Жанр симфонической поэмы в контексте иконографии модерна

И. А. СКВОРЦОВА

Московская государственная консерватория им. П. И. Чайковского

ЖАНР СИМФОНИЧЕСКОЙ ПОЭМЫ В КОНТЕКСТЕ ИКОНОГРАФИИ МОДЕРНА

м 9 и

На рубеже Х1Х-ХХ веков в русской музыке обретает популярность и становится особо востребованным жанр симфонической поэмы. Преломление жанра, его особые черты, характер использования в композиторском творчестве в определённом смысле связаны с иконографией модерна.

Понятие «иконография» распространяется, казалось бы, только на визуальные искусства. Вместе с тем, в современном искусствознании оно приобрело обобщённый смысл, как некий содержательный слой конкретного направления искусства или стиля, включающий темы, сюжеты, мотивы произведений. «К каждому виду искусства можно, хотя бы условно, применить понятие иконографии», совершенно справедливо пишет Д. В. Сарабьянов [2, с. 170]. Известный круг сюжетов и мотивов характерен и для стиля модерн.

Иконография музыкального модерна тесно связана со всеми содержательными слоями художественной культуры Серебряного века и, прежде всего, с символизмом, который является источником многих, (но далеко не всех) иконографических тем, использованных модерном. В связи с этим исследователь отмечает: «Иконография в разных видах искусства формируется не "изнутри" стиля, а стилем как бы выбирается. Этот выбор стилю сделать нетрудно, ибо и он сам, и излюбленные сюжеты, мотивы, архитектурные жанры порождены одним и тем же временем, одними настроениями эпохи рубежа столетий» [2, с. 187].

Однако не все виды искусств способны выработать собственную иконографию. Например, трудно говорить об иконографии модерна в скульптуре, так как «в скульптуре редки случаи проявления «чистого» модерна. В большинстве своем самые значительные мастера этого времени оказывались между стилевыми течениями, воспринимая разные стилевые черты. И, тем не менее, в ряде случаев иконография скульптурного модерна как бы подстраивается под иконографию живописного» [2, с. 184]. В качестве примеров можно привести сказочные и мифологические образцы С. Коненкова,

«Поцелуй» О. Родена, «Волну» А. Голубкиной на шехтелевском здании Художественного театра и другие.

В сходном со скульптурой положении находится и музыкальное искусство, в котором также редки случаи проявления «чистого» модерна. Черты модерна воплощаются в творчестве различных композиторов в сложном синтезе, сплетаясь с другими течениями. Музыка подобно пластическому искусству восприняла «ходовые» сюжеты, так называемые, «бродячие мотивы» (Д. Сарабьянов), получившие широкое и, что в данном случае важно, наглядно-визуальное воплощение в живописи. К ним относятся: мотивы волны, спирали, острова, весны, всевозможных фантастических птиц, цветов, эротические и сказочные мотивы, а также идеи роста-движения-порыва-развития, танца-вакханалии и т. д.

Особым образом обстоит дело с иконографией в архитектуре. С одной стороны, «живопись, скульптура, прикладное искусство с присущими им иконографическими особенностями участвуют в формировании архитектурного образа, ибо модерн тяготеет к синтезу искусств» ([2, с. 185]; курсив мой. - И. С.). То есть, характерная для живописи, скульптуры и прикладного искусства иконография типична и для архитектуры модерна. С другой стороны, в архитектуре под термином «иконография» наряду с общепринятым толкованием можно понимать и несколько иной смысл. В обозначенном контексте он истолковывается как жанровая структура, то есть, определённый тип архитектурного сооружения. Определяющим в данном случае является то, какие типы зданий преимущественно строятся в это время, и в каких типах построек выявляется стиль. Сам тип здания условно можно рассматривать как «иконографический знак» архитектуры модерна.

