Этапы становления и развития иных мер процессуального принуждения в России

Этапы становления и развития иных мер процессуального принуждения в России

Е. В. МАНДЖИЕВА,

адъюнкт кафедры управления органами расследования преступлений

(Академия управления МВД России) E-mail: manjievaalena@yandex.ru

The Stages of Formation and Development of the Others Measures of a Procedural Coercion in Russia

E. V. MANDZHIEVA,

Adjunct of theDepartment of Management of Bodies and Units Crimes' Investigation

В статье рассмотрены исторические этапы развития института иных мер процессуального принуждения с XI века по настоящее время. Проведен историко-нор-мативный анализ генезиса иных мер процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве России. Выделены основные признаки, характеризующие каждый из этапов.

Уголовно-процессуальное законодательство, уголовный процесс, участники уголовного судопроизводства, меры уголовно-процессуального принуждения, иные меры процессуального принуждения.

УДК 343.13:35.078.18

The article deals with the historical stages of the institute's development of the others measures of a procedural coercion from the 11th Century till the present time. The historical normative genesis analysis is made of the procedural coercion others measures in criminal proceedings of Russia. The main features characterizing each of the stages are highlighted.

Criminal procedural legislation, criminal procedure, participants of the criminal proceedings, measures of a criminal procedural coercion, others measures of a procedural coercion.

Современное уголовно-процессуальное законодательство России, необходимо рассматривать, в том числе, как инструмент борьбы с преступностью [3]. Достижение конкретных целей уголовного судопроизводства и обеспечение установленного законом порядка, надлежащего поведения участников процесса и своевременного исполнения приговора, зависит от своевременности и эффективности применения мер уголовно-процессуального принуждения.

Институт иных мер российского уголовно-процессуального принуждения в своем становлении и развитии прошел длительный исторический путь, начиная с периода существования Древней Руси, что позволяет выделить пять основных этапов.

Первым этапом развития данного института можно обозначить период, который ведет свое

начало с XI в., с момента принятия Русской Правды, и вплоть до 1864 г. В Русской Правде существовало такое понятие как «поручник» (поручитель), который нес ответственность перед истцом за явку ответчика в суд и на которого ложились последствия неявки. В течение ХШ—Х1У веков совершение преступления рассматривалось как нанесение обиды, а наказание как имущественное возмещение причиненного вреда. Родовая община отвечала за своего члена, в качестве меры принуждения использовалось поручительство, сначала общины, а затем — влиятельных людей [4]. В дальнейшем, на протяжении ХУ—ХУ1 вв., одной из мер принуждения являлось поручительство, которая применялась по «челобитной» (письменное прошение), при этом поручитель «ручался головой» за явку обвиняемого на суд.

В 1649 г. было принято Соборное уложение, которое являлось своеобразным продолжением Русской Правды, где на передний план среди прочих мер уголовно-процессуального принуждения выходит тюремное заключение. В этом же историческом документе упоминается о доставке не явившегося лица в суд посредством привода и наказание в виде битья батогами [8].

Принятый в 1832 г. Свод законов предусматривал следующие меры пресечения (ст. 876, т. XV Свода законов): содержание в тюрьме и при полиции, домашний арест, полицейский надзор, отдача на поруки [6]. В данном законодательном акте определялись условия применения каждой из мер пресечения, согласно которым, отдача на поруки допускается по таким преступлениям, за которые закон не определяет тяжкого наказания (ст. 880) [7].

Следует отметить тот факт, что в указанный период времени отчеты в части применения мер принуждения составлялись только в отношении такой меры пресечения, как содержание под стражей. В этой связи А. Ф. Кистяковским было отмечено следующее: «Об этом нельзя не пожалеть, тем более что разрешение вопроса об относительной применяемости каждой из четырех мер могло бы бросить свет на всю систему мер пресечения» [2].

Второй этап развития уголовно-процессуального законодательства об иных мерах процессуального принуждения обозначен временным периодом с 1864 по 1917 гг., который напрямую связан с принятием Устава уголовного судопроизводства 1864 г. В течение этого времени наиболее активно развивалась нормативно-правовая база института мер принуждения в целом и иных мер принуждения, в частности. Принятый Устав регламентировал основания, условия и порядок задержания (ст. ст. 256, 257, 430), применения мер пресечения, таких как, отобрание вида на жительство или подписка о явке к следствию и неотлучке с места жительства, отдача под особый надзор полиции, отдача на поруки, взятие залога, домашний арест, взятие под стражу (ст. ст. 77, 416—419). Кроме того, принятый уголовно-процессуальный закон закрепил в качестве иных мер процессуального принуждения привод (ст. ст. 388—402), денежное взыскание (ст. ст. 69, 438), наложение ареста на имущество (ст. ст. 268, 305) и даже отстранение от должности (ст. 1100) [11].

Третий этап развития института иных мер принуждения (1917—1960 гг.) начался после Октябрьской революции, которая привела к полному отказу от ранее существовавшего уголовно-процессуального законодательства царской России. В новом законе Советской России нашли

свое отражение иные меры принуждения, которые существуют и в настоящее время [5]. Например, УПК РСФСР, принятый в 1922 г., содержал в себе такие меры принуждения, как задержание подозреваемого и меры пресечения, при этом, Кодекс не имел отдельного раздела, посвященного иным мерам пресечения. Тем не менее, указанным законом регламентировались привод, отстранение от должности, обязательство о явке и наложение ареста на имущество.

