«Новые» медиа как технологический базис политического участия

О.Е. Гудошникова

«НОВЫЕ» МЕДИА КАК ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ БАЗИС ПОЛИТИЧЕСКОГО УЧАСТИЯ

Аннотация

В статье рассматриваются «новые» медиа с позиции возможностей политического участия в современном политическом информационном пространстве как технологическая основа для его реализации. Представлены различные взгляды на феномен «новых» медиа: политологические, философские, культурологические в сочетании с существующими концепциями политической коммуникации. Анализируемый спектр показал достаточно широкий ряд смысловых значений в определении этого феномена. Обозначены методологические подходы к исследованию «новых» медиа с акцентированием внимания на технологическом подходе в политике и политологии. Показана неоднозначность дели-беративной демократии, в основе которой лежат проблемные характеристики основополагающей роли взаимного обмена информацией и ее интерпретации. В настоящее время, практически любой гражданин может принять участие в обсуждении насущных проблем в публичном информационном пространстве постпредством Интернета, используя различные электронные дискуссионные площадки. Информация идущая от граждан должна быть соотнесена с обратной связью и учитываться в политических обсуждениях. Власть может способствовать интенсификации этого процесса. Отмечены векторы развития участия граждан в принятии общественно-значимых и политических решений. Отмечены барьеры в этом процессе.

Ключевые слова:

социальные сети, политическое участие, технологический подход, делиберативная демократия, информационное пространство, политическая деятельность.

O. Gudoshnikova

«NEW» MEDIA AS A TECHNOLOGICAL BASIS FOR POLITICAL PARTICIPATION

Abstract

The article deals with the «new» media from the perspective of opportunities for political participation in modern political information space as the technology foundation for its implementation. Different views on the phenomenon of «new» media are presented: political, philosophical, culturological, combined with existing concepts of political communication. The analyzed spectrum showed a rather wide range of semantic values in the definition of this phenomenon. Methodological approaches to the study of «new» media are identified with an emphasis on the technological approach in politics and political science. The ambiguity of the deliberative democracy is shown, which is based on the problematic characteristics of the fundamental role of the mutual exchange of information and its interpretation.

Currently, almost every citizen can participate in the discussion of pressing problems in the public information space of the Internet, using a variety of electronic discussion platforms. Information coming from citizens should be correlated with feedback and integrated into the political debate. Authorities can contribute to the intensification of the process. The vectors of the development of citizens' participation in the adoption of socially significant and political decisions are demonstrated. Barriers in this process are noted.

Key words :

social networks, political participation, technological approach, deliberative democracy, information space, political activity.

Востребованность исследования «новых» медиа как технологической основы политического участия обусловлено влиянием их на интенсивность коммуникационных обменов, развитию активных политических отношений в информационном пространстве и созданию новых их форм, трансформацией сознания и поведения политических акторов. Тема актуальна и в связи с тем, что идет поступательное развитие научно-технического прогресса, который детерминирует появление более совершенных и эффективных цифровых технологий, позволяющих усиливать результативность политической деятельности. Политические процессы все более и более перетекают в виртуальное пространство, и это положение вещей будет усиливаться.

В настоящее время требуются инновационные стратегии для интегрирования ожидаемого участия граждан в политических процессах, появившегося благодаря «новым» медиа и базирующихся на них социальных сетях, и в целом в политическую систему [11]. В этом поиске доминирующая роль отводилась до сих пор Интернету, как идеальному пространству для делибе-ративной (совещательной) демократии. В соответствии с представлением Ю. Хабермаса, рациональный и цивилизованный дискурс между отдельными людьми должен привести к более стабильной политической культуре [26]. С точки зрения содержания объединение многочисленных различных политических взглядов должно способствовать обеспечению более глубокого понимания сложных политических проблем и одновременно пониманию и обсуждению общественно-значимых вопросов [29, с. 60-66].

