Кластерные инициативы как основа формирования региональной инвестиционной политики

Т.Н. ШИЛЬЧЕНКО

КЛАСТЕРНЫЕ ИНИЦИАТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНВЕСТИЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ

Кластерный подход все чаще используется при разработке региональных стратегий в РФ. При формировании региональной стратегии необходимо учитывать, какие ключевые точки роста существуют в регионе и что могут сделать

различные группы интересов для их развития. Должен существовать консенсус между деловыми и административными элитами региона, которые заинтересованы в развитии кластера.

Кластерные проекты, программно-целевой подход, целевые программы, инновационная среда в российских регионах, полезность использования кластеров, кластерные инициативы Ростовской области.

Под воздействием внешних вызовов начиная с 2014 г. кардинально изменились макроэкономические условия, к которым вынувдены адаптироваться российские регионы. Это обусловливает особую важность решения вопросов сохранения и поддержания устойчивого развития на основе ухода в экспорте от ресурсной зависимости, активизации потенциала производства в проектах импорте -замещения. Высокая дифференциация социально-экономических проблем, а также ресурсных возможностей российских регионов детерминирует существенные различия размеров их финансовых потенциалов, которые ведут к вовлечению в такого рода проекты. Рост инновационной активности, едва наметившийся в отечественном производстве, заставляет критически подойти к существующим мотивацион-ным механизмам по переливу финансовых ресурсов в интересах модернизационных преобразований региональных экономик, а также мобилизации этих ресурсов для осуществления кластерных проектов в приоритетных отраслях промышленности.

В новых макроэкономических условиях цели повышения эффективности распределения и использования дефицитных финансовых ресурсов территорий для развития приоритетных отраслей и сфер экономической деятельности могут быть достигнуты только на основе применения финансовых механизмов стимулирования и интеграции хозяйствующих субъектов в рамках кластерных образований.

Важным условием эффективности реализации кластерной политики является согласованность во времени и пространстве комплекса организационных, экономических, институциональных и других мер, способствующих развитию региональной системы финансирования кластерных инициатив. В связи с этим представляется целесообразным более широкое использование программно-целевых методов в разработке регионами собственной политики по формированию эффективной системы финансовой поддержки процессов интеграции бизнеса, науки, кредитно-финансовых и других организаций в рамках кластеров. Мировой опыт убедительно свидетельствует о том, что программно-целевой подход, воплощенный в общегосударственных и региональных целевых программах, выступает эффективным средством стимулирования новых наукоемких производств. Целевые программы широко применяются

для развития северных регионов Швеции (провинция Норланд), отсталых территорий Великобритании, Норвегии, Франции, Японии.

Применение программно-целевого подхода позво-ляет решить следующие стратегические задачи регионального развития:

- сформировать траекторию развития региональной системы, обеспечивая рациональное взаимодействие отдельных ее компонентов;

- обеспечить сбалансированность интересов участников целевой программы;

- сформировать основу для принятия управленческих решений, определив круг ответственных за их эффективное исполнение лиц;

- координировать развитие отдельных подсистем в целях достижения синергетического эффекта.

В отечественной практике, несмотря на «перепроизводство» целевых программ [1], до настоящего времени не удается обеспечить эффективность программно -целевых методов, что, по мнению специалистов в области программного управления регио -нальным развитием, обусловлено следующими причинами:

- отсутствием эффективной системы управления программой со стороны головного исполнителя программы и системы контроля со стороны государственного заказчика программы;

- отсутствием индикаторов для оценки промежуточных и итоговых результатов программ;

- неэффективным использованием результатов программ;

- слабой увязкой программных мероприятий с целями и задачами регионального развития;

- декларативным характером разрабатываемых мероприятий и др.

Общим недостатком многих целевых программ большинство авторов называют размытость целепо -лагания, вызванную неясностью восприятия признаков эффективности функционирования системы. Сказанное в полной мере можно отнести и к программам развития системы финансирования инвестиционных проектов, связанных с процессами кластерообразова-ния. Например, для оценки эффективности реализации целевых программ в настоящее время используется показатель освоения бюджетных средств и их целевое использование. В связи с этим высказывает-

ся точка зрения о необходимости переориентации показателей оценки результативности целевых программ с уровня освоения бюджетных средств на степень достижения конечных результатов.

В системе регионального стратегирования структурирование целей должно осуществляться с учетом взаимодополнения потенциалов (в том числе финансовых) отдельных территорий региона, принимая во внимание значительный консолидирующий потенциал кластеризации.

