Интернет-коммуникация: новые тенденции в русском словообразовании

УДК 811.161.1

Е. Я. Шмелева

Интернет-коммуникация: новые тенденции в русском словообразовании

Материал IV Международной научной конференции «Культура русской речи» («Гротовские чтения»), которая состоялась 6-8 ноября 2014 года в Институте русского языка им. В. В. Виноградова РАН

В статье рассматриваются активные процессы современного русского словообразования - появление новых производных слов, новых аффиксов, словообразовательных моделей и способов словообразования. На примере нескольких неологизмов в статье показаны как возможности интернет-словотворчества, так и возможности изучения функционирования новообразований в интернет-коммуникации. Выбранные для анализа слова можно отнести к ключевым слова эпохи.

Ключевые слова: словообразование, интернет-коммуникация, активные процессы словообразования, производные слова, аффиксы, словообразовательные модели, способы словообразования, неологизмы.

E. Ya. Shmeleva

Internet Communication: new trends in Russian word formation

The article deals with the active derivational processes in modern Russian: the appearance of new derivatives, derivational affixes, new models and new ways of word formation. Taking several neologisms as an example, the article considers both the opportunities of online word creation and the possibility of studying the functioning of innovations in Internet communication. Selected for analysis are the words that can be considered as the key words of our time.

Keywords: word formation, Internet communication, active derivational processes, derivatives, affixes, models and ways of word formation, neologisms.

В конце XX-начале XXI в. в русском языке заметно активизировались деривационные процессы: появилось большое число новых производных слов, словообразовательных аффиксов и аффиксоидов, возросла продуктивность ряда традиционных словообразовательных моделей и способов словообразования, появились новые словообразовательные модели и даже новые способы словообразования. Активные процессы современного словообразования до недавнего времени рассматривались лингвистами в основном на материале языка средств массовой информации - периодической печати, радио и телевидения (см., например, [4; 5; 14; 15]), поскольку со времени перестройки считалось, что именно средства массовой информации, «диктующие социокультурные и языковые моды, влияют на общественную престижность как отдельных лексем, так и словообразовательных типов, являясь основными «поставщиками» неологизмов, неозаимствований, интернационализмов и гибридных неодериватов, новых словообразовательных формантов и моделей» [7, с. 15]. Очевидно, однако, что с каждым годом для все большего числа людей место СМИ занимают

© Шмелева Е. Я., 2015

социальные сети, блоги и форумы, и для них «поставщиком» новых слов и словообразовательных моделей является язык интернет-коммуникации, отличающийся рядом особенностей, которые, как кажется, оказывают влияние как на появление новообразований, так и на дальнейшее функционирование неологизмов. Язык социальных сетей и блогов близок к устной разговорной речи по своей спонтанности и свободе выражений, а к языку художественной литературы - по игровому и творческому началу. При этом поскольку интернет-коммуникация соединяет в себе черты как устной, так и письменной речи, пользователи интернета используют все возможности, предоставляемые русским языком, для создания новообразований. Это и игры с фонетикой, с рифмами и созвучиями, и игры с графикой (кириллицей и латиницей), с орфографией, шрифтами, пробелами, прописными и строчными буквами и др. Интернет-коммуникация обладает не только большими возможностями для создания новообразований, но и гораздо большими возможностями отслеживания времени появления нового слова, частоты его употребления, особенностей функциони-

рования и степени освоенности русским языком. Новые слова и выражения часто становятся предметом обсуждения в интернете, составляются интернет-словари и энциклопедии, фиксирующие и объясняющие значение неологизмов: Викиреаль-ность (Wikireality.ru), Луркоморье (Lurkmore.ru), Словарь современной лексики, жаргона и сленга (Slovonovo.ru) и др. (об особенностях интернет-коммуникации см. [1; 12]).