Р.И. Барахоев полагает, что на стыке делиберативной демократии и кибердемократии в контексте современной политики информационно-коммуникационные технологии могут содействовать развитию новых механизмов участия граждан в управлении государственными и общественными делами. Они рассчитывают на применение сетевой среды для развертывания обширных дискуссий, которые обеспечивали бы принятие действенных и взвешенных политических решений, реально отвечающих нуждам общества [4, с. 63-70].

Не претендуя на полноту и всеобъемлемость, рассмотрим некоторые подходы к пониманию «новых» медиа.

О. Стинс и Д. Ван Фухт в общефилософском смысле полагают, что «новые» медиа занимают свое место среди других вещей, порожденных новыми технологиями и изменениями в человеческом поведении» [18, с. 98].

Ш.С. Сулейманова и Е.Л. Рябова отмечают, что «... значение популярного термина «новые» медиа изменчиво. В современном мире под ним обычно подразумевают цифровые, такие как Интернет, компьютерные игры, цифровые фильмы и фотографии, мобильная телефония и виртуальный мир» [19, с. 10-11]. С развитием цифровых технологий, Интернета и свойственных ему новых форм повествования (таких как вэб-доки, лонгриды и др.) границы между киноискусством, документалистикой, журналистикой стали размываться - один из уровней так называемого процесса конвергенции в теории новых медиа [2, с.186-190]. Развитие цифровых технологий не останавливается, поэтому их спектр расширяется, поэтому реализация таковых в различных сферах жизнедеятельности многоаспектно и, как правило, детерминировано интеллектом их создателей.

И.Д. Денисова акцентирует внимание, на том, что «предпосылкой появления «новых» медиа является появление пользовательского, народного контента, подготовленного общественностью, а также возрастание спроса на мультимедийную журналистику и появление виртуальных кабинетов» [12]. К.Е. Касуканова утверждает, что «Новые» медиа - это не просто очередная ступень в развитии средств массовой коммуникации, это прогресс, как и в способах донесения информации, так и в манере её написания. ... «Новые» медиа принимают активное участие в формировании повестки дня, то есть создают определенную картину мира, решая, что будет темой дискуссии, на чем в большей степени акцентировать внимание» [15; 28]. Анализ показал, что существуют и другие смысловые нагрузки в определении этого феномена. Вместе с тем во многих его трактовках заложены следующие понятия: «новизна», «прогресс», «цифровые технологии», «развитие коммуникации», «народное участие» и др.

А.В. Антонова подчеркивает, что «Новыми» называют медиа, противопоставляемые традиционным, вместе с тем подчеркивая условность такого разделения: любые медиа когда-то были новыми» [2]. В свою очередь С.О. Калганова увязывает функционирование «новых» медиа со старыми проблемами традиционных СМИ, полагая, что «анализ текстов, публикуемых в СМИ, показывает, что выбор этически корректных способов изложения и негативной оценки представляет собой серьезную профессиональную проблему для авторов медиатекстов. Изучение и обобщение журналистской практики с этой точки зрения крайне важно для формирования профессиональной культуры журналиста, работающего как в «старых», так и в «но-

вых» медиа» [14, с. 380]. Это же рассматривает в своей работе и Х. Джен-киннс [27]. Е.В. Выровцева отмечает, что термин «новые» медиа используемый в значении «новые СМИ» значительно суживает функциональный спектр этого феномена и приводит к некорректному использованию собственно термина «средства массовой информации» [8]. С появлением инновационных форм обработки, хранения, доставки и восприятия информации появляются новые профессии, но вместе с тем, главная проблема заключена в качестве создаваемого текста, в широком смысле этого значения, в профессионализме его автора. В свою очередь «новейшие» медиа с появлением будут противопоставлены «новым» и т.д.

