Учение о принципах уголовного судопроизводства в трудах ученых кафедры уголовно-процессуального права вюзи-мюи-мгюа часть 1: Учение о принципах советского уголовного процесса в трудах ученых кафедры уголовно-процессуального права ВЮЗИ

К 85-летию ВЮЗИ-МЮИ-МГЮА

Т. Ю. Вилкова*

Учение о принципах уголовного судопроизводства в трудах ученых кафедры уголовно-процессуального права ВЮЗИ—МЮИ—МГЮА

Часть 1. Учение о принципах советского уголовного процесса в трудах ученых кафедры уголовно-процессуального права ВЮЗИ

Аннотация. Исследования выдающихся ученых кафедры уголовно-процессуального права ВЮЗИ внесли большой вклад в развитие учения о принципах уголовного судопроизводства. Работы М. А. Чельцова, Т. В. Малькевич, И. В. Тыричева, П. А. Лупинской и по сей день служат основой для современных исследований в этой области. М. А. Чельцов (Чельцов-Бебутов) одним из первых советских ученых предложил систему принципов советского уголовного процесса, среди которых выделял два «верховных» принципа (процессуальной целесообразности и процессуального демократизма), на основе которых строилась система более частных принципов. Критиковал выделение самостоятельного принципа публичности, относя его к принципу законности. Отстаивал введение принципа быстроты процесса, чем предвосхитил появление принципа разумного срока уголовного судопроизводства. Т. В. Малькевич анализировала происхождение и сущность принципа состязательности. Ее вывод об отсутствии в советском уголовном процессе элементов состязательности отражал развитие советского уголовно-процессуального права в середине XX века и соответствовал положениям УПК РСФСР, закреплявшего активную роль суда в судебном разбирательстве, отсутствие защитника на стадии предварительного расследования. И. В. Тыричев разработал понятие принципов советского уголовного процесса, показал, что принципы объективны по своему содержанию и субъективны по форме юридического выражения, критиковал установление иерархии принципов, полагая, что все они вместе образуют единую систему и одинаково значимы для уголовного судопроизводства. П. А. Лупинская последовательно отстаивала построение уголовного процесса правоохранительного типа на основе демократических принципов. В разработанной ею теории решений подчеркивалось значение принципов уголовного судопроизводства как для законодательного регулирования процесса доказывания и принятия решений, так и для правоприменения. П. А. Лупинская указывала, что требование непременного установления истины по каждому делу несовместимо с правом обвиняемого на молчание, а также с правом отдельных лиц на свидетельский иммунитет.

Ключевые слова: принципы, уголовный процесс, уголовное судопроизводство, УПК РФ, состязательность, истина, разумный срок, право обвиняемого на защиту, презумпция невиновности, обязанность доказывания, право на обжалование.

001: 10.17803/1994-1471.2015.61.12.011-022

© Вилкова Т. Ю., 2015

* Вилкова Татьяна Юрьевна — кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовно-процессуального права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА) [tvilkova@yandex.ru]

123995, Россия, г. Москва, Садовая-Кудринская ул., д. 9

Теме принципов уголовного судопроизводства, их правового закрепления, системы и содержания как одной из важнейших тем уголовно-процессуального права всегда уделялось большое внимание в трудах ученых Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА].

Основа этих исследований была заложена выдающимися процессуалистами, работавшими на кафедре уголовно-процессуального права в советский период, —Михаилом Александровичем Чельцовым, Татьяной Варфоломеевной Малькевич, Игорем Владимировичем Тыричевым, Полиной Арбамовной Лупинской.

Богатое юридическое наследие оставил выдающийся процессуалист доктор юридических наук, профессор Михаил Александрович Чельцов (Чельцов-Бебутов), работавший в ВЮЗИ с 1945 до 1965 гг. (в 1945— 1949 гг. заведовал кафедрой, которая объединяла судоустройство, уголовный процесс, криминалистику, бухгалтерский учет, судебную статистику].

Принципам советского уголовного процесса посвящены отдельные главы в учебниках уголовно-процессуального права1, а также в ряде научно-практических статей: «Система основных принципов советского уголовного процесса»2, «О расширении гарантий законности в советском уголовном процес-се»3, «Развитие института обжалования и пересмотр приговоров в советском уголовном процессе»4, «О недопустимости перенесения буржуазных конституций в советскую уголовно-процессуальную теорию»5 и других.

1 Чельцов-Бебутов М. А. Советский уголовный процесс. Вып. 2. Харьков : Юридическое изд-во НКЮ УССР, 1929. 337с. ; Он же. Уголовный процесс : учебник. М. : Юриздат, 1948. 624 с. ; Он же. Уголовный процесс. М. : Госюриздат, 1949. 622 с. ; Он же. Советский уголовный процесс : учебник. Изд. 2-е, перераб. М. : Госюриздат, 1951. С. 71—87 ; Он же. Советский уголовный процесс : учебник. 4-е изд., испр. и пере-раб. М. : Госюриздат, 1962. С. 43—67.

2 Ученые записки ВИЮН. М. : Юрид. изд-во МЮ СССР, 1946. Вып. 6. С. 117—146.

3 Социалистическая законность. 1954. № 9. С. 9—16.

4 Ученые труды ВЮЗИ. М., 1948. Вып. I. С. 103—115.

5 Ученые записки ВЮЗИ: Вопросы советского уголовного процесса. М., 1958. Вып. 6. С. 48—97.

