2015. 03. 023-026. Политика количественного смягчения в странах Запада. (сводный реферат)

рефинансированию ипотечных займов» (с. 10). Можно предположить, пишет П. Кругман, что более активный план стимулирования экономики провалился бы в Конгрессе, что рефинансирование ипотеки было бы невозможно реализовать или эта мера спровоцировала бы политический ступор. Истина вряд ли когда-нибудь будет известна. Ясно одно: слишком осторожное поведение правительства во многом объясняется влиянием министра финансов.

Победа США над финансовым кризисом, заключает автор, была пирровой победой. В посткризисные годы американская экономика имела среднегодовые темпы роста в размере 1% (вместо прогнозируемых 2,5%). Регистрируемая безработица сократилась, но это произошло в основном за счет того, что многие люди, отчаявшиеся найти работу, прекратили поиски. Все большее число экономистов приходят к выводу, что США уже никогда не вернутся на прежний путь процветания.

Из кризиса Америка извлекла определенные уроки, отмечает П. Кругман: «Мы действительно приобрели знания и способы борьбы с этим бедствием. Мы знаем, как работает фискальная политика, а также то, что с помощью заемных средств США могут тратить больше денег на борьбу с безработицей. Однако гораздо больше можно было бы сделать для сокращения бремени ипотечного долга. Мы не сделали всего, что необходимо было сделать». По мнению автора, термин «стресс-тест» весьма удачен применительно ко всей американской экономике. «Независимо от того, насколько велика была ответственность администрации Б. Обамы и насколько деструктивно вел себя конгресс, встречавший в штыки каждую инициативу администрации, общий вывод ясен - мы не прошли тест, мы здорово провалились» (с. 10).

Е.Е. Луцкая

2015.03.023-026. ПОЛИТИКА КОЛИЧЕСТВЕННОГО СМЯГЧЕНИЯ В СТРАНАХ ЗАПАДА. (Сводный реферат).

2015.03.023. What is quantitative easing? // The Economist. - 2015. -09.03. - Mode of access: http://www.economist.com/blogs/economist-explains/2015/03/economist-explains-5

2015.03.024. The high cost of falling prices // The Economist. - 2015. -21.02. - Mode of access: http://www.economist.com/news/finance-and-

economics/21644196-low-or-negative-inflation-spreading-around-world -more-worry

2015.03.025. What is quantitative easing? // BBC News Business. -2015. - 22.02. - Mode of access: http://www.bbc.com/news/business-15198789

2015.03.026. VASUDEV P.M. Questionable quantitative easing: The issues caused by monetary policy // Financial Post. - 2015. - 03.02. -Mode of access: http://business.financialpost.com/2015/02/03/questio nable-quantitative-easing-the-issues-caused-by-monetary-policy/

Ключевые слова: монетарная политика; политика количественного смягчения; дефляция.

Политика количественного смягчения (quantitative easing, QE), нетрадиционный вид монетарной политики, направлена на стимулирование экономической активности (023). Существуют разные способы стимулирования роста. Один из основных и наиболее часто используемых способов связан с регулированием процентной ставки. Понижение последней побуждает компании и домохозяйства в большей мере тратить, чем сберегать деньги. Но если процентные ставки находятся почти на нулевой отметке, центральные банки (ЦБ) вынуждены прибегать к другой тактике, например, к закачиванию денег непосредственно в экономику. Они начинают в широких масштабах эмитировать деньги (прежде это был процесс печатания, а в настоящее время - создания электронных денег), с тем чтобы использовать эти «новые» деньги для покупки активов (причем не только краткосрочных казначейских облигаций, но и долгосрочных финансовых активов) у банков и других частных компаний. Такие действия ЦБ позволяют увеличить банковские резервы сверх требуемого уровня и расширить кредитную активность финансовых институтов. При этом рыночные цены акций растут, а их доходность снижается. Главная цель политики QE - увеличить денежное предложение, а конечными результатами должны быть активизация инвестиционного процесса, рост денежных доходов и расходов населения и в целом повышение темпов роста экономики.

