Русская философия всеединства о сущности власти и назначении государства

СОЦИАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ В.С. СОЛОВЬЁВА

Е.М. АМЕЛИНА

Московский государственный университет управления

РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ ВСЕЕДИНСТВА О СУЩНОСТИ ВЛАСТИ И НАЗНАЧЕНИИ ГОСУДАРСТВА

Раскрываются взгляды представителей русской философии всеединства (В.С. Соловьёв, Е.Н. Трубецкой, С.Н. Булгаков, П.А. Флоренский, С.Л.Франк, Л.П. Карсавин) на сущность власти и назначение государства. Показано, что в противоположность формально-юридической интерпретации роли и значения государства философы развивали мысль о роли духовных основ власти и значении сакральных, христианских ориентиров в государственной жизни. Либеральные подходы в понимании задач государства были синтезированы ими с консервативным и религиозно-метафизическим элементом, что составило своеобразие подходов русских мыслителей.

The article reveals the views of the Russian All-unity philosophy disciples (V. S. Solovyov, C. P. Troubetzkoy, S. N. Bulgakov, P. A. Florensky, S. L. Frank, L. P. Karsavin) upon the essence of power and purpose of the state. It shows that opposing the formal and juridical interpretation of the role and purpose of the state, the philosophers developed the idea of the role ofpower spiritual base and the meaning of sacral, Christian guidelines in public life. They synthesized the liberal approaches to understanding of the purpose of the state with conservative and religious-metaphysical element, which created the distinctiveness of the Russian philosophers' views.

Ключевые слова: власть, иерархия, языческое государство, христианское государство, форма правления.

Keywords: power, hierarchy, pagan state, Christian state, Polity.

Русская философия всеединства зародилась и сформировалась во второй половине Х!Х в. Её основными представителями являлись В.С. Соловьёв, Е.Н. Трубецкой, С.Н. Булгаков, П.А. Флоренский, С.Л. Франк, Л.П.Карсавин. Одна из своеобразных черт этого философского направления заключалась в том, что его методология носила одновременно светский и религиозный характер. Философы стремились осуществить интегральный подход, который применительно к анализу социальной действительности находил своё выражение в попытке положительного синтеза теологии, философии и науки. «Свободная теософия», указывал основоположник данного направления В.С. Соловьёв (1853-1900) является высшим состоянием всей философии «как во внутреннем синтезе трёх её главных направлений - мистицизма, рационализма и эмпиризма так равно и в более общей и широкой связи с теологией и положительной наукой»1. В данной статье мы попытаемся раскрыть сущность

взглядов русских мыслителей на природу власти и назначение государства.

В современной социальной философии политическая сфера жизни общества определяется как целостная система институтов общественного управления и самоуправления. Традиционными составными элементами политической сферы считаются государство и политические партии. Государство - это институт общественной власти, которому присущи определенные властные функции, распространяющиеся на все общество. Власть представляет собой способность осуществлять свою волю в социальной жизни, навязывая ее, если необходимо, другим лицам. Политическая власть, как одно из проявлений власти, «характеризуется реальной способностью данного класса, группы, индивида проводить свою волю, выраженную в политике и правовых нормах»2.

Представители русской философии всеединства не могли обойти стороной проблему власти и назначения государства, тем более, что они жили в период, когда на повестку дня вставали вопросы определения путей реформирования российского государства. На их подходы к анализу политической сферы общества, помимо религиозной составляющей и консервативных симпатий, повлияла школа естественного права, ставшая методологической основой либеральной мысли на Западе и в России. Концептуальное ядро либерализма составили идеи Спинозы, Локка, Монтескье, Руссо, Канта и др. К основным ценностным установкам естественного права относятся: идеи неотчуждаемых прав человека, правовой защищенности личности и ограничения государственной власти.

В отличие от западных теоретиков русские философы искали метафизическое и религиозное обоснование естественно-правовых воззрений. Христианская трактовка проблемы человека предопределила то обстоятельство, что, разделяя основные идеи естественного права, они негативно относились к либерально-индивидуалистическим концепциям, в которых государство рассматривалось лишь как формально-юридический союз, существующий ради защиты эгоистических целей индивидов. Задачи, решаемые государством, считали они, не ограничиваются утилитарными потребностями. Они оправданы только тогда, когда опосредованы высшими, сакральными идеалами и ценностями.

Мыслители не писали специальных монографий, посвященных природе власти и назначению государства, и, тем не менее, придавали им большое значение. Наибольшее внимание они уделяли следующим вопросам: какова роль идеального компонента в политической сфере? какова природа власти? в чем сущность и смысл бытия государства? как взаимосвязаны государство и общество? как соотносятся гражданское общество и государство? Наконец, их интересовали проблемы правового государства, взаимоотношения государства и личности, проблема поиска оптимальных форм государственного управления и др.

