Интердискурсивность, интертекстуальность, полифония: к соотношению понятий

УДК 81.42

Георгинова Н. Ю.

Интердискурсивность, интертекстуальность, полифония: к соотношению понятий

В статье обобщаются взгляды исследователей на понятия дискурс и связанные с ним явления интердискурса и интердискурсивности, появление и активное изучение которых обусловлено антропомерностью современной научной парадигмы. Введение данных явлений продолжает линию диалогичности, начатую М.М. Бахтиным.

The article presents a review of different approaches to the terms discourse and interdiscoursivity. The appearance and research of these notions are denoted by the modern anthropocentric scientific paradigm. The appearance of these terms continues a line of dialogism that was started by M.M. Bahtin.

Ключевые слова: текст, интертекстуальность, дискурс, дискурсивность, интердискурс, интердискурсивность, полифония.

Key words: text, intertextuality, discourse, discoursivity, interdiscourse, interdiscoursivity, polyphony.

Антропоцентричность современной научной парадигмы, все внимание которой обращено к человеку, диктует необходимость учета когнитивной составляющей в лингвистических исследованиях. Изменяется характер лингвистических исследований. Так, если ранее язык (а текст - это, прежде всего, единица языка) описывался как самодостаточная, самоорганизующаяся, замкнутая в себе система знаков, то сегодня язык понимается как форма жизнедеятельности человека, как способ репрезентации им знаний о мире.

В центре исследований в зарубежном и отечественном языкознании последних десятилетий находится коммуникативное, когнитивное, семиотическое пространство, большее, чем текст, - дискурс. История исследования дискурса насчитывает более 40 лет. За это время сложились многочисленные школы дискурс-анализа: французская (П. Серио, М. Фуко, М. Пеше и др.), немецкая (Утц Маас, Юрген Линк, Юрген Хабермас и др.), англо-американская, отечественная (Чернявская В.Е., Демьянков В.З., Кубрякова Е.С., Андреева В.А., Арутюнова Н.Д., Степанов Ю.С. и др.). Плюрализм школ, по мнению, Ю.С. Степанова, «не только естественен, но и необходим: «инвариант» не является чем-то цельным, он имеет мозаичное строение и каждый фрагмент этой мозаики оказывается преимущественным объектом какой-либо одной из школ» [9, c. 8].

Попытки выделить существенные черты дискурса приводят все к большему противостоянию дискурса и текста, причем основания для этого

© Георгинова Н. Ю., 2014

могут носить разный характер. В более ранних исследованиях текст и дискурс разделяли по линии устный текст / письменный текст, диалог / монолог, структурность / функциональность. В рамках современных исследований, отличающихся когнитивно ориентированной направленностью, характер разграничения данных понятий носит иной характер: дискурс и текст противопоставляют по линии когнитивная деятельность -продукт этой деятельности, процессуальность - статичность соответственно. «Суть различий, - указывает И.К. Архипов, - заключается в том, что дискурсом называются все до- и послетекстовые процессы, происходящие в сознании» [1, с. 187]. Кубрякова Е.С. подразумевает под дискурсом «когнитивный процесс, связанный с реальным речепроизводством, созданием речевого произведения» и соотносит текст с «конечным результатом процесса речевой деятельности, выливающимся в определенную законченную (и зафиксированную) форму» [4, с. 19 - 20]. Чернявская В.Е. описывает дискурс как «коммуникативный и ментальный процесс, приводящий к образованию некой формальной конструкции - текста» [13, с. 144]. Таким образом, дискурс связывается с движением мысли, деятельностью сознания коммуникантов в процессе создания или интерпретации текста, в то время как текст описывается как материальный объект, продукт этой деятельности. Исследование дискурса, следовательно, предполагает работу с текстом.

Ученые давно заметили тот факт, что дискурсы существуют не в изоляции, а взаимодействуют друг с другом. Данный факт нашел свое отражение в понятии интердискурс, представляющим собой «дискурсное и идеологическое пространство, в котором разворачиваются дискурсные формации с их отношением господства, подчинения и противоречия» [8, с. 45]. Другими словами, интердискурс формируется на границе между дискурсами, т.е. включает в себя не только информацию о дискурсах, но и о междискурсных отношениях. Следовательно, интердискурс представляет собой явление более широкого плана, чем дискурс. Об этом, в частности пишет Э. Пульчинелли Орланди: «Он (интердискурс. - Н.Г.) представляет собой область знания, памяти о дискурсных образованиях» [7, с. 214].

