Коммуникативно прагматические параметры диалогического общения в мнемической ситуации хранения информации в памяти

УДК 81'42

КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКИЕ ПАРАМЕТРЫ ДИАЛОГИЧЕСКОГО ОБЩЕНИЯ В МНЕМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ ХРАНЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ В ПАМЯТИ

И.В. Тивьяева

Посвящена исследованию коммуникативно-прагматических особенностей диалогического общения в реальной и виртуальной ситуациях хранения информации в памяти. Описываются сценарии речевого взаимодействия в указанной мнемической ситуации и их прагматическое выражение.

Ключевые слова: мнемическая ситуация, виртуальная коммуникативная ситуация, твит, коммуникативные сценарий, процесс памяти, диалогическое единство, прагматическая формула.

Мнемическая ситуация - один из инструментов, используемых исследователями для лингвистического анализа процессов памяти [1; 2]. Мнемическая ситуация представляет собой абстрактную модель, отражающую коммуникативное поведение участников интеракции в ситуациях воспоминания, запоминания, хранения информации в памяти и забывания. При изучении лингвокогнитивных и дискурсивных аспектов проблемы взаимодействия памяти и языка особое внимание, на наш взгляд, должно уделяться высказываниям, порождаемым в различных видах мнемических ситуаций.

Объект исследования в настоящей работе - высказывания коммуникантов в мнемической ситуации хранения информации в памяти. Цель исследования заключалась в описании коммуникативного сценария, по которому развивается общение в указанной мнемической ситуации, и выявлении коммуникативно-прагматических характеристик порождаемого диалогического обмена.

Материал исследования составили фрагменты из произведений современных англоязычных авторов, описывающие общение в ситуации хранения информации в памяти, а также сообщения (твиты) пользователей сервиса микроблогов Твиттер (www.twitter.com). Современная англоязычная проза была выбрана нами в качестве источника фактического материала для исследования, т.к. мы считаем, что тексты произведений писателей XXI века максимально близко воспроизводят реальные условия непосредственной межличностной коммуникации. Твиты, адресованные конкретным пользователям, были включены в общую выборку на основании того, что они рассматриваются нами как реплики диалогического обмена в условиях виртуальной коммуникативной ситуации, отражающей новые условия бытования языка в дискурсе социальных сетей и характеризующейся максимальной публичностью (открытость для поиска через поиско-

вые системы, с одной стороны, и, пассивное участие подписчиков, с другой стороны), потенциально бесконечным количеством коммуникантов и асинхронностью речевых ходов.

Полученные результаты позволяют утверждать, что в подавляющем большинстве коммуникативных эпизодов из выборки общение в рассматриваемой ситуации начиналось с запроса-стимула со стороны одного из коммуникантов, не являющегося субъектом соответствующего мнемиче-ского процесса. Инициирующая реплика и последующие реагирующие реплики в ситуации хранения информации в памяти образуют диалогическое единство (далее ДЕ), которое мы будем называть ДЕ -запрос хранящейся в памяти информации - реакция”. Указанное ДЕ представляет собой вопросно-ответное единство, объединенное микротемой хранения / воспроизведения информации из памяти, в котором реплика-стимул содержит запрос о некоторых лицах, объектах, событиях или ситуациях, связанных с прошлым, а ответная реплика представляет собой реакцию носителя мнемического опыта на данный запрос. Рассмотрим следующий пример:

(1) -She was looking for a publisher for a book on Noetic Science? Do you remember her?”.

Faukman rolled his eyes. -Sure. I remember. And thanks a million for that introduction. Not only did she refuse to let me read the results of her research, she didn‘t want to publish anything until some magical date in the future” [1].

В представленном ДЕ коммуниканты обсуждают общую знакомую. Инициатором коммуникативного обмена выступает участник общения, обратившийся к своему собеседнику с вопросом. Таким образом, инициирующая реплика ДЕ (1) содержит запрос о лице, с которым адресат имел дело раньше. Прежде чем продолжить общение, отправитель запроса желает убедиться, что собеседник понимает, о ком идет речь. Реагирующая реплика рассматриваемого ДЕ содержит подтверждение адресата о том, что в его памяти действительно хранятся сведения о названном лице.

