Развитие социокультурного строительства на Алтае

центра. Перечисленные выше мероприятия и ресурсы хотя и приписывались к конкретной области деятельности, по сути же такое разграничение практически невозможно. Например, событие одновременно может быть информационным, просветительским, образовательным, коммуникационным и транслироваться как в виртуальном мире, так и в физическом. Таким образом, полифункциональность современной региональной библиотеки заключается не только в том, что учреждение выступает как центр для реализации и удовлетворения разнообразных потребностей пользователя, но и в том, что через определенную деятельность реализуется одновременно ряд функций библиотеки в нескольких плоскостях.

Список литературы

1. Цапенко, А. М. Будущее библиотек - электронные библиотеки или депозитарии печатных книг? // Научная периодика: проблемы и решения. - 2013. - № 1. - С. 34-37 ; То же [Электронный ресурс] / Кибер-Ленинка. - Электрон. дан. - Москва, 2012-2018. - Режим доступа : https://cyberleninka.ru/article/v/buduschee-bibliotek-elektronnye-biblioteki-ili-depozitarii-pechatnyh-knig (дата обращения: 15.02.2018).

2. Сокольская, Л. В. Современная библиотека: утрата идентичности или приобретение новых социальных смыслов? / Л. В. Сокольская, З. В. Руссак // Вестник Челябинской государственной академии культуры и искусств. - 2015. - № 1. - С. 21-29 ; То же [Электронный ресурс] / КиберЛенинка. - Электрон. дан. -Москва, 2012-2018. - Режим доступа : https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennaya-biblioteka-utrata-identichnosti-ili-priobretenie-novyh-sotsialnyh-smyslov (дата обращения: 25.02.2018).

3. Маркова, В. Н. Функциональная модель библиотеки // Библиосфера. - 2013. - № 1. - С. 13-19.

4. Матлина, С. Г. Место встреч изменить нельзя: еще раз о будущем библиотек // Библиотечное дело. -2012. - № 4. - С. 8-9.

5. Дмитриева, Е. В. Основные итоги деятельности государственных и муниципальных библиотек Алтайского края в 2016 г. / Е. В. Дмитриева, Т. С. Яскажук, Л. А. Медведева // Ежегодный доклад о деятельности государственных и муниципальных библиотек Алтайского края в 2016 году : сб. ст. - Барнаул : РИО Алт. краев. универсал. науч. б-ки, 2017. - С. 6-17.

Anastasia S. Startzeva, Programmer Shishkov Altai Regional State Universal Scientific Library

illirion@mail.ru

MULTI-FUNCTIONAL NATURE OF A TODAY'S LIBRARY

Abstract. Dynamic development of telecommunicate networks led to appearance of very popular competitive open-access sources of information and knowledge, and as a consequence, library has lost is status of a monopolist in information sphere. Trying to return its comfortable position in today's market of information products and sources, a library has to correct a set and content of fulfilled functions with taking into account social needs that had changed. The issue considered by the author drawing on the example of Shishkov Altai Regional State Universal Scientific Library (Barnaul, Russia) which is multi-functional centre of regional librarianship now.

Keywords: a contemporary library, multi-functional nature of a library, a library's functions, leisure activities in a library, library e-resources, non-informational reason for visiting library, service.

УДК 027.1:379. 831(571.15)"1862-1920-е"

А. А. Фомина, кандидат педагогических наук, доцент Алтайский государственный институт культуры

terrarium46@gmail.com

РАЗВИТИЕ СОЦИОКУЛЬТУРНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА НА АЛТАЕ

Аннотация. Семья Гуляевых внесла большой вклад в развитие культуры Алтая. Глава семьи, Степан Иванович Гуляев, был известным краеведом, ему принадлежит идея об открытии в Барнауле частной библиотеки. Сыновья Александр и Николай поддержали библиотечные проекты отца. Известно, что библиотекой Гуляевых заинтересовалось первое государственное национальное

объединение алтайцев. Книги коллекции Гуляевых атрибутированы; отдельные экземпляры хранятся в национальном музее Республики Алтай (г. Горно-Алтайск, Россия), в Государственном архиве Алтайского края (г. Барнаул, Россия).

Ключевые слова: первая частная библиотека г. Барнаула, библиотечное дело России XIXв., краеведение.