На основании того факта, что дискурсы всегда взаимодействуют друг с другом, М. Пеше в ходе дальнейшего анализа приходит к заключению о том, что «дискурс всегда опирается на предшествующий дискурсный материал, играющий для него роль сырья, первичной материи» [6, с. 318]. В связи с чем он вводит категорию интердискурсивности, определяемую как конститутивную способность любого дискурса, благодаря которой он находится в отношениях с ансамблем уже произведенных дискурсов [6]. Новое лингвистическое явление - интердискурсивность - все чаще становится предметом пристального изучения лингвистов и литературоведов (Гордиевский А.А., Чернявская В.Е., Белоглазова Е.А., Мельникова О.А.,

Сургай Ю.В., Горбунова Н.Г., Андреева В.А., Гончарова Е.А., Данилевская Н.В., Олизько Н.С., Шевченко В.Д., Ленкова Т.А., Пелевина Н.Д. и др.).

Как основоположники интердискурсности, так и последователи отмечают, что возникновение и существование данного явления неизбежно, так как оно обусловлено широким спектром причин. Так, Белоглазова Е.В. говорит о том, что «одна сфера действительности может обслуживаться рядом конкурирующих между собой дискурсов», и в данном случае мы имеем дело с взаимодополнением или конфликтом дискурсов; кроме того, «метафоричность человеческого мышления обусловливает самые неожиданные параллели, приводящие к установлению субъективных междис-курсных отношений», в связи с чем границы дискурсов оказываются подвижны [2, с. 159].

Надо заметить, что в своей основе интердискурсивность - явление не новое. Факт пересечения, взаимодействия различных семиотических систем, находящий свое выражение в тексте, отмечался и ранее. М.М. Бахтин, описывая диалогический характер художественного текста, обращается к музыкальному понятию полифонии. В музыке термином полифония обозначают вид многоголосия, основанный на равноправии составляющих фактуру голосов, в которой каждый голос имеет самостоятельное мелодическое значение. Заимствуя данный термин, М.М. Бахтин, тем самым, указывает на сходство организации музыкального произведения и художественного текста, где мы также сталкиваемся с существованием нескольких голосов. Собственно, на идеях этого выдающегося литературоведа, лингвиста основывается понятие интертекстуальность, трактуемое традиционно как «межтекстовые связи, в результате которых формируются новые смыслы текста» [11, с. 9]. С интертекстуальностью связывалась идея открытости текста, отражающая процесс «разгерметизации» текстового целого через особую стратегию соотнесения одного текста с другими текстовыми/смысловыми системами и их диалогическое взаимодействие в плане и содержания, и выражения. Теория интертекстуальности накопила большой научный опыт: к идее интертекстуальности обращаются семиотики, философы, литературоведы, лингвисты. В узком понимании интертекстуальность сводится к вербальным включениям, в широком предстает в качестве «онтологического свойства текста, каждый элемент которого находится в постоянных смысловых перекличках с иными текстами» [15, с. 82].

В свете дискурсивных исследований открытость текста связывается с наличием у него новой характеристики - дискурсивности. Один из основоположников дискурс-анализа французский философ М. Пеше определяет дискурсность как «упорядоченное пространство рассеянных высказываний», «встраивание явлений языковой природы в историю» [6, с. 298 - 299].

Чернявская В.Е. понимает под дискурсивностью «интегрированность текста в метапространство дискурса» [12, с. 176]. Следовательно, текст как

часть дискурса приобретает все те особенности, которые характеризуют дискурс, например, историческая детерминированность (или дискурс-ность). С другой стороны, текст как продукт дискурсивной деятельности служит средством ее репрезентации, то есть в тексте находят свое отражение все дискурсивные процессы, в том числе «междискурсный диалог».

Бесспорно, когда речь идет о межтекстовых связях, перекличках одного текста с другим, то имеется в виду диалог - работа сознаний - автора принимающего текста и автора текста-источника, а также ментальная деятельность реципиента, воспринимающего и интерпретирующего интертекстуальные включения. И.К. Архипов связывает понятие интердискурсивности именно с работой индивидуального сознания: «При построении сложных языковых знаков дискурса, - рассуждает И.К. Архипов, - говорящий опирается на известные ему наиболее общие способы его организации. Например, он знает (помнит) определенные алгоритмы появления комбинаций слов и средств связи между ними и использует их для обеспечения связности высказывания. Далее, он также знает, что в своем изложении может опираться (ссылаться, намекать) на информацию, содержащуюся в других источниках. Он помнит эту информацию в той или иной степени и объеме. Он также надеется и уверен, что аналогичными или почти такими же знаниями обладает и его слушатель. Благодаря этому знанию он вводит в свои цепочки дискурса цитаты и аллюзии. Осознание связи данной цитаты или аллюзии с каким-либо содержанием, которое встречалось в других текстах, а на самом деле, соотносится с состояниями сознания другого или других коммуникантов, творивших свои дискурсы, следует называть интердискурсивностью» [1, с 206 - 207].