А.Г. Быстрицкий утверждает: «В новой информационно-коммуникационной среде установилась новая иерархия распространения информации, господствующее положение в которой занимают профессиональные СМИ, сумевшие интегрировать и переварить все последние достижения коммуникации. ... существует миф о том, что так называемые новые медиа, особенно социальные ..., обладают особым могуществом и постепенно выигрывают информационное пространство у традиционных медиа» [6]. Л.Н. Саакян отмечает, что «Новые» медиа сменили свою роль основного информатора общественности и транслятора «воли власти» на развлекающую и воздействующую (персуазивную)» [17, с. 94]. Производители и потребители не могут точно установить, как применить «новые» медиа, соответственно начинают интенсивно экспериментировать. При этом и производители, и потребители в основном используют свои знания и навыки относительно «старых» медиа. Этот процесс не нов, он даже имеет известное определение - «remediation», что можно перевести как «перепосредничество», более успешно на русском языке будет определить этот процесс как преемственность [19]. М.И. Долгов говорит, что «человек сумевший заинтересовать своим мнением или способом освещения разного рода аспектов жизни общества, способен оказывать с помощью «новых медиа» значительное влияние на индивидуальное и общественное сознание» [13, с. 174].

Д.Г. Балуев и Д.И. Каминченко разделяют понятия «новые медиа» и «социальные медиа», говоря, что первые имеют более широкое функциональное значение и включают в себя все современные цифровые средства передачи информации. Социальные же медиа являются надстройкой, выполняющей социальные функции. «Новые» медиа - их основа, фундамент [3, с. 154-161]. В.Ф. Гигин акцентирует внимание на том, что дискуссия «о

«новых» медиа в политике является отражением ... давнего спора о влиянии техногенных факторов, техники в целом, особенно в условиях научно-технической революции, на сферу общественных отношений» [9]. А.А. Шнайдер считает, что «использование платформ новых медиа расширяет возможности общения, стирает территориальные границы. ... Новые технологии изменили процессы коммуникации и предоставили право на свободу выражения своего мнения каждому пользователю Сети, актуализировали вопрос о свободе СМИ» [20].

Мы солидарны с позицией С.В. Володенкова, который полагает, что «Новые» медиа, основанные на принципах интерактивности и демократичности, стали современной площадкой для агрегации, артикуляции и трансляции интересов и приоритетов различных общественно-политических групп как внутри страны, так и во внешнем пространстве. ... «новые» медиа создают революционный дискурс, который создает общественно-политическую реальность и стимулирует пользователей новых медиа к активным действиям [7, с. 22].

Мы констатируем, что незначительное втягивание в политическую жизнь с помощью «новых медиа», содействует более обширному участию, многообразию и динамике возможностей для акторов. Разнообразие коммуникаторов с неодинаковыми пристрастиями, нуждами и целями коммуникации по-новому организовывает Интернет-пространство.

А.С. Манделина утверждает, что существуют «основания рассматривать «новые» медиа как отдельную медиасферу и исследовать как специфический предмет научного интереса» [16, с. 106]. В.Ю. Бровко считает, что методологическую основу исследования («новых» медиа - прим. автора) составляют системный, структурно-функциональный, сравнительно-исторический, сравнительно-политический, геополитический и культурно-цивилизационный подходы [5]. Вместе с тем, на наш взгляд, эту базу исследования можно дополнить развивающимся технологическим подходом в политике и политической науке [10]. Применяя его, на наш взгляд, «новые медиа» можно мыслить трояко: собственно как новую технику; как новую технологию, в данном случае цифровую; как технологию, используемую для политического участия, политической коммуникации и т.п. в онлайн-пространстве [1].

В 1993 году на рынке появился первый простой в использовании интернет-браузер - Mosaic, позволивший средствам массовой информации пользоваться сетью Интернет. Эл Гор, бывший на тот момент вице-

президентом США, говорил в своей речи по случаю Конференции международного развития телекоммуникации в 1994 году о приближении новой эпохи аттической демократии [25]. Освободившись от иерархических принципов и государственной монополии на власть, казалось бы, люди смогут создать новое виртуальное пространство для политического участия. Рациональность, равноправие и радикальная демократия широких масс, по мнению некоторых исследователей, должны были бы стать его фундаментом. В своей Декларации независимости киберпространства на Международном экономическом форуме в Давосе в 1996 году Дж.П. Барлоу заявил: «Мы создадим цивилизацию Разума в киберпространстве. Пусть она будет более человечной и справедливой, чем мир, созданный вашими правительствами до этого» [21, с. 181].