М. А. Чельцов одним из первых советских ученых предложил систему принципов уголовного судопроизводства и их классификацию. В 1947 г. им выделялись два «верховных» принципа: принцип процессуальной целесообразности и принцип процессуального демократизма, на основе которых строилась система более частных принципов уголовного процесса6. В последующие годы он продолжил работу над учением о принципах уголовного процесса, предложив их классификацию (деление на конституционные принципы и принципы, не нашедшие отражения в Основном Законе, но закрепленные в нормах уголовно-процессуального законодательства]7.

М. А. Чельцов в своих работах поднимал сложные, дискуссионные вопросы. Так, он критиковал выделение самостоятельного принципа публичности, поскольку, по его мнению, положения, составляющие содержание принципа публичности, относятся к принципу законности: «Принцип законности в уголовном процессе выражается прежде всего во властных полномочиях суда, органов прокуратуры, следствия и дознания: возбуждать уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления, расследовать каждое уголовное дело и вынести законный и обоснованный приговор»8. Данная точка зрения нашла как своих сторонников9, так и противников10.

Большое внимание М. А. Чельцов уделял и принципу состязательности, вступая в полемику с такими известными и влиятельны-

6 Чельцов М. А. Система основных принципов советского уголовного процесса. С. 117—146.

7 См.: Кучинская О. Понятие системы принципов уголовного процесса // Закон и жизнь. 2012. № 3. С. 38.

8 Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. Изд. 4-е, испр. и перераб. М. : Юрид. лит., 1962. С. 47— 48. См. также: Он же. Задачи советской науки уголовно-процессуального права в период развернутого строительства коммунизма // Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве Союза ССР. М. : Госюриздат, 1959. С. 54.

9 Якуб М. Л. Демократические основы советского уголовно-процессуального права. М. : МГУ, 1960. С. 42.

10 Добровольская Т. Н. Принципы советского уголовного процесса (вопросы теории и практики]. М. : Юрид. лит., 1971. С. 79.

ми процессуалистами своего времени, как М. С. Строгович и А. Я. Вышинский11. Он указывал на ошибочность признания советского уголовного процесса состязательным, поскольку ни при предварительном расследовании, ни в судебных стадиях не было обеспечено необходимое для этого участие сторон12. В то же время он подчеркивал необходимость укрепления состязательности в стадиях судебного разбирательства, при предании суду, в надзорном производстве.

М. А. Чельцов предвосхитил включение в систему принципов уголовного процесса принципа разумного срока уголовного судопроизводства. Он указывал, что «совершенно особняком стоит ...принцип быстроты процесса. Почему-то до сих пор все советские теоретики-процессуалисты, указывая этот принцип в числе начал предварительного расследования, совершенно о нем забывали, говоря о принципах процесса в целом. Вместе с тем несомненно, что быстрота проведения процесса и максимальное приближение момента вынесения приговора к моменту совершения преступления имеют огромное воспитательное, общепредупредительное значение. Напротив, длительное, волокитное прохождение дела уменьшает воспитательный эффект процесса, а подчас и способствует укреплению взгляда о безнаказанности преступле-ния»13.

Взгляды М. А. Чельцова внесли существенный вклад в развитие науки уголовно-процессуального права на этапе, когда велась дискуссия о понятии и системе принципов уголовного процесса: должны ли они быть закреплены в законе в качестве правовых норм или ими могут признаваться и идеи, не на-шедшие отражения в правовых нормах; какие именно положения являются принципами.

Большой вклад в развитие учения о принципах внесла доцент, кандидат юридических наук Татьяна Варфоломеевна Малькевич, заведовавшая кафедрой уголовного процесса Всесоюзного юридического заочного института с 1949 по 1962 гг.

11 Чельцов М. А. Система основных принципов советского уголовного процесса. С. 117—146.

12 Указ. соч.

13 Указ. соч.

Т. В. Малькевич входила в состав рабочей группы, созданной в Верховном Совете СССР для подготовки Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, которые были приняты 25 декабря 1958 г. Работа над проектом Основ уголовного судопроизводства подтолкнула Т. В. Маль-кевич к написанию статьи «К вопросу о состязательности»14.

Проводя анализ истории становления и развития состязательности в России, автор отмечает, что данный принцип был заложен судебной реформой 1864 г., продиктованной «...политическими сдвигами, происшедшими в русском обществе и в связи с его вступлением на путь капиталистического разви-тия»15. В российском законодательстве состязательность получила свое выражение в отделении обвинительной власти от судебной; в установлении равноправия сторон, когда обвиняемому предоставлялся защитник; в недозволении суду основывать свое решение на обстоятельствах, не бывших предметом проверки их судом с участием сторон; наконец, в возможности обжалования приговора сторонами.

Т. В. Малькевич пишет: «По признанию буржуазных процессуалистов, состязательное начало было проведено лишь в последнем случае (в возможности обжалования приговора]. На более ранних стадиях уголовного процесса состязательное начало было сведено к словесным дебатам сторон.. Конструкция буржуазного состязательного судебного процесса была одной из правовых фикций, искусно скрывающих угнетательскую сущность буржуазного правосудия.»1.

Т. В. Малькевич отмечает, что В. Случевс-кий и ряд других ученых также не считали состязательность принципом уголовного процесса, поскольку (1] принцип должен быть органически связан с сущностью деятельности, а состязательность в качестве отражения гражданско-правовых отношений не имела этой связи; (2] состязательность не была и не могла быть методом судебной деятельности, потому что метод служит осуществлению дея-

14 Малькевич Т. В. К вопросу о состязательности // Ученые записки ВЮЗИ. Вып. 6 : Вопросы советского уголовного процесса. М., 1958. С. 263—293.

15 Малькевич Т. В. Указ. соч. С. 264.