Очень важно соблюдение многоуровневой иерархической структуры целеполагания, формируемой на основе учета взаимосвязи и взаимозависимости целей экономических систем различного уровня, а также признание приоритетности целей более высокого уровня. Как образно заметила Л.Г. Матвеева, такая «вложенность» целей управления стратегическим развитием экономической системы имеет вид «матрешки целей», причем потенциал развития системы при переходе от одного уровня к другому приобретает новые синергетические свойства, обеспечивающие выход на новый виток ее развития [2].

Очень важно, чтобы применяемые в рамках региональных кластерных стратегий методы, механизмы и инструменты их финансовой поддержки обладали существенным интеграционным потенциалом, объединяющим локальные рынки территорий в единое региональное рыночно-экономическое пространство, тем самым обеспечивая прочность конструкции всего экономического каркаса региона.

Другим немаловажным интеграционным модулем является инфраструктура региональной экономической системы, которая по определению и назначению призвана обеспечивать общие условия для модерни-зационного развития несырьевых сфер территорий.

Формирование инновационной среды в российских регионах началось в 2001-2003 гг. с создания бизнес-инкубаторов и технопарков, которые на первых этапах становления и развития инновационной экономики сыграли важную роль, способствуя продвижению новых идей и оказанию информационно-аналитической поддержки начинающим иннова-торам.

По мере развития инновационной экономики произошла существенная модернизация связей и отношений экономических субъектов, в том числе в инфраструктурной среде. Инновационная инфраструктура в целом и ее региональные проекции в частности сейчас представляют собой интегрирующие подсистемы национальной инновационной системы, способствующие объединению интересов всех её блоков для более полной реализации инновационного потенциала формируемых кластеров в реальном секторе экономики [3].

Несмотря на происходящие в мире процессы глобализации, инновационная активность стремится к локализации. Эмпирические исследования показывают, что инновационные процессы протекают наиболее активно в кластерах [4], локализованных сетевых структурах, объединяющих компании, научные, государственные и иные организации. Современные кластеры необходимо рассматривать в трех аналитических ракурсах [5]:

• как особый тип производственных агломераций;

• как особый тип сетевых структур (инновационные

экосистемы);

• как особый тип бизнес-проектов, основанных на

коллективных действиях их участников (кластерная инициатива).

Кластерные инициативы - это проекты, выдвигаемые организованными усилиями бизнеса, властей и/или научных организаций в целях совместных действий по созданию, развитию и усилению конкурентоспособности кластера [6]. В настоящее время они стоят в центре множества государственных программ стимулирования инноваций и экономического роста во многих странах и регионах мира, в частности в Японии (программы METI и MEXT), США (i6 Challenge), Германии (Spitzencluster), Франции (Pôle de Compétitivité), Швеции (VINNVÀXT), Чили (программа Чилийского института развития CORFO) и др.

Поскольку кластерные инициативы принимают различные формы и выдвигаются как в рамках, так и вне государственных программ, достоверно оценить их количество в мире сложно. По данным Европейской кластерной обсерватории, лишь в странах ЕС насчитывается не менее 1085 подобных проектов [7]. На данный момент системно исследовано 356 кластерных инициатив в 50 странах мира. Большая их часть функционирует в странах ОЭСР, в частности, 254 инициативы - в странах ЕС и Е ACT.

Несмотря на то, что в мировой экономической науке постепенно складывается консенсус относительно полезности использования кластеров в качестве аналитического инструмента, вопрос, касающийся необходимости реализации кластерных проектов, их форм, целей и способов их финансирования до сих пор остается открытым. Кластерные инициативы финансируются в среднем на 60% из государственных и международных источников (таких как Структурные фонды ЕС или Межамериканский банк развития), а на 40% - из частных источников. При этом универсальная система оценки эффективности кластерных инициатив все еще не сложилась - в рамках практически всех инициатив собирается та или иная статистическая информация, однако лишь 62% инициатив проходят официальную процедуру оценки. Эти обстоятельства привели к острой критике подобных проектов со стороны экспертов, которые опасаются того, что они обусловят излишнюю селективность со стороны государства, что не только не даст отдачи от вложенных средств, но и негативно скажется на уровне конкуренции. Тем не менее, как показывают многочисленные кейс-стади, разумно организованные кластерные инициативы способны значительно усилить положительные экстерналии в кластерах.

