Преобразование системы принципов судопроизводства при осуществлении судебной реформы

СУДЕБНАЯ, ПРАВОЗАЩИТНАЯ И ПРАВООХРАНИТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Преобразование системы принципов судопроизводства при осуществлении судебной реформы

КАШЕПОВ Владимир Петрович, заведующий отделом уголовного, уголовно-процессуального законодательства; судоустройства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации

117218, Россия, г. Москва, ул. Большая Черемушкинская, 34 E-mail: crim@izak.ru

Статья посвящена проблемам совершенствования правового регулирования организации судебной деятельности и процессуального законодательства. Особое внимание уделяется системе принципов судопроизводства как конституционной основе судебной власти. Система принципов судопроизводства представляет собой каркас правового регулирования организации и деятельности всей судебной системы. Принципы судопроизводства рассматриваются как сложные организационно-правовые конструкции, имеющие собственную структуру, конкретные проявления вовне, тесные связи и согласованность с принципами правосудия, свои особенности судоустройственного и процессуального регулирования. Реализация принципов судопроизводства направлена на достижение целей и задач, поставленных перед институтами судебной власти Конституцией Российской Федерации. Система принципов судопроизводства постоянно развивается, дополняется новыми установлениями и признаками. Эти изменения направлены на совершенствование правового регулирования организации судебной системы, модернизацию деятельности судов, обеспечение доступности правосудия, повышение уровня его эффективности в защите прав и свобод граждан.

Ключевые слова: судебная система, виды судопроизводства, принципы судопроизводства, механизмы реализации, модернизация судебной деятельности, процессуальные кодексы.

Transformation of System of the Principles of Legal Proceedings in Case of Implementation of Judicial Reform

V. P. KASHEPOV, doctor of legal sciences, professor, honored lawyer of the Russian Federation The Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation 34, Bolshaya Cheremushkinskaya st., Moscow, Russia, 117218 E-mail: crim@izak.ru

Article is devoted to problems of enhancement of legal regulation of the organization of judicial activities and the procedural legislation. The special attention in it is paid to system of the principles of legal proceedings as constitutional basis of judicial authority. The system of the principles of legal proceedings represents a framework of legal regulation of the organization and activities of all judicial system. The principles of legal proceedings are considered in article as the difficult organization-legal designs having own structure, specific manifestations in out of, close ties and coordination with the principles of justice, the features of sudoustroystvenny and procedural regulation. Implementation of the principles of legal proceedings is directed to goal achievement and the tasks set for institutes of judicial authority the Constitution of the Russian Federation, the System of the principles of legal proceedings constantly develops, supplemented with new establishments and signs. These changes are directed to enhancement legal regulation of the organization of judicial system, to upgrade of activity of the courts, ensuring availability of justice, increase of level of its efficiency in protection of the rights and freedoms of citizens.

Keywords: judicial system, legal proceedings types, principles of legal proceedings, implementation mechanisms, upgrade of judicial activities, procedural codes.

DOI: 10.12737/24125

Важнейшие правовые положения, определяющие основы организации и порядок осуществления деятельности российской судебной системы, ее принципы, отражены в Конституции РФ либо вытекают из ее норм или из установлений федеральных конституционных законов. Принципы организации судебной системы и судебной деятельности представляют собой основополагающие правовые идеи, которые определяют сущность и построение органов правосудия, их демократизм, соответствие задачам обеспечения правопорядка в правовом государстве.

Принципы организации судебной деятельности — это общие руководящие исходные положения, определяющие наиболее существенные стороны данного вида государственной деятельности; ими закрепляются свойственные правовому государству демократические начала организации и деятельности судебных органов в интересах граждан, общества и государства.

Общее законодательство о судоустройстве и судопроизводстве не содержит легальное определение понятия принципа судопроизводства. Теория судебного права обычно называет общие положения организации и деятельности судебных органов принципами правосудия. Однако принципы организации судебной деятельности России отражают мировой опыт наиболее рациональной организации правосудия, что дает основание рассматривать их как самостоятельные конституционные начала, которые находят отражение и развитие в федеральных законах, регулирующих деятельность суда с учетом специфики сферы судопроизводства и национальных особенностей российской правовой системы, а также общепризнанных норм международного права и международных

договоров, ратифицированных Российской Федерацией.

Принципы организации судебной системы и судебной деятельности — это закрепленные в Конституции РФ и конституционных федеральных законах руководящие правовые положения, выражающие сущность и специфические свойства судебной власти, осуществления правосудия с учетом особенностей правовой и судебной системы РФ. Принципы судопроизводства представляют собой сложные организационно-правовые структуры, имеющие установленные законодательством признаки, отличающие их от иных процессуальных институтов. Они действуют в определенном правовом режиме, имеют собственную организационную структуру, отличаются некоторыми характерными признаками, функционируют в определенном законодательством правовом поле и, как правило, отождествляются с принципами правосудия.

