Использование сельскохозяйственных земель и состояние степной фауны позвоночных в Воронежской области после 1991 года

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1100: 327-339

Использование сельскохозяйственных земель и состояние степной фауны позвоночных в Воронежской области после 1991 года

П.Д.Венгеров

Второе издание. Первая публикация в 2010*

Сельскохозяйственное освоение земель в лесостепной и степной природных зонах Европейской России привело к значительному сокращению площадей естественных травянистых сообществ. Следствием этого стало исчезновение или значительное сокращение численности многих связанных с такими местообитаниями видов животных. Воронежская область, северную, преобладающую часть которой занимает лесостепная, а южную, меньшую часть — степная зона, не стала исключением. Общая площадь земель сельскохозяйственного назначения здесь составляет 4218.9 тыс. га, или 80.8% от всей территории области. Из них 90% (3796.1 тыс. га) занимают сельскохозяйственные угодья (пашни, пастбища, сенокосы, залежи, сады), в том числе под пашню используется 2916.2 тыс. га (76.8% от всех сельскохозяйственных угодий). По отношению ко всей площади области пашни занимают 55.8% (Маликов и др. 2004). Практически полностью распаханными оказались пла-корные степи, сравнительно небольшие целинные участки сохранились только по склонам балок и в некоторых других местах, непригодных для обработки. В недавнем прошлом они испытывали на себе сильнейшую пастбищную нагрузку от многочисленных стад домашнего скота.

Как почти всюду в стране, социально-экономические изменения, начавшиеся в 1991 году, повлекли за собой сокращение площади пахотных земель и увеличение доли залежей и пастбищ. Общая площадь залежей, пастбищ и сенокосов в 2005 году в Воронежской области достигла 914 тыс. га, что на 261.5 тыс. га больше, чем в 1991 году (данные Управления Роснедвижимости по Воронежской области). При этом часть залежей, в соответствии с принятым в 1998 году постановлением Администрации Воронежской области № 978 «О порядке перевода пашни сельскохозяйственных организаций области в другие земельные угодья» (с изменениями от 16.08.1999), была переведена в пастбища и сенокосы.

Однако эти земли оказались мало востребованными для животноводства. С 1991 по 2003 год поголовье крупного рогатого скота в хозяй-

* Венгеров П.Д. 2010. Использование сельскохозяйственных земель и состояние степной фауны позвоночных в Воронежской области после 1991 года // Степной бюл. 29: 42-48.

ствах Воронежской области сократилось с 1389.3 до 586.3 тыс., то есть в 2.4 раза. Поголовье овец и коз за этот же период уменьшилось в 7.2 раза - с 1302 до 180.5 тыс. голов (Сельское хозяйство... 2003). Таким образом, произошло значительное сокращение площади пахотных земель, сильное уменьшение пастбищной нагрузки и сенокошения. Пастбища, сенокосы и залежи образовали обширный фонд малоиспользуе-мых или заброшенных сельскохозяйственных земель. Естественно, возник вопрос о роли этих изменённых местообитаний в восстановлении видового разнообразия степных животных.

Для решения названной задачи с 2003 года нами ведутся исследования фауны и населения гнездящихся птиц и других наземных позвоночных животных малоиспользуемых сельскохозяйственных земель Воронежской области. На первом этапе финансовую поддержку исследованиям оказал Фонд Джона и Кэтрин МакАртуров, в дальнейшем они осуществлялись в рамках программ по изучению редких видов животных, реализуемых Воронежским государственным природным биосферным заповедником и Главным управлением природных ресурсов и охраны окружающей среды по Воронежской области. Результаты работы нашли отражение в ряде публикаций (Венгеров 2005, 2006; Венгеров, Казарцева 2006; Венгеров и др. 2007; Сапельников и др. 2008; Венгеров, Нумеров 2009; и др.).

