Международные нормы о компетенции арбитражных судов в Российской Федерации по рассмотрению дел с участием иностранных лиц

МЕЖДУНАРОДНЫЕ НОРМЫ О КОМПЕТЕНЦИИ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО РАССМОТРЕНИЮ ДЕЛ С УЧАСТИЕМ ИНОСТРАННЫХ .11111

Компетенция судов конкретного государства по разрешению гражданских дел с иностранным участием в теории определяется понятием «международная подсудность»

1 Она устанавливается нормами национального законодательства конкретной страны и международных договоров. Важно подчеркнуть, что с помощью норм о международной подсудности устанавливается компетенция судебной системы государства в целом в отношении рассмотрения данной спорной ситуации. Определение компетентной национальной юрисдикции является наиболее сложным вопросом международной подсудности, поскольку на этом этапе могут возникнуть разногласия как между участниками спора, так и разногласия публично-правового порядка. Как справедливо заметил Дж

Чешир, «всякое государство склонно допускать для собственных судов более широкую

2

юрисдикцию, чем оно готово признать за иностранными судами» .

В Российской Федерации правила, регламентирующие подведомственность дел с участием иностранных лиц государственным арбитражным судам, за последние десять лет изменялась трижды.

В АПК РФ 1992 г. устанавливалось правило, согласно которому споры организаций с иностранными инвестициями могли быть переданы на рассмотрение арбитражного суда только в случаях, если это предусмотрено международными договорами или соглашением сторон (ст. 20), а во всех иных случаях такие споры рассматривались судами общей юрисдикции.

В АПК РФ 1995 г. было установлено, что арбитражный суд рассматривает подведомственные ему споры с участием иностранных лиц, если иное не предусмотрено международным договором РФ (п. 6 ст. 22).

Компетенция арбитражных судов в Российской Федерации по делам с участием иностранных лиц была определена в ст. 212 АПК РФ 1995 г. Конструкция этой статьи позволяла выделять общее и специальные правила подсудности. Общий принцип - место нахождения ответчика на территории РФ - сформулирован в ч. 1 ст. 212 АПК РФ 1995 г. Как отмечается в литературе, место нахождения ответчика включает и домициль ответчика (место его проживания) в России, и российское гражданство, и инкорпорацию юридического лица в России. Инкорпорация может пониматься и как регистрация юридического лица, и как место его расположения. Столь широкое определение компетенции арбитражных судов в отношении споров с участием

3

иностранных лиц представляется достоинством российского закона .

Специальные правила подсудности были закреплены в ч. 2 этой же статьи, из которой следовало, что истец вправе обратиться в российский арбитражный суд и в том случае, когда ответчик находится за границей, если:

- филиал или представительство иностранного лица находится на территории РФ;

- ответчик имеет имущество на территории РФ;

- иск вытекает из договора, по которому исполнение связано с территорией РФ;

- рассматривается дело о возмещении вреда, причиненного на территории РФ;

- иск вытекает из неосновательного обогащения, имевшего место на территории РФ;

- по делу о защите чести, достоинства и деловой репутации истец находится в РФ;

- имеется соглашение об этом между организацией или гражданином РФ и иностранным лицом.

Изменения в законодательстве не сразу были восприняты судьями, что повлекло многочисленные ошибки на практике 4.

Так, в городской арбитражный суд Санкт-Петербурга обратилось российское ТОО с иском, вытекающим из договора купли - продажи, к морскому торговому пароходству иностранного государства, имеющему представительство на территории РФ. Арбитражный суд отказал в принятии искового заявления, указав, что спор не подлежит рассмотрению в арбитражном суде, так как стороны не заключили письменного соглашения о передаче спора с участием иностранного лица в арбитражный суд в РФ.

В силу тех обстоятельств, что иностранное морское пароходство имело представительство на территории Российской Федерации, двусторонние договоры Российской Федерации с государством, в котором зарегистрировано морское пароходство, не содержали норм, исключающих подведомственность споров между коммерческими предприятиями договаривающихся сторон национальным судам, данный спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде в Российской Федерации без письменного соглашения спорящих сторон. Спор подлежал рассмотрению в арбитражном суде субъекта Российской Федерации, на территории которого находится представительство иностранного коммерческого предприятия.

