Москва на досадном положении

Мэр Москвы Сергей Собянин начинал работу с громких обещаний улучшить жизнь города. Уже на третьем месяце его управления Москвой видна потеря реформаторского темпа. Заявили о градостроительных ошибках — исправлять не стали. Начали воевать с палатками — отступили. Решили не пускать в центр грузовики — передумали. Все больше вопросов, чем Собянин отличается от предшественника, кроме того, что у Лужкова хотя бы с ручным управлением городом все было в порядке.

Федеральное подчинение

Поначалу, вскоре после назначения, казалось, что Сергей Собянин — мэр новый в полном смысле слова, призванный опровергнуть ставшее расхожим выражение "Москва — не Россия". Насущные проблемы столицы, которые ему надо решить, сформулировал Дмитрий Медведев на инаугурации Собянина 21 октября 2010 года. Быстро проговорив обычные политические мантры о повышении уровня жизни москвичей, сохранении социальных стандартов и заботе о стариках, президент перешел к трем конкретным проблемам.

Вопрос о перегретых ценах на недвижимость президент элегантно увязал с проблемой молодежи: "Вы будете помнить о молодых семьях, которые создаются в Москве и которые хотят получить новое жилье, причем жилье по нормальным ценам".

Чтобы сделать Москву финансовым центром "на территории практически всей Евразии", Медведев призвал улучшать деловой климат в столице. "Факторы, которые, к сожалению, препятствовали развитию полноценной деловой активности" — это, видимо, эвфемизм для коррупции. Президент выразил уверенность, что с "факторами" Собянин справится.

Третью проблему Медведев обозначил без обиняков, заметив, что она на поверхности,— это транспортная ситуация. Оправдав уверенность президента, Сергей Собянин сразу не пожалел сил и внимания на борьбу с пробками, которая сама собой стала в глазах москвичей его главным занятием.

Борьба с пробками

Борьбу с московскими заторами Сергей Собянин начал в деятельном стиле высшего руководства страны. Если для тушения лесных пожаров премьер-министр Владимир Путин поднимался на борт самолета-амфибии, то столичный мэр ограничился крышей 14-этажного дома в районе метро "Белорусская": с него он в течение получаса осматривал попавшие в плен автомобили. Впрочем, пробки, как будто издеваясь, к концу 2010 года оказались не меньше, чем при Лужкове. Даже федеральные телеканалы отрапортовали 29 декабря о том, что столичные заторы, если их расположить в линию, достигли бы Барселоны — этот образ иллюстрирует их невиданную общую протяженность в 3,2 тыс. км.

"Конечно, это стечение обстоятельств,— вступается за мэра президент ассоциации дорожных научно-исследовательских организаций РОДОС Олег Скворцов.— Каждый раз под Новый год все дороги забиты: сами москвичи развозят подарки, из других городов приезжают поздравить. А в этом году были еще и сложные погодные условия".

По традиции рвение властей в уборке снега выражается в цифрах: в этом году 15 тыс. единиц снегоуборочной техники разгребали завалы. Однако москвичи заметили, что снег стали убирать медленнее: даже после завершения обильных осадков на некоторых тротуарах и обочинах дорог он лежал еще с неделю.

"Лужков создал за 20 лет приспособленную лично под него машину управления. Механизмы личных связей исчезли с уходом Лужкова, без этих приводных ремней машина работает хуже. Даже с уборкой снега мы видим какие-то непонятные проблемы",— объясняет ухудшение снегоочистки депутат Мосгордумы Сергей Митрохин. Показательно, что стихия заставила мэра даже отказаться от данного ранее и понравившегося многим обещания. Еще в октябре прошлого года он объявил борьбу противогололедным реагентам, которые портят обувь москвичей. Их применение во дворах и на тротуарах запретили уже при Лужкове, однако Собянин распорядился строго контролировать это табу. Но уже в январе нынешнего года запрет, доставшийся от прежней власти, был снят: представитель московского правительства Игорь Пергаменщик объявил, что тротуары обработают реагентом, поскольку, очевидно, иначе с погодными проблемами не справиться.