Малоиспользуемые сельскохозяйственные земли, в сравнении с окружающими обрабатываемыми полями, более привлекательны для птиц в период размножения. Здесь гораздо богаче видовой состав и заметно выше плотность населения птиц. На залежах различной стадии сукцессии в разных природных комплексах Воронежской области гнездятся от 4 до 16 видов птиц. Наибольшим видовым разнообразием (10-16 видов) отличаются залежи на месте луговых степей (лесостепная зона в пределах Окско-Донской равнины), что обусловлено присутствием здесь лугово-болотных птиц. По численности на всех стадиях восстановительной сукцессии преобладают полевой жаворонок Alauda arvensis, луговой чекан Saxicola rubetra и жёлтая трясогузка Motacilla flava; на пырейной и злаково-разнотравной залежах в состав доминирующих видов (доля в населении 10% и более) входит также желтоголовая трясогузка Motacilla citreola, а на бурьянисто-пырейной залежи -серая славка Sylvia communis. Присутствие множества болотистых западин создаёт подходящие условия для гнездования, наряду с трясогузками, других лугово-болотных видов птиц: тростниковой овсянки Emberiza schoeniclus, камышевки-барсучка Acrocephalus schoenobaenus, коростеля Crex crex, чибиса Vanellus vanellus, бекаса Gallinago gallina-go, поручейника Tringa stagnatilis, травника Tringa totanus, чирка-трескунка Anas querquedula, кряквы Anas platyrhynchos, болотной совы Asio flammeus, лугового луня Circus pygargus. Изредка гнездятся

перепел Coturnix coturnix, серая куропатка Perdix perdix и дупель Gallinago media.

Воронежская область. Заштрихованы основные упоминаемые в статье районы.

На целинных солонцовых пастбищах, характеризующихся разреженным и низким травостоем, в зоне луговых степей учтено 15 гнездящихся видов. В качестве доминанта здесь выступает только полевой жаворонок, близки к порогу доминирования луговой чекан, желтоголовая трясогузка и камышевка-барсучок. В этом местообитании охотно гнездятся различные кулики — чибис, большой веретенник Limosa limosa, травник, поручейник, бекас.

На залежах различной стадии сукцессии в лесостепной зоне, сформировавшихся на пашнях на месте бывших злаковых степей, зарегистрировано 4-8 гнездящихся видов. И здесь на всех стадиях сукцессии доминируют полевой жаворонок и луговой чекан, а жёлтая трясогузка — уже только на пырейной залежи. На бурьянистой залежи в состав доминантов входит ещё серая славка. С заметно меньшей численностью на залежах гнездятся садовая овсянка Emberiza hortulana, перепел, серая куропатка, коростель и луговой лунь.

На целинных пастбищах в этом природном комплексе отмечено 6 гнездящихся видов. Доминируют полевой жаворонок, луговой чекан и серая славка. Гнездятся также перепел, лесной конёк Anthus trivialis. По склонам балок с редкой травянистой растительностью иногда встречается полевой конёк Anthus campestris.

В состав орнитофауны залежей на месте злаковых степей степной зоны входит 8-9 видов птиц. На всех стадиях сукцессии доминируют полевой жаворонок и луговой чекан, также на полынно-бурьянистой залежи в состав доминантов входит серая славка. Постоянно гнездятся садовая овсянка и жёлтая трясогузка, реже встречаются коноплянка Acanthis cannabina, северная бормотушка Hippolais caligata, обыкновенный жулан Lanius collurio, луговой лунь.

Фауну и население птиц на пастбищах, приуроченных к склонам и днищам балок, в степной зоне определяют уровень увлажнения почв и соответствующая ему растительность. В типчаково-ковыльных балках гнездятся 7 видов птиц, по численности преобладают полевой жаворонок и луговой чекан. Поселяются также садовая овсянка, серая славка, каменка-плясунья Oenanthe isabellina, перепел и огарь Tadorna ferru-ginea; последний вид — в норах сурков Marmota bobac возле небольших прудов. Обогащает видовой состав птиц наличие куртин деревьев и кустарников. В балках с мелким кустарником доминирует серая славка, также достаточно высока численность полевого жаворонка, луговой чекана, садовой овсянки. Редко поселяются ястребиная славка Sylvia nisoria, обыкновенный жулан, огарь, коноплянка, полевой конёк.

