Идеологическая константность права

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ИСТОРИИ

Идеологическая константность права

ЧЕРНОБЕЛЬ Генрих Трофимович, кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник отдела теории законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации

117218, Россия, г. Москва, ул. Большая Черемушкинская, 34

E-mail: theory@izak.ru

Статья посвящена изучению вопроса идеологии, а именно: правовой идеологии, политической идеологии и их взаимосвязи. На развитие общественных отношений влияют научные истоки идеологии, их выверенность с научной точки зрения и научная ценность. Автор указывает на то, что правовая идеология — это ключ к пониманию права как универсального регулятивного феномена в системе общественных отношений и ее значение заключается в правовом государстве, закрепляемом конституционно. С целью показать глубину влияния на правовой менталитет российского народа изменений законодательства приведено этимологическое значение понятий «милиция» и «полиция». Автор приходит к выводу, согласно которому Конституция представляет собой учредительный документ — это официальная идеология, в основе которой сконцентрированы идеи, базовые принципы, нормативы родового значения, легализующие «тональность» действующего законодательства, государственного управления. В настоящее время назрела потребность в выработке стратегической правовой идеологии, направленной на идеологическую сплоченность российских граждан, формирующих демократическое правовое государство.

Ключевые слова: идеология, общественное сознание, полиция, правовое государство, правовые идеалы, философия права.

Ideological Constancy of Law

G. T. CHERNOBEL, candidate of legal sciences

The Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation

34, Bolshaya Cheremushkinskaya st., Moscow, Russia, 117218

E-mail: theory@izak.ru

The article is devoted to reviewing the issue of ideology — legal ideology, political ideology, and their interrelationship. The development of social relationships is influenced by the theoretical origins of ideology, their scientific adjustment and value. The author points out that legal ideology is the key to understanding the law as a universal regulatory phenomenon in the system of social relations and its importance is in the legal state which is recognized constitutionally. The author gives etymological meaning of "militia" and "police" in order to show how deeply the amendments of law have influenced Russian mentality. The author comes to the conclusion that the Constitution is the founding document — the official ideology, based on the ideas, basic principles, standards of generic value which legalize the "tonality" of existing legislation and public administration. At the present moment there is a need to develop a strategic legal ideology aimed the ideological unity of Russian citizens forming a democratic legal state.

Keywords: ideology, social mentality, police, legal state, legal ideals, philosophy of law.

DOI: 10.12737/17639

Понятие идеологии. Идеология — духовный фундамент человеческого бытия, определяющий его многознач-

ную судьбоносную константу. Человеческая мысль как нетленный измеритель всего и вся конструирует этот

фундамент. Вся духовная жизнь человечества насквозь идеологична. Как говорил Дж. Ст. Милль, общество людей — не стадо баранов. Можно вспомнить и слова П. Я. Чаадаева: «Собраться в кучу, вместе пастись как бараны — это еще не значит "жить в обществе". Без идеологии живут только животные, птицы и растения».

Мысль человеческая управляет, формирует духовный климат в системе общественных отношений (П. Валери: «Мысль — это жизнь»). Человеческий разум является решающим фактором всех человеческих действий, всего исторического развития. Посредством просвещения, воспитания волевых действий человека социальные ценности (материальные и духовные) включаются в человеческую жизнь, определяют ее нормативный потенциал, императивную платформу.

К сожалению, современное человечество заблудилось в идеологическом лабиринте. Сам термин «идеология» извращен, ассоциируется, как правило, с понятием политики. Дошло до того, что слово «идеология» стало восприниматься как нечто деструктивное, порочное, предлагается «уйти от идеологии». Образно говоря, над Россией повис идеологический туман (Р. Рождественский: «время запутанное, время запуганное, время беспутное») — признак идеологического безвременья.

Однако не всех гипнотизирует этот «идеологический туман». «Страна без идеологии, — как заметил академик Г. В. Осипов, — это человек без мыслей». Постулируется, что идеологический вакуум недопустим в системе общественных отношений, многие реалии современной действительности требуют многоуровневого идеологического осмысления, необходим идеологический ренессанс. «Тезис о том, что на Западе нет идеологии — это предельная глупость и обман. Она есть и... действует безотказно»1.