тельности и решению задач, а состязательность, требовавшая ограничения инициативы суда, препятствовала раскрытию истины16.

Продолжая раскрывать сущность состязательного процесса, Татьяна Варфоломеевна указывает, что сама идея состязательности взяла свое начало из гражданского процесса, где основная задача суда сводилась к тому, чтобы любой ценой положить конец спору. Суд также самостоятельно не исследовал и не устанавливал фактических обстоятельств дела, он должен был руководствоваться только теми фактами, которые были предоставлены сторонами. Автор подчеркивала, что «буржуазные цивилисты, критикуя состязательность в гражданском процессе, доказывали ее полную неприменимость для уголовного процесса, где последняя сталкивалась с публичным интересом...»2.

Советское государство, возникшее после 1917 г., по своей сущности стало государством нового исторического типа, которое, как пишет Т. В. Малькевич, должно было стать главным орудием преобразования общества на новых началах. Все это послужило созданию нового правового фундамента функционирования государственных органов. Автор отмечала, что в уголовном процессе «главным теперь является не состязание сторон, а активная, направленная на осуществление задач социалистического правосудия деятельность органов государства — предварительного следствия, прокуратуры и суда. Каждый из этих органов обязан собирать, проверять и оценивать доказательства.»17; «открытое признание активной роли органов государства в разрешении уголовных дел сделало ненужной состязательную форму. Охраняя социалистический порядок и права советских граждан, суд в равной степени выясняет все, что обвиняет, оправдывает или смягчает вину обвиняемого.»18.

Т. В. Малькевич критиковала высказанные в процессуальной литературе суждения о том, что в советском уголовном процессе есть элементы состязательности, указывая, в частности, что закрепление в ст. 23 УПК РСФСР 1923

16 Малькевич Т. В. Указ. соч. С. 276—277.

17 Малькевич Т. В. Указ. соч. С. 271.

18 Малькевич Т. В. Указ. соч. С. 280.

г. понятия «стороны» имело лишь терминологическое значение и не ставило под сомнение главенствующую роль суда. Прения сторон, по мнению Т. В. Малькевич, также не являлись элементом проявления принципа состязательности, а были только способом выражения отношения к делу и к доказательствам участников судебного разбирательства. Выступления прокурора и защиты носили вспомогательный характер и облегчали работу суда, который, исходя из исследованных доказательств, выносил решение. Не свидетельствовало о состязательном характере советского уголовного процесса, по словам Т. В. Малькевич, и судебное следствие, в котором принимали участие про-курор и защита.

Суждение об отсутствии состязательности в советском уголовном процессе в значительной мере соответствовало действительности: защитник не допускался к участию в деле до окончания предварительного расследования; не предусматривалось участие защитника по назначению суда и в стадиях проверки приговора вышестоящими судами; участие обвинителя при рассмотрении дела судом первой инстанции являлось обязательным лишь в некоторых установленных законом случаях; суд был наделен широкими полномочиями по собиранию и исследованию доказательств в судебном следствии (он устанавливал порядок исследования доказательств, первым задавал вопросы допрашиваемым лицам, по собственной инициативе принимал решение о проведении любого следственного действия]; на суд возлагалась обязанность полно, всесторонне и объективно исследовать обстоятельства дела, он был наделен полномочиями по возвращению дела для производства предварительного расследования.

Таким образом, критическая оценка Т. В. Малькевич состязательности отражала развитие советского уголовно-процессуального права в середине XX века.

Значительно обогатился теоретический потенциал кафедры с приходом в 1972 г. доцента, кандидата юридических наук Игоря Владимировича Тыричева (ранее заведовавшего кафедрой уголовного процесса во Львовском университете]. С 1989 г. он был избран профессором кафедры. Двадцать лет И. В. Тыричев посвятил работе в институте.

В сферу научных интересов И. В. Тыриче-ва входил широкий круг проблем науки уголовно-процессуального права. Исследованиям в области принципов уголовного судопроизводства посвящены учебное пособие «Принципы советского уголовного процесса»19, научно-практические статьи «Некоторые общие вопросы теории принципов уголовного судопроизводства в связи с Конституцией СССР» (совместно с Л. В. Винокуровой]20, «Принцип непосредственности исследования доказательств при судебном разбирательстве уголовных дел»21, «Уголовно-процессуальный закон и состязательное начало»22, рецензии23, разделы в учебной литературе24.

Под принципами советского уголовного процесса И. В. Тыричев понимал «основные правовые положения, исходные начала или, что то же, нормы общего руководящего зна-

19 Тыричев И. В. Принципы советского уголовного процесса : учеб. пособие / отв. ред. М. С. Дьяченко. М., 1983. 80 с.

20 Тыричев И. В., Винокурова Л. В. Некоторые общие вопросы теории принципов уголовного судопроизводства в связи с Конституцией СССР // Труды ВЮЗИ: Актуальные проблемы суда, арбитража и прокурорского надзора в свете Конституции 1977 года. М., 1979. С. 80—89.

21 Тыричев И. Принцип непосредственности исследования доказательств при судебном разбирательстве уголовных дел // Советская юстиция. 1982. № 16. С. 19—20.

22 Тыричев И. В. Уголовно-процессуальный закон и состязательное начало // Совершенствование уголовно-процессуального законодательства : сборник науч. трудов. М., 1991. С. 21—25.

23 Лупинская П., Тыричев И. Конституционные основы правосудия в СССР / под ред. В. М. Савицкого. М. : Наука, 1981. 359 с. // Социалистическая законность. 1982. № 9. С. 76—77 ; Тыричев И., Касумов Ч. С. Презумпция невиновности в советском праве. Баку, 1984. 122 с. // Советская юстиция. 1985. № 24. С. 25—26.

