ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО НАДЗОРА ЗА ЛИЦАМИ, СОВЕРШИВШИМИ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЕ И ЭКСТРЕМИСТСКИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН

УДК 343.214

https://doi. org/10.53993/2078-3914/2022/2(51 )/98-107

К. Х. Рахимбердин

ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО НАДЗОРА ЗА ЛИЦАМИ, СОВЕРШИВШИМИ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЕ И ЭКСТРЕМИСТСКИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН

Статья посвящена отдельным аспектам правового регулирования административного надзора за осужденными, отбывшими наказание в виде лишения свободы за преступления террористической и экстремистской направленности, на основе использования инструментария законодательства Республики Казахстан. Данная проблема, в контексте посткриминального контроля, затрагивается в законодательных актах Республики Казахстан. В статье отмечается тесная связь мер административного надзора с предупреждением экстремистской и террористической преступности и на основе концептуальных подходов, сложившихся в юридической науке, раскрывается сущность административного надзора как особой формы посткриминального контроля в отношении лиц, отбывших наказание за преступления террористической и экстремистской направленности и сохраняющих высокий риск рецидивных преступлений. В статье на основе использования методологического подхода криминопенологической науки предпринят обстоятельный доктринальный и правовой анализ положений Закона РК «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» в части его принципов, определения содержания административного надзора, правовых ограничений, возлагаемых на осужденных, их правового статуса, алгоритма осуществления административного надзора. В статье отмечается, что несомненное достоинство законодательного регулирования административного надзора в Казахстане не исключает его недостатков. Эти недостатки, в частности, обусловлены неполным учетом криминологических особенностей личности осужденных экстремистов и террористов при конструировании правовых ограничений, возлагаемых на них, отсутствием перечня мер ресоциализации осужденных, неиспользованием законодателем инструментария судебного и общественного контроля для повышения эффективности административного надзора.

В статье содержатся оригинальные авторские предложения относительно совершенствования правового регулирования административного надзора в Казахстане, уточнения его юридических признаков и улучшения механизма реализации, заслуживающие внимание законодателя и правоприменительной практики. Имеющиеся выводы и предложения в статье являются полезными для развития отечественного права, криминологии и деликтологии в аспекте предупреждения террористической и экстремистской преступности.

Ключевые слова: административный надзор; Казахстан; профилактика; предупреждение; наказание; уголовный закон; осужденные; освобождение из мест лишения свободы; терроризм; экстремизм.

© Рахимбердин К. Х., 2022 © Rakhimberdin K. Kh., 2022

Для цитирования: Рахимбердин К. Х. Проблемы правового регулирования административного надзора за лицами, совершившими террористические и экстремистские преступления в Республике Казахстан // Вестник Кузбасского института. 2022. № 2 (51). С. 98-107. https://doi.org/10.53993/2078-3914/2022/2(51)/98-107.

K. Kh. Rakhimberdin

PROBLEMS OF LEGAL REGULATION OF ADMINISTRATIVE SUPERVISION OF PERSONS WHO HAVE COMMITTED TERRORIST AND EXTREMIST CRIMES IN THE REPUBLIC OF KAZAKHSTAN

The article offered to readers is devoted to certain aspects of the legal regulation of administrative supervision of convicts who have served a sentence of imprisonment for crimes of terrorist and extremist orientation based on the use of the tools of the legislation of the Republic of Kazakhstan. This problem, in the context ofpost-criminal control, is addressed in legislative acts of the Republic of Kazakhstan. The article notes the close connection of administrative supervision measures with the prevention of extremist and terrorist crime and, based on the conceptual approaches developed in legal science, reveals the essence of administrative supervision as a special form ofpost-criminal control in relation to persons who have served sentences for crimes of terrorist and extremist orientation and maintain a high risk of recidivism. The article, based on the use of the methodological approach of criminopenological science, undertook a thorough doctrinal and legal analysis of the provisions of the Law of the Republic of Kazakhstan "On Administrative supervision of persons releasedfrom prison " in terms of its principles, determining the content of administrative supervision, legal restrictions imposed on convicts, their legal status, the algorithm of administrative supervision. The article notes that the undoubted advantage of the legislative regulation of administrative supervision in Kazakhstan does not exclude its shortcomings. These shortcomings, in particular, are due to incomplete consideration of the crimino-logical characteristics of the personality of convicted extremists and terrorists, when constructing legal restrictions imposed on them, the lack of a list of measures for the resociali-zation of convicts, the failure of the legislator to use the tools of judicial and public control to increase the effectiveness of administrative supervision.

