Исторический факультет ЧелГУ: первые десятилетия

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 23 (238). История. Вып. 47. С. 59-65.

П. Ф. Назыров

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ЧЕЛГУ: ПЕРВЫЕ ДЕСЯТИЛЕТИЯ

В статье рассматривается история формирования исторического факультета ЧелГУ в 1976 - начале 1990-х гг. С опорой на устные источники - воспоминания и интервью преподавателей и выпускников факультета - характеризуются атмосфера и основные события первых лет его деятельности, а также люди, которые внесли существенный вклад в становление исторической специальности первого классического вуза Южного Урала.

Ключевые слова: Южный Урал, Челябинский госуниверситет, историческое образование, высшая школа, устная история.

В середине 1990-х гг., к готовящемуся тогда 25-летию университета, на факультетах началась работа по сбору материалов по истории ЧелГУ и его подразделений. Общее руководство этой работой осуществлял Г. В. Форстман, а автор этих строк вместе с группой студентов занялся поиском сведений в архиве ЧелГУ и местной периодике. Значительное содействие нашей работе оказали сотрудники канцелярии, и прежде всего - заведующая архивом ЧелГУ И. Н. Галета. Отдельным направлением, вскоре выделившимся в самостоятельный проект по устной истории, стал сбор воспоминаний и других материалов (фотографий, карикатур, стихов), которыми щедро были готовы поделиться выпускники1. Эти материалы были использованы в публикации 2009 г., посвящённой истории факультета 1970-1980-х гг.2, и послужили основой

при подготовке настоящей статьи.

* * *

Ab ovo. Становление исторического факультета началось зимой 1975-1976 гг., когда комиссия по формированию нового университета во главе с проректором по учебной работе А. А. Голиковым начала набор сотрудников. В июле - августе 1976 г. была сформирована кафедра общественных наук («марксизма-ленинизма») во главе с доктором исторических наук, профессором А. И. Секериным. Первое, организационное, заседание кафедры состоялось уже 7 июля 1976 г. (протокол № 1), хотя приказ о её создании был подписан только 3 августа 1976 г. (приказ ректора ЧелГУ № 2, § 1.2). Именно эта кафедра стала базой для формирования преподавательского корпуса истфака. В числе первых преподавателей-историков были челябинцы кандидат исторических наук, до-

цент Г. В. Форстман, кандидат исторических наук, доцент Н. Б. Цибульский, ассистент З. Н. Анохина, которые должны были обеспечить преподавание в университете истории партии. Группу «гражданских» историков составили кандидат исторических наук Ю. С. Кирьяков (приехал из Свердловска, где работал в УрГУ), кандидат исторических наук Г. Б. Зданович (приехал из Карагандинского университета), ассистент Г. П. Суслова, лаборанты Н. Ф. Устьянцева и М. В. Лесконог, заведующая подготовительным отделением С. Я. Зданович.

С самого начала работы кафедра общественных наук была разделена на 2 секции: истории КПСС (руководитель Г. В. Форстман) и истории СССР (руководитель Ю. С. Кирья-ков). Учитывая, что секция «гражданской истории» в перспективе должна была стать самостоятельной кафедрой, по предложению заведующего, профессора А. И. Секерина, ей была предоставлена широкая автономия. Кафедральным днём по всему университету был установлен четверг, с обязательным присутствием всех преподавателей в свободное от занятий время, с 11 до 17 часов. Предполагалось, что в этот день, кроме заседания кафедры и секций (раз в месяц), будет работать методологический семинар и проводиться другая текущая учебная работа.

На основании приказа министра высшего и среднего специального образования РСФСР от 7 июля 1976 г. о структуре Челябинского госуниверситета приказом ректора ЧелГУ С. Е. Матушкина от 3 августа 1976 г. № 2, § 1.1 был организован историко-филологический факультет со специальностями: 1008 - история, 2001 - русский язык и литература. Создание единого факультета, в духе традиций отечественной высшей школы, позволило на начальном

этапе работы укрепить материальную базу и кадровый состав общественно-гуманитарных специальностей и успешно решить непростые организационные задачи. Историки и филологи сотрудничали в проведении общественных, научных, спортивных мероприятий. Весьма тесным было и человеческое общение представителей двух специальностей, как преподавателей, так и студентов.

