Гуманитарная миссия АРА в советской России: начало взаимодействия

УДК 364.044.68

ГУМАНИТАРНАЯ МИССИЯ АРА В СОВЕТСКОЙ РОССИИ: НАЧАЛО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

© 2009 Ю.Ю. Аншакова

Поволжский филиал Института российской истории РАН, г. Самара

Поступила в редакцию 17.02.2009

Американская администрация помощи - неправительственная благотворительная организация, оказывавшая продовольственную помощь голодающим регионам России в 1921-1923 гг. Статья посвящена истории развития АРА как благотворительной организации, а также условиям, в которых устанавливались контакты АРА и советского правительства летом 1921 г.

Ключевые слова: Американская администрация помощи, голод 1921-1922 гг., Максим Горький, Герберт Гувер.

Начало 1920-х гг. стало для России временем глубочайшего кризиса, одним из важнейших факторов которого стал голод, охвативший территорию более 30 губерний; по разным оценкам, голодало от 25 до 40 миллионов человек, из них не менее 5 миллионов умерло от голода1. Во время голода в России работал целый ряд иностранных благотворительных организаций, среди которых особо следует выделить Американскую администрацию помощи (АРА, от ARA - American Relief Administration). За период с сентября 1921 по июнь 1923 г. АРА оказала Советской России колоссальную помощь продовольствием, медикаментами, одеждой и т.д. На пике своей активности (лето 1922 г.) АРА ежедневно обеспечивала продовольствием около 10,5 миллионов взрослых и детей. Итоги деятельности АРА в России (Советском Союзе) выражаются в следующих цифрах: было поставлено 709 507 тонн продовольствия, 601 тонна мыла, 6 478 тонн грузов медицинского назначения, 2 184 тонны одежды, что в целом составило 718 770 тонн. Общая сумма расходов АРА составила 61 566 231,53 доллара, расходы советской стороны оцениваются в 13 960 850 долларов, включая работу портов, железнодорожного, водного, автомобильного и гужевого транспорта, свет, водоснабжение, топливо, работу кухонь, телефон и телеграф, размещение американского персонала и т.д. Кроме того, около 4 750 000 долларов израсходовали аффилированные с АРА организации. В целом, помощь АРА составила около 80% от всей зарубежной помощи, оказанной России2. Данная статья посвящена аспектам, которым в отечественной историографии уделено недостаточно внимания - истории АРА как благотворительной организации, а также условиям, в которых устанавливались контакты АРА и советского правительства летом 1921 г.

Аншакова Юлия Юрьевна, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник. E-mail pfiri@ssc.smr.ru

13 июля 1921 г. Максим Горький по просьбе советского правительства выступил с обращением "Ко всем честным людям", в котором призывал оказать помощь в борьбе с голодом: "Хлебородные степи Юго-Востока России поражены неурожаем, причины его - небывалая засуха. Несчастие грозит миллионам населения России смертью от голода. Напомню, что народ русский сильно истощен влияниями войны и революции и что степень его сопротивления болезням, его физическая выносливость - значительно ослаблена. Для страны Льва Толстого и Достоевского, Менделеева и Павлова, Глинки и других всемирно ценных людей наступили грозные дни, и я смею верить, что культурные люди Европы и Америки, поняв трагизм положения русского народа, немедленно помогут ему хлебом и медикамента-ми..."3. Аналогичное обращение к епископу Нью-Йоркскому и архиепископу Кентерберийскому по просьбе писателя подписал и патриарх Тихон4.