Мы не ставим перед собой задачи в рамках одной статьи исчерпывающе описать деривационные процессы, идущие в русской интернет-коммуникации начала XXI в., однако попытаемся на примере ряда недавно появившихся производных слов продемонстрировать как возможности интернет-словотворчества, так и возможности, которые предоставляет интернет, для того, чтобы проследить судьбу новообразований в современном русском языке.

Е. А. Земская отмечала, что «среди новообразований - производных слов много таких, которые как бы рисуют картину современной жизни» [4, с. 91], являются ключевыми словами современного русского языка. Интересно, что среди слов, предложенных экспертами для участия в конкурсе «Слово года 2014», заметное место занимают производные слова, появившиеся в интернет-коммуникации. Сам выбор в качестве базовых для производных слов тех или иных корней также свидетельствует о глубинных изменениях «языкового вкуса эпохи» [8]. Начиная с 90-х г. XX в. базой для создания новых слов в русском языке служили в основном заимствованные слова (см., например, [9]). Исследователи интернет-коммуникации также единодушно отмечали экспансию иноязычных основ [6], появление интернет-неологизмов, калькирований, заимствований из английского языка и переносе их в родной язык [1], создание неологизмов, образованных путем прибавлении русских аффиксов к иноязычным основам (смайлик, личка, за-френдиться) [11]. Конечно, процесс освоения иноязычных слов продолжается и в последние годы, однако можно отметить и новый процесс -увеличение числа неодериватов от русских или давно освоенных русским языком слов и кор-ней1. Но больше всего слов в интернет-коммуникации образуется от собственных имен - фамилий известных людей (преимущественно, от фамилий политических деятелей) и от географических названий. Большинство производных - это экспрессивные слова, в значении которых есть сема отрицательной оценки. Это

отрицательная оценка задается разными словообразовательными элементами.

Так, среди новообразований последних лет (в частности, слов, вошедших в список «Слов 2014 года») есть целый ряд слов, образованных традиционным для русского словообразования суффиксальным способом. Отрицательная оценка в таких словах может быть задана производящим словом, суффиксом, неблагозвучием или созвучием слова с другим отрицательно оцениваемым словом. Так, образованные с помощью нейтральных суффиксов -изм, -ист слова рашизм (идеология «великорусскости», от пренебрежительного названия России - Раша, Рашка) и рашист (тот, кто придерживается идеологии рашизма) имеют ярко выраженную отрицательную окраску не только за счет отрицательной окраски производящего слова (человек, который, говоря по-русски, называет Россию Рашей, конечно, показывает свое отношение к нашей стране), но и за счет того, что они ассоциируются со словами фашизм и фашист2. Образованный с помощью продуктивного глагольного суффикса -ну, образующего глаголы однократного действия, окказиональный глагол псакнуть (сделать безапелляционное непроверенное заявление, от фамилии официального представителя Госдепартамента США Дженнифер Псаки) имеет отрицательное значение, конечно, прежде всего из-за отношения пользователей интернета к высказываниям Дж. Псаки, но и из-за неблагозвучности этого слова.

Отрицательная оценка слова путиноид задается, по-видимому, отрицательной окраской суффикса -оид: путиноид (пренебр. сторонник Путина), ср. более ранние образования марксоид, ельциноид, москвоид и др. Значение употребительного в научной терминологии суффикса -оид - «похожий на то, что названо производящей основой, но не совсем такой же» (андроид - это не человек, а человекоподобный робот, суффиксоид - это не совсем суффикс и т. п.) - задает отрицательную окраску экспрессивных производных с этим суффиксом3. Поскольку отрицательную окраску имеют несколько широко употребительных в разговорной речи и просторечии страдательных причастий на -анут(ый) (долба-нутый, шизанутый и др.), этот суффикс задает отрицательную оценку «псевдопричастию» майданутый (пренебр. сторонник Майдана, при этом в словообразовательную цепочку «достраивается» виртуальный глагол майдануться). Еще один отрицательно окрашенный неодериват на -нут(ый) с ударением на корне - православну-

тый, по-видимому, скорее правильно квалифицировать не как причастие, а как имя прилагательное, образующее пару с прилагательным православный имеющее значение «слишком православный, повернутый на православии».

