Этнодемографические процессы в Бурятии. Исторический очерк

ЭТНОГРАФИЯ

УДК 39:314

А. В. Имихелов*

Этнодемографические процессы в Бурятии.

Исторический очерк

В статье дается анализ этнодемографических процессов в Байкальском регионе среди бурят, эвенков, сойотов. Языковая ситуация говорит о процессах утраты общественных функций родного языка. Если сойоты и эвенки практически полностью его утратили, то у бурят он сохранился в основном в сфере домашне-бытового уклада.

There are some conclusions on ethnodemographic processes in Baikal region among the buryats, evenks and soyots are presented in the article. The language situation speaks about processes of loss of public functions of a native language. Soyots and evenks almost have completely lost it, buryats has remained it basically in housekeeping life.

Ключевые слова: буряты, сойоты, эвенки, этнодемография, динамка численности, статистика, перепись населения, этнические компоненты.

Key words: buryats, soyots, evenks, ethnodemography, dynamics of number, statistics, population census, ethnic components.

В данной статье мы рассматриваем сложившуюся этнодемо-графическую ситуацию в Бурятии с привлечением материалов по коренным народам региона, бурятам и эвенкам, а также по сойотам, которые начали оформляться как самостоятельный этнос с начала 1990-х гг.

Буряты в настоящее время - наиболее крупный по численности народ среди коренного населения Сибири. Территория их современного расселения - обширная полоса лесостепной и горнотаежной зоны, простирающаяся от г. Нижнеудинска на западе до верховьев Амура на востоке.

Буряты как народность сформировались на основе длительного и тесного взаимодействия этнических компонентов монгольского, тюркского, тунгусского и прочего происхождения.

* Имихелов Александр Валерьевич, аспирант, Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН.

80

В период с XIV по XVII в. в Прибайкалье происходил процесс консолидации различных родоплеменных групп, в том числе тюркского и тунгусского происхождения, в рамках нескольких крупных территориально-этнических объединений. К началу ХVII в. этническая карта в регионе выглядела примерно следующим образом. В долине Ангары и ее притоках, а также Верхней Лены проживали хонгодоры, булагаты, эхириты и отдельные родовые группы запад-но-монгольского происхождения - икинаты, сэгэнуты, зунгары и т. д. В Забайкалье кочевали хоринцы и многочисленные группы собственно монгольского происхождения. В верховьях Оки обитала небольшая часть сойотов-тюрков, впоследствии почти полностью ассимилированных бурятами. Кроме того, на р. Витим и в районе Еравнинских озер проживали дауры. О том, что они говорили на одном из диалектов монгольского языка, свидетельствует тот факт, что согласно донесениям русских казаков их язык «с якутским и тунгусским не сходится». Однако в источниках последующего времени дауры уже не упоминаются как этническое целое.

Можно предполагать, что основная часть предбайкальских бурят, т. е. эхириты, булагаты и, по крайней мере, часть хонгодоров, к началу XVII вв. находилась на определенной стадии этнической консолидации. Это было обусловлено целым рядом факторов: единство территории, периферийное положение к остальному мон -гольскому этническому миру, сходство природно-географических условий, следовательно, хозяйственно-культурных типов, общность исторических судеб. В формировании народа заметную роль сыграли этнические компоненты тунгусского, тюркского и также ойратско-го происхождения, что во многом определило своеобразие культурного облика западных бурят [7, с. 102-103].

Присоединение территории Восточной Сибири к России придало совершенно иную направленность и характер происходящим в регионе этническим процессам, предопределив во многом их современную специфику.

Вторжение нового и весьма могущественного этноса не могло не сказаться на привычном образе жизни и расселении местного населения. Прежде всего, необходимо отметить усиление миграционного движения среди аборигенов, которые и до этого вели достаточно подвижный образ жизни. Оно было вызвано несколькими причинами: и стремлением уклониться от уплаты ясака, и лихоимством местной русской администрации, и хозяйственной деятельно -стью переселенцев, и т. д.