Примечательно, что это было не первое и не последнее обращение знаменитого писателя с призывом помочь России - факт, редко упоминающийся в биографиях писателя. Так, еще весной 1921 г. "Нью-Йорк Таймс" писала: "Максим Горький снова опубликовал призыв ко всему миру помочь голодающим российским ученым. и присылать помощь на его имя в Петроградский дом ученых, в котором некоторые нашли приют, и выдается пища приблизительно 4,5 тысячам". В статье от 19 июля 1921 г. упоминаются обращения Горького "во имя мертвых русских писателей (видимо, имеются ввиду упомянутые в цитированном выше тексте Достоевский и Л. -Толстой - Ю.А.) к Герхарту Гауптману, Анатолю Франсу и Бласко Ибаньесу", а также к народу Германии. Попутно "Нью-Йорк Таймс" отметила, что призыв Горького к немцам с просьбой помочь голодающей России нашел отклик лишь у коммунистической "Роте Фане". Так, одна из

немецких газет писала: "Нам нечего дать, а если бы было, мы бы не рискнули этого сделать. Возможно, так оно лучше. Ужасные страдания, претерпеваемые русскими, вызваны большевизмом, и они должны пройти своим чередом. Мы же должны наблюдать со стороны, когда эта оргия сама придет к своему концу"5.

Анатоль Франс, нобелевский лауреат по литературе за 1921 г., пожертвовал свою премию на помощь голодающим России.

Информация о голоде не была новой для зарубежной прессы. Так, та же "Нью-Йорк Таймс" писала в июне 1921 г., ссылаясь на советскую прессу, что без урожая остались Уфа, Самара, Симбирск, Вятка, Пермь, Казань и Северный Кавказ, в результате чего 25 миллионам человек угрожает голод6.

В переданной из Парижа статье журналиста Уолтера Дюранти от 20 июля, вышедшей под заголовком "Русские крестьяне боятся гнева божьего" воссоздана трагическая и отчасти удивительная картина наступающей катастрофы: "дороги, ведущие на запад, переполнены несчастными беженцами, чьи повозки, набитые пожитками, детьми и стариками, тащат похожие на скелеты лошади и быки, у которых кости просвечивают сквозь кожу. К страданиям от голода добавляется жажда с ее муками, и, по оценкам, лишь 5% этих несчастных людей выживут в этом отчаянном путешествии. Даже в Москве продовольственные запасы, по сообщениям вернувшихся оттуда, ужасающе сократились. Соленая сельдь и жидкая каша из пшена, пшеницы или овса - вот единственная пища большинства населения с ранней весны. Регионы, пострадавшие от засухи, представляют собой чудовищную картину. Под стальным небом - иссушенные поля и засохшая на корню пшеница. Почва покрылась длинными трещинами, так что напуганным крестьянам кажется, будто сама земля разверзла уста, чтобы поглотить их". По словам Дюранти, эта трагедия может привести к важному политическому результату: "сообщают", что русские, считающие засуху и голод наказанием божием, в порыве религиозного чувства сметут последние остатки Советской власти "как ураган солому", и единственной центральной властью в ситуации всеобщей анархии может стать патриарх Тихон7. В статье от 22 июля Дюранти указал и на источник этих "сообщений": по его словам, свои главные надежды русские эмигранты в Париже связывают с Русской православной церковью: с падением советского режима власть возьмет в свои руки патриарх Тихон, пока новое Учредительное собрание не определит будущую форму правления в России8. Этим статьям в европейской и американской прессе аккомпанировали материалы, рисовавшие картины крестьянских восста-

ний, студенческих волнений и т.д., создававшие у читателей ощущение, будто советская власть висит на волоске, и дни ее сочтены. Кстати, подобным образом - как проявление слабости и отчаяния большевиков - интерпретировались и первые преобразования нэпа.

Заметим, что подобные публикации в зарубежной прессе могли только усугубить и без того тяжелое положение находившегося под домашним арестом патриарха, а дело помощи голодающим России, еще и не начавшись, приобрело ярко выраженную политическую окраску. Неудивительно и то, что начавшаяся вскоре кампания по изъятию церковных ценностей в пользу голодающих стала и кампанией по дискредитации церкви, подрыву ее морального влияния на верующих. Тем не менее, на первых порах советское правительство охотно использовало в своих интересах международный авторитет и Максима Горького, и патриарха Тихона.

25 июля "Нью-Йорк Таймс" напечатала текст обращенной Горькому телеграммы от Герберта Гувера (телеграмма была отправлена 23 июля), председателя Американской администрации помощи и министра торговли США. Горький добился главного - на его призыв откликнулся руководитель единственной организации, которая была способна оказать масштабную гуманитарную помощь, сопоставимую с переживаемыми Россией бедствиями. Можно сказать, что из всех многочисленных благотворительных акций Максима Горького эта потребовала менее всего усилий и дала наибольший результат.

