Смена форм собственности как инструмент антикризисной политики государства

УДК 338.24

В. С. Шутов

СМЕНА ФОРМ СОБСТВЕННОСТИ КАК ИНСТРУМЕНТ АНТИКРИЗИСНОЙ ПОЛИТИКИ ГОСУДАРСТВА

Аннотация. Актуальность и цели. Спад экономики России, балансирование на грани очередного кризиса являются свидетельством исчерпания ресурсов применяемых моделей развития. Это вынуждает ученых или искать новые модели, или коренным образом модернизировать существующую либеральную модель развития. Данная статья посвящена одному из стратегических, антикризисных инструментов государства, которым является смена форм собственности. Основное внимание уделяется экономическим и историческим аспектам данной проблемы, которые доказывают возможность и необходимость использования данного инструмента в антикризисном управлении экономикой страны. Материалы и методы. Реализация исследовательских задач была достигнута на основе анализа теории и практики применения смены форм собственности в антикризисном управлении экономикой государства. Теоретической основой исследования послужили труды ученых о философской категории - гомеостатической системе, которая поддерживает свое состояние в заданных границах, т.е. границах, соответствующих окружающей среде. Такой же системой является экономика государства. Исторической основой исследования является анализ положительных и негативных фактов применения смены форм собственности как стратегического инструмента антикризисного управления. Результаты. Исследовано применение смены форм собственности в стратегии антикризисного управления экономикой государства, проанализированы условия, факторы, положительные и отрицательные результаты такого применения. Выводы. Изучение теории и практики смены форм собственности позволит расширить арсенал средств стратегии антикризисного управления, повысить эффективность модернизации существующей модели развития России, усилить поиск конвергентных моделей, более адекватных условиям существования современной России.

Ключевые слова: гомеостатическая система, собственность, формы собственности, антикризисное управление, управление рисками, национализация, муниципализация, приватизация.

V. S. Shutov

CHANGE OF PROPERTY FORMS AS A TOOL OF STATE ANTI-CRISIS POLICY

Abstract. Background. Economic recession in Russia, balancing on the verge of another crisis are the evidences of the applied development models exhaustion.

It forces scientists rather to research new models or to drastically modernize the existing liberal model of development. The article is devoted to one of the strategic anti-crisis instruments of the state which is the change of property forms. The stress is placed on economic and historical aspects of the problem that prove the possibility and necessity of using the said instument in national anti-crisis economy management. Materials and methods. Realization of the research objectives was achieved through the analysis of the theory and practice of experience in changing property forms in national anti-crisis economy management. Theoretical base of the research included the works by scientists on a philosophical category - the homeostatic sys-

tem, that maintains its condition in the set limits, i.e. the limits corresponding to the environment. State economy appears to the same system. Historical base of the research is the analysis of positive and negative factors of implementation of property form changes as a strategic instrument of anti-crisis management. Results. The author researched the experience of property form change in the strategy of national anti-crisis economy management, analyzed the conditions, factors, positive and negative results of the said experience. Conclusions. The study of the theory and practice of property form change will allow to expand the store of instruments of the strategy of anti-crisis management, to increase the modernization effectiveness of the existing development model of Russia, to intensify the search of convergent models, more adequate to the modern Russian conditions.

Key words: homeostatic system, property, ownership, crisis management, risk management, nationalization, municipalization, privatization.

Исследование экономической деятельности, особенно в 90-е гг. прошлого века, опровергает один из постулатов классической рыночной экономики, который гласит, что треть вины за банкротство предприятий страны падает на внешние факторы, а две трети - на внутренние. Чаще всего, особенно в России, все наоборот. Более того, при характеристике рисков, связанных с возникновением кризисов, нами используется понятие «гомеостатистическая система», которое равнозначно понятию «адаптивная система» [1, с. 232-233]. Эта категория лежит в основе применения смены форм собственности как инструмента антикризисного управления экономикой страны.

