Философский анализ мировоззренческих универсалий культуры

ФИЛОСОФИЯ

Философский анализ мировоззренческих универсалий культуры

В. С. Степин*

Культура рассматривается как сложная, исторически развивающаяся система надбиологических программ человеческой жизнедеятельности. Системообразующим фактором культуры выступают ее основания, представленные мировоззренческими универсалиями (категориями) культуры. Философия рассматривается как самосознание культуры, как рефлексия над ее универсалиями и генерация их новых смыслов, активно участвующих в формировании новых стратегий цивилизационного развития.

Ключевые слова: культура, универсалии культуры, философия, мировоззрение, философские категории, техногенная цивилизация, стратегии цивилизационного развития.

Philosophical Analysis of Cultures' Weltanschauung Universals

V. S. Stepin

Culture is treated as a complex historically developing system of superbiological programs of human life activity. Its backbone is provided by Weltanschauung universals (categories) that serve as the culture's foundation. Philosophy operates as the culture's self-understanding, i.e. reflection of its universals and generation of new senses for them that help form new strategies of civilisational development.

Keywords: culture, cultural universals, philosophy, Weltanschauung (world outlook), philosophical categories, technogenic civilisation, strategies of civilisational development.

МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИЕ УНИВЕРСАЛИИ КАК ОСНОВАНИЯ КУЛЬТУРЫ

Философское познание выступает особым самосознанием культуры, которое активно воздействует на ее развитие. Генерируя теоретическое ядро нового мировоззрения, философия стремится отыскать новые ориентиры человеческой жизнедеятельности путем рационального осмысления универсалий

культуры, их критического анализа и формирования на этом пути новых мировоззренческих идей.

Мировоззренческие универсалии выступают в качестве предельных оснований культуры. С позиций современных представлений культура интерпретируется как сложноорганизованная система надбиологических программ деятельности, поведения и общения людей.

* Степин Вячеслав Семенович — доктор философских наук, профессор, зам. академика-секретаря отделения общественных наук РАН, руководитель секции философии, социологии, психологии и права, академик РАН.

Е-mail: rphs@iph.ras.ru.

Эти программы представлены многообразием знаний, предписаний, норм, навыков, идеалов, образцов деятельности и поведения, идей, верований, целей, ценностных ориентаций и т. д. В своей совокупности и динамике они образуют исторически накапливаемый социальный опыт. Культура хранит, транслирует этот опыт (передает его от поколения к поколению). Она также генерирует новые программы деятельности, поведения и общения людей, которые, реализуясь в соответствующих видах и формах человеческой активности, порождают реальные изменения в жизни общества. Надбио-логические программы человеческой жизнедеятельности фиксируются в культуре в форме различных знаковых систем, имеющих смысл и значение. В качестве таких систем могут выступать любые компоненты человеческой деятельности (орудия труда, образцы операций, продукты деятельности, опредмечивающие ее цели, естественный язык, различные виды искусственных языков и т. д.), а также сами индивиды как носители некоторых социальных норм и образцов поведения и деятельности.

Таким образом, наряду с биологическим, генетическим кодом, который закрепляет и передает от поколения к поколению биологические программы, у человека существует еще одна кодирующая система — социокод, передающий от человека к человеку надбио-логические программы, регулирующие социальную жизнь.

Подобно тому как управляемый генетическим кодом обмен веществ воспроизводит клетки и органы сложных организмов, так и различные виды деятельности, поведения и общения, регулируемые кодами культуры, обеспечивают воспроизводство и развитие подсистем общества и их связей, характерных для каждого исторически конкретного вида социальной организации. Речь идет о воспроизводстве и развитии искусственно созданной предметной среды - второй природы, социальных общностей и институтов, свойственных данному обществу типов личностей и т. д.

Культура выступает особой подсистемой общества, но она пронизывает все без исключения состояния социальной жизни, и нет ни одного социального феномена, который был бы изолирован от влияния культуры и не нес бы на себе печати ее воздействия.

В процессе развития общества происходит дифференциация надбиологических программ, представленных кодами культуры.

Возникают относительно самостоятельные сферы духовной культуры — религия, искусство, мораль, наука, образование, политическое и правовое сознание и т. д., которые взаимодействуют между собой и оказывают регулирующее воздействие на практику и повседневную жизнь людей.

Многообразие культурных феноменов организовано в целостную систему. Их системообразующим фактором выступают предельные основания каждой исторически определенной культуры. Они представлены мировоззренческими универсалиями (категориями культуры), которые в своем взаимодействии создают целостный обобщенный образ человеческого мира.

