Представительство и агентирование

УДК 347

ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО И АГЕНТИРОВАНИЕ

REPRESENTATION AND AGENCIES Е. Л. НЕВЗГОДИНА

Рассматривается представительство из агентского договора, анализируются возможность фиксации полномочия непосредственно в таком договоре без выдачи доверенности, юридические последствия применительно к полномочию отмены договора или признания его недействительным.

Ключевые слова: представительство, полномочие, агентский договор, агент, принципал,

доверенность.

Considered representative of the agency contract, analyzed the possibility of fixing the power directly into such a contract without issuing a power of attorney, the legal consequences with regard to the authority of the contract cancellation or invalidation.

Key words: representation, authority, agency contract, agent, principal, attorney.

Отношения, возникающие в силу агентского договора, регулируются главой 52 (ст. 1005-1011) ГК РФ. В юридической литературе уже отмечалось, что проблемы правового регулирования агентских отношений сводятся в первую очередь к проблемам квалификации договора именно как агентского, его отличиям и сходствам с такими правовыми конструкциями, как поручение и комиссия [1].

Агентский договор не может квалифицироваться как частный случай (один из подвидов) договора возмездного оказания услуг [2], хотя именно по такому пути идёт судебная практика [3]. Типология выделения (систематика) договоров по оказанию услуг и договоров агентского типа основана на совершенно различных критериях [4]. Ни к чему хорошему подобное смешение не приведёт ни в науке, ни в правоприменительной практике.

Согласно действующему законодательству единственным существенным условием агентского договора, при отсутствии которого он не может считаться заключенным, является предмет договора, хотя договор во всех случаях предполагается возмездным. При этом предметом договора является со-

вершение агентом по поручению принципала юридических и фактических действий, выполняемых за вознаграждение, которое обязан выплатить принципал.

В юридической литературе справедливо отмечались некоторые специфические особенности предмета агентского договора, принципиально отличающие его от любых иных посреднических соглашений. Во-первых, агентский договор может содержать условие, запрещающее принципалу заключать аналогичные агентские договоры с другими агентами, действующими на определённой в договоре территории. Договор поручения как основание представительских отношений не предусматривает таких ограничений (договор комиссии может содержать такой запрет, но при этом предмет договора комиссии значительно уже, чем агентского договора). Во-вторых, по агентскому договору принципал в силу п. 1 ст. 1007 ГК РФ может быть обязан не вести самостоятельно аналогичную деятельность на этой территории, что не предусмотрено ни одним другим посредническим договором. В-третьих, в договор может быть включена обязанность агента не заключать с другими принципалами аналогичных агентских договоров, которые

© Невзгодина Е. Л., 2012

должны исполняться на территории, полностью или частично совпадающей с той, что указана в договоре (п. 2 ст. 1007 ГК РФ). В-четвёртых, агентский договор заключается на определённое время, а не ради исполнения одного или нескольких поручений, как договор поручения. Агентский договор может содержать и иные, «экслюзивные» лишь для этого договора условия, которых не может быть ни в одном ином посредническом договоре: нельзя заставить агента продавать товары, выполнять работы или оказывать услуги определённой категории покупателей (заказчиков) либо исключительно покупателям (заказчикам), находящимся или живущим на указанной в договоре территории, - условия являются ничтожными в силу п. 3 ст. 1007 ГК РФ) [5].

Значение, сущность и сфера применения агентского договора наиболее глубоко исследованы Е. А. Сухановым. «Конструкция

агентского договора в российском праве преследует цель гражданско-правового оформления отношений, в которых посредник (представитель) совершает в чужих интересах одновременно как сделки и другие юридические действия (что характерно для отношений поручения и комиссии), так и действия фактического порядка, не создающие правоотношений принципала с третьими лицами. Например, лицо, действующее в качестве агента, может взять на себя задачу сбыта чужих товаров, имея в виду не только заключение договоров на их продажу, но и проведение рекламной кампании и других мероприятий по изучению и освоению рынка (маркетинговые услуги). Деятельность такого рода широко распространена в культурно-творческой сфере, где предприниматели (литературные агенты, антрепренеры, импресарио, шоумены, продюсеры и т. п.) осуществляют в интересах своих клиентов (принципалов) как юридические, так и фактические действия по оформлению их отношений с издателями, театрами, киностудиями и т. д., по организации и осуществлению различных театральных, концертных, гастрольных мероприятий и т. п., позволяя им сосредоточиться исключительно на творческой стороне дела.

