ПЕТР I И КАЗАНСКАЯ ГУБЕРНСКАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ ВО ВРЕМЯ ПЕРСИДСКОГО ПОХОДА 1722-1723 ГГ.

Аннотация

В статье речь идет о взаимоотношении императора Петра Великого с администрацией Казанской губернии в период проведения Персидского похода 1722-1723 гг. Направляясь на войну с Персией, Петр I останавливался в Казани и некоторых других населенных пунктах края. Вопрос о времени посещения царем губернского города неоднозначно решен в отечественной историографии. Сроки пребывания здесь императора колеблются у разных ученых от одного до двенадцати дней. Автор придерживается той точки зрения, что великий преобразователь находился в данном месте с 27 мая по 8 июня 1722 г. В Казани он тесно общался с губернатором А. П. Салтыковым, вице-губернатором Н. А. Кудрявцевым, митрополитом Тихоном III; подробно осматривал достопримечательности, важнейшие военные и гражданские объекты; проводил ревизию губернской канцелярии, казенной суконной мануфактуры и частного суконного заведения купца И. А. Михляева, помпового завода, адмиралтейства; принимал меры по организации заготовки и сохранению корабельных лесов в Среднем Поволжье, определял пути взаимодействия властей с населением разных вероисповеданий. В Болгаре император распорядился описать, починить и сохранить памятники древнего городища. В результате этих посещений появился ряд указов и иных юридических актов, упорядочивших и улучшивших функционирование казанских губернских органов власти, работу местных предприятий, адмиралтейства, различных учреждений.

Abstract

The article deals with the mutual relations of the Emperor Peter the Great and the administration of Kazan Province during the Persian campaign of 1722-1723. Moving to the war with Persia, Peter the Great stayed in Kazan and some other settlements of the region. The issue of the Tsar's visit period of the provincial town is ambiguously solved n in the national historiography. The period of the Emperor's stay there varies according to different scholars from one to twelve days. The author holds a view that the great reformer stayed there from

УДК 94 (470.41-25)"17"

Петр I и Казанская губернская администрация во время Персидского похода 1722-1723 гг.

Е. Б. Долгов,

Институт татарской энциклопедии и регионоведения АН РТ, г. Казань, Республика Татарстан, Российская Федерация

Peter the Great and Kazan provincial administration during the Persian campaign of 1722-1723

E. B. Dolgov,

Institute of the Tatar Encyclopaedia and Regional Studies, the Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan, Kazan, the Republic of Tatarstan, the Russian Federation

May 27 to June 8, 1722. In Kazan, he cultivated close links with Governor A. P. Saltykov, Vice -Governor N. A. Kudryavtsev, Metropolitan Tikhon III; and saw over the sights, the most important military and civil facilities, audited the provincial chancellery, the state textile production and I. A. Mihlyaev's private textile facility, the pump plant and the Admiralty, took measures on organizing of logging and preservation of shipbuilding timbers in the Middle Volga region, defined the ways of interaction of the authorities with the population consisting of different confessions. In Bolgar, the emperor ordered to list, repair and preserve the monuments of the ancient city. As a result of these visits, a number of decrees and other legal acts regulating and improving the functioning of Kazan provincial authorities, the operation of local enterprises, the Admiralty and various establishments, appeared.

Ключевые слова

Петр I, Российская империя, Казань, Казанская губерния, Казанская губернская администрация, Казанское адмиралтейство, Казанская суконная мануфактура, Болгарское городище.

Keywords

Peter the Great, the Russian Empire, Kazan, Kazan Province, Kazan provincial administration, Kazan Admiralty, Kazan textile production, Bolgar settlement.

Предпринятый Петром Великим после окончания Северной войны поход против Персии в 1722-1723 гг. имел целью обеспечение российских торговых интересов на Каспийском море и ограничение турецкой экспансии в Закавказье. Русские сухопутные войска из Прибалтики были переброшены на Волгу, чтобы на судах по реке отправиться в Астрахань, а конница выступила туда же сухим путем из-под Курска и из Украины. 15 мая 1722 г. Петр I вместе с гвардейскими полками отплыл из Коломны на струге «Москвитянин». На корме корабля располагались вместительные каюты, на носу - устроены места для гребцов, на каждой стороне было по 18 весел. В свите императора и его супруги Екатерины Алексеевны находились командующий флотом генерал-адмирал Ф. М. Апраксин, дипломат П. А. Толстой, бывший молдавский господарь и управляющий Походной канцелярией Д. К. Кантемир, кабинет-секретарь А. В. Макаров, генерал-майор И. М. Головин и многие другие сподвижники царя-реформатора. Флотилия насчитывала 274 крупных и 168 мелких судов.

Вопрос о времени посещения Казани Петром Великим неоднозначно решен в отечественной историографии. Так, в «Походном журнале 1722 года» сообщалось, что государь на струге «пришли в Казанку реку после полудня» 2 июня, затем «Его Величество ездил в город» 3-6 июня, потом «пошли в путь» по Волге 6 июня, «приехали» к селу Богородскому 7 июня, «побывали» в Тетюшах и Болгарах 8 июня 1722 г.1 В многотомном издании «Описание дел архива Морского министерства» зафиксированы два указа на имя вице-губернатора Н. А. Кудрявцева от 6 июня 1722 г. с пометой «из Казани»: «один, с инструкцией о том, на какой почве, какие леса и в какое время рубить для кораблей... другой, с указанием местности, где должно рубить леса, и о назначении наказания за самовольную порубку леса»2. Об этом упоминалось и в работе Ф. Ф. Веселаго3. Сохранилось также письмо П. П. Толстого к П. П. Шафирову от 31 мая 1722 г. из Нижнего Новгорода, в котором адресат сообщал о том, что «Его Императорское Величество вчерашнего числа (т. е. 30 мая. -Е. Д.), отправя здесь день высочайшего рождения своего, благополучно изволил над вечер купно с ея величеством государынею императрицею восприять отсюду поход

до Казании, где изволит с несколько времени побыть и потом далее надлежащей путь свой продолжать»4.

Вместе с тем, автор известного сочинения о деяниях «мудрого преобразователя России» И. И. Голиков писал, что только «7 числа июня монарх был уже в Казани», а «8 июня из Казани отправился в путь», т. е. останавливался здесь только на один день5. Однако с ним не согласились исследователи местного края А. И. Артемьев, Н. К. Баженов, М. С. Рыбушкин, М. Н. Пинегин, Н. П. Загоскин, которые отметили в своих трудах о том, что Петр I появился в губернском городе 27 мая, а покинул его 8 июня 1722 г., «пробыв в Казани целых 12 дней»6. Последнюю точку зрения поддержало и большинство столичных ученых (В. И. Лебедев, В. В. Комаров7), кроме С. М. Соловьева8. Присутствует она и в составленном в 1779 г. «Описании похода государя императора Петра Великого к лежащим при Каспийском море персидским провинциям»9. По-видимому, в данном случае историки опирались на документальные свидетельства, которые, к сожалению, не сохранились до настоящего времени. Между прочим, день вступления императора на казанскую землю - 27 мая 1722 г. по юлианскому календарю - соответствует 7 июня того же года по григорианскому. Да и вряд ли государь за несколько часов смог бы осмотреть здесь столько интересующих его мест и учреждений, решить множество вопросов, а уже на следующий день любоваться развалинами средневекового Болгара, расположенного более чем в 140 км от Казани.

