Коммуникации как способ сопряжения частного и общественного пространства… или конструктивизм без границ

Хронотоп

Коммуникации как способ сопряжения частного и общественного пространства... или конструктивизм без границ

Джанджугазова Е.А.

Автор статьи, оперируя понятиями «пространства» и «времени», открывает своеобразное диалоговое окно в эпоху советского авангарда, создавшего новый революционный стиль - конструктивизм. Памятники архитектуры советского конструктивизма предлагается рассматривать как талантливо выстроенные коммуникации, доносящие революционные идеи пластическим языком архитектуры.

Based on the "space" and "time" terms, the author presents some kind of a dialogue in the era of the Soviet avant-garde that created the new revolutionary style - constructivism. It is suggested to consider the architectural monuments of the Soviet constructivism as finely built communications, bringing the revolutionary ideas by the plastic language of architecture.

Ключевые слова: коммуникации, общественное пространство, язык

архитектуры, конструктивизм.

Keywords: communications, public space, the language of architecture,

constructivism.

Современные коммуникации принято определять преимущественно глаголами: связывать, сообщать, передавать, воздействовать и, наконец, сопрягать. Сопряжение как взаимосвязь чего-либо с чем-либо предполагает совмещение воедино нескольких объектов или явлений, по типу соединения деталей в единую конструкцию, при котором одна деталь частично или полностью входит в другую. Картина современного мира сложна и многообразна, суть ее можно выразить языком науки, культуры, искусства, политики, современных технологий и многими другими языками,

121

позволяющими ощутить реальность и динамичность окружающего нас пространства. В этой связи «язык архитектуры», выступающий как система материальной организации пространства, характеризуется типичными свойствами пространства: прерывности и непрерывности, доступности и обособленности, изотропности и однородности.

Язык архитектуры - это язык осмысления пространства, который понятен далеко не каждому, но зрительное созерцание архитектурных форм доступно абсолютно всем людям, что подтверждает огромную степень коммуникативности архитектурных форм и их исключительное влияние на процессы восприятия информации об окружающем нас мире. Работая над образом, формой, ритмом и композицией, люди научились организовывать вокруг себя пространство и, чередуя наполненность и пустоту, сформировали полезную для жизни предметную среду.

Еще в III в. до н.э. в Древнем Китае говорилось: «Пробивают двери и окна, чтобы сделать дом, но пользование домом зависит от пустоты в нем».

Полезное для жизни пространство делилось на зоны, или как бы маркировалось, выделялось пространство внутреннее и внешнее, частное или общее. Созданная в дальнейшем система архитектурных знаков-символов наполнила пространство реальными смыслами, читаемыми как интересный и понятный текст. Обращение к архитектурной стилистике предполагает своеобразный диалог, в котором архитектурные формы и детали свободно повествуют о своем времени, создавая образы эпохи. Размышляя о них, мы как бы погружаемся в заданное время и пространство через внезапно открывшееся «диалоговое окно».

Привычно оперируя понятиями «пространства» и «времени», мы попробуем открыть своеобразное диалоговое окно в эпоху советского авангарда, создавшего новый революционный стиль, названный

конструктивизмом.

122

«Конструктивизм - это организация»

Так определил это авангардистское направление в художественном творчестве родоначальник конструктивизма Владимир Татлин. Конструктивизм - пожалуй, оригинальнейшее явление советского искусства 1920-30-х годов. Основоположники этого революционного метода смело выдвинули задачу «переконструировать» пространство через создание ясных и лаконичных форм. При этом смело отвергалось прошлое и настоящее, только будущее стало достойной целью борцов за новую эстетику. Новое сознание конструктивистов выдвигало и новые ориентиры:

- развитие индустрии и техники, способствующее созданию новых материалов и технологий, позволяющих изобретать новые конструкции, создаваемые за пределами возможности привычных материалов;

- стремление к экспериментальному познанию в противовес подражанию природе;

- желание сделать искусство ближе к реальной жизни, превратив художественную деятельность в активное созидание нового социального пространства через создание новых полезных предметов;

Основными руководящими принципами новых творцов будущего стали хорошо известные, но интерпретированные понятия: «тектоника» - способ использования промышленных материалов для общественных нужд, «конструкция» - организация всех работ с материалами и «фактура» -сознательное управление ими.

