К ВОПРОСУ О ПРИМЕНЕНИИ ПОЛИГРАФА В СЛЕДСТВЕННО-СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ

Ю. Г. Хлоповских,

кандидат психологических наук, доцент

У. Н. Ахмедов,

кандидат юридических наук

Е. И. Дудкина,

кандидат педагогических наук, доцент

К ВОПРОСУ О ПРИМЕНЕНИИ ПОЛИГРАФА В СЛЕДСТВЕННО-СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ

TO THE QUESTION OF USING A POLYGRAPH IN INVESTIGATIVE AND JUDICIAL PRACTICE

В работе представлены методолого-теоретические основы проведения психофизиологического обследования с помощью полиграфа, краткая историческая справка об использовании судебной психофизиологической экспертизы с применением полиграфа в качестве самостоятельного вида судебной экспертизы в России. Содержится анализ применения возможностей полиграфа для проведения психофизиологической экспертизы или исследования в расследовании преступлений и в судебной практике, правового и доказательственного значения заключений эксперта или специалиста-полиграфолога в уголовном судопроизводстве. Отражена авторская позиция в отношении инвариантной и вариативной психологической составляющей психофизиологического обследования с применением полиграфа.

The paper presents the methodological and theoretical foundations of conducting a psychophysiological examination using a polygraph, a brief historical reference on the use offorensic psychophysiological examination using a polygraph as an independent type of examination in Russia. It contains an analysis of the use of the possibility of a polygraph for conducting a psychophysiological examination or research in the investigation of crimes and in judicial practice, the legal and evidentiary value of the conclusions of an expert or a polygraph specialist in criminal proceedings. The author's position on the content of the invariant and variable psychological component of the psychophysiological examination using a polygraph is reflected.

Введение. На сегодняшний день в России накоплен значительный опыт применения полиграфа в оперативно-розыскной деятельности, судопроизводстве, при работе с кадрами. Число примеров эффективного использования полиграфа в целях установления истины по уголовным и административным делам в российской процессуальной практике постоянно растет. Кроме того, во всех органах государственной службы проводятся проверки с использованием полиграфа, направленные на отбор надежных, компетентных и ло-

яльных сотрудников, а также с целью превентивного выявления лиц, относящихся к «группе риска» с точки зрения соответствия требованиям службы в определенной сфере общественной деятельности, в том числе в органах внутренних дел. В связи с этим актуализируются вопросы правовых аспектов применения полиграфа при кадровых проверках и в следственно-судебной практике, обоснования эффективности выявления искомой информации с помощью психофизиологического обследования с применением полиграфа.

Основная часть. Методология и теория психофизиологического обследования с помощью полиграфа составляют основу его практической реализации и делают получаемые с помощью полиграфа данные научно обоснованными. Важно отметить, что на теоретико-методологическом уровне прослеживается теснейшая связь теории и практики полиграфной проверки с психологической наукой и практикой.

Среди множества теорий, описывающих природу психофизиологических реакций в ходе тестирования на полиграфе, можно выделить ряд теорий психологического характера — теория угрозы наказания (А. Моссо), теория конфликта (Г. Борланд, Д. Рэскин), теория психологической установки (Д. Н. Узнадзе), теория аффекта (А. Р. Лурия), теория когнитивного диссонанса (Л. Фестингер), двухфакторная теория эмоций (С. Шехтер, С. Вал-линс), потребностно-информационная теория и др. [1; 8]. При этом каждая из существующих теорий описывает и объясняет лишь отдельные аспекты процесса психофизиологического реагирования человека.

В целом базовым психологическим и психофизиологическим положением обследования на полиграфе является то, что, регистрируя с его помощью физиологические реакции человека в ответ на предъявляемые стимулы, исследователь не определяет ни ложь, ни знания виновного, ни эмоциональный отклик, ни состояние («идеальные следы») памяти. Оценивается относительная величина реакции (физиологической активации). Таким образом оценивается значимость для испытуемого одних стимулов по сравнению с другими.

