КОНСТИТУЦИОННО-СТРУКТУРНАЯ КОРРЕЛЯЦИЯ ПРАВОЗАЩИТНЫХ РИСКОВ В ОСНОВНОМ ЗАКОНЕ 1978 ГОДА

Конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право

КОНСТИТУЦИОННО-СТРУКТУРНАЯ КОРРЕЛЯЦИЯ ПРАВОЗАЩИТНЫХ РИСКОВ В ОСНОВНОМ ЗАКОНЕ 1978 ГОДА НОВИКОВА Алевтина Евгеньевна,

кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры конституционного и международного права Юридического института Белгородского государственного национального исследовательского университета. E-mail: novikova_a@bsu.edu.ru

Краткая аннотация: В статье представлены результаты авторского анализа текста Конституции РСФСР 1978 года в связи с выявлением норм, являющихся источником правозащитных рисков. При этом обращено внимание на первоначальный текст Основного закона и его содержание в заключительной редакции. В рамках теории правозащитных рисков автор счел целесообразным в историческом сравнительно-правовом ключе говорить об идеологически-переходной модели с явно политическим акцентом статей в первоначальной редакции; аксиологической трансформацией искомых гуманитарных статей, опосредованной конституционными реформами, а также инкорпорацией норм Декларации прав и свобод человека и гражданина 1991 г., выступившей основой для новой правозащитной парадигмы. В рамках идеологически-переходной конституционной модели правозащитных рисков в Основном законе РСФСР 1978 г. автором выявлены и охарактеризованы следующие их разновидности: идеологические, терминологические, оценочные и комплектности.

Abstract: The article presents the results of the author's analysis of the text of the Constitution of the RSFSR of 1978 in connection with the identification of norms that are a source of human rights risks. Attention is drawn to the original text of the Basic law and its content in the final version. Within the framework of the theory of human rights risks, the author considered it appropriate to speak about the ideological-transitional model with a clearly political emphasis of the articles in the original version; axiological transformation of the required humanitarian articles, mediated by constitutional reforms, as well as the incorporation of the norms of the Declaration of human and civil rights and freedoms of 1991, which served as the basis for a new human rights paradigm. Within the framework of the ideological-transitional constitutional model of human rights risks in the Basic law of the RSFSR of 1978, the author identifies and characterizes the following varieties: ideological, terminological, evaluative and completeness.

Ключевые слова: конституция, права и свободы личности, принципы правового статуса личности, гарантии, правозащитные риски, идеология.

Keywords: the Constitution, the rights and freedoms of the individual, the principles of the legal status of the individual, guarantees, human rights risks, ideology.

Содержательно дополняя и раскрывая теорию правозащитных рисков, в данной работе обратим внимание на конституционно-исторический аспект вопроса, предметно исследуя нормы Основного закона РСФСР 1978 г.

Прежде чем приступить к аналитической части, укажем некоторые условия принятия Конституции СССР 1977 г. [1], явившийся основанием для структурно-содержательного совпадения с Конституции РСФСР 1978 г. [2].

Так, общество по-прежнему оставалось строго организованным на условиях руководства им одной политической партией, хотя уже и вставшей на путь освобождения от режима личной власти, произвола, беззакония и всеобъемлющего страха - режима, публично осужденного прежде всего самой правящей партией [4].

Как отмечал один из непосредственных участников подготовки на последнем этапе Конституции СССР 1977 г. А.И. Лукьянов, разработка проекта документа проходила в период завершения строительства зрелого социализма. Это заняло сравнительно продолжительный промежуток времени. Потребовались глубокое теоретическое осмысление нового этапа развития социалистического общества, разработка партией концепции зрелого социализма, без которой нельзя было создать принципиально новый Основной закон [5, с. 8].