Можно выделить два больших и связанных между собой блока универсалий культуры. К первому относятся категории, которые фиксируют наиболее общие, атрибутивные характеристики объектов, включаемых в человеческую деятельность. Они выступают в качестве базисных структур сознания и носят универсальный характер, поскольку любые объекты (природные и социальные), в том числе и знаковые объекты мышления, могут стать предметами деятельности. Их атрибутивные характеристики фиксируются в категориях «пространство», «время», «движение», «вещь», «отношение», «количество», «качество», «мера», «содержание», «причинность», «случайность», «необходимость» и т. д.

Но кроме них, в историческом развитии культуры формируются и функционируют особые типы категорий, посредством которых выражаются определения человека как субъекта деятельности, структуры его общения, его отношения к другим людям и обществу в целом, к целям и ценностям социальной жизни. Они образуют второй блок универсалий культуры, к которому относятся категории «человек», «общество», «сознание», «добро», «зло», «красота», «вера», «надежда», «долг», «совесть», «справедливость», «свобода» и т. п.

Эти категории фиксируют в наиболее общей форме исторически накапливаемый опыт включения индивида в систему социальных отношений и коммуникаций. Между указанными блоками универсалий культуры всегда имеется взаимная корреляция, которая выражает связи между субъект-объект -ными и субъект-субъектными подструктурами деятельности, поведения и общения людей. Поэтому универсалии культуры возникают, развиваются и функционируют как целостная система, где каждый элемент прямо или косвенно связан с другими.

В системе универсалий культуры выражены наиболее общие представления об основных компонентах и сторонах человеческой жизнедеятельности. О месте человека в мире, о социальных отношениях, духовной жизни и ценностях, о природе и организации ее объектов и т. п. Эти представления выступают в качестве своего рода глубинных программ социальной жизни, которые предопределяют сцепление, воспроизводство и вариации всего многообразия более конкретных программ поведения, общения и деятельности, характерных для определенного типа социальной организации.

Мировоззренческие универсалии — это категории, которые аккумулируют исторически накопленный социальный опыт, в системе которых человек определенной культуры оценивает, осмысливает и переживает мир, сводит в единое целое все явления действительности, попадающие в сферу его опыта. В специфическом виде философия исследует эти категориальные структуры, обеспечивающие систематизацию человеческого опыта. Она представляет их как предельные общие понятия.

В реальной же жизни культуры мировоззренческие универсалии выступают не только как формы рационального мышления, но и как схематизмы, определяющие восприятие мира, его понимание и переживание человеком. Их не следует отождествлять с философскими категориями, которые возникают как результат рефлексии над универсалиями культуры. Мировоззренческие универсалии могут функционировать и развиваться и вне философской рефлексии. Они были присущи и тем культурам, в которых не сложились более или менее развитые формы философского знания (Древний Египет, Вавилон и т. п.).

Фундаментальный статус универсалий культуры в человеческом бытии улавливали многие философские учения прошлого. Смыслы универсалий культуры, образующих в своих связях категориальную модель мира, обнаруживаются во всех областях культуры того или иного исторического типа — в обыденном языке, феноменах нравственного сознания, в философии, религии, искусстве, технике, в правовом сознании и политической культуре и т. п. Эта особенность отмечалась, хотя и в неадекватной форме, в ряде философских систем. Например, в системе Гегеля категории, выступающие ступенями развития абсолютного духа, затем рассматриваются как определяющие логику развития всех областей жизни обще-

ства. Мир идей Платона, концепцию априорных форм сознания Канта также можно интерпретировать в качестве своеобразных вех осмысления свойств и связей универсалий культуры.

Присущий европейской культурной традиции акцент на рациональные способы постижения мира выражен здесь в форме своеобразной редукции мировоззренческих универсалий к их логико-понятийному аспекту. В дальнейшем развитии западной философии эта односторонность преодолевалась включением в философский анализ понимания и переживания мира как фундаментальных характеристик категориальных структур сознания (Ф. Ницше, С. Кьеркегор, М. Хайдеггер).

Системообразующую функцию универсалий культуры обнаруживали и другие исследователи, выявляя органическую целостность культуры. Например, О. Шпенглер отмечал связь, которую он именовал физиогномикой и стилем культуры, подчеркивая, что этот стиль проявляется в любом феномене культуры: архитектуре, орнаменте, письме, характере политической и хозяйственной деятельности, в религиозных культах и науке, в музыке и неписаных правилах общения и т. д. Сходную концепцию органической целостности культур разрабатывали русские философы Н. Данилевский, П. Сорокин, социальные антропологи Б. Малиновский и А. Радклифф-Браун.

