Сценарий жизни и жанр литературы: казус Зайнуддина Васифи (XVI В. )

СЦЕНАРИЙ ЖИЗНИ И ЖАНР ЛИТЕРАТУРЫ: КАЗУС ЗАЙНУДДИНА ВАСИФИ

После падения династии Тимуридов на территории персоязычного мира вступили в борьбу две силы: суннитское государство Шейбанидов с центром в Мавераннахре и шиитское государство Сефевидов, расположенное на территории Ирана и Хорасана. Герат, бывшая столица Тимуридов и крупный культурный центр, отошел к Сефевидам. По причине религиозных гонений многие суннитские поэты и ученые были вынуждены искать убежище у Шейбанидов в Мавераннахре. В числе эмигрантов находился молодой и честолюбивый Зайнуддин Васифи, в дальнейшем -автор знаменитого прозаического сочинения Бадаи' ал-вакаиноватор-ского произведения, вопрос о жанровой природе которого до сих пор остается открытым.

В статье делается попытка найти реальные причины появления столь необычного для своего времени произведения в конкретных обстоятельствах жизни его автора, которые были обусловлены политической обстановкой в регионе.

Ключевые слова: классическая персидская литература, начало XVI столетия в Мавераннахре, Шейбаниды и поэзия на персидском языке, жанр.

Начало XVI в. явилось концом классической эпохи для всего иранского мира. В это время начинается разделение классического персидского языка на современный фарси, афганский дари и таджикский, что далеко не случайно: именно в этот период относительно единая ранее персоязычная литература Ирана, Средней Азии и Индии начинает распадаться на ряд региональных литератур. Этот процесс отмечен в поэтических антологиях-тазкира: после XVI в. авторы тазкира, посвященных поэтам всего персоязычного мира, стали отводить отдельные главы поэтам каждого из перечисленных регио-

© Никитенко Е.Л., 2012

23

нов. Последним «общим» классиком для этих литератур стал Нуруд-дин 'Абдуррахман Джами (1414-1492), чья жизнь протекала в тиму-

ридском Герате. Его перу принадлежат произведения самых различ-

1

ных поэтических и прозаических жанров , традиционных для персидской классической литературы: от философских и филологических трактатов до художественной прозы, от поэм до поэтических отрывков «к случаю». Эту особенность творчества Джами - стремление будто бы подвести итог семи векам существования персидской классической литературы, систематизировать ее наследие - подмечали многие исследователи его творчества . Неоспорим авторитет Джами для литераторов последующих поколений. В начале XVI в. у образованного человека, услышавшего фразу «и [такой-то] прочел следующее двустишие вельможного господина», не возникало сомнений, что автором прочитанного двустишия является Джами .

Тем более примечателен факт, что через несколько десятилетий после кончины Джами появилось произведение, по своим жанровым характеристикам никак не вписывающееся в предложенную им систему. Речь идет об «Удивительных событиях» Зайнуддина Махмуда ибн 'Абдулджалила Васифи (1485, Герат - 1551-56, Ташкент).

В научной литературе практически не рассматривался вопрос о причинах возникновения столь новаторского произведения. На наш взгляд, немалую роль тут играют конкретные исторические обстоятельства, в которых жил и творил автор «Удивительных событий». Эпоха, к которой принадлежал Васифи, была переходной во многих отношениях: менялась политическая карта иранского мира, шиизм набирал силу и теснил прочие толки ислама, теряли значение прежние и расцветали новые культурные центры. Менялась и жанровая система классической литературы, обогащаясь за счет новых явлений «городской» литературы (шахр-ашуб, «реалистические» газели стиля ву-ку' и прочие). Сам Васифи создал книгу, столь разнородную по стилю и содержанию, что ее жанровая принадлежность (авторская антология или мемуары) до сих пор является предметом научных дискуссий.

Цель настоящей статьи - попытаться выявить взаимосвязь между обстоятельствами, заставившими Васифи взяться за написание книги, и жанровыми характеристиками созданного им произведения. Для этого необходимо более подробно ознакомиться с политической и культурной обстановкой в регионе в период написания «Удивитель-

24

ных событий» и оценить положение Васифи в обществе и его роль в культурной и политической жизни того времени.

В сочинении Васифи описаны события, происходившие в период с 1499 по 1538/39 гг. в Хорасане и Средней Азии. Уже ранняя молодость автора пришлась на эпоху больших политических перемен. В 1507 г. прекращает свое существование государство Тимуридов: его столица Герат, центр провинции Хорасан, переходит во власть кочевых узбеков во главе с Шейбани-ханом. В начале XVI в. на западе Ирана складывается государство Сефевидов, и уже в 1510 г. войска иранского шаха Исма'ила Сефеви захватывают Хорасан, оттесняя узбеков за Амударью. Ислам шиитского толка получает статус государственной религии в Иране, и на захваченных шахом Исма'илом территориях начинаются гонения на суннитов. Следствием этих гонений становится миграция населения в Мавераннахр. Борьба за Герат между Шейбанидами и Сефевидами будет продолжаться в течение более чем полувека, однако узбекам ни разу не удастся надолго закрепиться в этом городе.