Конструктивисты отрицали традиции в искусстве, подчеркивая его пассивность в отражении действительности. Сам же конструктивизм представлялся как активная сила, способная стремительно войти во все области человеческой жизни, разрушив изнутри мещанские устои,

123

организовав новые формы бытия для воспитания нового человека, так сказать, «человека конструктивного» (Gomo constructions).

Человек конструктивный признает, что потенциальным схематическим сгустком, или так называемым, «эмбрионом содержания», становится материал, обработанный таким образом, чтобы впоследствии стать ядром всей конструкции. Конструкция, в свою очередь, содержит в себе некие конструэмы, каждая из которых, являясь законченной формой, приносит себя в жертву стойкости главной конструктивной основы. [4]

Современный город стал экспериментальной площадкой конструктивистов, пытающихся сломать традиционное представление о социальном пространстве, которое казалось им усеченным и не рационально обустроенным. В их понимании частное пространство превалировало над общим посредством нагромождения преград в виде отдельных помещений, стен и заборов. Только общее пространство - открытое, сообщающееся и лаконичное, по их мнению, имело право на жизнь.

Архитектурные принципы конструктивизма были сформулированы архитекторами: братьями Весниными, Матвеем Гинсбургом, Борисом Иофаном, Константином Мельниковым, Ле Корбюзье и др.

Конструктивизм предлагал не только новые материалы и конструктивные решения зданий, он закладывал основы новой урбанистики, включая нетрадиционные приемы планировок городской среды, новаторские принципы расселения, новый взгляд на типизацию общественных зданий и обустройство жилища. Дворцы труда, Дома Советов, рабочие клубы, фабрики-кухни, дома-коммуны должны были освободить нового человека от мелкобуржуазной мишуры частнособственнических интересов, замкнутых на отдельной личности и отвлекающих от интересов коллектива.

Конструктивизм как «река без берегов»

124

Общественное и частное в советском конструктивизме было четко обозначено формами и масштабами. Первое было величественно и многозначно, а второе - строго утилитарно и суперлаконично.

Эталоном представлений об общественном пространстве явилось первое творение конструктивизма в Советской России - проект Дворца труда в Москве, созданный братьями Весниными в 1922-23-х годах. Грандиозный архитектурный комплекс по замыслу создателей должен был сочетать в себе функции Дома Советов, Дворца съездов, театра, Дома культуры, горкома партии, музея, столовой и т. п.

Этот «флагман новой жизни» планировали построить на участке, который сейчас занимает гостиница «Москва»1. В нем были предусмотрены залы заседаний, концертные залы, кабинеты, гостиничные номера, обсерватория, радиостанция, площадки для аэропланов и многое другое. Все это впечатляющее великолепие должно было всех ошеломить масштабами будущего коммунистического бытия - великого и светлого.

1В настоящее время «Four Seasons Hotel Moscow»

125

Москва. Конкурсный проект Дворца труда, 1923 г. Братья Веснины (3-я премия). Перспектива, план [5]

Частное же, напротив, было простым и конструктивно выдержанным, т.е. способным, как маленькая, но ладная деталь, войти в конструкцию гигантского общественного пространства. Примером этого видения можно считать проект однокомнатной ячейки для «семейного коллектива» архитекторов М.Гинбурга, М.Барща, М.Охитовича (1929г.).

По замыслу авторов все сегменты общественного пространства должны были находиться за пределами жилища. В частности, приготовление пищи, процесс еды, обучение, досуг, спорт и прочие занятия - все, кроме сна, выносятся в общественные пространства. В самом жилище остаются только спальные места (койки). Фактически жилище - это уже не дом в привычном понимании, а скорее, общежитие или рабочая казарма, но она максимально функциональна и экономична. Главное, что человек отлучен от собственности, так отвлекающей его от важного общего дела - построения светлого будущего!

126

М. О. Барщ, М. Я. Гинзбург, М. А. Охитович и др. Проект однокомнатной ячейки для «семейного коллектива». 1929 г.

