Философия творчества Э. По: "темный" текст как предмет герменевтического анализа

УДК 1(091)+8П.П1'25

ФИЛОСОФИЯ ТВОРЧЕСТВА Э. ПО: «ТЕМНЫЙ» ТЕКСТ КАК ПРЕДМЕТ ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

К.Н. Старикова

Рассматривается философия творчества Э.По. Анализируется тональность текста как его константа и выражение субъективной авторской позиции. Исследуются различные способы создания минорной тональности «темного» текста.

Ключевые слова: философия творчества, американский романтизм, «темный» текст, минорная тональность, негативная коннотация, константа текста.

Адекватное восприятие литературного текста возможно лишь при его творческом прочтении. Когда читатель стремится понять авторский замысел во всей его полноте, он должен проникнуть в глубинный смысл художественного произведения. Для этого необходимо обращать внимание на эмоциональную окрашенность образов и символов как важное условие их правильной интерпретации, то есть на тональность текста. Авторская концепция определяет иерархию эмотивных смыслов текста и контекста, его доминанту, создавая его эмоциональную тональность. Наиболее ярко этот эстетический принцип проявился в литературе романтизма, которая утверждает чувство соединения человека с основами бытия через поэта: «Он представляет собою в самом действительном смысле тождество субъекта и объекта, души и внешнего мира» [1, с.95]. Единство поэтического слова и музыкального образа как отражение гармонии мироздания в творческом процессе Новалис сформулировал в виде правила: «Музыкальный тон для каждого образа, и образ для каждого музыкального тона» [1, с.98]. Философия творчества романтизма была обоснована в начале XIX века в эстетических трудах западноевропейских мыслителей. В.Г.Вакенродер подчеркивал значение музыкальных звуков как голосов небесных сфер: «Подобно тому, как можно представить себе мировой дух вездесущим во всей природе, а всякий предмет считать свидетельством и залогом его дружественной близости, так и музыка - откровение языка, на котором говорят небесные духи» [1, с.88]. Эти тончайшие, чистейшие мысли могут быть выражены при помощи земных слов, но только приблизительно, и при необходимом интонационном сопровождении. Системообразующая идея теоретиков европейского романтизма получила дальнейшее развитие в американской литературе. Большой вклад в теоретическое обоснование творческого метода романтической прозы внес Э.По, изложивший свою концепцию в статьях «Философия обстановки»(1840), «Маг§таНа»(1844), «Философия творчества»(1846), «Поэтический принцип»(1848) и других. Самобытный и оригинальный литератор, Э.По ценил красоту мироздания как отражение гармонии в символах и образах, источник эмоционального воздействия на воображение читателя. Для него особенно значима связь поэтического слова и музыкального образа, рождающегося в сознании под влиянием ритма речи и окраски слога. Тональность текста возникает как результат целенаправленного творческого поиска, постоянной рабо-

ты над его совершенствованием. В отличие от эстетической концепции немецких романтиков, понимавших творческий процесс как проявление абсолютного духа в душе поэта, философия творчества Э.По нацелена на рациональный отбор оптимальных выразительных средств. Отмечая общность чувства поэзии с чувством мистического, Новалис утверждает: «Оно представляет непредставимое, зрит незримое, чувствует неощутимое и т.д.» [1, с.94]. Но для Э.По, виртуозно владевшего различными стилистическими приемами, важна задача передать посредством языка символов и смены интонаций эту текучесть, неопределенность бытия, постоянную изменчивость жизни. Писатель высоко ценит роль разума, обеспечивающего творческий процесс и возможность его реконструкции. Продолжая идеи эстетики Аристотеля, Э.По определяет цельность художественного произведения как высший критерий его совершенства. Классик американского романтизма считает, что единство эффектов дает сильное эмоциональное напряжение в неких пределах. Он полагает: «В этом пределе из объема стихотворения можно вывести математическую соотнесенность с его достоинствами ...со степенью истинно поэтического эффекта, который оно способно оказать» [2, с.79]. Э.По уверен: «.ясно, что краткостью непосредственно определяется интенсивность задуманного эффекта» [2, с.79]. Этой максиме подчинено все его творчество. Для стихотворения Э.По избрал окончательный объем - сто восемь строк. Он считал, что это мистическое число обеспечивает максимальную экспрессивность и сильные впечатления, необходимые как для простой чувствительной публики, желающей наслаждения, так и для искушенных критиков, которые пишут рецензии и разбирают творческие приемы поэтов и писателей.