На непреодолимое и почти стихийное сопротивление мэр натолкнулся и в другом эпизоде борьбы с пробками, завершившемся фиаско. В конце октября Собянин неожиданно выехал инспектировать городское хозяйство и уволил руководителей управ Тверского и Пресненского районов. Поплатились они за ларьки, размещенные в центре города: из-за них не видно памятника участникам восстания 1905 года, а главное — они мешают проходу граждан и проезду транспорта.

Специалисты-транспортники согласны: главный вред от палаток даже не в том, что они преграждают проезд сами, а в том, что водители, покупающие в палатках сигареты, перекрывают дорогу брошенными машинами. Обеспокоенные увольнениями коллег чиновники взялись за дело с рвением: по данным департамента торговли и услуг Москвы, с начала ноября было демонтировано 2204 объекта мелкорозничной торговли. Правда, когда выяснилось, что большая часть объектов снесена незаконно, акцию приостановили: Собянин, как считает Сергей Митрохин, испугался, что попадет в ряды врагов малого бизнеса.

"Чиновники в управах постарались ликвидировать вещдоки. Они же сами и позволяли ставить эти палатки — отсюда такое рвение",— говорит вице-президент ассоциации малого и среднего бизнеса "Опора России" Владислав Корочкин. Не секрет, что перегибы на местах были, подтвердили в московском департаменте торговли и услуг и даже создали специальную комиссию по рассмотрению конфликтов. Снесенные палатки стали возвращаться — правда, по временной схеме. Уже в январе Собянин, как передает "Интерфакс", назвал такие цифры: убирать надо 1,3 тыс. ларьков, из них более 800 уже вывезены. То есть осталось убрать около 500 палаток, разработать новую схему и провести в июне конкурсы на их размещение. Правда, эксперты из "Опоры" утверждают, что законных палаток по схеме выходит слишком мало: их просто не хватит, чтобы обслуживать Москву. Так что не вполне ясно, что помешает вновь открываться незаконным ларькам: с ними-то боролись и при Лужкове.

Другой антипробочный проект — запретить въезд грузовиков в город с 7 до 22 часов — закончился еще более бесславно. Это предложение было внесено на рассмотрение в правительство Москвы еще до прихода нового мэра, однако сам Собянин его поддерживал. По крайней мере, он уже вел переговоры с Московской областью о создании мест отстоя грузового транспорта. Однако мэр решил не рубить с плеча: после встречи с крупными ритейлерами он назвал новость о запрете въезда грузовиков газетной уткой, хотя этот пункт значился в "Комплексном плане мэра по решению проблем Московского транспортного узла".

Отсутствие поспешных решений по грузовикам — положительный момент, уверяет глава Ассоциации компаний розничной торговли Илья Белоновский. "Половина супермаркетов находится в жилых домах, где разгрузка по ночам запрещена. А днем вместо одной фуры продукты бы стали подвозить десять "Газелей" — это бы навредило и экологии, и транспорту. Мы рады, что ничего не делается оголтело, все продумывается с привлечением бизнеса",— говорит эксперт.

Собственно, от прежних намерений мэра бороться с грузовиками остались лишь довольно туманные планы не подпускать к Москве транзитные фуры — мера правильная, но трудновыполнимая: дорожная сеть так устроена, что путь между двумя точками на периферии зачастую идет через центр.

Есть и ряд других мер, намеченных новым московским правительством, которые когда-то должны дать эффект. Московский бюджет в 2011 году выделил на транспортную проблему в три раза больше денег, чем годом ранее,— 203 млрд руб. Строительство новых дорог, развитие метро, появление футуристических экобусов, которые могут заменить тормозящие трафик троллейбусы, создание интеллектуальной транспортной системы... Впрочем, эксперты сходятся в том, что эти меры могут только законсервировать дорожную проблему, лишь уравновесив ежегодный прирост автопарка. К тому же судить об их эффективности пока нельзя — в отличие от уже предпринятых шагов вперед и тут же назад, которые ничего в ситуации с пробками не изменили.

