Материалы по динамике численности яно-индигирской и сундрунской популяции дикого северного оленя (Rangifer tarandus L. ) в Якутии

УДК 599.735.31 И. И. Мордосов, А. А. Кривошапкин

МАТЕРИАЛЫ ПО ДИНАМИКЕ ЧИСЛЕННОСТИ ЯНО-ИНДИГИРСКОЙ И СУНДРУНСКОЙ ПОПУЛЯЦИИ ДИКОГО СЕВЕРНОГО ОЛЕНЯ (КАШ^ЕК ТАКАМОШ Ь.) В ЯКУТИИ

Приводятся данные по динамике численности дикого северного оленя в материковой части тундровой зоны Якутии и на Новосибирских островах в период с XIX в. по настоящее время. Единый в прошлом ареал тундрового оленя в ХХ в. превратился в ряд изолированных друг от друга популяций, а общая численность вида значительно сократилась. Синхронность колебаний численности диких северных оленей в тундровых зонах Евразии и Северной Америки указывает на общие их причины, одной из которых авторы считают динамику оленеемкости угодий. Вместе с тем резкое сокращение численности яно-индигирской популяции в последнее десятилетие авторы связывают с негативным влиянием антропогенных факторов, в первую очередь, с перепромыслом. Основной целью работы является изучение современного состояния численности яно-индигирской и сундрунской популяций дикого северного оленя. В задачи входило изучение истории вопроса, авиаучет численности, анализ половозрастной структуры популяций. Основным методом исследования является аэровизуальный учет численности диких северных оленей на летних пастбищах. В статье приведены данные авиаучета, проведенного в июле 2012 г. в яно-индигирском и колымо-индигирском междуречьях. Было установлено, что численность яно-индигирской популяции сократилась в сравнении с данными предыдущего учета с 34 тыс. до 1,5-2,0 тыс. особей. Одной из главных причин столь катастрофического сокращения яно-индигирской популяции авторы считают чрезмерный промысел. Численность сундрунской популяции осталась приблизительно на том же уровне, что и в 2002 г. - около 27 тыс. особей. В отличие от данных предыдущих учетов сундрунская популяция в 2012 г. была рассеяна на огромном пространстве практически от устья Индигирки на западе до бассейна р. Гальгаваам на востоке. Другой особенностью распределения сундрунской популяции по зоне обитания является наличие довольно крупной группировки диких северных оленей на хребте Улахан-Сис в районе горы Хел-Амкани. Состояние численности яно-индигирской популяции дикого северного оленя в Якутии достигло критического уровня и требует принятия незамедлительных мер по охране и ее восстановлению. Численность сундрунской популяции остается стабильной.

Ключевые слова: дикий северный олень, популяции, Якутия, тундра, численность, динамика численности, пастбища, оленеемкость, промысел, антропогенное воздействие, авиаучет, половозрастная структура.

МОРДОСОВ Иннокентий Иннокентьевич - д. б. н., проф., зав. каф. фундаментальной и прикладной зоологии ИЕН СВФУ

E-mail: ii.mordosov@s-vfu.ru

MORDOSOV Innokenty Innokentievich - Doctor of Biological Sciences, Professor, head of the Department of Fundamental and Applied Zoology of the Institute of Natural Sciences, North-Eastern Federal University named after M. K. Ammosov.

E-mail: ii.mordosov@s-vfu.ru

КРИВОШАПКИН Александр Анатольевич - к. б. н., доц. каф. фундаментальной и прикладной зоологии ИЕН СВФУ.

E-mail: sandro1@yandex.ru

KRIVOSHAPKIN Alexander Anatolievich - Candidate of Biological Sciences, Associate Professor at the Department of Fundamental and Applied Zoology of the Institute of Natural Sciences, North-Eastern Federal University named after M. K. Ammosov.

E-mail: sandro1@yandex.ru

1.1. Mordosov, A. A. Krivoshapkin

Materials on Dynamic of Number of Yana-Indigir and Sundrun Populations of Reindeer (Rangifer tarandus L.) in Yakutia

The article presents data on the population dynamics of wild reindeer in the mainland tundra zone of Yakutia and the New Siberian Islands in the period from the Nineteenth century to the present. States that united in the past, the area of tundra reindeer in the twentieth century turned into a number of isolated from each other populations, and the total number decreased significantly. Synchrony of population fluctuations of wild reindeer in the tundra areas of Eurasia and North America indicates their similar reasons, one of which, the authors consider the dynamics of deer-feeding capacity of pastures. However, sharp decline in the number of the Yana-Indigirka population in the last decade, the authors attributed the negative influence of anthropogenic factors, primarily from overhunting. In article the data of aerial census conducted in July 2012 in the Yana-Indigirka and Kolyma-Indigirka interfluve. It was found that the strength of the Yana-Indigirka population declined in comparison to the previous accounting for 34 thousand to 1,5-2,0 thousand reindeers. One of the main reasons for such a catastrophic reduction in the Yana-Indigirka population, as the authors consider, is overhunting. The number Sundrun population remained approximately on the same level as in 2002 - about 27 thousand individuals. In contrast to data from previous counts Sundrun population in 2012 was scattered over a huge area almost from the mouth of the Indigirka in the West to the district of Galgavaam River in the East. Another feature of the distribution of Sundrun population all round habitat is the presence of a fairly large group of wild reindeer on the ridge of the Ulakhan-Sis Mountains in the district of Hel-Amkani.

Keywords: wild reindeer, population, Yakutia, tundra, abundance, population dynamics, pasture, fishery, human impact, aircraft estimation, the age and sex structure.