Большой вклад в организацию библиотек Алтая внесла семья Гуляевых. Её глава - Степан Иванович Гуляев, член 11 научных обществ Российской империи, заслуженно считался основоположником сибирского краеведения [1, 2, 3]. Автор исторического обзора библиотек Алтайского округа П. А. Голубев владельцем первой частной библиотеки, открытой в Барнауле в 1862 году, назвал Александра Гуляева [1, с. 289]. Однако в хроникальных заметках, появившихся спустя два года после открытия библиотеки, она именуется просто библиотекой г. Гуляева [4, с. 315]. Мемориальные заметки И. Я. Словцова отмечают живейшее участие С. И. Гуляева в организации библиотеки [5].

Экспертом барнаульской библиотечной программы Гуляева С. И. задолго до официальной даты открытия библиотеки выступил организатор Пермской публичной библиотеки Александр Григорьевич Воскресенский. Во время краткого визита С. И. Гуляева в Пермь, по пути из Санкт-Петербурга в Барнаул, осенью 1859 г. ему не удалось подробно познакомиться с пермской библиотекой. Обращаясь письменно с расспросами в Пермь, он мотивировал это любопытство желанием открыть в Барнауле общедоступную библиотеку. Ответ А. Г. Воскресенского не оставляет в этом никаких сомнений: «От души радуюсь и всем сердцем сочувствую вашему предприятию, желаю ему полного успеха и долгой жизни... Поклон ... Вашей зарождающейся библиотеке от имени библиотеки молодой...» [7, лл. 18, 21 об.].

А. Г. Воскресенский согласился стать консультантом С. И. Гуляева. Будучи осведомленным в тонкостях оформления юридического разрешения на открытие библиотеки, он охотно просвещал: «На Ваши вопросы о формальностях, какие тут нужны, имею честь объяснить <...> Без лишних формальностей <...> подана была начальнику губернии <...> программа всех затей <...>. На ней губернатор тотчас написал «принято» и тем было кончено. Если дело вести законным порядком, могут встретиться затруднения. Мы довольно долго рылись в законах: <...> и ничего не нашли... [там же, л. 18 об.].

Письмо А. Г. Воскресенского проливает свет на планы С. И. Гуляева по открытию публичной библиотеки в Барнауле и, по-видимому, содержит анализ некоторых положений, обрисованных лично Степаном Ивановичем: «открытие библиотеки при типографии более выгодно. <...> Мне кажется, что если есть в Барнауле надобность в книгах, то можно открыть продажу в библиотеке... Это избавит Вас от требовательности со стороны публики, в числе которой найдутся, вероятно, люди, могущие потребовать...всего лучшего в современной литературе. Чему магазин, вероятно, не всегда в состоянии выполнить. А при таком порядке дел, пожалуй, найдется человек, который поругает еще за доброе дело в газетах. Продажа же книг при библиотеке, конечно совершенно для учредителей необязательная, не может встретить таких неприятностей» [там же, л. 19].

А. Г. Воскресенский советовал «сократить сколько можно цену за право чтения, не начиная однако с цены слишком низкой <...>« [7, л. 19 об.]. Более всего привлекательны с современной точки зрения в рассуждениях А. Г. Воскресенского предложения о формировании экономической заинтересованности читателя в функционировании библиотеки. «Прокат» журналов из личной подписки в библиотеке поддерживал малоимущих читателей: если речь шла о дорогостоящем издании, читатель, предоставляя его во временное пользование, обеспечивал себя бесплатным годовым абонементом; если же журнал был дешев, то он доплачивал 2/3 суммы от стоимости абонемента. Такова была методика вводимого в Перми «дарственного экземпляра» [7, л. 21 об.].

По данным И. Я. Словцова, Л. Славороссовой, П. А. Бородкина, С. И. Гуляев на собственные скромные средства открыл в 1862 г. первую в Барнауле публичную библиотеку и читальню [2, 6, 8]. Комментируя роль Александра Степановича Гуляева в делах библиотеки, П. А. Бородкин склонен считать, что отход С. И. Гуляева от дел библиотеки, а затем и типографии (1864 г.) связан с отсутствием у него коммерческого честолюбия: «Предпринимательская деятельность претила натуре Степана Ивановича Гуляева... Он увлекся другими делами» [2, с. 82]. Библиотека стала

называться «Библиотекой для чтения Александра Гуляева». Так значилось на экслибрисе, оттиснутом на титульном листе сохранившегося экземпляра. Библиотеки для чтения или книгопрода-вческие принадлежали к разновидности публичных, открываемых при книжных магазинах, типографиях и пр. в основном для привлечения покупателей. Не забывая об интересах такого рода клиентов, Александр Гуляев предлагал им «купить любую книгу, поименованную в каталоге» [10, с. 2]. В печати европейской России в 1864 г. сообщалось, что библиотека «насчитывает до 705 названий и получает 24 журнала на русском, французском и немецком языках. Годовая плата за чтение составляет 20 р., но читающие только в библиотеке платят 6 р. В 1864 г. было 76 читателей, в том числе до 30 человек чиновников, 13 человек купцов и мещан и 19 горных нижних чинов, служащих и отставных» [4, с. 315].