Казанская губерния была создана в ходе проведения областной реформы согласно царскому указу от 18 декабря 1708 г.10 и первоначально охватывала огромную территорию от Нижнего Новгорода до Астрахани, включая Казанское, Свияжское, Пензенское, Симбирское, Уфимское, Астраханское и другие воеводства (всего 71 уезд и 72 города), которые с 1719 г. стали называться провинциями. Однако уже при Петре I из нее выделились Нижегородская (1714-1717 гг. и с 1719 г.) и Астраханская (с 1718 г.) губернии.

Во главе Казанской губернии в то время находились А. П. Салтыков и Н. А. Кудрявцев.

Боярин Алексей Петрович Салтыков (ок. 1650 - ок. 1726) начинал государственную службу с 1662 г., затем являлся в 1676-1678 и 1687-1689 гг. астраханским, а в 1684-1685 гг. киевским воеводой; в 1682-1684 гг. начальником Разбойного, в 1685-1686, 1699-1797 гг. - Московского судного, в 1711-1713 гг. - Провиантского приказов; в 1698-1699 гг. командиром Рязанского полка; с 1701 г. членом Ближней канцелярии; в 1713-1716 гг. московским, в 1719-1724 гг. казанским губернатором. При нем Казанская губерния была разделена на пять провинций, основан Казанский пумповый завод, введено подушное налогообложение в крае. Он также способствовал проведению Первой «ревизии душ» (переписи податного мужского населения) на территории губернии (1719-1722), содействовал строительству судов и заготовке провианта для Персидского похода 1722-1723 гг.; вместе с митрополитом Тихоном III осуществлял христианизацию нерусских народов Поволжья, выдавая средства на нужды Казанского архиерейского дома11.

Самым ярким представителем местной администрации по праву можно считать Никиту Алферовича Кудрявцева (ок. 1650-1729). Последний состоял на государственной и военной службе с 1670-х гг., участвовал в Азовских походах 1695 и 1696 гг., затем отправлен в Казань, где служил в 1697-1699 гг. вторым воеводой, в 1699-1706 гг. первым воеводой, в 1706-1710 гг. комендантом, в 1710-1714 гг.

обер-комендантом, в 1714-1727 гг. вице-губернатором и одновременно, в 17121727 гг., главнозаведующим корабельными лесами в Поволжье, в 1719-1724 гг. управлял Казанской суконной мануфактурой. Как деятельный соратник царя-реформатора, Н. А. Кудрявцев принимал участие в подготовке Губернской реформы 1708 г. и учреждении Казанской губернии, руководил работами по заготовке корабельных лесов в крае и их доставке в С.-Петербург, содействовал введению в 1718 г. лашманской повинности. После создания в 1718 г. Казанского адмиралтейства под его наблюдением было построено свыше 50 судов для российского флота, основана Адмиралтейская слобода на северо-западной окраине губернского города. Н. А. Кудрявцев обладал большой самостоятельностью, имел личные контакты с царем и его окружением, и хотя не занимал губернаторского поста как человек не «первого эшелона» власти, но смог «пересидеть» пять губернаторов12.

Главой Казанской епархии ко времени визита Петра Великого являлся Тихон III (Тимофей Васильевич Воинов) (1655-1724), который в 1677 г. стал монахом Благовещенского монастыря в Нижнем Новгороде, в 1678-1692 гг. служил при патриаршем доме в Москве, в 1692-1695 гг. - архимандритом Московского Новоспасского монастыря, в 1695-1699 гг. - митрополитом Сарским и Подонским, в 1699-1724 гг. -митрополитом Казанским и Свияжским. По его инициативе возобновилась миссионерская деятельность среди нерусских народов Поволжья в форме активной агитации. Он открыл ряд учебных заведений: духовную православную школу для инородцев (существовала в 1707-1709 гг. в Казани), цифирную школу (1718 г.), Казанскую славяно-латинскую школу (с 1723 г., позднее преобразована в духовную семинарию). При Тихоне III и частично на деньги митрополита была построена большая часть зданий Богородицкой Раифской пустыни. Именно на него Петр I возложил охрану памятников Болгара, поручил ему скопировать и расшифровать надписи на могильных памятниках, обнаруженных на месте этого средневекового города.

Итак, 2 июня (а по мнению местных историков, 27 мая) 1722 г., будучи «проездом в Персию», Петр Великий въехал в Казань «при пушечной пальбе и колокольном звоне» и был встречен «всеми чинами и всем восхищенным лицезрением его народом»13. Император отправился прямо в кремлевский Благовещенский кафедральный собор и прослушал молебен, потом зашел в Богородицкий женский монастырь и приложился к знаменитой чудотворной иконе Казанской Божьей Матери. Затем он посетил митрополита Тихона III, губернатора А. П. Салтыкова, вице-губернатора Н. А. Кудрявцева. Для размещения высокого гостя, по мнению местных краеведов, власти выбрали небольшой каменный дом купца Ивана Афанасьевича Михляева близ Толчка, Гостинодворской улицы и оградой Петропавловского собора14. В свою очередь, составители «Походного журнала» отмечали, что струг «Москвитянин» стоял по-прежнему на реке Казанке и там, вероятно, государь ночевал, а днем «ездил в город»15.

Во время своего пребывания в Казани император подробно осмотрел достопримечательности, «обозрел все заведения по части воинской и внутреннему хозяйству,.. все окрестности,.. храмы Божии» и оказал материальную помощь некоторым церквам и монастырям16. В Татарской слободе он поговорил с представителями татарского общества и «многими из... граждан»17.

Что касается городского центра, то по описанию Н. А. Кудрявцева, в первой четверти XVIII в. каменная часть кремлевской стены достигала 1 549 метров, высота - превышала 8,5 метра, ширина - 4,25 метра. На ней стояло 12 башен, девять из них были проезжими и имелись еще одни проезжие ворота. На деревянной

городской стене протяженностью 2 560 метров возвышалось 13 башен, из которых шесть да еще одни ворота являлись проезжими.

Проводя ревизию губернской канцелярии, Петр I потребовал книгу, в которую записывались посылаемые из этого учреждения указы и «пришел в великое огорчение, когда ее не нашли»18. Обнаружив таким образом «беспорядки в делах» и подозревая наличие и других злоупотреблений, царь страшно разгневался и отдал приказ немедленно отыскать требуемый документ. Впоследствии он подтвердил свое повеление строгим указом на имя А. П. Салтыкова из Тарху: «Послан к тебе в Казань подьячий казанский Иван Андреев и велено тебе разыскать о записной книге отпускаемым из Казани всяким указам, которая из Казанской канцелярии утерялась, и чтоб тое книгу, конечно, сыскать, и кто оную или украл, или для какова коварства укрыл, о всем подлинно исследовать как возможно скорее, и тот розыск прислать в Астрахань немедленно, а по последней мере кончая к октябрю месяцу настоящего 1722; а кто в том виноватым явится, тех держать в Казани под крепким арестом. Сие учини без всякой понаровки; ибо на вас то взыщется»19.