В силу специфики своего содержания инициирующие реплики ДЕ -запрос хранящейся в памяти информации - реакция” представлены ин-террогативами, среди которых можно выделить два подтипа: интеррога-тив, требующий подтверждения/опровержения, и интеррогатив, требующий специальной информации. Так, в примере (1) участник мнемической ситуации, выступающий с коммуникативной инициативой, ожидает положительного или отрицательного ответа на свой вопрос. В следующем ДЕ, несмотря на то, что инициальная реплика синтаксически оформлена как общий вопрос, первый коммуникант рассчитывает на развернутый ответ собеседника, что следует из его комментария относительно цели вопроса:

(2) -Do you have any happy memories of your childhood?” I ask quickly, mainly to distract him. He looks pensive for a moment, still running his finger along my skin.

--recall the crack whore baking. I remember the smell. A birthday cake I think. For me. And then there‘s Mia‘s arrival with my mom and dad. My mom was worried about my reaction, but I adored baby Mia immediately. My first word was Mia. I remember my first piano lesson. Miss Kathie, my tutor, was awesome. She kept horses, too.” He smiles wistfully [2, c. 207].

Инициирующие реплики в диалогах пользователей Твиттера, также являясь интеррогативами, могут дополнительно включать невербальные компоненты, в частности, фото-, аудио- и видеоматериалы, которые могут быть непосредственно прикреплены к исходящему сообщению (3) или представлены в виде ссылок на внешние ресурсы, такие как Youtube или Instagram (4). Такого рода высказывания, то есть включающие авербальные изобразительные и графические компоненты, мы будем называть креоли-зованными. Например:

(3) @Rob_BRFC do you remember ageeees ago I told you about this?! pic.twitter.com/ZBoxH9Np7g [3].

(4) http://www.youtube.com/watch?v=pzO6x81zvNU ... DO YOU REMEMBER THIS?? I'm CRYING [3].

Возможность представления информационного актанта мнемиче-ской ситуации в иконической форме объясняется спецификой общения в условиях виртуальной коммуникативной ситуации. В таком случае для номинации информационного актанта используются указательные местоимения this и that (3-5).

В рамках настоящего исследования твиты, представляющие собой креолизованные высказывания, рассматривались нами на тех же основаниях, что и обычные реплики, так как по наблюдениям лингвистов в коммуникативном плане они функционируют единообразно. В частности, Е.Е. Анисимова отмечает, что вербальные и текстовые элементы креолизован-ного текста -образуют визуальное, структурное, смысловое и функциональное целое, нацеленное на комплексное прагматическое воздействие на адресата” [3, с. 17]. Того же мнения придерживается и О.В. Лутовинова, утверждая, что -в процессе речевого общения для коммуникантов не существует принципиального различия между креолизованным и полностью вербальным текстом” [4, с. 38].

Следует также отметить последовательность расположения реплик участников интеракции в Твиттере, отличную от традиционной. Начальную позицию занимает реплика, содержащая реакцию коммуниканта на запрос инициатора общения, за ней следует имя пользователя, которому предназначен ответ, и собственно инициирующая реплика виртуального диалога. ДЕ -запрос хранящейся в памяти информации - реакция” в принятом в Твиттере формате представлено в примере (5). Коммуникативная инициатива в данном случае принадлежит пользователю @kurtmitchell, тогда как высказывание пользователя @Sassi_Samm является реакцией на запрос первого участника.

(5) Lol, yes! And then everyone said they were demonic -@kurtmitchell: Do you remember these? pic.twitter.com/bOlKjCOSqP” [3].

В соответствии с типом запроса, содержащегося в стимулирующей реплике, нами были выделены следующие разновидности ответных высказываний адресата:

- прямой утвердительный ответ;

- косвенный утвердительный ответ;

- прямой отрицательный ответ;

- косвенный отрицательный ответ;

- встречный вопрос;

- детальный ответ.

