Структура защитно-совладающих стилей подростков с зависимостью от психоактивных веществ и с отсутствием зависимости

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

УДК 159.923

СТРУКТУРА ЗАЩИТНО-СОВПАДАЮЩИХ СТИЛЕЙ ПОДРОСТКОВ С ЗАВИСИМОСТЬЮ ОТ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ И С ОТСУТСТВИЕМ ЗАВИСИМОСТИ

М.К. АКИМОВА*, С.Ю. СЕМЕНОВ Психологический институт РАО, Москва

Приводятся результаты исследования структуры стилей адаптации к стрессовым и фрустра-ционным ситуациям у двух групп подростков. Выявление структуры проводилось путем факторизации показателей, полученных с помощью ряда методик диагностики психологических защит, копинг-стратегий и фрустрационных реакций, а также опросника, оценивающего психологическое благополучие, выступающее в исследовании критерием успешности адаптации. Описаны типичные паттерны защитно-совладающих стилей, характеризующие подростков с химической зависимостью, и подростков, не имеющих зависимости, и их взаимосвязи с психологическим благополучием.

Ключевые слова: психологическая защита, стратегия совладания, стиль психической адаптации, структура защитно-совладающего стиля.

Введение

Исследование способов преодоления личностью фрустрационных и стрессовых ситуаций приобретает особое значение в переломные периоды развития общества, когда от успешности адаптации человека к меняющимся условиям существования и деятельности зависит его психологическое состояние, психическое здоровье и возможности самореализации. Для совладания с возросшим числом внешних и внутренних конфликтов, проблем и трудностей люди вынуждены использовать разнообразные психические адаптационные механизмы, к которым относятся в первую очередь психологические защиты и стратегии совладания [1, 2, 4, 5, 7].

В настоящее время в литературе отсутствует единое мнение о соотношении понятий «психологическая защита» и «сов-ладание». Точки зрения колеблются от рассмотрения психологической защиты как общей категории для всех процессов интрапсихической регуляции, лежащей в основе психической адаптации, до рассмотрения психологической защиты как одного из видов совладания [3, 11, 12, 15]. Мы, вслед за большинством западных

© М.К. Акимова, С.Ю. Семенов, 2008

* Е-таП: m.k.akimova@rambler.ru

и отечественных авторов, придерживаемся мнения, согласно которому можно выделить некоторые свойства, которые позволяют развести эти феномены. Под механизмами психологической защиты понимается совокупность психических процессов (часто бессознательных), обеспечивающих охрану психики человека от травмирующего действия эмоционального напряжения. Они предотвращают дезорганизацию поведения, но вместе с тем мешают осознать происходящее, собственные ошибки и заблуждения. Их чаще характеризуют как пассивные формы адаптации, относят к эмоционально-ориентированным адаптационным психическим механизмам [1, 4, 13]. Под стратегиями совладания (копинг-стратегиями) понимают совокупность когнитивных, эмоциональных и поведенческих стратегий личности, предназначенных для активной адаптации к жизненным событиям и стрессовым ситуациям [1, 11]. Механизмы совладания пластичны и гибки, но требуют от человека большей затраты энергии и сознательных усилий. В результате их действия возможны творческое приспособление и личностный рост, продуктивное использование эмоциональных ресурсов вместо их растраты. Их чаще характеризуют как проблемно-ориентированные адаптационные механизмы.

Пытаясь адаптироваться к различным жизненным событиям, переменам, ситуациям стресса и фрустрации, индивиды могут использовать разные паттерны защитно-совладающих механизмов и способы поведения, в том числе и деструктивные [3, 6]. К последним относятся и различные виды патологической зависимости, которая является следствием психической дезадаптации и в свою очередь усугубляет ее. Поскольку чаще этому подвержены лица подросткового и юношеского возраста, особенно важным и актуальным представляется изучение стилей защитно-совладающего поведения у подростков с зависимостью от психоактивных веществ и оценка эффективности их адаптации.