Для всех представителей романтизма было характерно углубление во внутренний мир личности, психологизм, анализ противоречий между реальностью и идеалом, выход за пределы пространства обыденной жизни в высшую трансцендентную сферу. Идеализация красоты, неосуществимой в грубом жестоком мире, ощущение трагической обреченности, смерти и грядущей катастрофы, одиночество и утрата любимого человека вызывают пессимистические настроения как главную интонацию художественных произведений многих западноевропейских романтиков.

Э.По выше всего ставит красоту, как все приверженцы романтизма. Но, будучи носителем американского духа, рационально окрашенного и строго ориентированного, он понимает ее аналитически, стремится найти метод ее изображения, так как уверен: «.эффекты должны проистекать от непосредственных причин» и что «... цели должно достигать средствами наиболее пригодными для ее достижения» [2, с.80]. Большое значение он придает передаче меланхолической интонации, которая наиболее точно отражает эстетическую программу романтизма. Э.По утверждает: «Итак, считая моей сферой прекрасное, следующий вопрос, которым я задался, относился к интонации, наилучшим образом его выражающей, и весь мой опыт показал мне, что интонация эта - печальная» [2, с.80]. Классическое стихотворение «Ворон» является ярким примером использования рефрена «nevermore» (больше никогда) для создания психологической запруды или напряжения. Созданный Э.По зловещий образ

неразумной птицы, ворона как символа зла, носителя рока, порождающего отчаяние безутешного влюбленного, стал хрестоматийным. Сам автор, раскрывая собственную поэтическую технику, объясняет ее успех: «Эффекту оригинальности этой комбинации способствуют другие необычные и некоторые совершенно новые эффекты, возникающие из расширенного применения принципов рифмовки и аллитерации» [2, с.80]. В этом замечательном поэтическом произведении Э.По удалось достичь гармоничного единства содержания и формы, которое он объясняет как результат сложной композиции стиха и подводного течения смысла через интонацию -«не вполне ясного»[2, с.80]. Трагическая интонация и незавершенность, типичные для современного искусства, создают эмоциональный накал, а страх и сострадание вызывают катарсис, как писал великий Аристотель еще в эпоху античности. Символы Э.По дают самому читателю возможность творчески домысливать сюжет. Взаимодействие читателя и автора - важнейший принцип герменевтики как теории понимания, когда подтекст оказывает существенное воздействие на восприятие текста реципиентом. В нем находит отражение эмоционально - оценочная установка автора текста по отношению к излагаемому, адресату и возможности виртуального общения с ним. Тональность текста отражает субъективную позицию автора, систему его ценностей, а также творческих приемов и средств, которые целенаправленно воздействуют на читателя, вызывают заражение позитивными или негативными эмоциональными импульсами. Понятие тональность соединяет лингвистическое выражение как компонент текста и его звуковой образ как основание определенной музыкальной интонации. Сегодня эта проблема рассматривается в рамках комплексного подхода, соединяющего методы философии, психологии и филологических наук, обеспечивающие герменевтический анализ текста.

Характеризуя тональность текста по направленности его речевого воздействия, созданию эмоционального настроя, обычно выделяют 3 типа: мажорная, минорная, нейтральная. Мажорная выражает положительные оценки и эмоции. Минорная тональность несет отрицательные, сниженные эмоциональные оценки. Нейтральная сохраняет объективность изложения, при этом психологическая составляющая речевого общения крайне мала. Тональность представляет собой константу текста, она характеризуется изменчивостью эмотив-ных характеристик, большим числом персонажей, количеством предметно - тематических линий. Каждому тексту присуще определенное тональное содержание, соответствующее художественному методу и стилю, а также индивидуальной творческой манере его автора. Основоположник интуитивизма А.Бергсон, внесший существенный вклад в философию творчества, рассматривает воздействие эстетических чувств на психологическое состояние реципиента. Он отмечает большое значение техники писателя, работающего над созданием художественных образов: «Посредством известных сочетаний ритма, рифмы, созвучий можно убаюкать наше воображение, укачав его однообразием, и подготовив его таким образом к покорному восприятию внушаемого образа» [3, с.39-40]. А.Бергсон считает, что главная цель любого вида искусства - «поставить нас с самой действительностью лицом к лицу» [3, с.82]. Искусство должно вызвать в реципиентах определенные душевные состояния, направить их на по-

