Проблема построения содержания текста (на материале анализа специальных текстов отрасли научного знания «Безопасность производства и технологических процессов»)

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 21 (202). Филология. Искусствоведение. Вып. 45. С. 144-150.

Е. А. Федотова

ПРОБЛЕМА ПОСТРОЕНИЯ СОДЕРЖАНИЯ ТЕКСТА

В статье рассматривается теория когнитивной модели построения текста Кинча - ван Дейка, анализируется техника описания ментальных пропозиций, впервые исследуется ряд текстовых баз специальной отрасли научного знания «Безопасность производства и технологических процессов», на пропозициональной основе устанавливаются значимые связи между предложениями специального текста, описывается иерархическая структура значения технических текстов.

Ключевые слова: когнитивная модель, построение содержания текста, понимание текста, ментальные пропозиции, аргументы, текстовые базы, минитексты, базовые концепты, специ-

альные тексты.

В настоящей работе мы исследуем специфику построения научных текстов специальной отрасли знания «Безопасность производства и технологических процессов». При анализе специальных текстов исследуемого нами дискурса, мы ориентируемся на теорию когнитивной модели построения содержания текста Кинча - ван Дейка.

Кинч и ван Дейк разработали некоторый алгоритм представления структуры аргументации и понимания текста. Авторы анализируют понимание текста, начиная от единиц ментального лексикона и кончая самыми общими темами, макроструктурами. Когнитивная модель Кинча - ван Дейка «ориентирована не на уровни, а на комплексность описания: от понимания слов к пониманию составных частей предложения и сложных предложений, затем - к последовательностям предложения и самым высшим структурам текста. Но существует постоянная обратная связь между менее сложными и более сложными единицами: понимание функции слова в предложении зависит от функциональной структуры предложения в целом, включая синтаксический и семантический уровень» [1. С. 164-167]. Речь идет о стратегической модели понимания и порождения текста. Стратегический анализ зависит не только от текстуальных характеристик, но и от характеристик пользователя языка, его целей и знаний о мире. «Стратегии

- это часть нашего общего знания: они представляют собой знание о процессах понимания... Стратегия высшего уровня, которую мы расчленяем на серию более конкретных стра-

тегий, предназначена для построения текстовой базы, которая является семантическим представлением воспринимаемого текста в эпизодической памяти. Стратегия высшего уровня, направленная на создание текстовой базы, бывает успешной, если только текстовая база удовлетворяет ряду минимальных критериев, например, критериям локальной и глобальной связности» [Там же]. Текстовые базы определяются в терминах пропозиций и связей между пропозициями.

Ментальные пропозиции - это репрезентации простых значений простых предикативных единиц. Пропозиция - это молекула значения, которая состоит из, так сказать, атомов значения, т. е. концептов. Один из концептов относится к центральному высказыванию, он исполняет обязанности предиката и «привязывает» к себе другие концепты - аргументы. Мы анализируем тексты, относящиеся к терминосистеме «Безопасность производства и технологических процессов». Например, в предложении «Die isolierende Schutzbeklei-dung verhutet einen Unfall im Betrieb» по существу речь идет о предотвращении (ver-huten); этот концепт является предикатом, центральным членом и в формуле записи пропозиции стоит в форме инфинитива. В качестве аргументов выступают концепты, которые специфицируют определенные семантические падежи (кто, что, кому, где...) или другие пропозиции. В предложении «Die isolierende Schutzbekleidung verhutet einen Unfall im Betrieb» пропозицией выражен предикат-концепт ‘verhuten’ и аргументы-концепты

‘Die isolierende Schutzbekleidung’ (что), einen Unfall (что - Akkusativ), im Betrieb (где).