In this regard, the article contains original author's proposals on improving the legal regulation of administrative supervision in Kazakhstan, clarifying its legal features and improving the implementation mechanism, which deserve the attention of the legislator and law enforcement practice. The available conclusions and suggestions in the article are useful for the development of domestic law, criminology and delectology in the aspect of preventing terrorist and extremist crime.

Keywords: administrative supervision; Kazakhstan; prevention; prevention; punishment; criminal law; convicts; release from prison; terrorism; extremism.

For citation: Rakhimberdin K. Kh. Problems of legal regulation of administrative supervision of persons who have committed terrorist and extremist crimes in the Republic of Kazakhstan. Vestnik Kuzbasskogo instituta [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2022, no. 2 (51), p. 98-107. https://doi.org/10.53993/2078-3914/2022/2(51)/98-107.

Одним из вариантов ответа на террористическую и экстремистскую преступность в Республике Казахстан явля-

ется административный надзор. Он образует комплекс полицейских, превентивных мер безопасности, которые при-

меняются к осужденным после отбытия ими наказания в виде лишения свободы.

Административный надзор как специфический механизм осуществления контрольно-профилактической, полицейской деятельности имеет важное значение в отношении лиц, отбывших наказания в условиях изоляции от общества. В этом качестве он выступает как специфическая форма посткриминального контроля, существующая в законодательстве ряда современных государств и в Республике Казахстан. Надзор является особой властно-распорядительной регулятивной деятельностью по оказанию воздействия на осужденных, отбывших наказание в пенитенциарных учреждениях.

Формулировка «административный» указывает на то, что, во-первых, это деятельность, осуществляемая уполномоченными государственными органами (органами внутренних дел) от имени публичной администрации. Во-вторых, данный надзор устанавливается на основании судебного акта и с использованием специфических административных процедур. В связи с этим заслуживают пристального внимания основания и пределы установления административного надзора, вопросы его продолжительности, динамики и интенсивности, а также содержания правоограничений административного (полицейского

надзора).

Данный надзор в отношении специфических адресатов — осужденных за преступления террористической и экстремистской направленности — следует рассматривать в различных аспектах: 1) как функцию публичной администрации и, соответственно, органов внутренних дел; 2) как инструментарий властного, контрольно-профилактического воздействия на осужденных, ранее отбывавших наказание в виде лишения свободы; 3) как систему мер постпенитенциарной безопасности; 4) как комплекс правовых средств-ограничений, реали-

зуемых в рамках административных процедур; 5) как организационно-правовой механизм обеспечения социальной реинтеграции лиц, освободившихся из мест лишения свободы; 6) как завершающий этап осуществления посткриминального контроля применительно к лицам, совершившим преступления террористической и экстремистской направленности.

Административный надзор — это исключительно серьезное организационно-правовое вмешательство государства в сферу жизнедеятельности определенных категорий граждан. Как отмечал Н. В. Щедрин, важнейшим основанием для такого вмешательства выступает поведение лиц, являющихся «источником повышенной опасности» [1, с. 200]. Солидаризируясь с подобным подходом специалиста в области криминальной деликтологии, мы полагаем, что системным основанием установления режима административного надзора за лицами, осужденными в связи с совершением преступлений террористической и экстремистской направленности, следует считать наличие фактических данных, свидетельствующих о сохранении общественной опасности личности террориста или религиозного экстремиста даже после отбытия наказания в виде лишения свободы. Сохранение этой общественной опасности требует привлечения ресурсов административно-полицейского контроля, позволяющего блокировать ее разрушительные проявления. В то же время необходимо помнить, что реализация мер рассматриваемого надзора требует соблюдения разумного и обоснованного баланса между интересами безопасности общества и ценностями индивидуальной свободы личности, признаваемыми и охраняемыми в условиях правового, демократического государства. Административный надзор должен выстраиваться на основе необходимой достаточности мер применения и минимального вмеша-

тельства со стороны публичной администрации, направленных на решение задач уголовной политики государства.