Осматривая город и ревизуя местные учреждения, император не забывал заниматься и общегосударственными делами; из Казани он посылал указы и распоряжения разным лицам. В честь 50-летней годовщины царя Строгановы на собственные средства угощали войска, а купец И. А. Михляев торжественно обещал соорудить за свой счет обширный кирпичный храм во имя святых Апостолов Петра и Павла в память посещения государем Казани. Действительно, Петропавловский собор был заложен в центре города в том же 1722 г. рядом с домом Михляева. Его строительство Иван Афанасьевич закончил в 1726 г., т. е. уже после кончины великого преобразователя России.

Постоянно заботясь о развитии русской промышленности, Петр I распорядился основать в 1714 г. Казанскую казенную суконную мануфактуру или «шерстяной завод». Последняя в 1719 г. производила 16,9 тысяч аршин сукна, на ней трудились 208 рабочих, имелось 13 станков. В последующие годы выработка сукна для армии упала, фабрика функционировала вяло и оказалась убыточной для казны, тем более, что шерсть покупалась для нее очень дорого, а материя выходила низкого качества. Непорядки на предприятии не ускользнули от взора императора, который заехал на мануфактуру и «осматривал в оной с особливым вниманием, яко собственных рук своих дело, все мастерские, кладовые и материалы в деле и не в деле». Потом он побывал на частной суконной фабрике купца И. А. Михляева и нашел «оную... в лучшем порядке и устройстве»20. Царя поразила громадная разница в производстве двух промышленных заведений. Разгневанный Петр I круто обошелся с немцами -овчарями. А с И. А. Михляевым государь долго беседовал о подробностях фабричного производства и в конце концов после Персидского похода, 4 июня 1724 г., пожаловал ему безвозмездно государственную суконную мануфактуру. Вместе с ней предприниматель получил и «порозжее место... под селение фабрики»21. Ивану Афанасьевичу Петр I заявил: «Я надеюсь, что ты скоро доведешь ее до желаемого мною состояния»22. 15 июля 1724 г. император собственноручным рескриптом в следующих выражениях извещал нового владельца: «Господин Михляев! Мы, ведая доброе ваше состояние, отдаем вам Казанский шерстяной завод с готовым домом и со всеми станами и прочими инструментами; только вы приложите свое старание об оном, размножить для своего интереса, а какое в том заводе надобно вам вспоможение, о том пишите прямо к нам в кабинет, также в Мануфактур-коллегию, а мы не только что тебе помогать будем, но и милости своей вас не оставим»23.

Впрочем, сохранилась легенда, записанная местными краеведами, которая рассказывает о вышеупомянутом событии несколько иначе. Согласно «преданию», во время пребывания в Казани Петр Великий очень нуждался в средствах для ведения войны с Персией. Однажды, погруженный в раздумье о предстоящем походе, император сидел в своем рабочем кабинете. Вдруг к царской квартире явился пожилой человек, одетый в нагольный тулуп, и потребовал свидания с венценосцем. Доложили Петру, и тот велел впустить дерзкого и собирался по-своему расправиться с ним. «Удержись, государь! - заявил посетитель. - Я -здешний фабрикант Михляев, имею небольшой шерстяной завод и могу оказать тебе помощь в деньгах; я узнал, что ты терпишь в них недостаток». - «А где твой завод?» - спросил смягчившийся император. «Удостой, великий государь, своим посещением мое небольшое заведение, и ты увидишь, что на нем дело идет лучше, чем на твоем казенном», - отвечал горожанин. Петр осмотрел завод купца Михляева, посетил его дом, где хозяева поднесли высокому гостю на двух больших подносах золотые и серебряные монеты и полную чашку жемчуга. Царь остался доволен таким патриотическим поступком Михляева и решил отдать ему в собственность казенную суконную фабрику24.

Петр I побывал в Казани и на помповом заводе, основанном по его распоряжению в 1719 г. вице-губернатором Н. А. Кудрявцевым для выделки помповых кож, необходимых для флота. И здесь великий преобразователь нашел дела в плачевном состоянии. Чтобы наладить кожевенное производство, император поручил пригласить на предприятие опытного мастера из Англии, который по контракту обязался обучить своему искусству русских учеников. Впоследствии на заводе было установлено 28 чанов и ежегодно выделывалось по 300-400 разных кож для отправки в С.-Петербург.

Однако особое внимание Петр I обратил на деятельность местной администрации по заготовке и сохранению корабельных лесов, а также строительству судов на верфях Казанского адмиралтейства. Создание русского флота являлось одной из важнейших забот императора. Корабли в то время строились из дерева, а потому крепкие породы деревьев (дуб, илим, вяз, клен, ясень, лиственница и мачтовая сосна) объявлялись заповедными. Владельцам лесов под страхом смертной казни запрещалось рубить заповедные деревья в своих дачах, т. к. последние описывались и сохранялись для нужд флота. Казанская губерния обладала лесными богатствами и имела водное сообщение с новой столицей, а потому первые общероссийские узаконения относительно лесов здесь заработали в полную силу. Лес заготовлялся по распоряжению казанского коменданта и вице-губернатора рабочими людьми по найму под надзором особых чиновников для Петербургского адмиралтейства25. Но данный вид трудовой деятельности оказался слишком обременительным и обходился очень дорого для казны. Тогда Н. А. Кудрявцев посоветовал правительству ввести особую земскую, лашманскую, повинность для поволжских инородцев. Указом от 31 января 1718 г. царь повелел для работ по вырубке и доставке корабельных лесов в Казанской, Воронежской, Нижегородской губерниях брать служилых мурз, татар, мордву и чуваш без всякой платы, а с тех, кто жил слишком далеко от лесных дач, собирать деньги для найма вольных работников26.

В 1718 г. государь поручил казанскому вице-губернатору Н. А. Кудрявцеву основать адмиралтейство на пустынном в то время левом берегу реки Казанки, на пашенной земле Успенского Зилантова монастыря и села Бишбалта (Бежболда). После получения царского указа талантливый сподвижник Петра приказал

крестьянам Бишбалты построить особую Адмиралтейскую слободу, куда переселил и набранных 205 плотников, пильщиков, бочаров и других рабочих-судостроителей. Вскоре здесь были сооружены семь эллингов (стапелей) для строительства кораблей, корпуса материальных и провиантских складов, лесные сараи, казармы, чертежная, брандспойтовая, фонарная, столярная, парусная, бондарная, такелажная и шлюпочная мастерские, кузницы на 20 горнов, канцелярские здания, церковь. Для обучения мастеров в 1718 г. была открыта «цифирная» школа. Так началась кораблестроительная эпопея молодого адмиралтейства. Уже через шесть лет на водах Каспия развевались вымпела 15 судов, спущенных на воду в Казани, на одном из которых, корабле «Принцесса Анна», 18 июля 1722 г. впервые в истории русского флота был поднят генерал-адмиральский флаг командовавшим этой эскадрой Ф. М. Апраксиным.