«Начиналось все очень романтично, может быть, даже идеалистично, - вспоминает первый декан истфила, доктор филологических наук, профессор Людмила Александровна Шкатова. - Я в те времена была заместителем декана в пединституте, человеком, уже защитившим диссертацию, имевшим звание доцента. Мой уход из пединститута воспринимался как авантюра. Но почему-то я сразу восприняла создание университета как свое личное дело. Не имея своего университетского образования, я всегда очень уважала звание «университетчика», для меня это было очень значимо - уровень образования.

...Было желание ввязаться в новое и интересное дело. Было еще желание показать себя в качестве организатора, потому что я пошла сразу и секретарём партийной организации, и секретарём приёмной комиссии. Всё было интересно. Стали появляться люди, которые обладали зарядом творческой энергии. Со своими планами, своими интересами, и я бы сказала, с чисто человеческими качествами энтузиаста. Александр Арсентьевич Голиков стоял во главе, и он много приложил усилий, был инициатором очень многих важных дел. У нашего первого состава было ощущение, что мы должны быть вместе: историки и филологи, когда потом этот факультет стал делиться, мы переживали, даже студенты наши не хотели, потому что мы были единым целым.

Люди шли потому, что мы хотели сделать новое и более качественное... Краеугольным камнем было стремление дать нашим первым студентам по-настоящему университетское образование. Поэтому я стремилась приглашать людей из состоявшихся университетов, был очень важен университетский дух. Те, кто приглашались, должны были почувствовать здешний климат, принять его... Были еще приглашенные люди, на которых мы не надеялись, что они останутся работать. Но это были выдающиеся люди. Они приезжали на недельку почитать лекции. На эти лекции

ходили не только студенты, но и сами преподаватели. Мы хотели выстроить новые университетские взаимоотношения. Не было скандалов и крика даже по отношению к нерадивым студентам»3.

Для историко-филологического факультета было выделено типовое школьное четырёхэтажное здание в центральной части города, пр. Победы, 162 «В», где и сейчас находятся гуманитарные факультеты ЧелГУ - исторический, филологический, журналистики. На тот момент здание занимали музыкальная школа и финансово-экономический институт. «Когда мы начали заниматься вместе с финансово-экономическим институтом в одном здании, в этом корпусе вместе шли занятия и у студентов финансово-экономического института, и у нас» (З. Н. Анохина)4. «Даже еще музыканты ходили - не все вывезли, и дети еще захаживали. У нас была такая веселая контора» (Г. П. Суслова)5. Перед началом учебного года были проведены небольшие ремонтные работы, непосредственное участие в которых принимали сами преподаватели. Здание на берегу р. Миасс с двух сторон окружали карьеры и котлованы строящихся жилых домов-«девятиэтажек».

Открытие университета вызвало в городе большой ажиотаж. На первых вступительных экзаменах на специальность «История» на 50 мест было подано 194 заявления. Проходной балл для абитуриентов с рабочим стажем 2 года и выше составил 21, без стажа - 23 балла. Как отмечалось в специально подготовленной справке, среди подавших заявления большинство составляли «дети служащих».

По словам Галины Павловны Сусловой, преподавателя факультета в 1976-1980 гг., «у нас очень серьезно подходили к приему и совершенно справедливо, потому что это первый набор. И он был самым талантливым, самым отборным, самым университетским.