Satz: Die isolierende Schutzbekleidung verhutet einen Unfall im Betrieb

Proposition: verhuten

Пропозициональное описание абстрагируется от подробностей (деталей) дословного текста; информация о категории числа, времени и залога не кодируется; пропозициональные представления тесно связаны с интерпретацией. Кинч доказывает, что пропозиции целесообразны не только для описания структуры значения предложения, но также они функционируют в качестве ментальных единиц репрезентации [3. S. 67].

На начальном этапе работы рассматриваемой когнитивной модели происходит стратегическое конструирование пропозиций. Данный этап предполагает поверхностное структурное декодирование фонетических или графических цепочек. Распознавание слов основывается на лежащей в основе семантической интерпретации, порождающей ожидания о возможных значениях и, следовательно, возможных классах слов и общей синтаксической структуре предложения. Пропозиции конструируются в данной модели на основе значений слов, активированных в семантической памяти, и синтаксических структур предложений. Одно простое предложение выражает одну пропозицию. Лексические значения соответствуют, как правило, так называемым атомарным пропозициям, которые организованы в пропозициональные схемы при помощи структурных отношений или функций. Существительному или местоимению в функции грамматического подлежащего, обозначающему лицо, в схеме приписывается позиция агенса, даже до завершения анализа остальной части предложения. Точно так же сложные предложения анализируются как сложные пропозициональные схемы, в пределах которых может происходить координация и взаимное объединение пропозиций в соответствующие функциональные категории. В таком случае поверхностное упорядочивание и иерархия простых предложений служат показателями первичной организации этих

сложных пропозициональных схем, хотя другая семантическая информация, имеющаяся в предыдущих предложениях или во всей макроструктуре, может повлиять на окончательное установление структуры семантического представления предложения [1. С. 166-167].

В когнитивной модели Кинча - ван Дейка важной задачей является установление значимых связей между предложениями текста. Ряд этих стратегий Кинч и ван Дейк объединяют под общим названием стратегий локальной когерентности. Стратегическое установление локальной когерентности в когнитивной модели требует, чтобы пользователь языка по возможности эффективно проводил поиск потенциальных связей между фактами, обозначенными пропозициями. Часто соотнесенные таким образом факты обозначают тождественные референты: индивидуальные объекты или лица. Поэтому одной из возможных стратегий является поиск аргументов пропозиции, которые находятся в отношении кореферентности с одним из аргументов предыдущей пропозиции.

Различается когерентность в широком и узком смыслах. В широком смысле когерентность - это текстообразующая связь предложений, которая охватывает все виды грамматических и семантических отношений. В узком смысле когерентность отделена от грамматической текстовой связи и обозначена содержательно-семантической или когнитивной структурностью [4. S. 37].

Понятие глобальной когерентности относится к ментальной репрезентации, пронизывающей весь текст, основу текста как целое. Важной для глобальной когерентности является, прежде всего, близость пропозиции к теме текста. Тема относится к определенному отрезку области знаний; она может быть идентифицирована более или менее специфично. На практике реципиенты стремятся охватить если не все единицы, то, по меньшей мере, тему текста [3. S. 70-72].

Центральный компонент когнитивной модели Кинча - ван Дейка включает в себя множество макростратегий. С помощью этих стратегий образуются макропропозиции, которые имеют ту же структуру, что и предшествующие пропозиции. Если использовать релевантные стратегии вывода повторно, можно получить несколько уровней макропозиций, которые образуют макроструктуру текста. Это теоретическое понятие применяется для

обозначения того, что называется сутью, общим содержанием, темой или топиком текста [1. С. 168].

Согласно ван Дейку, тексты состоят из макроструктур, которые могут распадаться на микроструктуры, которые в свою очередь представляют отношения между пропозициями, лежащие в основе конструирования предложений. Макроструктуры иерархичны. На любом уровне находятся макроструктуры, которые охватывают ряд пропозиций, вплоть до наивысшего уровня. Если текст состоит из одного предложения, то микроуровень равен макроуровню. Отношения в тексте, по ван Дейку, существуют первично между пропозициями [4. S. 67-70].