Закрепленные на законодательном уровне, сформулированные в виде определенных понятий принципы правосудия сводятся в определенную систему. Входящие в эту систему руководящие положения относятся как к сфере организации судоустройства (гарантии независимости судей, правила формирования судейского корпуса, формы участия граждан в отправлении правосудия, определение направлений судебной деятельности), так и к принципам судопроизводства (уголовного, гражданского, административного). Однако, учитывая их тесную связь и взаимозависимость, свойственную организации и деятельности суда, принципы правосудия, связанные с судоустройством и регулированием организации процессуальной деятельности, рассматриваются как принципы судопроизводства. Имен-

но так они обозначены в гл. 2 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

В настоящей работе принципы судопроизводства рассматриваются как мировоззренческие идеи высокой степени общности, определяющие должное в построении и деятельности органов правосудия (как проявление концепции правового государства). Они обладают рядом признаков, каждый из которых содержит определенные компоненты, влияющие на структуру судебной системы и порядок отправления правосудия. Они имеют объективный характер, их содержание определяется объективными законами развития общества, его историческими традициями. В связи с этим можно условно говорить о национальном характере российского правосудия. В этих принципах выявляется алгоритм реализации судебной власти, которому присущи характерные для правосудия черты.

Принципы правосудия должны проявляться и закрепляться в праве. Только посредством закона принцип может материализоваться в форме деятельности по осуществлению правосудия, но форма этого осуществления различна:

закон может только называть принцип (законность);

закон может раскрывать содержание принципа, но умалчивать о его названии (принцип презумпции невиновности);

в нормах права может воплощаться идея принципа, его нравственное содержание (российские процессуальные законы пронизаны идеей защиты законных интересов личности), без формулирования в качестве отдельной дефиниции.

Таким образом, основополагающие нормы правовой базы организации судебной системы и судебной деятельности излагаются прежде всего в Конституции РФ, федеральных конституционных законах от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Рос-

сийской Федерации», от 5 февраля 2014 г. № З-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации», как это требуется ч. 3 ст. 128 Конституции РФ.

Федеральный конституционный закон «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» устанавливает, что суды общей юрисдикции осуществляют правосудие, разрешая споры и рассматривая дела, отнесенные к их компетенции, посредством гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ст. 4), каждый раз решают вопросы о пределах действия того или иного принципа правосудия. При этом они должны опираться на предписание ч. 1 ст. 15 Конституции РФ о том, что Конституция РФ имеет высшую юридическую силу. Ее нормы имеют прямое действие на всей территории Российской Федерации; законы или другие правовые акты не должны противоречить Основному закону. Нельзя упускать из виду, что то или иное правополо-жение может быть отнесено к категории принципов правосудия, если оно не противоречит установлению ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, провозгласившей составной частью правовой системы России общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации. И в случае установления международным актом иных правил, чем предусмотрено законом, должны применяться правила международного договора.

Конституция РФ устанавливает, что «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства» (ст. 2). Эта гуманистическая ориентация Основного закона нашла адекватное воплощение в установленных Конституцией принципах организации судебной системы и осуществления правосудия. Принципы судопроизводства — категории, имеющие объективный характер. Они отражают общие закономерности регулируе-

мых в судопроизводстве правоотношений. В них выражаются политические, правовые и нравственные идеи, господствующие в обществе. Эти принципы органически связаны с общеполитическими и общеправовыми принципами, к которым относятся: верховенство закона во всех областях жизни общества, обеспечение режима законности, уважение чести и достоинства граждан, справедливость и гуманность, обеспечение национальных, территориальных и иных интересов субъектов РФ.

Действие принципов правосудия, их пространственная реализация проявляются по-разному в различных видах судопроизводства. При этом если в гражданском, административном судопроизводстве принципы правосудия действуют в основном в судебном разбирательстве, то в уголовном судопроизводстве эти принципы действуют не только в судебных стадиях, но и на этапах, предшествующих судебному разбирательству. Подсистемы принципов судопроизводства различаются по своим составам, регулируемым в общих положениях соответствующих процессуальных кодексов, по особенностям процессуального инструментария, призванного обеспечивать их реализацию.

Федеральный конституционный закон «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», обобщая законотворческий опыт Российского государства и практику международного регулирования уголовного судопроизводства, в ст. 5 «Принципы деятельности судов общей юрисдикции» рассматривает в качестве принципов деятельности судов общей юрисдикции следующие установления: осуществление правосудия только судом; право на доступ к правосудию; равенство всех перед судом; осуществление судами общей юрисдикции судебной власти независимо от законодательных и исполнительных органов государственной власти; открытое разбирательство в судах общей юрисдик-

ции; очное рассмотрение в судах общей юрисдикции дел; рассмотрение дел в судах общей юрисдикции на основе принципов состязательности и равноправия сторон, обязательности неукоснительного исполнения всех решений и распоряжений, вступивших в законную силу, для всех федеральных органов власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, других физических и юридических лиц.