Мы поставили себе задачу не сдерживать информацию, не утаивать. Это делалось во избежание ажиотажа. Хотя ажиотаж был, слухи ходили, даже в виде сплетен, что попасть туда невозможно. Сразу же, когда создавали университет, даже не было учреждения, а только постановление о том, что идет работа. Слухи об элитном характере учреждения. И нам очень хотелось сбить эту волну разговоров, и опускаться на уровень развенчивания этих слухов мы не собирались, а вот мы хотели противопоставить дело...

Кроме обычных экзаменов, у нас проводилось еще собеседование. Первое - это когда они просто приходили с документами и беседовали со мной лично, каждый индивидуально, на предмет ориентации. Мама стояла или сидела рядом, и мы беседовали. Целыми семьями приходили, и мы, когда документы принимали, открывали двери для всех... Я беседовала с каждым абитуриентом, иногда не могли выбрать между специализацией, поскольку факультет был объединенный, историко-филологический, то многие колебались, пойти ли им на филологию, или пойти на историю...

Мы объясняли, что им будут давать глубокое, качественное образование, навыки исследовательской работы. Предполагали, что и школа повысит свой уровень за счет глубоко и широко образованных студентов, которые будут владеть рефлексией собственной деятельности, а не только репродукцией и трансляцией того, что им дали, будут владеть исследовательскими навыками и смогут детей включить в эту деятельность. К истории спадал интерес, настолько она была «залакирована» и «замылена», нужен был какой-то новый подход, чтобы возродить подлинный интерес к подлинной истории. Предполагалось, что пришедшие учителя с хорошим образованием смогут детям вернуть этот интерес и воспитать историческое мышление, заинтересовать. Университетские студенты должны были владеть и приемами археологических разысканий, и археографических изысканий, всех этих дополнительных, интересных детям занятий, через которые история передавалась бы как нечто человеческое...

А затем мы их собирали и проводили уже официальное собеседование по правилам приема: что они должны готовить, что знать, как готовиться к сочинению, как готовиться к устному экзамену - по истории, по иностранному языку и т. д. И на этом собеседовании задавались «провокационные» вопросы - на сообразительность, иногда на знания, на выяснение каких-то нюансов, чтобы показать будущим студентам, какие у них есть пробелы.

Они уходили умудренные, вдохновленные тем, что должны какую-то дополнительную литературу прочесть, как-то себя показать, знали, как, что надо приготовить, какие будут экзамены; пытались снять волнение, связанное с формальными моментами»5.

1 сентября 1976 г. начались занятия историков и филологов. Первые полторы недели проводились только лекции. Одновременно с началом занятий продолжалась организационная работа по становлению нового университета и факультета. Формировались учебные, партийно-комсомольские, профсоюзные структуры. 29 сентября 1976 г. прошла первая студенческая профсоюзная конференция. Председателем студенческого профкома был избран студент истфила Б. Сюртуков (гр. И-101), которого вскоре сменил на этом посту физик Ю. Миловидов. 4 октября 1976 г. в театре оперы и балета им. М. И. Глинки состоялось торжественное собрание, посвящён-ное открытию ЧелГУ. В этот же день вышел первый сдвоенный номер газеты «Челябинский университет» (№ 1-2). Редактором газеты в первые годы её существования был Н. Б. Цибульский.

В конце октября прошли комсомольские отчётно-выборные собрания. Секретарём комитета ВЛКСМ ЧелГУ был избран ассистент кафедры марксизма-ленинизма В. И. Столбиков, секретарём бюро историко-филологического факультета - студентка-филолог Ирина Беренда. Создан студсовет общежития, в состав которого вошли историки Н. Вашкау и Н. Титаренко. Профоргом факультета избрана Л. Яблонская.

В декабре 1976 г. начались занятия на подготовительном отделении (рабфаке). Поступавшие также проходили собеседование. «У меня это была Галина Павловна Суслова, - вспоминает челябинский историк и краевед, рабфаковец первого выпуска Владимир Стейгонович Боже. - Спрашивала всех: почему вы идете на историю? На вопрос: "Что вас привлекает в истории?", Толя Зайков ответил: "Скандалы". "Ну что ж, это интересный ответ", - и так он оказался у нас на рабфаке»6.

