Экология разума и эпистемология выживания (конструктивистская интерпретация)

ФИЛОСОФИЯ, СОЦИОЛОГИЯ И КУЛЬТУРОЛОГИЯ

УДК 1

ЭКОЛОГИЯ РАЗУМА И ЭПИСТЕМОЛОГИЯ ВЫЖИВАНИЯ

© А.А. Шаронова

В статье раскрывается смысл гуманистической сетевой парадигмы, которую можно определить как экологию разума. Исследуется концептуальный сдвиг в конструктивистской эпистемологии. Современная эпистемология оперирует не вещами, а их отношениями. Рассматриваются основные идеи философии радикального конструктивизма.

Ключевые слова: экология разума; философия радикального конструктивизма; эпистемология.

В настоящее время мы являемся свидетелями поиска новых смыслов и стратегий выживания человечества. Современные методологические мифы объективизма и субъективизма привели к отчуждению человека от самого себя и естественной среды его обитания. Кризис оснований научного рационализма неотвратимо заставляет нас осознать истоки бедственного положения человека в мире и попытаться нащупать пути выхода из создавшейся ситуации. В своей знаменитой работе «Vita activa, или о деятельной жизни» Ханна Арендт высказывает беспокойство по поводу современного состояния социума, в котором определяющими являются наука и технология: «Против того, чтобы в вопросах, задевающих человеческие дела, полагаться на ученых в их качестве ученых, говорит не проявленная ими готовность создать атомную бомбу или их довольно наивная надежда, что над их советами кто-то задумается и спросит у них, надо ли и как надо ее применять; гораздо весомее то, что они движутся в мире, в котором язык утратил свою власть и который языком уже не владеет. Ибо все, что люди делают, познают, испытывают или знают, становится осмысленным лишь в меру возможности говорить об этом. ... Насколько мы существуем, однако, во множественном числе и, стало быть, насколько мы живем в этом мире, движемся и поступаем в нем, только то имеет смысл, о чем мы можем говорить друг с другом или пусть даже сами с собой и что в слове пока-

зывает себя смысл имеющим» [1]. В этом поиске современная философская мысль пытается преодолеть собственные границы, за которыми формируется иная исследовательская дискурсивная парадигма. Она направлена на высказывание того, что мы думаем, говорим или делаем как исторические событийные существа.

Вторая половина ХХ в. ознаменовалась появлением новаторских системных моделей, конструирующих понимание сетевой природы жизненных процессов и феномена самоорганизации живых систем. В междисциплинарном пространстве современного естествознания и гуманитарных наук возник конструктивистский дискурс, который осуществил синтез новых идей относительно природы знания, зародившихся в области кибернетики, нейробиологии и психологии и приобрел несомненную значимость в рамках истории западноевропейского мышления. Был задан вектор нового концептуального направления в эпистемологии, ставший известным под названием радикального конструктивизма. В результате возникает особое видение реальности, где основной акцент научных исследований перемещается с субстанции на отношения, связь и время. Зарождается экологическая модель мироздания, метафорой которой является сеть. Эта ситуация требует совершенно иной системы ценностей, утверждающей опыт духовного единства человека и мира, новый синтез разума, материи и жизни.

Современное представление о разуме, материи и жизни связано с устранением картезианского разрыва между ними, от которого западные наука и философия страдали более трехсот лет. Новое системное видение жизни состоит в отказе от воззрений на разум как на вещь и достигается пониманием того, что разум и сознание суть не вещи, но процессы.

Эта новая концепция разума была разработана в 60-е гг. ХХ в. Г. Бейтсоном, выдающимся англо-американским мыслителем, оставившим ярчайший след в целом ряде наук. Идеи Бейтсона во многом подготовили радикальный сдвиг теоретико-познавательной парадигмы. Речь идет о том, что взамен методологической модели механистического мировоззрения предлагается рассмотрение мира в качестве неразрывного холистического единства всех его частей. Г. Бейтсон признается, что эта позиция открывает дверь для целостной картины вселенной, более мистической, чем картина вселенной, традиционная для внеморального материализма. Мир, по Бейтсону, состоит из сложной сети взаимоотношений, поэтому необходимы новые основания для расширения нашего сознания. Высокомерная позиция, представленная тотальной властью, должна быть преодолена новым взглядом на то, что человек является лишь частью большой системы, которая не может контролировать целое. Достичь мудрости можно лишь имея системный взгляд на мир.

