Проблема разграни чени я научного и наивного знани я в языке

проблема разграничения научного и наивного

знания в языке

Ю.А. ПРОКОФЬЕВА, ст. преподаватель каф. иностранных языков МГУЛ

Непреходящая актуальность проблемы взаимоотношения объективной действительности, языка и мышления на очередном витке науки вновь акцентировала «человеческий фактор», предполагающий исследование языковых феноменов в тесной связи с человеком, его мышлением и различными видами духовно-практической деятельности.

Именно акцентирование «человеческого фактора» привело к появлению в разных науках, прежде всего гуманитарных, ряда понятий, которые представляют психические, лингвистические, логические, философские модели объектного мира: концептуальная картина мира, картина мира, образ мира, концептуальная система, языковая картина мира и др.

Понятие картина мира относится к числу фундаментальных, выражающих специфику человека и его бытия, взаимоотношения его с миром, важнейшие условия его существования в мире.

Картина мира является глобальным образом, созданным в результате духовной активности человека. Она возникает в ходе контакта человека с миром. Картина мира многолика и многомерна, объединяет представления человека о различных сторонах окружающей действительности и потому разделяется на религиозно-мифологическую, философскую, научную, художественную и другие картины мира.

Понятие картины мира строится на изучении представления человека о мире. Если мир - это человек и среда во взаимодействии, то картина мира - «результат переработки информации о среде и человеке» (Цивьян, 1990), во взаимодействии опять же с человеком. Человек не склонен замечать те явления и вещи, которые находятся вне его представлений о мире. По определению В.И. Постоваловой, картина мира - «создаваемый человеком субъективный образ объективной реальности» [9]. Это реальность человеческого сознания, и ее создание человек

делает целью своей жизни: «Человек стремится каким-то адекватным способом создать в себе простую и ясную картину мира для того, чтобы в известной степени попытаться заменить этот мир созданной таким образом картиной. Этим занимается художник, поэт, теоретизирующий философ и естествоиспытатель, каждый по-своему. На эту картину и ее оформление человек переносит центр тяжести своей духовной жизни...».

Картина мира есть определенное видение и конструирование мира в соответствии с логикой миропонимания.

Современная лингвистика определяет знание о мире в сознании носителей языка как концептуальную картину мира.

Основной единицей концептуальной картины мира является концепт. Понятие концепта отвечает представлению о тех смыслах, которыми оперирует человек в процессе мышления и которые отражают содержание опыта и знания, содержание результатов всей человеческой деятельности и процессов познания мира в виде неких «квантов знания». Согласно Е.С. Кубряковой, концепт - это оперативная содержательная единица памяти ментального лексикона, концептуальной системы мозга (lingva mentalis), всей картины мира, отраженной в человеческой психике.

Понятие языковой картины мира восходит к идеям Вильгельма фон Гумбольдта и неогумбольдтианцев (Вайсгербер и др.) о внутренней форме языка.

В современном языкознании проблеме языковой картины мира посвятили свои труды такие лингвисты, как Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, А. Вежбицкая, Е.В. Уры-сон, А.Д. Шмелев, ЕС. Кубрякова, В.И. Пос-товалова и др.

По их представлениям, каждый язык отражает определенный способ восприятия и устройства мира, или его языковую картину. Совокупность представлений о мире, заключенных в значении различных слов и выражений языка, складывается в некую единую

систему взглядов и установок, которая в той или иной степени разделяется всеми говорящими на данном языке.

Языковая картина мира - отраженные в категориях (отчасти и в формах) языка представления данного языкового коллектива о строении, элементах и процессах действительности, целостное изображение языком всего того, что существует в человеке, вокруг него, осуществляемое средствами языковой номинации изображение человека, его внутреннего мира, окружающего мира и природы.

«В языковом знаке закрепляются и реализуются... результаты отражательной мыслительной деятельности человека» [7].

Языковая картина мира отражает национальную картину мира и может быть выявлена в языковых единицах разных уровней.

Языковая картина мира не образует независимый образ, существующий параллельно с концептуальной картиной мира. Языковая картина мира встроена в структуру концептуальной картины мира, «выполняя функции означивания основных ее элементов и экспликации средствами языка концептуальной картины мира» [10].

Поскольку познание мира человеком не свободно от ошибок и заблуждений, его концептуальная картина постоянно меняется, перерисовывается, в то время как языковая картина мира еще долгое время хранит следы этих ошибок и заблуждений.

Научная деятельность - один из видов деятельности, направленный на познание мира, т.е. представляющий свой образ или картину мира.

«Наука - один из важнейших узлов, связывающих культуру и цивилизацию. Она сама одновременно принадлежит культуре и цивилизации» (В.Н. Порус, 1998).