Как известно, гомеостатические системы характеризуются тем, что поддерживают свое состояние в заданных границах, т.е. границах, соответствующих окружающей среде. Таким образом, в нашем случае речь идет о подчинении развития экономики страны законам и принципам поддержания некоторых переменных состояний экономики на определенном уровне или в узких границах (безопасность, рискозащищенность, темпы экономического роста, инфляции, безработицы и т.д.). Именно наличие в стране гомеостатической системы управления реализует основополагающий принцип стратегии антикризисного менеджмента, который гласит, что скорость изменений организации должна соответствовать скорости изменений окружающей среды.

Одним из переменных состояний гомеостатической системы государства является динамика соотношения различных форм собственности. Такой вывод подтверждает, в частности, современная экономическая практика. Она показывает, что многие страны всегда использовали и используют своеобразные качели «приватизация - национализация», т.е. смену форм собственности как важнейший инструмент антикризисного управления экономикой. Именно этот факт и определяет актуальность темы данной статьи.

Как известно, понятие собственности имеет два значения. С юридической точки зрения собственность - это владение имуществом, или, в обыденном смысле, само имущество. С другой стороны, в экономическом смысле понятие собственности включает в себя всю совокупность экономических отношений общества, так называемых 11 «пучков собственности» [2, с. 523].

Таким образом, в экономической практике существует два противоположных процесса относительно динамики форм собственности. Это разгосударствление (чаще всего в форме приватизации) и национализация (муниципализация).

Под разгосударствлением, как известно, понимают процесс упразднения государственного монополизма, формирование многоукладной смешанной экономики, ее децентрализация, освобождение государства от функций прямого хозяйственного управления. Так, Федеральный закон «О приватизации государственного и муниципального имущества» от 21.12.2001 № 178-ФЗ подчеркивает, что «под приватизацией государственного и муниципального имущества понимается возмездное отчуждение имущества, находящегося в собственности Российской Федерации (федеральное имущество), субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, в собственность физических и (или) юридических лиц» [3].

Обратный разгосударствлению процесс называется национализацией или муниципализацией. Национализация - это передача в собственность государства земли, промышленных предприятий, банков, транспорта или другого имущества, принадлежащего частным лицам или акционерным обществам. Национализация может осуществляться через безвозмездную экспроприацию, полный или частичный выкуп.

Институт национализации предусмотрен и Конституцией РФ. Она закрепляет право государства на отчуждение имущества, а также определяет условия реализации этого права. Данные положения Основного закона развиты в части 1 Гражданского кодекса РФ. Так, ст. 235 гл. 15 «Прекращение права собственности» ГК РФ (ч. 1) гласит:

1. «Право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

2. Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, предусмотренным законом...» [4].

Таким образом, национализация может проводиться в порядке, установленном федеральным законом. Однако, поскольку такой закон в настоящее время не принят, национализация в России проводиться не может. Вместе с тем на практике это относится лишь к безвозмездной национализации. Полный или частичный выкуп государством вполне возможен на основании обычных договоров купли-продажи. В связи с этим в последнее время появилась новая, чисто российская интерпретация национализации - бархатная реприватизация. Это понятие было впервые использовано главой «Фи-нансгрупп» Олегом Шварцманом в интервью газете «Коммерсантъ» [5].

Таким образом, и приватизация, и национализация при определенных условиях могут быть антикризисными инструментами государства. И, конечно, в этом случае государство имеет значительно больший арсенал средств антикризисного управления.

Действительно, законы о приватизации и национализации есть практически во всех ведущих странах 020. Право на приватизацию и национализацию частной собственности - бесспорная прерогатива суверенного государства, которое давно признается международным правом. Это право является неотъемлемым элементом права государства свободно распоряжаться своими естественными ресурсами и богатствами. В частности, право на национализацию закреплено в «Хартии экономических прав и обязанностей государств», подписанной в 1974 г. странами - участницами ООН.