С точки зрения Г. Бейтсона кибернетическая эпистемология предлагает новую гуманистическую парадигму, в которой таятся возможности изменения философии власти для того, чтобы увидеть собственную глупость и недальновидность. Он неустанно повторяет, что сегодня самая важная задача -научиться думать по-новому. Свой новый способ думать Г. Бейтсон называет «экологией разума» или «экологией идей», в котором развитие мысли проистекает из комбинации расплывчатого и строгого мышления. И это сочетание представляет самый драгоценный инструмент науки. По его личному признанию, именно от отца У. Бэйтсона, известного генетика, ему передалось смутное мистическое чувство всепроникающего единства мировых феноменов. И что во всех областях можно обнаружить один и тот же

вид процессов, что одни и те же законы присущи структуре кристалла и структуре общества; что процесс формирования базальтовых колонн сравним с сегментацией земляного червя. По смелому заявлению ученого, такие явления, как структурированная организация листьев растения, эскалация гонки вооружений, процесс ухаживания, природа игры, грамматика предложения, загадка биологической эволюции и современный кризис в отношениях человека с окружающей средой, могут быть поняты только в терминах предлагаемой им экологии идей.

«Если мы будем продолжать действовать, - указывает Бейтсон, - в духе картезианского дуализма «сознание против материи», то, вероятно, мы будем продолжать воспринимать мир через термины: «Бог против человека», «элита против народа», «избранная раса против всех прочих», «нация против нации», «человек против окружающей среды». Сомнительно, чтобы вид, имеющий одновременно и передовую технологию, и этот странный взгляд на мир, смог бы выжить» [2]. Именно новая методология исследования должна пролить свет на природу «порядка» (или «паттерна») во вселенной. Любые представления о мире, о вещах являются субъективными конструкциями, результатом нашего воображения. Идея - это синоним слова «различие». Акт различения -это акт указания какого-либо объекта, предмета, выделение его из общего фона. Спецификация же объекта производится в зависимости от критерия различения. Если использовать знаменитый принцип А. Кожибского, что «карта - это не территория», то можно утверждать, что карта - это и есть различие. Территория - это «вещь в себе». По утверждению Г. Бейтсона, ментальный мир, разум, есть только карты карт - и так до бесконечности. И из этой бесконечности различений мы делаем выборку, которая и становится информацией, синонимами которой можно считать такие слова, как «смысл», «паттерн», «избыточность», «предсказуемость». Мир

сам по себе не содержит никакой информации. Познающий субъект создает описания окружающей среды, т. е. информацию о ней. «Индивидуальный разум, - с точки зрения Г. Бейтсона, - имманентен, но не только телу, а также контурам и сообщениям вне тела. Также есть больший Разум, в котором инди-

видуальный разум - только субсистема. Этот больший Разум можно сравнить с Богом, и он, возможно, и есть то, что некоторые люди понимают под «Богом», однако он по-прежнему имманентен совокупной взаимосвязанной социальной системе и планетной экологии» [2, с. 426]. Разум в своей целостности есть интегрированная сеть, сознание же - это всего лишь ничтожная часть этой сети. Бейтсон указывает на опасность рассечения цепей разума. Без корректирующей природы искусства, религии сознание как целенаправленная рациональность не в состоянии постичь системную природу разума, что и приводит к разрушению жизни. Мыслитель напоминает, что «мир, в котором мы живем, - это мир петлевых структур, и любовь может выжить, если только ее эффективно поддержит мудрость (т. е. ощущение или осознание факта закольцованности)» [2, с. 178]. Мудростью для него является знание о тотальной системности творения. Бог - это и есть системная мудрость, недостаток которой всегда наказывается.

Сетевая парадигма Г. Бейтсона направлена против самых глубинных оснований европейской трансценденталистской метафизики и соответствующей ей культуре. «Если вы помещаете Бога вовне, ставите его лицом к лицу с его творением и если при этом у вас есть идея, что вы созданы по его образу и подобию, то вы естественно и логично станете видеть себя вне и против окружающих вещей. Если же вы самонадеянно приписываете весь разум самому себе, вы станете видеть окружающий мир как неразумный и, следовательно, не заслуживающий моральных или этических оценок. Окружающая среда станет казаться предназначенной для эксплуатации. Вашей единицей выживания станете вы сами, ваш народ или ваши сородичи, противопоставленные окружению других социальных единиц, других рас, зверей и овощей. Если таковы ваши представления о ваших отношениях с природой и при этом вы имеете современную технологию, ваша вероятность выживания будет такой же, как у снежинки в аду. Вы погибнете либо от токсических отходов своей собственной ненависти, либо просто от перенаселения и сверхистощения почв» [2, с. 427]. Бейтсон приходит к неутешительному выводу, что европейская культура характеризуется эко-

