История анализа теории цены производства К. Маркса в экономической литературе (1894-1957. Гг. )

история анализа теории цены производства к. Маркса в экономической литературе

Г.В. Борисов,

доцент кафедры истории экономики и экономической мысли экономического факультета Санкт-Петербургского государственного университета,

кандидат экономических наук bgvspb@yandex.ru

В статье рассматривается история анализа марксистской проблемы превращения трудовых стоимостей в цены производства в течение периода после издания IIIт. «Капитала» и до публикации работы Ф. Сетона в 1957 г. Анализируются критические аргументы, выдвинутые Е. Бем-Баверком в адрес марксовой концепции превращения, изучается вклад Л. фон Борткевича, Дж. Винтерница, Р. Мика, Ф. Сетона в анализ рассматриваемой проблемы. Критически анализируется концепция исторического превращения стоимостей в цены производства.

Ключевые слова: марксизм, история экономической мысли, трудовая теория стоимости, превращение стоимостей в цены производства, историческое превращение

УДК 330.867; ББК 65.02

Прошло уже более ста лет с момента публикации схемы превращения трудовых стоимостей в цены производства в III т. «Капитала» в 1894 г., тем не менее, интерес исследователей к этой проблеме до сих пор не уменьшается. На протяжении всего этого времени появилось огромное количество работ, в которых рассматривался процесс превращения. Проблема превращения стоимостей в цены производства нашла отражение в творчестве крупнейших экономистов XX в., как марксистской ориентации, так и сторонников других направлений экономического анализа. Можно согласиться с известным марксистом М. Дезай в том, что существует немного проблем в экономической теории, которые продолжают активно изучаться даже спустя сто лет после их появления1.

В истории анализа марксистской теории цены производства можно выделить несколько четко ограниченных этапов. Данная работа посвящена анализу первого этапа в изучении этой марксистской концепции, который продолжался после издания III тома «Капитала» до 1957 г., когда были полностью сформулированы важные выводы, оказавшие самое непосредственное влияние на дальнейший анализ проблемы.

Как известно, трудовая теория стоимости была сформулирована Марксом в I томе «Капитала». Согласно этой теории, стоимость товара определяется количеством абстрактного общественно необходимого труда, затраченного при его производстве. Однако из трудовой теории стоимости следовало то, что нормы прибыли в отраслях с различным органическим строением капитала будут не одинаковы. Данный вывод противоречил общепринятой концепции выравнивания нормы прибыли, в которой принималось, что если отраслевые нормы прибыли различаются, то капиталы начинают покидать отрасли с относительно низкой нормой прибыли и поступать в отрасли с относительно высокой нормой прибыли. Объемы производства и цены в отраслях начинают меняться и этот процесс будет происходить до тех пор пока нормы прибыли во всех отраслях не выравняются.

Для того чтобы устранить противоречие между механизмом выравнивания нормы прибыли и трудовой теорией стоимости, Марксу пришлось отказаться от идеи создания схемы ценообразования на основе трудовой стоимости. Уже в I томе «Капитала» Маркс предупредил читателя, что средние рыночные цены отклоняются от стоимостей2. В предисловии к первому изданию

II тома Ф. Энгельс отмечает, что проблема формирования средней нормы прибыли будет решена Марксом в III томе3. Начиная с 1885 по 1894, появился целый ряд работ, посвященных разгадке соотношения между средней нормой прибыли и законом стоимости, однако, по мнению Энгельса, никто из них не приблизился к сути проблемы4.

Предложенный Марксом механизм превращения трудовых стоимостей в цены производства основывался на том, что обмен товаров в капиталистической экономике осуществляется не по трудовым стоимостям, а по ценам производства, которые позволяют компенсировать затраты, понесенные капиталистом, и по-

лучить среднюю норму прибыли на вложенный капитал. Однако несмотря на то, что продажа происходит по ценам производства, трудовые стоимости не теряют значимости для процесса ценообразования. По Марксу процесс создания трудовой стоимости лежит в основе процесса образования цен производства, так как выполняются два условия, в соответствии с которыми, во-первых, сумма трудовых стоимостей товаров равна сумме их цен производства и, во-вторых, сумма прибавочных стоимостей равна сумме прибылей.

В. Зомбарт и К. Шмидт были одними из первых экономистов, кто после выхода из печати III тома «Капитала» попытался осмыслить статус, который приобрела категория стоимости в свете утверждения Маркса о том, что цены производства систематически отклоняются от количества труда, использованного при производстве товара. Они предположили, что стоимость представляет собой чисто логическую конструкцию или гипотезу. При этом Шмидт признавал, что подобная гипотеза теоретически необходима5.