Появлению новой Конституции способствовали объективные предпосылки: стремление укрепить в политическом режиме начала законности, предотвратить даже саму возможность массового произвола, унижения личности; переход от постулатов власти одной части общества (диктатуры пролета-

риата) к общенародному государству и участию в осуществлении функций народовластия всех слоев общества; необходимость закрепления в широкого круга прав и свобод граждан. Конечно, эта Конституция также должна была стать идеологизированным документом, но не исключая конструктивистский компонент.

В частности, Конституция 1978 г., продолжая традицию предыдущего варианта базового регулирования - громко говорить об участии народа в управлении страной, независимо от реальности - все-таки включила важные политические постулаты.

Кроме того в ней были зафиксированы новые моменты: снижение возраста пассивного избирательного права во все Советы до 18 лет; право граждан и общественных организаций активно участвовать в подготовке и проведении выборов; возможность избрания гражданина, как правило, не более чем в два Совета и др.

Конституция закрепила широкий круг прав, свобод и обязанностей граждан. Многие из них и ранее были отражены на базовом уровне, но теперь их содержание и гарантии настолько расширялись, что можно говорить об определенном качественном изменении [4].

Не менее существенны концептуальные решения в отношениях государства и личности. К примеру, понятием «личность» Конституция подчеркивала высокий приоритет интересов индивида, свое стремление всеобъемлющего учета различных проявлений человека в обществе и государстве. Применением связки понятий «Государство и личность» отнюдь не хотели по-

казать зависимое положение человека, приоритет по отношению к нему государства. По мысли С.А. Авкакьяна, которую мы всецело разделяем, речь шла о другом - об обеспечении достойного положения личности в государстве, заботе государства о личности, праве личности требовать от государства определенного отношения к себе, но вместе с тем и о праве государства требовать от гражданина учета своих интересов и правомерного поведения [4].

Вместе с тем, специфика Конституции РСФСР 1978 г. состоит в том, что ее первоначальное содержание и финальных текст 1992 г. кардинально различны.

Глубокие перемены в общественном строе после 1985 г. в СССР и России, в особенности после провала августовского путча 1991 г. и распада СССР, не могли не отразиться на содержании Конституции РСФСР 1978 г. Она неоднократно и существенно менялась. Поправки 1989-1992 гг. внесенные в Конституцию, придали ей новые черты. В нее была инкорпорирована Декларация прав и свобод человека и гражданина 1991 г. [3], впервые провозгласившая права, свободы и обязанности человека в соответствии с международными стандартами. С ее принятием в России начался период, в рамках которого произошел поворот правовой системы к признанию и гарантированию прав и свобод человека и гражданина как высшей ценности [6, с. 9-19].

Далее в работе представим результаты анализа текстов Конституции РСФСР 1978 г. в первоначальном и финальном вариантах редактирования на предмет выявления рисков в правозащитной сфере.

Итак, согласно Преамбуле Конституции РСФСР 1978 г. (дававшей сжатые характеристики общества развитого социализма и общенародного государства) без редакционных правок: «Советская власть гарантировала всем народам России равноправие и свободное самоопределение, предоставила трудящимся подлинно демократические права и свободы». Полагаем, здесь целесообразно указать терминологические правозащитные риски (имеем в виду адресацию принципов равноправия и самоопределения народам России, а прав и свобод трудящимся при фактическом использовании в Конституции термина «гражданин»), обоснованные идеологией соответствующего периода государственного развития.

В редакции Конституции РСФСР от 10 декабря 1992 г. (далее она же приводится в аспекте сопоставления) преамбула в части прав и свобод человека и гражданина включила положение об уважении к правам всех народов Российской Федерации, а также приоритет прав человека и гражданина Российской Федерации. Таким образом, приведенная формулировка близка современным аксиологическим представлениям в отношениях «личность-государство».

О наличии данной разновидности рисков можно гово-

рить применительно к ст. 2 Конституции РСФСР 1978 г. в исходной редакции, когда в соответствии с ней вся власть в РСФСР принадлежала народу. На основании последней редакции указанная норма уже была уточнена в части принадлежности власти многонациональному народу Российской Федерации.