1 Решетников М. М. Идеи и психозы // Литературная газета. 2014. № 30.

Введением в научный оборот понятия «идеология» мы обязаны французскому философу Антуану Луи Клоду Дестюту де Траси (1754— 1836), опубликовавшему в 1798 г. философский труд «Мемуар о способности мышления», который вышел в 1801 г. под названием «Элементы идеологии». Ученый обосновал семантику соответствующего термина («идеология») «для обозначения науки, имеющей предметом изучения идеи, их свойства, законы, отношения со знаками, которые их пред-ставляют»2. При разработке этой науки он испытал определенное влияние французских философов, таких как Пьер Жан Жорж Кабанис (1757— 1808), прославившийся своим философским трудом «Отношения между физическою и нравственною природою человека» (Т. 1—2. СПб., 1865— 1866), и Этьен Бонно де Кондильяк (1715—1780), труд которого «Опыт о происхождении человеческих знаний» сыграл важную роль в становлении французского Просвещения. Кондильяк обосновал значение познавательных способностей человека, идей в развитии понятий и принципов, занимался проблемой «равновесия» в системе общественных отношений. В дореволюционной философской литературе предложенное Д. де Траси понятие идеологии как науки разделялось3.

Многоаспектная, интересная дискуссия о понятии идеологии состоялась в 2009 г. в Центре проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования при Отделении общественных наук РАН, в которой участвовали представители правовой мысли (В. Б. Исаков, Н. М. Казанцев и др.). Обращалось внимание на значение идеологии как особой формы общественного сознания, как духовного феномена, играющего важ-

2 Иванова А. С. Начала «идеологии». Ан-туан Дестют де Траси и его наука об идеях // Вопросы философии. 2013. № 8. С. 146.

3 См.: Радлов Э. Л. Философский словарь. М., 1913. С. 245—246.

ную роль в становлении и развитии системы общественных отношений4.

Общим недостатком современных научных толкований понятия идеологии является весьма абстрактная интерпретация идеологии как таковой, недостаточное внимание к ее видовой, функциональной конкретизации. Человеческая жизнь — это не абстрактные, а достаточно определенные конкретные реалии. Поэтому в системе общественных отношений нет абстрактной идеологии. Идеология всегда конкретна, что определяет метасмысловой, парадигматический характер этого феномена, выполняющего чрезвычайно важные регулятивные функции, включающие познавательно-оценочные, мо-тивационные и нормативные компоненты, необходимость которых диктуется человеческими потребностями, интересами. Действие этих регулятивных компонентов неодинаково на разных этапах исторического развития, обусловлено уровнем духовного развития той или иной эпохи, сложившимися общественными традициями, обычаями, прогностическим опытом, интеллектуальной широтой и глубиной человеческого мировоззрения, соотношением индивидуального, группового и общенародного (общенационального) сознания, научно-теоретического, профессионального и обыденного сознания, доверием к регулятивным принципам, определяющим ме-танормативность волевых решений.

Идеология — это система определенных понятий, убеждений, представлений, идей, идеалов, художественных образов, научных теорий, вырабатываемых общественным сознанием, обладающих определенной силой внушения и имеющих познавательно-оценочное, мотивационное, нормативное значение в регулировании общественных отношений.

В человеческом мышлении все начинается с понятий, познаватель-

4 См.: Материалы постоянно действующе-

го научного семинара. Вып. 3. М., 2009.

ная ценность которых заключается в том, что они логически обобщенно отражают общие, существенные свойства, связи и отношения явлений действительности на основе ее определенного (обыденного или научного) восприятия. Каждому понятию соответствует определенная идея как мысль нечто постигающая — интеллектуально или чувственно — с определенной целью, определенным замыслом. Система тех или иных идей рождает идеологию. Одни идеи функционируют столетиями, другие девальвируются, выбрасываются за борт после тех или иных столкновений с действительностью. Большое значение имеют взаимовлияние, взаимодействие, преемственность идей, способствующих их эволюционному развитию.

Содержание и вектор идей детерминированы уровнем, характером общественных отношений, выражающихся всегда в определенных идеях, объединяющих людей. Как писал К. Маркс, идеи «которые овладевают нашей мыслью, подчиняют себе наши убеждения и к которым разум приковывает нашу совесть, — это узы, из которых нельзя вырваться... это демоны, которых человек может победить, лишь подчинившись им»5.

