Полевая структура временного дисконтинума в немецком тексте

5. Rudnev, A. D. Materialy po govoram vostochnoj Mongolii. - SPb., 1911.

6. Shmidt, Ya. Grammatika mongol'skogo yazyka. - SPb., 1832.

7. Galsan, S. Fonetika v russkom i mongol'skom yazykah. - Ulan-Bator, 1968.

8. Bobrovnikov, A. A. Grammatika mongolo-kalmyckogo yazyka. - Kazan', 1849.

9. Kovalevskij, O. M. Kratkaya grammatika mongol'skogo knizhnogo yazyka. - Kazan', 1835.

10. Kuz'menkov, E. A. Fonologicheskaya sistema sovremennogo mongol'skogo yazyka. - SPb., 2004.

11. Gerasimovich, L. K. Mongol'skoe stihoslozhenie. - L., 1875.

12. Ramstedt, G. Sravnitel'naya fonetika mongol'skogo pis'mennogo yazyka i halha-urginskogo govora. - SPb, 1908.

13. Todaeva, B. G. Grammatika sovremennogo mongol'skogo yazyka. - M., 1951.

14. Luvsanvandan, Sh. Orchin cagijn mongol h]lnij zyj. - Ulan-bataar, 1967.

15. Starostov, L. N. Ob udarenii v tureckom yazyke // Tr. Voennogo instituta inostrannyh yazykov. - 1953. - M. - Vyp 2.

16. Sanzheev, G. D. Sovremennyj mongol'skij yazyk. - M., 1960.

17. Kotvich, V. L. Lekcii po grammatike mongol'skogo yazyka. - SPb., 1902.

18. Pozdneev, A. Obrazcy narodnoj literatury mongol'skih plemen. - SPb., 1880. - Vyp. 1.

19. Serebrennikov, B. A. Tyurkologicheskie etyudy // Voprosy tyurkologii. - Baku, 1971.

20. Scherbak, A. M. Sravnitel'naya fonetika tyurkskih yazykov: avtoref. dis. ... d-ra filol. nauk. - L., 1968.

Статья поступила в редакцию 26.06.2011

УДК 801.1; 801.7

Kuzmina I.N. THE FOLDER STRUCTURE OF THE TEMPORAL DISCONTINUES IN THE GERMAN TEXT. The

article is devoted to the temporal structure problem in the germane text. The textual events can be presented with violate of the natural times order, what is conceded as temporal discontinues. The event's transposition has special pragmatically effects on the receiver, because the actual event is completed with supplementary information by the virtual past or future event. Difference in the pragmatically opportunities of the language means influences on the efficacy of the temporal discontinues and allow to build the functional semantic folder with two macro folders „Retrospection" and „Prospection".

Key words: the temporal discontinues, the textual category, the folder structure, the time order, textual events, pragmatically effects.

И.Н. Кузьмина, ст. преп. ФГБОУ ВПО ««АГАО», г. Бийск. E-mail: kusminai2009@yandex.ru

ПОЛЕВАЯ СТРУКТУРА ВРЕМЕННОГО ДИСКОНТИНУМА В НЕМЕЦКОМ ТЕКСТЕ

Статья посвящена проблеме темпоральной стратификации немецкого текста. Текстуальные события могут быть представлены при нарушении естественного течения времени, что рассматривается в качестве временного дисконтинуума. Перестановка событий оказывает прагматическое воздействие на адресата, когда актуальное событие дополняется информацией виртуальных событий прошлого или будущего. Дифференциация возможностей средств немецкого языка в реализации различных прагматических факторов обусловливает эффективность временного дисконтинуума в немецком тексте и инициирует построение его функционально-семантического поля с двумя микрополями «Ретроспекция» и «Про-спекция».

Ключевые слова: временной дисконтинуум, категория текста, полевая структура, временной порядок, текстуальные события, прагматические эффекты.

Описывая темпоральную структуру текстов различных типов, лингвисты (М.М. Бахтин, М.П. Брандес, У. Вейнрейх,

Д.С. Лихачев, З.Я. Тураева и другие) отмечают наличие непоследовательного, неестественного порядка изложения факту-альной информации в тексте, наряду с последовательным, естественным способом ее изложения. Статус текстовой категории такое явление получает в работах И.Р. Гальперина.

Ученый описывает временной дисконтинуум, как «нарушение логической последовательности изложения фактов, действий, событий во времени» [1, с. 44], реализуемое различными средствами языка в целях переосмысления фактов, событий, изложенных ранее (при ретроспекции), или определения фактов, важных для последующего развития сюжетной линии (при проспекции). Представленное И.Р. Гальпериным описание позволяет выделить характерные черты явления, релевантные для отбора и систематизации средств его языковой репрезентации в иноязычных текстах - онтологическое рассмотрение времени и прагматический характер неестественного порядка событий в тексте.