Политика QE была впервые применена японским правительством в 1990-х годах с целью остановить процесс дефляции. В экономическом сообществе нет единодушного мнения, в какой мере

эта инициатива оказала стимулирующий эффект на японскую экономику. Банк Англии и американская ФРС в конце 2008 г. начали использовать инструменты QE как способ стимулирования экономического роста. Банк Англии в период c марта по ноябрь 2009 г. закупил ценных бумаг на сумму 300 млрд долл., что способствовало увеличению годового выпуска продукции в стране на 1,5-2%. Таким образом, Банк Англии оценивает программу QE как «экономически значимую». ФРС США за период с конца 2008 г. по октябрь 2014 г. закупила активов на общую сумму 3,7 трлн долл., увеличив свои активы в 8 раз (025). В ноябре 2014 г. ФРС объявила об окончании программы покупки активов в связи с выполнением поставленных целей по уровню инфляции и сокращению безработицы. Существуют, однако, сомнения относительно долгосрочных перспектив инфляции в США.

Актуальность политики QE в европейских странах возросла в последнее время вследствие развития двух негативных процессов: замедления экономического роста и дефляции. В начале 2015 г. Всемирный банк предупредил страны зоны евро об угрозе сползания региона к перманентной стагнации. Европейский центральный банк (ЕЦБ), несмотря на сопротивление со стороны некоторых стран, например Германии, был вынужден все-таки объявить в конце января 2015 г. о запуске программы QE.

Проблема дефляции. Журнал «The Economist» рассматривает процесс дефляции в промышленно развитых странах (ПРС) и, в частности, в странах зоны евро, как чрезвычайно дорогостоящий для национальных экономик феномен «падающих цен» (024). В посткризисный период проблема преодоления депрессивного состояния экономики выдвинулась на первый план. Цифра «два», как целевой показатель инфляции, является магической для всех ЦБ развитых стран. Именно такой уровень инфляции, считают эксперты, позволяет разморозить инвестиции и расходы домохозяйств. Однако даже этот минимальный уровень не достижим в большинстве стран. Так, в США, Великобритании и Канаде, где экономический рост превышает 2%, уровень инфляции в начале 2015 г. был ниже целевой отметки. В Китае уровень инфляции равен 0,8%. Япония снова сползает в дефляцию. Наихудшее положение в странах зоны евро, где экономика 15 из 19 стран-членов находится в

состоянии дефляции, а наивысший уровень инфляции в размере 1% отмечен в Австрии (024, с. 1).

В значительной степени развитие дефляции связано с падением нефтяных цен. За период с начала 2014 г. по январь 2015 г. цена на нефть марки «Брент» сократилась на 45% (со 110 до 60 долл.). Как отмечает «The Economist», падение цен на энергоресурсы - это не всегда и не во всех случаях негативное явление (024). Во многих отраслях отмечается сокращение производственных издержек и увеличение выпуска продукции (например, в пищевой промышленности). Однако для производителей товаров длительного пользования, в частности автомобилей, дефляция означает падение цен на продукцию и сокращение выпуска.

Как ни важна роль внешних факторов в динамике цен, главным стимулом повышения покупательской способности населения является рост уровня занятости и оплаты труда. «The Economist» отмечает своеобразный парадокс - в настоящее время (в отличие от докризисного периода) в большинстве ПРС рост уровня занятости не влечет за собой повышения зарплаты. За период с 2010 г. уровень безработицы сократился в США на 40%, в Великобритании -на 50%, тогда как оплата труда не возросла. Это объясняется тем, что рост занятости происходит в «небезопасных формах», - частичная занятость, неполный рабочий день, случайная работа и т.п. Более гибкие условия найма влекут за собой ослабление «сильных сторон в переговорном процессе» (bargaining power) рабочих. Проблема низкого уровня оплаты труда, как депрессивного фактора экономики, приобретает масштаб политической проблемы. В США президент Б. Обама настаивает на том, чтобы Конгресс принял закон о повышении минимальной почасовой оплаты с 7,25 долл. до 10,0 долл. Подобного рода озабоченность властей существует также в Великобритании и Японии (024, с. 2).

Страны зоны евро (за исключением Германии) существенно отстают от других ПРС по показателям эффективности рынка труда. В конце 2009 г. уровень безработицы в этих странах был немного ниже 10% (как и в США), но с тех пор безработица возросла и в настоящее время равна 11%. В Греции она близка к 25% (024, с. 2).

