Проблемы в организации работы по розыску преступников в России в начале XX века

страницы истории

правоохранительных органов

С.А. НЕВСКИЙ,

главный научный сотрудник, доктор юридических наук, профессор

S.A. NEVSKY, Chief Researcher, Doctor of Law, Professor

УДК 343.102

проблемы в организации работы

по розыску преступников в россии в начале xx века

problems in the organization of work in Tracing criminals in Russia (Early 20th century).

В статье анализируются проблемы деятельности полиции Российской империи, связанные с розыском преступников. Существовавшие в начале XX века в составе городских полицейских управлений сыскные отделения осуществляли свою деятельность главным образом в пределах губернских городов. В уездах обязанности по уголовному сыску были возложены на уездные полицейские власти, что обусловило разработку необходимых мер по организации розыска преступников на территории уездов. На протяжении ряда лет различные предложения губернских властей не находили поддержки со стороны Министерства внутренних дел Российской империи. В 1912 г. 8-е делопроизводство Департамента полиции выступило с инициативой организации так называемых сыскных летучих отрядов (бригад) для осуществления розыска преступников вне районов дислокации штатных сыскных отделений.

The main problem was poor detective penetration. Unlike in big cities, mostly provincial seats, where police departments operated specialized search and detection units, police authorities in outlying districts could not look forward to getting professional help in finding and apprehending offenders. Provincial requests to the Ministry of Internal Affairs to address the situation were routinely swept under the carpet. In 1912, Office 8 of the Department of the Police proposed the creation of mobile detection squads charged with catching criminals outside the reach of stationary detection units.

Департамент полиции, сыскные отделения, розыск, преступники, уезды, губернатор, летучие сыскные отряды.

Department of the Police, detection units, detection and search, criminals, districts, Governor, mobile detection squads.

Первое сыскное отделение в России было создано в 1866 г. при Петербургском градоначальстве [11]. Впоследствии в некоторых городах страны также были образованы сыскные отделения. По состоянию на 1907 г. сыскные отделения существовали в Санкт-Петербурге, Москве, Варшаве, Риге, Одессе, Ростове-на-Дону, Баку и Тифлисе [9]. В остальных городах страны их не было, хотя в то время сложная криминальная ситуация в Российской империи требовала создания сыскных отделений повсеместно.

Законом от 6 июля 1908 г. в составе полиции по всей стране была учреждена сыскная часть: «В составе Полицейских Управлений Империи образовать Сыскныя отделения четырех разрядов для производства розыска по делам общеуголовнаго характера как в городах, так и уездах» [10].

На территории страны было создано 89 сыскных отделений. Сыскные отделения первого разряда создавались лишь в трех городах: Киеве, Харькове, Тифлисе. Сыскные части второго разряда (в 1908 г. их насчитывалось 14) учреждались в городах с населением от 90 до 190 тыс. чел. 53 сыскных отделения третьего разряда были созданы в городах с населением 35—90 тыс. чел., а 19 сыскных отделения четвертого разряда — в городах с населением менее 35 тыс. чел. Штаты отделений в Санкт-Петербурге, Москве и Варшаве устанавливались в особом порядке. Позднее на основании новых законодательных актов создание сыскных отделений в Российской империи продолжилось. По данным В.И. Полубинского, к 1917 г. их насчитывалось уже 108 [14].

Одной из проблем, негативно влияющих на результативность работы сыскных подразделений, был изолированный характер организации их деятельности. В «Инструкции чинам сыскных отделений», утвержденной Министром внутренних дел П.А. Столыпиным 9 августа 1910 г., было определено: «Район деятельности каждаго сыскного отделения определяется преимущественно пределами ведения полицейскаго управления, в состав ко-тораго оно входит, но по особым поручениям своего начальства, а равно по соглашению с последним прокурорскаго надзора, чины сыскных отделений производят негласныя розыски и дознания во всей губернии» [8]. Практика показала, что, находясь в губернских городах, эти подразделения слабо осуществляли взаимодействие с полицейскими властями в уездах как своей, так и других губерний. Как отметил Д.С. Рыжов, «сыскные отделения в составе городских управлений осуществляли свою деятельность преимущественно в городах, оставляя борьбу с преступностью в уездах на попечение

общей полиции, не подготовленной к противостоянию профессиональной преступности» [15].

Руководством ряда губерний и областей, а также полицейских органов предлагались различные варианты по исправлению сложившейся ситуации.

