Брак и семья в Сибири: современные тенденции

В данной статье показаны тенденции рождаемости и брачности населения Сибири в 1990-2002 гг. как важнейшие составляющие процесса воспроизводства населения. Также делается попытка рассмотреть эти тенденции на фоне глобальных демографических процессов и с точки зрения социологии семьи, частной жизни и повседневности.

Брак и семья в Сибири: современные тенденции*

А. Р. МИХЕЕВА, кандидат экономических наук, Институт экономики и организации промышленного производства СО РАН, Новосибирск

Современные процессы воспроизводства населения в Сибири, как и во всей России, можно охарактеризовать как остропроблемные: отрицательный естественный прирост населения в результате высоких показателей смертности и низких - рождаемости, «постарение» возрастной структуры. Поскольку эти процессы происходят на фоне общих глубоких и болезненных экономических и социальных перемен, неудивительно, что зачастую их рассматривают как прямое следствие этих перемен.

Но вместе с тем показатели, характеризующие большие группы стран или такие неоднородные общества, как российское, демонстрируют удивительную схожесть. Более того, перестают «срабатывать» такие ранее общепризнанные факторы дифференциации демографического поведения, как уровень благосостояния, национальность, образование, занятость женщин вне дома, квалификация и место проживания. Сглаживается и региональная дифференциация демографических показателей.

* Статья подготовлена в рамках проекта Российского гуманитарного научного фонда № 06-03-00398а.

© ЭКО 2006 г.

Рождаемость и брачность: современные взаимосвязи

Нормы и правила брачного, репродуктивного и семейного поведения в современных обществах претерпели существенную трансформацию - повысилась автономность каждого из них. В результате брак перестал быть средством воздействия на процесс рождаемости, как это было еще в первой половине XX в.

В европейских странах в XVШ-XIX вв. на ранних стадиях демографического перехода (от высоких уровней смертности и рождаемости - к низким) массовый характер приняло откладывание браков как мера регулирования (снижения) рождаемости. После распространения внутрисемейного регулирования деторождений уровень брачности как фактор рождаемости стал постепенно утрачивать свое значение. В результате произошло существенное снижение рождаемости в большинстве европейских стран, где к 1930-м годам и рождаемость, и смертность были на низком уровне.

В России брачность всегда была ранней и практически всеобщей, поэтому наиболее распространенным способом регулирования рождаемости было и остается внутрисемейное регулирование.

В ХХ в. ранней брачности в России способствовало ослабление традиционных запретов на добрачные сексуальные отношения (1920-е годы, войны и другие социальные пертурбации). На фоне невысокой культуры контрацепции добрачные зачатия стимулировали и ранние браки, но многие из них заканчивались абортом или внебрачным рождением.

Внебрачные рождения довольно широко распространились в 1945-1959 гг. Затем их уровень значительно снизился, но с 1980-х годов снова начал постепенно расти и к концу ХХ в. уже составлял 28-30% от всех рождений. Аналогичная ситуация происходила в это время и в большинстве европейских стран: например, в Швеции, Франции и Великобритании доля внебрачных рождений составляет 40-80%.

По мнению демографов и социологов, современные внебрачные рождения не всегда означают, что ребенок растет

в семье матери-одиночки - зачастую родители ребенка являются партнерами-сожителями, не заключившими официальный брак. Распространение незарегистрированных бра-коподобных союзов приобретает массовый характер как в России, так и в европейских странах. До 1980-х годов такие процессы наблюдались в странах Северной Европы (Дании и Швеции), а с середины 1980-х стали распространяться в Греции, Португалии и Испании. В некоторых странах - Дании, Испании, Швеции, Великобритании и др. - такие союзы легализованы, то есть юридически являются семьей, однако рождения детей в них фиксируются как «внебрачные».

Специфические черты трансформации институтов брака и семьи в Европе оказались настолько схожими для многих стран, что процесс был назван вторым демографическим переходом. Его начало можно условно установить с середины 60-х годов ХХ в., после Второй мировой войны и «бэби-бума», т. е. взрыва рождаемости, последовавшего за ней.