Чрезвычайно важно, кто и как проводит в жизнь ту или иную идею, каковы ее исполнители. На идеях основана вся человеческая цивилизация. Знаменитый французский психолог, социолог и историк Г. Лебон (1841— 1931) в книге «Психология народов и масс» посвятил особую главу роли идей в развитии цивилизации. Настоящие революции для народа, — писал ученый, — «это те, которые касаются его мысли». Подчеркивалось, что «не во власти людей остановить ход идей, когда они уже проникли в душу; тогда нужно, чтобы их эволюция завершилась. Защитниками их чаще всего являются те, которые намечены их первыми жертвами... Что-

5 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 118.

бы народы могли освободиться из-под ига какой-нибудь идеи, нужны века или насильственные революции, а иногда и то, и другое»6.

Духовная значимость идей заключается в том, что они формируют общественные идеалы как мысленные представления потенциальной перспективы, образцового (идеал как модель должного) развития, совершенствования определенной деятельности, определенных отношений, что мобилизует людей, стимулирует их жизненную активность. Прочная вера в идеал определяет их достижение в той или иной практической деятельности. В системе нравственных отношений, например, в качестве главного синтезирующего идеала выступает принцип справедливости, дополненный в системе правовых отношений принципом правовой свободы, без которой, как постулировал М. А. Бакунин, не может быть человеческой справедли-вости7.

Существовало и существует множество концепций правовых идеалов общественного устройства, выступающих в качестве критериев оценки правовой действительности. В современный период, как известно, особую актуальность приобретают концепции идеала демократического правового государства, всемирного правового порядка в условиях утвердившихся национально-правовых традиций, иные концепции, связанные с реализацией универсальных правовых принципов подлинной демократии (правовая свобода, пра-

6 Лебон Г. Психология народов и масс. СПб., 1995. С. 117.

7 См.: Бакунин М. А. Философия. Социо-

логия. Политика. М., 1989. С. 21. Бакунин, кстати, мечтая о создании системы человеческой справедливости, в качестве одного из идеалов общественного устройства выдвигал идею создания великой Славянской федерации, которая ретроспективно заставля-

ет задуматься в контексте современных общественных процессов, развивающихся неоднозначно, деструктивно.

вовое равенство, правовая справедливость и т. д.).

Поиск идеала — процесс динамичный (под влиянием тех или иных факторов объективного и субъективного порядка идеалы меняются), весьма сложный. Известно, например, влияние гуманистических идеалов Декларации независимости 1776 г., Декларации прав человека и гражданина 1789 г. (уважение к правам человека, его достоинству независимо от происхождения, имущественного положения; суверенитет народа, его право на свержение деспотических правящих режимов; ценностные правовые установки в сфере культуры и т. д.), выработка которых потребовала особых человеческих усилий. Тормозят общественное развитие идеалы сомнительные, утопические, ложные, базирующиеся на зле (В. С. Соловьев), враждебные естественным потребностям и интересам человека, несбыточные по тем или иным причинам.

В становлении и развитии системы общественных отношений большое значение имеет то, каковы научные истоки идеологии, насколько она выверена с научной точки зрения, какова ее научная ценность. Всякая идеологическая парадигма должна иметь определенную научную основу, что опережающе обеспечивает необходимую степень непредвзятой, объективной обобщенности идеологических ингредиентов, их конструктивную функциональную система-тизированность, концептуальные обоснования, достаточно осмысленную логическую сбалансированность на базе ценностных опытных и теоретических знаний.

В научной идеологии важно не то, что есть в действительности, а то, что должно быть. Степень объективности, семантической правильности динамического отражения прикладных человеческих потребностей, интересов8 определяет степень науч-

8 Верным является следующее замечание: «Любят делить науку на фундаменталь-

ности конкретной идеологии, практический «дух» ее научного рационализма.