1. Сущность власти

При анализе политической сферы жизни общества мыслители исходили из того, что она включает в себя как материальные, так и идеальные компоненты. Она не есть только предметная действительность, но и творение духа, плод субъективного творчества людей, результат их активной деятельности. Сущность политической сферы жизни общества и ее институтов, считал, к примеру, Е. Трубецкой, мы не сможем понять и объяснить, исходя только из материальных отношений, из влияния «базиса». Он специально полемизировал с марксистским тезисом о том, что государство и правовые институты есть отражение экономических отношений. В политической и правовой сфере, так же как и в других, указывал философ в работе «К характеристике учения Маркса и Энгельса о значении идей в истории» (1902), одними экономическими причинами ничего не объяснишь. Экономика не может осуществлять государственные и правовые акты. Они - плод сложной самостоятельной умственной деятельности субъекта, который не гарантирован от ошибок. Не случайно история знает много государственных переворотов или законов экономически прямо гибельных для страны. Поэтому, объясняя сущность политической и правовой сферы жизни общества, помимо экономических процессов надо иметь в виду «человеческую голову, вообще всю человеческую психику, которая перерабатывает сообразно законам логики и психологии весь разнообразный материал впечатлений, почерпнутый из экономической сферы»3. Марксистской интерпретации сущности политической сферы общественной жизни, по мнению Е. Трубецкого, не хватает понимания роли познающего, действующего и творящего субъекта. Политическая сфера не только результат объективных процессов развития, но и творение человеческого духа.

Размышляя над природой власти, В. Соловьёв и его последователи пришли к выводу о том, что она двойственна. Антиномичную природу власти наиболее ясно выразил С.Н. Булгаков. С одной стороны, указывал он, власть - «самостоятельное мистическое начало», символ божественного всемогущества и благодати, а с другой - она есть «нечто натурально-человеческое, срединное, принадлежащее к области относительного»4. Человечество, считал философ, не желая мириться с обнаженным «звериным» ликом власти, всегда стремилось придать ей религиозный ореол, но воплотить свой замысел до конца было не в силах. Это объясняется тем, что люди пытались сочетать несочетаемое -благодать и власть. Власть - это живое противоречие земного, преходящего и вечного, священного.

Мысль о религиозно-метафизических основаниях власти развивал П.А. Флоренский. Для утверждения «праведной» подлинной власти, указывал он, есть одно право - сила гения. Право же это «не человеческого

происхождения и потому заслуживает названия божественного»5. В.

Соловьёв, обращаясь к древним историческим примерам, обращал

внимание на то, что глубинную сущность власти способны были выразить

лишь особенные личности, олицетворяющие собой «богочеловеческое

сочетание». Это - пророки. «Мы нигде не найдем, - пишет он, - чтобы

представитель мирского начала... - царь - поставлял священников или

пророков: напротив того, мы знаем, что .пророк ... устанавливает царскую

~ 6

власть и помазывает первых царей» .

К анализу феномена власти обращался С. Франк. Он стремился синтезировать религиозно-нравственный и светский социологический подходы. Для него власть - это отношение между двумя партнерами, их взаимодействие и взаимовлияние, при котором один оказывает определяющее влияние на второго. В основе подлинных властных отношений, указывал философ, лежит свободный акт веры в годность и призванность властвующего. Объект властных отношений так же, как и субъект, активный соучастник общего дела «служения правде»7. Власть сильна в том государстве, где у различных слоев сформирована идея такого служения. Именно в этом случае власть обретает сверхчеловеческое, мистическое значение.

Власть для Франка имеет духовные основания. Это власть над душами, авторитет. Подлинное основание власти - «харизма», сознание не произвольно-человеческой, а объективно-божественной избранности человека, его предназначенности для общественного водительства. Факт выбора государственного деятеля - явление символическое. Он становится не просто человеком прошедшим выборы. Он избирается как «приказчик и служитель правде». Если духовные основания власти отсутствуют и происходит механическое навязывание властвующим своей воли подчиненному, сопровождаемое требованием от него полного слепого повиновения, речь идет не о феномене власти, а о голом насилии.

К разновидности «отвлеченных начал» во властных отношениях С. Франк относил, в частности, деспотизм. Деспотизм вообще, писал он, - это «господство человека над человеком, господство неограниченное и руководимое лишь произволом самого господствующего »8. Истоки политического деспотизма следует искать в придании какой-либо политической идее статуса непогрешимой истины и абсолютной святыни. Преодоление деспотизма в политике может явиться лишь следствием отказа от главной его метафизической предпосылки - обожествления всего

9

человеческого .

Итак, власть в философии всеединства является одновременно явлением земным, социальным и религиозно-метафизическим. Видя земные корни власти, философы погружали ее одновременно в сферу духа, религии, нравственных ценностей и наделяли ее символическим значением. Подлинная власть есть в том государстве, где присутствует социально

объединяющая идея «служения» высшим религиозно-нравственным целям и идеалам. Поэтому власть не является самоцелью политики. Она есть средство нравственного совершенствования государства и его граждан.

2. Происхождение и назначение государства.