Введение

Основной целью работы является изучение современного состояния численности яно-ин-дигирской и сундрунской популяций дикого северного оленя и ее динамики. В задачи входили изучение истории вопроса, авиаучет численности, анализ половозрастной структуры популяций.

В настоящее время считается, что в материковой части тундровой зоны Якутии и на Новосибирских островах обитает 4 популяции дикого северного оленя: лено-оленекская, яно-индигирская, сундрунская и островная. Эти разрозненные популяции образовались в первой половине XX в. из сплошного ареала вида, занимавшего всю тундровую зону [1], в том числе и Якутию [1-4]. В середине XIX в. олень был «сказочно многочислен» в низовьях р. Колымы [5]. Еще в середине XIX в. эта популяция (сундрунская) соприкасалась с ареалом дикого северного оленя чукотских популяций [5-10], которая по предположению Ф. Б. Чернявского [11] некогда имела огромную численность. О возможности существования такой крупной популяции говорят наскальные рисунки, датируемые II тысячелетием до н. э. на р. Пегтымель [12]. На этих рисунках показаны сцены охоты на оленей на переправах через реки. Согласно с Л. А. Портенко [13], в XVIII-XIX вв. мигрирующие олени занимали на переправах через реки пространства протяженностью до 100 верст.

Связь сундрунской популяции с популяциями дикого северного оленя Чукотки, по-видимому, сохранялась до середины ХХ в. Согласно Л. А. Портенко [13], часть этой популяции обитает восточнее р. Алазеи в бассейнах рр. Курдигиныр, Большой и Малой Куропаточьей, а восточнее р. Колымы встречается в бассейнах рр. Большого и Малого Анюев и Омолона.

Численность оленей в период до ХХ в. А. А. Насимович [14-15] оценивал в несколько миллионов особей, а в более отдаленное время еще больше. В. Н. Андреев [16] на основании оценки оленеемкости пастбищ рассчитал, что количество домашних оленей может быть доведено до 4 млн особей. С учетом более рационального использования пастбищ дикими оленями Е. Е. Сыроечковский [17] считал, что численность их могла составлять 5-6 млн

особей.

Резкое сокращение численности и образование разрозненных популяций дикого северного оленя тундровых популяций начались в конце XIX в. Несмотря на отсутствие современного огнестрельного оружия и высокопроходимых транспортных средств, интенсивность промысла была высокой, особенно на водных переправах.

По материалам приполярной переписи населения в 1926-1927 гг. только в одном Булунском районе ежегодно добывалось 23 тыс. оленей [17]. Согласно этой переписи, в тундровых районах СССР насчитывалось около 400 тыс. голов дикого северного оленя [18]. Однако эти данные, как считал А. А. Насимович [14], заниженные. Тем не менее, как пишет И. В. Друри [1], в конце 1930-х гг. численность дикого северного оленя продолжала снижаться. В эти годы общая их численность не превышала 300-350 тыс. особей [16]. В этот же период произошло резкое сокращение численности карибу на севере Америки, в основном это коснулось популяций подвида R. 1 groenlandicus R. Согласно данным А. Бан-дилда [19], произошло катастрофическое сокращение численности карибу с 3 млн особей в 1937 г. до 670 тыс. в 1949 г. Это снижение продолжалось до 1958 г., когда она снизилась до 200 тыс. особей [19].

Основной причиной снижения численности дикого северного оленя в тундрах Евразии и карибу на севере Америки большинство исследователей [8-9, 12, 19] считает интенсивный промысел. Однако были и другие объяснения этого колебания численности карибу. Например, многолетние циклы с периодом 30-35 лет [19]. С этим объяснением колебания численности соглашалась часть зоологов Канады. По мнению Э. В. Рогачевой [19], это объяс -нение носит негативный характер, поскольку исключало воздействие весьма интенсивного промысла. Снижение численности дикого северного оленя в Евразии часть исследователей связывает с развитием домашнего оленеводства [9, 17-24]. В Советском Союзе оленеводство было развито от Кольского полуострова до Чукотки, но плотность содержавшихся оленей была неодинаковой. Максимальная плотность их была на Кольском, Чукотском полуостровах и очень мала на Таймыре и Эвенкии [17]. Неравномерно было развито оленеводство и в разных районах Якутии. В связи с таким неравномерным распределением домашнего оленеводства связывать его воздействие на состояние численности дикого северного оленя по всей тундровой зоне, по-видимому, нельзя. На Аляске и на севере Канады домашнее оленеводство практически отсутствует. Поэтому воздействие домашнего оленеводства на состояние численности дикого северного оленя возможно не повсеместно.

Возможной причиной одновременного колебания численности дикого северного оленя в Евразии и карибу в Северной Америке может быть снижение оленеемкости зимних пастбищ в результате выедания и вытаптывания огромными по численности стадами дикого оленя. Нарастание численности оленей на севере Сибири и карибу на севере Америки произошло практически в одно время, примерно через 30-35 лет после депрессии. За этот период зимние лишайниковые пастбища восстановились и их оленеемкость возросла. Таким образом, цикличность движения численности дикого северного оленя обуславливает цикл восстановления лишайниковых пастбищ, равный 25-30 годам.

