Интегративная модель близости значения слов

С.В. Лебедева (Курск) Интегративная модель близости значения слов

В настоящее время изучение языка, в частности, слова, развивается в направлении, сущность

которого можно охарактеризовать как

интегрирование и экспериментальную верификацию знаний о языке и человеке, накопленных

лингвистикой, логикой, философией, психологией.

Разнообразие и противоречивость подходов к близости значения слов в современной лингвистике свидетельствует о незавершенности разработки этого явления и требует пересмотра и расширения уже сложившихся постулатов с позиций говорящего человека, что позволит дополнить теоретические положения и снять ряд существующих противоречий.

Психолингвистика, сосредоточившись на

непосредственном функционировании слова в сознании индивида, рассматривает близость значения слов, совершенно по-иному, чем в языке, взятом в его системных отношениях. Слово рассматривается как средство доступа к единой системе знаний носителя языка, возбуждающее сеть образов и концептов, сформированную на основе индивидуального речевого и когнитивного опыта.

В контексте нашего исследования обозначена новая область психосемантики - проксиматика, которая предлагает многомерную модель установления сходства слов по значению и

иерархию близости значений слов в индивидуальном сознании. В основу теоретического подхода к исследованию названного феномена в рамках психолингвистики легла психолингвистическая концепция слова, разработанная в 70-е гг. А. А. Залевской [Залевская 1977]. А. А. Залевская подчеркивает, что слово в индивидуальном сознании включено в широчайшую сеть многосторонних связей и отношений, когда объектами процесса дифференцирования и интегрирования являются и слова, и все члены чувственных групп, и соотношения между ними и продуктами переработки предшествующего опыта.

Установление близости значения слов детерминировано особенностями индивидуального опыта и в силу этого вариативно. Близость слов по значению асимметрична. Это следует из множественности оснований для установления близости и разной степени рефлексии над планом содержания лексем. У каждого человека сходство преломляется через его индивидуальные представления, в качестве похожих выбираются такие признаки предметов и явлений, которые актуальны для индивида, очень часто сходство переживается эмоционально. Многообразие социальной, половозрастной, ситуативной и т.п. стратификации служит, с этой точки зрения,

основным ориентиром в установлении самих границ сходства. Такое сближение оказывается возможным в силу описанной М.М. Бахтиным диалогичности слова. Поскольку слово всегда диалогично, оно может задавать практически неограниченные контексты, в которых и проявляется близость значений слов.

Общеизвестно, что в языке одна и та же мысль может быть выражена разными единицами, а отличающиеся по своей форме сообщения могут передавать идентичную информацию. Возникает вопрос, благодаря чему и каким образом человек устанавливает тождественность, сходство или подобие содержащейся в этих сообщениях информации? Существуют ли одно-однозначные соответствия между единицами, в которых кодируется эта информация, и словами, которыми мы пользуемся? Каким образом у носителя языка происходит переход от этих глубинных единиц к их вербальному соответствию? Когда, где и как имеет место такая ситуация, которая позволяет нам судить о том, что определенные языковые факты не просто существуют в определенном жанре, но и переживаются как близкие по значению?

Ответ на любой из этих вопросов требует формулирования или принятия в готовом виде гипотезы, которая отражала бы установление оснований для переживания слов индивидом как близких по значению. Основанием для предлагаемого ниже рассмотрения особенностей близости значения слов в индивидуальном сознании носителя языка нам представляется возможным взять гипотезу синонимии смыслов, предложенную А. А. Залевской [Залевская 1992].

При определении основных этапов процесса установления или переживания сходств и различий человеком нам представляется необходимым опираться на исследования, вскрывающие принципиальную структуру деятельности человека, объясняющие механизмы формирования универ -сальной структуры интеллектуального действия, механизмы умственной деятельности человека или выявляющие взаимодействие между языком и интеллектом. Ключ к пониманию и обнаружению универсальных операций, характерных для любых условий жизни любых слов, в том числе и близких по значению, как единиц идиолексикона, с нашей точки зрения, дает обращение к вопросам специфики единиц индивидуального лексикона и принципов его организации. Это позволит выйти за рамки традиционных представлений о возможности анализа близости значения слов как единиц лексикосемантической системы языка только путем

разложения их значений на компоненты (семы) или через анализ контекстов.

Следует отметить, что не только в спонтанной речи, но и в художественной литературе происходит окказиональное, имеющее важные содержательные последствия сближение значений, не переходящее в регулярную синонимию. Сближение значений (а не только синонимия) имеет также важные стилистические последствия и может, очевидно, рассматриваться как один из стилистических приемов, связанных с актуализацией, который в соответствующей литературе не получил достаточного освещения. Вероятно, подобные сближения значений можно объяснить тем, что индивидуальное сознание автора текста ориентировано на поиск актуализированных художественных средств, например, постоянные «нанизывания» синонимов у Н.В. Гоголя, А.П. Чехова, Ч. Диккенса. Это явление, не рассматривавшееся в классической лингвистике в силу ее ориентированности на устойчивые системные связи, тем не менее является атрибутом индивидуального сознания и в этом отношении находит освещение в предлагаемой нами модели.