Например, в стиле модерн можно выделить следующие, необычайно востребованные в своё время, архитектурные типы сооружений: доходные дома, частные индивидуализированные дома, общественные сооружения (к последним

относятся вокзалы, рестораны, промышленные здания, торговые дома, банки). Все они обладали разветвлённым декоративным оформлением, что также стало своеобразным «жанровым признаком» модерна.

По аналогии с архитектурной иконографией, с позиции жанровой структуры можно рассматривать и иконографию музыкального модерна. В таком случае и некоторые жанры в музыкальном модерне представляются как иконографический тип. Среди них особое место занимает одночастная симфоническая поэма. Можно сказать, что именно в недрах модерна, на рубеже Х1Х-ХХ веков рождается определенный тип симфонической поэмы, несущей в себе особый иконографический мотив-знак.

В большинстве случаев встречающиеся в модерне сюжетные мотивы рисуют оптимистичную радужную картину. Однако иконография модерна не столь безмятежна, как кажется на первый взгляд. Нередко распространенные сюжетные мотивы модернового искусства приобретают прямо противоположный вектор. В иконографии модерна изначально заложена некая двойственность. Её природа связана с тем, что стиль отражает противоречивость самой жизни. Жизнь удивительна и прекрасна, но... и чревата смертью!? Противоречие это подспудно таится и в недрах модерна. Сочинения конца XIX - начала XX века пронизаны мистическими сюжетами, туманными и странными, словно погруженными в дымку. В изобилии бытовали мотивы безысходности, томления, одиночества, отчаяния, умирания. Настроениями этими охвачены многие работы А. Бёклина, В. Борисова-Мусатова, М. Врубеля, Э. Мунка, Ф. Штука.

В музыкальном искусстве названные иконографические мотивы, темы нашли отражение в особом типе симфонической поэмы, представленной сочинениями С. Рахманинова («Остров мёртвых»), С. Василенко («Сад смерти»), Н. Мясковского («Молчание», «Аластор») и других композиторов. Произведения эти объединяют мистические сюжеты и настроения, мрачный колорит, что можно отнести к типичным чертам жанра симфонической поэмы эпохи модерна. Репрезентированные в таком контексте, темы и сюжеты могут быть рассмотрены как иконографические.

Остановимся подробнее на симфонической поэме С. Рахманинова «Остров мёртвых». В ней мотив острова трактуется не только как мистический, таинственный образ смерти, но и как единственная возможность уединения, мечта о тихом уголке, стремление покинуть реальность.

Мотив острова стал одним из излюбленных в иконографии модерна. С лёгкой руки швейцарско-немецкого художника А. Бёклина, написавшего пять версий «Острова мёртвых», он получил широкое распространение в художественной и повседневной культуре начала XX века. Этот иконографический образ за короткое время стал востребованным в искусстве и модным в богемной среде европейских художников.

Личностью Арнольда Бёклина и его шедевром увлекались и в России. Картина вызывала огромный интерес у русских художников. В ряду её поклонников значились: А. Бенуа, И. Билибин, И. Грабарь, М. Добужинский, М. Нестеров, К. Петров-Водкин и многие другие. Достаточно привести цитату из письма А. К. Лядова от 14 мая 1906 года, чтобы представить себе резонанс и амплитуду этих увлечений: «Если Вы не будете кричать: "Ах, Бёклин! Ах, "Остров смерти"! О, чудо! Восторг! Гениально!" - я с Вами раззнакомлюсь. Я просто купался в восторге, смотря на "Остров смерти". меня очень уж задел Бёклин» [1, с. 186]. А. Бе-нуа много лет спустя вспоминал о Бёклине следующим образом: «.ныне никак нельзя себе представить, какое ошеломляющее воздействие в своё время производили его картины» [7, с. 231].