Таким образом, как видим, компетенция российских арбитражных судов по разрешению споров с участием иностранных лиц уже была установлена в АПК РФ 1995 г. Но, как отмечает Председатель Высшего арбитражного суда России В. Яковлев, комментируя необходимость принятия нового АПК 2002 г., в силу некоторых объективных и субъективных причин четкого разграничения по некоторым делам провести так и не удалось. Одни и те же дела, по одним и тем же основаниям оказались разделенными между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. В первую очередь, это иски, связанные с деятельностью хозяйственных обществ. Вторая категория дел - это споры с участием иностранных предпринимателей и иностранных компаний. То же можно сказать и о делах, связанных с исполнением судебных решений зарубежных государств, зарубежного коммерческого арбитража 5. Таким образом, сложилась ситуация, когда споры с участием иностранных предприятий и организаций в Российской Федерации могли рассматриваться как в судах общей юрисдикции, так и в государственных арбитражных судах 6

В действующем АПК РФ 2002 г. 7 регламентации правил, устанавливающих компетенцию российских арбитражных судов по рассмотрению дел с участием иностранных лиц, посвящена отдельная гл. 32.

Теперь общие правила подсудности закреплены в ст. 247. Правила, содержавшиеся в ч.1 и ч. 2 ст. 212 АПК РФ 1995 г., поставлены в один ряд и дополнены новыми (п. 7 - 9 ст. 247 АПК РФ 2002 г.). Арбитражные суды в Российской Федерации рассматривают дела по экономическим спорам, в том числе если:

- спор возник из отношений, связанных с обращением ценных бумаг, выпуск которых имел место на территории Российской Федерации;

- заявитель по делу об установлении факта, имеющего юридическое значение, указывает на наличие этого факта на территории Российской Федерации;

- спор возник из отношений, связанных с государственной регистрацией имен и других объектов и оказанием услуг в международной ассоциации сетей «Интернет» на территории Российской Федерации.

Общим для всех перечисленных критериев является наличие какого-либо спорного иностранного элемента на территории Российской Федерации. Территориальный характер ч. 1 ст. 247 АПК РФ 2002 г. выражен в п. 10 и заключается в том, что

арбитражные суды РФ рассматривают дела по экономическим спорам с участием иностранных лиц, если спорное правоотношение тесно связано с территорией России.

При том, что правила подсудности, содержащиеся в ч. 2 ст. 212 АПК РФ 1995 г. и п. 1-6 ч. 1 ст. 247 АПК РФ 2002 г., в основном тождественны, новая редакция шире определяет компетенцию российских арбитражных судов, которые рассматривают споры, например, когда требование возникло не только из причинения вреда (п. 4 ч. 2 ст. 212 АПК 1995 г.), но в том числе и при наступлении вреда на территории РФ (п. 4 ч. 1 ст. 247 АПК 2002 г.).

Следует подчеркнуть, что нормы национального права о международной подсудности очерчивают пределы компетенции только своих собственных судебных органов. Между тем в законодательстве различных государств существуют значительные расхождения в подходах к разрешению данной проблемы.

Единого принципа определения международной подсудности не существует, однако действующие в настоящее время многосторонние и двусторонние международные договоры содержат правила о международной подсудности, позволяющие определять суд, компетентный рассматривать споры в сфере, регулируемой соответствующим международным договором, и избегать конфликта юрисдикций.

В рамках двусторонних соглашений вопросы определения подсудности находят закрепление, как правило, в договорах о правовой помощи. В большинстве таких договоров, заключенных СССР и Российской Федерацией с зарубежными странами, оговаривается, что суды государств-участников компетентны рассматривать гражданские и торговые дела, если ответчик имеет местожительство или местонахождение на территории данной страны. Наряду с этим общим принципом договоры о правовой помощи устанавливают ряд специальных правил определения подсудности в отношении отдельных категорий дел.