В многоступенчатой познавательной деятельности много социального вреда приносят: отсутствие мировоззренческого реализма; объективность, окрашенная тем или иным субъективизмом; внереальная, наивная, отвлеченная логика, которая, по справедливому замечанию Ф. М. Достоевского, «неприложима к человечеству»9; не опирающаяся на какой-либо социальный опыт пустая интуиция; игнорирование критериев оценочного анализа, логических обоснований, выводов в процессе научного познания действительности, требующего для своего последовательного движения выдержанной, цельной системной логики; конъюнктурное следование бюрократическим официальным инструкциям, плодящее положения принудительной значимости, пагубные по своим последствиям в ходе их практической реализации; излишества автономной научной специализации, не согласующейся с потребностями научного синтеза; неправильная обо-значенность исследуемых научных проблем.

Каждый тип идеологии (античный, средневековый, азиатский, европейский, капиталистический, социалистический) имеет свое специфическое содержание, свои виды, функции, отражающие природу данного конкретного общества, его парадигматическую составляющую. Основными видами идеологии выступают мифология, религия, нравственность, искусство, право, философия. Каждый из этих видов име-

ную и прикладную, а в действительности вся наука — прикладная, различие состоит только в том, что практическое приложение в одних случаях возникает быстро, тогда как в других — через столетия» (Алферов Ж. От философии выживания — к философии развития // Советская Россия. 2013. 18 июля).

9 Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. Т. 5. С. 78.

ет свою историю, формы проявления, свои основополагающие категории, выражающие самые общие, наиболее существенные стороны явлений действительности, динамику и преемственность их непосредственных или опосредованных функциональных взаимосвязей и взаимоотношений. Тот или иной вид идеологии оказывает определенное влияние на развитие других видов идеологии, испытывает, в свою очередь, их обратное влияние. Взаимовлияние различных видов идеологии может трансформироваться в их определенный функциональный синтез (например, нравственность и право). Каждый вид идеологии, построенный на научной основе, имеет широкие возможности всестороннего, всеохватного обобщенного осмысления действительности, ее ценностной (реальной или потенциальной) фактуры, ее закономерностей в контексте существующих общественных потребностей, интересов.

Идеологические ингредиенты права. Правовая идеология как определенная система правовых понятий, взглядов, убеждений, представлений, идей, идеалов, научных концепций, теорий имеет особую значимость в системе духовных ценностей. Уже в античную эпоху (Сократ, Платон, Аристотель и др.) исходные правовые аксиомы связывались с духовной природой человека. Г. В. Ф. Гегель правовые законы характеризовал как «мысленные определения», Ш.-Л. Монтескьё говорил о законе как о «человеческом разуме». О духовном смысле, духовной ценности права много писал И. А. Ильин, опираясь на теорию здорового, нормального пра-восознания10. О праве как духовном феномене заговорили в современном отечественном правоведении11.

10 См., например: Ильин И. А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 81—89; Ильин И. А. Религиозный смысл философии. М., 2006. С. 285.

11 См., например: Буховец А. А. Идеологическая функция государства: автореф. дис. ...

Все семантически-ингредиентное поле правового мышления как самого практического мышления детерминировано общественными потребностями, интересами, предопределяющими его идеологический код, что так важно для правильной организации правовой жизни, реального обеспечения прав человека, создания здорового нормативизма. Правовая идеология — это ключ к пониманию права как универсального регулятивного феномена в системе общественных отношений. Кодовое значение правовой идеологии заключено в основополагающих иерархических принципах права (общеправовых, межотраслевых, отраслевых), в правовом государстве закрепляемых конституционно.

Ценностная регулятивная значимость принципов права заключается в том, что в них содержатся идеологическая парадигма права, идея его верховенства, справедливости, концептуально обеспечивающие рациональную композиционную структуру правовой деятельности на всех ее уровнях, интегральную системность и эффективность государственного управления, однозначное толкование действующих норм права в ходе правоприменительной деятельности, необходимую сбалансированность в механизме действия права, единое правовое пространство, мо-тивационную основу правомерного человеческого поведения, здоровое развитие правового менталитета народа, правовую культуру. Верховенство права — степень правовой идеологии.

Правовая идеология — это философия права, философия правового

канд. юрид. наук. М., 2002; Сорокин В. В. Понятие и сущность права в духовной культуре России. М., 2007. «Право, — подчеркивает Н. М. Казанцев, — создается народом, достигшим высшей степени духовности...» (Казанцев Н. М. Идеология права государству или идеология государства праву? // Общественные науки и современность. 2010. № 1. С. 48).