Государство Шейбанидов после гибели его основателя в 1510 г. в ходе сражения с войсками Сефевидов ненадолго приходит в упадок. Объединенные силы иранского шаха и последнего представителя династии Тимуридов, Захируддина Бабура, осаждают Самарканд и грозят уничтожить узбекское государство. Однако уже в 1512 г., после сражения под Гидждуваном, племяннику Шейбани-хана 'Убайдулла-ху удается изгнать противников из Мавераннахра. В соответствии с наследным правом узбеков верховным правителем объявляется старший в роду, дядя Шейбани Кучкунджи-хан. Он становится правителем Самарканда. 'Убайдуллах получает в удел Бухару, еще один дядя Шейбани, Суйундж Хваджа-хан, правит в Ташкенте4.

Культурная жизнь Мавераннахра начала XVI в. пришла в некоторый упадок по сравнению с началом предыдущего, XV столетия. Самарканд, бывший при первых Тимуридах основным центром культурной жизни государства, со второй половины XV в. уже не может сравниться с Гератом. А.Н. Болдырев, основываясь на сведениях поэтической антологии Алишера Наваи «Маджалис ан-нафаис» (1491) и ее перевода на персидский язык (1521/22), выполненного Фахри Ха-рави, сообщает, что для промежутка с 1450 по 1500 гг. известно всего 75 поэтов - уроженцев Мавераннахра, и «из этих 75 авторов около половины всю жизнь подвизались в Герате»5. В.В. Бартольд отмечает,

25

что «даже из поэтов, создававших в это время "чагатайскую" поэзию в подражание персидской, самые даровитые жили в Герате, несмотря на отсутствие в Хорасане турецкого городского населения»6. С приходом к власти династии Шейбанидов и захватом Герата Сефевидами начинается обратный процесс: образованные люди, не желающие принимать шиизм, вынуждены искать убежища во владениях Шейбанидов. При дворах некоторых из шейбанидских правителей складываются литературные кружки, члены которых занимаются созданием поэтических произведений на персидском языке. Основатель государства, Шейбани, и его племянник 'Убайдуллах и сами писали стихи как по-персидски, так и на тюрки. Однако не все шейбанидские правители обладали достаточным знанием персидского языка или испытывали интерес к поэтическому творчеству.

Именно в такой обстановке появляется сочинение Васифи. Зай-нуддин Махмуд ибн 'Абдулджалил Васифи родился в 1485 г. в Герате в семье государственного чиновника, писца-мунши. Семья 'Абдулджалила принадлежала к среднему городскому слою «лавочников-ремесленников, торговцев, мелких чиновников-грамотеев, мулл и прочих» . Среди родственников Васифи был торговец жареным горохом и поэт маулана Амани, а также наперсник 'Алишира Наваи, известный гератский шахматист и поэт маулана Сахибдара. Васифи получил достойное образование: он был сведущ в канцелярском деле, теории стиха, был хорошим оратором и сам неплохо слагал стихи, был искусен в разгадывании стихотворных шарад-му'амма . Последний талант открыл шестнадцатилетнему Васифи доступ на маджлис (собрание) в доме 'Алишира Наваи .

В 1510 г. Герат захватывают Сефевиды, но возможность покинуть захваченный город появляется у Васифи лишь в 1512 г. Он отправляется в шейбанидский Мавераннахр. Вся дальнейшая жизнь Васифи проходит на территории владений династии Шейбанидов: в Самарканде, Бухаре, Сабране10, Шахрухийе и Ташкенте. В 1517-18 гг. Зай-нуддин Васифи берется за написание своего главного прозаического произведения, «Удивительных событий». Книга была преподнесена малолетнему шейбанидскому царевичу Хасан-султану в 1538/39 г. в Ташкенте, однако она дополнялась отдельными текстами и позже. До самой своей смерти в 1551-1556 гг. Васифи продолжал работу над «Удивительными событиями».

26

А.Н. Болдырев, издатель сочинения Васифи и автор монографии и статей, посвященных «Удивительным событиям» , в своих работах регулярно называет этот памятник мемуарами. Однако ученый не ставит перед собой задачу исследовать жанровую принадлежность сочинения Васифи. Этой проблеме уделила внимание И.Н. Стологорова, которая в статье «Генетические корни "Удивительных событий" Ва-сифи (XVI в.)» подробно рассматривает вопрос о жанровой природе памятника. Исследовательница выделяет в сочинении Васифи отрывки, которые можно отнести к различным существовавшим на тот момент литературным жанрам. Для каждого такого отрывка И.Н. Столо-горова указывает какое-либо известное литературное произведение прошлого, к которому генетически восходит данная часть «Удивительных событий». Стимулом к созданию «Удивительных событий» И.Н. Стологорова считает стремление Васифи вслед за величайшими литераторами эпохи, Джами и Наваи, «показать многогранность своей творческой индивидуальности» и испробовать свой талант во всех литературных жанрах того времени . Исследовательница, однако, не задается вопросом, что побудило Васифи синтезировать «жанровые

15

принципы литературного творчества» в одном произведении , а не создать отдельные произведения в различных жанрах, как это делали Джами и Наваи.

Далее мы предложим кажущийся нам наиболее логичным вариант ответа на этот вопрос, а также постараемся продемонстрировать, какие именно конкретные обстоятельства привели к появлению книги, где - впервые в истории персидской литературы - автор активно и целенаправленно использует факты собственной биографии ради достижения более высокого социального статуса.