Среди западных бурят наиболее массовые перемещения связаны с известными событиями 1658 г., которые достаточно сильно сказались на характере расселения и в родоплеменной структуре отдельных групп бурят. Одно из существенных этнических последствий данного события - это фактический распад унгинско-окинской группировки булагатов на левобережье Ангары. Возвращаясь в последующие годы отдельными небольшими группами, беглецы в силу разных обстоятельств в основной массе уже не попадали в прежние места обитания. Так, согласно данным исторических хроник селенгинских бурят, когда в результате притеснений со стороны местных правителей Монголии ашебагаты вернулись в пределы России, в Иркутске им было предложено заселяться по Хилку и Чи-кою, т. е. по притокам Селенги. По данным 1669 г. в низовьях Оки насчитывалось лишь 26 плательщиков ясака [4, с. 212], в то время как, по некоторым оценкам, бурят здесь к приходу русских проживало более тысячи человек, не считая их кыштымов [8, с. 44].

На протяжении всего послерусского периода происходил довольно активный процесс ассимиляции бурятами отдельных групп населения тунгусского и тюркского происхождения. Тунгусы, насколько можно судить, еще относительно недавно являлись самой крупной по численности этнической общностью среди коренного населения Сибири. По некоторым оценкам, их численность к началу XVII в. составляла 36,2 тыс. чел., в то время как численность бурят - 27,3 тыс. чел. [4, с. 615-617].

Однако к концу XIX в. данное соотношение резко изменилось. По переписи 1897 г. численность тунгусов (вместе с ламутами и ороченами) составила примерно 61 тыс. чел., бурят - 288 тыс. чел., якутов - 226 тыс. чел., тюрков Саяно-Алтая - около 110 тыс. чел. [10, с. 2-8]. Налицо, таким образом, застой в приросте численности тунгусов за рассматриваемый период, что в известной мере можно рассматривать и как последствие опустошительных эпидемий. Вместе с тем обращает внимание буквально скачкообразный рост численности якутов и особенно бурят, что невозможно отнести только за счет естественного прироста населения. Очевидно, значительная часть тунгусских племен оказалась в конечном счете ассимилиро -ванной. Так, по данным С. Патканова, в конце XIX в. только 44,5 % собственно тунгусов (включая ламутов и ороченов) еще помнили родной язык, при этом на русский перешли 31,8 %, на бурятский -15,7 %, на якутский - 7,6 % [10, с. 2-8].

Процесс этнической ассимиляции эвенков со стороны бурят и русских в основном завершился в первые десятилетия XX в. По

данным, например, Всесоюзной переписи 1926 г. на территории Бурят-Монгольской АССР эвенков зарегистрировано всего 2791 чел., из которых 2158 чел. назвали в качестве родного бурятский язык.

Процесс межэтнической интеграции становится еще более интенсивным и разнохарактерным где-то с рубежа XVIII-XIX вв., когда русскоязычный этнический компонент становится численно преобладающим в регионе. Приведем некоторые статистические данные по материалам Всероссийской переписи 1897 г., которая засвидетельствовала дальнейшее увеличение доли пришлого населения по Иркутской губернии и Забайкальской области. В 1897 г. в пределах Иркутской губернии и Забайкальской области проживало 1187142 чел. Всего в списках упоминаются названия более 40 национальностей, однако основную часть населения составляли представители трех национальностей: русские 68,9 % всего населения, буряты 24,3 % и эвенки 3,0 %. Причем если основная масса бурят располагалась преимущественно в пределах указанной территории (вне ее зафиксировано только 309 душ обоего пола), то тунгусов здесь проживало 62 % от их общей численности.

Обратимся к основным видам занятий населения. Хотя подав -ляющее большинство бурят было занято в сфере сельскохозяйственного труда, но вместе с тем довольно отчетливо наметился процесс социально-профессиональной дифференциации среди них. Например, по таким разделам, как Наука, литература, искусство, указано четыре человека, Учебная и воспитательная деятельность - 34 чел., Врачебная и санитарная деятельность - четыре человека.

