Падеж и структура именной группы: вариативное маркирование объекта в мишарском диалекте татарского языка

Е.А. Лютикова

Падеж и структура именной группы: вариативное маркирование объекта в мишарском диалекте татарского языка

в статье обсуждается вариативное падежное маркирование объекта в двух идиомах мишарского диалекта татарского языка. Показано, что характеристики падежного варьирования таковы, что они не могут получить объяснения ни в

1 Работа над статьей велась в рамках проектов РФФИ № 11-06-00489-а, РГНФ № 12-04-00327а и РНФ № 14-18-03270. Автор выражает искреннюю признательность П.В. Гращен-кову, Я.Г. Тестельцу и А.В. Циммерлингу, а также участникам конференции «Типология морфосинтаксических параметров - 2012» за содержательное и заинтересованное обсуждение ряда аспектов данной статьи, а П.М. Аркадьеву - за неоценимую помощь в подготовке статьи к печати.

семантических терминах (специфичность, одушевленность и т.п.), ни в терминах позиционной альтернативны (внутри vs. вне глагольной группы). в качестве лицензора падежного варьирования выступают структурные характеристики объектной именной группы: группы полной структуры (DP) получают винительный падеж, а группы неполной структуры (QP, NP) остаются беспадежными. Ключевые слова: вариативное маркирование объекта, падеж, именная группа, DP-гипотеза, татарский язык.

Падежная проблематика в свете вариативного маркирования объекта

Вариативное маркирование объекта (differential object marking, DOM [12]) - широко распространенный в языках мира феномен, когда выбор морфосинтаксического оформления объекта определяется значением одного или нескольких признаков объектной именной группы или глагольной группы в целом. В качестве характерных примеров можно указать парадигмы (примеры 1-2, адаптированы из работ О. Четиноглу, М. Батт и М. Энч [14; 15]): в примере 1 оформление объекта определяется его специфичностью, в примере 2 - партитивностью.

(1) а. Ali kitab-i al-di.

Али книга-ACC1 покупать-PST Али купил (конкретную) книгу. б. Ali kitap al-d.

Али книга покупать-PST Али купил книгу/книги.

(2) а. Ali su-yu iç-ti.

Али вода-ACC пить-PST Али выпил воду. б. Ali su-dan iç-ti. Али вода-ABL пить-PST Али выпил воды.

Типологические исследования DOM (см., например, обобщающую работу К. фон Хойсингера, У. Кляйна и П. де Сварта [17]) выявили целый ряд факторов, в одиночку или в совокупности лицензирующих вариативное падежное маркирование, например, видовременные и акциональные характеристики предиката, полярность, наклонение, одушевленность, определенность, референтность объекта.

1 Условные обозначения: 1 - 1-е лицо; 3 - 3-е лицо; ABL - аблатив; ACC - аккузатив; ATR - атрибутивизатор; CONV - конверб; DAT - датив; EMPH - эмфатическая частица; GEN - генитив; INF - инфинитив; NEG - отрицание; OBL - косвенная основа; PART - причастие; PL - множественное число; PRON - местоимение; PST - прошедшее время; SG -единственное число.

ш Важнейшей характеристикой DOM в конкретном языке является дихо-^ томия симметричного/асимметричного вариативного маркирования объекта [18]. В турецком примере 2 мы наблюдаем варьирование двух паде-tg жей в объектной позиции, т.е. симметричное маркирование. Напротив, в примере 1 выбор происходит между маркированной (падежный показатель) и немаркированной формой.

В литературе отмечаются значимые корреляции между рассмотренными параметрами. А. Мальчуков и П. де Сварт [21] указывают, что системы с асимметричным вариативным маркированием объекта обычно ориентированы на признаки самого объекта (одушевленность, определенность, референтность), что соответствует параметру индивиду-ации пациенса в работе П. Хоппера и С. Томпсон [19], в то время как системы с симметричным вариативным маркированием объекта опираются на более широкий круг признаков, не обязательно определенных собственно на объекте, таких как вид (аспект), фактивность, утверждение/отрицание и т.п.

Симметричный и асимметричный DOM создают как общие, так и специфические проблемы для теории падежа. Оба типа DOM обладают общим свойством: варьирование падежного оформления всегда происходит с одним из грамматических (в терминологии Е. Куриловича [6]), или структурных (в терминологии генеративной грамматики) падежей, т.е. таких падежей, выбор которых зависит не от индивидуальных свойств управляющего слова, а от его принадлежности к максимально широкому синтаксическому классу, например, к переходным или непереходным глаголам. Соответственно, для обоих типов DOM встает вопрос о специфике структурных падежей, позволяющей им, в отличие от лексических, варьировать с другими падежами или оставаться невыраженными.

В случае симметричного DOM на первый план выходят проблемы поиска лицензора падежа, варьирующего со структурным, и объяснение механизма выбора одного из падежей (в качестве примера можно привести многолетнюю дискуссию о русском генитиве под отрицанием, варьирующем с аккузативом и номинативом). При этом именно структурный падеж является «падежом по умолчанию», который объектная именная группа (ИГ) получила бы при отсутствии лицензора DOM (в приведенном русском примере - сентенциального отрицания).

Асимметричный DOM устроен по-другому: наличие лицензора (например, положительное значение признака «специфичность» в примере 1а) вызывает оформление объекта структурным падежом, а в отсутствие лицензора объект остается неоформленным. Соответственно, возникает вопрос, каков падежный статус неоформленного объекта.