Среди суффиксальных новобразований есть и слова, образованные с помощью нового, но чрезвычайно активного в современном русском языке суффикса -инг4: псакинг и путинг. Слово пса-кинг - это имя действия, образованное от того же виртуального глагола псакать, от которого был произведен глагол однократного действия псак-нуть, то есть это такой тип поведения, когда люди делают безапелляционные непроверенные высказывания5. Словообразовательное значение суффикса имени действия суффикс -инг имеет и во многих других русских окказиональных словах, причем в русском языке чаще встречаются не отглагольные, а отыменные образования: от-катинг, болванинг, фаршинг (см. [2]). Слово же путинг (митинг в поддержку Путина), хотя в нем также явно вычленяется суффикс -инг, можно рассматривать и как слово, образованное суффиксальным способом (ср. «Слово «путинг» <> является комбинацией корневой морфемы «пут» (сокращенная форма от Путин) и английского аффикса -инг, при помощи импозиции (наложения) «ин» из фамилии и суффикса достигается юмористический эффект» [2, с. 184]), а можно как слово-гибрид, образованное из двух слов: Путин + митинг (см. ниже).

Следующим широко распространенным в интернет-коммуникации способом словообразования является словосложение. Этим способом образованы, например, также вошедшие в список «Слов года 2014» слова ленинопад (снос памятников Ленину на Украине) и жидобандеровец6 (еврей, поддерживающий Майдан и «Правый сектор»).

Членов националистической украинской партии «Правый сектор» их противники называют в интернете правосеками (это также слово, образованное методом словосложения с усечением). Отрицательная оценка этого слова задается созвучием слов правосек и гомосек (бран. гомосексуалист).

Есть еще одно интересное новое слово, которое выглядит как слово, образованное сложением двух корней прав(ый) и бес - это слово право-бесие. Но, по-видимому, скорее это слово образовано соединением первой части слова православие и второй части слова мракобесие (а также слов женобесие, гортанобесие и др.), то есть это такое гибридное слово. Создание слов-гибридов

(портманто (Льюис Кэррол) или блендов) обычно не считается особым способом словообразования в русском языке, его рассматривают то как словосложение, то как аббревиацию, поэтому у него даже нет хорошего названия; в последние годы его стали называть английским словом блендинг. Блендинг - это причудливая смесь двух слов, при которой чаще всего одна или нескольких букв первого слова заменяется на часть другого слова, при этом в значении производного слова причудливым образом перемешиваются значения обоих мотивирующих слов. «Бленд, таким образом, является результатом взаимодействия двух или более исходных единиц, которые проходят процесс усечения и объединяются в единую лексему либо имеют сходные фрагменты в своей структуре и объединяются путем наложения» [16, с. 12]. Блендинг чрезвычайно распространен в английском языке, этим способом образованы такие широко употребительные английские слова, как motel (motor + hotel), smog (smoke + fog) или brunch (breakfast + lunch). Возможно, под влиянием английской интернет-коммуникации блендинг в последние годы стал очень популярным в русском интернете. Среди «Слов года 2014» типичными блендами являются слова паханат (политический режим в России) из пах(ан) + каг(ан)ат7, тотальгия (тоска по сильной руке) из то(тал)итаризм + нос(тал)ьгия и олимпиард (деньги, потраченные на Олимпиаду) из олимпи(а)да + милли(а)рд, западная ци-вилизадница из цивили(за)ция + (за)дница. В декабре 2014 г. на сайте kremlinrussia.com появилась статья, озаглавленная Мифть. В статье объясняется, что такое мифть: «Это волшебная темная жидкость, которая нас всех поит, кормит, одевает и обеспечивает суверенитет страны» (http://kermlinrussia.com/mift/). Слово это быстро стало популярным в интернете, потому что в значении этого бленда легко угадываются слова ми(ф) и не(ф)ть. В образование блендов активно вовлекаются и имена собственные (примеры из списка «Слов года 2014»): Гейропа - гей + Европа, Луганда - (Луга)нск + (Уга)нда, Дондурас -Д(он)ецк + Г(он)дурас, лугандон (житель Луганской Народной Республики) - Лу(ган)ск + (ган)дон^, Путлер - Пу(т)ин + Ги(т)лер, мер-кельтильность - Меркель + меркальтильность (этот пример интересен тем, что фамилия канцлера Германии Ангелы Меркель целиком «вкладывается» в слово меркальтильность, достаточно заменить одну букву, и получается бленд!). Кроме того, добавление одной буквы превращает