Тематика комплектования фонда была универсальной, имелись издания для детей, «изящная литература» и незначительный фонд иностранных книг [10, с. 2]. За весь период существования (1862 - 1870 гг.) фонд увеличился незначительно: в 1862 г. имелось 703 наименований, в 1870 -832, сохранив подписку на 21 журнал, в том числе на немецком, французском, английском языках.

Интерес С. И. Гуляева к библиотеке не угас. В 1865 г. он добился разрешения Томского губернатора на проведение чтений при библиотеке. Организация Гуляевских чтений мыслилась как акция социальной справедливости: «с имущих посетителей устанавливался ежемесячный взнос 30 к., неимущие освобождались от платы и получали право доступа на чтения по специальным билетам» [2, с. 100]. Эти чтения открылись в апреле 1865 г. лекцией «О происхождении и изменении видов Ч. Дарвина», прочитанной кандидатом Петербургского университета Сорокиным [2, с. 13]. Выступал чтецом перед посетителями библиотеки и сам Степан Иванович.

В 1870 г. владелец библиотеки для чтения «счел библиотечное дело в Барнауле не выгодным и прекратил его» [10, с. 2]. По мнению П. А. Голубева, основной причиной малочисленности читателей была высокая плата [1, с. 290]. Хотя, например, корреспондент газеты «Сибирь» считал, что установленная помесячная плата в 75 копеек была не особенно высокой ценой [10]. Восьмилетнее существование библиотеки не прошло незамеченым. Фондами заинтересовался П. И. Ма-кушин, организовавший вскоре публичную библиотеку в Томске, другая часть библиотеки была куплена барнаульцем П. И. Весниным [1, с. 289]. После смерти А. С. и С. И. Гуляевых единственным наследником и владельцем семейной коллекции стал Николай. По свидетельству П. А. Голу-бева, к нему перешла и минералогическая коллекция отца, вернее, то, что от нее сохранилось, поскольку «не один путешественник, проезжавший через Барнаул, увозил что-нибудь ценное и редкое в научном отношении, но больше всего от коллекции <...> обогащались музеи научных обществ, членом которых он [С. И. Гуляев - А. Ф.] состоял, лучшие, более редкие из найденных им предметов он отсылал в эти общества» [там же]. С 1896 г. Николай Степанович Гуляев служил архивариусом Алтайского горного округа. Он имел возможность пополнить фонды семейной библиотеки копиями докладов и других документов научного содержания из имущества закрываемых рудников. Следуя примеру отца, Н. С. Гуляев бескорыстно снабжал ученых информацией, полученной им в ходе археологических раскопок, минералогических изысканий, предоставляя книги из личной библиотеки.

Он отчетливо сознавал ценность книжного собрания, может быть, единственной специализированной коллекции в провинции. В частной переписке с золотопромышленниками он небезосновательно замечал: «Оставляя в стороне скромность, могу сказать, что вся литература, касающаяся Кузнецкого каменноугольного бассейна, мне известна с 1825 по 1891 г. Всего за это время напечатано 124 статьи» [11, л. 10]. Примечательно, что Н. С. Гуляев стремился сделать свою библиотеку достоянием многих исследователей. Он охотно высылал документы по запросам «не желая быть голословным в своем ответе на телеграмму, <...>, я нашел более целесообразным послать по этому вопросу всю литературу, какая нашлась в моей библиотеке» [11, л. 33], напоминая лишь о единственной просьбе - возвратить книги владельцу.

