Владимир Григорьевич Чирсков

Владимир Григорьевич Чирсков

С 1978 г. работал заместителем министра строительства предприятий нефтяной и газовой промышленности СССР.

«Оруджев не любил излишние споры и всегда был готов пойти на разумный компромисс…»

Владимир Чирсков

Перерыв на финал

Даже во время напряженной работы, когда, казалось, каждая минута на счету, Оруджев мог сделать паузу, чтобы разрядить напряженную обстановку и дать людям «перевести дыхание». Запомнился случай, который произошел на одном из совещаний в Игриме. Тогда я был заместителем министра Миннефтегазстроя СССР и часто сопровождал Сабита Атаевича в его поездках в Сибирь. На совещании присутствовало более полусотни местных руководителей, разговор был весьма серьезный. А в это время шел чемпионат мира по хоккею, и наши спортсмены играли в финале. В Игриме телевидения еще не было, но в соседней с залом заседания комнате несколько человек по приемнику слушали трансляцию матча и время от времени в записках сообщали о его результатах. Среди присутствовавших было много болельщиков. Я знал об этом и решил написать Оруджеву записку. Сабит Атаевич ее прочитал и встал со своего места:

— Товарищи, я вот что вам должен сообщить. Мы здесь решаем вопросы обеспечения газом. Это очень важный государственный вопрос. Но есть и другой не менее важный духовный вопрос. Наши спортсмены сейчас играют в хоккей, и до конца матча остается десять минут. Есть предложение прервать наше важное совещание и послушать, как наши должны победить в этом ответственном матче. Принесите этот приемник сюда и поставьте на стол, пусть слушают все.

После завершения репортажа, поздравив присутствующих с победой советской сборной, министр продолжил совещание. Напряженность спала, разговор вошел в нормальное деловое русло.

Битва министерств

Оруджев умел отстаивать интересы газовой отрасли, но и не выпячивать ее во вред другим отраслям. Особенно крупные межведомственные баталии разыгрывались при формировании плана на следующий год. В Госплане собирались предложения всех министерств. При этом не секрет, что каждое министерство вело свою экономическую политику, которая не всегда сочеталась с политикой других министерств. Поэтому были случаи, когда выдвигались не совсем рациональные проекты, так сказать, с большим запасом прочности.

Вожди отечественной газовой промышленности: А. К. Кортунов, С. А. Оруджев, Б. Е. Щербина, М. В. Сидоренко

Для окончательного «проталкивания» или отклонения этих проектов на завершающем этапе планирования собиралось все руководство министерств. Дискуссия велась по принципу «стенка на стенку». Спорили между собой, главным образом, заместители министров, но при этом последнее слово всегда было за министрами. Оруджев понимал вредность ведомственности, не любил излишние споры и всегда был готов пойти на разумный компромисс.

В. Г. Чирсков, С. А. Оруджев, А. Г. Гудзь, В. Д. Батозский и Е. Н. Яковлев. На площадке компрессорной станции Лон-Юган, Тюменская область, 1979 г.

В то же время он, по возможности, охотно помогал нашему министерству решать многие хозяйственные вопросы. Средств у Миннефтегазстроя было меньше, чем у газовиков, поэтому неоднократно обращались к ним за помощью. Особенно это касалось строительства жилых домов и других объектов социально-культурного назначения на месторождениях и на трубопроводах. Оруджев понимал, что все строится для работающих там людей, и не жалел на это денег своего министерства. Также он помогал Минтяжмашу, Минэлектротехпрому и другим министерствам, которые так или иначе участвовали в программах «Газпрома». Он видел, что за решением каждого частного вопроса стоит реализация большой государственной программы, связанной с освоением новых регионов, увеличением добычи, хранения, переработки и транспортировки газа. Ради реализации этой программы Оруджев шел на дополнительные расходы даже ценой отсрочки решения некоторых частных вопросов своего министерства. На это были способны не многие руководители.

Одно звание на двоих

Оруджев был привязан к своей семье и к тем людям, которые ему нравились по каким-то своим личным качествам. Привязанность эта не скрывалась — в его кабинете на видном месте всегда красовались фотографии жены, дочерей. Там же были фотографии А. К. Кортунова, В. Д. Шашина, Б. Е. Щербины и других.

Когда Сабиту Атаевичу присвоили звание Героя Социалистического Труда, он позвонил своей жене Фатьме Алекперовне и громко произнес: «Фатьма, нам с тобой присвоили звание Героя Социалистического Труда!». И было ясно, что, выполняя ежедневно большую самостоятельную и ответственную работу, Сабит Атаевич в то же время не отделял себя от жены и поэтому в первую очередь поспешил поделиться с ней радостью.

«Это было начало Нового Уренгоя и Уренгойского производственного объединения по добыче газа»

Высадка на местности

В сентябре 1973 года состоялась моя первая поездка совместно с Оруджевым. Летели на вертолете, на борту которого находились также первый секретарь Тюменского обкома Г. П. Богомяков, начальник газового главка Е. Н. Алтунин и др.

25 сентября наш вертолет опустился в излучине реки Ево-Яхи недалеко от домика линейного обходчика телефонной связи Москва — Игарка. Хотя стояла осень, но снега было по щиколотку. Достали карту, начали определять место для закладки нового города.

На месте закладки Нового Уренгоя: П. С. Иванов, В. В. Стрижов, В. Г. Чирсков, Е. Н. Алтунин, Г. П. Богомяков, С. А. Оруджев, А. Н. Гурьев, В. Н. Тюрин, Е. Ф. Козлов, Н. И. Белый, В. Д. Батазовский, Г. А. Шемраев

Три главные составляющие

Оруджев раньше других понял значимость этого момента. Он подозвал к себе своего помощника Н. И. Белого.

— Послушай, Николай Иванович, возьми ягель с того места и положи мне в кабинете. Пусть напоминает о том, что было на месте города, который мы, несомненно, построим. Но нужно еще и по-другому отметить это необычное событие. Давайте ракетницу.

Из вертолета принесли ракетницу, и Оруджев сделал из нее несколько выстрелов вверх, дал выстрелить Богомякову.

— Чего-то не хватает. Видимо, нужно «обмыть» это событие, — решил Сабит Атаевич. — Принесите коньяк.

Коньяк принесли, всем налили понемногу. Но выпить не успели.

— Как можно такое большое дело, как начало освоения крупного месторождения и закладку города, начинать без женщины, — продолжал рассуждать Оруджев. — Позовите стюардессу.

Пошли за стюардессой. А она в туфельках. Пришлось нести ее на руках. Расчистили место, поставили на землю, поднесли бокал.

— Вот теперь все в порядке. Так давайте же выпьем за рождение нового города на карте нашей страны! — торжественно провозгласил Сабит Атаевич. Это было начало Нового Уренгоя и Уренгойского производственного объединения по добыче газа, которому затем присвоили имя С. А. Оруджева.