ставшее нарицательным название площади в Киеве Майдан в браное слово майдаун (Майдан + даун), которое было написано на плакатах участников проведенного 21 февраля 2015 г. в Москве марша «Антимайдан» (Мы не майдауны).

Помимо таких традиционных русских способов словообразования, как суффиксация и словосложение, и такого редкого, как блендинг, в интернет-коммуникации используются и совсем новые способы словообразования. Так, в русском интернете уже несколько лет используется такой прием языковой игры, как написание словосочетаний или даже целых предложений через дефис, косую черту или слитно:

что за наказанье - как интеллигентно-

невероятная радость от волгоградской бойни рукопожатных граждан / живущихнеполжи / свободных и креативных зашкаливает;

• человек, редактор и мужчинарукиоткуд анад о;

• дефицит свободного времени возвращает совершенно детское ощущение «скорейвсесдела-тьичитать».

Такие «склеенные» образования являются новым средством категоризации действительности - они не только придают тексту большую выразительность, но и подчеркивают определенный смысл, который обычно передается несколькими словами. Вот, например, какие функции можно выделить у словосочетаний, записанных через дефис: «1) логическое выделение, подчеркивание определенного смысла, которое обычно передается несколькими словами; 2) заполнение лексической лакуны; 3) выделение особого класса предметов; 4) цитирование прямой речи как типичной реакции на предмет / явление либо как ярко иллюстрирующей событие / явление; 5) подчеркивание связи зависимых слов именно с данным главным словом и некоторые другие» [3, с. 696]. До недавнего времени казалось, что такие окказиональные новообразования могут в лучшем случае стать элементом сетевой коммуникации - тегом (ср., например, такие теги, как #нетвойне или #путиннашевсе), но не могут стать словами русского языка. Однако всего за полгода в речь россиян вошло новое слово, образованное таким необычным для русского языка способом. Это слово крымнаш, которое с большим отрывом победило на конкурсе «Слово года 2014» (я, будучи одним из 14 экспертов, вы-

бирающих слово года, также поставила его на первое место).

Впервые слитное написание крымнаш появляется, по-видимому, в одном из блогов в начале апреля 2014 г. в значении «умонастроение»: у нас на работе прогрессирует крымнаш. Образование нравится, его быстро подхватывают другие участники интернет-коммуникации, которые используют его как экспрессивный окказионализм, с которым, в свою очередь, можно продолжать языковые игры, подбирать рифмы и т. п.: Это с ним мы ныряли в Коктебеле, когда Деревья были большими и Крымненаш; Крымнаш или Намкрыш? Крымнаш - пустой пляж. В скором времени крымнаш приобретает также значение деятеля («сторонник крымнаша»): вот у меня во френдленте бывали и националисты в том числе радикальные (в разное время были, например, русские, еврейские, армянские, азербайджанские, ингушские и татарские националисты), и крым-наши. Довольно скоро забывается экзотическое происхождение этого новообразования, оно приобретает все признаки обычного русского слова. Как и многие другие новые слова9, крымнаш имеет разные варианты написания - с прописной или со строчной буквы, в кавычках или без кавычек; и разные морфологические варианты - оно может использоваться и как несклоняемое слово, и как склоняемое имя существительного мужского рода II склонения, например:

если бы общественный психоз по поводу «крымнаш» и «путиннашевсе» не охватил почти все население страны, Алексей Девотченко, думаю, еще смог бы жить;

миллионер Малофеев построит развлекательный парк имени «Крымнаш»;

• так что большая часть адептов крымнаша -пенсионеры - более чем довольны;

• эйфория от «крымнаша» проходит - россияне потихоньку прозревают;

• бумеранг крымнаша: вслед за Болгарией от путинского проекта отказались и сербы;

• проблем с «Крымнашем», дедатвительно, выше крыши, даже не говоря о санкциях, которым из-за него сначала подвергли нас, а затем мы подвергли сами себя;

• рашисту и крымнашу на заметку: Украина есть;

а у крымнашей глубокий траур по неотде-лившейся Шотландии.

24 сентября 2014 г. в Фейсбуке завязалась дискуссия, инициированная вопросом Анны Ку-

рукопожатно-креативный, обиженный кровавым режимом, так либо ублюдок, либо шизофреник, либо все вместе;

ликовой: «А к какой части речи вы бы отнесли #крымнаш (да и многие другие теги)? Это же явно уже не две словоформы, а одна. Неизменяемая, не имеющая ни личных, ни падежных окончаний. Выступающая в грамматическом значении то междометия ( = «ура»), то существительного (зашла в гости, сперва обсуждали насущные дела, а потом начался крымнаш), то краткого прилагательного, как «рад», «горазд», «должен» (в моем окружении есть люди, которые крымнаш). Как все же определить морфологическую принадлежность?» Ирина Левонтина отвечает, что это слово может, конечно, использоваться «и как междометие, но в основном существительное: случился крымнаш, еще до крымнаша. Кроме того, у этого слова в функции существительного есть и значение, указывающее на человека (у меня нет друзей-крымнашей)». Ей возражает Анна Плисецкая: «Мне кажется, крымнаш скорее несклоняемое существительное, пропозициональное по семантике, при этом часто фигурирующее в позиции сказуемого: он тоже крымнаш, она оказалась крымнаш и т. д.» Попутно участники дискуссии говорят о том, что крымнаш - это уже не тег, а русское слово: «тэг крымнаш стал использоваться как слово языка, а тэг нетвойне - не стал пока» (Ирина Левонтина). Анна Плисецкая так объясняет, в чем отличие тега от слова: теги имеют отграниченную сферу употребления: «Но ведь говорят так вне интернета: она крымнаш, он крымнаш. Слышу это часто». «Я только про крымнаш, а не про не-твойне - второе, по-моему, как раз только в сети и есть, то есть тэг».

Помимо того, что слово крымнаш вышло за пределы интернет-коммуникации и приобрело морфологические признаки русского имени существительного мужского рода II склонения, оно стало мотивирующей основой для двух новых производных слов: крымнашизм и крымнашисты:

• крымнашизмом долго сыт не будешь; крымнашизм больно ударит по врачам и

учителям;

• в лагере «крымнашистов» смятение; крымнашисты и сторонники войны с Украиной должны признать, что <> они приблизили крах экономики и финансовой системы России (Б. Немцов).

Так что, по-видимому, можно зафиксировать первое, но, вероятно, не последнее русское слово, пришедшее в русский язык из интернет-символа (тега), который, в свою очередь, образован из «склеенного» в одно слово словосочетания.

Итак, как кажется, даже анализ небольшого числа новообразований последних лет показывает как новые тенденции в русском словообразовании, которые во многом объясняются спецификой интернет-коммуникации, так и то, что в XXI в. именно интернет является местом появления неодериватов. Особенно заметно интернет изменил частоту и скорость вхождения окказиональных словообразований в массовый обиход. Так, несколько слов, появившихся в Сети в 2014 г., к концу года вышли за пределы интернет-коммуникации и употребляются также в СМИ, устной речи и современной литературе.