Универсалии культуры одновременно выполняют по меньшей мере три взаимосвязанные функции в человеческой жизнедеятельности. Во-первых, они обеспечивают своеобразную квантификацию и сортировку многообразного, исторически изменчивого социального опыта. Этот опыт оценивается и рубрифицируется соответственно смыслам универсалий культуры и «стягивается» в своеобразные «кластеры». Благодаря такой «категориальной упаковке» он включается в процесс трансляции и передается от человека к человеку, от одного поколения к другому.

Во-вторых, в каждую конкретную историческую эпоху универсалии культуры выступают базисной структурой человеческого сознания. В-третьих, взаимосвязь универсалий образует обобщенную картину мира — то, что принято называть мировоззрением эпохи. Эта картина отражает определенную шкалу ценностей, принятую в данном типе культуры, и поэтому определяет не только осмысление, но и эмоциональное переживание мира человеком.

В мировоззренческих универсалиях культуры можно выделить несколько пластов смыслов. В них есть общечеловеческое содержание, своеобразный инвариант, некоторое абстрактное всеобщее, свойственное различным типам культур и образующее глубинные структуры человеческого сознания. Но этот слой содержания не существует в чистом виде сам по себе. Он всегда соединен со специфическими смыслами, присущими культуре исторически определенного типа общества, которые выражают особенности способов общения и деятельности людей, хранения и передачи социального опыта, своеобразия принятой в нем шкалы ценностей. Именно эти смыслы характеризуют национальные и этнические особенности каждой культуры, свойственное ей понимание пространства и времени, добра и зла, жизни и смерти и свойственное ей отношение к природе, труду, личности и т. д. Они определяют специфику различных культур. В свою очередь, исторически особенное в универсалиях культуры всегда конкретизируется в огромном многообразии группового и индивидуального мировосприятия и миропе-реживания.

Смыслы универсалий культуры в процессе социализации усваиваются человеком, определяя контуры его индивидуального понимания мира, его поступков и действий. На уровне группового и индивидуального сознания смыслы универсалий культуры конкретизируются с учетом тех или иных групповых и индивидуальных ценностей. Причем даже в устойчивых состояниях социальной жизни универсалии культуры могут допускать очень широкий спектр конкретизации, дополняться ценностями противоположных по интересам социальных групп и не утрачивать при этом своих основных смыслов.

В свою очередь, стереотипы группового сознания специфически преломляются в сознании каждого индивида. Для человека, сформированного соответствующей культурой, смыслы ее мировоззренческих универсалий чаще всего выступают как нечто само собой разумеющееся, как презумпции, в соответствии с которыми он строит свою жизнь. Люди всегда вкладывают в универсалии культуры свой личностный смысл соответственно накопленному жизненному опыту. В результате в их сознании картина мира обретает личностную окраску и выступает в качестве индивидуального мировоззрения.

Существует множество модификаций, которые свойственны каждой доминирующей в культуре системе мировоззренческих устано-

вок. Базисные убеждения и представления могут сочетаться, причем часто противоречивым образом, с сугубо личностными ориентациями и ценностями, а весь комплекс индивидуальных убеждений может меняться на протяжении жизни индивида.

В качестве социального индивида человек является творением культуры. Он становится личностью только благодаря усвоению транслируемого в культуре социального опыта. Такое усвоение происходит в процессе социализации, обучения и воспитания, при сложной состыковке биологических программ, характеризующих индивидуальную наследственность, и надбиологических программ общения, поведения и деятельности, составляющих своего рода «социальную наследственность».

Действие биологических программ (инстинктов питания, самосохранения, полового инстинкта и др.) у человека, прошедшего процесс социализации и воспитания, осуществляется в формах, предписываемых определенной культурой, ее мировоззренческими универсалиями. Многие возможные проявления биологических программ запрещаются культурой. Эти запреты обладают различной степенью жесткости и могут сопровождаться разными репрессивными санкциями. Культура как бы табуирует многие желания и мотивы, связанные со свободным проявлением животных инстинктов, воспитывая и формируя человека с раннего детства.

Сложности состыковки биологических и социальных программ человеческой жизнедеятельности порождают многочисленные проблемы социализации и воспитания. В концепции 3. Фрейда и в целом в психоанализе была выделена особая область таких проблем, связанная с возможностью появления под влиянием запретов культуры психических травм, подсознательных комплексов и т. д., проявляющихся затем в поступках и действиях людей.