С начала нулевых годов кластерные инициативы эволюционировали из проектов, движимых отдельными индивидами («clusterpreneurs»), в сложные проекты, реализуемые кластерными организациями (cluster organization). Кластерные организации по всему миру существуют в различных формах, отличаются по своему устройству, методу управления, способу финансирования и набору предоставляемых услуг. Их деятельность ориентирована как на формирование благоприятной институциональной среды

в кластере, так и на содействие участникам кластера в реализации конкретных общих проектов. Весь спектр функций кластерной организации можно разделить на три крупные категории. Во-первых, кластерная организация формирует общую институциональную среду путем выстраивания сетевых связей внутри кластера, таким образом накапливая социальный капитал и укрепляя уровень доверия между участниками. Во-вторых, кластерная организация способствует развитию малых и средних фирм

- оказывает помощь в интернационализации, выходе на внешние рынки, помогает в организации совместных выставок, закупок и т. п. В-третьих, кластерная организация помогает участникам преодолевать разрывы в коммуникациях (gaps), препятствующие инновационным процессам.

Последняя функция является наиболее важной, поскольку, как показывает мировой опыт, именно слабая связанность акторов затрудняет инновационный процесс. Всего в литературе выделяется семь типов коммуникационных разрывов, разделенных на две группы:

• внутренние разрывы: бизнес - наука; бизнес -образование; бизнес - финансовые институты; бизнес - государство; бизнес - бизнес;

• внешние разрывы: кластер - кластер; бизнес -глобальный рынок.

Группа стратегического управления представляет интересы участников кластера, в то время как менеджмент служит интересам участников. В среднем по миру группы стратегического управления состоят на 60% из представителей частного сектора, на 16% - из представителей научных организаций и на 14% - из представителей государственных органов. При этом в 73% случаев представители проходят процедуру назначения, в которой задействованы все участники кластера. Персонал, непосредственно ответственный за выполнение функций менеджеров, состоит в среднем из четырёх человек [8].

Наиболее успешными становятся инициативы, опирающиеся на интерактивную сетевую кооперацию (коллаборацию) представителей трех ведущих институциональных секторов (государства, науки и бизнеса), известную как модель тройной спирали.

Модель тройной спирали описывает трансформацию и новые функции университетов, бизнеса и властей, а также изменившийся характер их взаимодействий при переходе экономических систем к инновационному развитию. Она является удобным инструментом для анализа институциональной организации кластерных инициатив и специфики взаимодействий, возникающих в кластерах.

Модель отражает важнейшие характеристики, присущие современным инновационным кластерам и инновационным экономическим системам в целом:

- в постиндустриальной экономике материальное производство до определенной степени замещается производством инновационных технологий;

- университеты играют равную по значимости с компаниями и государством роль в инновационном процессе;

- институциональные сектора функционируют в режиме равноправного партнерства, согласованно

формируют инновационную политику в процессе попарных горизонтальных взаимодействий;

- жесткие границы ме^ду институциональными секторами постепенно размываются, ме^ду ними происходит постоянный переток знаний и трудовых ресурсов.

Вследствие этих процессов институциональные сектора, сохраняя традиционные функции, начинают перенимать новые функции друг у друга.

Источники финансирования участников кластера

- предоставление государственных, частных межбюджетных субсидий, участие в федеральных целевых программах (ФЦП), финансирование со стороны институтов развития, привлечение частных инвестиций.

Можно выделить основные различия между российскими и европейскими кластерными инициативами. Большинство российских кластерных инициатив реализуется на территориях, уже имеющих осо -бые льготы, - в наукоградах, особых экономических зонах. Фактически инициативы создаются методом сверху, формируя административную мини-вертикаль [5]. Большая часть финансирования предназначена для создания новой и восстановления изношенной инфраструктуры.

В показателях, выбранных для мониторинга инициатив, проявляется устойчивая характеристика российской инновационной политики - ориентация на получение немедленных позитивных эффектов от предпринимаемых мер, что создает предпосылки к имитации инновационной активности [10].

Показатели поведенческих изменений, которые особенно важны для оценки проектов, нацеленных на построение сетевых связей ме^ду институциональными секторами, отсутствуют.

Российские кластерные инициативы сильно акцентированы на решении текущих проблем крупных компаний с государственным участием, малый и средний бизнес вовлечен незначительно и не играет почти никакой роли в стратегическом управлении кластером.

Таким образом, в российской практике перспективы образования в стране динамичных инновационных кластеров довольно слабы. В мировой практике кластерные инициативы показали себя как эффективный инструмент стимулирования инновационного роста и проведения региональной экономической политики методом снизу.

