Межсловные ассоциативные связи в процессе развития текстовой семантики слов

УДК 81’23 +811.161.1’37

МЕЖСЛОВНЫЕ АССОЦИАТИВНЫЕ СВЯЗИ В ПРОЦЕССЕ РАЗВИТИЯ ТЕКСТОВОЙ СЕМАНТИКИ СЛОВ

© Виктория Михайловна Швецова

Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, г. Тамбов, Россия, кандидат филологических наук, доцент, докторант кафедры русского языка, e-mail: vmsh72@bk.ru

В статье анализируются особенности ассоциативных механизмов в развитии семантики слов; определяется их роль в процессе формирования семантического потенциала единиц языка и текста.

Ключевые слова: межсловные ассоциативные связи; текстовая единица с актуализируемым значением (голограмма); текстовая единица с актуализирующим значением (стимулятор); информационное поле текстовой единицы.

Идея ассоциаций является почти столь же извечной, как и проблема мышления. Понимание ассоциативной природы разного рода связей характерно для отечественных и зарубежных лингвистов. Наиболее последовательно рассматривается этот вопрос в работах психолингвистов [1-4].

В рамках данного научного направления учеными делается попытка свести воедино психологический и лингвистический анализ ассоциаций. Первоначально данная проблема находит свое научное обоснование в исследованиях, развивающих теорию организации лексикона человека. Значительный вклад в разработку и изучение теоретических основ этой гипотезы внес Дж. Диз. В предложенной им концепции организации лексикона ассоциативная связь определяется в качестве индикатора его «глубинной структуры». По мнению ученого, она является одной из составляющих группы «высокоорганизованных процессов, обеспечивающих познавательную деятельность человека» [5]. В ходе разработки методов исследования, способных вскрыть эту «глубинную структуру», и проведенного им анализа фактического материала Диз приходит к выводу, что свободные ассоциа-

ции, наименее зависимые от контекста, коренным образом связаны со значением слова.

Гипотеза о «глубинной структуре» лексикона, созданная ученым, во второй половине ХХ в. послужила основой для дальнейшего исследования проблем, связанных с изучением специфики единиц лексикона человека и принципов его организации.

А.А. Леонтьев, развивая в своих публикациях идеи Дж. Диза и продолжая анализ особенностей процессов возникновения ассоциаций, устанавливает «единство психологической природы семантических и ассоциативных характеристик слова» [6].

В центре внимания ряда исследователей оказывается проблема потенциальных возможностей развития ассоциативных связей между словами [7-8]. Установлено, что слова, находящиеся в определенной близости или взаимозависимости, характеризуются различной ассоциативной силой. Единицы, обладающие максимальной ассоциативной силой, составляют малую часть от общего количества слов, а их семантика характеризуется особой информационной значимостью для человека как личности.

Ряд исследований направлен на систематизацию видов и механизмов развития ассо-

циативных связей между словами [9-10]. Ученые рассматривают ассоциативные связи, возникающие в памяти человека, в отношении идентификации значения. Данный процесс направлен на выявление его субстанциональных свойств, мыслительного содержания и их соотнесенности с жизненным опытом индивидуума, окружаемым или воображаемым миром. Идентификация происходит между словом, его стимулом и возникающими аналогиями.

Новизна научного подхода в нашем исследовании заключается в следующем: рассматриваются принципы участия ассоциативных связей непосредственно в процессе развития (а не опознания) нового, расширенного значения текстовых единиц. Поэтому под текстовой единицей мы понимаем такой компонент системы языка, который участвует либо в актуализации значения другой единицы, либо получает развитие за счет других единиц. В первом случае она активизирует процесс расширения текстовой семантики на основе лексико-ассоциативных связей (определяем ее как стимулятор, или текстовая единица с актуализирующим значением); во втором случае - выступает в качестве объекта трансформации содержания (определяем их как голограмма, или текстовая единица с актуализируемым значением).

Мы считаем, что словесные ассоциации являются непосредственными индикаторами степени близости между понятиями, теснейшим образом связаны со значением слова, а также с его развитием в различных условиях текстовой коммуникации.

