Историческое краеведение конца XVIII - начала ХХ В. Как социокультурное и историографическое явление (на примере Карелии)

ИСТОРИЧЕСКОЕ КРАЕВЕДЕНИЕ КОНЦА XVIII - НАЧАЛА ХХ в. КАК СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ И ИСТОРИОГРАФИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ (НА ПРИМЕРЕ КАРЕЛИИ)*

Статья посвящена истории развития краеведческой историографии в дореволюционной России на примере Карелии. Автор выделяет шесть направлений краеведческих исследований и дает характеристику шести группам краеведов (чиновники, православное духовенство, педагоги, горные инженеры, политические ссыльные и этнические карелы).

Ключевые слова: историческое краеведение, провинциальная культура, интеллигенция, Карелия, историческое самосознание.

Местное самосознание, исполненное чувством гордости за свой край, - явление весьма древнее. Но историко-научное изучение своего края, основанное на местном самосознании, зародилось сравнительно недавно, в эпоху Просвещения. В России этот период приходится на середину и вторую половину XVIII в. В разных странах изучение своего края называется по-разному: в Германии -Heimatkunde, в Великобритании и США - Regional (Local) History, во Франции - Etudes regionalles или Etnografia regionale, в Польше -krajoznawstwo, а в России - краеведение. В последние годы кроме термина «краеведение» активно используются близкие ему по значению понятия местная, локальная, региональная история или историческая регионалистика. В России краеведческие исследования успешно развивались в дореволюционный период, особенно в 1861-1917 гг., а также в годы нэпа, но в конце 1920-х годов, после обрушившихся на краеведов репрессий, краеведение как массовое общественное движение перестало существовать. В последние годы

© Пашков А.М., 2012

* Публикация подготовлена при поддержке Российского гуманитарного научного фонда, совместный конкурс РГНФ - Академии Финляндии 2010 г., проект № 10-01-00631 а/ф «Народ, разделенный границей».

в отечественной и мировой историографии усиливается интерес к истории краеведения в России. Возрождение краеведения в СССР как массового общественного движения началось в середине 1980-х годов под влиянием политики перестройки и гласности. В 1987 г. в Полтаве состоялась Первая Всесоюзная конференция по историческому краеведению, по итогам которой был издан сборник «Историческое краеведение в СССР: вопросы теории и практики»1.

В конце 1980 - начале 1990-х годов в СССР было создано множество краеведческих обществ и организаций, началась широкая публикация краеведческих изданий. Перечислить все проведенные в этот период краеведческие конференции и все издания, выходившие в СССР и России с 1987 г. до настоящего времени, не представляется возможным в силу их огромного количества. В 1992 г. вышло учебное пособие С.О. Шмидта «Краеведение и документальные памятники»2. Известную роль в пропаганде краеведческих знаний играл выходивший в 1990 - начале 2000-х годов краеведческий альманах «Отечество»3. Одним из главнейших направлений деятельности краеведов в этот период стало освоение богатого наследия, выразившееся в изучении истории краеведения. Реформы 1990-х годов нанесли серьезный урон краеведению, деятельность краеведческих обществ замерла, значительно сократилось число краеведческих изданий. Однако с конца 1990-х годов начался новый подъем краеведческого движения, и вновь изучение истории краеведения вышло на первый план. Особенностью этого этапа стало обращение российских краеведов к методологическим вопросам4 и в связи с этим к опыту краеведческого движения в странах Западной Европы и США. Проявилось и усиление интереса зарубежных исследователей к российскому краеведению. Так, на рубеже XX-XXI вв. состоялось несколько международных научных форумов, посвященных этой проблеме: «Региональная история в российской и зарубежной историографии»5 (Рязань), «Современное состояние и перспективы развития краеведения в регионах России»6 (Москва), «Процесс модернизации в русской провинции в ХХ в.»7 (Финский институт русских и восточноевропейских исследований, Александровский институт, Хельсинки), «Краеведение в России (1890-1990): истоки, проблемы, возрождение»8 (Университет Париж - Сорбонна) и «Методология региональных исторических исследований: российский и зарубежный опыт»9 (Балтийский гуманитарный фонд, Russian Studies Princeton University, Kennan Institute, Петербург). Помимо историков осмыслением регионального самосознания успешно занимаются филологи10.