В 2009 году издание «Шпигель» посвятило целый номер новому виртуальному миру, передовица номера носила характерный заголовок «свобо-да@бесконечна.мир» (freiheit@unendlich.welt). Однако тех, кто ожидал от статьи оды, воспевающей ту самую свободу Интернета, как средства для достижения «демократической Агоры», ожидало глубокое разочарование. Вместо этого редакторы нарисовали картину параллельной вселенной, где воры, клеветники, растлители детей . находят довольно надежное убежище от контроля правового государства [22, с. 68-81].

В своём предисловии к «Изучению окружающей среды с точки зрения надежности и безопасности в сети Интернет» немецкого Института по вопросам надежности и безопасности в сети Интернет президент Германии Й. Гаук также выразил свои сомнения: «Глобальная сеть Интернет обладает всеми предпосылками, чтобы уничтожить все основополагающие права граждан в этой стране, закрепленные в первых десяти статьях нашей конституции» [23, с. 3]. Один только феномен «бури нападок и оскорблений» (Shitstorm), ставший возможным и подбадриваемый такими сетями как Facebook, Twitter и т.п., казалось, на какое-то время подтвердили опасения пессимистов, настроенных против сети Интернет [23, с. 4].

В отличие от классических средств коммуникации, а от сети Интернет первого поколения, социальные сети обладают двойным принципом демократической эмансипации. Во-первых, «новые» медиа и социальные сети делают возможным совершенно новые формы эгалитарной массовой коммуникации. Хорошо связанные друг с другом граждане в цифровой реальности могут в любое время без специальных технических, организационных и

журналистских возможностей опубликовать информацию и практически бесплатно распространить её. Таким образом, социальные сети ломают традиционные иерархические принципы и дают возможность достаточно широкого политического участия в большинстве стран мира за редким исключением (например, Китай, Северная Корея и др.). В сетевом сообществе эффективная коммуникация осуществляется в публичном пространстве по принципу равноправия: каждый может поделиться своими мнениями, сведениями и взглядами со всеми, и все могут отреагировать на них. Барьеры для получения поддержки политических инициатив и их координации существенно снизились. Сети, занимающиеся разработкой и формированием политических кампаний, используют, как правило, этот принцип в своих целях. Классические управляющие сервера, будь то СМИ, партии или государственные инстанции, просто «минуются». Общественное пространство становится более открытым. Принципиально открытая архитектура социальной сети обеспечивает интеграцию, разнообразие, но также и противоречивые политические дискуссии [30, с. 45]. Такие свойства как спонтанность и гибкость в сочетании с долгосрочными возможностями самоуправления делают Интернет идеальным общественным пространством для делиберативной демократии согласно Ю. Хабермасу. Во-вторых, социальные сети открывают совершенно новые возможности массового сотрудничества и партнерства. Как никакой другой источник Интернет-энциклопедия Wikipedia олицетворяет собой, как правило, инновационное влияние сетевого воспроизводства знаний и идей. Политические партии и активные сторонники политических инициатив, например, европейские «Пираты» или «#OccupyWallStreet», используют Wikis и Etherpads для сбора и структурирования разрозненной информации, а также для нахождения новых решений политических проблем. Пространственные и институциональные границы теряют в этом процессе свое значение. Под давление попадает традиционные модели принятия решений в рамках закрытых политических процессов, при которых исключается участие широких масс граждан. Совместная работа над сложными политическими проблемами с надлежащей экспертизой и разработка обоснованных, компетентных решений более не является прерогативой иерархизированных организаций. В настоящее время граждане могут сами получить доступ к сведениям, аналитике и источникам, которые раньше могли быть организованы и представлены только в сложных бюрократических системах. В этой взаимодействующей демократии поддержку получают отдельные граждане и

группы, которые объединяются вокруг бесконечного числа целей, по интересам и возможностям [29, с. 50-58].