Государство и личность

Происхождение государства связывалось философами с активным действием личного начала. Люди, создававшие государство, считал В. Соловьёв, «были носителями высшего сознания, лучшей лично-общественной нравственности»10. Это благодетели человечества, подвижники и герои. С. Франк, делавший акцент на органическом и постепенном процессе формирования государства, также фиксировал роль личного творческого начала в его возникновении. Если в догосударственный, «детский» период развития, писал он, общество развивается непроизвольно, то у истоков возникновения государственности стоит «созидательное мужское начало». Государство появляется тогда, рассуждает С. Франк, когда обществу грозит гибель от врага или внутренних раздоров. Тогда из политически аморфной, неподвижной и косной среды выделяется «группа смельчаков, молодежи, одушевленной героической волей и объединяющейся вокруг своего естественного: самими своими природными дарованиями как бы предуказанного вождя»11. Властное водительство князя и его дружины спасают общество от внешней опасности. Так возникает некий орган защиты, требующий сознательной организации и дисциплины. Первоначально он имеет военно-административное значение. Позднее становится учреждением объемлющим все стороны общественной жизни. Постепенно создается прочная действенная организация, объединяющая несколько разъединенных племен в единое целое - государство как «единство планомерно устрояющей воли». Возникновение и проведение в жизнь государственной планомерности приводит к появлению отношений подчинения и властного водительства12.

В. Соловьёв определял государство как «общественное тело с определенною организацией, заключающее в себе полноту положительного права или единую верховную власть». Государство для него - это организм, в котором следует различать организующее начало (органы верховной власти) и совокупность организуемых элементов (массу населения на определенной территории и различные частные союзы)13. Так же как и власть, государство в философии всеединства -явление двойственное, в котором перманентно воспроизводится конфликт духа и плоти. Государство, отмечал С. Франк, как и всякая вообще внешняя общественная организация, кроме конкретных обстоятельств своего бытия, «опирается на внутренние духовные условия своего

существования»14. Поэтому, с одной стороны, цель государства идеальная - «служение правде», с другой стороны, цель земная - устроение общественной жизни. Для успешного функционирования государства, указывал П. Форенский, необходимо наличие прочных идеальных установок деятельности и ясное понимание основных положений, к которым должна приспособиться машина управления.

Поскольку государство есть в то же время явление земное, то его существование, считали русские мыслители, неизбежно связано с принуждением. Оно необходимо как фактор, позволяющий, опираясь на существующие законы, ограничить «злую волю» людей и сохранить общественные и культурные устои. Подобная мера, отмечал В. Соловьёв, есть условие цивилизованной государственности. Государство, указывал вслед за ним Е. Трубецкой, есть по своему существу организация принудительная и насильственная. Поскольку государство является произведением человеческого творчества, рассуждал С. Франк, а значит, «искаженным воплощением божественной правды», то в борьбе с неизбежно возникающим произволом оно не чуждается насильственных средств для сдерживания беспорядков. «Государство, политическая власть, принуждение, - писал он, - все это есть роковая земная необходимость, без которой человек не может обойтись»15. Толстовское стремление охватить всю общественную жизнь лишь нравственным законом С. Франк находил абсолютно фантастическим. После революции он упрекал русского писателя в том, что его непротивленческая и всё упрощающая моральная проповедь «в значительной мере подготовила те кадры отрицателей государства, родины и культуры, которые. погубили Россию»16.

Наличие необходимого насильственного элемента в жизнедеятельности государства, тем не менее, не означало гипертрофирования его роли в философии всеединства. Её важнейшей установкой был тезис о том, что государство не должно истреблять права и свободы граждан. В. Соловьёв, критикуя учение о государстве Платона, напоминал, что частный интерес, семья и частная собственность должны быть защищены от их поглощения государством, а свободная индивидуальность должна иметь возможность для самовыражения. Е. Трубецкой специально критиковал теорию государства Т. Гоббса, у которого оно уподобляется чудовищу, пожирающему все самостоятельное и независимое, превращая личность в винтик колоссального механизма. Он подчеркивал, что духовная жизнь общественного целого и конкретного лица не может приноситься в жертву государственному колоссу.

Государство, считали последователи философии всеединства, способно и призвано влиять на духовное развитие общества. Оно организует, развивает или, напротив, уничтожает духовный мир личности и народа. Обращаясь к реалиям начала ХХ века, Е. Трубецкой указывал,

что в современных европейских государствах экономические цели подмяли под себя духовные и государство «не склонно признавать никаких высших над собой ценностей, в том числе и ценности человеческой души и достоинства»17. На алтарь государственного «смертного бога» приносится человеческий героизм, идеалы любви к родине и миллионы человеческих жизней. В таких обстоятельствах государство утрачивает свою духовно-организующую функцию и становится воплощением мировой бессмыслицы. Подлинную полноту своего бытия, продолжает рассуждать философ, человек обретает лишь там, где он перестает быть средством для достижения внешних ему целей. Пока же, восклицает он, коллективная и государственная жизнь складывается таким образом, что в ней не только не остается места для утверждения достоинства человека, но даже извращается сам его духовный облик.