государства, имеющая свою принципиальную логику, вскрывающая духовные истоки верховенства права, органически связанные с категориями нравственности12, оценочно детерминирующие содержание нормативно-правовых регуляторов, их разумность, культивирующие правовые чувства человека, его правовую психологию, обосновывающие правовую целесообразность того или иного вектора самобытного общественного развития, гарантирующие нормальное течение человеческой жизни.

Исторически функциональная трагедия права — в его тотальной эксплуатации государством как политической надстройкой, в котором право, говоря словами писателя Д. Л. Быкова, выступает как некая «казуистическая условность», в котором существуют вымышленные институциональные ценности, легитимизированные политическими средствами, вымышленные права человека, в котором народ не является источником власти. Право — это не явление тех или иных политических манипуляций. Это явление правовой жизни. Правовое государство опирается только на право, все управленческие механизмы его (государства) нормативно легитимизируются правовыми средствами в соответствии с утвердившейся, конституционно закрепленной правовой идеологией, отражающей объективные, реальные общественные потребности, интересы.

Правовое государство, явившееся «на смену полицейского государства» (Г. Ф. Шершеневич), имеет развитую правовую идеологию, именуемую государственной идеологией. Однако не надо забывать, что сами эти понятия («правовая идеология»

12 См.: Соловьев В. Право и нравственность. СПб., 1899. См. также: Казанский П. Я. Право и нравственность как явления всемирной культуры. СПб., 1902; Мишина И. Д. Нравственные ценности в праве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999.

и «государственная идеология») как таковые нетождественны. Идеология правового государства, где верховной управляющей волей является правовая воля народа, и идеология полицейского государства, в выработке которой решающую роль играет так называемая политическая воля, мнящая себя верховной и подчиняющая себе всю систему правотворческой и правоприменительной деятельности, воспринимающая человека как некое средство использования при реализации тех или иных политических целей, задач, — это не одно и то же.

К сожалению, корневые основы правового мышления, общественного правосознания, правовой «науки управления», общей правовой культуры в России не сложились, отсутствуют. Наши представления о праве как социальном феномене большой идеологической значимости имеют весьма туманный характер. Многие проблемные узлы теории правового государства с учетом всех сложностей современного общественного развития отечественным правоведением не охвачены13. Недостает полноценной, подлинно научной философии права, которую, как постулировал Г. Ф. Шершеневич, нельзя отрывать от правоведения. Правоведение, писал он, как всякая иная наука «не может обойтись без философского элемента», вырастающего «из самого правоведения...»14. Теоретическая матрица отечественного правоведения за некоторым исключением покрыта конформизмом, конъюнктурщиной, порой просто циничным политическим лакейством. Здесь уместно вспомнить слова К. Маркса: юристы — «самый консервативный слой общества». Ученые указывают на то, что теория права как таковая «долж-

13 См.: Раянов Ф. М. Теория правового государства нуждается в модернизации // Право и государство: теория и практика. 2010. № 4.

14 Шершеневич Г. Ф. Общая теория пра-

ва. М., 1911. С. 19, 43 и след.

на составлять достаточно обособленную область»15, и с этим надо согласиться. Недостает самобытного правового мышления. Мы не научились правильно, достойным образом обращаться даже с самими правовыми понятиями. Все делаем с оглядкой на западный опыт, не считаясь с правовым менталитетом народа, примером чему служит, в частности, Закон о полиции, принятый Государственной Думой послушно, поспешно, без учета общественного мнения.

С точки зрения ценностного значения охранно-защитных функций правового государства в отношении человеческой личности, ее индивидуальных свобод семантическая легитимность названного Закона вызывает определенные сомнения. Отвергая идею государственности, стоящей выше личности, идею государственной вседозволенности в становлении и развитии общественных отношений, наши псевдолибералы тем не менее сводят правосубъектность нашего государства к функциям, которые не украшают его. Поскольку мы, юристы, не сумели юридически обосновать нецелесообразность принятия этого Закона, вспомним известного филолога Л. И. Скворцова с его лингвистическими аргументами против введения в отечественный речевой обиход термина «полиция» вместо термина «милиция», семантически обозначающими содержание указанных понятий.