В 1996-1997 гг. в Историко-архивном институте Российского государственного гуманитарного университета (далее - ИАИ

РГГУ) были образованы Центр исторического краеведения и моск-воведения (руководитель С.О. Шмидт) и кафедра региональной истории и краеведения (заведующий кафедрой В.Ф. Козлов), активно проводящие научные чтения, конференции, семинары и встречи историко-краеведческого характера. С начала XXI в. ИАИ РГГУ стал и центром, где сконцентрирована деятельность общественных Союза краеведов России и Московского краеведческого общества.

Осенью 2002 г. в рамках межвузовской научно-образовательной программы «Локальная история: компаративные подходы и методы изучения» был создан межвузовский центр «Новая локальная история». Создатели центра (М.Ф. Румянцева, С.И. Маловичко и другие) ставили перед собой задачу привнести современные методы исторических исследований в изучение местной (локальной) истории. В последующие годы этот центр провел ряд конференций и издал несколько сборников11.

В это же время начинают появляться написанные на хорошей методологической основе монографии, среди которых работа А.А. Севастьяновой о русской провинциальной историографии второй половины XVIII в.12, В.А. Бердинских об истории провинциальной историографии в Волго-Вятском регионе13 и М.А. Орешиной о научно-краеведческих обществах Русского севера14.

На рубеже ХХ-XXI вв. одним из координирующих центров краеведческого движения России стал Международный благотворительный фонд им. Д.С. Лихачева, деятели которого видят в краеведческом движении форму проявления гражданского общества в России15.

Актуальность этой проблематики кроется в усилении роли и значения регионов в жизни современной России. В связи с этим представляет большой интерес изучение формирования и развития регионального исторического самосознания, в процессе которого значительную ценность имеет краеведческая историография.

Возрождение в нашей стране краеведческого движения обусловливает актуальность выявления и изучения закономерностей и особенностей возникновения и развития исторического краеведения в России как социокультурного и историографического явления в жизни русской провинции. Изучение краеведческого наследия необходимо для понимания региональных особенностей исторического развития отдельных областей России, его результаты могут быть использованы в музейной работе, в преподавании в школах и вузах, в создании привлекательного для туристов и инвесторов имиджа региона. Проиллюстрировать это положение можно на примере развития исторического краеведения дореволюционной Карелии (большая часть территории современной Карелии входила до 1920 г. в состав Олонецкой губернии).

Объектом исследования в данной публикации является развитие исторического краеведения Карелии со времени его зарождения в конце XVIII в. до 1917 г. Основное внимание уделяется анализу краеведческой историографии как социокультурного и историографического явления жизни русской провинции на материалах Карелии. Предметом изучения является выяснение социокультурных предпосылок зарождения и развития краеведения, характеристика основных профессиональных групп краеведов. Особое внимание будет уделено проблеме соотношения общероссийских закономерностей и региональных особенностей развития исторического краеведения Карелии.

Другим направлением исследования будет изучение краеведения как историографического явления, анализ деятельности крупнейших краеведов.

В имеющейся научной литературе отсутствует не только обстоятельный обзор развития краеведческой историографии Карелии, но даже неизвестны или малоизвестны многие ценные краеведческие сочинения, крайне скудны биографические сведения о многих краеведах и т. д. Единственная работа по сходной проблематике, книга В.В. Пименова и Е.М. Эпштейна16, вышла более 30 лет назад и имеет многочисленные ошибки, неточности и лакуны. Практически обстоятельная история краеведческих исследований Карелии в настоящее время отсутствует и это серьезно сдерживает успешное развитие исторической науки в Карелии, создает почву для разного рода псевдонаучных сенсаций и политических спекуляций. Вместе с тем необходимо отметить появление близких по проблематике работ в соседних с Карелией регионах, например, работы А.А. Кура-това «История и историки Архангельского Севера»17.