До I Мировой войны Герберт Кларк Гувер (1874-1964; в 1929-1933 - президент США) был преуспевающим горным инженером. С 1902 по 1908 гг. он в качестве партнера британской управляющей компании учредил либо реорганизовал горнодобывающие компании в 16 странах. Впоследствии он работал, в частности, на Урале, в Кыштыме, где провел крайне успешную финансовую, технологическую и управленческую реорганизацию. Вскоре после начала I Мировой войны к Гуверу, находившемуся тогда в Лондоне, обратился американский посол с просьбой организовать репатриацию соотечественников, оказавшихся в Европе (около 100 тысяч человек) и не имевших возможности уехать на родину самостоятельно. Уже к концу сентября 1914 г. задача была выполнена, а для Гувера началась новая - и чрезвычайно успешная - карьера в сфере гуманитарной деятельности. Гувер возглавил нейтральную Комиссию помощи Бельгии (КПБ), в задачу которой входило оказание продовольственной помощи жителям оккупированной страны. Деятельность КПБ, получавшей финансирование от США, Великобритании и

Франции, стала новым этапом в истории благотворительности, выведя ее на иной и количественный, и качественный уровень: для Гувера и в этой сфере главными принципами были эффективный менеджмент, системность, высокий "коэффициент полезного действия", строгая финансовая отчетность и т.п. Сравнительно небольшой штат КПБ, который составили знакомые Гувера по бизнесу, офицеры американской армии, стипендиаты Родса (американцы, получившие стипендию для обучения в Оксфорде), работал как часы и беспрекословно подчинялся "шефу" (так между собой называли Гувера его подчиненные). За 4 с половиной года КПБ оказала помощи более чем на 880 миллионов долларов - сумму, превышавшую бюджет США за любой предвоенный год. Герберт Гувер получил всемирную известность как гуманитарный деятель, "спаситель Бельгии", а также возможность продолжить политическую карьеру на самом высоком уровне9.

В мае 1917 г. Гувер по просьбе президента Вильсона возглавил военно-продовольственное ведомство США, в ноябре 1918 г. участвовал в работе американской делегации на мирной конференции в Париже. Обсуждение союзниками вопросов продовольственного снабжения европейских стран завершилось созданием совета по оказанию гуманитарной помощи странам Европы, который возглавил Герберт Гувер. За 9 месяцев после заключения Версальского мира он организовал доставку помощи странам Европы на общую сумму приблизительно в 1 миллиард долларов, что составило более 4 миллионов тонн продовольственных и иных грузов. Кроме того, по предложению Гувера зимой 1919 г. президент Вильсон издал указ о создании с целью оказания помощи странам Европы независимой американской благотворительной организации, деятельность которой финансировалась из средств, выделяемых конгрессом. Генеральным директором Американской администрации помощи стал Герберт Гувер. В середине 1919 г. АРА сменила статус, превратившись из официального государственного агентства в неправительственную благотворительную организацию, пользовавшуюся, тем не менее, поддержкой и президента, и конгресса10. В течение двух последующих лет АРА оказывала продовольственную помощь детям в 21 стране Европы и Ближнего Востока, сумма расходов превысила 150 миллионов долларов. Костяк АРА составили сотрудники КПБ и военно-продовольственного ведомства, а также демобилизовавшиеся из армии и флота офицеры, многие из которых, побывав в Европе, жаждали продолжения приключений и отнюдь не стремились вернуться домой к рутинной мир-

ной жизни11. Этим, кстати, объясняется высокий процент военных в составе миссии АРА в России - факт, который постоянно в советской историографии ставился организации в упрек и служил доказательством ее контрреволюционных намерений12. Однако именно военные гарантировали высокую эффективность и четкость работы механизма АРА.