В «Острове мёртвых» привлекало и завораживало ощущение тайны, мистики, присутствие духа смерти, отражение «предгрозовых предчувствий», характерных для эпохи декаданса. Музыкальное искусство не осталось в стороне от этого образа. Островной тематике отдали дань в своём творчестве многие русские композиторы. Среди них Н. Римский-Корса-ков, обратившийся к мотиву острова в операх-сказках «Сказка о царе Салтане» (сказочно-лубочный остров Буян), «Кащей Бессмертный», «Золотой петушок» (призрачный и таинственный остров из ариозо Шемаханской царицы «Между морем и небом висит островок»).

Важное место тема острова занимает в творчестве С. Рахманинова. Ей посвящены романсы «Островок» (одноименный романс на стихи К. Бальмонта - П. Шелли есть и у С. Танеева), «Здесь хорошо», «Сон», симфоническая поэма «Остров мёртвых», неосуществленный замысел оперы на собственное либретто «Таинственный островок».

Симфоническая поэма «Остров мёртвых» по стилистике заметно отличается от других симфонических произведений С. Рахманинова. Здесь нет привычных для композитора широких, распевных мелодических линий, развернутых вариативных построений, ведущих к экста-

тическим кульминациям. В «Острове мёртвых» собраны и зафиксированы новые свойства тематизма. С. Рахманинов, как и многие другие композиторы этого времени не прошел мимо искусства модерна и воспринял, ассимилировал в своем творчестве выразительные элементы стиля (подробнее об этом см: [3; 4; 5]). Они связаны с влиянием стиля модерн на музыкальное мышление композитора. Модернистские черты проявляются, прежде всего, в особенностях фактуры, в которой тематический материал приобретает специфические формы. Благодаря полимелодическим особенностям фактуры тематические и фоновые элементы сливаются воедино, что и осуществляет в музыкальной материи художественную аналогию или, иначе говоря, метафору визуального модерна - равноправного соотношения рельефа и фона. Всё это содержится уже в главной теме, основное мелодико-фактурное строение которой напоминает типичную для стиля модерн покачивающуюся пятидольную фигуру волны. Интонационно и темброво она постоянно обновляется, но ритмически остается неизменной.

Полимелодическая фактура, представляющая собой своеобразный орнаментальный фон, соткана из интонационно и темброво контрастных подголосков. Мелодические фразы, словно поглощаемые фактурой, то появляются, то исчезают. С. Рахманинов подчёркивает мелодическую выпуклость каждого подголоска с помощью рельефных линейных очертаний и индивидуализированного выразительного тембра. Например, в первом эпизоде композитор выделяет из «смешанной» оркестровой массы солирующий духовой инструмент (английский рожок, валторну, флейту).

Обозначенный рахманиновский метод работы с фактурой близок приёмам модернистской живописи. Большое значение для музыкальной материи приобретает орнамент (фон, фактура), который буквально «творит предметы», в данном случае, отдельные рельефные мелодические линии и в то же время «поглощает» их. Живописное полотно в модерне подчинено принципу повторности деталей орнамента. Аналогичную картину можно увидеть и в «полотне» музыкальном. Основная тема сим-

фонической поэмы, подобно вариантно повторяющемуся рисунку-линии, временами запрятана внутрь фактуры (декора), временами высвобождается из него.

Гармоническая особенность поэмы, связанная с длительным пребыванием в одной гармонии и красочными гармоническими сопоставлениями способствует созданию ощущения статичности целого, что также является характерной чертой композиции в стиле модерн.

Л. Стоковский, неоднократно включавший поэму в программу своих концертов, писал композитору в 1932 году: «При вторичном изучении я был поражен единством стиля и формы этого произведения. Его психологическое воздействие на меня ещё больше, чем когда-либо. Никогда прежде я так ясно не ощущал совершенства его структуры. Оно растет от корней к ветвям, листьям, цветам и плодам подобно дереву...» (цит. по: [6, с. 83]).