Начальник Кишиневского сыскного отделения Н. Де-Грасс-Добровольский в «Краткой записке о некоторых дефектах в организации сыскных отделений и, параллельно, о главнейших мероприятиях к улучшению постановки дела общеуголовного сыска» по этому поводу писал: «Прежде всего, как на внутреннем укладе жизни, так и на функциях сыскных отделений весьма неблагоприятно сказывается отсутствие центральнаго органа, ведающаго этими отделениями. Каждое из них предоставлено самому себе и прикреплено к городу своей непосредственной подчиненностью начальнику местной полиции. Оно почти не выходит их тесных рамок службы по городу, ибо начальнику городской полиции совершенно безразличны преступления в пределах губерний и он никогда не может быть сторонником командировок чинов сыскных отделений на розыски вне места нахождения отделений. При нынешней постановке дела сыскныя отделения в городах — не более чем добавочныя участковым управления городских полиций. Это главнейшее первое, что надлежало бы устранить путем приобщения сыскных отделений губернских городов, — а таковых большинство, — к составу губернских правлений, присвоив им названия «губернских» [7].

В 1909 г. начальник Кубанской области и наказный атаман Кубанского казачьего войска генерал-лейтенант М.П. Бабыч поставил вопрос о необходимости учреждения областного сыскного отделения, мотивировав это тем, что «деятельность отдельных лиц и управлений (полицмейстеров в городах, атаманов отделов, станичных атаманов, участковых начальников) носит разрозненный характер, чем грабители пользуются, совершая преступления в районе деятельности одного лица и скрываясь в другом» [13]. По его мнению, «организованный же сыск в одних руках, распространяя свои наблюдения на всю область, вне сомнения, имел бы возможность открывать следы сокрытия преступления и преступников всюду» [13]. Данное предложение привлекло внимание императора Николая II и по рекомендации Совета Министров было направлено для рассмотрения Министру внутренних дел.

В феврале 1911 г. Кубанское областное правление поддержало инициативу М.П. Бабыча. В Кубанской области были разработаны необходимые материалы, содержавшие проект реформирования сыскной полиции. Плани-

137

138

ровалось создать областное сыскное отделение в виде летучего отряда, действующего в районах и населенных пунктах Кубанской области с наиболее сложной криминогенной ситуацией. Областное сыскное отделение (летучий отряд) предлагалось содержать не за счет государственной казны, а за счет войскового капитала Кубанского казачьего войска, поскольку сотрудникам областной сыскной полиции пришлось бы заниматься раскрытием и предупреждением преступлений в станицах и хуторах, где проживало подавляющее большинство казачьего населения. В соответствии с проектом Екатери-нодарское сыскное отделение предполагалось подчинить областному сыскному отделению.

Руководством Кавказского наместничества данный проект был поддержан, однако Министерство внутренних дел 27 апреля 1911 г. сообщило, что «затрудняется высказаться за осуществление ходатайства Кубанской областной администрации», в связи с тем, что в соответствии с законом от 6 июля 1908 г. сыскные отделения создавались в составе полицейских управлений городов, а не губернских учреждений [13]. Таким образом, инициатива руководства Кубанской области, направленная на оптимизацию деятельности по розыску преступников, не была поддержана.

19 сентября 1909 г. Новгородский губернатор направил в Департамент полиции письмо, в котором предложил «организовать в каждой уездной полиции розыскное отделение человек, примерно, из 5 с наиболее способным к розыску урядником во главе» [1]. Одним из требований к предлагавшемуся отделению была его подвижность, «чтобы тотчас же по получении сведений о совершившемся преступлении прибыть на место и принять все меры к розыску и задержанию злоумышленников» [1]. Чины полиции, входившие в состав разыскных отделений, должны были нести разыскную службу в уездном городе, а в экстренных случаях — выезжать на место преступления для производства «действительных розысков».

Предложение Новгородского губернатора также было отклонено. 30 октября 1909 г. в его адрес Департаментом полиции было направлено письмо с указанием оснований отказа. В нем, в частности, отмечалось, что осуществление предложений представляется затруднительным ввиду следующих обстоятельств: в обязанности урядника вменялся полицейский надзор в пределах волости, «в виду чего названный чин полиции не может быть отвлекаем для исполнения каких либо других обязанностей по уезду» [2]; «на урядника, как на чина уездной полиции, не может быть возложена розыскная служба в уездном городе» [3]; в соответствии с законом от 6 июля 1908 г. об организации сыскной части

«для производства розысков по делам общеуго-ловнаго характера, как в городах, так и в уездах учреждены в составе полицейских управлений сыскныя отделения и в том числе в городе Новгороде отделение IV разряда, при чем для розысков вне мест нахождения сыскных отделений Начальникам губерний отпускается особый кредит, распределение котораго по губерниям предоставлено Министру Внутренних Дел» [4].