Критика концепции делиберативной демократии лежит в первую очередь в проблеме характеристики центральной роли взаимного обмена информацией и ее восприятии (понимания) в качестве нормативного ядра. Так в этом случае за гражданами признается всего лишь способность взаимного понимания в политическом процессе. Возможности активного политического участия следуют из этого только опосредованно и, как правило, только в теории. Обмен мнением представителями гражданского общества осуществляется в делиберативных организациях в значительной мере изолированно от процесса поиска политических решений и имеет довольно незначительное влияние на него [24, с. 401]. Процесс также затрудняется из-за малой интенсивности дискурсивных обменов по поводу конкретных проблем между гражданами и органами государственной и муниципальной власти и управления. Иногда дискурс изолирован от процесса поиска решений также и потому, что их открытие (обсуждение) зачастую несвоевременно: либо чрезмерно рано, например, в смысле стратегических процессов, или слишком поздно, то есть к тому моменту, когда остается лишь обсуждать последствия в сущности уже от принятого политического решения. В обоих случаях разочарование неизбежно. Если обсуждение происходит слишком рано, проблема зачастую представляется слишком абстрактной, чтобы вызвать надлежащий интерес. Для запоздалых предложений дискурса, напротив, характерно не отсутствие интереса, а пространства для политической активности. Кроме того, попытка объединить в делиберативном дискурсе в одном репрезентативно избранном круге участников как можно больше мнений и взглядов представляется рискованной. Только что появившиеся шансы на участие в политическом процессе тут же, как правило, исчезают. Все это не соответствует ожиданиям и действительным ресурсам участия современных граждан. Они предпочитают перейти на другие дискуссионные форумы и площадки. Поэтому давление в политической системе постоянно нарастает. Без непосредственной связи с политическими процессами формулировки конкретной политики и подготовки политических решений не удастся стабилизировать. Участие в значении сотрудничества, то есть активное участие граждан во всем многообразии политического процесса, может рассматриваться здесь в качестве решения проблемы. Целью методов сотрудничества является именно задействовать (активизировать) граждан, заинтересованных в

результате, и обеспечить тесную связь с политическими процессами. Существенное преимущество методов сотрудничества заключается в том, что на этих этапах, на наш взгляд, возможно, собрать воедино с помощью специальных социальных средств коммуникации разрозненные знания и применить их для решения конкретной политической проблемы. Соответствующие форматы применяются, практически, уже на всех политических уровнях и в различных публичных сферах.

Анализ показал, что, как правило, любой гражданин может войти в Интернет и принять участие в политических дебатах: на различных форумах ведущих новостных сайтов или телевизионных каналов, на страницах социальных сетей правительства республики, а также отдельных министерств или непосредственно с политиками в социальной сети Twittter и т.п. При этом у органов власти и управления есть потенциальные возможности увеличить гражданам электронные интерактивные платформы, где они зримо смогут внести свой вклад в политический процесс, при этом утраченное доверие граждан в возможность политического участия, вероятно, будет восстановлено. Для этого указанные учреждения должны зарекомендовать свои платформы в качестве надежных инструментов влияния. Для этого необходимо найти каналы, как может быть использована информация от граждан для поиска эффективных решений. Необходимо создать инновационные институциональные структуры, чтобы закрепить консультации в политическом процессе, так как информация от граждан не должна растворяться в воздухе. Информация от граждан должна быть сопряжена с обратной связью и учитываться в политических дебатах. В первую очередь это может обеспечить партии, которые осуществляют свои задачи по формированию воли народа за счет онлайн-инструментов. Но и другие инстанции также могут взять на себя эту обязанность. Так, например, министерства могли бы заранее размещать проекты законов на платформах для обсуждения. Одновременно министерства могли бы задействовать сотрудников, обеспечивающих обмен мнениями между консультантами (экспертами) и чиновниками. Парламенты также могли бы предложить подобные площадки для эффективной коммуникации. При этом важно, чтобы политики, ответственные за принятие решений, также бы принимали участие в диалоге. Только так можно обеспечить обратную связь: открыто, прозрачно и однозначно.