Вторая половина ХХ в. в СССР, в том числе в Якутии, была периодом наибольшего развития домашнего оленеводства. Численность домашних оленей в 1961-1963 гг. в Якутии достигла 340-355 тыс. голов. Для дальнейшего развития оленеводства требовалось освоение новых пастбищных угодий. Однако они были заняты начавшими увеличиваться популяциями дикого оленя. В эти годы существовало мнение видного тундроведа В. Н. Андреева [16] о том, что популяции дикого северного оленя следует вытеснять на более худшие пастбища и сокращать их численность. Несмотря на такое отношение видных ученых, которое передавалось хозяйственным органам, популяции дикого северного оленя продолжали увеличивать свою численность почти одновременно на Таймыре и на севере Якутии с 1950-х гг. Первая попытка авиаучета численности дикого северного оленя на яно-индигирской низменности была предпринята охотоведом В. Г. Сантаевым в 1958 г. В это время еще не были

разработаны и апробированы методы авиаучета численности оленей в условиях Якутии, эта попытка не дала практических результатов. Тем не менее основной результат этих работ - установление существования дикого северного оленя в яно-индигирской тундре.

Первые достоверные сведения по численности булунской популяции были получены В. П. Макридиным [15, 21]. В последующие годы учеты численности дикого северного оленя и разработка методов их проведения были сделаны сотрудниками Института биологии ЯФ СО АН СССР [22-26]. Начиная с 1975 г., авиаучетные работы дикого северного оленя проводились сотрудниками НИИ сельского хозяйства Крайнего Севера, Управления охот-ничье-промыслового хозяйства при СМ ЯАССР и Якутского госуниверситета. Эти работы проводились по методике, разработанной Б. М. Павловым и другими [27-28]. Основой этого метода является использование экологических особенностей оленей образовывать в виде защиты от кровососущих насекомых крупные стада и концентрироваться в определенных участках тундры. Для определения половозрастной структуры крупных стад используется фотосъемка [27-28]. Со второй половины 1980-х гг. и до 2009 г. авиаучетные работы проводились сотрудниками ИБПК СО РАН. Все последующие авиаучеты проводятся сотрудниками кафедры зоологии СВФУ, Департамента охотничьего хозяйства РС (Я) и ИБПК СО РАН.

Современное состояние численности яно-индигирской и сундрунской популяций дикого северного оленя

Наиболее точным и достоверным методом учета численности тундровых популяций дикого северного оленя был и остается авиаучет оленя в местах летнего обитания, в период, когда животные концентрируются в относительно компактные и многочисленные стада, что позволяет получать довольно точные данные по их численности и половозрастному составу популяции, без знания которого невозможно рациональное использование ресурсов диких копытных.

Работы по авиаучету численности яно-индигирской и сундрунской популяций дикого северного оленя были проведены в период с 9 по 18 июля 2012 г. Всего было совершено 7 вылетов. Общая протяженность рекогносцировочных и учетных авиамаршрутов составила 6227 км, в том числе пройдено с учетом 5751 км, общее количество полетных часов составило 37 часов 35 минут. Маршруты для получения сравнительного материала были проложены в максимальном соответствии с авиаучетными маршрутами 2000-2002 гг.

Всего на маршрутах встречено 12796 оленей, в том числе 20 животных яно-индигирской популяции и 12776 животных сундрунской. В ходе авиаучета применялась стандартная методика учета тундровых популяций дикого северного оленя с применением фотосъемки крупных стад [28]. Ширина учетной полосы составила 4 км, высота полета 200 м, скорость полета 150-170 км/час. Для определения численности и половозрастного состава крупных стад оленей производилась их фотосъемка. По фотоснимкам половозрастная принадлежность была определена у 4305 особей.

Яно-индигирская популяция

В 1980-е гг. яно-индигирская популяция являлась крупнейшей в Якутии. Её численность достигала 116-130 тыс. особей. Однако в дальнейшем в результате интенсивного промысла практически во все сезоны года, особенно интенсивного в весеннее время, произошло резкое сокращение ее численности. По данным авиаучетных работ 2000 г. численность яно-индигирской популяции оценивалась в 42,1 тыс. особей, а в 2002 г. она снизилась до 34 тыс. особей.

В летний период яно-индигирская популяция разделяется на два четко дифференцированных стада: яно-омуляхское и хромо-индигирское [29-31]. Авиаобследование хро-мо-индигирской популяции было проведено 10 июля 2012 г. Кроме того, 11 июля 2012 г. при обследовании яно-омуляхской группировки были проложены маршруты на участке от р. Хромы через озеро Солунтах на Меркушину Стрелку в пределах зоны распространения хромо-индигирской группировки (рис.). Из-за установившейся в регионе жаркой погоды в первой половине июля 2012 г. и массового вылета гнуса животные держались на хорошо

обдуваемом побережье Хромской губы, однако крупных скоплений животных здесь отмечено не было. Олени держались в группах от 2 до 7 особей. Всего на маршрутах площадью 756 кв. км было встречено 20 оленей. Средняя плотность оленей в этом районе была очень низкой и составила в среднем 0,3 ос./10 кв. км, варьируя на разных участках от 0,2 до 1,80 ос./10 кв. км. Животные были встречены в основном на западном берегу Хромской губы, а также на восточном берегу на участке от избушки Чихачева до устья р. Улахан-Юрях. По данным авиаучета, проведенного в этом районе в 2000-2002 гг., основная масса оленей размещалась в приморской тундре на участке от Хромской губы до оз. Моготоево и р. Богдашкина с плотностью 93,9 ос./10 кв. км [32-33]. Здесь на маршруте длиной 103 км 9 июля 2002 г. было встречено 3869 оленей. В 2012 г. в этой местности мы животных не встретили. Общая площадь обитания оленей в районе Хромской губы оценена нами в 6520 кв. км, а установленная в ходе учета численность составляет порядка 200-250 особей. Таким образом, мы можем констатировать, что существует угроза полного исчезновения яно-индигирской популяции дикого северного оленя. Необходимо срочное принятие мер по ее спасению, в частности, необходимо полностью прекратить нелегальный отстрел оленей этой популяции в местах зимовок и на путях весенней миграции. Так, в апреле 2011 г. в ходе авиаучета колымской популяции лося нами были зафиксированы следы отстрела небольшой группировки оленей в верховьях р. Куранах в районе п. Омчикандя.