Принцип отправления правосудия только судом Конституция РФ (ч. 1 ст. 118) рассматривает как первый и центральный принцип применительно к системе судопроизводства, осуществляемого судами общей юрисдикции.

Только суд может признать человека виновным в совершении преступления путем вынесения соответствующего приговора (ст. 49 Конституции РФ) и подвергнуть уголовному наказанию.

Судебная власть в Российской Федерации, как указано в Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации», осуществляется только судами в лице судей и привлекаемых к осуществлению правосудия присяжных и арбитражных заседателей, указанных в этом Законе. Никакие другие органы и лица не вправе принимать на себя осуществление правосудия.

Конституция РФ не только четко определяет исключительные полномочия суда в осуществлении правосудия, но и устанавливает порядок назначения федеральных судей. Следует также принимать во внимание установление Конституцией РФ правил о несменяемости и неприкосновенности судей (ст. 121, 122). Эти и некоторые иные положения конституционных законов, характеризующие особый статус судей, свидетельствуют о том, что Конституция РФ не только провозгласила самостоятельность судебной власти (ст. 10), но и на высшем законодательном уровне предусмотрела правовые средства обеспечения независимости судей.

Утверждение принципа исключительности полномочий суда на осуществление правосудия свидетельствует о следующем: законодатель признает, что именно суд как никакой другой государственный орган располагает возможностями для принятия обоснованного и справедливого решения на основе полного и всестороннего исследования обстоятельств дела в условиях гласного и устного судебного разбирательства при обеспечении состязательности и равноправия сторон. На этой стадии уголовного судопроизводства более широкие права предоставлены обвиняемому, подсудимому, его защитнику, потерпевшему, гражданскому истцу и их представителям. Все это обеспечивает именно суду наибольшие возможности для установления объективной истины по делу и вынесения справедливого приговора.

В Законе РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» законодатель подчеркнул: «Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и закону. В своей деятельности по осуществлению правосудия они никому не подотчетны» (ст. 1). Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» категорично утверждает самостоятельность судов и независимость судей (ст. 5).

Независимость судей является непременным условием отправления правосудия в судах общей юрисдикции. Независимость судей в уголовном судопроизводстве понимается как исключение любого внешнего воздействия на судей со стороны других лиц и организаций при рассмотрении судом конкретных дел. При рассмотрении дел суд не связан мнением участников процесса. В каждом случае, принимая решение, суд руководствуется законом, правосознанием, своим внутренним убеждением, основанным на рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности.

Согласно закону суды общей юрисдикции осуществляют судебную власть независимо от законодательных и исполнительных органов государственной власти. В Российской Федерации не могут издаваться законодательные и иные нормативные правовые акты и осуществляться действия (бездействие), отменяющие или умаляющие самостоятельность судов и независимость судей.

Создание таких условий, когда суд должен руководствоваться исключительно законом и своим внутренним убеждением, может быть обеспечено, если суд огражден от какого-либо давления или воздействия на него со стороны. Только таким образом возможна его реальная самостоятельность.

В числе средств обеспечения независимости судей Закон о статусе судей называет такие процессуальные и судоустройственные компоненты, как: наличие особой процедуры осуществления правосудия; установление под угрозой ответственности запрета на вмешательство кого бы то ни было в деятельность по осуществлению правосудия; установление порядка приостановления и прекращения полномочий судьи; право судьи на отставку; неприкосновенность судьи; полномочия системы органов судейского сообщества на защиту прав и интересов судей (ст. 9).

Созданием условий, исключающих угрозу независимости судьи извне, проблема решается не полностью. Сохраняется опасность влияния или давления на судей со стороны председателя суда или других судей, входящих в судебную коллегию. Закон, особенно при рассмотрении уголовных дел, призван процессуальными средствами решить эту проблему. В этих целях предусматривается постановление приговора в совещательной комнате, в которой при вынесении приговора на совещании судей не могут находиться посторонние люди, не входящие в состав суда по данному делу. В ходе совещания судей председательствую-

щий (в коллегии присяжных — старшина) подает свой голос последним. Проблема обеспечения тайны совещания судей решается запретом разглашения суждений, имевших место при постановлении приговора. Несоблюдение этих требований признается обстоятельством, влекущим обязательную отмену приговора.

Тем не менее судебная практика свидетельствует о недостаточности этих гарантий. Попытки внешнего воздействия на принятие судом решения по конкретному делу имеют место. Вопрос об управляемости правосудия, беспристрастности судей остается актуальным. Об этом свидетельствует и факт включения в главу об общих положениях УПК РФ принципа независимости судей (ст. 81). В соответствии с ч. 3 этой статьи судьи обязаны доводить до сведения сторон факты попыток воздействия на их решения путем различных форм обращения. Это нововведение имеет не только антикоррупционное предназначение, его действие должно распространяться на все решения и действия судьи, в том числе на председателей судов, составов и председателей судебных коллегий.