Принципиальная количественная черта перехода: снижение рождаемости от уровня немного выше простого воспроизводства (2,1 рождений на женщину) до уровня ниже простого воспроизводства. В настоящее время коэффициент суммарной рождаемости опустился ниже двух детей на женщину во всех европейских странах (кроме Албании), в Северной Америке, во всех странах Восточной Азии (кроме Монголии), Австралии и Новой Зеландии. Кроме того, рождаемость упала ниже этого порога в четырех из семи бывших азиатских республик СССР, шести Карибских государствах и трех африканских странах. Число стран с уровнем рождаемости, недостаточным для полного замещения поколений, выросло с 13 в 1970 г. до 66 в 2002 г.

Среди развитых стран можно выделить три группы:

^ страны с рождаемостью «почти достаточной для возобновления поколений» (Австралия, Ирландия, Новая Зеландия и США);

^ страны со «средней» рождаемостью, характерной для Северной и Западной Европы, где коэффициент суммарной рождаемости находится в интервале от 1,5 (Нидерланды, Великобритания и Финляндия) до 1,8 (Дания, Норвегия и Франция);

^ остальные страны, где рождаемость наиболее низка, причем в некоторых из них данный коэффициент не превышает 1,2 (Болгария, Гонконг, Латвия, Италия, Испания, Россия и Чехия)1.

Вот несколько иная типология рождаемости - с учетом уровня общего показателя рождаемости, возраста матерей при рождении ребенка:

* западноевропейский тип

а) «старая» рождаемость (более старший возраст при рождении, в том числе первых детей);

б) высокая доля сознательной (не биологической) бездетности;

в) низкий уровень рождаемости - более эффективное внутрисемейное регулирование.

* восточноевропейский тип

а) «молодая» рождаемость (более младший возраст при рождении);

б) сравнительно низкая доля сознательной бездетности;

в) низкий уровень рождаемости при неэффективном внутрисемейном регулировании деторождения.

* азиатский тип

а) молодой возраст матери при первых рождениях;

б) низкая доля сознательной бездетности;

в) относительно высокий уровень рождаемости.

В рамках этой классификации Россия относится к «восточноевропейскому» типу. Если рождаемость остается ниже уровня воспроизводства и не компенсируется иммиграцией, то численность населения рано или поздно будет снижаться, как это происходит с начала 1980-х годов в Австрии, Дании, Германии (ФРГ) и Венгрии. На рубеже XX и XXI вв. отрицательный прирост населения наблюдался и в других, в основном восточноевропейских странах. Изменения в смертности и миграции имеют относительно небольшое значение во время второго демографического перехода.

В России в последней четверти ХХ в. процессы в целом были аналогичны европейским. Аналитики выделяют спе-

1 Иванов С. Новое лицо брака в развитых странах // Население и общество. Центр демографии и экологии человека Института народнохозяйственного прогнозирования РАН. № 63. Июнь 2002. Москва-Париж.

цифические российские этапы изменений брачности и рождаемости: направления (типы) изменений и соответствующие им показатели. Основная российская черта трансформации: институциональные изменения брака и рождаемости происходят на фоне относительно высокой смертности2. Выделяются следующие временные этапы.

Первый демографический переход. Снижение рождаемости началось в середине XIX в. (в среднем на 30-40 лет позднее, чем в европейских странах, с более высокого уровня, но и более интенсивно): примерно за 70 лет произошел переход на низкую рождаемость (коэффициент суммарной рождаемости был равен двум уже у поколений женщин, родившихся во второй половине 1920-х годов и в 1930-е годы).

Второй демографический переход. Новейшие тенденции в эволюции рождаемости обнаруживаются с середины 1990-х годов. Индикаторы-предикаторы перехода: быстрое снижение рождаемости в самых молодых возрастах, откладывание рождения первенца в реальных поколениях, быстрое повышение возраста вступления в первый брак, сильное сокращение числа абортов на фоне падения рождаемости в возрасте до 25 лет, возрастание вклада старших возрастных групп матерей в итоговую рождаемость, уменьшение доли «вынужденных» браков, стимулированных внебрачными зачатиями.

