Модели восприятия информации в вербальных и визуальных текстах

ПУБЛИКАЦИИ И СООБЩЕНИЯ

М.С. Кухта

МОДЕЛИ ВОСПРИЯТИЯ ИНФОРМАЦИИ В ВЕРБАЛЬНЫХ И ВИЗУАЛЬНЫХ ТЕКСТАХ

Томский государственный педагогический университет

Вербальные и визуальные тексты - два различных культурных источника информации, исследованию восприятия которых посвящена данная работа. Предложенные нами методологические модели позволяют выявить различия этапов информационного процесса, а также проанализировать особенности восприятия информации в визуальных и вербальных текстах.

Традиционная линейная модель Р. Якобсона, описывающая информационный процесс в семиотике, подразумевает передающего информацию (адресанта), принимающего информацию (адресата), канал связи между ними, в качестве которого могут выступать все структуры, обеспечивающие коммуникацию - от телефонного провода до естественного языка, системы обычаев, норм искусства или культурных текстов. В процессе связи осуществляется кодовый обменный процесс, т.е. сообщения, которыми обмениваются адресант и адресат, исследуются как информационные коды. Р. Якобсон в связи с этим замечает: «Мы стремимся выявить код, общий для адресанта и адресата; мы стремимся найти общие черты, а также различия между операциями кодирования, осуществляемыми адресантом, и способностью декодирования присущей адресату. Наконец, мы пытаемся определить место, занимаемое данным сообщением в контексте окружающих сообщений, которые либо принадлежат к тому же самому акту коммуникации, либо связывают вспоминаемое прошлое с предполагаемым будущим...» [1, с. 319].

Исследования Ю.М. Лотмана (в границах линейной модели Р. Якобсона) позволяют выявить отличия вербальных и визуальных текстов на этапе кодирования. Вербальный текст делится на дискретные единицы - знаки, которые при помощи специальных механизмов соединяются в синтагмы разных уровней. Текст строится как вневременная структура на уровне языка и во временной протяженности - на уровне речи. Визуальный текст не делится на дискретные единицы, а знаковость возникает в результате некоторых правил проекции объекта на плоскость. Визуальная информация предназначена для переживания пространственных отношений, изображение, являясь системой, не имеющей означающих единиц, базируется на семантическом принципе передачи информации. Отсутствие диск-

ретных единиц приводит к тому, что значение порождается всей формой как неделимой целостностью. Визуальный текст отличается от вербального прежде всего тем, что при восприятии его смыс-лообразов активно включается зрительный канал, объединяются чувственно-наглядные и мысленные (воображаемые) структуры, информация фиксируется в двухмерной (рисунок, живопись) или трехмерной (скульптура, архитектура) системе координат [2, с. 106].

Линейная модель, предложенная Р. Якобсоном (адресант - код - адресат), позволяет исследовать специфику кодирования информации в визуальной и вербальной формах (Ю.М. Лотман), однако не решает задачи, связанные с генерацией информации (как рождается идея в сознании адресанта и как она кодируется) и рецепцией информации (как текст воспринимается текст и декодируется в сознании адресата).

В предложенной нами модели информационного процесса (рис. 1) выделены этапы генерации-кодирования (адресант) и рецепции-декодирования (адресат), а также базовая структура - тезаурус, вне которого понимание и восприятие информации либо невозможно, либо существенно затруднено. Термин «тезаурус» (древнегреч. - «сокровищница») широко используемый в лингвистике, в той или иной степени отражает «структуру мира», «картину мира», «языковую модель мира». Тезаурус не просто словарь, вбирающий в себя все лексические богатства языка, а упорядочивающая их определенным логико-системным образом некоторая универсальная система, обеспечивающая хранение коллективного знания о мире в вербальной форме. Второе значение этого термина связано с имеющим широкую известность словарем «Тезаурус...» Роже [3]. В этой трактовке термин «тезаурус» обозначает определенный способ организации, расположения лексического состава в словаре. Третье значение этого термина связано с всеобщим признанием такого способа организации лексического состава, которая позволяет экономно «моделировать мир». Таким образом, тезаурус в нашей модели можно определить как множество смысловыражающих элементов и смысловых отношений - знание, представленное в виде понятий и отношений между ними.

Человек получает информацию только в том случае, когда в его тезаурусе после получения сообщения происходят какие-либо изменения. И чем больше изменений внесло сообщение в тезаурус адресата, тем большее количество информации он получил из этого сообщения. Таким образом, эффективность передачи информации зависит от соотношения тезаурусов адресанта и адресата [4, с. 25]. Следовательно, адресат, получая сообщение, прежде всего сравнивает содержащуюся в этом сообщении информацию со всей внутренней информацией, т.е. тезаурусом, «который, постепенно пополняясь, является фундаментом, служит инфобазой любого вида деятельности. Закладка, формирование и развитие тезауруса могут рассматриваться как в филогенезе (здесь речь будет идти об общем информационном запасе), так и в онтогенезе (когда обсуждается формирование тезауруса отдельного человека)» [5, с. 120].