24 Тыричев И. В., Радьков В. П. Принципы советс-

кого уголовного процесса // Советский уголов-

ный процесс : учебник / под ред. Л. М. Карнеевой,

П. А. Лупинской, И. В. Тыричева. М. : Юрид. лит., 1980.

С. 65—88 ; Тыричев И. В. Принципы советского уголовного процесса // Советский уголовный процесс : учеб. пособие / под ред. И. В. Тыричева. 2-е изд., испр. и доп. М., 1988. С. 37—58 ; Тыричев И. В., Лупинская П. А. Принципы уголовного процесса // Уголовный процесс / под общ. ред. П. А. Лупинской. М. : Юристъ, 1995. С. 90—126.

чения, которые выражают природу и сущность процесса, определяют построение всех его стадий, форм и институтов, направляют уголовно-процессуальную деятельность на достижение целей и задач, поставленных государством перед уголовным судопроизводством»25. Хотя это определение было сформулировано 35 лет назад, оно и теперь в полной мере отражает значение руководящих начал уголовного судопроизводства России XXI века.

По мнению И. В. Тыричева, принципы носят объективно-субъективный характер: они «объективны по своему содержанию и субъективны по форме юридического выражения. В указанном единстве двух сторон — объективного и субъективного — проявляется главным образом природа общеправовых и процессуальных принципов»26.

В качестве источников, закреплявших принципы, И. В. Тыричев указывал: (1] Конституцию СССР, в которой содержались межотраслевые принципы, устанавливавшие, например, основы организации и деятельности суда, и (2] Основы законодательства., в которых находили отражение остальные, наиболее специализированные принципы. Однако ученый считал, что деление принципов на группы по формальному источнику их закрепления не имеет эвристической ценности, поскольку «...все принципы уголовного судопроизводства по существу есть принципы конституционного значения»27. И. В. Ты-ричев выступал против установления иерархии принципов, полагая, все они вместе образуют единую систему и одинаково значимы для уголовного судопроизводства, поскольку «... в противном случае подчиненные принципы неизбежно оказались бы поглощенными доминирующими и растворились в них. Для принципов нет шкалы деления на более или менее важные, начало, имеющее цену ниже другого, не может входить в систему равновеликих»28.

25 Тыричев И. В. Принципы советского уголовного процесса. С. 5.

26 Тыричев И. В. Указ. соч. С. 5.

27 Тыричев И. В., Винокурова Л. В. Некоторые общие вопросы теории принципов уголовного судопроизводства в связи с Конституцией СССР. С. 83.

28 Тыричев И. В. Указ. соч. С. 10.

И. В. Тыричев относил к принципам советского уголовного процесса публичность; осуществление правосудия по уголовным делам только судом; осуществление правосудия по уголовным делам выборными судьями и народными заседателями; участие народных заседателей и коллегильность в рассмотрении дел; независимость судей и под чинение их закону; осуществление правосудия на началах равенства граждан перед законом и судом; гласность; ведение судопро изводства на национальном языке; обеспечение права на защиту; участие обществен ности в уголовном судопроизводстве; презумпцию невиновности; оценку доказательств по внутреннему убеждению суда, прокурора, следователя и лица, производящего дознание; состязательность процесса; непосредственность исследования доказательств; устность про-цесса29. Ученый подчеркивал, что сам по себе данный перечень — не система принципов, а лишь полный набор компонентов. Система предполагает внутреннюю научную группировку, определенную последовательность их расположения. Однако даже простое сознание в ясной форме данных принципов позволяет чрезвычайно повысить эффективность деятельности управления в разных сферах, в том числе уголовного судопроизводства.

Заслугой И. В. Тыричева является и глубокая разработка конструкции ряда отдельных принципов уголовного процесса. Так, он был одним из немногих советских ученых, которые исследовали публичность на основе УПК РСФСР 1960 г.30 Анализируя содержание принципа состязательности, И. В. Тыричев справедливо указывал, что «выделение обвинения и защиты в качестве самостоятельных функций, их отделение от судебной деятельности — краеугольный камень состязательного процесса. Стоит убрать этот камень, как рушится та основа, на которой стоит и действует начало состязательности»31. Указан-

29 Тыричев И. В. Указ. соч. С. 21.

30 Аширбекова М. Т. Принцип публичности уголовного судопроизводства: понятие, содержание и пределы действия : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2009. С. 3.

31 Тыричев И. В., Винокурова Л. В. Некоторые общие

вопросы теории принципов уголовного судопро-

изводства в связи с Конституцией СССР. С. 80—89.

ные им компоненты принципа состязательности процесса (право субъектов уголовного процесса отстаивать свои интересы путем состязания друг с другом; реализация функций обвинения и защиты, поддержания иска и ответа на него от функции правосудия и их размежевание между собой; равенство участников процесса; руководящее положение суда в уголовном процессе] нашли свое отражение в ст. 15 УПК РФ, содержание которой в целом совпадает с выводами И. В. Тыричева.

Многие положения учения И. В. Тыричева о принципах уголовного судопроизводства сохраняют свою актуальность и в наши дни.

Доктор юридических наук, профессор Полина Абрамовна Лупинская работала на кафедре уголовно-процессуального права с 1951 по 2010 гг. В 1962 г. она была избрана на должность заведующего кафедрой уголовного процесса ВЮЗИ. С перерывом в 1968—1974 гг. (в связи с переводом на должность старшего научного сотрудника для написа-ния докторской диссертации] она до последнего дня заведовала кафедрой уголовно-процессуального права ВЮЗИ—МЮИ—МГЮА.

