СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ ЭКОФИЛОСОФИИ: К НОВОМУ ГУМАНИТАРНОМУ ПРОРЫВУ

УДК 330.1: 130.2:111.1

БАРКОВА Э.В. СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ ЭКОФИЛОСОФИИ: К НОВОМУ ГУМАНИТАРНОМУ ПРОРЫВУ

Ключевые слова: экофилософия, гуманитарный прорыв, человек, Д.С. Лихачев, целостность, природа, культура

Выявлен потенциал экофилософии? как методологической и мировоззренческой основы новой глобальной научной и культурной революции - Возрождения-XXI. Показано содержательное многообразие векторов развития экофилософии и перспективность традиций отечественной гуманитарной науки. Обоснована востребованность экофилософской парадигмы как методологии нового поворота к гуманитарной стороне жизни и культуры.

BARKOVA, E.V.

ECO-PHILOSOPHY DEVELOPMENT STRATEGIES: THE NEW HUMANITIES BREAKTHROUGH

Keywords: ecophilosophy, humanities breakthrough, person, D.S. Likhachev, wholeness, nature, culture.

The author reveals the potential of ecophilosophy as a methodological and philosophical basis of the new global scientific and cultural revolution - Renaissance-XXI. A substantial variety of vectors for the development of ecophilosophy and the prospects of the traditions of Russian humanitarian science are also shown. The demand for an ecophilosophical paradigm as a methodology for a new turn to the humanitarian side of life and culture is grounded.

Новый гуманитарный прорыв в жизни современного человека и человечества, востребованный современной социокультурной ситуацией, едва ли может быть освоен на основе доминирующих в концептуальном поле современной философии науки методологических ориентиров и научных подходов. Динамика процессов глобализации и планетарное бытие последних десятилетий, в целом, с его внутренне противоречивыми тенденциями и проблемами, сформировав новое качество и уровень целостности, выявили неконструктивность инструментально ориентированных прагматически-функциональных подходов и соответствующих им форм управления. Поэтому представители многих научных школ мира, представленных разными регионами, убеждениями и установками, все чаще обращаются к экофилософии, в пространстве которой человек осмыслен как космопланетарный феномен, а его жизнедеятельность определяется на уровне космопланетарных взаимодействий. [1], [2], [3], [4].

В логике этой философии, восходящей к высоким (включая наиболее ранние) традициям освоения мира и новейшим научным открытиям, открывается возможность конструктивно-критического сопоставления двух векторов дальнейшего развития человечества и соответствующих им парадигм. Это традиционный, но преобладающий и сегодня в мышлении и экологической политике многих стран, с одной стороны, и экофилософский, выявляющий исчерпанность и деконструктивность технико-технологической модели взаимодействия человека, культуры, общества и природы - с другой. Преодолевая существующие в традиционной парадигме элементы частичности и противоречивости, экофилософская картина мира постепенно приобретает необходимые и достаточные основания для того, чтобы стать методологической и мировоззренческой основой новой глобальной научной и культурной революции - Возрождения-XXI.

В пространстве экофилософии открывается ограниченность ориентаций исключительно на научно-технологические инновации и соответствующие им модификации форм рациональности. Эти ориентиры сегодня не имеют перспектив потому, что на их основе устанавливается непреодолимая граница для осмысления возможностей не только совершенства, но и сохранения человека, как и нового содержания целостности человеческого, человечного мира. Следствием этой границы становится замена аксиолого-культурных программ развития личности технологиями, направленными на функционально-прагматичное использование природных, культурных, человеческих, включая

интеллектуальные, ресурсов. Но «жизнь истинная есть только та, которая продолжает жизнь прошедшую, содействует благу жизни современной и благу жизни будущей» [5] - в этих словах Л.Н.Толстого сконцентрирован многовековой опыт и представление, которое, как ни парадоксально, оказывается и сегодня самым перспективным для рефлексии жизнесохраняющих целей философии.

Тогда как - не парадокс ли? - ведущие направления развития и достижения в области естественных и технических наук уже не могут обеспечить необходимые основания поддержания здоровой жизни человечества, расширить условия роста свободы и творчества личности, выявить принципы развития духовной культуры, базовых ценностей Жизни, оснований единения людей, а не политического или религиозного «построения» человечества. Не могут они открыть и новые формы, сохраняющие опыт гуманитарных исследований, интеграции наук. [6]. Как видим, интенсивное развитие современного информационного пространства, основанного на ускоряющемся росте статуса нано-, био-, нейро, информационных и когнитивных технологий и коммуникаций не укрепляет гуманистическое измерение человека, социума, культуры, а, напротив, становится стимулом для возникновения новых форм манипуляций и отчуждения человека и человечества от среды их существования, и вследствие этого, - от самих себя, от открытых предшествующими эпохами высоких достижений, смыслов, созданнных культурных ценностей.