Главная качественная черта второго перехода, проявляющаяся в статистических показателях, - изменение общепринятой последовательности и смысла событий, участвующих в процессе формирования семьи, ушедшей от:

2 Особенно явно эти кризисные тенденции наблюдаются с 1980-х годов, но, как ни странно, они тревожат общественное и научное мнение в России гораздо меньше, чем тенденции рождаемости. Например, А. И. Антонов, В. И. Медков и А. Б. Синельников пишут, что «неверно считать снижение смертности до европейского уровня ... преимущественным средством борьбы с убылью населения. Таковым является лишь повышение нынешней рождаемости...». См.: Антонов А. И., Медков В. И., Синельников А. Б. Репродуктивное поведение и динамика рождаемости / Население России на рубеже ХХ-ХХ1 вв. Проблемы и перспективы / Под ред. В. А. Попцева, А. А. Саградова. М., 2002. С. 157-201.

1) «золотого века» брака к распространению сожительства и внебрачных рождений;

2) детоцентристского типа семьи к супружеской семье с ребенком, где центром являются чувственные, любовные (супружеские) отношения;

3) контрацептивного поведения как предупреждающей зачатие компоненты репродуктивного поведения к контрацепции как самоценной компоненте сексуального поведения;

4) единообразия моногамии к плюрализму форм семьи и домохозяйства.

Оценивая взаимосвязи брачности и рождаемости с экономической, политической и социальной ситуацией в России и в других странах, многие демографы единодушны в том, что на формирование семьи и рождение детей у будущих поколений все в меньшей степени будут влиять макроэкономические и социально-политические параметры среды, не зависящие от индивида. «В своем демографическом поведении человек будет руководствоваться, вероятнее всего, нематериалистическими ценностями, "настраивая" индивидуальный календарь демографических событий на изменение конкретных и многообразных жизненных обстоятельств»3.

Если количественные значения показателей рождаемости и брачности проявляют некоторые колебания или региональную специфику, то, скорее всего, это результат влияния иных существующих структурных факторов (например, более молодого состава населения). Другая причина - влияние тех или иных конъюнктурных (недемографических) факторов4, а не принципиальный поворот в ходе трансформации норм и правил поведения людей в семье и частной жизни.

3 Van de Kaa D. J. Europe's Second Demographic Transition // Population Bulletin. 1987. Vol. 42. №. 1. P. 22.

4 Несомненно, что в России, как и в других восточноевропейских странах, таким фактором-«катализатором» послужили политические и экономические преобразования, начавшиеся в конце 1980-х годов.

Динамика рождаемости и брачности в Сибири в 1990-2002 гг.

Основные тенденции рождаемости и брачности в Сибирском регионе заключаются в том, что в конце 1990-х - начале 2000-х годов существенно сглаживается внутренняя российская (региональная) дифференциация демографической сферы, как и межстрановая.

Анализ статистических данных усложняется тем, что за рассматриваемый период изменилось административно-территориальное деление Сибирского региона: области, края и автономные округа, входящие в Западную и Восточную Сибирь, в 1998 г. были объединены в Сибирский федеральный округ; из прежнего состава была исключена Тюменская область (вместе с Ханты-Мансийским автономным округом).

Поэтому при анализе региональных процессов рождаемости и брачности необходимо придерживаться сопоставимости населения одних и тех же административно-территориальных единиц. Как видно, теперь Сибирский федеральный округ состоит из довольно неоднородных групп населения по степени прохождения демографического перехода. Но в то же время здесь представлены такие уникальные в демографическом смысле территории, как, например, республики Тыва и Хакасия, где уже в 1980-х годах прошлого века внебрачная рождаемость была самой высокой в России и СССР в целом.