Итак, в большинстве случаев носитель языка постепенно конструирует представление текста в эпизодической памяти. Репрезентация текста включает в себя не только поверхностную - семантическую и прагматическую - информацию, но и схематические суперструктуры. А также репрезентация текста имеет иерархическую природу, включающую микроструктуры, организованные посредством линейных связей в терминальные категории. В репрезентацию текста включаются не только элементы текста, но и элементы знания. Если мы не понимаем отношений между локальными и глобальными фактами, о которых говорится в тексте, то мы не понимаем и текста. Использование знания в понимании текста означает способность соотносить текст с некоторой имеющейся структурой знания, на основе которого и создается модель ситуации [1. С. 176-178].

№ 1

На пропозициональной основе Кинч разработал систему описания для структуры значения текстов, которая базируется на локальной когерентности. Значение текста можно представить как иерархически упорядоченный список пропозиций, причем иерархия определена повторением аргументов: пропозиция занимает уровень иерархии, который расположен под тем же уровнем, где впервые упоминались аргументы.

Подобный анализ иерархической структуры текстем, или как пишет Е. С. Кубрякова, минитекстов мы применяем для анализа дискурса отрасли специального знания «Безопасность производства и технологических процессов». Е. С. Кубрякова пишет, что в основу категории текста положено понимание текста как информационно самодостаточного речевого сообщения с ясно оформленным целепола-ганием и ориентированного по своему замыслу на своего адресата [2. С. 512]. Исследуемые нами минитексты науки «Безопасность производства и технологических процессов» воплощают такие критерии текста, как информационная самодостаточность, они порождают впечатление его содержательности, смысловой завершенности и прагматической целостности и адресатность, своего рода ориентацию на определенный круг специалистов.

Ориентируясь на схемы Кинча - ван Дейка, мы проанализировали ряд текстовых баз научной отрасли «Безопасность производства и технологических процессов».

Примером иерархической структуры пропозиций, описанной выше, может служить следующий минитекст (№ 1), относящийся к сфере охраны труда (АЛе^сИШ^):

Text:

Das Arbeitsschutzgesetz (ArbSchG) verlangt eine Beurteilung der Arbeitsbedingungen. “Der Untemehmer hat durch eine Gefahrdungsbeurteilung die fur die Beschaftigten mit ihrer Arbeit verbundenen Gefahrdungen zu ermitteln und festzulegen, welche MaBnahmen des Arbeitsschutzes erforderlich sind” [5. S. 24].

Textbasis:

1 verlangen

2 Arbeitsbedingungen

3 ermitteln, festlegen

4 verbundene Gefahrdungen

5 erforderlich (MaBnahmen des Arbeitsschutzes,

3, 4)

№ 2

Text:

Die Berufsgenossenschaften, als Gesetzliche Unfallversicherung, erlassen Unfallverhutungsvorschriften (UVV), uberwachen deren Einhaltung und sind - als Sozialpartner - fur die Betreuung Unfallverletzter und im schlimmsten Fall auch deren Hinterbliebenen zustandig [5. S. 2З].

Textbasis:

1 erlassen

2 gesetzliche Unfallversicherung

3 uberwachen

4 Berufsgenossenschaften

5 schlimmste

6 zustandig (2, Betreuung Unfallverletzter,

Hinterbliebenen)

В данной текстовой базе пропозиция 1 образует исходную пропозицию, ей подчинены остальные пропозиции и поэтому она занимает наивысший уровень иерархии. От нее зависят пропозиции 2 и 3: в пропозиции 2 аргумент ‘Beurteilung’ следует из пропозиции 1. Пропозиции 2 и 3 образуют второй уровень иерархии. Остальные пропозиции образуют третий уровень иерархии. Они относятся к аргументам второго уровня и частично связаны между собой. Пропозиция 4 содержит аргумент ‘Arbeit’ и связана с пропозицией 3, которая относится ко второму уровню иерархии. Пропозиция 5 использует в качестве аргумента среди прочих пропозиции 3 и 4.

