США на завершающем этапе «Позолоченного века»: содержание и динамика политического процесса в последней четверти XIX В. (1877-1900)

УДК 323.22/28

Е. В. Наквакина, А. Ю. Саломатин

США НА ЗАВЕРШАЮЩЕМ ЭТАПЕ «ПОЗОЛОЧЕННОГО ВЕКА»: СОДЕРЖАНИЕ И ДИНАМИКА ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА В ПОСЛЕДНЕЙ ЧЕТВЕРТИ XIX в.

В статье на примере эпохи индустриализации и монополистической трансформации США прослеживаются различные состояния политического процесса, представляющего сложное взаимодействие внешних и внутренних по отношению к политической сфере факторов, раскрывается его динамика.

«Позолоченный век» - полный противоречий и динамизма период в жизни США, обычно хронологически относимый к последней трети XIX в. Свое название он получил от названия романа М. Твена и Ч. Уорнера, опубликованного в 1873 г. В этом сатирическом произведении мастерски описывались нравы политического Вашингтона и раскрывался механизм лоббирования в период администрации У. Гранта, известной своими коррупционными скандалами. Однако описываемый дух «предпринимательства в политике» получил свое продолжение и после завершения второй администрации У. Гранта (1873-1877), когда политическая система США была вынуждена быстро приспосабливаться к новым реалиям стремительно модернизировавшегося общества. Попробуем рассмотреть эту переломную эпоху сквозь призму содержания и динамики политического процесса.

Нельзя не согласиться с тем, что политический процесс «представляет собой один из важнейших путей волеизъявления граждан, в ходе которого различные социально-политические силы пытаются защитить свои права и интересы, довести их до властных структур и добиться от последних принятия того или иного комплекса мер для их реализации» [1, с. 110]. Иными словами, политический процесс рассматривается как «специфическое взаимодействие объектов и носителей политической власти на основе выполняемых ими политических ролей и функций» [2]. Содержательно основу политического процесса представляют те или иные проблемы, которые выдвигаются в общественном сознании под влиянием объективных и субъективных обстоятельств. Сами проблемы могут носить в той или иной степени искусственно-манипулятивный, либо естественно-спонтанный характер (т.е. их либо выдвигает сама жизнь, либо они специально продумываются политологами, и, наряду с этими двумя крайностями, возможны различные промежуточные состояния). Может иметь место концентрация на одной проблеме или нескольких проблемах, а может наблюдаться дисперсия проблем, т. е. их рассеивание и доминирование малозначимых или рутинных вопросов. Более того, ситуация может оставаться стабильной, а может стремительно изменяться, дестабилизируя содержательно политический процесс. Неустойчивость политическому процессу может придать и то, что суперконцентрация общественного внимания на одной проблеме приобретает характер мании, что дерационали-зирует политическое поведение.

Как мы уже отметили, на содержание политического процесса воздействуют объективные и субъективные обстоятельства. Первые могут выступать в виде складывающейся социально-политической и экономической обстановки. На ход политического процесса, безусловно, влияет не только

сформировавшаяся политическая повестка, но и наличие и степень социально-политического конфликта в обществе, а также устойчивость властных (политических) структур к конфликтам. Совершенно очевидно, что конфликтность общества в данный момент подвергает нагрузкам его властные структуры, что сказывается в целом на устойчивости его политической системы. В итоге политический процесс «может иметь своим результатом сохранение и стабилизацию существующего положения вещей, постепенную реорганизацию или отмену выполнивших свою функцию, изживших себя или показавших собственную неэффективность институтов, органов, принципов государственно-политической системы, смену правительства и даже режима, создание новых институтов, принятие новых законов и нормативных актов и т.д.» [1, с. 111].

Нам уже приходилось писать о конфликте и консенсусе в американском обществе [3]. В качестве исходного рубежа для анализа мы взяли крайний случай в американской истории - момент окончания Гражданской войны 1861-1865 гг. Тогда, если говорить об исходном конфликте в обществе, то он характеризовался географической поляризацией, а именно стремлением обрести консенсус со стороны северных штатов на основе их состоявшейся победы в войне и острым разочарованием - конфликтом в южных штатах, унижением побежденных. Содержательно политическая жизнь опиралась тогда на единственную проблему - послевоенное урегулирование на основе признания отмены рабства, и для нее была свойственна крайняя концентрация властного ресурса в лице едино мыслящих исполнительной и законодательной власти. В итоге сам тип политического процесса мы бы обозначили как «конфликтный, но предсказуемый, средней интенсивности, с географической поляризацией» (рис. 1).