Возглавила рабфак Светлана Яковлевна Зданович. Она вспоминала: «До приезда в Челябинск мы [С. Я. и Г. Б. Здановичи. - прим. ред.] работали в Карагандинском университете. Ни один из нас в Челябинске не был, ведь наша жизнь была связана с Казахстаном, за исключением периода обучения в Уральском государственном университете. Мы послали письмо со своими документами, к нему были приложены характеристики, в основном, наших коллег из Академии наук, археологов. Вскоре получили ответ, что наши документы заинтересовали, но на данном эта-

пе двух преподавателей взять не можем, так как [в университете набрали] только первый курс. В конечном итоге Геннадий Борисович получил официальное приглашение на кафедру для преподавания археологии, истории первобытного общества и других курсов. В августе 1976 г. он уехал, и, как только нам дали квартиру, приехала я. Чувство новизны всегда придаёт большие надежды.

Первые годы были очень интересные: формировался новый коллектив; администрация чувствовала себя частью этого коллектива; все праздники отмечались совместно в столовой второго корпуса, куда приходили со своими семьями. Ректорат брал на себя ответственность за устройство преподавателей, приехавших сюда. У ректора, С. Е. Матушкина, был блокнотик, в котором на каждого преподавателя была страничка, где было написано, наверно, что такому-то преподавателю нужно то и то. Я также посылала свои документы, а по всем характеристикам из Караганды оказалась очень деловая. Ведь еще до приезда в Караганду, в Петропавловске, я была депутатом Городского Совета, секретарем очень крупной комсомольской организации Управления культуры в городе; в Караганде - зам. секретаря партбюро факультета, другими словами, у меня были все серьезные характеристики... Вот Матушкин посмотрел мой личный листочек, вызвал Геннадия Борисовича Здановича и говорит: "У нас есть место заведующего подготовительным отделением". Я согласилась, но сказала, что не собираюсь заниматься административной работой, а намерена закончить [научную] работу и защитить диссертацию.

И вот я начала набор на первый рабфак. У меня не было секретаря, делала сама, тысячу раз просматривала эти бумажки. Дело закончилось тем, что я выучила всех своих потенциальных слушателей, а набирала ведь на весь университет (и физика, и математика). Писала письма в различные инстанции, звонила в районную администрацию, чтобы узнать структуру Челябинской области, районы, куда мне надо было писать ответы желающим поступить в университет. Абсолютно всех своих будущих слушателей запомнила по фотографиям.»7.

Историческое образование считалось «идеологическим», открывавшим дорогу, наряду с научной, к успешной комсомольской и партийной карьере. Это выдвигало

определённые требования к отбору студентов и нашло отражение в содержании учебных программ и самой организации учебного процесса, важное место в котором занимало изучение истории партии и марксистско-ленинской теории. «Очень важно, что конкурс был большой, и к нам шел взрослый народ. Историки были взрослые, партийные. Историю выбирали ребята, которые были идеологически зрелыми. Установка на то, чтобы брать людей проверенных, была уже тогда. Ведь, к сожалению, многие не выдерживали конкурса, потому что тягаться с ребятами-отличниками тяжело», - вспоминает первый декан факультета, Л. А. Шкатова, являвшаяся одновременно секретарём партбюро универ-ситета8.

