качества жизни показал, что в зоне стабильности находятся 9 субъектов Федерации. Это регионы Центрального федерального округа: Белгородская область, Липецкая область, Московская область, Рязанская область, Тульская область, г. Москва; Северо-Западного федерального округа: г. Санкт-Петербург; Приволжского федерального округа: Республика Татарстан; Уральского федерального округа: Ямало-Ненецкий автономный округ. Всего в данных субъектах Федерации проживает 34 842 тысячи человек.

Подавляющее число регионов расположены в зоне умеренного риска — 53 субъекта Федерации с проживающими там 83 919 тысячами человек. На втором месте по количеству регионов находится зона значительного риска — 21 субъект Федерации и 27 244 тысячи человек соответственно.

В зоне критического риска расположены республики Северо-Кавказского федерального округа: Республика Ингушетия; и Сибирского федерального округа: Республика Тыва. В первом случае это связано с крайне низким показателем занятости и уровня жизни населения, во втором — с плохими показателями занятости, уровня жизни и безопасности проживания.

Согласно результатам исследования, по критерию индекса качества жизни в зоне катастрофического риска на 2016 год не находился ни один субъект Российской Федерации.

Проведенное исследование выявило отклонение от состояния экономической

безопасности в сферах поддержания приемлемого качества и уровня жизни населения в подавляющем большинстве регионов России. Данная ситуация определяет необходимость разработки и внедрения комплекса инструментов и механизмов по обеспечения экономической безопасности регионов в рассматриваемых сферах. Теоретические разработки должны быть ориентирована на формирование крепкой экономической базы регионов посредством предоставления государственных заказов, льготных кредитов, осуществления инвестиционных программ и прочих мероприятий, направленных на развитие и модернизацию региональных экономик. Реализация данного подхода позволит увеличивать доходы жителей и коммерческих организаций, бюджетов субъектов федерации и муниципальных образований, а следовательно, повысить уровень и качество жизни населения.

Литература

1. Беляева Л. А. Уровень и качество жизни. Проблемы измерения и интерпретации // Социологические исследования. 2009. № 1. С. 33—42.

2. Бухвальд Е.М., Иванов О. Б. Актуальные проблемы пространственной интеграции российской экономики // ЭТАП: Экономическая Теория, Анализ, Практика. 2015. № 5. С. 7-31.

3. Бухвальд Е.М., Иванов О. Б. Проблемы экономической безопасности в системе стратегического планирования // ЭТАП: Экономическая Теория, Анализ, Практика. 2017. № 3. С. 7-22.

4. Глазьев С. Ю. Геноцид. Россия и новый мировой порядок. Стратегия экономического роста на пороге XXI века. Москва, 1997.

5. Глазьев С.Ю., ЛокосовВ. В. Оценка предельно критических значений показателей состояния российского общества и их использование в управлении социально-экономическим развитием // Вестник Российской академии наук. 2012. Том 82. № 7.

6. Дюженкова Н. В. Управление экономической безопасностью региона в современной России // Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата экономических наук. Тамбов. 2002.

7. Илларионов А. Н. Критерии экономической безопасности // Вопросы экономики. 1998. № 10. С. 35-57.

8. Илюхина Р.В., БеловицкийК. Б., КупрещенкоН. П. Обеспечение экономической безопасности регионов Российской Федерации. Москва: Издательство «Научный консультант», 2017. 120 с.

9. Калина А.В., Савельева И. П. Формирование пороговых значений индикативных показателей экономической безопасности России и ее регионов // Вестник ЮУрГУ. Серия «Экономика и менеджмент». 2014. Том 8. № 4. С. 15-24.

10. Кузнецов С. В., Растова Ю. И., Растов М. А. Рейтинг как мера оценки качества жизни в российских регионах // Экономика региона. 2017. Т. 13, выпуск 1. С. 137-146.

11. Митяков С. Н, МитяковЕ. С., Романова Н. А. Экономическая безопас-

ность регионов Приволжского федерального округа // Экономика региона. 2013. № 3. С. 81-91.