В целом видовое разнообразие и численность птиц на залежах зависят от стадии восстановительной сукцессии растительности. Во влажных луговых степях существует тенденция увеличения числа гнездящихся видов от бурьянистой (первой) к последующим стадиям сукцессии. При этом общая плотность населения сначала немного возрастает (от бурьянистой к бурьянисто-пырейной стадии), затем на пырейной залежи уменьшается и вновь немного увеличивается на стадии злаково-разнотравной залежи.

В злаковых степях лесостепной зоны наблюдается тенденция уменьшения видового разнообразия и общей плотности населения птиц от бурьянистой к последующим стадиям сукцессии. В злаковых степях степной зоны происходит увеличение общей плотности населения птиц от первой ко второй стадиям сукцессии, а в дальнейшем она закономерно уменьшается.

Состав гнездящихся видов на целинных малоиспользуемых пастбищах примерно такой же, как на залежах последней стадии сукцессии. Однако на пастбищах находят подходящие условия для гнездования некоторые виды птиц, которые отсутствуют на залежах (каменка-плясунья, полевой конёк). Вместе с тем обилие птиц на целинных пастбищах в луговых и злаковых степях лесостепной зоны ниже, чем на залежах последней стадии восстановительной сукцессии. В злаковых степях степной зоны обилие птиц на малоиспользуемых пастбищах сильно варьирует в зависимости от степени развития куртин кустарниковой и древесной растительности.

Таким образом, появление залежей, малоиспользуемых пастбищ и сенокосов способствовало общему росту численности ряда видов птиц. Большинство из них принадлежат к лугово-полевой или лугово-кус-тарниковой экологической группе. К явно прогрессирующим в новых условиях видам следует отнести полевого жаворонка, лугового чекана, жёлтую и желтоголовую трясогузок, серую славку, лугового луня, болотную сову. Умеренным или слабым ростом численности характеризуются огарь, перепел, серая куропатка, коростель, чибис, поручейник, садовая овсянка.

Появление малоиспользуемых в сельском хозяйстве земель обусловило вселение на территорию Воронежской области нового вида — северной бормотушки, и способствовало слабому росту численности просянки Emberiza calandra, ранее почти исчезнувшей. Первая локальная гнездовая группировка северной бормотушки обнаружена в южной, степной части области (Кантемировский район) в 2003 году. Она населяла залежи полынно-бурьянистой стадии сукцессии с невысокой плотностью. В 2007 году найдено ещё одно поселение вида, теперь уже в восточной, лесостепной части области (Новохоперский район). Оно также приурочено к залежи, но более поздней, бурьянисто-пырейной стадии сукцессии с участием степных злаков и разнотравья. Здесь бор-мотушка имеет высокую численность и совместно с полевым жаворонком доминирует в сообществе птиц.

Просянка ещё в середине ХХ века была широко распространена почти по всей территории области и достигала значительной численности. Однако в последующие десятилетия, вероятно, в связи с развитием сельского хозяйства, происходило неуклонное снижение её обилия, и к концу века вид практически исчез. В 2003 году зарегистрированы поющие самцы в южной части области (Верхне-Мамонский район), где наблюдения на стационаре ведутся с 1997 года, а затем и в центральных районах. В качестве гнездовых местообитаний просянки обычно избирают луга и влажные днища степных балок, занятые высокостебельной травянистой растительностью с отдельными деревьями и кустарниками. Иногда встречаются на бурьянистых пустырях у жилых и заброшенных населённых пунктов.

Значительное уменьшение поголовья скота обусловило снижение численности птиц, гнездящихся в нашем регионе среди низкой и разреженной травянистой растительности на сильно эксплуатируемых пастбищах (полевой конёк, каменка-плясунья).

Далее рассмотрим факторы и современные тенденции, обусловливающие дальнейшее состояние сельскохозяйственных земель и их фауны в Воронежской области. Они выявлены нами путём непосредственных наблюдений в различных природных комплексах и административных районах.