Главная тенденция демографического перехода заключается в многократном уменьшении региональной дифференциации в 1959-1992 гг. по сравнению с допереходным состоянием. Важно, что административно-территориальные единицы Сибирского федерального округа размещаются во всех пяти типах регионов по уровню коэффициента суммарной рождаемости: от самого высокого (Тува, Хакасия, Якутия, Бурятия и др.) - до самого низкого (Новосибирская и Томская области, Алтайский край).

В 1990-х - начале 2000-х годов эти тенденции продолжились, возможно, произошло ускорение переходных процессов. Этот период можно охарактеризовать для Сибири,

России, стран СНГ и восточноевропейских стран как экономически и политически «кризисный», в отличие от стран Западной Европы. Но на протяжении ХХ в. во всех обществах «конвергенция регионов как на межстрановом, так и на внутристрановом уровне преобладает над дивергенцией»5.

Сибирский федеральный округ занимал в 2002 г. второе место в РФ по уровню рождаемости после Южного округа. Высокий уровень рождаемости в Сибири складывался за счет автономных округов. В Новосибирской, Омской, Томской, Иркутской и Читинской областях значения коэффициентов рождаемости довольно низкие (табл. 1, 2).

Таблица 1

Динамика общих коэффициентов рождаемости, (число родившихся на 1000 населения), 1990—2002 гг., доли единицы

Место,

Регион 1990 1995 1999 2002 занимаемое в РФ в 2002 г.

Российская Федерация 13,4 9,3 8,3 9,8

Сибирский федеральный округ 14,6 9,9 9,1 10,7 2

В том числе Республика Тыва 26,2 20,0 15,7 18,4 2

Республика Алтай 19,2 14,2 13,4 15,8 4

Агинский Бурятский округ 24,1 16,9 14,7 15,1 5

Новосибирская область 12,9 8,5 7,9 9,9 42

Южный федеральный округ 16,6 11,6 9,7 11,0 1

В том числе Республика Дагестан 26,2 21,9 17,9 18,1 1

Республика Ингушетия и Чечня 24,6 23,8 16,4 16,1 3

Ростовская область 12,5 9,2 7,6 9,0 59

Источник: Регионы России. Социально-экономические показатели // Статистический сборник. М., 2003. С. 56, 57.

Начиная с 2000 г. численность родившихся увеличивается как в России, так и в Сибири. Соответственно растет и

5 Захаров С. В., ИвановаЕ. И. Региональная дифференциация рождаемости в России: 1959-1994 гг. //Проблемы прогнозирования. 1996. № 4. С. 110.

Динамика коэффициента суммарной рождаемости по регионам РФ, 1989-2001 гг.

Год Регион Все Городское Сельское

население население население

Российская

Федерация 1,950 1,766 2,587

1989-1990 Сибирский федеральный округ 2,109 1,882 2,848

Новосибирская область 1,873 1,688 2,593

Российская

Федерация 1,344 1,207 1,788

1995 Сибирский федеральный округ 1,412 1,269 1,853

Новосибирская область 1,223 1,104 1,631

Российская

Федерация 1,249 1,173 1,481

2001 Сибирский федеральный округ 1,283 1,185 1,549

Новосибирская область 1,190 1,099 1,477

Источник: Демографический ежегодник России - 1996 // Статистический сборник. М., 1996. С. 92-101; Демографический ежегодник России - 2002 // Статистический сборник. М., 2002. С. 150-159.

общий коэффициент рождаемости. Главной причиной этого роста все аналитики признают «демографическую волну», то есть многочисленность поколения 1980-х годов рождения, вступивших в репродуктивный возраст на рубеже веков. Так что большое число родившихся было в большой степени предсказуемо и ожидаемо; вопрос лишь в том, как долго оно будет удерживаться на данном уровне.

Ответ на этот вопрос зависит от тенденций в возрастном профиле рождений. Если согласиться с тем, что население Сибири и ее национальных территориальных образований идет по пути демографического перехода, то можно ожидать сдвиг рождений от младших материнских поколений к старшим. «Постарение» рождаемости относится к тем

фундаментальным тенденциям, на основе которых можно делать выводы о глобальных изменениях в демографической сфере общества.