Доля грамотных среди бурят Предбайкалья составила 5,5 %, среди забайкальских - 8 %. При этом большинство иркутских бурят владело русской грамотой, а забайкальские - старомонгольской письменностью. Имеющих образование выше начального насчитывалось всего 66 чел., в том числе 10 женщин.

Явное преобладание иноэтнического компонента, а также активная русификаторская политика царской администрации, особенно православной церкви, стали причиной довольно интенсивных ассимиляционных процессов среди бурят. В 1897 г. доля перешедших на русский язык среди забайкальских бурят составила 5,2 %, среди иркутских - 12,5 %. Число крещеных среди бурят превысило 50 тыс. чел. Хотя крещение нередко носило формальный характер, многие крестились по нескольку раз ради избавления от податей и получения каких-либо льгот, тем не менее это привело к возникно-

вению особого метисного слоя населения, известного под названием «ясачных» или «карымов».

Начало нового этапа в национальной жизни бурят знаменует образование в 1923 г. Бурят-Монгольской АССР. Это создало благоприятные условия для национально-государственного строительства, для развития процесса национальной консолидации бурят. В пределах республики в то время проживал 91 % всех бурят страны, а доля бурят в республике составила 48,2 % всего населения.

Наметившиеся положительные тенденции в области национально-государственного строительства во многом были свернуты в результате известных событий последующих лет. Массовые политические репрессии 1930-х гг., ставшие одной из наиболее трагических страниц в истории всего советского народа, особенно болезненно отразились на судьбах относительно малых и малочисленных народов национальных окраин, у которых только начал складываться собственный административно-хозяйственный аппарат, зарождаться прослойка национальной интеллигенции.

Вполне соответствовало духу того времени обнародованное 26 сентября 1937 г. Постановление ВЦИК СССР «О разделении Восточно-Сибирской области на Иркутскую и Читинскую области».

ЦИК СССР утвердил следующее постановление Всероссийского ЦИК:

• разделить Восточно-Сибирскую область на Иркутскую область с центром в г. Иркутске и Читинскую область с центром в г. Чите;

• присоединить к Читинской области Агинский и Улан-Ононский аймаки Бурят-Монгольской АССР, образовав Агинский Бурят-Монгольский национальный округ с центром в селении Агинском;

• присоединить к Иркутской области Аларский, Боханский, Эхи-рит-Булагатский и Ольхонский аймаки Бурят-Монгольской АССР;

• образовать в составе Иркутской области Усть-Ордынский Бурят-Монгольский национальный округ с центром в селении Усть-Орда в составе Аларского, Боханского и Эхирит-Булагатского аймаков, Середкинского, Евсеевского, Казачинского сельсоветов Кировского района и Усть-Усинского сельсовета Балаганского района.

Данное постановление, как неоднократно отмечалось в последующем официальными лицами и даже некоторыми учеными, диктовалось соображениями экономико-географического характера, хотя политическая подоплека данного события вполне очевидна. Как известно, в августе - сентябре в БМАССР развернулась широкая кампания по разоблачению врагов народа, националистов, пан-

монголистов. В результате было полностью обезглавлено руково-дство республики [15, с. 28].

О масштабах репрессий среди бурят могут дать некоторое представление статистические материалы. Согласно переписи населения СССР 1939 г. произошло дальнейшее сокращение числен -ности бурят - до 225 тыс. чел.

Как видно, речь идет не просто о снижении прироста населения, а об абсолютных потерях в численности в условиях мирного времени. Подобные факты за рассматриваемый период среди народов Сибири и Средней Азии отмечены только у бурят, эвенков и казахов. Очевидно, что подобный демографический феномен невозможно полностью объяснить только фактами ухода за границу части бурятского населения в годы коллективизации. Это во многом нужно рассматривать и как прямые последствия массовых репрессий 1930-х гг. Одна из причин таких больших потерь именно среди бурят заключается, видимо, в существовании у них значительной прослойки представителей духовенства, которые стали первоочередной жертвой карающего молоха. Как известно, в 1920-х гг. в Бурятии функционировали 44 дацана, где насчитывалось около 20 тыс. священнослужителей.