В Конституции РСФСР на протяжении ее существования сохранились риски приоритетности. К примеру, в ст. 4 формализовано, что все его органы действуют на основе социалистической законности, обеспечивают охрану правопорядка, интересов общества, прав и свобод граждан. В представленном ряду очевидно заключительное место прав и свобод граждан.

В рамках Главы 1 «Политическая система» положительно оценка не подвергавшейся правкам ст. 9 об основных направлениях развития политической системы советского общества - дальнейшем развертывании социалистической демократии: все более широкое участие граждан в управлении делами государства и общества, совершенствование государственного аппарата, повышение активности общественных организаций, усиление народного контроля, укрепление правовой основы государственной и общественной жизни, расширение гласности, постоянный учет общественного мнения.

В аспекте рисков приоритетности можно говорить о последовательности норм применительно к видам собственности в Главе 2 «Экономическая система» (первоначальная редакция Конституции РСФСР 1978 г.). Так, в ст. 10 социалистическая собственность зафиксирована как основа экономической системы РСФСР. Далее в ст. 11 речь идет о государственной собственности как общем достоянии всего советского народа, основной форме социалистической собственности. В ст. 12 определена собственность колхозов и других кооперативных организаций, их объединений. Лишь в ст. 13 представлены нормы о личной собственности граждан РСФСР.

Ситуация кардинально изменилась в редакции Конституции от 10 декабря 1992 г., когда в ст. 10, открывающей Главу 2 «Экономическая система», было закреплено, что в Российской Федерации признаются и защищаются следующие формы собственности: частная (юридических лиц и граждан, коллективная (общая совместная, общая долевая), государственная, муниципальная и собственность общественных объединений. При этом государство создает условия для развития разнообразных форм собственности и обеспечивает равную защиту всех ее форм.

Как видим, частная собственность в перечислении указана первоначально, а также равная защита се форм собственности свидетельствует об их одинаковом статусе и важности для государства.

Однако далее в ст.ст. 11.1 и 12 дана характеристика государственной и коллективной собственности и уже в ст. 13 говорится о собственности граждан. Таким образом, в определенной

мере ранее существовавшие риски приоритетности сохранились.

Как риски идеологии можно расценивать нормы, содержавшиеся в Конституции РСФСР 1978 г. Так, в ст. 19 из Главы 3 «Социальное развитие и культура» было установлено, что социальную основу РСФСР составляет нерушимый союз рабочих, крестьян и интеллигенции.

При этом, государство способствует усилению социальной однородности общества - стиранию классовых различий, существенных различий между городом и деревней, умственным и физическим трудом, всестороннему развитию и сближению всех наций и народностей СССР.

Данное касается и содержания ст. 20: «В соответствии с коммунистическим идеалом "Свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех" государство ставит своей целью расширение реальных возможностей для применения гражданами своих творческих сил, способностей и дарований, для всестороннего развития личности».

Впрочем, как нами указывалось ранее, некоторый идеологический окрас содержала и преамбула Конституции РСФСР, что порождало наличие соответствующей разновидности рисков.

В Конституции РСФСР 1978 г. структурные правозащитные риски уже отсутствовали в связи с формализацией Раздела II «Государство и личность» сразу после основ общественного строя и политики. Более того данный раздел объединил в себе главы 5 «Гражданство РСФСР. Равноправие граждан» и 6 «Основные права, свободы и обязанности граждан РСФСР» (первоначальная редакция).

В Главе 5 помимо установлений о гражданстве также формализованы базовые принципы равноправия и недискриминации граждан. В качестве положительного факта оцениваем включение норм о гарантировании прав и свобод иностранных граждан и лиц без гражданства в РСФСР. А также о возложении на них обязанности уважать Конституцию СССР, Конституцию РСФСР и соблюдать советские законы.

