Текст-конструктор как разновидность первично-вторичных текстов

УДК 81'42

О. Г. Матехина

Текст-конструктор как разновидность первично-вторичных текстов

В статье поднимается вопрос характеристики вторичных текстов в современной научной литературе, анализируются различные подходы в определении данных текстов. Дается характеристика вторичных текстов на основе способа создания произведения: выделяются две разновидности - тексты-конструкторы и тексты-трансформации. При этом отмечается, что текст-конструктор представляет собой использование самостоятельных произведений или их значительных фрагментов в качестве структурных компонентов вторичного текста без их существенного изменения; текст-трансформация - изменение первоисточника в соответствии с задачами автора. Особенности первично-вторичных текстов-конструкторов представлены на примере жанра предметного театрализованного сценария. Анализ текстов-образцов позволил выявить специфику вторичных компонентов в данных произведениях: выделенность, самостоятельность данных компонентов внутри текста, а также лабильность всей текстовой композиции в целом.

The article raises the question of the characteristics of secondary texts in the contemporary scientific literature, analyzing various approaches to the definition of these texts. Gives the characteristics of secondary texts on the basis of the method of creation: are the two species - the texts-construction and text-transformation. It is noted that the texts-construction is the use of independent works or significant fragments as structural components of the secondary text without substantial change; text-transformation - change the source in accordance with the objectives of the author. Features primary-secondary texts constructions presented the example of the genre subject theatrical script. Analysis of sample texts revealed the specifics of secondary components in these works: isolation, independence of these components within the text, and the lability of the entire text of the composition as a whole.

Ключевые слова: вторичный текст, речевой жанр, театрализованный сценарий.

Keywords: secondary text, speech genre, theatrical script.

До настоящего времени одним из актуальных вопросов лингвистики остается вопрос характеристики вторичных текстов.

В работах современных исследователей данная проблема рассматривается с позиций теории научной информации (С. В. Ионова, Н. В. Мельник, Н. М. Нестерова, Н. В. Сайкова, Н. В. Соло-дянкина), жанрологии (Л. Ю. Левкова, Н. Б. Рогачева, М. Ю. Терехова, Е. В. Чернявская, М. А. Ши-ринкина), литературоведения и филологического анализа текста (М. В. Вербицкая, В. В. Васильева, А. С. Гавенко, Т. Г. Орлянская, Л. В. Полубиченко). Разница в подходах прослеживается и в различных толкованиях изучаемого предмета. Так, М. В. Вербицкая, вслед за М. М. Бахтиным, определяет вторичный текст как особые «художественно-речевые явления», которым «присуща одна общая черта: слово здесь имеет двоякое направление - и на предмет речи, как обычное слово, и на другое слово, на чужую речь», и в то же время подчеркивает, что «только стилистически несамостоятельные тексты могут включаться в понятие "вторичный текст"» [1]. Такое определение не рассматривает в категории вторичных текстов большую группу речевых жанров, созданных на основе иного текста, однако не обнаруживающих в своей стилистической организации зависимости от прототекста. Жанрологический подход дает более широкое толкование вторичных текстов: это произведение, в котором референтным пространством служит какое-либо другое текстовое целое, самостоятельно существующее вне рамок данного воспроизводящего текста [2]; это текст, созданный на базе другого, первичного текста со сменой авторства [3].

В качестве основного свойства вторичных текстов называется их взаимосвязь с первоисточником на основе аппроксимации [4], интерпретации [5] или трансформации [6] прототекста. Таким образом, общепринятым является рассмотрение вторичных текстов как производных от первичных, при этом в процессе деривации происходит изменение прототекста - перекодирование, уменьшение, увеличение и др. Первоисточник обнаруживает семантическое и стилистическое сходство с производным текстом, однако степень этого сходства может варьироваться от минимально необходимого для узнавания до значительного.

В то же время анализ ряда речевых жанров, имеющих вторичный (производный) характер, показывает, что использование прототекста может происходить без изменений последнего - в таком случае вторичный компонент полностью идентичен первоисточнику и с содержательной, и со стилистической точки зрения. Оригинальность же вторичного текста связана с включением в его структуру собственно авторских компонентов; при этом и авторские и вторичные компоненты об-

© Матехина О. Г., 2016 82

наруживают относительную композиционную самостоятельность, замкнутость и заменяемость, а само композиционное построение - лабильность. В результате складывается такое взаимодействие первичных и вторичных компонентов, которое приводит к созданию особого типа первично-вторичных текстов. Такой характер композиционного построения мы можем наблюдать на примере сценарных текстов, учебно-методических разработок (конспектов) и ряда других речевых жанров. Анализ научной литературы показывает, что несмотря на большое количество исследований, посвященных первично-вторичным жанрам речи (А. А. Зуева, О. С. Серегина, Т. А. Налимова и др.), теория вопроса о специфике первично-вторичного текста и о характере взаимодействии в нем первичных и вторичных компонентов в современной лингвистике разработана мало.