Следует отметить, что далеко не все европейские кластерные проекты строго следуют названным принципам, однако в силу уже накопленного Европой опыта поддержки кластерных инициатив отклонения от них гораздо менее существенны, чем в России и иных развивающихся и развитых странах мира.

Зарубежный опыт также показывает, что сама по себе реализация подобных проектов является серьезным вызовом для инициаторов, поскольку устойчивые инновационные эффекты достигаются только в таких кластерах, где инициативы изначально выстраиваются под конфигурацию тройной спирали.

Чтобы российские кластерные инициативы стали, согласно определению, инструментом повышения конкурентоспособности участников кластера, а не

очередным способом получения государственных льгот, необходимо основательно пересмотреть подходы к поддержке и мониторингу российских кластеров. Однако основная задача в России должна состоять не столько в попытках адаптации зарубежных институтов в отдельных инновационных анклавах, сколько в общем совершенствовании институциональной среды, поощрении конкуренции, уходе от монопольных структур и командного стиля экономической политики [9].

Стратегией инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 г. предусмотрено формирование сети инновационных территориальных кластеров. Это позволит обеспечить оптимизацию положения отечественных предприятий в производственных цепочках создания стоимости, содействуя повышению степени переработки добываемого сырья, импортозамещению и росту локализации сборочных производств, а также повышению уровня неценовой конкурентоспособности отечественных товаров и услуг.

Формирование и развитие инновационных территориальных кластеров является эффективным механизмом привлечения прямых иностранных инвестиций и активизации внешнеэкономической интеграции. Включение отечественных кластеров в глобальные цепочки создания добавленной стоимости позволяет существенно поднять уровень национальной технологической базы, повысить скорость и качество экономического роста за счет повышения международной конкурентоспособности предприятий, входящих в состав кластера, путем:

- приобретения и внедрения критических технологий, новейшего оборудования;

- получения предприятиями кластера доступа к современным методам управления и специальным знаниям;

- получения предприятиями кластера эффективных возможностей выхода на высококонкурентные международные рынки.

В августе 2012 г. Правительство Российской Федерации утвердило проект перечня. В перечень вошли 25 инновационных территориальных кластеров, относительно которых Министерству экономического развития России поручено сформировать меры государственной поддержки:

1. Алтайский край. Био фармацевтический кластер

2. Архангельская область. Судостроительный инновационный территориальный кластер

3. Калужская область. Кластер фармацевтики, биотехнологий и биомедицины

4. Кемеровская область. ИТК «Комплексная переработка угля и техногенных отходов»

5. Красноярский край. Кластер инновационных технологий ЗАТО г. Железногорск

6. Москва. Кластер «Зеленоград»

7. Москва. Новые материалы, лазерные и радиационные технологии

8. Московская область. Биотехнологический инновационный территориальный кластер Пущино

9. Московская область. Инновационный территориальный кластер ядерно-физических и нанотех-нологий в г. Дубне.

10. Московская область. Кластер «Физтех XXI»

11. Нижегородская область. Нижегородский индустриальный инновационный кластер в области автомобилестроения и нефтехимии

12. Нижегородская область. Саровский инновационный кластер

13. Новосибирская область. Инновационный кластер информационных и био фармацевтических технологий

14. Пермский край. Инновационный территориальный кластер ракетного двигателестроения «Технополис «Новый Звездный»

15. Республика Башкортостан. Нефтехимический территориальный кластер

16. Республика Мордовия. Энергоэффективная светотехника и интеллектуальные системы управления освещением

17. Республика Татарстан. Камский инновационный территориально-производственный кластер

18. Самарская область. Аэрокосмический кластер

19. Санкт-Петербург. Развитие информационных технологий, радиоэлектроники, приборостроения, средств связи и инфотелекоммуникаций

20. Санкт-Петербург. Ленинградская область. Кластер медицинской, фармацевтической промышленности, радиационных технологий

21. Свердловская область. Титановый кластер

22. Томская область. Фармацевтика, медицинская техника и информационные технологии

23. Ульяновская область. Консорциум «Научно-образовательно-производственный кластер «Ульяновск- Авиа»

24. Ульяновская область. Ядерно-инновационный кластер города Димитровграда

25. Хабаровский край. Инновационный территориальный кластер авиастроения и судостроения. Данные инновационные территориальные кластеры характеризуются сочетанием мирового уровня конкурентоспособности базирующихся на их территории предприятий, демонстрирующих высокую динамику роста объёмов производства, с высоким научно-техническим потенциалом исследовательских и образовательных организаций, сосредоточенных в рамках кластера.