Вслед за вниманием, как основным, пусковым фактором психофизиологической активации, в развитие физиологических изменений вовлекаются и другие механизмы (эмоциональные и когнитивные процессы) [8].

С позиции мотивационной теории, тремя эк-зистенциалами человеческого существования выступают духовность, свобода и ответственность (В. Франкл). Процедура полиграфной проверки несет в себе потенциальную угрозу изменения социального статуса испытуемого, нарушения его жизненных планов. То есть ситуация тестирования с использованием полиграфа предполагает оценку социально-психологических качеств личности обследуемого, предполагающую актуализацию опыта и системы ценностных ори-ентаций испытуемого.

П. В. Симонов указывает, что «действенность мотива может оцениваться силой и напряженностью эмоциональных переживаний, а последние зависят от остроты актуальной потребности» [7. — С. 70].

Человеку свойственно постоянно соотносить свои мысли, действия и поступки с общепринятыми социальными нормами. Осознавая вину перед окружением за отклонение в поведении от социально обусловленных норм, иными словами, за асоциальный поступок, личность испытывает чувство вины. Подобная эмоциональная реакция проявляется в виде психофизиологической реакции в ходе тестирования. При отсутствии осознания вины соответствующие эмоции и психофизиологические реакции отсутствуют, что обусловливает трудности в тестировании с применением полиграфа психопатических личностей, а также лиц, чья система ценностей отличается от общепринятой.

В целом современные представления относительно механизмов психофизиологических явлений, лежащих в основе прикладных методов использования полиграфа, представляются довольно разрозненными. Каждая из существующих концепций позволяет объяснить лишь одну из сторон целостной системы поведения и реагирования субъекта в ходе полиграфной проверки. Полагаем, базовая причина этого кроется в том, что подобная картина наблюдается и в психологии, методологические положения которой составляют основу психофизиологического обследования.

В психологии существует (и множится) значительное число умозрительных теорий, пытающихся объяснить сущность и механизмы функционирования психики. Полагаем, системный подход, который в отечественной психологии активно разрабатывал Б. Ф. Ломов, позволит интегрировать разрозненные и порой противоречивые концепции, пытающиеся объяснить и выстроить методологическую и теоретическую основу психофизиологического обследования с помощью полиграфа.

Историческая справка (Применение полиграфа в России). Использование судебной психофизиологической экспертизы с применением полиграфа в качестве самостоятельного вида экспертизы в России практикуется начиная с 2002 года. Этому предшествовал довольно длительный путь теоретического, эмпирического и правового обоснования полиграфных проверок, выработки научно и практически обоснованных стандартов применения полиграфа, подготовки квалифицированных специалистов-полиграфологов.

В феврале 2006 года управление криминалистики Генеральной прокуратуры РФ подготовило и направило в территориальные органы письмо «Обобщение практики использования возможностей полиграфа при расследовании преступлений», содержащее информацию об эффективности ис-

пользования полиграфа в борьбе с преступностью.

С 2004 года подготовка специалистов-полиграфологов проводится в соответствии с утвержденной Министерством образования России программой, позволяющей специалистам получить дополнительную квалификацию — «Судебный эксперт по проведению психофизиологического исследования с использованием полиграфа».

Начиная с 2009 года судебная психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа проводится специалистами-полиграфологами территориальных подразделений криминалистики Следственного комитета при прокуратуре РФ (в настоящее время — Следственный комитет РФ), которые ежегодно осуществляют не менее десятка тысяч экспертиз с применением полиграфа.

Как отмечают Я. В. Комиссарова, С. Р. Хазин, в современной российской судебной практике сложилась целостная «система методического обеспечения производства исследований и экспертиз с применением полиграфа» [3. — С. 370].

Несмотря на ограничения полиграфных проверок, обусловленные объективными и субъективными причинами, «начиная с 2010 года ежегодно в среднем около 200 заключений полиграфологов используются в совокупности с другими доказательствами при вынесении приговоров (в том числе оправдательных) по уголовным делам» [3].