Понятие науки включает в себя как деятельность по получению нового знания, так и результат этой деятельности - сумму научных знаний, соответствующих данному этапу ее исторического развития.

Научная картина мира (НКМ) - плод познавательной деятельности человека. Она создается, используется узким кругом людей - учеными. Это творение тысяч авторов, от

живших в эпоху предыстории науки до наших современников, глобальная информационная кладовая научных знаний.

«Научная картина мира - вся совокупность научных знаний о мире, выработанная всеми частными науками на данном этапе развития человеческого общества» (Касевич, 1996).

В НКМ постоянно вносятся новые знания, она совершенствуется и видоизменяется, представляя собой развивающееся образование. Отвечая требованиям развития науки, НКМ всегда стремится к полноте и точности знания одновременно.

Наука как часть общечеловеческой культуры не может возникнуть и развиваться без языка или вне зависимости от него. Знание, не означенное в языке, не может стать социально наследуемым компонентом культуры. Такое знание останется на уровне эмпирических данных, полученных человеком или группой людей, и исчезнет вместе с ними.

Ядро языка любой науки составляет используемая данной наукой терминология, которая в свою очередь формирует научную языковую картину мира.

Логика движения науки вперед всегда связана с поиском наиболее удачного вербального выражения идеи, с последующим его закреплением в языке науки. Язык помогает уточнить и доопределить научные понятия.

Различение обыденного и научно-теоретического знания в философии имеет давнюю историю. В античности это противопоставление «знания» и «мнения» (Платон), в философии нового времени (Р. Декарт, Ф. Бэкон, Д. Локк, французские материалисты XVIII в., немецкая классическая философия), в современной зарубежной философии - это проблема взаимодействия теоретических форм сознания (философии и науки) и здравого смысла.

Проблема разграничения научного и наивного знания актуальна и в лингвистике.

В настоящее время актуальной является проблема соотношения или противопоставления по линии научное - обыденное знание [6].

Принято считать, что в естественном языке отражается «наивная картина мира»,

составляющая содержание «обыденного сознания» его носителей [1, 11].

Наивная геометрия, наивная физика, наивная биология, психология, философия и пр., отражающие материальный и духовный опыт этноса, отмечены национально-культурной спецификой и противостоят соответствующим научным геометрии, физике, биологии, психологии, философии и пр. в той мере, в какой лексическое значение противостоит понятию.

Лексическое значение, зафиксированное в словаре,- это то, что люди имеют в виду, когда они употребляют слово [2]; картина мира, воссоздаваемая лексической системой национального языка, может быть приблизительна и неточна в деталях, но она интуитивно достоверна, наглядна и отвечает здравому смыслу: вода здесь - это жидкость, заполняющая моря и реки, прямая - линия, не отклоняющаяся ни вверх, ни вниз, ни вправо, ни влево.

Объем словаря в языковой картине мира (или обыденном языке) и объем языка в развитой науке не совпадают. Но это несовпадение складывается не в пользу языка, как думал Б. Уорф, а в пользу науки. Чтобы убедиться, достаточно обратиться к названиям пород деревьев - как они представлены в обыденном языке и в научной терминологии (отрасли лесоперерабатывающей промышленности). В повседневной жизни нам достаточно названия «maple», тогда как специалист использует термины «sycamore maple», «European maple», «Bosnian maple», «English field maple», «ash-leaved maple», «blistered maple» (соответственно: белый клен, крупнолистный клен, остролистный клен, полевой клен, американский клен, «птичий глаз»). Подобным образом дело обстоит с любыми областями знаний.

Обыденное сознание совпадает со спонтанными, непрофессиональными, базирующимися исключительно на непосредственном опыте практической деятельности людей способами освоения мира. Имея дело с будничными, привычными, изо дня в день повторяющимися отношениями между вещами и людьми, ближайшим образом связанное с практикой и, следовательно, обладающее

возможностью постоянно проверять свою эффективность, обыденное сознание может обладать значительной познавательной ценностью.

Бытовое и рациональное знание связаны: они являются результатом параллельных видов познания и сосуществуют в мозгу человека [8].

Противопоставление бытовых и профессиональных (научных) сфер коммуникаций имеет в своей основе противопоставление доминирующих типов мышления: чувственно-образного и рационально-логического (оппозиция которых представлена в строении нашего мозга: левополушарные и правополушарные структуры). Первый тип мышления лежит в основе наивной картины мира, второй тип преобладает в профессиональном (научном) мышлении. Осознанность, планируемость, совершенство совершаемой деятельности требуют применения логических механизмов.

Научная коммуникация рассматривается как совокупность процессов представления, передачи и получения научной информации, которые образуют основной механизм существования и развития науки. Участниками научной коммуникации являются ученые и специалисты различных отраслей знания.