Библиографический список

1. Горошко, Е. И. Современная интернет-коммуникация: структура и основные параметры [Текст] / Е. И. Горошко // Интернет-коммуникация как новая речевая формация. -М. : Наука ; Флинта, 2012. - С. 9-52.

2. Дьяков, А. И., Скворецкая, Е. В. Суффикс -инг завоевывает свои позиции в русском словообразовании [Электронный ресурс] / А. И. Дьяков, Е. В. Скворецкая. - Режим доступа: http://www.philology.nsc.ru/journals/spj/pdf/2013_4 /2013_4_Dyakov_Skvoreckaya.pdf. - (Дата обращения: 21.09.2015).

3. Занегина, Н. Н. Словосочетания-записанные-через-дефис как способ категоризации и новый прием языковой выразительности в русском языке [Текст] / Н. Н. Занегина // Компьютерная лингвистика и интеллектуальные технологии: По материалам ежегодной международной конференции «Диалог» (2012). - 2012. - Вып. 11. -т. 1. - С. 696-705.

4. Земская, Е. А. Активные процессы современного русского словопроизводства [Текст] / Е. А. Земская // Русский язык конца XX столетия: 1985-1995. - М., 1996. - С. 90-141.

5. Земская, Е. А. Литературная норма и неузуальное словообразование [Текст] / Е. А. Земская // Современный русский язык: Система -норма - узус. - М., 2010. - С. 207-253.

6. Компанцева, Л. Ф. Когнитивные трансакции в словообразовательной системе Интернета: ком-прессивное словообразование и экспансия иноязычных основ [Текст] / Л. Ф. Компанцева // Вюник Дшпропетровського ушверситету. -2009. - № 11. - Вип. 15. - т. 1. - С. 118-123. -(Мовознавство).

7. Коряковцева, Е. И. Словообразовательные ресурсы новых функциональных стилей славян-

ских языков II Sfowotworstwo a nowe style funkc-jonalne je^kow slowianskich / Word-formation and the new functional styles of Slavic languages: International Slavistic Committee Commission on wordformation: Papers in thematic session (XV International Congress of Slavists. Belarus, Minsk, 2027.08.2013). Siedlce, 2013.

8. Костомаров, В. Г. Языковой вкус эпохи [Текст] / В. Г. Костомаров. - М., 1999.

9. Кронгауз, М. А. Русский язык на грани нервного срыва [Текст] / М. А. Кронгауз. -М., 2007.

10. Лапшина, О. А. Словообразовательное значение производных слов с суффиксом -оид в современном русском языке [Электронный ресурс] / О. А. Лапшина. - Режим доступа: http://movoznavstvo.com.ua/download/pdf/2007_2/ 24.pdf_- (Дата обращения: 21.09.2015).

11. Лир, М. С. Словообразование во всемирной сети и албанский язык [Электронный ресурс] / М. С. Лир. - Режим доступа: http://www.rusnauka.com/13_EISN_2014/Philologia /7_167362.doc.htm. - (Дата обращения: 21.09.2015).

12. Мечковская, Н. Б. История языка и история коммуникации: от клинописи до Интернета [Текст] / Н. Б. Мечковская. - М. : Флинта-Наука, 2009. - 584 с.

13. Нечаева, И. В. О шоп(п)инге, мини(-)вэне и тайнах орфографической кодификации [Текст] / И. В. Нечаева // Русский язык в научном освещении. - 2012. - № 1 (23). - С. 72-89.

14. Рацибурская, Л. В. Новые тенденции в современном медийном словотворчестве [Текст] / Л. В. Рацибурская, Н. А. Самыличева, А. В. Шумилова // Новые тенденции в современном русском языке XXI века. - М., 2014.

15. Самыличева, Н. А. Окказиональные слова как средство экспрессивизации газетного текста (на материале нижегородских СМИ) [Текст] : дисс. ... канд. филол. наук / Н. А. Самыличева. -Н. Новгород, 2011.

16. Хрущева, О. А. Универсальные и лингво-культурные особенности блендинга [Текст] : дисс. ... канд. филологических наук / О. А. Хрущева. - Челябинск, 2011. - 227 с.