В данной статье мы обсудим вариативное маркирование объекта в ш х мишарском диалекте татарского языка на материале двух идиомов - гово- S & ра с. Кутлушкино (Яуширмэ) Чистопольского района Республики Татар- 1 стан (идиом 1) и говора с. Рыбушкино (Рбишчэ) Краснооктябрьского о района Нижегородской области (идиом 2). В обоих идиомах представлен © асимметричный DOM, демонстрируемый в примере 3:

(3) а. Марат машина-ны сат-ып ал-ды.

Марат машина-ACC продавать-CONV брать-PST Марат купил <the> машину. б. Марат машина сат-ып ал-ды.

Марат машина продавать-CONV брать-PST Марат купил <a> машину.

Предполагается показать, что падежное варьирование в позиции объекта коррелирует со степенью структурной сложности ИГ, понимаемой как количество функциональных проекций, или «оболочек», группы лексического существительного. Таким образом, в качестве фактора-лицензо-ра DOM в мишарском диалекте татарского языка будет предложен такой параметр, как структурный тип ИГ.

Вопрос о падежном статусе немаркированного прямого дополнения будет решен по-разному в двух исследованных идиомах. Мы предполагаем показать, что отсутствие падежного маркирования может быть связано как с отсутствием у ИГ синтаксического падежа, так и с нулевой морфологической реализацией приписанного синтаксического падежа.

DOM в мишарском диалекте татарского языка

Грамматические описания и специальные работы, посвященные вариативному падежному оформлению объекта в литературном татарском языке, указывают в качестве фактора-лицензора DOM такую семантическую характеристику, как определенность объекта: «Если прямое дополнение выражает предмет, уже известный как говорящему, так и слушающему, оно обязательно принимает аффикс винительного падежа. <... > Если прямое дополнение выражает предмет, о котором упоминается впервые, оно обязательно находится рядом с господствующим членом и не принимает никакого аффикса...» [4, с. 119]; «Основной падеж обозначает прямой объект и выступает дополнением... Значение прямого объекта характерно и для винительного падежа. Однако в отличие от объекта винительного падежа объект основного имеет оттенок неопределенности» [8, с. 46]; «Когда первое дополнение оформляется морфологически выраженным винительным падежом, речь идет об определенном предмете, а если оно имеет нулевую форму, речь идет о неопределен-

ш ном, неконкретном предмете» [1, с. 39]. Таким образом, дистрибуция g DOM объясняется семантическими причинами и предполагается, что ИГ любых структурных типов способны демонстрировать вариативное d падежное оформление в позиции дополнения, связанное с категорией определенности / неопределенности.

В мишарском диалекте, однако, дистрибуция DOM оказывается ограниченной. Так, существует целый ряд типов ИГ, с необходимостью получающих падежное маркирование в позиции прямого дополнения. К таким ИГ относятся:

- все местоимения-существительные (личные, анафорические, возвратные, вопросительные, неопределенные, отрицательно-полярные) (пример 4);

- личные имена;

- именные группы, содержащие «исчерпывающие» кванторы (hap 'каждый', ике да 'оба');

- именные группы, содержащие указательные местоимения бу 'этот', шул 'тот';

- именные группы, содержащие генитивный посессор и согласованные с ним по категории лица и числа (изафетная конструкция 3, ИК3), (пример 5);

- расщепленные количественные, кванторные и атрибутивные группы с субстантивированным числительным / квантором / прилагательным (пример 6).

(4) Марат а-лар-*(ны) KYp-де. Марат он-PL-ACC видеть-PST Марат их увидел.

(5) Марат Рамил-нец машина-сы-*(н) ал-ды. Марат Рамиль-GEN машина-3-ACC брать-PST Марат купил машину Рамиля.

(6) Ул китап-лар-ныц ике-се-*(н) укы-ды.

он книга-PL-GEN два-3-ACC читать-PST Из книг он прочитал две.

На первый взгляд, кажется возможным объяснить запрет на опущение аккузативного показателя влиянием факторов, релевантных для DOM. Действительно, если считать референциальные характеристики ИГ «ответственными» за выбор между маркированной и немаркированной формой прямого дополнения, удается объяснить, почему личные местоимения, личные имена, ИГ с универсальными кванторами и ИГ с указательными местоимениями требуют аккузативного показателя в контексте прямого дополнения: такие ИГ всегда определенные. Если удастся пока-

зать, что ИГ с изафетной конструкцией 3 и расщепленные группы также ш х всегда являются определенными, то запрет на опущение показателя акку- S & затива для всех классов ИГ можно будет объяснить действием факторов, 1 вызывающих DOM. §

Однако обнаруживается, что такие ИГ не только не являются всегда © определенными, но и могут быть нереферентными. Так, в примере 7 ИГ два стихотворения Тукая может иметь как широкую (соответствующую определенному или неопределенному референтному референ-циальному статусу) сферу действия по отношению к универсальному квантору, так и узкую сферу действия, при которой выбор двух стихотворений варьирует по ученикам; определенные же ИГ всегда демонстрируют широкую сферу действия по отношению к другим кванторам. В примере 8 ИГ Алсуныц бер фотографиясен 'одна фотография Алсу' может иметь как широкую, так и узкую сферу действия относительно сентенциального отрицания; в последнем случае она является нереферентной (имеет экзистенциальный денотативный статус, согласно классификации Е.В. Падучевой [7]). Наконец, в примере 9 демонстрируется расщепленная количественная группа в позиции прямого дополнения; перевод показывает, что такая группа может иметь как широкую (две конкретные книги), так и узкую (любые две книги) сферу действия относительно модального предиката. При этом, однако, опущение аккузативного показателя в примерах 7-9 недопустимо ни при одной из интерпретаций.

