Теоретическое исследование парламентской коммуникации

В.И. ЕРЕМЕНКО V.I. EREMENKO

ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПАРЛАМЕНТСКОЙ КОММУНИКАЦИИ

THEORETICAL STUDY OF PARLIAMENTARY COMMUNICATION

Ключевые слова:

парламент, коммуникация, информация, диалог, реципиент, коммуникатор, кодирование, декодирование

Статья посвящена особому виду коммуникативного процесса — парламентской коммуникации. Автор рассматривает культурологические особенности диалогового взаимодействия власти и общества. Особое внимание уделено факторам, определяющим успешность взаимодействия государства и общества посредством парламентской коммуникации.

Key words:

parliament, communication, information, dialogue, recipient, communicator, encoding, decoding

The article is devoted to a special kind of communication process — parliamentary communication. The author considers the cultural features of the dialog between the authorities and society. Special attention is paid to successful interaction between state and society through parliamentary communication.

В современной научной литературе достаточно полно представлены и систематизированы информационно-коммуникативные отношения институтов исполнительной власти. Однако в научных работах, посвященных исследованию информационно-коммуникативных отношений, недостаточно раскрыты политологические, социологические, культурологические аспекты коммуникаций законодательной власти.

Термин «коммуникация» появился в научной литературе в начале ХХ в. и использовался для обозначения средств связи любых объектов материального и духовно-

го мира, процесса передачи информации (представлений, знаний, идей, настроений, чувств и т. п.) от человека к человеку, а также обмена информацией в обществе с целью воздействия на социальные процессы [5]. Коммуникация осуществляется между индивидами, группами, организациями, государствами, культурами посредством знаковых систем.

Понятию «парламентская коммуникация» соответствует уникальный тип коммуникативного процесса, которому присущи собственные источники информационных контактов, особый тип организации социальных взаимоотношений,

Еременко В.И. Теоретическое исследование парламентской коммуникации

Политика и правовое государство

специфические функциональные нагрузки в рамках общества, своя морфология, многократно опосредованный стиль общения макро-социальных групп и ряд других особенностей. Парламентская коммуникация является формой политической коммуникации, в которой, по мнению ряда авторов, «роль органов государственной власти <...> представляется ведущей. Они не только задают направление <...> в политико-коммуникативных процессах, но и вводят остальных субъектов политической коммуникации в сформированный ими коммуникативный процесс» [6, с. 319]. На наш взгляд, это определение не всегда применимо к парламентской коммуникации, обладающей определенной спецификой.

Коммуникативная функция парламента проистекает из непреложного правила, согласно которому закон — это форма опосредованного волеизъявления народа. Народ должен получать информацию, а также иметь возможность принимать участие в обсуждении вопросов, которые могут изменить его жизнь. Можно сказать, что коммуникативно-информационный процесс охватывает общество в целом, где зарождаются и транслируются мнения и идеи. Однако именно в парламенте происходит полемика, обмен мнениями по проблемам, волнующим все общество или отдельные социальные группы.

Информационная функция парламента находит свое отражение в диалоге различных социальных субъектов и представляет собой форму социального взаимодействия, которое способствует преодолению конфликта целей, норм, интересов, ценностей, достижения ими компромиссов. Как отмечает Н.Л. Виноградова, диалогичность имманентно присуща социальному бытию: «Сутью диалога является

создание общего, нового посредством объединения противоположностей» [4]. Социальные субъекты, не тождественные друг другу, могут вступать в диалогические отношения, в результате чего каждый из них реализуется в некотором ином качестве. Субъектами диалога могут выступать как отдельные индивиды, так и социальные группы (государства, этносы, нации и т. д.).

Для эффективного диалога социальные, экономические, правовые и политические знания необходимы для всех субъектов: не только для парламентариев, но и для самого народа, представителями которого они являются. Но даже при достаточном уровне осведомленности в области социально-политических знаний народных избранников и общества в целом диалог между ними не будет продуктивным без освоения коммуникативных, переговорных навыков, сформированных в культурном «поле» существования субъектов коммуникации.

Следует отметить, что любое диалоговое общение представляет собой взаимодействие, в основе которого лежат различные мотивы, цели и задачи его участников. А.М. Кузьмина отмечает: «Властные структуры и граждане в большинстве своем должны быть одинаково заинтересованы во вступлении в коммуникацию в пространстве публичной политики для формирования совместного решения по насущным вопросам. Патерналистские настроения общества и неспособность граждан в полной мере артикулировать свои потребности представляют собой серьезный тормозной механизм в системе политической коммуникации, влияющий на формирование публичной политики и ее эффективность» [6, с. 320].

Подробный теоретический анализ явления взаимодействия был осуществлен философом и социологом П. Сорокиным. По его мнению, «взаимодействие людей по своей природе есть прежде всего взаимодействие психическое — обмен чувствами, идеями, волевыми импульсами» [7]. Подобный обмен предопределяет динамику развития парламентской коммуникации и ее эффективность в конкретной политической ситуации.