У миссии АРА в Европе, помимо чисто гуманитарных, были и другие цели: ускорить послевоенное восстановление Европы, сбыть излишние запасы зерна, образовавшиеся благодаря не совсем верным расчетам Гувера как главы военно-продовольственного ведомства. Кроме того, по его мнению, продовольственная помощь была лучшим противоядием против "большевистской заразы", так как сам большевизм, как полагал Гувер, был прямым следствием социальных неурядиц и голода13.

Стоит отметить, что в весной 1919 г. Гувер через Ф. Нансена предложил продовольственную помощь советскому правительству на условиях прекращения боевых действий и революционной пропаганды на Западе, а также установления контроля над российской транспортной системой. Данные условия были резонно сочтены неприемлемыми, и предложение было отвергнуто. Летом и осенью 1919 г., во время наступления на Петроград, АРА снабжала продовольствием, одеждой и бензином армию Юденича. Эти и другие "контрреволюционные грехи" АРА были прекрасно известны советскому правительству. Но сколь бы нежелательным для советского правительства ни было обращение к АРА, только эта организация, как уже отмечалось, располагала ресурсами, соответствовавшими масштабам постигшего Россию бедствия.

Итак, 23 июля Герберт Гувер ответил на послание Максима Горького. Главным условием для начала переговоров было названо освобождение американских заключенных из советских тюрем. В случае выполнения этого условия Гувер обещал, что АРА окажет гуманитарную помощь 1 миллиону детей - независимо от их расы, религии или социального и политического положения. Уже в связи с самой предполагаемой работой АРАв России были выдвинуты следующие условия (из них практически все были стандартными для работы АРА в Европе): официальное обращение советского правительства за помощью, обеспечение свободного въезда, выезда и передвижения по России для всех представителей АРА, предоставление бесплатных транспортных средств для перевозки грузов АРА, право на организацию местных комитетов по распределению помощи без какого-либо вмешательства со стороны официальных влас-

тей, и некоторые другие14. Примечательно высказанное "Нью-Йорк Таймс" по этому поводу замечание: АРА обещает, что помощь детям ни в коем случае не будет распространена на взрослых, так что "советская власть не сможет вербовать новые армии из окрепших на американских продуктах мужчин"15. А уже в декабре 1921 г. американский конгресс одобрил инициированное Гувером выделение 20 миллионов долларов на продовольственную помощь взрослым - столь катастрофическими в реальности оказались размеры голода.

Телеграмма Гувера была получена 26 июля, а 28 июля через Горького был отправлен официальный ответ советского правительства, подписанный Л. Каменевым, с предложением приступить к переговорам16.

Примечательно, что предварительное условие было выполнено советскими властями без каких-либо дискуссий по этому поводу. В конце июля - начале августа освободили 8 человек, среди них - Маргерит Харрисон, шпионку, работавшую на американскую военную разведку, но в американской прессе фигурировавшую в качестве журналистки "Балтимор Сан", храброй женщины, отправившейся в Европу "помогать американским солдатам и оказавшейся в России, где ее посадили в тюрьму"17.

Между тем, еще в июне 1921 г. ряд общественных деятелей, в частности, С.Н. Прокопович, министр продовольствия во Временном правительстве, его супруга Е.Д. Кускова и другие, обратились к советскому правительству с предложением о создании общественного комитета по борьбе с голодом. Посредником и здесь выступил Максим Горький, с которым была знакома Е.Д. Кускова. Создание "буржуазного" комитета помощи, с точки зрения властей, могло облегчить установление контактов с иностранными правительствами, поэтому 21 июля 1921 г. декретом ВЦИК был создан общественный Всероссийский комитет помощи голодающим (Всепомгол)18. Как писал в "Правде" Карл Радек, "во всяком случае, это сотрудничество удовлетворит потребности буржуазных правительств в "общественных элементах", которые они желают видеть приобщенными к работе, чтобы спокойно и смело оказывать помощь голодающим российским крестьянам"19.