Мы полагаем, что механизмы психологической защиты, совладания и фрустраци-онные реакции работают слаженно, образуя индивидуальные стили адаптации к разнообразным трудным ситуациям. Особенности этих стилей определяются прошлым опытом индивидов и отражают влияние разнообразных когнитивно-личностных черт. Можно, по-видимому, выделить за-щитно-совладающие стили, типичные для подростков с химической зависимостью, и сопоставить их со стилями подростков, не имеющих такой зависимости. Это предположение обусловлено тем, что зависимость от психоактивных веществ, сама являющаяся специфическим способом защиты, накладывает отпечаток на личность и поведение, определяя в том числе и функционирование механизмов адаптации. Можно поэтому считать, что определенные виды девиантного поведения (в том числе зависимого) имеют в своей основе специфические стили адаптации.

В качестве критерия психической адаптации в настоящем исследовании выступало переживание психологического благополучия. Несмотря на активную разработку проблемы психологического благополучия, единства среди исследователей в его понимании пока нет. Основными направлениями в его определении выступают гедонистический и эвдемонистический подходы [8].

Психологическое благополучие в рамках гедонистического подхода рассматривается через достижение удовольствия и избегание

неудовольствия. Удовольствие трактуется в широком смысле - это не только телесное удовольствие, но и удовлетворение от достижения значимых целей, полезных результатов [9, 10].

В эвдемонистическом подходе психологическое благополучие раскрывается как полнота самореализации человека в конкретных жизненных условиях и обстоятельствах, нахождение творческого синтеза между соответствием запросам социального окружения и развитием собственной индивидуальности [8, 14]. Между сторонниками указанных подходов ведется активная дискуссия, высказываются идеи о продуктивном их сочетании и интеграции.

Методы

Исследование проводилось на двух группах подростков по 50 человек в каждой, средний возраст - 15 лет. Одна группа - подростки с химической зависимостью, находящиеся на лечении в одном из наркологических диспансеров, другая - подростки без химической зависимости, учащиеся московских школ.

В исследовании применялись следующие методики:

1. Опросник «Life style index» Р. Плутчи-ка для оценки степени использования восьми механизмов психологической защиты (отрицание, вытеснение, регрессия, компенсация, замещение, проекция, интеллектуализация, реактивное образование),

2. Опросник «Копинг-стратегии личности» Р. Лазаруса и С. Фолкмана для оценки восьми дискретных стратегий преодоления трудностей (противостоящего совладания, дистанцирования, самоконтроля, поиска социальной поддержки, принятия ответственности, избегания, планирования решения проблемы, позитивной переоценки).

3. Опросник «Индикатор стратегий преодоления стресса» Д. Амирхана для изучения базисных стратегий совладания (разрешение проблемы, поиск социальной поддержки, избегание проблемы).

4. Опросник «Многомерная шкала восприятия социальной поддержки» Д. Зимета для оценки субъективной ценности семьи, друзей и так называемых «значимых других», рассматриваемых в качестве поддерживающих социальных групп.

5. Методика рисуночной фрустрации С. Розенцвейга для изучения характера фрустрационных реакций.

6. Опросник «Шкалы психологического благополучия» К. Рифф в адаптации П.П. Фесенко для оценки как общего показателя психологического благополучия, так и отдельных его сторон (автономии, контроля над окружающей средой, личностного роста, позитивных отношений с окружающими, цели в жизни, самопринятия).

Статистическая обработка данных проводилась путем вычисления непараметрического и-критерия Манна-Уитни, коэффициентов ранговой корреляции Спирмена и ^критерия Стьюдента, а также с использованием факторного анализа.

Результаты и обсуждение

В настоящей статье приводятся данные факторного анализа. Этот метод позволил определить структуру адаптационных ме-

ханизмов (защитно-совладающих стилей) посредством выделения основных наиболее общих конструктов, отражающих связи психологических защит, копинг-стратегий и фрустрационных реакций. Факторный анализ проводился методом главных компонент при условии вращения с нормализацией (Уаптах).

В результате факторизации матрицы корреляций между показателями использованных методик для каждой из групп подростков были выделены по четыре фактора (табл. 1 и 2).