(7) Ьэр укучы Тукай-нъщ ике шигыр-е-*(н) каждый ученик Тукай-GEN два стихотворение-3-ACC укы-ды.

читать-PST

Каждый ученик прочитал два стихотворения Тукая.

2 > V

(8) Марат Алсу-ныц бер фотография-се-*(н) дэ Марат Алсу-GEN один фотография-3-ACC EMPH кур-ме-де.

видеть-NEG-PST

Марат не видел

3 > Neg

(9) Бу китап-лар-ныц ике-се-*(н) укы-рга кирэк. этот книга-PL-GEN два-3-ACC читать-INF нужно Из этих книг нужно прочитать две (конкретные // любые).

56 >

ш две > нужно

I нужно > две

Таким образом, обнаруживаются такие структурные типы ИГ, обя-й зательное маркирование которых в контексте прямого дополнения не может быть объяснено действием тех же факторов, которые регулируют выбор падежного оформления для других типов ИГ. Иными словами, ИГ с изафетной конструкцией 3 и расщепленные группы не являются субъектом семантических правил, регулирующих DOM, но должны получать показатель аккузатива согласно правилам другой природы.

Обратимся теперь к неоформленным (не маркированным падежным показателем) прямым дополнениям в мишарском диалекте и попытаемся выявить их семантические и синтаксические свойства.

Неоформленные прямые дополнения в идиоме 1 и идиоме 2 обладают как общими свойствами, так и определенной спецификой (таблица 1).

Таблица 1

Свойства неоформленных прямых дополнений

Свойства Идиом 1 Идиом 2

Ветвление да да

Сочинение с оформленными (аккузативными) прямыми дополнениями нет нет

Нейтрализация числового противопоставления да да

Линейная позиция только предглагольная любая

Сфера действия по отношению к другим кванторам и операторам только узкая узкая и широкая

В обоих идиомах ИГ-неоформленные прямые дополнения допускают ветвление, т.е. включение в состав ИГ разного рода модификаторов, таких как прилагательные, числительные, разного рода атрибутивные группы. Следовательно, неоформленные объекты являются не именными вершинами, а полноценными именными группами.

Неоформленные прямые дополнения не допускают сочинения с акку-зативными (ср. пример 10), что предположительно говорит о том, что неоформленные и оформленные дополнения соответствуют именным составляющим различной природы (таблица 1).

(10) Марат китап-ны hэм ниндидер газет-*(ны) Марат книга-АСС и какой-то газета-АСС ал-ды. брать-Р8Т

Марат купил книгу и какую-то газету.

Важным свойством неоформленных прямых дополнений в обоих идиомах является нейтрализация числового противопоставления: форма

единственного числа (без числового показателя -лар) может интерпре- ш х тироваться как отсылающая к единичному или множественному объек- S готу (пример 11а). Важно отметить, что оформленные прямые дополнения 1

_ о

без показателя множественного числа однозначно интерпретируются как § единичные (пример 11в). ©

(11) а. Марат кызыл алма аша-ды.

Марат красный яблоко есть-PST Марат съел красное яблоко / красные яблоки.

б. Марат кызыл алма-лар аша-ды. Марат красный яблоко-PL есть-PST Марат съел *красное яблоко / красные яблоки.

в. Марат кызыл алма-ны аша-ды. Марат красный яблоко-ACC есть-PST Марат съел красное яблоко / *красные яблоки.

Последние два параметра различают исследованные идиомы. Так, в идиоме 1 неоформленное прямое дополнение может занимать только предглагольную позицию, в то время как в идиоме 2 оно допускается в тех же позициях, что и маркированное аккузативным показателем; например, оно может отделяться от глагола наречием образа действия, косвенным дополнением или подлежащим. Наконец, в то время как в идиоме 1 неоформленные дополнения демонстрируют исключительно узкую сферу действия по отношению к другим кванторам и операторам, в идиоме 2 оказываются возможны интерпретации как с узкой, так и с широкой сферой действия. Показателен в этом отношении пример 12, грамматичный в обоих идиомах, но допускающий только интерпретацию а в идиоме 1 и обе интерпретации (а и б) в идиоме 2:

(12) hap укучы ике бирем эшлэ-де.

каждый ученик два задача делать-PST

Каждый ученик решил две задачи.

(б) 2 > V (Есть две задачи, которые решил каждый ученик).

Оставляя пока в стороне отличия идиомов, можно предположить, что

свойства неоформленных прямых дополнений, так же как и обязательное падежное маркирование ИГ, связаны с их структурным типом. Наша гипотеза состоит в том, что немаркированные прямые дополнения представляют собой ИГ «малой структуры» (small nomináis [23]). В отличие от «полноценных» ИГ, обладающих всеми функциональными проекциями, характерными для именных групп, ИГ малой структуры не получают падежа. Таким образом, вариативное маркирование объекта в мишарском диалекте обусловлено структурными характеристиками ИГ. Свойства

ш оформленных и неоформленных прямых дополнений в таком случае сле-S дуют, во-первых, из их структурного типа, и во-вторых, из их (бес)падеж-§ ного статуса.

J Итак, далее в этой статье мы будем развивать такой анализ DOM, который опирается на корреляции структурных альтернатив ИГ и их падежного оформления. Чтобы обосновать подобный анализ, необходимо показать, что различные структурные типы ИГ в мишарском диалекте обнаруживаются не только в контексте прямого дополнения, но и обладают различной синтаксической дистрибуцией вне его. Именно этому посвящен следующий раздел.