Республика Казахстан стала первой страной на евразийском пространстве, где на законодательном уровне был сконструирован институт административного надзора за лицами, освобожденными из мест лишения свободы.

15 июля 1996 г. был принят Закон РК № 28-1 «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» [2] (далее — Закон «Об административном надзоре в РК»). В этот законодательный акт вносились изменения. Так, в частности, Законом РК от 18.04.2017 № 58-6 было введено наименование «учреждения уголовно-исполнительной системы», заменившее формулировку «исправительные учреждения». Таким образом, Закон «Об административном надзоре в РК», принятый еще в прошлом веке, насчитывает 25 лет своего применения.

Административный надзор в отношении лиц, совершивших преступления террористической и экстремистской направленности, устанавливается, поскольку поведение данных лиц часто свидетельствует об их высокой общественной опасности. В юридической науке сложилось весьма устойчивое представление о том, что общественная опасность заключается в достаточно высокой и объективно существующей вероятности совершения упомянутыми осужденными нового преступления в кратчайший период после освобождения из пенитенциарного учреждения. В мировой практике данная проблема, в частности, решается путем системной оценки рисков поведения осужденного и с использованием результатов социально-правового исследования личности, осуществляемого службой пробации. Мировой опыт исполнения наказаний обращает внимание на необходимость постпенитенциарной ресоциализации осужденных как ключе-

вого условия их возвращения к нормальной, самостоятельной и ответственной жизни за стенами пенитенциарных учреждений. Это, в свою очередь, предполагает включение ряда контрольно-надзорных средств воздействия на осужденных. В Республике Казахстана функция постпенитенциарного воздействия на осужденных за террористические и экстремистские преступления принадлежит административно-полицейскому надзору.

Административный надзор — это специфическая властно-

предупредительная деятельность органов внутренних дел, которая заключается в применении разнообразного организационного и правового инструментария воздействия на лиц, поведение которых выступает источником повышенной деликтной опасности новых экстремистских и террористических преступлений после отбытия наказания в виде лишения свободы.

В соответствии со ст. 1 Закона РК «Об административном надзоре» данный надзор определен как форма предупреждения рецидивной преступности и как принудительная мера в виде установления наблюдения за поведением лиц, освобожденных из мест лишения свободы, в отношение которых установлены ограничения в целях предупреждения правонарушений. Следует отметить, что казахстанский законодатель неоправданно смешал наблюдение и надзор — различные по своей природе формы посткриминального контроля. Надзор невозможно свести к наблюдению, поскольку он сопровождается властными полномочиями субъектов такого контроля и их юридической возможностью воздействовать на поведение поднадзорных.

Заслугой казахстанского законодателя является четкое обозначение им среди адресатов административного надзора лиц, осужденных за террористические или экстремистские преступле-

ния (п. «а» ч. 1 ст. 2 Закона «Об административном надзоре в РК»). При этом одним из оснований для установления режима административного надзора является вступивший в законную силу приговор суда, признавший лицо террористом или экстремистом (ст. 3 Закона «Об административном надзоре в РК»). Представляется, что установление административного надзора в законодательстве Республики Казахстан детерминируется рядом юридических фактов. Прежде всего это юридический факт признания осужденного террористом или экстремистом. Далее следует юридический факт отбывания им наказания в виде лишения свободы. Следующим по очередности выступает юридический факт — освобождение такого осужденного из мест лишения свободы. И наконец, важным правоустанавливающим юридическим фактом является решение судьи районного (городского) суда о направлении бывшего заключенного на административный надзор. Алгоритм этого направления раскрывается в ст. 5 Закона «Об административном надзоре в РК». В этот алгоритм включаются следующие элементы: 1) мотивированное представление начальника учреждения уголовно-исполнительной системы по конкретному осужденному за преступление экстремистской и террористической направленности; 2) копии приговоров и материалы, свидетельствующие о необходимости установления административного раздора; 3) постановление суда об установлении административного надзора с указанием его продолжительности; 4) направление копии данного постановления суда для исполнения начальнику территориального органа внутренних дел по месту жительства поднадзорного и для извещения — начальнику учреждения уголовно-исполнительной системы, в котором отбывал наказание осужденный.