В табл. 1 отражены результаты факторного анализа в группе зависимых подростков. Четыре представленных в ней фактора исчерпывают 69,78 % суммарной дисперсии.

Фактор 1, условно названный «Механизмы совладания и психологическое благополучие (шкала «самопринятие»)», включает следующие переменные с положительными факторными нагрузками: стратегии

Таблица 1

Факторная структура адаптационных механизмов в группе зависимых подростков

Фактор 1 - 30,11 % Фактор 2 - 19,51 % Фактор 3 - 12,81 % Фактор 4 - 7,35 %

Конфронтационный копинг 0,626 Вытеснение 0,501 Планирование решения проблем 0,627 Интропунитивная реакция с фиксацией на удовлетворении потребности 0,827

Дистанцирование 0,517 Регрессия 0,618 Экстрапунитивная реакция с фиксацией на препятствии -0,829 Тип реакции с фиксацией на удовлетворении потребности 0,606

Самоконтроль 0,587 Проекция 0,639 Тип реакции с фиксацией на препятствии -0,535 Интропунитивное направление реакций 0,783

Избегание 0,547 Замещение 0,676 Экстрапунитив ное направление реакции -0,816 Контроль над окружающей средой 0,542

Планирование решения проблем 0,596 Импунитив ное направление реакций 0,514 Общее психологическое благополучие 0,800

Положительная переоценка 0,691 «Чистая агрессия» -0,553

Импунитивная реакция с фиксацией на препятствии 0,506

Самопринятие 0,549

совладания - конфронтационный копинг, дистанцирование, самоконтроль, бегство-избегание, планирование решения проблем, положительная переоценка; фрустрацион-ная импунитивная реакция с фиксацией на препятствии и шкала «самопринятие» как один из аспектов психологического благополучия.

Фактор 2, условно названный «Психологические защиты и фрустрационное поведение», включает следующие переменные: психологические защиты - вытеснение, регрессия, проекция, замещение с положительными факторными нагрузками; фрустраци-онные реакции - импунитивность с положительной факторной нагрузкой и показатель «чистой агрессии» с отрицательной факторной нагрузкой.

Фактор 3, условно названный «Активные стратегии совладания, неконструктивные фрустрационные реакции и психологическое благополучие», включает следующие переменные: стратегия совладания «планирование решения проблем» и общий показатель психологического благополучия с положительными факторными нагрузками и фрустрационные показа-

тели - тип реакции с фиксацией на препятствии, экстрапунитивность и экстра-пунитивная реакция с фиксацией на препятствии с отрицательными факторными нагрузками.

Фактор 4, условно названный «Конструктивное поведение в ситуациях фрустрации и психологическое благополучие (шкала «контроль над окружающей средой»)», включает следующие переменные: фрустрацион-ные показатели - интропунитивная реакция с фиксацией на удовлетворении потребности, тип реакции с фиксацией на удовлетворении потребности, интропунитивность и шкала «контроль над окружающей средой» как один из аспектов психологического благополучия с положительными факторными нагрузками.

Рассмотрим результаты факторного анализа показателей, полученных в группе подростков, не имеющих химической зависимости (табл. 2). Четыре фактора исчерпывают 69,47 % суммарной дисперсии.

Фактор 1, условно названный «Неконструктивные способы адаптации и психологическое благополучие (шкала «Позитивные отношения с другими»)», включает

Таблица 2

Факторная структура адаптационных механизмов в группе независимых подростков

Фактор 1 - 28,08 % Фактор 2 - 20,71 % Фактор 3 - 12,15 % Фактор 4 - 8,53 %

Отрицание -0,547 Принятие ответственности 0,537 Интропуни тивная реакция с фиксацией на удовлетворении потребности 0,740 Компенсация 0,571

Конфронтационный копинг -0,626 Социальная поддержка семьи -0,547 Тип реакций с фиксацией на удовлетворении потребности 0,817 Интропунитивная реакция с фиксацией на самозащите 0,780

Экстрапунитивная реакция с фиксацией на препятствии 0,774 Импунитивная реакция с фиксацией на препятствии 0,824 Интропуни тивное направле ние реакций 0,654 Тип реакций с фиксацией на самозащите 0,690