Зарождение исторического краеведения в Карелии, как и в России в целом, произошло во второй половине XVIII в. под влиянием идей Просвещения. Это проявилось в правительственной политике по изучению населения, природных ресурсов и экономики различных регионов страны, то есть в насаждении краеведения «сверху», а также в возникновении у формирующейся российской интеллигенции общественной и научной потребности изучения своего региона, то есть в появлении ростков краеведения «снизу». Поэтому краеведение развивалось в России в рассматриваемый период в процессе взаимодействия и противостояния «казенного» и общественного элементов.

Большинство краеведов Карелии не были профессиональными историками, и их научные интересы и проблематика исследований определялись влиянием их основной профессии или рода деятельности. В историческом краеведении Карелии данного

периода можно выделить два направления: типичное для всего провинциального краеведения России и характерное только для небольшого числа регионов.

К первому типу принадлежали чиновничье, православно-церковное и школьное направления краеведения. В рамках чиновничьего краеведения краеведческой деятельностью занимались чиновники, служившие в различных губернских учреждениях. Они создавали работы общего характера, посвященные статистике, истории, этнографии, фольклору, культуре и быту населения Олонецкой губернии в целом, а также отдельных уездов, волостей, городов и деревень. Центрами их активности были Олонецкий губернский статистический комитет (основан в 1835 г.) (далее - ОГСК), редакции газеты «Олонецкие губернские ведомости» (выходила с 1838 г.)18, (далее - ОГВ), «Памятных книжек Олонецкой губернии» (выходили в 1856-1869 и 1902-1916 гг.)19 (далее - ПКОГ) и «Олонецких сборников» (вышло 4 выпуска в 1876-1902 гг.). Наиболее активными краеведами среди губернских чиновников были А.И. Иванов (1820-1890)20 и И.И. Благовещенский (1836-1924)21.

Школьное историческое краеведение можно выделить по нескольким причинам. Оно было тесно связано с развитием народного образования в Олонецкой губернии и возникло после 1786 г. Школьным краеведением, главным образом, занимались педагоги. Они изучали историю народного образования в губернии, историю своих гимназий22, училищ, школ и т. д. Важным аспектом их деятельности стало введение элементов краеведения в учебные программы и издание учебных пособий, посвященных «Родиноведению», то есть своему региону23. Среди педагогов, внесших наибольший вклад в развитие краеведческих исследований, можно отметить Ф.Н. Фортунатова24 и К.М. Петрова25. Кроме того, необходимо отметить множество публикаций, посвященных истории отдельных сельских школ, а также этнографии, фольклору, повседневной жизни и быту отдельных волостей и деревень, авторами которых были сельские учителя. Роль учебных заведений в жизни населения была настолько важной, а их деятельности придавалось такое значение, что работы краеведческого и мемуарного характера, касающиеся их истории, писали не только педагоги, но и чиновники, священники, крестьяне и другие.

Главной предпосылкой возникновения православно-церковного краеведения26 было развитие церковной организации, выразившееся в создании новых епархий и открытии новых монастырей и приходов. Другой предпосылкой было повышение общеобразовательного уровня духовенства, открытие духовных училищ и семи-нарий27. Среди крупнейших церковных краеведов Карелии можно

назвать первого епископа (с 1835 г. - архиепископа) Олонецкой епархии Игнатия Семенова28, занимавшего кафедру в 1828-1842 гг., а также многочисленных преподавателей и выпускников основанной в июне 1829 г. Олонецкой духовной семинарии (далее - ОДС). Из среды преподавателей ОДС вышел Е.В. Барсов29, который начал свою научную деятельность в 1861-1870 гг. как церковный краевед Карелии, но затем перерос рамки региональных исследований и стал одним из известных дореволюционных историков. Среди выпускников ОДС одним из самых известных краеведов стал исследователь старообрядчества Д.В. Островский30.