В целом, мировой опыт показывает, что государственные менеджеры, правильно организуя процесс, могут попеременно запуская качели «национализация - приватизация», извлекать для казны значительный доход. Вместе с тем каждая страна имела свои особенности проведения национализации и приватизации. Вот лишь некоторые из них:

1. Австрия. Особенностью развития отношений собственности в Австрии стало то, что после Второй мировой войны в целях скорейшего восстановления страны был образован огромный государственный сектор в сфере транспорта, телекоммуникаций, банковской деятельности. Государственный сектор экономики Австрии стал одним из крупнейших в Европе. В 1946 г. более 70 % австрийских предприятий были национализированы, в том числе три крупнейших коммерческих банка, значительная часть предприятий тяжелой промышленности, предприятия нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности. Большинство национализированных предприятий определялись Потсдамскими соглашениями как «германская собственность». Однако особенно в 1993 г. правительство приступило к реализации обширной программы приватизации промышленных холдингов в рамках общего плана привлечения иностранных инвестиций. К 1997 г. были распроданы государственная нефтехимическая группа ОМУ, а также два из трех коммерческих банков - ВапкЛшШа и Сге&1ап8Ы1;-Вапкуегет. В целом за 1999-2001 гг. приватизационные процессы принесли правительству страны 2,46 млрд евро, что в большой степени помогло австрийскому руководству уменьшить федеральный долг. Сейчас государство по-прежнему сохраняет ощутимую долю предприятий собственности в своих руках, эксперты оценивают приватизационный потенциал страны примерно в 45 млрд евро.

2. Великобритания. Власти государства после 1945 г. национализировали газовую промышленность, черную металлургию, ключевые авиакомпании, добычу угля, железнодорожный транспорт и электроэнергетику. В Великобритании, как и во многих других европейских странах, послевоенное восстановление и реконструкция наиболее капиталоемких отраслей промышленности осуществлялись на государственные средства. Так, доля инвестиций в огосударствленные после Второй мировой отрасли экономики достигала 40 % вложений в ту или иную хозяйственную отрасль. Для послевоенного периода характерным было и огосударствление крупных финансово-кредитных учреждений. В руках государства сосредотачивалась военная промышленность, атомная промышленность, комплексные предприятия, организации и учреждения, связанные с развитием фундаментальной науки, исследованиями космоса и проч. Нередко в руки государства переходили и сырьевые отрасли, транспорт, связь. В то же время рост государственного участия в ряде отраслей вплоть до их полной национализации не был самоцелью - правительство лишь помогало перераспределять средства между отраслями в таких размерах, которых сложно было бы достичь при свободных рыночных отношениях. Поэтому когда необходимость в таких экстренных переливаниях отпала, начались обратные приватизационные процессы, потому что в новых рыночных условиях более эффективной работы можно уже было ожидать от частного капитала, а не от государственного.

Таким образом, Великобритания представляет собой наиболее классический пример качелей «национализация - приватизация» смены форм соб-

ственности. По мнению экспертов, госбюджет заработал на этих циклах свыше 100 млрд долл.

3. Италия. Государственный сектор итальянской экономики начал формироваться в 1930-х гг. одновременно с тем, как Италия превращалась из аграрной страны в развитое промышленное государство. Государство очень активно участвовало в развитии как промышленности, так и финансово-банковской системы. В стране появились несколько крупных производственнофинансовых объединений, главенствующую роль в которых играл государственный капитал. В результате к 1960-м гг. правительство Италии прямо или косвенно контролировало около 40 % национальной экономики, а в отдельных отраслях эта доля могла доходить и до 90 %'.

В 1992 г. правительство приступило к программе частичной реализации предприятий государственного сектора. Основными целями приватизации были объявлены повышение конкурентоспособности предприятий и уменьшение дефицита государственного бюджета. В том же году были приняты несколько важнейших для приватизационных процессов законов. Согласно одному из них, все основные государственные монополии (ENI - нефть, газ, химия, цветная металлургия, машинное оборудование; IRI - тяжелое машиностроение, авиа- и железнодорожный транспорт, моторы, страховые компании; ENEL - электроэнергетика; INA - страховой бизнес), а также некоторые банки были преобразованы в акционерные общества.