В таких и аналогичных ситуациях невозможно обойтись одной из традиционных конструкций договоров поручения, комиссии или

подряда (возмездного оказания услуг). Необходимо заключить либо несколько различных, но тесно взаимосвязанных договоров между одними и теми же субъектами, либо сложный смешанный договор, к которому в соответствующих частях всё равно будут применяться правила о договорах, элементы которых он содержит (п. 3 ст. 421 ГК РФ). Институт агентского договора позволяет значительно упростить такую ситуацию» [6].

Агентский договор, который занимает определённое промежуточное, хотя и самостоятельное, положение между договорами поручения и комиссии [7], является новеллой ГК РФ и определяется в п. 1 ст. 1005 ГК РФ как договор, по которому одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счёт принципала либо от имени и за счёт принципала [8]. Таким образом, по действующему законодательству агентские договоры могут строиться по модели договора комиссии или договора поручения [9]. В последнем случае, когда должным образом уполномоченный агент действует от имени принципала при совершении сделок, он выступает как представитель принципала, что вытекает и из смысла ст. 1011 ГК РФ. Соответственно, агент, действующий от имени принципала, должен доказать свои полномочия перед третьими лицами доверенностью или иным документом, например, письменным договором агентирования, в котором зафиксировано полномочие.

Вопрос о том, может ли полномочие представителя (в том числе агента, когда он действует как представитель, т. е. от имени контрагента по агентскому договору) быть зафиксировано в ином, чем доверенность, документе, в литературе и правоприменительной практике решается неоднозначно. Согласно традиционному подходу решения вопроса полномочие (по крайней мере - при добровольном представительстве) всегда должно быть зафиксировано в особом документе - доверенности, без которой нет полномочия. В законопроекте № 47538-б «О внесении изменений в часть первую, вторую, третью и четвёртую Гражданского кодекса РФ, а также в отдельные законодательные акты РФ» этот вопрос решается положитель-

но. В силу п. 4 ст. 185 ГК РФ в редакции вышеуказанного проекта «Правила настоящего кодекса о доверенности применяются в случаях, когда полномочия представителя содержатся в договоре, в том числе между представителем и представляемым либо... если иное не установлено законом или не противоречит существу отношений». И такой подход представляется более правильным, полностью соответствующим специфическим чертам метода гражданско-правового регулирования - свободе договора, диспози-тивности и т. д.

Однако в этом случае требуют конкретизации иные вопросы, вытекающие из возможности фиксации полномочия непосредственно в агентском договоре - без выдачи доверенности. В частности, может ли принципал (с учётом существующего общего правила о недопустимости одностороннего расторжения договора или изменения его условий) в одностороннем порядке отменить полномочие, являющееся частью содержания агентского договора, или изменить его содержание, что равносильно одностороннему расторжению или изменению агентского договора?

Если исходить из буквального толкования п. 1 ст. 450 ГК РФ в действующей редакции, то полномочия, закреплённые в тексте договора как его условия, могут быть отменены или изменены только обоюдным соглашением сторон, но не односторонним волеизъявлением принципала (а тем более агента). В такой ситуации приведённые выше предполагаемые изменения в п. 4 ст. 185 ГК РФ потребовали бы включения в ГК РФ и специального правового режима для полно -мочия, зафиксированного непосредственно в договоре, в том числе договоре агентирования. Разработчики проекта учли возможную на практике ситуацию и обоснованно распространили нормы о доверенности (в том числе возможности её отмены представляемым в одностороннем порядке) и на полномочия, закреплённые в договоре (ст. 185-189 ГК РФ). «Если полномочия включены в текст договора, то с учётом новой нормы суды будут рассматривать такой договор как содержащий одновременно две сделки - собственно договор и доверенность» [10], - справедливо отмечается в литературе.