Альтернативное пространство бытия человека открывает и исследует экофилософия, поскольку представляет собой модель открытой органической самоорганизующейся целостности бытия, в котором место человека, его Природы, Культуры с их внутренними и внешними связями, как звена в системе универсальной эволюции не снимаемо, устойчиво. «Эко» - Дом Человека, планетарная цивилизация - укоренен в толще мира, и его разрушение означает появление сдвигов, не предсказуемых по своим масштабам, возможно, выходящим за границы Земли. Эта укорененность человека в целостности мира позволяет различать в современности голоса и традиции прошлого, которые могут быть содержанием целей современности. «Люби землю. Она не унаследована тобой у твоих родителей, она одолжена тобой у твоих детей». В этой древней индейской мудрости сконцентрировано представление об ответственности человека за будущее планеты и за жизнь будущих поколений. Именно такой жизнесохраняющей нравственно-мировоззренческой установке сегодня соответствуют экофилософские программы и проекты и принципы образования.

Перспективность онтологии экофилософии открывает и ее критический потенциал и, в частности, возможность обоснования односторонности трактовки ключевого определения современного мира - информации. Так, исследуя сущность понятия «информация», Э.Морен показал трансформации его исходного содержания и неадекватность абсолютизации статуса применительно к человеку, природе и социально-гуманитарному знанию. «Информация, проистекающая из антропосоциальной реальности, возвращается в нее и начинает просачиваться в социальные науки. Но это просачивание остается трудным и неопределенным. Не потому ли, что идеи с большим трудом пересекают огромную пустыню, которая отделяет естественные науки от наук о человеке? Или это, скорее, потому, что понятие информации, хотя оно и ведет свое происхождение из человеческой коммуникации, с самого начала приняло замкнутую физическую форму и обрело замкнутый физический статус?» [7, с.370].

По мысли французского философа, информация, претендующая сегодня на верховную власть, явлется варварским завоевателем. Она утратила свои соотносительные и событийные свойства, которые составляли ее достоинства. А потому, безусловно, справедливо полагает Э.Морен, она становится «словом-властелином ... является распорядительницей энергии, которой она манипулирует, которую она сажает на цепь и подчиняет, спускает с цепи и позволяет неиствовать (но кто манипулиркет информацией?). Ее достоинство, ее эффективность гарантированы, доказаны машиной и компьютером. Все то, что хорошо для (искусственной) машины, хорошо и для природы. Все то, что хорошо для

компьютера, хорошо и для человека» [7, с.272]. Поэтому понятие, которое было изначально разъясняющим, «становится одуряющим, как только оно оказывается в таком ментальном и культурном окружении, которое прекращает подпитывать его сложностью» [7, с.373].

Э.Морен прав не просто размышляя о современных проблемах и рисках, но показывая, что границы информации, заданные машиной, оказываются сегодня границами бытия самого человека, и открывает исходя из этого, основания новой логики и парадигмы, удерживающей сложность мира. Такой логике может соответствовать изменение вектора научного познания с идеалов информационно-системного осмысления мира на эпистемологические идеалы органической целостности. Для этого и необходим гуманитарный сдвиг в науке и общественном сознании.

Важно помнить предостережение другого французского философа - К.Леви-Стросса -многократно повторенное, но не положенное пока в основание философско-научного проектирования XXI века. «XXI век будет веком гуманитарных наук - или его не будет вовсе» [8]. Между тем, социально-гуманитарные дисциплины и открытия в них ученых России и всего мира накопили потенциал, который выявляет новое содержание и общую форму понимания связей человечества с самим собой, с миром природы, культуры и космоса, который востребован сегодня для главного - открытия перспектив бытия человека, природы, Земли. И речь здесь идет не просто о проекте, а об укреплении позиции ответственности субъекта культуры: ведь гуманитарная наука не просто зеркально-механически воспроизводит черты настоящего и проектирует новые свойства реальности на основе достигнутого знания, но, прежде всего, она открывает новый образ и статус человека, соответствующий новому этапу культурно-цивилизационного развития, который обеспечивает освоение локального и глобального пространства-времени через всестороннее и органичное взаимодействие человека с культурой, техникой и технологиями, социумом, природой, планетой. Новое в этом взаимодействии в том, что пространство человека на основе сформулированного Н.Н.Моисеевым экологического императива [9, с.36] на всех уровнях начинает гармонически взаимодействовать со всеми сферами жизни, оно как бы переустанавливается, «переформатируется» под воздействием роста значимости и влияния гуманитарной сферы и ценностей культуры.

Это обстоятельство было обосновано и конкретизировано математиком, заместителем директора Института прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН (ИПМ), одним из основоположников клиодинамики Г.Г.Малинецким, который показал: «если XIX век был веком геополитики, ХХ - веком геоэкономики, то XXI веку, вероятно, суждено стать веком геокультуры. Опыт новейшей истории показывает, что танки, новейшие беспилотные аппараты и огромные финансовые потоки не могут сломить народ, отстаивающий свой цивилизационный выбор» [10].