12. МорозоваЕ. А., ШабашевВ.А. Уровень жизни, качество жизни, социальная защищенность — общее и особенное // Вестник Кузбасского государственного технического университета. 2005. № 6 (51) С. 103-109.

13. Рейтинг регионов Российской Федерации по качеству жиз-ни-2017// РИА Рейтинг. [Электронный ресурс]. URL: http://www. riarating.ru/ (дата обращения: 3 ноября 2018 года).

14. Свободин В. А. Методические вопросы определения уровня жизни населения // Ученые записки: Научно-теоретический журнал. 2002. № 1(27). С. 65-77.

15. СенчаговВ. К., МаксимовЮ. М, Митяков С. Н. и др. Инновационные преобразования как императив экономической безопасности региона: система индикаторов // Инновации. № 5 (151). 2011 С. 56-61.

16. Сенчагов В. К., Митяков С. Н. Использование индексного метода для оценки уровня экономической безопасности // Вестник Академии экономической безопасности МВД России. 2011. № 5. С. 41-50.

17. Татаркин А. И., Васильева Е В., ЧичкановВ. П. Карта выбора механизма управления качеством жизни населения региона // Региональная экономика. Теория и практика. 2015. № 42. С. 2-14.

18. Татаркин А. И., Куклин А. А., Романова О. А., Чуканов В. Н, Яковлев В. И., Косицын А. А. Экономическая безопасность региона: единство теории, методологии исследования и практики. Екатеринбург: Изд. Уральского университета, 1997. 240 с.

19. Теория и практика оценки экономической безопасности (на примере регионов Сибирского федерального округа). Новосибирск: изд-во ИЭ-ОПП СО РАН, 2017. 146 с.

20. Токарский Б. Л., Токарская Н. М. Определение взаимосвязи качества жизни с уровнем жизни населения // Известия Байкальского государственного университета. 2011. № 4 (78). С. 200-204.

21. Экономическая безопасность России: Общий курс: учебник / Под ред. В. К. Сенчагова. 3-е изд., перераб. и доп. Москва: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2009. 815 с.

References

1. Beljaeva L. A. Level and quality of life. Problems of measurement and interpretation. Sociologicheskie issledovaniya [Social researches], 2009, no. 1, pp. 33-42 (in Russian).

2. Buhval'd E.M., Ivanov O. B. Urgent problems of spatial integration of the Russian economy. ETAP: Ekonomicheskaja Teoriya, Analiz, Praktika [Economic Theory, Analysis, Practice], 2015, no. 5, pp. 7-31 (in Russian).

3. Buhval'd E.M., Ivanov O. B. Problems of economic security in the system of strategic planning. ETAP: Ekonomicheskaja Teoriya, Analiz, Praktika [Eco-

nomic Theory, Analysis, Practice], 2017, no. 3, pp. 7—22 (in Russian).

4. Glazyev S. Yu. Genocid. Rossiya i novyj mirovoj porjadok. Strategiya ekonomi-cheskogo rosta naporoge XXIveka [Genocide. Russia and new world order. The strategy of economic growth on the dawn of the 21st century], Moscow, 1997 (in Russian).

5. Glazyev S. Yu. Lokosov V. V. Assessment of extremely critical values of indicators of a condition of the Russian society and their use in management of social and economic development. Vestnik Rossijskoy akademii nauk [The Bulletin of the Russian Academy of Sciences], 2012, vol. 82, no. 7, pp. 22-41(in Russian).

6. Dyuzhenkova N. V. Upravlenie ekonomicheskoj bezopasnostju regiona v sovre-mennoj Rossii [Management of economic security of the region in modern Russia], The Abstract of the thesis for a degree of Candidate of Economic Sciences, Tambov, 2002 (in Russian).

7. Illarionov A. N. Criteria of economic security. Voprosy ekonomiki [Economy Questions], 1998, no. 10, pp. 35-57 (in Russian).