Отобранные 25 кластеров располагаются на территориях с высоким уровнем концентрации научно-технической и производственной деятельности. В их число входят, в частности, ряд наукоградов и территорий базирования особых экономических зон, закрытых территориальных образований, включая города Зеленоград, Дубна, Пущино, Обнинск, Троицк, Саров, Железногорск, Димитровград, а также агломерации Санкт-Петербурга, Новосибирска, Нижнего Новгорода, Самары, Томска, Перми, Ульяновска, Нижнекамска, территории в составе Хабаровского и Алтайского краев, Архангельской области, республик Мордовия и Башкортостан.

В целом отобранные кластеры обладают значительным потенциалом роста. Основными направлениями, по которым в пилотных программах развития кластеров запланировано достижение значительных результатов, являются развитие сектора исследований и разработок, производственной и инвестиционной деятельности.

Научно-техно логический потенциал кластеров в значительной степени определяется объёмом расходов на НИОКР их участников. Отобранные кластеры характеризуются высоким уровнем расходов на НИОКР. Так, по 25 отобранным кластерам совокупный объём расходов на НИОКР за пять лет (20072011 гг.) составил 1110 млрд руб., или в среднем 222 млрд руб. ежегодно в рассматриваемом периоде. Расходы на НИОКР, осуществляемые участниками кластеров, составляют существенную долю (43 %) в общем объёме соответствующих расходов по экономике, который за период 2007-2011 гг. оценивается Минэкономразвития России в 2552 млрд руб.

За 2012-2014 гг. было израсходовано порядка 968,8 млрд руб., или в среднем 323 млрд руб. ежегодно. Таким образом, программы развития данных кластеров предусматривали существенное увеличение расходов на НИОКР - на 145 % по показателю отношения среднегодовых расходов на НИОКР за 2012-2014 гг. к аналогичному показателю 20072011 гг. По всем группам кластеров отношение среднегодовых расходов на НИОКР по каждому из периодов планировалось более чем в 100%. Лидерами увеличения затрат на НИОКР являются кластеры двух групп - «Ядерные и радиационные технологии» и «Фармацевтика, биотехнологии и медицинская промышленность», по которым значение данного показателя предполагалось на уровне свыше 200% [11].

Например, в Ростовской области с целью выполнения интегрирующих функций субъектов инновационной деятельности в ноябре 2013 г. создано некоммерческое партнерство «Единый региональный центр инновационного развития Ростовской области».

В апреле 2014 г. на базе этого некоммерческого партнерства образованы Центр кластерного развития и Региональный центр инжиниринга Ростовской области. Данные организации, задавая определенный вектор развития субъектам предпринимательства, тем самым формируют институт обеспечения интеграционных связей «государство - наука -бизнес», «малый бизнес - крупный бизнес».

Наличие внутрирегиональных ресурсных потоков позволяет обеспечить вовлечение потенциала территории с низким финансовым потенциалом в реализацию модернизационных проектов, например, в рамках создания инновационных территориально-производственныхкластеров [12].

Согласно принятой в 2011 г. Стратегии социально-экономического развития Ростовской области на период до 2020 г., формирование кластеров в регионе является одним из важнейших направлений, обеспечивающих устойчивое развитие и рост конкурентоспособности его экономики. В постановлении Правительства Ростовской области от 12.03.2015 №164 «Об утверждении Концепции кластерного

развития Ростовской области на 2015-2020 годы» подчеркивается, что основной целью реализации кластерной политики является обеспечение высоких темпов экономического роста и диверсификации региональной экономики за счет повышения конкурентоспособности предприятий, поставщиков оборудования, комплектующих, специализированных производственных и сервисных услуг, научно-исследовательских и образовательных организаций, образую-щихтерриториальные кластеры [13].

Несмотря на то, что инвестиционные программы являются наиболее мощным инструментом мобилизации финансовых ресурсов для решения задач кластеризации, в инвестиционных программах Ростовской области не предусматривается конкретное финансирование за счет бюджетных средств проектов, направленных на реализацию кластерных инициатив. Кроме того, в регионе отсутствуют специализированные структуры, целенаправленно занимающиеся вопросами реализации кластерной политики. Отдельные аспекты данного направления входят в компетенцию организационных структур, занимающихся процессами управления инновационным развитием территории:

- Департамент инвестиций и предпринимательства Ростовской области - предоставление образовательной, информационно-консультационной поддержки, содействие в формировании проектной документации, предоставление субсидий из областного бюджета субъектам инновационной деятельности на возмещение части затрат на приобретение основных средств, непосредственно используемых для производства инновационной продукции (товаров, работ, услуг);