Как нам представляется, информационное поле текстовой единицы состоит из нескольких ярусов, в которых дифференцированно (в зависимости от типа содержания -лексического, понятийного, ассоциативного) фиксируются значения различного вида. В определенных коммуникативных ситуациях (например, в процессе чтения) при возможном изменении психологической установки человека извлекается определенное, востребованное содержание голограммы. Следовательно, ее развитие непосредственно связано с таким понятием, как ассоциативная память, которая в условиях текста функционирует в виде ассоциативного поля. Внутри него возникают определяемые нами межсловные аналогии или реакции.

Межсловные ассоциативные связи устанавливаются в информационном поле текста между его единицами в условиях взаимодействия их лексико-семантических ресурсов и возникающей в результате этих отношений системой аналогий. Становится очевидным, что в процессе формирования ассоциативных представлений, моделирующих или расширяющих в дальнейшем новое (текстовое) содержание, оказываются задействованными следующие элементы: сама голограмма, стимуляторы, актуализирующие ее семантику, и их значения.

Нами установлено, что межсловные ассоциативные связи, в дальнейшем определяющие текстовое содержание единицы, формируются в несколько этапов.

На первом (подготовительном) этапе активизируются лексико-семантические ресурсы самих единиц, и на их основе организуются информационные цепочки. Они определяют содержательное направление, в рамках которого при непосредственном участии одного из стимуляторов формируется новое значение: стимулятор № 1 - голограмма -значение 1; стимулятор № 2 - голограмма -значение 2 и т. д.

Механизм данного процесса определяется нами следующим образом: каждый стимулятор, развивающий значение голограммы, взаимодействует с ней на основе их лексикосемантических ресурсов и расширяет ее смысловое поле в одном или нескольких направлениях в зависимости от характера реализованной информации. Она может обладать определенной близостью, но не тождественностью в содержании или строиться на принципах противопоставления. Следует отметить, что именно на этой многокомпонентной и разноплановой содержательной основе организуются участки текстовой семантики (определяемые нами как базовые значения 1-2 и т. д.), которые в совокупности должны сформировать новое значение голограммы.

Кроме того, нельзя не обратить внимания на тот факт, что стимуляторы в смысловом поле голограммы могут репрезентировать разноплановую базовую семантику (например, характеризовать один и тот же предмет, признак, действие с разных сторон; выражать противоположные оценки в отношении чего-либо и пр.). Данное противоречие не

позволяет им вступать в непосредственное (прямое) взаимодействие с целью дальнейшего развития текстового значения голограммы. В этом случае необходимо вмешательство так называемого «посредника».

Признание ассоциативной природы всех проявлений того, что принято считать значением слова, позволяет нам утверждать, что в качестве «посредника» может выступить система ассоциативных связей, которая способна семантически нивелировать сложившееся противоречие. Данный процесс реализуется в условиях второго этапа развития межсловных ассоциативных связей следующим образом: в тексте в результате взаимодействия базовых значений 1-3 и т. д. устанавливаются спровоцированные ими ассоциативные представления. Следует отметить, что в условиях определенной коммуникативной ситуации в отношении одной и той же голограммы возникает различная по информационному объему и содержанию система аналогий. Она не характеризуется универсальностью или постоянством, а формируется заново в виде ассоциативного поля. Это,

по нашему мнению, объясняется тем фактом, что появление системы аналогий провоцируется разным набором единиц-стимуляторов, участвующих в этом процессе и реализующихся в смысловом поле данного текста. И соответственно в каждом конкретном случае однажды смоделированная текстовая семантика голограммы может вновь трансформироваться. Графически процесс формирования ассоциативного поля голограммы в условиях развития ее текстового значения представлен на рис. 1.

На базе возникших ассоциативных связей определяется общее информационное направление развития голограммы, в рамках которого на основе оппозиционных отношений формируется актуализированная текстовая семантика. В данном случае между базовыми значениями, репрезентирующими полярно противоположные представления о каком-либо факте, свойстве, действии и пр., возникают ассоциативные реакции, нивелирующие данное семантическое противоречие и развивающие текстовое содержание голограммы.