Столь масштабные сдвиги, охватывающие жизнь и планетарное бытие как целое, породили потребность в новой этике Земли и исследованиях ее категорий и императивов. Первенство в ее формировании в современной науке, как правило, связывается с именем Отто Леопольда - автора первого опыта изложения в «Календаре песчаного графства» Этики Земли, в которой статус человека трансформируется от завоевателя к члену земного морально-ориентированного сообщества [11]. «Мы не бережем землю, потому, что рассматриваем ее как принадлежащее нам недвижимое имущество. Когда нам станет ясно, что она - сообщество, к которому принадлежим и мы сами, возможно, мы начнем пользоваться ею с любовью и уважением. Только при этом условии земля может выдержать натиск механизированного человека.. .Понятие о земле, как сообществе, составляет основу экологии, но любовь и уважение к земле принадлежат этике» [12, с.126].

Однако разрушение гармонии человека, его внешнего и внутреннего мира, которое особенно отчетливо обозначилось в ХХ веке, было зафиксировано и стало предметом исследований и других мыслителей во многих направлениях отечественной и зарубежной философии, в эстетике и этике. Так, о том, что человек овладевает природой, еще не научившись владеть собой и рисках, которые с этим связаны, убедительно писал Альберт

Швейцер - автор ключевого экоэтического принципа - благоговения перед жизнью. [13, с.262].

Но, прежде всего, решение задач, связанных с восстановлением гармонии на основе глобализации картины мира, начиная с начала XX века, осуществляли представители философии европейского и восточного, но прежде всего, русского космизма - А.В.Сухово-Кобылин, К.Э.Циоловский, Н.Ф.Федоров, В.И.Вернадский, А.Л.Чижевский. В их работах, как известно, раскрыты различные направления космизации человеческой деятельности и перспективы бытия людей в контексте становления планетарного единства человечества. Однако в их концепциях исключительно смелые и перспективные идеи все же не были доведены до понимания того, что на новой ступени цивилизации существенным условием дальнейшего развития-совершенствования становится преодоление техногеннности, что позволило было бы органично соединить новый уровень свободы человека как субъекта культуры и творчества с новой социокультурной реальностью.

В этом контексте открывается исключительно перспективное направление исследований, посвященных проблемам гармонизации взаимодействия человека с природой и культурой. Речь - об экофилософском изучении идей, образов и интуиций, представленных в художественной культуре. Выдающиеся художники прошлого и представители мира искусства XX века - Т. Манн, Р.Роллан, Б.Брехт, Л.Толстой, М.Горький, М.Булгаков, Д. Шостакович, многие писатели-фантасты и поэты последовательно открывали бесконечность и неисчерпаемость человеческого начала в мире, величия духа творчества и свободы, раскрывая высокие измерения, в которых призвано существовать, достигая своих новых вершин человечество, культура и личность.

Именно в этом контексте можно рассматривать удивительные по красоте стихи Юнны Мориц, раскрывающие хрупкость и уязвимость планеты, ее незащищенность от человека. Малюсенький шарик земной, Две трети - простор водяной, А треть - это суша, где яблоня, груша И крыша моя - между небом и мной

Малюсенький шарик земной, Единственный - в жизни одной, Родной этот шарик, где шарит кошмарик -Ограбить, угробить ударной волной.

Таков интеллект головной -Ограбить страну за страной, Сослаться на Бога и хваткой бульдога Вцепиться в малюсенький шарик земной.

Малюсенький шарик земной, Лесной, водяной, травяной, -Летают планеты, где нет ни монеты, Войны ни одной, и души - ни одной!

Малюсенький шарик земной,

Такой кровяной и родной,

Где ангела дымка, и он невидимка,

Над крышей поет между небом и мной [14].

Однако, ХХ век, хотя и стал веком расцвета и гуманистических направлений мысли, но эти тенденции, как представляется, в целом остаются недооцененными в современной науке. Действительно, новые экофилософские модели мировоззрения, позволяющие решать глобальные проблемы на основе нового масштаба понимания человека, так и не были

созданы, хотя ряд крупных философов и ученых, таких, например, как А.Тойнби, А.Швейцер, Н.Н.Моисеев показали необходимость решать глобальные проблемы на принципиально новых основаниях, предполагающих формирование новых моделей мировидения и новой социальной формы. Исходя из этого, сегодня еще предстоит анализ и обобщение исследований, которые систематически в течение многих лет обсуждаются на Международных конференциях по природно-культурному наследию в Санкт-Петербургском педагогическом университете имени А.И.Герцена, Казначеевских чтениях в Новосибирске, Циолковских чтениях в Калуге, на конференциях «Экомир» в Московском Институте леса, Моисеевских и Фроловских чтениях в Москве, на Ноосферно-образовательных конференциях в Санкт-Петербургском Смольном университете и Екатеринбурге, в Таврическом университете в Крыму, в процессах развития проекта «Гуманитарное знание и духовная безопасность» в Грозном и многих других проектов. На этих дискуссионных площадках накоплен значительный перспективный материал для экофилософских обобщений, и потому отсутствие системно-организационной работы по его освоению не оправдано с позиций разработки стратегий будущего.