Географическая поляризация конфликта

Поиск консенсуса в северных штатах Острый конфликт в южных штатах

Дисперсия проблем Концентрация на одной проблеме /

АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ФАКТЫ

Дисперсия проблем у^Концентрация власти

КОНФЛИКТНЫЙ, ПРЕДСКАЗУЕМЫЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

СРЕДНЕЙ ИНТЕНСИВНОСТИ С ГЕОГРАФИЧЕСКОЙ ПОЛЯРИЗАЦИЕЙ

Рис. 1

В середине 1870-х гг., на исходе Реконструкции и после весьма острых президентских выборов 1876 г., мы полагаем, остроту политической жизни сглаживали множество политических проблем и известная дисперсия власти (исполнительная ветвь и сенат находились под контролем республиканской партии, а в палате представителей большинство было за демократами). Таким образом, сам политический процесс был конфликтным (средней интенсивности), но недостаточно предсказуемый (из-за дисперсии власти), с высокой степенью эмоциональности, т.е. граждане жили устоявшимися эмоциями старого времени (эпохи Гражданской войны) (рис. 2).

Общественный конфликт средней интенсивности

Концентрация на одной проблеме

ФАКТОРЫ

Концентрация власти

КОНФЛИКТНЫЙ, НЕДОСТАТОЧНО ПРЕДСКАЗУЕМЫЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС СРЕДНЕЙ ИНТЕНСИВНОСТИ С ВЫСОКОЙ СТЕПЕНЬЮ ЭМОЦИОНАЛЬНОСТИ

Рис. 2

Электоральный компромисс Тилдена-Хейса, т.е. разумная, хотя и внешне циничная сделка лидеров избирательной кампании республиканского кандидата Р. Хейса1 [4], была, пожалуй, единственным выходом из сложной политической ситуации, когда ни значительная часть населения, ни элиты не были готовы уступить власть партии, ассоциировавшейся с государственной изменой и развязыванием Гражданской войны. Главное условие компромисса -вывод последних федеральных войск из южных штатов - было выполнено, и обе партии продолжили политическое соперничество как бы с чистого листа. Можно сказать, что в ходе выборов 1876 г. демократическая партия прошла политическую легитимизацию, т.е. доказала свою политическую предсказуемость и конструктивность с точки зрения участия в политическом процессе, но это внешне не повлияло на сам процесс, в котором еще долгое время сохранялись политические ярлыки эпохи Гражданской войны и Реконструкции. Но при этом на рубеже 1870-1880-х гг. США вновь вернулись к экономической стабильности и оптимизму середины 1860-х гг., которые были временно утрачены в ходе экономической депрессии 1873-1878 гг. На фоне относительно слабого (отсроченного на будущее) конфликта в обществе наблюдалась по-прежнему дисперсия проблем и дисперсия власти. Тогда, если говорить о политической повестке дня, граждан волновали проблемы Юга (т.е. положение там негритянского населения) и реформа государственной службы, проблема денежного обращения. Но при этом хотя бы в какой-то степени реализовать указанные вопросы не было возможности: исполнительная власть, которую не поддерживали ни законодатели (поскольку нижняя палата, а после 1878 г. и верхняя палата находились под контролем противоположной партии), ни родная партия (президенту Р. Хейсу противостояли не только сплоченный круг республиканских региональных боссов, но и влиятельный республиканец-центрист Дж. Блейн) не имели шансов на успешное продвижение своей программы. «56-й конгресс практически ничего не достиг, кроме принятия рутинных биллей. Президент, заранее уверенный в своем

1 Конкретно представителям демократов было обещано лидерами республиканцев вывод последних федеральных войск из штатов Южная Каролина и Луизиана, поддержка в Конгрессе США планов строительства Техасско-Тихоокеанской железной дороги и работ по улучшению водных путей в бассейне реки Миссисипи в интересах Юга.