При интегративном подходе к анализу близости значения слов необходимо по-новому взглянуть на основные критерии выделения синонимов, такие, как контекст, основания близости значения слов (критерии выделения), смысловое сходство. Особенность трактовки этого феномена с учетом особенностей преломления его в индивидуальном сознании может, на наш взгляд, пролить свет на многие спорные вопросы. Явление близости значения слов помимо чисто объективных факторов предполагает и значительную долю субъективизма, что требует особых методов исследования своеобразия и особенностей семантической равнозначности в «живом» языке. Очень важным представляется ответ на вопрос о том, когда принимается решение о выборе слова, когда закладываются глубинные предпосылки этого выбора.

Поскольку, как уже было сказано, значение существует не в слове, а в сознании (подсознании) идентифицирующего его человека, процессы и результаты этой деятельности (идентификации) фиксируются с учетом отношения личности к объектам, ситуациям, явлениям мира, являющимся предметом или условием текущей деятельности. Установление близости значений, вероятно, осуществляется в процессе идентификации слова через переживание своих знаний и впечатлений и может рассматриваться как один из этапов или уровней реального процесса доступа к единой информационной базе человека. Вероятно, в сознании (подсознании) должны существовать уровни, регулирующие процесс установления, поиска и переживания сходства через разъяснение, сопоставление предметов и явлений, их признаков, условий появления и существования, соотносимых с лексемами, т.е. имеют место субъективнооценочные сознательные и неосознанные сравнения.

Ядром предлагаемой модели является сопряжение сравнения и переживания в акте проксимации. Подобная модель строится с акцентом на закономерностях психической деятельности индивида-носителя языка, с учетом множества оснований близости значения слов и градуальности феномена проксимации. Предлагаемая модель предусматривает определенный пусковой момент, который может быть как внешним, так и внутренним, вызванным потребностями человека. Развитие самого процесса переживания сходств и различий рассматривается нами как последовательность следующих взаимосвязанных этапов: I - возникновение (мгновенный толчок, «схватывание») опоры сравнения, II - смысловое программирование, III -реализация смысловой программы. В данном случае, вероятно, происходит согласно А.А. Леонтьеву замена единиц субъективного кода минимальным набором семантических признаков слова, ограничивающим семантический класс и позволяющим при дальнейшем порождении выбирать внутри этого класса различные варианты, наряду с этим происходит “приписывание данным единицам дополнительных, “лишних” (относи-

тельно соответствующих слов будущего высказывания семантических признаков, соответствующих функциональной нагрузке кодовых единиц, возникающих в процессе программирования [Леонтьев 1969]. Линейный принцип распределения единиц, который дополняет их иерархическую организацию, влечет за собой распределение семантических признаков, ранее «нагруженных» на одну кодовую единицу, между несколькими единицами в зависимости от структуры соответствующего языка [Ibid.].

Психолингвистическая концепция значения слова дает возможность более широкой трактовки основного приема, лежащего в основе близости значения слов - сравнения. Можно говорить о сравнении не как о логическом приеме определения эквивалентности, а как о способе эмоциональнооценочного отношения человека к окружающему миру - сравнении-переживании. Сравнение в процессе употребления слов с общим значением в речи может осуществляться и на поверхностном, и на глубинном уровнях, так как, по мнению Л.С. Выготского, мы «восходим» от понимания слов и их значений к смыслу и мотиву высказывания [Выготский 1982].

Роль феномена переживания в речемыслительной деятельности человека подчеркивается, например, в работах С.Л. Рубинштейна, который говорит: «В самой мысли в момент ее зарождения в сознании индивида часто переживание ее смысла для данного индивида преобладает над оформленным знанием ее объективного значения» [Рубинштейн 1958: 14]. В.К. Вилюнас трактует субъективное переживание как универсальную онтологическую основу психического образа, как конкретно-субъективную форму существования отражаемого в ней содержания [Вилюнас 1990].

Развитие процесса переживания сходства может протекать по-разному в зависимости от потребностей или условий момента.

Во-первых, детального переживания образа или ситуации сопоставления может не происходить, для человека важен лишь определенный фрагмент образа или ситуации. Сопоставление идет по этому фрагменту при одновременно присутствующем полном объеме образа, который как бы находится «в тени», но может мгновенно развернуться в зависимости от потребностей текущего момента. Человек как бы намечает пути сопоставления, часть которых может быть утрачена под влиянием разнообразных внешних и внутренних факторов.