стижение скрытого смысла реальной жизни, привести в движение в самой глубине нашего существа некие импульсы. Философ вводит удачное выражение «электризация души, которая называется страстью» [3, с.83]. Анализируя присущие человеку виды страстей в дискурсе интуитивизма, А.Бергсон рассматривает их через призму соотношения искусства и жизни. Он пишет: «Под теми радостями и печалями, которые казалось бы, точно выражены словами, они улавливают нечто такое, что не имеет ничего общего с речью, - известные рифмы жизни, ее дыхание, которые глубже самых глубоких чувств человека, потому что они - живой, различный для каждой личности закон ее уныния и воодушевления, сожаления и надежд. Выделяя, усиливая эту музыку, они заставляют нас вслушиваться в нее» [3, с.82]. Сопоставляя рассудочное и интуитивное восприятие произведений искусства, А.Бергсон анализирует процесс превращения смутного желания в глубокую страсть, рост интенсивности психологических состояний души. Согласно мнению апологета иррационализма, и позитивные, и негативные эмоциональные состояния имеют единую основу в человеческой психике, могут взаимодействовать и переходить друг в друга. Внутренняя радость связана с надеждой, доставляющей нам большое удовольствие. А. Бергсон пишет: «Идея будущего, чреватого бесконечными возможностями, богаче самого будущего. Вот почему в надежде больше прелести, чем в обладании, во сне - чем в реальности» [4, с.54]. Философ интуитивист отмечает, что «когда мы охвачены чувством крайней радости, наши восприятия и воспоминания приобретают неуловимый качественный оттенок, похожий на ощущение тепла и света» [4, с.55]. Эти сильные эмоции заставляют нас как будто удивляться собственному существованию. С другой стороны, отрицательные эмоции глубже проникают в душу человека, заставляют его размышлять над философскими вопросами о смысле бытия как такового, жизни и смерти, вводят в экзистенциальный дискурс. А. Бергсон полагает: «С самого начала чувство печали есть устремление к прошлому, обеднение наших ощущений и представлений, словно каждое из них исчерпывается тем малым, что оно теперь содержит, словно будущее для нас закрыто» [4, с.55]. Тем не менее, негативные эмоциональные переживания, как считает А. Бергсон, продолжая позицию великого Аристотеля, сформулированную в его «Поэтике», представляют ценность для человека: «Печаль кончается чувством подавленности, доводит нас до того, что мы жаждем небытия, и каждая новая неудача, яснее рисуя бесполезность борьбы, доставляет нам какое-то горькое, мучительное удовольствие» [4, с.55]. Преобразование этих пессимистических настроений через позитивное эстетическое чувство возвышенного вызывает интерес читателя к минорной тональности текста.

Э. По придавал большое значение мистическому смыслу художественного произведения, считал себя последователем немецких романтиков, но иначе понимал эту категорию. По мнению американского поэта и писателя, это не что иное как логический и эмоциональный подтекст композиции текста, созданный посредством тщательного рационального подбора приемов и средств. Э.По не был сторонником спонтанного творческого процесса как озарения художника, посланного ему высшими силами. Он не разделял эту трактовку при-

роды творчества, типичную для европейских романтиков. Склонность писателя к изображению парадоксального поведения человека, скрытых противоречий сознания и душевной борьбы была обусловлена его трудной личной судьбой и кризисными процессами общественной жизни США в начале XIX века. Э.По получил полезный опыт как журналист и критик, изучил вкусы широкой публики и старался учитывать ее запросы как потребителя литературных произведений. Темные стороны сознания, динамика душевных движений личности привлекала многих писателей той эпохи, но именно Э.По заложил основы перспективного направления - «темной» психологической прозы, которое получило развитие в XX веке.

Интересно проследить способы создания минорной тональности на примере «темного» текста рассказа Э.По «Падение дома Ашеров», который считается классическим образцом жанра «психологической новеллы». Э. По стал его основоположником, показал через деформацию психики и рефлексивное саморазрушение отчужденного духа развитие катастрофы. Начало рассказа Э.По «Падение дома Ашеров» уже дает представление о минорной тональности «темного» текста. «During the whole of a dull, dark, and soundless day in the autumn of the year, when the clouds hung oppressively low in the heavens, had been passing alone, on horseback, through a singularly dreary tract of country; and at length found myself, as the shades of the evening drew on, within view of the melancholy House of Usher». Такая тональность является характерной для «темного» текста, как и общее настроение тоски и безысходности. Подтверждением этого является подбор автором лексики с негативной окраской, которая сразу же создает определенный настрой у читателя (dull, dark, and soundless day, melancholy, insufferable gloom, terrible). Использование синонимичной лексики с негативной коннотацией для описания людей, дома, природы и всей картины происходящего дает усиление эффекта мрака и безысходности - «insufferable gloom, atmosphere of sorrow, utterly alarm, extreme terror».