Например, две фразы - «Волга впадает в Каспийской море» и «Les oiseaux reviennent des pays chauds» - не несут никакой информации для достаточно большой группы адресатов. В первой фразе для большинства людей не содержится никакой новой информации (в тезаурусе не происходит изменения), поскольку, начиная с младшей школы, все знают, куда впадает Волга. Во втором случае информация не воспринимается из-за того, что адресант использовал незнакомый тезаурус (другой язык), а у адресата нет инфобазы для принятия сообщения на французском языке.

Восприятие визуального текста, в отличие от вербального, не зависит от языка адресанта, однако глубина рецепции во всей полифонии смыслов определяется богатством (полнотой, глубиной, разнообразием) тезауруса адресата. При передаче эзотерических знаний в визуальных текстах широко используются символы (крест, круг, мандала, Миро-

вое Древо и др.), которые несут информацию, «закрытую» для большинства, несмотря на ясность и узнаваемость форм материальных носителей. Так, крест может восприниматься как геометрическая фигура, как символ христианства, как средство защиты от вампиров, как элемент художественного орнамента и т.д.

В нашей модели (рис. 1) этап генерации и кодирования информации - это процесс выбора адресантом (т.е. автором сообщения) из хаотических потоков первичного восприятия, структурирование, организация знания о мире в наиболее ясную и понятную форму и последующее представление этой формы в материальном носителе (в визуальном или вербальном тексте). Форма материального носителя организовывается так, чтобы смысл мог быть воспринят нашим сознанием. А. Ахматова описывает создание структуры из хаоса в ставшей хрестоматийной фразе «Когда б Вы знали, из какого сора растут стихи.».

Этап трансляции важен способами передачи информации от адресанта к адресату.

Этап рецепции-декодирования (рис. 1) - это динамический процесс в сознании адресата. «На стадии рецепции созданная информация воспринимается неравновесной материальной средой, способной создавать асимметричные структуры, отбираемые с помощью соответствующих правил. Поэтому понятие об информации на стадии ее рецепции ассоциируется с образованием структур, созданием порядка из беспорядка» [6, с. 52]. На этапах рецепции-декодирования смысловое содержание текста расшифровывается, вербальный или визуальный код обрабатывается сознанием воспринимающего субъекта, при этом упорядоченность информации возрастает по сравнению с той, что имелась у адресата до получения сообщения.

Рис. 1. Этапы информационного процесса

Анализ рецепции-декодирования мы представляем на модели (рис. 2). Визуальный текст связан с реальным миром объектов и не может быть понят вне безошибочного узнавания адресатом того, какие объекты или элементы отражены в нем. Узнать, в герменевтической традиции, - это не значит «увидеть еще раз», это не ряд встреч. «Узнавание -это опознание уже знакомого» [7, с. 316]. В этом заключается процесс человеческого «обживания» реальности, ибо каждое узнавание уже отрешено от случайности первого знакомства и возведено в сферу идеального. ГГ. Гадамер отмечает, что «узнавание всегда сопряжено с более глубоким пониманием, чем это было при первой встрече. Узнавание позволяет вычленить в преходящем устойчивое» [7, с. 316]. Итак, визуальный текст прежде всего несет нам информацию об определенных объектах.

На этапе сравнения, сопоставляя визуальный текст с уже известными образами действительности, мы обнаруживаем черты, которые не можем наблюдать в реальности. Образы окружающего мира специфически искажаются и оказываются «знакомыми незнакомцами». Например, образ лося в ку-лайской культуре обретает три головы, вырастающие на одном туловище. Можно привести также примеры других искажений в искусстве: эллиптическую деформацию в вертикальном направлении (вытягивание фигур), примененную в картинах Эль Греко, горизонтальное оптическое искажение картин Домье, трапецеидальные искажения, приводящие к искривлению перспективы или смещению нормальной точки зрения. Эти деформации форм знакомых образов на этапе сравнения (рис. 2) «выталкивают» сознание воспринимающего в иные координаты пространства и времени, несут информацию, ранее неизвестную, дополняют тезаурус адресата.

В вербальном тексте процесс рецепции и декодирования растягивается во времени, необходимом для прочтения линейно-представленной информации, после которого также происходит оформление целостного образа (гештальта) (рис. 2).

Заключительным и общим этапом восприятия вербальной и визуальной информации является этап диалога - живого со-творчества, эмоционального включения, созидания «мостов взаимопонимания». Диалог связан с осмыслением, проявлением семантической информации (греческая приставка «5га», обозначающая «через», «сквозь», «в», указывает на взаимность действий, сотрудничество), это мысленное и речевое взаимодействие охватывает широкий круг разных конкретных проявлений, осуществляется в разных формах. Диалог в пост-неклассической философии понимается как «разговор сознаний» или мысленное взаимодействие и приобретает статус совместного мышления, которое Г Хакен определил как синергизм, вложив в этот термин ключевое понимание со-действия.