Онтологическое рассмотрение времени позволяет исследовать временную последовательность, как порядок событий, соответствующий или несоответствующий реальному течению времени: «прошедшее ^ настоящее ^ будущее» (континуальность) - «настоящее ^ прошлое», «настоящее ^ буду-

щее ^ настоящее» (дисконтинуальность). Прагматический характер нарушения временной последовательности выражается в возможности его использования в целях усиления воздействия текста на адресата, когда текстуальные события дифференцируются по степени релевантности.

1. In der Empfangshalle wartet Gitta auf die Ankunft der Linie б00 aus Berlin-Schonefeld (b), obgleich es die ganze Nacht gesturmt und geschneit hat (a) [2, с. 39].

2. Und auch den Konflikt und Gegensatz finde ich hier wieder“, sagte er (b), „die mich zu Hause qualten (a)“ [3, с. 10б].

3. „Denkst du (b), ich hatte das alles mitgemacht (a2), wenn ich dich nicht liebte (а1)?“ [4, с. 213].

В приведенных текстах события прошлого «а» представлены в неестественной с точки зрения реального времени постпозиции к событиям настоящего «b». При этом события настоящего являются актуальными на данный момент времени, а события прошлого предлагают лишь дополнительную информацию и поэтому могут характеризоваться в качестве неактуальных (виртуальных). В тексте (1) событие «b» дополнено информацией уточняющего плана (анти-аргументация), в тексте (2) идентификацию получают его качественные свойства, в тексте (3), наряду с идентификацией, при указании точного времени повышается его информационная достоверность.

4. «Ich bin dabei, etwas zu tun. Und niemand wird mich aufhalten“ (а + c). Dixie ruft (b) [4, с. 19].

5. Sie redeten vierundzwanzig Stunden uber das Land und die Stadt (а), die fur sie die beste Losung darstellen wurde (c). Sie redeten uber den Suden des Landes, Italien, Ungarn, Skandinavien und die USA (b) [5, с. 39].

6. Er nickte, aber er war nicht sicher, was es ihr bedeutete (а). „Werden wir zusammen wohnen?“ (c), fragte er (b) [6, с. 34].

В представленных текстах (4 - 6) ход событий, актуальных на каждый последующий отрезок времени «а» - «b» в текстах (4, 6) и образующих одно объемное актуальное событие «а + b» в тексте (5), преломляется виртуальным событием будущего «с». Здесь непоследовательная расстановка событий во времени иллюстрирует такое распределение информационной нагрузки, когда события настоящего представляют информацию основную, а виртуальные события будущего в неестественной для них препозиции дополняют их: уточняется состояние субъекта речи (текст 4), обеспечивается идентификация объектов речи (тексты 5, 6). Различное воздействие перестановки событий на адресата обеспечивается вариативностью средств ее реализации.

Во всех представленных текстах (1-6) временной дисконтинуум инициирован соотношением времен: «презенс - перфект», «презенс - претерит», «презенс - плюсквамперфект -претерит» (ретроспекция), «презенс - футур I + футур I - пре-зенс», «претерит - конд. I + конд. I - претерит», «претерит -футур I + футур I - претерит» (проспекция). При эксплицитной представленности событий их неестественная с очки зрения реального времени позиция по разному воздействует на адресата. В актуализации временного дисконтинуума также участвуют и другие грамматические и лексические средства. Например, сложноподчиненное предложение с придаточным уступки (obgleich) в тексте (1) реализует прерывание межсо-бытийной связи при ее эксплицитной выраженности. Но такой тип предложений изначально реализует только один прагматический фактор временного дисконтинуума - уточнение актуальной информации, поскольку здесь предлагается аргументация актуального события. В этом случае нет четкой отнесенности сопоставляемых событий к разным временным пространствам (ich aber nicht du muss dorthin fahren), что снижает степень воздействия временного дисконтинуума на адресата, несмотря на его эксплицитную выраженность. Такие средства, как «gestern», «im April» при указании точного времени реализуют только один прагматический фактор временного дисконтинуума (повышение достоверности актуальной информации) при средней степени его эффективности в тексте, поскольку лексемы изначально только имплицируют прерывание связи за счет сем «предшествование/ следование к моменту речи, как актуальному событию», «дистанцирован-ность событий во времени».

Дифференциация средств немецкого языка в реализации временного дисконтинуума с различной степенью эффективности его воздействия на адресата указывает на возможность построения функционально-семантического поля, включающего два микрополя (микрополе ретроспекции и микрополе проспекции), каждое из которых имеет собственные центральные и периферийные конституенты.