Далее в Главе 6 при формализации основных прав, свобод и обязанностей граждан РСФСР в ст. 37 было отмечено, что граждане РСФСР обладают всей полнотой социально-экономических, политических и личных прав и свобод, провозглашенных и гарантируемых Конституцией СССР, Конституцией РСФСР и советскими законами. Социалистический строй обеспечивает расширение прав и свобод, непрерывное улучшение условий жизни граждан по мере выполнения программ социально - экономического и культурного развития.

Наличие данной нормы в правозащитным аспекте, конечно, прогрессивно, хотя и характеризуется идеологическим окрасом.

Позднее, когда Раздел II «Государство и личность» Конституции РСФСР 1978 г. претерпел структурные изменения

ПРАВО И ГОСУДАРСТВО: теория и практика. 2019. № 11

в редакции от 10 декабря 1992 г., объединив главы 5 «Права и свободы человека и гражданина» и 6 «Обязанности граждан Российской Федерации», ст. 31 установила, что общество и государство утверждают права и свободы человека, его честь и достоинство как высшую ценность. Однако первоначальным субъектом утверждающим ценность прав и свободы человека является общество. Поэтому все еще целесообразно утверждать о наличии рисков приоритетности. Кроме того, обратим внимание, что декларировалась аксиология прав и свобод человека, но не самого человека.

По сравнению с ранее действовавшей конституцией, конечно, каталог субъективных прав и обязанностей в Конституции РСФСР 1978 г. был значительно расширен по различным разновидностям. Положительным видится фиксация самого права вместе с его гарантиями (наделительно-обеспечительные нормы) не смотря на то, что в подавляющем большинстве они опосредовались идеологическими представлениями и выражались в таких формулировках, как обеспечение «социалистической системой хозяйства», «неуклонным ростом производительных сил», «успешное выполнение уставных задач» и др.

Кроме того, сопрягаем отдельные конституционные обеспечительные формулировки с правозащитными рисками оценочной разновидности. Данное имело место быть в ст. 40, когда право на охрану здоровья обеспечивалось «особой заботой о здоровье подрастающего поколения» (ст. 40); право на жилище обеспечивалось «справедливым распределением под общественным контролем жилой площади» (ст. 42). Такие категории, как «особая забота», «справедливое распределение» не имеют конкретно-выраженных измеримых показателей.

При перечислении каталога субъективных прав также можно обнаружить риски приоритетности с идеологическим окрасом, к примеру, в ст. 45 гражданам РСФСР в соответствии с целями коммунистического строительства гарантировалась свобода научного, технического и художественного творчества.

В Конституции РСФСР сохранялись нормы, которые содержали в себе несколько разновидностей рисков. Данное касается ст. 48. Ее формулировка выглядела следующим образом: «В соответствии с интересами народа и в целях укрепления и развития социалистического строя гражданам РСФСР гарантируются свободы: слова, печати, собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций». Таким образом, в ней наличествовали идеологические правозащитные риски.

Далее в данной норме представлен обеспечительный элемент в конструкции «осуществление этих политических свобод обеспечивается предоставлением трудящимся и их организациям...». Адресация свободы гражданам, а ее обеспечение трудящимся, на наш взгляд, порождает терминологические правозащитные риски.

Отметим, что идеологический след, выраженный в

формулировке «в соответствии с целями коммунистического строительства» при наделении субъективными правами или обязанностями также обнаружил себя в ст.ст. 49 Конституции РСФСР 1978 г. в исходной редакции.

В первоначальной редакции Конституции РСФСР 1978 г. была формализована корреляция осуществления прав и свобод с исполнением гражданином своих обязанностей (ст. 57).

В рамках первоначально существовавшего каталога обязанностей граждан - мы усматриваем идеологические риски в совокупности с рисками использования оценочных понятий в формулировках.

