ЗИЛ наехал на «Элекон»

Правообладатель торговых знаков московского завода им. Лихачева ЗАО «ЗИЛ АйПи» вступил в спор с казанским заводом «Элекон», который производит масштабные модели грузовиков. «ЗИЛ АйПи» подал на него в суд, требуя прекратить использовать его товарный знак и компенсировать убытки в сумме 1,5 млн руб. «Элекон» претензии не признает, утверждая, что производимые им модели не являются игрушками, для которых ЗИЛ зарегистрировал торговый знак. Эксперты затрудняются спрогнозировать исход спора.

ЗАО «ЗИЛ АйПи», являющееся правообладателем брендов московского завода им. Лихачева, подало иск в арбитражный суд Татарстана, требуя запретить казанскому заводу «Элекон» использовать торговый знак ЗИЛ на производимых им масштабных моделях автомобилей. Истец также настаивает на компенсации убытков, полагая, что «Элекон» должен выплатить ему 1,5 млн руб. Еще 500 тыс. руб. он намерен взыскать со второго ответчика — ООО «Сабина», поставлявшего продукцию «Элекона» в магазины.

О том, что «Элекон» производит модели автомобилей «ЗИЛ», производитель грузовиков узнал из интернета еще в начале прошлого года, рассказал „Ъ“ представитель завода им. Лихачева Василий Зуев. По его словам, казанский завод является одним из крупнейших производителей моделей масштабных автомобилей в России и «присутствует почти на каждом сайте с подобными предложениями».

ЗИЛ направил «Элекону» уведомление о незаконном использовании товарного знака. «Обычно в таких случаях производители выражают готовность договориться и заключить лицензионное соглашение, которое невозможно без возмещения убытков за неправомерное использование торгового знака»,— говорит господин Зуев. По его словам, «Элекон» «в ответном письме подтвердил, что использует наш товарный знак», и сообщил, что «хотел бы и дальше сотрудничать». Но лицензионное соглашение стороны так и не заключили. По некоторым данным, они не договорились по цене компенсации и ставке роялти. Тогда ЗИЛ обратился в арбитраж.

На состоявшемся в понедельник судебном заседании по данному делу представитель «Элекона» Виталий Кучерявый подтвердил, что предприятие использует «копию товарного знака» ЗИЛ. В то же время второй представитель ответчика Ленар Халиуллин отметил: «Прямого отношения к 28-му классу (игрушки), в котором ЗИЛ в числе прочего зарегистрировал товарный знак, мы не имеем».

«В поступлении товара от „Элекона“, представленного истцом, указано „Магазин масштабных моделей машин“, а не магазин игрушек. У нас даже на маленьких машинках „ЗИЛ“ не написано, что это игрушки. Это модельно-масштабные машинки, предназначенные для коллекционеров. Они выполнены по чертежам в европейском масштабе: 1 к 43»,— рассказал он. «Мы не считаем, что их можно отнести к игрушкам»,— резюмировал господин Халиуллин. Он просил суд дать время для представления доказательств своей позиции.

В свою очередь, представитель ЗИЛа подчеркнул, что «Элекон» «не отрицает факты использования обозначения ЗИЛ на производимых им масштабных моделях автомобилей». Он скептически отнесся к доводам «Элекона» о выпуске коллекционных моделей «ЗИЛ». «Согласно сайту, розничная стоимость произведенных казанским заводом машинок „ЗИЛ“ в среднем составляет 400-700 рублей. Эта не та стоимость модели, при которой она могла бы представлять какую-то изысканность»,— заключил он. «Даже если будет доказано, что „Элекон“ выпускает именно масштабные модели автомобилей, они являются однородным товаром по отношению к товарам 28-го класса, для которых зарегистрирован товарный знак»,— сделал вывод истец.

Вчера в юрслужбе «Элекона» „Ъ“ сообщили, что пока не готовы сообщить позицию предприятия. «Мне непонятно, почему „Элекон“ не хочет идти на контакт,— отметил вчера „Ъ“ Василий Зуев.— По сложившейся практике мы взыскиваем компенсацию убытков за незаконное использование торгового знака не больше, чем за два последних года, и применяем среднерыночную ставку роялти».

Эксперты затруднились прогнозировать исход спора. Управляющий партнер московской юркомпании «Тулубьева, Осипов и партнеры» Ирина Тулубьева говорит, что «на счет того, являются ли однородными товарами масштабная модель автомобиля и игрушка, можно поспорить». Она отмечает, что «с одной стороны, подобные модели приобретают и для детей в качестве игрушек, с другой — они действительно могут являться предметом коллекции: их покупают для себя даже взрослые люди». «Игрушки изготавливаются из отличных материалов. Как правило, безопасных. Коллекционная же модель обычно повторяет пропорции», — говорит эксперт. По мнению госпожи Тулубьевой, в данном случае определяющей является не столько цена, сколько «маркировка продукции»: «Если на ней стоит артикул „игрушка“— это плюс к позиции истца, если такие модели изготавливаются по чертежам — это тоже будет иметь значение». Как отметила Ирина Тулубьева, исход спора могло бы предопределить экспертное заключение.

Между тем ЗИЛ — не единственный, кто обращается с подобными претензиями к производителям детских машинок. Как сообщил вчера „Ъ“ директор департамента по связям с общественностью ОАО «КамАЗ» Олег Афанасьев, в конце августа арбитражный суд Москвы подтвердил справедливость претензий автоконцерна, требовавшего 1,5 млн руб. компенсации с «дочки» германского производителя детских игрушек Bauer — ООО «Бауер» за незаконное использование товарного знака. По информации ОАО, зарегистрировавшего товарный знак «КамАЗ» в марте 2009 года, а до того имевшего на него приоритет, «Бауер» с 2007 по 23 июня 2009 года выпустил в продажу 65,4 тыс. штук контрафактных игрушечных автомобилей на сумму более 15 млн руб.

Арбитраж вернется к рассмотрению дела 29 сентября.