Таким образом, политики могут откликнуться на вышеизложенные вопросы и предложения. За счет этого возможен диалог между политическими

кругами и народом, способствующий тому, чтобы политика стала более тесно связана с мнениями народа. Граждане получат преимущества от возможности непосредственного контакта с политиками, принимающими решения. Вопросы и предложения могут быть напрямую переданы ответственным за принятия решений лицам. Политическая аргументация станет более прозрачной.

Литература

1. Анохин М.Г., Гришин О.Е. Техника, технологии, политические технологии // Актуальные проблемы политики и политологии в России. М.: РАГС, 2000.

2. Антонова А.В. Социальная сущность вэб-документалистики в рамках теории новых медиа // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Социология. Политология. 2016. Т. 16. Вып. 2.

3. Балуев Д.Г., Каминченко Д.И. Сравнительный анализ «новых СМИ» и социальных медиа в контексте социально-политического и исторического факторов // Вестник Томского государственного университета. Философия. Социология. Политология. 2016. №1(33).

4. Барахоев Р.И. Стратегии сотрудничества общества и власти в условиях делиберативной кибердемократии: концепция и перспективы ее реализации // Вестник РГГУ. Серия: Политология. История. Международные отношения. Зарубежное регионоведение. Востоковедение. 2017. №1(7).

5. Бровко В.Ю. Новые медиа как инструмент информационной политики в публичном пространстве // Тренды и управление. 2015. №1.

6. Быстрицкий А.Г. СМИ в корень // Коммерсантъ-Власть. 2015. №3(1108).

7. Володенков С.В. Особенности и возможности применения технологий интернет-пропаганды в политическом управлении // Ро^Воок. 2016. №4.

8. Выровцева Е.В. Интернет-технологии в журналистике // Знак: проблемное поле медиаобразования. 2016. №2(22).

9. Гигин В.Ф. Новые медиа как фактор политики: стереотипы и тенденции // Вестник ВЭГУ. 2016. №3(83).

10. Гришин О.Е. Технологический подход в российской политической науке: сущность, становление, проблемы // Ро^Воок. 2013. №4.

11. Гришин О.Е. Устойчивость политической системы: понятие, подходы, регуляторы // Современные проблемы науки и образования. 2015. №1.

URL: http://www.science-education.ru/121-18121 (дата обращения 26.05.2017).

12. Денисова И.Д. Традиционные и новые медиа: роль России в рекламном рынке и перспективы развития // Научные записки ОрелГИЭТ. 2016. №2(14).

13. Долгов М.И. «Новые медиа» и СМИ: сравнение возможности влияния на индивидуаьное и общественное сознание (на примере канала видеохостинга Youtube «Анатолий Шарий») // Инновационная наука. 2016. №2-5(14).

14. Калганова С.О. Новые медиа - старые проблемы // Устойчивое развитие России: вызовы, риски, стратегии материалы XIX Международной научно-практической конференции: к 25-летию Гуманитарного университета. М., 2016.

15. Касуканова К.Е. Новые медиа, как инструмент влияния на общественное мнение // Научный журнал. 2016. №4(5).

16. Манделина А.С. Содержание понятия «новые медиа» и его место в теории медиа // Гумаытары студи. 2017. №29.

17. Саакян Л.Н. Новые медиа: язык СМИ и социальных сетей // Русский язык за рубежом. 2016. №4.