Перепись 1939 г. зафиксировала также резкое сокращение доли бурятского населении в республике - от 44 % в 1926 г. до 21 %. Причиной тому стали не только названные выше обстоятельства, не только административное переустройство 1937 г., но и интенсивный приток нового населения в связи с широко развернувшимся в республике промышленным строительством. Достаточно сказать, что почти одновременно было начато строительство сразу нескольких промышленных объектов всесоюзного значения - стеклозавод (1930 г.), мясокомбинат (1931 г.), паровозо-вагоноремонтный завод (1932 г.). Поэтому при сокращении численности бурят в республике на 45 % численность русскоязычного населения увеличилась более чем в 1,5 раза.

Вместе с тем за послевоенные десятилетия (вплоть до начала 1990-х гг.) наблюдался неуклонный поступательный рост численности бурят. Например, с 1959 по 1989 г. их численность увеличилась на 66,5 %.

В последние десятилетия советского периода прослеживалась, возможно, и не очень заметная внешне тенденция к возрастанию доли выезжающих на постоянное жительство за пределы территории исконного проживания бурят. Так, если в 1959 г. на территории РБ, Иркутской и Читинской областей проживало 97,3 % всех бурят

страны, то в 1970 г. - 96,4 %, в 1979 г. - 95 %, в 1989 г. - 93,5 %. По данным 1989 г. бурят проживало: в Республике Саха-Якутия -8471 чел., Магаданской обл. - 1579 чел., Красноярском крае -1463 чел., в Москве и Московской обл. - 1496 чел., Республике Тыва - 570 чел.

За пределами РФ общая численность бурят составила около 4000 чел. (1989 г.), в том числе в Казахстане - 1172 чел., Узбекистане - 942 чел., Украине - 911 чел., Таджикистане - 378 чел., Кыргызстане - 229 чел.

Компактно проживают буряты также на территории Монгол Улс (Хэнтэйский, Восточный, Селенгинский, Центральный, Хубсугуль-ский, Булганский аймаки) - всего, по оценочным данным, около 100 тыс. чел. Примерно 6-7 тыс. бурят обитают на территории Ху-лунбуирского аймака АРВМ КНР.

По переписи 2002 г. численность бурят по РФ составила 445 тыс. чел., т. е. налицо достаточно ощутимое сокращение темпов прироста. Прирост по сравнению с 1989 г. составил 6,7 %. Для сравнения: прирост бурят с 1979 по 1989 г. был равным 19,2 %. 61,3 % бурятского населения страны сосредоточено в Республике Бурятия; прирост бурят по республике несколько выше, чем по стране в целом - 9,4 %. Причем это происходило на фоне некоторого сокращения всего населения РБ - с 1038 тыс. чел. в 1989 г. до 981 тыс. Более интенсивное увеличение численности бурятского населения в республике можно отнести не столько за счет хорошего естественного прироста, сколько благодаря внешней миграции из Иркутской и Читинской областей, также вследствие возвратной миграции из других регионов РФ и стран СНГ.

За последние десятилетия наблюдалось также постепенное увеличение доли бурятского населения в РБ: в 1959 г. - 20,2 %, 1979 г. - 23 %, 1989 г. - 25 %, 2002 г. - 27,8 %. По Иркутской области данный показатель следующий - 3,6, 2,8, 2,7, 3,1 %, а по Читинской области соответственно - 3,9, 4,6, 4,9, 6,1 %.

В Усть-Ордынском бурятском автономном округе проживает 53649 бурят, что составило 39,6 % всего населения округа. По переписям 1959, 1979, 1989 г. соответственно 33,8, 34,5, 36,3 %. Прирост с 1989 по 2002 г. составил 8,7 %. В Агинском бурятском автономном округе численность бурят составила 45149 чел. (62,5 % от общей численности населения округа). По предыдущим переписям соответственно 47,7, 52, 54,9%. Прирост с 1989 по 2002 г. составил 6,4 %. А всего на территории трех бурятских субъектов РФ сосредоточено 83,4 % всех бурят (371,6 тыс. чел.).