Что касается первых, то в их числе: «уважение правил социалистического общежития, с достоинством нести высокое звание советского гражданина» (ст. 57); «уклонение от общественно полезного труда несовместимо с принципами социалистического общества» (ст. 58); «гражданин РСФСР обязан беречь и укреплять социалистическую собственность»; «долг гражданина РСФСР - бороться с хищениями и расточительством государственного и общественного имущества» (ст. 59); «гражданин РСФСР обязан оберегать интересы Советского государства, способствовать укреплению его могущества и авторитета» (ст. 60); «долг каждого гражданина РСФСР - уважать национальное достоинство других граждан, укреплять дружбу наций и народностей Советского многонационального государства» (ст. 62); «интернациональный долг гражданина РСФСР - содействовать развитию дружбы и сотрудничества с народами других стран, поддержанию и укреплению всеобщего мира» (ст. 67).

Во втором случае можно назвать такие формулировки, как «дело чести», «добросовестный труд» (ст. 58), «бережно относиться к народному добру» (ст. 59); «растить достойными членами социалистического общества» (ст. 64).

Полагаем, использование понятий долга и обязанностей без определенных критериев и закономерностей - терминологические риски.

В заключительной редакции положения Раздела II Библиография:

Конституции РСФСР 1978 г. выглядели иным образом. В ее Главе 5 обнаружены нормы, которые формализовали естественные права человека (ст.ст. 32, 38 и др.); общие положения о перечне прав, порядке их ограничения (ст.ст. 33, 67.3); установление об общепризнанных международных нормах (ст. 32); ранее отсутствовавшие принципы правового статуса личности (ст. 34); государственное покровительство за пределами России (ст. 36); самозащиту прав (ст. 61); ряд новых субъективных прав.

В заключительной редакции Конституция РСФСР 1978 г. уже оперирует термином «каждый» применительно к правам и свободам. Данное касается и обязанностей. Из текста Конституции изъяты ранее содержавшиеся идеологические обязанности. Термин долг употреблен единожды в ст. 67.10 - «Защита Отечества является долгом граждан Российской Федерации». Таким образом, что касается прав и обязанностей, а также общих положений о них в двух редакциях текста Конституции 1978 г., целесообразно ввести правозащитные риски комплектности. Так, в исходной редакции Конституции РСФСР 1978 г. было 20 норм о субъективных правах и свободах, а в заключительной редакции порядка 40 норм.

Подводя итоги осуществленного исследования, основываясь на его результатах, предлагаем выявленные в Конституции РСФСР 1978 г. правозащитные риски оценивать совокупно в рамках идеологически-переходной модели. Ее мы идентифицируем с явно политическим акцентом в первоначальной редакции статей, в том числе, гуманитарного характера; трансформацией искомых статей, опосредованной конституционными реформами, а также инкорпорацией норм Декларации прав и свобод человека и гражданина 1991 г., выступившей основой для новой правозащитной парадигмы.

Отметим, что в рамках идеологически-переходной конституционной модели правозащитных рисков в Основном законе РСФСР 1978 г. выявлены следующие их разновидности: идеологические, терминологические, оценочные и комплектности.

Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик принята ВС СССР 07.10.1977 г. // Ведомости ВС СССР. 1977. № 41. Ст. 617. Конституция (Основной Закон) Российской Федерации - России принята ВС РСФСР 12.04.1978 г. // Ведомости ВС РСФСР 1978. № 15. Ст. 407. Постановление ВС РСФСР от 22.11.1991 г. № 1920-1 «О Декларации прав и свобод человека и гражданина» // Ведомости СНД РСФСР и ВС РСФСР. 1991. № 52. Ст. 1865.

Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М.: «Сашко», 2000; https://constitution.garant.ru/science-work/modern/1776651/chapter/89300effb84a59912210b23abe10a68f/

Лукьянов А.И., Денисов Г.И., Кузьмин Э.Л., Разумович Н.Н. Советская конституция и мифы советологов. М.: Политиздат, 1981. СГремоухов А.В. Эволюция прав человека в советской и постсоветской России // Ленинградский юридический журнал. 2017. № 3. С. 9-19.