«В начале года было трудно поверить, что я стану восьмой в мире»

Одним из главных итогов женского теннисного сезона стал рекордный за последние семь лет для россиянок результат Дарьи Касаткиной, которая заканчивает год на восьмом месте в мировом рейтинге. В интервью корреспонденту “Ъ” Евгению Федякову полуфиналистка Roland Garros, выигравшая летом два титула Женской теннисной ассоциации (WTA), объяснила главные причины своего прогресса, поделилась ощущениями от участия в итоговом турнире WTA Finals и рассказала, как будет готовиться к следующему сезону.

Дарья Касаткина

Фото: Сергей Вишневский, Коммерсантъ

— Если бы в январе кто-то сказал, что в ноябре Дарья Касаткина будет стоять в рейтинге так высоко, вы бы поверили?

— Скорее всего, нет. В начале года было трудно поверить, что я стану восьмой в мире.

— Тогда как вы объясните, почему нынешний сезон стал лучшим в вашей карьере?

— В тренировочном процессе мы сильно ничего не меняли. Просто именно сейчас дала результат работа, проделанная нашей командой на протяжении трех с лишним лет не только на корте и над физическими кондициями, но и ментальная. Впрочем, такой работы у меня по-прежнему непочатый край, поэтому буду стараться развиваться, чтобы в следующем году стать еще лучше.

— Как охарактеризуете нынешний этап сотрудничества с испанцем Карлосом Мартинесом, который тренирует вас с лета 2019 года?

— Я более чем удовлетворена нашей работой. Мне очень нравится и то, как у нас проходит рабочий процесс, и результат. Это же здорово, когда ты работаешь с одним и тем же человеком так долго! Для меня это вообще идеальный вариант, поскольку часто менять тренеров и постоянно искать общий язык с новыми людьми мне не очень нравится.

— После того как на WTA Finals в Форт-Уэрте вы проиграли Иге Швёнтек и победили Коко Гауфф, вам не хватило всего двух очков на тай-брейке третьей партии во встрече с будущей чемпионкой Каролин Гарсией. В какой степени вы удовлетворены результатом, показанным на своем дебютном итоговом турнире?

— Побеждать хочется всегда. И когда полуфинал оказывается так близко, воспринять поражение сложно. Но для теннисистов система с групповым этапом непривычна, и я довольна тем, что после первого матча смогла собраться, убедить себя в том, что турнир еще не закончен. Сейчас для выхода из группы мне не хватило совсем чуть-чуть, поэтому надеюсь, что, если попаду на итоговый турнир в следующий раз, все сложится в мою сторону.

— Встреча с Гарсией стала для вас самой драматичной в этом сезоне?

— Если судить только по счету третьего сета, то, наверное, можно сказать и так. Но я бы все-таки считала для себя самым драматичным и обидным поражение от Унс Джабир в полуфинале Рима, когда упустила матчбол. В таких ситуациях ты испытываешь не самые приятные ощущения. В то же время я благодарна тому матчу, поскольку благодаря ему сделала много правильных выводов и вскоре смогла сыграть полуфинал на Roland Garros.

— Уступив Гарсии совсем чуть-чуть, вы могли предположить, что проигрываете будущей чемпионке?

— Никогда нельзя заранее сказать, чем может закончиться турнир, тем более тот, в котором играют лучшие. Но сейчас, когда я знаю, кто победил, мне стало даже немного обиднее. Ведь выходит, что у меня тоже были шансы выиграть. Поэтому, если честно, хочется уже забыть эту историю, жить настоящим и готовиться к будущему.

— Был ли по ходу этого сезона момент, когда вы вдруг осознали, что совершили прорыв и способны на многое?

— Да, это произошло в Риме после матча с Паулой Бадосой (на тот момент третьей ракеткой мира, которую Касаткина обыграла в 1/8 финала.— “Ъ”). Именно там я почувствовала в себе новые силы, поняла, что могу сделать больше, чем думала раньше. И действительно, все пошло намного лучше. У меня было несколько хороших результатов, в том числе полуфинал Roland Garros.

— А как высоко оцениваете победу на турнире в Сан-Хосе, где смогли обыграть сразу двух соперниц из первой десятки — Арину Соболенко и все ту же Паулу Бадосу?

— Опять-таки, когда ты обыгрываешь таких игроков, то запоминаешь эти матчи и становишься намного увереннее. Турнир в Сан-Хосе оказался сильным по составу. И я очень радовалась после победы, поскольку если бы сама была теннисным болельщиком, то не назвала бы свою фамилию в списке фаворитов.

— В одиночке у вас уже шесть титулов, а в паре всего один, выигранный с Еленой Весниной в 2015 году на Кубке Кремля. Чем объясняется то, что, в отличие от Вероники Кудерметовой, финишировавшей в одиночном рейтинге на девятом месте, вы крайне мало выступаете в парном разряде, а в этом году после Australian Open не провели в паре ни одного матча?

— Во-первых, пара — это дополнительная нагрузка. Во-вторых, мне не очень нравится ее играть, поскольку я не слишком хорошо понимаю парный теннис. Вообще, я больше воспринимаю пару как тренировку, и в Австралии играла ее потому, что в начале сезона хотелось провести на корте побольше времени. А дальше так сложились обстоятельства. На одном из турниров я заявилась на пару по одиночному рейтингу, а потом снялась (за это по правилам WTA следует наказание.— “Ъ”). И поэтому не смогла сыграть, например, в Цинциннати, где мы планировали выступить вместе с Аней Калинской.

— Насколько большая усталость накопилась в конце сезона и как долго продлятся ваши каникулы?

— Физически осенью я чувствовала себя отлично, что не может не радовать. Но ментально было сложно, поскольку в целом год получился сложным. Каникулы мои, как обычно, продлятся две недели, и на корт я вернусь в двадцатых числах ноября. Для меня настоящий отдых — это отсутствие плана на день. Буду проводить время с близкими людьми и наслаждаться моментом. Это сейчас как нельзя кстати.

— Сколь сложной кажется вам сейчас задача сохранить свое нынешнее место в рейтинге и подняться выше, учитывая тот факт, что в последнее время в женском теннисе первая десятка практически каждый год значительно обновляется?

— Подтверждать что-то всегда сложнее, чем сделать в первый раз. Поэтому будет очень трудно. Один раз я с такой задачей не справилась (по итогам 2018 года Касаткина заняла 10-е место, а в 2019-м опустилась на 69-е.— “Ъ”). Теперь передо мной стоит второй вызов, который я воспринимаю по-другому и на который буду иначе себя настраивать. Просто постараюсь делать свое дело и выполнять свою главную задачу — совершенствоваться. А если не получится остаться восьмой, и я опущусь чуть ниже, никакой трагедии не произойдет. В конце концов, это спорт.