В процессе освоения культуры и формирования личности смыслы и значения, представленные социокодами, лишь частично осознаются человеком, а частично он воспринимает накопленный социальный опыт бессознательно, ориентируясь на образцы поступков и действий других людей, на предъявляемые ему воспитанием социальные роли.

Культура не сводится только к состояниям общественного и индивидуального сознания, связанным с актами самосознания, но включает в свой состав также социально

бессознательное, которое принадлежит не к биологическому, а к социальному наследованию.

Существует достаточно много конкретных регуляторов поведения и общения, не осознаваемых людьми, но выступающих как феномены культуры. Например, в человеческом общении реализуется особый культурный код — пространственная дистанция между общающимися индивидами. В разных культурах она различна. У колумбийцев и мексиканцев наиболее комфортная дистанция между двумя индивидами в процессе общения — около полуметра, у европейцев и североамериканцев она вдвое больше. Иногда при общении представителей европейских и южноамериканских культур возникают недоразумения: один отодвигается, чтобы обрести комфортную дистанцию общения, другой воспринимает это как проявление высокомерия.

Неосознанными могут быть не только отдельные конкретные программы поведения и общения, но и базисные смыслы и ценности, выраженные системой мировоззренческих универсалий. Различное понимание добра и зла, справедливости и свободы может приводить к различным и даже полярным неосознанным реакциям на одни и те же события у представителей разных культур.

Известный психолог К. Г. Юнг характеризовал бессознательные компоненты фундаментальных ценностей культуры как архетипы (бессознательные коллективные переживания), которые могут длительное время существовать как надличностные психические образования, управляющие индивидуальной психикой.

Программирование культурой индивидуальной психики обладает разной степенью принудительности в различных типах культуры. В архаических и традиционных обществах большинство программ деятельности, поведения и общения выступают как ритуал и жесткая норма, имеющая принудительный характер предписания.

В обществах, принадлежащих к техногенной цивилизации, культура включает значительно большее число регулятивов, допускающих вариативность действий и поступков индивидов, их свободу в принятии решений, очерчивая лишь общие нормы-рамки. Исключение составляет культура тоталитарных режимов, поощряющих некоторые техникотехнологические инновации и научные разработки (что их отличает от традиционных обществ), но в соединении с жестким конт-

ролем социального поведения индивидов со стороны государства. В этом аспекте культура тоталитарных обществ часто воспроизводит традиционалистские и даже архаические ритуалы, нацеленные на подавление индивидуальных свобод.

Тип культуры, смыслы ее универсалий как базисных ценностей определяют, какие формы солидарности индивидов и их коллективных связей существуют и воспроизводятся в общественной жизни. Базисные ценности, представленные универсалиями культуры, и опирающееся на них многообразие образцов поведения, социальных ролей, знаний, норм и т. д. при их усвоении личностью определяют ее самоидентификацию, ее самооценку и принадлежность к некой социальной общности. В эпохи, когда прежняя система базисных ценностей изменяется, встает проблема идентификации (возникают вопросы: кто мы? Что нас объединяет? и т. п.).

Усвоение смыслов и значений кодов культуры всегда связано с активностью индивидов. В процессе обучения они постоянно соотносят транслируемые в культуре программы деятельности, поведения и общения с накопленным индивидуальным опытом и часто варьируют эти программы, вносят в них изменения. Включаясь в те или иные виды деятельности и решая социальные задачи, человек способен изобретать новые образцы, нормы, идеи, знания, верования и т. п., которые могут соответствовать социальным потребностям. В этом случае они могут войти в культуру и начать программировать деятельность других людей. Индивидуальный опыт превращается в социальный, и в культуре появляются новые состояния и феномены, закрепляющие этот опыт. Любые изменения в культуре возникают только благодаря творческой активности личности. Человек, будучи творением культуры, вместе с тем является и ее творцом.

Культура не является застывшим образованием. Она изменчива по своей природе. Но в разных культурах возможности инноваций и творчества различны. В традиционных обществах они значительно меньше, чем в техногенной цивилизации, где в системе мировоззренческих универсалий категория новизны имеет приоритетную ценность. Творчество, связанное с порождением инноваций, которые нарушают традицию, ограничивается во всех традиционных культурах, но поощряется в современной. В принципе для бытия культуры и общества одинаково важны оба противоположных процесса —

традиция и инновация, воспроизводство и творчество, как важны наследственность и изменчивость для существования биологических организмов. Культура — это не только творчество, изменяющее жизнь, но и воспроизводство социальной жизни на некоторых устойчивых основаниях. Вместе с тем не следует упускать из виду, что различные акцентировки традиций и инноваций в шкале приоритетных ценностей культуры формируют и воспроизводят разные типы цивилизационного развития. Становление новых стратегий развития всегда сопряжено с изменением системы универсалий культуры как своего рода генома социальной жизни.