Структурные типы именной группы

Линейная структура мишарской именной группы подробно описана в работах П.В. Гращенкова [2; 3]. Порядок следования модификаторов в ИГ определяется следующей иерархией (13): ближе всех к вершине располагается существительное - компонент изафетной конструкции 1 (ИК1), затем зависимое существительное в изафетной конструкции 2 (ИК2), затем неветвящиеся адъективные зависимые - непроизводные прилагательные, производные прилагательные и одиночные причастия. Следующий от вершины слот включает числительные, кванторы и указательные местоимения. Далее располагаются ветвящиеся зависимые -атрибутивные группы и относительные предложения. «Замыкают» левую границу именной группы генитивные зависимые вершины (ИК3) [2]:

(13) {ngen REL ATT} {DET QUANT} {PART adjd adjnd n2 nj HEAD_NOUN

(14) Марат-ныц Казан-дан килдер-гзн ике Марат-GEN Казань-ABL привозить-PART два кызык-лы яца китаб-ы интерес-ATR новый книга-3

'две привезенные из Казани интересные новые книги Марата'

Именная словоформа в мишарском диалекте татарского языка демонстрирует следующий порядок суффиксов (пример 15): ближе всего к основе располагается показатель числа, далее показатель согласования с посессором, далее падежный показатель.

(15) N-Num-Poss-Case бала-лар-ы-ныц ребенок-PL^-GEN 'его детей'

Мы полагаем, что порядок следования аффиксов отражает, в соответствии с принципом зеркальности (Mirror principle, [9]), порядок следования

функциональных проекций в мишарской именной группе. В таком слу- ш х чае в первом приближении мишарская ИГ может выглядеть следующим ¡5 ^ образом: |

(16) а. [PossP [NumP [ЫР N ] ] ] § б. [PossP -ы [ЫитР -лар [ЫР N бала-] ] ] ©

Структура составляющих 16б предполагает, что лексическая именная вершина (Ы) возглавляет проекцию ЫР, включающую модификаторы именной вершины, такие как, например, прилагательные или атрибутивные обороты. Над проекцией лексического существительного располагается проекция грамматического числа, отвечающая, в частности, за числовые характеристики именной группы. Наконец, максимальной именной проекции соответствует ИГ с генитивным зависимым (ИК3), обозначенная в структуре 16 как PossP (посессивная группа). В дальнейшем изложении мы идентифицируем посессивную группу с универсальной максимальной именной проекцией - DP.

Обоснованием для выделения указанных типов именных проекций могут служить селективные ограничения ряда синтаксических конструкций.

Именная вершина (Ы) выступает в качестве именного компонента сложных предикатов, а также как зависимый компонент в ИК1. Так, например, зависимое существительное в ИК1 не допускает ветвление (пример 17б) и не может содержать показатель множественного числа (пример 18б); местоимения в ИК1 также недопустимы.

(17) а. алтын йезек

золото кольцо 'золотое кольцо' б. *чын алтын йезек

истинный золото кольцо 'кольцо чистого золота'

(18) а. таш йырт

камень дом 'каменный дом' б. *таш-лар йырт камень-PL дом 'дом из камней'

Следующая по размеру именная составляющая - именная группа в узком смысле (ЫР), или проекция лексического существительного. Она может содержать различные модификаторы имени (но не генитив-ное зависимое) и является нейтральной в отношении числа (не может содержать числовой показатель и интерпретируется вне числовой оппозиции).

ш Примером контекста, в котором встречается NP, может служить допол-^ нение атрибутивизатора -лы. В примере 19 демонстрируются возможности ветвления ИГ-комплемента атрибутивизатора -лы; в примере 20 й показано, что такая ИГ не может содержать показатель числа, генитивное зависимое, быть проформой. Особо отметим числовую нейтральность так, пример 20а допускает две интерпретации - 'чашка с синим цветком' и 'чашка с синими цветами'.

(19) а. [биек табан]-ны туфли-лар

высокий подошва-ATR туфель-PL 'туфли на высоком каблуке'

б. [биш тэрэз]-ле йырт пять окно-ATR дом 'дом с пятью окнами'

в. [бетен бул-ачак недостатка]-лы кеше весь быть-РАЯТ недостаток-ATR человек 'человек со всеми возможными недостатками'

(20) а. [кук чэчэк-(*лэр)]-ле чашка

синий цветок-*PL-ATR чашка

'чашка с синим цветком / чашка с синими цветами'

б. *[Тукай-ныц рэсем-(е)]-ле китап

Тукай^ЕМ рисунок-(3)-АТЯ книга 'книга с портретом Тукая'

в. *мин-ле фотография

я-АТЯ фотография

'фотография со мной'

В отличие от следующая по размеру именная проекция - МЫитР -охарактеризована по числу. Примером контекста, в котором встречается МЫитР, может служить зависимое в изафетной конструкции 2 (ИК2). В примере 21 демонстрируется зависимая ИГ в форме множественного числа; примеры 22а-б показывают, что как наличие, так и отсутствие морфемы числа на зависимом в ИК2 является смыслоразличительным (иными словами, сугыш 'война' является формой единственного числа, а не формой «без числа»). Примеры 23-24 демонстрируют ограничения на зависимое в ИК2, вытекающие из его фразовой категории: оно не может соответствовать посессивной группе с генитивным зависимым (ИК3) и личному местоимению.