поражении, не осмеливался инициировать законодательство; конгресс, уверенный в вето президента, проявлял очень мало инициативы» [5].

Президентская кампания 1880 г. была последней, которая проходила с использованием аргументов «кровавой тряпки», т.е. обвинений демократической партии в предательстве времен Гражданской войны. Но конструктивным политический процесс не стал и при новых президентах Дж. Гарфилде и

Ч. Артуре. Первый просто ничего не успел осуществить, поскольку был убит в самом начале президентского срока. При этом даже в эти первые недели президентства резко обострилась борьба между двумя ведущими фракциями -«стойкими» и «полукровками», когда последние захватили львиную долю государственных назначений1 [6]. Второй, выступив за реформирование гражданской службы и тарифную реформу, вместе с Конгрессом под напором общественного мнения преуспел только в принятии закона Пендльтона 1883 г. Что же касается изменений тарифного законодательства, то они, по сути дела, не состоялись: с одной стороны, республиканец Т. Рид разработал суперком-промиссный билль, который фактически тарифы не снизил, а с другой стороны, предложенный план снижения тарифов конгрессменом У. Р. Моррисоном не был принят нижней палатой по причине того, что демократический экс-спикер С. Рэндалл возглавил оппозицию ему, присоединившись в республи-канцам-протекционистам.

В ходе президентской кампании 1884 г. ни одна из партий не имела программы действий. И в то же время выход из партии независимых республиканцев, не удовлетворенных ходом реализации реформы государственной службы, а также атака на личностные качества кандидатов в президенты придали политическо-пропагандистскому действу особую остроту. Сами независимые утверждали в своих изданиях, что именно им принадлежит ключевая роль в победе поддержанных ими демократов, но на самом деле степень популярности лозунгов независимых не стоит преувеличивать, хотя их позиции оказались сильны именно в тех немногих штатах, где между обеими партиями изначально существовало определенное равновесие [7].

Президентские выборы 1884 г. проложили путь в Белый дом демократической партии, но конфигурация политического процесса от этого не поменялась. Экономический кризис 1882-1883 гг. носил кратковременный характер и не создал какого-либо значимого социального конфликта. Дух оптимизма и поступательного развития в это время лучше всего отразила книга металлургического магната Э. Карнеги «Триумфальная демократия», вышедшая в 1886 г. Дисперсия проблем сохранилась (общество волновали вопросы реформы госслужбы, денежного стандарта, монополий, рабочего движения), хотя правящая демократическая партия в лице президента Г. Кливленда в конце 1887 г. попыталась сконцентрировать внимание на единственной проблеме - тарифной. Однако искусственное «взбадривание» электората не принесло на президентских выборах 1888 г. демократам победы, а сам по-

1 «Стойкие» представляли из себя когорту послевоенных республиканских боссов, которые сделали У. Гранта президентом и с которыми партия в 1870-е гг. добивалась электоральных успехов. «Полукровки» - более молодые люди, были готовы отказаться от проблемы Юга и негритянского вопроса и на словах выступали за реформу государственной службы, считая, что возможно отказаться от старых принципов ради решения современных задач.

литический процесс на протяжении 1880-х гг. сохранял преимущественно консенсусный характер (рис. 3).

Рис. 3

1890-е гг. принесли в американское общество постоянно растущую конфликтогенность. Применительно к началу десятилетия (включая промежуточные выборы 1890 г. и президентские выборы 1892 г.) можно говорить о подспудном изменении сознания рядовых американцев, их недовольстве стремительно осуществлявшейся индустриализацией и монополизацией и появлении влиятельной третьей партии на левом фланге. Причем ареал и масштаб радикализации общественных настроений значительно расширились по сравнению со второй половиной 1870-х гг.: это не только и не столько был Средний Запад, сколько вся территория к западу от реки Миссисипи и штаты Юга. Обе ведущие партии воспринимали президентскую кампанию 1892 г. как обычное политическое мероприятие, которое проходило с меньшими проявлениями подкупа и необычайно спокойно по сравнению с предшествующими кампаниями, что, видимо, было связано с введением тайной системы голосования и известностью публике кандидатов и представляемых ими вопросов (главным среди них была тема тарифов) [8]. Однако при внешней, хотя и не самой убедительной победе демократов (46 % голосов избирателей против 43 % голосов за республиканцев) тревожным звонком для обеих партий были успехи популистской партии, получившей 8,5 % голосов (в Центральных Северо-Западных штатах эта цифра выросла до 20 %, в Горных и Тихоокеанских штатах - до 25,5 %, и даже на Юге, зараженном расизмом и традиционно голосующем за демократов, популисты сумели завоевать почти 13 % голосов).