Компетенция судов - участников Содружества Независимых Г осударств определена Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22.01.93 г. 8 (ст. 20, 21, 22) и Соглашением о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности от 20.03.1992 г. 9 (ст. 4).

В соответствии с указанными договорами суд государства-участника компетентен рассматривать спор, если на территории данного государства ответчик имел постоянное место жительства или находился орган управления юридического лица, его представительство либо филиал. Если в деле участвует несколько ответчиков, находящихся на территориях разных государств-участников Содружества, спор рассматривается по местонахождению любого ответчика по выбору истца (п. «а» ст. 4 Киевского соглашения, ч. 1 ст. 20 Минской конвенции). Как видим, в данном правиле общий принцип подсудности - место нахождения ответчика - дополнен принципом альтернативной подсудности.

Содержание понятия «место нахождения» может по-разному трактоваться судебной практикой различных государств. В теории это явление получило название «конфликт квалификаций» или скрытых коллизий. Согласно российскому законодательству место нахождения российского юридического лица определяется местом его государственной регистрации, если в его учредительных документах не установлено иное (п. 2 ст. 54 ГК РФ). Местонахождение иностранного юридического лица будет определяться согласно ст. 2102 ГК РФ по его личному закону, которым считается право страны, где учреждено юридическое лицо.

Суд государства-участника вправе рассматривать спор, если на территории данного государства исполнено или должно быть исполнено обязательство из дого-

вора, являющееся предметом спора (п. «в» ст. 4 Киевского соглашения, п. «б» ч. 2 ст. 20 Минской конвенции).

Пример из практики. ООО «Альфа-Сервис» предъявил в арбитражный суд Челябинской области иск к Кобринскому инструментальному заводу СИТОМО в связи с неоплатой стоимости поставленной продукции (дело № А76-11881/99-105/4). Суд первой инстанции вынес определение о том, что дело арбитражному суду Челябинской области неподсудно, так как ответчик находится в Брестской области (Республика Беларусь). Данный отказ в принятии искового заявления неправомерен, так как в соответствии с подпунктом «в» п. 1 ст. 4 Соглашения СНГ о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, 1992 г. компетентный суд государства - участника СНГ вправе рассматривать споры, если на территории данного государства исполнено или должно быть исполнено обязательство из договора. Иск заявлен о взыскании денежных средств с нахождением кредитора в Челябинской области, а в соответствии с абз. 5 ст. 316 ГК РФ местом исполнения по денежному обязательству, если кредитором является юридическое лицо, - является место нахождения кредитора. Таким образом, данный спор подлежал рассмотрению в Челябинском арбитражном суде.

Интересам истца отвечает положение, объявляющее компетентным суд государства-участника, на территории которого имеет место жительства или место нахождения истец по иску о защите деловой репутации (п. «д» ст. 4 Киевского соглашения, п. «в» ч. 2 ст. 20 Минской конвенции).

Кроме того, в Киевском соглашении закреплено правило, устанавливающее юрисдикцию суда того государства, на территории которого имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда (п. «г» ст. 4).

Международные договоры, участником которых является Россия, могут устанавливать иные правила, нежели АПК РФ.

Так, по Киевскому соглашению арбитражные суды России вправе рассматривать все категории споров, указанные в ст. 247 АПК, а также споры, если на территории РФ находится контрагент - поставщик, подрядчик или оказывающий услуги (выполняющий работы), а спор касается заключения, изменения и расторжения договоров (п. «е» ст. 4).

Российские арбитражные суды компетентны также в случаях, когда на территории РФ осуществляется торговля, промышленная или иная хозяйственная деятельность предприятия (филиала) ответчика (п. «б» ст. 4 Киевского соглашения, п. «а» ч.

2 ст. 20 Минской конвенции). Иными словами, в отличие от п. «1 » ч. 1 ст. 247 АПК само предприятие или его филиал могут находиться и за границей, однако осуществляемая ими в РФ деятельность может служить предметом для арбитражного разбирательства.