(21) [кырсак-лы хатын-нар] кием-е живот-АТЯ женщина-PL одежда-3 'одежда (для) беременных женщин'

(22) а. сугыш дэвер-е-н-дэ ш х

война период-3-OBL-LOC | |

'во время войны' 1

б. сугыш-лар дэвер-е-н-дэ §

война-PL период-3-OBL-LOC ©

'в период войн'

(23) а. [[ИК2] ИК2]

[[укучы дэфтэр-лэр-е] папка-сы] ученик тетрадь-PL-3 папка-3 'папка для ученических тетрадей'

б. [[ИК3] ИК3]

[[укучы-ныц дэфтэр-лэр-е-нец] папка-сы] ученик-GEN тетрадь-PL-3-GEN папка-3 'папка для тетрадей ученика / с тетрадями ученика'

в. *[[ИК3] ИК2]

*[[укучы-ныц дэфтэр-лэр-е] папка-сы] ученик-GEN тетрадь-PL-3 папка-3 'папка для тетрадей ученика'

(24) *мин дэфтэр-ем (°к: минем дэфтэр-ем) я тетрадь-1SG я.GEN тетрадь-1SG 'моя тетрадь'

Наконец, максимальная именная проекция - DP (группа определителя, в частности, ИГ с ИК3 или местоимение) - способна занимать любые аргументные позиции, в том числе и позиции генитивного зависимого в самой ИК3 (ср. пример 23б). При этом существуют также атрибутивиза-торы, способные принимать в качестве комплемента DP, это, например, атрибутивизаторы -дагы и -ныкы, демонстрируемые в примерах 25а-б.

(25) а. Химия дэрес-е-н-дэ [Менделеев-нец таблица-сы-н]-дагы

химия урок-3-OBL-LOC Менделеев-GEN таблица-3-OBL-ATR химик элемент-лар-ны эйрэн-э-лэр.

химический элемент-PL-ACC изучать-PRS-PL На уроке химии изучают химические элементы в таблице Менделеева. б. Бу китап кем-неке? этот книга кто-ATR Чья эта книга?

Таким образом, выделенные нами структурные типы ИГ являются грамматически релевантными в мишарском диалекте татарского языка: в терминах соответствующих фразовых категорий формулируются син-

ш таксические селективные ограничения различных вершин и конструк-^ ций. На основании синтаксической дистрибуции выявляются следующие типы именных составляющих: N (вершина) - неветвящееся существи-й тельное, выступающее в качестве именного компонента в ИК1 и в сложных предикатах; № (собственно именная группа) - существительное с разнообразными модификаторами, кроме генитивного посессора, группа, нейтральная в отношении числового противопоставления, выступающая в качестве комплемента атрибутивизатора -лы; ЫитР (группа числа) -ЫР, в которой фиксировано значение категории числа, выступающая в качестве именного зависимого в ИК2; DP (максимальная именная составляющая) - существительное с любыми модификаторами, в т.ч. с генитив-ным зависимым, а также проформы, выступающие в любых аргументных позициях, в т.ч. в позиции генитивного зависимого в ИГ.

Мы располагаем следующими структурными диагностиками типа именной составляющей:

- не допускающее ветвления существительное: Ы;

- существительное с любым модификатором: минимум ЫР, максимум DP;

- существительное с любым модификатором без показателя числа, демонстрирующее числовую нейтральность: ЫР;

- существительное с показателем числа либо без показателя числа, не допускающее нейтрализации числа при интерпретации: минимум ЫитР, максимум DP;

- существительное с генитивным зависимым, проформа: DP.

Последнее замечание, которое мы сделаем в этом разделе, касается

структурного статуса расщепленных конструкций с субстантивированным числительным / квантором [5] / прилагательным, демонстрируемых в примере 26 (см. также примеры 6 и 9 выше):

(26) Кыз-лар-ныц ике-се / бетен-есе / зур-лар-ы девочка-PL-GEN два-3 / весь-3 / большой-PL-3 кил-де.

приходить-PST

Из девочек пришли две / все / большие.

В работах П.В. Гращенкова [2; 3; 16] убедительно аргументирован анализ, согласно которому такого рода конструкции представляют собой ИГ со структурой ИК3, в которой генитивное зависимое вызывает согласование на местоименной вершине, как это показано в примере 27 (= [16, пример 23с]):

(27) [от [от бэрэн-нэр-нец]+^ бетен [пР -е] -се] баран^^ЕЫ весь^ОЫ-3 'все из баранов'

f

Если этот анализ верен, то еще один структурный тип ИГ, соответствующий максимальной именной проекции фР), - это расщепленные количественные / кванторные / атрибутивные конструкции.

Итак, в этом разделе мы показали, что мишарская именная группа имеет иерархическую структуру, и выделили, на основе синтаксической дистрибуции и структурных свойств, три класса именных проекций: ЫР, ЫЫитР и DP. В следующем разделе мы предложим анализ вариативного маркирования объекта в исследованных идиомах мишарского диалекта татарского языка, опирающийся на структурные альтернативы ИГ.

Влияние факторов-лицензоров вариативного маркирования объекта на приписывание падежа может быть по-разному имплементировано в падежную теорию. Можно выделить два базовых подхода к вариативному приписыванию аккузатива - структурный и позиционный. Структурная альтернатива состоит в том, что маркированные падежом и немаркированные ИГ принадлежат различным фразовым категориям (ХР и ТР в примере 28а), и при этом ХР, но не ТР является носителем падежного признака. Позиционная альтернатива предполагает, что маркированные и немаркированные падежом ИГ располагаются в различных структурных позициях, при том что с аккузативным падежным оформлением связана только одна из этих позиций (позиция вне в примере 28б).