В процессе исторического развития общества может изменяться не только смысл универсалий, но и сам их набор, организованный в целостную систему. Возникновение новых видов деятельности, поведения и общения может приводить к расщеплению первичных универсалий и формированию новых категорий, которые укореняются в культуре (например, расщепление характерной для архаических обществ категории «любовь-дружба» на две самостоятельные категории, появление в российской культуре наряду с категорией «правда» категории «истина»). Конкретные виды культуры отличаются специфическими основаниями, и не всегда можно обнаружить изоморфизм между системами универсалий различных культур. Системная связь универсалий культуры проявляется в своеобразной согласованности их изменений в различных сферах культуры.

Философы, культурологи, историки при анализе в синхронном срезе отдельных этапов развития науки, искусства, политического и нравственного сознания и т. д. отмечали этот резонанс различных сфер культуры в период формирования новых идей, имеющих мировоззренческий смысл (О. Шпенглер, Э. Кассирер, А. Тойнби, А. Ф. Лосев, М. М. Бахтин). Этот резонанс прослеживается как в традиционных, так и в современной культуре. Можно, например, установить своеобразную кооперативную связь между идеями теории относительности в физике, идеями лингвистического авангарда 7080-х гг. XIX в. (Й. Винтелер и др.), формированием новой художественной концепции мира в импрессионизме и постимпрессионизме и, наконец, отмеченными М. М. Бахтиным особенностями «полифонического романа» Ф. М. Достоевского, когда сознание автора, его мировоззренческая концепция не стоят над духовными мирами его героев,

как бы со стороны описывая их из абсолютной системы координат, а сосуществуют с этими мирами и вступают с ними в равноправный диалог.

В выработке новых смысложизненных ориентиров и поиске новых стратегий цивилизационного развития важную роль может сыграть диалог культур. В современных ситуациях глобальных перемен он открывает возможности использования современной техногенной культурой ряда достижений традиционных культур. Культурное многообразие и взаимодействие выступают условиями развития. Унификация и уничтожение культурного многообразия может приводить к вырождению культур.

О мировой культуре можно говорить в двух смыслах: как об истории культуры человечества, в которой существовало множество самобытных культурных традиций, лишь часть которых сохранилась в наше время, и как о достижениях, включаемых в культуру и признаваемых различными народами (например, мировое признание творчества Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, русского искусства и философии Серебряного века, русской науки конца XIX и XX в. и т. д. наряду с достижениями культуры Европы, Америки, стран Востока и т. д.).

В историческом развитии человечества возникали разные виды обществ (цивилизаций), которым были присущи самобытные культуры. В эпоху, когда существовали только традиционные цивилизации, их взаимодействие было связано с замедленным культурным обменом (диффузия культур), когда заимствование отдельных достижений (знаний, образцов) не затрагивало ядра каждой культуры, представленной системой смыслов ее мировоззренческих универсалий. С возникновением техногенного типа цивилизационного развития и его культурного генотипа — новоевропейской культурной традиции взаимодействие культур стало интенсивнее. Процессы модернизации, связанные с заимствованием новых технологий, науки, системы образования, порождали трансформации фундаментальных ценностей традиционных культур. На этом пути были как издержки, так и достижения. XIX в., названный «золотым веком» российской культуры, был бы невозможен без предшествующих ему реформ и модернизаций Петра I, проведенных еще в XVIII в.: «На реформы Петра I Россия ответила гением Пушкина», — отметил А. И. Герцен. Усилившееся взаимодействие культур порождало

достижения, составляющие ядро мировой культуры.

В XIX в. и особенно в XX в. культура западной техногенной цивилизации оказала активное одностороннее воздействие на традиционные культуры. В самосознании этой цивилизации оно находит обоснование в идее прогресса, представлении о своих ценностях как о более высокой стадии развития. Обратное влияние на нее традиционных культур было незначительным. Ускоренные темпы развития западной техногенной цивилизации, особенно после ее вступления в стадию индустриализации, были связаны с изменениями ее культуры. Высокая культура (элитарная сфера культуры), ранее поддерживаемая аристократическим сословием, стала объектом рыночных отношений и вместе с тем своеобразным полигоном инноваций, где постоянно шел ускоренный поиск новых средств выражения, форм и стилей (что, впрочем, не привело к исчезновению высоких образцов профессионального творчества и великих произведений культуры, которые дали человечеству все предшествующие времена).

