Криминологическая характеристика личности женщины-преступницы

Кононыхина Т.С.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ ЖЕНЩИНЫ-ПРЕСТУПНИЦЫ

Цель: Анализ некоторых аспектов криминологической характеристики личности женщины-преступницы по материалам Забайкальского края, Иркутской области и Республики Бурятия.

В данном исследовании рассматривается социально-демографическая, социально-ролевая, нравственно-психологическая и уголовно-правовая характеристика женщин, совершивших преступления. Проводится анализ статистических данных, характеризующих такие элементы социально-демографических признаков личности, как возраст, образование, семейное и материальное положение.

Методология: В данной работе использовались формально-юридические и историко-правовые методы.

Результаты: На основании данного исследования отмечается, что в исследуемых регионах по-прежнему ведущее место в структуре женской преступности занимают корыстные преступления, что обусловливает ряд выделенных особенностей личности преступницы. Выделяется устойчивая тенденция увеличения рецидивной женской преступности, а также тесная взаимосвязь с социально-негативными феноменами общества - алкоголизмом и наркоманией.

Новизна/оригинальность/ценность: На основе проведенного анализа формулируется портрет типичной женщины-преступницы, наиболее часто совершающей преступления в рассматриваемых регионах.

Ключевые слова: личность женщины-преступницы, региональная преступность, социально-демографическая характеристика, социально-ролевая характеристика, нравственно-психологическая характеристика, уголовно-правовая характеристика, портрет женщины-преступницы.

Kononykhina T.S.

CRIMINOLOGICAL CHARACTERISTICS OF FEMALE CRIMINAL

Purpose: The article analyses some aspects of the criminological characteristics of the identity of a female criminal on the materials of the Transbaikal region, Irkutsk territory and Buryat Republic.

The article considers the socio-demographic, socio-role, moral-psychological and criminal-legal characteristics of women who have committed crimes. The author made the analysis of the statistical data characterizing such elements of social and demographic characteristics of the personality as age, education, marital and financial status.

Methodology: Formal legal and historical - legal methods were used in this work.

Results: It is noted that in the studied regions mercenary crimes still occupy a leading place in the structure of women's crime, which causes a number of highlighted features of the criminal's personality. A steady trend of increasing recidivism of female crime is highlighted, as well as a close relationship with the socially negative phenomena of society - alcoholism and drug addiction.

Novelty/originality/value: On the basis of the analysis a profile of a typical female criminal is formulated who the most often commits a crime in the territories of the regions under consideration.

Keywords: female criminal identity, regional crime, socio-demographic characteristic, socio-role characteristic, moral-psychological characteristic, criminal-legal characteristics, portrait of a female criminal.

Рассмотрение личности женщины-преступницы необходимо для более глубокого понимания проблемы женской преступности, что позволит сфокусировать внимание на основных причинах и мотивах преступного поведения женщин, а также создать более эффективные превентивные меры. Учитывая географию женской преступности, можно отметить, что каждому субъекту Российской Федерации присущи свои особенности личности женщин-преступниц, обуславливающие актуальность региональных исследований. Знание этих особенностей и их своевременный анализ помогут обратить внимание правоохранительных органов на ту или иную проблему. Так, на территории Забайкальского края, Иркутской области и Республики Бурятия на протяжении последнего десятилетия в структуре

региональной женской преступности наблюдается высокая доля преступлений против жизни и здоровья, против семьи и несовершеннолетних, а также преступлений против здоровья населения и общественной нравственности. Общественная опасность данных преступлений велика, что не может не отразиться на будущем всех рассматриваемых регионов и России в целом.

В целом личность преступника представляет собой целостную систему социальных и психических свойств, черт и качеств субъекта, образующих ее общественную опасность, детерминирующую совершение преступлений [1, с. 460]. Преступникам свойственно отрицательное отношение к социальным нормам, нравственным ценностям, их преступная модель поведения обусловлена выбором общественно опасного пути для удовлетво-

рения своих потребностей. Мы придерживаемся позиции В.Я. Рыбальской и А.Л. Репецкой, которые под личностью преступника понимают совокупность негативных социальных и социально значимых свойств и качеств человека, которые во взаимодействии с внешними обстоятельствами (ситуацией) привели его к совершению преступления [2, с. 127].