Характеризуя восприятие цветов спектра, А. Бергсон писал, что они «будут представляться нам в виде нот гаммы или ступеней лестницы» [4, с.74]. Несомненно, что большое значение для создания минорного настроя у читателя имеет цветовая палитра автора. Если проследить, какие цвета использует Э.По, описывая обстановку дома, основных действующих лиц, природу, то мы найдем только белый цвет, черный, серый, свинцово-серый (gray sedge, gray walls, black tarn, white trunks of decayed trees). За века многие краски выцвели и вылиняли. Дом и его убранство изображены Э. По в темных тонах (gray walls, blackness of the floors, black oaken floor, dark draperies, gloomy furniture). Главные действующие лица - Родерик Ашер и его сестра Мэдилейн, напротив, очень бледны, иногда писатель акцентирует как более сильную степень бледности - мертвенно бледный (lips very pallid; the pallor of his countenance had assumed; his countenance was, as usual, cadaverously wan). На этом примере можно проследить следующий синонимический ряд: pallid, pallor, cadaverously wan. Характерно, что бледные Родерик Ашер и его сестра Мэдилейн показаны на фоне темной, мрачной обстановки их дома. Это сделано не случайно, так как на таком фоне максимально ярко можно выделить контраст-

ные краски дальнейших событий - багровый цвет крови, краски разбушевавшейся стихии. Символично, что яркая краска в этом мире уныния, страха, темноты и мрака дается в связи с фигурой леди Мэдилейн, вырвавшейся из могилы. Играя этим контрастом цветов, автор делает ее появление еще страшнее и ужаснее «...there DID stand the lofty and enshrouded figure of the lady Madeline of Usher. There was blood upon her white robes...» Важно, что Э.По употребляет слово «blood», и читатель явственно представляет себе алые капли крови на белом саване (существительное «кровь» всегда ассоциируется у нас с прилагательными алый, красный). Второй раз этот бесцветный мир тоски озарится вспышкой ярчайшего света во время бури от кроваво-красной луны. Художественный метод Э.По основывается на использовании диссонансов, обращении к контрастным элементам ради творческой задачи - усилению эффекта воздействия текста на воображение читателя. Именно подобный подход, полагал писатель, может наиболее рельефно подчеркнуть силу жизни и гармонии, которую он усматривал в равновесии роста и упадка, прогресса и деградации, проявившихся в XIX веке в южных штатах Америки в результате бурного развития капитализма и кризиса рабства. Эти парадоксы нашли свое выражение в культуре.

Состояние всеобъемлющей глухой тоски Э.По блестяще показал в следующем высказывании: «An air of stern, deep and irredeemable gloom hung over and pervaded all», несущем просто сгусток негативной лексики в пределах одного предложения. Таких примеров в тексте рассказа довольно много. И все они создают тягостную атмосферу уныния - тревоги - страха.

Нередко именно описание пейзажа становится значимым средством эмоционального заражения читателя определенным чувством, базисным для создания минорного настроя. Недаром основным фоном повествования выбрана осень. Хотя известно, что это время года может одарить буйством разноцве-тия, автор ввел в текст ее унылый, серый вариант. Пейзаж вокруг усадьбы под стать дому, поэтому «white trunks of decayed trees» (белые мертвые стволы иссохших деревьев), чахлая осока и седые стволы явно подчеркивают всеобщее тление и разложение как признаки увядания.

Читателя на минорную волну настраивает повторяющееся описание действий или предметов, тем самым подчеркивается монотонный ритм и обыденность происходящего. В данном рассказе такую функцию берет на себя «озеро» (tarn), которое приравнивается к одному из действующих лиц (восемь раз использует автор в своем рассказе образ «озера»). Причем оно играет роль отрицательного персонажа, мрачного и безмолвного, который затаился в ожидании момента, когда можно нанести смертельный удар. И такой момент наступает. Дом рушится прямо в глубокие воды зловещего «озера», символизирующего бесформенный хаос, бездонную бездну.

Мы видим, что образ «озера» постоянно возникает на протяжении всего рассказа, и что автор всегда использует лексику только негативной коннотации при его описании. Когда впервые перед читателем появляется «озеро», оно черное и мрачное (black and lurid tarn) и автор описывает его следующим образом, подчеркивая его роль угрожающей опасности:

-безмолвное «озеро»

-хмурые воды «озера»

-сумрачное «озеро» (the dim tarn) -глубокие воды зловещего «озера» (deep and dank tarn) Образуется цепочка, представляющая собой сгусток всего мрачного и негативного, эмотивных прилагательных black - lurid - silent - sullen - dim -deep - dank, которые создают наибольшее напряжение в тексте, тем самым готовят читателя к ужасной развязке.

