Создание регионального кластера как способ экономического развития территории

УДК 658.05

Валеахметов Н. И., Цацулин А. Н.

создание регионального кластера как способ экономического развития территории

Принято считать (и не безосновательно), что необходимость государственного регулирования региональных социально-экономических процессов во многом обусловлена несовершенством рыночного механизма на местах в его российском варианте. А также неспособностью государства решать современные проблемы совершенствования и развития экономических и общественных отношений агентов рынка и субъектов управления как на общегосударственном, так и на региональном уровнях.

Инвестиционные процессы, протекающие на региональном уровне, имеют своей основой инвестиционный потенциал экономической территории, накопление и расходование которого определяет в известной мере эффективность этих процессов в регионе в обозримой перспективе. Региональный инвестиционный потенциал складывается из отдельных составляющих, имеющих, как правило, общерегиональный характер (например, кадровая, материально-техническая, финансовая, информационная, организационно-управленческая, инновационная и т.п. составляющие). Естественно, что вычлененные и описанные составляющие являются по своей природе синтетическими характеристиками по отношению к аналогичным составляющим инвестиционного потенциала отдельных предприятий и организаций конкретной экономической территории.

Одной из важнейших характеристик региона являются его специфические особенности, вызванные как его природно-географическим положением, так и специализацией, отведённой ролью в общественном разделении труда, отраслевой структурой его экономики. В процессе формирования инвестиционного потенциала региона происходит поуровневая трансформация потенциала отдельных предприятий и организаций региона, последовательно организовывающихся (по требованиям рынка и/или волеизъявлению властей) в кластеры по различным родовым признакам.

Универсальной дефиницией кластера (cluster) может считаться такое: «Элементы со схожими характеристиками или параметрами, собранными в одну группу» [12.39]. Одним из признаков такой

кластеризации является отраслевая принадлежность предприятия либо принадлежность к определённому виду экономической деятельности, по которым возможно объединение всех однородных в данном смысле предприятий, территориально принадлежащих к данному региону. Другим кла-стеризирующим признаком может быть территориальная близость (общность), т.е. районирование внутри региона. Подобное объединение актуально для так называемого мезоуровня экономики, куда могут быть отнесены федеральные округа и субъекты Российской Федерации.

Проблемы, решаемые в каждом регионе, в значительной степени должны соответствовать федеральным задачам. Но при этом необходим полноценный учёт местных особенностей, предусматривающий, в частности для Северо-Западного региона (СЗР) РФ, расширение базы экономического роста путём стимулирования малого и среднего бизнеса и участие значительной части населения в предпринимательской деятельности как самостоятельных факторов устойчивого развития региона.

Одним из институциональных показателей развития региона является его инновационность. В структуре перечисленных выше составляющих важно выделить именно инновационную составляющую, которая не вполне характерна для иных типов потенциалов, но довольно существенна для потенциала инвестиционного. Наиболее важные инвестиции для региона, как правило, имеют инновационную направленность, поскольку, обладая более высоким уровнем риска, они также обеспечивают и значительно большую доходность. Кроме того, инвестиции в инноватику способны приводить к качественным изменениям не только в сфере непосредственного приложения, но и в региональной экономике в целом, скажем, в режиме мультипликатора.

Поэтому в качестве инновационной составляющей инвестиционного потенциала региона можно рассматривать совокупность идей и технологий, безусловно, инновационного характера, которые требуют известных инвестиций для успешной реализации. Чем больше величина кумулятивной

инновационной составляющей, тем в целом выше инвестиционный потенциал региона. Что касается термина инновация, то его синонимом является русифицированный термин нововведение.

Инновация (нововведение) в широком смысле обозначает обновление какого-либо объекта, иначе

- проведение в нём какого-либо заметного изменения. Любые реально проведённые и оправданные изменения всегда приводят к одному результату

- эксплутационные свойства и паспортные характеристики объекта инновации изменяются в заведомо лучшую сторону. Иными словами, нововведение переводит объект из одного качественного состояния в другое, более совершенное и соответствующее рыночным требованиям.