Более того, это не оправдано и потому, что востребовано объективной логикой развития всего современного планетарного сообщества. Так, заслуживает внимания и работы сценарий развития цивилизации, сформулированный В.Н.Тимофеевым-Ресовским в виде «принципа жизни на проценты с капитала. Человечество должно вписаться в биосферу, как «дикие народы» вписывались в биоценоз. Это, действительно, иная стратегия, но насколько она реальна, и достаточно ли времени для решения сложнейших технологических задач, с которыми придется столкнуться на этом пути?» [13, с.258].

Директор института экологии Волжского бассейна РАН Г.С.Розенберг прав, подчеркивая, что «независимо от тех или иных путей развития цивилизации, очевидно, что человечество столкнется с проблемой совершенствования самого Человека. В этом плане решение задачи представляется достаточно ясным - переориентация на духовное развитие. Но ясность не облегчает ее реализации. Духовное развитие - идеал избранных. Это всегда был подвиг и для ученых , и для религиозных подвижников. Что касается основной массы, то для нее желательно все это получить «на блюдечке с голубой коемочкой», «сейчас и сразу». [13, с.259]. Действительно, основой развития новой социокультурной формы цивилизации является обеспеченность ее онтологических оснований, которые могут существовать лишь на основе органической связи человека с природой и культурой.

Именно на такую логику и тип мировидения ориентирована философия Живой этики Е.И. и Н.К. Рерихов, плодотворно развиваемая в современной науке [15]. Эпистемологический идеал науки здесь связан с восхождением к вечной, нерушимой, но непрерывно обновляемой в мыследеятельности человечества объективной истине Духа-Материи, носителем вести которого является Мать Мира. Космическая этика, исходящая из традиций многовековой мудрости, философии Древнего Востока и достижений современной науки, выступает условием расширения сознания и духовно-культурного пространства человека и человечества в целом. Поиски в этом направлении продолжаются в различных направлениях как в отечественной, так и в заружебной философии. Так, собственно экофилософия Арно Несса впервые возникла как попытка заменить антропоцнтризм экоцентризмом [16].

Экофилософию можно рассматривать как интегральное направление поисков, в которых не только рассматриваются варианты моделей взаимодействия человека с природой и культурой в направлении гуманизма и жизнеобеспечения современного общества, но и получает развитие экофилософская картина мира, ее категориальный аппарат, разрабатываются методологические принципы и проблемы, позволяющие вести дальнейшие исследования.

Действительно, такая общая форма самосознания и теоретического освоения мира, как экорациональность - мышление и логика научного познания, заданные экофилософской парадигмой и картиной мира, открывает новые координаты бытия и существования

человечества, необходимые для него в условиях глобализации. Именно в пространстве экофилософии открывается и частичность концепций, авторы которых развивают свои идеи в близких формах или даже идентичных терминах, совпадающих с понятиями и представлениями экофилософского мироотношения. Частичность этих концепций проявляется, напрмер, в недооценке принципа экорациональности как установке и позиции, в которой рациональность перестает быть жестко-системной, но становится аналогом органической целостности бытия и моделью гуманитарного знания. Такая «усеченность», или частичность понимания смысла экофилософии выражается также в интерпретации культурологического раздела экофилософии. В этом аспекте экофилософия по-прежнему воспроизводит принцип индивидуализма, хотя он уже не может быть основой развития самосознания и практики планетарного сообщества, которое переходит на новый уровень целостности в процессе глобализации.

Так, Джеймс Бойль - автор ставшего популярным понятия «культурный энвайроментализм» - исходит из того, что экология культуры направлена на защиту общественного достояния. Но при этом его внимание, главным обраазом, концентрируется на юридических последствиях экологического кризиса для культуры, возникающих вследствие не соответствующих этим задачам законов интеллектуальной собственности. По его мысли, «культурное движение в защиту окружающей среды - это идея интеллектуального и практического движения, которое должно быть решением целого ряда политических и теоретических проблем» [17]. Он видит дисбаланс культуры в том, как мы проводим политику в области интеллектуальной собственности, правового режима, которая плохо адаптирована к стремительному развитию технологий и, возможно, самое важное - тому набору ментальных моделей, экономических инструментов и теоретических свойств, во главе каждой из которых стоят достояния, установленные обществом». Экоориентированное движение мысли - основа общей концепции окружающей среды -направлено, по его мысли, на то, чтобы «связать совокупность явлений, которые в противном случае казались бы очень разными. При этом оно изменило восприятие личных интересов и помогло сформировать общности, которых раньше не существовало» [17, с.3-4]. Таким образом, само экологическое движение здесь сводится к соответствию с нормами права, т.е. объективность и всеобщность проблемы окружающей среды рассматривается лишь с юридической точки зрения.