17. Шмелева, Е. Я. О словах компромисс и бескомпромиссный [Текст] / Е. Я. Шмелева // Эволюция понятий в свете истории русской культуры. - М. : Языки славянской культуры, 2012. -С.196-203.

18. Шмелева, Е. Я. Слово нерукопожатный как символ нашего времени [Текст] / Е. Я. Шмеле-

ва // Труды Института русского языка им. В. В. Виноградова. - 2014. - № 2-1. - С.401-411.

Bibliograficheskij spisok

1. Goroshko, E. I. Sovremennaja internet-kommunikacija: struktura i osnovnye parametry [Tekst] / E. I. Goroshko // Internet-kommunikacija kak novaja rechevaja formacija. - M. : Nauka ; Flinta, 2012. C. 9-52.

2. D'jakov, A. I., Skvoreckaja, E. V. Suffiks -ing zavoevyvaet svoi pozicii v russkom slovoobrazovanii [Jelektronnyj resurs] / A. I. D'jakov, E. V. Skvoreckaja. - Rezhim dostupa: http://www.philology.nsc.ru/journals/spj/pdf/2013_4 /2013_4_Dyakov_Skvoreckaya.pdf.

3. Zanegina, N. N. Slovosochetanija-zapisannye-cherez-defis kak sposob kategorizacii i novyj prijom jazykovoj vyrazitel'nosti v russkom jazyke [Tekst] / N. N. Zanegina // Komp'juternaja lingvistika i intellektual'nye tehnologii: Po materialam ezhegodnoj mezhdunarodnoj kon-ferencii «Dialog» (2012). - 2012. - Vyp. 11. - t. 1. - S. 696-705.

4. Zemskaja, E. A. Aktivnye processy sovremennogo russkogo slovoproizvodstva [Tekst] / E. A. Zemskaja // Russkij jazyk konca XX stoletija: 1985-1995. - M., 1996. - S. 90-141.

5. Zemskaja, E. A. Literaturnaja norma i neuzual'noe slovoobrazovanie [Tekst] / E. A. Zemskaja // Sovremennyj russkij jazyk: Sistema - norma - uzus. - M., 2010. - S. 207-253.

6. Kompanceva, L. F. Kognitivnye transakcii v slovoobrazovatel'noj sisteme Interneta: kompressivnoe slovoobrazovanie i jekspansija inojazychnyh osnov [Tekst] / L. F. Kompanceva // Visnik Dnipropetrovs'kogo universitetu. - 2009. -№ 11. - Vip. 15. - t. 1. - S. 118-123. -(Movoznavstvo).

7. Korjakovceva, E. I. Slovoobrazovatel'nye resursy novyh funkcional'nyh stilej slavjanskih jazykov // Slowotworstwo a nowe style funkcjonalne jç^kow slowianskich / Word-formation and the new functional styles of Slavic languages: International Slavistic Committee Commission on word- formation: Papers in thematic session (XV International Congress of Slavists. Belarus, Minsk, 20-27.08.2013). Siedlce, 2013.

8. Kostomarov, V. G. Jazykovoj vkus jepohi [Tekst] / V. G. Kostomarov. - M., 1999.

9. . Krongauz, M. A. Russkij jazyk na grani nervnogo sryva [Tekst] / M. A. Krongauz. -M., 2007.

10. Lapshina, O. A. Slovoobrazovatel'noe znachenie proizvodnyh slov s suffiksom -oid v sovremennom russkom jazyke [Jelektronnyj resurs] / O. A. Lapshina. - Rezhim dostupa: http://movoznavstvo.com.ua/download/pdf/2007_2/ 24.pdf. - (Data obrashhenija: 21.09.2015).

11. Lir, M. S. Slovoobrazovanie vo vse-mirnoj seti i albanskij jazyk [Jelektronnyj resurs] / M. S. Lir. - Rezhim dostupa: http://www.rusnauka.com/13_EISN_2014/Philologia /7_167362.doc.htm. - (Data obrashhe-nija: 21.09.2015).