Активные контакты Н. С. Гуляева подталкивали, заставляли и требовали от архивариуса Горного Округа повышенного внимания к собственной библиотеке. На экземплярах его книжного собрания удалось обнаружить 4 разновидности владельческих знаков, принадлежавших членам семьи Гуляевых: 1) оттиск синего цвета с текстом внутри овала: «Библютека для чтешя

Александра Гуляева». Имя дано буквами готического очертания; 2) книжный знак круглой формы, оттиск красного цвета. Включает композицию из инициалов А. Г. и Н. Г., выполненных в уже знакомой стилизации готики, увенчанной короной с пятью зубцами. Предыдущий оттиск позволяет предположить, что речь идет об инициалах братьев Гуляевых - Александра и Николая; 3) круглой формы оттиск, с темным фоном, по размерам совпадает со знаком КВЗ. В знаке -композиция из инициалов Н. Г., увенчанных короной; 4) знак в виде овала синего цвета, с зубчатым внешним краем, с надписью по внутреннему краю: Николай Степанович^ ГуляевЪ - с редким постоянством оттиснут на всех титульных листах найденных книг, на правой стороне форзаца. Вероятно, он и был выполнен с учетно-регистрационной целью, чтобы пометить все издания, поступающие в ведение Кара-Карумской Алтайской Земской Управы в 1918 г.

Известно, что исторический материал по инородческому вопросу из собрания Гуляевых стал основой историко-этнографического очерка «Инородцы Горного Алтая» [14]. Над его составлением «по архивным данным и литературным источникам» трудились П. Я. Семьянов и А. М. Курская, приглашенные на службу главой исполнительного органа земства, председателем Горной думы Г. И. Гуркиным [15, с. 91]. Высоко оценив ценность источников, предоставленных Н. С. Гуляевым, лидеры Кара-Карума в 1918 г. приступили к переговорам «с архивариусом Н. С. Гуляевым по поводу возможности и условий приобретения у него <...> архивных материалов, исторической библиотеки и археологического музея». Эти фонды вписывались в намеченную программу развития национального образования.

Делами передачи коллекции Гуляева Кара-Каруму были заняты несколько человек: Степан Иванович Гуркин - официально уполномоченное лицо, председатель Кара-Карумской Алтайской Земской Управы; Борис Федорович Добрынин, зав. отделом народного образования Управы; некий Фокин, действовавший от лица Управы на переговорах с Н. С. Гуляевым; еще менее расшифрованный по архивным записям некий Вас. Ник. и дочь Н. С. Гуляева - Антонина Николаевна Вертинская, урожденная Гуляева. Последние два названных лица помогали недомогавшему Н. С. Гуляеву в оформлении акта передачи коллекции, упаковке книг, составлении списков.

Фокин предложил Н. С Гуляеву «условия передачи коллекции дарственным образом, за <...> пособие в размере 25. 000 рублей» [16, л. 52 - 52 об.]. Владелец коллекции выразил согласие и приступил к оформлению коллекции книг и минералов для пересылки, отметив книги владельческим штампом и автографом. Записи на форзацах, титульных листах книг, сделанные чаще всего карандашом [реже - пером], следует принять за инвентарные пометки владельца: знак, написанный от руки «№> с указанием числа, например 118» или 66»; цену, проставленную от руки: «3 р. »; числа в виде дроби «1У/ 18». Последние цифры могут означать: номер описи или ящика и номер записи книг по описи. Эти отметки зафиксированы на выявленных 178 книгах гуляевской коллекции, их совокупность служит идентификации документов.

Подобная пунктуальность и вызванная ею задержка отправки книг не устраивала Б. Ф. Добрынина. Его планы использования коллекции на занятиях учительских курсах, до открытия которых оставалось несколько дней, находились под угрозой срыва. К тому же, он был заинтересован лишь в части книг и, не ставя владельца в известность, вывез их. Узнав об этом, Николай Степанович в письме в Управу от 18 сентября 1918 г. настоял на замене дара библиотеки «на полноценную продажу. От сказанной суммы 25. 000 я не отказываюсь и т. о. меняется лишь редакция договора» [там же, лл. 46 - 47]. Н. С. Гуляев ждал твердых финансовых гарантий сделки. Может быть, этим и вызвана проведенная им оценка книг, «причем оценка специально для Кара-Карума». Владелец коллекции и библиотеки надеялся на определенность в намерениях Управы. И, учитывая его согласие на ранее оговоренную сумму, эти действия можно признать лишь за форму охраны библиотеки от расхищения. Однако Добрынин Б. Ф. заявил о неоправданном завышении Гуляевым Н. С. цен на книги. Видимо в Управе разделяли мнение Б. Ф. Добрынина о стяжательстве Н. С. Гуляева, который «от первоначального условия с нами по передачи музея и библиотеки дарственным образом отказался, а предлагает на то и другое совершить запродажную запись на 25. 000 рублей.