П. А. Лупинская внесла неоценимый вклад в разработку уголовно-процессуального законодательства России, науки и практики уголовного судопроизводства. В своих работах она последовательно отстаивала построение уголовного процесса правоохранительного типа на основе демократических принципов, поскольку «высокое политическое значение уголовного процесса» состоит в его служении защите человека, личности, в обязаннос-ти доставить правосудие населе-

нию32.

Основные труды П. А. Лупинской посвящены ключевым институтам уголовно-процессуального права — доказыванию и принятию решений: монографии «Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы» (1976]33, «Решения в уголовном судопроизводстве: теория, законода-

32 Лупинская П. А. Высокое политическое значение уголовного судопроизводства // Lex Russica. 2008. № 2. С. 277—297.

33 Лупинская П. А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. М. : Юрид. лит., 1976. 168 с.

тельство, практика» (2006, 2010]34, «Законность и обоснованность решений в уголовном судопроизводстве»35, «Вопросы доказательственного права в судебной практике»36, учебное пособие «Доказывание в советском уголовном процессе»37. В 1989 г. вышел в свет фундаментальный труд «Курс советского уголовного процесса. Общая часть»38, в котором П. А Лупинская является автором двух глав — «Решения в уголовном процессе» (гл. XIX] и «Доказывание» (гл. XXV].

В разработанной П. А. Лупинской теории решений подчеркивается значение принципов уголовного судопроизводства как для законодательного регулирования принятия решений, так и для правоприменения: «Наиболее важные нормативные правила, регу-лирую-щие процесс принятия решений, закреплены в принципах уголовного судопроизводства... Принципы процесса определяют весь ход производства по делу, а следовательно, их соблюдение необходимо не только для решений, заканчивающих производство по делу, но и для всех промежуточных решений»39; «.решения, принимаемые в уголовном судопроизводстве, эффективны лишь тогда, когда они соответствуют назначению уголовного судопроизводства, принципам функционирования системы судопроизводства в целом, когда интегратив-

34 Лупинская П. А. Решения в уголовном судопроизводстве: теория, законодательство и практика. М. : Юристъ, 2006. 174 с. ; Она же. Решения в уголовном судопроизводстве: теория, законодательство и практика. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Норма, Инфра-М, 2010. 238 с.

35 Лупинская П. А. Законность и обоснованность решений в уголовном судопроизводстве. М., 1972. 79 с.

36 Лупинская П. А. Вопросы доказательственного права в судебной практике // Вопросы доказательственного права и предварительного расследования уголовных дел (по материалам судебной практики]. М., 1987. С. 3—47.

37 Лупинская П. А. Доказывание в советском уголовном процессе : учеб. пособие для студентов, изучающих спецкурс «Доказательство в уголовном процессе». М. : ВЮЗИ, 1966. 104 с.

38 Курс советского уголовного процесса. Общая часть / под ред. А. Д. Бойкова и И. И. Карпеца. М. : Юрид. лит., 1989.

39 Лупинская П. А. Решения в уголовном судо-

производстве: теория, законодательство, практика.

2-е изд. М., 2010. С. 72.

ные качества и свойства всей системы, ее принципы рассматриваются как определяющие для принятия каждого решения»40. Принципы уголовного судопроизводства предопределяют также содержание и правила оценки дока-зательств41.

Предметом научных исследований П. А. Лу-пинской были и общие, институциональные проблемы уголовно-процессуального права: роль суда в современном уголовном судопроизводстве, значение истины в доказывании, уголовно-процессуальные гарантии, процессуальная форма, охрана прав и свобод личности и многие другие. Все эти вопросы также неразрывно связаны с принципами уголовного судопроизводства.

Так, анализируя вопрос о возложении обязанности доказывания на суд, П. А. Лупинс-кая в работах советского периода отмечала, что «понимание доказывания и как пути познания, и как формы обоснования своего убеждения приводит к выводу, что в уголовном процессе доказывание составляет обязанность суда. Статья 14 Основ устанавливает, что суд не вправе перелагать обязанность доказывания на обвиняемого. Если бы у суда такой обязанности не было, не могло быть и речи о недопустимости ее переложения на другого субъекта процесса»42.

В последующем развитие принципа состязательности сторон в уголовном судопроизводстве привело к положению, что суд не обязан, но вправе участвовать в доказывании. П. А. Лупинская так писала об этом: «Вопрос о праве суда собирать доказательства не понимается однозначно. Бесспорно, что освобождение суда от несвойственной ему обязанности "принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию" (ст. 3 УПК РСФСР] решительно меняет формы и пределы участия суда в доказательственной деятельности. Суд не обязан собирать доказательства,

40 Указ. соч. С. 56.

41 Указ. соч. С. 116.

42 Лупинская П. А. Обязанность доказывания. Недопустимость переложения обязанности доказывания на обвиняемого // Курс советского уголовного процесса. Общая часть. С. 629.

и к нему нельзя обратить упрек в том, что обстоятельства дела не выяснены полно и всесторонне. В судебном разбирательстве, построенном на принципе равенства сторон и состязательности, решение по делу зависит от использования сторонами в суде их равных процессуальных возможностей. Вместе с тем в нашем уголовном судопроизводстве не воспринята модель англосаксонского судебного разбирательства, где суд полностью пассивен, обеспечивая только такой ход процесса, который дает возможность сторонам использовать свои права в состязательном процессе»43.