Радикальным изменениям подверглась культура народных масс, которую аристократия обычно расценивала как низшую по сравнению с элитарной культурой (но которая постоянно подпитывала высокое искусство). В эпоху индустриализации зародилась, а в XX в. бурно развилась массовая культура, связанная с преобразованиями повседневной жизни, вызванными урбанизацией, разрушением сословных отношений и общинных связей, становлением гражданского общества, распространением образования. Массовое производство товаров, стандартизация производства и потребления, возникновение индустрии детского воспитания, медицинского обслуживания, досуга превратили массовую культуру в реальный регулятор повседневной, во многом унифицированной жизни широких масс.

Преобразование общества и типа цивилизационного развития предполагает изменение глубинных жизненных смыслов и ценностей, закрепленных в универсалиях культуры. Переустройство общества всегда связано с революцией в умах, с критикой ранее господствовавших мировоззренческих ориентации и выработкой новых ценностей. Никакие крупные социальные изменения невозможны без изменений в культуре.

ФИЛОСОФИЯ КАК РЕФЛЕКСИЯ НАД ОСНОВАНИЯМИ КУЛЬТУРЫ

В развитии общества периодически возникают эпохи, в которые ранее сложившиеся мировоззренческие ориентиры, выраженные системой универсалий культуры (представлениями о природе, обществе, человеке, добре и зле, жизни и смерти, свободе и необходимости и т. д.), перестают обеспечивать воспроизводство и взаимодействие необходимых обществу видов деятельности. В такие эпохи традиционные жизненные смыслы уже не позволяют найти ответ на новые исторические вызовы. Традиция не обеспечивает отбор и трансляцию социального опыта, становится неясным, что сохранить, а что отбросить из опыта предыдущих поколений («распалась связь времен»). Тогда возникают мировоззренческие вопросы, ответы на которые люди пытаются найти, чтобы обрести понимание себя и мира: что такое справедливость? В чем ценность человеческого труда? Как человек должен относиться к природе? Что такое добродетельная и недобродетельная жизнь? и т. п.

Постановка таких вопросов — первый шаг к философии. Общество вступает в полосу интенсивного поиска новых жизненных смыслов и ценностей, призванных ориентировать человека, восстановить утраченную «связь времен», воссоздать целостность его жизненного мира.

В деятельности по выработке этих новых ценностей и мировоззренческих ориентиров философия играет особую роль. Она призвана критически отнестись к традиционным, ранее казавшимся очевидными смыслам мировоззренческих универсалий, а затем предстоит сделать новый шаг — вместо старых жизненных смыслов изобрести новые.

Необходимость такой работы вызвана не чисто познавательным интересом, а реальными потребностями в поиске новых мировоззренческих ориентаций, в выработке и обосновании новых, предельно общих программ человеческой жизнедеятельности. Философия, выявляя и анализируя смыслы универсалий культуры, выступает в этой деятельности как теоретическое ядро мировоззрения.

Можно выделить два взаимосвязанных этапа порождения философией новых категориальных идей. Эти этапы характеризуют эпоху становления философии, но затем повторяются во всем последующем ее развитии.

На первом этапе философия стремится выявить в различных сферах культуры общие смыслы мировоззренческих универсалий, базисных ценностей, программирующих человеческую деятельность.

В этом процессе универсалии культуры из неосознаваемых оснований культуры и социальной жизни превращаются в предельно обобщенные категориальные формы, на которые направлено сознание. Познающий разум становится в особую позицию по отношению к основаниям культуры — ее мировоззренческим универсалиям, сделав их предметом исследования. А поскольку разум в любые эпохи развивается в соответствии с доминирующими смыслами универсалий культуры, то он анализирует и оценивает свои собственные основания.

Рациональная экспликация смыслов универсалий культуры начинается со своеобразного улавливания общности в качественно различных областях человеческой культуры, с понимания их единства и целостности. Здесь широко используются метафоры и аналогии. Первичными формами философских категорий выступают не столько понятия, сколько смыслообразы.

В истоках формирования философии эта особенность прослеживается весьма отчетливо. Даже в относительно развитых философских системах античности многие фундаментальные категории несли на себе печать символического и метафорически образного отражения мира («огнелогос» Гераклита, «нус» Анаксагора и т. д.). В еще большей степени это характерно для древнеиндийской и древнекитайской философии. Здесь в категориях, как правило, вообще не отделяется понятийная конструкция от смыслообразной основы. Идея выражается не столько в понятийной, сколько в художественно-образной форме, и образ — главный способ постижения истины бытия.