Вместе с тем и к изучению партийной истории преподаватели нового факультета стремились подойти неформально, в чём была большая заслуга заведующего, профессора А. И. Секерина, и руководителя секции, доцента Г. В. Форстмана. Александр Иванович Секерин - фронтовик, в 17 лет ушедший добровольцем Уральского танкового корпуса и прошедший с ним до Праги, экстерном - за 2 года - окончивший после войны Уральский университет, он был первым профессором и доктором наук среди историков ЧелГУ. Его коллега - Георгий Васильевич Форстман, выпускник Челябинского пединститута, к этому времени уже имел опыт руководства кафедрой в ЧИМЭСХ. Принципиальный и требовательный человек, с которым «можно говорить обо всем» (З. Н. Анохина), он на первых порах возглавил секцию истории КПСС, а позднее партийную организацию нового вуза. Усилиями этих людей и их коллег по кафедре и факультету формировались новые, университетские взаимоотношения, сочетавшие требовательность и чувство уважения к студентам. Значительное внимание уделялось самостоятельной работе, которую должен был обеспечить кабинет общественных наук.

«Я начинала работать заведующей кабинетом общественных наук, - вспоминает один из первых преподавателей факультета, кандидат исторических наук, доцент Зинаида Николаевна Анохина, - и проводила семинарские занятия у историков. Поскольку кабинет назывался кабинетом общественных наук, в его работе принимали участие представители разных направлений - научного коммунизма

и истории партии, политэкономии, истории, археологии. Объем работы был очень большой. Объединяло одно, конечно: как построить наш университет, дом наш, как лучше сделать, чтобы жилось нашим первенцам-студентам прекрасно, и как давать им самые высокие знания. Это была первая задача, то есть и научить, и воспитать именно первых студентов.

Надо было строить университет, поэтому и преподаватели, и первые студенты были задействованы везде. Точно так же выходили мы и на сельхозработы. Первый и второй курс снимались на целый месяц, и преподаватели точно так же выезжали на сельхозработы. Но это, может быть, даже было каким-то праздником для всех, это единство, эта заинтересованность как можно быстрее убрать урожай и приступить к занятиям»9.

Атмосфера нового факультета в первые годы отличалась известным свободомыслием, особыми (партнёрскими) отношениями между преподавателями и студентами, которые «воспринимались как наши младшие коллеги и товарищи» (З. Н. Анохина). Многие дела - от оформления кафедр до благоустройства общежития - выполнялись совместно. «I курс - самый старший, он на самом деле был моложе, чем II и III, - вспоминает выпускник первого набора истфака, доктор исторических наук Борис Игоревич Ровный. Там уже появился рабфак, солидные ребята, а нам было всем 17 лет, я пришел, мне вообще было 16... То есть мы были самые сопливые, и, конечно, было очень важно, что деканом была Людмила Александровна Шкатова. Она для нас была, действительно, матерью. Вот этот период приручения, приучения 17-летних подростков к высшей школе, к университету, вот эту работу она взяла на себя. Без всякого надрыва, очень спокойно, очень доброжелательно, я бы даже сказал по-матерински, она нас приучала к университетскому порядку. И я считаю, во многом, благодаря ее усилию, и сформировались те отношения между студентами и преподавателями, которые имели место быть. Когда ничего не стоило зайти на кафедру пообщаться с любимыми преподавателями, это воспринималось как норма, ну, конечно, нужно было извиниться, может быть, люди были заняты. Преподаватели охотно принимали нас в своих таких мини-коллективах, всякие дискуссии проходили в присутствии студентов, и студенты, в меру

своей подготовленности, могли участвовать в этом, что-то могли сказать по этому поводу. Может, это был не очень высокий уровень, мне трудно сейчас судить точно, много времени прошло, но то, что это была норма, я это помню прекрасно»10.

13 декабря 1976 г. был создан Совет историко-филологического факультета под председательством декана Л. А. Шкатовой в составе 12 человек. Наряду с университетскими преподавателями, в состав Совета вошёл также А. И. Александров, заслуженный учитель школы РСФСР. В январе 1977 г. прошла первая сессия. Как отмечала декан истфила Л. А. Шкатова, студенты историко-филологического факультета сессию сдали хорошо. Не сдали экзамены двое студентов. 10 февраля 1977 г. Совет утвердил 3 исторических специализации: по археологии, истории СССР, всеобщей истории. 31 августа 1977 г. на кафедре марксизма-ленинизма было утверждено 3 секции: история СССР