Философы искали пути установления баланса между интересами государства и личности. В. Соловьёв считал, что действительный прогресс осуществляется там, где государство как можно меньше стесняет внутренний нравственный мир человека. В то же время оно призвано как можно шире обеспечить внешние условия для достойного существования и совершенствования людей. Е. Трубецкой раскрывал диалектику взаимодействия личности и государства в своем труде «Энциклопедия права». «Для существования всякого общественного организма, в частности государства, требуется, - рассуждает он, - чтобы целое господствовало над частью... . Где нет такого господства, с одной стороны, и подчинения, с другой - там не будет ни права, ни организованного общества, а будет анархия. Но подчинение лица государству должно иметь известные границы: лицо должно подчиняться государству лишь постольку, поскольку это необходимо для осуществления целей государственного организма, для его существования и процветания. Безграничное господство государства над личностью равнялось бы полному рабству индивидуума, а такое бесправие вовсе не нужно для целей общества: господство государства над личностью не простирается на все стороны существования личности, а только на некоторые его стороны - у всякого свободного лица есть сфера, где оно является независимым»18.

Итак, для философии всеединства, государство до известных пределов может ограничивать права личности, но и само оно должно быть ограничено. Отечественные мыслители отмечали в то же время, что границы государственной власти подвижны, так как связаны с конкретными историческими условиями. Они зависят от меры индивидуальной свободы, принятой в данном обществе и в данное время.

Вообще государство как социальный институт представало в рассуждениях русских мыслителей как большая общественная ценность.

Оно знаменует собой, по выражению В. Соловьёва, важную ступень в развитии цивилизации и создает условия для культурного прогресса человечества, основанные «на сложном сотрудничестве». С появлением государства расширяется нравственный кругозор личности; формируются идеи патриотизма и гражданской доблести; качественно и количественно изменяется альтруизм, обращаясь на такие абстрактные предметы, как отечество, государство; обобщаются и возвышаются представления о Боге.

Ценность государства, подчеркивали философы, заключается в том, что оно одновременно есть воплощение общественной взаимосвязи людей и защиты общественного целого от анархии и распада. Крах государственности - тяжелое испытание для народа. Смысл бытия государства реализуется там и тогда, где оно охраняет интересы общества как соборного лица, как «сверхвременного единства». Защищая интересы общества как целого, государство защищает каждую личность. Государство выполняет свои функции тогда, когда оно реализует право человека на достойную жизнь и материальную защищенность. Государство - это «собирательно организованная жалость»19.

Значение государства, указывал С. Булгаков, состоит в том, что оно является воплощением общенационального единства и служит охраной интересов своего народа. Являясь средством самовыражения национальности, оно формирует чувство сопричастности и привязанности к нему. Русское государство, указывал философ, дорого каждому русскому не просто потому, что оно государство, а потому, что в нем народность «имеет свой собственный дом». Философ подчеркивал, что поскольку в международных отношениях постоянно воспроизводится конкуренция и борьба, то значительную ценность представляет собой самостоятельный, здоровый национально-государственный организм с развитой экономикой и хозяйством. Сильное государство - залог спокойствия граждан.

Философы проводили существенное различие между языческим и христианским государством. Это объяснялось тем, что они по-платоновски выводили смысл государственного бытия из существующего в нем духовного начала, из господствующих духовных установок. Подлинную полноту значения государству, по их мнению, могут придать только идеалы христианства, указующего на Божественное начало как высший смысл бытия в мире. Поэтому главная задача государства -осуществить нравственную солидарность с царством Божьим на земле. В то же время мыслители признавали, что даже «осененное крестом» государство не является высшей формой жизни, так как подлинный христианин рассматривает его как ступень, ведущую в царство Божье.

В.Соловьёв, рисуя образ идеального христианского государства, указывал, что государственное руководство осуществляется в нём не для утверждения чьей-то эгоистической силы, а во имя общего блага; что

подчинение происходит не из рабского страха, а по совести, а права вытекают «не из безграничности человеческого эгоизма, а из нравственной бесконечности человека как существа богоподобного»20. Исторически прогрессивное значение возникновения христианского государства он связывал с появлением гражданского общества, раскрепощающего творческие силы людей. «Пока государство было все, - писал мыслитель, -общество было ничто. Но как только цель жизни была поставлена выше государства, так живые силы общества освобождаются, перестают быть рабами государства»21.

Итак, государство в философии всеединства есть выдающееся достижение цивилизации, результат деятельной и активной воли носителей более развитого нравственного сознания. Его сущность зависит от тех идеальных установок, на которых оно базируется. Высшим типом государства является правовое христианское государство. Как явление дуалистическое оно неизбежно использует элементы насилия, но его главная цель - создание необходимых условий для развития духовной жизни общества и свободной индивидуальности.