Вследствие того, что в криминологической науке существуют различные подходы к рассмотрению данного феномена и выделяются различные структурные элементы личности женщины-преступницы, в настоящем исследовании личность женщины-преступницы рассматривается через призму четырех личностных характеристик: социально-демографическую, социально-ролевую, нравственно-психологическую и уголовно-правовую, однако сравнительный анализ будет проводиться на основе не всех элементов, составляющих характеристики, а наиболее значимых.

Одним из наиболее важных признаков социально-демографической характеристики, рассматривающих личность преступницы, является возраст. Возраст во многом определяет потребности, жизненные цели людей, круг их интересов, образ жизни, что не может не сказаться на противоправных действиях [3, с. 25]. А.В. Швец отмечает, что под влиянием возрастных изменений может меняться и преступное поведение, круг интересов и потребностей. Социально-психологические особенности личности тоже напрямую зависят от возрастных перемен [4, с. 77].

В результате исследования было установлено, что на территории исследуемых регионов, как и Российской Федерации в целом, чаще всего преступления женщинами совершаются в возрасте от 30 до 49 лет (48-52 %) (см. рис. 1). Данный возраст характеризуется психической зрелостью, высокой социальной активностью и трудовой занятостью населения. Обычно в этом возрасте женщины имеют достаточно знаний и накопленного опыта для достижения финансовой стабильности, желаемых социальных ролей, для определения своих жизненных ориентиров и ценностей. Однако именно отсутствие постоянного источника доходов является особенностью женской преступности в России (около 66 %) и в рассматриваемых регионах (более 70 %).

Далее в Забайкальском крае следует возрастная группа 18-24 лет, средний показатель которой составляет 19 %, женщины в возрасте 25-29 лет составляют 17 %, преступницы в возрасте и старше 50 лет - 12 %, возрастная группа 14-17 лет - 6 %. В Иркутской области и Республике Бурятия второй

по степени криминальной активности является группа 25-29 лет, показатели которой составляют 21 % и 18 % соответственно, затем следует группа 18-24 лет со средним показателем 18 % и 16 %. Значительно более низкие показатели у группы женщин, совершивших преступления в возрасте 50 лет и старше, - 8 % и 12 %, девушки в возрасте 14-17 лет составляют 5 % в рассматриваемых регионах.

Таким образом, большая часть преступниц относится к сравнительно молодой возрастной группе, это объясняется тем, что женщины этой категории часто попадают в ситуации сложного выбора, стоят перед необходимостью решения жизненно-важных проблем, нередко связанных с обеспечением детей. Особое внимание следует уделить возрастной категории 25-29 лет, представительницам которой свойственно отсутствие навыков правильной оценки жизненных явлений, складывающихся ситуаций, неумение преодолевать трудности, слабое развитие системы социального торможения. Нередко встречаются случаи, когда жизненные идеалы молодых женщин к этому возрасту начинают рушиться из-за трудностей, что в свою очередь порождает у человека глубокое разочарование и расценивается как крушение надежд. Вследствие этого у определенной группы лиц возникает желание преодолеть сложные жизненные ситуации неправомерным путем [5, с. 56].

Анализируя насильственные посягательства, можно сказать, что они характерны для женщин более зрелого возраста. Это связано с тем, что среди женщин старше 40 лет высок удельный вес одиноких, что обусловлено неустроенностью их личной жизни, распадом супружеских и других социально полезных связей, а также трудностями в процессе социальной реабилитации для женщин, имеющих в прошлом судимости, - с большей остротой реагирования на неустроенность личной жизни, семейные неурядицы, жизненные проблемы, одиночество, бытовые или служебные неприятности.

Вместе с тем в рассматриваемый возрастной период наблюдается наиболее активное участие женщин в общественном производстве, в эти годы женщины нередко назначаются на руководящие должности и, как следствие, начинают испытывать внутреннее противоречие между работой и семьей, а также давление в связи с необходимостью постоянно доказывать свои профессиональные возможности в условиях постоянной конкуренции с мужчинами. Так, каждое второе убийство женщина совершает в возрасте

30-49 лет, на эту же возрастную категорию приходится более 50 % совершенных умышленных причинений тяжкого вреда здоровью.

Стоит отметить, что удельный вес преступниц в возрасте 50 лет и старше составляет примерно десятую часть от всех выявленных женщин, совершивших преступления, данное обстоятельство можно объяснить возрастными изменениями, которые могут оказывать влияние как на социальную сферу жизни женщины (условия проживания, привычки, ценностные установки), так и на психофизиологию ее организма.