В указанных соглашениях находят закрепление нормы о договорной и исключительной подсудности судов государств-участников.

Законодательство и судебная практика Российской Федерации также допускают договорную подсудность. В этом случае договоренность, определяющая подсудность, может принимать форму пророгационного или дерогационного соглашения. В первом случае дело, неподсудное суду данного государства, в силу соглашения передается этому суду на рассмотрение. Во втором случае дело, подсудное суду данной страны, передается на рассмотрение суду иного государства 10.

В юридической литературе отмечается, что при споре по сделке, которая по российскому праву может быть отнесена к внешнеэкономическим сделкам, стороны

по принципу автономии воли сторон могут избрать путем соглашения любую подсудность 11.

По общему правилу, свобода волеизъявления сторон не безгранична. Их усмотрением нельзя преодолеть существующие в Российской Федерации правила родовой или исключительной подсудности.

Стороны спора могут изменить подсудность, установленную международным договором, если соглашение об этом заключено в письменной форме (ч. 2 ст. 4 Киевского соглашения, ч. 1 ст. 21 Минской конвенции). Прорагационное соглашение может быть оформлено одним документом, либо стороны могут обменяться письмами или сообщениями, направляемыми по телетайпу и телеграфу. Киевское соглашение конкретизирует положения о прорагационных соглашениях по сравнению с соответствующими нормами российского законодательства. Так, соглашение сторон

о подсудности спора может быть достигнуто в любой стадии процесса, но до принятия решения. Выбор сторон ограничен только случаями исключительной подсудности, предусмотренными п. 3-4 ст. 4 Соглашения.

В Киевском соглашении иначе, чем в АПК РФ, сформулированы положения об исключительной юрисдикции (п. 3 и 4 ст. 4). При этом в Соглашении отсутствует норма, подобная правилу, закрепленному в п.1 ст. 21 Минской конвенции, о том, что исключительная компетенция, вытекающая из норм Конвенции, а также из внутреннего законодательства Договаривающейся Стороны, не может быть изменена соглашением сторон. Таким образом, можно сделать вывод, что по Киевскому соглашению выбор сторонами подсудности не ограничен внутригосударственными нормами об исключительной подсудности суда определенного государства.

Двусторонние договоры Российской Федерации по вопросам правовой помощи обычно кратко формулируют свои нормы определения юрисдикции по международным спорам цивилистического характера. В такой ситуации большое значение приобретает развитие национального законодательства по этому вопросу.

Анализ ст. 212 АПК РФ 1995 г. позволяет сделать вывод о том, что ранее имелось лишь два основания исключительной компетенции российских арбитражных судов, предусмотренных ч. 3 ст. 21 2, - иски по вопросам собственности на здания, сооружения, земельные участки и ч. 4 этой же статьи - иски к перевозчикам.

В новом АПК правилам исключительной подсудности посвящена отдельная статья - 248, согласно которой к исключительной компетенции арбитражных судов Российской Федерации относятся дела по спорам:

- в отношении находящегося в государственной собственности РФ имущества, в том числе по спорам, связанным с приватизацией государственного имущества и принудительным отчуждением имущества для государственных нужд;

- предметом которых являются недвижимое имущество, если такое имущество находится на территории РФ, или права на него;

- связанным с регистрацией или выдачей патентов, регистрацией и выдачей свидетельств на товарные знаки, промышленные образцы, полезные модели или регистрацией других прав на результаты интеллектуальной деятельности, которые требуют регистрации или выдачи патента или свидетельства в РФ;

- о признании недействительными записей в государственные реестры (регистры, кадастры), произведенных компетентным органом РФ, ведущим такой реестр (регистр, кадастр);

- связанным с учреждением, ликвидацией или регистрацией на территории РФ юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, а также с оспариванием решений органов этих юридических лиц.

В исключительной компетенции арбитражных судов РФ находятся также предусмотренные в разд. III АПК РФ 2002 г. дела с участием иностранных лиц, возникающие из административных и иных публичных правоотношений.