В своей статье мы рассмотрим особенности композиционного построения первично-вторичных текстов на примере предметного театрализованного сценария и обобщим наши наблюдения в классификационной характеристике вторичных/первично-вторичных текстов.

Наш интерес к данному речевому жанру обусловлен несколькими причинами. Во-первых, предметный театрализованный сценарий широко распространен в реальной педагогической практике учителей, что доказывают данные проведенных опросов и обилие опубликованных сценарных текстов. Во-вторых, являясь изобразительно-драматургической основой будущей постановки (мероприятия), предметный театрализованный сценарий входит как одна из разновидностей в обширную группу сценарных жанров (сценарий массового празднества, сценарий деловых переговоров, киносценарий, инсценировка и т. д.), что позволяет сравнить близкие по характеру тексты и проанализировать, как видоизменяются их жанровые и текстовые характеристики в зависимости от интенции, коммуникативной ситуации и диктума. В-третьих, многочисленные исследования данного жанра носят в основном драматургический или предметно-методический характер, тогда как вопросы жанровой и текстовой характеристики сценариев остаются малоизученными.

Предметный театрализованный сценарий - это речевой жанр пропедевтического характера, в котором дается подробное описание какого-либо мероприятия (представления) с учетом его темы, участников, сюжета и т. д. Таковы сценарии театрализованных внеклассных мероприятий, театрализованных уроков, школьных праздников. Жанровоопределяющими признаками данных текстов являются комплексное жанровое наполнение, сочетание оригинального и репродуктивного материала при наличии авторской ядерной сюжетной линии, интенция эстетизации и драматизации учебного материала. Подобный текст представляет собой особую разновидность конспекта урока (мероприятия) как профессионального продуктивно-репродуктивного высказывания, чья результативность определяется только на завершающем этапе (в постановке).

В то же время от других жанровых разновидностей предметный театрализованный сценарий отличает неоднородность, многообразие его внутреннего жанрового наполнения. В качестве прототекстов могут быть использованы: а) художественные тексты (стихотворения, фрагменты рассказов, сцены из пьес, сказки, легенды, притчи и т. д.); б) документальные тексты (постановления, указы и т. д.); в) мемуарные тексты (дневниковые записи, мемуары, воспоминания современников и т. д.); г) эпистолярные тексты; д) научные данные (правила, определения, фрагменты научных статей, научные справки и т. д.); е) методические разработки (разработки игр, конкурсов, упражнений и т. д.). Сценарий активно обращается к невербальным семиотическим системам: музыке, танцу, живописи и др.

В качестве примера рассмотрим сюжетно-композиционную структуру сценария «Небо в алмазах, или Играем Чехова» Л. А. Побединской [7], которая, на наш взгляд, обладает типичными для данного жанра особенностями. Она включает следующие компоненты: 1) сцену-пролог, 2) сцену из пьесы А. П. Чехова «Дядя Ваня», 3) сцену из водевиля А. П. Чехова «Медведь», 4) интермедии, 5) литературную викторину.

Интермедии (сцены-связки, включающие сквозных персонажей и являющиеся проводниками единого драматургического действия) представляют собой оригинальные, авторские компоненты текста:

«ОЛЬГА. Добрый день! Мы рады вас видеть, господин...

ВОЙНИЦКИЙ. Можете звать меня просто дядя Ваня. Услышал, что вы говорите о любви, и решил присоединиться. Не возражаете?

ОЛЬГА. Разумеется, нет! А могу я составить вам компанию и побыть немного Еленой Андреевной?

ВОЙНИЦКИЙ. Буду рад. Ну что, тогда начнем, пожалуй?» [8]

Включение литературных персонажей произведений А. П. Чехова в действие интермедий обусловлено тематикой сценария и выполняет связующую функцию: обеспечивает общность первичных и вторичных компонентов, единство сюжетной линии и образного решения, создает

83

контекстные ассоциативные связи между сюжетно-композиционными звеньями текста и, шире, между сценарием и творчеством писателя.

