Он знал «Газпром» как себя. К 85-летию со дня рождения Рема Вяхирева

Он знал «Газпром» как себя. К 85-летию со дня рождения Рема Вяхирева

23 августа 2019

Отрывки из книги «Рем Иванович Вяхирев». Издательство «РМП», 2014 год.

Оператор нефтяной установки. Километры с инструментом на плече

Несколько лет после института Рем Иванович работал оператором-обходчиком нефтяных промыслов. Кто не представляет, что это такое, поясню упрощенно: днём и ночью, в жару и трескучий мороз этот рабочий с противогазом и инструментами на плече в те пятидесятые года обходил нефтяные скважины-качалки, проверяя их состояние. По возможности и необходимости делал мелкие ремонты или вызывал ремонтную бригаду.

И так сутками дежурств он отмерял десятки километров.

В те годы у Вяхирева даже велосипеда не было.

И только в Нефтегорске началось восхождение Вяхирева по служебной лестнице. Причём только там он начал специализироваться по газовой отрасли.

(А. Д. Степанов)

Скважина №50 Кулешовской площадки Нефтегорского района Куйбышевской области, 1959 год

Газовик. Первый блин комом

Карьера газовика Вяхирева могла завершиться, едва начавшись: при первом же запуске взорвался сепаратор.

Сам Рем Иванович так рассказывал впоследствии об этом случае: «У нас сепаратор, который газ от конденсата отделяет, несколько дней проработал и рванул. Два человека погибли. Мы все побежали туда, надо же вентили закручивать — взлетит всё. Как сейчас помню. День космонавтики был, 12 апреля. Грязь такая, чуть не по пояс в ней бегали. А потом министр прилетел, стали разбираться. Могло всё плохо для меня закончиться. Но повезло, министры грамотные попались, сами инженеры. Из партии меня решили не исключать, хотя была такая мысль. А исключали обычно только для того, чтобы под суд отдать».

Здесь Рем Иванович умолчал о своём подвиге. Пытаясь спасти людей от надвигающейся катастрофы, он, надев газозащитный скафандр, полез в колодец, чтоб там перекрыть краны газовой трубы. Самого потом еле откачали. Может, поэтому в обкоме партии его пожалели, учитывая, что сам предотвратил возможную ещё большую трагедию. Правда, и наказание было смешное: в определённых органах зачислили в невыездные за границу. И ещё веселее: предложили работу в промышленном отделе обкома партии!

(А. Д. Степанов)

«Уникальный человек наш Вяхирь»

С группой куйбышевских писателей мне, как начинающему литератору, довелось участвовать в творческой встрече с коллективом нефтестабилизационного завода. После выступления нас отправили на автобусе и к нам до Нефтегорска «прицепили» несколько рабочих. Мы не только горячо обсуждали свои поэтические отчёты перед заводчанами, но и делились приятными впечатлениями о заводе. Ровно выстланные асфальтированные дорожки, под ежика постриженные газоны, много цветников и фруктовых деревьев.

— Это вы ещё не видали: шеф скотный двор завёл! К обеду в столовке и молочко свежее, и мясцо парное на столы от него подают, — дополнил наш восторг один из рабочих.

— М-да, уникальный человек наш Вяхирь: меня вот сейчас последними словами отругал, а мне почему-то не обидно. Потому что коротко и ясно: действительно, заслужил я выговор. Другой бы начал гундеть передо мной, да понять невозможно, что он хочет от тебя: то ли на колени перед ним встать, то ли плеткой спину себе исполосовать. А на сердце только обида останется. Не на себя, а на занудство такого начальника...

Это его, директора завода, рабочий Вяхирем назвал, и ещё не раз слышал я такое его добродушное прозвание от окружающих!

(А. Д. Степанов)

Кулешовский нефтяной промысел, Нефтегорский район Куйбышевской области

В вагончике на объекте

Рем Иванович — производственник в самом хорошем смысле этого слова. Человек, для которого дело значило почти все.

Рассказывали, что во время строительства одного из трубопроводов Р. И. Вяхирев жил на объекте. И работники нередко утром видели, как он, обнажённый по пояс, с полотенцем на шее выходил для «принятия водных процедур» из вагончика для водителей, в котором его поселили на время пребывания на стройке.

И после завтрака Рем Иванович пешком обходил весь объект, беседовал с мастерами, строителями, выслушивал, давал рекомендации, а порой отчитывал местное начальство за промахи. Он прекрасно разбирался во всех тонкостях своего дела.

Р. И. Вяхирев ведет делегацию Министерства газовой промышленности СССР по производственной площадке «Оренбурггазпрома»

Работа как хобби

Работа была такая, что у папы оставалось мало времени для общения с нами. Приходил с работы поздно. Только поесть да выспаться, и снова — вперёд. Но зато выходные — всегда с семьёй. В отпуск на Черное море всегда вместе ездили. Это прямо традиция была.

Мы с сестрой Татьяной были довольно положительными детьми, поэтому папе, наверное, трудно было свою строгость в отношении нас проявлять. В общем, всё нормально, всё обычно. Без ремня обошлось.

По выходным на даче время проводили.

По осени «мерялись» урожаями: у кого чего больше выросло — огурчиков, помидоров, кабачков... Впрочем, собственные варенья-соленья никому не мешали. А готовила их мама замечательно. Дачные участки нарезаны были неподалеку от городка газовиков, так что особенно и строить не приходилось. Так, деревянный домишко, чтоб порой перекантоваться. Охотой и рыбалкой папа тогда не увлекался, да и Урал в том месте какой-то «не рыбный». Его хобби, увлечением, страстью была работа. А отдыхал он с семьёй, да вот на дачном участке.

О работе папа не слишком распространялся, но мы все так или иначе были вовлечены в процесс. Мама в том же управлении экономистом работала. К папе приходили коллеги. Виктор Степанович Черномырдин заходил, Вячеслав Васильевич Шеремет, другие…

(Ю. Р. Вяхирев)

Советы спеца

Коллеги Рема Ивановича любят рассказывать, как на оперативных совещаниях, узнав о какой-нибудь аварии на трубопроводе и о том, что ремонтная бригада выехала на место, Вяхирев сначала матерился, а потом, замерев, потерев виски, начинал советовать: «Только скажи ребятам, пусть они не напрямик едут, там после 115-го км начинается болото. Там можно и технику угробить. А пусть сделают крюк, пройдут верхом, а потом спустятся, там за 118-м есть такая ложбинка, и там им будет удобнее подойти».

Он знал «Газпром» как себя.