Историческая эволюция правового механизма противодействия незаконной охоте в России

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Теория и история государства и права

УДК 349.41

A.A. Бакуменко*, И.А. Соболь**

Историческая эволюция правового механизма противодействия незаконной охоте в России

Выявлены основные тенденции развития правового механизма противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира. Рассмотрены основные этапы формирования законодательства в сфере противодействия незаконной охоте.

Ключевые слова: историческая эволюция правового механизма противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира; незаконная охота.

A.A. Bakumenko*, I.A. Sobol**. Historical evolution legal mechanism combating illegal hunting in Russia. The main trends in the legal mechanism to combat crime in the use of animals. The main stages of legislation in the sphere of combating illegal hunting.

Keywords: historical evolution of the legal mechanism to combat crime in the use of wildlife, illegal hunting.

Развитие правового механизма воздействия на общественные отношения в сфере взаимосвязей общества и природы происходит в нашей стране на протяжении многих веков. Каждому этапу эволюции данного механизма были свойственны определённые черты, которые обусловливались многими факторами — политическими, экономическими, социальными, природными и т.д.

Наглядной иллюстрацией таких изменений можно считать становление и развитие правового механизма противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира, поскольку наша страна прошла долгий путь, на протяжении которого сказочное изобилие ресурсов животного мира постепенно сменялось истощением их в связи с ростом численности населения, появлением сравнительно крупных городов, наступлением человека на природные экосистемы. Это приводило к разрушению среды обитания объектов животного мира, обеднению его видового состава, миграции животных в северные и восточные районы страны.

Если в древности основным мотивом противодействия незаконной охоте было стремление собственника уберечь своё имущество (в данном случае популяции диких зверей) от посягательств на него; в новое время, а особенно в пореформенный период, общество и государство стремились сохранить генетический фонд фауны, восстановить утраченные популяции. На этом фоне формировался правовой механизм противодействия незаконной охоте. Исследование основных тенденций его эволюции, анализ положительного опыта деятельности государства и общества в данной сфере имеет большое значение для решения современных проблем рационального использования, охраны и воспроизводства природных ресурсов.

Охотничий промысел является одним из самых древних занятий человека. Для наших предков он был первым способом добывания белковой пищи и средством приобретения материалов для изготовления одежды. О важности охоты для народов Древней Руси мы можем судить хотя бы по тому, что наименование одной из первых русских денежных единиц («куна») происходит от названия продукта охоты — куницы [1, с. 15].

Под правовым механизмом противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира нами понимается исторически сложившийся организационно-юридический комплекс,

* Бакуменко, Анна Андреевна, юрист Благотворительного фонда «Константиновский», кандидат юридических наук. E-mail: bakumenkoanna@inbox.ru.

** Соболь Иван Абрамович, профессор кафедры конституционного и международного права Санкт-Петербургского университета МВД России доктор юридических наук, профессор. E-mail: ivansobol@mail.ru.

* Bakumenko Anna Andreyevna, Lawyer of the Charitable Fund «Constantine», PhD. E-mail: bakumenkoanna@inbox.ru.

** Sobol, Ivan Abramovich, professor of constitutional and international law department, St. Petersburg University Ministry of Interior Affairs of Russia, doctor of legal sciences, professor. E-mail: ivansobol@mail.ru.

© Бакуменко А.А., Соболь И.А., 2012

предполагающий закономерное сочетание применяемых государством способов и методов правового регулирования общественных отношений в области охраны диких животных с учетом рационального, комплексного использования и воспроизводства ресурсов животного мира. Основными направлениями противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира, как это исторически сложилось, выступают средства уголовно-правового характера, включая превентивные мероприятия, пресечение правонарушений и привлечение виновных к ответственности. Важным условием противодействия незаконным посягательствам на диких животных выступает развитие норм законодательства в этой сфере. Этой проблеме в основном посвящена настоящая статья.

