Конституционное развитие России в ХIХ В. 

УДК 94

Е. В. Тищенко, В. Г. Тищенко

КОНСТИТУЦИОННОЕ РАЗВИТИЕ РОССИИ В XIX в.

Конституция - это не только основной закон страны, но и фундамент законности и правопорядка. Российское государство и общество имеет собственный путь конституционного развития. Наиболее ярким по части конституционных проектов стал в российской истории XIX в.

Ключевые слова: конституция, парламент, избирательное право, разделение властей, гражданское равноправие, представительное правление, местное самоуправление

Constitution is not only the basic law of any country but also the foundation of legitimacy and law and order. The Russian state and the society have their own way of constitutional development. XIX century was the brightest one in the history of Russian constitutional projects

Keywords: constitution, parliament, electoral vote, powers division, civil right equality, representative management, local self-government

В 2013 г. (12 декабря) мы отмечаем знаменательную дату - 20-летие Конституции России. Конституция - это не только основной закон страны, который зафиксировал главные демократические завоевания современности, это вектор, предопределяющий развитие общества и государства, фундамент законности и правопорядка. От того, как будет трактоваться основной закон страны, зависят судьбы целых поколений. 20 лет - достаточный срок для подведения первых итогов. Очевидно, что Конституция России справилась со своим предназначением: даровала российским гражданам основные свободы, позволила выбирать пути развития и самосовершенствования.

Конституция, используя исторический и современный опыт человечества, не только регулирует наиболее важные общественные отношения, но и официально выражает интересы гражданского общества, определяет основные пути развития России и ее многонационального народа.

Российское государство и общество, обладая богатейшей историей, имеет собственный путь конституционного развития. Наиболее ярким по части конституционных проектов стал в российской истории XIX в., тенденции развития которого напрямую предопределили и особенности XX в.

В России в силу ее исторических, территориальных, национальных, конфессиональных и других особенностей, принцип разделения властей должен быть закреплен в Конституции с тем, чтобы: во-первых, разделить и тем самым ограничить государственную власть в целях защиты прав и свобод граждан; во-вторых, исключить возможность концентрации власти в одних руках и тем самым предотвратить злоупотребление ею; в-третьих, повысить как государственный, так и общественный контроль за деятельностью органов власти и должностных лиц.

В российском обществе на протяжении всего XIX в. термин конституция ассоциировался прежде всего с североамериканскими и европейскими революционными тенденциями и движениями, что придавало ему негативную окраску. Считается, что именно поэтому либералы-реформаторы, кроме декабристов, не именовали свои проекты «конституциями», старательно избегая самого этого понятия.

Одна из первых и самых значимых попыток ввести в России элементы конституционализма и парламентаризма относится к началу XIX столетия. В 1809 г. по поручению императора Александра I его статс-секретарь М. М. Сперанский подготовил проект государственных преобразований в России - «Введение к уложению государственных законов», в

144

котором рекомендовал для предотвращения возможных революционных потрясений придать самодержавию внешние формы конституционной монархии. При этом Россия оставалась абсолютной монархией, объединявшей в лице императора высшую законодательную, исполнительную и судебную власть. В соответствии с ними, император не мог действовать прямо, а только через специальные институты, чья деятельность была основана на известном М. М. Сперанскому по трудам философов европейского Просвещения принципе разделения властей. Так, для законодательной деятельности учреждалась Государственная Дума, высшим исполнительным органом власти оставался Кабинет министров, а судебным - Сенат [2].

Проект М. М. Сперанского предполагал также создание Государственного совета, который должен был занять промежуточное положение между самодержцем, с одной стороны, и Государственной Думой, Кабинетом министров и Сенатом - с другой, становясь высшим консультативно-совещательным органом при российском государе. Государственная Дума должна была рассматривать законопроекты, предложенные императором, рассмотренные и представляемые Государственным советом и правительством. Проект М. М. Сперанского не предполагал ввести в России всеобщие или сословные выборы. Процесс формирования Думы состоял из четырех этапов. Сначала создавались низшие, волостные Думы, затем окружные Думы и, наконец, губернские. Депутатский корпус Дум от окружного и до общеимперского уровня формировался путем делегирования депутатов из нижестоящего собрания в вышестоящее. Для тщательного рассмотрения законопроектов, вносимых в Государственную Думу, создавались специальные комиссии из депутатов. Решение по законопроекту принималось простым большинством голосов думского собрания. Право законодательной инициативы Государственной Думе не давалось. Созывать думскую сессию предполагалось в сентябре, собранию депутатов следовало работать до тех пор, пока оно не рассмотрит все внесен-

ные в нее законопроекты. Император мог в любой момент распустить и вновь созвать Государственную Думу [12].