В состав Всепомгола вошли С.Н. Прокопо-вич и Е.Д. Кускова, кадеты Ф.А. Головин и Н.М. -Кишкин, В. Фигнер, М. Горький, К.С. Станиславский, писатель Б. Зайцев, академик С.Ф. -Ольденбург, экономисты Н.Д. Кондратьев, А.В. Чаянов, Н.Н. Кутлер и многие другие выдающиеся деятели политики, науки и искусства, а также 12 человек от правительства. Возглавлял Всепомгол Л.Б. Каменев, почетным председателем избрали В.Г. Короленко.

Правда, просуществовал Всепомгол недолго. Эмигранты теперь уже не в патриархе Тихоне, а во Всепомголе видели силу, способную подхватить выпадающую из рук большевиков власть. В тех же амбициях подозревали организацию и советские власти. 26 августа 1921 г., спустя несколько дней после подписания соглашения с АРА и за день до приезда в Москву первых американцев, В.И. Ленин направил И.В. Сталину письмо, в котором предлагалось распустить Все-помгол, Прокоповича арестовать, а остальных выслать из Москвы: "Иностранцы начнут приезжать, надо "очистить" Москву от "Кукишей" и прекратить игру (с огнем)"20. 27 августа арестовали, а впоследствии отправили в ссылку большинство членов Всепомгола "от общественности". Горький, которого Б. Зайцев после этого назвал провокатором, конечно, таковым не являлся. Все годы после революции Горький только и занимался тем, что спасал, кормил, находил работу многим писателям и ученым. И хотя главной причиной отъезда писателя из России осенью 1921 г. была его болезнь (Горький постоянно кашлял кровью, практически все отмечали его болезненную худобу и сильное нервное истощение), именно разгон Всепомгола и расправа над его участниками определили дату отъезда, подведя жирную черту под иллюзией "дружбы" писателя с Лениным21.

10 августа в Риге начались переговоры между АРА и советской делегацией, которые завершились 20 августа подписанием Рижского договора, оформившего условия работы АРА в России. Ход переговоров практически не освещался в советской прессе, однако, еще до их начала систематически стали появляться публикации, в задачу которых входило разоблачение реваншистских планов белой эмиграции, связанных с оказанием иностранными державами продовольственной помощи России. Так, К. Радек в статье "Белые шакалы", анализируя материалы эмигрантской прессы, писал, что главная цель русской контрреволюции - "бросить на голодающую Советскую Россию войска Антанты; путь к этой цели - обещание хлеба, под условием, что Советская Россия позволит международной контрреволюции создать на русской территории органы переворота"22. Выводы Радека о "второй интервенции" не были беспочвенными. Представители русской эмиграции исходили из того, что в России при острой нехватке продовольствия его распределение стало в руках большевиков орудием политической борьбы: отказом в пайке (пайки выдавались служащим, а при приеме на работу, как известно, учитывалось социальное происхождение и прошлая биография) можно было уничтожить саму возможность сопротив-

ления. Соответственно, "чем шире и свободнее будет проходить распределение и чем независимее от большевистских властей, тем независимее будут и действия граждан, и тем более они будут способны к объединению и сопротивлению"23.

Этот отрывок из письма бывшего посла Временного правительства в США Б.А. Бахметева видному деятелю кадетской партии В.А. Маклако-ву делает понятной позицию и советской власти, и АРА. С одной стороны, не зависевшие от советской власти структуры по распределению продовольствия действительно могли стать "контрреволюционными ячейками". Совсем откровенно эти страхи власти были озвучены в "Правде" от 13 августа: "Вот этот расчет: создать международную (т.е. из капиталистов разных стран состоящую) организацию "помощи", собрать два с половиной пуда хлеба, прокричать, что собраны миллионы пудов, и затем обратиться к русскому народу и сказать: хочешь хлебца - давай все золото! Хочешь хлебца - впусти к себе всех генералов! Хочешь, -милый, несчастный, - поесть - свертай советы, пусти нас управлять: мы тебе еще хлеба дадим! Хочешь, бедный, еще кусочек - сдавай свои позиции, протягивай шею в хомут!"24.