Сегодня, созерцая эти радикальные образцы конструктивистского мышления, искренне радуешься, что они остались разве что на бумаге в качестве несостоявшихся проектов. Такой бескрайний простор фантазии был отвергнут, и поток конструктивистских идей был направлен в четко обозначенное русло, а потом он постепенно и совсем иссяк. Говорят, что И.В.Сталин, вождь всех времен и народов, изрядно устал от этих много выражающих образцов советского авангарда и предпочел им спокойные, но величественные классические формы. Вместе с тем тревожная и как бы нервно пульсирующая эстетика конструктивизма послала всем нам очень ясный месседж, раскрывающий максималистский настрой революционной эпохи, названной великим Ле Корбюзье «пластической страстью».

И к счастью, и к сожалению одновременно, мы не остались равнодушными к реальным конструктивистским проектам, сохранившимся на архитектурном ландшафте Москвы. Самые выразительные из них - здание современного Росстата Ле Корбюзье и Дом Наркомфина Моисея Гинсбурга. Эти знаменитые конструктивистские проекты имеют разную судьбу: один

127

благополучен, а другой полузаброшен, но, несмотря на это, их коммуникативная значимость равноценна, так как они по-прежнему остаются важными конструктивистскими «метками» на улицах Москвы.

Здание Центросоюза (Росстата) Ле Корбюзье

Шарль Эдуард Ле Корбюзье - знаменитый французский архитектор, художник и дизайнер, хорошо известный в России как пионер современной архитектуры, придавший новаторский импульс градостроительной науке и практике. Железобетонные каркасы, крыши-террасы, плоские стеклянные фасады, открытые опоры и свободные планировки внутреннего пространства - это все фирменный стиль Ле Корбюзье, подхваченный в дальнейшем целой армией архитекторов - новаторов.

Ле Корбюзье много и успешно проектировал и строил в Европе, США, Индии и Японии. Свои взгляды на развитие современной архитектуры он изложил в многочисленных научных изданиях, но главный его коммуникационный посыл состоял в том, что его сооружения сформировали новый язык современной архитектуры. Свой «пластический месседж» Корбюзье оставил и в России, построив абсолютно новаторское офисное здание в Москве на Мясницкой улице.

В 1928г. Ле Корбюзье принял участие в творческом конкурсе на возведение здания Наркомлегпрома (Дом Центросоюза), которое было возведено по его проекту в 1928-1933годах. Новое, совершенно уникальное здание фактически продемонстрировало нестандартные решения в области формирования общественного пространства большого столичного офиса.

Конечно, Ле Корбюзье как известный мастер привез в Москву собственные идеи и концептуальные решения, но под воздействием общения с бомондом советского авангарда - Таировым, Мейерхольдом, Эйзенштейном, братьями Весниными, Гинсбургом и Мельниковым - он творчески переосмыслил их и сделал очень смелый, оригинальный проект.

128

Идея проекта здания Центросоюза возникла у властей на излете НЭПа, во время активного формирования кооперативного движения, которое, по замыслу советских идеологов, должно было повсеместно перерасти в новую социалистическую экономику. По этой идеологической причине степень важности постройки была высокой, а место, выбранное для строительства, значимым, ведь Мясницкая - это исторический центр столицы.

К слову, дом Наркомфина М.Гинсбурга и здание Центросоюза Ле Корбюзье строились фактически одновременно, и, хотя с практической точки зрения они решали разные задачи, подход к их решению был единым -использование нестандартных новаторских подходов в формировании внутреннего пространства зданий. Так здание Центросоюза впервые стало офисным зданием со сплошным остеклением фасада. Гигантские стеклянные поверхности, горизонтальная крыша, красно-коричневая облицовка из туфа, открытые стойки - опоры, формирующие свободные проходы - все это как нельзя лучше передавало новую концепцию формирования общественного делового пространства. Эти новаторские приемы были объединены «Пятью ключевыми принципами» новой архитектуры, которые стали важными ориентирами для молодых архитекторов: столбы-опоры, крыши-террасы, свободная планировка, ленточные окна и свободный фасад. Все они в отдельности использовались архитекторами, но объединить их единой концепцией удалось только Ле Корбюзье.