Однако предложенные Сперанским реформы вызвали недовольство консервативного дворянства. Он подвергался постоянному третированию как выскочка, обвинялся в государственной измене, что, в конечном счете, привело к его отставке и ссылке. А разработанный им проект государственных преобразований так и остался практически не реализованным. Вместо учреждения законодательной Государственной Думы Александр I решился только на создание законосовещательного института из назначаемых им самим членов - Государственного совета.

Таким образом, в начале XIX в. идея о внедрении элементов конституционного устройства в России не нашла поддержки на высшем, имперском уровне. Однако в локальном, местном варианте она была блестяще реализована в виде создания представительных органов власти в Царстве Польском. В 1815 г. после победы над наполеоновской Францией на Венском конгрессе было принято решение о передаче территории Польши Российской империи. В ноябре того же года император подписал Конституцию Польского королевства. Его главой были российский император и король польский. Конституция также предоставляла Польше весьма широкую автономию. Так, наместник российского императора мог быть лишь поляком. Польша получала собственную администрацию, суд и даже войско, где все должности должны были замещаться только одними поляками. Государственным языком объявлялся польский. Гарантировалась свобода личности и печати. Польскому королю всецело отдавалась исполнительная власть. Все его преемники должны были короноваться в Варшаве и давать присягу в сохранении конституции. Конституция учреждала, кроме того, Государственный совет, без которого наместник не мог предпринимать ничего важного.

Отправление правосудия Конституция объявляла независимым: судья должен был

145

выражать свое мнение совершенно свободно от каких бы то ни было влияний со стороны. Судьи, как назначенные королем, так и выборные, являлись несменяемыми, за исключением случаев смещения по судебному приговору за должностные или иные преступления. Государственные преступления и преступления высших государственных сановников подлежали сеймовому суду из всех членов Сената.

Власть законодательная должна была заключаться в особе короля и в двух палатах. По Конституции сейм созывался каждые два года на тридцать дней, причем королю предоставлялось право роспуска сейма, отсрочки сеймовых заседаний и созыва чрезвычайного сейма. Члены сейма в период сессии пользовались неприкосновенностью. Законодательная инициатива признавалась только за королем, но послам и депутатам позволялось представлять королю через Государственный совет разного рода желания, касающиеся блага их сограждан. Бюджет установлялся сеймом не более как на четыре года. Заседания обеих палат должны были быть публичными и только по желанию десятой части присутствовавших членов палаты могли превращаться в секретные комитеты. Окончательная санкция законов принадлежала королю. Сенаторы (члены императорского дома, епископы, воеводы и каштеляны) назначались королем на всю жизнь и притом (кроме сенаторов первых двух категорий) из двух кандидатов, представленных самим Сенатом. Как показали последующие события, принятие польской конституции оказало непосредственное влияние на события в России.

В марте 1818 г. Александр I прибыл в Польшу на открытие сейма, где произнес речь, которая произвела впечатление разорвавшейся бомбы. Царь объявил, что «законно-свободные учреждения», которые он «даровал» Польше, были предметом его постоянных «помышлений» и что он надеется распространить их на всю страну. Царь ясно давал понять, что от успеха польского эксперимента зависит и судьба конституции в России. Работа над ней началась в конце того же года под руководством

Н. Н. Новосильцева. К октябрю следующего

(1819 г.) документ был готов и одобрен Александром I. Затем еще в течение года шла доработка. По новому проекту Российская империя должна была приобрести федеративное устройство и состоять из 10 крупных единиц - намест-ничеств во главе с генерал-губернаторами. Каждое наместничество управлялось своим сеймом из двух палат, а законодательная власть в стране в целом передавалась общероссийскому, также двухпалатному, сейму, осуществляющему законодательные функции совместно с государем. Проект предусматривал передачу исполнительной власти Государственному совету совместно с министерствами; судебная же власть окончательно отделялась от двух прочих.