Отвечая утвердительно на вопрос собеседника, как, например, в рассмотренном выше ДЕ (1), коммуникант подтверждает, что в его памяти хранится информация о некотором лице, объекте, событии или ситуации из прошлого. Реплики прямого утвердительного ответа представляют собой ассертивные высказывания.

Косвенная утвердительная реплика не содержит эксплицитного подтверждения, однако из слов коммуниканта следует, что ответ на вопрос инициатора общения положительный. Рассмотрим следующие примеры:

(6) He answered slowly. -Do you remember when we told Charlie we were getting married? And he thought you were. pregnant?”.

-And he thought about shooting you,” I guessed with a laugh. -Admit it—for one second, he honestly considered it.” [4, с. 25].

(7) -Hey, Flora! Babe, you were awesome! So are you on the plane yet? OK, listen. Remember that dragonfly necklace you had on?”.

-Anklet,” I interject urgently. -She was wearing it as an anklet” [5].

(8) jiric Foreman, Daily World. Remember me?‘.

=Eric!‘ I exclaim in delight. Jlow are you?‘[6].

В ДЕ (6) подтверждение запроса субъектом мнемического процесса следует из ответного ассертивного высказывания, в котором коммуникант сообщает дополнительные сведения о ситуации в прошлом, упомянутой инициатором общения. В ДЕ (7) второй собеседник также косвенно подтверждает запрос, содержащийся в инициирующей реплике, уточняя некоторые детали, связанные с обсуждаемой информацией.

Пример (8) примечателен тем, что в нем в качестве реакции на стимулирующую реплику выступает вокатив, косвенно указывающий на факт хранения информации об инициаторе коммуникативного обмена в памяти его собеседника. Наблюдения показывают, что вокативы - достаточно распространенная реакция на вопрос -Do you remember me?” и его различные вариации.

Следует отметить, что положительный ответ адресата на запрос второго участника мнемической ситуации не всегда сочетается с позитивной реакцией с его стороны на стимулирующую реплику. Положительный

ответ в проанализированных нами примерах не является гарантией продуктивного развития мнемической ситуации в коммуникативном плане. Все примеры, рассмотренные нами выше, иллюстрируют позитивную реакцию субъекта мнемического опыта на коммуникативную инициативу, однако некооперативное речевое поведение адресата также не редкость в условиях мнемической ситуации. Негативная реакция на стимулирующую реплику наблюдается как при положительном (пример 9), так и при отрицательном (пример 10) ответах:

(9) -Stop asking me if I remember,” Phoebe snapped. -Of course I do.” She went back to sipping coffee [7].

(10) Dear people at my family reunion.

Please stop asking me if I remember you....I don‘t remember what I had for breakfast this morning. Sincerely, I was two months old when you last saw me [8].

Отрицательный ответ в ДЕ -запрос хранящейся в памяти информации - реакция” предполагает утрату затребованных сведений из памяти адресата. Прямой отрицательный ответ - это ассертив, содержащий эксплицитное указание на отсутствие искомой информации в памяти коммуниканта, которое может сопровождаться ссылкой на причину ее утраты (пример 11) и / или воспроизведением удерживаемых в памяти сведений, которые, однако, не удовлетворяют изначальному запросу (пример 3):

(11) Do you remember which company you insured with? [3, пользователь @DarvDhillon].

um I really can't, it was a few years ago. Only name that springs to mind is temp cover though... [3, пользователь @JazDibben].

(12) -So, you don‘t remember me visiting you before?”.

-No. All I remember is you being twelve. With your ponytail and braces. And those cute hair clips you used to wear” [9, с. 52].

В качестве косвенного отрицательного ответа мы рассматриваем реквестивные высказывания адресата, содержащие просьбу напомнить о событиях, интересующих инициатора коммуникации. Так, в следующем ДЕ адресат не желает открыто признавать, что ему неизвестно, о ком идет речь:

(13) -Well, any questions, you know where I am. Although today I‘ll be with James Garrison most of the day. You remember James Garrison?”

Bloody bloody bloody. Why does he pick the people I‘ve never heard of?