логией дурных идей, где пренебрегают системной природой мира в пользу цели или здравого смысла. Но системная мудрость характеризуется высокой интенсивностью обратной связи в мире человеческих коммуникаций, она не допускает ни попустительства, ни мстительности и совершенно невозможно избежать неотвратимого возмездия. В связи с этим он цитирует суровое высказывание апостола Павла, когда он обращается к Галатам: «Не обманывайтесь: Бог поругаем не бывает». Оно применимо и к отношениям между человеком и его экологией. Источником наших проблем является непродуктивное мышление. Сетевая парадигма Г. Бэйтсона указывает на необходимость культурного сдвига и призывает к интеллектуальной активности и этической ответственности.

Наряду с Г. Бейтсоном в разработке ключевых идей сыграл выдающуюся роль физик и кибернетик Хайнц фон Ферстер, один из основателей конструктивистской парадигмы и, прежде всего, концепции кибернетической эпистемологии. В его работе «О конструировании реальности» определяющим является следующий тезис: «Окружающая среда в том виде, как мы ее воспринимаем - это наше изобретение» [3]. Смысловым ядром конструктивистской модели познания Ферстера является идея нераздельности человека и окружающей среды. Познающий субъект не отражает данности внешней среды, но лишь строит версии ее описания, т. е. вырабатывает информацию. Таким образом, нервная система человека сопрягается с внешним миром, рекурсивно видоизменяя собственную структуру. Основоположники современной нейрофизиологии У. Матурана и Ф. Варела, также являющиеся представителями конструктивистского дискурса, характеризуют эту ситуацию как эпистемологическую одиссею: плавание между Сциллой - чудовищем репрезентационизма и Харибдой - водоворотом солипсизма. В известной работе «Древо познания» они обосновывают новую эпистемологическую парадигму, свободную от ограничений картезианского стиля мышления. «Нам необходимо научиться выбирать среднюю дорогу - путь, проходящий прямо по лезвию бритвы. В самом деле, мы не должны попадать в ловушку, уготовленную предположением о том, что нервная система оперирует с образами

мира. Это действительно ловушка, так как подобное предположение ослепляет нас, лишая возможности осознать, что нервная система все время функционирует как определенная, операционально замкнутая система. ... Но мы должны избежать и другой опасности - отрицания окружающей среды в предположении, что нервная система функционирует в полном вакууме, где все верно и все возможно. В этом - другая крайность, а именно: абсолютное когнитивное одиночество, или солипсизм, классическая философская традиция, согласно которой существует только внутренняя жизнь каждого» [4].

У. Матурана, известный чилийский ученый, осуществивший в своих исследованиях синтез идей синергетики, нейробиологии и нейролингвистики, когнитивной психологии и эпистемологии, и его ученик и последователь Ф. Варела в 1970-х гг. совместно создали теорию автопоэзиса (с греческого означает «самопроизводство», «самосозидание»), призванную объяснить сущность жизни. Ключе -вой идеей теории является отождествление процесса познания с процессом жизни. Исходный тезис У. Матураны и Ф. Варелы гласит: мир не может быть охарактеризован посредством свойств, но он представляет набор возможностей, которые актуализируются лишь в когнитивном действии. С их точки зрения живая система «рождает мир», а «жить - значит познавать». Мир организма возникает вместе с его действием. Ф. Варела ввел в связи с этим понятие «инактивированное познание», заключающее в себе глубокий конструктивистский смысл и близкое к другим употребляемым понятиям как «воплощенное познание», «ситуационное познание». Когнитивная теория У. Матураны и Ф. Варелы рассматривает познание как акт «сотворения мира». Отличительной особенностью такой эпистемологии является то, что она противоречит общепринятым представлениям о том, что мир предопределен и независим от наблюдателя, а познание есть ментальное отображение объективных особенностей этого мира. Познание есть не отображение независимого, предопределенного мира, но сотворение нового мира.