Говоря о следующем, четвертом этапе развития законодательства об иных мерах принуждения (1960-2001 г. г.), необходимо отметить, что он напрямую связан с принятием в 1960 г. УПК РСФСР [10]. Принятый уголовно-процессуальный закон более тщательно регламентировал содержащиеся в нем иные меры принуждения: привод, обязательство о явке, отстранение от должности, наложение ареста на имущество и денежное взыскание. Согласно Кодекса, в качестве меры принуждения использовался привод, но исключительно в случае неявки без уважительной причины. Здесь же впервые были определены условия привода обвиняемого без предварительного вызова и привода свидетеля, эксперта и потерпевшего.

В ранее действующем УПК РСФСР 1922 г. отсутствовала четкая формулировка наименования такой меры принуждения как «временное отстранение от должности». Данный недостаток был устранен законодателем при принятии УПК РСФСР 1960 г., однако, закон не требовал процессуального оформления данной меры принуждения. Достаточно было направить сообщение по месту работы обвиняемого о необходимости отстранения его от должности. Однако новое законодательство также не было совершенным: в нем не были закреплены понятие «должностное лицо», основания для его отстранения и сама процедура отстранения.

Также новое уголовно-процессуальное законодательство регламентировало такую меру принуждения как наложение ареста на имущество. Данная мера принуждения применялась с целью обеспечения гражданского иска или будущей конфискации имущества в том случае, когда обвиняемые являлись материально-ответственными, а имущество было приобретено преступным путем. При этом был установлен запрет на арест имущества, которое являлось первой необходимостью для обвиняемого и лиц, находящихся на его иждивении [1].

В случае если от явки или от исполнения своих обязанностей уклонялся свидетель или лицо, приглашенное переводчиком, согласно новому УПК РСФСР, суд мог применить меру принуждения в виде денежного взыскания.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ, принятый в 2001 г. [9] и введенный в действие с 1 июля 2002 г., представил определенно новую систему мер процессуального принуждения, в результате чего ряд спорных моментов получили свое разрешение. В отличие от УПК РСФСР 1960 г., в котором выделялись только нормы о мерах пресечения, в новом уголовно-процессуальном законе мерам процессуального принуждения посвящен отдельный раздел, в который включены три главы. Так, выделен целый раздел IV, посвященный мерам процессуального принуждения и состоящий из трех глав: главы 12 «Задержание» (ст. ст. 91—96), главы 13 «Меры пресечения» (ст. ст. 97—110) и главы 14 «Иные меры процессуального принуждения» (ст. 111—118).

Кроме того, существенно изменен круг участников уголовного процесса, в отношении которых могут применяться иные меры принуждения. Законодательно введены понятия «меры процессуального принуждения» и «иные меры процессуального принуждения», определена их система.

Именно с момента принятия данного уголовно-процессуального закона начинается последний, пятый этап становления и развития российского института иных мер процессуального принуждения. К иным мерам процессуального принуждения отнесены: обязательство о явке, привод, временное отстранение от должности, наложение ареста на имущество и денежное взыскание.

Однако было бы неверным полагать, что в настоящее время проблема совершенство-

вания иных мер процессуального принуждения целиком и полностью решена и не нуждается в дальнейшем исследовании.

Так остаются проблемными вопросы, связанные с обеспечением конституционных прав и свобод участников уголовного процесса. Например, в нормах, регулирующих обязательство о явке и привод (ст. ст. 112, 113 УПК РФ) не указана возможность их применения к таким участникам уголовного судопроизводства, как гражданский истец, гражданский ответчик, эксперт, специалист, переводчик и понятой. Этот же вопрос остается открытым в отношении эпизодических участников, таких как: законный представитель несовершеннолетнего, законный представитель лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера и т. д., о которых в главе 14 УПК РФ не упоминается. Кроме того, остается открытым вопрос о возможности применения указанных иных мер процессуального принуждения на стадии возбуждения уголовного дела.

С момента принятия данного закона в 2001 г. и по настоящее время в ряд статей УПК РФ, регламентирующих основания и порядок применения иных мер процессуального принуждения, неоднократно вносились существенные изменения, направленные на уточнение отдельных норм данного института. Предпринятые законодателем меры свидетельствует о том, что работа по совершенствованию иных мер процессуального принуждения продолжается и в настоящее время.

Список литературы:

1. Искандиров В. Б. Наложение ареста на имущество в уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2012.

2. Кистяковский А. Ф. О пресечении обвиняемому способов уклоняться от следствия и суда. СПб., 1868.

3. Конев А. Н. Идеологический (концептологи-ческий) анализ «идейного» понятия принципа уголовного процесса // Труды Академии управления МВД России. 2018. № 2 (46).

4. Люблинский П. И. Свобода личности в уголовном процессе. СПб., 1968.

5. Михайлова О. Е. Иные меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве России: дис. ... канд. юрид. наук. Владимир, 2009.

6. Российское законодательство Х—ХХ вв. М., 1991. Т. 8.

7. Свод законов Российской империи. СПб., 1892. Т. ХУ.

8. Тихомиров М. Н, Епифанов П. П. Соборное уложение 1649 года. М., 1961.

9. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: принят Государственной Думой Российской Федерации 22 ноября 2001 г.; подписан Президентом Российской Федерации 18 декабря 2001 г. // Рос. газ. 2001. 22 дек.

10. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27 октября 1960 г.) // Свод законов РСФСР. Т. 8. С. 613.

11. Устав уголовного судопроизводства. СПб., 1884.