8. Ilyukhina R.V., Belovitsky K. B., Kupreshchenko N. P. Obespechenie ekonomi-cheskoy bezopasnosti regionov Rossijskoy Federacii [Ensuring economic security of regions of the Russian Federation], Moscow: Scientific Consultant publishing house, 2017, p. 120 (in Russian).

9. Kalina A.V., Savelyeva I. P. Formation of threshold values of indicative indicators of economic security of Russia and its regions. Vestnik Yuzhno-Ural'skogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of the Southern Ural State University], 2014, Economy and Management series, vol. 8, no. 4, pp. 15-24 (in Russian).

10. Smiths S.V., Rastov Yu.I., Rastov M. A. Reyting as a measure of assessment of quality of life in Russian regions. Ekonomikaregiona [Region Economy], 2017, vol. 13, issue 1, pp. 137-146 (in Russian).

11. Mityakov S.N., Mityakov E. S., Romanova N. A. Economic security of regions of the Volga Federal District. Ekonomika regiona [Region Economy], 2013, no. 3, pp. 81-91 (in Russian).

12. Morozova E.A., Shabashev V. A. A level of living, quality of life, social security — the general and special. Vestnik Kuzbasskogo gosudarstvennogo tehnichesk-ogo universiteta [The Bulletin of the Kuzbass state technical university], 2005, no. 6 (51), pp. 103-109 (in Russian).

13. The rating of regions of the Russian Federation on quality of life — 2017. RIA Rating. Available at: http://www.riarating.ru/ (accessed November 3, 2018) (in Russian).

14. Svobodin V. A. Methodical questions of definition of a level of living of the population. Uchenye zapiski: Nauchno-teoreticheskiy zhurnal [Scientific notes: Scientific-theoretical magazine], 2002, no. 1 (27), pp. 65-77 (in Russian).

15. Senchagov V.K., Maximov Yu.M., Mityakov S. N., etc. Innovative transformations as imperative of economic security of the region: system of indicators. Innovacii [Innovations], 2011, no. 5 (151), pp. 56-61 (in Russian).

16. Senchagov V.K., Mityakov S. N. Use of an index method for assessment of

level of economic security. Vestnik Akademii ekonomicheskoj bezopasnosti MVD Rossii [The Bulletin of Academy of economic security of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation], 2011, no. 5, pp. 41-50 (in Russian).

17. Tatarkin A.I., Vasilyeva E. V., Chichkanov V. P. Card of the choice of the mechanism of quality management of life of the population of the region. Regionalnaya ekonomika. Teoriya ipraktika [Regional economy. Theory and Tatarkin A.I., Kuklin A. A., Romanova O. A., Chukanov V. N., Yakovlev V. I., Kositsyn A. A. Ekonomicheskaja bezopasnost» regiona: edinstvo teorii, metodolo-gii, issledovaniya ipraktiki [Economic security of the region: unity of the theory, methodology of a research and practice], Yekaterinbur: Urals. Un-t Publ., 1997, p. 240 (in Russian).

18. Teoriya i praktika ocenki ekonomicheskoj bezopasnosti (na primere regionov Si-birskogo federal'nogo okruga) [The theory and practice of assessment of economic security (on the example of regions of Siberian Federal District)], Novosibirsk, Siberian Branch of the Russian Academy of Science IEOPP publishing house, 2017, p. 146 (in Russian).

19. Tokarsky B.L., Tokarskaya N. M. Determination of interrelation of quality of life with a population level of living. Izvestiya Baykalskogo gosudarstvennogo universiteta [News of the Baikal state university], 2011, no. 4 (78), pp. 200-204 (in Russian).

20. Ekonomicheskaya bezopasnost» Rossii: Obshhiy kurs: uchebnik [Economic security of Russia: General course: the textbook], under the editorship of V. K. Senchagov. 3rd edition processed and added, Moscow: BINOM. Laboratory of knowledge Publ., 2009, p. 815 (in Russian).