Поиск оленей яно-омуляхской группировки был начат нами из п. Депутатский. В ходе авиамаршрута был обследован район северных предгорий Полоусного кряжа на участке Депутатский - Тенкели, далее по междуречью Хрома - Бёрёлёх до п. Чкалов, далее до морского побережья п. Юкагир и через оз. Юрюнг-Улах в Чокурдах. На маршруте общей длиной 809 км мы оленей не встретили. Поиск оленей данной группировки был продолжен 11 июля 2012 г.

Рис. Схема учетных маршрутов 9-18 июля 2012 г. и районы летовок яно-индигирской и сундрунской популяций дикого северного оленя

По данным авиаучета, проведенного 10 июля 2002 г., наибольшее количество оленей было сконцентрировано в районе оз. Намнуган-Кюеле - 13,6 ос./10 кв. км, в этом районе на авиамаршруте длиной 57 км было встречено 377 особей, на западной стороне оз. Бу-стах плотность составила 25,9 ос./10 кв. км и далее к востоку до рек Чахма и Сан-Юрях плотность составила 75,8 ос./10 кв. км, здесь на маршруте длиной 101 км было учтено 3063 особи. 11 июля в этом же районе на маршруте протяженностью 377 км было встречено 3867 ос./10 кв. км, плотность составила 25,6 ос./10 кв. км.

Наш маршрут пролегал от оз. Солунтах до Меркушиной Стрелки, потом вдоль морского побережья до мыса Святой Нос, далее до оз. Бустах (западный берег), далее к устью реки Чуркуй-Юряге до морского побережья полуострова Широкостан, затем на юго-восток к горе Максунуоха-Тас. Далее маршрут пролегал к восточному берегу оз. Бустах, к оз. Намнуган-Кюеле, на север до р. Кондратьева, затем к устью р. Кюэнехтях и далее на устье р. Хромы. Общая длина маршрута в этом районе составила 604 км, а площадь учетной полосы 2416 кв. км. На всей этой обширной территории следов оленей нами не обнаружено. К сожалению, из-за ограниченного количества полетных часов дальнейший поиск оленей яно-омуляхской группировки был прекращен. Очевидно, что численность этой группировки находится на чрезвычайно низком уровне и уступает даже соседней хромо-индигирской. Таким образом, мы можем утверждать, что численность яно-омуляхской группировки, как и в целом всей яно-индигирской популяции, находится на крайне низком уровне. 18 июля 2012 г. нами были обследованы северные предгорья Полоусного кряжа, верховья рр. Берелех и Бакы в районе рудника Крайний, но и здесь оленей мы не встретили.

Ввиду ограниченного количества полетных часов необследованной осталась территория, охватывающая истоки рр. Максунуоха, Кюель-Юрях и Кюэнехтях. В связи с жаркой, маловетреной погодой, установившейся в тундре во время учетных работ, олени яно-омуляхской группировки должны были сконцентрироваться на хорошо обдуваемом морском побережье Ойогосского Яра и в районе мыса Святой Нос, однако там они не были обнаружены.

В целом, основываясь на данных опросных сведений и авиаучета, проведенного в апреле 2011 г., можно предположить, что численность яно-индигирской популяции находится на крайне низком уровне и составляет порядка 1,5-2,0 тысяч особей.

Столь катастрофическое сокращение некогда крупнейшей в Якутии популяции диких северных оленей не может не вызывать беспокойства. Причиной резкого сокращения численности, по нашему мнению, является перепромысел. Отстрел животных велся практически круглогодично, без учета половозрастных особенностей популяции. Так, в ходе авиаучета лося в яно-индигирском междуречье весной 2002 г. мы были свидетелями хищнического промысла диких северных оленей этой популяции в местах зимовок. Районы интенсивного отстрела охватывали практически всю территорию зимовочных стаций яно-индигирской популяции от бассейна рек Сыачан и Томмот до района п. Омчикандя и далее к югу охватывали бассейны рр. Ольджо, Абырабыт, Туостах. В тайге располагались многочисленные избушки охотников, большие емкости для горючего. Вся тайга была изборождена следами снегоходов, преследующих оленей. Убитых животных свозили к крупным рекам региона, складывали штабелями и позже вывозили большегрузными автомобилями в пос. Депутатский и Усть-Куйга. Несомненно, столь интенсивный промысел не мог не сказаться на численности этой популяции. Особенностью весеннего отстрела дикого северного оленя является то, что под выстрелы попадают преимущественно самки оленя, тем самым подрывается маточное поголовье, половозрастной состав смещается в сторону преобладания самцов. Это самым негативным образом сказывается на продуктивности популяции.

Учитывая то, какое важное значение яно-индигирская популяция играет для местного населения, необходимо принятие срочных мер по сохранению этой популяции, введение полного запрета на отстрел оленей и принятие мер по ее восстановлению.