Но и концепции глубинной экологии не восстанавливают в полном объеме масштаб и философскую картину современной экологической ситуации. Так, представители этого направления Б.Деволл и Дж. Сешшинз показывают: «Экологическое сознание и глубинная экология резко отличаются от доминантного мировоззрения технократически-индустриальных общественных систем, рассматривающих человечество как изолированное и коренным образом отделённое от остальной Природы, как творение, стоящее над всем остальным сущим и надзирающее за ним. Но взгляд на человека как на отдельное от Природы, высшее существо является только частью больших культурных установлений. В течение тысячелетий западной культурой всё более овладевала идея превосходства, господства: господства человека над всей остальной Природой, мужчины над женщиной, богатых и сильных над бедными, превосходства Запада над всеми не-западными культурами. Глубинное экологическое сознание позволяет нам видеть дальше этих ошибочных и опасных иллюзий, поскольку глубинная экология, учение о нашем месте в хозяйстве Земли, включает и учение о нас самих как части органического целого. Выходя за рамки узкоматериалистической научной трактовки реальности, она сплавляет воедино духовные и материальные аспекты реальности» [18, с. 4].

Таким образом, возникает проблема выявления и исследования основ и принципов, которые позволяют гуманитарной сфере не только выдерживать технологичский прессинг, но и формировать субъекта, способного очеловечивать возникающее пространство глобализации. Кажется, что высказаннная здесь идея включения человечества в органическую целостность с природой преодолевает положение о частичности культурных

основ соовременных экофилософских концепций. Однако, тотальное слияние человечества с природой актуализирует проблему субъектно-объектного взаимодействия: преодолеть техногенную экспансию способно человечество как культурно организованный субъект. Но если глубинно-экологическое сознание действительно включает учение о нас самих как части органического целого, тогда субъектная функция и статус современного человечества снимается, растворяясь в стихийности изменений реальности как органической целостности. Односторонними, поэтому, представляются и чисто юридические основания современной экофилософии, и целостность, понимаемая в логике глубинно-экологического сознания.

Таким образом, открывается сложность и многообразие путей перехода к экофилософскому мышлению и соответствующей парадигме, предполагающих движение не от частей к целому, но, напротив, - движение от органически понимаемого целого к связанным с ним конкретным частям и феноменам. Рассматривая в свете концепции Д.С. Лихачева современные культурные проблемы освоения глобализации, И.В. Кондаков замечает, что «в результате противопоставления и столкновения объективной и субъективной оценок культуры и возникает мнимый глобалитет культуры, когда кажимость величия вступает в вопиющие противоречия с реалиями исторической действительности». [19, с.134].

Почему и как это происходит, сумел еще в 1980-х годах показать академик Д.С.Лихачев в заметке о границах между культурами, где он выделил два типа таких границ: один тип представляет собой «полосу общения» - ту «наиболее творческую сферу, где культуры не только обмениваются опытом, но и ведут диалог, по большей части обогащающий друг друга» [20, с.97]. Другой тип границ - значительно более проблематичный. Его Д.С.Лихачев называет «стеной разобщенности». «Как область ожесточенного неприятия «другого», граница может в редких случаях служить оформлением собственной самобытности, собственной оригинальности, но под опасностью существенных потерь в «живой силе» культуры. Противопоставляя себя «другому», культура по большей части упрощает сама себя, выдвигает вперед знамена с символами и знаками своей индивидуальности». [21, с.97].

Культура как субъект, таким образом, имеет тенденцию к расширению и обогащению своего пространства. Но тем самым она моделирует и процесс глобализации, поскольку именно диалог культур оказывается тем началом и инстанцией, которая воздействует на каждую сторону этого взаимодействия. Поэтому методологически ошибочными выглядят те гуманитарные исследования, в которых отсутствует в качестве исходного принцип органической целостности. И хотя в России Д.С.Лихачев и его идеи об экологиии культуры хорошо известны, но, как правило, они воспроизводятся в прикладных аспектах, связанных с развитием литературоведения, искусствознания, педагогики. Тогда как фундаментальная идея освоения потенциала современного гуманизма, имеющего сегодня не только гносеологический и ценностный, но и онтологический статус и смысл, как правило, остается без должного внимания исследователей и философско-научной среды. Между тем, Д.С.Лихачев прав, показав: граница может не разделять культуры, но связывать их, оказывась источником общего культурного роста.

Экофилософия - перспективное направление философии и науки, потому, что возрождает смысл и цель науки - открытие истины и истинной связи человека с миром. В современной науке, которая все в большей мере работает в логике мировоззренческия философии постмодерна с его отрицанием и объективности, и самого субъекта, наиболее защищенной от искажений остается сегодня материальное бытие, природа и космос, объективное существование которых открывает не только искусственность возведенного между человеком и природой барьера - современной иинформационно-текстовой среды, но и востребованность формирования мировоззрения, способного возродить смысл объективной реальности для человека, тем самым делая реальным и его самого.

