Структурно-морфологический анализ причастий лакского языка в сопоставлении с русским языком

УДК 811.161.1

СТРУКТУРНО-МОРФОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРИЧАСТИЙ ЛАКСКОГО ЯЗЫКА В СОПОСТАВЛЕНИИ С РУССКИМ ЯЗЫКОМ

2011 Какваева С.Б.

Дагестанский государственный педагогический университет

В статье дается сопоставительный анализ структурных и функциональносемантических особенностей причастий в лакском и русском языках. Автор обосновывает тезис о функциональной эквивалентности причастных конструкций лакского языка придаточным предложением русского языка с финитными глаголами в придаточной части.

In the article the comparative analysis of the structural and functional-semantic features of the semantic features of participles in the Lak language and in Russian is given. The author proves the thesis of the functional equivalence of the participial constructions of the Lak language to the Russian subordinate clause with the finite verbs in the subordinate part.

Ключевые слова: причастие, причастная конструкция, лакский язык, структурно-морфологический анализ, функциональная эквивалентность.

Keywords: participle, participicial construction, the Lak language, structural morphological analysis, functional equivalence.

В грамматике лакского языка значительную роль играют причастия. Различаются краткие, не

оформленные атрибутивными

суффиксами, и «полные» причастия [1]. Однако краткие причастия являются базой не только для полных причастий - от них образуются и другие глагольные формы - как финитные, так и инфинитные (деепричастие, герундий, конвербы). Целью настоящей статьи является сопоставление морфологических и функциональных свойств этого класса слов в разноструктурных языках -лакском и русском, поскольку причастные конструкции в лакском языке занимают значительное место в структуре сложноподчиненных

предложений разной семантики.

Хотя общим категориальным признаком причастий в обоих языках является то, что причастие обозначает действие или процесс как признак предмета, участвующего в названном

действии, частными свойствами причастие в лакском языке значительно отличается от аналогичных слов русского языка. Обозначим тезисно эти особенности.

1. В русском языке определяемое слово может быть кореферентно только субъекту или объекту обозначенного причастием действия. Причастия, определяющие имя, кореферентное субъекту действия, относятся к действительному залогу и оформляются суффиксами -ущ- (-ющ-) /-ащ (-ящ-), -вш-(-ш-): ученик, читающий книгу; ученик,

прочитавший книгу). Если же определяемое имя кореферентно объекту действия, то причастие относится к страдательному залогу и оформляется суффиксами -ем-/ -им-(реже —ом-), - нн-/ -енн-/-т-: книга, читаемая учеником; книга,

прочитанная учеником [2. С. 665-671]. В лакском языке причастие может определять не только имена,

кореферентные своему субъекту или объекту, но и любой другой актант или сирконстант обозначенной им ситуации: лу ккалаккисса оьрч!

‘мальчик, читающий книгу’, оьрч!ал ккалаккисса лу ‘книга, читаемая мальчиком’, лу бивхьусса ч!аму ‘полка, на которой лежит книга’, лу бивщусса чагъар ‘бумага, на которой напечатана книга’ и т.д.

2. Причастия в лакском языке имеют как действительное, так и страдательное значение [3. С. 41], однако залог специальными грамматическими средствами не маркируется (см. примеры в 1).

3. Причастия в русском языке согласуются с определяемыми словами в роде, числе и падеже. В лакском языке причастия (кроме тех, которые оформлены суффиксами -ма, -мур, -ми) с определяемыми словами не согласуются. Они согласуются в классе или с собственным субъектом (если глагол непереходный), или с объектом (если глагол переходный):

1) авцусса оьрч!

‘украденный мальчик’,

2) бавцусса душ

‘украденная девушка’,

3) дарцусса арцу

‘украденные деньги’.