С этого времени начали издаваться особые указы относительно лесов Казанской губернии, которыми подтверждалось приказание строжайше сохранять лесные массивы под страхом тяжкого наказания. Предписывалось производить опись заповедных лесов и выращивать дубовые рощи в удобных местах27. Петр I старался даже предупредить всякий повод к нечаянной или умышленной порубке заповедных деревьев. Так, к сенатскому указу от 27 мая 1720 г. на имя Н. А. Кудрявцева царь собственноручно приписал: «Не рубить и далее указного места, понеже не везде можно усмотреть, того ради зайдут и в указное место»28.

Предстоящая война с Персией побуждала Петра I «привести казанскую верфь в лучшее состояние», потому что отсюда легче всего могли спускаться морские суда в Каспийское море. Находясь в Казани, император прибыл в местную адмиралтейскую контору, где опытным глазом осмотрел все приготовленные для С.-Петербургского адмиралтейства деревья, изучил ведомости «о числе отпущенных из конторы деревьев» и послал их к прокурору Адмиралтейств-коллегии, повелевая ему сличить отчетные документы с находящимися налицо материалами для постройки кораблей. Другую копию император отправил гвардии майору А. И. Ушакову для того, чтобы он рассчитал подрядчиков, которые поставляли лес в Петербург. Затем Петр I приказал между местным адмиралтейством и Ягодной слободой по изгибу Казанки от одного берега до другого прорыть глубокий канал для засолки молодых деревьев, потом их нужно было просушить и снова мочить в соленой воде, так что к постройке деревья годились после двухлетней вымочки и сушки. Своим указом, отправленным из Казани, монарх распорядился основать такую же верфь и в Нижнем Новгороде; суда, построенные по старым образцам, велено было уничтожить и вновь сооружать корабли по новым чертежам с полной морской оснасткой, чтобы они прямо могли плавать по Каспию, не перегружаясь29.

После личного осмотра и распоряжений Петра Великого на казанской верфи стали усиленно строить для каспийской флотилии бомбардирские корабли, фрегаты, бриги, транспорты, галиоты, канонирские лодки, корветы, бригантины, люггеры, боты и пр.30 Спуск судов со стапелей здесь производился один раз в году, во время весеннего разлива Волги и Казанки, т. е. в первой половине мая, причем эти церемонии всегда обставлялись с большой торжественностью. Уже в разгар Персидского похода, 20 октября 1722 г., самодержец отправил сюда гвардии майора, будущего казанского губернатора А. И. Румянцева с требованием к А. П. Салтыкову и Н. А. Кудрявцеву «сделать» 15 гекботов, 30 ботов и 30 шлюпок, чтобы пополнить ими военный флот на Каспийском море. Последнее поручение было успешно выполнено31.

Поскольку вице-губернатор Н. А. Кудрявцев давно уже обратил на себя внимание великого реформатора «благоразумными распоряжениями еще во время управления губерниею, а в особенности показавший большую опытность и сведения относительно лесоводства», то и получил повеление самодержца быть «главным блюстителем» корабельных лесов в Казанском крае. 6 июня 1722 г. Никита Алферович получил от Петра I точную инструкцию, в которой говорилось следующее: «Определяется иметь в ведении леса от Нижнего, то есть от устья Оки по Волге вниз, пока оные есть, как по Волге, так и по всем рекам, которые в оную впали, и иметь крепкое надзирание, дабы никто не рубили, кроме позволения на нужные потребности дела»32. Кроме того, в тот же день другим указом император определил для Н. А. Кудрявцева «правила при порубке леса и хранения деревьев»: «1) чтобы лес рубили, сколь возможно на глинистых местах, а не на болотах и зело сухих местах; 2) чтобы рубили такие, на которых зелен лист и потом варили в соленой воде, и паки вялили, и чтоб присылать, которые лежали уже года два и более, а не новые; также смотреть, чтоб не из толстых дерев»33.

Даже 8 июня Петр I все еще занимался делами местного адмиралтейства и, между прочим, отправил из Болгар указ вице-президенту Адмиралтейств-коллегии адмиралу К. И. Крюйсу, чтобы он принимал всякий корабельный лес, который будет приходить из Казани34.

Несколько позже, уже из Астрахани 2 июля 1722 г., государь напоминал казанскому губернатору А. П. Салтыкову о своих распоряжениях: «В прибытие наше в Казань, определили мы от Нижнего вниз по Волге, также и по другим рекам, которые в нее впадали, над лесами смотрение иметь вице-губернатору Никите Кудрявцеву, как о том из данной ему инструкции усмотрите; и для того в своей губернии публикуйте, чтоб всяк о том ведал, и прежние бы надсмотрщики и обыватели тех мест, где леса есть, были ему, Кудрявцеву, и посланным от него в том послушны, и для лучшего смотрения над оными лесами дайте ему, Кудрявцеву, из казанских гарнизонных обер-офицеров четырех человек, кого он выберет и одного подьячего, для всяких посылок солдат двенадцать человек»35. Другой указ из Сената от 31 июля 1722 г. на имя Н. А. Кудрявцева предписывал последнему принять под свое руководство и всех инородцев - лашманов, определенных «к отправлению корабельных лесов»36. Тем из иноверцев, которые примут христианское вероисповедание, Петр I повелел 11 июля 1722 г. давать льготу на три года по выплате налогов и исполнении лашманской повинности, а указом от 2 ноября того же года освобождал новокрещеных и от рекрутчины37.

Накануне отъезда из Казани к государю явился геодезист И. М. (Б.) Евреи-нов, один из тех, кого посылал великий преобразователь на Камчатку и Курильские острова. Выслушав его рассказ, Петр I с интересом рассматривал составленную карту и описание всего путешествия, «показав высочайшее... к трудам их благоволение»38.

Следует подчеркнуть, что в губернском городе кроме гарнизонных частей были сосредоточены драгунские полки, которые планировалось использовать в предстоящей войне с Персией. Воспользовавшись благоприятным случаем, казанский комендант А. Г. Волконский пожаловался императору на трудности снабжения дополнительного воинского контингента. 19 июля Петр I писал губернатору А. П. Салтыкову: «Казанским драгунам. денежное жалованье дается малое против гарнизонных солдат, а круп и соли ничего не дается, того для до предбудущего определения Воинской коллегии велите им ныне давать денежное жалованье

против полевых драгунских полков четвертою долею меньше, да ко обыкновенному месячному провианту крупы и соль»39.