Сундрунская популяция

Авиаучет сундрунской популяции был проведен в период с 12 по 17 июля 2012 г. Наибольшая численность оленя отмечалась вдоль морского побережья на удалении не более 20-40 км от линии берега на участке от устья р. Гальгаваама до устья р. Алазеи (рис.). Здесь на маршруте длиной 251 км был учтен 8771 олень, в том числе два крупных стада в 2134 и 3594 особи, средняя плотность составила 87,4 ос./10 км2. Суммарная площадь зоны высокой плотности составила 2550 км2, а общая численность оленей на этой территории оценивалась нами в 22300 особей, что составляет около 82,6 % всей сундрунской популяции. На этом участке концентрировались преимущественно стада, состоящие из самок с молодняком. К западу от устья р. Алазеи плотность населения оленя была гораздо ниже. Здесь встречались в основном группы самцов. Плотность животных на участке от устья р. Алазеи до Колымской губы составила 1,80 ос./10 км2, всего здесь размещалось около 350 оленей. Плотность населения дикого северного оленя на Кондаковском плоскогорье на обширной территории от р. Индигирки до кряжа Суор-Уйята составила 0,2 ос./10 км2, здесь в июле 2012 г. держалось порядка 300 оленей. Однако 17 июля 2012 г. на южных отрогах кряжа Улахан-Сис в районе горы Хел-Амкани было обнаружено крупное компактное стадо оленей численностью 3560 особей.

Общая численность сундрунской популяции составила 27,0 тыс. особей. По данным авиаучета, проведенного в 2000 г., численность этой популяции оценивалась в 29,5 тыс., а в 2002 г. - в 28,5 тыс. особей.

Основной особенностью пространственного размещения оленей в июле 2012 г. было их относительно более широкое распространение на пространстве колымо-индигирской тундры. Так, если в июле 2002 г. животные были отмечены лишь на ограниченной территории между верховьями рр. Малая и Большая Куропаточья площадью 488 км2, где была учтена 11381 особь, то в июле 2012 г. основная масса оленей концентрировалась на побережье Восточно-Сибирского моря (рис.) на участке от устья р. Гальгаваама до устья Алазеи, а далее на запад группы самцов распределялись вдоль морского побережья от устья Алазеи практически до устья Индигирки. Отдельные особи и группы оленей встречались на Кон-даковском плоскогорье, а одно крупное стадо было отмечено на кряже Улахан-Сис в районе горы Хел-Амкани. Судя по многочисленным следам оленей на склонах окрестных гор, эта группировка летовала в горах и не переместилась в тундру, как остальная часть популяции. Этот факт довольно интересен тем, что обычно олени этой популяции проводят лето в бассейне рр. Малая и Большая Куропаточья в Алазейской тундре. Учитывая то, насколько дикие северные олени привязаны к местам отела, этот факт может быть очень интересным. Возможно, мы имеем дело с одной из микропопуляций сундрунского стада, которая летом не перемещается в тундру, а остается на летовку в горной тундре хребта Улахан-Сис, но это требует дальнейших исследований и организации наземной экспедиции в этот район.

В целом, несмотря на некоторое сокращение численности рассматриваемой популяции в сравнении с данными предыдущего авиаучета, ее состояние можно считать относительно благополучным, а численность стабильной. Несомненно, это связано с гораздо меньшей интенсивностью промыслового пресса, труднодоступностью мест зимнего обитания сундрун-ской популяции, которые охватывают возвышенные области Алазейского плоскогорья. Тем не менее отмечены и некоторые негативные изменения в половозрастном составе данной популяции.

Особенностью половозрастной структуры сундрунской популяции в 2012 г. является относительно высокий процент взрослых самок - 41,3 % и сеголеток - 29,6 %, относительно низкий процент самцов - 14,1 % в популяции (табл.). Всего по фотоснимкам был определен пол и возраст у 4305 особей, что составляет около 15,9 % всей популяции. Общее количество самок составляет по данным анализа фотоснимков стад 11,1 тыс. особей, сеголетков - 8,0 тыс., молодняка 1-2 лет - 4,1 тыс. и самцов - 3,8 тыс. особей (табл). Для сравнения в 2002 г. самцов было вдвое больше - 28,8 % , а доля сеголеток почти вдвое меньше - 15,1 % против 29,6 %.

Таблица

Динамика численности и половозрастной структуры сундрунской популяции, 1982-2012 гг.

Половозрастные группы 1982 1987 1993 1996 2000 2002 2012

тыс. гол. % тыс. гол. % тыс. гол. % тыс. гол. % тыс. гол. % тыс. гол. % тыс. гол. %

Самцы 4,6 17,0 4,2 14,6 8,8 22,0 7,8 23,0 6,2 21,0 8,2 28,8 3,8 14,1

Самки 10,8 40,0 11,1 38,0 14,7 36,8 11,7 34,5 11,2 38,0 10,7 37,5 11,1 41,3

Молодняк 1-2 года 5,1 19,0 6,6 22,7 6,2 15,5 7,8 22,9 7,0 23,7 5,3 18,6 4,1 15,0

Сеголетки 6,5 24,0 7,2 24,7 10,2 25,7 6,7 19,6 5,1 17,3 4,3 15,1 8,0 29,6

Всего: 27,0 100,0 29,1 100,0 39,9 100,0 34,0 100,0 29,5 100,0 28,5 100,0 27,0 100,0

Сокращение доли самцов в популяции, по нашим наблюдениям, может быть объяснено тем, что, самцовые группы занимают западную часть популяционного ареала. В ходе авиаучета эти группы преимущественно встречались к западу от р. Алазеи, в бассейнах рр. Сундрун, Шандрин, Керемесит, в районе Колымской губы, на Кондаковском плоскогорье. Данная область находится на территории Аллаиховского улуса. В осенний период здесь производится довольно интенсивный отстрел оленей охотниками указанного улуса. Вероятно, преимущественный отстрел самцов, населяющих западную часть популяционно-го ареала, сместил половозрастную структуру в сторону преобладания самок и молодняка.