В офисном комплексе зданий Центросоюза было предусмотрено 3500 рабочих мест, большой конференц-зал, выделенный отдельным конструктивным блоком, клубные помещения, читальный зал, ресторан и многое другое. Вместе с тем значительная часть пространства была открыта. В частности, просторный вестибюль на первом этаже с открытыми лестницами и пандусами между этажами - именно это и подчеркивало модернистский подход Ле Корбюзье к решению поставленной задачи. Следует также отметить, что Корбюзье в 1930-50-г годы построил по всему миру целую серию зданий, где отчетливо повторяется его фирменный стиль.

129

Здание Центросоюза в Москве, министерство здравоохранения в Рио-де -Жанейро, «Швейцарский павильон» в Париже, здание секретариата ООН в Нью-Йорке - все они олицетворяют «интернациональный» стиль Ле Корбюзье, вошедший в моду в середине ХХ столетия. Их символьная ценность так высока, что, возможно, в скором времени они войдут в список всемирного наследия ЮНЕСКО.

Единственное здание, построенное по проекту Ле Корбюзье в Москве, сегодня качественно отреставрировано и достойно дополняет обновленную Мясницкую улицу, благодаря чему она, несмотря на свой «почтенный возраст», выглядит очень современно. А совсем недавно в октябре 2015г. на ней был установлен памятник Ле Корбюзье, представляющий собой фигуру архитектора, как бы задумчиво изучающего чертежи какого-то нового проекта. Памятник интересный, неординарный, а главное, он гармонично вписался в очень насыщенное пространство исторического центра столицы. На его открытии глава Российского фонда мира Л.Слуцкий справедливо отметил, что памятник великому французскому архитектору - это наш ответ на европейские санкции. Россия, несмотря ни на что, остается дружественной и открытой страной!

Проект здания Наркомлегпрома (Дом Центросоюза), архитектор Ле Корбюзье

130

Дом Центросоюза, Москва. 1940-60е г. г.

131

Принципы новой архитектуры, воплощенные Ле Корбюзье

Дом Наркомфина М. Гинсбурга

132

Проблема проектирования жилых домов занимала практически всех архитекторов-новаторов. В 1920-е годы возникло множество предложений по организации домов-коммун, многие из них и сегодня поражают воображение крайне «левыми» вариантами организации пространства жилых помещений. Так, например, архитектор Н.Кузьмин довел идею общественного быта почти до абсурда, когда вся конструкция жилища было подстроена под жесткую регламентацию жизненных процессов и раздельное проживание всех возрастных групп.

В проектах жилья Кузьмина не предусматривалось даже коммунальных ячеек, старики, старухи, взрослые, как холостые, так и женатые, живут отдельно, дети разделены по возрастам и тоже живут отдельно от взрослых. Не делалось исключения даже для беременных женщин, их также помещали в общее жилье. Разрешалось временное проживание «мужа» и «жены», да и то только в воспроизводственных целях. Все-таки в этом «коммунистическом раю» кто-то должен был работать, а следовательно, процесс воспроизводства населения оставался важным.

Жизнь рабочего человека хронометрировалась до минуты: сон - 8 часов; подъем в 6 часов, гимнастика - 5 мин., умывание - 10 мин., душ - 5 мин., одевание - 5 мин., путь в столовую - 3 мин. и т.д. Затем работа, общественно-полезные занятия, самообразование и пр., отбой в 22 ч.

Знакомясь сегодня с этими нормативами советского быта, испытываешь облегчение, что такое «светлое будущее» не наступило и советские люди отвоевали себе право жить хоть и в малогабаритном, но все-таки отдельном жилье. Как показала практика, Россию не раз испытывали на приверженность к традиционным и в.т.ч. семейным ценностям. Конечно, радикалы всех мастей старались, но разрушить личное пространство людей так и не смогли!

