Клад с Увекского городища (случайная находка 1994 года)

КЛАД С УВЕКСКОГО ГОРОДИЩА (СЛУЧАЙНАЯ НАХОДКА 1994 ГОДА)1

© 2013 г. Д.А. Кубанкин, О.В. Сергеева

Саратовский областной музей краеведения,

г. Саратов

Ключевые слова: золотоордынский город Увек, посуда, осветительные приборы, лампада, бронзовые зеркала, христианский квартал.

Публикуется клад глиняной посуды, металлических светильников, зеркал и лампады, случайно обнаруженный на Увекском городище в 1994 г. В первой части исследования приводится детальное описание находок. Во второй части авторы приходят к выводу о принадлежности этого комплекса зажиточному горожанину, проживавшему в русском христианском квартале. Видимо, эти вещи были спрятаны в 1360-х гг. в результате трагических событий гражданской войны в Золотой Орде.

В 1994 г. в центральной части Увекского городища на глубине 80 см от поверхности местные школьники обнаружили интересный комплекс вещей золотоордынского времени. Два бронзовых зеркала были куплены у них Л.Ф. Недашковским, переданы в Саратовский областной музей краеведения (Инв. №№: СМК 60502-60503) и позднее опубликованы им (Недаш-ковский, 2000, с. 58-59, рис. 11: 2-3). Д.Г. Баринову удалось приобрести у нашедших оставшиеся предметы из этого комплекса: три кашинные чаши, один красноглиняный кувшин, составной (?) бронзовый светильник или два светильника и бронзовую лампаду. Эти вещи были переданы в Энгельсский краеведческий музей, но остались неопубликованными, за исключением лампады (Кубанкин, 2011, с. 156, рис. 1: 2). Цель данной публи-

1 Работа выполнена при поддержке РГНФ. Проект 12-31-01246. Тип а2.

кации - введение в научный оборот этого неординарного комплекса.

Описание комплекса. 1) Чаша ка-шинная с подглазурной ангобной росписью (рис. 1; 4). Глазурь прозрачная. Контуры обведены серо-зеленой краской, по рельефному ангобу выполнены точки бирюзового цвета, которые иногда растекались в пятна. Дополнительная обводка выполнена из линий, образованных мелкими точками серо-зеленого цвета. Внутри - три горизонтальных орнаментальных ряда, разделенные между собой тонкой полосой с бирюзовыми точками по ан-гобному рельефу. Точки расположены горизонтально и равноудалены друг от друга. В центре на дне девятиле-пестковая розетка. В каждом лепестке утолщение ангобом с точкой бирюзового цвета. По стенкам горизонтальный ряд из повторяющихся семь раз стилизованных растительных побегов (листьев?) с подводкой тонкими серо-зелеными точками, образующими

линии. Внутри растительного побега по две точки с утолщением ангобом и бирюзовой точкой по центру. По венчику горизонтальный ряд из чередующихся стилизованных трилистников с утолщением ангобом и синей точкой по центру. С внешней стороны горизонтальные полосы серо-зеленой краской, разделяющие белое поле с двумя синими точками - утолщениями по ангобу (упрощенная стилизация лепестков лотоса без округлого завершения). По верху венчика с внешней стороны горизонтальный ряд синих точек. Дно на кольцевом поддоне из рыхлого красноватого кашина. Нижняя часть стенок с внешней стороны, как и кольцевой поддон, без глазури. Один край чаши с внешней стороны и верхняя часть с внутренней ошлакованы. Примечательно, что ошлакованы были лишь отдельные фрагменты, т.е. чаша сначала была разбита, а затем некоторые ее осколки подверглись термальному воздействию.

Диаметр по венчику с внешней стороны - 13,3-13,5 см. Диаметр кольцевого поддона с внешней стороны около 5,6 см, высота - 1,8 см. Максимальный диаметр по стенкам с внешней стороны - 10,8-11,5 см, высота 6,5-6,7 см.