Центром православно-церковного краеведения был журнал «Олонецкие епархиальные ведомости» (далее - ОЕВ), выходивший в 1898-1918 гг. В нем помещалось множество историко-кра-еведческих статей различной направленности. По разновидности тематики их можно разделить на работы, посвященные истории Олонецкой епархии в целом, написанные преподавателями ОДС, а также истории отдельных сел и приходов, авторами которых были местные приходские священники; были также путевые очерки, написанные авторами из духовенства, и собственно церковно-краевед-ческие статьи, посвященные истории духовных учебных заведений, изучению церковных древностей, этнографии и другим вопросам. Особое место на страницах ОЕВ занимают публикации агиографического характера. Среди авторов публикаций были представители различных слоев местного духовенства, от приходских священников и студентов духовных академий до епископов.

Православно-церковное краеведение было настолько значительным явлением, что оно вовлекало в свою орбиту не только представителей духовенства, но и светских краеведов. Заметный вклад в изучение истории православия на Севере внес К.А. Доку-чаев-Басков31.

Православно-церковное, чиновничье и школьное разновидности краеведения и направления краеведческих исследований были характерны для всех губерний царской России. Помимо них можно выделить несколько разновидностей краеведения, типичных для небольшого числа губерний, среди которых в Олонецкой губернии можно назвать краеведческую деятельность политических ссыльных, краеведение как форму проявления этнического самосознания карел и горнозаводское краеведение.

До 1917 г. Карелия была регионом, куда царизм ссылал своих политических противников. Многие из ссыльных были хорошо образованными молодыми людьми и по своему культурному и общеобразовательному уровню превосходили местных чиновников. Краеведческими изысканиями занимались отбывавшие ссылку в

Петрозаводске поэт и мемуарист, участник Отечественной войны 1812 г. и движения декабристов Ф.Н. Глинка32, друг М.Ю. Лермонтова С.А. Раевский, сосланный за распространение стихотворения «Смерть поэта»33 петрашевец А.П. Баласогло34, участник студенческих кружков в Москве П.Н. Рыбников, который был даже секретарем ОГСК. Хотя наибольший вклад П.Н. Рыбников внес в изучение русского былинного эпоса, он занимался и изучением истории, демографии и этнографии Олонецкой губернии35.

В пореформенный период краеведческими исследованиями стали заниматься ссыльные народники. Особо следует выделить краеведческую деятельность А.С. Пругавина36. В мае 1871 г. за участие в студенческом движении в Москве он был выслан на родину и с мая по сентябрь 1872 г. жил в Кеми, где состоялось его знакомство со старообрядчеством. Интерес к изучению этого могучего народного религиозного движения оказался настолько велик, что А.С. Пругавин вскоре стал одним из крупнейших в России знатоков старообрядчества.

Крупнейшим ссыльным краеведом Карелии начала ХХ в. был А.А. Каменев37, сосланный в 1906 г. в Сумский посад. Здесь он активно занимался краеведческой, журналистской и общественной деятельностью. Его жизнь трагически оборвалась 2 июля 1918 г., когда он был расстрелян английскими интервентами.

Итак, на протяжении 1825-1917 гг. политические ссыльные были весьма активными краеведами на Русском Севере. Однако в имеющейся литературе существуют преувеличенные оценки вклада ссыльных в краеведческое изучение Карелии. Во-первых, нужно отметить, что из общего числа ссыльных лишь некоторые из них добились успехов в краеведении. Целые группы ссыльных, например, поляки, краеведческими изысканиями не занимались. Наибольший вклад в изучение Карелии внесли ссыльные 1825-1861 гг. Это было связано как с высоким культурным и образовательным уровнем ссыльных того времени, так и с почти полным отсутствием местной интеллигенции, которая тогда только еще формировалась. Кроме того, многие ссыльные дворяне видели в местных изысканиях способ продемонстрировать свою лояльность и добиться скорейшего освобождения из ссылки. В пореформенный период (1861-1900) роль ссылки изменилась. Ссыльные по-прежнему были хорошо образованны, но их работы носят не нарративный, а публицистический характер. Характерно, что свои краеведческие сочинения ссыльные народники печатали не в Петрозаводске, а в столичной либеральной и народнической периодике. Кроме того, в это время все большую краеведческую активность проявляли представители местной интеллигенции (чиновники, священники, учителя и дру-

гие). Поэтому вклад ссыльных в краеведение Карелии серьезно уменьшился. И, наконец, в начале ХХ в. деятельность краеведов из числа ссыльных стала очень незначительной из-за характерного для многих из них низкого образовательного и культурного уровня, а также ориентации не на изучение существующих ценностей, а на их ниспровержение.