Энгельс уже в 1895 г. опровергает их интерпретацию, указывая на то, что стоимость имеет не только логическое, но и эмпирическое значение. Согласно позиции Энгельса, закон стоимости выполнялся на протяжении продолжительной эпохи простого товарного производства, начиная с возникновения обмена и заканчивая XV в. нашей эры. Энгельс утверждал, что в течение этого периода времени товары продавались по их трудовым стоимостям, т.к. производство товаров не основывалось на капиталистических методах ведения хозяйства и, следовательно, товаропроизводители не стремились к получению средней нормы прибыли6.

Мнение Энгельса стало отправной точкой для формирования так называемой концепции исторического превращения, в соответствии с которой обмен по стоимостям исторически предшествовал обмену по ценам производства, причем большая сложность ценообразования при втором типе обмена по сравнению с первым стала отражением большей сложности производственных отношений при капитализме по сравнению с общественными отношениями при простом товарном производстве. Таким образом, согласно взгляду Энгельса, несмотря на наличие постулированного Марксом стремления рыночных цен к ценам производства при капитализме, категория стоимости необходима для понимания сущности экономических явлений и на капиталистической стадии развития общества.

Точка зрения Энгельса согласуется с присутствующим в «Капитале» замечанием Маркса о том, что стоимости товаров не только теоретически, но и исторически предшествуют ценам производства7. Тем не менее, в работе «Теории прибавочной стоимости» Маркс отвергал взгляд, будто закон трудовой стоимости имел силу в период, предшествовавший развитию капитализма. Английскому экономисту Торренсу, стороннику этого взгляда, восходящему еще к А. Смиту, Маркс возражает указанием на то, что полное развитие товарного хозяйства и

присущих ему законов возможно только при капитализме, а не до его возникновения8.

Таким образом, если мнение Энгельса в отношении возможности исторического превращения сформулировано однозначно, то позиция Маркса осталась двусмысленной. Сомнение в том, что позиция Маркса соответствовала той, которую позже выразил Энгельс в форме концепции исторического превращения, высказывали различные ученые, в частности, советский исследователь марксизма И.И. Рубин и, позднее, некоторые представители западной науки9. Но у концепции исторического превращения были и явные сторонники, в числе которых можно отметить Р. Гильфердинга, Дж. Винтерница и др.10

Спор между сторонниками и противниками концепции исторического превращения далек от завершения и в настоящее время, однако, какой бы ни был результат, он не может быть аргументом в дискуссии о значимости категории стоимости для понимания капиталистического хозяйства. Эту мысль предельно ясно сформулировал Рубин, который писал, что исторический вопрос о том, обменивались ли товары до возникновения капитализма пропорционально трудовым затратам, должен быть отделен от вопроса о теоретическом значении учения о трудовой стоимости. Если бы первый вопрос был решен утвердительно, но вместе с тем объяснение капиталистического хозяйства не нуждалось бы в теории трудовой стоимости, мы могли бы смотреть на эту теорию как на историческое введение в политическую экономию, но не как на основной теоретический постулат политической экономии. Напротив, если бы исторический вопрос был решен отрицательно, но была бы доказана необходимость теории трудовой стоимости для теоретического осмысления явлений капиталистического хозяйства, она сохранила бы в теоретической экономии то почетное место, которое она занимает у Маркса11.

При условии, что алгоритм превращения стоимостей в цены производства, изложенный Марксом в девятой главе III тома «Капитала», был бы правильным, теория Маркса не нуждалась бы в подпорках в виде концепции исторического превращения. До появления работ Борткевича схему исторического превращения можно было рассматривать не более как дополнительный довод, подкрепляющий основную аргументацию Маркса и являющийся одной из демонстраций исторического метода анализа Маркса, в соответствии с которым все теоретические категории рассматривались в историческом развитии. После публикации работ Борткевича концепция исторического превращения не могла защитить теорию трудовой стоимости от критики.

Одной из первых работ, в которой марксовская теория была подвергнута широкомасштабному критическому анализу, была книга Е. Бем-Баверка «Теория Карла Маркса и ее критика» (1896), в которой известный представитель австрийской школы подвергнул сомнению нормативные предпосылки и методологию теории Маркса. Именно по той причине, что в центре критики оказались априорные положения, она, в основном, явилась манифестацией собственного видения Бем-Баверка предмета и метода экономики. Бем-Баверк признавал, что сам анализ Маркса отличается строгой последовательностью и логичностью. По его мнению, основной изъян марксистской теории состоял в неверных предпосылках, особенно, в постулате о том, что ценность создается трудом.