Следовательно, под нововведением следует понимать качественные изменения, вносимые в действующий техносоциальный объект управления. А под «управлением нововведениями» понимается планируемый, контролируемый и регулируемый процесс внесения обоснованных изменений в целях перевода объекта в новое, но более совершенное состояние. Необходимость проведения таких изменений всегда обоснована возникающими потребностями, которые, как правило, носят рыночную окраску.

Итак, нововведение как процесс изменения характеризуется своей необратимостью, направленностью и закономерностью. Только одновременное наличие этих трёх черт в осуществляемых изменениях связывает их с процессом развития, т.е. классифицирует их как реализацию «функции развития» применительно к конкретному объекту управления. Последнее позволяет заключить, что управление нововведениями - это процесс управления развитием предприятия.

Инновация, по существу, представляет собой комплекс действий и его практический результат по использованию достижений научно-исследовательской и научно-технической деятельности в конкретной области науки, техники, технологии, организации производства в целях дальнейшего улучшения характеристик объекта управления. Таким образом, инновации отражают процессы получения, накопления и использования новых знаний и новой информации.

Информационная основа инноваций проявляется в возможности распространения, тиражирования, мультипликации, диффузии новшества на любой из стадий его реализации. Распространяться могут исходная идея новшества, изобретение как результат научно-исследовательских работ, результат проектирования (разработки) новшества,

результат изготовления (внедрения) новшества. В сфере предпринимательской деятельности на основе использования новых знаний и новой информации реализуется главный нововведенческий (инновационный) цикл: разработка ^ производство ^ потребление новшества.

В условиях последовательного наращивания потенциала инновационной экономики (как выразился президент РФ Д. А. Медведев) страны и регионов существенный теоретико-методологический и практический интерес представляет стимулирование новых моделей организации совместной деятельности предприятий, ориентированных на инновации, особенно в приоритетных сферах экономики региона. Мировой опыт, а также обобщённая практика прогрессивных преобразований в регионах России, в качестве образцовых моделей хозяйствования активных субъектов инновационной деятельности в последние годы выдвигает кластерные структуры (отраслевые и межотраслевые, региональные и межрегиональные), представляющие собой новую форму развития корпоративного предпринимательства, более конкурентоспособную по сравнению с традиционными его формами.

Опыт стран с развитой рыночной экономикой показывает, что кластерный метод, первоначально использованный в исследованиях проблем конкурентоспособности, на сегодняшний день широко применяется и при решении более масштабных задач, в частности, при разработке программ регионального развития. Метод является основой эффективного разных форм взаимодействия крупного и малого бизнеса, а также ускоренного развития новых технологий инвестиционного и инновационного профиля.

Кластер, как его определяет Д. А. Ялов, - это «...сеть поставщиков, производителей, потребителей, элементов промышленной инфраструктуры, НИИ, взаимосвязанных в процессе создания добавочной стоимости» [1.27]. Следовательно, под региональным производственным кластером можно понимать различные группы потенциально конкурентоспособных предприятий и учреждений в рамках отдельных отраслей, которые горизонтально и вертикально дополняют друг друга в режиме интеграции в организационном, управленческом и функциональном отношениях.

К настоящему времени в отечественной научной литературе сложились три определения кластера [3.39], каждое из которых характеризует разные грани его функционирования в отрасли или регионе:

1) это регионально ограниченные формы экономической активности внутри родственных секторов, обычно привязанные к тем или иным научным учреждениям (НИИ, университетам и т.д.);

2) это вертикальные производственные цепочки; довольно узко определённые секторы, в которых смежные этапы производственного процесса образуют ядро кластера (например, цепочка «поставщик - производитель - сбытовик - клиент»). В эту же категорию попадают сети всех видов, формирующиеся вокруг головных предприятий (фирм, компаний, организаций);

3) это отрасли (подотрасли) промышленности, определённые на высоком уровне агрегации (например, «химический кластер»), или совокупности секторов на ещё более высоком уровне агрегации отраслей/подотраслей (например, «агропромышленный кластер»).