Заключение

Численность яно-индигирской популяции находится на критическом уровне и требует проведения экстренных мероприятий по ее сохранению и воспроизводству. Основной причиной катастрофического сокращения численности популяции является неумеренный промысел, главным образом, в местах зимовок животных. Популяция остро нуждается в принятии срочных мер по ее сохранению и восстановлению численности.

В целом, несмотря на некоторое сокращение численности, состояние сундрунской популяции можно считать относительно благополучным, а численность стабильной. По нашему мнению, это связано с гораздо меньшей интенсивностью промыслового преследования, труднодоступностью мест как летовок, так и зимовочных стаций, расположенных в возвышенных областях Алазейского плоскогорья. Вывод об относительно благополучном состоянии сундрунской популяции подтверждается анализом половозрастной структуры популяции. Доля взрослых самок в популяции составила 41,3 %, сеголеток - 29,6 %, молодняка 1-2 лет - 15,0 %, самцов - 14,1 %.

Необходимо продолжение регулярных авиаучетов численности яно-индигирской популяции с целью мониторинга ее состояния, а также проведение наземных исследований особенно в местах зимовок, где популяция подвергается наиболее сильному прессу охоты.

Л и т е р а т у р а

1. Друри И. В. Дикий северный олень Советской Арктики и Субарктики // Тр. Арктического института. - 1949. - Т. 200. - 80 с.

2. Михель Н. М. Промысловые звери Северо-Восточной Якутии. - Л.: Изд-во Севморпути, 1938. - С. 1-94.

3. Скалон В. Н., Щербаков И. П., Базыкин М. М. Новые материалы по распределению промысловых млекопитающих в Якутии // Природа и соц. хозяйство. - 1941. Сб. 8., ч. 2. - С. 266-285.

4. Егоров О. В., Попов М. В. Ресурсы диких северных оленей Якутии // Дикий северный олень в СССР. - М.: Изд-во «Советская Россия», 1975. - С. 145-159.

5. Соколов И. И. Млекопитающие фауны СССР. Ч. 2. - М.: «Издательство академии наук СССР», 1963. - 468 с.

6. Обухов П. А. Дикий северный олень в низовьях Колымы // Охота и охотничье хозяйство. - 1987, № 5. - 11 с.

7. Кищинский А. А. Материалы о распространении диких копытных в Северо-Восточной Сибири // Проблемы Севера. - 1967, вып. 11. - С. 142-148.

8. Кищинский А. А., Флинт В. Е. Правобережная индигирская популяция дикого северного оленя // Бюллетень МОИП. Отд. Биол. - 1973. - Т. 78, вып. 1. - С. 5-9.

9. Чернявский Ф. Б. Млекопитающие крайнего северо-востока Сибири. - М.: Наука, 1984. - 388 с.

10. Железнов Н. К. Распространение, экология, охрана и рациональное использование диких копытных Чукотки. Автреф. дисс. ... канд. биол. наук. - М.: Всесоюз. с.-х. ин-т заочного образования МСХ СССР, 1980. - 34 с.

11. Чернявский Ф. Б. Основные экологические и этологические факторы определяющие структуру и динамику ареалов диких копытных (Лг1ю^с1у1а) на крайнем северо-востоке Сибири // Териология.

- 1974. - Т. 2. - С. 106-111.

12. Диков Н. Н. Наскальные загадки древней Чукотки (петроглифы Пегтымеля). - М.: Наука, 1971.

- 129 с.

13. Портенко А. А. Фауна Анадырского края. Т. III. Млекопитающие // Тр. Научно-исследовательского инст-та полярного земледелия, животноводства и промыслового хозяйства. - 1941, вып. 14. - 93 с.

14. Нагрецкий Л. Н. Хозяйственное значение и промысел диких северных оленей в низовьях Лены // Дикий северный олень в СССР. - М.: «Сов. Россия», 1975. - С. 252-256.

15. Гептнер В. Г., Насимович А. А., Банников А. Г. Млекопитающие Советского Союза. - М.: Высшая школа, 1961. Т. 1. - 776 с.

16. Андреев В. Н. Состояние кормовой базы северного оленеводства и вопросы рационального использования пастбищ диким северным оленем // Дикий северный олень в СССР. - М.: Изд-во «Советская Россия», 1975. - С. 68-79.

17. Сыроечковский Е. Е. Проблема дикого северного оленя в СССР на современном этапе // Дикий северный олень в СССР. - М.: Изд-во «Советская Россия», 1975. - С. 14-50.

18. Тернецкий П. Е. Северное оленеводство // Сборник по оленеводству, тундровой ветеринарии и зоотехнике. - М., 1932. - С. 10-52.

19. Рогачева Э. В. Карибу Канады: динамика численности и современное состояние популяций // Дикий северный олень в СССР. - М.: Изд-во «Советская Россия», 1975. - С. 277-284.

20. Шварц С. С. Эволюционная морфология животных. - Свердловск, 1969. - 200 с.

21. Макридин В. П. О путях и сроках весенней миграции северных оленей в Верхоянском и Булун-ском районах Якутской АССР // Зоол. журн. - 1963. - Т. 42, вып. 5. - С. 25-30.