-Remind me,” I say reluctantly [9, с. 212].

Также косвенным подтверждением отсутствия запрашиваемой информации в памяти являются попытки со стороны адресата конкретизировать параметры запроса, уточнить, какие именно сведения интересуют говорящего. В рамках диалогического обмена такие попытки оформляются интеррогативными высказываниями, нацеленными на получение дополнительной информации от инициатора общения. В мнемической ситуации,

представленной в следующем примере, героиня не помнит, о каких событиях идет речь, однако предпочитает не признаваться в этом сразу и задает собеседнику дополнительный вопрос. Только услышав конкретный вопрос, она подтверждает факт отсутствия в памяти требуемой информации.

(14) JYou don‘t remember, do you?‘ he asked.

^Remember what?‘ she said, ceasing her restless pacing.

JYou don‘t remember what happened/

JNo,‘ she said, Jrnt Annie told me. I fainted. It was the heat, she said.‘ JThe heat.‘ [10]

В качестве косвенного отрицания мы также рассматриваем уклонение от ответа со стороны адресата. Так, в следующем примере представлена реакция пользователя @SugarFlavored в ответ на вопрос собеседника, помнит ли она его:

(15) @wowcrendor Stop asking me if I remember who you are and come check out Dwarves vs Zombies noob [3, пользователь@SugarFlavored].

Пользователь @wowcrendor, выступающий в данной ситуации в качестве инициатора коммуникативного обмена, интерпретирует директивное высказывание второго участника как отрицание и считает необходимым напомнить, о чем идет речь:

(16) @SugarFlavored BUT IF YOU DON'T REMEMBER... I was a great warrior for the Samurai fleet that earned the highest of honors [3, пользователь @wowcrendor].

Среди анализируемых нами примеров диалогического общения в ситуации хранения информации в памяти были зарегистрированы случаи употребления встречного вопроса в качестве реакции на инициирующую реплику. Подобные высказывания не причисляются нами ни к положительным, ни к отрицательным ответам, так как допускают двойственную трактовку и их двузначность не снимается экстралингвистическим контекстом. Рассмотрим следующий пример (диалог приводится с сохранением орфографии и пунктуации его участников):

(17) @paddybaston do you remember eating snails at the lake?

@baston_steve do you remember when you complained about the horrible steak and it was embarrasing?

@paddybaston yes I do but if the food is horrible you shouldn't be British about it [3].

Пользователь @baston_steve обращается к пользователю @paddybaston с вопросом, помнит ли тот определенный эпизод из прошлого (как ел улиток на озере). Реакция адресата представлена в виде интерро-гатива, отсылающего к другому эпизоду из прошлого, и последующий речевой ход - это ответ первого коммуниканта на поставленный ему вопрос. Таким образом, реплика, открывающая ДЕ -запрос хранящейся в памяти информации - реакция”, остается без ответа.

С точки зрения информационной составляющей встречный вопрос имеет много общего с уклончивым ответом, т.к. и тот, и другой не содержат конкретных сведений, релевантных для спрашивающего, следовательно, потенциально могут описывать два противоположных состояния субъекта мнемического опыта: состояние хранения запрашиваемой

информации в памяти и состояние утраты информации. Тем не менее мы относим уклончивый ответ и встречный вопрос к разным типам реагирующих реплик на основании их прагматического эффекта, т.е. на основании смыслов, приписываемых им другими участниками коммуникации. Так, уклончивый ответ в примере (15) трактуется адресатом как отрицательный, о чем свидетельствует его последующая реплика (16). Встречный вопрос не позволяет констатировать факт наличия или отсутствия запрашиваемой информации в памяти субъекта мнемического опыта, поэтому подобные реплики мы относим к отдельному типу реакций.