Начало формирования правового механизма противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира было положено в процессе закрепления норм обычного права в правовых актах Древней Руси. Уже первые источники права в нашей стране предусматривали наказание за нарушения правил охоты. Древнейшим актом выступает «Русская Правда» (ХІ—ХІІІ вв.). За нарушение права охоты, за воровство дичи, собак и ловчих птиц предусматривались штрафы: за порчу «перевеса» — 3 гривны князю и одну гривну владельцу «перевеса»; такой же штраф уплачивался виновным в воровстве дичи из чужого «перевеса» и за хищение ястреба, сокола и охотничьей собаки; по 9 кун платил виновный в воровстве голубя и куропатки и по 30 кун — за воровство гуся, утки, лебедя и журавля; за воровство бобра уплачивался штраф 12 гривен. Наконец, если в чьем-нибудь владении оказывалась изрытой земля, находили сети или другие признаки «воровской» ловли, то община местности, где это обнаруживалось, должна была разыскать виновного или уплатить штраф в размере 12 гривен [2, с. 51].

Во времена Ивана Грозного также проводились мероприятия по охране заповедных лесов, рек и пушных зверей. Строго охранялась монополия государства на поставку на внешний рынок шкурок соболя. Иван Грозный ввел самый суровый вид наказания за нарушение норм охраны заповедных лесов и пушных зверей — сечение головы. В источниках более позднего времени содержатся нормы, которые расширяют возможности государства в сфере регламентации охоты. Так, Соборное Уложение царя Алексея Михайловича XVII в. налагало на браконьеров и нарушителей права охоты штрафы — «доправки», но в то же время грозило и телесным наказанием: «Кто учинит какое-то ни было насильство в чужой приваде — прикормит, станет отгонять, стрелять или ловить птиц, — с того с суда сыщится про то его насильство до пряма, и на нем велети истцов иск доправити по сыску отдати истцу» [3, с. 584].

Соборное Уложение устанавливало также определенные правила охоты. Так, запрещалась охота на бобров с использованием капканов, не разрешалось отгонять этих животных с тех земель, где они находились (гл. X, ст. 214). Издавались и другие акты. Известно, что владения Троице-Сергиева монастыря в Угличском уезде (и приписного к нему монастыря Рождества Христова в селе Прилуки) по рекам Волге, Корожечне и Пукше по грамотам Василия II также были ограждены от «въездов» великокняжеских бобровников и рыболовов. Царским указом 1680 г. запрещалась охота в окрестностях Москвы. В этом акте говорилось, что «сокольничим, стряпчим и дворянам московским, и жильцам, и всяких чинов людям», чтобы «около Москвы в ближних местах с людьми своими на полях и в них со псовою охотою не ездили, и из пищалей ни по каким птицам не стреляли, и людей своих до того же не посылали» [4, с. 156].

Подобная политика продолжалась и в XVIII в. В 1728 г. было подтверждено запрещение охотиться в окрестностях Первопрестольной, в зоне, ограниченной 30 верстами от Москвы. В 1738 г. этот радиус был увеличен до 50 верст, а в 1741 г. — до 100 верст. Указ от 18 сентября 1732 г. запрещал охоту в Санкт-Петербурге и его окрестностях. В 1737 г. был установлен «100-вёрстный» радиус запретной для охотников зоны с центром в Северной столице, о чём также говорилось и в Указе от 1 декабря 1741 г. [5, с. 75].

Первый российский закон об охоте был принят 17 июля 1763 г. Он запрещал охоту на всех зверей, кроме хищников, в период размножения — с 1 марта по 29 июня. Конкретные санкции за нарушение закрепленных им норм (штраф 500 руб. или конфискация орудий незаконной охоты) были введены намного позже — в 1831 г. [6]. Началом 1731 г. датируется основание «Зверинца» — первой заповедной территории в Поволжье на реке Мечетной вблизи Царицина, где во исполнение указа Петра I осуществлялась охрана объектов животного мира и откуда в Санкт-Петербург ежегодно поставлялось 10 кабанов, 20 диких коз, 10 сайгаков и 100 пар серых куропаток живьем. В 1737 г. в пригородах Санкт-Петербурга началось плановое разведение зайцев [7, с. 165].