На российском уровне данная тенденция уже заметна: с середины 1990-х годов для женщин младше 25 лет коэффициенты рождаемости неуклонно снижаются, а для более старших групп (даже 40-44 лет) - растут. Аналогичная динамика прослеживается в Сибирском федеральном округе и Новосибирской области. Аналитики поначалу осторожно оценивали ее устойчивость, поскольку все еще сказывались конъюнктурные сдвиги тайминга рождений, происшедших в 1980-х годах под воздействием мер социально-демографической политики6. Аналогичные тенденции наблюдались во многих европейских странах в последней трети ХХ в. (табл. 3). В странах, где тенденции глобального «переходного» процесса проявились уже давно - Швеции, Финляндии и Франции - снижение «молодежной» рождаемости происходит на протяжении более 30 лет.

Таблица 3

Вклад матерей в возрасте до 25 лет в итоговую рождаемость, 1970-1999 гг., %

Страна 1970 1980 1990 1999

Россия 42,1 49,6 56,3 49,4

Украина 47,8 55,2 58,9 57,3

Латвия 43,4 51,3 53,2 42,6

Чехия 57,9 60,6 59,6 38,3

Финляндия 41,0 33,8 23,3 20,5

Франция 41,1 40,0 27,0 19,6

Италия 32,6 36,3 23,5 18,2

Швеция 39,8 33,3 26,0 18,0

Испания 23,8 32,3 19,6

Источник: Население России - 2001. Девятый ежегодный демографический доклад. Отв. ред. А. Г. Вишневский. Ин-т народнохозяйственного прогнозирования РАН. Центр демографии и экологии человека. М., 2002. С. 40-41.

6 Население России - 1996. Четвертый ежегодный демографический доклад/ Отв. ред. А. Г. Вишневский. Ин-т народнохозяйственного прогнозирования РАН. Центр демографии и экологии человека. М., 1997. С. 83-85.

Уже можно заметить некоторые черты трансформации возрастной модели рождаемости в России, отличные от западноевропейской, но схожие с восточноевропейской:

1) изначально более высокие доли рождений, приходящиеся на младшие материнские поколения;

2) «перелом» роли вклада молодых матерей в итоговую рождаемость, наступивший в середине 1990-х годов. В начале XXI в. изменение возрастной модели репродуктивного поведения россиянок можно назвать «просто повторением пути, который француженки, немки, итальянки или испанки проделали 15-20 лет назад»7;

3) высокий процент внебрачных рождений (табл. 4).

Таблица 4

Динамика доли внебрачных рождений в 1990—2001 гг., %

Регион Год Все Городское Сельское

население население население

Российская Федерация 1990 1995 2001 14,6 21,1 28,8 13,8 21,1 27,8 16,5 21,3 31,0

Сибирский федеральный округ* 1990 19,4 17,9 22,6

1995 2001 26,8 35,4 25,7 32,9 29,1 40,7

Новосибирская область 1990 1995 2001 17.2 25.3 31.4 15,8 24.8 28.9 20,9 26,4 37,3

* В его состав включены регионы, входящие в него с 1998 г. Источник: Демографический ежегодник России - 2002 // Стат. сб. М., 2002. С. 150-159.

Уровень внебрачной рождаемости в России оценивается специалистами как высокий уже с середины 1980-х годов8. Для Сибири, особенно ее сельского населения и национальных округов, феномен внебрачных рождений значительно более распространен, чем среди городского населения и в европейской части.

7 Население России - 2001. Девятый ежегодный демографический доклад / Отв. ред. А. Г. Вишневский. Ин-т народнохозяйственного прогнозирования РАН. Центр демографии и экологии человека. М., 2002. С. 39, 40.

8 Бондарская Г. А., Дарский Л. Е. Брачное состояние женщин и рождаемость / Демографические процессы в СССР. М., 1990.