Кластерный подход, основанный на учёте положительных синергетических эффектов региональной агломерации, т.е. близости потребителя и производителя, на сетевых эффектах, диффузии знаний и умений за счёт миграции персонала и выделения отдельного бизнеса, получает сегодня широкое распространение в России. В условиях расширяющихся процессов глобализации и регионализации источником конкурентоспособности как страны в целом, так и её регионов всё в большей степени становится удачное использование местных особенностей.

Поэтому в качестве энергичного импульса, стимулирующего распространение кластеров в России, выступает организационный фактор, заложенный в региональном объединении производителей, в связи с тем, что на рынке конкурирует не отдельное предприятие, а региональный промышленный комплекс, что заметно сокращает транзакционные издержки благодаря совместной технологической политике и кооперации входящих в состав кластера предприятий.

Формирование соответствующего блока региональной экономической политики - раздела, связанного с регулированием и стимулированием появления на территории субъекта РФ нового или поддержкой деятельности уже существующего производственного кластера определяется набором эндогенных и экзогенных (для региона) факторов и условий-требований.

Одним из таких условий, которое вырастает в самостоятельную проблему, следует назвать недостаточное, а подчас ничтожное, финансирование научных расходов, которое осуществляют госу-

дарство и корпорации. Исключение составляют корпорации, аффилированные с государственными структурами и связанные с добычей, переработкой и транспортировкой природного сырья и углеводородов. Но значение этих расходов для научно-технического потенциала страны или даже отдельного удачливого региона (субъекта федерации) несопоставимо с итогами деятельности лидеров мирового High-Tec, например, в области электронной промышленности: General Electric, Philips, IBM, SONY, Microsoft и Google, Siemens, INTEL, Samsung [11].

В России пока ещё нет жизнеспособного ядра крупных компаний, как, например, в Южной Корее, - обладающих способностью осваивать и создавать новейшие, высокие технологии, укреплять стратегические партнёрские связи со знающими, квалифицированными поставщиками и клиентами внутри страны и за её пределами. Это обстоятельство значительно ухудшает российский инновационный климат.

В целом, как отмечает отечественная статистика [6], более интенсивная инновационная деятельность характерна для крупных промышленных предприятий с численностью занятых свыше 3 тыс. чел. Именно среди таких предприятий приблизительно 70 % хозяйствующих субъектов осуществляют нововведения. Предприятия этой группы (по численности персонала) обладают более высоким научно-техническим потенциалом, как правило, имеют собственную исследовательскую базу и высококвалифицированный персонал.

В основе формирования региональной инновационной политики лежит так называемая теория создания благоприятных условий среды для нововведений. Центральным моментом теории является концепция динамичной эффективности региональной производственной структуры, а основным инструментом - синергизм, передача инноваций и технологий в режиме диффузии и трансферта.

Разработка и реализация инновационной политики не является самоцелью. Она направлена на повышение вклада научно-инновационной сферы в научно-технический потенциал страны, в экономику региона, улучшение социально-экономических показателей региона за счёт эффективного использования его инновационного потенциала. Инновационный потенциал, например, в Санкт-Петербурге и в Ленинградской области, несмотря на досадные потери последних двух десятилетий, по-прежнему остаётся достаточно высоким для осуществления инновационных прорывов, ска-

жем, в области микроэлектроники в связи с двойственностью отраслевых технологий (военных и гражданских) и определённой замкнутостью до 30 % объёмов производства на оборонно-промышленный комплекс (ОПК) страны.

Региональная инновационная политика государства формулируется в нормативно закреплённых стратегиях и/или программах развития разного уровня (федеральных, региональных, межрегиональных, ОПК). Тем самым стратегия развития является главным инструментом региональной политики, так как формирует её содержание. Практическая деятельность органов государственной власти по реализации избранной и утверждённой стратегии, собственно и есть региональная политика.

Региональные приоритеты развития на федеральном уровне определены также концепциями Стратегии социально-экономического развития регионов РФ. К числу основных относятся формирование из регионов - т.н. «локомотивов роста» - нового опорного каркаса страны, создание условий для модернизации промышленности, поддержка и развитие конкурентоспособных экономических (территориальных и производственных) кластеров, развитие сложной техники и высоких технологий, а также улучшение качества государственного управления в регионах.