Во-первых, как и ожидалось, значительная часть залежей в последние четыре года вновь подверглась распашке. Распахиваются прежде всего плодородные земли, временно не обрабатывавшиеся в связи с экономическим кризисом. Это явление мы наблюдали как в степной, так и в лесостепной природных зонах. Финансовое положение сельскохозяйственных товаропроизводителей видимо улучшилось — на полях появилась мощная современная сельскохозяйственная техника зарубежного производства. Быстро поднять залежи с такой техникой оказалось нетрудно, даже те, которые в той или иной степени успели зарасти деревьями и кустарниками. Землепользователи распахивают поля вплотную к лесополосам, где обычно проходили полевые дороги, поэтому перемещение на транспорте здесь стало затруднительным. Вновь растёт использование удобрений, гербицидов и пестицидов. Поля с зерновыми культурами выглядят совершенно чистыми, лишёнными сорняков (что очень редко встречалось в колхозный период). В структуре выращиваемых культур заметен уклон в сторону зерновых и подсолнечника, как экономически наиболее выгодных. Общая тенденция — интенсификация сельскохозяйственного производства. Существование большинства видов наземных позвоночных на землях с интенсивным растениеводством выглядит проблематичным.

Состояние оставшихся залежей, пастбищ и сенокосов, которых по-прежнему много, во многом определяет низкое поголовье скота. Животноводство все ещё находится в упадке. Поголовье крупного рогатого скота продолжает снижаться, на 1 января 2009 оно составило 350.9 тыс. голов, что на 40% меньше, чем в 2003 году. Поголовье овец и коз достигло минимума в 2006 году (125.3 тыс. голов), к 2009 году оно возросло до 153.7 тыс. голов, но даже по отношению к уровню 2003 года поголовье меньше на 14.8%. Поголовье лошадей в Воронежской области большим давно уже не было, однако и оно испытывает значительное сокращение: в 1994 году насчитывалось 39.1 тыс. голов, в 2009 — 11.2 тыс. Отсутствие или недостаток в большинстве угодий пастбищной нагрузки и сенокошения способствуют развитию мезофитной флоры, высокого и густого травостоя, формированию толстой подстилки из сухой травы. Наблюдается экспансия на эти земли древесно-кустарни-ковой растительности. Она сильнее выражена в лесостепной части области, особенно там, где залежи и пастбища соседствуют с лесными массивами. Например, на старой залежи, примыкающей к лесному массиву Воронежского заповедника, сформировался густой сомкнутый бе-рёзово-сосновый древостой. Часто пионерными видами деревьев и кустарников, проникающими на залежи и пастбища, являются яблоня и груша, вяз мелколистный, ясень зелёный, тёрн, шиповник. «Двигаются» они из лесных полос, балок, байрачных дубрав. Из этих видов в средней и южной части области в рассматриваемых местообитаниях

образуется разреженная древесно-кустарниковая растительность, перемежающаяся высоким травостоем, что отдалённо напоминает ландшафт саванны.

Описываемые процессы усиливаются ростом количества осадков в разгар вегетационного периода. Так, по данным метеостанции Воронежского заповедника, средняя сумма осадков в июне в 1955-1979 годах составляла около 50 мм, а в 1980-2004 - уже около 80 мм. Однако погодно-климатические условия могут сильно колебаться в различные годы, что усиливает другой, противоположный по направленности фактор, влияющий на развитие малоиспользуемых сельскохозяйственных земель. Имеются в виду степные пожары, наиболее распространённые в засушливые годы. В частности, такими были весна, вторая половина лета и осень 2008 и 2009 годов. Причины возгораний в основном две. Это преднамеренное выжигание сухой травы на залежах и пастбищах и распространение огня с сельскохозяйственных полей при сжигании стерни. В августе-сентябре 2008 года пожары в сельскохозяйственных угодьях приобрели повсеместный и массовый характер, а то, что не сгорело осенью, было подожжено на следующую весну. Действие пожаров на разные виды растений и животных очень неоднозначно и требует подробного изучения в различных природных условиях. Очевидно, что они препятствуют дальнейшему развитию на залежах и пастбищах древесно-кустарниковой растительности, существенно влияют на условия обитания многих видов животных.