3. Принцип устроения государства.

Государство и право

Внутреннее строение государства, считали представители философии всеединства, должно базироваться на принципе иерархизма. Идеи иерархизма развивали В. Соловьёв, П. Флоренский, С. Булгаков, С. Франк. Иерархия, с их точки зрения, - онтологическая черта государства, которое немыслимо без управления. Управление же предполагает наличие его субъектов и объектов.

С. Франк подчеркивал, что принцип иерархизма является вечным спутником государственного бытия, он органически вытекает из требования общественного единства. Его неизбежность порождена природой общества, являющегося не хаосом, а целостной системой, требующей руководящей руки. Неравенство, подчеркивал он, является «природным» свойством всякого общества, где меньшинство роковым образом властвует над большинством. Схематически такое положение вещей можно представить в виде пирамиды с широким основанием (большинство) и узкой вершиной (властвующее меньшинство), разрушаемой лишь в краткие моменты смуты и безвластия. Общественные порядки различаются лишь по форме, способам подбора и пополнения меньшинства.

Важность и нужность иерархизма вытекала, по Франку, также из объективной необходимости реализации функции квалифицированного и нравственного служения интересам целого. Так как эту функцию не в состоянии выполнить все, то необходим отбор и выявление «лучших» и

умелых, которые будут руководить «худшими». Тем не менее, подчеркивает мыслитель, следует иметь в виду, что всякая длительно существующая форма иерархизма с замкнутостью классов и групп склонна к вырождению, которое необходимо изживать. Технология этого процесса относится, однако, уже не к теоретическим вопросам, а вопросам прикладной политики.

П. Флоренский, уже в советское время анализируя положение с кадрами трудящихся в СССР, указывал, что их иерархия призвана учитывать роль более квалицированных в своей профессии людей. При этом каждый работник должен иметь свое место в социальной иерархии соответственно своим способностям. Аппарат управления в Советской России, писал философ, должен строиться по принципу централизации, а должностные лица назначаться исключительно под контролем специалистов. Положительно отзываясь о кадровом составе «прекрасно организованной Красной Армии», он отмечал, что такое положение дел существует далеко не везде. В остальных сферах жизнедеятельности государства процесс кадровой организации и кадрового воспитания брошен на самотек. Вместо индивидуального обучения под влиянием личности «мастера» и его творческого окружения осуществляется штамповка «массовых выводков» творцов культуры. Поэтому на первый план выступила порочная практика, когда руководящие посты занимают люди несведущие и недалекие, «ибо выдвигают выдвиженца... не те, которые действительно имеют способность судить о творческой ценности, а масса, руководимая нетворческими признаками»22. Такое положение дел, считал мыслитель, ослабляет государство и делает его уязвимым.

Особое внимание представители философии всеединства уделяли идее правового государства. Общество можно считать зрелым там, указывал Е. Трубецкой, где есть право. Поскольку право реализуется именно в государстве, то с этой стороны «государство есть воплощенное право». Практический смысл бытия государства состоит в том, что оно подчиняет насилие - праву, произвол - законности, заменяя хаотические отношения порядком.

Мыслители не разделяли славянофильскую идею о русском народе как народе неправовом. Холодный и жестокий мир права необходим. Он препятствует реализации злой воли. «Задача права, - писал В. Соловьёв, -вовсе не в том, чтобы лежащий во зле мир обратился в Царство Божье, а только в том, чтобы он до времени не превратился в ад»23. Право призвано уравновесить нравственные интересы личной свободы и общего блага. Смягчение законов в государстве - дело непростое, оно зависит от степени духовной зрелости общества.

Ценность права и необходимость правовой защищенности личности В. Соловьёв объяснял, исходя из своих христианских взглядов. Право, считал он, имеет свою абсолютную основу в Боге. Религиозные и

моральные нормы определяют содержание норм правовых. Право -связующее звено между религией и нравственностью, с одной стороны, и государством - с другой. В конечном счете право понималось им как совокупность моральных ценностей, имеющих трансцендентный исток в Абсолюте.

Рассмотрение вопроса о соотношении права и нравственности имело у каждого из философов свои особенности. Так для В. Соловьёва право есть «низший предел или определенный минимум нравственности»24. С.Булгаков не разделял эту точку зрения. У него приоритет получала нравственность, а право имело свое собственное содержание. Оно изменчиво и относительно, зависит от эмпирических условий. Христианская нравственность должна задавать ориентир праву. «Право не есть правда, хотя долженствует ей служить»25. Христианская мораль должна поддерживаться с помощью права. У Е. Трубецкого право и нравственность тесно взаимодействовали, но не совпадали. Они пересекались как две окружности. Нравственность содержит в себе часть норм права, право включает часть нравственности.