В Северо-Западном федеральном округе приняты «Основные направления стратегии социально-экономического развития Северо-Западного федерального округа Российской Федерации на период до 2015 г.». В отличие от других региональных стратегий в ней представлена организационная схема действий, которая подробно описывает этапы от непосредственно разработки проекта стратегии до общественного обсуждения и обеспечения её реализации.

В связи с этим возникают новые требования к системам управления региональным развитием. Региональные стратегии развития для реализации единой государственной политики должны, безусловно, учитывать требования федеральной политики, но с учётом региональной специфики и интересов. Стратегии регионального развития, разрабатываемые как на уровне регионов, так и на уровне федерального округа, должны стать стратегиями позиционирования на открытых рынках и на федеральном уровне, а не набором отдельных внутри региональных мероприятий.

При этом будут использоваться и новые подходы к оценке совокупного экономического веса региона не только через систему валовых и

стоимостных показателей деятельности его предприятий, но и через регистрацию существующих и складывающихся на его территории кластеров и инновационно-инвестиционных проектов, возникших на основе государственно-частного партнёрства (ГЧП).

Современная система экономического партнёрства государства и частного бизнеса охватывает многие сегменты государственной собственности и является неотъемлемым элементом смешанной экономики. ГЧП играет важную роль в период преобразований в экономике и в ходе реформирования системы управления государственной собственностью.

Перспективное сотрудничество бизнеса и государства в области микроэлектроники имеет сегодня шанс стать первым успешным примером реализации ГЧП-модели, о целесообразности которого президент России говорил ещё в ноябре 2004 г. на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей. После таких заявлений бизнес всех типоразмеров вполне обоснованно ожидает, что в первую очередь государство увеличит инвестиции в НИиОКР, а также обеспечит надёжным и эффективным рыночным игрокам преференции в получении государственных заказов. И проявившийся финансовый кризис в этом случае окажется лишь катализатором процесса поддержки.

Но производителям остро необходимы бюджетные вливания в виде целевых инвестиций, направленных на реконструкцию, производственно-техническое обновление, совершенствование научно-исследовательской базы и в создание площадок опытного производства отрасли. Такая финансовая поддержка считается нормальной практикой во всех развитых странах, стремящихся создать и укрепить свою микроэлектронику. В подобной ситуации ГЧП-модель могла бы считаться оптимальной формой взаимоотношений рыночных агентов, одним из которых является непосредственно государство как заказчик.

Финансовые аналитики, исследующие рассматриваемую отрасль (из агентства ИК «Финам»), давно высказывают предположение, что государство может создать единый микроэлектронный холдинг, объединив в нём активы, принадлежащие нескольким компаниям [7]. При этом, как прогнозируют корпоративные аналитики, государство может оставить себе контрольный пакет в этой новой компании, а остальные акции разделить между другими участниками отрасли. Не исключаются также варианты, при которых государство будет строить ГЧП-модель отношений только с одним

игроком рынка (наиболее лояльным), тогда как другие окажутся в весьма сложной конкурентной ситуации.

Однако отношение практиков и научного сообщества к ГЧП-модели вовсе не так однозначно и единодушно, как может показаться. Здесь имеются авторитетные оппоненты. Так, специалисты Российского Центра анализа стратегий и технологий (директор Р. Пухов) полагают, что развитие событий по описанному варианту прогноза, безусловно, нанесёт урон отечественному рынку микроэлектроники, и, в итоге, проиграют все его участники. Более того, считают оппоненты, сама концепция ГЧП в России пока работать не будет по причине хорошо известных особенностей функционирования государственной системы в её управляющих звеньях, что иронично окрестили «важной традицией».

Имеются и другие мнения в отношении собственно развития отрасли. Так, известный специалист И. Покровский (директор Издательского Дома «Электроника», выпускающего авторитетные отраслевые издания) считает, что действия государства в этом направлении не совсем последовательны и предсказуемы. Его мнение сводится к тому, что государство желает видеть производство электроники только в лице госпредприятий или контролируемых государством акционерных обществ. Но это, к сожалению, незначительная по объёму производства и далеко не самая прогрессивная часть отрасли.