Средства временного дисконтинуума включаются в оптимизацию информативного фонда текста, когда виртуальное событие в качестве менее значимого смыслового элемента обеспечивает реализацию одного из прагматических факторов: увеличение объема, повышение достоверности, уточнение или идентификация актуальной информации. Поэтому приоритетным при членении поля становится прагматический фактор. Наиболее эффективное воздействие временного дисконтинуума производится при реализации всех его установленных категориальных признаков. 1) эксплицитная представленность актуального и виртуального событий; 2) отнесенность актуального и виртуального событий к разным вре-

менным сферам («настоящее - прошлое», «будущее - настоящее», «настоящее - будущее - настоящее); 3) реализация фактора перестановки событий, обеспечиваемая семами «дистан-цированность во времени», «неадекватное следствие» при скрытой выраженности временного дисконтинуума и узуальной позицией компонентов в предложении, комплексе предложений при его явной выраженности.

Средство, способное в разных текстах реализовать различные прагматические факторы, а также все свойства явления, обладает высоким прагматическим потенциалом и поэтому может рассматриваться в качестве центрального кон-ституента поля. Если в разных текстах языковым средством обеспечивается оптимизация информационного фонда при реализации только одного прагматического фактора и всех или двух категориальных признаков временного дисконтинуума, прагматическая ценность репрезентантов характеризуется как средняя или низкая.

Анализ порядка 5000 немецких текстов с непоследовательным представлением событий во времени, позволил выделить 17 инвариантных средств его реализации. Соотношение времен «Prasens - Perfekt» является ядром общего поля в силу обратно направленного характера дисконтинуальности, и в ретроспективном, и в проспективном планах: в действительности прошлое предшествует настоящему, а настоящее - будущему. Это средство также способно соотносить разные временные сферы в прошлом и в будущем.

Доминантами каждого микрополя являются «Prasens -Perfekt» и «Prasens - Futurum I + Futurum I - Prasens», поскольку такие средства иллюстрируют высокую степень актуальности и эффективности перестановки событий в одной из плоскостей времени. Их реализация инициирует перестановку событий в целях дополнения актуальной информации информацией разного характера. Центральная зона представлена функциональными синонимами к доминантам: «Prateritum -Plusquamperfekt», «Prateritum - Konditional I + Konditional I -Prateritum» и их вариациями, которые также иллюстрируют высокую информативную и прагматическую ценность явления в разных немецких текстах.

Периферия представлена средствами, реализующими только один прагматический эффект временного дисконтинуума при его средней или низкой степени актуальности и эффективности в немецком тексте. Периферия микрополя ретроспекции представлена конституентами „fruher“, „gestern“, „sich erinnern“, „noch“, „ahnlich“, „kennen“, „langst“ и сложноподчиненными предложениями с союзами „nachdem“, „weil“ и „da”. Периферия микрополя проспекции представлена конституентами „spater“, „morgen“, „vorhaben“, “zum ersten Mal“, „fur immer“, „aber“, а также сложноподчиненными предложениями с союзами „bevor“, „damit“.

Указанные лексические средства изначально имплицируют прерывание межсобытийной связи в тексте по временному или каузальному факторам при реализации прагматических факторов. Такими средствами обеспечивается увеличение объема актуальной информации (fruher, spater, ahnlich), ее идентификация (sich erinnern, kennen), повышение достоверности ^stern, morgen), уточнение (langst, fur immer, aber).

Сложноподчиненными предложениями обеспечивается эксплицитная представленность межсобытийной связи, тогда как ее прерывание, как и соотнесенность с разными временными сферами изначально не предполагается. Так, например, сложноподчиненное предложение с союзом „damit“ всегда предполагает сопоставление события настоящего с виртуальным событием будущего, как целью, но препозиция придаточного предложения не входит в норму его организации, снижая, тем самым, эффект перестановки событий. В сложноподчиненном предложении с союзом „nachdem“ не является узуальной ни пре-, ни постпозиция придаточного предложения; также нет четкой отнесенности событий к сфере настоящего, прошедшего или будущего. Поэтому сложноподчинен-

ные предложения такого плана также инициируют пониженный прагматический эффект временного дисконтинуума в немецком тексте в целях уточнения актуальной информации.

Поводя итог, можно отметить, что временной дисконтинуум с точки зрения степени его воздействия на адресата в немецком тексте может быть представлен в качестве функционально-семантического поля с двумя микрополями (ретроспекции и проспекции), каждое из которых имеет собственные конституенты. Позиция конституентов в той или иной

зоне обусловлена их возможностями в реализации релевантных признаков категории, а также прагматических факторов, оптимизирующих информационный объем текста с большей или меньшей степенью эффективности. Функциональносемантическое поле временного дисконтинуума отражает общие закономерности реализации категории в немецком тексте и может дополнить существующие исследования о способах повышения информативности продуцируемых текстов на немецком языке.