В (1-3) определяемое слово кореферентно объекту переходного глагола, поэтому может показаться, что причастие в классе согласуется с определяемым именем

(подчеркнуто), однако примеры (1131) демонстрируют, что

определяемое слово не влияет на класс причастия - классная маркировка зависит только от ядерных актантов - субъекта непереходного или объекта переходного глагола:

1) оьрч! авцусса къачагъ (1 кл.) ‘мальчика укравший бандит’;

2) душ бавцусса къачагъ (1 кл.) ‘девушку укравший бандит’;

3) арцу дарцусса къачагъ(1 кл.) ‘деньги укравший бандит’.

4. В обоих языках отмечены краткие и полные формы причастий, однако морфологически и функционально они различаются. В русском языке краткие причастия употребляются только в роли

компонента составного сказуемого в страдательных оборотах, то есть выполняют залогообразующую функцию. Согласуясь в роде и числе с подлежащим, они фиксируются только в форме именительного падежа: Поле убрано - Хлеба

убраны.

В лакском языке краткие причастия: 1) могут употребляться в роли определений, особенно в составных наименованиях: кьавкь

гьивч ‘сухие яблоки’, бишай яру ‘очки (букв. накладываемые глаза)’ и т.д.;

2) являются производящими основами личных форм глагола: увк!-ра ‘я пришел’; 3) являются

производящими основами

перфектных деепричастий, от которых образуются другие личные формы: ина увк!-ун-на ‘ты пришел’, та увк!-ун-ни ‘он пришел’; 4)

являются производящими основами герундия: увк!-шиву ‘что пришел’

(сов. вид), уч!ай-шиву ‘что приходит (повторный вид)’, ук!лак!и-шиву ‘что приходит (несов. вид)’. Однако их роль этими функциями не ограничивается [4. С. 70-73].

В образовании личных синтетических и аналитических форм глагола участвуют и полные причастия с суффиксом -сса. Синтетические формы при этом обозначают категоричность: Гъумук школа т!ивт!уссар 1863-ку шинал ‘В Кумухе школу открыли в 1863 году’. В составе аналитических форм полное причастие связочного глагола выражает аудитивность

(информация, известная говорящему от третьих лиц): Пат!иматлул арс Москавлив дуклай усса ур ‘Сын Патимат (как я слышал) учится в Москве’.

В русском языке у причастий отмечается категория вида и времени: читающий (несов. в. наст. вр.) - читавший (несов. в. прош. вр.) - прочитавший (сов. в. прош. вр.). В лакском языке глагол, в том числе и причастие, имеет три вида: перфектив, итератив и дуратив: чивчусса ‘написавший’ - чи-чайсса ‘пишущий (всегда), предназначенный для письма’ - чичлачисса ‘пишущий (в данный момент)’. Видовые формы интерпретируются в литературе как

временные. По нашим наблюдениям, причастия несовершенного

(дуративного) вида обозначают

действия, происходящие

одновременно с действием основного глагола-сказумого. См:.

1) ... ниттин ва душнин хъювух шихунай нанисса Бусуди ххал хьуна ‘... мать и дочь увидели идущего / (шедшего) по двору в их сторону Бусуди’ (М. Башаев «Бавцусса душ», с. 29).

Причастия совершенного

(перфектного вида) обозначают производные состояния или действия, предшествовавшие

действию основного глагола-

сказуемого. См.:

2) Баргъ зунттухату гьаз хьуна,

цацаних т!ий, щябивк!сса чарттаяту бивзсса арамталгу к!юлххилсри дукан шаппа-шаппай лавгуна

‘Солнце поднялось из-за горы, и мужчины, поднявшиеся с камней, на которых сидели, по одному отправились по домам позавтракать’ (М. Башаев «Бавцусса душ», с. 12). Первое причастие - щябивк!сса чарттаяту ‘с камней, на которых сидели’ - обозначает состояние, а второе - бивзсса арамтал ‘вставшие мужчины’ - выражает

предшествовавшее действию

сказуемого другое действие.