Статистика также свидетельствует, что при увеличении доли бурятского населения по РБ в целом более быстрыми темпами росло городское население. Доля бурят-горожан выросла до 48 % по сравнению с 44 % в 1989 г. Удельный вес бурят в общей численности всего городского населения республики возрос до 22,6 %, в то время как в предыдущие сравниваемые годы он соответственно со -ставлял - 11,5, 14,5, 17,3 %.

Причины довольно резкого усиления процесса урбанизации среди бурят вполне объяснимы. Почти повсеместный распад колхозов и совхозов, повлекший за собой массовую безработицу в сельской местности, вызвал интенсивный поток сельчан в города. Причем основная масса переселенцев оседает в г. Улан-Удэ и Иволгинском районе. По переписи 2002 г. доля бурят в г. Улан-Удэ составила 29,8 %. По последней переписи в Иволгинском районе доля бурят составила 52,3 %. Таким образом, Иволгинский попал в разряд таких районов, как Еравнинский, Закаменский, Кижингинский, Курумканский, Окинский, Тункинский, где доля бурят составляет более половины населения.

При известном факте диспропорции в соотношении численности мужчин и женщин в целом по стране и по республике этот показатель у бурят выглядит еще более заметным. В 1989 г. на 1000 мужчин-бурят приходилось 1111 женщин (например, у представителей русской национальности - 1062), а в 2002 г. это соотношение углубилось: на 1000 мужчин - 1129 женщин (у русских -1099).

Эвенки в настоящее время расселены на огромной территории и находятся в тесном контакте со многими народами Сибири. Хотя вопрос о происхождении и вероятной прародине тунгусов остается спорным, наиболее приемлемо предположение, что становление и развитие древнетунгусской этнической общности происходило в основном в пределах горно-таежной зоны, простирающейся от верховьев Амура на Востоке до Прибайкалья на западе, т. е. преимущественно на той территории, которая занимает в настоящее время Бурятия [6, с. 98-99].

В результате тесного взаимодействия предков бурят и эвенков произошло взаимопроникновение многих элементов культуры и языка. Так, в составе бурят исследователи выделяют около 20 этнических групп тунгусского происхождения, оговариваясь при этом, что при более тщательном рассмотрении число таких родов может оказаться гораздо большим [14].

Достаточно полное представление об эвенкийско-бурятских взаимоотношениях в прошлом дают материалы по языку. Правда, пока трудно сказать что-либо определенное о количестве эвенкиз-мов в лексике бурятского языка. Ясно лишь, что оно варьирует по разным территориально-диалектным группам. Особенно распространены эвенкизмы в говорах западных бурят. При этом важно подчеркнуть, что большинство эвенкийских заимствований состав -ляют слова, обозначающие предметы и понятия, связанные с условиями жизни в тайге [13].

Динамика численности эвенков выглядит следующим образом: 1926 г. - 32,8 тыс. чел., 1939 - 29,7 тыс., 1959 - 24,7 тыс., 1970 -25,1 тыс., 1979 - 27,0 тыс., 1989 - 29,9 тыс. чел., 2002 - 35,5 тыс. чел. Таким образом, потребовалось почти восемь десятков лет только для восстановления исходных показателей советского периода. Если отрицательный прирост численности за 1926-1939 гг. можно отнести на счет издержки трагического периода в истории всей страны, то демографические показатели за 1939-1959 гг. (-16 %) не поддаются, на первый взгляд, элементарной логике. Вопрос требует специального разъяснения. Отметим также, что отрицательный прирост численности за 1926-1939 гг. отмечен еще у бурят - от 237 тыс. чел. до 225 тыс. чел. Поэтому есть основание считать, что именно эти два народа наиболее пострадали во время политических репрессий в 1930-х гг.