Экстрапунитивное направление реакций 0,670 Тип реакций с фиксацией на препятствии 0,751 Общее психологическое благополучие 0,732 Супер-Эго паттерн «склонность к оправданию себя» 0,544

Позитивные отношения с другими 0,582 Импунитивное направле ние реакций 0,694 Автономия -0,617

следующие переменные: фрустрационные показатели - экстрапунитивная реакция с фиксацией на препятствии, экстрапуни-тивность с положительными факторными нагрузками; психологическая защита «отрицание» и способ совладания «конфрон-тационный копинг» с отрицательными нагрузками; шкала «позитивные отношения с другими» как одна из сторон психологического благополучия с положительной факторной нагрузкой.

Фактор 2, условно названный «Поведение во фрустрационных ситуациях и самостоятельность», включает следующие переменные: стратегии совладания - принятие ответственности с положительной нагрузкой и поиск социальной поддержки со стороны семьи с отрицательной нагрузкой; фрустрационные показатели - импунитив-ная реакция с фиксацией на препятствии, тип реакции с фиксацией на препятствии, импунитивность с положительными факторными нагрузками.

Фактор 3, условно названный «Конструктивное поведение в ситуациях фрустрации и психологическое благополучие», включает следующие переменные: фруст-рационные показатели - интропунитивная реакция с фиксацией на удовлетворении потребности, тип реакций с фиксацией на удовлетворении потребности, интропуни-тивность и общее психологическое благополучие с положительными факторными весами.

Фактор 4, условно названный «Защитное поведение и психологическое благополучие (шкала «автономия»)», включает следующие показатели: психологическая защита «компенсация», фрустрационные показатели - интропунитивная реакция с фиксацией на самозащите, тип реакции с фиксацией на самозащите, самозащитный паттерн I с положительными факторными нагрузками и шкала «автономия» как одна их сторон психологического благополучия с отрицательной нагрузкой.

Анализ результатов факторизации показателей обнаружил один общий для двух групп испытуемых фактор с близкими составляющими: «Конструктивное поведение в ситуациях фрустрации и психологическое благополучие» (третий фактор у независимых подростков и четвертый - у зависимых).

У независимых он отражает сочетание оценочного фактора «интропунитивная реакция с фиксацией на удовлетворении потребности» (0 , типа реакций с фиксацией на удовлетворении потребности (п-Р), интропунитивной направленности (I) и общего показателя психологического благополучия. Содержательная интерпретация этого фактора свидетельствует о том, что активное стремление независимых подростков решить возникшие проблемы и справиться с трудностями, принятие на себя вины и ответственности за сложившуюся ситуацию фрустрации и за выход из нее приводят к позитивному переживанию психологического благополучия, удовлетворенности собой и своими отношениями с другими, ощущению собственных возможностей контролировать окружающий мир и реализоваться в нем. Как известно, все перечисленные оценочные факторы и категории методики Розенцвейга по экспертным заключениям относятся к наиболее эффективным и конструктивным способам поведения в ситуациях фрустрации, и именно такое поведение, отражающее определенный характер адаптации, и приводит у независимых подростков к позитивным субъективным самоощущениям.

У зависимых подростков те же самые фрустрационные реакции приводят к ощущению собственного контроля над окружающей средой как одного из аспектов психологического благополучия, но не к общему переживанию удовлетворенности собой, окружающими и своей жизнью в целом.

Таким образом, как у независимых, так и у зависимых подростков конструктивное поведение во фрустрационных ситуациях благоприятно отражается на их психологическом благополучии, способствует ему.