В первой половине XIX в. в России зародился интерес к изучению этнических меньшинств и одновременно происходил рост этнического самосознания у просвещенных выходцев из этих меньшинств. Основными этническими меньшинствами Олонецкой губернии были карелы и вепсы. Со второй половины XIX в. стали появляться написанные этническими карелами сочинения, посвященные истории, этнографии и фольклору карел. Главными представителями этого направления в краеведении являются этнические карелы И.В. Кондратьев38, И.Е. Тихонов39, М.Н. Смирнов, Н.Ф. Лесков40 и В.П. Крохин. Деятельность этих авторов вполне укладывается в теорию чешского ученого М. Хроха, изучавшего процесс образования наций в Центральной и Восточной Европе. По мнению М. Хроха, национальное движение там проходило три стадии, названные им А, В и С. При этом на стадии А «энергия активистов национального движения была прежде всего направлена на тщательное исследование языковых, культурных, социальных и иногда исторических черт недоминирующей группы и на закреплении этих фактов в сознании современников»41. Карельские краеведы прошли путь от смутного осознания своей этнической самобытности до требований к власти принять меры по развитию языка и культуры карельского народа. Но, за исключением Н.Ф. Лескова, все карельские краеведы считали, что карелы развивались под мощным воздействием русского этноса и православия, и считали это влияние благотворным для карел.

Еще одним фактором, оказавшим влияние на развитие исторического краеведения Карелии, стало наличие на территории края мощных металлургических и горнодобывающих предприятий. Одним из последствий бурного развития горной промышленности стало появление новой сословной группы чиновничества - горнозаводских чиновников (или горных офицеров). С середины XVIII в. до 1867 г. горные чиновники были наиболее привилегированной частью гражданского чиновничества. Неудивительно поэтому, что состоятельные и образованные горные офицеры внесли заметный вклад в русскую культуру второй половины XVIII - первой половины XIX в.

В 1774-1861 гг. появилось множество исследований по истории Олонецких заводов, частью не опубликованных и написанных не историками, а специалистами в области горного дела и статистики,

металлургами и артиллеристами. Все эти сочинения были написаны в жанре «горной истории», то есть обширный исторический очерк предварял описание современного состояния заводов.

Крупнейшими горнозаводскими краеведами Карелии можно считать Т.В. Баландина42, К.И. Арсеньева, И.К. Чудинова, А.С. Ярцо-ва, братьев Н.Ф. и К.Ф. Бутеневых, В.Ф. Полякова, П.Е. Холостова, Б.Н. Михайлова, Л.А. Мошанского, В.П. Мегорского и других43. Их произведения имеют большое познавательное значение, так как содержат множество фактов об истории заводов, их значении для снабжения орудиями и боеприпасами русской армии и флота, а также об их роли в производстве гражданской и художественной продукции, внедрении и использовании передовых технологий, роли и значении иностранных специалистов и их деятельности, соотношении частного предпринимательства и государственного регулирования в горнозаводской промышленности, положении мастеровых и приписных крестьян и т. д. Особое значение этим трудам придает то обстоятельство, что они написаны специалистами - артиллеристами, металлургами, инженерами, чиновниками-управленцами и преследуют практические цели - охарактеризовать и оценить деятельность заводов.

На примере жизни и деятельности дореволюционных краеведов Карелии хорошо видно, в каком направлении развивалось краеведение к началу ХХ в. В то время в краеведении появлялось много людей, родившихся в провинции, иногда в «глубинке», но получивших хорошее университетское образование, которые имели возможность получить дополнительное образование, включающее навыки работы с архивными источниками, знание палеографии и т. д., объединяться в исторические общества, а также широкие возможности для публикации своих исследований в различных столичных и провинциальных изданиях. У исторического регионоведения были очень хорошие перспективы, но революция 1917 г. перечеркнула все эти надежды. Наметившиеся в начале ХХ в. тенденции дали последний всплеск в 1920-е годы, а затем, почти на полвека, до конца 1980-х годов, краеведческое движение, понимаемое как самодеятельное изучение истории своего региона, было уничтожено.