Рассмотрим более подробно композицию сочинения Васифи. Исследователи сходятся во мнении, что сам автор не успел создать окончательную редакцию «Удивительных событий». На это указывают несоответствия в тексте, а также отсутствие четкой хронологической последовательности или сюжетной организации в расположении глав. В сочинении Васифи можно выделить две различные по своему композиционному построению части. Первая повествует о путешествии автора в 1512 г. из захваченного Сефевидами Герата в Мавераннахр, находящийся под властью династии Шейбанидов, и о его жизни в Мавераннахре и Туркистане до вызова ко двору Кельди Мухаммад-султана, удельного правителя Шахрухийи (1518 г.). Повествование

27

обильно украшено образцами творчества самого Васифи во всем его жанровом многообразии (газели, касыды и кыт'а, письма и деловые документы, и т. д.), а также стихами других поэтов (как классиков, так и современников автора). Эта часть заканчивается в середине главы 11 «Удивительных событий». По мнению А.Н. Болдырева, первая часть сочинения была составлена в 1517-18 гг. в Самарканде , и у нас нет никаких оснований не соглашаться с ученым. Следующие далее главы, со второй половины главы 11 и до главы 45 включительно, составляют вторую часть произведения. Главы строятся как выступления Васифи на каком-либо маджлисе у Кельди Мухаммад-султана либо как описание событий, произошедших во время этих маджлисов. Стихотворные вставки во второй части встречаются реже. Глава 46 является своего рода приложением к тексту «Удивительных событий». Рассказ о событиях в ней отсутствует вовсе, вместо этого приводится антологическая подборка из документов, составленных Васифи, и стихов, принадлежащих ему самому или другим авторам. Первая и вторая часть соединены в рамках одной главы сжатым повествованием о событиях, непосредственно предшествовавших отъезду Ва-сифи в Шахрухийу, ко двору Кельди-Мухаммада.

Для нашего исследования наибольший интерес представляет именно первая часть сочинения, которую А.Н. Болдырев характеризует как «связное автобиографическое повествование о выдающихся событиях жизни автора в Мавераннахре» . Именно эта часть более всего заслуживает названия «мемуары».

На наш взгляд, первая часть сочинения Васифи, созданная им в 1517-18 гг. в Самарканде, представляет собой, выражаясь современным языком, «портфолио» их автора. В пользу такой точки зрения говорит тот факт, что именно в первой части «Удивительных событий» размещено подавляющее большинство поэтических произведений Васифи. Что же заставило молодого литератора создать столь новаторское произведение, соединить в единое повествование последовательное изложение фрагмента собственной биографии и презентацию творчества? Унизительная необходимость дважды доказывать свою профессиональную пригодность на чужбине , шаткое материальное положение, небольшой выбор потенциальных адресатов хвалебных стихотворений среди шейбанидской верхушки, связанный с низким уровнем образования некоторых новых правителей и плохим

19

знанием ими персидского языка - все это могло стать стимулом для 28

создания произведения, в котором были бы документированы все достоинства его автора. Перед Васифи стояла задача выбрать жанр, более всего подходящий для осуществления его замысла. Однако система жанров классической персидской литературы не отвечала запросам нашего автора. Разножанровость произведений самого Васифи (газели, касыды, письма, хозяйственные документы), которые необходимо было представить читателю, также диктовала необходимость искать новые формы выражения на основе произведений различных жанров. И Васифи, получивший весьма неплохое образование в области словесности, мастерски использует в своем сочинении элементы сафар-нама (путевых записок), тазкира (поэтической антологии), исторической хроники, что детально описала И.Н. Стологорова. Целям Васифи служит не только его талант стилиста, но и его мастерство в области композиционной организации повествования.

Как будет показано далее, первая часть сочинения Васифи построена таким образом, чтобы представить автора в наиболее выгодном свете: сначала читателю предоставляется возможность оценить достоинства жителей Хорасана, родины Васифи (главы 1-4); затем автор переходит к рассказу о собственных достоинствах и о своем пути к успеху на чужбине (главы 5-9).

Заключительные главы (10 - первая половина гл. 11) первой части «Удивительных событий» на первый взгляд не вписываются в эту схему: козни завистников вынуждают Васифи покинуть Бухару, он проводит некоторое время в г. Сабран у Амир 'Араба, крупного землевладельца и духовного наставника (муршида) Убайдуллаха, а затем вынужденно покидает Сабран и некоторое время проводит при дворе Суйундж Хваджа-хана в Ташкенте. Там Васифи сталкивается с враждебным отношением со стороны приближенных Суйундж Хваджа-хана и, когда во время похода Шейбанидов на казахов представляется такая возможность, находит нового покровителя в лице самаркандского вазира и в 1517 г. возвращается вместе с ним в Самарканд. Здесь Васифи и пишет то, что впоследствии стало первой частью «Удивительных событий». Именно на основании происшествий, описанных в этих заключительных главах, можно сделать вывод о целях, которые преследовал Васифи, приступая к написанию мемуаров.