У. Матурана и Ф. Варела не говорят, что материальный мир не существует, а утверждают, что ни одна вещь не существует независимо от процесса познания. Нет объек-

тивно существующих структур, нет заданной территории, т. к. само составление карты порождает особенности территории. Концептуальный прорыв их теории заключается в том, что картезианское представление о разуме как о «мыслящей вещи» отвергается. Разум более не вещь, но процесс - процесс познания, отождествляемый с процессом жизнедеятельности. Мозг - это специфическая структура, через посредство которой протекает этот процесс. Связь между разумом и телом - это прежде всего связь между процессом и структурой. И мозг не является единственной структурой, т. к. в процессе познания участвует вся структура организма. Концепция автопоэзиса У. Матураны и Ф. Варелы, определяющая познание как смыслопорождающую способность жизни, является неотъемлемой частью современной картины мира.

Итогом творческих поисков представителей кибернетического подхода к проблемам познания явилась конструктивистская «эпистемология наблюдателя» Хайнца фон Ферстера. Здесь отсутствует привычное разделение на познающий субъект и объект, на наблюдателя и наблюдаемое, а сознание са-мореферентно и самодостаточно. При этом всякое размышление понимается как творческий акт логического различения, создание особой версии мира, в котором выбор не имеет онтологических фиксаций, внешних детерминант.

Ферстер отвергает ссылки на онтологи-зированную «реальность» по причине этического характера, считая что обращение к внешней данности мира позволит человеку сбросить с себя всякую ответственность за все события и процессы, происходящие в мире. Социально взаимодействующие субъекты создают свою индивидуальную конструкцию действительности, что чревато риском духовного обособления и отчуждения. Выходом из капсулы индивидуализма является построение сложного порядка смысловой коммуникации, в которой только и возможно взаимопонимание, выражаемое обычно термином «мы». По мысли Ферстера, социальное поле определяется особыми точками сопряжения «фантазирующих я», что приводит к рождению совместной действительности.

Квинтэссенцией данного дискурса для понимания конструктивистской эпистемологии может служить следующий тезис, принадлежащий Пиаже: «разум организует мир, организуя самого себя». Суть данного концептуального сдвига состоит в следующем: знание не обретается пассивным образом, оно активно конструируется познающим субъектом и служит для организации опытного мира, а не для открытия онтологической реальности. Мир - это безграничный источник возможностей, открывающихся для субъекта. Не только познающий разум познает мир, но и процесс познания формирует разум.

Таким образом, был задан вектор нового концептуального направления в эпистемологии, к которому относится и коммуникационный конструктивизм П. Ватцлавика. Пол Ватцлавик - американский психолог австрийского происхождения, долгое время работал под руководством Г. Бэйтсона в институте психических исследований в Пало-Альто, в Калифорнии. Во многом он унаследовал основные идеи этого известного антрополога и философа. Конструктивистский подход в психиатрии позволил Ватцлавику выработать ряд положений, имеющих важное философское значение для понимания конструктивистской парадигмы.

С точки зрения Ватцлавика, человек существует в обширных и сложных отношениях с реальностью и не имеет возможности выйти за пределы, установленные его разумом. Субъект и объект здесь полностью идентичны. В своей концепции он прежде всего различает т. н. действительность и «представление о действительности». Следовательно, существует множество различных версий реальности, каждая из которых не есть отражение какой-либо объективной действительности, а относится к сфере коммуникативной реальности.

Смысловым стержнем в коммуникационной модели Ватцлавика является различение действительностей первого и второго порядка. Действительность первого порядка относится к воспринимаемым физическим свойствам и качествам предметов. Вторая же - это мир значений, смысла и ценностей в том или ином коммуникационном контексте. Ватцла-вик делает вывод: «действительность второго порядка, являющаяся не чем иным, как нашим мировоззрением, мыслями, чувствами,

решениями и поступками, порождается в результате, так сказать, наложения нами некоторого определенного порядка на калейдоскоп и фантасмагорическое многообразие мироздания, и которая, таким образом, не является результатом постижения какого-то «действительного» мира, а сама конструирует совершенно определенный мир (один из миров)» [5].

Следует обратить специальное внимание на особенности конструктивистской позиции Ватцлавика. Согласно такой точке зрения мы не конструируем жизнь, а конструируем свое понимание, свою интерпретацию, которая, в свою очередь, оказывает влияние на нашу жизнь. Поэтому все мироздание, действительность перового и второго порядков есть бесконечная интерпретация и сотворение воображаемых миров. Есть множество уровней, в которые включена человеческая коммуникация. Человек сам творит свою ситуацию, и его особый путь «бытия-в-мире» есть результат выбора, это смысл, который он придаст тому, что находится за пределами объективного человеческого понимания. Как конструктивист Пол Ватцлавик утверждает: «Мы справляемся с нашим экзистенциальным состоянием неведения путем придумывания порядка, забывая о том, что мы сами его изобретаем, а затем переживаем как нечто «по ту сторону», именуемое нами реальностью» [5, с. 30].