Кроме того, целесообразно было бы параллельно развивать отечественное производство электронной аппаратуры, например, цифровые приставки к телевизионной технике в связи с переходом ТВ на цифровое вещание. Для этого нужно отменить таможенные пошлины на ввоз электронных компонентов, снять бюрократические барьеры, решить проблему с размером и возвратом НДС. Устранение отмеченных препятствий должно привести к стремительному росту производства электроники в России, а значит, и к росту внутреннего рынка электронных компонентов. За пять лет, по мнению Покровского, указанный рынок может вырасти в 7-8 раз.

На этот счёт имеются и более точные прогнозные оценки, указывающие на то, что общий объём рынка микроэлектроники в России к 2011 г. превысит 60 млрд. руб [8]. Минпромэнерго РФ опубликовало результаты анализа состояния и перспектив электронной промышленности, в частности, анализ тенденций потребительского спроса на продукцию электронной компонентной базы

(ЭКБ). Наряду с военной электроникой, наиболее ёмкими сегментами рынка ЭКБ будут средства радиочастотной идентификации, навигационно-связное оборудование, средства цифрового телевидения и связи, бортовая автоэлектроника и изделия иного функционального назначения.

В настоящее время уровень электронной составляющей в машинах, технологическом оборудовании составляет от 8 до 10% от производственной себестоимости готового изделия. По прогнозу до 2010 г. доля электронных устройств (как интеллектуальная начинка) в себестоимости машин, приборов и оборудования должна вырасти с 8-10% до 15-18 %, соответственно, т.е. в 1,5-2,0 раза, что уже символично.

Пока же в России наблюдается недопустимо низкое удельное потребление электронных изделий (на душу населения) по отношению к экономически развитым странам. На внутреннем рынке продаётся электронной продукции в ассортименте разного назначения меньше, чем в отдельно взятых странах - Польше, Венгрии и даже Мексике. По уровню этого показателя Россия занимает 30-е место в мире из 52 учтённых стран со значимыми объёмами потребления анализируемых товаров. Вместе с тем, ежегодные темпы прироста потребления продукции электроники в России (21-23 %) выше среднемировых темпов прироста (10-12 %).

Общий объём российского рынка ЭКБ на 2011 г. оценивается в 105 млрд. руб., а конкретно рынка микроэлектроники - в 60 млрд. руб. Прогнозируемая структура закупок микроэлектроники в России в 2011 г. предполагается следующей: 18,0 млрд. руб. - промышленная, бытовая электроника и средства связи; 1,8 млрд. руб. - электронные документы; 3,6 млрд. руб. - ГЛОНАСС; 9,0 млрд. руб. - автоэлектроника; 15,0 млрд. руб. - военная электроника; 3,6 млрд. руб. - интеллектуальные карты; 9,0 млрд. руб. - средства обеспечения цифрового телевидения.

В "Стратегии развития электронной промышленности на период до 2025 года", как представляется, сознательно сделан акцент на те секторы рынка, где государство способно влиять на соотношение спроса и предложения, и есть реальная возможность сформировать солидный государственный заказ, который обеспечит гарантированную и долгосрочную загрузку электронных производств [5]. Одним из таких секторов может быть глобальная навигационная система ГЛОНАСС.

Несмотря на отмеченное двукратное опережение по темпам прироста российского рынка элек-

троники по сравнению с мировым, отечественный рынок отличает крайне низкая его насыщенность. Так, потребление микроэлектронной продукции на душу населения в денежном эквиваленте составляло по итогам 2008 г. $14, тогда как в «старых» странах ЕС этот показатель достигает порядка $500. Для сравнения, в 2006 г. этот показатель для России равнялся всего лишь $6. В США и Канаде электронной техники в расчете на душу населения ежегодно производится на $1260, в Японии — на $1100, в «новых» странах ЕС - на $100.

И главная задача, стоящая перед отечественной отраслью - не уступить окончательно этот чрезвычайно ёмкий и перспективный отечественный рынок иностранным производителям, что весьма непросто: ведь позиции российской микроэлектроники в ряде сегментов утрачены на 80-90 %, а в среднем по рынку - на 65 % в течение последних 15-17 лет. Так, реализация отечественной микроэлектронной продукции на внутреннем рынке в 2007 г. оценивалась в 18,9 млрд. руб., что и составляло около 10 % от общего объёма продаж товаров данного профиля. Но положение в отрасли безнадёжным, как представляется авторам расчёта [7], всё-таки назвать нельзя.