18. Стинс О., Ван Фухт Д. Новые медиа // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 8: Литературоведение. Журналистика. 2008. №7.

19. Сулейманова Ш.С., Рябова Е.Л. Новые медиа и современные политические процессы // Этносоциум и межнациональная культура. 2016. №6(96).

20. Шнайдер А.А. Новые медиа - новые возможности // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. 2016. №6-4.

21. Castells M., Kößler R. Die Internet-Galaxie. Internet. Wirtschaft und Gesellschaft. 1. Aufl. Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 2005.

22. Darnstäd, Th., Hornig F., Müller M.U., Rosenbach M., Schmundt H.: freiheit@unendlich.welt // Der Spiegel. 2009. №33.

23. Deutsches Institut für Vertrauen und Sicherheit im Internet (DIVSI): DIVSI Milieu-Studie zu Vertrauen und Sicherheit im Internet. Hamburg, 2012.

24. Egner B., Haus M., Terizakis G.R. Festschrift für Hubert Heinelt. Springer-Verlag. Heidelberg. 2012.

25. Gore Al. Remarks prepared for delivery by U.S. Vice President Al Gore, World Telecommunication Development Conference ITU, Buenos Aires, 21. March, 1994. URL: http://www.itu.int/itudoc/itu-d/wtdc/wtdc1994/speech/gore.txt (дата обращения 30.05.2017).

26. Habermas J. Moralbewußtsein und kommunikatives Handeln. Frankfurt am Main, 1983.

27. Jenkins H. Convergence Culture: Where Old and New Media Collide. New York: New York University Press, 2006.

28. Manovich L. The Language of New Media. Cambridge: MIT Press,

2001.

29. Noveck B. The Single Point of Failure // Open Government. Collaboration, Transparency, and Participation in Practice, hsrg. von Daniel Lathrop und Laurel Ruma. Sebastopol, 2010.

30. Zehetmair H. Wie verändern Internet und soziale Medien die Politik? Hanns-Seidel-Stiftung e.V., Hausdruckerei. München, 2012.

References

1. Anokhin M.G., Grishin O.E. Tekhnika, tekhnologii, politicheskie tekhno-logii. Aktual'nye problemy politiki i politologii v Rossii. M.: RAGS, 2000.

2. Antonova A.V. Sotsial'naya sushchnost' veb-dokumentalistiki v ramkakh teorii novykh media. Izvestiya Saratovskogo universiteta. Novaya seriya. Seriya: Sotsiologiya. Politologiya. 2016. T. 16. Vyp. 2.

3. Baluev D.G., Kaminchenko D.I. Sravnitel'nyi analiz «novykh SMI» i sot-sial'nykh media v kontekste sotsial'no-politicheskogo i istoricheskogo faktorov. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Filosofiya. Sotsiologiya. Politologiya. 2016. №1(33).

4. Barakhoev R.I. Strategii sotrudnichestva obshchestva i vlasti v usloviy-akh deliberativnoi kiberdemokratii: kontseptsiya i perspektivy ee realizatsii. Vestnik RGGU. Seriya: Politologiya. Istoriya. Mezhdunarodnye otno-sheniya. Za-rubezhnoe regionovedenie. Vostokovedenie. 2017. №1(7).

5. Brovko V.Yu. Novye media kak instrument informatsionnoi politiki v publichnom prostranstve. Trendy i upravlenie. 2015. №1.

6. Bystritskii A.G. SMI v koren'. Kommersant"-Vlast'. 2015. №3(1108).

7. Volodenkov S.V. Osobennosti i vozmozhnosti primeneniya tekhnologii internet-propagandy v politicheskom upravlenii. PolitBook. 2016. №4.

8. Vyrovtseva E.V. Internet-tekhnologii v zhurnalistike. Znak: problemnoe pole mediaobrazovaniya. 2016. №2(22).

9. Gigin V.F. Novye media kak faktor politiki: stereotipy i tendentsii. Vestnik VEGU. 2016. №3(83).

10. Grishin O.E. Tekhnologicheskii podkhod v rossiiskoi politicheskoi nau-ke: sushchnost', stanovlenie, problemy. PolitBook. 2013. №4.