П. А. Лупинская отстаивала недопустимость переложения обязанности доказывания на обвиняемого, вытекающую из принципа презумпции невиновности44. Она критиковала позицию А. Я Вышинского, который в своей «Теории судебных доказа-тельств»45 переносил обязанность доказывания на обвиняемого: «Применение указанного выше правила Вышинский в одинаковой мере распространял на уголовный и гражданский процессы, что связано с его концепцией единой теории доказательств, годной для уголовного и для гражданского процесса. Игнорируя различие предмета уголовного судопроизводства и правосудия по гражданским делам и соответственно тех принципов, на которых основано распределение обязанности доказывания в гражданском судопроизводстве и решение вопроса об обязанности доказывания по уголовным делам, он утверждал, что решение вопроса об обязанности доказывания ("тяжести доказывания"]

43 Лупинская П. А. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе // Российская юстиция. 2002. № 7.

44 См., например: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. М. : Юристъ, 2001. С. 9, 41, 103, 126—128 ; Лупинская П. А. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / под ред. П. А. Лупинской. М. : Юристъ, 2005. С. 29, 136, 152, 157—159 ; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / отв. ред. П. А. Лупин-ская. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Норма : Инфра-М, 2011. С. 352—355.

45 См.: Вышинский А. Я. Теория судебных доказа-

тельств в советском праве. М. : Юрид. изд-во НКЮ

СССР, 1941.

должно проходить по аналогичным правилам для уголовного и гражданского судо-производства]»46. Действительно, в России правила распределения бремени доказывания в разных видах судопроизводства традиционно различаются: в гражданском процессе (и вообще в тех видах судопроизводства, где преобладает диспозитивное начало] каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, а в уголовном процессе (а равно во всех видах судопроизводства, где преобладает публичное начало] доказывание возложено на обвинителя.

Предвосхитив многие решения Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека, П. А. Лупинская подчер кивала недопустимость истолкования непредставления обвиняемым доказательств своей невиновности, равно как и отказ от дачи объяснений и показаний в качестве доказательства его вины, что «на обвиняемого не может быть возложена обязанность подтверждать свои объяснения фактическими данными или ссылаться в подтверждение своих объяснений на определенные источники получения сведений. Объяснения обвиняемого, если они имеют значение для дела, должны быть проверены. Эти объяснения могут быть отвергнуты не потому, что обвиняемый не смог привести фактических данных в их подтверждение, а потому, что ор-ганы, ведущие процесс, проверив их, пришли к выводу, что они ложные, необоснованные»47.

В более поздних работах это положение получило развитие. «Как известно, содержание норм о доказательствах и доказывании определяется типом уголовного процесса, — писала П. А. Лупинская. — Так, содержание этих норм в прежнем УПК было предопределено розыскным, с репрессивной направленностью, типом уголовного процесса. Например, суд принимал участие в собирании дока-

46 Лупинская П. А. Доказывание в советском уголовном процессе. С. 96.

47 Лупинская П. А. Обязанность доказывания. Недопустимость переложения обязанности доказывания на обвиняемого // Курс советского уголовного процесса. Общая часть. С. 632.

зательств, подтверждающих обвинение, возвращал дела на дополнительное расследование. Орган дознания, следователь, прокурор и суд были в равной степени обязаны принять все меры к установлению истины и изобличению лиц, совершивших преступление. Ставилась задача: любыми средствами установить истину и прежде всего ориентироваться на признание обвиняемым или подозреваемым своей вины. Стремление получить такое признание, "царицу доказательств", — вот главная черта инквизиционного процесса, столь несовместимого с де-мократическим уголовным судопроизводством, построенным на принципе равенства сторон и состязательности. Вполне очевидно, что требование непременного установления истины по каждому делу несовместимо с ус-тановленным Конституцией РФ (ст. 51], а затем и в нормах УПК РФ правом обвиняемого на молчание (п. 3 ч. 4 ст. 47], правом не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и родственников, а также в иных случаях освобождения лиц от обязанности давать свидетельские показания. Установив право на свидетельский иммунитет, законодатель явно предпочел охрану лежащих в основе этого иммунитета ценностей (презумпции невиновности, сохранения родственных отношений] установлению истины "любыми средствами"]. Закрепленное в ст. 50 Конституции РФ и развитое в нормах УПК РФ правило о недопустимых доказательствах является существенным препятствием для установления истины "любыми средст-вами"»48.

Действующее законодательство полностью восприняло данное положение, закрепив, например, норму о том, что в напутственном слове председательствующий обращает внимание коллегии присяжных заседателей на то, что отказ подсудимого от дачи показаний или его молчание в суде не имеют юридического значения и не могут быть истолкованы как свидетельство виновности подсудимого (п. 6 ч. 3 ст. 340 УПК РФ]. Привилегия против самоизобличения стала предметом исследования в ряде определений Конституционного

48 Лупинская П. А. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе.

Суда РФ49 и постановлений Европейского Суда по правам человека50.

П. А. Лупинская уделяла большое внимание надзорному производству. В 1949 г. ею была защищена диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук на тему: «Пересмотр приговоров в порядке надзора в советском уголовном процессе». В дальнейшем исследование вопросов надзорного производства получило развитие в лекции, опубликованной в 1959 г.51, в учебном пособии 1978 г.52, в главах нескольких изданий учебника уголовно-процессуального права, включая издания последних лет53, в мно-

49 Например, определение Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004 г. № 44-О «По жалобе гражданина Демьяненко Владимира Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 56, 246, 278 и 355 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2004. № 14. Ст. 1341.