Множество примеров смены форм собственности имеется уже в истории XXI в. Так, уже известно, что в 2008-2009 гг. - в период наиболее острой фазы мирового финансового кризиса - правительства США и некоторых стран Евротоюза прибегали к процедуре национализации кредитных, страховых компаний, промышленных предприятий. В этот период в США были частично национализированы автомобильный концерн GeneralMotors, ипотечные компании FannieMae и FreddieMac, в Великобритании - крупнейший ипотечно-сберегательный банк Bradford&Bingiiy, в Германии - ипотечный банк HypoRealEstate, в странах Бенилюкса - банк Fortis, и это лишь самые крупные национализации.

Рецептом национализации готова воспользоваться Япония, побережье которой лежит в руинах после цунами и аварии на АЭС «Фукусима». Министр национальной стратегии Японии Коитиро Гемба уже заявил, что национализация компании-оператора злополучной АЭС «Фукусима-1» Tokyo-ElectricPowerCompany (TEPCO) является адекватным объектом для обсуждения. Ранее японская газета «Йомиури» написала, что в японском правительстве обсуждаются планы временной национализации ТЕРСО. По информации газеты, в рамках национализации японское правительство может выкупить у одной из крупнейших в Азии энергетических компаний контрольный пакет акций и поможет возместить убытки, понесенные из-за аварии на АЭС.

5 мая 2012 г. Президент Аргентины Кристина Фернандес де Киршнер подписала Указ № 660, в соответствии с которым вступает в силу закон об экспроприации 51 % акций YPF, принадлежащих испанской нефтегазовой компании Repsol (всего у нее 57,4 % акций), а также ее «дочки» YPF Gas S.A. Подписание, которое транслировалось в прямом эфире государственными те-

1 URL: http://gorod.tomsk.ru/index-1301506010.php

леканалами, состоялось в президентском дворце «КасаРосада» в присутствии губернаторов, министров, политических и общественных деятелей. Надо отметить, в связи с тем, что решение Буэнос-Айреса о национализации вызвало резко отрицательную реакцию со стороны США и Евросоюза. Испания, которая считает, что экспроприация УРБ была произведена дискриминационно и вопреки правовым процедурам, прекратила закупку биодизеля аргентинского производства, призвала лишить Аргентину таможенных льгот, а также подать на нее иск в ВТО за введенные ограничения на импорт европейских товаров. Мадрид намерен дипломатическими и юридическими способами добиваться «справедливой» компенсации.

Есть примеры принятия законов о национализации в странах СНГ. Так, 24 марта 2012 г. Казахстан впервые ввел в законодательство понятие «национализация», пообещав прибегать к ней «в крайних случаях» и выплачивать инвесторам компенсации. «Национализация - это процесс изъятия имущества, который используется только в чрезвычайных случаях, когда все другие формы изъятия или согласования с собственниками имущества исчерпаны», -объяснила министр экономического развития и торговли Жанар Айтжанова после заседания правительства Казахстана, где был представлен принятый закон.

Проблемы развития экономики в условиях мирового экономического кризиса вновь поставило вопрос о национализации и приватизации и в России [6]. При этом дискуссия по данной проблеме приобретает ныне скорее не экономический, а политический характер.

Так, сторонники национализации утверждают, что еще 20 лет назад официальная пропаганда убеждала нас, что государственное управление заведомо неэффективно и толково распоряжаться производством может только частник. Под разговоры о создании массового класса эффективных собственников в стране была наскоро проведена приватизация, впрочем, в народе ее иначе, как «прихватизация», никто не называл. Результаты «эффективного управления» не замедлили сказаться. Предприятия промышленности и сельского хозяйства пошли ко дну, в стране начались многомесячные задержки зарплат.

Уже тогда раздавались голоса, что некоторые приватизированные предприятия надо вернуть в собственность государства - национализировать. Приватизация 1990-х гг., с точки зрения сторонников национализации, обернулась разграблением страны, ее научного, промышленного, сельскохозяйственного потенциала. За эти годы прекратило свою деятельность более 75 тыс. промышленных и 29 тыс. крупных сельскохозяйственных предприятий. Промышленное производство по своим объемам откатилось на послевоенный уровень, практически уничтожены такие отрасли, как авиастроение, судостроение, машиностроение. Производительность труда понизилась более чем в два раза. Количество морских судов сократилось более чем в четыре раза, речных судов - вдвое, автобусов и трамваев - на треть, морских пассажирских судов - в три раза, речных - в два. Объемы сельхозпроизводства снизились вдвое, при этом страна потеряла продовольственную независимость, что уже угрожает национальной безопасности.

