Кодификация поэтического слова на телеэкране: Владимир Маяковский

Наталья Васильевна Суленёва

КОДИФИКАЦИЯ ПОЭТИЧЕСКОГО СЛОВА НА ТЕЛЕЭКРАНЕ:

ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ

Статья посвящена проблеме перекодировки поэтического произведения в телеэкранную версию. Автор анализирует влияние авторского текста на использование телережиссером выразительных средств экрана, исследует переплетение литературных и экранных кодов, образующих специфическую ткань художественных программ.

Ключевые слова: телеэкранная версия, телевизионные коды, крупность плана, поэзия на телевидении.

The article is devoted to the problem of decodification of a poetic work to a TV-version. The author of the article analyses the influence of the author’s text on expressive means of the screen used by TV-director and studies the interlacement of literary and screen codes which form specific tissue of artistic programs.

Key words: TV-version, TV-codes, close-up, poetry on TV.

При создании телеверсии литературного произведения идет активная работа воображения режиссера литературно-драматических программ, основанная на рассудочном познании и чувственном опыте. При этом одновременно осуществляется и его волевое взаимодействие с художественным текстом на основе конструирования диалога с потенциальным адресатом -телезрителем. Вышеуказанный механизм формирования постановочного дискурса позволяет телережиссеру решать творческие задачи и бесконечно интерпретировать текст.

В рассматриваемой нами работе широко представлены телережиссером театральные коды. Автор обращается к форме монолога, использует специфическое ми-зансценирование: исполнитель (В. Гафт) присутствует в кадре как временной свидетель, что «повышает градус публичности происходящего события» [2, с. 75].

Чтобы найти гармонию между выразительными средствами телеэкрана и литературы, необходимо перевести одну реальность в другую. В данной статье мы анализируем «скольжение по тексту» камеры, которая фокализирует крупность текстового кадра и заполняет экранное пространство. За основу исследования взят цикл передач «Мелодия стиха» ГТРК «Культура».

В данном проекте используются и кинематографические коды, когда семантический потенциал, по определению В. В. Егорова, значимого «рассогласования» повест-

вования и повествующего дискурса, «отслоение» авторской интонации способствуют автономно неповторимому «поведению» камеры, реализующей некую трансцендентную волю исполнителя, сдвигающую событие в сферу символического, ирреального. Маркированность кадра (переход на черно-белое изображение) приводит к ощущению ирреальности происходящего, когда невозможно с точностью определить, что за исполнитель на экране: актер

В. Гафт, сам В. Маяковский или актер-медиум?

Произведение В. Маяковского «Прошение на имя» в исполнении В. Гафта наполнено портретными зарисовками:

Я не доставлю радости видеть

что сам от заряда стих.

Меня

из-за угла

ножом можно.

Эти развернутые планы-эпизоды дают повод режиссеру и оператору снимать исполнителя крупным планом, соответствующим крупному плану текста.

Работа камеры в режиме остановки действия фокусируется на глазах исполнителя, который словно гипнотизирует телезрителя и вызывает его на откровенный разговор:

67

Верить бы в загробь!

Легко прогулку пробную.

Стоит

только руку протянуть -

пуля

мигом

в жизнь загробную начертит гремящий путь.

Здесь же необходимо оговорить особенности монтажных ходов. Специфический «синтаксис» режиссера программ «Мелодия стиха» (к сожалению, в проекте так и не указано, кем сделана программа), связанный с нарушением традиционной для нормативного повествования логики, а также доминирование кодов и стратегий внутрикадрового монтажа над межкадро-вым можно рассматривать как реализацию принципов «эстетики невмешательства» Базена. Эти принципы и находят свое выражение при воплощении поэзии В. Маяковского на телеэкране.

Учитывая протяженность звучащего слова во времени, а также отсутствие других телевизионных выразительных средств, кроме крупности плана, кадры тем не менее не выглядят единообразными и статичными. Они точно «одеваются» в текстовую оболочку и становятся с текстом единым целым. Звук и особая модальность кадра создают неповторимую атмосферу, ощущение воздуха, пространства, глубины, реализующими полноту феноменального контакта.

Известно, что взаимодействие телевидения со знаковым фоном режиссуры театра и кинематографа выступает в качестве фундаментального условия смыслообразо-вания телевизионной версии художественного произведения. Основу создания телевизионного постановочного дискурса составляет репродуцирование в нем других кодов, знаков, присущих кинематографу и театру. Телевизионное произведение связывает между собой эти семантические векторы, и художественный текст начинает выстраиваться как «мозаика из рядополо-

68

женных цитат, каждая из которых обладает своей непосредственной денотативной семантикой» [3, с. 423].

Кадры текста в «Мелодии стиха» структуируются мобильно, изменчиво за счет диалектики работы камеры по крупности планов. Камера берет крупным планом В. Гафта, психологический код заявляет о личном знакомстве адресата и адресанта с персонажем:

Вот он

большелобый тихий химик

Затем камера медленно отъезжает на средний план, словно открывает пространство, которое окружает ученого:

Книга -

«вся земля» -

выискивает имя.

Век ХХ-ый.

Воскресить кого б?

Изменение атмосферичности кадров в данной программе идет также благодаря резкой смене крупности планов, что выявляет всю многогранность содержания стихов В. Маяковского. Общий план резко сменяется средним, точно приближая героя к телезрителю, выхватывая его из общей жизни:

Что хотите буду делать даром -

И вдруг совершенно неожиданно бытовой, на первый взгляд, текст становится похожим на клятву, так как кадр моментально трансформируется в крупный:

чистить

мыть

стеречь

мотаться

месть.

В результате возникает бесконечный поток событий, рассуждений, даже появляются персонажи - тот состав, в котором должно вызреть действие, и камера выращивает это действие с помощью смены крупности планов.

И безусловная победа трио автор-режиссер-исполнитель - это финальные кадры. Они словно закольцовывают разговор о вечном: о гармонии мира и личности в данном мире. Активный отъезд камеры от среднего плана к общему транслирует отчаянный шаг героя в мир:

чтоб мог в родне отныне стать

Затем скачок камеры на крупный план, который поддерживает мольбу героя:

отец -

по крайней мере миром землей по крайней мере - мать.

В силу того, что экранное произведение - комбинация телевизионных систем, более или менее интегрированных в «глобальный проект», оно становится объектом манипуляций, постоянной работы режиссера телевизионных художественных программ и телезрителя по структуированию экранной версии литературного произведения.

Интерпретация зависит от точности определения герменевтом текстовой ситуации, заданной автором-творцом.

1. Егоров, В. В. На пути к информационному обществу / В. В. Егоров. - М.: ИПК работников телевидения и радиовещания, 2006. - 192 с.

2. Зеркала и лабиринты. Опыты текстового анализа: сб. ст. / сост. Л. Б. Клюева, О. В. Чефанова. -М.: ВГИК, 2001. - 223 с.

3. Лукин, В. А. Художественный текст / В. А. Лукин. - М.: Ось-89, 2005. - 560 с.

69