Сочинение Васифи открывается позднейшей вставкой - «Пред-

20

сказанием андалузского дервиша» , за которой следует текст, составленный в Самарканде в 1517-18 гг. Главы 1-4 пронизаны гордостью

29

за родину Васифи, Хорасан. В каждой из этих глав каким-либо образом прославляются хорасанцы и пресекаются попытки местных жителей унизить их. Это может быть рассказ о том, как хорасанские поэты посрамили самаркандских стихотворцев (гл. 2), история о победе, одержанной хорасанцем в богословском споре с бухарским ученым (гл. 3), остроумный ответ Васифи на поношение хорасанцев (гл. 1) или же повествование о помощи Васифи землякам, страдающим в Самарканде от холода и голода (гл. 4). Для примера приведем сокращенный перевод и пересказ отрывка из главы 4. В нем повествуется о необычайно морозной и снежной зиме, которая выдалась в Самарканде в 919 г.

.. .И в тот год голод и дороговизна в Самарканде достигли такой степени, что люди [при взгляде] на скатерть круглого небосвода не видели ничего, кроме лепешек луны и солнца, и голодающие бедняки по ночам в своих мечтах подбирали колосья на гумне Плеяд.

Голодный не [в силах] оторвать взгляда от войлока,

Ведь [эта] шерсть была соседом мясу.

Вот что изумительно: однажды вечером, [воспользовавшись тем, что обитатели] пошли навестить приятеля, вор взломал замок [на дверях] медресе и вынес все, что нашел там. Около десяти студентов-эмигрантов из Хорасана, разоренные и в совершенном смятении, пришли к этому бедняку (имеется в виду Васифи - Е.Н.) и так описали свое положение: «Если ты не придумаешь что-нибудь на наш счет, то мы все погибнем от холода и голода». Я сказал: «Друзья, не горюйте! Уповайте [на Бога] — поистине, Бог любит уповающих12. Передают, будто бы господин шайх Шафик Балхи23 сказал: "Если земля станет медью, а небо - железом, так что из земли не станет расти, а с неба -лить, и если все [люди] мира будут на моем иждивении - то и тогда ничуть не ослабнет моя вера в [помощь] Господа," - пропитание — у Бога, велик Он и свят». Я слышал, что среди приближенных Фулад-султана есть юноша, необычайно понимающий и щедрый, которого зовут Амирка' Шахи. [Мною] было составлено и отправлено ему письмо с рассказом о [бедственном] положении студентов. Получив известие о содержании того [письма], он поспешил на помощь к студентам и, гостеприимно пригласив их к себе домой, пожаловал этому ничтожному беличью шубу24 и подобающее одеяние, а каждому из студентов - каракулевую шубу, рубаху и исподние штаны25.

30

Глава 5 является переходом к части, посвященной самовосхвалению Васифи; автор описывает себя как одного из лучших людей Хорасана. Здесь рассказывается об экзамене, на котором Васифи должен был перед местными знатоками подтверждать свою репутацию хорошего секретаря-мунши, владеющего к тому же искусством разгадывать стихотворные шарады-му 'амма. Далее автор приводит рассказы о своих успехах на родине, в Хорасане. Конец главы 7 посвящен переезду Васифи в Бухару, ко двору 'Убайдуллаха. Это событие может быть расценено как несомненное свидетельство успеха Васифи -'Убайдуллах-хан являлся наиболее просвещенным представителем династии Шейбанидов того времени, и при его дворе сформировался наиболее интересный поэтический кружок в государстве26. Васифи дает читателю понять, что к моменту отъезда из Самарканда он успел добиться там неплохого положения, и что новость о его отъезде заставила его студентов горевать:

[При прощании] присутствовали несколько человек [из числа] студентов. Все они разрыдались и подняли крик:

Все братья расстаются со своими братьями -

Клянусь жизнью твоего отца! - кроме двух Телят21.

Конец главы 7 - глава 9 посвящены описанию успехов Васифи в качестве поэта при дворе 'Убайдуллаха в 1513-14 гг. Еще никогда Васифи не состоял на службе у столь высокопоставленного лица, это пик его карьеры и один из плодотворнейших периодов в его жизни.

Не будем пока затрагивать события, описанные в конце первой части «Удивительных событий», и зададимся вопросом: на что рассчитывал Васифи, принимаясь за написание столь необычной книги? Ведь простое обладание таким «портфолио» не могло принести автору ощутимых благ; сочинение должно было стать лишь средством осуществления честолюбивых замыслов молодого и уверенного в своем таланте Васифи. В 1517-18 гг., во время работы над мемуарами, он служил имамом мечети на базаре 'Аттаран в Самарканде. Несомненно, эта должность не удовлетворяла амбициям Васифи. Верхом карьеры литератора в то время могла считаться только служба при дворе. Кроме того, Васифи не обладал крупным состоянием и, чтобы иметь возможность уделять литературному труду как можно больше времени, нуждался в постоянном заказчике и покупателе для своих произ-