Отдавая должное аналитическим способностям Маркса, Бем-Баверк подчеркнул, что в логической структуре «Капитала» имеется бросающееся в глаза противоречие между стоимостным анализом I тома и ценовым подходом, появляющемся в

III томе. Согласно Бем-Баверку, это противоречие является закономерным следствием введения ложной посылки о том, что ценность создается трудом. Как писал Бем-Баверк, если после долгого анализа на протяжении двух томов вдруг возникает обыкновенная теория издержек производства, то это значит, что учение о трудовой стоимости провалилось. По мнению Бем-Ба-верка, задача закона стоимости состоит в определении обменных пропорций между отдельными товарами. Говорить о выполнении закона стоимости на уровне совокупного выпуска, как это делал Маркс, постулируя макроусловия, не имеет смысла12.

Отвечая Бем-Баверку в своей монографии «Очерки по теории стоимости Маркса», Рубин подчеркнул, что, несмотря на устойчивое отклонение рыночных цен от стоимостей, стоимостной анализ и в этих условиях не теряет своего теоретического значения. Стоимости являются основой для формирования цен производства, которые возникают в результате перераспределе-

ния вновь созданной стоимости между отраслями. По мнению Рубина, критики, усматривавшие противоречие между обоими томами «Капитала», исходили из узкого взгляда на теорию стоимости исключительно как на формулу количественных пропорций обмена товаров и упускали из виду, что количественная формула обмена товаров представляет собой только последний вывод из сложной теории, изучающей как социальную форму явлений стоимости, так и содержание этих явлений13.

Видный представитель австромарксизма Р. Гильфердинг, взявший на себя труд ответить Бем-Баверку и выступить в роли адвоката Маркса, справедливо отмечал, что твердо стоящий на своих убеждениях представитель совершенно иной школы, основанной на субъективистской и индивидуалистической методологии, каким был Бем-Баверк, обречен на непонимание теории, которая ставит своей целью вскрыть общественную обусловленность хозяйственных явлений и для которой поэтому исходным пунктом является общество, а не индивид14.

Действительно, анализ работы Бем-Баверка позволяет сделать вывод, что его критика в значительной мере проистекала из иного, по сравнению с Марксом, взгляда на экономику и определения основных понятий, например, понятия ценности. Как представитель маржиналистской школы, Бем-Баверк считал, что ценность является оценкой индивидуумов, видя в трудовой стоимости сплошное недоразумение и считая весь стоимостной анализ I тома ненужным и ошибочным дополнением к III тому. Можно с уверенностью утверждать, что главной причиной, по которой Бем-Баверк отклонил стоимостной анализ Маркса, была априорная убежденность в том, что исходные постулаты Маркса не верны. Бем-Баверк доказывал ошибочность аналитических предпосылок марксовой теории не путем оценки их обоснованности и соответствия реальности, а с помощью их простого отрицания на том основании, что существует иной набор предпосылок и методов, разделяемый им самим.

Однако можно выделить и еще одну важную причину критического отношения Бем-Баверка к теории Маркса. Анализируя «большое противоречие» марксистской теории, Бем-Баверк отметил, в том числе, и следующий методологический недостаток. В первых двух томах Маркс неизменно уклонялся от изучения психологии поведения субъектов экономики, пытаясь отталкиваться от объективных факторов, детерминирующих поступки субъектов. В III томе, при обсуждении механизма формирования средней нормы прибыли, Маркс фактически начинает использовать, в терминологии Бем-Баверка, психологический метод, объясняя выравнивание нормы прибыли перемещением прибавочной стоимости между подразделениями, конечной причиной которого является желание индивидуумов получать не меньший доход, чем у конкурентов. Если конкуренция определяет долгосрочный уровень прибыли, то почему другие экономические переменные — цены длительного периода, заработная плата — не подчиняются напрямую ее влиянию, выражающемуся в форме игры сил спроса и предложения? С точки зрения Бем-Баверка, методологическая ошибка Маркса состоит в том, что, учитывая мотивацию людей при рассмотрении одного из экономических процессов, он полностью ее игнорирует при анализе других аспектов экономической жизни. Научная интуиция подсказала Бем-Баверку, что вместе с концепцией цен производства в анализе Маркса появилось нечто совершенно чуждое духу той системы, которая была предложена читателю в I и II томах15.