Возвращаясь к жанру симфонической поэмы эпохи модерна, отметим, что сходные иконографические черты - мистический характер, мрачный колорит, сумрачность настроений, сгущенность красок и напряженность свойственны не только «Острову мёртвых» С. Рахманинова, но отличают и другие упомянутые выше произведения этого жанра в творчестве Н. Мясковского, С. Василенко и других авторов. Для сочинений этих в той же мере, что и для рахманиновской поэмы характерны модерновые средства выражения.

В заключение позволим себе развернуть затронутую тему в иную плоскость. В статье речь шла о мистических сюжетах и мрачном колорите как о типичных иконографических чертах жанра симфонической поэмы периода модерна. Вместе с тем, безусловно присутствуя в иконографии модерна, они не являются доминантой стиля. Как отмечал Фёдор Шехтель, главное назначение модерна: «Делать жизнь приятнее». Эта позитивная направленность стиля связана с его основной миссией: он был призван утверждать, а не отрицать. Его тяготение к украшающей жизнь и действительность декоративности, его чувственность и эротичность, всепоглощающее стремление к наслаждению, красоте и эстетизму в конечном итоге оказывались главными и определяющими характер стиля.

™ ЛИТЕРАТУРА «

1. Лядов А. Жизнь. Портрет. Творчество. Из писем: сборник материалов. Петроград: Тип. «Сириус», 1916. 226 с.

2. Сарабьянов Д. Стиль модерн - М.: Искусство, 1989. 296 с.

3. Скворцова И. Островок гармонии: «Если Вы хотите меня знать, то слушайте мою музыку» // Музыкальная жизнь. 2013. № 4. С. 28-29. "

4. Скворцова И. Принципы модерна в творчестве С. В. Рахманинова. «Остров мертвых» в авторской интерпретации // Музыкальная академия. 2014. № 3. С. 111-114.

5. Скворцова И. С. В. Рахманинов и стиль модерн: параллели и различия // С. В. Рахманинов и мировая культура: материалы V Международной научно-практической конференции. Ивановка: Музей-усадьба С. В. Рахманинова, 2014. С. 50-55.

6. Соколова О. Сергей Васильевич Рахманинов. М.: Музыка, 1983. 160 с.

7. Стернин Г. Русская художественная культура второй половины XIX - начала ХХ века: Исследования. Очерки. М.: Сов. художник, 1984. 296 с.

« REFERENCES «

1. Lyadov A. Zhizn'. Portret. Tvorchestvo: Iz pisem [Life. Portrait. Creative Work: From letters]. Petrograd: Sirius Printing house, 1916. 226 p.

2. Sarabyanov D. Stil' modern [Modernist style]. Moscow: Iskusstvo Press, 296 p.

3. Skvortsova I. Ostrovok garmonii: «Esli Vy khotite menya znat', to slushajte moyu muzyku» [A harmony island: «If you want to know me listen to my music»]. Muzykal'naya zhizn' [Music life]. 2013. No. 4. P. 28-29.

4. Skvortsova I. Principy moderna v tvorchestve S. Rachmaninova. «Ostrov mertvykh» v avtor-skoy interpretatsii [The principles of a modernist style in S. Rachmaninov's creative Work. «The island of the dead» in author's interpretation]. Muzykal'naya akademiya [Music Academy]. 2014. No. 3. P. 111-114.

5. Skvortsova I. S. Rachmaninov i stil' modern: par-alleli i razlichiya [S. Rachmaninov and modernist style: parallels and distinctions]. S. Rachmaninov i mirovaya kul'tura [S. Rachmaninov and world culture]: materials of the International research and practical conference. Ivanovka: of S. Rachmaninov Memorial country estate, 2014. P. 50-55.

6. Sokolova O. Sergey Vasilyevich Rachmaninov. Moscow: Muzyka Press, 1983. 160 p.

7. Sternin G. Russkaya khudozhestvennaya kul'tura vtoroy poloviny XIX - nachala XX veka [The Russian art culture of the second half of XIXth - the beginning of the XXth century]. Research Works. Essays. Moscow: Sovetskiy khudozhnik Press, 1984. 296 p.