Изучение истории краеведения в дореволюционной России было многоплановым и разнообразным в своих проявлениях явлением. Оно развивалось как проявление административных функций государственных учреждений, профессионального, конфессионального и этнического самосознания, а также форма педагогической деятельности и общественно-политической активности такой социально-правовой группы, как политические ссыльные. Но большую часть краеведов составляла интеллигенция, которая

понимала свои задачи очень широко и в изучении края зачастую выходила за рамки служебных и профессиональных инструкций. Изучение истории дореволюционного краеведения и его наследия имеет большое познавательное значение. Во-первых, краеведы обычно изучали локальные объекты (города и селения, заводы и рудники, церкви и монастыри, школы и т. д.) и собрали большой и уникальный материал. Без привлечения краеведческих материалов невозможно изучать историю региона в целом, а в ряде случаев и каких-то сюжетов из общероссийской истории. Краеведческое наследие также имеет большое значение для исследователей историографии отечественной истории, поскольку краеведение и историческая наука развивались в тесном взаимовлиянии, а в ряде случаев труды краеведов становились явлениями историографии. Во-вторых, краеведение можно считать явлением в культурной жизни русской провинции, проявлением формирования провинциальной интеллигенции и роста регионального самосознания и патриотизма. Особо следует отметить большое воспитательное значение истории дореволюционного краеведения в современных условиях. Наследие дореволюционных краеведов должно быть использовано на уроках истории в школах и при чтении лекционных курсов в вузах, поскольку является очень эффективным средством формирования «культурной оседлости».

Примечания

Историческое краеведение в СССР: Вопросы теории и практики. Киев, 1991. Шмидт С.О. Краеведение и документальные памятники. Тверь, 1992. Отечество. Краеведческий альманах. Вып. 1 / Под ред. С.О. Шмидта. М., 1990. Гомаюнов С.А. Местная история в контексте россиеведения // Общественные науки и современность. 1996. № 1. С. 55-63; Он же. Местная история: Проблемы методологии // Вопросы истории. 1996. № 9. С. 158-163; Он же. Проблемы методологии местной истории. Киров, 1996.

Региональная история в российской и зарубежной историографии / Под ред. А.А. Севастьяновой. Рязань, 1999.

Современное состояние и перспективы развития краеведения в регионах России / Под ред. С.О. Шмидта. М., 1999.

Modernization in the Russian provinces / N. Bashmokoff, P. Fruer (ed.) // Studia Slavica Finlandensia. Helsinki, 2000. T. 17.

Cahiers slaves. № 6. Civilisation russe. Les études régionales en Russie (1890-1990): origines, crise, renaissance. P.: Université de Paris-Sorbonne, 2002. Методология региональных исторических исследований: российский и зарубежный опыт / Сост. А.В. Кобак, С. Коткин, А.А. Севастьянова. СПб., 2000.

_

3

4

5

S

7

8

9

15

16

См., например: Русская провинция: миф-текст-реальность / Сост. А.Ф. Белоусов. М.; СПб., 2000.

Новая локальная история / Отв. ред. С.И. Маловичко. Вып. 1-4. Ставрополь; М., 2003-2009. Подробнее о центре см.: Сайт Межвузовского научно-образовательного центра «Новая локальная история» [Электронный ресурс]. URL: http://www.newlocalhistory.com/ (дата обращения: 1.03.2010). Севастьянова А.А. Русская провинциальная историография второй половины XVIII в. Ярославль, 1990; Она же. Русская провинциальная историография

XVIII в. М., 1998.

Бердинский В.А. Русская провинциальная историография второй половины

XIX в. М.; Киров, 1995; Он же. Уездные историки: русская провинциальная историография. М., 2003.