Подобная иерархия предполагает то, что, чем важнее пропозиция для обработки текста, тем выше уровень иерархии, который она

№ 3

занимает. Иерархическая структура пропозициональной текстовой базы важна для того, что именно запомнится из текста.

Следующая текстема (№ 2), относящаяся к области знания «Охрана труда» (АЛе^в-chutz), также доказывает иерархичность пропозиций:

В этой текстовой базе пропозиция 1 занимает наивысшее положение в иерархии, ей подчиняются следующие пропозиции: пропозиция 2 разъясняет домен пропозиции 1. Пропозиция 3 дополняет пропозицию 2, поясняя ее путем аргумента ‘ЕтИаИи^’, таким образом, они относятся ко второму уровню иерархии. Пропозиции 4, 5 и 6 образуют третий уровень иерархии. Мы видим косвенную связь пропозиции 4 и 2, аргумент ‘Soziаlpаrt-пег’ поясняет пропозицию 2. Пропозиция 5

Text :

Der Unternehmer ist verpflichtet, die Arbeit sicher zu gestalten, damit die Mitarbeiter vor Gesundheitsschaden, vom Betriebsunfall bewahrt bleiben. Seine Pflichten in den einzelnen Betriebsbereichen kann der Unternehmer jedoch auf Fuhrungskrafte mit Weisungsbefugnis ubertragen. Jede Fuhrungskraft ist in ihrem Bereich verantwortlich fur die Arbeitssicherheit [5. S. 45].

Textbasis:

1 verpflichten

2 Arbeit

3 bewahren

4 Pflichten (1, in den einzelnen Betriebs-

bereichen)

5 ubertragen

6 verantwortlich (Fuhrungskraft,

Arbeitssicherheit)

является неким условием для пропозиции 6, следствием пропозиции 5 являются аргументы пропозиции 6 ‘Вейеии^ UnfаПvеrlеtztеr’ и ‘Н^егЬНеЬепеп

Следующий минитекст (№ 3) также относится к сфере охраны труда (АЛе^всИШ^):

В данной текстовой базе пропозиция 1 образует исходную пропозицию. Она подчиняет себе другие пропозиции, поэтому занимает наивысший уровень иерархии. От нее напрямую зависят пропозиции 2 и 3, которые образуют второй уровень иерархии: в пропозиции 2 аргументы ‘Gеsundhеitsschaden’ и ‘ВеШеЬви^аП’ являются пояснением пропозиции 3. Аргумент ‘и^егпеИтег’ повторяется в пропозициях 1, 3 и 5, он является ключевым для данных пропозиций. К третьему уровню иерархии относятся пропозиции 4 и 5. Они относятся к аргументам второго уровня и связаны между собой. Следствием пропозиции

5 является пропозиция 6 с повторяющимся аргументом ТиИги^вкгай’ и с конечным аргументом ‘АЛе^^е^ей’, который можно косвенно связать с пропозицией 1.

Следующий текст (№ 4) отрасли «Охрана труда» (Arbеitsschutz) также представлен про-позиционально:

№ 4

Наивысший уровень этой текстовой базы занимает пропозиция 1, аргументы которой являются ведущими для всех пропозиций. Пропозиции 2, 3, 4 и 5 непосредственно зависят от аргументов пропозиции 1, они образуют второй уровень иерархии. Аргумен-

ты ‘УегМШ^’, ‘ОезІаЬи^’, ТоМеги^ ипгї ЕгИаЬи^’, тесно связанные между собой, повторяются в пропозициях 3, 4 и 5. Пропозиция 6 некоторым образом стоит «в стороне» от всех пропозиций, она является своеобразным выводом/заключением из всех аргументов пропозиций, а также заменяет функции пропозиций 1, т. е. если опустить эту пропозицию, то будут перечислены все аргументы относительно пропозиции 6.