Таким образом, философы всеединства выносили на первый план моральный и религиозный аспекты права. Поэтому и правовое государство истолковывалось ими не столько формально-юридически, сколько религиозно метафизически. Это приводило к тому, считает современный исследователь данной проблемы В.Н. Жуков, что «конкретные, прикладные юридические механизмы защиты прав личности уходили на второй план и заменялись расплывчатыми нравственными формулировками»26. Однако сами философы неоднократно указывали, что в их задачи не входит анализ прикладных политических и правовых установок. Свою цель они видели в формулировке наиболее общих, в первую очередь, метафизических проблем, позволяющих увидеть смысл и назначение государства и права.

4.Государство и гражданское общество.

Проблема наилучшей формы государственного правления

Философы прекрасно понимали, что государством не исчерпывается вся политическая сфера. Громадную роль играет в ней и гражданское общество. И государство, и гражданское общество тесно взаимосвязаны. Государство, писал С. Франк, есть «начало планомерности» в общественной жизни, а гражданское общество есть «начало спонтанности и свободы». Функции гражданского общества, как и государства, не сводятся только к удовлетворению эгоистических целей индивидов, так как гражданское общество есть форма свободного общественного сотрудничества для достижения сверхиндивидуальных целей общества

как единства. Задача государства состоит в том, чтобы «организовать свободу» и создать условия для процветания гражданского общества.

Философ одинаково отрицательно относился как к тем представлениям, где роль гражданского общества нивелировалась, так и к тем, где функции государства гипертрофировались. Принципиальную теоретическую ошибку либерального «манчестерства», отводившего государству роль «ночного сторожа», мыслитель видел в его номиналистических общефилософских предпосылках. Либерализм, считал он, осуществляет неоправданное отождествление государства с гражданским обществом, возводит механическую разделённость индивидов в абсолютный принцип. В реальности гражданское общество и государство не тождественны, но тесно связаны. Противопоставление индивида и общества, «Я» и «МЫ» теоретически неверно, ибо односторонне отражает лишь одну сферу общественной жизни.

П.А. Флоренский в работе «Предполагаемое государственное устройство в будущем» (1933) указывал, что тайна устроения устойчивого государства заключается в сочетании интересов целого со свободой проявления сил отдельных людей и групп. При этом все, что составляет содержание жизни отдельных личностей, должно уважаться и оберегаться. Мудрость государственного управления не в истреблении тех или иных данностей, а в их умелом направлении. В то же время философ отрицательно относился к наличию в государстве постоянно борющихся политических партий. «Партии же, изъявляющие особо нарочитую преданность, - подчеркивал он, - не только излишни, но разлагают государственный строй, подменяя (собою) целое государство. в конечном счете становятся янычарами, играющими (верховной) государственной властью»27.

Л.П. Карсавин в работе «Государство и кризис демократии» (1934) также высказывал мысль о дезорганизующей роли партий в обществе. Партии, считал он, пытаются воспользоваться доверием народа ради своих корыстных целей. Тем более не может организовать народ одна единственная партия, так как, уничтожив другие, она становится деспотической и стремится подчинить народ через насильственное навязывание своей идеологии. Рациональные планы тех или иных партий разрушают старый народный строй и дезорганизуют народ, однако он выступает в исторической реальности как «живая социальная личность», которую невозможно подчинить рациональным теориям и схемам. «Ещё не было на земле, - восклицает философ, - безошибочных идеологий. И заставляя народ верить в ложные истины, насильственно навязывая их молодежи, эта единственная партия отравляет и разрушает себя и народ. Исчезла идеология якобинцев и «святых» Кромвеля, и, безусловно, исчезнет и коммунистическая»28.

Русские мыслители размышляли над принципами подхода к такой проблеме, как поиск наилучшей формы государственного правления. Они исходили из того, что нельзя обожествлять ту или иную форму правления, ибо она есть плод земного творчества людей, а значит, несовершенна. Вообще любой человеческий идеал, считали они, не является святыней. Не существует априорно заданных общественных форм, и, тем более, нельзя навязывать их кому бы то ни было. Поэтому следует исходить из двух факторов сразу: из общих теоретических положений и из реальных исторических условий. Мудрый политический деятель вырабатывает умение сочетать теорию и практику. Он подобен врачу, исходящему не только из тех или иных положений медицинской науки, но и из данного состояния пациента.

Во-первых, любая государственная форма должна соответствовать общим «вечным» принципам общественной жизни. Во-вторых, она должна быть согласована с теми конкретными эмпирическими условиями, к которым она прилагается. К ним, считал С. Франк, относятся: 1) материальные условия жизни общества; 2) его духовное (нравственное, религиозное, умственное) состояние, а также духовное состояние его отдельных слоев; 3) отношения между этими разными слоями (классами, национальностями и т.п.); 4) исторические задачи, которые в данный момент стоят перед обществом29.

Бывают и такие эмпирические условия, указывал философ, которые сделают целесообразной даже деспотическую форму правления. Эта необходимость появляется при возникновении потребности в быстро и единодушно действующей воле. Однако оправданность такой формы, ее онтологическая правомерность допустима, лишь поскольку она является «переходной мерой в интересах внутреннего оздоровления общества». Логическая эволюция деспотии ведет к ее самоустранению после установления свободного взаимодействия индивидуальных сил.