Чернявская В.Е. также приходит к выводу о том, что «наиболее общее отношение между текстами - взаимодействие на уровне ментальных процессов, подразумевающее использование в различных текстовых системах неких общих когнитивных и коммуникативно-речевых стратегий автора сообщения, реализацию общих операциональных шагов, установок, детерминирующих в конечном итоге определенную общность текстовых структур и их формальных элементов» следует именовать не интертекстом, а интердискурсом, так как этот процесс происходит на уровне дискурса [13, с. 18].

Несмотря на активный интерес к изучению интердискурсивности, сложно говорить о твердо сложившейся теоретической основе в данной области. Называя явления, описываемые как интердискурсивные, авторы прибегают к различным формулировкам. Так, Шевченко В.Д. использует термин интерференция дискурсов и определяет его как «происходящий в сознании человека сложный ментальный процесс, состоящий во взаимодействии между дискурсами, репрезентируемыми включенным и принимающим текстами, а именно: между отраженными в этих текстах когнитивными моделями ситуаций и коммуникативно-прагматическими

характеристиками этих текстов, обусловленными спецификой социокультурных ситуаций общения» [14, с. 3]. Исследователь считает, что «интерференция дискурсов происходит в результате включения интертекстуального фрагмента в принимающий текст» [14, с. 4]. Другими словами, интерференция дискурсов в данном случает сводится к интертекстуальности. Вместе с тем, интердискурсивность, по мнению В.Е. Чернявской, не ограничивается интертекстуальностью. Напротив, маркерами того или иного дискурса могут также выступать «графические, просодические и иные средства, выступающие признаками того или иного дискурса и переключающие воспринимающее сознание с одного типа дискурса на другой» [13, с. 23].

О неравнозначности понятий интертекстуальность и интердискурсивность высказываются и другие исследователи: Архипов И.К., Белоглазова Е.В., Пелевина Н.Д., Гордиевский А.А., Миловидов В.А. и другие. Чернявская В.Е., Белоглазова Е.В., Миловидов В.А. относят указанные явления к видам диалогичности. Однако, если в случае интердискурсивности, по мнению, В.Е. Чернявской, «в диалогическое соприкосновение приходят <...> дискурсивные системы как предзаданные когнитивные системы мышления, культурные коды, коммуникативно-речевые стратегии», то в случае интертекстуальности взаимодействуют тексты [13, с. 23].

В качестве параметра разграничения данных понятий выдвигается также разный характер сигналов данных явлений. Так, в случае интертекстуальности, по мнению Белоглазовой Е.В., сигналами выступают «конкретные языковые единицы, сигнализирующие связь между текстами (цитаты, аллюзии, реминисценции)», в случае же интердискурсивности сигналами будут выступать «прототипические, ядерные элементы концептуального и языкового плана дискурса» [2, с. 69].

Таким образом, интердискурсивность характеризует процесс мышления. Следы этого процесса обнаруживаются в текстовой плоскости, в частности, в виде интертекстуальных включений.

Далее, интердискурсивные процессы описываются также как интермедиальные и метадискурсивные. Данными терминами оперирует, в частности, Олизько Н.С. Вслед за представителями французской школы дискурс-анализа исследователь рассматривает интердискурс как лингвосо-циокультурное пространство, в котором формируется и производится дискурс. В своем исследовании Олизько Н.С. описывает взаимодействие художественного дискурса постмодернизма с различными вербальными семиотическими системами и невербальными знаковыми системами (музыкой, живописью и т.д.) в рамках семиосферы [5, с. 9]. Говоря о взаимодействии различных семиотических систем, стоить упомянуть используемое рядом исследователей понятие креолизованный текст. Крео-лизованный текст описывается как особый вид текста, «фактура которого состоит из двух негомогенных частей: вербальной и невербальной, при-

надлежащей к другим знаковым системам, нежели естественный язык» [10, с. 180]. Предметом исследования в данном случае выступают следующие тексты: афиши, транспаранты, комиксы, карикатуры, плакаты, кинотекст. Содержание данных текстов кодируется разными средствами. Подобные тексты определяют также как поликодовые, полимедиальные и др. Чернявская В.Е. отмечает, что взгляд на текст как поликодовое образование является «следствием и отражением поликодового характера человеческой коммуникации», в качестве определяющих черт которой автор называет эстетизацию коммуникации, проявляющуюся в «усиленной визуализации коммуникативного сообщения» [12, с. 90].