Возьмем еще один минитекст (№ 5), касающийся области «Охрана труда»:

В данной текстовой базе пропозиция 1 представляет собой основную пропозицию и аргументы ‘Aufgаbеn’ и ‘Aгbеitssichегhеitsgе-8Єіе’ указывают на верховенство в иерархии, они образуют фон текстовой базы. От пропозиции 1 напрямую зависят пропозиции 2 и 3, образующие второй уровень иерархии. Пропозиция 2 перекликается с пропозицией 3, и аргумент ТасЬкгай’ повторяется в данных пропозициях: во 2 пропозиции показана связь этого аргумента с ‘и^етеИтег’ и ‘уегаПдаогі-ІісИе Регеопеп’, а в пропозиции 3 представлена существенно отличающаяся связь аргумента ТасЬкгай’ с аргументами ^ісИегИеії’ и ‘Gеsundhеitsschutz’. Пропозиция 4 дополняет

пропозиции 2 и 3, аргумент ‘Уегап1дао11и^’ выступает в качестве поясняющего элемента.

Сравнив эти текстовые базы, относящиеся к охране труда (Arbеitsschutz), мы выяснили, что некоторые аргументы вышеназванных пропозиций пересекаются, например, аргу-

Text:

Arbeitsschutz umfasst MaBnahmen zur Verhutung von Unfallen bei der Arbeit, zur

Verhutung von Berufskrankheiten und arbeitsbedingten Erkrankungen, zur

menschengerechten Gestaltung der Arbeit, zur Forderung und Erhaltung der Gesundheit der

Arbeits- und Beschaftigungsfahigkeit der Mitarbeiter. Diese Aufgaben lost Betriebsarzt [б.

S. 67].

Textbasis:

1 umfassen

2 MaBnahmen (zur Verhutung, Gestaltung, Forderung und

Erhaltung)

З Verhutung (Unfalle bei der Arbeit, Berufskrankheiten und

arbeitsbedingten Erkrankungen)

4 Gestaltung

б Forderung und Erhaltung (Gesundheit der Arbeits- und

Beschaftigungsfahigkeit, Mitarbeiter)

6 losen (Betriebsarzt, Aufgaben,

2, З, 4, 5)

№ б

Text:

Die Aufgaben der Fachkraft fur Arbeitssicherheit sind im Arbeitssicherheitsgesetz (ASiG) festgeschrieben. Die Fachkraft fur Arbeitssicherheit hat den Unternehmer und die sonst fur Sicherheit und Gesundheitsschutz verantwortlichen Personen bei der Wahrnehmung ihrer Verantwortung im Arbeitsschutz zu unterstutzen [б. S. 87-88].

Textbasis:

1 festschreiben

2 unterstutzen (Fachkraft fur Arbeitssicherheit,

Unternehmer, verantwortliche Personen)

3 unterstutzen

4 Wahrnehmung (Verantwortung,

Arbeitsschutz, 2, З)

мент ‘Unternehmer’ повторяется в пропозиции

3 текстовой базы № 1 и в пропозициях 1, 3 и 5 текстовой базы № 3, а также в текстовой базе № 5 в пропозициях 2. Концепт ‘Unternehmer’ является ключевым в данной отрасли науки.

Аргумент ‘Arbeitsschutz’ пересекается с аргументом ‘Arbeitssicherheit’ в пропозициях

1 и 5 текстовой базы № 1, косвенно в пропозиции 2 текстовой базы № 2, в пропозициях 1 и 6 текстовой базы № 3, в пропозиции 1 текстовой базы № 4 и в пропозициях 1, 2, 3 и 4 текстовой базы № 5.