Работа над проектом была закончена к концу 1820 г., и он вновь получил одобрение императора. Однако теперь царь решил, что его замыслы неосуществимы и даже вредны. В этом его убеждали сведения о существовании тайных революционных обществ будущих декабристов, волнения военных поселенцев и солдат Семеновского полка, революционные события в Южной Европе да и оппозиционность самого Польского сейма. Ему стало казаться, что введение конституции может послужить катализатором дальнейших потрясений в стране, еще более страшных и непредсказуемых. В результате замыслы Александра

I по внедрению конституционного правления в Российской империи так и остались нереализованными.

Однако прогрессивные идеи государственного переустройства собственно России были подхвачены и развиты декабристами. Хорошее образование, полученное молодыми дворянами, способствовало их знакомству с идеями европейского Просвещения. Участие в Отечественной войне 1812 г. и заграничных походах 1813-1814 гг. почти всех основателей и многих активных членов будущего дворянского революционного движения позволило им увидеть общественно-политический уклад нескольких европейских государств. Все это привело декабристов к одной из основных идей - народ, одержавший победу над сильнейшей в Европе армией Наполеона, должен

146

быть освобожден от крепостнического рабства. Между тем император Александр I не только отказался от продолжения либеральных преобразований, которые были осуществлены им в начале правления, но и принял ряд мер явно консервативного характера. В этих условиях ставка делается не просто на постепенное конституционное развитие, а на быстрый военно-революционный переворот.

П. Пестель - автор программного документа Южного общества «Русской правды» -видел превращение России после успешного революционного переворота в республику с конституционным устройством. Помимо этого, планировались немедленная ликвидация крепостного права, полное уничтожение сословного строя, равенство всех граждан перед законом и право каждого мужчины, достигшего 20 лет, участвовать в политической жизни страны, т. е. избирать и быть избранным в органы власти, без какого бы то ни было имущественного или образовательного ценза. Правда, женщины избирательных прав не получали. Предусматривалось создание местных и региональных представительных органов власти. В России предполагался созыв однопалатного парламента - Народного веча, которое наделялось бы всей полнотой законодательной власти в стране. Исполнительная власть в республике должна была принадлежать Державной думе, состоящей из 5 членов, избираемых Народным вечем на 5 лет. Каждый год один из членов Державной думы выбывал, и на его место избирался новый - этим обеспечивались непрерывность и преемственность власти и ее постоянное обновление. Тот член Державной думы, который пребывал в ее составе последний год, становился ее председателем, фактически президентом республики. Этим обеспечивалась невозможность узурпации верховной власти: каждый президент занимал свой пост лишь один год.

Третьим верховным государственным органом республики предполагалось учредить Верховный собор, состоящий из 120 человек, избираемых пожизненно с пожизненным материальным обеспечением. Единственная

функция Верховного собора - контрольная: он должен был следить за точным соблюдением всеми гражданами и должностными лицами конституции. При этом демократическое устройство должно было одинаково распространяться на всей территории, независимо от того, какими народами она заселена. Однако П. Пестель был противником федеративного устройства, так как видел в нем опасность сепаратизма и возможность распада страны: вся Россия по его проекту должна была представлять собой единое и неделимое унитарное государство. Исключение делалось только для Польши, которой предоставлялось право отделения [1].

В конституционном проекте («Конституции»), разработанном Н. Муравьевым, предусматривался созыв Учредительного собрания. Лишь оно могло, по мнению членов Северного общества, составить конституцию или утвердить голосованием какой-либо из предложенных ему конституционных проектов. Таким образом, Н. Муравьев выступал против реализации популярной среди части декабристов идеи диктатуры временного революционного правительства и введения им заранее одобренной тайным обществом революционной конституции. В соответствии с проектом, предложенным Н. Муравьевым и одобренным «Северным обществом», будущая Россия должна была стать конституционной монархией с федеративным устройством, с преобладанием не национальной, а территориальной составляющей. Россия делилась бы на 15 федеративных территориально-административных единиц - «держав» (областей). Крепостное право безоговорочно отменялось; сословия уничтожались. Устанавливалось равенство всех граждан перед законом, равный для всех суд. Политическое устройство федерации, по Муравьеву, предполагало создание двухпалатной парламентской системы в каждой «державе». Верхней палатой в «державе» была Державная дума, нижней - Палата выборных депутатов «державы». Федерацию в целом объединяло бы Народное вече, тоже двухпалатный парламент (верхняя палата -