31

ведений. Как уже сообщалось в начале данной работы, в Маверан-нахре того времени выбор мамдухов был весьма ограничен28: правители Самарканда плохо понимали по-персидски, из негостеприимного Ташкента Васифи незадолго перед этим счел за благо удалиться сам. Настоящий придворный литературный круг во владениях Шейбани-дов сложился к тому времени только в Бухаре, при дворе 'Убайдул-лах-хана. Васифи пользовался успехом при дворе этого правителя в течение некоторого времени, однако наветы неких клеветников вынудили нашего автора покинуть Бухару (гл. 10). Обычно щедрый на подробности при описании своих перепалок и ссор Васифи на этот раз ограничивается «простой» констатацией факта:

Гонец раздумья, искушенный в размышлении, изъездил все уголки мира поиска выхода из [затруднительного] положения, и не нашел другого [способа] спасения, кроме дороги расставания и пути отдаления от этого порога29, достигающего небес и подобного Божественному престолу. Бейт:

Небосвод изгоняет меня с его (Убайдаллаха) улицы, нанося раны камнями:

-ГГ - 30, 31

Праща новой луны делает камни из планет .

О своей жизни в Бухаре, работе в качестве придворного поэта и встречах с 'Убайдуллахом литератор рассказывает с большим воодушевлением. Нет сомнений в том, что Васифи желал бы восстановить свое положение при его дворе.

К сожалению, причины опалы Васифи и его отъезда из Бухары остаются неизвестными. Однако мы можем с достаточной уверенностью предположить, что именно стремление Васифи вновь попасть в число придворных поэтов 'Убайдуллаха подвигло его на изложение драматических событий собственной жизни в книге, предназначенной для поднесения этому шейбанидскому правителю. И лишь неотступное желание Кельди-Мухаммада видеть Васифи своим домашним

32

«поставщиком развлекательных рассказов» , натолкнувшееся поначалу на сопротивление со стороны нашего автора, помешало исполнению этих планов.

32

Чтобы убедиться в правомерности такого предположения, необходимо вернуться к рассмотрению композиции первой части «Удивительных событий».

Начиная с главы 10 тон повествования меняется. Васифи переходит к рассказу о своих скитаниях вдали от центров литературной жизни. Два основных эпизода этих скитаний (гл. 10 - середина гл. 11) -пребывание автора в Сабране у Амир 'Араба и в Ташкенте у Суйундж Хваджа-хана, который явно не способен оценить Васифи по достоинству.

Первый эпизод, в свою очередь, делится на две части. Первая отведена «повествованию о городе», где Васифи использует возможность продемонстрировать свое мастерство стилиста (гл. 10) и дает пышные развернутые описания городских построек Сабрана и оросительных сооружений. Во второй части изложена история падения и казни Хваджи Низама, вазира 'Убайдуллаха и ставленника Амир 'Араба (начало гл. 11). Заканчивается эпизод рассказом об опале Амир 'Араба и разгроме его дома в Сабране.

Второй эпизод (гл. 11) включает рассказ об отъезде Васифи из Сабрана, его скитаниях по Туркестану и относительно долговременном пребывании в Ташкенте при дворе Суйундж Хваджа-хана. Там он получил должность воспитателя при царевиче, однако его литературные таланты оказались невостребованными. Несмотря на достоинства Васифи, Суйундж Хваджа-хан благоволил к некому Джабини, глупцу и врагу Васифи . Повествование о пребывании при дворе Суйундж Хваджа-хана скорее напоминает жалобы талантливого литератора на неспособность правителя по достоинству оценить его дар. В жалобах содержится и прагматический намек: только такой просвещенный правитель, как 'Убайдуллах, способен отдать должное такому талантливому литератору, как Васифи. Столь обстоятельный рассказ (с. 409416 по изданию А.Н. Болдырева) приведен с явной целью: призвать 'Убайдуллаха не уподобляться подобным личностям и оказать Васифи достойный прием.

Повествование о казни по приказу 'Убайдуллаха его бывшего ва-зира из начала гл. 11 на первый взгляд противоречит установке Васи-фи на сближение с этим шейбанидским правителем. Для того чтобы понять, каким образом рассказ об этом печальном эпизоде служил целям Васифи - утверждению собственного статуса и получению хорошего места при дворе - необходимо уделить внимание фигурантам

33

этой истории: сейиду Амир 'Арабу и его протеже, главе казначейства Хвадже Низаму.

Сейид 'Абдуллах ал-'Араб ал-Йамани ал-Хадрамаути, прозванный Мир-и 'Араб, происходил из Йеменских сейидов и, предположительно, прибыл в Мавераннахр в 1486-87 гг. в возрасте 25-26 лет из Мекки или Медины. По другой версии, основанной на прекрасном знании Амир 'Арабом персидского языка и на отсутствии у Васифи упоминаний о «йеменском происхождении» этого деятеля, местом рождения Амир 'Араба является Сауран (Сабран)35. Даты рождения и смерти Амир 'Араба не указаны ни в одном из источников, повествующих об этой личности . Б.М. Бабаджанов полагает, что Амир 'Араб родился между 1458/59 и 1461/62 гг., а умер между 1530/31 и 1533/34 гг., до окончания начатого им строительства медресе в Бухаре, которое ныне известно как «медресе Мир-и 'Араб» .