После президентских выборов 1892 г. в связи с началом беспрецедентно глубокой и болезненной Депрессии 1893-1897 гг. социальное неблагополучие принимает опасный для общества и государства характер. Подмечено, что в годы экономических кризисов стачечное движение идет на убыль, ибо трудящиеся дезорганизованы и лишены материальных возможностей для организованного сопротивления, но зато могут появиться иные формы протеста. Такой новой формой стал в 1894 г. марш безработных на Вашингтон. Хотя его руководителей в здание Капитолия так и не допустили, само мероприятие вызвало тревогу в печати, а сенатору-популисту А. Пефферу дало повод внести билли в поддержку требований участников марша (один билль предусматривал выпуск 500 млн дол. бумажных денег с целью трудоустрой-

ства безработных, другой билль позволял местным властям выпускать беспроцентные облигации на оплату общественных работ на местах) [9]. В политике происходит не просто концентрирование на одной проблеме - денежной, а превращение ее в манию, в панацею от всех бед для одних и гибельный эксперимент для других [10].

В то же время имеет место попытка концентрации власти: Белый дом в лице президента Г. Кливленда использует все рычаги давления на конгрессменов от своей партии, чтобы добиться отмены закона Шермана 1890 г. об ограниченной закупке серебра, который трактуется как главный виновник финансовой паники. С демократами - сторонниками золотого стандарта -вынужденно проявляют солидарность и конгрессмены-республиканцы. Однако долгожданная отмена осенью 1893 г. ненавистного для финансовой элиты закона не остановила, да и не могла остановить кризис, наиболее острая фаза которого приходится на 1894 г. Кливленд как лидер партии, приложивший неадекватные усилия для его псевдорешения, терпит не только личное политическое фиаско, но и приводит собственную партию к расколу, в результате которого здоровые силы из западных и южных штатов в ходе президентской кампании 1896 г. приходят к руководству в стане демократов. Ими в союзе с третьей, леворадикальной популистской партией выдвигается конструктивная политическая альтернатива, стержнем которой является вопрос о «дешевых» серебряных деньгах вместе с рядом антимонополистических требований, и, таким образом, в середине 1890-х гг. происходит крах пресловутого межпартийного консенсуса.

В ходе президентских выборов 1896 г. немалую роль сыграл и личностный фактор. Несомненно, что его воздействие на политический процесс сказывается в виде следующих взаимно дополняющих друг друга элементов: личностных характеристик политического лидера (включающих в себя умение или неумение слушать других, находить или не находить компромиссы, ораторские или организаторские качества), личного политического опыта (он может в известной мере откорректировать нежелательные врожденные личностные качества или, наоборот, их усугубить) и текущей политической обстановки, предъявляющей спрос на тот или иной тип политика. В этом плане Г. Кливленд был далеко не самой удачной фигурой для эпохи социальнополитических потрясений. Хотя, по мнению некоторых американских историков, он был, возможно, не самым плохим президентом и президентом даже в чем-то самостоятельным, о чем свидетельствует беспрецедентное число вето, наложенных на законопроекты Конгресса, его ограниченный политический опыт (вернее, отсутствие опыта работы в Конгрессе) вкупе с дефицитом большого интеллекта и гибкости в общении с людьми сделали его провальным лидером в период острейшего экономического и социально-политического кризиса. И в то же время бывший конгрессмен от Небраски У. Брайан, произнесший на общенациональном съезде демократической партии зажигательную речь, выдвинувшую его кандидатом в президенты, обладал меньшим административным опытом, но более выигрышными личностными качествами (в том числе ораторскими), талантами политической гибкости и умением завораживать людей, что оказалось востребованным в ситуации 1896 г. «Текст речи показывает, что Брайан пытался отстаивать достаточно возвышенные, хотя и несколько абстрактные идеи. При этом он полностью отождествлял свою точку зрения с представителями широкого круга американцев». Не ас-

социируя себя с революцией или радикализмом, «он пытается уподобить интересы «простого народа» основополагающим для американского государства предпринимательским традициям» [11].