Все конструктивистские проекты тех лет, как крайне «левые», так и умеренные, декларировали жесткий минимализм и отрицали изолирование

133

семьи, а жилая квартира рассматривалась как некое спальное помещение, которое можно превратить и в место для дневного пребывания. Среди архитекторов, проектирующих жилье нового типа, самым успешным стал Моисей Гинсбург, создавший проект знаменитого дома на Новинском бульваре в Москве. Сам проект, включая строительство объекта, был осуществлен в 1928-1930годах. Дом состоял из двух корпусов: жилого с индивидуальными квартирами и общественного, которые были связаны между собой крытым переходом. По замыслу архитектора, жильцы попадают в свои квартиры через длинные коридоры, освещенные через горизонтальные ленты окон. Сам коммунальный корпус представлял собой четырехэтажный замкнутый куб, поставленный под углом к жилому корпусу.

Дом-коммуна был рассчитан на 50 семей (200 человек) и был задуман как проект переходного типа. Предполагалось, что семьи постепенно будут вживаться в канву современного быта, т.е. предусматривались как радикальные, так и умеренные варианты организации жилого пространства. На трех нижних этажах жилого корпуса располагались более просторные квартиры, предназначенные для семей с традиционными представлениями о ведении домашнего хозяйства, а верхние три этажа предназначались для семей, предпочитающих общественный быт, их квартиры были меньше по площади, что успешно компенсировалось хорошо организованным общественным бытовым обслуживанием. Разный тип квартир давал возможность экспериментировать с пространством. Применялась разная высота для функциональных зон жилого помещения, таким образом, удалось четко обозначить отдельные функциональные сегменты жилья. Так,

например, для сна в квартире было организовано пространство в виде «спальной ниши». К тому же малогабаритные квартиры вообще не имели кухонь, был только «кухонный элемент», внешне напоминавший шкаф, в котором размещалась плита и полки для кухонной утвари. В такой «кухне» полноценно готовить пищу вообще не предполагалось, можно было только разогревать готовое из общепита, обычно из фабрики-кухни. Конечно, жить в

134

таких «шкафах» и «нишах» обычному человеку было не очень удобно, но жилья в 1930-40-е годы катастрофически не хватало, и потому дома -коммуны пользовались большой популярностью у новоселов. Дом на Новинском бульваре, построенный в 1930 г. по проекту архитекторов М.Гинсбурга и И.Минилиса для сотрудников народного комиссариата по финансам СССР (Наркомфина), в настоящее время является памятником архитектуры и значимым объектом культурного наследия.

В его стенах жили десятки выдающихся деятелей, науки, техники и культуры: нарком финансов Н.А Милютин, нарком юстиции Н.В.Крыленко, нарком здравоохранения Н.А.Семашко, знаменитый врач А.А.Вишневский, живописец А.А.Дейнеко и многие другие. Дом был как бы насквозь пропитан новаторским духом, уникальными оказались даже явные недоработки. Так квартира наркома Милютина была размещена на крыше здания в отсеке, предназначенном для вентиляции, но оборудование не закупили из-за нехватки средств, а двухуровневую квартиру для чиновника сделали, и она стала первым советским «пентхаусом»! Однако, несмотря на уникальную символьную ценность здания, его нынешняя судьба очень печальна. Дом давно расселен и, к сожалению, полузаброшен. По каким-то неведомым причинам, вопреки здравому смыслу и гражданской совести часть помещений выкуплена, и вот уже более десяти лет ведутся бесконечные разговоры о возможной реконструкции дома Наркомфина. Давно бьет в набат и Юнеско, включив Дом Наркомфина М.Гинсбурга в топ-лист «100 главных зданий мира, которым грозит уничтожение», но воз и ныне там!

135

ДОМ СОТРУДНИКОВ НАРКОМФИНА

Дом Наркомфина М.Гинсбурга, воплощение смелой идеи

136

Знаменитые жилые ячейки- главные элементы коммунального быта

Тяжелая судьба знаменитого дома [6]

137

В наши дни дома-коммуны с их строго регламентированным общественным бытом кажутся нам далекими утопиями. Эти так называемые «лаборатории коммунизма», главной задачей которых было созидание «нового человека», стали настоящими опытными площадками, так как архитектуре во всеобщем революционном процессе отводилась исключительно важная роль. Именно язык архитектуры, по мнению идеологов коммунизма, должен был сформировать у людей

коммунистическую ментальность. Однако процессы радикального обновления человеческого сознания забуксовали, а коммунальные дома остались как важные свидетели того бурного революционного времени в истории нашего отечества.