Нужно учитывать и то, что в отличие от действующей редакции ГК РФ (п. 2 ст. 188), согласно которой лицо, выдавшее доверенность, может в любое время её отменить (отозвать), проект изменений в ГК РФ предлагает установить возможность ограничения немотивированной отмены доверенности (а следовательно - и полномочия) - ст. 188.1 ГК РФ в редакции проекта. Думается, что во всех случаях фиксации полномочия непосредственно в договоре (т. е. без выдачи отдельного документа - доверенности) было бы целесообразно предусмотреть в законе безотзывность полномочия без прекращения самого договора, в котором закреплено полномочие.

Возникает и другой практический вопрос: как быть в ситуации, если агентский договор, в силу которого агент уже совершил сделку (сделки) от имени принципала в силу полномочия, зафиксированного в этом договоре, затем по тем или иным предусмотренным законом основаниям признан судом недействительным? Будет ли действительна и обязательна для принципала сделка, совершённая агентом при такой ситуации, или она должна порождать последствия только для самого агента по правилам ст. 183 ГК РФ (заключение сделки неуполномоченным лицом)?

В литературе высказано мнение о том, что в любом случае сделка, совершённая агентом в силу полномочия, содержащегося в затем отмененном договоре агентирования, обязательная для принципала, и он «не сможет отказаться от принятия на свой счёт всего, что сделал для него по такому незаключенному договору несостоявшийся агент. Ведь такие же последствия наступили бы и в случае, если бы агент выдал доверенность, не заключив при этом договор» [11].

Думается, однако, что однозначного ответа на этот вопрос быть не может: всё зависит от оснований признания агентского договора недействительным. Очевидно, что признание такого договора недействительным как заключенного под влиянием, к примеру, угрозы, насилия, должно повлечь недействительность (а точнее - отсутствие) и зафиксированного в нём полномочия с последствиями, предусмотренными в действующей редакции ст. 183 ГК РФ.

В законодательстве ряда стран, в частности в правовой системе Англии, агентский

договор заменил собой и договор поручения, и договор комиссии, предоставляя сторонам возможность выбора того или иного варианта [12]. В англосаксонской системе права термин «агент» используется в широком смысле: агентом признаётся лицо, уполномоченное и на заключение сделок, и на совершение других действий от имени представляемого и за его счёт, и на посредничество между сторонами при заключении сделок непосредственно ими самими. При такой трактовке под понятие «представитель» подпадают комиссионеры, торговые представители, коммивояжеры, брокеры, капитаны судов, адвокаты.

Право Англии и США выделяет несколько видов агентов. Прежде всего - это генеральный агент (general agents). Право Англии рассматривает генерального агента как лицо, которое вправе совершать любые действия в определённой сфере. Право США говорит о том, что генеральным агентом является лицо, уполномоченное на совершение ряда сделок, результатом которых является постоянная (длящаяся) услуга принципалу. Специальный агент (special agents) по законодательству Англии - это лицо, которое уполномочено к совершению строго определённых действий, в США же в качестве критерия специального агента, отличающего его от агента генерального, является то, что результатом действия агента не является оказание постоянных услуг [13].

В юридической литературе можно встретить мнение о том, что нормы об агентском договоре в ГК РФ «вообще нельзя признать удачными. Договор в конечном счёте распадается на два варианта - комиссионный и порученческий. Единственное, что отличает их от этих базовых договоров, - это возможность совершения не только юридических, но и фактических действий» [14]. Однако и в договоре комиссии, и в договоре поручения, соответственно, комиссионер или поверенный тоже может быть обязан условиями договора к совершению, наряду с юридическими, и определённых фактических действий. Более того, без таких действий во многих случаях невозможно исполнение договора.

Высказано и мнение о том, что отсутствие существенных отличий, обусловливаю-

щих выделение агентского договора как договора самостоятельного типа, диктует законодателю «сделать выбор либо в пользу традиционных договоров поручения и комиссии, исключив агентский договор, либо придать конструкции агентирования родовой (универсальный) характер, что позволит агентированию поглотить комиссию и поручение» [15].