Далее проанализируем функционирование психологических защит в общей картине поведения и их влияние на уровень психической адаптации в обеих группах испытуемых. У подростков с химической зависимостью их применение не приводит к переживанию как общего психологического благополучия, так и отдельных его аспектов. Но четыре типа защиты (вытеснение, регрессия, проекция, замещение), а также ненаправленные реакции в ситуациях

фрустрации (М) - фактор 2 - приводят к снижению показателя «чистой агрессии». Этот показатель означает стремление обвинять окружающих в тех конфликтах, проблемах и других трудностях, с которыми сталкивается индивид. Можно, таким образом, полагать, что у зависимых подростков психологические защиты часто выполняют позитивную функцию, снижая их агрессивность, направленную на окружающих, и этим способствуя позитивным отношениям с другими людьми. Установление же положительных взаимосвязей с социальным окружением должно в итоге приводить к улучшению психологического состояния, недаром этот конструкт входит в понятие «психологическое благополучие». Можно считать, что редукция агрессии против других является косвенным способом снижения эмоционального конфликта, совла-дания с ним и благоприятствует психической адаптации.

У независимых подростков психологические защиты встречаются в двух факторах. В факторе 1 «отрицание» наряду с «кон-фронтационным копингом» отрицательно коррелирует с экстрапунитивностью, негативной оценкой ситуации и позитивными отношениями с другими как одной из сторон психологического благополучия. Этот фактор демонстрирует, что отрицание негативной информации и агрессивная активность, проявляемые индивидом, препятствуют установлению хороших отношений с окружающими, интересу к ним, направленности на них, а следовательно, препятствуют и переживанию психологического благополучия.

Еще одна психологическая защита (в факторе 4) - «компенсация» (онтогенетически самая поздняя из защит), сочетаясь с самозащитными реакциями и направленностью на себя в ситуациях фрустрации, блокирует проявление такой стороны психологического благополучия, как автономия. Это означает, что стремление независимых подростков избавиться от комплекса неполноценности с помощью фантазий или приписывания себе свойств, ценностей, достоинств другой личности наряду с другими самозащитными приемами способствует утрате ощущений автономии, независимости, самодостаточности и самоценности, являю-

щихся важными составляющими психологического благополучия. Защита собственного Я, изначально предназначенная для психической адаптации, в случаях чрезмерного, ненормативного применения указывает на слабость и незрелость личности и приводит к ее дезадаптации. Можно считать, что излишняя фиксация на защите делает личность подростка беззащитной в определенных условиях.

Рассмотрим другие факторы, образующие структуры стилей адаптации, типичных для подростков с зависимостью от психоактивных веществ и не имеющих такой зависимости. У зависимых два фактора отражают сочетания копинг-стратегий с психологическим благополучием. Фактор 1 показывает, что применение разнообразных стратегий совладания, в том числе активное использование когнитивных усилий, направленных на осознание, оценку, изменение отношения к проблеме, способствует позитивному отношению к себе и тем самым повышает психологическое благополучие.

Фактор 3 свидетельствует, что такая конструктивная копинг-стратегия, как планирование решения проблем, положительно связана с показателем общего психологического благополучия и отрицательно - с неконструктивным поведением во фрустра-ционных ситуациях.

Таким образом, полученные данные демонстрируют, что использование зависимым подростком стратегий совладания в трудных ситуациях способствует переживанию им психологического благополучия.

У независимых подростков не обсуждавшийся пока фактор 2 объединяет ряд способов реагирования на фрустрационные ситуации с такой копинг-стратегией, как принятие ответственности. Его анализ показывает, что независимым подросткам свойственна самостоятельность при попадании в трудные ситуации; в поисках выхода они склонны рассчитывать на свои силы; более того, вину и ответственность за их возникновение они возлагают на себя; они полагаются на собственный анализ проблем и конфликтов и не преувеличивают возникшие трудности, а скорее понижают субъективную значимость травмирующих факторов и тем самым устраняют чрезмерное эмоцио-

нальное напряжение, способное дезорганизовать поведение. Вполне закономерно, что такие установки не сочетаются с поиском социальной поддержки даже со стороны самых близких людей (семьи), и поэтому в рассматриваемом факторе содержится с отрицательным знаком соответствующая ко-пинг-стратегия.

Заключение

Таким образом, проведенная факторизация показателей использованных методик у двух групп подростков выявила у них один общий фактор, входящий в структуру адаптационных стилей. Этот фактор демонстрирует, что психологическое благополучие зависит от использования конструктивных способов поведения в ситуациях фрустрации. В остальном же структуры адаптации зависимых и независимых подростков различаются.