Принцип осуществления правосудия на началах равенства всех перед судом. В соответствии с ч. 1 ст. 19 Конституции РФ все равны перед законом и судом. Государство гарантирует равенство прав и свобод в том числе в судебной сфере.

Федеральным конституционным законом «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» установлено, что суды общей юрисдикции не отдают предпочтения каким-либо органам, лицам, участвующим в процессе сторонам по признакам их государственной, социальной, половой, расовой, национальной, языковой или политической принадлежности либо в зависимости от их происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, места рождения, отношения к религии, убеждений, принадлежности к

общественным объединениям, а равно и по другим, не предусмотренным федеральным законом основаниям.

Принцип равенства граждан перед судом действует одновременно с положением о едином суде и единством права. Положение о едином суде означает, что в России нет судов, предоставляющих привилегии определенным лицам либо основанных на дискриминации.

Установленная Конституцией РФ и Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» судебная система является единой для всех граждан.

Законом предусмотрен процессуальный институт обеспечения каждому права на обращение в суд за защитой своих интересов. Это конституционное установление также представляет собой общий принцип судопроизводства.

Гарантируя каждому судебную защиту прав и свобод, Конституция РФ (ст. 46) тем самым подтверждает на самом высшем законодательном уровне приверженность России общепризнанным международным правовым стандартам защиты прав человека и гражданина. Развивая установленное ею общее положение о признании общепризнанных принципов и норм международного права (ч. 4 ст. 15), Конституция РФ формулирует четкое правовое положение: решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Это положение зафиксировано в качестве принципа в ч. 2 ст. 5 Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» в следующей формуле, развивающей тезис ст. 47 Конституции РФ: «Никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде общей юрисдикции и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено настоящим Фе-

деральным конституционным законом и федеральными законами».

Это установление закреплено и в ч. 3 ст. 8 УПК РФ как фрагмент принципа осуществления правосудия только судом. Очевидно, что здесь речь идет о процессуальных гарантиях права на доступ к правосудию, закрепленного в ст. 52 Конституции РФ. Право на законный суд по смыслу ст. 20 (ч. 2) , ст. 47 (ч. 2) и ст. 123 (ч. 4) Конституции РФ, как указывает Конституционный Суд РФ, включает и право обвиняемого в совершении преступления на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей в предусмотренных законом случаях.

Регулирование данного права является дискрецией федерального законодателя, уполномоченного определять, в каких помимо указанного в ст. 20 Конституции РФ случаях суд с участием присяжных заседателей может выступать в качестве законного суда по тем уголовным делам, которые отнесены к соответствующей категории преступлений. При этом рассмотрение уголовных дел с участием присяжных заседателей не является непременным условием реализации обвиняемым права на судебную защиту как основного и неотчуждаемого права, гарантируемого Конституцией РФ. Соответственно, определение федеральным законом подсудности уголовных дел, в том числе с участием присяжных заседателей, равно как и изменение ранее установленной подсудности, не могут рассматриваться как ограничивающие доступ к правосудию и затрагивающие само существование права на законный суд. Вместе с тем, принимая во внимание, что в силу ряда статей Конституции РФ (ст. 20, 32, 47, 123) и основанных на них правовых позициях Конституционного Суда РФ судопроизводство с участием присяжных заседателей как конституционно одобряемый способ участия граждан в отправлении правосудия, в ходе которого не профессиональный судья, а коллегия при-

сяжных самостоятельно принимает решение о виновности подсудимого, имеет особую конституционную значимость. Федеральный законодатель не вправе допускать произвольный и необоснованный отказ от этой формы судопроизводства по тем конкретным составам преступлений, где она уже предусмотрена.

Этот вопрос приобрел принципиальное значение при рассмотрении Конституционным Судом РФ дела о проверке конституционности п. 1 ч. 3 ст. 31 УПК РФ в связи с жалобой гражданки А. С. Лымарь, которой было отказано в рассмотрении ее дела судом с участием присяжных заседателей.

В постановлении от 25 февраля 2016 г. № 6-П Конституционный Суд РФ отметил, что дискреция федерального законодателя в регулировании правоотношений, определяющих реализацию права на доступ к правосудию и права на законный суд, не является абсолютной и не освобождает его от обязанности при конкретизации предписаний ст. 17 (ч. 1, 3), 19 (ч. 1, 2), 21, 46 (ч. 1), 47 (ч. 2) ст. 55 (ч. 3) и 123 (ч. 4) Конституции РФ, в том числе относительно суда с участием присяжных заседателей как законного состава суда по уголовным делам применительно к определенным категориям преступлений, действовать правомерным образом, т. е. исходя из необходимости обоснованной и объективно оправданной дифференциации процессуальных форм судебной защиты, при сохранении баланса конституционных ценностей и соблюдения принципа правовой определенности, не допуская несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина и при безусловном обеспечении гарантированных Конституцией РФ равенства всех перед законом и судом и равноправия.