Несомненно также и то, что, говоря о противоречии между стоимостным и ценностным подходами, Бем-Баверк не имел ввиду проблему перехода от одной системы учета к другой в той форме, в которой ее позже будут рассматривать Борткевич и его последователи. Так, по поводу одного из марксовских макроусловий превращения стоимостей в цены — равенства суммы цен сумме стоимостей — Бем-Баверк писал, что оно является тавтологией, т.е. выполняется всегда16. Однако дальнейшая история изучения проблемы превращения как раз состояла в поиске такой формулировки проблемы, при которой обеспечивалось бы выполнение обоих макроусловий. Когда Бем-Баверк писал свою работу, он просто не знал, что марксовский алгоритм превращения стоимостей в цены несостоятелен с аналитической точки зрения, поэтому его критика основывалась на рассмотрении методологических проблем и неубедительном отрицании предпосылок анализа как таковых.

Конец XIX — начало XX вв. ознаменовались получением важных результатов, касающихся возможности осуществления постулированного Марксом перехода от системы стоимостей к

системе цен производства. Сам Маркс в девятой главе III тома «Капитала» на простом числовом примере смог показать только возможность частичного превращения, когда в цены производства преобразуются стоимости выпущенной продукции в обоих подразделениях, а затраты постоянного и переменного капиталов учитываются по их трудовым стоимостям. Маркс осознавал, что для убедительного доказательства наличия однозначной взаимосвязи между стоимостями и ценами производства необходимо преобразовать в цены производства не только выпуски, но и затраты, но строгого решения задачи полного превращения стоимостей в цены производства дать не сумел.

Первой попыткой анализа превращения как выпусков, так и затрат можно считать работы У. Мюльфордта №. МиеЫрйо^), относящиеся к 1893 и 1895 гг., которые оставались неизвестными до 1989 г., когда исследователи М. Ховард и Дж. Кинг сделали их достоянием общественности. Согласно последним, Мюльфордт предложил решение, аналогичное тому, которое несколько лет спустя было дано Борткевичем17. Проблема превращения упоминается и в книге М.И. Туган-Барановского «Теоретические основы марксизма», изданной в 1905 г. В ней Туган-Барановский рассмотрел превращение как выпусков, так и затрат производства и выразил сомнение в обоснованности схемы превращения, предложенной Марксом, однако, строгий анализ проблемы у него отсутствовал18. Первое получившее широкую известность математическое решение проблемы полного превращения было дано Л. фон Борткевичем в 1906-1907 гг.19

Борткевич, как и Маркс, исходил из наличия двух систем учета выпуска продукции — в стоимостных и ценовых единицах, причем стоимостные величины являются первичными и изначально заданы. Борткевич рассматривал экономику, состоящую из трех подразделений, в первом из которых производятся средства производства, во втором — продукты, покупаемые на заработную плату, в третьем — товары роскоши. Последние Борткевич отождествлял с золотом. Пусть С,, /,, ,7 — соответственно, постоянный капитал, переменный капитал и стоимость продукции подразделения е — норма прибавочной стоимости, величина которой, как предполагал Маркс, одинакова во всех подразделениях; г — единая по экономике норма прибыли в ценовом пространстве; а. — коэффициент, показывающий, во сколько раз ценность продукции, выраженная в ценах производства (Р.), отличается от ее трудовой стоимости в подразделении I, т.е., а. = Р./ 2,.

Особенностью решения Борткевича является то, что оно сформулировано для ситуации простого воспроизводства. Как известно, Маркс анализировал случай простого воспроизводства во II томе, занимаясь изучением обращения капитала. Рассматривая проблему превращения, он не налагал подобные ограничения на свой анализ. В отличие от Маркса, Борткевич ограничивается анализом только случая простого воспроизводства, принимая, что величина выпуска первого подразделения равна суммарным затратам постоянного капитала во всех подразделениях, объем производства второго подразделения соответствует суммарным затратам переменного капитала в экономике, а величина выпуска третьего подразделения равна сумме прибавочной стоимости в экономике:

С + v1(1 + е) = 2 = с + с2 + с3, с2 + v2(1 + е) = 2, = / + /2 + /3,

Сз + /3

Принимается, что все переменные, входящие в систему (1), известны. Для перехода к ценам производства необходимо построить ценовые уравнения, обеспечивающие возникновение одинаковой нормы прибыли во всех подразделениях. При этом цена продукции 1-го подразделения отклонится от стоимости в а. раз:20

(а1С1 + а2^)(1 + г) = а1(С1 + С2 + С3),

(а1С2 + а2К)(1 + г) = а2(У1 + У2 + К3),

Так как величины постоянного и переменного капиталов, а также норма прибавочной стоимости для ценовой системы заданы извне, т.е. определены в рамках стоимостной системы, то неизвестными в системе цен являются коэффициенты

а, (,' = 1, ..., 3) и норма прибыли г, т.е. всего четыре неизвестные. Система (2) включает только три уравнения, поэтому для определения неизвестных требуется еще одно уравнение, выполняющее роль нормирующего условия. Вслед за Рикардо, Борт-

кевич принимает, что золото выполняет функцию неизменной меры ценности21. Отсюда возникает недостающее четвертое уравнение:

а3 = 1,

что позволяет определить все неизвестные.