Рис. 1. Формирование ассоциативного поля текстовой голограммы при участии единиц-стимуляторов: С1-С3 - текстовые единицы - стимуляторы; С4 - текстовая единица - голограмма; 5 - ассоциативное поле, в рамках которого на основе ассоциативных связей и базовой семантики формируется текстовое значение голограммы (Г); — -4----место образования базовой семантики, сформировавшейся

в результате взаимодействия лексико-семантических ресурсов стимуляторов (С1-С3) и голограммы (Г);

---- - развития базовых значений стимуляторов (С1-С3) и голограммы (Г); - направление

развития ассоциативных представлений, спровоцированных базовыми значениями

Система подобных отношений возникает и в дальнейшем находит свое развитие в художественных и публицистических текстах многих современных писателей, например,

В. Аксенова, А. Солженицына, Т. Толстой, Л. Улицкой и др. Не имея возможности рассматривать здесь подробно столь обширный материал, мы остановимся более детально на одном из примеров, раскрывающем особенности формирования межсловных ассоциативных связей в процессе развития текстовой семантики слов: Это были специальные старушки. Делопроизводительницы, коррек-

торши и машинистки. Они не были ветхими. Они были крашенными, дрябло-упитанными и полукомандными, как старые унтера [11].

В данном случае установить значение авторской конструкции дрябло-упитанный через прямую дефиницию ее содержания не представляется возможным. Семантика составляющих ее компонентов выражает противоположные понятия: дряблый - «лишенный упругости, крепкости, вялый» [12]; упитанный - «полный, здоровый (от хорошего питания)» [12, с. 784]. Становится очевидным, что в условиях текста содержание данной единицы формируется при активном участии ассоциативных связей, устанавливаемых между голограммой и стимуляторами на основе их базовых значений. Данный процесс развивается в несколько этапов.

На подготовительном этапе развития системы межсловных аналогий стимуляторы не ветхий, старушка, старый унтер вступают в информационное взаимодействие с компонентами текстовой единицы с актуализируемым значением в следующей последовательности: старушка - дряблый - базовое значение 1; дряблый - не ветхий - базовое значение 2; старый унтер - упитанный -базовое значение 3.

Процесс формирования базовых значений 1-3 осуществляется с учетом лексико-семантических ресурсов указанных нами единиц и приводит к развитию их семантических полей. Базовое значение 1 моделируется на основе синонимичных отношений. Это обстоятельство приводит к информационному усилению значения, репрезентируемого компонентом голограммы (а именно: дряблый), т. е. «вялый, слабый, старый». По нашему мнению, это связано с тем, что в содержании стимулятора старушка уже зало-

жена указанная семантика: «уменьш.-ласк-ое от старуха - женщина, достигшая старости» [13]. Следовательно, базовое значение 1, сформированное в условиях взаимодействия семантических полей голограммы дряблый и стимулятора старушка, определяется как: «пожилой человек (женщина), немощный и обессилевший, утративший жизненные и физические силы».

Базовое значение 2 развивается на основе противительных отношений: семантика компонента текстовой единицы дряблый информационно опровергается значением, репрезентируемым стимулятором не ветхий. В рамках словарной дефиниции лексема ветхий имеет следующее толкование: «старый, отживающий, дряблый, пришедший в негодность от долгого употребления» [14].

Соответственно информационное содержание стимулятора не ветхий определяется нами как: «недряблый, сохранившийся в хорошем состоянии в условиях долгого употребления». Таким образом, развитие базового значения 2 затруднено: в семантике данных текстовых единиц актуализируется система оппозиционных отношений. Сравните: дряблый - «рыхлый, ноздристый, потерявший крепость» [14, т. 1, с. 497], следовательно, ветхий; не ветхий - «недряблый»). В целях устранения данного противоречия привлекается система ассоциативных представлений.

