Дебют Олега Лобова

Дебют Олега Лобова

Стандартная новизна

       Дебюты первых вице-премьеров в российском правительстве обычно проходят одинаково. Новичку поручают возглавить одну из рутинных правительственных комиссий, и он проводит ее первое заседание так, чтобы все поняли: новый шеф не просто суровей, чем предыдущий, — он мыслит по-государственному и придаст своей комиссии особый вес. Послевыборное заседание комиссии по оперативным вопросам, которое впервые провел Олег Лобов, сменивший Олега Сосковца, этим стандартам полностью соответствовало.
       
       Заседание комиссии при Лобове отличалось от заседаний при Сосковце даже внешне. Во-первых, оно длилось три часа (рекорд пребывания членов комиссии в Овальном зале Белого дома под председательством Сосковца составлял всего два часа). Причем расходясь, все сошлись во мнении, что в дальнейшем заседать придется еще дольше. Во-вторых, выступили абсолютно все присутствовавшие (иногда у микрофона возникала даже небольшая давка). При Сосковце члены комиссии вели себя далеко не так активно.
       Впрочем, основное внимание, разумеется, привлекало поведение не членов комиссии, а самого Лобова. Новый первый вице-премьер вошел в Овальный зал с широкой улыбкой и пожал руки членам президиума комиссии (заметим, президиум явился на заседание не в полном составе — не было, в частности, фаворита Сосковца, министра оборонной промышленности Зиновия Пака). Больше Лобов в течение заседания не улыбался. Когда министр транспорта Николай Цах делал доклад по первому вопросу, включенному в повестку дня — о программе возрождения торгового флота России — Лобов бесстрастно смотрел поверх голов присутствовавших. Цах делал упор на проблемы с бюджетным финансированием и планы работы своего министерства на 1996-2000 гг. После выступления он бойко ответил на вопросы членов президиума и счел обсуждение вопроса законченным — именно так все проходило при Олеге Сосковце. И тут Лобов взял слово. "Обычно, когда не выполняется бюджетное финансирование, — заявил он, — предприятия активнее привлекают собственные средства. Почему же у вас свои источники задействованы только на 11%? Куда подевалась остальная прибыль?" Цах попробовал привести какие-то доводы в свое оправдание, но Лобов, полистав розданные на заседании статистические материалы, вспылил: "И вы еще просите какие-то льготы? А зачем вам льготы? Чтобы спокойнее спалось?" В итоге комиссия признала доклад министра транспорта "неудовлетворительным" и даже "недостаточно самокритичным". "Присаживайтесь, — недовольно сказал Олег Лобов, — пусть нам теперь департамент речного флота объяснит, куда подевалась прибыль".
       На трибуну потянулись собирающиеся выступить — в том числе представители Минфина, Минэкономики, Миноборонпрома, директора судостроительных предприятий и транспортных компаний. Все они соглашались с Лобовым, что необходимо искать внутренние резервы и не надеяться на бюджет. Но в то же время пытались как-то оправдать министра транспорта, на которого было жалко смотреть. В конце концов потерянная прибыль была найдена. Во всем оказались виноваты неплатежи смежников, из-за которых вся прибыль ушла на различного рода штрафы и пени налоговым органам. Когда обсуждение первого вопроса было близко к завершению, вдруг снова воспрял Николай Цах. Он попросил разрешения зачитать еще некоторые цифры в свое оправдание. Но Олег Лобов ответил ему: "Потом зачитаете. Надеюсь, не в последний раз видимся". На лице Цаха было написано опасение, что как раз в последний.
       "Крут", — говорили чиновники в коридоре, покинув зал после окончания обсуждения первого вопроса. Они еще долго стояли, споря друг с другом и делясь впечатлениями. Некоторые здесь же раскладывали на коленях листки бумаги и что-то высчитывали. В это время в Овальном зале уже шло обсуждение второго вопроса: "О ходе реализации программы по стандартизации, сертификации и единству измерений". Олег Лобов допрашивал нового докладчика, председателя Госстандарта Сергея Безверкина: "Почему у вас темпы обновления стандартов составляют 3%, тогда как требуется 10-15%? Что делают ваши сотрудники? Зарплату получают?" А в конце заседания Лобов произнес некое подобие программной речи, заявив, что комиссия должна прежде всего заниматься оперативными вопросами, а не превращаться в орган по обсуждению "программ со сроком исполнения до 2000 года". Члены комиссии смотрели на него преданно.
       
       АНДРЕЙ Ъ-КУЦ