Орешина М.А. Россия региональная: теоретико-методологические аспекты изучения. М., 2000; Она же. Русский север начала ХХ века и научно-краеведческие общества региона. М., 2003; Она же. Из архивного наследия деятелей русской культуры Русского Севера второй половины XIX - начала ХХ в. М., 2006. Краеведение и гражданское общество / Сост. Б. Гладарев, О. Лейкинд. СПб., 2004. Пименов В.В., Эпштейн Е.М. Карелия глазами путешественников и исследователей XVIII и XIX вв. Петрозаводск, 1969.

Куратов А.А. История и историки Архангельского Севера. Архангельск, 1999. См.: Сайт газеты «ОГВ» [Электронный ресурс]. URL: http://ogv.karelia.ru (дата обращения: 1.03.2010).

Новейшую библиографию публикаций в «Памятных книжках» губерний Европейского севера см.: Памятные книжки губерний Российской империи. Указатель содержания. СПб., 2002. Т. 1. Европейский Север (Архангельская, Вологодская и Олонецкая губернии).

Биографические сведения о нем см.: Благовещенский И.И. Александр Иванович Иванов (биография) // ОГВ. 1890. № 14; Воронов А.П. Иванов Александр Иванович // Русский биографический словарь. СПб., 1897. Т. «Ибак-Ключарев». С. 14-15.

Биографические сведения об И.И. Благовещенском см.: ПашковА.М. Олонецкая духовная семинария и ее вклад в формирование интеллигенции Карелии // Новое в изучении истории Карелии. Петрозаводск, 1994. С. 47-49. Фортунатов Ф.Н. Историческая записка о 50-летии Олонецкой гимназии // Журнал министерства народного просвещения. 1858. Ч. 49. Отд. 3. С. 17-38; Петров К.М. История Олонецкой дирекции до 1808 г. // Там же. 1866. № 12 (отд. оттиск: СПб., 1866. 66 с.); Он же. Олонецкая гимназия с 1808 по 1831 гг. // Там же. 1874. № 11 (отд. оттиск: СПб., 1874) и другие.

Андреев А. Записки об Олонецкой губернии. СПб., 1855; Петров К.М. Краткое описание Олонецкой губернии (Родиноведение). Петрозаводск, 1881. Биографические сведения о нем см.: Пашков А.М. Ф.Н. Фортунатов и изучение краеведения в учебных заведениях Олонецкой губернии во второй половине XIX в. // Традиции образования в Карелии. Петрозаводск, 1995. С. 54-56.

12

13

14

17

18

19

20

21

22

23

Биографические сведения о нем см.: Пашков А.М. К.М. Петров - исследователь Вытегорского края // Вытегра. Краеведческий альманах. Вып. 1. Вологда, 1997. С. 351-374.

Подробнее о православно-церковном краеведении дореволюционной Карелии см.: Пашков А.М. Православно-церковное краеведение Карелии XIX - начала ХХ в. // Православие в Карелии. Материалы республиканской научной конференции (24-25 октября 2000 г.). Петрозаводск, 2000. C. 97-106. Об истории православной церкви на севере России см.: Камкин А.В. Православная церковь на севере России. Вологда, 1992.

Биографические сведения о нем см.: Ириней (Боголюбов). Воспоминание об Игнатии, архиепископе Воронежском и Задонском. СПб., 1851; Игнатий Семенов // Русский биографический словарь. СПб., 1897. Т. «Ибак-Ключарев». С. 49-51; Артоболевский С.А. Игнатий, архиепископ Воронежский и его пастырско-миссионерская деятельность. Уфа, 1905.

Биографические сведения о Е.В. Барсове и библиографию его трудов см.: Цветаев Д.В. Записка об ученых трудах Е.В. Барсова. М., 1887; Чистов К.В. Народная поэтесса И.А. Федосова. Петрозаводск, 1955. С. 64-80; Барсов Елпидифор Васильевич // Императорское Московское археологическое общество в первое 50-летие его существования. М., 1915. Т. 2. С. 21-24; Алексеева О.Б. Барсов Елпидифор Васильевич // Русские писатели. 1800-1917: Биографический словарь. М., 1989. Т. 1. С. 163-164.