Следующий аргумент, который содержится в текстовой базе № 4, ‘Betriebsarzt’ также важен для исследуемой нами терминосисте-мы. Он подчинен аргументу ‘Unternehmer’, на что указывает связь текстовых баз № 1 и № 4, что проявляется в наложении пропозиций данных текстем: пропозиция 3 текстовой базы № 1 указывает на непосредственную связь с пропозициями 2, 3, 4 и 5 текстовой базы № 4. Усиление этой связи подчеркивается аргументами данных пропозиций -‘Gefahrdungsbeurteilung’, ‘Verhutung’, ‘sichere Gestaltung der Arbeit’, ‘Forderung und Erhal-tung der Gesundheit’ и др.

Для исследуемой нами научной отрасли характерны перечисления требований безопасности, нормативно-правовые акты, предписания к действиям, предотвращающим несчастные случаи на производстве, указания к соблюдениям норм безопасности, стандарты требований безопасности к производственному оборудованию и к средствам защиты работающих и т. д. Все эти интенции мы можем наблюдать в наших пропозициях: ‘verlangen’, ‘festlegen’, ‘ermitteln’, ‘erforderlich’ (текстовая

база № 1), ‘erlassen’, ‘uberwachen’, ‘zustan-dig’ (текстовая база № 2), ‘verpflichten’, ‘be-wahren’, ‘Pflichten ubertragen’, ‘verantwortlich’ (текстовая база № 3), ‘MaBnahmenznrVVfthtit-ung...’, ‘Aufgaben losen’ (текстовая база № 4), ‘festschreiben’, ‘Sicherheit’, ‘Verantwortung’ (текстовая база № 5).

Одним из ключевых концептов охраны труда является концепт ‘Unfall’. Мы наблюдаем проникновение данного концепта почти во все текстовые базы: ‘Unfallverhutungs-vorschriften’, ‘Unfallversicherung’, ‘Unfallver-letzter’, ‘Betriebsunfall’ и др.

Хотелось бы отметить, что для специальных текстов научной отрасли «Безопасность производства и технологических процессов» характерны разнообразные аббревиатуры. Наглядным примером их наличия являются вышеназванные текстовые базы, где представлены буквенные сокращения: UVV (Un-fallverhutungsvorschriften) - текстовая база № 2, ASiG (Arbeitssicherheitsgesetz) - текстовая база № 5; слоговые аббревиатуры (состоя-шие из начала слов, участвующих в обозначении): ArbSchG (Arbeitsschutzgesetz) - текстовая база № 1.

Немаловажным аргументом наших текстовых баз № 3, 4 и 5 является ‘Gesundheit’, который варьируется в различных пропозициях: ‘Gesundheitsschaden’ (пропозиция 2 текстовой базы № 3), ‘Gesundheit der Arbeits

- und Beschaftigungsfahigkeit’ (пропозиция 5, являющейся дополнением пропозиций 2, 3 и 4 текстовой базы № 4), ‘Gesundheitsschutz’ (пропозиция 3 текстовой базы № 5).

Анализируя минитексты отрасли научного знания «Безопасность производства и техно-

логических процессов», мы выявили определенные закономерности построения содержания данных текстов, а также установили наличие иерархической структуры исследуемых текстовых баз.

Список литературы

1. Дейк, Т. А. ван. Стратегии понимания связного текста / Т. А. Ван Дейк, В Кинч // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XXIII. Когнитивные аспекты языка. М. : Прогресс, 1988. С. 155-211.

2. Кубрякова, Е. С. Язык и знание. М. : Языки славян. культуры, 2004. ббб с.

3. Rickheit, G. Psycholinguistik / G. Rick-heit, L. Sichelschmidt, H. Strohner. Tubingen : Stauffenburg Verlag, 2004. 202 S.

4. Vater, H. Einfuhrung in die Textlinguistik : Struktur und Verstehen von Texten / H. Vater. З. uberarb. Aufl. Munchen : Fink, 2001. 221 S.

5. Hasse, P. Arbeitsschutz in elektrischen Anlagen / P. Hasse, W. Kathrein, H. Kehne. Berlin, Offenbach : VDE VERLAG GMBH, 200З. З66 S.