Амир 'Араб вел активную политическую деятельность, поддерживал Шейбани-хана в его планах по завоеванию новых земель. Он также являлся духовным наставником (муршидом) 'Убайдуллах-хана. Согласно историку Фазлуллаху ибн Рузбихану, в 1509 г., когда произошла его встреча с Амир 'Арабом, тот уже оставил политику и занимался благоустройством своих обширных владений в Сауране . Однако в 1512 г., когда над Мавераннахром нависла угроза сефевид-ского завоевания, Амир 'Араб был вынужден вернуться к политической деятельности. В начале 1512 г. 'Убайдуллах-хану удалось освободить Бухару от войск Захируддина Бабура и его иранских союзников. Бабур отступил к Самарканду, но вскоре оставил и этот город. Влиятельные горожане во главе с предводителем дивана 'Убайдуллах-хана Хваджой Низамом (о нем - далее) призвали в Самарканд 'Убайдуллаха39; на имя этого хана была прочитана хутба. Однако вскоре в город вступил Кучкунджи-хан, на тот момент являвшийся самым старшим представителем династии. 'Убайдуллах-хан, повинуясь праву Яссы либо не желая положить начало междоусобицам, уступил трон Кучкунджи-хану.

В том же году войска сефевидского полководца Наджма Второго и Захируддина Бабура вновь начали наступление. Наджм Второй занял г. Карши40 и учинил в нем резню. Шейбаниды были готовы отступить перед превосходящими силами противника, однако вмешательство Амир 'Араба переменило ход дела. Согласно Васифи, именно Амир 'Арабу Шейбаниды обязаны своей победой в Гидждуванской

34

битве 1512 г. с объединенными войсками Бабура и Наджма Второго: Амир 'Араб прибыл из Туркистана и при помощи укоров и увещеваний убедил Шейбанидов принять бой, завершившийся их победой и гибелью Наджма Второго.

Интересующая нас одиннадцатая глава мемуаров Васифи описывает другой важный эпизод из жизни Амир 'Араба, связанный с его политической деятельностью. Это гибель его протеже, уже упоминавшегося нами Хваджа Низама, в результате интриг при дворе 'Убайдуллаха, и разграбление владений самого Амир 'Араба в Сауране. Б.М. Бабаджанов не разделяет точку зрения А.Н. Болдырева и Г.А. Джураевой, согласно которой Мир 'Араб стал жертвой борьбы «между узбекской военно-кочевой знатью и <...> частью местной земско-городской знатью», к которой он принадлежал. По мнению Б.М. Бабаджанова, наиболее существенной причиной разгрома, учиненного в доме Мир 'Араба, а также гибели его ставленника Хваджи Низама стало противостояние 'Убайдуллах-хана с Суйундж Хваджа-ханом и Кучкунджи-ханом41. Начало этому противостоянию можно усмотреть в эпизоде прочтения хутбы на имя 'Убайдуллах-хана в Самарканде в 1512 г. и последовавшем за этим отказе от власти в пользу Кучкунджи-хана. Роль, которую сыграл в этих событиях Хваджа Низам (он поддерживал стремление 'Убайдуллаха к верховной власти), позволила части окружения 'Убайдуллах-хана, ориентированной на Суйундж Хваджа-хана и Кучкунджи-хана, интриговать против этого вельможи и тех, кто за ним стоял (в том числе против Амир 'Араба) . Итогом этого противостояния стала казнь Хваджи Низама по обвинению в ереси и разграбление владений Амир 'Араба в Сауране по приказу Суйундж Хваджа-хана. Поводом к действиям против такой крупной фигуры, как Мир 'Араб, послужило подложное письмо, якобы написанное им 'Убайдуллаху. «Псевдо Амир 'Араб» призывал доблестного 'Убайдуллаха к борьбе за верховную власть в государстве Шейбанидов.

Сам Амир 'Араб, находившийся во время разграбления его сауранских владений в Бухаре, не пострадал. Вероятно, никто бы не осмелился причинить вред наставнику 'Убайдуллаха в стольном городе хана. В то же время 'Убайдуллах вынужден был смириться с фактом разграбления сауранского дома Амир 'Араба - очевидно, он не желал обострения конфликта со старшими родственниками и начала междоусобиц. Таким образом, Суйундж Хваджа-хан и его приспеш-

35

ники поживились богатствами Амир 'Араба, а 'Убайдуллах-хан, пожертвовав жизнью своего вазира и частью имущества своего наставника, сохранил мир в государстве. После разграбления его сауранско-го дома Амир 'Араб обосновался в Бухаре, при дворе 'Убайдуллах-хана. Мир 'Арабу удалось вполне оправиться от нанесенного удара, о чем свидетельствует построенное в середине 30-х гг. XVI в. на его средства медресе в Бухаре, уже упоминавшееся нами «медресе Мир-и 'Араб».

Теперь вернемся к мемуарам Васифи и попробуем понять, с какой целью наш автор вводит в повествование подробный рассказ43 о гибели Хваджи Низама, пронизанный симпатией и сочувствием к вельможе:

Он (Хваджа Низам - Е.Н.) в течение долгого времени прилагал усердие и старания, взяв себе за правило не тратить время понапрасну, и приложил усилия к увеличению и преумножению собственности [счетного] ведомства, [а также] проявлял заботу о податных сословиях и полностью закрыл двери притеснений и уловок. И широко известно, что в светлой памяти Хваджа Низама хранились сто тысяч бейтов из блестящей поэзии предшественников и современников, из касыд, газелей, руба'и, маснави, поношений и восхвалений. И известно, что никто не помнит столько [стихотворений] «к случаю», сколько пом-

44

нит он.