147

Верховная дума, нижняя - Палата народных представителей), которому должна была принадлежать законодательная власть в стране. Выборы во все представительные учреждения обуславливались высоким имущественным цензом. Исполнительной властью обладал император - верховный чиновник Российского государства, получавший большое жалованье. Законодательной власти император не имел, но имел право «суспенсивного вето», т. е. мог на определенный срок задержать принятие закона и вернуть его в парламент для вторичного обсуждения, однако совсем отклонить закон он не мог [3].

Единственным условием, дававшим возможность реализации революционных проектов декабристов (и «Конституции» Н. Муравьева, и «Русской правды» П. Пестеля), было успешное антиправительственное восстание. Однако восстание декабристов потерпело поражение. По степени виновности пять наиболее активных его руководителей были приговорены к смертной казни через повешение, 121 декабриста сослали в Сибирь на каторгу и поселение. Попытки введения парламентской формы правления вновь не увенчались успехом. В России установился жесткий, консервативный самодержавно-крепостнический,

деспотический режим, подавлявший любые попытки либерально-конституционного развития - николаевская эпоха [11].

Очередная попытка внедрения в России парламентаризма была связана с эпохой «великих реформ» 60-70-х гг. XIX в. и с именем царя-реформатора Александра II. Крестьянская реформа 1861 г. привела к изменениям в экономической структуре общества, что вызвало необходимость трансформации политической системы. В 1863 г. министр внутренних дел П. А. Валуев предложил создать при Государственном совете «съезд государственных гласных» из 150-200 человек, которые избирались бы на три года от губернских земств и от крупнейших городов империи, а пятая их часть назначалась бы императором.

Съезд фактически играл бы роль «младшей» (нижней) палаты по отношению к Госу-

дарственному совету. После обсуждения гласными дело должно было отправляться в Государственный совет, где проходило бы традиционную процедуру рассмотрения с участием 15 представителей съезда. Но и такие меры показались Александру II слишком смелыми, и на создание всероссийского представительства он не пошел.

Однако в 1864 г. началась земская реформа. В соответствии с «Положением о губернских и уездных земских учреждениях», в уездах и губерниях вводились выборные органы местного управления - земства. Формально земские учреждения состояли из представителей всех сословий, но избирательное право обусловливалось имущественным цензом. Члены земских собраний (гласные) избирались по трем куриям: землевладельцев, городских избирателей и выборных от сельских обществ (по последней курии выборы были многоступенчатыми). Председателем собраний являлся местный предводитель дворянства. Создавались также исполнительные органы - губернские и уездные земские управы. Земства не имели политических функций и не обладали исполнительной властью, решали в основном хозяйственные вопросы, но и в этих пределах они контролировались губернаторами и полицией, им запрещалось налаживать как «горизонтальные», так и «вертикальные» связи для координации деятельности даже в этих пределах компетенции.

Вводились земства постепенно (до 1879 г.) и не во всех районах империи. Уже в это время их компетенция все более и более ограничивалась правительством.

По аналогии с земской, в 1870 г. началось проведение городской реформы, связанной с созданием новой системы учреждений городского самоуправления: городских дум (представительные органы) и городских управ (исполнительные органы). Созданная на основании «Городового положения» 1870 г., она была основана на буржуазном принципе единого имущественного ценза. Выборы происходили по куриям, создаваемым в соответствии с размерами уплачиваемого налога. Подавляющее

148

большинство жителей, не имеющих установленного имущественного ценза, оказалось отстраненным от выборов. Органы городского самоуправления также находились под неослабным контролем правительства и в основном решали вопросы, связанные с ведением городского хозяйства. Однако, несмотря на ограничения, земства и городские думы в России, просуществовав до 1917 г., сыграли заметную роль в решении вопросов как хозяйственного, так и культурного плана (просвещение, медицина, земская статистика и др.) [10].

