Королевский астроном

Большую часть своей научной карьеры Эйри провел на посту директора Гринвичской обсерватории. А этот пост до 1972 года подразумевал автоматическое назначение на придворную должность королевского астронома, рано или поздно — личное рыцарство или баронство и 100 фунтов стерлингов в год, что по тем временам было очень приличной суммой.

Эйри вообще везло на привилегированное положение, но исключительно благодаря его незаурядному таланту. В школе он пользовался авторитетом даже у старшеклассников, потому что снабжал их рогатками собственной конструкции с завидной точностью и дальнобойностью. После собеседования по математике при поступлении в Кембридж он получил скидку платы за обучение, бесплатное питание и жилье на все время обучения, а на третьем курсе — премию Смита за успехи в учебе в размере 25 фунтов в год. По окончании университета он становится так называемым Лукасовским профессором, то есть получает повышенную зарплату из фонда, основанного выпускником Кембриджа Генри Лукасом в 1663 году. Всего до настоящего времени было 19 таких профессоров, вторым по счету был Ньютон, Эйри был десятым.

Его избирают директором обсерватории Кембриджа, откуда в 1935 году его забирает в Гринвич Вильгельм IV по прозвищу Король-Моряк. Вероятно, не последней причиной этого были изобретения Эйри по компенсации отклонения (девиации) корабельных компасов из-за наличия железа, например, пушек и ядер, на судне.

Великих открытий Эйри не совершил, но сделал массу полезных усовершенствований для телескопов, а попутно придумал конические линзы для очков больных астигматизмом. Перечень его научных заслуг включает теорию дифракции света в объективе телескопов и теории радуги, усовершенствование солнечных таблиц и обнаружение неравенства в движениях Венеры и Земли и многое другое. Но самым запомнившимся его достижением было измерение массы нашей планеты.

С помощью маятника Эйри определил, что гравитация в шахте на глубине 383 м больше, чем на поверхности, на 1/19286. Отсюда можно было подсчитать плотность земной породы, дающей эту прибавку, а экстраполировав эту плотность на всю Землю, подсчитать массу планеты. У Эйри плотность Земли составила 6,566 г/куб. см, что было на 20% больше настоящей плотности Земли (5,5153 г/куб. см). Так что массу Земли он заметно переоценил.

Но переоценить заслуги седьмого королевского астронома сэра Джорджа Эйри (всего их было 15, включая нынешнего — астрофизика барона Мартина Риса) трудно. Вся его 90-летняя жизнь может служить классической иллюстрацией успеха ученого викторианской эпохи науки и прогресса.

Сергей Петухов