В соответствии со ст. 6 Закона «Об административном надзоре в РК» его

продолжительность в отношении осужденных за террористические и экстремистские преступления устанавливается на срок от шести месяцев до трех лет. Следует отметить, что такая продолжительность административного надзора является наиболее оптимальной и соответствует рекомендациям пенологиче-ской науки. При этом в Законе определено, что возможность продления административного надзора на срок шесть месяцев, но не более двух лет наступает по решению суда, если поднадзорный нарушил установленный режим ограничений или совершил правонарушение в период надзора. Возможность подобного продления фактически допускается не более трех раз.

В ст. 7 Закона «Об административном надзоре в РК» предусмотрены правовые ограничения в отношении его адресатов. Их установление зависит от уровня общественной опасности личности поднадзорного, его образа жизни, поведения в семье и по месту жительства. Данные правовые ограничения заключаются в запретах следующего характера:

1) покидать жилище в определенное органами внутренних дел время;

2) пребывать в определенных органами внутренних дел местах района (города);

3) выезжать за пределы района (города) без разрешения органов внутренних дел, осуществляющих надзор;

4) разыскивать, посещать, вести телефонные переговоры и общаться иным способом с несовершеннолетними без согласия их родителей либо законных представителей;

5) употреблять алкогольные напитки, наркотические средства, психотропные вещества.

Вполне очевидно, что перечисленные запреты имеют выраженную профилактическую направленность на снижение рисков совершения поднадзорным нового преступления. Запрет разыски-

вать, посещать, вести телефонные переговоры и общаться иными способами с несовершеннолетними без согласия их родителей или их законных представителей призван способствовать нейтрализации возможности осужденных за террористические и экстремистские преступления вести пропаганду своих идей среди несовершеннолетних. Известно, что именно в молодежной среде экстремисты пытаются найти свою «аудиторию» и вербовать кадры для различных акций радикального толка. Поэтому упомянутый запрет весьма уместен. В то же время, на наш взгляд, перечень правовых ограничений в отношении осужденных — экстремистов и террористов не в полной мере учитывает особенности их личности и социально-криминологические основания конструирования запретов. Думается, что этот перечень законодателю следует расширить, дополнив запреты юридическими обязанностями как разновидностью правовых ограничений. Это должен сделать законодатель, поскольку согласно ст. 8 Закона «Об административном надзоре в РК» перечень ограничений для поднадзорных является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Контроль над лицами, находящимся в режиме административного надзора, реализуется посредством их учета и осуществления сотрудниками органов внутренних дел своих служебных обязанностей. На основании ст. 12 Закона «Об административном надзоре в РК» сотрудники органов внутренних дел при реализации его мероприятий обязаны:

1) после постановки на учет лица, за которым установлен административный надзор, обеспечить его явку в службу пробации для получения социально-правовой помощи и направить в адрес вышеуказанной службы копию постановления суда об установлении административного надзора;

2) систематически наблюдать за поведением лица, за которым установлен административный надзор, по месту его жительства и работы;

3) предупреждать и пресекать нарушения лицом, за которым установлен административный надзор, общественного порядка, прав и законных интересов человека и гражданина;

4) составлять в установленном порядке протоколы о нарушениях правил административного надзора и направлять их для рассмотрения в суд.

Таким образом, казахстанский законодатель упоминает об участии службы пробации в оказании социально-правовой помощи поднадзорному. Такое участие находится в русле деятельности постпенитенциарной пробации [3, с. 91]. Фактически служба пробации признается одним из субъектов осуществления административного надзора за лицами, совершившими преступления террористической и экстремистской направленности. Правда, этим упоминанием законодатель ограничился, не обозначив механизм взаимодействия службы проба-ции и территориальных органов внутренних дел в процессе административного надзора.

Наряду с обязанностями сотрудники органов внутренних дел пользуются комплексом прав в отношении обеспечения режима административного надзора. В соответствии со ст. 13 Закона «Об административном надзоре в РК» сотрудники органов внутренних дел при его осуществлении имеют право:

1) запрашивать и получать сведения о поведении поднадзорного от администрации организации, независимо от форм собственности, по месту его работы и жительства, а также от граждан;

2) вызывать поднадзорного на собеседования в органы внутренних дел, проводить собеседование в присутствии родственников поднадзорного при их согласии;

3) требовать от поднадзорного устные и письменные объяснения по вопросам, связанным с исполнением правил административного надзора;

4) посещать в любое время суток жилище поднадзорного с целью наблюдения за его поведением и соблюдением им установленных ограничений. При этом не допускается производство осмотра, обыска иначе как в случаях и в порядке, установленных законодательством.