50 Например, постановления Европейского Суда по правам человека по делам «Мюррей против Соединенного Королевства» от 28 октября 1994 г., «Ал-лене де Рибемон против Франции» от 10 февраля 1995 г., «Саундерс против Соединенного Королевства» от 17 декабря 1996 г., «Йалло против Германии» от 26 октября 2004 г., «О'Халлоран и Фрэнсис против Соединенного Королевства» от 29 июня 2007 г. и др.

51 Лупинская П. А., Шейно Э. Ф. Советский уголовный процесс : Производство дел в кассационной и надзорной инстанциях. Возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам в советском уголовном процессе. Лекции. Вып. 7 / под общ. ред. П. А. Лупинской, Т. В. Малькевич. М., 1959. С. 47—69.

52 Лупинская П. А. Пересмотр приговоров, определений и постановлений, вступивших в законную силу, в порядке судебного надзора. М. : ВЮЗИ, 1978. 52 с.

53 См.: Уголовный процесс : учебник / под ред.

М. А. Чельцова. М. : Юрид. лит., 1969. С. 384—402 ; Советский уголовный процесс : учебник / под ред. Л. М. Карнеевой, П. А. Лупинской, И. В. Тыричева. М. : Юрид. лит., 1980. С. 456—474 ; Советский уголовный процесс : учеб. пособие / под ред. И. В. Ты-ричева. М., 1985. С. 246—254 ; Советский уголовный процесс : учеб. пособие / под ред. И. В. Тыричева. 2-е изд., испр. и доп. М., 1988. С. 257—265 ; Уголовный процесс : учебник для вузов / под общ. ред. П. А. Лу-пинской. М. : Юристъ, 1995. С. 462—470 ; Уголовный процесс : учебник для вузов / под общ. ред. П. А. Лу-пинской. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Юристъ, 1997. С. 487—496 ; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / под ред. П. А. Лупинс-кой. М. : Юристъ, 2003. С. 394—407 ; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. 2-е изд., перераб. и доп. М. : Норма : Инфра-М, 2011. С. 896—923.

гочисленных научно-практических статьях54. В настоящее время обращение к трудам Полины Абрамовны Лупинской в области надзорного производства приобрело особую актуальность в связи с проводимой реформой проверки судебных решений вышестоящими судами: понимание природы этого института, его значения и содержания позволяет определить такие направления его совершенствования в современных условиях, которые в наибольшей степени будут соответствовать назначению и принципам уголовного судопроизводства. Надзорное производство является одной из форм, в которых стороны могут реализовать свое право на обжалование процессуальных действий и решений, которое в УПК РФ впервые включено в число принципов (ст. 19].

Анализируя надзорное производство, П. А. Лупинская отмечала: «Характеристика надзорного производства как "исключительной" стадии процесса имеет свои основания. Вместе с тем "исключительность" этой стадии по указанным признакам не может быть истолкована как такая особенность данной

54 См.: Лупинская П. А. Правовые гарантии законности и обоснованности решений в уголовном судопроизводстве // Юридические гарантии применения советских правовых норм и укрепление социалистической законности. Тезисы докладов и сообщений, 5—7 октября 1971 г. Киев, 1971. С. 67—71 ; Она же. Право на жалобу в уголовном судопроизводстве в свете Конституции СССР // Проблемы социалистической законности на современном этапе коммунистического строительства. Краткие тезисы докладов и научных сообщений республиканской научной конференции 21—23 ноября 1978 г. Харьков : Харьк. юрид. ин-т, 1978. С. 226—228 ; Она же. Право жалобы в уголовном судопроизводстве в свете Конституции СССР // Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка. М. : ИГиП АН СССР, 1979. С. 150—156 ; Она же. Пересмотр приговоров, определений и постановлений в порядке надзора по уголовно-процессуальному праву в СССР // Актуальные вопросы современного уголовного права, криминологии и уголовного процесса. Второй советско-западногерманский коллоквиум. Тбилиси : Мецниереба, 1986. С. 251—262 ; Она же. Проверка законности и обоснованности приговоров // Советская юстиция. 1991. № 16. С. 18 ; Она же. Обжалование судебных решений: состояние, перспективы // Судебная реформа: итоги, приоритеты, перспективы. Материалы конференции. М. : Изд-во МОНФ, 1997. С. 136—152.

стадии, которая влечет за собой ограниченные возможности для исправления допущенных ошибок»55; «В деятельности надзорных инстанций должны строго соблюдаться, демократические принципы осуществления правосудия: обеспечение равенства всех граждан перед законом и судом, гласность и коллегиальность в рассмотрении уголовных дел, защита прав и законных интересов участников судебного процесса, всестороннее, полное и объективное исследование материалов дела в условиях, исключающих всякое постороннее воздействие на судей,, независимость судей и подчинение их только закону, осуществление правосудия на началах равенства граждан перед законом и судом. и др. Суд, рассматривающий дело в порядке надзора, должен осуществлять контроль за тем, чтобы в деятельности органов предварительного расследования и судом не нарушался принцип., презумпции невиновности. Право обвиняемого на защиту при пересмотре дела в порядке надзора выражается в праве осужденного (оправданного] и их защит-ников на обращение с жалобой на незаконность и приговора и представление новых материалов лицам, имеющим право приносить протест, запрете поворота к худшему, при рассмотрении дела в порядке судебного надзора»56.

Основанная на демократических принципах уголовного судопроизводства система научных взглядов П. А. Лупинской легла в основу созданной ею научной школы «Доказывание и принятие решений в уголовном процессе».

Таким образом, работы преподавателей кафедры уголовно-процессуального права ВЮЗИ по вопросам понятия, правового закрепления, системы и содержания принципов советского уголовного процесса внесли существенный вклад в развитие науки уголовно-процессуального права, заложили основу для дальнейших исследований, которые ведутся и по сей день.