Лишь в одном регионе Российской империи — Екатеринославской губернии — в уездах были образованы специализированные подразделения уголовного сыска [16]. Указанные подразделения были созданы по инициативе и за счет местных земских учреждений.

3 января 1908 г. под председательством губернатора А.М. Клингенберга в Екатеринославе состоялось «Совещание о мерах к обеспечению населения от убийств, грабежей, разбойных нападений и других преступлений, а также об увеличении полицейских сил в губернии». В нем приняли участие: вице-губернатор Н.Ю. Шиль-дер-Шульднер; камергер высочайшего двора А.Н. Крейтон; прокурор Екатеринославского окружного суда В.Я. Ганнот; член Государственной Думы Я.Г. Гололобов; исполнявший обязанности председателя губернской земской управы Н.В. Буницкий; уездные предводители дворянства: Екатеринославского — В.В. Ма-лама, Верхнеднепровского — Э.К. Бродский, Бахмутского — К.И. Карпов, Павлоградского — Н.М. Зарудный, Александровского — В.С. Миргородский; председатели уездных земских управ: Екатернославской — С.А. Бродницкий, Верхнеднепровской — М.М. Савенко, Новомосковской — И.П. Магденко, Бахмутской — А.А. Карпов, Славяносербской — М.Ф. Филатов, Мариупольской — А.И. Гозадинов; непременный член губернского по городским и земским делам присутствия И.И. Папчинский; правитель канцелярии губернатора П.П. Базилевский. При обсуждении вопроса о целесообразном использовании выделенных губернским земским собранием для усиления борьбы с преступностью денежных средств Совещание пришло к выводу о необходимости организации в уездах особых сыскных команд численностью от двух до четырех человек во главе с особыми приставами [5].

Позднее вопрос об организации работы по розыску преступников вне районов функционирования сыскных отделений в связи с ухудшением криминальной ситуации приобрел особую актуальность. 7 июня 1912 г. директору Департамента полиции делопроизводителем 8-го делопроизводства В.И. Лебедевым был представлен «Проект организации летучих отрядов для производства розысков вне районов штатных сыскных отделений» (далее — Проект).

Как было сказано в сопроводительном письме, создание таких подразделений преследовало своей целью планомерную борьбу с преступностью «в уездах вне места нахождения сыскных отделений, а главным образом — для предупреждения и пресечения деятельности разбойнических, воровских и мошеннических преступных организаций или групп лиц, разъезжающих по России с различными преступными целями и вообще для задержания и изобличения таких профессиональных преступников, которые в своей противозаконной деятельности не ограничиваются какой либо определенной территорией, но постоянно переезжая с места на место осуществляют преступные замыслы в разных губерниях, нередко имея сообщников или руководителей за границей» [6].

В Проекте отмечалось, что «все возрастающие виды преступности заставляют применить более усовершенствованные способы для борьбы с преступностью и в уездах. Продуктивной и деятельной мерой борьбы явится правильно организованная система сыска и наличность такого органа, путем негласна-го выяснения местнаго преступнаго элемента, даст возможность предупреждать и пресекать преступления и, если не совсем, то во всяком случае до известной степени сократит процент преступности» [6].

Особо подчеркивалось, что нуждалась в совершенствовании организация уголовного сыска в уездах: «Дело уголовнаго сыска в раюнах уездов надлежит поставить возможно шире, полнее, обстоятельнее: на практике розыска неоднократно наблюдались случаи, когда зарегистрированные серьезные уголовные преступники, и даже розыскиваемые, совершенно свободно проживали в уезде вследствие того, что сведений о них не имелось в распоряжении уездных полицейских властей, или же за отсутствием средств наблюдения, таковые оставались без должной регистрации со стороны властей» [6].

В результате отсутствия в уездах специальных разыскных подразделений являлось такое положение — «что значительная часть Империи, т. е. огромное число уездных городов, местечек, больших сел и проч., лишена обеспеченности в деле борьбы с преступными выступлениями, а также благодаря этому значительное число полицейских дознаний и следствий остаются безрезультатными, преступники не обнаруживаются и борьба с преступностью сводится к нулю, собранный же материал, за несвоевременностью продуктивнаго использования его, пропадает» [6].