И именно в этом отношении открывается недооценка достижений отечественной философии культуры, в том числе, методологии концепции Д.С.Лихачева, которая возникла

на полвека раньше современных концепций, и на основе которой - что существенно для нового гуманитарного прорыва - может быть построена целостная концепция философии и философии науки. Мысль Д.С.Лихачева о целостности и связности мира человека, культуры и природы выявляет глубинно- нравственные основания всего живого. «Известные правила поведения свойственны не только животным., но и растениям. Деревья тянутся к солнцу по-разному - иногда шапками, чтобы не мешать друг другу. А иногда раскидисто, чтобы прикрывать и беречь другую породу деревьев, начинающую подрастать под их покровом.Природа по-своему «социальна» [13, с.95].

Еще в 1984 году Д.С.Лихачев, опережая науку своего, а в значительной мере и нашего времени, осмыслил связь всех наук, занимающихся экологическими исследованиями на разных уровнях бытия. «Экологию, - писал он, - нельзя ограничивать только задачами сохранения природной биологической среды. Для жизни человека не менее важна среда, созданная культурой его предков и им самим». В этой связи он настаивал на важности сохранения культурной среды, не сводимой к индивидуальному авторскому праву. Эта среда - условие нравственной жизни, или того, то Д.С.Лихачев называлдуховной оседлостью. «А между тем, вопрос о нравственной экологии не только не изучается, он даже и не поставлен нашей наукой как нечто целое и жизненно важное для человека» [21, с. 89].

В свете этих идей и востребованного сегодня гуманитарного прорыва возникает вопрос: почему же это наследие тогда не стало основанием научной гуманитарной революции, которая могла бы предотвратить жеские формы насаждения стандартов массовой культуры, включая сферу философии, несмотря на осознание важности «экологизации - усиления экологической ориентации деятельности человека, т.е. ориентации на сохранение природы и устойчивое использование ее ресурсов».[22, с 443].

Однако исследование следствий научной, технологической и информационной революций последних десятилетий ХХ века показывает, что они развертывались в глобально-общепланетрном пространстве, где начали исчезать культурные различия. Так, планетарно-информационные связи существуют, продуцируя и транслируя и созданные для их распространения нормы жизни человека, которые отсутствовали в прошлом.

Но существуют для для гуманитарного знания и нового гуманитарного прорыва такие условия? На первый вгляд - отсутствуют, так как слишком значительны различия мжду культурами, их символами, традициями, картинами мира. Но это значит, что для гуманитарного пространства сегодня важно найти такой уровень и основу планетарного единства, в котором бы все эти различия отошли на второй план, сохраняя свою значимость. Необходимо, таким образом, выявить планетарное пространство современного гуманизма и его общечеловеческую субстанцию, в которой бы найденные гуманистами прошлого, ХХ века новые измерения человека могли получить свое философско-мировоззренческое и культурно-нравственное основание. Такой субстанцией сегодня может стать экофилософия, в которой не только исследуются и обосновываются формы и потенциал гармонизации взаимодействий человека с естественной и искусственной средой, но и в контексте целостности получает смысловое выражение самоценность жизни и целостность человеческой жизнедеятельности. Экофилософия выходит на уровень «организации организации», т.е. «ставит под философский контроль» саму меру человеческого в современном планетарном процессе бытия и развития общества.

Как верно отметил Э. Морен, «жизнь есть система систем не только потому, что организм представляет собой систему органов, которые являются системой молекул, которые являются системой автомов, но также и потому, что живое существо является индивидуальной системой, которая которая участвует в системе репродукции, и обе они участвуют в функционировании экосистемы, которая является частью биосферы» [7, с. 135].

Органически-целостная, системная и организационная непрерывность жизни по-новому открывает и роль человечества как субъекта в осуществлении своей культурно-исторической жизнедеятельности. Эта роль заключается в очеловечивании-экологизации этого процесса, в его гармонизации на основе выведения пространства-времени субъекта как

части бытия на первый план. Тогда и глобальные проблемы могут быть решены на основе континуального - непрерывного по уровням бытия - регулирования всего многообразия, которое реально связывает и вместе с тем различает сферу гуманизма и экологических рисков. Таким образом, именно в универсально-«человеческом» измерении выявляется перспективность тех стратегий развития современного человечества, которые открываются в процессах освоения экофилософии.

Литература и источники

1. Экологическое взаимодействие общества и природы: теория и практика: Сб. ст. по материалам Междунар. науч.-практ. конф. (г. Павловский Посад, 18 мая 2017 г.) //Отв. ред. Лисеев И.К., Борзова Т.В. Павловский Посад, 2017. 315 с.

2. Добродеевские чтения - 2017: I Международная научно-практическая конференция (12-13 октября 2017 г., г. Москва) /отв. ред. Ю.М.Гришаева; ред. колл.: З.Н. Ткачева и др. М.: ИИУ МГОУ, 2017. 272 с.

3. Баркова Э.В. Мироотношение как экофилософская проблема // Право и практика. 2017. № 2. С. 135-142.

4. Экофилософия: встреча парадигм. Материалы Круглого стола 15 апреля 2017 года. М.: НОО Профессиональная наука. 2017. 136 с.

5. См: http://www.liveinternet.ru/users/leopoliss/post305622346/?aid_refresh=yes

6. Гиренок Ф.И. Клиповое сознание. М.: Проспект, 2016. 256 с.