Так, Республика Тыва в 1990 г. и 1995 г. занимала первое место в России по уровню внебрачной рождаемости среди всех рождений: 36,5% и 46,9% соответственно. В 2001 г. на первое место вышел Коми-Пермяцкий АО - 67,1%. В Республике Тыва в 2001 г. этот уровень был равен 60,4%, а среди сельского населения республики - 61,3%.

К народам и этническим группам, где распространенность этого феномена значительно выше средней по России, кроме тувинцев и коми-пермяков, относятся буряты, ненцы, эвенки, чукчи, коряки, хакасы, то есть народы, населяющие Сибирь. Возможно, рост относительного показателя обязан тому, что у этих народов происходит рекордно быстрое снижение общего числа родившихся.

Такой более чем двукратный рост показателей внебрачной рождаемости требует специального изучения. К сожалению, возможности анализа переходных моделей рождаемости, как, впрочем, и брачности в России все более сужаются: построение динамических рядов после 1997 г. стало невозможно. Это связано с введением в 1996 г. нового закона об актах гражданского состояния. В соответствии с ним статистикой перестали фиксироваться и разрабатываться важные характеристики демографических процессов: очередность рождений, распределение их по возрасту матери, ее брачному состоянию, а также сведения о предыдущем брачном статусе и социальном положении лиц, вступающих в брак, сведения об общих детях и других социальных характеристиках разводящихся. Перестали централизованно обрабатываться данные о возрасте вступающих в брак, а также многие показатели для городского и сельского населения в отдельности. Между тем как раз в середине 1990-х годов в демографической сфере России стали проявляться практически уникальные тенденции.

Так, рост внебрачной рождаемости на фоне снижения общей итоговой является той характерной чертой, которая делает российскую модель демографической модернизации сходной с западноевропейской (табл. 5).

Специальные социологические обследования пока не дают полноценных оснований для его объяснения. Рост вне-

Динамика доли внебрачных рождений среди общего числа рождений в 1970—1999 гг., %

Страна 1970 1980 1990 1995 1999

Россия 10,6 10,8 14,6 21,1 27,9

США 10,7 18,4 28,0 32,2 33,0

Латвия 11,4 12,5 16,9 29,9 39,1

Болгария 8,5 10,9 12,4 25,7 35,1

Финляндия 5,8 3,1 25,9 33,1 38,7

Франция 6,8 11,4 30,1 37,6 40,7

Германия 7,2 11,9 15,3 16,1 21,6

Швеция 18,8 39,7 47,0 53,0 55,3

Ирландия 2,7 5,0 14,4 28,3 30,9

Источник: Население России - 2000. Восьмой ежегодный демографический доклад. Отв. ред. А. Г. Вишневский. Ин-т народнохозяйственного прогнозирования РАН. Центр демографии и экологии человека. М., 2001. С. 47.

брачных рождений не является свидетельством отказа от семейной, супружеской жизни, от полной семьи: повышение показателей внебрачной рождаемости не сопровождается таким же быстрым распространением одиноких матерей с детьми. Дело в том, что значительная часть рождений вне официального брака в России регистрируется «по совместному заявлению матери и отца»: 1988 г. - 41,8%, 1995 г. - 43,1%, 1998 г. - 43,3%, 2001 г. - 47,6%9.

Данные по России в целом показывают тенденцию роста этих показателей, (региональные данные, к сожалению, отсутствуют). Динамику роста доли рождений, признанных отцом, можно интерпретировать как повсеместное распространение нерегистрируемых брачных союзов (табл. 6). Зарубежные исследователи называют такие союзы и отношения супругов в них «бракоподобными»10, что соответствует и отечественным определениям.

9 Население России - 2001. Девятый ежегодный демографический доклад/ Отв. ред. А. Г. Вишневский. Ин-т народнохозяйственного прогнозирования РАН. Центр демографии и экологии человека. М., 2002. С. 51.

10 Clarkberg M., Stolzenberg R. M., Waite L. J. Attitudes. Values and the Entrance into cohabitational versus Marital Unions// Social Forces. 1995. Dec. Р. 609-631.