- руководитель Ю. С. Кирьяков, экономики

- руководитель А. Ф. Чернышева, истории КПСС - руководитель Я. А. Эльфонд (доктор исторических наук, профессор, приехавший в Челябинск из Саратовского университета), на базе которых вскоре были организованы самостоятельные кафедры истории КПСС, истории (с 1980 г. - истории СССР и всеобщей истории), экономики и социологии труда. А вообще Совету приходилось рассматривать самые разные вопросы: от успеваемости студентов до работы в общежитии, где были оформлены комнаты для занятий иностранным языком и филологическая комната, решать вопросы студенческого быта и т. д.

Весной 1977 г. состоялись День открытых дверей и первая научная студенческая конференция, приуроченная ко дню рождения В. И. Ленина, в работе которой, наряду со студентами и преподавателями, приняли участие школьники под руководством А. И. Александрова. Началась подготовка к первым летним практикам - археологической, под руководством Г. Б. Здановича и С. Я. Зданович, и фольклорной, под руководством А. И. Лазарева (целью той первой практики был сбор горнозаводского фольклора, а базой должно было стать с. Спасское). Частью археологической практики стала организация летнего лагеря «Юный археолог» для школьников 8-10 классов. Планы отличались определённой амбициозностью - так, в сфере археологиче-

ских исследований ставилась задача «стать хозяевами в своей области, контролировать работу других экспедиций» (Г. Б. Зданович), тем более что «территория нашего Урала "пиратская зона", кто хотел ехал, кто хотел брал» (А. И. Александров), как отмечалось на заседании Совета факультета 14 апреля 1977 г.

В 1977-1978 гг. были организованы археографическая экспедиция ЧелГУ (совместно с УрГУ), а также археографическая лаборатория (руководитель В. П. Байдин). Материалы (а среди них, например, «Минея общая» XVI в.), собранные за несколько лет работы экспедиции её участниками - студентами и преподавателями историко-филологического факультета, составили основу коллекции рукописных и старопечатных книг, хранящейся в секторе рукописной и старопечатной книги Научной библиотеки ЧелГУ. Тогда же, в 1977-1978 гг., была организована Урало-Казахстанская археологическая экспедиция (руководитель Г. Б. Зданович), объединявшая ЧелГУ, Челябинский и Петропавловский пединституты, а также существующую с 1976 г. лабораторию археологических исследований при научно-исследовательском секторе ЧелГУ (сотрудники М. К. Хайдулина, Т. С. Малютина и др.). Отряды экспедиции, работавшие на археологических памятниках Южного Урала и сопредельных территорий, стали основным местом прохождения археологической практики студентами-историками, для многих из которых увлечение археологией определило и выбор профессии (доктор исторических наук В. С. Мосин, кандидаты исторических наук С. А. Григорьев, А. В. Епимахов, И. Э. Любчанский, Т. С. Любчанская и др.).

В 1978-1979 учебном году был создан факультетский совет студенческого научного общества, в состав которого вошли В. Боже - председатель, В. Сидоренко, зам. председателя (историк первого выпуска, трагически погиб), Т. Букалова (первый выпуск филологов), А. Шатин (студент экономического отделения, сейчас ректор ЧелГУ), А. Чечевиш-ников, М. Беседин (историки, 4 выпуск). Совет выпускал рукописный «Вестник СНО», содействовал проведению научных конференций, устанавливал связи с вузами других городов (Тарту, Пермь). Тогда же группа студентов-историков под рук. Ю. С. Кирья-кова работала в Центральной научной библиотеке МИД СССР, где из дублетного фонда

была отобрана литература для библиотеки университета.