2) Чаша кашинная с росписью ангобом (рис. 2; 6). Глазурь бирюзовая прозрачная, подглазурная роспись темно-синей краской. Внутри - три горизонтальных орнаментальных ряда, разделенных между собой тонкой полосой с точками по ангобному рельефу. Точки расположены горизонтально и равноудалены друг от друга. В центре на дне девятилепестковая розетка. В каждом лепестке утолщение ангобом с точкой темно-синего цвета. По стенкам горизонтальный ряд каплевидного орнамента с об-

водкой поля вокруг каждого мелкими точками. В центре каждого лепестка утолщение ангоба с точкой. По венчику горизонтальный узкий ряд косой штриховки и четыре крупных точки ангоба с контуром темно-синего цвета. Точки равноудалены друг от друга. С внешней стороны горизонтальные полосы, разделяющие белое поле с двумя синими точками - утолщениями по ангобу (упрощенная стилизация лепестков лотоса без округлого завершения). По верху венчика с внешней стороны горизонтальный ряд синих точек. Дно на кольцевом поддоне из рыхлого красноватого кашина. Нижняя часть стенок с внешней стороны, как и кольцевой поддон, без глазури.

Диаметр по венчику с внешней стороны 12,8-13,0 см. Диаметр кольцевого поддона с внешней стороны 5,6-5,7 см, высота - 1,7 см. Максимальный диаметр по стенкам с внешней стороны - 11,6-11,7 см, высота 6,1 см.

Изучаемая чаша по орнаментации схожа с найденной на Царевском городище и хранящейся в Эрмитаже (Греков, Якубовский, 1950, рис. 35). Но у более крупного экспоната из Эрмитажа присутствует еще один орнаментальный эпиграфический ряд. Она была покрыта белой прозрачной глазурью, а с внешней стороны «лепестки лотоса» заканчиваются полукружием. Близкой аналогией может служить кашинные чаши из Великого Новгорода (Коваль, 2010, с. 100-101, илл. 37: 1) и Москвы (Коваль, 2010, илл. 35: 2). В отличие от образца с Увекского городища, новгородская чаша имеет три ряда каплевидного орнамента, а московская, помимо четырех рядов каплевидного орнамента, покрыта бесцветной глазурью. Новгородская чаша найдена в слоях второй половины XIV в.

Рис. 1. Чаша кашиннная. (Инв. № ЭКМ 13б44).

Рис. 2. Чаша кашинная. (Инв. № ЭКМ 13б43).

Рис. Э. Чаша кашинная. (Инв. № ЭКМ 13б45).

Рис. 4. Чаша кашиннная. (Инв. № ЭКМ 13б44).

Рис. 5. Чаша кашинная. (Инв. № ЭКМ 13643).

Рис. 6. Чаша кашинная. (Инв. № ЭКМ 13645).

Рис. 7. Кувшинчик красноглиняный.

(ЭКМ, без инвентарного номера). 262

Рис. 8. Кувшинчик красноглиняный. (ЭКМ, без инвентарного номера).

Первые два экземпляра сближает схожая форма и размеры сосуда, а также рыхлый кашин, относительно толстые стенки, не покрытые глазурью с внешней стороны придонные участки, массивный поддон и красноватая окраска кашина, подглазурный рельефный ангоб. Набор этих признаков делает наиболее вероятным предположение о нижневолжском происхождении двух описанных выше изделий. Видимо, они были произведены в одной мастерской, судя по схожести кашина, пропорций сосудов и их росписи. Возможно, что и третья монохромная чаша изготовлена в Золотой Орде, однако она имеет значительные отличия в кашине и орнаментации.

3) Чаша кашинная монохромная с подглазурной росписью черной или синей краской без ангобного рельефа (рис. 3; 6). Глазурь бирюзового цвета, прозрачная. Форма чаши, в отличие от двух предыдущих сосудов, более вытянутая. С внутренней стороны многочастный орнамент, основным элементом которого является шести-лепестковая цветочная розетка. В центре дна - небрежно выполненная шестилепестковая розетка. В процессе росписи краска расплылась внутрь и черты цветка сохранились лишь по внешнему краю в виде слабовыра-женных лепестков. Вокруг этого изображения расположено еще шесть шестилепестковых розеток. Нижние лепестки этих цветков соединяются тонкой линией с соседними цветами. В итоге образуется композиция в виде шестилучевой звезды, в центре которой, на дне, расположена цветочная розетка. От этой центральной розетки через шестилучевую звезду, в пространстве между шестью цветочными розетками, прорастают на

тонкой ножке шесть двулистных растительных побегов. Листья этих побегов распускаются над цветочными розетками.