Сцены из произведений А. П. Чехова дословно соответствуют первоисточнику:

«ЕЛЕНА АНДРЕЕВНА. А вы, Иван Петрович, опять вели себя невозможно... И сегодня за завтраком вы опять спорили с Александром. Как это мелко!

ВОЙНИЦКИЙ. Но если я его ненавижу!

ЕЛЕНА АНДРЕЕВНА. Ненавидеть Александра не за что, он такой же, как все. Не хуже вас.

ВОЙНИЦКИЙ. Если бы вы могли видеть свое лицо, свои движения... Какая вам лень жить! Ах, какая лень!

ЕЛЕНА АНДРЕЕВНА. Ах, и лень, и скучно! Все бранят моего мужа, все смотрят на меня с сожалением: несчастная, у нее старый муж! Это участие ко мне - о, как я его понимаю! Вот как сказал сейчас Астров: все вы безрассудно губите леса, и скоро на земле ничего не останется. Точно так вы безрассудно губите человека, и скоро, благодаря вам, на земле не останется ни верности, ни чистоты, ни способности жертвовать собою. Почему вы не можете видеть равнодушно женщину, если она не ваша? Потому что - прав этот доктор - во всех вас сидит бес разрушения. Вам не жаль ни лесов, ни птиц, ни женщин, ни друг друга.» [9]

Выделение композиционного фрагмента из текста первоисточника (пьесы) обусловлено объективными факторами - ограниченностью продолжительности театрализованного мероприятия и, как следствие, объема сценария. В том случае, если первичное произведение является небольшим, его включение в сценарий возможно в полном объеме, без сокращений. Таким образом, в данном случае нельзя говорить о преднамеренной трансформации прототекста, только о его функциональном уменьшении, причем это уменьшение построено на основе выделения фрагмента и его дословной цитации.

Задача включения фрагментов прототекста в сценарий выполняет одновременно несколько функций: во-первых, обучающую (знакомит учащихся с творчеством писателя), во-вторых, художественную (осуществляет эстетическое воздействие на зрителей), в-третьих, интегративную (за счет сквозных персонажей, общности тематики и коммуникативной интенции обеспечивает текстовую целостность произведения). В то же время сюжетообразующая функция данных фрагментов снижена: основное развитие драматургического действия осуществляется в интермедийных сценах-связках, тогда как сцены из произведений А. П. Чехова выступают в качестве иллюстративного материала. Это обусловливает их относительную заменяемость: при необходимости сценарист может изменить расположение данного фрагмента в композиции сценария или заменить выбранные фрагменты фрагментами других произведений писателя без ущерба для сюжетной и семантической организации текста. Каждая сцена, согласно законам драматургии, в своей основе содержит драматургический конфликт и представляет собой замкнутый цикл действия; это, в свою очередь, усиливает выделенность, самостоятельность данных компонентов внутри текста, а вся текстовая композиция в целом приобретает свойство лабильности.

Таким образом, сюжетно-композиционное построение предметного театрализованного сценария отличается неоднородностью, первично-вторичным характером, при этом функции первичных и вторичных компонентов различаются: сюжетообразующая задача реализуется в оригинальных компонентах, иллюстративно-реминисцентная - во вторичных.

Аналогичное композиционное построение наблюдается не только в жанрах сценарного типа, но и в ряде других первично-вторичных жанров: родословной, экскурсионной речи и т. д.

Особенности функциональной реализации вторичных компонентов в данных жанрах обусловливают специфику творческой деятельности автора. Если рассматривать риторический канон как модель речевых действий по созданию текста, то при создании предметного театрализованного сценария повышается значимость диспозиции по сравнению с остальными этапами тек-стопорождения - речевая деятельность автора сравнима с конструированием единого целого из самостоятельных блоков. Подобную модель первично-вторичных текстов можно назвать текстом-конструктором, в отличие от текстов-трансформаций, при которых основные действия автора связаны с изменением прототекста.

Различные типы деривационных отношений вторичных текстов рассматривает в своей работе Н. В. Мельник [10], в том числе выделяет разновидности трансформаций прототекстов. Исследователь предлагает классификацию вторичных текстов по трем основаниям:

1. Классификация по линии формы: автор выделяет такие виды преобразования текстов, как перекодирование, формальное уменьшение, увеличение или упрощение первичного текста.

2. Классификация по линии содержания позволяет автору выделить такие виды трансформаций, которые связаны с генерализацией и конкретизацией значения языковых единиц первоисточника.

3. Классификация по линии функции связана с родо-жанровыми трансформациями текстов.