Распределение численности эвенков по данным переписи 2002 г. выглядит следующим образом: в Республике Бурятия -2334 чел., в Иркутской области - 1431 чел., Читинской области (Забайкальский край) - 468 чел. Динамика их численности по РБ: 1979 г. - 1543 чел., 1989 - 1655 чел., 2002 - 2334 чел. Прирост составил: с 1979 по 1989 г. - 7,3 %, с 1989 по 2002 г. - 31,7 %. По сравнению с данными по РФ: с 1979 по 1989 г. - 10,6 %, с 1989 по 2002 г. - 18,1 %.

Таким образом, налицо очевидное увеличение прироста численности эвенков в целом. Однако по Республике Бурятия сыграли свою роль некоторые другие факторы. По имеющимся у нас данным, отдельные группы ранее обурятившихся или обрусевших эвенков по переписи 2002 г. зарегистрированы как этнические эвенки. Только в одном с. Мыла Закаменского района РБ из 670 чел. 428 чел. сменили свой национальный статус, т. е. отныне они числятся как эвенки (таблица).

Таблица

Динамика численности основных этносов Байкальского региона по отдельным административным образованиям

Годы, этносы РБ Иркут. обл. Читин. обл. АБАО УОБАО

1959 Все население 673326 1976453 1036387 49109 133071

Русские 502568 1661831 940180 23857 75099

Буряты 135798 70,5 39956 23374 44850

Эвенки 1335 1787 1349 42 43

1979 Все население 899398 2558020 1232006 69035 131866

Русские 647785 2252063 1103576 29088 76444

Буряты 206860 71124 56503 35868 45,4

Эвенки 1543 1310 1341 226 35

1989 Все население 1038252 2824920 1375340 77188 135870

Русские 726165 2499460 1216325 31473 76827

Буряты 249525 77330 66625 42362 49298

Эвенки 1655(1679) 1369 1271 166 79

2002 Все население 981238 2581705 1155346 72218 135327

Русские 665512 2320493 1037502 25366 73646

Буряты 272910 80565 70457 45111 53649

Эвенки 2334 1431 468 163 64

В конце XIX в. численность сойотов по Тункинскому ведомству, по оценкам исследователей [1, с. 3], составляла 150 душ обоего пола. По переписи 1897 г. сойоты отдельно не выделены как самостоятельное этническое целое. Поскольку в ходе этой переписи основным этническим определителем являлся язык, то можно констатировать факт утери родного языка сойотами в целом. Аналогичная ситуация зафиксирована в итогах Всесоюзной переписи населения 1926 г., проводившейся по несколько иной программе. Из 229 чел. (161 чел. по Бурят-Монгольской АССР), отнесенных к сойотам, родным назвали язык своей национальности 14 чел., в том числе по БМАССР - 1 чел. Такова официальная статистика.

Профессор Иркутского университета Б.Э. Петри во время своей экспедиции в Восточных Саянах в 1920-х гг. нашел сойотов «разбросанными в 12 местах», которых он разделил на пять групп по

особенностям хозяйственно-бытового уклада. Всего было обследовано 90 семейств с общим населением 431 чел. Подводя итог своим исследованиям, Б.Э. Петри писал: «Итак, мы имеем народ без языка, без своей культуры и без территории. Мы могли констатировать, что и народа нет, а есть ассимилированная бурятами ветвь сойотов. Процесс ассимиляции зашел уже так далеко, что ни о каком возрождении окинских сойотов думать не приходится» [12, с. 18-20].

Однако приведенное заключение, на первый взгляд, довольно категоричное и окончательное, все же не отражает всей сложности этнической ситуации в регионе. Как, например, явствует из материалов, обнаруженных Л.Р. Павлинской в Госархиве Иркутской области, Б.Э. Петри после завершения своей экспедиции неоднократно обращался в Комитет Севера с вопросом о предоставлении сойотам статуса «малочисленного народа Севера», в результате чего последние в марте 1928 г. были внесены в реестр малочисленных народов. Однако ни правительство БМАССР того времени, ни бурятское отделение Комитета Севера не проявили особой заинтересованности в полной административной самостоя -тельности сойотов, и дело ограничилось созданием в 1930 г. Сойотского сомона, подчинявшегося республиканским властям на уровне хошуна и аймака.