В начале 2008 г. компанией ОАО "Ситроникс» был запущен проект по внедрению нового производства микросхем с топологическим размером около 0,18 микрон (правда, на основе закупленного в Германии завода AMD). В последние годы российская микроэлектроника выпускала продукцию на базе технологий 0,8 микрон, и сейчас отраслью фактически совершён технологический прорыв, продвинувшись вперед на 4 поколения, сократив в своём хроническом отставании в технологической гонке с западными конкурентами разрыв примерно в 8-10 лет.

Но такие прорывы стали возможными лишь после того, как внимание на микроэлектронику обратило государство; ведь, на фоне научно-технического аутсайдерства, в среднем по отрасли на 65 %, самое время вспомнить об информационной и военной безопасности великой в прошлом державы. На создание компонентной базы до 2015 г. только из федерального бюджета планируется потратить 110 млрд. рублей в рамках названной выше ФЦП "Развитие электронной компонентной базы и радиоэлектроники", запущенной для претворения в жизнь с середины 2008 г.

Например, в проект запуска новых производств на заводе "Микрон" государство вложило 10 % инвестиций от потребных объёмов; последующие же проекты предусматривают куда более

ощутимое участие государства в модернизации предприятия с соотношением - 47 % на 53 %. Такая заинтересованная позиция государства, безусловно, оправдана. Правительства большинства стран поддерживают родную электронную индустрию; это наблюдается в Европе, Японии, США, Южной Корее, где частные компании прямо или косвенно, но получают заметную поддержку государства. Также солидную поддержку от таких акционеров, как французское и итальянское правительства, имеют многие частные электронные компании этих стран.

Кроме того, из-за дефицита финансовых ресурсов, особенно в период текущего «кризиса ликвидности», по некоторым научно-техническим и технологическим направлениям родственные компании объединяются в альянсы. Так, "Ситроникс" сегодня прорабатывает с компанией ST Microelectronics вопрос о вступлении в международный альянс Crolles-2, членом которого также является IBM. В последнем случае целью совместных усилий будет разработка новых RFID-технологий (радиочастотной идентификации).

По некоторым категориям микроэлектронной продукции российские производители уже вытеснили иностранцев со своего рынка. Например, весь процесс производства тех же SM-карт сегодня налажен в России. В 2007 г. было произведено 33 млн., а в 2008 г. - 41 млн. SM-карт, тогда как раньше их закупали на внешнем рынке (в Южной Корее, Германии, Франции, ЮАР и др.). Смарт-картами являются и билеты для различных видов транспорта. Огромный рынок представляют собой водительские удостоверения, внутренние и заграничные биопаспорта, медицинские и миграционные карты. Чипы могут встраиваться даже в ошейники домашних питомцев, закрепляться на теле заключённых и т. д.

Причем, государство выступает не столько в роли соинвестора в микроэлектронные производства, сколько гарантом потребления их продукции. Теоретически частный капитал мог бы сам найти необходимые финансовые ресурсы, но государство весьма заинтересовано в эффективном контроле конечного использования обозначенной продукции. И таким образом, речь идёт о формировании крупного госзаказа для бизнеса: электронные паспорта, навигаторы ГЛОНАСС, чип-карты, цифровое телевидение и мн. др. В соответствии с федеральной целевой программой (ФЦП), помимо "Микрона" и "Ангстрема", не останутся без заказов и ФГУПы по производству СВЧ-техники, которые к концу 2010 г. должны быть приватизиро-

ваны. В настоящее время активы всех "СВЧ-пред-приятий" отрасли - государственные.

Другой проблемой по-прежнему остаётся постоянная "утечка мозгов" из России, хотя эксперты говорят о сохранении серьёзного кадрового потенциала в отрасли, даже в тех коллективах российских предприятий, где инженерный состав прошёл специальное обучение за рубежом во Франции, Германии, Японии, Южной Корее и в других странах с традиционно высокой культурой электронного производства.