За семь лет приватизации только из-за заниженной оценки предприятий нефтяного комплекса страна потеряла сумму, равную 16 годовым бюджетам.

Кроме того, как утверждают сторонники национализации, за 20 лет (с 1992 по 2012 г.) из России было вывезено 2 трлн долл., нефтегазовые доходы и сегодня вывозятся за границу, в то время как региональные бюджеты имеют дефицит в 15 % ежегодно1.

Во время кризиса 2008-2009 гг. многие крупнейшие российские предприятия, по сути, являлись банкротами, потому что их активы не могли покрыть зарубежные долги. Например, стоимость «Евраза» Романа Абрамовича снизилась с 45 до 3 млрд долл., а его долги перед российским и зарубежным банкам составляли около 10 млрд долл. Тогда правительство из «запасного» Фонда национального благосостояния помогло его собственникам, выделив им 1,8 млрд долл. для оплаты долгов. И точно так же помогло «Мечелу» Игоря Зюзина, выделив 1,5 млрд долл. Но и госпредприятия тоже нуждались в деньгах на оплату долгов, к примеру, только одной «Роснефти» пришлось дать 4,5 млрд долл. В общей сложности, как подсчитали депутаты Госдумы, государство за кризисные годы рассчиталось по долгам российских предприятий и банков на 3 трлн руб. из бюджета и резервных фондов.

Поэтому становится понятным, что внешний долг корпораций и банков России растет на глазах и уже достиг 565 млрд долл., в то время как ее золотовалютные резервы снижаются и сейчас составляют лишь 530 млрд долл. Конечно, можно возразить, что страна не отвечает своими резервами по долгам олигархов, но, как говорят эксперты, более трети из них - это долги госпредприятий, таких как «Газпром», «Роснефть», Сбербанк и ВТБ. И по ним основным акционерам - правительству и Центробанку - придется платить «из собственного кармана», а точнее - из народного.

Есть еще один важнейший фактор, влияющий на необходимость национализации, это национальная безопасность. Дело в том, что в ходе приватизации в погоне за инвестициями большая часть собственности попадает в руки иностранных граждан. И тут уместно вспомнить слова германского канцлера Отто Бисмарка, который говорил, обращаясь к иностранным инвесторам: «. не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда они придут - не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть».

В последнее время в России проблема национализации была поднята на различных уровнях. Так, в интервью «Российской газете» глава Счетной палаты России Сергей Степашин заявил, что его ведомство готово содействовать закрытию темы «нечестной приватизации» 1990-х гг. и провести расчет разовых компенсационных взносов от новых собственников.

Степашин считает, что, в принципе, можно посчитать разницу в цене тех активов, за которую они приобретались в 1990-х гг., и их стоимость в то время на самом деле. Но сделать это, по мнению чиновника, будет непросто. Не исключено, что во многих случаях вопросы придется решать через суд.

Кстати, ранее с этой инициативой уже выступали депутаты Госдумы, предлагавшие взимать разовый налог с крупных состояний, созданных во

1 иКЬ: http://www.dal.by/news/19/16-04-12-21/

время приватизации. В январе 2012 г. за легитимизацию собственности через плату в виде налогов выступил бизнесмен Михаил Прохоров.

С еще более радикальным предложением относительно результатов приватизации выступила оппозиция. Так, КПРФ внесла в Госдуму первый законопроект, предлагающий пересмотреть итоги приватизации. 24 депутата-коммуниста во главе с лидером КПРФ Геннадием Зюгановым внесли в Госдуму законопроект о деприватизации бывшей государственной и муниципальной собственности. По мнению авторов законопроекта, «ни одна из идей приватизации выполнена не была. Частный собственник не оправдал надежды на эффективное использование государственного имущества».