Из присланного счета на книги и минералы по удостоверению компетентных сторон, в том числе приват-доцента Добрынина, видно, что цены на все выставлены преувеличенно высоки, в отсутствии экспертизы и без согласия Управы» [16, лл. 53 - 54]. Следствием распри стало

устранение посредников, и постановлением Управы было решено: «поручить председателю Управы Степану Ивановичу Гуркину, чтобы он на месте путем переговоров с гр. Н. С. Гуляевым предложил ему передать музей и библиотеку полностью за цену 25. 000 р. Если же гр. Н. С. Гуляев не согласится на это и предложит к покупке библиотеку и музей по ценам в отдельности за каждый предмет, то сделку считать несостоявшейся» [там же, л. 55]. Выданная доверенность стала карт-бланшем Гуркину: «что вы на основании сего сделаете, Управа спорить и прекословить не будет» [там же, л. 56].

В черновиках Договора и Запродажной записи, составленных в Барнауле 28-29 октября 1918 года, инвентаризация и сдача музея и библиотеки намечались на 1 января 1919 г. Основные условия, при которых Н. С. Гуляев уступал свою библиотеку и коллекцию Управе, изменения не претерпели. Платежи предполагалось завершить в рассрочку, выплачивая дважды в год в течение 1919-1921 гг., примерно равные суммы: 1 марта 1919 г. - 3. 350 р.; 31 декабря 1919 г. -3. 000 р.; 1 июля 1920 г. - 3. 000 р.; 31 декабря 1920 г. - 3. 000 р.; 1 июля 1921 г. - 3. 000 р.; 31 декабря 1921 г. - 3. 000 р. [там же, лл. 58 - 58 об.].

Неприятные волнения усугубили уже сильно пошатнувшееся к этому времени здоровье Николая Степановича, он скончался, выразив последним желанием «чтобы передаваемый музей-библиотека носил имя их основателей Степана Ивановича и Николая Степановича Гуляевых» [17, л. 93]. В содержании актов, оформленных 3 января 1919 года, спустя месяц после кончины Н. С. Гуляева были введены сведения о количестве передаваемых предметов из библиотеки и музея: указан номер списка и число зафиксированных вещей. Всего по описям значились сведения о 1311 книгах.

Бурные события политической жизни 20-х гг. ХХ в. не лучшим образом сказались на хранении коллекции краеведа. По сведениям Р. Еркиновой, «в первые годы не было постоянного помещения, коллекция перевозилась из села в село - Улалу, Кызыл-Озек, Алтайское, Чемал. < > Во время перевозки экспонаты подвергались порче, хищению. Не удивительно, что к 1926 г. от коллекции осталось лишь треть» [18]. Вряд ли библиотека, перемещаемая вместе с коллекцией экспонатов по археологии, палеонтологии и минералогии, избежала участи разорения. В Барнауле вызывало беспокойство, что «ценные рукописи, библиотека и музей, приобретенные бывшим Каракарумским земством у Н. С. Гуляева, в настоящее время (17 февраля 1920 г.) по слухам вывезены в с. Чемал и там, возможно, брошены на произвол судьбы» [19, с. 55]. В Горно-Алтайский отдел народного образования обращались представители Сибирского отдела народного образования (совр. г. Новосибирск), Алтайского губернского отдела народного образования «по вопросу о передаче Алтгубоно Гуляевских библиотеки и музея» [20, л. 20]. В ответ на одно из таких предложений, последовавшее 18 декабря 1922 г., Горно-Алтайский отдел народного образования уведомил, что «ни в коем случае не может согласиться на передачу означенных культурных ценностей, характеризующих Горно-Алтай и его обитателей, так как в ближайшем времени предполагается организация музея в широком масштабе, и означенные ценности лягут в его основу. Вопрос временно тормозится за неотводом Коммунотделом надлежащего помещения. Что же касается о хранении его, то в данное время он помещается в одной из школ Улалы заколоченным в деревянные ящики и никакому расхищению не подвергается» [20, л. 20]. И только «летом 1926 г. библиотеки и коллекция были переведены в Горно-Алтайск. Директором был назначен А. Р. Анохин». 7 декабря 1926 г. специальным постановлением был решен вопрос о выделении отдельного помещения для музея [18].

Часть книг из фондов Ойротского музея местного края была возвращена в г. Барнаул. Книги коллекции Гуляевых в настоящее время хранятся в Государственном архиве Алтайского края, краеведческом музее; Национальном музее Республики Алтай (г. Горно-Алтайск). Всего известно о 178 экземплярах. История же другой, большей части фонда, до сих пор малоизвестна.