Представляют большой интерес перспективы существования в названных условиях степных и лесостепных видов животных, особенно ставших редкими во второй половине ХХ столетия. Из пресмыкающихся индикаторным видом состояния травянистых сообществ является степная гадюка Vipera ursini, которая исчезает при распашке степей. Ещё достаточно обычная в середине ХХ века, степная гадюка в настоящее время сохранилась на территории Воронежской области только в виде локальных микропопуляций по правобережью Дона. Лишь однажды она была встречена на левом берегу близ города Нововоронежа. Занимаемые здесь этой гадюкой местообитания представляют собой склоны и вершины меловых холмов, днища балок, которые никогда не подвергались распашке, а использовались только для пастьбы скота. Цепочка таких местообитаний прерывисто простирается вдоль реки на многие десятки километров от Нововоронежа до границ с Ростовской областью, что отражено в таких географических названиях, как Бело-горье, Дивногорье, Донское Белогорье. Роль данных местообитаний в сохранении этого редкого вида чрезвычайно велика. Отсюда он постепенно расселяется на соседние малоиспользуемые сельскохозяйственные земли. Кроме того, меловые холмы и овраги, распространённые и на других реках Воронежской области, служат важными местообита-

ниями для ряда редких или малочисленных видов птиц — обыкновенной пустельги Falco tinnunculus, филина Bubo bubo, сизоворонки Cora-cias garrulus, полевого конька, плясуньи, каменки-плешанки Oenanthe pleschanka.

К типичным представителям степных видов птиц Воронежской области, в прошлом бывших обычными или многочисленными, следует отнести дрофу Otis tarda, стрепета Otis tetrax и степного луня Circus macrourus.

Дрофа постоянно гнездится в ряде южных и юго-восточных районов области. Самая крупная её группировка обитает в Калачеевском районе, граничащем с Волгоградской и Ростовской областями. В качестве мест гнездования птицы избирают обрабатываемые поля, занятые пропашными (подсолнечник, кукуруза) и зерновыми культурами. Ещё в конце 1970-х и начале 1980-х годов около трети гнёзд располагались на нераспаханных участках (Рябов и др. 1984). В настоящее время связи дроф с малоиспользуемыми сельскохозяйственными землями не выявлено. Известен единственный случай: сотрудник одного из рыбо-разводных прудов в Павловском районе наблюдал летом трёх дроф, которые регулярно выходили из залежи на луг у водоёма, чтобы покормиться. Вероятно, птицы использовали залежь в качестве убежища во время отдыха.

В условиях интенсификации сельскохозяйственного производства благополучное существование дрофы становится ещё более зависимым от отношения к ней людей. Непосредственно с птицами контактируют механизаторы, в Воронежской области это чаще всего происходит в период культивации пропашных культур или паров. В это время находят гнёзда с кладками, изредка недавно вылупившихся птенцов. Большинство механизаторов, с которыми приходилось общаться, лояльно относятся к птицам: объезжают гнезда, защищают кладки и птенцов от серых ворон Corvus cornix и воронов Corvus corax, хотя это не всегда удаётся. Вместе с тем, иногда механизаторы пытаются поймать птенцов или берут яйца с целью вырастить птиц в домашнем хозяйстве.

Практически все сельские жители, знающие дрофу, отмечают снижение её численности. Спасти гнездовую группировку в регионе, видимо, ещё можно. Для этого необходимо создание достаточно больших (на десятки тысяч гектаров) заказников в местах наибольшей гнездовой плотности популяции дрофы, прежде всего, в Калачеевском и Бо-гучарском районах. Здесь должен осуществляться весь комплекс уже разработанных мер по содействию размножению птиц на сельскохозяйственных землях и охране дроф в целом (Флинт и др. 2001; Антон-чиков 2004). На остальных территориях, где дрофа ещё встречается, необходима организация широкого экологического просвещения среди фермеров, механизаторов, школьников.