Следующий этап в процессе формирования механизма уголовной ответственности за незаконную охоту начался с принятия в 1848 г. Уложения о наказаниях уголовных и исправительных [4, с. 156]. В этом документе акцент был сделан на ответственность за посягательство на живую природу. Данный акт содержал 59 статей, устанавливавших юридическую ответственность за правонарушения экологического характера. В качестве санкций указывались штраф в размере от нескольких копеек до 150 рублей, тюремное заключение, содержание в работном доме на срок до одного года, а также ссылка в Сибирь [8].

В соответствии с ним, на полицию возлагались обязанности наблюдать за точным исполнением правил охоты и рыболовства (ст. 180), а в случае обнаружения нарушения правил составлять протокол (ст. 183). Ей же поручалось оказывать содействие лесной страже, полевым и охотничьим сторожам при розыске скрывающихся с места нарушения лиц (ст. 184), выдавать охотничьи билеты. При этом полученные средства обращались в специальный фонд МВД для образования капитала, направляемого на усиление средств надзора за исполнением правил об охоте (ст. 160).

Некоторая часть указанных норм была сведена в главу «О нарушении постановлений для обеспечения народного продовольствия» и предусматривала уголовно-правовые санкции за «безвременное и излишнее истребление служащим в пищу диких животных и рыбы». Преступными действиями, в частности, признавались непринятие должностными лицами

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Теория и история государства и права

«мер по прекращению охоты, звериной и птичьей ловли в запрещенное время и в запрещенных местах», «допущение, торговли дичью в запрещенное время». Необходимо отметить, что некоторые из вышеуказанных норм получили продолжение в современном российском уголовном законодательстве.

Новым шагом в развитии правового механизма противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира стало включение во вновь принятое Уголовного уложения (1903 г.) норм, которые предусматривали наказание за браконьерство или непринятие мер по его предупреждению. В главе «О нарушении постановлений, ограждающих народное благосостояние», входящей в данный документ, объединились разрозненные составы, которые раньше содержались в разных актах, принятых ранее, а также появился ряд новых статей, признающих преступными деяния, не подвергавшихся прежде криминализации. К ним, в частности относились наказания за убой зубра или самки лося, оленя, дикой козы; недозволенное разорение птичьих гнезд или вынимание из них яиц или птенцов; реализацию и покупку с целью продажи дичи, убитой в запрещенное время.

Таким образом, Уголовное уложение 1903 г. предусматривало ужесточение ответственности за незаконные посягательства на объекты животного мира. Вместе с тем оно не связывало противодействие браконьерству с решением проблем уголовно-правовой охраны других немаловажных объектов, а именно, собственности, личной и общественной безопасности, интересов государственной службы.

В результате событий ноября 1917 г. правовой механизм противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира в том виде, в котором он существовал ещё со времён Петровских реформ и в более поздний период, был разрушен. Однако в течение нескольких месяцев Декретами о суде № 1 от 24 ноября 1917 г. и № 2 от 7 марта 1918 г. разрешалось применение судами дореволюционного законодательства, если оно не противоречило принципам нового государства, и «фактически все местные народные суды дореволюционное законодательство не применяли; в исключительных случаях на него ссылались окружные суды, где работали профессиональные юристы» [9].

На втором Всероссийском съезде Советов 26 октября 1917 г. был принят Декрет «О земле», с которого берет начало процесс создания советского уголовного законодательства об охране природы. Все природные богатства страны объявлялись всенародной собственностью: «все недра земли: руда, нефть, уголь, соль и т.д., а также леса и воды, имеющие общегосударственное значение, переходят в исключительное пользование государства» [10].

В Постановлении Совета народных комиссаров от 29 мая 1919 г. «О сроках охоты и праве на охотничье оружие» была установлена уголовная ответственность за посягательства на животный мир [11]. Принятый 20 июля 1920 г. Декрет «Об охоте» определил основные принципы охоты. В нём указывалось, что «за нарушение охотничьих правил виновные подвергаются законной ответственности» [12].