11. Grishin O.E. Ustoichivost' politicheskoi sistemy: ponyatie, podkhody, regulyatory. Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. 2015. №1. URL: http://www.science-education.ru/121-18121 (data obrashcheniya: 26.05.2017).

12. Denisova I.D. Traditsionnye i novye media: rol' Rossii v reklamnom rynke i perspektivy razvitiya. Nauchnye zapiski OrelGIET. 2016. №2(14).

13. Dolgov M.I. «Novye media» i SMI: sravnenie vozmozhnosti vliyaniya na individual'noe i obshchestvennoe soznanie (na primere kanala video-khostinga Youtube «Anatolii Sharii»). Innovatsionnaya nauka. 2016. №2-5(14).

14. Kalganova S.O. Novye media - starye problemy. Ustoichivoe razvitie Rossii: vyzovy, riski, strategii materialy XIX Mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii: k 25-letiyu Gumanitarnogo universite-ta. M., 2016.

15. Kasukanova K.E. Novye media, kak instrument vliyaniya na obsh-chestvennoe mnenie. Nauchnyi zhurnal. 2016. №4(5).

16. Mandelina A.S. Soderzhanie ponyatiya «novye media» i ego mesto v teorii media. Gumanitarni studii. 2017. №29.

17. Saakyan L.N. Novye media: yazyk SMI i sotsial'nykh setei. Russkii ya-zyk za rubezhom. 2016. №4.

18. Stins O., Van Fukht D. Novye media. Vestnik Volgogradskogo gosu-darstvennogo universiteta. Seriya 8: Literaturovedenie. Zhurnalistika. 2008. №7.

19. Suleimanova Sh.S., Ryabova E.L. Novye media i sovremennye politi-cheskie protsessy. Etnosotsium i mezhnatsional'naya kul'tura. 2016. №6(96).

20. Shnaider A.A. Novye media - novye vozmozhnosti. Aktual'nye problemy gumanitarnykh i estestvennykh nauk. 2016. №6-4.

21. Castells M., Kößler R. Die Internet-Galaxie. Internet. Wirtschaft und Gesellschaft. 1. Aufl. Wiesbaden: VS Verlag für Sozialwissenschaften, 2005.

22. Darnstäd, Th., Hornig F., Müller M.U., Rosenbach M., Schmundt H.: freiheit@unendlich.welt. Der Spiegel. 2009. №33.

23. Deutsches Institut für Vertrauen und Sicherheit im Internet (DIVSI): DIVSI Milieu-Studie zu Vertrauen und Sicherheit im Internet. Hamburg, 2012.

24. Egner B., Haus M., Terizakis G.R. Festschrift für Hubert Heinelt. Springer-Verlag. Heidelberg. 2012.

25. Gore Al. Remarks prepared for delivery by U.S. Vice President Al Gore, World Telecommunication Development Conference ITU, Buenos Aires, 21. March, 1994. URL: http://www.itu.int/itudoc/itu-d/wtdc/wtdc1994/speech/gore.txt (data obrashcheniya 30.05.2017).

26. Habermas J. Moralbewußtsein und kommunikatives Handeln. Frankfurt am Main, 1983.

27. Jenkins H. Convergence Culture: Where Old and New Media Collide. New York: New York University Press, 2006.

28. Manovich L. The Language of New Media. Cambridge: MIT Press,

2001.

29. Noveck B. The Single Point of Failure. Open Government. Collaboration, Transparency, and Participation in Practice, hsrg. von Daniel Lathrop und Laurel Ruma. Sebastopol, 2010.

30. Zehetmair H. Wie verändern Internet und soziale Medien die Politik? Hanns-Seidel-Stiftung e.V., Hausdruckerei. München, 2012.