Важной социально-демографической характеристикой личности является ее образовательный уровень. Характерной особенностью исследуемых регионов является то, что наибольший удельный вес среди женщин-преступниц занимают женщины, имеющие начальное и основное общее образование - около 40 % (см. рис. 2).

Данное обстоятельство можно объяснить тем, что около 50 % всех преступлений составляют кражи, не требующие большой профессиональной подготовки и квалификации со стороны женщины, а также тем, что низкий уровень образования может затруднить выбор женщиной приемлемых (законных) вариантов поведения в сложной жизненной ситуации и ограничительным образом сказаться на формировании моральных и мировоззренческих установок, ее правосознании.

Далее в Забайкальском крае и Иркутской области следует категория женщин, имеющих среднее (полное) общее образование, - 28 % и 29 % соответственно; 20 % и 24 % составляют женщины-преступницы, имеющие среднее профессиональное образование. В Республике Бурятия каждая четвертая женщина, совершившая преступление, имеет среднее профессиональное образование, каждая пятая - среднее (полное) общее образование. Полученные результаты согласуются со сложившейся экономической ситуацией в регионах, поскольку большая часть женщин стремится к получению какого-либо образования для повышения возможности трудоустройства и получения достойного заработка. Отсутствие образования не только не дает возможности надеяться на достойную оплату труда, но и само трудоустройство ставит под сомнение.

Небольшой удельный вес женщин, имеющих высшее образование, в структуре региональной женской преступности может быть связан с более высокой степенью адаптации женщин к изменяющимся условиям внешней среды, а также с тем, что, хотя высшее образование и стало более доступным, оно все еще требует существенных фи-

нансовых затрат, которых у многих женщин в рассматриваемых регионах нет.

При социально-демографической характеристике важное криминологическое значение в рассматриваемых регионах имеет анализ материального положения, который показывает, что средняя ежемесячная сумма дохода на одного члена семьи осужденной к моменту совершения преступления у 18 % составила около 3 000 рублей, у 67 % - от 4 000 до 9 000 рублей, у 13 % -свыше 10 000 рублей. В целом анализ основных социально-экономических показателей уровня жизни населения за 2016 год показал, что среднедушевой ежемесячный денежный доход составил: в Забайкальском крае - 22 846 руб., в Иркутской области - 22 267 руб., в Республике Бурятия -25 165 руб. При этом удельный вес населения с денежным доходом ниже величины прожиточного минимума в общей численности населения распределился следующим образом: в Республике Бурятия - 18,3 %, в Забайкальском крае - 19,4 %, в Иркутской области - 20,6 %.

Таким образом, положение материальной необеспеченности может существенным образом сказаться на поведении женщин, приводящем к разрешению материальных проблем противоправным путем. Затянувшееся повышение общего уровня цен на товары и услуги сильнее всего отражается на малообеспеченных группах населения, что приводит к усилению социального расслоения в обществе, недоверию к проводимым региональным реформам в экономической сфере и тенденции к нарастанию угнетенности.

Обращаясь к вопросу криминологической характеристики женщины-преступницы, необходимо раскрыть характеристику социально-ролевых свойств. Безусловно, потребности и интересы женщин-преступниц в большинстве своем связаны с теми социальными ролями, которые выполнялись ими в семье, в трудовом коллективе и в целом в обществе.

Рассмотрение социальной роли женщины-преступницы в семье показало, что на момент совершения преступления 18 % женщин состояли в браке, 45 % проживали гражданским браком, 17 % разведены (вдовы), 20 % не были замужем. Следовательно, женщины, проживающие гражданским браком, более подвержены криминогенному воздействию, что напрямую может быть связано с отсутствием оформленных брачных отношений (где зачастую оба или один из партнеров не считает себя супругом), тесной духовной связи с супругом, а порой и уважения к партнеру, что, в свою очередь, деструктивным образом

сказывается на сохранении семейных отношений между женщинами-преступницами и их сожителями и отрицательно влияет на социальную адаптацию женщины в случае отбытия ею наказания в виде лишения свободы, поскольку в большинстве своем сожители законом не обременены и предпочитают расстаться, порвав социальную связь с преступницей.

Далее следуют женщины, не состоящие в браке на момент совершения преступления. Возможно, здесь играет роль отсутствие устроенной личной жизни, что также пагубно сказывается на поведении женщин, влияет как на направленность, так и на устойчивость преступного поведения. По оценке психологов, в большинстве случаев семья стимулирует положительное поведение, осуществляет социальный контроль.