Во-вторых, более или менее детальное сопоставление может происходить в «речи для себя».

В-третьих, если образ сходства (переживание сходства) предназначается для общения, то оказывается необходимым выразить во внешней речи результат предпринятого сопоставления, который имеет соответствующий специфике текущего момента смысл. На основании этих рассуждений можно предполагать, что слова с общим значением вряд ли связываются линейными отношениями на основании принципа «ближе -дальше» в лексиконе человека. Для него такие связи устроены иначе, они объемны и не всегда поддаются экспликации. В данном случае, если исходить из того, что любое сравнение трехчленно, в основании сравнения при установлении близости значения слов в индивидуальном сознании лежит переживание сходства, т.е. имеет место сравнение-переживание. Можно предположить, что сравнение будет идти по принципу «далеко/близко», «свое/чужое», «мое/твое», «новое/старое» и т.п. По нашему мнению, такой когнитивный феномен, как близость значения удачно может быть описан формой репрезентации с использованием геометрических фигур, предложенной

П. Гэрденфорсом [ва^енТого 2000].

Близость значения или сходство

интерпретируются как расстояния между объектами в концептуальном пространстве. При этом суждения о сходстве напрямую зависят от расстояния: чем ближе объекты, тем больше сходство. Интересно, что расстояние имеет иное качественное содержание, нежели линейные показатели. Расстояние понимается как следствие

психофизических измерений, которые показывают, как структурированы наши когнитивные пространства. Сходство - это функция расстояния между репрезентациями в психологическом пространстве. Оно зависит от поведения самого субъекта и поведения объектов. Расстояние как параметр интерпретации сходства зависит от качеств и свойств объектов и от свойств субъекта, который ими оперирует. Не может быть единого понятия расстояния для разных людей, так как оно зависит от их знаний и от ситуации восприятия.

Близость значений, которая переживается (осознается) с опорой на внутренний контекст,

далеко не всегда претендует на вхождение в словари синонимов и является феноменом, который по-особому организует сознание и определяет индивидуальные модели мышления. На практическом материале в нашем исследовании, ставившем своей целью детальное изучения специфики переживания близости значения слов в индивидуальном сознании, было расширено количество единиц, которые могут переживаться в качестве близких по значению человеком в ситуации «для меня, здесь и сейчас» [Лебедева 2000]. В этом аспекте представляется возможным использование понятий «проксоним» и «проксонимия», описывающих сближение значений на разных основаниях в индивидуальном сознании. Шкала общности и различия существует в идиолексиконе человека, усредненное же действие этих шкал и формирует общность и различие в рамках языка в целом. Многообразие постоянно изменяющихся контекстов человеческого действия разрушает и создает проксонимию.

Предложенный принцип и соответствующие ему операции установления отношений субъективной эквивалентности позволили объяснить легкость замены названия категории ее прототипом (ср. с понятием эквивалентности по принадлежности к категории в работах Э. Рош). Сюда следует отнести индивидуальные реакции, которые отражают личный опыт человека и особенности окружающей его культурной среды. Иногда ситуация закодирована отдельным словом, в этом отношении слово являет собой микрожанр, который действует в качестве дифференциального признака близких по значению слов.

Процесс проксимации имеет сложное строение и именно поэтому не может быть жестко структурированным. В жизни же идет постоянный процесс проксимации когнитивных элементов опыта. Опыт индивида, память прошлых контекстов индивидуальное (текущее) когнитивное состояние, в котором находятся конкретные носители языка в момент идентификации, в момент «для меня, здесь и сейчас» предопределяют процесс и результат процесса проксимации. Далее следует отметить, что передается не только знание, но и чувства и переживания, без которых невозможен любой акт общения. Все названные характеристики могут проявлять себя только лишь в тесном взаимодействии. Человек сравнивает все то, что он знает о свойствах и качествах предметов и явлений под контролем принятых в культуре и социуме взглядов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека. - М.: Наука, 1990.

2. Выготский Л.С. Мышление и речь // Собрание сочинений: В 6 т. М., 1982. Т.2

3. Залевская А.А. Проблемы организации внутреннего лексикона человека. - Калинин: Изд-во Калининского ун-та, 1977.

4. Залевская А.А. Индивидуальное знание: специфика и принципы функционирования. - Тверь: Изд-во Твер.ун-та, 1992.

5. Лебедева С.В. Синонимы или проксонимы. - Курск: Изд-во Курского госпедуниверситета, 2000.

6. Леонтьев А.А. Язык, речь, речевая деятельность. - М.: Наука, 1969.

7. Рубинштейн С.Л. О мышлении и путях его исследования. - М.: Наука, 1958.

8. Gardenfors P. Conceptual spaces: The geometry of thought. Cambridge, MA; London. 2000.