- ООО «Инфраструктурные инвестиции РВК» (Инфрафонд РВК) - развитие инфраструктуры, обеспечивающей инновационных предпринимателей консалтинговыми услугами, в том числе в области финансов, взаимоотношений с инвесторами;

- Региональный информационно-аналитический центр - сопровождение субъектов инновационной деятельности по вопросам формирования заявок и подготовке пакета документов для участия в конкурсах на предоставление государственной поддержки за счет бюджетных и внебюджетных источников;

- НП «Инновационно-технологический центр ИнТех-Дон» - поиск инвестора, привлечение финансовых средств из областного бюджета в рамках «Областной целевой программы поддержки малого переднего предпринимательства»;

- НП «Научно-технологический парк «Таганрог» -бизнес-планирование и инкубация малых фирм [14]. В целях последовательной реализации кластерной

политики в регионе сформирована нормативная правовая база. Основным документом, регламентирующим принципы, цели, этапы реализации кластерной политики, является Концепция кластерного развития Ростовской области на 2015-2020 гг. (постановление Правительства Ростовской области от 12.03.2015 № 164).

В Ростовской области успешно развиваются 10 кластеров и кластерных инициатив:

1. Инновационно-техно логический кластер «Южное созвездие»

2. Инновационный территориальный кластер морского приборостроения «Морские системы»

3. Инновационный территориальный кластер станкостроения

4. Инновационный кластер биотехнологий

5. Инновационный территориальный кластер «Донские молочные продукты»

6. Кластер информационно-коммуникационных от технологий

7. Винный территориальный кластер «Долина Дона»

8. Кластерсельхозмашиностроения

9. Кластер «ЛегТексДон»

10. Кластер вертолетостроения

В настоящее время в состав территориальных кластеров входит около 300 хозяйствующих субъектов, включая субъекты малого и среднего предпринимательства, крупные промышленные предприятия, вузы, научно-исследовательские организации, региональные институты развития.

В развитие Концепции, а также в целях стимулирования и эффективного использования инновационного потенциала, формирования конкурентных преимуществ Ростовской области определен Порядок формирования и ведения Реестра кластеров, кластерных проектов и инициатив Ростовской области (постановление Правительства Ростовской области от 17.07.2015 № 465).

В настоящее время в состав данного Реестра, утверждаемого губернатором Ростовской области, включены пять кластеров и одна кластерная инициатива.

Основные мероприятия по развитию конкретных кластеров, состав участников, производственное, маркетинговое, кадровое направления роста кластеров определены в Стратегиях развития шести приоритетных территориальных кластеров Ростовской области на 2016-2020 гг. (постановление Правительства Ростовской области от 18.02.2016 № 104) [15].

В Донском государственном техническом университете подписано соглашение о создании винного территориального кластера «Долина Дона». Под важным документом стоят подписи пяти директоров винодельческих предприятий, председателя Союза виноградарей и виноделов Дона, проректора ДГТУ, директора Всероссийского научно-исследовательского института виноградарства и виноделия имени Я. Потапенко, заместителя управляющего филиалом банка ВТБ (ПАО) в Ростове-на-Дону.

Виноделие - высокорентабельная отрасль экономики, которая обеспечивает высокую доходность для

инвесторов, имеет большой потребительский спрос, обеспечивает денежные поступления в бюджеты всех уровней и создает реальные рабочие места. Правительство Ростовской области активно участвует в развитии винодельческой отрасли. При непосредственном участии и поддержке департамента потребительского рынка в 2014 г. создан Союз виноградарей и виноделов Дона. Организация занимается поддержкой (в том числе правовой) предприятий, осуществляющих деятельность в виноградарско-ви-нодельческой отрасли, популяризацией и продвижением вин, произведенных из винограда, выращенного на Дону, повышает уровень узнаваемости и престижа донских вин.

До 2020 г. планируется в два раза увеличить площадь виноградников. Следовательно, вдвое увеличится и производство вина. Донские вина на международных конкурсах уже доказали свою конкурентоспособность. Зачастую они превосходят по качеству и вкусовым характеристикам своих конкурентов. Это связано с благоприятным для виноградной культуры южнороссийским климатом. Сегодня совместно с руководителями предприятий - производителей винодельческой продукции разрабатывается концепция создания сети фирменных магазинов под брендом «Сделано на Дону» и «Вина долины Дона», в рамках которой формируются реестр поставщиков, ассортимент алкогольной продукции.