Особенности применения возможности полиграфа и результатов исследования полиграфолога в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства в теории доказательственного права и в ходе правоприменительной деятельности вызывают много дискуссий. В настоящей статье рассмотрим особенности применения полиграфа и проблемы, обусловленные применением полиграфа на примере осуществления уголовного судопроизводства, в частности в ходе уголовно-процессуального доказывания.

При производстве предварительного расследования и судебного разбирательства должностные лица (следователь, дознаватель, орган дознания, суд) при наличии достаточных оснований уполномочены назначить производство судебной экспертизы или проведение специальных исследований. Для этого привлекаются к участию в уголовном деле эксперты или специалисты. Экспертом, согласно ч. 1 ст. 57 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [9], является лицо, которое обладает специальными знаниями и назначено в порядке, установленном УПК РФ, для производства судебной экспертизы и дачи заключения. Специалистом, согласно ч. 1 ст. 58, является лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установ-

ленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Согласно ч. 3 ст. 80 УПК РФ, специалист также наделен правом представлять в письменном виде суждения по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами. В обоих случаях эти процессуальные действия производятся, если требуются специальные знания. УПК РФ не дает определения понятия «специальные знания». Не вдаваясь в дискуссию по этому вопросу, полагаем, что к специальным знаниям следует относить знания, которые выходят за рамки компетенции должностных лиц, уполномоченных осуществлять уголовное судопроизводство, и требуют специальных исследований в области науки, техники, искусства или ремесла.

Опрос практических сотрудников органов внутренних дел показал, что при расследовании уголовных дел примерно 80% респондентов назначали проведение специальных исследований с применением полиграфа в различных формах (производство судебной экспертизы, исследование специалиста, а также опрос или допрос с использованием полиграфа). В связи с тем что законодательно данный вопрос недостаточно регламентирован, на практике довольно часто встречаются различные варианты и способы проведения специальных исследований с применением полиграфа.

Наиболее типичным алгоритмом назначения и производства психофизиологической экспертизы или исследования с использованием полиграфа в ходе предварительного расследования является решение должностных лиц о назначении и производстве конкретных судебных экспертиз (исследований) или поручение следователя или дознавателя, адресованное органу дознания, о производстве опроса или допроса лица с использованием полиграфа. Данные действия возможны как до, так и после возбуждения уголовного дела. Опрос практических сотрудников показал, что более чем в 70% случаев такие исследования проводились после возбуждения уголовного дела. При этом обязательным условием проведения психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа является согласие участника уголовного судопроизводства, которое выражается в его заявлении или ходатайстве о ее проведении. Если такого согласия нет, то должностные лица не могут назначить такую экспертизу.

По нашему мнению, отказ ничем не должен быть мотивирован и не является свидетельством

виновности лица, которое отказалось от прохождения исследования с применением полиграфа. В случае согласия лица далее дознавателем, следователем, органом дознания и экспертом или специалистом совместно формулируется перечень вопросов, необходимых для проведения экспертизы или исследования.

Следует отметить, что психофизиологическая экспертиза (исследование) с использованием полиграфа допускается в отношении таких участников уголовного судопроизводства, как подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель. В целом, процессуальный статус данных участников уголовного судопроизводства в УПК РФ регламентирован и особой дискуссии не вызывает. Необходимо отметить, что вышеуказанные участники уголовного судопроизводства появляются после возбуждения уголовного дела. Проблематичной является регламентация прав и формирование оснований для проведения экспертизы (исследования) с использованием полиграфа до возбуждения уголовного дела. Основной причиной является то, что до возбуждения уголовного дела отсутствуют участники уголовного судопроизводства в собственном понимании этого слова, следовательно, не закреплены их права и обязанности в УПК РФ, а это может приводить к существенному нарушению уголовно-процессуального законодательства. Результатом этого будет являться признание недопустимыми полученных таким образом доказательств.

Судебная практика также отличается своим подходом к оценке психофизиологических экспертиз или исследований как разновидности доказательств.