Идею сочетания теоретического и исторического подхода в вопросе о поиске наилучшей формы государственного устройства развивал и Е.Н. Трубецкой. Этот вопрос, указывал он, должен ставиться исходя не из абстрактных пожеланий, а лишь в связи с той мерой свободы, которая неодинакова в каждой конкретной временной, национальной, культурной ситуации. «В наше время, - пишет философ, - всякий образованный человек осознает нелепость самой постановки вопроса о том, каково вообще наилучшее общественное устройство. Такого государственного устройства, которое было бы для всех всегда и везде наилучшим, вообще не существует: можно, разумеется, ставить вопрос о наилучшем государственном устройстве для данной страны в данную эпоху, и, ставя этот вопрос для различных стран, мы, понятное дело, придем не к одному, а к множеству разнообразных решений»30.

Л.П. Карсавин, характеризуя наилучшую форму правления, обращал внимание на взаимодействие управляемых и управляющих в государстве.

Наилучшая организация государства, подчеркивал он, есть та, которая помогает руководящему слою естественно вырасти из народа; постоянно сотрудничать с народом, наконец, согласовывает влияние руководящего слоя, а через него и самого народа, с силами и инициативами реальной власти31.

П. Флоренский был убежден, что строй, существовавший в 30-е годы ХХ века в СССР, не достаточно учитывал ее конкретно-исторические особенности. Излишняя унификация, указывал он, нивелирует личную, социальную и национальную жизнь. Поэтому экономическая, культурная, образовательная сферы должны быть реформированы в сторону децентрализации. Это, по его мнению, обеспечит интенсивность развития и ликвидирует гнетущее единообразие. «Очень скучно, - писал он, - когда и в Керчи, среди греческих развалин, и в Мариуполе, овеянном воспоминаниями о Пушкине. везде видишь: нигде кроме как в Моссельпроме». Но это не только скучно»32. Мыслитель подчеркивал, что, поскольку отечественная промышленность выросла в отличных от Запада условиях, она не должна слепо копировать иностранные образцы, а должна ставить свои задачи и решать их своими средствами. Государство же призвано в совершенстве знать свои ресурсы и надежно защищать внутренний рынок от иностранной экспансии.

Итак, власть и государство у последователей философии всеединства имеют двойственную природу: земную и трансцендентную. Подлинная власть имеет духовные истоки. Она связана не с насилием, а с верой в авторитет или «призванность» властвующего, который выражает надгосударственные интересы искания «правды». Государство является положительным завоеванием цивилизации и великой ценностью. Оно отражает интересы всего общества как соборного лица, является защитной оболочкой бытия национальности, организует духовную жизнь общества и создает условия для нравственного развития граждан в свободе от эгоизма. Неизбежный элемент принудительности, существующий в государстве, не означает исключения духовной и материальной свободы человека. Юридически ограничивая права личности, само государство должно быть ограничено. Развитие государства происходит в тесной взаимосвязи с такими динамическими элементами политической сферы, как гражданское общество и личность.

Представления о природе власти и государства у В. Соловьёва и его последователей явились средством борьбы с либерально-индивидуалистическим и марксистским взглядами на сущность государства. Они прямо или косвенно полемизировали с марксистскими идеями классово-антагонистической интерпретации природы государства как аппарата насилия и с пониманием политической сферы исключительно как отражения экономических отношений.

В противоположность марксизму философы акцентировали надклассовую, объединяющую роль государства как выразителя интересов общества, как «соборного лица». Они выявили фундаментальность проблемы свободы человека и общества, как важнейших ориентиров деятельности государства. В противоположность формально-юридической интерпретации роли и назначения государства они развивали мысли о значении духовных основ власти и сакральных, христианских ориентиров государственной жизни. Либеральные подходы в понимании задач государства были синтезированы в философии всеединства с консервативным и религиозно-метафизическим элементом, что составило своеобразие подходов русских мыслителей.

1 Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988, Т. 2, С. 194.

2 Барулин В.С. Социальная философия. М., 2002, С. 148.

3 Трубецкой Е.Н. К характеристике учения Маркса и Энгельса о значении идей в истории // Проблемы идеализма: Сб. статей (1902). М., 2002, С. 56.

4 Булгаков С.Н. Свет Невечерний. Созерцания и умозрения. М., 1917, С. 395.

5 Флоренский П.А. Предполагаемое государственное устройство в будущем // Литературная учеба, 1991. Кн.3, С. 98.

6 Соловьёв В.С. Собрание сочинений / Под редакцией и с примечаниями С.М.Соловьёва, Э.Л.Радлова. 2-е изд. В 10 т. СПб., 1911-1914, Т.1У. С. 503.