Однако в рамках ФЦП до 2025 г. отрасль уже сегодня нуждается в тысячах новых специалистов, к подготовке которых учебные заведения страны утратили интерес и для привлечения которых необходимы вложения и в социальные аспекты новых наукоёмких производств. Но в России уже имеется положительный опыт. Так, совместно с правительством Москвы частные предприниматели отрасли уже второй год развивают экономический кластер по микроэлектронике, цель которого - создание некой экосистемы микроэлектронных предприятий в г. Зеленоград Московской области, которые будут представлять собой единый пул.

В связи с этим может представить известный интерес идея авторов данной статьи по созданию в СЗР (Санкт-Петербург и Ленинградская область) производственного кластера микроэлектроники на базе известных предприятий - НПО «Авангард», ОАО «Феррит-Домен», НПО «Вектор», НПО «Позитрон» и ещё 8 крупнейших специализированных производителей СЗР РФ. Этот производственный кластер в режиме ГЧП может стать не только реальным конкурентом «кремниевой долине» Зеленограда, но и превратиться до 2012 г. в «прорывную» организационную структуру, действующую на просторах Восточной Европы (с рабочим названием кластера - «северная долина»).

В этом плане представляется знаменательным подписание в мае 2009 г. соглашение о сотрудничестве между правительством Санкт-Петербурга и региональной общественной организацией «Совет ректоров вузов Санкт-Петербурга». Основными направлениями сотрудничества должны стать содействие сохранению и наращиванию научно-исследовательского, инновационного и образовательного потенциала Петербурга, формирование кадрового потенциала, обеспечивающего социальное и экономическое развитие города, развитие системы социального партнёрства вузов города с органами государственной власти северной столицы. Важными задачами соглашения, как их видит

губернатор, является рост конкурентоспособности экономики региона и преодоление нынешних кризисных явлений [10].

Обычная схема решения многих организационно-технических проблем на местах предусматривает активное привлечение региональных бюджетов. Сюда же включаются механизмы решения многих болезненных вопросов социальной сферы - обеспечение жильём сотрудников, нормальная занятость, переподготовка военнослужащих соответствующих профессий, уволенных в запас и т.д. Общий же объём инвестиций в отрасль (после соответствующего секвестирования бюджетных расходов) предусмотрен в размере чуть больше $100 млн. Этих средств, полагают эксперты, будет достаточно для реанимации отрасли в ближайшее время. Подобные суждения опираются на серьёзную аналитику и практическую реализацию всех последних мер, принимаемых правительством, которое выходит на рынок электроники как глобальный игрок, да и не только на внутренний рынок России.

Однако наряду с бюджетной подпиткой отрасли в стране необходимо создать новые инвестиционные условия для того, чтобы сделать данную отрасль инвестиционно привлекательной и в полной мере реализовать потенциальные возможности отечественной электронной промышленности, в том числе в СЗР РФ (в частности, предлагаемый производственный кластер в Санкт-Петербурге, ЛО и Калининграде). А причина тому достаточно веская - ведь, анализируемая отрасль является системообразующей. От состояния этой отрасли, от той продуктовой линейки, которую она в состоянии производить, напрямую зависят и другие секторы отечественной экономики: авиация, судостроение, атомная и космическая промышленность (по комплексу среднего и специального машиностроения, ОПК), гражданская бытовая продукция и т.д., а также наземный транспорт и мн. др.

Среди мер стимулирующего характера, по мнению отраслевых аналитиков и авторов настоящей статьи, также должно быть произведено «обнуление» ввозных пошлин на материалы и комплектующие для производства электроники, на оборудование для производства электронной компонентной базы (ЭКБ). Своевременными мерами подъёма отечественной микроэлектроники могли бы стать налоговые льготы на ввоз оборудования и, наоборот, повышение таможенных пошлин (в режиме разумного патернализма и протекционизма) на некоторые компоненты. Сейчас пошлины на элементы ЭКБ в России составляют около 5 %, что

делает ценовую конкуренцию с производителями из Юго-Восточной Азии очень непростой.