Как видно, причастия в лакском языке в большей степени выражают таксисные отношения, чем временные.

В отличие от русского языка, в лакском языке причастие имеет а) целевые формы (чичинсса ‘чтобы написать, для написания’) и б) формы с семантикой намерения (чичинт!исса ‘то, что должно быть написано’, ‘что будет написано’),

образованные от инфинитива при помощи суффикса -т!и (по происхождению - причастие глагола т!ун ‘говорить’). Последние толкуются как формы будущего времени. Названные формы образуются от инфинитивов всех трех видов. Например:

а) бусансса махъ ‘слово, чтобы сказать’ - перфектив (Ттул вихь бусансса махъ бур ‘У меня есть слово тебе сказать = Мне есть что тебе сказать’);

буслансса ч!ун ‘время говорить’ -дуратив (Ттул буслансса ч!ун дакъар ‘У меня нет времени рассказывать = Мне некогда рассказывать’);

бусавансса магьри ‘сказки,

которые будут рассказываться’ -итератив

б) чичинт!исса чагъар ‘письмо, которое будет написано’ -

перфектив;

чичлант!исса назму

‘стихотворение, которое намерен писать’ - дуратив;

чичавант!исса назмурду ‘стихи, которые намерен написать’ -

итератив.

Таким образом, в лакском языке только синтетических форм причастий (без учета форм с местоименными суффиксами -ма / -мур/ -ми и -цири, а также форм с согласовательными классными

аффиксами) насчитывается 9. С учетом местоименных суффиксов количество таких форм - 18. Если учитывать и классно-числовые формы, то их количество может возрасти на порядок (у перфектного и классных глаголов - больше, у итеративного и дуративного видов неклассных глаголов - меньше).

Кроме синтетических, у лакского причастия есть и аналитические формы, в образовании которых участвует причастная форма вспомогательного глагола бик!ан ‘быть’. Смысловым компонентом таких причастий являются деепричастия. Например:

дуклай ивк!сса оьрч! ‘учившийся парень’ (Московлив дуклай ивк!сса оьрч! махъунай Дагъусттаннайн увк!унни ‘Парень, учившийся в Москве, вернулся обратно в Дагестан)’;

дурккун дирк!сса медаллу ‘наградные медали’ (Оьрус паччах!нал Агълар-ханнал талаталтран бувккун бивк!сса ххачру заллухъруннач!ан къабивну, ханнач!ава ливч!ун бур ‘Кресты, которыми царь наградил воинов Аглар-хана, не дошли до хозяев и остались у хана’;

буч1ант1ий бивк1сса мугьисалт ‘сваты, которые должны были прибыть’.

Таким образом, в лакском языке причастие ближе к глаголу, чем в русском языке. Оно служит базой для образования личных форм глагола. Шире его функции и в синтаксисе. В русском языке причастие организует полупредикативные конструкции -причастные обороты, синонимичные придаточным предложениям. В лакском языке причастные конструкции являются единственным способом оформления

Примечания

относительных предложений. Им присущи такие важные компоненты, формирующие предикативность, как видо-временные значения,

модальность (реальная и ирреальная), классное согласование, маркирующее главные актанты предложения - объект переходного и субъект непереходного глагола.

Названные признаки позволяют считать причастные конструкции, включающие в свой состав субъект (роль агенса), равнозначными придаточным определительным предложениям русского языка.

1. Муркелинский Г. Б. Грамматика лакского языка. Махачкала, 1971. 2. Шведова Н. Ю. Русская грамматика. М. : Наука, 1982. 3. Эльдарова Р. Г. Лакский глагол (Структура и семантика глагольного слова). Махачкала : ИПЦ ДГУ, 1993. 4. Эльдарова Р. Г. Лакский глагол (Система глагольного словоизменения). Махачкала : ИПЦ ДГУ, 2000.

Статья поступила в редакцию 25.10.2011 г.