Примерами положительного использования полиграфа для психофизиологической экспертизы в расследовании преступлений и в судебной практике являются определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 203-011-1 и от 19.01.2012 № 11-011-99, в которых Суд признал в качестве доказательств заключения психофизиологических экспертиз и эти экспертизы у суда не вызвали никаких сомнений. Суд обосновал свои решения тем, что заключения экспертов не противоречили показаниям свидетелей, вещественным доказательствам и другим собранным доказательствам [2].

Таким образом, Верховный Суд РФ в некоторых своих решениях фактически признал наличие возможности использования заключений эксперта или специалиста, полученных с использованием полиграфа, в качестве самостоятельного доказательства при наличии следующих условий: все собранные доказательства

должны согласовываться между собой по фактическим обстоятельствам; не содержать существенных противоречий; по основным вопросам совпадать в деталях.

При этом в ходе правоприменительной деятельности встречаются прямо противоположные судебные и иные процессуальные решения относительно допустимости в качестве доказательств заключений эксперта или специалиста с использованием полиграфа. Примером запрета использования полиграфа для психофизиологической экспертизы в расследовании преступлений и в судебной практике является п. 5.2.1 Обзора кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за второе полугодие 2012 года. В своем определении от 4 октября 2012 г. № 34-012-12 Судебная коллегия изменила приговор Мурманского областного суда от 23 июля 2012 г. в отношении Б. и Ш., исключила ссылку на использование заключений по результатам проведенных в ходе предварительного следствия психофизиологических экспертиз, при которых исследовались показания Б. и Ш., в качестве доказательств. Свое решение Суд обосновал тем, что такие заключения не соответствуют требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к заключениям экспертов, и такого рода исследования, имеющие своей целью выработку и проверку следственных версий, не относятся к доказательствам согласно ст. 74 УПК РФ [5]. Аналогичное решение было изложено в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 58-012-31.

В качестве обоснования принятого решения суды также указывают на то, что заключение полиграфолога не является источником новых сведений о фактических обстоятельствах уголовного дела, или выводы эксперта противоречат совокупности других исследованных судом доказательств, или выводы эксперта носят вероятностный характер и др.

Согласно п.п. 3 и 3.1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве допускаются заключение и показания эксперта и заключение и показания специалиста. Заключение эксперта является письменным документом, отражающим ход и результаты исследований, проведенных экспертом [4]. Специфической особенностью заключения эксперта или специалиста по результатам тестирования с использованием полиграфа выступает получение косвенных доказательств, т.е. сведений, прямо не указывающих на наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, но позволяющих

обоснованно предположить наличие или отсутствие таких обстоятельств.

Опрос сотрудников органов внутренних дел показал, что заключения эксперта или специалиста-полиграфолога неоднозначно оцениваются надзирающими должностными лицами или судом при оценке доказательств. Другими словами, при формировании доказательственной базы по уголовным делам судом заключения специалиста-полиграфолога в ряде случаев признавались недопустимыми.

Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ, каждое доказательство в уголовном судопроизводстве подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности для разрешения уголовного дела. Соответственно, заключение эксперта или специалиста-полиграфолога не является исключением из этого правила. Критерий достоверности является наиболее проблемным, так как на сегодняшний день окончательно не сформировалось мнение специалистов относительно истинности (достоверности) полученных доказательств, так как были установлены случаи «обхода» или «обмана» результатов заключений специалиста-полиграфолога.

Обобщение материалов изученных уголовных дел показало, что возможности эксперта или специалиста с применением полиграфа шире используются следователями Следственного комитета Российской Федерации по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях, в отличие от следователей и дознавателей органов внутренних дел. Заключение специалиста-полиграфолога приобщается следователями к материалам уголовного дела в качестве самостоятельного доказательства.

По нашему мнению, заключения эксперта или специалиста-полиграфолога могут быть допущены в качестве доказательств по уголовным делам только в совокупности с другими доказательствами и по усмотрению должностного лица, осуществляющего производство предварительного расследования по уголовному делу или осуществляющего правосудие по данному делу, при условии, что все собранные доказательства согласовываются между собой по фактическим обстоятельствам, по основным вопросам совпадают в деталях и выводы эксперта или специалиста не противоречат совокупности других исследованных судом доказательств.