Обращает на себя внимание тот факт, что при наличии у многих преступниц детей (почти у 60 %) далеко не все из них стремятся качественно выполнять свою материнскую роль. Так, 64,8 % преступниц, имеющих детей, не работали, а 50,9 % из них систематически употребляли алкогольные и (или) наркотические средства. Дети таких женщин обычно оказывались на воспитании родственников либо же просто принадлежали сами себе, пока их матери предавались паразитическому образу жизни [6, с. 113]. Однако нельзя исключать наличия среди преступниц женщин, которые искренне переживают за своих детей, и даже совершаемые ими преступления обусловлены именно заботой о детях: стремлением обеспечить детей едой, одеждой и иными предметами первой необходимости.

Также интерес представляет рассмотрение социальной роли, которую женщина-преступница выполняет на работе. На территории Забайкальского края (69 %), Иркутской области (74 %) и Республики Бурятия (73 %), как и в России (66 %) в целом, велика доля женщин, не имеющих к моменту совершения преступления постоянных источников доходов (см. рис. 3).

По нашему мнению, данная категория женщин представляет наибольшую социальную опасность, поскольку, не имея постоянной трудовой занятости и (или) не обладая среднепро-фессиональным или высшим уровнем образования, многие из них не могут устроиться на работу после освобождения из мест лишения свободы, в связи с чем они начинают совершать новые преступления, прежде всего, для удовлетворения своих бытовых потребностей в пище, одежде, деньгах и т. д. Высокая стоимость обучения и отсутствие вечерних школ, где раньше бывшие правонару-

шители могли получить дополнительное образование, практически полностью лишает женщин возможности получения достойного дохода в будущем законными способами.

Далее следует группа наемных работников. Их удельный вес в 2016 году на территории России составил 20 %, в Забайкальском крае и Иркутской области - 17 %, а в Республике Бурятия - 15 %. Стоит отметить, что, как правило, данная работа предполагает неквалифицированный труд, для которого не нужны глубокие специальные профессиональные знания. К таким работникам чаще всего предъявляются низкие требования, и, как следствие, им выплачивается маленькая заработная плата. Все это порождает в людях безразличное отношение к своему труду и тем материальным ценностям, за которые они отвечают, формирует устойчивое нежелание работать, культивирует портрет нанимателя как «врага», которого можно «обокрасть».

Характеристика нравственно-психологической сферы отражает отношение личности к социальным ценностям и выполняемым социальным функциям. В отличие от преступников-мужчин женщинам-преступницам, как правило, свойственны чувство вины, беспокойство за свое будущее, а также повышенная тревожность, эмоциональная ранимость. Среди осужденных женщин много тех, кто имеет невротические нарушения, тревожно-депрессивные состояния, у некоторых имеются психические аномалии и расстройства, в том числе и из-за возрастных изменений.

Поскольку криминогенные процессы, происходящие в рассматриваемых регионах, имеют тождественную основу, представляется возможным рассмотрение нравственно-психологической сферы женщины-преступницы на примере одного региона - Забайкальского края. Анализ полученных данных показывает, что для 60 % женщин-преступниц наиболее значима семейная жизнь, на втором месте - достижение материального благополучия (30 %), для 8 % осужденных является ценностью воспитание детей и для 2 % - познание себя.

Можно предположить, что такое распределение ценностей связано с тем, что женщины более болезненно, чем мужчины, переживают по поводу отсутствия у них личной жизни, испытывают в связи с этим чувство зависти. Далее следует группа женщин, для которых одной из важных жизненных ценностей является достижение материального благополучия. Данная группа характеризуется потребительской направленностью, деформацией ценностных ориентаций и соци-

альных установок, преобладанием материальных интересов, стремлением удовлетворить свои потребности за счет интересов других лиц или общества.

В криминологии уделяется внимание роли психических переживаний, эмоций и чувств человека в механизме индивидуального преступного поведения. Так, по результатам нашего исследования можно сказать, что женщины-преступницы ценят в людях такие качества, как трудолюбие (35 %), честность (24 %), чуткость к окружающим (20 %), общительность (13 %). Здесь просматривается явное несоответствие полученным ранее результатам, а именно: выделяя как одно из приоритетных качеств, которым должна обладать личность, трудолюбие, на момент совершения преступления большая часть женщин не имела определенного рода занятий, тем самым не обладала указанным выше качеством.