12. Mechkovskaja, N. B. Istorija jazyka i is-torija kommunikacii: ot klinopisi do Interneta [Tekst] / N. B. Mechkovskaja. - M. : Flinta-Nauka, 2009. - 584 s.

13. Nechaeva, I. V. O shop(p)inge, mini(-)vjene i tajnah orfograficheskoj kodifikacii [Tekst] / I. V. Nechaeva // Russkij jazyk v nauchnom osveshhenii. - 2012. - № 1 (23). - S. 72-89.

14. Raciburskaja, L. V. Novye tendencii v so-vremennom medijnom slovotvorchestve [Tekst] / L. V. Raciburskaja, N. A. Samylicheva, A. V. Shumilova // Novye tendencii v sovremennom russkom jazyke XXI veka. - M., 2014.

15. Samylicheva, N. A. Okkazional'nye slova kak sredstvo jekspressivizacii gazetnogo teksta (na materiale nizhegorodskih SMI) [Tekst] : diss. ... kand. filol. nauk / N. A. Samylicheva. -N. Novgorod, 2011.

16. Hrushheva, O. A. Universal'nye i lingvo-kul'turnye osobennosti blendinga [Tekst] : diss. ... kand. filologicheskih nauk / O. A. Hrushheva. -Cheljabinsk, 2011. - 227 s.

17. Shmeleva, E. Ja. O slovah kompromiss i beskompromissnyj [Tekst] / E. Ja. Shmeleva // Jevoljucija ponjatij v svete istorii russkoj kul'tury. -M. : Jazyki slavjanskoj kul'tury, 2012. - S. 196-203.

18. Shmeleva, E. Ja. Slovo nerukopozhatnyj kak simvol nashego vremeni [Tekst] / E. Ja. Shmeleva //

Trudy Instituta russkogo jazyka im. V. V. Vinogradova. - 2014. - № 2-1. - S.401-411.

Дата поступления статьи в редакцию: 04.04.2015 Дата принятия статьи к печати: 03.09.2015

1 Несколько таких неодериватов рассмотрены в [17; 18].

2 Вероятно, это слово можно даже рассматривать как слово-гибрид (портманто или бленд, см. ниже).

3 Ср.: «С нашей точки зрения, в большинстве окказиональных образовании с суффиксом -оид-, выполняющих экспрессивную функцию, отрицательная окраска базируется на связи с лексемой гуманоид. На основе этой связи в подобных образованиях актуализируется сема 'не человек'» [10].

4 О суффиксе -инг см. например, [2].

5 «Сегодня на просторах интернета появилось новое имя нарицательное - «псакинг», дающее оценку людям, которые, не разобравшись в ситуации, делают безапелляционные заявления, путая факты и забывая при этом извиняться («Псакинг - новое имя американской политики» http://xppx.org/business-machine/7247-psaking-novoe-imya-amerikanskoj .

6 «...термин «жидобандеровец» <> родился на Украине в 2014 г. Так называют себя люди с еврейскими корнями, которые поддержали Евромайдан и ультраправых украинских националистов — наследников идей Бандеры («Правый сектор»)» («Откуда пошли "жидо-бандеровцы"?» Ш-p://www.mk.ru/politics/2014/12/18/otkuda-poshli-zhidobanderovcy.html). Это слово - пародийное подражание слову жидомасон, встающее в ряд других пародийных подражаний жидочекист, жидочурка и др.

7 Мы выделяем жирным шрифтом части, из которых образуется бленд, скобками выделены сходные части слов, которые накладываются друг на друга.

8 Ср. бранное именование телевизионных пропагандистов - пропагандоны.

9 Об орфографических вариантах неологизмов см., например, [13]. Даже в данной статье встречается слово тег, которое словари рекомендуют писать через е, но в интернете его часто пишут через э - тэг (см. далее).