совпадения внешних характеристик. Так же как и сказочный прототип, Тинк обладает белоснежной кожей и черными волосами.

Honest people as the woodlanders were, it was hardly to be expected that they could remain immersed in the study of their trees and gardens amid such circumstances, or sit with their backs turned like the good burghers of Coventry at the passage of the beautiful lady (Hardy. The Woodlanders).

В вышеприведенном отрывке из романа «В краю лесов» Т. Гарди аллюзия like the good burghers of Coventry at the passage of the beautiful lady обладает более развернутой организационной структурой по сравнению с рассмотренными выше типами аллюзии. В этом примере употреблена сложная многокомпонентная аллюзия. Аллюзия данного типа объединяет несколько взаимосвязанных и взаимозаменяемых компонентов, которые воспроизводят в новом контексте полностью или частично схему событий, описанных в тексте-источнике.

В нашем примере автор использует аллюзию на прекрасную леди Годиву и благородных горожан Ковентри. Согласно легенде, Годива была прекрасной женой графа Леофрика. Подданные графа страдали от непомерных налогов, и Годива упрашивала своего мужа снизить налоговый гнёт. Леофрик сказал, что снизит налоги, если его жена проедет обнажённой на лошади по улицам Ковентри. Годива пошла на этот шаг, хотя и немного схитрила - она попросила жителей города в назначенный день закрыть ставни и не выглядывать на улицу. Так, прикрыв свою наготу волосами, она проехала через весь город. Граф был поражён самоотверженностью женщины и, сдержав своё слово, снизил налоги.

В романе Томаса Гарди, в семье мистера Мелбери происходили неприятные события. Ползли слухи об отношениях мужа Грейс Мелбери с его пациенткой. Слухи основывались на догадках, ибо никто не знал истинного положения дел. Употреблением аллюзии like the good burghers of Coventry at the passage of the beautiful lady автор хотел показать, что жители Хинтока, в отличие от добрых горожан из Ковентри, вряд ли поступят также благородно. Всем были интересны подробности и то, чем закончиться эта история.

Дж. Мередит также обращается к данной аллюзии и употребляет ее в своем романе «Испытание Ричарда Феверела». Однако в

этом примере имя Madam Godiva по своей структуре является простой однозначной аллюзией.

She is pretty <...>. She is well in the matter of hair. Madam Godiva might challenge her, it would be a fair match (Meredith. The Ordeal of Richard Feverel).

Адриен Харли в письме сэру Остину описывает возлюбленную Ричарда как милую и красивую девушку, обладающую пышными волосами, которые были не хуже, чем у самой леди Годивы.

А в следующем примере автор комически обыгрывает ситуацию с волосами, используя аллюзию на медузу Горгону.

It might not be the head of a goddess - indeed a screw of curl-paper on each side the temples quite forbade that supposition - but neither was it the head of a Gorgon; yet Malone seemed to take it in the latter light (Bronte. Shirley).

Мистер Мелоун приходит в дом мистера Мура. Не застав его, он собирается уходить и случайно в дверях видит женскую голову в папильотках. Образ женщины в многочисленных папильотках вызывает у него испуг, словно это была голова горгоны Медузы. В мифологии Медуза - чудовище с женским лицом и змеями вместо волос.

Аллюзия the head of a Gorgon показывает комизм ситуации. Мелоун, высокий и крепкий ирландец, вдруг пугается при виде женщины в бигудях.

Таким образом, аллюзивное имя, представляющее собой свернутую информацию, полученную нами из предшествующих текстов, является одним из способов реализации скрытого смысла. Образ того или иного литературного персонажа вызывает в сознании реципиента ассоциативный ряд признаков (качественных или количественных) и тем самым возникает имя-стереотип, которым мы называем предмет нашей речевой деятельности.