Организационное и материальное содействие становлению нового факультета оказали другие вузы, прежде всего Уральский государственный университет, Челябинский государственный педагогический институт, Челябинский государственный институт культуры и искусства, преподаватели которых также привлекались к чтению специальных дисциплин и курсов, а некоторые (Н. Н. Алеврас, Т. Ф. Аносова и др.) позднее перешли работать в ЧелГУ. Тысячи книг прислали библиотеки Московского, Ленинградского, Саратовского, Уральского, Гомельского, Пермского университетов. Магнитогорский государственный педагогический институт предоставил библиотеке университета часть коллекции редких книг, полученных им в годы войны от эвакуированной в Магнитогорск Академии наук СССР.

Из интервью Н. Н. Алеврас, профессора кафедры истории дореволюционной России: «В 1977 году я защитила диссертацию. Как-то неожиданно вдруг приходит предложение почитать в Челябинске лекции по источниковедению. До этого [из УрГУ в Челябинск] приезжали с лекциями Нина Михайловна Щербакова и Владимир Дмитриевич Камынин. Они проложили эту дорогу, а я, в общем-то, продолжила. В 1979 году я впервые сюда приехала, можно сказать, на ночь глядя. Кое-как я добралась до нового микрорайона, совершенно ничего не зная. Когда я ехала по ночному городу, проехала возле Оперного театра, тогда поразила монументальность колонн Концертного зала. Мои первые впечатления, конечно, были очень туманные.

.В 1980 году Михаил Дмитриевич Машин [в то время зав. кафедрой истории СССР. - прим. ред. ] предложил мне перейти на работу в ЧелГУ. Собраться и сюда переехать. Привлекало обещание предоставления квартиры, в которой я нуждалась. Я прекрасно понимала, что уезжаю из мощного вуза, с налаженной системой и перспективами для своей работы, но тем не менее. Тогда трудности не страшили, и было ясно, что вот если сейчас не приму этого решения, то, наверное, потом все будет сложнее сделать»11.

«Мы жили будущим, - написала позднее первый декан истфила Людмила Александровна Шкатова, - надеялись на то, что наш вуз обгонит все другие по интеллекту препо-

давателей, уровню подготовки студентов и даже внешнему виду. Нам завидовали, обзывали "чугунками" (официальная аббревиатура писалась как "ЧТУ"), к нам присматривались, нам помогали, нас любили»12.

Примечания

1 Работа по интервьюированию выпускников и преподавателей факультета проводилась под руководством автора с 1997 по 2001 г. (отдельные интервью брались позже), главным образом, силами студентов-добровольцев старших курсов. В результате был сформирован значительный аудиовизуальный и электронный архив, включающий в себя записи и тексты интервью, используемые в настоящей статье.

2 Назыров, П. Ф. «Было желание ввязаться в новое и интересное дело.» : (Из истории исторического факультета ЧелГУ (19761980-е гг.)) // Тр. каф. новейш. истории России Челяб. гос. ун-та. Т. 3. Челябинск, 2009. С. 83-121. Другие публикации, посвящённые первым годам деятельности ЧелГУ: Фор-стман, Г. В. : 1) Открытие первого универси-

тета в Челябинске // Вестн. Челяб. гос. ун-та. Сер. 1. История. 2000. № 1 (11); 2) Мы все были в поиске // Форстман Георгий Васильевич - секретарь парткома. 30 лет Челябинскому государственному университету. Челябинск, 2006.

3 Интервью с Л. А. Шкатовой, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

4 Интервью с З. Н. Анохиной, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

5 Интервью с Г. П. Сусловой, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

6 Интервью с В. С. Боже и Т. А. Чумаченко, 1999 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

7 Интервью с С. Я. Зданович, 1999 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

8 Интервью с Л. А. Шкатовой, 2000 г. Аудито-запись, расшифровка. Архив автора.

9 Интервью с З. Н. Анохиной, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

10 Интервью с Б. И. Ровным, 2000 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

11 Интервью с Н. Н. Алеврас и Т. А. Андреевой, 1999 г. Аудиозапись, расшифровка. Архив автора.

12 Университет. набережная. 1999. № 3 (600).