В 1940 г. Окинский хошун получил статус аймака, провозглашавшегося республиканскими властями однонациональным, и во всех документах сойоты записывались бурятами. В 1963 г. как непродуктивная была ликвидирована традиционная отрасль хозяйст -венной деятельности сойотов - оленеводство.

«В конце 80-х годов, - констатирует Л.Р. Павлинская, - этническая ситуация в Окинском аймаке создавала впечатление полной этнокультурной ассимиляции сойотов, их растворение в субэтносе окинских бурят... В 1987 г. официально признавали себя сойотами не более 30-ти чел. Однако в начале 1990-х годов на фоне всеобщего подъема национального самосознания сойотский этнос внезапно заявляет о своем существовании.

В 1993 г. сойоты создали свою ассоциацию, в которую записываются 812 чел. Они добивались от правительства Республики Бурятия организации в районе Сойотского национального сомона с центром в с. Сорок. Он был создан в 1994 г. на основании распоряжения президента Республики Бурятия (№ 36-РП от 01.11.94). 24 марта 2000 г. Президентом РФ был подписан Указ о включении сойотов в перечень малочисленных народов России» [9, с. 64-65].

Согласно Всероссийской переписи населения 2002 г. в Республике Бурятия сойотов зафиксировано 2769 чел.

Список литературы

1. Африканов А.М. Урянхайская земля и ее обитатели // Изв. ВСОРГО. -1890. - Т. 21. - № 5. - С. 34-59.

2. Всесоюзная перепись населения 1926 г. - М.: ЦСУ, 1928. - Т. 6: Сибирский край. БМАССР.

3. Всесоюзная перепись населения 1926 г. - М.: Изд. ЦСУ Союза ССР, 1929. - Т. 17: Союз Советских социалистических республик. Отд. 1: Народность. Родной язык. Возраст. Грамотность.

4. Долгих Б.О. Родовой и племенной состав народов Сибири в XVII веке. -М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1960.

5. Итоги Всероссийской переписи населения 2002 г.: Офиц. изд.: в 14 т. -Т. 1: Численность и размещение населения. - М., 2004.

6. Нимаев Д.Д. О роли тунгусского компонента в этногенезе бурят // Этнокультурные процессы в Юго-Восточной Сибири в средние века. - Новосибирск, 1989. - С. 98-103.

7. Нимаев Д.Д. Монгольские народы: этническая история и современные этнокультурные процессы: учеб. пособие. - Улан-Удэ : Изд-во БГУ, 2007.

8. Окладников А.П. Очерки из истории западных бурят-монголов (XVII-XVIII вв.). - Л.: ОГИЗ, 1937.

9. Павлинская Л.Р. Кочевники голубых гор. - СПб.: Европейский дом,

2002.

10. Патканов С. Статистические данные, показывающие племенной состав населения Сибири, язык и роды инородцев. - Т. 1: Сводные таблицы и краткие выводы. - СПб., 1912. (Зап. / ИРГО. Отд-ние статистики. Зап. Т. 11, вып. 1).

11. Патканов С. Статистические данные, показывающие племенной состав населения Сибири, язык и роды инородцев. - Т. 3: Иркутская губ., Забайкальская, Амурская, Иркутская, Приморская обл. и о. Сахалин. - СПб., 1912. (Зап. / ИРГО. Отд-ние статистики. Зап. Т. 11, вып. 3).

12. Петри Б.Э. Этнографическое исследование среди малых народов Восточных Саян (предварительные данные) // Сб. тр. Иркут. гос. ун-та. - Иркутск, 1927. - Вып. 12. - С. 217-235.

13. Рассадин В.И. К сравнительному изучению анималистической лексики бурятского языка // Языки и фольклор народов Севера. - Новосибирск, 1981. -С. 97-119.

14. Цыдендамбаев Ц. Б. Заметки об этнических и языковых контактах бурят и эвенков // Языки и фольклор народов Севера. - Новосибирск, 1981. -С. 70-91.

15. Чимитдоржиев Ш.Б. Бурят-монголы: история и современность. - Улан-Удэ: Республ. типогр., 2000. - 128 с.