Биографические сведения о Д.В. Островском см.: Семенов В.Б. Об одном забытом музее и его создателе // Учащимся о религии и атеизме. Петрозаводск, 1989. С. 126-132; Пашков А.М. Д.В. Островский и изучение старообрядчества в Олонецкой епархии в 1898-1905 гг. // Выговская поморская пустынь и ее значение в истории России. СПб., 2003. С. 71-85.

Биографические сведения о нем см.: Крылов В.И. К.А. Докучаев-Басков (к 40-летию его историко-литературной деятельности) // Известия Общества изучения Олонецкой губернии. 1913. № 2-3. С. 197-202; К.А. Докучаев-Басков (Некролог) // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. 1916. № 7; Онучина И.В. Каргопольский краевед К.А. Докучаев-Басков и его наследие (к 150-летию со дня рождения) // Археографический ежегодник за 1999 год. М., 2000. С. 160-165 (с. 164-165 - список печатных трудов К.А. Докучаева-Баскова); Куратов А.А. Докучаев-Басков Карп Андреевич // Поморская энциклопедия. Архангельск, 2001. Т. 1. История Архангельского севера. С. 144; Орешина М.А. Русский Север начала ХХ в. и научно-краеведческие общества региона. С. 238-239.

Подробнее о Ф.Н. Глинке и его петрозаводской ссылке см.: Пашков А.М. Карелия и Соловки глазами литераторов пушкинской эпохи. Т. 1-2. Петрозаводск, 2000-2001.

Подробнее о С.А. Раевском и его петрозаводской ссылке см.: Пашков А.М. Друг М.Ю. Лермонтова в Петрозаводске // Краевед Карелии. Петрозаводск, 1990. С. 88-102.

25

26

27

28

29

30

31

32

33

Подробнее об А.П. Баласогло и его петрозаводской ссылке см.: Тхоржевский С.С. Портреты пером. М., 1986. С. 113-218.

Подробнее о П.Н. Рыбникове и его петрозаводской ссылке см.: Разумова А.П. Из истории русской фольклористики. М.; Л., 1954.

Биографические сведения об А.С. Пругавине см.: Пашков А.М. Старообрядчество Русского Севера в трудах А.С. Пругавина (1879-1880 гг.) // Старообрядчество: история, культура, современность. Материалы V научно-практической конференции. М., 2000. С. 163-173; Он же. А.С. Пругавин - исследователь старообрядчества (по публикациям в журнале «Русская мысль») // Старообрядчество: история, культура, современность. Материалы VI научно-практической конференции. М., 2002. C. 12-22.

Биографические сведения об А.А. Каменеве и литературу о нем см.: Пашков А.М. А.А. Каменев и газета «Речь» // Вопросы истории Европейского Севера. Петрозаводск, 1999. С. 108-117.

Биографические сведения о нем см.: Пашков А.М. У истоков карельского этнического краеведения: И.В. Кондратьев и его сочинения // Новый топонимический журнал. 2006. № 1 (14). С. 29-53.

Биографические сведения о нем см.: Пашков А.М. И.Е. Тихонов - малоизвестный карельский краевед и просветитель // Педагогический вуз в XXI в. Материалы международной конференции. Петрозаводск, 2002. С. 114-118. Биографические сведения о Н.Ф. Лескове см.: Пашков А.М. Из истории краеведческого изучения Олонца // Олонец. Историко-краеведческие очерки. Петрозаводск, 1999. Т. 2. С. 151-154.

Хрох М. От национальных движений к полностью сформировавшейся нации: процесс строительства наций в Европе // Нации и национализм. М., 2002. С. 125.

Подробнее о Т.В. Баландине и его трудах см.: Пашков А.М. Т.В. Баландин -малоизвестный петрозаводский просветитель конца XVIII - начала XIX вв. // Вопросы истории Европейского Севера. Петрозаводск, 1991. С. 16-29; Он же. «В стране знатнейших северных холмов...» (Т.В. Баландин - первый историк Петрозаводска) // Север. 1997. № 6. С. 122-130.

Подробнее см.: Пашков А.М. Горнозаводское краеведение Карелии конца XVIII - начала ХХ в. Петрозаводск, 2007.

35

36

37

38

39

40

41

42

43