(28) а. структурная альтернатива

Оба подхода находят использование в формальной литературе, посвященной DOM. В рамках структурного подхода асимметричный DOM анализируется как дихотомия падежных VS беспадежных ИГ. Такая опция оказывается теоретически возможной, если предположить, что не все именные группы подлежат падежному фильтру. В таком случае обычно предполагается, что только ИГ полной структуры (DP) должны получить абстрактный падеж, в то время как ИГ меньшей структуры (small nomináis [23], например, NP или количественные группы) не нуждаются в падеже. Допущение, что не все структурные типы ИГ подлежат падежному фильтру, находит подтверждение в исследованиях, посвященных различным языкам. Так, например, для венгерского языка аргументируется

о о

X ©

Анализ

.. [Vp ...XP... ]] 0

Acc

ш гипотеза, что только DP, но не NP в позиции прямого дополнения вызы-S вает согласование глагола с объектом [11; 24]. Дистрибуция DOM в иврите объясняется сходным образом: предлог, приписывающий абстрактный J падеж, обязателен перед теми ИГ, которые со структурной точки зрения являются DP (ИГ с определенным артиклем), в то время как неопределенные ИГ анализируются как NP [13].

Примером позиционного подхода может служить гипотеза, что беспадежная ИГ - это ИГ в дефолтном морфологическом падеже (таком же, как, например, падеж подлежащего [22]). Для того чтобы прямому дополнению в морфонологическом компоненте был приписан дефол-тный падеж, необходимо, чтобы в локальной области не было другой беспадежной ИГ, имеющей над прямым дополнением структурный приоритет, в противном случае будет приписан зависимый аккузатив. Эта идея эксплуатируется в работах М. Бейкера, Н. Винокуровой, Т. Левина и О. Премингера [10; 20] при анализе якутского DOM. Предполагается, что маркированные прямые дополнения располагаются вне глагольной группы и, таким образом, оказываются в одной локальной области с подлежащим. В этой конфигурации прямое дополнение получает зависимый падеж — морфологический аккузатив (29а). Если же прямое дополнение остается в глагольной группе, то отсутствуют структурные основания для приписывания зависимого падежа: в каждой из локальных областей (фаз) имеется только по одной лишенной падежа ИГ, и каждая из них в результате получает дефолтный именительный падеж (29б).

(29) а. [tp ИГ! ИГ2 [vp ...] ]

I Nom_I Acc

б. [tp иг1 [vp ИГ2 ... ]

Nom Nom

Обращаясь к мишарскому материалу, отметим, что структурная альтернатива DOM (ИГ разной структуры, возможно, в одной синтаксической позиции) делает лучшие предсказания, чем конфигурационная альтернатива DOM (ИГ в разных синтаксических позициях, возможно, одной структуры). Во-первых, среди ИГ, обязательно оформляемых аккузативом, имеются ИГ определенной синтаксической структуры, а именно - ИГ с посессивным показателем (ИК3, расщепленная количественная конструкция) и проформы. Во-вторых, беспадежные прямые дополнения не сочиняются с аккузативными, что предположительно свидетельствует о том, что они соответствуют составляющим разного типа. В-третьих, как показывает пример 30, аккузативные ИГ, как и беспадежные, могут располагаться in situ (контактно с глаголом, справа от

обстоятельств уровня глагольной группы) и не покидать пределов глагольной группы в синтаксисе.

(30) а. Марат тиз китап-(ны) укы-ды.

Марат быстро книга-ACC читать-PST Марат быстро прочитал книгу.

б. [vP тиз [VP [DP китап-(ны)] [V укы]] v ]

Таким образом, в дальнейшем мы будем развивать такой анализ DOM, который опирается на корреляции структурных альтернатив ИГ и их падежного оформления.

Анализ: идиом 1

Основываясь на результатах, полученных в предыдущем разделе, мы предполагаем, что DOM в идиоме 1 мишарского диалекта татарского языка опирается на оппозицию двух структурных типов ИГ - максимальных именных проекций (DP) и именных групп малой структуры (NP и NumP). В то время как DP должны получить синтаксический падеж (поскольку признак падежа определен на вершине D), ИГ малой структуры не нуждаются в падеже. Таким образом, оформленные прямые дополнения представляют собой DP (пример 31а), а неоформленные - NP или NumP (примеры 31б-в).

(31) а. Марат [DP машина-ны] сат-ып ал-ды.

Марат машина-ACC продавать-CONV брать-PST Марат купил машину / *машины.

б. Марат [NP / NumP машина] сат-ып ал-ды. Марат машина продавать-CONV брать-PST Марат купил машину/машины.

в. Марат [NumP машина-лар] сат-ып ал-ды. Марат машина-PL продавать-CONV брать-PST Марат купил машины.

Отличия в синтаксическом поведении и интерпретации маркированных и немаркированных прямых дополнений следуют из предположения, что DP способны к открытому (скрэмблинг) и скрытому (подъем квантора) передвижению, в то время как лишенные падежа NP и NumP должны оставаться in situ. Соответственно, дополнения-DP могут занимать произвольную позицию в предложении, а линейная позиция NP и NumP ограничена предглагольной; по этой же причине NP/NumP демонстрируют узкую сферу действия по отношению к другим операторам и кванторам. NP в позиции прямого дополнения демонстрирует числовую нейтральность. Ограничения на сочинение маркированных и немаркированных прямых дополнений также следуют из их различного структурного статуса.