Наконец, 6 июня 1722 г. Петр Великий дал руководящим лицам Казанского края различные повеления и, отслушав молебен, отправился из губернского города, провожаемый пушечными выстрелами и колокольным звоном. Когда на Казанке «судно Его Величества поравнялось с судном барона Строганова, тогда с того Строганова судна салютовано из 7 пушек, а с судна Его Величества ответ-ствовано 3 выстрелами пушечными»40. После этого митрополит Тихон III и вице-губернатор Н. А. Кудрявцев спешно выехали в Болгары, чтобы там вновь принимать самодержца.

Действительно, 8 июня 1722 г. струг «Москвитянин» приплыл к Тетюшам. Государь велел остановиться и отправился в Болгары.

Еще в 1712 г. по петровскому указу сюда приезжал дьяк А. Михайлов, чтобы выделить на древнем городище православному Успенскому монастырю для его «строения. и братских келий, и иных служб: конюшенного и житных дворов». Последнему отвели здесь пашенные земли, леса, сенные покосы. В своих бумагах правительственный чиновник писал: «Весьма прекрасно и преславно Болгарское городище. У. столпа (у Малого минарета) две мечети четырехугольные, без сводов, мерою те мечети длины и ширины по три сажени, в том числе у одной мечети три двери, четыре окна четырехугольных, у той мечети приделок без своду длины и ширины по сажени. Вход в одни двери без окон, у другой мечети три стены целых, на тех стенах по окну четырехугольному, у четвертой стены половина до своду вывалилась. Вышиной те палаты по две сажени»41.

Очутившись на месте древнего города, «монарх успел обозреть все и сделать даже много важных открытий и распоряжений»42. Перед ним раскинулась следующая панорама: «Великий сей град, войною и временем превратившийся в развалины, стоит на горе; земляной вал около сих развалин виден и поныне; он в окружности имеет более мили»43. Прежде всего Петр I забрался на высокую белую башню, откуда долго внимательно осматривал окрестности, а потом сказал стоящим рядом с ним спутникам: «Бусурмане с оной высоты всегда могли видеть все действия против них предпринимаемые, и плывущих по Волге неприятелей; почему всегда были в готовности к бою и подаче помощи своим городам»44. Спустившись вниз, император подошел к так называемой Греческой палате и другим постройкам. Он обнаружил тогда около 50 каменных сооружений, в том числе 10 палат, четыре башни и два столба, а на самой горе за земляным валом - «каменный замок» и еще четыре палаты. Тут же «при себе» Петр I приказал измерить некоторые объекты. На двух древних кладбищах царь видел 49 надгробных камней с надписями на «разных восточных языках» и велел «беречь их в воспоминание». Императорские секретари записали: «Тут есть одна башня немалая и довольно каменного строения, зело старинного, и сказывают, что 600 лет то место было пусто, а ныне сделан тут монастырь. Его Величество все те старинные строения каменные изволил смотреть, которые в разных местах поставлены, и вал земляной кругом всего того места зело немалый есть»45. По рассказам старожилов, утомившись от пеших прогулок, Петр I присел на какую-то обвалившуюся стену, подозвал одного из окруживших его крестьян, ласково потрепал последнего по плечу и дал серебряный рубль, чтобы тот поставил свечу образу Спаса в следующий праздник Ильи Пророка46. Вскоре неутомимого путешественника принимал в Успенском монастыре казанский митрополит Тихон III,

который в Болгарах «тогда... також и вице-губернатор Кудрявцев обретались»47. Простившись с ними, царь возвратился на судно и отплыл в Астрахань.

Результатом визита императора на развалины стал его указ на имя казанского губернатора А. П. Салтыкова от 2 июля 1722 г. следующего содержания: «В бытность нашу в Болгарах видели мы, что у старинного Болгарского строения башни (или колокольни) фундамент испортился, и оный надлежит подделать вновь, того для пошлите туда ныне человек двенадцать каменщиков с их инструментами и несколько бочек извести, а камня там старого довольно есть, также мост и старое по времени вели починить»48. Сведения об этом сохранились в докумен-тах «Кабинета Петра I», в записке под названием «Ведение о полатном Болгарском строении». В ней сказано: «В. 722 году по именному Его Императорского Величества указу повелено в Казанской губернии на древнем Болгарском городище каменное строение о двух столпов в сходных, что называется по-татарски колокольни, фундамент починить». Из того же источника следует, что у «столпов фундаменты подведены, также одни палаты, что называют турецкие бани, починены; и оные столпы и бани сверх починки сводов покрыты тесом»49.

Через некоторое время после отъезда Петра I на Болгарское городище были посланы подполковник Казанского гарнизонного полка Н. Савенков и геодезист И. Крапивин. Они вычислили протяженность валов, окружавших городище. Первый «Замачный» - «Замашный» вал «от горы до горы» тянулся на 245 сажен. Второй «Большой» вал - от горы до горы - был «мерою 2 620 сажен». За «Замачным» валом находился «каменный замок». Н. Савенков и И. Крапивин приводят размеры его стен и четырех башен. Первая из них имела «округлостию с воино стороны 11 сажен»; стена, соединявшая ее со второй башней, была 13 сажен. В ходе осмотра городища были обмерены палаты, расположенные за «Замачным» валом, и четыре палаты, огороженные Большим валом; описано их состояние. Так, палата, в которой находилась церковь Успенского монастыря, была «четырехугольная, стены по 5 сажен, высота 4 сажени 2 аршина. От первой башни в долготе 14 сажен». Н. Савенков и И. Крапивин определили геодезические размеры валов средневекового города50. Они же опросили стариков, собрали легенды о том, что было на месте городища. Каменный замок внутри «Замачного» вала являлся ранее мечетью. На территории памятника располагались два древних кладбища. Одна из палат внутри Большого вала являлась в прошлом армянской церковью51.

Благодаря Петру I до нас дошли сведения о надписях на захоронениях кладбища VII в., которые были в то время еще доступны для прочтения52.

Император получил также план Болгарского городища, составленный подполковником Н. Савенковым и геодезистом И. Крапивиным53. Они же сделали описание отреставрированных построек и прислали при этом отчет: «1723 году сентября в 25 день на Болгарах каменного древнего здания палата турецкая баня, починена и на старом фундаменте. К ней вновь пристроено и два столпа, на которых верхи наделаны, а о том значит опись и чертеж»54.

Таким образом, визит великого преобразователя России в Казанский край оказался очень плодотворным. В результате посещения Казани и некоторых других населенных пунктов губернии были приняты указы и иные юридические акты, упорядочившие и улучшившие деятельность губернских органов власти, работу местных предприятий, адмиралтейства, различных учреждений. Освоение

сибирских богатств, завоевание Каспия и развитие восточной торговли в дальнейшем благоприятствовали расцвету города Казани.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Походный журнал 1722 года. - СПб., 1855. - С. 37-41, 96.

2. Описание дел архива Морского министерства за время с половины XVII до начала XIX столетия. - СПб., 1877. - Т. 1. - С. 369.

3. Веселаго Ф. Ф. Очерк русской морской истории. - СПб., 1875. - Ч. 1. - С. 369.