Библиографический список

1. Гальперин, И.Р. Ретроспекция и проспекция в тексте // Филологические науки. - 1980. - № 5.

2. Schulz, Max Walter. Die Fliegerin oder Aufhebung einer Stummen Legende. - Leipzig: Mitteldeutscher Verlag Halle-Leipzig, 1998.

3. Mann, T. Tristan. - M.: Raduga - Verlag, 2002.

4. Nowotny, Joachim. Abschiedsdisko. - Berlin: Kinderbuchverlag „Edition Holz“, 1981.

5. Schulze, Inge. Adam und Evelyn. - Berlin: BV Berlin Verlag GmbH, 2008.

6. Klugmann, N. Der ungtocklichste Mann der Welt. - Hamburg: Wunderlich - Verlag GmbH, 1998.

Bibliography

1. Gal'perin, I.R. Retrospektsija i prospektsija v texte // Filologicheskije nauki. - 1980. - № 5.

2. Schulz, Max Walter. Die Fliegerin oder Aufhebung einer Stummen Legende. - Leipzig: Mitteldeutscher Verlag Halle-Leipzig, 1998.

3. Mann, T. Tristan. - M.: Raduga - Verlag, 2002.

4. Nowotny, Joachim. Abschiedsdisko. - Berlin: Kinderbuchverlag „Edition Holz“, 1981.

5. Schulze, Inge. Adam und Evelyn. - Berlin: BV Berlin Verlag GmbH, 2008.

6. Klugmann, N. Der unglucklichste Mann der Welt. - Hamburg: Wunderlich - Verlag GmbH, 1998.

Статья поступила в редакцию 26.06.2011

УДК 811.161.1. + 81.366.53

Shkuropackaya M.G. CATEGORY NUMBER OF THE NOUN AS A SPHERE OF INTERACTION BETWEENGRAMMAR AND VOCABULARY. The article contains a new understanding of the numerical correlations unconsidered of nouns with positions the derivation lexicology.

Key words: a noun, a grammatical category, the number.

М.Г. Шкуропацкая, проф. ФГБОУ ВПО ««АГАО», г. Бийск, E-mail: marina-shkuropac@mail.ru

КАТЕГОРИЯ ) ИСЛА ИМЕНИ СУЩЕСТВИТЕЛЬНОГО КАК СФЕРА ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ МЕЖДУ ГРАММАТИКОЙ И ЛЕКСИКОЙ

В статье содержится новое осмысление числовых корреляций несчитаемых имен существительных с позиций деривационной лексикологии.

Ключевые слова: имя существительное, грамматическая категория, число.

Объектом нашего рассмотрения является семасиологическая вариативность форм числа в системе субстантивного формообразования, которую мы попытаемся рассмотреть с позиций деривационной лексикологии. Главная детерминоло-гическая задача деривационной лексикологии и шире - деривационной грамматики - заключается в выявлении и описании источников деривационной энергетики слова. (и его формы), которая обнаруживается в возникновении и сохранении потенциала его деривационного функционирования. Деривационные механизмы языка формируются и управляются законами и правилами, принадлежащими самому языку; они не выходят за рамки текстов, обращены к текстам и направлены на удовлетворение потребностей говорящих в их построении. Эти правила являются строгими и подчиняются принципу внутрисистемной детерминации, и языкоречевая материя представляется в виде самодетерминирующейся и саморазви-вающейся системы, несущей в себе потенции своей активности. В этом смысле, дериватологическая концепция языка соотносится с синергетикой, рассматривающей развитие, воз-

никновение нового как свойство, имманентно присущее материи. Это позволяет высказать предположение, что механизм осуществления деривации в языке носит синергетический характер.

Перейдем непосредственно к объекту описания. Понятие количества применимо только к существительным, обозначающим конкретные предметы (стол - столы, дом - дома, девушка - девушки, старик - старики). Тем не менее все существительные в русском языке ведут себя как принадлежащие либо к единственному, либо к множественному числу. Иными словами, грамматическая категория числа должна быть определена как по отношению к исчисляемым, так и неисчисляемым 8^и1апа 1ап1ит и р1игаНа 1аП;ит. Неизбежно возникает конфликт между специфическими свойствами данного значения и обязательностью его выражения. В литературе представлено различное осмысление данного конфликта, и, соответственно, различное теоретическое его истолкование, определяющее суть семантической специфики категории числа и статус данной категории в общей системе грамматиче-