Как известно, в первые годы Советской власти право издавать законы, в т.ч. и уголовно-правового характера, принадлежало как органам общего управления и общей компетенции, так и отдельным наркоматам и ведомствам. В свою очередь, руководящие начала по уголовному праву РСФСР 1919 г., изданные Наркомюстом, послужили своеобразной нормативной основой Общей части Уголовного кодекса РСФСР, вступившего в действие 1 июня 1922 г. В главе «О государственных преступлениях», а точнее, в ст. 99, законодатель закрепил уголовно-правовую норму, посвященную охране природы. Она гласила следующее: «Нарушение законов и обязательных постановлений, установленных в интересах охраны лесов от хищнической эксплуатации и истребления, а равно ведение лесного хозяйства с нарушением установленного плана: охоты и рыбная ловля в недозволенное время, в недозволенных местах и недозволенными способами и приемами: выборка камней, песку и прочее без разрешения надлежащих властей, а равно разработка недр земли с нарушением установленных правил, карается лишением свободы или принудительными работами на срок до одного года с конфискацией незаконно добытого, а равно орудий или лова, или штрафов до пятисот рублей золотом» [13, с. 133]. По всей видимости, законодатель в то время исходил из того, что браконьерство является преступлением против порядка управления.

16 октября 1924 г. на 2-й сессии ВЦИК 9-го созыва было принято Постановление «О дополнениях и изменениях Уголовного кодекса РСФСР» [14]. Согласно принятым изменениям, из диспозиции ст. 99 исключались все деликты, кроме лесонарушений. Такой шаг законодателя свидетельствовал о недооценке общественной опасности такого явления, как браконьерство. И даже когда был принят второй Уголовный кодекс РСФСР, где в ст. 86 была предусмотрена уголовная ответственность за незаконное занятие рыбным промыслом, по-прежнему незаконная охота оставалась в числе административных правонарушений.

Наконец, решением 2-й сессии ВЦИК 13-го созыва было издано Постановление, согласно которому Уголовный кодекс РСФСР дополнялся ст. 86, предусматривающей уголовную ответственность за «производство охоты в запрещенных местах, в запрещенные сроки или запрещенными способами или орудиями». Таким образом, законодателем был восполнен существенный пробел в уголовном законодательстве.

Свое дальнейшее развитие законодательство об уголовной ответственности за незаконную охоту получило в третьем Уголовном кодексе РСФСР (1960 г.) [15]. Этот акт объединил в себе четыре нормы за посягательства на животный мир и заключил их в главу под названием «Хозяйственные преступления». Указанная глава включала в себя четыре следующих статьи: ст. 163 «Незаконное занятие рыбным и другими водными добывающими промыслами», ст. 164 «Незаконный промысел котиков и морских бобров», ст. 165 «Производство лесосплава и взрывных работ с нарушением правил охраны рыбных запасов», и, наконец, ст. 166 «Незаконная охота».

В последнюю указанную статью через некоторое время были внесены некоторые изменения: в ч. 1 законодатель установил уголовную ответственность лишь за повторное (после наложения административного взыскания) нарушение, а в ч. 2 указывалось на характер причиняемого ущерба (принимался во внимание крупный ущерб) и особые свойства животного (относящегося к редким и находящимся под угрозой исчезновения). В 1972 г. круг признаков, отягчающих ответственность, был расширен с указанием на место (заповедник) и способ охоты (с использованием автотранспортных средств). В 1992 г. санкция ст. 166 Уголовного кодекса РСФСР, содержащая штраф как вид наказания, была изменена, а именно: был установлен его размер, кратный минимальной оплате труда, которая, в свою очередь, определяется законодательством Российской Федерации для уплаты штрафов.