Мы знаем, что Васифи за некую провинность или по навету впал в немилость при дворе 'Убайдуллаха. Мы также предполагаем, что его усилия были направлены на то, чтобы вернуться ко двору просвещенного мецената. Несомненно, что помимо «портфолио» Васифи понадобился бы заступник из числа приближенных к хану лиц. По всей вероятности, именно заступничеством Мир 'Араба Васифи собирался воспользоваться для того, чтобы вернуться в ряды придворных литераторов 'Убайдуллаха. Сочувственное описание последних дней Хваджи Низама и слова хвалы в адрес этого вельможи послужили бы свидетельством лояльности Васифи по отношению к 'Убайдуллаху и Амир 'Арабу.

Итак, первая часть «Удивительных событий» является редким для персидской литературы примером оперирования фактами биографии автора с целью упрочить свое социальное положение. В «Удивительных событиях» отмечен и обстоятельно документирован также каж-

36

дый талант Васифи - от умения разгадывать сложные му 'амма до искусства составления деловых бумаг. При этом разножанровые элементы произведения мастерски введены в повествование, что выгодно отличает труд Васифи от обычных для того времени сборников документов или поэтических антологий. Эта черта «Удивительных событий» говорит о прекрасном знании автором персидской литературы во всем ее жанровом многообразии и об умении использовать жанровую систему персидской литературы в своих интересах. Однако именно конкретные жизненные обстоятельства, обусловленные политической обстановкой в регионе, стали для Васифи поводом к написанию мемуаров.

_Примечания

Под «жанром» в классической персидской литературе мы, вслед за Бо Утасом, понимаем совокупность формальных и содержательных признаков литературного произведения (см. Utas B. 'Genres' in Persian Literature // Manuscript, Text and Literature. Wiesbaden, 2008. P. 219-262). См., например, Бертельс Е.Э. Избранные труды. Навои и Джами. М., 1965. С. 275; Losensky, P. Jami i. Life and Works // Encyclopaedia Iranica. URL: www.iranicaonline.org/articles/jami-i (дата обращения 10.12.2011). Фразы, подобные приведенной, неоднократно встречаются в «Удивительных событиях» Васифи. См., например, с. 192 издания А.Н. Болдырева - Зайн ад-дин Васифи. Бадаи' ал-вакаи' («Удивительные события») / Критич. текст, введение и указатели А. Н. Болдырева. Отв. ред. Е. Э. Бертельс. В 2 т. М.: ИВЛ, 1961-1962.

Кучкунджи Мухаммад б. Абулхайр (ум. 1530) - правитель из династии Шейбанидов, дядя Шейбани. С 1512 по 1530 гг. как старший в роду был главой династии и носил титул хана. Кучкунджи и его потомки владели Самаркандом (McChesney R.D. Shlbanids // The Encyclopaedia of Islam, vol. 9. Leiden, 1997. Pp. 428-431). Суйундж Хваджа-хан - Суйундж Мухаммад б. Абулхайр, правитель из династии Шейбанидов, дядя Шейбани. Наряду с 'Убайдуллах-ханом и Джани-беком, двоюродным братом Шейбани, принимал участие в Гидждуванском сражении 1512 г. с войсками Сефевидов и тимурида Захируддина Бабура. Суйундж Хваджа-хан и его потомки правили в Ташкенте и Ферганской долине.

Болдырев А.Н. Зайнаддин Васифи, таджикский писатель XVI в. (Опыт творческой биографии). Сталинабад, 1957. С. 151.

2

3

4

5

37

6 Бартольд В.В. Сочинения. Часть I. М.: Издательство восточной литературы, 1963. Т. II. С. 267.

7' БолдыревА.Н. Указ. соч. С. 10-11.

8' Составление и разгадывание му'амма было довольно непростым и необычайно популярным занятием в ту эпоху: «Увлечение этой забавой в XV в. охватило даже весьма и весьма серьезных людей. Составление и разгадывание му'амма превратилось в целую сложную схоластическую науку со своими приемами и специальной терминологией» (Бертельс Е.Э. Избранные труды. Навои и Джами. М., 1965. С. 42).

9' См. Зайн ад-дин Васифи. Указ. соч. Гл. 13.

10' Сабран (также Сауран) - населенный пункт в среднем течении Сырдарьи, во времена Васифи - хорошо укрепленный город на границе с кочевой степью, сейчас - городище Сауран в современной ЮжноКазахстанской области, в 40 км к северо-западу от г. Туркестан и в 14 км к северо-западу от современного аула Сауран.

11 Хасан-султан (род. 1532/33) - царевич из рода Шейбанидов, сын Кельди-Мухаммада и внук Суйундж Хваджа-хана, удельного правителя Ташкента. После смерти отца находился на воспитании у дяди, Науруз Ахмада. Умер в юном возрасте, точный год смерти неизвестен.

12 См., например, Болдырев А.Н. Указ. соч. (2-е изд.: Душанбе, 1989), а также Болдырев А.Н. Очерки жизни гератского общества на рубеже XV-XVI вв. // Государственный Эрмитаж. Труды отдела Востока. Т. IV. Л., 1947. С. 313-422.