Отмечается, что существует объективный закон сохранения этимологической памяти того или иного слова. В русском языке слово «милиция» традиционно употребляется в двух основных значениях: 1) административное учреждение, в ведении которого находится охрана общественного порядка, государственной и другой собственности, безопасности граждан и их имущества; 2) вре-

15 Кольев А. Н. Нация и государство. Теория консервативной реконструкции. М., 2005. С. 109.

менное или земское войско, ополчение, народная рать (В. И. Даль) — устаревшее значение. Исторически слово «милиция» происходит от лат. militia — «военная служба», «войско», в русский литературный язык попало, очевидно, через французское milicie или через польское milicija. Юридически термин «милиция» в нашей стране был закреплен Декретом СНК от 28 октября (10 ноября) 1917 г. Что касается слова «полиция», в России оно появилось в начале XVIII в. и непосредственно восходит к немецкому polizei (от лат. politia — государство, государственное устройство).

По своей исторической семантике слово «милиция» связано с охраной прав граждан, борьбой с преступностью, хищениями собственности и т. п.; слово «полиция» (надзор за внешним порядком; исправа — В. И. Даль) связано с сохранением государственного строя, режима государственного правления, его общей безопасностью (царская охрана в императорской России). В «Новейшем большом толковом словаре русского языка» (СПб.; М., 2008) о милиции говорится: «В СССР и в России после 1991 г.: государственный орган для охраны общественного порядка и безопасности граждан, ведущий борьбу с преступностью и правонарушениями» (с. 542). Там же о полиции: «В России до 1917 г. и некоторых других странах: система особых органов надзора и принуждения, располагающая вооруженными отрядами для охраны существующего строя и порядка» (с. 903).

Институт полиции наибольшее развитие получил в Средневековье, особенно в условиях полицейского государства времен абсолютной монархии. С наступлением буржуазной эпохи полиция была усовершенствована, явилась политическим оплотом буржуазного государства16. Учреж-

16 См.: Роберт фон Моль. Наука полиции

по началам юридического государства. Пер.

с нем. СПб., 1871.

денная Петром I в 1718 г., в России полиция делилась на общую полицию, следившую за государственным порядком, и политическую (жандармерия и проч.). Существовали специальные службы полиции: дворцовая, портовая, ярмарочная и др. Полицейские управления в городах возглавлялись полицмейстерами; имелись также участковые приставы (надзиратели) и околоточные (городовые постовые), которых в народе называли фараонами (В. И. Ленин: «Царское самодержавие есть самодержавие полиции»).

Л. И. Скворцов отмечает, что можно сказать: «народная милиция», но вряд ли скажем «народная полиция« — это противоречит и духу языка, и сложившимся устойчивым коннотациям. Точно так же возможна и понятна «полицейщина» (полицейский режим, полицейское правление), но нет и не может быть «милицейщины» (или милицейского режима, милицейского правления). В период Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. на временно оккупированной территории страны появилось слово «полицай» — «резкое, как бы, слово-приговор, слово-клеймо для предателя, изменника Родины, как оценка того, кто пошел в услужение оккупантам, стал их прихвостнем и прихлебателем, врагом своего народа». А теперь решили называть полицейскими и полицаями «тех, кто охраняет покой наших граждан, кто денно и нощно несет свою трудную и по-настоящему героическую службу, нередко рискуя собственной жизнью...». Подчеркивается, что сам наш язык против такого «переименования», семантически не согласующегося с понятием демократического государства. Понятие милиции «в общественном языковом сознании связано с заботой властей, государства о благополучии, покое и охране личных прав и свобод граждан», понятие же полиции «навсегда соединилось в нашем общественном сознании с антидемократической политикой государства, с отторжени-

ем народа от власти, ее представите-лей»17. Думается, следует согласиться с филологом, с его аргументами.

Необходима правовая реидеологизация всех сторон общественного бытия, всех сфер правовых отношений на базе основополагающих парадигматических принципов юридической науки18, без чего невозможны искоренение правового невежества (рождающего столько общественных бед), выработка правовых критериев легитимизации системы государственного управления, определение четкой, ясной идеологической парадигмы развития общественных отношений, построение подлинно демократического правового государства, полноценное развитие правовой цивилизации России. Когда Н. А. Бердяев постулировал, что правовое государство — «вещь очень относительная», свои сомнения он связывал с действием ложных политических идеалов, политических форм правления, нормативно закрепляемых лживыми конституциями19.