Сорокин считает, что поведение и психологическое состояние любого индивида как члена группы или общности «в значительной степени зависят от деятельности или даже от

самого факта существования других членов» [8]. При этом П. Сорокин выделяет разные виды взаимодействия:

— одностороннее (коммуникатор или реципиент — материальный носитель информации);

— двустороннее (коммуникатор и реципиент — индивиды или социальные группы).

К характеристикам процесса коммуникации Сорокин также относит: экстенсивность взаимодействия (под экстенсивностью взаимодействия П. Сорокин понимает «пропорциональную долю поступков и психологических переживаний, обусловленных взаимодействием, от всей совокупности поступков и переживаний, из которых состоит жизнь человека» [7]), обусловливающую эмоциональную и когнитивную нагрузку процесса взаимодействия; интенсивность взаимодействия, его продолжительность и непрерывность; направление взаимодействия (солидарное, антагонистическое, смешанное); организованное и неорганизованное взаимодействие [8].

В диалоге общества и парламента, таким образом, важную роль играет знание социокультурной ситуации взаимодействия, а также четкое осознание собственной социально-политической позиции (принадлежность к той или иной социальной общности, ее отношение к другим социальным группам

Еременко В.И. Теоретическое исследование парламентской коммуникации

Политика и правовое государство

и общностям, представители которых прямо или косвенно участвуют во взаимодействии).

Диалоговое взаимодействие власти и общества моделирует относительно устойчивую систему социальных отношений между парламентариями и различными социальными группами. Этот диалог является сущностным основанием социально-политического пространства, которое включает как непосредственное пространство социального бытия, так и опосредованное пространство объективной данности (традиции, уклад, ментальные установки относительно целей и способов реализации власти, выработанные и закрепленные в социальном сознании).

В отечественной философии одна из наиболее подробно разработанных концепций диалога принадлежит М. Бахтину. Согласно Бахтину, все индивиды, участвующие в диалоге, пытаются каким-то образом воздействовать на поведение друг друга [2]. Поскольку человек никогда не может в полной мере оказаться на месте другого, «собеседники» никогда не могут полностью понять друг друга; они лишь частично оказываются удовлетворены взаимными репликами. Каждое высказывание вызывает отклик, и, таким образом, творческое преодоление каждой «пропасти» порождает необходимость в дальнейшем отклике, и эта социально-

культурная цепь остается ненарушенной. Каждое действие (индивидуальное или групповое), с точки зрения М. Бахтина, может быть рассмотрено как «высказывание»; каждое высказывание в определенном смысле является ответом на предшествовавшие. Однако высказывания, помимо соответствия критериям возможности ответа и адресности, должны быть связаны друг с другом как отклики: ответ на вопрос, согласие (или возражение), принятие (или отклонение) приглашения следовать политическим нововведениям, поддерживать разработку новых законов и т. д. [1]

Парламентская коммуникация отражает диалоговые отношения между парламентом и обществом (основными элементами социальной структуры которого являются различные социальные группы) и представляет собой сложную многоуровневую систему, в которой коммуникативные и социально-пространственные формы накладываются и развиваются в неразрывном единстве.

Парламентскую коммуникацию в культурологическом понимании можно рассматривать как особую форму коммуникативного процесса, в котором знания, идеи, эмоции выражаются в вербальных или невербальных сообщениях на межличностном и межгрупповом уровнях. В культурологической теории представлены различные структур-

ные модели коммуникации, по-разному выделяющие как элементы коммуникационного процесса, так и связь между ними (модель линейной коммуникации Лассуэлла, трансакционная модель Ньюкомба и т. д.). Сегодня наиболее широкое распространение получила интерактивная, или круговая модель межличностной коммуникации. Данная модель состоит из следующих элементов:

— коммуникатор (отправитель) — создатель сообщения (индивид, группа индивидов, социальная общность);

— кодирование — превращение сообщения в символическую форму;

— канал — средство, с помощью которого передается сообщение через передатчик и приемник;

— декодирование — расшифровка сообщения, которая в результате различных помех (шумов) может быть более или менее адекватной;

— реципиент (получатель) — объект, которому передается сообщение (индивид, группа индивидов, социальная общность);

— обратная связь — реакция реципиента на сообщение [5; 9; 10]. Парламентская коммуникация

представляет собой, таким образом, определенную последовательность коммуникативных действий. Общесоциальные характеристики парламентской коммуникации задают

взаимодействующим сторонам четкие ролевые очертания (коммуникатора и реципиента). В качестве критерия социальности парламентской коммуникации выступает «ответ» реципиента, т. е. появление «вторичной информации», вызванной к жизни посланием коммуникатора и устанавливающей осмысленный контакт между ним и реципиентом.

Культурологическим критерием парламентской коммуникации выступает, с нашей точки зрения, ценностно-ориентированный ответ, отражающий ценностно-обусловленную реакцию реципиента на действия коммуникатора. Только при условии того, что ответ реципиента (будь то парламент или социальные группы общества) ценностно ориентирован, возможно воспроизводство базовых ценностей социально-политического развития общества.