Великие реформы не только резко ускорили процессы модернизации России, но и усилили противостояние власти и общества. Реформатором оказались недовольны как «низы», так и «верхи». Первые были недовольны ограниченностью и медлительностью преобразований, тем, что они проводятся прежде всего с учетом интересов «верхов», а затем «низов», вторые утверждали, что реформы подрывают вековые устои российского общественно-политического строя (монархические), ущемляют интересы дворянства - социально-политической основы империи. Сам император первоначально исходил из того, что монархия - лучшая и наиболее приемлемая для России форма правления. Однако политический кризис конца 70-х - начала 80-х гг. XIX в., вызванный недовольством значительной части общества результатами проведенных реформ, когда раскол власти и общества по сути находился в стадии открытой войны, подвел Александра II к мысли о необходимости завершения реформ созданием высшего представительного органа страны.

Министр внутренних дел М. Т. Лорис-Меликов предложил Александру II свой вариант конституционного развития. Сам Лорис-Меликов, с личностью которого связаны преобразовательные планы 1880-1881 гг., не мог претендовать на роль главного «либерала» страны, вдохновителя продолжения «буржуазных реформ». По своим личным качествам, уровню образования М. Т. Лорис-Меликов был политиком-практиком, хорошо реализовавшимся представителем региональной по-

литической элиты Российской империи. Его мировоззрение к середине 1870-х гг. в целом можно считать умеренно-либеральным.

Во многом благодаря стихийному стечению обстоятельств в конце 1870-х гг. Лорис-Меликов был привлечен к работе в высших органах власти и постепенно вошел в состав собственно политической элиты России [7].

В 1880 г. в правительстве сформировалась группировка либеральных чиновников во главе с М. Т. Лорис-Меликовым и Д. А. Милютиным, которая составила план дальнейшего развития реформ 60-70-х гг. Данный план складывался из трех моментов: создание земского законосовещательного представительного собрания в высших органах власти, создание единого правительства во главе с председателем и проведение в духе либеральной доктрины социально-политических реформ в вопросах крестьянском, налоговом, местного самоуправления, печати, образования. Именно этот план и может именоваться «Конституцией Лорис-Меликова».

Политическими целями проекта было приспособление системы высших органов государственной власти к новым социальнополитическим реалиями пореформенной России, восстановление сотрудничества с представителями образованного общества страны, постепенное преодоление частично негативных социально-экономических и социально-политических последствий реформ 60-70-х гг., вызванных их непоследовательностью и незавершенностью.

Реализация, т. е. проведение проекта через высшие органы власти России, началась еще до оформления плана. При этом Лорис-Меликов и возглавляемая им группировка избрала особую стратегию, которая предполагала максимальное усиление либералов в правительстве, обеспечение стабильного влияния либералов и лично Лорис-Меликова на Александра II и цесаревича Александра, использование общественного мнения для дополнительного осторожного давления на политическую элиту и лично на императора, вынесение на обсуждение в высших правительственных

149

кругах составляющих элементов проекта по частям при первоначальном отрицании представительной идеи.

Реализация осуществлялась по ходу составления общего замысла. Первой частью стал доклад Лорис-Меликова Александру II от

11 апреля 1880 г., в котором излагалась программа социально-политических реформ в вопросах крестьянском, налоговом, местного самоуправления, печати, образования, но еще отсутствовали темы представительства и единого правительства [4].

Второй частью стал доклад Лорис-Меликова Александру II от 28 января 1881 г., раскрывающий идею проекта создания представительного законосовещательного собрания под названием «Общая комиссия», права и положение которого были значительно менее сильными, чем во всех текстовых источниках проекта. Таким образом, либеральная правительственная группировка рассчитывала переломить отношение Александра II к представительной реформе, что и удалось сделать - доклад прошел через основные начальные стадии законодательного процесса и дважды получил одобрение Александра II.

Третий вариант проекта - доклад Лорис-Меликова Александру III от 12 апреля 1881 г. -появился уже после 1 марта 1881 г. в условиях резкого обострения политического кризиса и борьбы либеральной и консервативной правительственных группировок за влияние на нового императора Александра III. Лорис-Меликов изложил все три пункта общего плана развития реформ: представительное собрание, программа социально-политических преобразований и создание единого правительства, причем последнее приобрело особое значение [13].