Мы в свою очередь предлагаем дополнить эту классификацию различением вторичных и первично-вторичных текстов по способу создания текста. Таким образом, мы выделяем тексты-трансформации, при создании которых основная задача автора связана с изменением первоисточника, поиском наиболее точных и адекватных способов и приемов трансформации первичного текста в соответствии с задачами автора. Способы и степень трансформации могут быть разными (инсценировка - трансформация недраматургического произведения в драматургическое; конспектирование - сжатие объема первичного текста с одновременным кодированием информации в системе, понятной автору конспекта, и т. д.). Другой тип текста - текст-конструктор, который представляет собой использование самостоятельных произведений или их значительных фрагментов в качестве структурных компонентов вторичного текста. При этом прототексты либо не подвергаются трансформации, либо испытывают незначительные изменения. Примером такого типа первично-вторичных текстов является предметный театрализованный сценарий.

Выделение различий между вторичными текстами, построенными на основе трансформации и на основе конструирования, важно для понимания специфики способов и приемов создания текстов, используемых в первом и во втором случаях.

Примечания

1. Вербицкая М. В. Теория вторичных текстов: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. М., 2000.

2. Чернявская Е. В. Интертекстуальность как текстообразующая категория в научной коммуникации (на материале немецкого языка): автореф. дис. ... д-ра филол. наук. СПб., 2000.

3. Ионова С. В. Аппроксимация содержания как основное свойство вторичных текстов // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 2: Языкознание. 2005. № 4. С. 33-37.

4. Там же.

5. Матханова И. П., Трипольская Т. А. Проблемы интерпретационных исследований: типы и режимы интерпретации // Вестник Московского университета. Сер. 9: Филология. 2005. № 5. С. 88-105.

6. Мельник Н. В. Дериватологическая интерпретация вторичных текстов разных типов // Вестник Челябинского государственного университета: Филология. Искусствоведение. 2012. № 13 (267). С. 69-73.

7. Побединская Л. А. Слово и судьба: Литературные сценарии. М.: Сфера, 2000.

8. Там же. С. 40-41.

9. Там же. С. 41.

10. Мельник Н. В. Дериватологическая интерпретация вторичных текстов разных типов // Вестник Челябинского государственного университета: Филология. Искусствоведение. 2012. № 13 (267). С. 69-73.

Notes

1. Verbitskaya, M. V. Teoriya vtorichnyh tekstov: avtoref. dis. ... d-ra filol. nauk [Theory of secondary texts. dis. ... Dr Philology]. M. 2000.

2. Chernyavskaya E. V. Intertekstual'nost' kak tekstoobrazuyushchaya kategoriya v nauchnoj kommunikacii (na materiale nemeckogo yazyka): avtoref. dis. ... d-ra filol. nauk [Intertextuality as a text-forming category in scientific communication (on the material of German language): abstract dis. ... Dr Philology]. SPb. 2000.

3. Ionova S. V. Approksimaciya soderzhaniya kak osnovnoe svojstvo vtorichnyh tekstov [Approximation of the content of a basic characteristic of secondary texts] // Vestnik Volgogradskogo gosudarstvennogo universiteta -Herald of Volgograd State University. Ser. 2: Linguistics. 2005, No. 4, pp. 33-37.

4. Ibid.

5. Matkhanova I. P., Tripolskaya T. A. Problemy interpretacionnyh issledovanij: tipy i rezhimy interpretacii [Problems of interpretive research: types and modes of interpretation] // Vestnik Moskovskogo universiteta. Ser. 9: Filologiya - Herald of Moscow University. Ser. 9: Philology. 2005, No. 5, pp. 88-105.

6. Melnik N. V. Derivatologicheskaya interpretaciya vtorichnyh tekstov raznyh tipov [Derivatological interpretation of secondary texts of different types] // Vestnik CHelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta: Filologiya. Iskusstvovedenie - Herald of the Chelyabinsk State University: Philology. The history of art. 2012, No. 13 (267), pp. 69-73.

7. Pobedinskaya L. A. Slovo i sud'ba: Literaturnye scenarii [Word and the fate: the literary scenario]. M. Sphera. 2000.

8. Ibid. Pp. 40-41.

9. Ibid. P. 41.

10. Melnik N. V. Derivatologicheskaya interpretaciya vtorichnyh tekstov raznyh tipov[Derivatological interpretation of secondary texts of different types] // Vestnik CHelyabinskogo gosudarstvennogo universiteta: Filologiya. Iskusstvovedenie - Herald of the Chelyabinsk State University: Philology. The history of art. 2012, No. 13 (267), pp. 69-73.