Анализ: идиом 2

^ Как видно из таблицы 1, между двумя идиомами обнаруживаются некоторые отличия в свойствах немаркированных прямых дополнений. й Во-первых, в идиоме 2 неоформленные прямые дополнения могут располагаться неконтактно с глаголом (ср. пример 32, неграмматичный в идиоме 1):

(32) Марат китап анарга тыш-ка цыг-ып

Марат книга онЛАТ улица^АТ выходить-CONV

бир-де.

давать-Р8Т

Выйдя на улицу, Марат отдал ему книгу.

Во-вторых, в идиоме 2 неоформленные прямые дополнения могут иметь широкую сферу действия относительно других операторов. Так, пример 33 в идиоме 2 демонстрирует две интерпретации - с узкой (331) и широкой (3311) сферой действия неоформленного прямого дополнения, в то время как в идиоме 1 интерпретация варианта 3311 оказывается недоступной.

При этом между указанными параметрами обнаруживаются примечательные корреляции.

Во-первых, оторванные от глагола немаркированные прямые дополнения не обнаруживают числовой нейтральности. Сравним примеры 34а и 34б. В примере 34а ИГ китап 'книга' расположена в предглагольной позиции и демонстрирует нейтральность в отношении категории числа. В примере 34б немаркированное прямое дополнение, отделенное от глагола аргументной ИГ, может интерпретироваться только как единичный объект.

(34) а. Марат анарга китап бир-де.

Марат онЛАТ книга давать-Р8Т

Марат отдал ему книгу / книги. б. Марат китап анарга бир-де.

Марат книга онЛАТ давать-Р8Т

Марат отдал ему книгу / *книги.

Во-вторых, нейтральные в отношении числа неоформленные прямые дополнения не могут иметь широкой сферы действия.

(35) а. hэр укучы авыр мэсэлэ эшлэ-де.

каждый ученик трудный задача делать-Р8Т

Каждый ученик решил трудную задачу / трудные задачи. ш х

(i) V > 3, одна задача: | |

Каждый ученик решил по трудной задаче. 1

о

(и) V > V, несколько задач: |

Каждый ученик решил по несколько трудных задач. ©

(ш) 3 > V, одна задача:

(Одну) трудную задачу решил каждый ученик. (гу) * 3 > V, несколько задач: *(Некие) трудные задачи решил каждый ученик. Таким образом, в идиоме 2, в отличие от идиома 1, обнаруживается два класса неоформленных прямых дополнений. Неоформленные дополнения первого класса демонстрируют те же свойства, что и неоформленные дополнения в идиоме 1: они не отрываются от глагола, проявляют нейтральность в отношении числового противопоставления и не имеют широкой сферы действия по отношению к другим кванторам и операторам, содержащимся в предложении. Неоформленные прямые дополнения второго класса допускают скрэмблинг, могут иметь широкую сферу действия и обладают фиксированным грамматическим числом. Опираясь на интерпретацию числа, можно предположить, что различие между двумя классами является структурным: неоформленные дополнения первого класса являются ЫР, а прямые дополнения второго класса - ЫитР.

Если эта гипотеза верна, то неоформленная ЫитР в позиции прямого дополнения обладает всеми свойствами оформленных DP (способность к открытому и скрытому передвижению, фиксированное число), кроме одного - морфологически реализованного падежа. В свете предыдущего обсуждения очевидно, что, если наличие падежа у ИГ связано с ее способностью к скрэмблингу и получением широкой сферы действия, то ЫитР в позиции дополнения обладает абстрактным падежом. Специфика идиома 2 в таком случае состоит в том, что ЫитР, как и DP, получает синтаксический падеж, но синтаксический аккузатив по-разному реализуется на DP и на ЫитР: синтаксическому аккузативу соответствует морфологический аккузатив на DP и морфологический номинатив на ЫитР. Таким образом, парадигма примера 31 применительно к идиому 2 выглядит следующим образом:

(36) а. Марат [от машина-ны] сат-ып ал-ды.

Марат машина-АСС продавать-СОЫ^ брать^Т

Марат купил машину / *машины.

[синтаксический падеж: Асс]; [морфологический падеж: АСС]

б. Марат [ЫитР машина] сат-ып ал-ды.

Марат машина продавать-СОЫ^ брать^Т

ш Марат купил машину / *машины.

g [синтаксический падеж: Acc]; [морфологический падеж: NOM]

о в. Марат [NP машина] сат-ып ал-ды.

â Марат машина продавать-CONV брать-PST

Марат купил машину / машины. [без падежного признака]

Такой анализ предсказывает, что ИГ «прямые дополнения» с показателем аккузатива в идиоме 2 являются DP и обладают теми же свойствами, что и DP идиома 1 (способность к передвижению, возможность широкой сферы действия в отношении других операторов и кванторов, отсутствие числовой нейтральности). Прямые дополнения без показателя аккузатива представлены двумя структурными типами. NP в позиции прямого дополнения лишена абстрактного падежа и демонстрирует неспособность к скрэмблингу, узкую сферу действия и числовую нейтральность. Прямое дополнение, представляющее собой NumP, обладает абстрактным падежом; отсюда следует корреляция между отсутствием числовой нейтральности и способностью к открытому (при скрэмблинге) или скрытому (при подъеме квантора) передвижению.

Выводы

В этой статье мы рассмотрели феномен вариативного маркирования объекта в двух говорах мишарского диалекта татарского языка. Было показано, что в обоих идиомах за вариативным кодированием дополнения стоят структурные альтернативы ИГ: ИГ аксимальной структуры (DP) получают аккузативное кодирование, в то время как ИГ неполной структуры (NP в обоих идиомах, NumP в идиоме 1) остаются немаркированными. Мы предположили, далее, что два содержательных класса неоформленных прямых дополнений в идиоме 2 также различаются по своим структурным свойствам: NP остаются беспадежными, а NumP получают абстрактный аккузатив, который морфологически реализуется как номинатив.