Романтика архитектуры

... Снятся людям иногда голубые города, у которых названия нет...

Архитектура - всегда модная тема. Ее актуальность и привлекательность во многом навеяны романтикой конструктивизма, идеи которого были отчасти возрождены при строительстве в советский период новых городов в экстремальных условиях. Тему большой архитектуры раскрывает культовый фильм «Любить человека» (1972г.) знаменитого советского режиссера Сергея Герасимова. Фильм, посвященный молодым архитекторам, строящим новые экспериментальные города в вечной мерзлоте, стал одним из элементов отраслевого кинематографического триптиха Герасимова, включившего три в чем-то похожие, но вполне самодостаточные киноленты: «У озера», «Журналист» и «Любить человека».

Хотя сюжет фильма построен на биографическом материале - судьбе известного архитектора Александра Щипкова и главным образом посвящен проблеме личных отношений. Киноклассик С. Герасимов не стал замыкаться в узких рамках мелодрамы. В его картине есть и живой профессиональный спор между архитекторами разных поколений, сатирическая анимация об истории архитектуры и даже рассказ известного архитектора Льва Соколова,

138

комментирующего документальный фильм о монументальном искусстве Мексики. В нем предельно реалистичным языком документалистики рассказывается о легендарных мексиканских художниках Альфаро Сикейросе и Диего Ривере. При этом мятежный дух конструктивизма как нельзя точно подчеркивает панно Риверы «Человек на распутье», олицетворяющее сопоставление коммунизма и капитализма.

Фреска Диего Риверы « Человек, управляющего Вселенной».

Фреска, созданная по заказу Рокфеллеровского Центра в Нью-Йорке, была уничтожена после того, когда Ривера отказался заменить изображение Ленина, но была воссоздана в Мексике и в обновленном виде, олицетворяющем «Человека, управляющего Вселенной». Энергия идейной борьбы в творчестве темпераментных мексиканцев была так сильна, что, казалось, она прорывается даже через киноэкран, подчеркивая важность и доходчивость языка архитектурных форм.

Натурные съемки фильма включали презентацию ключевых идей обустройства общественного пространства экспериментальных московских новостроек конца 1960-х и проекты строящихся новых городов в Заполярье, бросающих вызов всесильной природе. В них мы видим все тот же минимализм, максимальную логику конструкций, продуманные эргономичные формы и новейшие экспериментальные материалы, ставшие

139

результатом смелых технологических экспериментов в области химии полимеров.

Вместе с тем, размышляя о роли и значении советского авангарда, как бы заново оцениваешь воплощенные и забытые конструктивистские проекты, и ловишь себя на мысли, что они не стареют, по-прежнему оставаясь смелыми и современными! В чем же секрет их неиссякаемой энергии новизны? Наверное, в упрямой дерзости отрицания, которая сродни плаванию «без руля и без ветрил»... Всегда очень опасной, но такой манящей и щекочущей нервы.

P.S. Конструктивизм не забыт и сегодня, благодаря талантливо выстроенным коммуникациям, доносящим его идеи пластическим языком архитектуры.

Литература

1. Гутнов А., Глазычев В. Мир Архитектуры: Лицо города.- М.: Молодая гвардия. 1990. С.350.

2. Иванова Е.К., Кацнельсон Р.А. Улица Чайковского, 25:

Путеводитель. — М.: Московский рабочий, 1986. с. 47.

3. Ле Корбюзье. Архитектура XX века. Изд. Прогресс, 1977. с. 303.

4. http://aptechka.holm.ru/statyi/teoriya/manifest/constructivism1.html

5. http://arx.novosibdom.ru/node/2411

6. http://sovmodernism.liveiournal.com/3406.html (дата обращения:

25.10.2015)

140