Помимо правовой обоснованности применения полиграфа в следственно-судебной практике, существенное значение имеет обеспечение надежности полученных в ходе полиграфной проверки данных. Одним из определяющих факторов надежности экспертизы выступает компетентность специалиста-полиграфолога, его личностно-профес-

сиональная готовность и способность осуществлять все этапы психофизиологического обследования с применением полиграфа, что актуализирует психологическую составляющую полиграфной проверки.

Психологические аспекты проведения полиграфной проверки. Процесс полиграфного обследования представляет собой субъект-субъектное взаимодействие двух личностей, соответственно, индивидуально-психологические особенности, психоэмоциональное состояние как тестируемого, так и тестирующего во многом определяют специфику проведения и результативность психофизиологического обследования. На наш взгляд, каждый этап психофизиологического обследования включает вариативный психологический компонент, обусловленный задачами конкретного этапа обследования; вместе с тем имеется инвариантная психологическая составляющая психофизиологического обследования. Кроме того, сущность и особенности проведения психофизиологического обследования с помощью полиграфа предъявляют определенные требования к индивидуально-психологическим особенностям полиграфолога.

Традиционными (выработанными еще в 30— 60-е годы XX века) этапами реализации психофизиологического обследования с помощью полиграфа являются: 1) предтестовая беседа; 2) собственно тестирование с помощью полиграфа; 3) посттестовая беседа. Позже в качестве отдельных единиц процесса полиграфной проверки стали выделять подготовку к обследованию и экспертную оценку результатов [6].

По мере развития теории и практики полиграфных проверок их этапы становятся все более дифференцированными, что, однако, существенно не меняет основной ход обследования.

Каждый из этапов включает определенный психологический компонент профессиональной деятельности полиграфолога. Причем можно выделить инвариантную психологическую составляющую, не зависящую от целей, характера, методов проводимого обследования, а также конкретного этапа, и вариативную — обусловленную особенностями проводимого исследования и этапа его реализации.

Как отмечают специалисты, значимость пред-тестовой беседы превосходит собственно испытание на полиграфе, что обусловлено рядом обстоятельств:

- от качества проведения предтестовой беседы зависит степень искренности тестируемого, отсутствие попыток противодействовать процедуре обследования;

- психологическая компетентность специалиста обусловливает установление раппорта с ис-

пытуемым, предполагающего особый сверхчувствительный контакт, проявление синтонности, бессознательного доверия. Пожалуй, высокая реактивность обследуемого на происходящее является базовым условием продуктивной коммуникации в процессе психофизиологического обследования;

- именно в процессе предтестовой беседы полиграфолог получает наиболее полную информацию об индивидуально-психологических особенностях тестируемого, что позволяет действовать не интуитивно, а осознанно, опираясь на научно обоснованные психологические знания о природе человека, а также на принципы и закономерности, выработанные в ходе становления теории и практики полиграфных проверок.

Еще один значимый результат продуктивного проведения предтестовой беседы — снижение нервозности, тревожности обследуемого (определенные опасения перед тестированием являются естественными, однако могут помешать эффективному проведению процедуры). Уменьшению нервозности способствует установление раппорта, доброжелательный тон полиграфолога, уверения в том, что задача специалиста — выявить истину, а не обвинить обследуемого в том, чего он не совершал.

Основной психологической техникой, применяемой на этапе предтестовой беседы, является «активное слушание (выслушивание), побуждающее обследуемого в свободной форме говорить о себе, своей жизни. Активность слушающего заключается в осознанной обратной связи с мыслями и чувствами говорящего, применении отражения, эмпатии и интуиции. Важными условиями активного слушания являются отсутствие оценочных суждений, проявление конгруэнтности (согласованности вербальных и невербальных сигналов), доминирование открытых вопросов с применением закрытых вопросов для уточнения информации и объективизации терминологии и данных, сообщаемых обследуемым» [10. — С. 354].

Особо следует отметить суггестивные способности специалиста, необходимые для формирования у обследуемого убежденности в безошибочности результатов тестирования с применением полиграфа и бессмысленности, даже опасности попыток обмануть его или каким-либо образом противодействовать проведению обследования.