5) использовать электронные средства слежения, перечень которых определяется Правительством Республики Казахстан, для осуществления надлежащего административного надзора и получения информации о месте нахождения лица, за которым установлен административный надзор. Порядок применения электронных средств слежения и организация деятельности органов внутренних дел по осуществлению административного надзора определяются Министерством внутренних дел Республики Казахстан.

Как следует из данного перечня, режим административного надзора за осужденными, совершившими преступления экстремистской и террористической направленности, предусматривает использование средств электронного контроля в целях фиксации нарушений данного режима и их профилактики. Это сближает административный надзор с технологичными мерами пробационного контроля. Достаточно спорно, на наш взгляд, с позиции прав человека выглядит юридическая возможность сотрудников ОВД посещать в любое время суток жилище поднадзорного с целью наблюдения за его поведением и соблюдением правовых ограничений. Законодатель оговаривает, что во время таких посещений не допускается возможность осмотра жилого помещения, обыска без учета требований уголовно-

процессуального законодательства. Однако, несмотря на эту оговорку, посеще-

ние жилища поднадзорного в любое время (а значит, в ночное время) суток без необходимых оснований и только по усмотрению сотрудников органов внутренних дел выглядит чрезмерным вмешательством в частную жизнь граждан. Помимо бытовых неудобств, оно может провоцировать конфликтные ситуации с поднадзорным, а религиозных экстремистов убеждать в том, что между ними и органами государственной власти существует «глухая стена» противостояния.

Режим административного надзора прекращается по завершению его срока и при отсутствии оснований для продления. Он может быть прекращен и досрочно, если судом будут получены фактические данные, свидетельствующие об уменьшении общественной опасности поднадзорного, его исправлении. При этом четкие критерии изменений отсутствуют, и упоминается только положительная характеристика по месту жительства или работы. Кроме того, административный надзор подлежит прекращению, если наступило психическое расстройство здоровья поднадзорного, требующее его принудительной изоляции и лечения в стационаре. Согласно ст. 15 Закона «Об административном надзоре в РК» административный надзор прекращается постановлением суда и начальника территориального органа внутренних дел. Данное постановление объявляется поднадзорному под роспись.

Казахстанский законодатель сконструировал целый ряд юридических обязанностей поднадзорных, которые детерминируются правовыми ограничениями режима административного надзора. Исходя из содержания ст. 16 Закона «Об административном надзоре в РК», его адресаты обязаны:

1) соблюдать установленные в отношении их ограничения, предусмотренные институтом административного надзора;

2) являться по вызову в органы внутренних дел в указанный срок и давать устные и письменные объяснения по вопросам, связанным с исполнением правил административного надзора;

3) в течение суток уведомлять сотрудников органа внутренних дел, осуществляющих административный надзор, о перемене места работы и жительства, а также о выезде за пределы района (города) по служебным и личным делам;

4) при выезде с разрешения органа внутренних дел в другой населенный пункт и нахождении там более суток зарегистрироваться в местном органе внутренних дел для осуществления контроля над его поведением;

5) не покидать территорию Республики Казахстан до окончания срока административного надзора.

Несомненно, эти обязанности призваны способствовать реализации мер постпенитенциарной безопасности и имеют предупредительный характер. Данное обстоятельство особенно важно учитывать в отношении контроля над передвижением и родом занятий лиц, ранее отбывших наказание в связи с совершением преступлений террористической и экстремистской направленности.

Следует отметить, что законодатель предусматривает не только обязанности, но и права поднадзорных. Так, в соответствии со ст. 17 Закона «Об административном надзоре в РК» его адресаты имеют право:

1) знакомиться в суде с материалами дела об установлении административного надзора и применении ограничений;

2) давать объяснения, представлять доказательства;

3) заявлять ходатайства о досрочном прекращении административного надзора, отмене установленных в отношении его ограничений, краткосрочном выезде с постоянного места жительства;

4) знакомиться в органе внутренних дел с постановлением о прекращении административного надзора.