22. Егоров О. В. Состояние численности и перспективы использования поголовья диких северных оленей в дельте р. Лены // Природа Якутии и ее охрана. - Якутск: Якутское кн. изд-во, 1965. - С. 132-139.

23. Егоров О. В., Кречмар А. В. Состояние запасов и перспективы использования диких северных оленей на Новосибирских островах // Любите и охраняйте природу Якутии. - Якутск: Якутское кн. изд-во, 1967. - С. 296-299.

24. Егоров О. В., Егорова Т. Н. Особенности размещения диких северных оленей на летовках в тундрах Якутии // Любите и охраняйте природу Якутии. - Якутск: Якутское кн. изд-во, 1967.

- С. 300-308.

25. Андреев В. Н. Определение численности северных оленей и путей их миграций с помощью авиаметодов // Зоол. журн. - 1961. - Т. 10, вып. 1. - С. 117-121.

26. Павлов Б., Зырянов В., Колпащиков Л., Мордосов И., Новиков Б., Сантаев В. Сколько оленей в тундрах Якутии? // Охота и охот. хозяйство. - 1976. № 10. - С. 12-14.

27. Зырянов Б. А., Павлов Б. М., Якушкин Г. Х. Экологические основы учета численности промысловых животных в тундровой зоне Таймыра // Проблемы охотничьего хозяйства Красноярского края. - Красноярск, 1971. - С. 70-72.

28. Павлов Б. М., Якушкин Г. Х., Зырянов Б. А., Куксов Б. А., Савельев В. А. Особенности учета численности и структуры популяций диких северных оленей Таймыра // Дикий северный олень в СССР.

- М.: «Советская Россия», 1975. - С. 150-163.

29. Тавровский В. А., Егоров О. В., Кривошеев В. Г., Попов М. В., Лабутин Ю. В. Млекопитающие Якутии. - М.: Наука, 1971. - 660 с.

30. Сафронов В. М. Экология и использование дикого северного оленя в Якутии. - Якутск: ЯФГУ «Изд-во СО РАН», 2005. - 177 с.

31. Лабутин Ю. В., Дегтярев А. Г. Численность и территориальное распределение тундрового северного оленя (Rangifer tarandus L.) и лося (Alces alces L.) в северо-восточной Якутии // Распространение и экология млекопитающих Якутии. - Якутск: ЯФ СО АН СССР, 1982. - С. 105-112.

32. Сафронов В. М. Отчет. Авиаучет численности яно-индигирской и сундрунской популяции в 2000 г. (промежуточный отчет). - Якутск, 2000. - 12 с.

33. Сафронов В. М. Отчет. Мониторинг, прогнозирование и управление тундровыми популяциями дикого северного оленя (авиаучет численности и определение половозрастной структуры яно-индигир-ской и сундрунской популяций в 2002 г.). - Якутск, 2002. - 20 с.

R e f e r e n c e s

1. Druri I. V. Dikii severnyi olen' Sovetskoi Arktiki i Subarktiki // Tr. Arkticheskogo instituía. - 1949.

- T. 200. - 80 s.

2. Mikhel' N. M. Promyslovye zveri Severo-Vostochnoi Iakutii. - L.: Izd-vo Sevmorputi, 1938. - S. 1-94.

3. Skalon V. N., Shcherbakov I. P., Bazykin M. M. Novye materialy po raspredeleniiu promyslovykh mlekopitaiushchikh v Iakutii // Priroda i sots. khoziaistvo. - 1941. Sb. 8., ch. 2. - S. 266-285.

4. Egorov O. V., Popov M. V. Resursy dikikh severnykh olenei Iakutii // Dikii severnyi olen' v SSSR. - M.: Izd-vo «Sovetskaia Rossiia», 1975. - S. 145-159.

5. Sokolov I. I. Mlekopitaiushchie fauny SSSR. Ch. 2. - M.: «Izdatel'stvo akademii nauk SSSR», 1963.

- 468 s.

6. Obukhov P. A. Dikii severnyi olen' v nizov'iakh Kolymy // Okhota i okhotnich'e khoziaistvo. - 1987, № 5. - 11 s.

7. Kishchinskii A. A. Materialy o rasprostranenii dikikh kopytnykh v Severo-Vostochnoi Sibiri // Problemy Severa. - 1967, vyp. 11. - S. 142-148.

8. Kishchinskii A. A., Flint V. E. Pravoberezhnaia indigirskaia populiatsiia dikogo severnogo olenia // Biulleten' MOIP. Otd. Biol. - 1973. - T. 78, vyp. 1. - S. 5-9.

9. Cherniavskii F. B. Mlekopitaiushchie krainego severo-vostoka Sibiri. - M.: Nauka, 1984. - 388 s.

10. Zheleznov N. K. Rasprostranenie, ekologiia, okhrana i ratsional'noe ispol'zovanie dikikh kopytnykh Chukotki. Avtref. diss. ... kand. biol. nauk. - M.: Vsesoiuz. s.-kh. in-t zaochnogo obrazovaniia MSKh SSSR, 1980. - 34 s.

11. Cherniavskii F. B. Osnovnye ekologicheskie i etologicheskie faktory opredeliaiushchie strukturu i dinamiku arealov dikikh kopytnykh (Artiodactyla) na krainem severo-vostoke Sibiri // Teriologiia. - 1974.

- T. 2. - S. 106-111.

12. Dikov N. N. Naskal'nye zagadki drevnei Chukotki (petroglify Pegtymelia). - M.: Nauka, 1971. - 129 s.

13. Portenko A. A. Fauna Anadyrskogo kraia. T. III. Mlekopitaiushchie // Tr. Nauchno-issledovatel'skogo inst-ta poliarnogo zemledeliia, zhivotnovodstva i promyslovogo khoziaistva. - 1941, vyp. 14. - 93 s.