Результаты познания в специальных областях закрепляются в материальной форме с помощью терминов. Термины являются элементами научного аппарата теорий и концепций, описывающих эти области знания и деятельности наряду с другими средствами познания (научными приборами и инструментами, номенклатурой, собственными именами и т.д.). При этом термины, с одной стороны, закрепляют знание, закрепляя понятия, категории и закономерности этой области знания. С другой стороны, термины зачастую способствуют открытию нового знания, являясь точками роста какой-либо теории. В этом проявляется одна из их основных функций, актуальных для когнитивной лингвистики - ориентирующая функция.

«Поскольку термины являются ядром научной языковой картины мира, именно они служат главным средством концептуальной ориентации в когнитивно-коммуникативном

пространстве, задают направление мыслительной деятельности, служат ориентиром мышления и ориентиром деятельности» [4].

Термин выражает и формирует научное понятие, следовательно, является базовой единицей научной картины мира. Наивная картина мира является результатом обыденного мышления человека и отражается в естественном языке, то есть с помощью общеупотребительных слов.

Существуют различные взгляды на сущность термина и его соотнесенность с общеупотребительной лексикой. Мы полагаем, что одной из причин этого является разнообразие терминов, составляющих любую терминологию. Во-первых, во всякой терминологии существует определенное количество «консубстациональных» терминов - лексических единиц, которые одновременно являются и специальными терминами и словами общего языка [5]. Например, в лексике деревообрабатывающей промышленности наряду с терминами, явно отличающимися по форме от общеупотребительных слов (hylophyte, knot boring, окорка, выкружка) можно встретить большое количество терминологических единиц, совпадающих по форме со словами общеупотребительной лексики (mat, sock, зуб, звено).

Помимо этого, зачастую одно и то же слово соотносится как со специальным, так и с бытовым понятием, например слова wood, trunk, сушка, резка, кора. Эти слова широко используются как в повседневной жизни, так и в профессиональной деятельности в сфере деревообработки.

Кроме того, общеупотребительные слова с одной стороны, и термины, с другой стороны, находятся в атмосфере постоянного взаимовлияния. Происходит постоянный процесс преобразования терминов в общеупотребительные слова. Происходит своеобразная терминологическая экспансия [3]. При этом получают распространение термины, относящиеся к наиболее актуальным областям знания. Словесные обозначения отдельных популярных названий науки становятся все-

общим достоянием, теряют терминологическую точность и приобретают лексическое значение, основанное на обыденном представлении, вызванном жизненными ассоциативными связями.

Общеупотребительные слова также могут становиться терминами.

Этот факт свидетельствует о том, что граница между терминологической и общеупотребительной лексикой (и, соответственно, между наивной и научной картиной мира) нестабильна и имеет функциональный характер. Одно из основных отличий между ними заключается не в форме, а в специфичности употребления.

Библиографический список

1. Апресян, Ю.Д. Лексическая семантика. Избранные труды. Т.1. / Ю.Д. Апресян. - М.: Школа «Языки русской культуры», 1995.

2. Вежбицкая, А. Язык. Культура. Познание / А. Веж-бицкая. - М.: Русские словари, 1996.

3. Володина, М.Н. Теория терминологической номинации / М.Н. Володина. - М.: Издат-во МГУ, 1997.

4. Голованова, Г.Е. Ориентирующая функция термина / Г.Е. Голованова // С любовью к языку: сб. науч. тр. Посвящается Е.С. Кубряковой. - Москва-Воронеж: ИЯ РАН, Воронежский гос. ун-т, 2002.

- С. 180-188.

5. Гринев, С.Н. Введение в терминологическую лексикографию / С.В. Гринев. - М., 1986.

6. Залевская, А.А. Введение в психолингвистику / А.А. Залевская. - М.: РГГУ 2000.

7. Колшанский, Г.В. Объективная картина мира в познании и языке / Г.В. Колшанский. - М.: Комкнига, 2006.

8. Манерко, Л.А. Сложноструктурное субстантивное словосочетание: когнитивно-дискурсивный аспект (на материале технической литературы современного английского языка): дис. ... д-р филол. наук. 10.02.04 / Л.А. Манерко. - М., 2000.

9. Постовалова, В.И. Картина мира в жизнедеятельности человека. Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира / В.И. Постовалова.

- М.: Наука, 1988. - С. 8-69.

10. Серебренников, Б.А. Роль человеческого фактора в языке: Язык и мышление / Б.А. Серебренников.

- М.: Наука, 1988.

11. Урысон, Е.В. Языковая картина мира Vs обиходные представления / Е.В. Урысон // Вопросы языкознания. - 1998. - № 2. - С. 3-21.