Коррупция и недвижимость

Если борьба с пробками стала знаменем нового мэра, то проблемы коррупции и дорогой недвижимости пока что в тени. Тем не менее кадровые перестановки нового мэра вполне могут свидетельствовать о его желании победить взяточничество. Например, своего поста лишилась префект Северо-Восточного округа (СВАО) Москвы Ирина Рабер: в ее префектуре случился коррупционный скандал, было даже возбуждено уголовное дело. Впрочем, Рабер спокойно ушла на пенсию (ей 61 год), дело против нее возбуждено не было, а сам Собянин наградил ее почетной грамотой. Кстати, коррупционный скандал не помешал занять пост префекта бывшему первому заместителю Ирины Рабер — Игорю Колесникову. Видимо, он тоже не знал о том, что в префектуре воруют.

"Собянин успел переформатировать команду, теперь это гибрид из старых и новых людей,— говорит Сергей Митрохин.— Новые люди Собянина пока для меня инкогнито, но есть основания полагать, что опыт для управления Москвой у них недостаточный, объекты у них были легче. И реальных системных изменений нет, нет намерений повышать роль местного самоуправления, контрольные функции думы. Без этого коррупция будет такой же, как при Лужкове. Пока что чиновники боятся развернуться в полную мощь, но скоро поймут, что механизмы контроля остались прежние".

Зато относительно недвижимости эксперты предаются сдержанному оптимизму. Старому мэру чаще всего вменяли в вину, что его жена владеет фактически большей частью градостроительного комплекса Москвы, поэтому новости о том, что Елена Батурина может продать "Интеко", воспринимаются положительно. Еще более радостной новостью станет возобновление аукционов по продаже участков под застройку жильем: они не проводились в Москве с 2007 года. Правительство уже сообщило, что в 2011 году на подготовку площадок под застройку, которые будут переданы на аукционы, из бюджета планируется выделить 7 млрд руб.

"При Лужкове рынок недвижимости намеренно сужался, московские застройщики даже уходили в регионы,— поясняет руководитель портала IRN.ru Олег Репченко.— Так что теперь все ждут нормальных прозрачных процедур по аукционам и что они будут в достаточном количестве. Если будет больше застройщиков, цены, соответственно, не будут расти. Но сфера недвижимости инертна: первые итоги могут появиться через год-два".

Такие же осторожные оценки эксперты высказывают и по решению другой проблемы лужковской Москвы — разрушения исторических зданий. "Строительство на Боровицкой и Хитровской площадях отменено,— отмечает координатор общественного движения "Архнадзор" Константин Михайлов.— С другой стороны, уже при Собянине был снесен старинный дом N 10 по Кадашевской набережной, хотя решение наверняка принималось еще при Лужкове. Собянин заявил, что власть будет бережно охранять Москву, но ни в какую конкретную программу эти слова не воплотились. Старая Москва — это всего 7% городской территории, давно пора оградить эту территорию от всяких посягательств, а строить на остальных 93%". Возможно, знаком может служить решение по такому нашумевшему проекту, как строительство гостиницы в Козихинском переулке. Новая администрация откликнулась на возмущения местных жителей точечной застройкой, проанализировала проект. И пришла к выводу, что все в порядке. И вот еще: Собянин раскритиковал градостроительную политику предшественника, но принятый до него со скандалом генплан застройки не отменил. Конечно, мэр не собирается сносить не только "Москва-Сити", который он назвал ошибкой, но и никакой пробкообразующий торговый центр.

Выступая перед членами фракции "Единая Россия" в Мосгордуме еще до официального назначения мэром, Собянин заметил, что у него "нет цельной программы действий, но есть видение проблем, которые необходимо решать". Похоже, цельной программы по заявленным направлениям пока не появилось, а видение того, что московские проблемы можно оперативно решить, претерпело серьезные изменения.