С другой стороны, справедливыми были и мнение эмигрантов об особо уязвимом, в том числе и в продовольственном вопросе, положении так называемых "бывших", и опасения руководства АРА, что продукты, если их передать в руки большевиков, будут распределяться по принципу лояльности советской власти.

Так что неудивительно, что вопрос о формировании местных комитетов стал одним из камней преткновения в ходе рижских переговоров. В конечном итоге глава советской делегации М.М. Литвинов согласился на следующий компромиссный вариант: АРА имеет право создавать необходимые для выполнения своей работы организации без какого-либо вмешательства со стороны правительства, а центральные или местные органы советской власти имеют право быть в них представленными (п. 12 Рижского догово-ра)25. Стороны подошли к переговорам полные вполне объяснимых опасений, и только опыт работы мог показать, насколько им было суждено реализоваться. А опыт в конечном итоге показал, что настойчивость АРА в этом вопросе диктовалась не желанием вскормить контрреволюционное подполье, а стремлением оказать продовольственную помощь действительно всем, а не только угодным советской власти. Это довольно быстро стало ясно и большевистскому руководству. К примеру, в информационном бюллетене НКИД РСФСР от 17 октября 1921 г. отмечалось, что АРА и американское правительство считают "крупную буржуазную помощь го-

лодающим своего рода агитацией против советского строя", а также попутно рассчитывают через сотрудников АРА собрать и пополнить необходимую информацию о России, при этом "нет никаких оснований подозревать ни со стороны амер[иканского] правительства], ни со стороны Гувера использовать организацию Гувера и пребывание ее агентов в России в прямых контрреволюционных целях"26.

Выводы наркомата иностранных дел перекликаются со взглядами самого Герберта Гувера в отношении целей его миссии в России. Как отмечает американский исследователь Бертран -Патенод, Гувер совершенно не собирался оказывать какую-либо непосредственную помощь контрреволюционному подполью, более того, жестко настаивал на строгом соблюдении сотрудниками АРА нейтралитета и постоянно напоминал о недопустимости даже высказываний политического характера. В его представлении, АРА достигнет своих политических целей в России не под прикрытием, а посредством гуманитарной помощи голодающему населению: как только голод будет побежден, народ сам свергнет правительство большевиков, а образцовая работа АРА только подчеркнет неэффективность советской системы и тем самым ускорит неизбежный процесс политического "выздоровления" народа27. И эта цель советскому правительству была ясна, вероятно, с самого начала, поэтому все время работы АРА в России велась соответствующая контрпропаганда: власти крайне скупо освещали работу организации, представляли в неблагоприятном свете, не упускали случая подвергнуть критике, приписывали ее заслуги себе и т.д.

Но, по-видимому, и Гувер, и советские власти в целом переоценили степень сознательности населения: для подавляющего большинства важным было само продовольствие и спасение жизни, а политическая борьба и собственно Америка не имели никакого значения (кстати, многие американцы отмечали, что далеко не все крестьяне - а именно они были основными получателями помощи - знали, что такое Америка28). Деятельность АРА в России, учитывая ее масштабный и системный характер, способствовала выходу из острейшего кризиса, преодолению разрухи и, в конечном итоге, укреплению власти большевиков.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1 Журкин А. Американская администрация помощи в России. К истории советско-американских отношений в 1921-1922 гг. // История мировой культуры: традиции, инновации, контакты. М., 1990. С. 78.

2 Fisher H. The Famine in Soviet Russia. 1919 - 1923. The

Operations of the American Relief Administration. N.Y., 1927. P. 553-554, 557.

3 Documents of Soviet-American Relations. Ed.H. J. Holdberg, J.K. Libbey. Vol. 1. Academic International Press, 1993. P. 198; The New York Times. 1921. July 31. Русский текст цит. по: Иванова Е. Филантропы больше, чем гангстеры // Родина. 2008. №9. С. 73. Данный текст представляет собой черновик, который почти полностью совпадает с англоязычным текстом обращения; официальный текст на русском языке неизвестен.