На этом этапе философия имеет много общего с художественным познанием. Широкое использование аналогий, метафор, смыслообразов сближает ее с литературой и искусством. Однако не следует думать, что по мере развития философии в ней исчезают символический и метафорический способы мышления о мире и все сводится к строго понятийным формам рассуждения. Природа философии как теоретического ядра мировоззрения требует от нее постоянного обращения к наиболее общим мировоззренческим каркасам культуры, которые исторически развиваются и которые необходимо уловить и выявить,

чтобы сделать предметом философского рассуждения.

Сложный процесс философской экспликации универсалий культуры в первичных формах может осуществляться не только в сфере профессиональной философской деятельности, но и в других сферах духовного освоения мира. Литература, искусство, художественная критика, политическое и нравственное сознание, обыденное мышление, сталкивающееся с проблемными ситуациями мировоззренческого масштаба, — все это области, в которые может быть вплавлена философская рефлексия и в которых могут возникать в первичной образной форме философские экспликации универсалий культуры. В принципе на этой основе могут развиваться достаточно сложные и оригинальные комплексы философских идей.

В произведениях великих писателей может быть разработана и выражена в материале и языке литературного творчества даже целостная философская система, сопоставимая по своей значимости с концепциями великих творцов философии (известным примером в этом плане является литературное творчество Л. Н. Толстого и Ф. М. Достоевского). Но несмотря на всю значимость и важность такого рода первичных «философем», рациональное осмысление оснований культуры в философии не ограничивается только этими формами. На их основе философия затем вырабатывает более строгий понятийный аппарат, где категории культуры уже определяются в своих наиболее общих и существенных признаках.

Этот переход связан со вторым этапом философского исследования, когда происходит дальнейшая рационализация первичных категориальных смыслообразов. Они переплавляются в достаточно строгие понятия. Смыслообразы еще раз упрощаются, схематизируются, становятся своеобразными идеальными объектами, абстракциями, с которыми мышление начинает работать как с особыми сущностями. Философ исследует их свойства так же, как, например, математик изучает числа, фигуры, функции, различные типы геометрических пространств, создает новые представления о числах, фигурах и пространствах и т. д. На этом этапе философия предстает уже как достаточно строгая теоретическая наука.

Философское исследование, связанное с постановкой теоретических задач и оперированием категориями как особыми теоретическими конструктами, позволяет выходить за рамки универсалий своей культуры и по-

рождать новые мировоззренческие смыслы1. Причем философия осуществляет эту работу не только в эпохи социальных кризисов, а систематически, заготавливая заранее идеи, которые могут понадобиться в будущем.

Новые философские идеи включаются в поток культурной трансляции как своего рода дрейфующие гены. Занимаясь профессиональной работой, философ, сознает он это или нет, часто адресует открытые им новые категориальные смыслы будущему. Какому будущему, он заранее не знает. Но возникают такие эпохи, когда эти идеи могут обрести практическую актуальность. В переломные эпохи философские идеи могут стать своеобразным генератором и катализатором новых мировоззренческих универсалий. Они становятся импульсом соответствующей публицистики, художественной критики, литературных произведений, новых религиозно-нравственных, политических и правовых идей, внедряемых в социальную практику. Так с высот философской абстракции новые категориальные смыслы погружаются в основания культуры. Они обрастают эмоциональным содержанием, переживаются людьми и постепенно погружаются в недра новой культуры, становясь ее мировоззренческие универсалиями.

Иногда эта роль философских идей в становлении новых социокультурных реалий прослеживается в явном виде. Показательным примером может служить использование идей Д. Локка творцами американской конституции. Эти идеи (права человека, разделение властей и др.) были сформулированы Локком задолго до создания конституции США. Но чаще идеи и проблемы, предложенные в философии, конкретизируются и видоизменяются в процессе культурной трансляции, поэтому проследить их философские истоки не всегда просто. Для этого нужен специальный анализ.

Можно показать, что в развитии западной философии в эпохи Возрождения, Реформации и Просвещения были сформулированы и обоснованы мировоззренческие идеи, определившие переход от цивилизаций традиционного типа к принципиально новому типу развития — техногенной циви-

1 Категории философии и универсалии культуры не тождественны, хотя обозначаются одними и теми же терминами. Во-первых, философское познание, рационализируя универсалии культуры, упрощает и схематизирует их. Во-вторых, не все признаки, зафиксированные в определениях философских категорий, изоморфны признакам универсалий той культуры, в которой философия разрабатывала свои идеи. Между ними нет однозначного соответствия.