Однако в отечественном законодательстве агентский договор не адекватен ни договору комиссии, ни тем более договору поручения. По своему содержанию агентский договор в целом ближе к договору комиссии, чем к договору поручения, ибо агент, подобно комиссионеру, обычно является профессиональным предпринимателем. Соответственно, в отличие от договора поручения, агентский договор «всегда является возмездным и не носит лично-доверительного характера даже при совершении агентом сделок от имени принципала и по его доверенности (что, в частности. исключает возможность одностороннего безмотивного отказа от его исполнения)» [16].

Не тождественен и предмет обоих договоров. Если договор поручения предусматривает совершение юридических действий от имени доверителя, то предметом агентского договора обычно становятся не только юридические, но и фактические действия, причём последние - не обязательно как производные, сопутствующие (что характерно для классического представительства, т. е. в том понимании, как оно обозначено в ст. 182 ГК РФ). Кроме того, агентский договор, в отличие от договора поручения, по смыслу закона заключается для совершения не одной (что характерно для договора поручения), а многих сделок и потому носит длящийся характер. Наконец, в отличие от договора поручения агентский договор может предусматривать одновременное выступление агента в одних сделках - от своего имени, а в других

- от имени принципала, тогда как обычный представитель всегда действует от имени представляемого. Как показывает практика, в большинстве случаев агент действует от имени и, следовательно, с непосредственным правовым результатом для принципала.

В литературе отмечается, что (по материалам судебной практики) возможны и дру-

гие способы вступления агента в отношения с третьими лицами при осуществлении возложенного на него принципалом поручения, а именно: а) агент вправе действовать от своего имени, не раскрывая перед третьим лицом вообще существования принципала; б) агент может, указывая на то, что он выступает по поручению и за счёт принципала, не раскрывать его имени [17].

Изложенное относительно разграничения агентского договора и представительства не позволяет согласиться с утверждением о том, что «глава 52 ГК РФ регулирует такую систему представительства, при которой одно лицо в силу самого закона всецело и неограниченно заменяет собой торговую личность другого» [18]. В то же время представляется спорным и утверждение о том, что конструкция агентского договора в действующем российском законодательстве является механическим заимствованием чужеродного института в виде конгломерата договоров комиссии и поручения, предполагающего возможность совершения агентом и юридических (представительских), и фактических действий [19]. Как было отмечено выше, именно агентский договор во многих случаях является наиболее оптимальным для принципала, и даже если признать, что институт агентирования был включен в действующий ГК РФ под влиянием зарубежного (англо-американского) законодательства, «не следует полагать, что этот договор полностью заимствован (реципирован)» [20].

Авторы Проекта Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации» [21] предлагают исключить из п. 2 ст. 182 ГК РФ содержащийся в ней примерный перечень лиц, которые не являются представителями (коммерческие посредники, конкурсные управляющие при банкротстве, душеприказчики при наследовании и т. п.), заменив этот перечень общим указанием в законе на критерии отграничения от представителей лиц, таковыми не являющихся. В перечень лиц, не являющихся представителями, авторы Проекта включают лиц, действующих хотя и в чужих интересах, но от собственного имени; лиц, лишь передающих выраженную в надлежащей форме волю другого лица (посыльные); лиц, уполномоченных лишь на вступление в

переговоры относительно возможных в будущем сделок.

Думается, что предлагаемая редакция закона лишь «утяжеляет» его, делает более громоздким, не добавляя ничего нового. Более того, без всякого ущерба можно было бы и из действующей редакции ст. 182 ГК РФ просто убрать указание на тех лиц, которые представителями не являются, ничем не заменяя этот перечень, ибо сущностные признаки представительства уже закреплены в п. 1 ст. 182 ГК РФ, и потому все другие действия, которые не подпадают под эти признаки, представительством не являются, а любые лица, совершающие такие действия, соответственно, не есть представители.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод, что представительство не адекватно ни одной из иных форм посредничества (пособничества). В зависимости от особенностей той или иной формы посредничества различия между нею и представительством могут касаться сферы применения, субъектного состава, цели, характера и результата действий посредника и т. д. При этом принципиальное отличие представительства от всех иных форм установления и реализации гражданских правоотношений между двумя и более лицами при участии третьего (обусловливающее все остальные критерии разграничения) состоит в том, что только представитель действует от имени другого лица и, соответственно, с непосредственными правовыми последствиями для этого лица.