Уголовные дела о преступлениях, по которым согласно положениям Общей части УК РФ в качестве наиболее строгого наказания не могут быть назначены пожизненное ли-

шение свободы или смертная казнь, если в таких преступлениях обвиняются женщины, подлежат рассмотрению в районном суде, мужчины же в такой ситуации имеют право выбора между судом с участием присяжных заседателей, судом в составе судьи федерального суда общей юрисдикции. Причем их уголовные дела любым из этих составов рассматриваются в верховном суде республики, краевом, областном суде или другом равном им по уровню суде общей юрисдикции. Тем самым вытекающая из п. 1 ч. 3 ст. 31 УПК РФ дифференциация подсудности уголовных дел не отвечает принципу юридического равенства: ограничивает женщин в реализации права на законный суд и в конечном счете — в праве на равную с мужчинами судебную защиту прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ.

Кроме того, при этом неправомерно ограничивается право граждан Российской Федерации на участие в отправлении правосудия в качестве присяжных заседателей, что ведет к нарушению ст. 32 (ч. 5) Конституции РФ.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 25 февраля 2016 г. № 6-П признал положения п. 1 ч. 3 ст. 31 УПК РФ не соответствующими Конституции РФ.

Таким образом, право на доступность правосудия утверждается Конституционным Судом РФ как принцип судопроизводства, вытекающий из логики установлений Конституции РФ о равноправии граждан перед судом и законом и права на судебную защиту.

Законодатель проявляет особую заботу об обеспечении в УПК РФ права на обжалование в суд действий и решений лиц, ведущих производство по уголовному делу участниками процесса. Так, в ст. 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб» УПК РФ указывается: «Постановления органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголов-

ного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления».

Жалобы, подлежащие разрешению судом, рассматриваются в открытом судебном заседании, за исключением случаев, предусмотренных ст. 241 УПК РФ об основаниях проведения закрытого заседания. По результатам рассмотрения жалобы судья выносит одно из следующих постановлений: о признании действий (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение; об оставлении жалобы без удовлетворения.

Рассматриваемый принцип в последние годы получил в нормах уголовно-процессуального права существенное развитие. Согласно ст. 108, 109 УПК РФ жалобы на применение органом дознания, следователем, прокурором заключения под стражу, а равно на продление срока содержания под стражей могут быть принесены в суд лицами, содержащимися под стражей (подозреваемыми или обвиняемыми), их защитниками или законными представителями. Прежде подобные жалобы на действия и решения органов расследования могли быть поданы только прокурору.

Практика нарушений подобного права явилась предметом неоднократного внимания Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека, отмечавших в своих постановлениях применение указанных процессуальных норм об об-

жаловании в суд действий и решений должностных лиц, ответственных за ведение уголовного дела, без учета возможности применения ст. 46 Конституции РФ .

Как отдельный принцип организации судопроизводства в судах общей юрисдикции рассматривается воспроизведенное в Федеральном конституционном законе «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» установление Конституции РФ в ч. 1 ст. 123 об открытости разбирательства дел в судах общей юрисдикции.

Принцип гласности устанавливается для всех судов общей юрисдикции при рассмотрении ими как уголовных, так и гражданских дел. Конструкция нормы о гласности разбирательства дела в суде позволяет утверждать, что открытое разбирательство дела в суде общей юрисдикции является правилом, а закрытое судебное разбирательство — исключением, изъятием из общего правила, причем только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Закрытое судебное разбирательство допускается только на основании определения или постановления суда, когда: 1) разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны; 2) рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими возраста 16 лет; 3) рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности и других преступлений может привести к разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их честь и достоинство; 4) этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства или их близких родственников (ст. 241 УПК РФ)1.

В определении или постановлении суда о проведении закрытого судебного разбирательства должны указываться конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых суд принимает данное решение.

Рассмотрение уголовных дел в закрытом судебном заседании происходит при соблюдении всех норм уголовного судопроизводства. Приговор суда провозглашается в открытом судебном заседании. Однако суд может принять решение об оглашении только вводной и резолютивной частей приговора.

Гласность судебного разбирательства — один из признаков демократизма судопроизводства, так как позволяет гражданам присутствовать в зале судебного заседания, следить за ходом производства по делу, распространять о нем информацию в средствах массовой информации. Реализация указанного принципа представляет осуществление одной из форм контроля общественности за деятельностью органов судебной власти.

Принцип гласности тесно связан с другими принципами правосудия. Гласность является средством реализации таких принципов правосудия, как состязательность, обеспечение права подсудимого на защиту. В то же время гласность не может быть осуществлена вне действия таких принципов правосудия и судопроизводства, как устность, непосредственность.

Лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудиозапись и письменную запись. Председатель Верховного Суда РФ В. М. Лебедев предложил использовать средства аудиозаписи при составлении протоколов судебных заседаний как возможность наиболее полного отражения позиций сторон, содержания исследуемых в судебном разбирательстве доказательств.

1 КАС РФ этот принцип формулирует как тельства» (ст. 6 «Принципы административ-«Гласность и открытость судебного разбира- ного судопроизводства»).

Рассмотрение дел в судах общей юрисдикции очное. Заочное производство допускается только в случаях, предусмотренных федеральным законом (ч. 6 ст. 5 «Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»). Подсудимый участвует в судебном заседании непосредственно. Но в исключительных случаях в целях обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства суд вправе при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 205—206, 208, ч. 4 ст. 211, ч. 1 ст. 212, ст. 275, 276, 279 и 281 УК РФ, по ходатайству любой из сторон принять решение об участии подсудимого, содержащегося под стражей, путем использования систем видеоконференц-связи (ч. 61 ст. 241 УПК РФ2.

Рассмотрение дел в судах общей юрисдикции осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Этот принцип осуществления правосудия провозглашен Конституцией РФ в ч. 3 ст. 123 (см. также ст. 20, 47 Конституции РФ и соответствующие статьи федеральных конституционных законов).

Сущность состязательности официально на уровне высших органов государственной власти впервые выразил Конституционный Суд РФ, который дал интерпретацию этого положения Конституции РФ, отметив, что действие этого принципа «предполагает такое построение судопроизводства, при котором функция правосудия (разрешения дела), осуществляемая только судом, отделена от функций спорящих перед судом сторон. При этом суд обязан обеспечить справедливое и беспристрастное разрешение спора, предоставляя сторонам равные возможности для отстаивания своих позиций, а поэтому не может принимать на себя выполнение их процессуальных (целевых) функций».

2 Это правило введено Федеральным законом от 21 июля 2014 г. № 251-ФЗ.

Таким образом, при осуществлении принципа состязательности процессуальные функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или должностное лицо. Суд не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Он обязан создавать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ст. 15 УПК РФ). Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Соответственно, конституционное положение о равноправии сторон при осуществлении правосудия имеет чисто процессуальное значение. Стороны не вообще равноправны, а имеют равные процессуальные права для отстаивания перед судом своих позиций и защиты своих интересов. Суд не является органом уголовного преследования. При состязательном построении судебного разбирательства суд обязан обеспечить сторонам условия для реализации их процессуальных прав, он следит за законностью действий сторон, своими действиями должен способствовать установлению истины по делу.

Возложение на суд обязанностей по обеспечению прав сторон не должно означать его превращение в пассивного созерцателя происходящего в судебном заседании. Принцип состязательности не исключает права суда в рамках предъявленного суду обвинения истребовать и исследовать по собственной инициативе доказательства, необходимые для проверки приводимых сторонами доводов, оценивать по собственному убеждению значение тех или иных обстоятельств дела и доказательств для правильного его разрешения.

Однако вопрос о понимании процессуального положения суда в контексте реализации принципа состязательности и возможности достижения такой цели правосудия, как объективная истина, по-прежнему вызывает споры. Разногласия каса-

ются прежде всего пределов права судьи по собственной инициативе истребовать доказательства, проводить следственные действия в судебном разбирательстве. Очевидно, что вопрос об указанных полномочиях суда, их достаточности для поддержания высокого авторитета суда нуждается в дополнительном изучении и процессуальном регулировании.

Полнота судебной власти — один из основных ее признаков, который характеризуется объемом компетенции судов, окончательностью принимаемых ими решений, их обязательностью для всех юридических и физических лиц.

Властный характер полномочий судов проявляется прежде всего в том, что требования и распоряжения судей при осуществлении ими своих полномочий обязательны для всех без исключения государственных органов и должностных лиц. Принцип обязательности судебных постановлений судов общей юрисдикции излагается в ч. 8 ст. 5 Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» в следующем виде: «Вступившие в силу судебные акты судов общей юрисдикции, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и иные обращения являются обязательными для всех федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных служащих, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации».

Неисполнение постановлений суда, а равно иное проявление неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом.

Информация, документы и их копии, необходимые для осуществле-

ния правосудия, предоставляются по требованию судей безвозмездно и незамедлительно. Судья вправе требовать проведения ревизий, проверок, ведомственных экспертиз.

Для устранения препятствий в осуществлении правосудия суд (судья) вправе применить меры процессуального принуждения: по отношению к подсудимому это меры пресечения, меры воздействия за нарушение порядка в судебном заседании, при неподчинении распоряжениям председательствующего по делу лицо предупреждается о недопустимости такого поведения либо удаляется из зала судебного заседания (ст. 258 УПК РФ).