Известна роль действующей Конституции России в деидеологизации правовых отношений, закрепившая положение, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной» (ч. 2 ст. 13). Выработалась «аллергия» к идее государственной идеологии, сам термин «государственная идеология» вычеркнут из правового лексикона. Однако большая часть научной общественности не признает «идеологию отсутствия идеологии». Попытка построить общество без идеологии не оправдалась. Всякие разговоры об идеологическом вакууме в России не соответствуют действительности. Конституционно государственная идеология запрещена,

17 Скворцов Л. И в названии дело тоже! // Литературная газета. 2014. № 27.

18 О функциях юридической науки см.: Сырых В. М. История и методология юридической науки. М., 2012. Гл. 7.

19 См.: Бердяев Н. Философия неравенства. М., 1990. С. 155.

но де-факто она существует. Конституция как учредительный документ любого государства — это официальная идеология, в которой заключен концентрат определенных идей, постулатов, базовых принципов, нормативов родового значения, парадигматически легализующих «тональность» действующего законодательства, систему государственного управления, его инфраструктуру. Выполняя свои идеологические функции, конституция отражает определенное мировоззрение, правовое сознание. «Установки конституции, закрепленные в них положения ориентируют поведение граждан, их восприятие окружающего, их оценки, воспитывают их в соответствии с теми принципами, которые провозглашены в конституции»20.

Внеидеологических государственных систем не бывает по определению. Деидеологизированное государство — это нонсенс, абсурд. М. А. Рейснер характеризовал государство как определенную идеологию, изучая его идеологические истоки21. Каждая система государственного управления имеет свои идеологические устои. Без идеологической основы не может существовать ни одно общество. Идеологический беспредел гибелен для общества.

Разумеется, нельзя абсолютизировать конституционный фактор при определении государственной правовой идеологии. «Вера в конституцию — жалкая вера, — писал Н. А. Бердяев. — Конституции можно устраивать согласно требованиям исторического дня, но верить в них — бессмысленно»22. Иными словами, важно то, насколько верно в конституции государства закреплена его правовая идеология, правиль-

20 Хабриева Т. Я., Чиркин В. Е. Теория современной конституции. М., 2005. С. 59, 60, 62 и след.

21 См.: Рейснер М. А. Государство. Ч. I: Идеология и метод. М., 1918.

22 Бердяев Н. Указ. соч. С. 155.

но ли отражает она объективные правовые потребности, интересы общества, какова правовая легитимность самой конституции, которая в силу тех или иных причин может быть недостаточно легитимной, лжелегитимной или вовсе нелегитимной, насколько она свободна («свободная конституция») от неправовой политической воли, ее произвола.

В основе правового государства должна быть не политическая, а правовая идеология, отражающая объективные правовые потребности, интересы народа, нации, общества в целом, т. е. общенародная правовая идеология, определяющая системность государственного правового управления, его функции. Правовое государство как правовой идеал — это не политическая категория, с которой мы никак не можем расстаться. Привыкли говорить: «решает политическая воля». В правовом государстве все решает не политическая, а правовая воля самого народа или его легитимных представителей.

Правовое государство — это инструмент для решения правовых проблем в системе общественных отношений. Поэтому, когда мы говорим о государственной идеологии правового государства, следовательно, мы говорим о правовой идеологии. Успешно функционировать, развиваться, совершенствоваться правовое государство может только в правовом поле (как черное не может быть белым и наоборот, так и правовое не может быть политическим, а политическое — правовым) на базе соответствующей правовой идеологии.

Верно констатируется, что «идеологии, которая могла бы претендовать на роль ведущей, общенациональной, — такой идеологии в современной России не существует». Подчеркивается, что национальная идеология России «должна формироваться на собственной, а не заемной основе, вобрав при этом из мирового и отечественного (включая советский период) опыта все то, что

отвечает современным реальностям нашей страны»23.

Выработке полномасштабной, идейно последовательной правовой идеологии в России не способствует рожденная нашими псевдолибералами так называемая либертар-ная концепция права, которая есть не что иное, как антропоцентрист-ская точка зрения, абсолютизирующая социальную ценность человека как биологического индивида вне его общественной составляющей, ставящей во главу угла принцип общего блага, оптимальную сбалансированность общих и личных интересов в системе общественных отношений. Концепция эта исходит из приоритета личности перед обществом и государством, личной свободы, основной акцент делая на естественные, неотчуждаемые права человека. При этом подчеркивается значение автономии личности, ее независимости от государства в гражданском обществе24.