7 Правда для С.Л.Франк, как и для всей философии всеединства, означает одновременно и «истину», и «моральное естественное право». Это не истина как теоретическая картина мира, а истина, которая совпадает с внутренней основой «подлинной», т.е. справедливой жизни, благодаря чему жизнь может быть освящена и спасена (см.: Франк С. Л. Русское мировоззрение // Духовные основы общества. М., 1992, С. 491-492).

8 Франк С.Л. Философские предпосылки деспотизма // Вопр. философии. 1992. № 3. С. 114.

9 Преодоление деспотизма для В.Соловьёва - важный этап нравственного взросления общества. «Вообще, для того, - пишет он, - чтобы возвыситься над принудительною формою общественной нравственности, дикое человечество должно пройти через неё, -чтобы перерасти деспотизм, оно должно пережить его» (Соловьёв В.С. Сочинения В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т.1. С. 305).

10 Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т. 1. С. 294. "Франк С.Л. Духовные основы общества. М., 1992. С. 137.

12 В. Соловьёв в «Оправдании добра» почти также описывает возникновение государства. Он пишет: «Вспомним, как обыкновенно зачинается государственность: превосходящий других личными силами вождь - военный или религиозный..., руководимый сознанием своего исторического призвания, а также личными побуждениями, собирает вокруг себя людей из различных родов, или колен, образуя с ними некоторое междуродовое ядро, вокруг которого затем добровольно или же принудительно собираются целые роды и племена, получая от вновь образовавшейся верховной власти законы и управление и теряя в большей или меньшей степени свою самостоятельность» (Соловьёв В.С. Сочинения В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т. 1. С. 384).

13 См.: Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т. 1. С. 461.

14 Франк С.Л. Духовные основы общества, С. 138.

15 Франк С.Л. Крушение кумиров. Соч., М. 1990. С. 130. 16Франк С.Л. Бе ргоШп^ // Вехи. Из глубины. М., 1991. С. 494. 17 Трубецкой Е.Н. Смысл жизни. М., 1994. С. 29.

18 Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права. СПб., 1998. С. 195. 19Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т. 1. С. 522.

20 Там же. С. 407.

21 Соловьёв В.С. Собрание сочинений / Под ред. и с примеч. С.М. Соловьёва, Э.Л. Радлова. 2-е изд. СПб. В 10 т., 1911-1914, Т.Ш. С. 411.

22 Флоренский П.А. Предполагаемое государственное устройство в будущем, С. 104.

23 Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988. Т.1. С. 454.

24 Соловьёв В.С. Там же. С. 448.

25 Булгаков С.Н. Труды по социологии и теологии. В 2 Т., М., 1997. Т.2. С. 537.

26 Жуков В.Н. Русская философия права: естественно-правовая школа первой половины ХХ века. М., 2001. С. 215-216.

27 Флоренский П.А. Предполагаемое государственное устройство в будущем. С. 108.

28 Карсавин Л.П. Государство и кризис демократии // Новый мир, 1991, № 1. С. 192-193.

29 См.: Франк С.Л. Духовные основы общества. С. 104 - 105.

30 Трубецкой Е.Н. Лекции по энциклопедии права. С. 66.

31 См.: Карсавин Л.П. Государство и кризис демократии. С. 192.

32 Флоренский ПА. Предполагаемое государственное устройство в будущем. С. 98.

О.В. КОЗЛОВА

Ярославская государственная медицинская академия

В.С.СОЛОВЬЁВ ОБ ИСТИННОМ ХРИСТИАНСТВЕ КАК ИСТОЧНИКЕ СОЦИАЛЬНОЙ ГАРМОНИИ

Поставлена весьма непростая задача - проанализировать христианскую концепцию великого русского религиозного мыслителя Владимира Сергеевича Соловьёва. Во все времена проблема существования добра и зла в мире, их соотношения волновала умы философов. Предлагались различные комбинации их обоснования, интерпретации, экстраполяции в сферу социальной организации и упорядочивания межличностных отношений. Владимир Соловьёв представил свой, весьма оригинальный, вариант моральной философии как того основания, на котором только и может воздвигаться всё здание человеческого общежития и человеческого благополучия и процветания. У В.С.Соловьёва моральная философия становится сначала метафизикой истины и добра, а затем и их онтологией. Осознание этого предполагает и особое отношение человека к миру и самому себе. Именно в уподоблении Христу Владимир Соловьёв видит для человечества единственный путь совершенствования, освобождения от зла, а следовательно, и спасения.

The author of this article takes a rather difficult task - to analyze the Christian conception of the great Russian religious thinker Vladimir Sergeevich Solovyov. In all times the problem of the existence of good and evil in the world, their correlation, disturbed the minds of philosophers. They offered different combinations of their basement, interpretation, extrapolation in the sphere of social organization and regulation of interpersonal relations. Vladimir Solovyov represented his own, quite original, variant of the moral philosophy as the foundation, on which all the constructions of the human community and human wellness and prosperity can be built. Solovyov's moral philosophy first becomes the metaphysics of good and truth and then their ontology. The awareness of it suggests a specific relation of human being to the world and to