Из использования условий простого воспроизводства, а также предпосылки (3) о том, что стоимость и цена производства товаров роскоши совпадает, следует, что сумма прибавочных стоимостей равна сумме прибылей в экономике. Действительно, стоимостная система (1) предполагает, что совокупная прибавочная стоимость равна стоимости продукции III подразделения. Одновременно, из условий простого воспроизводства, лежащих в основе ценовой системы (2), следует, что совокупная прибыль равна цене производства продукции III подразделения. Наконец, условие (3) обеспечивает равенство стоимости и цены производства продукции подразделения III. Таким образом, в решении Борткевича одно из макроусловий Маркса, требующее равенства между совокупной прибылью и совокупной прибавочной стоимостью, оказывается выполненным. Однако выполнение второго макроусловия — равенства суммы стоимостей сумме цен производства — не обеспечивается22.

После написания работ Борткевича в исследовании проблемы превращения стоимостей в цены в западной литературе наступил длительный перерыв23. Примером анализа указанной проблемы в советской научной литературе служат работы И.И. Рубина, в которой автор исходит из справедливости аналитического алгоритма превращения, предложенного Марксом, выдвигая достаточно убедительные аргументы в ответ на критику Бем-Баверка24. Только в 1942 г. П. Суизи в «Теории капиталистического развития» обсудил решение Борткевича25. Суизи, в частности, отметил, что при выполнении условий простого воспроизводства в исходной стоимостной системе превращение стоимостей в цены производства в соответствии со схемой, предложенной Марксом, приводит к возникновению системы цен, не совместимой с условиями простого воспроизводства. Суизи отмечал, что подобная ситуация с логической точки зрения не удовлетворительна26.

Книга Суизи послужила толчком для дальнейшей разработки проблемы. В 1948 г. выходит статья Дж. Винтерница, в которой предлагается решение, не основанное на предпосылке о наличии условий простого воспроизводства. Винтерниц отмечает, что метод превращения стоимостей в цены, использованный Борткевичем, основан на неоправданных и излишних предпосылках. Во-первых, предпосылка простого воспроизводства не соответствует сути проблемы, т.к. обычной ситуацией является расширенное воспроизводство, при котором имеются чистые инвестиции. Во-вторых, в результате принятия ненужной предпосылки о том, что продукция III подразделения служит неизменной мерой ценности, в решении Борткевича сумма цен отличается от суммы стоимостей27.

Количество подразделений и назначение производимой в них продукции в решении Винтерница остается таким же, как у Борткевича за исключением того, что Винтерниц не рассматривает товар, производимый в III подразделении, в качестве неизменной меры ценности. Исключая условия простого воспроизводства, Винтерниц получает систему стоимостных уравнений

С1 + / (1 + е) = 21 , I = 1,..., 3

Подобным образом возникает и система ценовых уравнений, которая может быть сведена к следующему виду:

Винтерниц принимает, что равенство суммы цен сумме стоимостей отвечает сути марксистской системы, и вводит в систему последнее четвертое уравнение, необходимое для определения четырех неизвестных:

21 + 22 + 23 = а1 21 + а2 22 + а3 23 28

Таким образом, решение Винтерница носит более общий характер по сравнению с вариантом Борткевича, поскольку оно распространяется на ситуацию расширенного воспроизводства. Кроме того, если в решении Борткевича равенство между общей прибылью и совокупной прибавочной стоимостью неявно предполагалось и вытекало из уравнений системы, то Винтерниц ввел в явной форме одно из макроусловий Маркса.

В 1956 г. Р. Мик в решении Винтерница вместо условия (5) использовал в явном виде равенство между совокупной при-

бавочной стоимостью и совокупной прибылью. При этом Мик утверждал, что для Маркса принципиальное значение имело не столько равенство между стоимостью и ценностью совокупного выпуска само по себе, сколько обоснование стоимостного происхождения прибыли. Формулируя равенство между стоимостью и ценностью совокупного выпуска в качестве условия превращения стоимостей в цены, Маркс, по мнению Мика, имел ввиду сохранение в процессе преобразования неизменным фундаментального отношения, определяющего величину прибыли, а именно, отношения стоимости (ценности) совокупного выпуска к стоимости (ценности) совокупного переменного капитала: + ^2 + + а 2 2 2 + а323

V + У2 + У3 а 2

По словам Мика, выполнение отношения (6) возможно, если органическое строение капитала во втором подразделении совпадает со средним органическим строением капитала по экономике29.