От верхних лепестков цветочных розеток, расположенных по кругу, вверх на тонком стебле отходит стилизованный двулистный растительный побег. Эти побеги попарно обращены друг к другу, образуя отдельный, повторяющийся шесть раз растительный орнамент с черной точкой в центре. Верхним орнаментальным рядом являются повторяющиеся в меньших размерах двулистные побеги, обращенные друг к другу и расположенные над цветочными розетками. По венчику чаши проходит широкая черная полоса, заходящая на внутреннюю и внешнюю стороны.

Пустое пространство между основными элементами декора с внутренней стороны заполнено мелким орнаментом, который повторяет положение основных деталей декора. В некоторых случаях в мелком орнаменте угадываются отдельные арабские буквы, но чаще это простой набор точек и линий, лишь отдаленно напоминающий текст.

С внешней стороны чаши расположен горизонтальный орнаментальный ряд из двух горизонтальных линий разнонаправленного каплевидного декора, обрамленного сверху и снизу черными линиями.

Кашин более плотный, чем у двух предыдущих сосудов, белого цвета. Глазурь с внешней стороны доходит практически до поддона. С одного края с внешней стороны чаша ошлакована. На стопе поддона след медного окисла от располагавшихся рядом металлических изделий.

Диаметр по венчику с внешней стороны - 12,8 см, диаметр кольцево-

го поддона с внешней стороны - 5,25,4 см, высота - 2,0 см, максимальный диаметр по стенкам с внешней стороны - 11,1-11,5 см, общая высота сосуда - 6,9 см.

За образец росписи была взята кашинная чаша со сложным орнаментом, сочетающим в себе текст с арабскими буквами. Очевидно, что человек, расписывавший этот сосуд, был слабо знаком с арабской письменностью. Именно этим следует объяснить столь схематичное повторение надписей, которое превратилось из текста в рисунок.

4) Кувшинчик красноглиняный (рис. 7; 8).

Тулово яйцевидной формы, горло цилиндрическое. К широкой части тулова крепилась вертикальная ручка. Часть горла и венчик утрачены. По всей поверхности сосуда неравномерно распределенная ошлакованная масса. Возможно, она образовалась от вытекшей жидкости либо от ошлакованной глазури, неравномерно покрывавшей поверхность. Дно плоское, массивное, с внешней стороны следы среза нитью. Общая высота - 19,8 см, диаметр дна - 6,2 см, максимальный диаметр по тулову - 11,2 см, диаметр горла - 6,4 см. Назначение и место изготовления этого кувшинчика для нас остается неясным.

5) Навершие бронзового светильника-лампы ( рис. 9; 11).

Состоит из чаши и ножки. Чаша для горючей жидкости у основания шаровидной формы с приплюснутым дном и цилиндрическим горлом. Переход от шаровидного основания чаши к цилиндрическому горлу обозначен под-треугольным валиком. Еще один валик меньших размеров располагается на месте перехода от горла к венчику. Венчик под прямым углом загнут на-

ружу. Внутри чаши по центру припаян полый цилиндрический стержень для фитиля. Стержень заканчивается небольшим венчиком, отогнутым наружу. По бокам стержня изначально были четыре прямоугольные прорези. Позднее две перегородки были обломаны, вероятно, для более удобного доступа к фитилю. Максимальный диаметр чаши по шаровидной части

- 7,3-7,4 см, диаметр по горлу - 5,8 см, диаметр венчика - 6,9-7,0 см, высота чаша - 5,1 см, высота стержня для фитиля - 4,3 см, диаметр стержня

- 1,5-1,6 см.

Ножка лампы в виде конического стержня, сужающегося кверху, диаметром 2,1-2,8 см. Внешняя поверхность в виде сот с вытянутыми овальными ячейками-углублениями. Верхняя и нижняя части ячеистого орнамента обрамлены нанизанными на стержень бронзовыми кольцами с узким выступающим валиком по центру диаметром по внешнему краю 2,9 и 3,7 см соответственно. Участок возле крепления ножки к чаше без ячеистого орнамента. Здесь стержень расширяется в виде бронзовой уплощенной сферы с узкими валиками по верхнему и нижнему краю. В нижней части ножки, по самой подошве прикреплено тонкое круглое в плане основание с широким выступом диаметром по внешнему краю 4,3 см. С внутренней стороны на месте крепления у него заметны многочисленные следы обработки напильником. Общая высота ножки - 13,8 см. Общая высота всего изделия - 19,4-19,5 см.

Близкие аналогии - светильники из раскопок А.В. Терещенко на Царев-ском городище, которые хранятся в Эрмитаже и экспонировались на выставке в Казани (Золотая Орда, 2005, с. 236, № 669, 670, 673).