До 1 марта 1881 г. либеральной правительственной группировке удалось сформировать благоприятную общественно-политическую атмосферу вокруг планируемых мероприятий. Умеренные силы либерального, демократического и консервативного направлений готовы были объединиться в поддержке представительной реформы. Консер-

вативные силы в политической элите были деморализованы.

После 1 марта 1881 г. возможности влияния либеральной правительственной группировки на нового императора (изначально весьма слабые) были еще более урезаны. Хрупкое согласие в общественном мнении нарушено и объединение фактически произошло на базе отрицания проекта Лорис-Меликова, что и определило в конечном счете его неудачу.

Факторы, которые в равной степени могли способствовать успеху или неудаче «конституции Лорис-Меликова», легко разделить на две группы. К объективным можно отнести назревшую необходимость реформы -уровень развития социально-экономических отношений, политической культуры и активности населения, сформированность новых общественных слоев и осознанность ими своих интересов. К субъективным - волю политической элиты и общественное согласие по вопросу о необходимости реформы. Объективные факторы только начинали формироваться, а у носителей верховной власти было больше сомнений, чем желания проводить реформу. Поэтому в условиях отсутствия прямого революционного давления на власть только масштабная общественная поддержка могла обеспечить проекту Лорис-Меликова практическое будущее, в связи с чем его ключевым моментом становилась проблема представительства как средства осуществления компромисса между политической элитой и образованным обществом страны [5].

Убийство царя не позволило свершиться весьма вероятному развитию России по пути парламентаризма и конституционализма. История не знает сослагательного наклонения, но есть много оснований полагать: будь конституционный проект 1880-1881 гг. хотя бы частично реализован, возможно, что многое в российской истории рубежа Х!Х - ХХ вв. было бы по-другому [6].

Еще одна попытка в XIX в. создать в империи общероссийский представительный

150

орган - земский собор - относится к 1882 г., началу царствования Александра III, и принадлежит Н. П. Игнатьеву, министру внутренних дел в 1881-1882 гг. Он прислушался к призыву славянофилов возродить Земские соборы как способ борьбы с бюрократизмом и установления прямого общения царя с народом по формуле: «Сила власти - царю; сила мнения - народу». Однако славянофилы искажали действительную суть Земских соборов: они выдавали их за исключительно совещательный орган, предлагавший власти не решения, а только рекомендации. Игнатьев ухватился за идею по ряду причин: он видел в Земском соборе действенное средство борьбы с революционной смутой, а также рассчитывал с его помощью укрепить в глазах Александра III свой авторитет, сильно пошатнувшийся к весне 1882 г. Проект созыва Собора был готов 31 марта 1882 г. Министр внес в него некоторые поправки, в основном незначительные. Самой важной стала следующая: Игнатьев намеревался избрать более половины участников Собора от крестьян [5].

12 апреля 1882 г. министр ознакомил со своим планом Александра III, представив ему проект манифеста и рескрипта о земском соборе. Его заседание предполагалось открыть через год, 6 мая 1883 г., приурочив к коронации императора. Министр внутренних дел предлагал собрать 3500-4000 депутатов, избранных от разных сословий, а также иерархов церкви и правительство. Более половины депутатов представляло крестьянство (около 2000-2500 человек). Предполагалось, что большое количество участников позволит власти выяснить подлинные настроения населения [12].

Такой Собор, совершенно не способный заниматься серьезной законодательной работой, должен был лишь продемонстрировать единение народа с властью, прямое общение царя с подданными и создать иллюзию, что с обществом советуются. Игнатьев также намеревался воспользоваться Собором «ради того, чтобы создать кабинет на западный образец,

составленный из единомышленных, то есть покорных, министров со всесильным премьером во главе». Александр III, плохо разбиравшийся в сложных политических вопросах и интригах, не мог сразу всесторонне оценить этот проект, а потому пребывал в нерешительности.

Ни один из сановников, посвященных в замысел, не поддержал Игнатьева. К. П. Победоносцев вообще «пришел в ужас» от знакомства с планом министра внутренних дел и объявил «это дело безумным»: «Одно появление такого манифеста произвело бы страшное волнение и смуту во всей России» [9].