На основном этапе полиграфной проверки значимым с психологической точки зрения является изменение позиции полиграфолога с принимающей и открытой на более директивную и императивную. Для того чтобы не спровоциро-

вать повторного появления тревоги у обследуемого, переход к следующему этапу специально обозначается.

Закрепляя датчики, полиграфолог поясняет предназначение каждого и одновременно усиливает суггестивное воздействие на обследуемого, подчеркивая значимость получаемых сигналов для отслеживания и объективной оценки реакций индивида на предъявляемые стимулы.

Формирование у испытуемого оптимального уровня психоэмоционального напряжения во многом зависит от психологической компетентности специалиста. От полиграфолога требуются высокий уровень устойчивости и распределения внимания, резистентности к ситуациям стресса и неопределенности, стабильная адекватная профессиональная и личностная самооценка.

Непосредственно при проведении основного теста психологически значимы следующие аспекты: задавая вопросы, не следует интонационно выделять какие-либо из них; необходимо соблюдать единый ритм предъявления вопросов и выдерживать равные интервалы между ответом обследуемого и предъявлением следующего вопроса [6].

«Как и на других этапах полиграфной проверки, в ходе тестирования с использованием полиграфа существенное значение имеет вербальный и невербальный интеллект полиграфолога, его коммуникативные и организаторские способности, довольно высокий уровень лабильности нервных процессов, способность к быстрой переключаемости и, вместе с тем, — сила и устойчивость высшей нервной деятельности» [10. — С. 355].

Между предъявлениями серий тестовых вопросов проводится беседа, направленная на решение важных психологических и организационных задач и повышение эффективности полиграфной проверки. К числу таких задач относятся: активация зон памяти, содержащих скрываемую информацию; профилактика противодействия; корректировка хода полиграфной проверки.

Суть внутритестовой беседы сводится к тому, что полиграфолог предлагает обследуемому высказать свое мнение по обсуждаемой в тесте ситуации. После очередного отказа подозреваемого («не был, не знал...») специалист просит его предположить, как могли бы развиваться события. При этом следует проявить настойчивость, даже если испытуемый упорно отказывается отвечать на этот вопрос. Лицо, не причастное к совершению преступления, будет испытывать существенные затруднения в этих предположениях, высказывая примитивные и крайне обобщенные сценарии развития событий. В слу-

чае причастности обследуемого лица к совершению преступления возможны два варианта: при условии слабого самоконтроля и низкого интеллекта он выскажет версии, довольно близкие к реальным событиям; в случае достаточно высокого интеллектуального уровня и самоконтроля испытуемый предложит довольно детальные и разнообразные версии, обходя при этом реальные обстоятельства.

В любом случае эта информация может использоваться полиграфологом для получения признательных показаний в ходе внутритестовой и посттестовой беседы. Безусловно, внутрите-стовая беседа не дает абсолютной гарантии, что подозреваемый раскается в содеянном и даст признательные показания, однако важно помнить, что успех психофизиологического обследования с применением полиграфа зависит от того, насколько полно использован потенциал каждого из этапов, а также от психологической компетентности и профессионального опыта полиграфолога.

На заключительном этапе осуществления психофизиологического обследования с применением полиграфа проводится оценка полученных данных, основанная на той или иной системе анализа. Существенное значение для достоверности интерпретации полиграммы имеют когнитивные способности полиграфолога. Помимо высокого уровня владения методами оценивания специалисту необходимо обладать системным и лабильным мышлением, способностью к анализу и синтезу, что позволит за тщательным анализом деталей полиграфной проверки не упустить общей картины. Помимо способности объективно оценивать эмпирические данные, то есть диаграммы полиграфа, необходимо умелое использование результатов наблюдения за испытуемым, что предполагает обладание психологической проницательностью, а также способностью к рефлексии и ауторефлексии для нивелирования субъективизма в оценках и интерпретациях.

Итак, каждый этап психофизиологического

обследования с применением полиграфа включает инвариантную психологическую составляющую и вариативную, обусловленную задачами конкретного этапа обследования.