Рассогласование информационных позиций коммуникатора и реципиента, процессов декодирования и обратной связи может нарушить коммуникативный процесс между «рядовыми гражданами» и парламентариями, как представителями власти, что вызывает ценностный кризис, который в политологической литературе обычно обозначается как кризис политического доверия.

Однако, с нашей точки зрения, стагнация процесса коммуникации

Еременко В.И. Теоретическое исследование парламентской коммуникации

Политика и правовое государство

между парламентом и обществом производит нечто большее, чем просто «кризис доверия», а именно, нарушение процесса воспроизводства базовых ценностей социального развития и, далее, социальную дезинтеграцию в обществе. Кроме того, дефицит осмысленных контактов между гражданами и властью, а также между гражданами и корпоративными агентами поля политики зачастую обусловлен рассогласованием используемых при их взаимодействии способов кодирования и декодирования информации.

Следует отметить взгляды А.А. Васецкого на развитие политической системы, взаимодействие государства и гражданского общества. Возникающие политические конфликты автор рассматривает как постоянное условие развития политической системы: «Конфликт частных интересов акторов гражданского общества и интересов целого государства-нации проявляется в экономической, правовой, партийно-политической и других сферах жизни общества. В ходе развития политической системы благодаря институционализации этого конфликта, он приобретает устойчивую форму перманентного процесса порождения и разрешения конкретных форм его воплощения,

осуществляемого через взаимодействие государства и гражданского общества» [3]. Взаимодействие государства и общества осуществляется посредством парламентской коммуникации. Следовательно, успешность перманентного разрешения политических конфликтов и развития политической системы зависит от воспроизводства базовых ценностей общества в процессе парламентской коммуникации.

Таким образом, можно говорить о том, что в современном политическом обществе взаимодействие парламента и народа имеет все признаки коммуникативного процесса. В культурологическом ракурсе парламентскую коммуникацию можно рассматривать как особую форму коммуникативного процесса, в котором знания, идеи, эмоции выражаются в вербальных или невербальных сообщениях на межличностном и межгрупповом уровнях. Этот коммуникативный процесс представляет собой социальное и символическое поле непрерывного воспроизводства основных ценностей социально-политической жизни на основе реализации публичного парламентского дискурса и посредством взаимодействий власти и общества в процессах парламентской коммуникации.

1. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975.

2. Бахтин М.М. К философии поступка // Философия и социология науки и техники. Ежегодник. 1984-1985. М., 1986.

3. Васецкий А.А. Развитие политической системы через взаимодействие государства и гражданского общества // Управленческое консультирование. 2006. № 4. С. 128-142.

4. Виноградова Н.Л. Диалогическая сущность социального взаимодействия: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Волгоград, 2007.

5. Грушевицкая Т.Г., Попков В.Д., Садохин А.П. Основы межкультурной коммуникации. М., 2002.

6. Кузьмина А.М. Формирование публичной политики в Российской Федерации: региональный аспект (на примере Санкт-Петербурга) // Личность. Культура. Общество. М., 2010. Т. XII. Вып. 4 (59-60).

7. Сорокин П.А. Система социологии. Социальная аналитика. М., 1992. Т. 1.

8. Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика: Исследование изменений в больших системах истины, этики, права и общественных отношений. СПб., 2000.

9. СоколовА.В. Введение в теорию социальной коммуникации. М., 1997.

10. Яковлев И.П. Социология коммуникаций. СПб., 1998.

References

1. Bakhtin M.M. Voprosy literatury i estetiki. M., 1975.

2. Bakhtin M.M. K filosofii postupka // Filosofiya i sotsiologiya nauki i tekhniki. Ezhegodnik 19841985. M., 1986.

3. Vasetskiy A.A. Razvitie politicheskoy sistemy cherez vzaimodeystvie gosudarstva i grazhdanskogo obschestva // Upravlencheskoe konsultirovanie. 2006. № 4. S. 128-142.

4. Vinogradova N.L. Dialogicheskaya suschnost sotsialnogo vzaimodeystviya. Avtoreferat ... d.f.n. Volgograd, 2007.

5. Grushevitskaya T.G., Popkov V.D., Sadokhin A.P. Osnovy mezhkulturnoy kommunikatsii. M., 2002.

6. Kuzmina A.M. Formirovanie publichnoy politiki v Rossiyskoy Federatsii: regionalnyy aspekt (na primere Sankt-Peterburga) // Lichnost. Kultura. Obschestvo. M., 2010. T. XII. Vyp.4 (59-60).

7. Sorokin P.A. Sistema sotsiologii. T.1. Sotsialnaya analitika. M., 1992.

8. Sorokin P.A. Sotsialnaya i kulturnaya dinamika: Issledovanie izmeneniy v bolshikh sistemakh istiny, etiki, prava i obschestvennykh otnosheniy. SPb.: RKHGI, 2000.

9. SokolovA.V. Vvedenie v teoriyu sotsialnoy kommunikatsii. M., 1997.

10. YakovlevI.P. Sotsiologiya kommunikatsiy. SPb., 1998.

Еременко В.И. Теоретическое исследование парламентской коммуникации