Определение самооценки женщин-преступниц показало, что 35 % считают себя трудолюбивыми, 24 % - честными, 19 % - образованными, 13 % - верными. Подобное несоответствие полученных результатов с их реальным социальным положением объясняется тем, что, совершая противоправное действие, женщина попадает в психотравмирующую ситуацию, в которой испытывает чувство вины, беспокойства за свое будущее, усиливающееся в период отбывания наказания в исправительной колонии, что приводит к игнорированию, неадекватному восприятию и оценке возникающих жизненных ситуаций. Поэтому зачастую женщинам присуще стремление изменить существующее положение, в котором они пребывают, в социально-позитивном направлении [7, с. 81].

Особенностью уголовно-правовой характеристики женщин-преступниц в Забайкальском крае, Иркутской области и Республики Бурятия является возрастание рецидивной преступности. Так, если в 2010 году каждая шестая женщина-преступница ранее совершала преступление, то в 2016 году таковой являлась каждая третья. Таким образом, в рассматриваемых регионах доля женщин-рецидивисток возросла с 16 до 46 %. Следует отметить, что доля женщин, имеющих судимость, в числе всех выявленных женщин, совершивших преступление, варьируется в пределах от 15 до 27 %.

Анализ структуры рецидивной женской преступности показал, что самыми распространенными являются преступления против собственности - 37 %, преступления против жизни и здоровья - 22,3 %, преступления против здоровья

населения и общественной нравственности - 18 %, преступления против семьи и несовершеннолетних - 14 %, другие преступления составляют 8,7 %. При этом женщинами-рецидивистками было совершено 57 % преступлений небольшой тяжести, 23 % преступлений средней тяжести, 16 % тяжких преступлений, 4 % особо тяжких преступлений.

Высокая доля женщин-рецидивисток может объясняться тем, что в исследуемых регионах широко применяется наказание в виде лишения свободы на определенный срок, назначаемое условно. Возможность применения такого наказания опирается на учет характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание. Однако данный вид наказания не всегда способствует эффективной превенции, поскольку, возвращаясь в преступную среду, женщина начинает ощущать «безнаказанность» за совершенное деяние, как следствие, происходит сохранение имеющихся антиобщественных установок и преступного поведения.

Кроме того, нередко женщины-преступницы страдают хроническим алкоголизмом, так, в исследуемых регионах доля преступниц, совершивших преступление в состоянии алкогольного опьянения, составляет около 30 %; доля женщин, которые совершили преступление, находясь в состоянии наркотического опьянения, - около 15 %. При этом женщины, страдающие синдромом зависимости от алкоголя, чаще всего совершают такие преступления, как убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, а женщины, страдающие от наркомании, чаще всего совершают преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков.

У женщин с синдромом зависимости от алкоголя на фоне имеющегося заболевания и в условиях хронической психотравмирующей ситуации, отрицательного микросоциального окружения могут формироваться психические и поведенческие расстройства, что способствует неуклонному снижению социального функционирования во всех аспектах - социально-трудовом, семейном, межличностном, бытовом и, соответственно, приводит к росту противоправной активности [8, с. 175].

Фактором риска является также злоупотребление наркотиками. Употребление наркотических средств или одурманивающих веществ затрагивает психологическое состояние человека, что влечет неконтролируемость им своих чувств и эмоций. Исследование, проведенное Н.И. Сазоновой, выявило корреляционную зависимость

между злоупотреблением психоактивными веществами и совершением преступлений. Несмотря на то, что прямую причинно-следственную связь между ними установить сложно, полученные данные свидетельствуют о серьезных социально-психологических проблемах, характерных для женщин, которые совершили преступления. Так, 56 % опрошенных женщин признались, что употребляли наркотики, 40 % женщин считают, что страдают от наркотической зависимости, 41 % опрошенных сообщили, что у них была передозировка или иные серьезные проблемы со здоровьем из-за принятия наркотиков, и они пытались лечиться от наркотической зависимости [9, с. 257].

Из всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы:

- наибольшая доля женщин в исследуемых регионах совершают преступления в возрасте 30-49 лет, имеют начальное и основное общее образование, не имеют постоянного источника дохода, состоят в фактически-брачных отношениях;

- особенностью социально-ролевой характеристики личности женщины-преступницы является то, что наиболее активно реализуемая ими роль - это роль матери, которая исполняется ненадлежащим образом;

- в структуре нравственно-психологической характеристики большинством женщин (60 %) выделяются семья и семейные ценности;

- в уголовно-правовой характеристике отметим тот факт, что доля женщин-рецидивисток превышает в исследуемых регионах 45 %.