6) Основание составного бронзового светильника или подсвечник бронзовый (рис. 10; 12).

Основание конусовидной формы с сужением в центре. В верхней части чашевидная втулка на цилиндрической ножке. Переход от ножки к чаше с дисковидным расширением диаметром 6,6 см. Чаша сужается к центру и расширяется к плоскому отогнутому наружу венчику. Один край чаши утрачен. С наружной стороны на чаше и на основании застывшие капли воска. Предмет полый, с внутренней стороны грубо обработанный, с многочисленными шероховатостями. С внешней стороны шов аккуратно счищен. С внутренней стороны прикипевший древесный уголь. В горизонтально расположенном круге основания сквозное округлое отверстие (крепежное для остальных частей светильника (?) диаметром 8 мм. Высота основания - 9,0 см, диаметр нижней части - 18 см, диаметр средней части - 11,5 см, диаметр верхней части - 13,5 см. Основание и чаша орнаментированы тонкими линиями, образующими окружности. Ножка чаши высотой 4,4 см, диаметром 4,7 см. Высота чаши -3,4 см, диаметр у основания - 5,9 см, диаметр в центре - 5,0 см, диаметр венчика - 6,3 см.

Близкая аналогия - светильник из раскопок А.В. Терещенко на Царев-ском городище (Золотая Орда, 2005, с. 236, № 673).

Бронзовые светильники на широком округлом основании были распространены в Золотой Орде. Подсвечник с гравировкой и инкрустацией серебром был найден в Болгаре, возле армянской церкви. Этот изящный предмет имеет схожие размеры с увек-ской находкой, датируется по данным

торевтики первой половиной XIV в. и относится к произведениям иранских мастеров (Даркевич, 1975, с. 234, 237-238, рис. 2). Еще три подсвечника найдены в Азаке (Бурлака, 2009, с. 70, рис. 2). Среди золотоордынских материалов известны упрощенные копии подобных изделий, которые сохранили свою функциональность, но утратили сложный парадный декор. В Болгаре был найден бронзовый подсвечник, условно датируемый XIV в. (Руденко, 2006, с. 112, 169, рис. 13). С этого памятника происходят находки еще четырех верхних частей подсвечников, также датируемых XIV в. Они имеют сходство как по размерам, так и по внешнему виду (Руденко, 2006, с. 185, рис. 11: 1-4). Подобная форма подсвечников была распространена и часто повторялась в глине или камне. Известен мраморный подсвечник с арабскими надписями (Греков, Якубовский, 1950, рис. 32); в Китае форма металлических канделябров была повторена в фарфоре (Са^е11, 2000, 82. а.Ь).

Относительно назначения увек-ского светильника есть некоторые сомнения. Возможно, что это не подсвечник, а нижняя часть лампы, т.е. найденный на Увекском городище набор бронзовых осветительных приборов является составными частями одного изделия. В пользу такого вывода свидетельствует необработанная внутренняя поверхность чаши «подсвечника». Здесь сохранились незатер-тые внутренние швы. На фоне других аккуратно обработанных швов такая небрежность выглядит удивительной, а крепление на него свечи неудобным. Вероятно, эта часть использовалась для крепления стержня светильника и не была заметной. В таком случае, у рассматриваемого экземпляра отсутствует средняя часть.

«Подсвечник» из мечети Ходжа Ахмеда Ясави в Самарканде, датируемый 1397 г., также является составным. На фотографии видна верхняя часть с чашей, возможно, для масла, и широкое нижнее основание. При этом отсутствует средняя соединяющая часть (Якубовский, 1939, табл. СХХ1). Основание еще одного светильника из мечети Ходжа Ахмеда Ясави также состояло из верхней и нижней части. А.Ю. Якубовский упоминает о среднем элементе этого изделия, хранящемся в Лувре (Якубовский, 1939, с. 283, табл. СХХШ). Оба экземпляра верхней части светильников, найденных на Царевском городище также должны иметь дополнительное крепление. Однако детальное изучение данного вопроса не входит в задачи нашей публикации. Поэтому мы лишь обозначили вопрос о вариативности интерпретации бронзовых светильников с Увекского городища.

7) Лампада медная (рис. 13; 14).