Актуальность совершенствования разыскной деятельность в уездах обусловливалась еще и тем, что многочисленные профессиональные

преступники часто устраивали в уездах «как в местах для них более безопасных, притоны для сокрытия похищеннаго, сбыта таковаго и проч., таким образом места эти являются очагами преступности» [6]. Одновременно там замышлялись и организовывались преступления «завершающияся затем набегами в других городах» [6]. Преступники, проживавшие в городах, совершали «наоборот, преступления набегами в уезды, образуя в тех и других местах «гастроли» преступных шаек» [6], борьба с которыми при имевшейся в то время организации розыска в уездах была весьма затруднительной.

Чины уездной полиции, обремененные множеством задач, не обладавшие достаточной профессиональной квалификацией в деле розыска преступников, были не в состоянии эффективно его осуществлять.

В таких обстоятельствах «выдвигается необходимость связать сыскное дело в губернских городах с сыскным делом в уездах и в уездных городских поселениях и для сего ввести в последних упрощенную сыскную организацию» [6].

В Проекте был проанализирован опыт Екате-ринославской губернии, в которой на средства земства были образованы сыскные команды в уездах. Кроме того, к нему прилагалась справка об организации «подвижных бригад» (летучих отрядов) уголовной полиции в европейских странах, в частности во Франции и Германии.

Завершался Проект обоснованным выводом о том, что организация и порядок деятельности чинов уездной полиции в деле розыска и расследования преступлений не соответствовали своему назначению. В целях «изыскания наилучших условий повсеместнаго розыска и в целях обеспечения способов более действительнаго осуществления таковаго» в Проекте предлагалось необходимым организовать «летучие сыскные отряды», «коим дать широкое значение, имея в виду предупреждение, пресечение и обнаружение преступлений в раюне уездов, а также ограждение железных дорог от хищений и проч.» [6]. Функции указанных отрядов предлагалось определить инструкцией Министерства внутренних дел, руководство и контроль за их деятельностью возложить на Департамент полиции, в котором целесообразно было организовать особый «небольшой центральный отряд» из лучших чинов уголовного сыска [6].

27 января 1913 г. директором Департамента полиции «Проект организации сыскных летучих отрядов для производства розысков вне раюнов штатных Сыскных Отделений» был доложен Министру внутренних дел, по распоряжению которого данный Проект был направлен на обсуждение совещания из губернаторов, которое предшествовало Съезду руководителей

139

сыскных подразделений Российской империи [6].

К сожалению, предложения по реформированию сыскной полиции, в частности создание уездных подразделений уголовного сыска, по ряду объективных причин не были реализованы [12].

Изучение исторического опыта деятельности сыскных отделений является весьма актуаль-

ным не только в связи с предстоящим 300-летием российской полиции. В современных условиях следует чаще обращаться к историческому опыту, использование которого при условии адаптации к настоящим реалиям будет весьма эффективным при разработке мер по совершенствованию деятельности современной полиции и позволит не повторять ранее допущенных ошибок.

Список литературы:

1. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 102. 2-е делопроизводство. 1907. Оп. 64. Д. 10. Ч. 45. Л. 222.

2. ГАРФ. Ф. 102. 2-е делопроизводство. 1907. Оп. 64. Д. 10. Ч. 45. Л. 226.

3. ГАРФ. Ф. 102. 2-е делопроизводство. 1907. Оп. 64. Д. 10. Ч. 45. Л. 227.

4. ГАРФ. Ф. 102. 2-е делопроизводство. 1907. Оп. 64. Д. 10. Ч. 45. Л. 228.

5. ГАРФ. Ф. 102. 2-е делопроизводство. 1910. Оп. 67. Д. 10. Ч. 33. Л. 7.

6. ГАРФ. Ф. 102. 8-е делопроизводство. 1912. Оп. 219. Д. 4. Ч. 3.

7. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 261. Д. 201. Л. 1.

8. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 261. Д. 241. Л. 4.

9. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 262. Д. 352. Л. 1.

10. Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. Т. XXVIII. Отд. I. № 30672.

11. Всеподданнейший отчет о деятельности С.-Петербургской городской полиции за 1867 год. СПб., 1868.

12. Матиенко Т.Л. Сыскная полиция в России во второй половине XIX — начале ХХ в.: ав-тореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1999.

13. Очерки истории органов внутренних дел Кубани (1793-1917 гг.) / под ред. В.Н. Ра-тушняка. Краснодар, 2002.

14. Полубинский В.И. Уголовный розыск в России. М., 2006.

15. Рыжов Д.С. Развитие аппаратов уголовного сыска в России (1908-1917 гг.) // История органов внутренних дел России. М., 2002. Вып. 5.

16. Шаламов А.Ю. Российский «фараон»: сыскная полиция Российской империи во второй половине XIX — начале ХХ в. М., 2013.

E-mail: nevskiy40@mail.ru

140