И тем не менее мощная пропагандистская машина, находящаяся в руках элиты северо-восточных штатов, пытается изобразить Брайана опасным смутьяном. У республиканцев, не прикладывающих для этого особых усилий, появляется реальный шанс на победу. В это время политический процесс развивается не только под знаком концентрации на одной проблеме, но и фактической концентрации власти у крупного капитала на завершающем этапе президентской кампании при политическом банкроте-президенте (рис. 4).

Рис. 4

Президентская кампания 1896 г. не закончилась крахом американского государства, хотя угрозы со стороны аграрных штатов Запада и Юга звучали. После поражения У. Брайана осенью 1896 г. в обществе и в сфере политики произошло некоторое успокоение, но не возвращение к докризисной ситуации. Выход из экономической Депрессии 1893-1897 гг. сбил протестную волну, а испано-американская война 1898-1899 гг. способствовала сплочению нации на основе ура-патриотизма. При этом наметилась некоторая концентрация власти у Белого дома, что было не только естественно для военного времени, но и закономерно в связи с индустриализацией и модернизацией общества, усложнением управленческих задач. Произошла известная дисперсия политических проблем, переориентация с мании денежного стандарта на тарифный вопрос и тему новых заморских территорий, отвоеванных у Испании. При этом руководство республиканской партии и лично президент У. Маккинли, в отличие от своего предшественника Кливленда, проявил политическую гибкость и вплоть до 1900 г. не ставил вопрос об официальном переходе на золотой денежный стандарт. Все это способствовало снятию общественно-политического стресса и введение политического процесса в рамки конструктивного консенсуса (рис. 5).

Таким образом, за какие-то четверть века политический процесс в США - в стране с, казалось бы, прочными демократическими институтами -проделал стремительную эволюцию от восстановленной в послевоенное время политической стабильности к острому кризису, а затем стабильности на качественно новой основе.

Рис. 5

Это лишний раз доказывает справедливость суждения, что «политические процессы даже в рамках стабильных политических систем носят сложный, нелинейный характер, описание которых в пределах даже самой совершенной теории не представляется возможным» [12, с. 112]. Тем не менее мы попытались проанализировать взаимодействие и переплетение различных внешних и внутренних факторов политического процесса, проследить его динамику и полагаем, что использованный исследовательский инструментарий следует применить к другим историческим эпохам и другим странам.

Список литературы

1. Гаджиев, К. С. Политология. Основной курс : учебник / К. С. Гаджиев. - М., 2005.

2. Мухаев, Р. Т. Политология : учебник для вузов / Р. Т. Мухаев. - М., 2005. - С. 317.

3. Саломатин, А. Ю. Конфликт и консенсус в истории американского государства (размышления после всероссийской научной конференции) / А. Ю. Саломатин // Актуальные проблемы политики и права. - Вып. 6. - Пенза ; Саратов, 2003.

4. Woodward, C. Vann Reunion and Reaction: The Compromise of 1877 and the End of Reconstruction / C. Vann Woodward. - Boston, 1951.

5. Bates, E. S. The Story of Congress. 1789-1935 / E. S. Bates. - N. Y. ; L., 1936. -P. 283.

6. Keller, M. Affairs of State. Public Life in Late Nineteenth Century America / M. Keller. - Cambridge, Mass. ; L., 1977. - P. 267.

7. Thomas, H. C. The Return of the Democratic Party to Power in 1884 / H. C. Thomas. - N. Y. ; L., 1919. - P. 225, 229.

8. Knowles, G. H. The Presidential Campaign and Election of 1892 / G. H. Knowles. -Stanford, 1942. - P. 226, 231, 247.

9. Smith, P. The Rise of Industrial America / P. Smith. - N. Y., 1985. - P. 515-516.

10. Саломатин, А. Ю. Монетаристская проблема в США в последней четверти XIX в. / А. Ю. Саломатин // Вопросы истории. - 2001. - № 11-12.

11. Романов, В. В. Уильям Брайан: моралист в политике / В. В. Романов // Человек в истории: Homo Politicus. - Тамбов, 2000. - С. 29.