Очевидно, что «список» прав поднадзорных в основном сводится к их информированию о порядке и условиях осуществления административного

надзора и к заявлению ходатайств о досрочном прекращении его режима, об отмене установленных правовых ограничений. Конечно, это важно, но в перечне прав поднадзорных отсутствует право индивидуальной жалобы. Поэтому ст. 17 Закона «Об административном надзоре в РК» должна предусматривать юридическую возможность обжаловать неправомерные действия органов и служб, контролирующих осужденных, и после освобождения из пенитенциарных учреждений.

Законодателем оговаривается, что поднадзорный, допустивший нарушение режима административного надзора, привлекается к ответственности в порядке, установленном законом Республики Казахстан. При этом не уточняется, какова юридическая природа данной ответственности.

Контроль над соблюдением законности в процессе административного надзора за лицами, совершившими преступления террористической и экстремистской направленности, осуществляется Генеральным прокурором РК и подчиненными ему прокурорами. В соответствии со ст. 20 Закона «Об административном надзоре в РК» «постановление судьи об установлении административного надзора может быть отменено или изменено по протесту прокурора или непосредственно вышестоящим судом в порядке, установленном законодательством Республики Казахстан».

Таким образом, казахстанский законодатель предусмотрел, что контрольные полномочия за осуществлением режима административного надзора возлагаются только на органы прокуратуры Республики Казахстан. При этом ин-

струментария судебного контроля не предусмотрено. Отсутствует также общественный контроль, хотя, как мы полагаем, на сферу административного надзора за осужденными, особенно в части их вызова в органы внутренних дел и в посещении по месту жительства, должна распространяться деятельность Национального превентивного механизма (НПМ). Полагаем, что отсутствие упоминания о судебном и общественном контроле противоречит принципам правового государства, закрепленного в Конституции Республики Казахстан. Кроме того, Закон «Об административном надзоре в РК» не предусматривает каких-либо конкретных мер по ресоциализации поднадзорных — экстремистов и террористов, что говорит о его слабой корреляции с нормами уголовно-исполнительного законодательства Республики Казахстан, посвященными ресоциализации осужденных.

Следует отметить, что уголовное законодательство Республики Казахстан предусматривает ответственность за нарушение режима административного надзора по ст. 431 УК РК [4]. Состав уклонения от административного надзора сконструирован в главе 17 УК РК «Уголовные правонарушения против правосудия и порядка исполнения наказаний». Он предусматривает криминализацию самовольного оставления поднадзорным места жительства или неприбытия поднадзорного в течение пяти суток к избранному месту жительства после освобождения из мест лишения без уважи-

тельных причин. При этом органы досудебного расследования преступлений не обязаны доказывать наличие специальной цели уклонения от административного надзора. Достаточно установить лишь сам юридический факт его нарушения с признаками, закрепленными в ст. 431 УК РК. Наряду с этим санкция упомянутой статьи УК РК включает лишение свободы как вид наказания. Думается, что это оправданный шаг казахстанского законодателя, поскольку угроза изоляции от общества с достаточно высокой долей вероятности может удерживать поднадзорного от уклонения от административного надзора. Другие санкции подобным предупредительным потенциалом не обладают. Следует отметить, что статистика привлечения к уголовной ответственности за уклонение от административного надзора в Республике Казахстан выглядит следующим образом: в 2018 г. ст. 431 УК РК была применена в отношении 12 осужденных; в 2019 г. — 5 осужденных; в 2020 г. уголовную ответственность по ст. 431 УК РК понесли 4 чел. [5].

В целом, несомненно, можно утверждать, что наиболее полное и детальное правовое регулирование административного надзора за лицами, совершившими преступления террористической и экстремистской направленности, на сегодняшний день существует в Республике Казахстан, и его опыт может быть учтен в Российской Федерации и государствах Центральной Азии.

Литература

1. Концептуально-теоретические основы правового регулирования и применения мер безопасности: монография / под ред. Н. В. Щедрина. — Красноярск: СФУ, 2010. — 324 с.

2. Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы: Закон Республики Казахстан от 15.07.1996. — URL: https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z960000028_/z960028.htm (дата обращения: 28.04.2022).

3. Рахимбердин, К. Х., Гета, Ю. Р. Пробация в Казахстане: уникальный опыт становления и развития на современном этапе // Вестник Института законодательства и правовой информации Республики Казахстан. — 2020. — № 4.

4. Уголовный кодекс Республики Казахстан от 03.07.2014 № 226-V ЗРК. — URL: http://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000226#z7 (дата обращения: 28.04.2022).

5. Форма № 1-М. Отчет о зарегистрированных преступлениях и результатах деятельности органов уголовного преследования за 12 мес. 2020 г. — URL: https://qamqor.gov.kz/portal/page/portal/POPageGroup/Services/Pravstat7_piref36_2581

57_36_223082_223082._ora_navigState=eventSubmit_doSearch %3D %25D0 %259F

%25D0 %25BE %25D0 %25B8 %25D1 %2581 %25D0 %25BA %26p_YEAR %3D202 0 %26p_MONTH %3D12 %26p_AREA %3D190000 %26p_REG %3D1900__ %26p_ DEP %3D000 %26page %3Dmode_report %26currPage %3D1&_piref36_258157_36_2 23082_223082._ora_navigValues= (дата обращения: 28.04.2022).

References

1. Konceptual'no-teoreticheskie osnovy pravovogo regulirovanija i primenenija mer bezopasnosti [Conceptual and theoretical foundations of legal regulation and the application of security measures]. Ed. by N. V. Shedrin. Krasnoyarsk, SFU, 2010. — S.200.

2. Ob administrativnom nadzore za licami, osvobozhdennymi iz mest lishenija svobody ["On administrative supervision of persons released from prison"]. Law of the Republic of Kazakhstan of July 15, 1996. URL: https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z960000028_/z960028.htm (accessed 4/28/2022).

3. Rakhimberdin K. H., Geta Yu. R. Probacija v Kazahstane: unikal'nyj opyt stanovlenija i razvitija na sovremennom jetape [Probation in Kazakhstan: a unique experience of innovation and development at the modern stage]. Vestnik Instituta zakonodatel'stva i pravovoj informacii Respubliki Kazahstan [Bulletin of the Institute of Legislation and Legal Information of the Republic ofKazakhstan], 2020, no. 4, S.91.

4. Ugolovnyj kodeks Respubliki Kazahstan [Criminal Code of the Republic of Kazakhstan dated July 3, 2014 No. 226-V]. URL: http://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000226#z7 (accessed 4/28/2022).

5. Forma № 1-M. Otchet o zaregistrirovannyh prestuplenijah i rezul'tatah dejatel'nosti organov ugolovnogo presledovanija za 12 mes. 2020 g. [Form No. 1-M Report on Registered Crimes and Results of Conduct of Criminal Prosecution Bodies for 12 Months 2020]. URL: https://qamqor.gov.kz/portal/page/portal/POPageGroup/Services/Pravstat7_piref36_2581 57_36_223082_223082.__ora_navigState=eventSubmit_doSearch %3D %25D0 %259F %25D0 %25BE %25D0 %25B8 %25D1 %2581 %25D0 %25BA %26p_YEAR %3D202 0 %26p_MONTH %3D12 %26p_AREA %3D190000 %26p_REG %3D1900__ %26p_ DEP %3D000 %26page %3Dmode_report %26currPage %3D1&_piref36_258157_36_2 23082_223082._ora_navigValues = (accessed 4/28/2022).

Сведения об авторе

Куат Хажумуханович Рахимбердин: Восточно-Казахстанский университет им. С. Аманжолова (г. Усть-Каменогорск, Республика Казахстан), заведующий кафедрой уголовного права и уголовного процесса, член Общественного совета по вопросам деятельности органов внутренних дел Республики Казахстан, доктор юридических наук. E-mail: matai71@mail.ru

Information about the author

Kuat Kh. Rakhimberdin: S. Amanzholov East Kazakhstan University (Ust-Kamenogorsk, Kazakhstan), chief of the Chair of Criminal Law and Criminal Trial, member of the Public Council on the Activities of the Internal Affairs Bodies of the Republic of Kazakhstan, doctor of law. E-mail: matai71@mail.ru