Помимо этого, Игнатьев столкнулся с еще одной серьезной неприятностью - его проект огласил в газете «Московские ведомости» ее всесильный издатель М. Н. Катков, приписав идею Собора народовольцам. Министр совершил грубую ошибку, втянувшись в публичную полемику с Катковым через прессу -петербургское «Новое время» и аксаковскую «Русь». Опровержения не укрепили позиции сановника - наоборот, они оказались одним из пунктов обвинений в его адрес на специально созванном совещании. Главным итогом совещания стали крах соборного плана и отставка Игнатьева, означавшая конец его политической карьеры. Случившееся еще раз показало, насколько острым для власти являлся вопрос о создании народного представительства в любой форме и даже с самыми незначительными полномочиями [8]. Как отмечает большинство историков, эти усилия не имели в своей основе политической программы и потому часто страдали от копирования западных решений без должного учета российских реалий, приводили к непредвиденным результатам и дискредитировали себя в глазах общества. Тем не менее они оказали значительное влияние на страну, и их последствия включали важные положительные сдвиги. В прошлом за каждым либеральным подъемом следовал период реакции, в течение которого многие достижения уничтожались.

Эта задача актуальна и сегодня, поскольку знание, признание и соблюдение Консти-

151

туции - важнейшие составляющие успешного сийского народа. Чтобы обеспечить необра-

формирования правового государства, разви- тимость этих процессов, всем нам необходимо

тия нашей страны в демократическом направ- научиться жить по Конституции, строго сле-

лении, сохранения многонационального рос- довать ее букве и духу.

1. Антология мировой правовой мысли. - Т. 4. - М., 1999. - С. 465-466.

2. Государственная Уставная грамота Российской империи // Шильдер, Н. К. Император Александр Первый. Его жизнь и царствование / Н. К. Шильдер. - СПб., 1905. - Т. IV. - С. 499-526.

3. Избранные социально-политические и философские произведения декабристов. - Т. 1. - М., 1951.

4. Итенберг, Б. С. Граф М. Т. Лорис-Меликов и его современники / Б. С. Итенберг, В. А. Твардовская. -М.: Центрполиграф, 2004. - 685 с., ил., факс., портр. - (Россия забытая и неизвестная. Государственные деятели и полководцы).

5. Конституционные проекты в России XVIII - начала XX в. / сост., авт. вступ. ст. и коммент. А. Н. Ме-душевский. - М.: РОССПЭН, 2010. - 638 с. - (Библиотека отечественной общественной мысли с древнейших времен до начала XX века).

6. Кудинов, О. А. Правительственные проекты конституций Российской империи XIX в. / О. А. Кудинов // Государство и право. - 2004. - № 4. - С. 73-79.

7. Лорис-Меликов, М. Т. Биографический очерк / М. Т. Лорис-Меликов. - Тифлис, 1889.

8. Медушевский, А. Н. Диалог со временем: Российские конституционалисты конца XIX - начала XX в. / А.Н. Медушевский; РАН; Ин-т Рос. истории. - М.: Новый хронограф, 2010. - 486 с. - (Серия: Российское общество. Современные исследования).

9. Преображенский, И. В. Победоносцев К. П.: его личность и деятельность / И. В. Преображенский. -СПб., 1914.

10. Пуздрач, Ю. В. История российского конституционализма IX - XX веков / Ю. В. Пуздрач. - СПб.: Пресс, 2004. - 559 с.

11. Семевский, В. И. Политические и общественные идеи декабристов / В. И. Семевский. - СПб., 1909.

12. Сперанский, М. М. План государственного преобразования: (Введение к уложению государственных законов 1809 г.). С прилож. «Записки об устройстве судебных и правительственных учреждений в России (1803 г.), ст. «О государственных установлениях», «О крепостных людях» и пермского письма к императору Александру I / М. М. Сперанский. - М.: Гос. публ. ист. б-ка России, 2004. - 192 с.

13. Томсинов, В. А. Конституционный вопрос в России в 60-х - начале 80-х годов XIX века (К 130-летию гибели императора Александра II) / В. А. Томсинов // Законодательство. - 2012. - № 1. -С. 88-94; № 2. - С. 88-94.

Сдано 25.11.2013

152