Мик открыто признал, что его аргументация не является полностью убедительной и постарался подкрепить ее обращением в той же статье к концепции исторического превращения. Однако, как указывалось выше, обосновать значение категории стоимости для объяснения работы капиталистической экономики с помощью концепции исторического превращения невозможно.

Так перед исследователями проявилась сущность проблемы: превращение стоимостей в цены можно провести с сохранением лишь одного из макроусловий, обозначенных Марксом. Присутствие в системе равенства между суммой цен и суммой стоимостей позволяет говорить о том, что трудовые стоимости являются первоисточником цен производства. Использование равенства между совокупной прибавочной стоимостью и суммарной прибылью дает основание утверждать, что прибыль возникает за счет эксплуатации труда. Но удовлетворить требованиям обоих макроусловий Маркса невозможно.

Выводы Винтерница были обобщены для случая п отраслей Ф. Сетоном в 1957 г. Решение Сетона основано на использовании методологии «затраты-выпуск» В. Леонтьева. В уравнениях цен Сетон использовал п*п матрицу Z = Ц ], элементы которой показывают выраженное в единицах трудовой стоимости количество продукции отрасли г, затраченной в отрасли ¡. Матрица Z известна заранее. Исходя из удобства алгебраического представления, Сетон определяет норму прибыли г как отношение прибыли к совокупной стоимости выпуска. Определяя 2 и аг так же, как в моделях Борткевича и Винтерница, получаем уравнения цен:

г11 а1 + г21 а2 + ... + г 1 а = (1 - г) 21а,

11 1 21 2 п1 п 1 1

а1 + г22 а2 + ... + гп2 ап = (1 - г) 22а2

а + а + ... + г а = (1 — г) 2 а ,

1п 1 2п 2 ппп п п •

Разделив каждое уравнение на соответствующее значение 2 и определив по аналогии с моделью «затраты-выпуск» коэффициенты удельных прямых затрат в стоимостных терминах а ^ = z¡/Z¡ , приводим уравнения к однородному виду:

[а„ - (1 - г)] а1 + а21 а2 + ... + ап1 ап = 0

2 а. + [а22 - (1 - г)] а2 + ... + а 2 а - 0

2 1 22 'J 2 n2 n

а1 а1 + а2 а2 + ... + [а - (1 - г)] а - 0.

1n 1 2n 2 nn n

Если А = (а ), а — вектор-столбец коэффициентов аг , Е — единичная матрица, то можно представить систему (7) в матричной форме:

[А' - (1 - г)Е]а = 0.

Так как а не может быть равен 0, то получаем условие, из которого можно определить норму прибыли:

det

В соответствии с выражением (8), норма прибыли определяется как функция известных удельных прямых затрат в стоимостных терминах. Полученное значение единой нормы прибыли г как функции коэффициентов а1 Сетон подставляет

в систему (7), которую можно решить относительно а. Так как уравнения, входящие в систему (7), являются линейно однородными по а, система будет иметь бесконечное множество решений для абсолютных значений а , однако, можно получить конечное решение для относительных «цен», или отношений а1/ап, а2/ап, ..., ап-1/ап30.

Чтобы определить абсолютные цены и завершить процедуру преобразования, необходимо дополнить систему условием инвариантности или нормализующим уравнением, задающим общий уровень цен. Можно, следуя за Борткевичем, сделать один из товаров счетной единицей, обладающей свойством неизменной меры ценности, приравняв соответствующий ему коэффициент аг = 1. Или использовать в качестве критерия инвариантности одно из макроусловий Маркса. Также можно взять любые другие выражения, накладывающие ограничения на значения переменных системы. Сетон приходит к выводу: из-за отсутствия объективного критерия для выбора условия инвариантности (нормализующего условия) при определении абсолютной величины цен, проблема превращения стоимостей в цены не имеет конечного решения31.

Результаты, полученные в работах Борткевича-Винтерница-Сетона, оказались обескураживающими, т.к. они свидетельствовали о том, что система ценовых уравнений может включать лишь одно из макроусловий Маркса, причем, не важно, какое именно. Следовательно, другое макроусловие не будет выполняться, что подвергает сомнению всю процедуру преобразования, предложенную Марксом. Действительно, если не выполняется равенство суммы стоимостей сумме цен, то это означает, что, по крайней мере, часть имеющейся в экономике ценности товаров возникла не в результате перераспределения стоимости и имеет не стоимостную природу. Последнее рождает вопросы относительно смысла использования категории стоимости в экономическом анализе.