Справедлив постулат: политика «либеральных реформаторов» 1990-х гг. «была варварской и безответственной в своей основе»25. Утвердившаяся в указанные годы модель общественного развития на базе псевдолиберального фундаментализма отвергается большинством российских граждан. Развитое правосознание не приемлет «либерализм», дебилизирующий, демора-лизирующий народ, культивирующий сверхкорыстные, эгоистические мотивы общественного поведения, приоритет личности перед обществом (породившим само понятие человеческой личности и без которого эта личность как таковая не могла бы существовать), делающий тотальным мерилом достоинства личности

23 Философия: учебник для вузов / под общ. ред. В. В. Миронова. М., 2005. С. 800—801.

24 См.: Хабриева Т. Я., Чиркин В. Е. Указ. соч. С. 137.

25 См.: Отбросить всякую политику и стать просто патриотом // Литературная газета. 2014. № 38.

деньги, частную собственность на землю «священной коровой» (вопреки библейской этике), воровской рынок — главнокомандующим в сфере экономических отношений, нагло спекулирующий понятием свободы.

Правовая социализация современных российских граждан нуждается в существенных парадигматических коррективах, пока их (граждан) отчуждение от правящей официальной власти не зашло слишком далеко, накапливая энергию правомерного гражданского протеста. Назрела острая потребность в выработ-

ке стратегической правовой идеологии, которая отвечала бы цивилиза-ционным вызовам современности, прогрессивным человеческим традициям, позволяла бы идеологически сплотить российских граждан. Без такой идеологии не может быть дееспособного гражданского общества, подлинно демократического правового государства, специфической чертой которого является его ответственность перед личностью26.

26 См.: Власенко Н. А. Теория государства и права. М., 2009. С. 95.

Библиографический список

Алферов Ж. От философии выживания — к философии развития // Советская Россия. 2013. 18 июля.

Бакунин М. А. Философия. Социология. Политика. М., 1989. Бердяев Н. Философия неравенства. М., 1990.

Буховец А. А. Идеологическая функция государства: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002.

Власенко Н. А. Теория государства и права. М., 2009. Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. Т. 5.

Иванова А. С. Начала «идеологии». Антуан Дестют де Траси и его наука об идеях // Вопросы философии. 2013. № 8.

Ильин И. А. О сущности правосознания. М., 1993. Ильин И. А. Религиозный смысл философии. М., 2006.

Казанский П. Я. Право и нравственность как явления всемирной культуры. СПб., 1902. Казанцев Н. М. Идеология права государству или идеология государства праву? // Общественные науки и современность. 2010. № 1.

Кольев А. Н. Нация и государство. Теория консервативной реконструкции. М., 2005. Лебон Г. Психология народов и масс. СПб., 1995. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1.

Материалы постоянно действующего научного семинара. Вып. 3. М., 2009. Мишина И. Д. Нравственные ценности в праве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999.

Отбросить всякую политику и стать просто патриотом // Литературная газета. 2014. № 38. Радлов Э. Л. Философский словарь. М., 1913.

Раянов Ф. М. Теория правового государства нуждается в модернизации // Право и государство: теория и практика. 2010.

Рейснер М. А. Государство. Ч. I: Идеология и метод. М., 1918. Решетников М. М. Идеи и психозы // Литературная газета. 2014. № 30. Роберт фон Моль. Наука полиции по началам юридического государства. Пер. с нем. СПб., 1871.

Скворцов Л. И в названии дело тоже! // Литературная газета. 2014. № 27. Соловьев В. Право и нравственность. СПб., 1899.

Сорокин В. В. Понятие и сущность права в духовной культуре России. М., 2007. Сырых В. М. История и методология юридической науки. М., 2012. Гл. 7. Философия: учебник для вузов / под общ. ред. В. В. Миронова. М., 2005. Хабриева Т. Я., Чиркин В. Е. Теория современной конституции. М., 2005. Шершеневич Г. Ф. Общая теория права. М., 1911.