14. Nagretskii L. N. Khoziaistvennoe znachenie i promysel dikikh severnykh olenei v nizov'iakh Leny // Dikii severnyi olen' v SSSR. - M.: «Sov. Rossiia», 1975. - S. 252-256.

15. Geptner V. G., Nasimovich A. A., Bannikov A. G. Mlekopitaiushchie Sovetskogo Soiuza. - M.: Vysshaia shkola, 1961. T. 1. - 776 c.

16. Andreev V. N. Sostoianie kormovoi bazy severnogo olenevodstva i voprosy ratsional'nogo ispol'zo-vaniia pastbishch dikim severnym olenem // Dikii severnyi olen' v SSSR. - M.: Izd-vo «Sovetskaia Rossiia», 1975. - S. 68-79.

17. Syroechkovskii E. E. Problema dikogo severnogo olenia v SSSR na sovremennom etape // Dikii severnyi olen' v SSSR. - M.: Izd-vo «Sovetskaia Rossiia», 1975. - S. 14-50.

18. Ternetskii P. E. Severnoe olenevodstvo // Sbornik po olenevodstvu, tundrovoi veterinarii i zootekhnike.

- M., 1932. - S. 10-52.

19. Rogacheva E. V. Karibu Kanady: dinamika chislennosti i sovremennoe sostoianie populiatsii // Dikii severnyi olen' v SSSR. - M.: Izd-vo «Sovetskaia Rossiia», 1975. - S. 277-284.

20. Shvarts S. S. Evoliutsionnaia morfologiia zhivotnykh. - Sverdlovsk, 1969. - 200 s.

21. Makridin V. P. O putiakh i srokakh vesennei migratsii severnykh olenei v Verkhoianskom i Bulunskom raionakh Iakutskoi ASSR // Zool. zhurn. - 1963. - T. 42, vyp. 5. - S. 25-30.

22. Egorov O. V. Sostoianie chislennosti i perspektivy ispol'zovaniia pogolov'ia dikikh severnykh olenei v del'te r. Leny // Priroda Iakutii i ee okhrana. - Iakutsk: Iakutskoe kn. izd-vo, 1965. - S. 132-139.

23. Egorov O. V., Krechmar A. V. Sostoianie zapasov i perspektivy ispol'zovaniia dikikh severnykh olenei na Novosibirskikh ostrovakh // Liubite i okhraniaite prirodu Iakutii. - Iakutsk: Iakutskoe kn. izd-vo, 1967.

- S. 296-299.

24. Egorov O. V., Egorova T. N. Osobennosti razmeshcheniia dikikh severnykh olenei na letovkakh v tundrakh Iakutii // Liubite i okhraniaite prirodu Iakutii. - Iakutsk: Iakutskoe kn. izd-vo, 1967. - S. 300-308.

25. Andreev V. N. Opredelenie chislennosti severnykh olenei i putei ikh migratsii s pomoshch'iu aviame-todov // Zool. zhurn. - 1961. - T. 10, vyp. 1. - S. 117-121.

26. Pavlov B., Zyrianov V., Kolpashchikov L., Mordosov I., Novikov B., Santaev V. Skol'ko olenei v tundrakh Iakutii? // Okhota i okhot. khoziaistvo. - 1976. № 10. - S. 12-14.

27. Zyrianov B. A., Pavlov B. M., Iakushkin G. Kh. Ekologicheskie osnovy ucheta chislennosti promy-slovykh zhivotnykh v tundrovoi zone Taimyra // Problemy okhotnich'ego khoziaistva Krasnoiarskogo kraia.

- Krasnoiarsk, 1971. - S. 70-72.

28. Pavlov B. M., Iakushkin G. Kh., Zyrianov B. A., Kuksov B. A., Savel'ev V. A. Osobennosti ucheta chislennosti i struktury populiatsii dikikh severnykh olenei Taimyra // Dikii severnyi olen' v SSSR. - M.: «Sovetskaia Rossiia», 1975. - S. 150-163.

29. Tavrovskii V. A., Egorov O. V., Krivosheev V. G., Popov M. V., Labutin Iu. V. Mlekopitaiushchie Iakutii. - M.: Nauka, 1971. - 660 s.

30. Safronov V. M. Ekologiia i ispol'zovanie dikogo severnogo olenia v Iakutii. - Iakutsk: IaFGU «Izd-vo SO RAN», 2005. - 177 s.

31. Labutin Iu. V., Degtiarev A. G. Chislennost' i territorial'noe raspredelenie tundrovogo severnogo olenia (Rangifer tarandus L.) i losia (Alces alces L.) v severo-vostochnoi Iakutii // Rasprostranenie i ekologiia mlekopitaiushchikh Iakutii. - Iakutsk: IaF SO AN SSSR, 1982. - S. 105-112.

32. Safronov V. M. Otchet. Aviauchet chislennosti iano-indigirskoi i sundrunskoi populiatsii v 2000 g. (promezhutochnyi otchet). - Iakutsk, 2000. - 12 s.

33. Safronov V. M. Otchet. Monitoring, prognozirovanie i upravlenie tundrovymi populiatsiiami dikogo severnogo olenia (aviauchet chislennosti i opredelenie polovozrastnoi struktury iano-indigirskoi i sundrunskoi populiatsii v 2002 g.). - Iakutsk, 2002. - 20 s.

ÁtrÁtrÁtr