Четкое законодательное закрепление правил исключительной подсудности в отдельной статье, несомненно, является шагом вперед и с точки зрения юридической техники, и с позиции более эффективного регулирования вопросов международной подсудности.

Закрепление исключительной юрисдикции при определении компетенции национальных судов по делам с участием иностранных лиц имеет особое значение ещё и потому, что несоблюдение правил исключительной компетенции суда в Российской Федерации является одним из оснований для отказа в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда и иностранного арбитражного решения.

Как отдельное основание исключительной компетенции российского арбитражного суда рассматривается случай, когда стороны заключили соответствующее соглашение, при условии, что оно не изменяет исключительную компетенцию иностранного суда.

Договорная подсудность по соглашению сторон предусматривалась и в АПК РФ 1995 г. Но не всегда это положение учитывалось на практике.

Так, Арбитражным судом Челябинской области было принято к рассмотрению исковое заявление сельскохозяйственного предприятия (СХП) АОЗТ «Шумовское» к китайскому юридическому лицу ИЭК Дэянь (дело А76-5254/99-23-158) о признании договора о совместной деятельности недействительным.

Требования истца основывались на том, что контракт, заключенный в Китае, подписан неустановленным лицом. Речь шла об использовании труда китайских граждан при выращивании овощей на землях СХП «Шумовское». Китайцы урожай вырастили, собрали, а когда пришла пора рассчитываться, администрация СХП обратилась в арбитражный суд с иском на основании ст. 168 ГК РФ. Из материалов дела следует, что подписанный неизвестным лицом контракт от имени СХП «Шу-мовское» впоследствии директором был одобрен, так как приехавшим китайским рабочим в соответствии с условиями контракта было предоставлено жилье, спецодежда, инструменты.

Исковое заявление было принято к производству в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 212 АПК РФ. Между тем п. 4.2 оспоримого договора о совместной деятельности предусматривает разрешение споров в госарбитраже по месту нахождения ответчика (л. д. 11), то есть на территории Китая. Кроме того, ответчик в отзыве на иск указал, что согласно п. 4.2 договора от 21.02.94 г. дело Челябинскому арбитражному суду неподсудно (л.д. 57-58). Является ли при таких обстоятельствах российский арбитражный суд компетентным для рассмотрения данного спора?

Как неоднократно указывалось в литературе, признание договора недействительным не влечет автоматически недействительность арбитражной оговорки 12. В соответствии со ст. 30 АПК РФ стороны вправе изменить подсудность, установленную в ст. 25 и 26 АПК РФ, по соглашению сторон. Распространяется ли положение ст. 30 АПК РФ на подсудность споров с участием иностранных лиц? Представляется, что ответ должен быть положительным, «так как иностранцам в арбитражных судах предоставляется национальный режим, т.е. на них распространяются все те же правила, что и на собственных предпринимателей» 13. Таким образом, данный спор подлежал рассмотрению в соответствии с соглашением сторон в арбитражном суде по месту нахождения ответчика, т.е. в Китае.

Следует учитывать, что арбитражным судам РФ подведомственны дела, вытекающие из контрактов даже при наличии во внешнеэкономическом контракте арбитражной оговорки, если найдет, что арбитражное соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

Так, российский машиностроительный завод обратился в арбитражный суд с иском к торговому дому, находящемуся в Швейцарии и имеющему филиал на территории Российской Федерации, о признании недействительным заключенного с ним договора.

Иностранная фирма представила свои возражения против иска в письменном виде. Несмотря на неоднократные извещения, направляемые в порядке, предусмотренном международными договорами, ответчик на судебное заседание не явился. В письменном возражении против иска ответчик указал, что внешнеэкономический контракт содержит арбитражную оговорку, но не пояснил, о каком третейском суде идет речь в этой оговорке.

Внешнеэкономический контракт международной купли-продажи товаров содержал арбитражную оговорку о том, что все разногласия, возникающие из обязательств по данному договору, будут рассматриваться «в парижском институте».