Аллюзия как вид скрытого смысла является средством передачи не только имплицитного содержания высказывания, но и «чужого слова», что требует от читателя знания прецедентных текстов.

Аллюзия как стилистическое средство, с одной стороны, украшает текст, делает его выразительным, остроумным, с другой, как показывает анализ ряда произведений, более полно раскрывают внутренний мир литературных героев17.

Каждая эпоха, каждый период в истории литературы, каждое литературное направление и тем более творчество отдельных авторов характеризуются своим отношением к употреблению аллюзий, выбору источников и определению той роли, которая отводится им в художественных произведениях. Без учета интертекстуальных связей, без знакомства с реальным художественно-эстетическим контекстом произведения восприятие авторского замысла, идеи оказывается неполным. Задача исследователя заключается в том, чтобы почувствовать, распознать в повествовании моменты, содержащие аллюзивную информацию и раскрыть зашифрованные в них смыслы.

Интерпретация аллюзий и того замысла, который автор произведения вкладывает, используя различные аллюзивные имена, должна быть такой, которая бы емко и в полной мере охватывала множество смысловых оттенков в их художественном единстве. Абсолютной, исчерпывающей все богатство произведений интерпретации не даст никто и никогда. Нам надлежит лишь максимально приблизиться к точной трактовке. И более истинной будет такая интерпретация, которая способна в наибольшей степени охватывать художественную целостность произведения, его неповторимый художественный мир.

Примечания

1 Бахтин, М. М. Литературно-критические статьи. М. : Худож. лит., 1986. С. 112.

2 Денисова, Г. В. В мире интертекста : язык, память, перевод. М. : Азбуковник, 2003. С. 31.

3 Смирнов, И. П. Порождение интертекста. Элементы интертекстуального анализа с примерами из творчества Б. Л. Пастернака. СПб. : СПбГУ, 1995. С. 12.

4 Арнольд, И. В. Семантика. Стилистика. Интертекстуальность / науч. ред. П. Е. Бухаркин. Изд. 2-е. М. : ЛИБРОКОМ, 2010. С. 351.

5 Там же. С. 375.

6 Ильин, И. И. Интертекстуальность // Современное литературоведение (страны Западной Европы и США) : концепции, школы, термины : энцикл. справ. М. : Прогресс. 1999. С. 205.

7 Арнольд, И. В. Семантика. С. 353.

8 Жулинская, А. С. Интертекстуальность и способы ее реализации в художественном тексте // Учен. зап. Тавр. нац. ун-та им.

B. И. Вернадского. Сер. «Филология». 2007. Т. 20 (59), № 1. С. 41.

9 Петроченко, Л. А. К вопросу об ассоциативных основах метафоры // Сравнительноисторическое и типологическое изучение языков и культур. Вопросы преподавания иностранных и национальных языков : сб. ст. междунар. конф. «XXIV Дульзоновские чтения» (Томск, 22-26 июня 2005 г.). / отв. ред. О. А. Осипова. Томск : Ветер, 2005. С. 192.

10 Христенко, И. С. К истории термина «аллюзия» // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 9. Филология. 1992. Вып. 6. С. 42-43.

11 Гудков, Д. Б. Теория и практика межкуль-турной коммуникации. М. : ИТДГК «Гнозис», 2003.С. 98.

12 Там же. С. 116.

13 Петроченко, Л. А. Аллюзия в контексте межкультурной коммуникации // Вестн. ТГПУ. 2002. Вып. 1 (29). Сер. Гуманитарные науки (Филология). С. 39.

14 Свирепо, О. А. Образ, символ, метафора в современной психотерапии / О. А. Свирепо, О. С. Туманова. М. : Изд-во ин-та психотерапии, 2004. С. 20.

15 The Oxford Dictionary of Allusions. N.-Y. : Oxford Univ. Press Inc., 2001. P. 70.

16 Ibid. P. 193.

17 Свирепо, О. А. Образ, символ, метафора.

C. 39.