В законопроекте Госдумы «Об обращении в государственную и муниципальную собственность имущества юридических и физических лиц, отчужденного из государственной и муниципальной собственности в процессе приватизации» предлагался механизм возврата имущества в государственную собственность «путем изъятия его у недобросовестных и неэффективных собственников». Внесенный проект закона, по мнению компартии, позволит повысить эффективность экономики, восстановить социальную сферу и решить социальные вопросы в полном объеме для всех граждан страны.

КПРФ считает, что для сохранения целостности России, ее обороноспособности и обеспечения неуклонного роста качества жизни всего населения страны необходимо провести национализацию, основанную на следующих принципах: законности; многоукладности экономики; справедливого возмещения; антиолигархического характера национализации; неразрывности национализации и методов налогового стимулирования экономического роста.

Автором второго законопроекта № 500676-5 был тогда еще вице-спикер Совета Федерации Сергей Миронов.

Проект закона «О возмездном изъятии (национализации) имущества социально неэффективных собственников», как известно, был внесен в Госдуму. Данный законопроект был отклонен. Можно привести различные аргументы, прозвучавшие в обсуждении этого проекта. В частности, противники национализации говорят:

1. Государство не должно поддерживать убыточные предприятия. Не зря правительство, например, Китая, на деле доказавшее свое умение управлять экономикой в условиях кризиса, вместо выделения субсидий умирающим предприятиям предпочитает создавать условия для того, чтобы они стали более прибыльными: понижать налоги и повышать внутренний спрос.

2. Национализация в российском варианте нарушает Конституцию и снижает инвестиционный потенциал страны. Любая национализация означает нарушение ранее принятых договоренностей. У нас ее понимают так: отнять предприятие за неэффективное управление.

3. Национализация способствует коррупции и непрозрачности. Консолидация с участием государства чаще всего происходит в непрозрачном пространстве. Никто не считает нужным подробно информировать бизнес-сообщество о нюансах перемещения собственности из рук в руки. При этом представители власти не говорят и о том, когда и как госкомпании начнут выходить из капитала частных игроков и будет ли оно делать это вообще. Национализированная собственность становится инструментом манипуляций.

4. Национализация - популистская мера. Она выгодна скорее власти, чем государству и рабочим. В связи с этим можно привести доводы известного экономиста, научного руководителя ВШЭ Е. Ясина. «Если вы хотите помогать - помогайте людям, не спасайте предприятия, эта истина давным-давно известная. Пожалуйста, выясните, сколько денег должны эти предприятия своим работникам. Постарайтесь сделать так, чтобы там было или банкротство, или другой способ, чтобы деньги были заплачены. В крайнем случае, эти выплаты должно взять на себя государство, органы социальной защиты. Есть пособие по безработице. Вот с моей точки зрения это нормальный выход», - добавляет экономист. Он поясняет, что при национализации предприятий государству предстоят гораздо большие расходы, поскольку ему придется платить не только рабочим, но и тем, кто управляет предприятиями, а также тем, кто поставляет на эти заводы сырье и другие ресурсы. «Платите людям. Если вы хотите, чтобы люди сами для себя что-то сделали, то вы подумайте о том, чтобы привлечь их к малому предпринимательству, открыть какие-то перспективы. Это же проще всего», - предлагает Евгений Ясин1.

Другой противник национализации В. Милов приводит в интервью газете «Известия» факты значительных успехов российской нефтяной и угольной промышленности после их приватизации. В частности, он отмечает, что, «получив нефтянку в собственность, частный бизнес за короткие сроки успел вывести ее из полуобморочного состояния в мировые лидеры: добыча выросла с 300 млн т в год до более чем 500 млн т, выведя Россию в мировые лидеры, в 2000-2004 гг. (до тех пор, пока не началась частичная ренационализация) средние темпы роста нефтедобычи составляли 8,5 % в год. Выросли инвестиции, средний дебит скважины, открывались и вводились в действие новые месторождения - все это силами частных компаний. Еще более впечатляющая история успеха - угольная промышленность. В результате приватизации и реформ удалось полностью снять угольную отрасль с иглы государственных дотаций, производительность труда за десятилетие выросла вдвое, добыча выросла почти до 350 млн т в год. Самое главное: Россия впервые за свою историю в конце 1990-х гг. стала нетто-экспортером угля, начав производить его больше, чем потребляла сама» [6].