В виде расширяющейся к верху чаши на тонком слабовыраженном кольцевом поддоне. Трехгранные стенки обрамлены вертикальными валиками. Между ними выгнутые наружу полукружия. В плане лампада выглядит как цветочная шестилепест-ковая розетка. В верхней части стенок крепятся три петли для подвешивания на цепь. Петли литые конусовидной формы с тремя горизонтальными валиками размером 3,3 х 0,6-1,1 см. К каждой петле крепилась цепочка. Сохранился фрагмент одной цепочки на петле. Шесть восьмеркообразных звеньев, которые заканчиваются крестиком с округлой петлей внизу (вверху петля обломана), с кольчатыми лопастями и сквозным отверстием по центру. Внутри лампады среди окислов выделяется темное пятно (от масла?).

Высота изделия - 5,1-5,8 см, ширина у основания - 5,3-6,1 см, у венчика -10,3-11,3 см, диаметр поддона 4,4-4,5 см, высота поддона - 0,2 см.

Подобные лампады были распространены в Византии и в ее провинциях, а также на Руси, но полной аналогии нам не известно. Похожее по форме изделие происходит из слоя Древнего Гродно возле Нижней церкви (Воронин, 1954, с. 119-120, рис. 65: 2). Схожие крестики были найдены вместе с цепочкой и держателем от лампады в домонгольском жилище Болгара (Полубояринова, 1993, с. 3132, рис. 8: 7). Аналогичные крестики известны на цепочке с лампадкой, найденной в слое Ярополча Залесско-го, и датируются они серединой XIII в. (Седов, Седова, 1968, с. 56). Схожая лампада была обнаружена в Херсоне, где она датируется XIII в. (Наследие византийского Херсона, 2011, с. 217, 505, кат. № 162).

8-9). Зеркала бронзовые (рис. 15, 16).

Одно с геометрическим орнаментом, второе - с изображением драконов воздушной и водной стихий. Опубликованы Л.Ф. Недашковским (2000, с. 58, 59, рис. 11: 2-3). Изготовлены в Китае или по китайским традициям. Оба предмета до реставрации содержали фрагменты обуглившейся древесины.

Общие выводы. Рассмотренные выше находки принадлежат к одному комплексу. Об этом свидетельствуют следы пожара практически на всех предметах. На кашинной керамике и на красноглиняном кувшине заметна ошлакованная глазурь. На медных и бронзовых изделиях прослежены прикипевшие фрагменты обуглившегося дерева. На стопе кашинной

Рис. 9. Навершие бронзового светильника-лампы. (Инв. №: ЭКМ 12496).

Рис. 10. Основание составного бронзового светильника или подсвечник. (Инв. №: ЭКМ 12497).

Рис. 11. Навершие бронзового светильника-лампы. (Инв. №: ЭКМ 12496).

Рис. 12. Основание составного бронзового светильника или подсвечник. (Инв. №: ЭКМ 12497).

Рис. 13. Лампада медная. (ЭКМ, Инв. №: НВСП 15944).

Рис. 14. Лампада медная. (ЭКМ, Инв. №: НВСП 15944).

чаши № 3 заметны следы медных окислов от пребывания вместе с металлическими изделиями (лампада, светильники). Вещи были спрятаны или брошены в результате пожара. Только этим можно объяснить нахождение в полной сохранности довольно значимых предметов из металла, поэтому данный комплекс мы условно называем кладом.

Датирующим материалом для него являются кашинные чаши золото-ордынского (нижневолжского) происхождения, которые начали массово изготовлять со второй трети XIV в. (Коваль, 2010, с. 97). Бронзовые светильники и подсвечники практически без орнамента также наиболее характерны для XIV в. Монеты датируют этот участок 1320 - серединой 1360-х гг. (Недашковский, 2000, с. 59). Наиболее вероятным временем консервации этого комплекса с определенной долей условности следует считать 1360-е годы. Ко времени «замятни» относится разрушение общественной бани, которая располагалась в 30-50 м к северо-востоку от места нахождения клада. В конце XIX в. при раскопках этого общественного сооружения внутри здания были обнаружены скелеты и отдельные человеческие черепа. Останки трех человек были найдены в одной из цистерн бани (Кубанкин, 2007, с. 204). Убийства и разрушения часто прослеживаются в слоях золо-тоордынских городов 1360-х годов. В раскопе Ш/2010-2011 гг., расположенном в 150 м к северо-востоку от места нахождения клада, слой разрушенной

монументальной постройки сопровождается монетами, самая поздняя из которых - пул Хызра, чекан Гюлиста-на 762 г.х. Таким образом, на территории городища, где был обнаружен клад, фиксируются многочисленные следы разрушений, условно датируемые по монетам 1360-ми годами. Наиболее вероятно, что именно в это время был спрятан изучаемый клад.