В целом уголовно-правовые нормы об охране животного мира до принятия Уголовного кодекса Российской Федерации отражали принципы построения административно-командной системы управления экономикой, характерные для тоталитарного государства, прежде всего приоритет «экономических интересов над экологическими, которые закладывались в государственные планы социального и экономического развития» в СССР [16, с. 26 —27].

24 мая 1996 г. Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации был принят Уголовный кодекс Российской Федерации [17], который вступил в силу с 1 января 1997 г. Его нормы строятся на принципах, заложенных в Конституции Российской Федерации и положениях международных правовых стандартов. Незаконные посягательства на объекты животного мира влекут за собой уголовную ответственность согласно ряду статей, которые размещены в гл. 26 «Экологические преступления». Появление в Уголовном кодексе Российской Федерации данной главы свидетельствует о понимании законодателем особой важности проблем охраны окружающей среды, видового разнообразия животного мира, сохранения природных экологических систем. При этом дух и буква Уголовного кодекса Российской Федерации пронизаны чётким пониманием приоритета интересов экологии над соображениями достижения хозяйственного успеха. В указанной главе содержится ст. 258, предусматривающая ответственность за незаконную охоту, понятие и признаки которой мы рассмотрим ниже.

Исследование генезиса правового механизма противодействия преступлениям в сфере использования объектов животного мира позволяет сделать ряд выводов. Прежде всего надо отметить, что охрана животного мира и борьба с браконьерством на территории нашей страны велись издревле и постоянно. Общей тенденцией являлось усиление деятельности государства в данной сфере, что было обусловлено, с одной стороны, ростом потребностей общества в использовании ресурсов животного мира, а с другой, уменьшением объёмов, истощением этих ресурсов. В связи с метаморфозами специфики данного вида преступления соответственно развивались и совершенствовались правовые меры охраны животного мира.

Политика государства в области противодействия посягательствам на диких животных в значительной мере определялась господствующими в обществе приоритетами. В дореволюционной России фауна охранялась как объект права собственности феодалов и других субъектов отношений, исторически существовал взгляд на охоту как на свободный, нерегулируемый промысел (прежде всего в силу обширности охотничьих угодий). В советское время отношение к ней строилось в большей степени как к одному из видов природного сырья, важного предмета экспорта. В настоящее время, в условиях построения правового государства, животный мир рассматривается в качестве важного компонента природных комплексов, и бережное к нему отношение является частью политики государства по охране окружающей среды.

Список литературы

1. Бакуменко, А. А. Уголовно-правовое противодействие незаконной охоте : научное издание / под ред. И.А. Соболя. — СПб., 2010.

2. Осипов, Г. В. Россия: национальная идея. Социальные интересы и приоритеты. — М., 1994.

3. Дубовик, О. Л. Экологическое право : учебник. — М., 2004.

4. Российское законодательство Х-ХХ веков. — Т. 3. — М., 1985.

5. Лукъянцев, В. П., Очередъко, В. П., Сальников, В. П., Соболь, И. А. Общество и природа в дореволюционной России: правовой анализ : монография. — СПб., 2003.

6. ПСЗ-П. - Т. 2. - № 811.

7. Розенберг, Г. С., Краснощеков, Г. П. Становление и развитие природоохранного дела (взгляд с рубежа тысячелетий) // Экология. - 2000. - № 3.

8. ПСЗ-11. - Т. 20. - № 19283.

9. Уголовное право. Общая часть / под ред. Н.Ф. Кузнецовой. - М., 1993.

10. Собрание узаконений РСФСР. - 1917. - № 1. - Ст. 3.

11. Собрание узаконений РСФСР. - 1919. - № 21. - Ст. 256.

12. Собрание узаконений РСФСР. - 1920. - № 66. - Ст. 29.

13. Уголовный кодекс РСФСР. - М.: Госюриздат, 1923.

14. Бюллетень № 2. 2-ая сессия ВЦИК X созыва. - 1924.

15. Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1960. - № 40. - Ст. 591.

16. Жевлаков, Э. Н. Уголовно-правовая охрана природной среды в Российской Федерации. - М., 1997.

17. Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 25. - Ст. 2954.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012