13' Стологорова И.Н. Генетические корни "Удивительных событий" Васифи (XVI в.) // Вестник Московского университета. Сер. 13 Востоковедение. 1986, № 2. С. 48-56. Материал статьи вошел в диссертационную работу И.Н. Стологоровой (Стологорова И.Н. «Чудеса происходящего» гератского автора XVI в. Васифи (к проблеме зарождения дари (фарси)-язычной художественной прозы). М., 1986).

14' Стологорова И.Н. Генетические корни «Удивительных событий» Васифи (XVI в.). М., 1986. С. 57. Там же. С. 57.

Болдырев А.Н. Зайнаддин Васифи, таджикский писатель XVI в. (Опыт творческой биографии). Сталинабад, 1957. С. 186. Там же. С. 192.

См. гл. 5 и 9 «Удивительных событий».

В Самарканде, бывшем некогда столицей Тимуридов, при Шейбанидах не существовало придворного литературного круга. Правивший в то время в Самарканде султан Абу Са'ид попросту не знал персидского языка, а простота

38

и наивность его отца Кучкунджи-хана стала темой многих анекдотов (Болдырев А.Н. Указ. соч. С. 152).

20 «Предсказание» содержит сообщение о том, что Васифи суждено служить потомкам Суйундж Хваджа-хана. Также дервиш «сообщает» Васифи, что тот поднесет свое сочинение под названием «Удивительные события» шестилетнему внуку Суйундж Хваджа-хана Хасан-султану. Здесь же содержится «откровение», согласно которому повзрослевший Хасан-султан будет править Хорасаном, а затем и Багдадом. «Предсказание андалузского дервиша» было, несомненно, добавлено к тексту «Удивительных событий» при поднесении книги шестилетнему Хасан-султану в 945/1538 или 946/1539 гг., согласно расчетам А.Н. Болдырева.

21 Соответствует 1512 г. н. э.

22. Коран 3:159. Здесь и далее в статье в цитатах при переводе с арабского текст выделяется курсивом.

23. О нем см.: В.В. Бартольд. Туркестан в эпоху монгольского нашествия, с. 419 и 525, прим. А.Н. Болдырева. См.: Болдырев А.Н. Указ. соч. С. 330.

24 Беличья шуба - pustin-i muyina, букв. «меховая шуба» - этим термином обозначались преимущественно беличьи, собольи или горностаевые шубы (Dehkhoda, Ali Akbar. Loghatname-ye Dehkhoda. CD, revayat-e sevvom. Tehran, Entesharat-e Daneshgah-e Tehran. Сл. ст. Muyina).

25 Зайн ад-дин Васифи. Указ. соч. С. 81-85.

26. Болдырев А.Н. Указ. соч. С. 151-154.

27. Два теленка - alfarqadan, альфа и бета Малой медведицы.

28. В начале XVI в. из всех персоязычных правителей только Шейбаниды, правители Мавераннахра, могли рассматриваться Васифи как потенциальные патроны. Путь в сефевидский Иран для автора-суннита был закрыт; Захируддина Бабура, правившего в то время в Кабуле, Васифи считал приспешником Сефевидов (см. например, гл. 3).

29. Имеется в виду двор 'Убайдуллах-хана.

3°. Представление о планетах (Меркурий, Венера, Марс, Юпитер и Сатурн) как о демонических сущностях, оказывающих дурное влияние на судьбу человека, характерно для иранской культуры. Эта идея уходит корнями в доисламскую эпоху, в зороастрийское прошлое Ирана: например, в сочинении предположительно позднесасанидского периода «Суждения духа разума» говорится о том, что планеты приносят несправедливость в этот мир (Pingree D. Astrology and Astronomy in Iran // Encyclopaedia Iranica. URL: http://www.iranicaonline.org/articles/astrology-and-astronomy-in-iran (дата обращения: 15.12.11).

39

31' Зайн ад-дин Васифи. Указ. соч. С. 223.

32 Выражение А.Н. Болдырева.

33. См. Зайн ад-дин Васифи. Указ. соч. С. 409-416.

34 Бабаджанов Б.М. Мир-и Араб // Культура кочевников на рубеже веков (XIX-XX, ХХ-ХХ1 вв.): Проблемы генезиса и трансформации. Материалы международной конференции. Алматы, 1995. С. 88-102, 91.

35 Там же.

36. Сведения об Амир 'Арабе помимо Васифи приводят Фазлуллах ибн Рузбихан в «Михман-нама-йи Бухара», Абулбака ибн Бахауддин в «Джами' ал-макамат», Хасан Нисари в «Музаккир-и ахбаб».

37- Там же. С. 91.

38- Там же. С. 93.

39- Там же. С. 94.

40 Современный г. Карши в Узбекистане, старые названия - Насаф, Нахшаб.

41 Там же. С. 89.

42- Там же. С. 94.

43. Стоит отметить, что многие главы «Удивительных событий» ненамного превосходят по объему этот рассказ, а некоторые даже короче рассказа о Хвадже Низаме.

44 Зайн ад-дин Васифи. Указ. соч. С. 359.

40