Не выполнение другого макроусловия Маркса — равенства между совокупной прибылью и совокупной прибавочной стоимостью — будет говорить о том, что прибыль имеет нетрудовой источник. Подобный результат будет противоречить марксистской теории прибавочной стоимости. При любом выборе условия инвариантности нам придется пожертвовать одной из неотъемлемых составляющих доктрины Маркса.

Выводы, полученные исследователями и резюмированные Сетоном, явились разделительной линией в изучении проблемы превращения трудовых стоимостей в цены производства. На протяжении всего рассмотренного периода, начиная с издания III тома «Капитала» в 1894 г. и заканчивая публикацией статьи Сетона в 1957 г., усилия исследователей были направлены на то, чтобы как можно точнее реконструировать механизм превращения стоимостей в цены, не подвергая изменению значение и смысл марксовских понятий и концепций. Ученые старались понять, состоятелен ли механизм превращения в том виде, в каком он был сформулирован Марксом. Положительный результат означал бы то, что теория Маркса может развиваться, основываясь на оригинальных марксовских понятиях и концепциях. Однако результат был отрицательным. Последнее означало, что необходимо радикальное переосмысление основ теории.

Последующая история изучения проблемы превращения трудовых стоимостей в цены производства подтвердила этот тезис. Дальнейшие исследования в этой области предполагали отход от идей Маркса. Во-первых, сраффианцы и другие критически настроенные по отношению к марксизму экономисты обрушились на теорию Маркса с беспощадной критикой, пытаясь доказать бессодержательность стоимостного анализа. Во-вторых, возникло противоположное течение, сторонники которого настаивали на стохастическом характере взаимосвязей между явлениями в ценовом пространстве и объявляли ненаучной всю экономическую теорию, в которой зависимости между ценовыми переменными рассматриваются в виде детерминистических связей. В-третьих, появились несколько новых интерпретаций марксизма, в каждой из которых решение проблемы превращения было достигнуто за счет иной формулировки основополагающих концепций Маркса.

Литература

1. Baumol W. J. Leontief ’s Great Leap Forward: Beyond Quesnay, Marx and von Bortkiewicz. Economic Systems Research, Vol. 12, No. 2, 2000.

а

2. Bortkiewicz L. von. Value and Price in the Marxian System. International Economic Papers. No. 2. 1952.

3. Desai M. The Transformation Problem. Journal of Economic Surveys. Vol. 2. Issue 4. P. 296.

4. Meek R. L. Is There an «Historical Transformation Problem»? A Comment. The Economic Journal, Vol. 86, No. 342. (Jun., 1976).

5. Meek R. L. Some Notes on the «Transformation Problem». The Economic Journal, Vol. 66, No. 261. (Mar., 1956).

6. Morishima M., Catephores G. Is There an «Historical Transformation Problem»? The Economic Journal, Vol. 85, No. 338. (Jun.,

1975).

7. Ramos A. M. Value and Price of Production: New Evidence on Marx’s Transformation Procedure. International Journal of Political Economy. Vol. 28. Issue 4. Winter 1998-1999.

8. Seton F. The «Transformation Problem». The Review of Economic Studies, Vol. 24, No. 3. (Jun., 1957).

9. Sweezy P. M. The Theory of Capitalist Development. N.Y., 1956.

10. Winternitz J. Values and Prices: A Solution of the So-called Transformation Problem. The Economic Journal. Vol. 58. No. 230. (Jun., 1948).

11. Бем-Баверк Е. Теория Карла Маркса и ее критика. — СПб., 1897.

12. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. — М., 1994.

13. Гильфердинг Р. Бем-Баверк как критик Маркса. — М., 1923.

14. Маркс К. Капитал. Т. I-III. — М., 1978-88.

15. Маркс К. Теории прибавочной стоимости. Ч. III. В: К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2-е. Т. 26. Ч. III.

16. Рубин И.И. Очерки по теории стоимости Маркса. — М.-Л., 1930.

17. Туган-Барановский М.И. Теоретические основы марксизма. — М., 1918.

18. Энгельс Ф. Дополнения к третьему тому «Капитала» // Маркс К. Капитал. Т. III. — М., 1978.

1 Desai, Meghnad. The Transformation Problem. Journal of Economic Surveys. Vol. 2. Issue 4. P. 296.

2 К. Маркс. Капитал. Т. I. Гл. IV. М., 1988. С. 177. Сноска 37.