Базовое значение 3 формируется в результате взаимодействия конечного компонента голограммы (упитанный) и стимулятора старый унтер. Трудно установить общие информационные участки текстовой семантики в силу разноплановости содержательных возможностей данных текстовых единиц (ср.: упитанный - «полный, здоровый (от хорошего питания)» [12, с. 784]; старый -«период жизни после зрелости, в который происходит постепенное ослабление деятельности организма» [12, с. 709]; «преклонных лет, доживающий век свой, кому под 60 и больше» [14, т. 4, с. 316]; унтер - «первый военный чин, после звания рядового или ефрейтора» [14, т. 4, с. 498]). С одной стороны, старость - это дряхлость, усталость или истощенность всего организма, с другой стороны, старость допускает упитанность, что свидетельствует о бодрости, хорошем материальном состоянии. То есть стимулятор

старый указывает на возраст человека, а голограмма упитанный - на его благосостояние или здоровье.

Однако, по нашему мнению, в процессе дальнейшего развития базового значения 3 данная семантическая разноплановость нивелируется доминирующей в смысловом поле текста синонимичной информацией, которая реализуется при участии ассоциативных представлений. В дореволюционной России образ унтера ассоциировался с ревностным служакой царской власти, вышедшим из народа и получившим военный чин и определенный материальный достаток. Как свидетельствует русская классическая литература, все эти обстоятельства сформировали его мировоззренческие принципы и определили внешний вид: сытый, довольный жизнью, наделенный властью, гордый. Он вырвался из своей социальной среды, которая теперь стала ему чужой, и поднялся по служебной лестнице. Это немолодой мужчина (человек), который когда-то получил военный чин и сохранил до сего дня свои привычки, определяемые его образом жизни (поклонение власти, материальный достаток; настороженность ко всему, что может изменить сложившийся уклад и пр.). Слово упитанный также ассоциируется в сознании человека с крепостью организма, хорошим питанием и соответственно с благополучием и достатком. Между голограммой и стимулятором прослеживается синонимическая близость, на основе которой и будет развиваться в дальнейшем базовое значение 3.

Необходимо также отметить, что в тексте единица старый унтер выступает в качестве сравнения, посредством которого формируется собирательный образ представителя определенного слоя населения царской России. В семантике данного стимулятора доминирует не временной признак: человек стар не столько по возрасту, давно изжил себя выбранный им когда-то жизненный уклад, который и выступает в качестве атрибута мещанского благополучия.

На основе вышеизложенного можно заключить, что базовое значение 3, сформированное в результате взаимодействия компонента голограммы упитанный и стимулятора старый унтер, определяется следующим образом: «благополучный, успешный человек, любящий порядок и дисциплину».

На следующем этапе завершается процесс формирования расширенной семантики голограммы дрябло-упитанный на основе ассоциативных связей, возникающих в результате развития базовых значений 1-3. Привлечение данного «посредника» связано с несколькими причинами. Во-первых, в силу собственной многокомпонентности участки базовых значений 1-3 при взаимодействии самостоятельно не могут смоделировать текстовое значение голограммы дрябло-упитанный, учитывая одновременно все репрезентируемые информационные параметры. Во-вторых, сформированные текстовые базовые значения 1 и 3 выражают противоположную, не совместимую друг с другом семантику: «пожилой человек (женщина), немощный и обессилевший, утративший жизненные и физические силы» (при участии текстовых единиц старушка, дряблый) - «благополучный, успешный человек, любящий порядок и дисциплину» (при участии текстовых единиц старый унтер, упитанный). Возникающие на такой основе ассоциативные связи, организующие впоследствии ассоциативное поле голограммы дрябло-упитанный, снимают подобное информационное противоречие: слабый, старый, неудачливый человек когда-то мог быть другим: молодым, полным энергии, богатым. Потерявший себя и эту жизнь, он мечтает ее вернуть (данные ассоциации формируются на основе базового значения 1). С другой стороны, ныне успешный человек когда-то был беден и прошел через возможные унижения, обман, бедность и пр. Вырвавшись из этой жизни и пытаясь скрыть прошлое, он хочет сохранить то, что у него есть сегодня (данные ассоциации устанавливаются на основе базового значение 3). Таким образом, в основе ассоциативного поля голограммы дрябло-упитанный лежат понятия потерять прошлое (базовое значение 1) - сохранить настоящее, скрывая прошлое (базовое значение 3). Следовательно, в информационном поле единицы с актуализируемым содержанием дрябло-упитанная (старушка) репрезентируется следующая текстовая семантика: «эмоционально и физически еще крепкая женщина, но уже потерявшая былую привлекательность, молодость, но пытающаяся скрыть свое женское увядание»). В силу каких причин это происходит? В смысловом поле текста находим указание на