лизации, начавшейся с зарождения капитализма. В этот исторический период произошла великая философская революция, которая сформировала новое понимание человека как деятельностного существа, призванного преобразовывать мир, и новое понимание природы как закономерно упорядоченного поля приложения человеческих сил. Эта революция утвердила ценность научной рациональности как регулятивного основания человеческой деятельности, она обосновала идеи общественного договора, ценность суверенной личности, естественных прав человека и т. д. Все эти мировоззренческие идеи стали фундаментальными ценностями культуры техногенной цивилизации, предопределив магистральные пути ее развития.

Процесс трансляции философских идей не просто сохраняет их в первозданном виде, а модифицирует, адаптируя к состояниям новой культурной среды. Ранее выработанные идеи переформулируются в новом философском языке, и в этом процессе появляются их новые характеристики.

Философское познание выступает особым самосознанием культуры, которое активно воздействует на ее развитие. Генерируя теоретическое ядро нового мировоззрения, философия тем самым вводит новые представления о желательном образе жизни, который предлагает человечеству. Обосновывая эти представления в качестве ценностей, она функционирует как идеология. Но вместе с тем она имеет установку на выработку таких категориальных смыслов, которые не являются идеологемами своей эпохи и которые на данном этапе социального развития могут быть оправданы преимущественно внутренним теоретическим развитием философии.

В свое время Г. Лейбниц считал математику наукой о возможных мирах. Аналогично в определенном аспекте это можно сказать и о философии — она есть наука о возможных мирах человеческой жизнедеятельности.

В работе на двух полюсах — внутреннего теоретического движения и постоянной экспликации реальных смыслов универсалий культуры своей эпохи — реализуется основное предназначение философии в культуре: понять не только, каков в своих глубинных основаниях существующий человеческий мир, но и каким он может быть.

Рационализируя основания культуры, философия осуществляет «прогнозирование» и «проектирование» возможных изменений в ее основаниях и тем самым активно участ-

вует в поиске новых стратегий цивилизационного развития.

Прогностические и конструктивные функции философии обретают особую значимость в эпохи кардинальных цивилизационных перемен. Сегодня мы переживаем именно такую эпоху. Обостряющиеся глобальные кризисы (экологический, антропологический и др.) ставят под вопрос сложившуюся стратегию развития современной (техногенной) цивилизации.

Возникает проблема изменения базисных ценностей техногенной культуры. Каковы точ-

ки роста новых ценностей? Являются ли они благоприятными сценариями развития для человечества? Все это важно выявить и проанализировать, иначе любые провозглашаемые идеалы будущего предстанут не более чем утопиями. Такой анализ и является главной целью современной философии. Сегодня это уже не чисто теоретическая задача, а практическая потребность определить возможные варианты развития цивилизации. Я думаю, что развертывание этой программы является наиболее актуальной перспективой современных философских исследований.

Литература

Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретации культуры. СПб., 1997.

Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1979.

Библер В. С. На гранях логики культуры. М.,

1997.

Вебер М. Избранное. Образ общества. М.,

1994.

Гегель Г. В. Феноменология духа. Соч. Т. 4. М., 1971.

Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. М., 1972.

Данилевский Н. Я. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. М., 2003.

Кассирер Э. Избранное. Опыт о человеке. М., 1998.

Куда идет российская культура (материалы «круглого стола») // Вопросы философии. 2010. № 9.

Кьеркегор С. Страх и трепет. М., 1993.

Леви-Стросс К. Структурная антропология. М., 1983.

Лосев А. Ф. Проблема символа и реалистическое искусство. М., 1976.

Лотман Ю. М. Избранные статьи. Т. 3. Таллинн, 1993.

Межуев В. М. Идея культуры. Очерки по философии культуры. М., 2006.

Миронов В. В. Коммуникационное пространство как фактор трансформации современной культуры и философии // Вопросы философии. 2006. № 2.

Ницше Ф. Соч. в 2 т. М., 1990.

Петров М. Л. Язык, знак, культура. М., 1991.

Рикер П. Герменевтика и психоанализ. Религия и Вера. М., 1996.

Сорокин П. Кризис нашего времени. М., 2009.

Степин В. С. Философская антропология и философия науки. М., 1992.

Степин В. С. Теоретическое знание. М., 2003.

Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991.

Топоров В. Н. Миф. Ритуал. Символ, Образ. Исследования в области мифотворчества. М.,

1995.

Фрейд 3. Психология бессознательного. М.,

1998.

Фуко М. Слова и вещи. М., 1997.

Хайдеггер М. Время и бытие. М., 1993.

Шпенглер О. Закат Европы. Т. 1. М., 1993. Т. 2. М., 1998.

Юнг К. Г. Человек и его символы. М., 1997.