Плачевое состояние рынка труда в зоне евро таит в себе риск долгосрочной дефляции, имеющей серьезные последствия. В частности, возникает угроза осложнений с выплатой суверенных дол-

гов. Если цены и доходы будут продолжать падать, то погашение задолженности пятью периферийными странами, уровень долга которых составляет в настоящее время 55% ВВП, станет невыполнимой задачей.

Риски и проблемы политики количественного смягчения. Как считают специалисты, политика РБ заключает в себе некоторые риски и порождает новые проблемы. Так, существуют опасения, что вливание наличности в экономику будет стимулировать непродуманное, неосторожное финансовое поведение и приведет к накачке денежных «пузырей» в развивающихся экономиках, не имеющих достаточного опыта в области управления ликвидностью. Действия ЦБ также таят в себе потенциальные угрозы. В случае активной продажи ими накопленных активов процентные ставки могут резко повыситься, что остановит экономическое оживление. Кроме того, как показывает практика, ЦБ в меньшей степени склонны использовать инструменты РБ по сравнению с таким испытанным инструментом монетарной политики, как снижение процентных ставок. В настоящее время ЦБ некоторых стран экспериментируют с альтернативными стимулирующими механизмами, например, такими, как поддержание ставки «овернайт» на низком уровне в течение продолжительного времени (023, с. 2).

Как отмечает П. Васудев, профессор права из университета города Оттава (Канада), финансовая модель экономического роста (т.е. модель РБ) порождает ряд новых проблем как теоретического, так и практического характера (026).

Вопрос измерения и оценки эффективности политики РБ до сих пор не разработан. Сейчас оценка базируется на соотношении расходов экономических агентов и прироста ВВП. Но при этом не учитывается тот факт, что таргетирование ВВП - это задача не однозначная по своей природе. Не существует четкой линейной зависимости экономического роста от динамики каждого отдельного фактора, будь то семейные доходы или деловые инвестиции. Например, в США рост ВВП шел рука об руку с ростом прибыли корпораций и расходов домохозяйств, что связано с увеличением задолженности последних. Но при этом доходы домохозяйств оставались на неизменно невысоком уровне. Сомнительно, что увеличение доходов семей и физических лиц (как одна из целей экономической по-

литики) могло бы быть автоматическим результатом вливания ликвидности в экономику.

Важным фактором развития зрелой экономики, например европейской и японской, являются демографические тенденции. Общества со сложившимися жизненными стандартами характеризуются наличием у населения относительно слабых стимулов к увеличению таких крупных статьей расходов, как расходы на строительство дома и покупку автомобиля. В целом это ведет к понижению общего уровня спроса. Следовательно, в таких обществах монетарная политика, основанная на принципе инфляционной экспансии, может быть неэффективной.

Проблема власти и влияния банковского сектора. Политика РБ естественно повышает социально-экономическую роль финансового сектора. Влияние сверхкрупных банков, обладающих огромными ресурсами, существенно возросло в предкризисный период, когда проводилось дерегулирование банковской деятельности. Даже после принятия в США Закона Додда - Франка, направленного на усиление надзора над банками, эффективность регулирующих функций государства остается под вопросом. Следствиями возрастающей роли финансового сектора являются: 1) усиление дисбалансов в экономике, в частности непропорционально быстрый рост рынка ценных бумаг; 2) усиление социально-экономической власти центральных банков и правительства и, как результат, эрозия таких общественных достижений, как экономическая децентрализация и индивидуальная свобода (023, 026).

Что касается прогнозов относительно результатов политики РБ в ЕС, то они весьма неопределенны. Двойственный характер воздействия этой политики заключается в том, что, способствуя росту рыночной цены гособлигаций, она тем самым вызывает сокращение их доходности. В результате, чтобы получить тот же самый доход, инвесторы должны продать больше ценных бумаг. Именно этот фактор послужил причиной дефицита пенсионных схем английских компаний в последние годы. По мнению экспертов, наиболее значимым эффектом будет, очевидно, укрепление доверия на рынках региона.

Е.Е. Луцкая