Нахождение в данном комплексе лампады с нагаром на дне свидетельствует о ее использовании в доме или храме. Светильники с каплями воска также указывают на их применение в быту. Следовательно, часть обнаруженных вещей активно использовалась их владельцем, а не предназначалась для продажи. Если наши выводы верны, то эти вещи вместе с кашинными чашами и бронзовыми зеркалами принадлежали зажиточному горожанину. Лампада указывает на возможную принадлежность ее владельца к христианской общине. Здесь располагался христианский квартал, о

чем свидетельствуют частые находки предметов древнерусского христианского происхождения (Кубанкин, 2011; 2012). В 2010-2011 гг. на прилегающей к этому месту территории, в 150 м к северо-востоку от места нахождения клада, был обнаружен мощный слой золотоордынского времени, насыщенный древнерусской керамикой. Частично зафиксирован фундамент храма, каменные архитектурные блоки, в том числе с высеченным крестом, и многочисленные фрагменты фресок. В подвальном складском помещении храма, помимо древнерусской керамики, обнаружены иранские кашинные и византийские красноглиняные поливные чаши, а также сирийские стеклянные изделия (Кубанкин, 2012).

Примечательно, что владелец клада приобретал изделия, характерные для восточного рынка - кашинную посуду, бронзовые подсвечники и зеркала, но при этом использовал в религиозных целях лампаду, подобные ко -торой были распространены на Руси.

ЛИТЕРАТУРА

Бурлака В. О. Азов - город с тысячелетней историей // Очерки истории Азова. Вып. 12. - Азов, 2009.

Воронин Н.Н. Древнее Гродно (по материалам археологических раскопок 19321949 гг.). - М.: Изд-во АН СССР, 1954.

Греков Б.Д., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее падение. - М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1950.

Даркевич В.П. Медные и бронзовые изделия из Волжской Болгарии (XIII-XIV века) // СА. - 1975. - № 2.

Золотая Орда. История и культура. Каталог выставки. - СПб.: «Славия», 2005. Коваль В.Ю. Керамика Востока на Руси. IX-XVII века. - М.: Наука, 2010. Кубанкин Д.А. Археологические раскопки на Увекском городище в конце XIX века // Археология Восточно-Европейской степи. Вып. 5. - Саратов, 2007.

Кубанкин Д.А. Древнерусское население золотоордынского города Укека // Тр. III (XIX) ВАС. Т. II. - СПб.; М.; Великий Новгород, 2011.

Кубанкин Д. А. Русская община золотоордынского города Укека // ПА. - 2012. - № 1.

Наследие византийского Херсона / Яшаева Т., Денисова Е., Гинькут Н., Залеская В., Жуавлев Д. - Севастополь: «Телескоп»; Остин: ИКА Техасского ун-та, 2011.

Недашковский Л.Ф. Золотоордынский город Укек и его округа. - М.: «Восточная литература», 2000.

ПолубояриноваМ.Д. Русь и Волжская Болгария в X-XV вв. - М.: Наука, 1993.

Руденко К. Золотоордынская эпоха в Среднем Поволжье (по археологическим данным // ТА. - 2006. - № 1-2.

Седов В.В., СедоваМ.В. Раскопки во Владимирской земле // АО 1967 года. - М., 1968.

Якубовский А.Ю. Мастера Ирана в Средней Азии при Тимуре // III Международ. конгресс по иранскому искусству и археологии. - М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1939.

Carswell J. Blue and White. Chinese porcelain around the world. - London: The British Museum Press, 2000.

A HOARD FROM THE UVEK SETTLEMENT

D.A. Kubankin, O.V. Sergeeva

Keywords: the Golden Horde's town Uvek, crockery, lighting fixtures, lampad,

bronze mirrors, Christian quarter.

A publication is presented of a hoard of crockery, metal lamps, mirrors and a lampad, incidentally found in the ancient city of Uvek in 1994. Detailed descriptions of the finds are given in the first part of the paper. In the second part, the authors come to the conclusion that the complex belonged to a wealthy townsman who resided in a Russian Christian quarter. The things were probably concealed in the 1360-ties during the tragic events of the civil war in the Golden Horde.