3 К. Маркс. Капитал. Т. II. М., 1988. С. 23.

4 Бем-Баверк Е. Теория Карла Маркса и ее критика. СПб., 1897. С. XV.

5 Ф. Энгельс. Дополнения к третьему тому «Капитала». В: Маркс К. Капитал. Т. 3. М., 1978. С. 974-975.

6 Там же. С. 969-989.

7 Маркс К. Капитал. Т. 3. Гл. 10. М., 1978. С. 194.

8 Маркс К. Теории прибавочной стоимости. Ч. III. Гл. 20. В: К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2. Т. 26. Ч. III. С. 69-71. Также см.: Рубин И. И. Очерки по теории стоимости Маркса. М. Л., 1930. С. 218.

9 Например, М. Морисима и Г. Катефорес, отталкиваясь от аргументации Маркса, утверждали, что обмен по стоимостям был невозможен в докапиталистическую эпоху с ее неразвитыми рыночными отношениями, господством неэквивалентного обмена и наличием всевозможных монополий. Кроме того, ссылаясь на мнение Маркса, они пришли к выводу, что возникновение категории абстрактного труда возможно только в условиях развитых рыночных отношений, когда рабочий будет обладать свободой смены занятий и любое занятие будет для него случайным и не имеющим значения. Такие ученые, как К. Беттелгейм, А. Эммануэль и Л. Альтюссер подвергали критике методологию, лежащую в основе концепции исторического превращения. См.: M. Morishima; G. Catephores. Is There an «Historical Transformation Problem»? The Economic Journal, Vol. 85, No. 338. (Jun., 1975), pp. 311, 315, 318.

10 Так, Р. Мик указывал на то, что Маркс под простым товарным производством подразумевал не заданную эпоху, а длительный исторический процесс формирования категорий стоимости и общественного труда на границах примитивных обществ. Согласно Мику, обмен по стоимостям в докапиталистическую эпоху происходил не повсеместно, а был представлен отдельными сделками, которые осуществлялись в идеальных условиях, характеризующихся отсутствием «помех» в виде монополий и т. п. См.: Meek, Ronald L. Is There an «Historical Transformation Problem»? A Comment. The Economic Journal, Vol. 86, No. 342. (Jun., 1976), pp. 342-347.

11 Рубин И.И. Очерки по теории стоимости Маркса. М. Л., 1930. С. 220.

12 Бем-Баверк Е. Теория Карла Маркса и ее критика. СПб., 1897. С. 25, 29-30.

13 Рубин И. И. Очерки по теории стоимости Маркса. М. Л., 1930. С. 215.

14 Гильфердинг Р. Бем-Баверк как критик Маркса. М., 1923. С. 63-64.

15 Бем-Баверк Е. Теория Карла Маркса и ее критика. СПб., 1897. С. 94-106.

16 Там же. С. 30-31.

17 Ramos, Alejandro M. Value and Price of Production: New Evidence on Marx’s Transformation Procedure. International Journal of Political Economy. Vol. 28. Issue 4. Winter 1998-1999. P. 74.

18 М. И. Туган-Барановский. Теоретические основы марксизма. М., 1918. С. 143-144.

19 См.: Bortkiewicz, L. von. Value and Price in the Marxian System. International Economic Papers. No. 2. 1952. P. 5-60.

20 Baumol, W. J. Leontief ’s Great Leap Forward: Beyond Quesnay, Marx and von Bortkiewicz. Economic Systems Research, Vol. 12, No. 2, 2000. P. 148149.

21 Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М., 1994. С. 214.

22 Bortkiewicz, L. von. Value and Price in the Marxian System. International Economic Papers. No. 2. 1952. P. 12.

23 Desai, Meghnad. The Transformation Problem. Journal of Economic Surveys. Vol. 2. Issue 4. P. 296.

24 См.: Рубин И. И. Очерки по теории стоимости Маркса. М. Л., 1930. С. 215.

25 Sweezy P. M. The Theory of Capitalist Development. N.Y., 1956. P. 115-123.

26 Winternitz J. Values and Prices: A Solution of the So-called Transformation Problem. The Economic Journal. Vol. 58. No. 230. (Jun., 1948). P. 277.

27 Op. cit. P. 278.

28 Op. cit. P. 279.

29 Meek, Ronald L. Some Notes on the «Transformation Problem». The Economic Journal, Vol. 66, No. 261. (Mar., 1956), pp. 94-107.

30 Seton, F The «Transformation Problem». The Review of Economic Studies, Vol. 24, No. 3. (Jun., 1957), pp. 150-152.

31 Op. cit. P. 153.