Кибернетическая эпистемология Г. Бейтсона, Х. фон Ферстера, концепция автопо-эзиса У. Матураны и Ф. Варелы, коммуникационная модель П. Ватцлавика и другие предлагают новую гуманистическую парадигму, которую можно определить как экологию разума, где мудростью является знание о тотальной системности творения. Эта сетевая модель направлена против эпистемологических заблуждений западной культуры, опирающейся на «экологию дурных идей». Конструктивистский дискурс предпринимает попытку предотвратить процессы социальной и экологической деградации в мире и напоминает нам о том, что мы живем в мире столпотворения идей, в котором человеку предстоит найти «отдохновение и прибежище».

1. Арендт Х. Vita active, или о деятельной жизни. СПб., 2000. С. 11.

2. Бэйтсон Г. Экология разума. М., 2000. С. 358.

3. Ферстер Х. О конструировании реальности // Цоколов С. Дискурс радикального конструктивизма. Традиции скептицизма в современной философии и теории познания. Мюнхен,

2000. С. 165.

4. Матурана У., Варела Ф. Древо познания. М.,

2001. С. 118-119.

5. Ватцлавик П. Адаптация к действительности или адаптированная «реальность»? Конструктивизм и психотерапия // Цоколов С. Дискурс радикального конструктивизма. Традиции скептицизма в современной философии и теории познания. Мюнхен, 2000. С. 36.

Поступила в редакцию 25.09.2009 г.

Sharonova A.A. Ecology of reason and epistemology of survival (constructivist interpretation). The article reveals the sense of humanistic network paradigm which can be defined as reason ecology. Conceptual shift in constructivist epistemology is investigated. Modern epistemology operates not with things, but its relations. The basic ideas of philosophy of radical constructivism are considered.

Key words: reason ecology; philosophy of radical constructivism; epistemology.

УДК Ю1.1:31б

ГЛОБАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ И ПРОБЛЕМЫ И ИХ ВЗАИМОСВЯЗЬ В СОЦИОПРИРОДНОМ МИРЕ

© Е.А. Дергачёва

Глобализирующееся техногенное (индустриальное и постиндустриальное) развитие социопри-родной системы рассматривается во взаимосвязи глобальных процессов и проблем, что выражается в их комплексном социоприродном характере, обусловленности возрастанием научно-технического потенциала социума, творящего техносферу и разрушающего биосферу. Глобальные процессы и проблемы являются закономерным следствием эволюции социоприродной системы от естественных форм жизни к искусственным и формирования техногенного земного мира.

Ключевые слова: техногенное (социоприродное) общественное развитие; биосфера; глобальные процессы; глобальные проблемы; техногенез.

Современное социоприродное развитие на этапе интенсивной эволюции техногенных (постаграрных - индустриальных и постиндустриальных) общественных систем представляет собой коренные изменения и трансформации в обществе, естественной природной и искусственной техносферной (предметно-орудийной) среде, происходящие под влиянием науки и основанной на ней технико-технологической деятельности человека. В единой системе «социум - техносфера -биосфера» развитие осуществляется на основе техногенеза, техногенной эволюции современного земного мира. Проблематика глобального техногенного общественного развития и его противоречивого воздействия на биосферный мир и человека является ведущей в работах ученых Брянской научнофилософской школы социоприродных исследований, к числу которых относится и автор данной статьи [1-3].

В современной философской литературе приоритет отдается исследованию глобаль-

ных проблем, хотя глобальные процессы, инициируемые глобализирующимся техногенным обществом и развитием его научнотехнической энергетики, являются тем базисом, который вызывает глобальный социо-природный кризис на планете. И этот глобальный процесс по перестройке всей социо-природной структуры бытия далек от своего завершения. Техногенно-социоприродное

развитие находит отражение в следующих глобальных процессах: 1) нарастающей тех-нологизации производственной, сельскохозяйственной, общественной жизни; 2) разрастании урбанистических, искусственных систем, составляющих основу техносферы; 3) усилении урбанизации и техносферизации условий жизнедеятельности населения планеты, и формировании урбанистического образа жизни; 4) индустриализации, информатизации и транснационализации; 5) нарастающем техногенном разрушении биосферы; 6) техногенной трансформации человека, его социальных и природных качеств, ухудше-