Олизько Н.С. определяет понятие интермедиальность как «взаимодействие художественного дискурса с невербальными знаковыми системами». Метадискурсивность понимается как «взаимосвязь с другими вербальными дискурсами (в частности, научным) посредством реализации в художественном дискурсе семиотических систем, выступающих в качестве метаязыка по отношению к соответствующему произведению и предлагающих авторское толкование (пояснение, интерпретацию и оценку) особенностей организации последнего» [5, с. 31].

Таким образом, продолжая линию диалогичности, начатую М.М.Бахтиным, понятия интердискурс и интердискурсивность характеризуют, прежде всего, диалогичность сознания и творческий потенциал языковой личности. Все больший интерес к явлению интердискурсивности приводит к появлению новых толкований и интерпретаций данного явления. Интердискурсивность понимается по-разному: как индивидуальная речемыслительная деятельность коммуниканта, создающего или воспринимающего текст, как взаимодействие в текстовой плоскости различных семиотических систем, как полифония или многоголосие и т.д.

Появление данного понятия объясняется комплексным, взаимосвязанным характером деятельности человека, познающего мир во всей его сложности и многогранности. Способом вербализации знаний человека о мире, является, в том числе и литературно-художественное творчество. По мнению Воронцовой Т.И., «литературное творчество - это искусство слова, а человеческая речь является универсальным средством познания жизни, поэтому именно литературное творчество может осуществлять гораздо более широкое и разностороннее воспроизведение жизни, чем другие виды искусства» [3, с. 7].

Список литературы

1. Архипов И.К. Язык и языковая личность: учеб. пособие. - СПб.: Книжный дом, 2008.

2. Белоглазова Е.В. Полидискурсивность как особый исследовательский фокус // Известия Санкт-Петербургского университета экономики и финансов. - № 3. - 2009. -С. 66 - 71.

3. Воронцова Т.И. Концептуальная картина мира текста баллады (на материале английских и шотландских баллад). Монография. - СПб.: ИВЭСЭП, филиал в г. Хабаровске, 2004.

4. Кубрякова Е.С., Александрова О.В. Виды пространства, текста и дискурса // Категоризация мира: пространство и время: материалы научной конференции. - М.: Диалог-МГУ. - С. 19 - 20.

5. Олизько Н.С. Семиотико-синергетическая интерпретация особенностей реализации категорий интертекстуальности и интердискурсивности в постмодернистском художественном дискурсе: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. - Челябинск, 2009.

6. Пеше М. Прописные истины. Лингвистика, семантика, философия // Квадратура смысла: французская школа анализа дискурса. - М.: Прогресс. - С. 225 - 290.

7. Пульчинелли Орланди Э. К вопросу о методе и объекте анализа дискурса // Квадратура смысла. - М., 1999. - С. 197 - 225.

8. Серио П. Как читают тексты во Франции // Квадратура смысла: французская школа анализа дискурса. - М.: Прогресс. - С. 12 - 53.

9. Степанов Ю.С. Париж-Москва весной и утром // Квадратура смысла. - М.: Прогресс, 1999. - С. 3 - 11.

10. Сорокин Ю.А., Тарасов Е.Ф. Креолизованные тексты и их коммуникативная функция // Оптимизация речевого воздействия. - М., 1990.

11. Филиппова С.Г. Интертекстуальность как средство объективации картины мира автора: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - СПб., 2008.

12. Чернявская В.Е. Лингвистика текста: поликодовость, интертекстуальность, интердискурсивность: учеб. пособие. - М.: ЛИБРОКОМ, 2009.

13. Чернявская В.Е. Открытый текст и открытый дискурс: интертекстуальность - дискурсивность - интердискурсивность // Стил-6. - Белград, 2007. - С. 11 - 26.

14. Шевченко В.Д. Интерференция дискурсов в англоязычной публицистике: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - СПб., 2011.

15. Щирова И.А., Гончарова Е.А. Многомерность текстового пространства. -СПб.: Книжный дом, 2007.