Доля состоящих в незарегистрированном браке в 2002 г., на 1000 чел. данного пола и возраста, состоящих в браке

Возраст, лет Российская Федерация Сибирский федеральный округ Новосибирская область

муж- жен- муж- жен- муж- жен-

чины щины чины щины чины щины

Всего в возрасте 16 лет и старше 103 102 154 151 132 133

16-19 401 359 494 405 452 425

20-24 219 190 295 262 260 236

25-29 157 142 216 199 188 178

30-34 131 118 184 167 166 145

35-39 108 93 156 134 139 115

40-44 92 80 134 117 118 103

45-49 83 77 124 116 108 99

50-59 72 71 113 111 96 94

60 и более 58 62 99 104 80 87

Источник: Итоги Всероссийской переписи населения 2002 г. Т. 2. М., 2004. С. 300-391.

Как видно, сожительство является не только молодежным феноменом. Высокая частота его распространения в наиболее репродуктивных возрастных группах обусловливает и рост показателей внебрачной рождаемости.

Брачность и рождаемость становятся все более автономными и самоценными в социальном смысле. То есть в условиях эффективного внутрисемейного регулирования числа рождений брачность постепенно утрачивает свою функцию регулятора рождаемости.

За последние 35-40 лет в России выделяются два периода трансформации брачности11:

* 1960-1980-е годы. Период стабилизации показателей на довольно высоком уровне: брачность была ранней и практически всеобщей;

11 Иванова Е. И. Трансформация брачности в России в XX веке: основные этапы // Демографическая модернизация, частная жизнь и идентичность в России. Тезисы докладов научной конференции. М., 2002. С. 28-31.

* 1990-е годы. Происходит стремительное падение показателя - до самого низкого значения в 1996 г. Снижение брачности происходило во всех основных возрастных группах, но наиболее заметным было в самых молодых.

Распространение феномена нерегистрируемых браков естественным образом сказалось на тенденции снижения абсолютных и относительных показателей брачности. В конце 1990-х годов эти показатели немного повысились в результате «демографической волны». Показатели разводимости в анализируемом периоде сохраняют тенденцию к росту. В целом тенденции показателей брачности и разводимости по Сибирскому федеральному округу и Новосибирской области практически не отличаются от общероссийской (табл. 7).

Таблица 7

Общие коэффициенты брачности и разводимости в 1990-2002 гг., на 1000 чел. населения

Все Городское Сельское

Год Регион население население население

бра- раз- бра- раз- бра- раз-

ков водов ков водов ков водов

Российская

Федерация 8,9 3,8 9,1 4,4 8,3 2,1

1990 Сибирский федеральный округ 8,8 3,6 9,2 4,7 8,1 2,0

Новосибирская область 9,0 3,9 9,3 4,6 7,9 2,0

Российская

Федерация 7,3 4,5 7,6 5,3 6,5 2,8

1995 Сибирский федеральный округ 7,0 4,3 7,4 5,2 6,3 2,8

Новосибирская область 7,0 4,5 7,3 5,2 6,2 2,5

Российская

Федерация 7,1 6,0 - - - -

2002* Сибирский федеральный округ 7,2 5,8 - - - -

Новосибирская область 7,6 6,7 - - - -

* С 1997 г. данные по городскому и сельскому населению отдельно не разрабатываются.

Аналогично «постарению» рождаемости отмечается и «постарение» первых браков. Эта тенденция наблюдается практически во всех странах, население которых вступило в фазу второго демографического перехода, но в западноевропейских обществах этот этап продолжается уже 30-40 лет, а в восточноевропейских - с 1990-х годов. Причиной некоторого отставания России аналитики называют снижение возраста начала добрачных сексуальных связей в сочетании с невысокой культурой контрацепции (или недоступностью средств контрацепции в некоторых, например, сибирских регионах).