Немаловажной здесь является и помощь государства в дипломатических переговорах по снятию дискриминационных ограничений не передачу России современных технологий, включая пресловутую, но долгоиграющую «поправку Джексона-Вэника» (вопрос будет поднят в предстоящих переговорах с новым президентом США). И, наконец, как представляется, государство должно взять на себя организацию надлежащей и полноценной вузовской подготовки на родине и последующие стажировки за рубежом молодых специалистов в области микроэлектроники, продумав тщательно законодательно-стимулирующий механизм их возвращения в Россию.

Изложенное в статье позволяет сделать, по крайней мере, три существенных вывода:

1. Инвестиционный и инновационный потенциал страны складывается из соответствующих потенциалов хозяйствующих субъектов, экономических территорий, субъектов федераций и регионов. Но только общность территории, природно-климатических особенностей, отведённое место и сложившаяся роль в общественном разделении труда позволяют быстро и с минимальными затратами решать крупные народно-хозяйственные

проблемы, стоящие перед страной. Поэтому особое значение приобретают вопросы социально-экономического и инновационного развития на уровне отдельно взятого региона.

2. Способом динамичного развития экономики региона, совершенствования его отраслевой структуры и повышения его конкурентоспособности является рыночно оправданная кластеризация производств, что может обеспечить решение региональных проблем, которые в значительной степени отражают проблемы федерального уровня и которые составляют самостоятельные федеральные задачи стратегического развития.

3. Отечественная микроэлектронная отрасль испытывает в настоящее время серьёзные трудности, расцениваемые многими аналитиками как её крушение и полный развал, что самым негативным образом влияет на экономическую независимость и национальную безопасность России. Выходом из сложившего положения, как представляется авторам статьи, может быть создание кластеров предприятий микроэлектроники как самой инновационно- и наукоёмкой отрасли промышленности. В частности, образование регионального микроэлектронного кластера с условным названием «Северная долина» в СЗР РФ на базе уже имеющихся предприятий отрасли.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Ялов Д. А. Кластерный подход как технология управления региональным экономическим развитием. - Фонд ЦСР «Северо-Запад». - Санкт-Петербург, 2006.

2. Дышкант О. В. Модернизационные императивы кластерной организации производства в базовых секторах региональной экономики: модели и механизмы. Ростов-на-Дону: Изд-во СКНЦ ВШ, 2006.

3. Матыцын В. В. Моделирование инвестиционных параметров в структуре инновационного потенциала регионального кластера // Региональная экономика: теория и практика, N° 28 (85), октябрь 2008. СС. 39-45.

4. Сергеев Л. И., Богданов А. Г. Характеристика инвестиционного механизма развития на мезоуровне в контексте отношений государственного регулирования и стимулирования инвестиционной деятельности. // Региональная экономика: теория и практика, № 36 (93), декабрь 2008. С. 23-33.

5. Постановление Правительства Российской Федерации от 13.10.1995 № 1016 «О комплексной программе стимулирования отечественных и иностранных инвестиций в экономику Российской Федерации».

6. Регионы России. Социально-экономические показатели 2007 г Статистический сборник. М.: Росстат, 2008. 991 с.

7. www. Финмаркет, Источник: IFX-News.

8. www. cnews. ru.

9. Сибирская Л.И. Авакумова H.H., Фирсов

А.Е. Развитие институциональной инфраструктуры инновационной деятельности в регионе // Региональная экономика: теория и практика, № 34 (91), декабрь, 2008.

10. Санкт-Петербургский вестник высшей школы, № 5 (48), май, 2009.

11. Цацулин А. H., Валеахметов H И. Роль предпринимательских усилий в формировании отечественного рынка изделий электронной промышленности. Сборник материалов «Развитие предпринимательства в социально-культурной сфере и туризме на Северо-Западе России». Под ред. проф. Скворцова В.Н. СПб.: Изд-во ЛГУ им. А.С.Пушкина, 2007.

12. Цацулин А. H., Черенков В. И. Англо-русско-немецкий словарь-справочник по международному бизнесу. Учебное пособие. СПб.: Изд-во Высшей административной школы, 2002. 244 с.