«Дело не надо политизировать»

Ленинский райсуд по ходатайству следствия продлил вчера на два месяца содержание под стражей депутата городской думы Воронежа, политтехнолога Романа Жогова. Его обвиняют в мошенническом обмане коллеги Александра Провоторова, получившего реальный срок за аналогичное преступление. Господин Жогов не считает себя виновным и намерен доказать, что бывший однопартиец его оговорил.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Объясняя в ходе суда необходимость дальнейшего содержания Романа Жогова под стражей, следователь регионального управления Следственного комитета России (СКР) по Воронежской области Станислав Склярский заявил, что благодаря обширным связям тот может повлиять на потерпевшего и свидетелей. Кроме того, как отметил следователь, депутат только недавно дал показания по уголовному делу, которые предстоит проверить.

Один из защитников Романа Жогова Олеся Алимкина спросила у господина Склярского, знает ли он, что членство ее доверителя в партии приостановлено. Следователь ответил, что таких сведений у него нет. О приостановке членства господина Жогова «Единая Россия» заявила сразу же после его заключения под стражу в начале декабря 2022 года.

В отношении Романа Жогова возбуждено уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ, до 10 лет лишения свободы). По версии СКР, в 2010 году он добился фиктивного трудоустройства своей супруги в ООО «Воронежский опытно-механический завод», которое возглавлял его однопартиец и депутат Александр Провоторов. Тот сообщил правоохранительным органам, что переводил жене Романа Жогова деньги, думая, что они идут на финансирование деятельности реготделения партии. По подсчетам следствия, за десять лет семья Жоговых получила и потратила на себя чуть менее 2,4 млн руб.

Роман Жогов находится в СИЗО со 2 декабря. Его супруга Мария также является подозреваемой по делу, но в отношении нее мера пресечения не избиралась. Господин Жогов содержится в том же изоляторе, в котором находится потерпевший. Александр Провоторов, напомним, прошлой весной получил два года колонии за мошенничество (ч. 3 ст. 159 УК РФ). Его осудили за похожее преступление: будучи зампредом думы, перед выборами в 2020 году он потребовал от одного из кандидатов 1 млн руб. за согласование его участия в голосовании, но ничего не сделал, фактически присвоив деньги.

По данным СКР, нахождение обвиняемого и потерпевшего в одном СИЗО не может помешать расследованию. Благодаря тому что они максимально изолированы, они не могут общаться, заявил следователь.

Роман Жогов попросил суд отпустить его под домашний арест. «Я не собираюсь общаться ни с кем из свидетелей. До заключения под стражу я не уклонялся от явки к следователю. Если мне изберут домашний арест, я также буду к нему являться и дополнять все фактические обстоятельства трудоустройства моей супруги»,— заявил обвиняемый. Он отметил, что представил следователю развернутые показания и передал образцы почерка.

«Достаточно сложно сидеть в СИЗО и чувствовать то, что чувствовали люди в тридцатых годах, которых по доносу безвинно сажали под заключение»,— завершил свое выступление перед судом господин Жогов.

Перед удалением в совещательную комнату судья Марина Галаган зачитала материалы уголовного дела. Наиболее любопытной оказалась характеристика Романа Жогова, которую подписал спикер гордумы Владимир Ходырев. «Роман Жогов зарекомендовал себя ответственным, принципиальным, инициативным, способным решать сложные задачи. С коллегами вежлив и корректен, занимает активную гражданскую позицию»,— говорится в документе.

«Я не совершал преступление. Это результат оговора Провоторова. Это либо заказ, либо он оговорил меня из личной неприязни,— говорил Роман Жогов после того, как суд удалился в совещательную комнату.— Я не признаю вину, даже если придется остаться еще на год в СИЗО. Я буду добиваться правды и защищать честь своей семьи. У меня нет заводов и фабрик. Этот инцидент фактически ломает мою карьеру. Поэтому я докажу, что Провоторов лжет».

По словам господина Жогова, инициатива трудоустройства его супруги исходила от самого Провоторова, которому руководство партии дало указание оформить политтехнологу стимулирующую надбавку в 20 тыс. руб. за сопровождение избирательных кампаний. Обвиняемый утверждает, что в принципе не мог повлиять на своего коллегу, так как на тот момент только пришел на работу в партию. «Дело не надо политизировать. Хотя, конечно, напрашивается. Но я считаю, что следствие во всем разберется»,— сказал Роман Жогов.

В финале выступления перед журналистами он сказал, что основной причиной его стремления под домашний арест является его шестилетняя дочь. «Я два месяца не могу пообщаться с дочерью. Она до сих пор не знает, где я нахожусь. Для нее это — серьезный стресс, она каждый день спрашивает, где папа. Ей говорят, что я на больничном»,— рассказал депутат.

После двадцатиминутного нахождения в совещательной комнате Марина Галаган удовлетворила ходатайство следствия и продлила нахождение Романа Жогова под стражей до 29 марта. Его защита сказала «Ъ-Черноземье», что обжалует это решение.

Источники «Ъ-Черноземье» в правоохранительных органах региона, знакомые с ходом расследования, отметили, что своими показаниями господин Жогов «только добавил работы следствию, а не упростил ее». «Если представить себе, что вдруг показания Романа Владимировича подтвердятся, значит, Провоторов станет фигурантом нового уголовного дела, так как предупреждался об уголовной ответственности при подаче заявления на Жогова. Но сложно вспомнить, когда подобные версии обвиняемых следователи подтверждали, действуя фактически себе во вред»,— пояснил один из собеседников «Ъ-Черноземье».