4 С 1898 по 1906 г. епископ, а затем архиепископ Тихон являлся главой русской православной церкви в Северной Америке; в статье "Патриарх Тихон вынужден отречься" от 18 мая 1922 г. "Нью-Йорк Таймс" пишет, что с начала голода патриарх многократно обращался с призывами о помощи к своим духовным друзьям в Америке, одним из которых является и епископ Нью-Йорка Мэннинг.

5 Russians Plead for Famine Relief // The New York Times. 1921. July 19. Выделение наше - Ю.А.

6 25,000,000 Russians Threatened with Famine // The New York Times. 1921. June 29.

7 Duranty W. Russian Peasants Fear Divine Wrath // The New York Times. 1921. July 20. Уолтер Дюранти - британский журналист, в 1922-1936 гг. являлся руководителем московского бюро "Нью-Йорк Таймс".

8 Duranty W. Starving Russians Seek Mythical Aid // The New York Times. 1921. July 22.

9 Weissman B. Herbert Hoover and Famine Relief to Soviet Russia, 1921-1923. Stanford, 1974. P. 19-27.

10 Weissman B. Herbert Hoover and Famine Relief to Soviet Russia. P. 28; Patenaude B.M. Herbert Hoover's Brush with Bolshevism // Kennan Institute Occasional Papers. #248. June 1992. P. 1-2.

11 Childs J. Rives. Red Days in Russia // Hoover Institution Archives. ARA Russian Unit. Box 7. Folder 12. P. 44-45, 72.

12 См. об этом: Макаров В., Христофоров В. Гангстеры и филантропы. АРА под зорким наблюдением чекистов // Родина. 2006. №8. С. 79-85.

13 См. об этом: Patenaude B.M. The Big Show in Bololand: the American Relief Expedition to Soviet Russia in the Famine of 1921. Stanford, 2002. Chapter 2.

14 Документы внешней политики СССР! М., 1960. Т. 4. С. 246.

15 Gorky Thanks Hoover // The New York Times. 1921. July 29.

16 Hoover Takes Steps to Relieve Russia // The New York Times. 1921. August 2.

17 The New York Times. 1921. July 31.

18 См. об истории Всепомгола подробнее: Макаров В.Г., Христофоров В.С. К истории Всероссийского комитета помощи голодающим // Новая и новейшая история. 2006. №3. С. 198-205.

19 Радек К. Мы, голод и они // Правда. 1921. 2 августа.

20 Ленин В.И. Письмо И.В. Сталину // Полн. собр. соч. Т. 53. С. 142. "Кукиш" - язвительное прозвище для Все-помгола, образованное от фамилий Кусковой и Киш-кина. Выделение наше - Ю.А.

21 См. об этом также: Басинский П.В. Горький. М., 2006. С. 364-366.

22 Радек К. Белые шакалы // Правда. 1921. 31 июля.

23 Цит. по: Иванян Э.А. У истоков советско-американских отношений. М., 2007. С. 303.

24 Спекуляция на голоде и международный пролетариат // Правда. 1921. 13 августа.

25 Текст Рижского договора см. в : Документы внешней политики СССР. М., 1960. Т. 4. С. 281-286.

26 Советско-американские отношения. Годы непризнания. 1918-1926. М., 2002. Док. №139. С. 197-198.

27 Patenaude B.M. The Big Show in Bololand. P. 42-43.

28 См. об этом: Аншакова Ю.Ю. Советская Россия начала 1920-х годов глазами американского очевидца // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. 2008. Т. 10. №4. С. 1085.

THE ARA HUMANITARIAN MISSION IN RUSSIA: FIRST STEPS TOWARDS INTERACTION

© 2009 Yu.Yu. Anshakova

Volga Branch of Institute of Russian History, Russian Academy of Sciences, Samara

American Relief Administration was a nongovernmental philanthropic organization, which provided humanitarian help to the starving people of Russia in 1921-1923. The paper treats the history of the ARA as a relief body as well as conditions in which in the summer of 1921 the first contacts of the ARA and the Soviet government took place..

Key words: American Relief Administration, famine of 1921-1922, Maxim Gorky, Herbert Hoover.

Yulia Anshakova, Candidate of History, Senior Fellow. E-mail pfiri@ssc.smr.ru