Инвариант предполагает способность полиграфолога к установлению и поддержанию раппорта с обследуемым, проявлению эмпатии; отсутствие предвзятости и свободу от социальных установок; наблюдательность и психологическую проницательность, позволяющие адекватно и точно оценивать вербальные и невербальные проявления тестируемого, его индивидуально-психологические особенности и психоэмоциональное состояние; суггестивные способности, позволяющие формировать у обследуемого определенные установки и влиять на психоэмоциональное состояние; высокий уровень самоконтроля, саморегуляции, рефлексии и ауторе-флексии. «Вариативная составляющая психологического компонента полиграфной проверки зависит от содержания и задач конкретного этапа обследования» [10. — С. 357].

Выводы. Несмотря на то, что применение полиграфа в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства имеет правовую, методологическую и теоретическую обоснованность, а также подкрепляется весомым практическим опытом осуществления исследований и экспертиз с применением полиграфа, имеющих статус самостоятельного вида экспертизы, заключения специалистов по итогам полиграфной проверки не признаются судом в качестве доказательства по уголовным делам. Одна из причин такого положения — недостаточный уровень достоверности получаемых результатов, зачастую, на наш взгляд, — в силу невнимания к психологической составляющей психофизиологического обследования с применением полиграфа. Для решения указанной проблемы необходима реализация интегративных междисциплинарных исследований, объединяющих усилия специалистов — правоведов, психологов, полиграфологов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алексеев Л. Г. Психофизиология детекции лжи. Методология. — М. : Мастерская прикладной психофизиологии, 2011. — 108 с.

2. Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2012 г. № 11-О11-99 // URL: http://base.garant.ru/70 426870/ (дата обращения: 22.11.2020).

3. Комиссарова Я. В., Хазин С. Р. Практика использования полиграфа в уголовном судопро-

изводстве России // Библиотека криминалиста. — 2017. — № 6 (35). — С. 363—371.

4. О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации : федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 23. — Ст. 2291.

5. Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за второе полугодие 2012

года // URL: http://www.vsrf.ru/Show_pdf.php?Id= 858 (дата обращения: 22.11.2020).

6. Оглоблин С. И., Молчанов А. Ю. Инструментальная «детекция лжи» : академический курс. — Ярославль : Нюанс, 2004. — 464 с.

7. Симонов П. В. Теория отражения и психофизиология эмоций. — М. : Наука, 1970. — С. 70.

8. Сошников А. П. Пеленицын А. Б. Оценка персонала. Психологические и психофизические методы. — М. : Эксмо, 2009. — 174 с.

9. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 15.10.2020) // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921.

10. Хлоповских Ю. Г. Психологические аспекты психофизиологического обследования с помощью полиграфа // Общественная безопасность, законность и правопорядок в III тысячелетии : сб. научных статей. — Воронеж : Воронежский институт МВД России, 2018. — С. 351—358.

REFERENCES

1. Alekseev L. G. Psihofiziologiya detektsii lzhi. Metodologiya. — M. : Masterskaya prikladnoy psi-hofiziologii, 2011. — 108 s.

2. Kassatsionnoe opredelenie SK po ugolovnyim delam Verhovnogo Suda RF ot 19 yanvarya 2012 g. # 11-O11-99 // URL: http://base.garant.ru/70426870/ (data obrascheniya: 22.11.2020).

3. Komissarova Ya. V., Hazin S. R. Praktika ispol-zovaniya poligrafa v ugolovnom sudoproizvodstve Rossii // Biblioteka kriminalista. — 2017. — # 6 (35). — S. 363—371.

4. O gosudarstvennoy sudebno-ekspertnoy deya-telnosti v Rossiyskoy Federatsii : federalnyiy zakon ot 31 maya 2001 g. # 73-FZ // Sobranie zakonoda-telstva RF. — 2001. — # 23. — St. 2291.