Если предложенный анализ верен, то он позволяет по-новому взглянуть на ряд проблем, связанных с грамматикой падежа.

Во-первых, предпринятое нами обсуждение намечает направление поисков ответа на вопрос о том, почему именно в позиции структурного (но не лексического) падежа наблюдается как симметричный, так и асимметричный DOM. Специфика структурного падежа состоит, по-видимому, в том, что он может остаться неприписанным, если составляющая в аргументной позиции не активна для взаимодействия с при-писывателем падежа. Это может произойти в том случае, когда данная

составляющая лишена падежного признака (например, является PP, CP ш х

или NP) или уже получила падеж из другого источника (например,

тив отрицания, партитив и т.п.). |

Во-вторых, данные идиома 2 показывают, что между абстрактным § (синтаксическим) и морфологическим падежом не всегда существует © взаимнооднозначное соответствие. Если падеж (и управление) является синтаксическим феноменом, то его морфологическая реализация может варьировать в зависимости от различных (и в том числе структурных) факторов. Следовательно, и сам поверхностно наблюдаемый феномен DOM может быть мотивирован на разных уровнях: и как падежное варьирование в синтаксисе (варьирование абстрактных падежей или наличие/ отсутствие абстрактного падежа), и как падежное варьирование в морфологии (один и тот же абстрактный падеж, по-разному реализуемый морфологией для разных классов ИГ).

Библиографический список

1. Вильданова Н.Г., Гарипов Т.М. Один нулевой падеж или нулевые формы разных падежей? // Советская тюркология. 1988. № 4. C. 36-41.

2. Гращенков П.В. Именная группа в мишарском диалекте татарского языка. Рукопись, 2000.

3. Гращенков П.В. Изафетная конструкция: многофакторный анализ // Мишар-ский диалект татарского языка. Очерки по синтаксису и семантике / Под ред. К.И. Казенина, Е.А. Лютиковой, В.Д. Соловьева, С.Г. Татевосова. Казань, 2007. С. 83-115.

4. Закиев М.З. Татарская грамматика. Т. 3. Синтаксис. Казань, 1995.

5. Коваль П.А. Плавающие кванторы и информационная структура в татарском языке // Вестник МГГУ им. М.А. Шолохова. Сер. «Филологические науки». 2014. № 1. С. 46-62.

6. Курилович Е. Проблема классификации падежей // Курилович Е. Очерки по лингвистике. М., 1962. С. 175-203.

7. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью. (Референциальные аспекты семантики местоимений). Изд. 3-е, стереотип. М., 2002.

8. Татарская грамматика. Т. II. Морфология / Под ред. М.Ф. Закиева. Казань, 1993.

9. Baker M.C. The mirror principle and morphosyntactic explanation // Linguistic Iinquiry. V. 16. 1985. № 3. P. 373-415.

10. Baker M.C., Vinokurova N. Two modalities of case assignment: Case in Sakha // Natural Language and Linguistic Theory. V. 28. 2010. P. 593-642.

11. Bartos H. Object agreement in Hungarian - a case for minimalism // The Minimalist Parameter / Ed. by G.M. Alexandrova, O. Arnaudova. Amsterdam, Philadelphia, 2001. P. 311-324.

12. Bossong G. Differentielle Objektmarkierung in den Neuiranischen Sprachen. Tübingen, 1985.

13. Danon G. Caseless nominals and the projection of DP // Natural Language and I Linguistic Theory. 2006. V. 24. P. 977-1008.

| 14. Enj M. The semantics of specificity // Linguistic Inquiry. 1991. V. 22. P. 1-26. § 15. Qetinoglu O., Butt M. Turkish non-canonucal objects // Proceedings of the й LFG08 Conference / Ed. by M. Butt, T.H. King. Stanford, 2008. URL: http://csli-

publications.stanford.edu/ (дата обращения: 08.01.2014).

16. Grashchenkov P.V. Floating quantifiers in Tatar // Proceeding from WAFL 3. MIT Working Papers in Linguistics. 2007. P. 193-205.

17. Heusinger von K., Klein U., de Swart P. Variation in differential object marking. Ms., University of Stuttgart, 2008.

18. Hoop de H., Malchukov A.L. On fluid differential case marking: A bidirectional OT approach // Lingua. 2007. V. 117. P. 1636-1656.

19. Hopper P., Thompson S.A. Transitivity in grammar and discourse // Language. V. 56. 1980. № 2. P. 251-299.

20. Levin Th., Preminger O. Case in Sakha: Are two modalities really necessary? Ms., MIT, 2012.

21. Malchukov A., de Swart P. Differential case marking and actancy variation // The Oxford Handbook of Case / Ed. by A. Malchukov, A. Spencer. Oxford, 2009. P. 339-355.

22. Marantz A. Case and licensing // Proceedings of ESCOL 91, Cornell University / Ed. by G. Westphal, B. Ao, H.-R. Chae. Ithaca, NY, 1991. P. 234-253.

23. Pereltsvaig A. Small nominals // Natural Language and Linguistic Theory. V. 24. 2006. № 2. P. 433-500.

24. Szabolcsi A. The noun phrase // Syntax and Semantics. Vol. 27. The Syntactic Structure of Hungarian / Ed. by F. Kiefer, K.E. Kiss. San Diego, 1994. P. 179-274.