7. Морен Э. Метод. Природа природы. М.: Канон+, РООИ «Реабилитация». 2013. 488 с.

8. URL: http://www.chaskor.ru/article/umer_klod_levi-stross_12143

9. Моисеев Н.Н. Экологический императив - запретная чета и эпоха ноосферы // Философия и методогия науки // Философия и методология науки: Хрестоматия. Минск: Беларуская навука. 2014. С. 35-40.

10. Малинецкий Г.Г. Сколько стоит культура? Итоги 20-летней «новой России». Выступление в Совете Федерации Российской Федерации 04.02.2011 //http://polinka.gorod.tomsk.ru/index-1298032709.php

11. Леопольд О. Календарь песчаного графства. М.: Мир. 1983. 216 с.

12. Леопольд О. Если думать как гора // Календарь песчаного графства. М.: Мир, 1983. 216 с.

13. Цит по: Розенберг Г.С., Краснощеков Г.П. Экология «в законе» (теоретические конструкции современной экологии в цитатах и афоризмах). 2-е изд, испр. и доп. Самара; Тольятти, 2016. 468 с.

14. Мориц Ю.П. Малюсенький шарик земной // http://www.owl.ru/morits/stih/oif-records305.htm

15. Александров И.Ю. Постнеклассическая наука и идеи наследия семьи Рерихов// Труды Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств. Т. 203. Живая этика и культура: идеи наследия семьи Рерихов в нашей жизни / ред.-сост. И. Ю. Александров ; редкол.: А. Ю. Русаков (отв. ред.) и др. СПб.: Изд-во СПбГУКИ, 2014. С 222-244.

16. Арне Несс URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Несс_Арне

17. Бойл А. Права человека и окружающая среда: новый этап развития. Boyle A. human rights and the environment: where next? // European J. of Intern. Law. - Oxford, 2012. - Vol. 23, n 3. - p. 613-642.

18. Devall Bill, Sessions Deep ecology - Salt Lake City: Gibbs Smith Publisher Peregrine Smith Books. 1985. 264 p.

19. Кондаков И.В. Национализм как мнимый глобалитет // Современные глобальные вызовы и национальные интересы. XVI Международные Лихачевские научные чтения - Спб: СПбГУП.2016. С.134-138.

20. Лихачев Д.С. Очерки по философии художественного творчества. - СПб.: Русско-балтийский информационный центр «БЛИЦ», 1996. С. 92-97.

21. Лихачев Д.С. Заметки о русском. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус. 2017. 480 с.

22. Ильин И.В., Лось В.А., Урсул А.Д. Устойчивое развитие и глобальные процессы. М.: Изд-во Московского университета, 2015. 445 с.

References and Sources

1. EHkologicheskoe vzaimodejstvie obshchestva i prirody: teoriya i praktika: Sb. st. po materialam Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. (g. Pavlovskij Posad, 18 maya 2017 g.) //Otv. red. Liseev I.K., Borzova T.V. Pavlovskij Posad, 2017. 315 s.

2. Dobrodeevskie chteniya - 2017: I Mezhdunarodnaya nauchno-prakticheskaya konferenciya (12-13 oktyabrya 2017 g., g. Moskva) /otv. red. YU.M.Grishaeva; red. koll.: Z.N. Tkacheva i dr. M.: IIUMGOU, 2017. 272 s.

3. Barkova EH.V. Mirootnoshenie kak ehkofilosofskaya problema // Pravo i praktika. 2017. № 2. S. 135-142.

4. EHkofilosofiya: vstrecha paradigm. Materialy Kruglogo stola 15 aprelya 2017 goda. M.: NOO Professional'naya nauka. 2017. 136.

5. Sm: http://www.liveinternet.ru/users/leopoliss/post305622346/?aid_refresh=yes

6. Girenok F.I. Klipovoe soznanie. M.: Prospekt, 2016. 256 s.

7. Moren EH. Metod. Priroda prirody. M.: Kanon+, ROOI «Reabilitaciya». 2013. 488 s.

8. URL: http://www.chaskor.ru/article/umer_klod_levi-stross_12143

9. Moiseev N.N. EHkologicheskij imperativ - zapretnaya cheta i ehpoha noosfery // Filosofiya i metodogiya nauki // Filosofiya i metodologiya nauki: Hrestomatiya. Minsk: Belaruskaya navuka. 2014. S. 35-40.

10. Malineckij G.G. Skol'ko stoit kul'tura? Itogi 20-letnej «novoj Rossii». Vystuplenie v Sovete Federacii Rossijskoj Federacii 04.02.2011 //http://polinka.gorod.tomsk.ru/index-1298032709.php

11. Leopol'd O. Kalendar' peschanogo grafstva. M.: Mir. 1983. 216 s.

12. Leopol'd O. Esli dumat' kak gora // Kalendar' peschanogo grafstva. M.: Mir, 1983. 216 s.

13. Cit po: Rozenberg G.S., Krasnoshchekov G.P. EHkologiya «v zakone» (teoreticheskie konstrukcii sovremennoj ehkologii v citatah i aforizmah). 2-e izd, ispr. i dop. Samara; Tol'yatti, 2016. 468 s.