5. Obzor kassatsionnoy praktiki Sudebnoy kol-legii po ugolovnyim delam Verhovnogo Suda Rossiyskoy Federatsii za vtoroe polugodie 2012 goda // URL: http://www.vsrf.ru/Show_pdf.php?Id=858 (data obrascheniya: 22.11.2020).

6. Ogloblin S. I., Molchanov A. Yu. Instrumen-talnaya «detektsiya lzhi» : akademicheskiy kurs. — Yaroslavl : Nyuans, 2004. — 464 s.

7. Simonov P. V. Teoriya otrazheniya i psihofiziologiya emotsiy. — M. : Nauka, 1970. — S. 70.

8. Soshnikov A. P. Pelenitsyin A. B. Otsenka personala. Psihologicheskie i psihofizicheskie meto-dyi. — M. : Eksmo, 2009. — 174 s.

9. Ugolovno-protsessualnyiy kodeks Rossiyskoy Federatsii ot 18.12.2001 # 174-FZ (red. ot 15.10.2020) // Sobranie zakonodatelstva RF. — 2001. — # 52 (ch. I). — St. 4921.

10. Hlopovskih Yu. G. Psihologicheskie aspek-tyi psihofiziologicheskogo obsledovaniya s pomo-schyu poligrafa // Obschestvennaya bezopasnost, zakonnost i pravoporyadok v III tyisyacheletii : sb. nauchnyih statey. — Voronezh : Voronezhskiy institut MVD Rossii, 2018. — S. 351—358.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Хлоповских Юлия Геннадьевна. Доцент кафедры социально-гуманитарных дисциплин. Кандидат психологических наук, доцент.

Воронежский институт МВД России. E-mail: flugel24@yandex.ru

Россия, 394065, Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (473) 200-53-69.

Ахмедов Ульви Низами оглы. Доцент кафедры уголовного процесса. Кандидат юридических наук. Воронежский институт МВД России. E-mail: ulvi27@mail.ru

Россия, 394065, г. Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (473) 200-53-48.

Дудкина Елена Ивановна. Доцент кафедры социально-гуманитарных дисциплин. Кандидат педагогических наук, доцент.

Воронежский институт МВД России. E-mail: mvd.elenadudkina@yandex.ru

Россия, 394065, Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (473) 200-53-65.

Khlopovskikh Yulia Gennadievna. Associate Professor of the chair of Social and Humanitarian Disciplines. Candidate of Psychological Sciences, Associate Professor.

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: flugel24@yandex.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (473) 200-53-69.

Akhmedov Ulvi Nizami ogli. Associate Professor of the chair of Criminal Proceedings. Candidate of Sciences (Law).

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia.

E-mail: ulvi27@mail.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (473) 200-53-48.

Dudkina Elena Ivanovna. Assistant Professor of the chair of Social and Humanitarian Disciplines. Candidate of Sciences (Pedagogy), Assistant Professor.

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia.

E-mail: mvd.elenadudkina@yandex.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (473) 200-53-65.

Ключевые слова: психофизиологическое обследование; полиграфная проверка; следственно-судебная практика; психологическая составляющая психофизиологического обследования.

Key words: psychophysiological examination; polygraph examination; investigative and judicial practice; psychological component of psychophysiological examination.

УДК 612.821

ИЗДАНИЯ ВОРОНЕЖСКОГО ИНСТИТУТА МВД РОССИИ

Процессуальные особенности избрания, применения и отмены принудительных мер воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних подозреваемых или обвиняемых : учебно-практическое пособие / У. Н. Ахмедов [и др.]. — Воронеж : Воронежский институт МВД России, 2020. — 70 с.

Учебно-практическое пособие направлено на обеспечение качественного производства предварительного расследования по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего на этапе принятия следователем решения о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему принудительной меры воспитательного воздействия, а также порядка избрания такой меры в ходе судебного заседания. В работе представлены особенности организации производства предварительного расследования по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, а также анализ порядка прекращения уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего с применением к нему принудительной меры воспитательного воздействия и порядка отмены уже избранной меры воспитательного воздействия.

Предназначено для курсантов и слушателей образовательных организаций системы МВД России, сотрудников территориальных органов МВД России.