Рисунок 1. Возрастная характеристика женщин-преступниц, выявленных на территории Российской Федерации, в Забайкальском крае, Иркутской области и Республики Бурятия за 2016 г., в %

Рисунок 2. Динамика удельного веса женщин-преступниц, имеющих начальное и основное общее образование, в Российской Федерации, Забайкальском крае, Иркутской области и Республике Бурятия

Рисунок 3. Динамика удельного веса женщин-преступниц, не имеющих постоянных источников дохода, в Российской Федерации, Забайкальском крае, Иркутской области и Республике Бурятия (2010-2018 гг.), в %

80

76

60 55

2010 2011 2012 2013 2014 201В 2016 2017 2018

= Российская Федерация = Забайкальский край = Иркутская область = Республика Бурятия

Пристатейный библиографический список

1. Криминология: учебник / под ред. проф. Н.Ф. Кузнецовой, проф. В.В. Лунеева. М.: Волтерс Клу-вер, 2004. С. 460.

2. Репецкая А.Л., Рыбальская В.Я. Криминология: Общая часть: учеб. пособ. Иркутск: Изд-во ИГЭА, 1999. С. 127.

3. Антонян Ю.М. Личность преступника / Ю.М. Ан-тонян, В.Н. Кудрявцев, В.Е. Эминов. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. С. 25.

4. Швец А.В. Предупреждение мошенничеств, совершаемых женщинами: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2015. С. 77.

5. Синьков Д.В. Преступность женщин: состояние, причины и предупреждение (региональная характеристика): дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2003. С. 56.

6. Демина К.А. Личность преступницы в аспекте особенностей ее социально-ролевой характеристики // Вестник Томского государственного университета. 2010. № 331. С. 113.

7. Антонян Ю.М. Преступность среди женщин. М.: Российское право, 1992. С. 81.

8. Сазонова Н.И. Криминологическая характеристика женщин с расстройствами психики, совершивших насильственное преступление // Вестник Московского университета МВД России. 2010. № 5. С. 175.

9. Лысова А.В., Романова Л.И. Социально-психологические характеристики женщин, совершивших преступления (по результатам исследования в женской исправительной колонии в Приморском крае) // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. 2016. Т. 10. № 2. С. 257.

References

1. Kriminologiya: uchebnik / pod red. prof. N.F. Kuzneczovoj, prof. V.V. Luneeva. M.: Volters Kluver, 2004. S. 460.

2. Repeczkaya A.L., Ry~baFskaya V.Ya. Kriminologiya: Obshhaya chasf: ucheb. posob. Irkutsk: Izd-vo IGE~A, 1999. S. 127.

3. Antonyan Yu.M. Lichnosf prestupnika / Yu.M. Ant-onyan, V.N. Kudryavcev, V.E. E~minov. SPb.: Yuridicheskij centr Press, 2004. S. 25.

4. Shvecz A.V. Preduprezhdenie moshennichestv, sovershaemy~x zhenshhinami: dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2015. S. 77.

5. Sin~kov D.V. Prestupnosf zhenshhin: sostoyanie, prichiny1 i preduprezhdenie (regionaFnaya xarakteristi-ka): dis. ... kand. yurid. nauk. Irkutsk, 2003. S. 56.

6. Demina K.A. Lichnost1 prestupnicy v aspekte oso-bennostej ee sodarno-rolevoj xarakteristiki // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. 2010. № 331. S. 113.

7. Antonyan Yu.M. Prestupnost1 sredi zhenshhin. M.: Rossijskoe pravo, 1992. S. 81.

8. Sazonova N.I. Kriminologicheskaya xarakteris-tika zhenshhin s rasstrojstvami psixiki, sovershivshix nasiFstvennoe prestuplenie // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii. 2010. № 5. S. 175.

9. Lyisova A.V., Romanova L.I. SodaTno-psixo-logicheskie xarakteristiki zhenshhin, sovershivshix prestupleniya (po rezuFtatam issledovaniya v zhenskoj ispraviteFnoj kolonii v Primorskom krae) // Krimino-logicheskij zhurnal BajkaFskogo gosudarstvennogo universiteta eikonomiki i prava. 2016. T. 10. № 2. C. 257.