Доводы противников национализации показывают, что в России до сих пор господствует точка зрения о большей эффективности частного бизнеса, будь это обычные предприятия или олигархически-монополистические.

Звучат и более взвешенные голоса о необходимости национализации. Так, Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации, сказал в интервью, что «прежде чем вообще обсуждать вопрос национализации, нужно оздоровить государство. Потому что у нас есть, например, такие государственные компании, как «Газпром», РАО «РЖД», «Московский метрополитен», «Росатом», «Сберегательный банк РФ», ряд других замечательных компаний. И что, они обслуживают интересы общества? Ничего подобного. Они обслуживают интересы различных групп бюрократов. Они предельно неэффективны, они совершенно не связаны с общественными интересами и пользуются государственной собственностью как «крышей» и инструментом лоббизма. Поэтому, прежде чем обсуждать, стоит ли национализировать

1 иКЬ: http://kapital-rus.ru/articles/article/135271

какой-нибудь холдинг, нужно сначала, грубо говоря, национализировать государство. Потому что государство у нас превращено в закрытое акционерное общество с неограниченной безответственностью. Если же говорить исходя из экономической теории - можно, безусловно, национализировать базовые отрасли промышленности и инфраструктуры, в частности электроэнергетику. Просто потому, что они по своей природе являются нерыночными отраслями. Естественная монополия - это сфера, в которой конкуренция невозможна по техническим причинам. Соответственно, если естественная монополия становится частной компанией или частично частной и начинает работать не ради обеспечения потребностей общества, а ради прибыли, она тем самым душит все остальное общество. Существует статистика, что в разных странах, в зависимости от уровня развития, один рубль прибыли, полученный естественной монополией, означает 3-6 рублей убытка для остальных участников рынка».

Другой участник дискуссии, известный экономист Михаил Хазин, президент консалтинговой компании «НЕОКОН», отметил, что, «если считать, что прибыль от того, что строил весь народ, должна идти всему народу, -нужно национализировать успешные предприятия. Если речь о неуспешных предприятиях, ситуация простая: их нужно банкротить и списывать долги, чтобы государство могло приобретать чистые активы. Эта схема неэффективная - с точки зрения нынешних владельцев (долги перекладывают на них), и с точки зрения держателей долгов (они несут убытки). Но она эффективна с точки зрения государства»1.

Каковы же официальные результаты дискуссии? Как известно, российское государство пока отвергло идею национализации предприятий. Госдума РФ на пленарном заседании 13 апреля 2012 г. отклонила оба альтернативных законопроекта о национализации приватизированного имущества, внесенных депутатами фракций КПРФ и «Справедливая Россия». Причем на сей раз они недобрали совсем немного голосов. Проект коммунистов о национализации, например, поддержали 206 депутатов при необходимых для его прохождения в парламенте 226 голосах.

В целом, как отмечают специалисты в области экономического права, национализация на сегодняшний день - скорее потенциальный инструмент рыночной экономики, чем реальный [7]. Более того, в настоящее время в России готовится новая приватизация, что вызвало бурю эмоций и политического противостояния в обществе. Так, до 2016 г. государство планирует выйти из уставного капитала «Зарубежнефти», «РусГидро», «ИНТЕР РАО ЕЭС», «Шереметьева», «Аэрофлота», «Россельхозбанка», «АЛРОСА», «Росагроли-зинга», «Совкомфлота», «ВТБ», «Роснефти». Госдоля будет сокращена в «Транснефти», ФСК ЕЭС, Сбербанке и др. От продажи собственности правительство планирует выручить около 300 млрд руб. в год [8].