Численность стрепета в Воронежской области снижалась на протяжении всего ХХ века по тем же причинам, что и в остальных степных и лесостепных регионах. К рубежу веков этот вид практически исчез. Мы располагаем только опросными данными о единичных встречах птиц в августе-сентябре. Подходящих биотопов для гнездования стрепета в области очень мало. Даже если предположить приток особей со смежных территорий, то они вряд ли смогут заселить большинство имеющихся залежей и пастбищ, что уже наблюдается в некоторых других регионах. Основная причина — развитие в этих местообитаниях высокого и густого травостоя и проникновение туда древесно-кустарни-ковой растительности, что для стрепета совершенно неприемлемо.

Степной лунь был обычен в Воронежской области ещё в середине ХХ века, но к концу столетия стал очень редким. Скорее всего, в настоящее время он гнездится нерегулярно, птицы появляются в период размножения только в некоторые годы. В нынешнем веке такими были 2004 и 2007, которые отличались высокой численностью мелких мышевидных грызунов, преимущественно обыкновенной полёвки Microtus arvalis, малой лесной Apodemus uralensis и полевой Л. agrarius мышей. Помимо изобилия корма, подходящие для размножения степного луня места должны обладать хорошими защитными условиями для размещения гнёзд. В Воронежской области луни выбирают для гнездования степные озёра и болота с надводной растительностью. Гнёзда устраивают у основания куртин рогоза, кустов ивы, или на сплавинах среди воды, здесь они практически недоступны для наземных хищников, птиц не беспокоят люди, успех размножения высокий.

На мелких млекопитающих степные луни охотятся в окружающих сельскохозяйственных угодьях: на полях озимой пшеницы и ржи, на залежах и пастбищах. Возможную опасность для птиц представляет применение ядохимикатов для уничтожения грызунов на озимых. В Воронежской области стал практиковаться способ борьбы, при котором яд раскладывают непосредственно у выходов норок в колониях обыкновенной полёвки. В случае, если поле, на котором проводили борьбу с грызунами, входит в кормовой участок луней, возможно вторичное отравление хищников. В этих условиях для луня большое значение приобретают залежи и пастбища, где численность грызунов также высокая, но никаких истребительных мероприятий не проводится.

Из млекопитающих, характеризующих степную фауну Воронежской области, остановимся на сурке-байбаке и крапчатом суслике Брегто-рНйш suslicus.

Два самых южных административных района Воронежской области — Кантемировский и Богучарский, граничащие с Украиной и Ростовской областью соответственно, послужили плацдармом для проникновения с названных смежных территорий байбака во второй по-

ловине ХХ века. Когда-то этот вид был вытеснен распашкой со степных водоразделов в балки и овраги, где сохранялся в угнетённом по численности состоянии. Но со временем сурок приспособился к существованию в условиях расчленённого рельефа и недостаточного обзора местности (Машкин 1997), его численность стала расти. В Воронежской области, особенно в её южной и средней части, сурку благоприятствовала густая овражно-балочная сеть, используемая в основном под пастбища. Где сам, где с помощью человека, байбак стал быстро расселяться по этим биотопам и к 1980-м годам местами достиг значительной численности. К концу ХХ века вид был выведен из Красной книги России и на него разрешена лицензионная охота.

Дальнейшее благополучное существование байбака, на наш взгляд, вновь оказывается под вопросом. Ожидалось, что с появлением дополнительных площадей залежей и пастбищ зверь начнёт по ним расселяться и увеличит свою численность. Однако этого не произошло. Препятствует высокий травостой в этих местообитаниях, проникновение туда древесно-кустарниковой растительности. Байбак стал заселять залежи, но только их краевые участки, не далее нескольких десятков метров от бывшего края поля. Напротив, на пахотные поля, особенно засеянные озимой пшеницей, сурок проникает очень далеко. Вероятно, он может создавать там временные или даже постоянные поселения, что зависит от расстояния до ближайшей бровки балки, численности колонии, типа севооборота. «Выгоняет» сурка на пахотные поля, скорее всего, тот же фактор - зарастание балок высокой травой, деревьями и кустарниками. Как уже отмечалось, сдерживать этот процесс могут осенние и весенние пожары, получившие широкое распространение. Однако для сурка они не всегда благоприятны. Ранней весной, вскоре после выхода из спячки, сурки нуждаются в свежей траве. Если весна тёплая и влажная, вегетация растений наступает быстро и на месте выгоревшей травы появляется зелень. В условиях холодной и сухой весны вегетация сильно задерживается, сурки голодают, и это служит дополнительным фактором, вынуждающим их расселяться на поля, занятые озимой пшеницей.