эти обстоятельства. Возможно, этого требует стиль работы (см. по тексту: так как они были крашенными) или их профессиональная жизнь (см. по тексту: специальные старушки, работающие, знающие хорошо свое дело, а следовательно, дисциплинированные, хорошие организаторы, их собственная жизнь связана с определенным ритмом, как у старых унтеров).

Таким образом, ассоциативные связи, возникающие в условиях текстовой ограниченности, информационно устойчивы и в то же время зависимы от контекста и определяются им.

Межсловные ассоциативные связи, развивающиеся на основе противоположных представлений (о предмете, признаке, действии и пр.), репрезентируемых в условиях текста базовыми значениями, в полной мере способны отразить результаты развития многокомпонентных информационных цепочек: стимулятор 1 - голограмма - значение 1; стимулятор 2 - голограмма - значение 2 и т. д. Процесс моделирования информационного поля текстовой единицы с актуализируемым значением, реализованный при участии таких ресурсов, имеет линейный характер.

Исходя из вышеизложенного, заключим следующее: на основе возникающих ассоциативных связей, спровоцированных развитием базовых значений в условиях взаимодействия голограммы, стимуляторов и их значений, формируется новая (ситуативнокоммуникативная по своему характеру) семантика текстовых единиц.

1. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. М., 1955.

2. Залевская А.А. Психолингвистические исследования: Слово Текст: Избранные труды. М., 2005.

3. Крушевский Н.В. Очерк науки о языке // Хрестоматия по истории русского языкознания. М., 1973. С. 417-433.

4. Шубин Э.П., Троицкая И.Б. Дефиниционно-ассоциативная теория внутренней структуры слова (на материале английского языка). Калинин, 1971.

5. Deese J. The structure of associations in language and thought. Baltimore, 1965. С. 176-177.

6. Леонтьев А.А. Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания. М., 1969. С. 268.

7. Мейтус В.Ю., Старинец В. С. О пространствах, определенных над словами естественного языка // Материалы второго симпозиума по психолингвистике (4-6 июня 1968 г.). М., 1968. С. 68-69.

8. Сазонова Т.Ю. Моделирование процессов идентификации слова человеком: психологический подход: монография. Тверь, 2000.

9. Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. М., 1976.

10. Старинец В.С., Агабабян К.Г., Недялкова Г.И. Экспериментальное исследование семантической организации ассоциативных сетей // Моделирование в биологии и медицине. Киев, 1968. Вып. 3. С. 6-13.

11. Веллер М. Мое дело. М., 2007. С. 260.

12. Лопатин В.В. Русский толковый словарь. М., 2001. С. 148.

13. Лопатин В.В. Малый толковый словарь. М., 1990. С. 571.

14. Даль В.И. Толковый словарь великорусского языка: в 4 т. М., 2003. Т. 1. С. 178.

Поступила в редакцию 23.12.2010 г.

UDC 81’23 +811.161.1’37

INTER-WORD’S ASSOCIATIVE LINKS IN PROCESS OF DEVELOPMENT OF TEXT’S WORDS SEMANTICS Viktoria Mikhailovna Shvetsova, Tambov State University named after G.R. Derzhavin, Tambov, Russia, Сandidate of Philology, Associate Professor, Candidate for Doctoral Degree of Russian Language Department, e-mail: vmsh72@bk.ru

The article deals with the analysis of the features of the associative methods in the development of the words semantics, determines the part of the methods in the process of forming of the semantic potential of language units and text.

Key words: inter-word’s associative links; text unit with actualized meaning (hologram); text unit with actualizing meaning (stimulator); informative field of text’s unit.