До сих пор нами рассматривались типы реагирующих реплик ДЕ -запрос хранящейся в памяти информации - реакция”, в котором первое высказывание принадлежит к разряду общих вопросов, то есть требующих подтверждения или опровержения содержащейся в вопросе информации. Соответственно нами были выделены три типа возможных реакций: положительная, отрицательная и неопределенная. В качестве реагирующей реплики на специальный вопрос, когда инициатора коммуникации интересуют некоторые подробности, которые, возможно, помнит адресат, выступает детальный ответ. Рассмотрим следующие примеры:

(18) @Janeluv So sweet to hear? Do you recall who was helping you? We can high five them on your behalf.

@lululemon yes, her name is Emma. She's awesome. Thank you! [3].

(19) Paris Subway shot by @kljmeere -@innerspacegirl Where'd u shoot your Twitter profile picture? Ken do you recall where? [3].

В примере (18) пользователь @lululemon хочет выяснить у собеседника имя человека, который пришел на помощь. В ответ пользователь @Janeluv называет конкретное имя.

В ДЕ (19) пользователя @innerspacegirl интересует, где было сделано фото, размещенное в профиле пользователя @Dennydenn. В реагирующей реплике также содержится указание на конкретное место и фотографа.

Детальный ответ может быть как кратким, так и развернутым в зависимости от характера информации, интересующей инициатора диалогического обмена. Так, например, вопрос -Tell me, what do you remember of the transformation process?” [4, с. 294] предполагает воспроизведение как можно большего количества подробностей в отличие от вопросов, представленных в примерах (18) и (19).

Подводя итоги проведенному исследованию, необходимо подчеркнуть, что в фокусе нашего внимания были различные типы вербальных реакций носителей мнемического опыта на запрос информации о некотором

эпизоде из прошлого. Невербальные реакции, репрезентирующие ситуации хранения или утраты информации из памяти, остались за рамками настоящей работы.

Итак, наблюдения свидетельствуют, что диалогическое общение в рамках мнемической ситуации хранения информации в памяти может развиваться по трем сценариям:

Сценарий 1. Успешное обращение к мнемическому опыту:

- вариант 1: адресат эксплицитно или имплицитно подтверждает факт хранения информации в памяти и (при наличии соответствующих параметров запроса), приводит конкретные сведения, интересующие инициатора коммуникации;

- вариант 2: адресат эксплицитно или имплицитно отрицает факт хранения информации в памяти.

Сценарий 2. Затрудненное обращение к мнемическому опыту: адресат подтверждает или опровергает факт хранения информации в памяти, открыто демонстрируя нежелание продолжать общение на данную тему.

Сценарий 3. Коммуникативная неудача при попытке обращения к мнемическому опыту: адресат прибегает к приему встречного вопроса, реализующему некооперативную стратегию речевого поведения.

Первому типу коммуникативного сценария соответствуют следующие прагматические формулы:

Для варианта 1:

1) интеррогатив + ассертив;

2) интеррогатив + вокатив.

Для варианта 2:

1) интеррогатив + ассертив;

2) интеррогатив + реквестив;

3) интеррогатив + интеррогатив + ассертив;

4) интеррогатив + директив.

Второй тип сценария межличностного общения в рамках мнемиче-ской ситуации хранения информации в памяти представлен сложной формулой интеррогатив + директив + ассертив.

Наконец, третий вариант коммуникативного сценария, разворачивающегося в указанной ситуации, реализуется формулой интеррогатив + интеррогатив.

Список литературы

1. Исхакова Р.Ф. Когнитивно-семантический анализ мнемических глаголов (на материале современного английского языка): автореф. . канд. филол. наук. СПб., 2009. 18 с.

2. Рогачёва Ю.Н. Репрезентация фрейма «память» в современном английском языка (На материале глагольной лексики): дис. ... канд. филол. наук. Белгород, 2003. 182 с.

3. Анисимова Е.Е. Лингвистика текста и межкультурная коммуникация (на материале креолизованных текстов). М.: Академия, 2003. 128 с.

4. Лутовинова О.В. Креолизованный текст как один из способов са-морепрезентации языковой личности в виртуальном дискурсе // Изв. Волгоград. гос. пед. ун-та. 2008. №5. С. 38-41.

Список источников примеров

1. Brown D. The Lost Symbol // GreyLib: [сайт]. URL:

http: //greylib. align. ru/listauthor. php?author=20&lang=1 (дата обращения:

15.08.2009).