Появление сурка на пахотных полях отнюдь не радует землепашцев. Своей роющей деятельностью звери мешают движению сельскохозяйственной техники, выносят на поверхность лишённую гумуса материнскую породу, они могут выедать значительные площади посевов (особенно вредят подсолнечнику). Сельхозпроизводители начинают вести с сурком борьбу, в том числе, по свидетельству охотоведов, применяя ядохимикаты.

Ещё одна прогрессирующая угроза для байбака - незаконная охота. Мясо сурков во многих местах сельское население употребляет в пищу, пользуется спросом жир, имеющий целебные свойства. Нам не-

однократно приходилось снимать с сурчиных нор различные приспособления для отлова зверей. Кроме того, на сурка приезжают охотиться охотники из города, нередко с целью просто испробовать себя и оружие на меткость стрельбы. Соответственно нормы добывания далеко не всегда соблюдаются, оставляется много впоследствии погибающих подранков. Важность негативного воздействия браконьерства подтверждается фактом гораздо более высокой численности байбака в балках, находящихся в приграничной полосе (вдоль границы с Украиной в Кантемировском районе), куда свободный доступ граждан ограничен.

Численность крапчатого суслика в Воронежской области в 1950-х годах была столь высока, что речь вели о «заражённости» земель этим вредителем сельского хозяйства. В то время в юго-восточных районах области на 1 га подходящих для суслика местообитаний насчитывали более 50 жилых нор, а в северных районах - до 20 (Барабаш-Никифо-ров 1957). Во второй половине века шло неуклонное снижение численности вида, и в настоящее время можно говорить о почти полном его исчезновении. Есть данные только о немногих встречах сусликов в Се-милукском районе, граничащем с Липецкой областью, и в Новохопёрском районе, граничащем с Волгоградской областью (Печенюк 2005). Не исключено, что суслики сохранились ещё кое-где, но такие места единичны, поскольку подавляющее большинство опрошенных нами специалистов сельского и охотничьего хозяйства по этому поводу давали однозначный отрицательный ответ. Как известно, суслик относится к высокому и густому травостою ещё более негативно, чем сурок, поэтому никаких предпосылок к восстановлению его численности в Воронежской области пока нет.

К сказанному следует добавить, что во второй половине ХХ века в регионе наблюдалось также снижение обилия, вплоть до исчезновения, питающихся сусликом хищников — степного орла Aquila nipalensis, могильника Aquila heliaca, балобана Falco cherrug, перевязки Vormela peregusna, степного хоря Mustela eversmanni.

В заключение остановимся на некоторых общих возможностях охраны фауны степных позвоночных в Воронежской области. Высокое естественное плодородие воронежских чернозёмов не оставляет надежды на снижение уровня сельскохозяйственного использования земель. Поэтому оптимальным направлением в области сохранения биоразнообразия следует признать экологизацию сельского хозяйства в целом.

В этом направлении в Воронежской области уже сделано немало — в частности, здесь во многих хозяйствах достаточно успешно реализо-вывалась эколого-ландшафтная система земледелия. Сейчас она нуждается в дальнейшем развитии, поддержке со стороны государства. Всюду необходим жёсткий контроль за использованием ядохимикатов.

Малоиспользуемые земли - пастбища, сенокосы и залежи - для большинства степных видов животных не смогут играть роль полноценных местообитаний без развития пастбищного животноводства. На наш взгляд, сейчас начинают формироваться некоторые предпосылки для восстановления этой отрасли сельского хозяйства. На рынках Воронежской области чувствуется спрос на мясную продукцию, прежде всего, говядину, выращенную традиционным способом. Есть руководители (владельцы) хозяйств, готовые и начинающие развивать данное направление. Им также необходима поддержка со стороны властей. Крупный рогатый скот - не лучшая альтернатива диким копытным или лошадям в отношении обеспечения нормального функционирования пастбищной степной экосистемы. Но в Воронежской области это, вероятно, единственные животные, поголовье которых может стать достаточно большим, чтобы обеспечить необходимую пастбищную нагрузку в масштабе всего региона (разумеется, необходимо не превышать допустимый уровень пастбищной нагрузки).