ЖАНР СИМФОНИЧЕСКОЙ ПОЭМЫ В КОНТЕКСТЕ ИКОНОГРАФИИ МОДЕРНА

Статья посвящена вопросам иконографии музыкального модерна. Понятие иконографии трактуется в расширительном смысле как некий содержательный слой художественного произведения, принадлежащего любому виду искусства или стилю, включающий темы, сюжеты, мотивы, художественные образы. Не каждое искусство обладает способностью выработать оригинальную и узнаваемую иконографию. Музыка конца XIX - начала XX века, в рассматриваемом контексте ориентированная на иконографию модерна визуального и пластического, восприняла и воплотила «ходовые» сюжеты и мотивы, получившие широкое воплощение в живописи. В центре внимания автора находится проблема оригинального понимания иконографического знака как жанровой структуры или жанрового типа модернистского произведения. В статье ис-

следуется специфика музыкальной иконографии, включающей помимо заимствованных из живописи сюжетов и мотивов, особенности музыкально-жанровой структуры. Жанр симфонической поэмы рубежа XIX-XX столетий, с характерными для него мистическими сюжетами, мрачным колоритом, сгущением красок, рассмотрен как иконографический знак. В статье намечены особенности воплощения принципов пластических искусств в симфонической поэме С. Рахманинова «Остров мёртвых», а также затронуты другие образцы жанра, представленные сочинениями «Сад смерти», «Полёт ведьм» С. Василенко, «Молчание», «Аластор» Н. Мясковского.

Ключевые слова: стиль модерн, музыкальный модерн, иконография, иконография музыкального модерна, симфоническая поэма, С. Рахманинов «Остров мёртвых».

--THE GENRE OF SYMPHONIC POEM--

IN THE CONTEXT OF ICONOGRAPHY OF THE ART OF MODERN

The article is devoted to the iconography of musical modernism. The concept of iconography is presented in a broader sense, as a substantial layer of any (not only visual) art direction or style, including themes, plots and motifs in art works. Not all kinds of art are able to develop its own iconography. The art of music in this context, being focused on the iconography of the picturesque art of modern, has apprehended and used the most popular plots and motives which are widespread in paintings. Among them are: the motifs of waves, spiral, island, spring, as well as the ideas of growth-motion-aspiration-development, dance-bacchanalia, erotic motifs, fabulous ones, motives of all kinds of fantastic birds, flowers, etc., However, an icono-graphic sign may be understood as the genre structure of modern art works, that is the type of genre. For example, in architecture it is the type of building of a modern style, including apartment hous-

es, private ones, railway stations, restaurants and banks with extensive decoration. Music iconography borrowed not only popular subjects and motifs, but also the features of the genre structure. Some genres of musical modernism appear as an icono-graphic sign. As such it is considered the genre of symphonic poem at the turn of the XIX-XX centuries, which is characterized by mystical themes, dark and thickened colors. In this series are: «The Isle of the Dead» by Rachmaninoff, «Garden of Death» and «Flight of the Witches» Vasilenko, «Silence» and «Alastor» by Myaskovsky, etc. The features of modern art are considered within the article with the example of a symphonic poem «Isle of the Dead» by Sergei Rachmaninoff.

Key words: modern style, music modern, iconography, music iconography of modernism, symphonic poem, «The Isle of the Dead» by S. V. Rachmaninoff.

Скворцова Ирина Арнольдовна

доктор искусствоведения, профессор, заведующая кафедрой истории русской музыки, декан факультета повышения квалификации Московская государственная консерватория им. П. И. Чайковского Россия, 125009, Москва e-mail: iskvor@mail.ru

Skvortsova Irina A.

Doctor in Art Studies, Professor, Head of the Department of Russian History Music, Dean of the Faculty of Advanced Training Moscow State P. Tchaikovsky Conservatoire

Russia, 125009, Moscow e-mail: iskvor@mail.ru