Совокупность этих стилистических средств соответствует общей минорной тональности «темного» текста, вызывающего у читателя чувство пограничного состояния, соприкосновения с бездной. Таким образом Э.По удачно передает типичное для экзистенциализма ощущение ужаса перед Ничто. Писатель вносит свой вклад в формирование этой философской традиции в американской художественной литературе через рассмотрение состояния человека в пограничной ситуации, между жизнью и смертью. Он видит пределы бытия, которые разверзаются, и через разрыв цельности просвечивает черная темная бездна. В XX веке М.Хайдеггер в своей работе «Исток художественного творения» определил эту ситуацию как основной экзистенциальный конфликт, вечный «спор за единство мира и земли»: «Мир, разверзаясь, предоставляет человечеству в его историческом совершении решать, изберет ли оно победу или поражение, благословение или проклятие, господство или рабство» [5, с.94]. Философия творчества М.Хайдеггера перекликается с основными идеями Э.По, с его концепцией творческого процесса. М.Хайдеггер пишет: «Мир, распускаясь-расцветая, выводит на свет все нерешенное и безмерное и тем разверзает затворенную необходимость меры и решимости» [5, с.94]. По мнению философа, это противоречие бытия и сущего трагично, оно требует творческого действия, прорыва к истине, скрытой в глубинах бездны за поверхностью земли. М.Хайдеггер констатирует: «Мир бытийствует...Мир есть то непредметное, чему мы подвластны доколе круговращения рождения и смерти, благословения и проклятия отторгают нас вовнутрь бытия» [5, с.77]. Истина обнажается только в пограничной ситуации, открывается в эпоху кризиса творческому человеку, способному ее увидеть в черной бездне и вынести оттуда на землю. Эту тайну бытия уловил и приоткрыл в своем «темном» тексте гениальный американский писатель и поэт Э. По. Оригинальность его литературного дара заставляет критиков и философов обращаться к ее разгадке, что актуально для постижения смысла бытия и в XXI веке.

Список литературы

1. Литературные манифесты западноевропейских романтиков / под ред. А.С.Дмитриева. М., Изд -во Моск.ун-та, 1980. 639 с.

2. По Э.А. Философия творчества // Писатели США о литературе. Т. 1. / сост. А.Николюкин. М.: Изд-во «Прогресс». 1982. 294 с.

3. Бергсон А. Смех // Французская философия и эстетика XX века / пре-дисл. П.Морель; коммент. А.В.Густырь, И.С.Вдовина. М.: Искусство. 1995. 271 с.

4. Бергсон А. Опыт о непосредственных данных сознания. Собр. соч. в 4 т. Том 1. Пер. с франц. М.: «Московский клуб». 336 с.

5. Хайдеггер М. Исток художественного творения // Работы и размышления разных лет. / пер. с нем./ сост. А.В.Михайлова. М.: Изд-во «Гнозис», 1993. 464 с.

6. Белянин В.П. Учебное пособие по курсу Психолингвистика. М., 2004.

321 с.

7. Шаховский В.И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка М.: ЛКИ, 2008. 208с.

8. Старикова А.Б., Старикова КН. Языковая вариативность при переводе лексических эмотивов в "темных текстах" Эдгара Аллана По: монография / под ред. А.Б.Стариковой. Тула: Изд-во ТулГУ, 2017. 50с.

9. Edgar Allan Poe. Prose and Poetry. M.: Raduga Pablshers, 1983.

10. Edgar Allan Poe. The Black Cat and other stories. M.: ACT Астрель, 2005. 330 с.

Старикова Ксения Николаевна, аспирант, tatochka15@,list.т, Россия, Тула, Тульский государственный педагогический университет им. Л.Н. Толстого.

THE PHILOSOPHY OF THE CREATION OF E.A. POE: "DARK" TEXT AS THE SUBJECT OF GERMENEUTICAL ANALYSIS

K.N. Starikova

The philosophy of the creation of E.A.Poe is considered. The minor tonality of the "dark" text of Edgar Allan Poe is analyzed as its constant and as a subjective author's vision. Different ways to create a minor tonality are studied.

Key words: philosophy of the creation, American romanticism, "dark" text, minor tonality, negative connotation, text constant

Starikova Ksenia Nikolaevna, postgraduate, tatochka15@,list.ru, Russia, Tula, Tula State Pedagogical University.