У зависимых подростков применение разнообразных копинг-стратегий приводит к переживанию психологического благополучия и блокирует неконструктивные фруст-рационные реакции. Даже использование ими психологических защит играет положительную роль, снижая уровень агрессии, направленной на окружающих, и тем самым косвенно способствует установлению с ними позитивных отношений.

У независимых подростков использование психологических защит не только не способствует, но и препятствует ощущению психологического благополучия, а точнее одного из его аспектов - позитивных отношений с другими, а также блокирует интерес к своему социальному окружению, контакты с ним. Если им свойственны направленность на себя, стремление чрезмерно оберегать свое Я, ярко выраженное самозащитное поведение, то они плохо адаптируются к среде и не испытывают психологического благополучия. Интересным является факт, свидетельствующий об их самостоятельности, ощущении самоэффективности и нежелании обращаться за помощью к семье при встрече со стрессовыми и фрустрационными ситуациями.

Общий вывод, вытекающий из представленного исследования, состоит в том, что позитивный образ Я, сохранение которого при любых изменениях внешней среды

является функцией психологических защит, не соотносится с переживанием психологического благополучия. Последнее возникает при использовании конструктивных и адекватных механизмов реагирования, к которым в первую очередь относятся ко-пинг-стратегии, а также некоторые виды фрустрационных реакций. Это характерно как для зависимых, так и для независимых подростков. Очевидно, что для самопринятия, гармоничных отношений с окружающими и саморазвития, переживаемых как психологическое благополучие, недостаточно пассивных способов адаптации, направленных на совладание с внутренними эмоциональными конфликтами, а необходимы активные приемы по разрешению возникших проблем.

Литература

1. Анцыферова Л.И. Личность в трудных жизненных условиях: переосмысливание, преобразование ситуации и психологическая защита // Психологический журнал. - 1994. - Т. 1. - № 1.

2. Березин Ф.Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. - Л., 1988.

3. Капрара Дж., Сервон Д. Психология личности. -СПб.: Питер, 2003.

4. Карвасарский Б.Д. Неврозы. - М.: Медицина, 1990.

5. Киршбаум Э.И., Еремеева А.И. Психологическая защита. - М.: Смысл, 2000.

6. Романова Е.С., Гребенников Л.Р. Механизмы психологической защиты. Генезис. Функционирование. Диагностика. - Мытищи: Талант, 1996.

7. Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы. - М.: Ренессанс, 1993.

8. Шевеленкова Т.Д., Фесенко П.П. Психологическое благополучие личности // Психологическая диагностика. - 2005. - № 3. - С. 95-129.

9. Bradburn N. The structure of psychological well-being. - Chicago: Aldine Pub., 1969.

10. Diener E. Subjective well-being // Psychological Bulletin. - 1984. - Vol. 95. - P. 542-575.

11. Handbook of Coping: Theory. Research. Applications. - N. Y.: Academic Press, 1996.

12. Lasarus R.S., Folkman S. Stress. Appraisal and coping. - N. Y.: Oxford University Press, 1984.

13. Lasarus R.S. Emotion and adaptation. - N. Y.: Oxford University Press, 1991.

14. Riff C.D. Psychological well-being in adult life // Current Directions in psychological Science. -1995. - N 4. - P. 99-104.

15. Vaillant G.E. Adaptation of life. - Boston: Little Brow, 1977.

THE STRUCTURE OF DEFENSIVE COPING STYLES IN ADOLESCENTS WITH AND WITHOUT SUBSTANCE ABUSE

M.K. AKIMOVA, S.Yu. SEMENOV Psychological Institute of RAE, Moscow

The style structure of adaptation to stress and frustration in two groups of adolescents was studied. The structure was revealed by using factor analysis of the outcomes of several methods of diagnosing psychological defenses, coping strategies and frustration reactions, and the data from well-being questionnaire, which is a criteria of quality of adaptation. The typical patterns of defensive coping styles that characterize adolescents with substance abuse and without substance abuse and their links with psychological well-being were described.

Keywords: psychological defense, coping strategy, psychological adaptation style, structure of defensive coping style.