Выполнение требований суда, исполнение его вступивших в законную силу решений и приговоров обеспечиваются принудительным воздействием государственных органов и должностных лиц. К числу этих органов относятся судебные приставы, специальные органы и структуры (административные, уголовно-исполнительные), деятельность которых представляет собой необходимые механизмы реализации судебных решений.

Неисполнение постановлений или распоряжений суда, свидетельствующее о явном пренебрежении к суду, к установленному в суде порядку, считается процессуальным или административным нарушением и может повлечь принятие мер процессуального или административного воздействия.

Поэтому обязательность исполнения распоряжений и требований суда представляет собой не простое условие беспрепятственной реализации полномочий суда, а организационный принцип судопроизводства, который в качестве такового подлежит включению в гл. 1 «Уголовно-процессуальное законодательство» разд. I «Основные положения» УПК РФ.

В статье 10 Федеральным конституционным законом «О судебной системе в Российской Федерации»

установлено, что в судах субъектов Российской Федерации судопроизводство ведется на русском языке либо на государственном языке республики, на территории которой находится суд (ст. 18 УПК РФ). Участвующим в деле лицам, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, обеспечивается право делать заявления, давать объяснения и показания, выступать в суде, заявлять ходатайства и приносить жалобы на родном или другом избранном лицом языке. О важности знания языка судопроизводства говорится в правиле о недопустимости нарушения принципа права использования родного языка и свободного выбора языка общения. Принцип обеспечения каждому использования родного языка при осуществлении правосудия выражает демократизм действующего законодательства и государства и определяет решение таких важных вопросов, как доступность суда для населения, возможности осуществления прав участниками процесса.

Принцип участия граждан в осуществлении правосудия также закреплен в Конституции РФ (ч. 5 ст. 32 Конституции РФ). Такое участие осуществляется в судах общей юрисдикции, в том числе в военных судах при осуществлении правосудия по уголовным делам в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

Право участия граждан в осуществлении правосудия как общий принцип судопроизводства относится прежде всего к присяжным заседателям. В суде присяжных решение вопросов уголовного дела разделено между коллегией присяжных заседателей и профессиональным судьей.

Присяжные не избираются, нормативный инструментарий организации реализации указанного принципа (формирования коллегии присяжных заседателей) вызывало значительные трудности. В последние годы состояние организации участия

представителей населения в осуществлении правосудия подвергалось обоснованной критике. Организация привлечения населения к этой деятельности не удовлетворяет ни судей, ни иных участников судебного разбирательства.

Судебная практика и процессуальная доктрина, называя некоторые недостатки в организации судебной системы, неоднократно ставили перед законодателем вопросы о совершенствовании правового регулирования организации судебной системы, государственного руководства осуществлением судебной дея-тельности3.

Вносились соответствующие предложения о кардинальных изменениях в этой сфере: например, о конституционных преобразованиях судебной системы в форме объединения высших судов — Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ и в связи с этим принятия ряда федеральных конституционных законов, а также федеральных законов, касающихся дополнения, изменения структуры процессуальных кодексов, создания новых институтов уголовного судопроизводства, совершенствования управленческого воздействия на деятельность судов и их инфраструктуры. Эти изменения затронули и систему принципов судопроизводства.

Необходимость в таких изменениях вызвана тем, что изложенные в процессуальных кодексах принципы принимались в разные годы. Поэтому начальные главы об общих положениях в федеральных законах об

3 См.: Жуйков В. М. Общая концепция развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве // Журнал российского права. 2010. № 10. С. 5—16; Михайловская И. Б. Процессы управления в судебной системе. М., 2012. С. 3—27; Клеан-дров М. И. Статус судьи: правовые и смежные компоненты. М., 2008; Гравина А. А. Концепция законодательства о судоустройстве // Концепции российского законодательства / под ред. Т. Я. Хабриевой. М., 2010.

организации и процессуальной деятельности судов содержат разные модели систем принципов по их количеству и содержанию.

Возникает также вопрос о статусе положений, предлагаемых в качестве принципов, и места их размещения в структуре процессуального закона. Например, в УПК РФ в общих положениях содержатся 15 принципов, регулирующих судопроизводство в целом, но два принципа: «Непосредственность и уст-ность» (ст. 240) и «Гласность» (ст. 241) УПК РФ изложены в гл. 35 и могут считаться принципами лишь стадии судебного разбирательства. Различно излагается наименование и содержание ряда принципов. Эти различия вызывают необходимость в дополнительных комментариях и ставят вопросы о причинах и целях такого неединообразия в понимании содержания некоторых принципов, и особенностях их применения.

Например, в ст. 6 «Принципы административного судопроизводства» Кодекса административного судопроизводства РФ читаем п. 3: «Законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административного дела»; п. 7: «Состязательность и равноправие сторон административного судопроизводства при активной роли суда».