Основные цели создания кластера - повышение конкурентоспособности продукции участников соглашения плюс создание и продвижение бренда «Сделано на Дону».

В регионе разработан подробный план мероприятий по популяризации донского виноделия и меры по продвижению продукции донских производителей на внутреннем и внешнем рынках алкогольной продукции на 2016 г. Кроме того, в Донском государственном техническом университете создана кафедра «Техника и технология виноделия и виноградарства». Студенты еще в годы учебы будут проходить практику на предприятиях и к концу обучения будут обеспечены работой на производстве [16].

На юго-востоке Ростовской области намерены создать мясной кластер. Непростые и с климатической, и с географической точки зрения районы только таким способом могут привлечь крупные инвестиции. Цель проекта - сделать восток инвестиционно привлекательной территорией, а за основу взять мясное животноводство. В таких климатических, географических и экономических условиях, в которых находятся Заветка, Ремонтное, Дубовка, никакие другие формы хозяйствования, по мнению экспертов корпорации, заметной пользы не принесут.

Рабочее название проекта - «Донское мясо». Три кита, на которых будет базироваться идея, - производство кормов, обеспечение территории водой, воспроизводство. Если теория перерастет в практику, шесть районов региона обрастут целой сетью производств, считают авторы идеи, - от заготовки кормов до выпуска готовой мясной продукции и утилизации отходов.

Потребуются кропотливейшая работа ученых, юристов, финансистов и идеальное взаимодействие.

Но это, по общему мнению участников совещания, того стоит: восток Ростовской области может обеспечить мясом не только наш регион, но и другие. Примеров мясных кластеров по России множество [17].

В Ростовской области стартовало строительство вертолетного кластера, сообщает пресс-служба холдинга «Вертолеты России». По данным компании, реализация проекта начнется с создания летно-испытательной станции ПАО «Роствертол» (входит в холдинг «Вертолеты России»). Новый вертолетный кластер будет построен на месте бывшего военного аэродрома г.Батайска. Главная задача новой летной станции - обеспечить безопасные условия испытаний вертолетов и вывести экспериментальные полеты за пределы Ростова-на-Дону.

В Батайске планируют не только обслуживать основное производство ПАО «Роствертол», но и испытывать технику, ремонт которой будет осуществляться по заказу Минобороны и других заказчиков. В настоящее время ведутся работы по проектированию производственной площадки, которая займет часть аэродрома в Батайске наряду с летно-испы-тательной станцией.

К 2020 г. в Ростовской области планируется создать вертолетный кластер на базе «Роствертола» с переносом производственной площадки из Ростова в Батайск.

Кластер объединит шесть предприятий, в том числе летно-испытательный комплекс, сборочное производство вертолетов типа Ми-28, Ми-35, Ми-26, центр поддержки эксплуатации вертолетной техники Минобороны РФ в ЮФО, центр компетенции по производству лопастей и других изделий из композитных материалов, сборочное производство перспективного среднего вертолета, центр обучения специалистов в рамках военно-технического сотрудничества. Инвестиции в создание кластера оцениваются в 20 млрд руб.

ПАО «Роствертол» - предприятие вертолето-строительного холдинга «Вертолеты России», производящее транспортные и боевые вертолеты, прицепы для легковых автомобилей, аудио- и видеокассеты с импортной пленкой и др., а также транспортные вертолеты Ми-26Т, боевые вертолеты Ми-35. Сейчас предприятие серийно выпускает вертолет нового поколения Ми-28Н «Ночной охотник» (Ми-28НЭ в экспортном варианте) и вертолет огневой поддержки Ми-35М. В 2014 г. компания получила 3,04 млрд руб. чистой прибыли [18].

В 2016г. компания планировала подготовить документацию и начать строительство завода по сборке вертолетов. Инвестиции в реализацию проекта также оцениваются в 6 млрд руб. Начало строительства еще одного объекта - завода изделий из композитных материалов (лопасти и т. д.) намечено на 2017-2018 гг. К настоящему моменту решен главный вопрос для создания вертолетного кластера: еще в мае прошлого года премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал распоряжение, согласно которому госкорпорации «Ростех», куда входит ПАО «Роствертол», переходит недвижимое имущество и земельные участки аэродрома Батайска. В течение 2016 г. запланирована передача этой земли

непосредственно в собственность «Роствертола». Компания уже полностью подготовила и расчистила территорию взлетной полосы в Батайске, осуществлены первые ночные полеты. Предполагается, что на полную мощность кластер заработает к 2020 г. [19].