14. Moric YU.P. Malyusen'kij sharik zemnoj // http://www.owl.ru/morits/stih/off-records305.htm

15. Aleksandrov I.YU. Postneklassicheskaya nauka i idei naslediya sem'i Rerihov// Trudy Sankt-Peterburgskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv. T. 203. ZHivaya ehtika i kul'tura: idei naslediya sem'i Rerihov v nashej zhizni / red.-sost. I. YU. Aleksandrov ; redkol.: A. YU. Rusakov (otv. red.) i dr. SPb.: Izd-vo SPbGUKI, 2014. S 222-244.

16. Arne Ness URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Ness_Arne

17. Bojl A. Prava cheloveka i okruzhayushchaya sreda: novyj ehtap razvitiya. Boyle A. human rights and the environment: where next? // European J. of Intern. Law. - Oxford, 2012. - Vol. 23, n 3. - p. 613-642.

18. Devall Bill, Sessions Deep ecology - Salt Lake City: Gibbs Smith Publisher Peregrine Smith Books. 1985. 264 p.

19. Kondakov I.V. Nacionalizm kak mnimyj globalitet // Sovremennye global'nye vyzovy i nacional'nye interesy. XVI Mezhdunarodnye Lihachevskie nauchnye chteniya - Spb: SPbGUP.2016. S.134-138.

20. Lihachev D.S. Ocherki po filosofii hudozhestvennogo tvorchestva. - SPb.: Russko-baltijskij informacionnyj centr «BLIC», 1996. S. 92-97.

21. Lihachev D.S. Zametki o russkom. M.: KoLibri, Azbuka-Attikus. 2017. 480 s.

22. Il'in I.V., Los' V.A., Ursul A.D. Ustojchivoe razvitie i global'nye processy. M.: Izd-vo Moskovskogo universiteta, 2015. 445 s.

БАРКОВА ЭЛЕОНОРА ВЛАДИЛЕНОВНА - доктор философских наук, профессор Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова (barkova3000@yandex.ru).

BARKOVA, ELEONORA V. - Doctor of Philosophy, Professor, Department of of history and philosophy, Plekhanov Russian University (barkova3000@yanedex.ru).

УДК 330.1

БУЗСКИЙ М.П.

КОЭВОЛЮЦИОННЫЕ ОСНОВЫ ЭКОРАЦИОНАЛЬНОГО МЫШЛЕНИЯ

Ключевые слова: рациональность, иррационализм, экорациональность, коэволюция, диалектика, гармонизация, органическая целостность, культура, субъект, разум.

Рассматривая рациональность как норму предметной деятельности и мышления, автор отмечает снижение ее «поля действия» в силу роста иррациональности и хаотичности современного общества. Отвечая на необходимость роста разумного начала в обществе, происходит формирование экорациональности, которая опирается на принцип органической целостности - гармонизацию взаимодействия общества и природы, повышение роли культуры и статуса субъекта. Раскрываются свойства экорациональности как современной формы объективного мышления и деятельности. Конкретизируется роль принципа коэволюции в экорациональном мышлении, соотношение коэволюции с диалектикой, а также связь между традиционными формами рациональности и экорациональным мышлением.

BUZSKIY, M.P.

CO-EVOLUTIONARY BASIS OF ECORATIONAL THINKING

Keywords: rationality, irrationalism, ecorationality, co-evolution, dialectics, harmonization, organic value, culture, subject, mind.

Considering the rationality as a norm of objective activity and thinking, the author notes a decrease in its "field of action" due to the growing irrationality and chaos of modern society. Answering the need for the growth of a rationalality in society, the formation of an ecological rationality takes place, which accompanies the harmonization of the interaction between society and nature, the enhancement of the role of culture and the status of the subject on the principle of organic integrity. It discloses the properties of eco-rationality as a modern form of objective thinking and activity. It concretized the role of the principle of co-evolution in eco-rational thinking, the correlation between co-evolution and dialectics, and the relationship between traditional forms of rationality and eco-rational thinking.

Осознанное использование логических форм и схем мышления в их общественном бытии и познании, которое возникло еще со времен Аристотеля, с нового времени понимается как рациональность. Это форма и направленность мышления и деятельности субъекта, основанная на принципах разума. Современные трактовки рациональности связывают ее с логикой, рассудком, с рассчитанной связью между целями и средствами, без каких-либо промежуточных звеньев; с однозначностью научных понятий и методов, высшей формой социального порядка. Но в любом случае онтологической основой рациональности является инструментально-предметная деятельность социальных субъектов, которые выполняют ее «от себя», преобразуя существующие условия в определенные цели, результаты. Рациональность - это общая структура, план или проект этой деятельности, на основе которой субъекты «определяют» свойства противостоящей им объектной среды.