Арбитражный суд установил, что истец, также как и ответчик, не мог конкретизировать содержание данной оговорки: не назвал точного наименования международного институционного арбитража, не дал о нем пояснений, отрицал действительность своего волеизъявления на арбитражное соглашение в данном внешнеэкономическом контракте.

Иными словами, суд установил, что данное арбитражное соглашение не может быть конкретизировано, а следовательно, и выполнено сторонами по внешнеэкономическому контракту.

В такой ситуации суду следовало решить вопрос о своей компетенции в отношении разрешения спора по внешнеэкономическому контракту, содержащему арбитражную оговорку.

Вопрос о компетенции суда в проведении разбирательства по делу возможно решить с учетом положений Конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г.

П. 3 ст. 2 Конвенции установлено, что «суд договаривающегося государства, если к нему поступает иск по вопросу, по которому стороны заключили соглашение, предусматриваемое настоящей статьей, должен по просьбе одной из сторон направить стороны в арбитраж, если не найдет, что упомянутое соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено».

В силу того обстоятельства, что стороны не могли уточнить полного названия и адреса «парижского института» и арбитражное соглашение не могло быть исполнено, арбитражный суд, руководствуясь п. 1 ч. 2 ст. 212 АПК РФ, принял иск россий-

14

ского предприятия к рассмотрению .

Примечания

1 Богуславский М.М. Международное частное право: Учеб. 3-е изд., перераб. и доп. М., 1998. С. 353; Звеков В.П. Международное частное право: Курс лекций. М., 1999. С. 440.

2 Чешир Дж., Норт П. Международное частное право. М., 1982. С. 95.

3 Нешатаева Т.Н. Иностранные предприниматели в России. Судебно-арбитражная практика. М., 1998. С. 11.

4 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 декабря 1996 г. № 10 «Обзор практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц» // Вестн. ВАС РФ. 1997. № 3. С. 87-101.

5 Проскурякова Ю. Вениамин Яковлев: Новые правила решения хозяйственных споров // Рос. газ. 2002. № 137 (3005). 27 июля.

6 См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1997. № 7. С. 1-2. По данному вопросу высказаны различные подходы, в том числе и в учебной литературе. См.: Арбитражный процесс / Под ред. М.К. Треушникова. М., 1997. С. 42; Жуйков В.М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997. С. 280; Андреева Т. О подведомственности дел арбитражным судам // Хозяйство и право. 1997. № 8. С. 161-163; Павлов А. Проблемы согласования подведомственности федеральных судов // Хозяйство и право. 1997. № 11. С. 62-71.

7 Российская газета. 2002. 27 июля.

8 СЗ РФ. 1995. № 17. Ст. 1472. Далее по тексту - Минская конвенция.

9 Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. № 44. Ст. 2472. Далее по тексту - Киевское соглашение.

10 Лунц Л.А., Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право: Учеб. М., 1984. С. 279.

11 Богуславский М.М. Указ. соч. С. 353.

12 Розенберг М.Г. Международная купля-продажа товаров. М., 1995. С. 48; Розенберг М.Г. Контракт международной купли-продажи. Современная практика заключения. Разрешение споров. 3-е изд., перераб. и доп. М., 1998. С. 35-38.

13 Нешатаева Т.Н. Указ. соч. С. 16.

14 См.: п. 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 16 февраля 1998 г. № 29. «Обзор судебно-арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц» // Вестн. ВАС РФ. 1998. № 4. С. 38-56.

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА. ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН

В.М. Шадрин

ПОЛИЦЕЙСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КАК ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ

Жизнь любого общества основывается на регулятивно-управленческих функциях, так как среди прямых и обратных связей государства с человеком, коллективом, обществом особое значение для государственного управления имеет та сторона, которая характеризует деятельность государства. Осуществление же этой деятельности, государственное управляющее воздействие в различных сферах жизни общества, выполнение многочисленных функций государства немыслимо без специального аппарата, именуемого государственным аппаратом. Государственный аппарат -явление многогранное, поэтому исследование его организации и функционирования можно проводить, используя различные методологические подходы, разнообразные приемы и способы. Это может быть социологическое, философское, психологиче-