Прослеживаются изменения и в процессе заключения повторных браков. Стабильно высокая частота разводов становится причиной того, что в России и Сибири (как и во всех европейских обществах) за последние 20-30 лет доля повторных браков в общем числе зарегистрированных браков выросла с 17% в 1979 г. до 28% в 1998 г. Но в последние пять лет наблюдается снижение доли повторных браков на 2-3 п. п. как у мужчин, так и у женщин. Весьма вероятно, что это связано с общей тенденцией стабилизации на низком уровне брачной активности населения. И, тем более, с активностью в отношении официальной регистрации повторных браков, когда средний возраст женихов и невест - 32-35 лет.

О том, что среди супругов старших возрастов относительно высока доля сожителей, свидетельствуют как данные переписи населения 2002 г. (см. табл. 6), так и данные текущей демографической статистики (см. табл. 7).

Тенденцию снижения брачности, как первичной, так и повторной, в последние 10-15 лет зачастую объясняют трудностями адаптации населения к социально-экономическим трансформациям. Возможно, эти преобразования ускорили переход на современные (европейские) модели брачного поведения. И поскольку траектория тенденций формирования семьи в России и Сибири аналогична таковым во многих европейских обществах, то причинами их можно назвать существенные изменения в структурах жизненных ценностей, ориентаций в брачно-семейной сфере сибиряков и россиян - как молодых, так и людей старших возрастов.

* * *

В результате рассмотренных демографических процессов складывается семейная структура, фиксируемая переписями населения. Поскольку процессы снижения брачнос-ти и рождаемости, роста разводимости и распространения внебрачной рождаемости наблюдаются в России и Сибири уже на протяжении 30-40 лет, то и Всероссийская перепись населения 2002 г. не зафиксировала кардинальных изменений. Несколько уменьшилась (на 3-4 п. п.) доля одиноких людей, теперь более 92% сибиряков живут в семьях. Практически не изменился средний размер семьи - около трех человек:

1959 г. 1970 г. 1979 г. 1989 г. 2002 г.

Россия 3,6 3,5 3,3 3,2 3,2

Сибирь 3,7 3,5 3,3 3,2 3,1

Большинство семей (66%) состоит из 2-3 человек, причем около 35% семей в Сибири, да и в России в целом - из двух. Из них на супружеские пары приходится 54%, на неполные семьи с одним ребенком - 34%. И вот это явление - повышение удельного веса неполных семей с детьми

моложе 18 лет - самое заметное изменение в семейной структуре. По России они составляют 26% от всех семей с детьми моложе 18 лет, в Сибирском федеральном округе -23%, что почти на 10 п. п. больше, чем в 1989 г.

По нашим оценкам, в неполных семьях (как правило, без отца) в начале XXI в. в России живет каждый седьмой ребенок - почти 4 млн несовершеннолетних детей. Проблема «ребенок без отца» остро стоит во всех странах, где распространены разводы и внебрачная рождаемость. Она обсуждается в связи с ростом преступности детей и подростков: зарубежными исследователями-психологами выявлена корреляция между девиантным поведением детей и отсутствием у них собственного отца.

И в современной России весьма важными представляются исследования социальных и социально-психологических последствий для подрастающего поколения этих «взрослых» процессов. Необходимо изучение условий жизни, особенностей социализации, сменяемости семейного окружения детей, рожденных вне брака, и детей разведенных родителей, поскольку демографические процессы в России (и в Сибири) имеют необратимый характер и отражают закономерную современную стадию трансформации социального института семьи.

«ЭКО»-информ

Прогноз численности населения Новосибирской области

Демографическая ситуация, сложившаяся в Новосибирской области с конца XX в., характеризуется сложными процессами в развитии населения. Снижение рождаемости и официально регистрируемой брачности, рост внебрачной рождаемости, высокий уровень смертности и разводимости -наиболее характерные особенности демографического развития в Новосибирской области за последние 15 лет.

Естественная убыль населения, установившаяся в области с 1992 г., - результат низкой рождаемости, высокой смертности и неблагоприятной возрастной структуры населения. Потери населения за счет естественного движения