4. Походная канцелярия вице-канцлера Петра Павловича Шафирова: Новые источники по истории России эпохи Петра Великого / Сост. Т. А. Базарова, Ю. Б. Фомина. - СПб., 2011. - Ч. 3. - С. 196, 273.

5. Голиков И. И. Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России, собранныя из достоверных источников и расположенныя по годам. 2-е изд. - М., 1838. - Т. 9. - С. 127129.

6. Артемьев А. И. История посещения Казани Петром Великим // Казанские губернские ведомости. Часть неофициальная. - 1845. - 16 июля. - № 29. - С. 291, 293; 6 августа. -№ 32. - С. 313; 13 августа. - № 33. - С. 319; Баженов Н. К. Казанская история. - Казань, 1847. - Ч. 2. - С. 56, 59; Рыбушкин М. С. Краткая история города Казани. 2-е изд. - Казань, 1848. - Ч. 1. - С. 106; Пинегин М. Н. Казань в ее прошлом и настоящем: Очерки по истории, достопримечательностям и современному положению города, с приложением кратких адресных сведений с 8-ю видами города. - Казань, 2005. - С. 214-224; Спутник по Казани: Иллюстрированный указатель достопримечательностей и справочная книжка города / Под ред. Н. П. Загоскина. - Казань, 2005. - С. 211-215.

7. Лебедев В. И. Поход Петра Великого в Персию // Журнал Министерства народного просвещения. - 1848. - Ч. 60. - Отд. 2. - С. 3; Комаров В. В. Персидская война 17221725 гг.: Материалы для истории царствования Петра Великого // Русский вестник. -1867. - Т. 68. - № 4. - С. 567.

8. Соловьев С. М. Петр Великий на Каспийском море // Вестник Европы. - 1868. -Кн. 3. - № 3. - С. 175.

9. Описание похода государя императора Петра Великого к лежащим при Каспийском море персидским провинциям // Русский вестник. - 1867. - Т. 68. - № 4. - С. 567-576.

10. Российский государственный архив древних актов (РГАДА), ф. 9, отд. 2, кн. 8, л. 191; Полное собрание законов Российской империи. Собрание 1. (ПСЗ-1) - СПб., 1830. -Т. 4. - № 2218. - С. 436-438; Цеплин П. Д. Ф. Известие о первом учреждении губерний в России // Северный архив. - 1822. - Ч. 4. - № 21. - С. 200-210.

11. Долгов Е. Б. «Птенцы гнезда Петрова» во главе Казанской губернии // Труды Государственного Эрмитажа. - СПб., 2015. - Т. 78. - С. 167; он же. «В трудах державства и войны»: Казанские губернаторы Петровской и послепетровской эпохи // Гасырлар ава-зы - Эхо веков. - 2016. - № 1/2. - С. 117.

12. Долгов Е. Б. Кудрявцев Никита Алферович // Татарская энциклопедия. - Казань, 2006. - Т. 3. - С. 487.

13. РГАДА, ф. 9, отд. 1, кн. 27, ч. 2, л. 385-386; Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. -С. 127; Артемьев А. И. Указ. соч. - С. 291; Баженов Н. К. Указ. соч. - С. 56; Рыбушкин М. С. Указ. соч. - С. 106; Пинегин М. Н. Указ. соч. - С. 214; Спутник по Казани... - С. 211.

14. Артемьев А. И. Указ. соч. - С. 292; Пинегин М. Н. Указ. соч. - С. 214; Спутник по Казани... - С. 211, 212.

15. Походный журнал 1722... - С. 38-39.

16. Глинка С. Н. Русская история. 3-е изд., доп. - М., 1823. - Ч. 7. - С. 203.

17. Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. - С. 129; Артемьев А. И. Указ. соч. - С. 292-293.

18. Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. - С. 128.

19. Там же. - С. 128; Артемьев А. И. Указ. соч. - С. 292; Пинегин М. Н. Указ. соч. - С. 215.

20. Голиков И. И. Указ. соч. - С. 128-129; Артемьев А. И. Указ. соч. - 23 июля. - № 30. -С. 299.

21. РГАДА, ф. 277, св. 108, кн. 51, л. 180 об.

22. Глинка С. Н. Указ. соч. - С. 203; Голиков И. И. Указ. соч. - 1938. - С. 129; 1839. - Т. 10. -С. 413; Походный журнал 1722... - С. 38.

23. Артемьев А. И. Указ. соч. - 23 июля. - № 30. - С. 301; Пинегин М. Н. Указ. соч. - С. 218; Спутник по Казани... - С. 212.

24. Артемьев А. И. Указ. соч. - 23 июля. - № 30. - С. 300-301; Рыбушкин М. С. Указ. соч. -С. 106-107; Пинегин М. Н. Указ. соч. - С. 217-218; Спутник по Казани... - С. 214-215.

25. ПСЗ-1. - Т. 4. - № 2522. - С. 831; Т. 5. - № 2647. - С. 15-16; № 2970. - С. 186-187.

26. ПСЗ-1. - Т. 5. - № 3149. - С. 533-534.

27. ПСЗ-1. - Т. 6. - № 3593. - С. 200-202; Т. 7. - № 4510. - С. 286-287; Описание дел архива Морского министерства за время с половины XVII до начала XIX столетия. - СПб., 1877. - Т. 1. - С. 440; 1879. - Т. 2. - С. 367-369.

28. ПСЗ-1. - Т. 6. - № 3593. - С. 200-202.

29. Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. - С. 127-128; Артемьев А. И. Указ. соч. - 6 августа. - № 32. - С. 312-313; Пинегин М. Н. Указ. соч. - С. 222-223.

30. Всего за время существования Казанского адмиралтейства в 1718-1829 гг. на воду было спущено до 400 судов различных наименований.

31. Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. - С. 409; Походный журнал 1722... - С. 183-185; Описание дел архива Морского... - 1879. - Т. 2. - С. 369.

32. ПСЗ-1. - Т. 6. - № 4028. - С. 718; Материалы для истории русского флота. - СПб., 1866. - Ч. 3. - С. 721.

33. ПСЗ-1. - Т. 6. - № 4030. - С. 718-719; № 4060. - С. 749-753; Материалы для истории... - С. 720-721.

34. Материалы для истории... - С. 721.

35. Голиков И. И. Указ. соч. - 1938. - Т. 9. - С. 136-137.

36. ПСЗ-1. - Т. 6. - № 4065. - С. 754.

37. Там же. - № 4048. - С. 736; № 4123. - С. 792.

38. Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. - С. 129.

39. Там же. - С. 151.

40. РГАДА, ф. 9, отд. 1, кн. 27, ч. 2, л. 387.

41. Там же, ф. 281, оп. 1, д. 6639, л. 1-9 об.

42. Глинка С. Н. Указ. соч. - С. 203; Голиков И. И. - 1838. - Т. 9. - С. 129-130; Артемьев А. И. Указ. соч. - 13 августа. - № 33. - С. 320; Лебедев В. И. Указ. соч. - С. 3-4; Мельгунов Г. В. Поход Петра Великого в Персию // Русский вестник. - 1874. - Т. 110. - № 3. - С. 25.

43. Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. - Т. 9. - С. 129-130.

44. Артемьев А. И. Указ. соч. - 13 августа. - № 33. - С. 320.

45. Походный журнал 1722... - С. 40.

46. Артемьев А. И. Указ. соч. - 13 августа. - № 33. - С. 323.

47. Походный журнал 1722... - С. 40-41.

48. РГАДА, ф. 9, отд. 1, кн. 15, л. 92; отд. 2, кн. 93, л. 362; Голиков И. И. Указ. соч. - 1838. -Т. 9. - С. 136.

49. РГАДА, ф. 9, отд. 2, кн. 93, л. 362.

50. Там же, ф. 192, оп. 1. Казанская губерния. - № 4-5, ч. 2, л. 1-9.

51. Там же, л. 1 об.-2.

52. Там же, ч. 4, л. 3 об.-4, 6 об.-7.

53. Там же, ф. 9, отд. 2, кн. 93, л. 365.

54. Там же, л. 359.

Список литературы

Артемьев А. И. История посещения Казани Петром Великим // Казанские губернские ведомости. Часть неофициальная. - 1845. - 16 июля. - № 29. - С. 291-293; 23 июля. - № 30. - С. 299-303; 30 июля. - № 31. - С. 308-310; 6 августа. - № 32. - С. 312-315; 13 августа. - № 33. - С. 319-324.

Голиков И. И. Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России, собранныя из достоверных источников и расположенныя по годам. - 2-е изд. - М.: Тип. Н. Степанова, 1838. - Т. 9. - 548 с.; 1839. - Т. 10. - 458 с.

Пинегин М. Н. Казань в ее прошлом и настоящем: Очерки по истории, достопримечательностям и современному положению города, с приложением кратких адресных сведений с 8-ю видами города. - Казань: «ДОМО «Глобус», 2005. - 784 с. Походный журнал 1722 года. - СПб.: Воен. тип., 1855. - 194 с.

Рыбушкин М. С. Краткая история города Казани. - 2-е изд. - Казань: Тип. Л. Шевиц, 1848. - Ч. 1. - 149 с.

Спутник по Казани: Иллюстрированный указатель достопримечательностей и справочная книжка города / Под ред. Н. П. Загоскина. - Казань: «ДОМО «Глобус», 2005. - 848 с.

References

Artemyev A. I. Istoriya poseshcheniya Kazani Petrom Velikim [History of Peter the Great's visit to Kazan]. IN: Kazanskiye gubernskiye vedomosti. Chast neofitsialnaya [Kazan province news. Non-official part], 1845, 16 July, no. 29, pp. 291-293; 23 July, no. 30, pp. 299-303; 30 July, no. 31, pp. 308-310; 6 August, no. 32, pp. 312-315; 13 August, no. 33, pp. 319-324.

Golikov I. I. Deyaniya Petra Velikogo, mudrago preobrazovatelya Rossii, sobrannyya iz dos-tovernyh istochnikov i raspolozhennyya po godam. 2-ye izd. [Deeds of Peter the Great, the wise reformer of Russia, collected from credible sources and arranged by years. 2nd ed]. Moscow, Tip. N. Stepanova publ., 1838, vol. 9, 548 p.; 1839, vol. 10, 458 p.

Pinegin M. N. Kazan v yeye proshlom i nastoyashchem: Ocherki po istorii, dostoprimechat-elnostyam i sovremennomu polozheniyu goroda, s prilozheniyem kratkih adresnyh svedeniy s 8-yu vidami goroda [Kazan in its past and present: Essays on the history, sights and modern state of the city, with attached short address information with 8 city views]. Kazan, "DOMO "Globus" publ., 2005, 784 p.

Pohodny zhurnal 1722 goda [Hiking Magazine 1722]. St. Petersburg, Voyen. tip. publ., 1855, 194 p.

Rybushkin M. S. Kratkaya istoriya goroda Kazani. 2-ye izd. [A brief history of the city of Kazan. 2nd ed]. Kazan, Tip. L. Shevits publ., 1848, part 1, 149 p.

Sputnik po Kazani: Illustrirovanny ukazatel dostoprimechatelnostey i spravochnaya knizhka goroda. Pod red. N. P. Zagoskina [Zagoskin N. P. (ed) Guide on Kazan: Illustrated reference book of sights]. Kazan, "DOMO "Globus", 2005, 848 p.

№ 1. Из походного журнала императора Петра I

Июнь 1722 г.

1-го. В полдни приехали к Чебоксарам, где переменив гребцов, пошли в путь, а Его Величество в том городе был. [...]

2-го. В 10-м часу пошли в путь; и пришли к Свияжску и тут стояли на Волге-реке часа с три, а Его Величество изволил заезжать в тот город; оттуда пошли парусами, и пришли в Казанку-реку после полудня в 4-м часу и тут ночевали. [...]

3-го. Его Величество ездил в Казань, где при въезде Его Величества палили из пушек со всего города, и слушал литургию в соборной церкви и кушал у митрополита1; оттуда был в монастыре девичьем2, где чудотворный образ явления Казанской Богородицы; потом был у вице-губернатора Кудрявцова.

4-го. Его Величество ездил в город, осматривал кожевенных заводов.

5-го. В вечеру Его Величество ездил в город и был у губернатора Салтыкова и осматривал суконных заводов3.

6-го. После полудня Его Величество ездил в город Казань. И был у вице-губернатора Кудрявцова и у дворянина Есипова, где травили медведя собаками. В те часы, как Его Величество был в городе, судно Его Величества, на котором присутствовала Ея Величество государыня императрица, також и яхта новая, которая тогда сделана была в Казани, и протчия суды, на которых тогда придворные чины обретались, пошли из речки Казанки греблею в начале 6-го часа пополудни; а протчия воинския суда остались там, только пошли островские лодки, которые определены для буксированья яхты. [...] И как вошли в реку Волгу, тогда отошед верст с 5-ть, остановились. И как Его Величество из города [...] изволил прибыть, тогда пошли в путь греблею, вытянулись из Казанки на Волгу; и пошли в путь и шли во всю ночь.

7-го. В полдень приехали к Богороцкому [...], и отъехав версты с 2, увидели устье реки Камы, которая впала в Волгу, и приехали против пристани Болгарской; не доезжая пригородка Тетюши версты за три, ночевали. [...]

8-го. По утру от того места пошли и пришли в Тетюши. [...] Его Величество ездил в Болгары, город старинной, где была столица князей Болгарских и жили народ, называемые болгары. Под самым тем местом, где город был поставлен, есть знак. [...] Тут есть одна башня немалая и довольно каменного строения, зело старинного, и сказывают, что 600 лет то место было пусто, а ныне сделан тут монастырь [...], и еще только одна церковь из старинного каменного здания учинена и освящена и несколько деревянного строения вновь построено4. Его Величество все те старинные строения каменные изволил смотреть, которые в разных местах поставлены, и вал земляной кругом всего того места зело немалой есть. А по осмотрении всего того Его Величество изволил кушать у митрополита Казанского Тихона, который, когда в том монастыре також и вице-губернатор Кудрявцов обретались; и кой час изволил откушать, то, простясь с архиереем и с Кудрявцовым, изволил поехать на вереечке до Тетюш на свое судно. И кой час изволил взойти на судно, тотчас пошли в путь и ехали во всю ночь. [...]