Эта акция правительства, как известно, подверглась резкой критике среди ученых. В частности, «Российская газета» опубликовала открытое письмо директора Института экономики РАН Руслана Гринберга президенту В. Путину, где академик высказывает серьезные сомнения в своевременности начинающейся продажи пакетов акций госкомпаний. «В 90-е годы страна уже

1 иКЬ: http://otchizna.su/politics/3930

прошла через поспешно проведенную приватизацию, которая отрицательно сказалась на благосостоянии миллионов людей. Считаю эту ошибку слишком дорогой, чтобы повторять ее вновь», - отмечает Руслан Гринберг в письме к президенту» [9].

Похоже, что столь же взвешенную позицию разделяет и Президент РФ Владимир Путин: «Для нас очевидно - новая приватизация должна быть, безусловно, принята российским обществом. Это значит, что она должна быть понятной, честной и справедливой, должна быть основана на открытой, конкурентной продаже государственных активов, причем лучшему покупателю и по реальной цене. Это должна быть принципиально другая приватизация, не имеющая ничего общего с практикой залоговых аукционов и прочих сомнительных сделок, широко применявшихся в 90-е годы», - заявил В. Путин на 16-м Петербургском международном экономическом форуме [10].

Список литературы

1. Васин, С. М. Управление рисками на предприятии : учеб. пособие / С. М. Васин, В. С. Шутов. - М. : КНОРУС, 2010. - 204 с.

2. Большая экономическая энциклопедия. - М. : Эксмо, 2007. - С. 523.

3. Федеральный закон от 21.12.2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества».

4. Гражданский кодекс РФ (ГК РФ) от 30.11.1994 № 51-ФЗ. Ч. 1, гл. 15, ст. 235. «Основания прекращения права собственности». - М., 1994.

5. Шварцман, О. Партию для нас олицетворяет силовой блок, который возглавляет Игорь Иванович Сечин / О. Шварцман // Коммерсантъ. - 2007. - № 221 (3797). -30 ноября.

6. Нужна ли нам национализация // Российская газета. - 2012. - 19 марта.

7. Национализация - плохое слово. Политик В. Милов - о том, надо ли пересматривать результаты приватизации // Известия. - 2013. - 5 апреля.

8. Губин, Е. П. Национализация как инструмент государственного регулирования рыночной экономики / Е. П. Губин // Российский судья. - 2005. - № 2. - С. 42-46.

9. Гудкова, В. Как произойдет новая приватизация? / В. Гудкова // Аргументы и факты. - 2012. - № 26.

10. Выступление Президента РФ В. В. Путина на 16-м Международном экономическом форуме в С.-Петербурге // Российская газета. - 2012. - 22 июня.

References

1. Vasin S. M., Shutov V. S. Upravlenie riskami na predpriyatii: ucheb. posobie [Risk management at an enterprise: tutorial]. Moscow: KNORUS, 2010, 204 p.

2. Bol’shaya ekonomicheskaya entsiklopediya [Great economic encyclopedia]. Moscow: Eksmo, 2007, p. 523.

3. Federal law from 21.12.2001 № 178-FZ “On privatization of state and municipal property”.

4. Civil code of the Russian Federation from 30.11.1994 № 51-FZ. Part 1, chapter 15, point 235 “Grounds for property rights termination”. Moscow, 1994.

5. Shvartsman O. Kommersant" [Businessman]. 2007, no. 221 (3797), 30 November.

6. Rossiyskayagazeta [Russian newspaper]. 2012, 19 March.

7. Izvestiya [News]. 2013, 5 April.

8. Gubin E. P. Rossiyskiy sud’ya [Russian judge]. 2005, no. 2, pp. 42-46.

9. Gudkova V. Argumenty i fakty [Arguments and facts]. 2012, no. 26.

10. Rossiyskaya gazeta [Russian newspaper]. 2012, 22 June.

Шутов Владимир Сергеевич

кандидат исторических наук, доцент кафедра управления бизнесом, Пензенский государственный университет

(Россия, г. Пенза, ул. Красная, 4G) E-mail: spayk1984@mail.ru

УДК 338.24 Шутов, В. С.

Смена форм собственности как инструмент антикризисной политики государства / В. С. Шутов // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. - 2013. - № 4 (28). - С. 254-265.

Shutov Vladimir Sergeevich Candidate of historical sciences, associate professor, sub-department of business administration, Penza State University