Следует согласиться с высказанным в литературе мнением о том, что «при оценке места отношений представительства в системе гражданско-правовых отношений и договорных связей следует учитывать, что правовой институт представительства не призван обслуживать конкретные договорные правоотношения - он лишь создаёт общую возможность представительской деятельности, делает её легитимной. Представительство как таковое само по себе ни для кого-либо из участников гражданских правоотношений не имеет интереса и ценности. Представительство выполняет скорее функцию способа, средства организации взаимоотношений, и это обстоятельство предопределяет сдержанное отношение законодателя к призывам сформулировать развернутые общие

правила для всяких случаев представительства» [22].

1. См.: Пешков С. Договор агентирования: правовые проблемы // ЭЖ-Юрист. - 2003. -№ 38. - С. 3.

2. Токар Е. Я. Предпринимательство и представительство: тенденции и проблемы правового регулирования. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

3. См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 2 октября 2007 г. № Ф08-6448/2007-2386А. - Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».

4. См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В.

Договорное право. Кн. 3: Договоры о выполнении работ и оказании услуг. - М., 2002. -С. 452 и след.

5. См. об этом подробнее: Николюкин С. В. Посреднические договоры. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

6. Суханов А. Е. Агентский договор // Вестник Высшего арбитражного суда РФ. - 1999. -№ 12. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

7. См.: Завидов Б. Д. Договорное право России.

- М., 1998. - С. 345 ; Сафиуллина Г. Д. Предмет агентского договора и основные идеи представительства (действие «в чужих интересах» и действие «от чужого имени»): сравнительно-правовой аспект // Цивилистиче-ские записки : межвуз. сб. науч. тр. - Вып. 4.

- М., 2005. - С. 439.

8. В последнем случае агентский договор является основанием представительства, но, вопреки имеющемуся в литературе мнению (См.: Сафиуллина Г. Д. Указ. соч. - С. 440), никак не видом представительства.

9. Правила, регулирующие соответственно договор поручения или комиссии, применяются к агентскому договору лишь постольку, поскольку они не противоречат нормам об агентском договоре, содержащимся в гл. 52 ГК РФ, или существу агентского договора. В частности, в полном объёме не могут использоваться правила о договоре поручения или комиссии применительно к прекращению

отношений, возникающих из агентского договора.

10. Егоров А. Доверенности в проекте поправок в ГК РФ. Что изменится в повседневной работе // Юрист компании. - 2012. - № 6. - С. 31.

11. Там же. - С. 31.

12. См.: Самонд и Вильямс. Основы договорного права. - М., 1955. - С. 461.

13. Функ Я. И. Курс внешнеторгового права: основные внешнеторговые сделки. - М., 2007. -С. 260, 261.

14. Дозорцев В. В трёх соснах... О возможности распоряжаться чужими правами // Хозяйство и право. - 2003. - № 1. - С. 44.

15. Завьялова В. В. Проблема видовой самостоятельности агентского договора в аспекте прав и обязанностей агента: Систематика субъективных прав и систематика иных правовых явлений в частноправовой сфере: вопросы взаимосвязи. - Самара, 2011. - С. 130.

16. Суханов Е.А. Указ. соч.

17. Николюкин С. В. Посреднические договоры. -Доступ из справ.-правовой системы «Кон-сультантПлюс».

18. Пешков С. Договор агентирования: правовые проблемы // ЭЖ-Юрист. - 2003. - № 38. -С. 3.

19. См.: Дозорцев В. Указ. соч. - С. 49. Нужно отметить, что основы правового статуса агента, равно как и терминология соответствующего правового института, известны ещё дореволюционному российскому праву (См.: Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. -Т. 1. - М., 2003. - С. 512. См. об этом также: Голосова С. А. Агентский договор - новый договор российского гражданского права? // Юрист. - 2004. - № 4. - С. 7).

20. Суханов Е. А. Указ. соч. - С. 112.

21. Проект Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской федерации», подготовленный во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 г. № 1108 «О совершенствовании гражданского законодательства» с экспертным заключением по проекту. - Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».

22. Токар Е. Я. Указ. соч.