Что еще более важно, положительные преимущества получают некластерные секторы в результате межотраслевых отношений, которые существуют в сфере производства и услуг на основе промышленности, что, вероятно, является важной причиной существования кластера. Поскольку отрасли в экономике взаимосвязаны, позитивный инвестиционный эффект в одном секторе также ощущается другими секторами экономики. По мнению губернатора Ростовской области, именно кластерное развитие является главным в региональной экономике [20].

ЛИТЕРАТУРА

1. Рисин И.Е., Шахов О.В. Современная российская практика программно-целевого управления развитием регионов // Центр исследования региональной экономики [Электронный ресурс]. Режим доступа: ЬПр://тс^тс'.1егс.т/?ра11=ЬиИе1т&а11= 11 &page= 11 (дата обращения: 16.10.2016).

2. Матвеева Л.Г. Инновационный потенциал промышленности Юга России: инструментарий управления в целях снижения региональной асимметрии // Региональная экономика. Юг России. 2014. №1. С. 52.

3. Кушнаренко Т.В., КаплинаА.В. Программно-целевой подход к развитию системы финансирования кластерных инициатив в несырьевых сферах Ростовской области // Современные проблемы науки и образования. 2015. №1-1.

4. Абашкин В.Л. и др. Пилотные инновационные территориальные кластеры в Российской Федерации / под ред. Л.М. Гохберга, А.Е. Шадрина. М.: НИУВШЭ, 2013.

5. Смородинская Н.В. Территориальные инновационные кластеры: мировые ориентиры и российские реалии: сборник докладов XIV Апрельской международной научной конференции по проблемам развития экономики и общества / под ред. Е. Г. Ясина. М.: НИУ ВШЭ, 2013.

6. Деловой климат в промышленности в декабре 2013 г. М.: НИУ ВШЭ, 2014.

7. Кузнецова Т.Е., Рудъ В.А. Конкуренция, инновации и стратегии развития российских предприятий (результаты эмпирических исследований) // Вопросы экономики. 2013. № 12.

8. Смородинская Н. В. Тройная спираль как новая матрица экономических систем // Инновации. 2011. № 4.

9. Катуков Д.Д. Кластерная инициатива как особый экономический проект: европейская и российская практика // Инновации. 2014. № 7(189).

10.Дежина И.Г., Симачев Ю.В. Связанные гранты для стимулирования партнерства компаний и университетов в инновационной сфере: стартовые эффекты применения в России // Журнал Новой экономической ассоциации. 2013. № 3.

11. Инновационные территориальные кластеры России, относительно которых формируются меры государственной поддержки [Электронный ре-

сурс]. Режим доступа: http://www.economy.gov.ru/ wps/wcm/connect/ (дата обращения: 16.10.2016).

12. Матвеева Л.Г., Чернова O.A. Моделирование процессов управления ресурсными потоками в целях развития периферийных территорий // Terra Economicus. 2013. Т. 11. № 3-2.

13. Постановление Правительства Ростовской области от 12.03.2015 №164 «Об утверждении Концепции кластерного развития Ростовской области на 2015-2020 годы» [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.donland.ru/ (дата обращения: 16.10.2016).

14. О реализации кластерной политики в Ростовской области. Инновационный портал Ростовской области. Кластерная политика [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://novadon.ru/set_ podderzhki_element/ items/8.html (дата обращения: 16.10.2016).

15. Стратегии развития шести приоритетных территориальных кластеров Ростовской области на 2016-2020 годы (постановление Правительства Ростовской области от 18.02.2016 № 104). Инновационный портал Ростовской области [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://novadon.ru/ (дата обращения: 16.10.2016).

16. Финаев O.A. В Ростовской области появится винный территориальный кластер «Долина Дона». Официальный портал Правительства РО [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.donland.ru/ (дата обращения: 16.10.2016).

17. Сапегин А. Вести Дон. В Ростовской области планируют создать агропромышленный кластер [Электронный ресурс]. Режим доступа: dontr.ru/... /rostovskoj-oblasti-planiruyut-sozdat-agroprom (дата обращения: 22.06.2016).

18.Некрасова В. В Ростовской области началось строительство вертолетного кластера [Электронный ресурс]. Режим доступа: rostov.rbc.ru/rostov/ 10/.../57aacf729a7947522b00cb38 (дата обращения: 23.09.16).

19. Татаркина A.M. Индустриальные парки Ростовской области как основа создания промышленных кластеров // Российское предпринимательство. 2016. Т. 17. №4.