Список литературы

1. Алтай. Историко-статистический сборник по вопросам экономического и гражданского развития Алтайского горного округа / под ред. П. А. Голубева. - Томск : Типолитография Михайлова и Макушина, 1890. - 436 с.

2. Бородкин, П. А. С. И. Гуляев: жизнь и деятельность. - Барнаул : Алт. кн. изд-во, 1960. - 109 с.

3. Троицкий, Ю. Л. Личная библиотека С. И. Гуляева: проблемы реконструкции // Русская книга в дореволюционной Сибири. Книгописная деятельность и круг чтения сибиряков : сб. науч. тр. - Новосибирск : ГПНТБ СО АН СССР, 1984. - С. 82-91.

4. В Барнауле [три библиотеки...] // Книжный вестник. - 1864. - № 5. - С. 315 ; То же [Электронный ресурс] / Науч. наследие России: электрон. б-ка. - Электрон. дан. - Москва, 2007-2018. - Режим доступа : http://books.e-heritage.ru/book/10089388 (дата обращения: 15.01.2018).

5. Словцов, И. Я. Иван Степанович Гуляев: биографический очерк. - Омск : тип. Акм. обл. правл., 1891. - 75 с.

6. Троицкий, Ю. Л. Переписка С. И. Гуляева // Былины и песни Алтая: из собр. С. И. Гуляева. -Барнаул : Алт. кн. изд-во, 1988. - С. 325-328, 336-339.

7. ГААК. Ф. 163. Д. 245. Лл. 18-22 об.

8. Славороссова, Л. Степан Иванович Гуляев - краевед и собиратель народного творчества // Былины и песни южной Сибири / собр. С. И. Гуляева. - Новосибирск : Новосиб. обл. гос. изд-во, 1953. - С. 3-52.

9. Бородкин, П. A. Не каждому дано //Алтай. - 1985. - № 2. - С. 77-97.

10. К истории книжного дела в Сибири // Сибирь. - 1881. - 24 июня. - С. 2.

11. ГААК. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1669. Лл. 10, 33.

12. Отчёт Общества любителей исследования Алтая за 1894 г. - Барнаул : [б. и.], 1895. - 43 с.

13. [Отчёт Совета Общества попечения о начальном образовании в г. Барнауле] за 1889 г. -Барнаул : [б. и.], 1890. - 50 с.

14. [Друг] Н. С. Гуляев: некролог // Сибирский рассвет. - 1919. - № 1. - С. 65-66.

15. Яковлева, Н. А. Г. И. Гуркин как земский деятель // Культурное наследие Алтая : матер. Всерос. конф. 1990-1991 гг. - Барнаул : Изд-во краев. музея истории лит., искусства и культуры Алтая, 1992. -С. 89-96.

16. ГААК Ф. 163. Д. 36.

17. ГААК. Ф. 163. Д. 9. Л. 94.

18. Еркинова, Р. Музей вчера, сегодня, завтра // Звезда Алтая. - 1991. - 23 мая.

19. О сохранности библиотеки и музея Н. С. Гуляева, студии Г. И. Гуркина и фотографической коллекции С. И. Гуркина // Культурное строительство на Алтае, 1917-1941 : док. и матер. - Барнаул : Алт. кн. изд-во, 1980. - С. 55.

20. ГААК, Ф. 141. Оп. 1. Св. 11. Ед. хр. 146. Л. 20.

Anna А. Fomina, Ph. D. in Pedagogy, Assiciate Professor Altai State Institute of Culture (Barnaul, Russia terrarium46@gmail.com

SOCIAL AND CULTURAL PROCESS IN THE ALTAI TERRITORY

Abstract. Guliaevs had contributed a lot into cultural advancement of the Altai territory. The family's head, Stepan Ivanovich Guliaev, was a famous folklorist, ethnographer, historian, he was the first who set suggest an idea to open a private library in Barnaul. His sons, Aleksandr and Nikolay, supported the father's library projects. It is known that the First State Association of the Altaians interested in the Guliaevs' library. The books from the Guliaevs' collection are all attributed. Single exemplars are held at National Museum of the Altai Republic (Gorno-Altaisk, Russia), at State Archive of the Altai Krai (Barnaul, Russia).

Keywords: the first private library in Barnaul, Russian librarianship in the 19th century, local lore.