В семантическом пространстве вербальных и визуальных текстов мы имеем дело с диалогом сознаний - непосредственным или опосредованным взаимодействием с мысленным пространством - резонированием на мыслеимпульсы и мыс-леобразы. Цели такого диалога могут быть различными: обмен информацией (передача-восприятие), трансляция знания (передача-ассимиляция), порождение знания (исследование, поиск, представление, кодирование), достижение договоренности, эстетическое наслаждение [8, с. 314]. Однако при любых целях диалог представляет собой уникальный процесс становления мыслебы-тия, со-мыслия, в котором аспект мысли является ведущим.

Мысль творца представлена в форме организации, в структуре художественного текста (как вербального, так и визуального) (рис. 1, этап кодирования). Диалог (со-мыслие), как показано на модели (рис. 2) происходит в пространстве гештальта - воспринятого целостного образа, первоначальное видение которого постоянно «достраивается», оформляется, обрабатывается сознанием воспринимающего. Например, при восприятии архаических символов культуры, дошедших до нас из глубины веков, в воспринимающей системе адресата

Рис. 2. Модель восприятия информации в визуальном образе

начинается процесс диалога не с исходной формой (входным сигналом, рис. 2), которую он изменить и переструктурировать не может, но с тем целостным перцептивным продуктом (целостным образом, гештальтом), который начинает динамически оформляться в воспринимающей системе адресата. В процессе этого диалога первоначальное восприятие целостного образа (рис. 2) наполняется новым содержанием, новыми смыслами.

Наша модель восприятия (рис. 2) позволяет выявить механизм этого процесса, поскольку в ней (в отличие от линейной модели Якобсона-Лотма-на) введена обратная связь, каждый раз «возвращающая» восприятие адресата к исходному (оформленному в сознании) целостному образу.

Можно сказать, что переосмысление первоначально воспринятого образа становится возможным благодаря обратным связям, которые позволяют системе (в нашей модели - это воспринимающая система адресата) реагировать собственными изменениями на изменения, производимые на нее внешним воздействием - входным сигналом (в нашей модели таким сигналом является визуальный либо вербальный текст).

Однако не всегда восприятие художественных текстов вызывает у адресата новые качественные изменения сознания, вносит новые смыслы и новые уровни понимания текста. В связи с этим мы не просто вводим «обратную связь», но и указываем на то, что эта связь может быть положительной либо отрицательной.

Согласно теории связи в кибернетике эти «знаки» обратной связи носят не номинативный, а качественный оттенок, поскольку определяют качественную реакцию системы на внешнее воздействие. При положительной обратной связи воспринимаю-

щая система переходит в другое равновесное состояние. При отрицательной обратной связи отклонение от равновесия, связанное с входным воздействием на сенсорные органы, вызывает нейтрализацию этого отклонения - возвращает систему в исходное состояние.

Таким образом, воспринимающая система в нашей модели организует свое состояние в зависимости от знака связи. Процесс восприятия благодаря «обратным связям» корректируется и направляется, т.е. сенсорный сигнал постоянно обрабатывается системой (узнавание, сравнение, диалог).

В случае «отрицательной» обратной связи адресат не получает «приращения» знания, его перцептивная система возвращается в исходное состояние, и новые смыслы остаются невоспринятыми. Если обратная связь положительная - режим диалога способствует переходу перцептивной системы воспринимающего в другое равновесное состояние, формируются новые уровни понимания текста.

Наша модель (как и любая другая) ограничена и, безусловно, не передает всей сложности процессов восприятия информации, однако она позволяет понять, почему процессы восприятия имеют буквально «разные знаки» - разные уровни, от «я этого не вижу» до «я понимаю это во всей глубине смыслов». Мы показали, что инфобаза (тезаурус) еще не обеспечивает полноту восприятия, поскольку важен также «настрой» воспринимающего сознания (внутреннее состояние системы) - положительная обратная связь, позволяющая перцептивной системе адресата формировать новые смыслы и уровни прочтения, раскрывать новые горизонты восприятия культурных текстов.

Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ,

грант № 04-06-80192.

Литература

1. Якобсон Р. Избранные работы. М., 1985.

2. Лотман Ю.М. Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Таллин, 1973.

3. Roget P.M. Thesaurus of English Words and Phrases. L., 1999.

4. Шрейдер Ю.А. Препятствие - логика // Природа. 1992. № 1.

5. Коган В.З. К методологии информологического подхода // Информатика и культура. Новосибирск, 1990.

6. Мелик-Гайказян И.В. Информационные процессы и реальность. М., 1998.

7. Гадамер ГГ. Актуальность прекрасного. М., 1991.

8. Синергетическая парадигма. Нелинейное мышление в науке и искусстве. М., 2002.