55 Лупинская П. А. Пересмотр приговоров, определений и постановлений, вступивших в законную силу, в порядке судебного надзора. М. : ВЮЗИ, 1978. С. 8.

56 Там же.

Библиография:

1. Лупинская П. А. Высокое политическое значение уголовного судопроизводства // Lex Russica. — 2008. — № 2. — С. 277—297.

2. Лупинская П. А. Доказательства и доказывание в новом уголовном процессе // Российская юстиция. — 2002. — № 7.

3. Лупинская П. А. Решения в уголовном судопроизводстве: теория, законодательство и практика. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Норма, Инфра-М, 2010. — 238 с.

4. Малькевич Т. В. К вопросу о состязательности // Ученые записки ВЮЗИ. — Вып. 6 : Вопросы советского уголовного процесса. — М., 1958. — С. 263—293.

5. Тыричев И. В. Принципы советского уголовного процесса / отв. ред. М. С. Дьяченко. — М., 1983. — 80 с.

6. Чельцов-Бебутов М. А. Советский уголовный процесс. — Вып. 2. — Харьков : Юридическое изд-во НКЮ УССР, 1929. — 337 с.

7. Чельцов М. А. Система основных принципов советского уголовного процесса // Ученые записки ВИЮН. — М. : Юрид. изд-во МЮ СССР, 1946. — Вып. 6. — С. 117—146.

References (transliteration):

1. Lupinskaja P. A. Vysokoe politicheskoe znachenie ugolovnogo sudoproizvodstva // Lex Russica. — 2008. — № 2. — S. 277—297.

2. Lupinskaja P. A. Dokazatel'stva i dokazyvanie v novom ugolovnom processe // Rossijskaja justicija. — 2002. — № 7.

3. Lupinskaja P. A. Reshenija v ugolovnom sudoproizvodstve: teorija, zakonodatel'stvo i praktika. — 2-e izd., pererab. i dop. — M.: Norma, Infra-M, 2010. — 238 s.

4. Mal'kevich T. V. K voprosu o sostjazatel'nosti // Uchenye zapiski VJuZI. — Vyp. 6 : Voprosy sovetskogo ugolovnogo processa. — M., 1958. — S. 263—293.

5. Tyrichev I. V. Principy sovetskogo ugolovnogo processa / о^. red. M. S. D'jachenko. — M., 1983. — 80 c.

6. Chel'cov-Bebutov M. A. Sovetskij ugolovnyj process. — Vyp. 2. — Har'kov : Juridicheskoe izd-vo NKJu USSR, 1929. — 337 s.

7. Chel'cov M. A. Sistema osnovnyh principov sovetskogo ugolovnogo processa // Uchenye zapiski VIJuN. — M.: Jurid. izd-vo MJu SSSR, 1946. — Vyp. 6. — S. 117—146.

Материал поступил в редакцию 29 июня 2015 г.

The Doctrine of Principles of Criminal Procedure in the Works of the Scientists of the Department of Criminal Procedure of ALCI-MLI-MSAL

Part1: The Doctrine of Principles of Soviet Criminal Justice in the Works of the Scientists of the Criminal Procedure Department of the ALCI

Vilkova, Tatiana Yurievna — PhD in Law, Associate Professor of the Department of Criminal Procedure of the Federal State Budget Educational Institution of Higher Professional Education "Moscow State Law University named after O.E.Kutafin (MSAL)" [tvilkova@yandex.ru]

123995, Russia, Moskva, ul. Sadovaya-Kudrinskaya, 9

Review. The research of outstanding scientists of the Department of Criminal Procedure Law of the ALCI has made a great contribution to the development of the doctrine of principles of criminal proceedings. The works by Cheltsov M.A., Malkevich T.V., Tyrichev I.V., Lupinskaia P.A. serve as the basis for the modern research in this sphere to this day. Cheltsov (Cheltsov-Bebutov) M.A. was one of the first Soviet scientists, who proposed the system of principles of soviet criminal procedure, among which he distinguished two "supreme" principles, namely, the principle of procedural expediency and the principle of procedural democracy, on the basis of which the system of more specific principles was further developed. He criticized separating the principle of publicity into an independent principle and referred it to the principle of legality. He insisted on introducing the principle of speedy process and, thus, he anticipated the introduction of the principle of reasonable duration of criminal proceedings. Malkevich T.V. analyzed the origin and the nature of the adversarial principle. Her conclusion regarding the absence of the adversarial elements corresponded to the development of the Soviet Criminal Procedure Law in the middle of the 20th century and to the provisions of the Criminal Procedure Code (CPC) of the RSFSR that secured the active rope of the court in the proceedings and the absence of counsel (an advocate) during the preliminary investigation. Tyrichev I.B. developed the concept of principles of the Soviet criminal trial, proved that the principles are objective in their content and subjective in the form of legal expression, and criticized the establishment of the hierarchy of principles, as he believed that all the principles together form a single system and are equally important for criminal proceedings. Lupinskaia P. A. consistently insisted on establishing the criminal proceedings of the law enforcement type on the basis of democratic principles. She developed the theory of decisions that underlined the importance of the principles of the criminal procedure for both the legislative regulation of the process of proving and making decisions and for law enforcement. Lupinskaia P. A. pointed out that the requirement to establish the truth in every case is incompatible with the right of the accused to remain silent and the right of individuals to witness immunity.

Keywords. Principles, criminal procedure, criminal proceedings, the CPC of the RF, adversarial nature of the proceedings, truth, reasonable time, the right of the accused to protection (counsel), presumption of innocence, burden of proof, the right to appeal.