2. James E.L. Fifty Shades Darker. The Writers Coffee Shop

Publishing House, 2011. 373 p. // Englishtips.org: [сайт]. URL:

http://englishtips.org/1150865433-fifty-shades-trilogy-by-e-l-iames.html (дата обращения: 15.12.2012).

3. Сервис микроблогов Twitter: [сайт]. URL: www.twitter.com

4. Meyer S. Twilight. Breaking Dawn. Little, Brown and Company, 2008. 552 p.

5. Kinsella S. Twenties Girl // Englishtips.org: [сайт]. URL: http://englishtips.org/1150816554-sophie-kinsella-twenties-girl.html (дата обращения: 29.03.2013).

6. Kinsella S. Mini Shopaholic. Black Swan, 2011. 262 p.

7. Clark M. H. Remember Me // Englishtips.org: [сайт]. URL: http://englishtips.org/1150855129-remember-me.html

8. DearBlankPleaseBlank.com: [сайт]. URL: http://dearblankpleaseblank.com/fail/permalink.php?viewid=346144

9. Kinsella S. Remember Me? New York: Dial Press, 2008. 390 p.

10. Grange A. Mr Darcy, Vampyre // Englishtips.org: [сайт]. URL: http://englishtips.org/1150828401-mr-darcy-vampyre.html (дата обращения: 15.12.2012).

Тивьяева Ирина Владимировна, канд. филол. наук, доцент, tivyae va'a, yandex. ru, Россия, Тула, Тульский государственный университет.

COMMUNICATIVE AND PRAGMATIC PARAMETERS OF COMMUNICATION

IN MNEMONIC SITUATION OF STORING INFORMATION IN MEMORY

I.V. Tivyaeva

The article deals with communicative and pragmatic features of dialogical interaction in real and virtual situations of storing information in memory. The author offers a description of speech interaction scenarios developing in the said mnemonic situations and analyzes pragmatic means of representing them.

Key words: mnemonic situation, virtual communicative situation, tweet, communicative scenario, mnemonic process, dialogue unity, pragmatic formula.

Tivyaeva Irina Vladimirovna, candidate of philology, docent, tivyaeva@yandex. ru, Russia, Tula, Tula State University.

УДК 81'42

ОСВЕЩЕНИЕ ЭКОЛОГИИ В ГАЗЕТЕ THE GUARDIAN

Т.А. Туркова

Проанализированы публикации в британском издании The Guardian, касающиеся землетрясения в Японии в марте 2011 года и последующей аварии на АЭС «Фуку-сима-1». Охарактеризованы особенности представления материала, позиционирование информации и форма подачи материала.

Ключевые слова: экология, освещение, издание, информация, информационная открытость.

Тема аварийной японской АЭС «Фукусима-1» не сходит со страниц печатных изданий всего мира уже второй год. Фукусима вошла в число крупнейших техногенных катастроф не только XXI, но и XX веков. Основной причиной аварии стало землетрясение, спровоцировавшее цунами. В результате отключения системы охлаждения реактора произошел выброс радиоактивных элементов в воздух, возможно, не один, а также утечка радиоактивной воды в море. Впоследствии на АЭС по разным данным были зафиксированы повторные отключения системы охлаждения реактора, частичный распад ядерного топлива, частичное расплавление ядра реактора. Буквально недавно в апреле уже 2013 года появились сведения об очередной утечке радиоактивной воды с АЭС в море. Японские власти до сих пор не предоставили достоверной и полной информации о произошедшем и последствиях аварии, за что критикуются как журналистским сообществом, так и властями государств во всем мире. Можно лишь предполагать, как радиация повлияет на здоровье людей и окружающую среду. Почему же авария на АЭС привлекает такое внимание?

Представляется, что причина тут не одна. Во-первых, можно без сомнения говорить о том, что серьезные проблемы на Фукусиме, проявившиеся в результате сильного землетрясения в Японии в марте 2011, показали, насколько мир уязвим перед природными и техногенными катастро-