Поэтому необходимо устранить вышеприведенные и другие существенные и неоправданные различия в отдельных видах судопроизводства в судах общей юрисдикции, т. е. принять меры к унификации процесса во всех судах общей юрисдикции.

Из новых принципов, непосредственно относящихся к организации осуществления правосудия в судах общей юрисдикции, следует назвать принцип разумного срока уголовного судопроизводства (ст. 61 УПК РФ), введенного Федеральным законом от 30 апреля 2010 г. № 69-ФЗ, имеющего особое значение для организации судопроизводства в судах общей юрисдикции; предложения о реформировании института присяжных заседа-

телей, о создании системы специализированных судов и др.4

Положения ст. 61 УПК РФ, определяя, что судопроизводство осуществляется строго в сроки, установленные законом, и при этом должны учитываться правовые и фактические сложности конкретного дела, поведение участников процесса, достаточность и эффективность действий суда по созданию условий для беспрепятственной реализации прав сторон, принятию мер по сокращению общей продолжительности судопроизводства и др., имеют существенное значение для совершенствования организации судебной деятельности.

Вопрос о статусе принципа судопроизводства, его признаков требует дополнительного теоретического исследования. Эти вопросы возникли при обсуждении проблемы возможности дополнения системы принципов уголовного судопроизводства принципом установления объективной истины (это цель процесса или принцип?)5, надзора за судебной деятельностью (это функция Верховного Суда РФ или принцип организации контрольной деятельности вышестоящих судов общей юрисдик-ции?)6 и др. Актуальным остается вопрос о содержании и пределах действия принципа состязательности в части определения процессуального положения суда, его отношений со сторонами процесса, взаимодей-

4 Эти предложения об изменении содержания известных принципов судопроизводства уже реализованы. См. федеральные законы, принятые в связи с расширением применения института присяжных заседателей, созданием Суда по интеллектуальным правам.

5 См.: Колоколов Н. А. Истина и справедливость как базовые ценности проуголовно-го судопроизводства // Мировой судья. 2012. № 8. С. 3—6.

6 См.: Воскобитова А. А. Механизм реализации судебной власти посредством уголовного судопроизводства: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2004.

ствия с иными принципами судопроизводства и полномочий по оценке и дополнению доказательственной базы по конкретному делу.

Известно, что процессуальные кодексы принимались в форме федеральных законов. Между тем в силу ч. 3 ст. 128 Конституции РФ порядок деятельности всех федеральных судов, а также судопроизводство в судах общей юрисдикции и арбитражных судах должны устанавливаться федеральными конституционными законами, поэтому имеются все основания принимать процессуальные кодексы федеральными конституционными законами. При этом подлежат отражению все признаки принципов судопроизводства, к числу которых следует отнести соответствие Конституции РФ, законодательную регламентацию в федеральном конституционном законе, обеспечение исполнения организационным и правовым механизмом.

Задача теоретического анализа значения нового подхода к правовому регулированию судебной деятельности определяется изменением характера его обозначения и места в системе отраслей права, определяющих содержание и задачи правоохранительной деятельности. Этот новый подход задан Законом РФ о поправке к Конституции РФ от 5 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации и прокуратуре Российской Федерации», изменившим редакцию ст. 71 Конституции РФ.

Развитие процессуального права, системы его структуры, совершенствование механизма реализации принципов судопроизводства, учет возможностей выработанной теорией и современной судебной практикой технологизации правового регулирования институтов управления всей системой судопроизводства требуют консолидации его правовых основ и использования новых форм государственного руководства всей судебной системой. Развитие системы принципов судопроизводства должно проходить в направлении утверждения демократических начал, международных стандартов регулирования правосудия, расширения перечня новых компонентов охраняемых объектов в судебной системе, использования современного правотворческого инструментария.

В связи с этим привлекает внимание предложение вернуться к такой форме законодательства, как Федеральный конституционный закон, Основы процессуального законодательства, в котором возможно обобщить все достижения современной доктрины судоустройства и судопроизводства, разрешить многие проблемы консолидации системы принципов организации и деятельности судов всех предусмотренных Конституцией РФ видов судопроизводства, применения законодательства об организации судебной системы и практики правоприменения его норм.

Библиографический список

Воскобитова А. А. Механизм реализации судебной власти посредством уголовного судопроизводства: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2004.

Гравина А. А. Концепция законодательства о судоустройстве // Концепции российского законодательства / под ред. Т. Я. Хабриевой. М., 2010.

Жуйков В. М. Общая концепция развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве // Журнал российского права. 2010. № 10.

Клеандров М. И. Статус судьи: правовые и смежные компоненты. М., 2008.

Колоколов Н. А. Истина и справедливость как базовые ценности проуголовного судопроизводства // Мировой судья. 2012. № 8.

Михайловская И. Б. Процессы управления в судебной системе. М., 2012.