Выписки из указов императора Петра I

1722-го года, августа в 30-й день от Дербеня писано к вице-губернатору Кудрявцову в Казань, чтоб изволил на дело 15-ти катов или гекботов лесов, в том числе на 7-мь дубовых, на 8-мь сосновых; а буде траты не будет корабельным лесам, то хотя и более дубовых; чтоб были те каты длиною во 100, шириною в

25-ть, глубиною в инструйме 9-ть или 10-ть футов. А работников к тому готовле-нию велено требовать от губернатора Салтыкова [...].

[1722-го года] октября в 20-й день, в Астрахани [...] дан указ маеору от гвардии Румянцову, чтоб ехал в Казань и там строил 15-ть гекботов да 6-ть ботов, и чертежи [...] даны ему и с описью. [...] Ему ж велено сделать в Казани 30-ть ботов таких, чтоб мочно было ставить на палубы гекботов, да 30-ть шлюпок на статьди-льял. Бакантонов, против чертежей, сделать сколько потребно в Астрахань с их оковкою, також чепми и каменьи, на чем оным в море стоять.

Того ж числа посланы указы к губернатору Казанскому Салтыкову и к вице-губернатору Кудрявцову [...], чтоб в деле гекботов и протчаго, что велено делать [...] Румянцову по указам [...], чинили [...] всякое вспоможение, не описываясь ни о чем. [...]

Походный журнал 1722 года. - СПб., 1855. - С. 37-41, 183-185.

Из фондов Научной библиотеки им. Н. И. Лобачевского.

№ 2. Из рукописи К. Мильковича «Историографическое описание

Казанской губернии»

1804 г.

[...] В 1722-м году Казань имела счастие принять благоволившего удостоить ея высокомонаршаго посещения императора Петра Великого, путешествовавшего тогда Волгою в Персию. Его Величество во время высочайшего своего в Казани присутствия соизволил постановить многия наиполезнейшия учреждения, касаю-щияся до усовершенствования адмиралтейства, семинарии, кожевенного казенного пумпового завода, суконной фабрики и прочих мест, а особливо о соблюдении лесов, к корабельному строению принадлежащих. Сей бессмертно в свете возведением России на верх блаженства и счастия славимый монарх того 1722 года июня 6-го числа на присланном из Сената в Казанскую адмиралтейскую контору указе, хранящемся и поныне в архиве оной конторы, о нерубке заповедных лесов от больших рек ближе 5, а от малых, в оные впадающих, способных к плавному ходу, 20 верст и о непозволении мещерякам, тептярям, башкирцам и прочим иноверческим народам рубить сии леса вопреки принесенной от них посланным от начальства, значущейся в оном указе отговорки, собственною своею рукою в пополнение благосоизволил издать резолюцию сими словами: «не рубить и далее указного места, понеже не везде можно усмотреть, того ради зайдут и в указное место». И сею резолюциею не только не разрешено им рубить корабельные леса, но и запрещено ездить в узаконенное место. [...]

Премудрый в свете монарх, государь император Петр Великий во время своего посещения семинарии, бывшей тогда в Феодоровском монастыре, был восхищен начинающимися в отдаленном краю просвещением, бывших тут учеников обласкал нежнейшим родительским образом, возбуждая их разными к учению ободрениями. [...]

Император Петр Великий соизволил тогда постановить и для суконной фабрики полезнейшее учреждение. Напоследок казанского купца Микляева удостоил высокомонаршего за собственноручным своим подписанием рескрипта, и, сию фабрику препоруча ему, повелел в случае надобности писать прямо к Его Величеству в кабинет, удостоверяя его в своей императорской к нему милости и помощи. [...]

[Казанская] Крепость возвышается на горе, с северной стороны окружает ее [...] река Казанка, с восточной и западной [...] великия крутизны, а с южной от предместья отдаляет глубокий ров и через него каменный мост. Под крепостью и вкруг ее состав земли состоит из дикого камня и песчаной земли. Укреплена она по древнему расположению и фигуру имеет неправильного четвероугольника, стены и девять башен состоят более из дикого камня.

В начале прошлого (XVIII) столетия составляли еще четыре башни и пять ворот, из коих назывались первые Спасские, вторые Преображенские, третьи Никольские, четвертые Воскресенские, пятые Дмитревские. [...]

Была еще деревянная, к каменной примыкавшая и ее окружавшая, крепость, -начиналась она с западной стороны реки Казанки и продолжалась ч[е]рез реку Булак в Мокрую слободу, а оттоле к Татарскому мосту и прямо на гору ч[е]рез Проломную улицу, потом к Феодоровскому монастырю и вниз реки Казанки к каменной крепости. Но в бытность казанского губернатора Волынского вся оная крепость за ея ветхостию разломана. [...]

В окрестностях города находятся отдаленные от предместья и особо лежащие при реке Казанке Адмиралтейство и казенная верфь, построенныя в 1718-м году по имянному Его Величества императора Петра Великого указу, [...] где [...] делаются военные фрегаты, бомбардирские корабли, галиоты, боты, катеры, бригантины и прочие мореходные суда, отправляющиеся Волгою в Каспийское море. [...]

Отдел рукописей и редких книг Научной библиотеки им. Н. И. Лобачевского,

№ 1413, л. 8-9, 11-12, 24-26, 56-57.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Казанского и Свияжского Тихона III.

2. В Богородицком Казанском 1-го класса женском монастыре.

3. Казенную и принадлежавшую купцу И. А. Михляеву мануфактуры.

4. Речь идет об Успенском мужском монастыре, в котором были две церкви - во имя Успения Божией Матери и во имя Святителя Николая Чудотворца.

Сведения об авторе

Долгов Евгений Борисович, кандидат исторических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Института татарской энциклопедии и регионоведения АН РТ, e-mail: info-ite@mail.ru.

About the author

Evgeniy B. Dolgov, Candidate of Historical Sciences, Associate Professor, Leading Researcher at Institute of the Tatar Encyclopaedia and Regional Studies of Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan, e-mail: info-ite@mail.ru.

В редакцию статья поступила 01.12.2018 г., опубликована:

Долгов Е. Б. Петр I и Казанская губернская администрация во время Персидского похода 17221723 гг. // Гасырлар авазы - Эхо веков. - 2019. - № 1. - С. 104-119.

Submitted on 01.12.2018, published:

Dolgov E. B. Petr I i Kazanskayagubernskaya administratsiya vo vremya Persidskogopohoda 1722-1723 gg. [Peter the Great and Kazan provincial administration during the Persian campaign of 1722-1723]. IN: Gasyrlar avazy - Eho vekov, 2019, no. 1, pp. 104-119.