Литер атур а

Антончиков А.Н. 2004. Дрофа: современный статус и методы сохранения в природе:

Методическое пособие. Саратов: 1-34. Барабаш-Никифоров И.И. 1957. Звери юго-восточной части Чернозёмного Центра. Воронеж: 1-370.

Барабаш-Никифоров И.И., Семаго Л.Л. 1963. Птицы юго-востока Чернозёмного

центра. Воронеж: 1-209. Венгеров П.Д. 2005. Птицы и малоиспользуемые сельскохозяйственные земли Воронежской области (перспективы восстановления лугово-степной орнитофауны). Воронеж: 1-152.

Венгеров П.Д. 2006. Проблемы восстановления фауны лугово-степных птиц на малоис-пользуемых сельскохозяйственных землях в Воронежской области // Степи Северной Евразии: Материалы 4-го Междунар. симп. Оренбург: 158-159. Венгеров П.Д., Казарцева С.Н. 2006. Птицы и заброшенные сельскохозяйственные земли Воронежской области: перспективы восстановления степной орнитофауны // Развитие современной орнитологии в Северной Евразии. Ставрополь: 399-415. Венгеров П.Д., Нумеров А.Д. 2009. Состояние редких степных видов птиц в Воронежской области // Заповедное дело: проблемы охраны и экологической реставрации степных экосистем: Материалы Междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 20-летию организации заповедника «Оренбургский». Оренбург: 21-24. Венгеров П.Д., Нумеров А.Д., Сапельников С.Ф. 2007. Фауна и население птиц меловых обнажений Воронежской области // Тр. Воронежского заповедника 25: 109-132. Маликов В.С., Дубовская Л.И., Павлушева Т.Д., Плаксенко А.Н., Ступин В.И., Федюнин И.Г. 2004. Доклад о состоянии и использовании минерально-сырьевых, водных, лесных ресурсов, состоянии и охране окружающей среды Воронежской области в 2003 году. Воронеж: 1-192. Машкин В.И. 1997. Европейский байбак: экология, сохранение и использование. Киров: 1-160.

Печенюк А.Д. 2005. Млекопитающие и птицы Новохопёрского района // Состояние особо охраняемых природных территорий европейской части России: Сб. науч. ст., посвящ. 70-летию Хопёрского заповедника. Воронеж: 401-406.

Рябов Л.С., Лихацкий Ю.П., Воробьев Г.П. 1984. Дрофа и стрепет в Воронежской области // Орнитология 19: 164-170. Сапельников С.Ф., Венгеров П.Д., Нумеров А.Д., Соколов А.Ю. 2008. Степной лунь в Воронежской области в 2007 году // Изучение и охрана хищных птиц Северной Евразии: Материалы 5-й Междунар. конф. по хищным птицам Северной Евразии. Иваново: 299-304.

Сельское хозяйство Воронежской области: Стат. сб. 2003. Воронеж: 1-82. Флинт В.Е., Свинарев В.Ф., Кривицкий И.А., Хрустов А.В., Габузов О.С. 2001. Проблемы сохранения и восстановления восточноевропейской популяции дрофы (Otis tarda) // Достижения и проблемы орнитологии Северной Евразии на рубеже веков. Казань: 530-544.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1100: 339-340

Летнее нахождение чистика Cepphus grylle mandtii в Енисейском заливе

С.И.Орлов

Второе издание. Первая публикация в 1928*

Во время плавания летом 1927 года на гидрографическом судне «Иней», состояние льдов в Енисейском заливе заставило нас простоять около четырёх суток в бухте «Север». Эта бухта находится на правом берегу Енисейского залива непосредственно к югу от «Ефремова камня», находящегося на 73°12' с.ш. и 80°20' в.д. «Инею» было задание снять больных цингой с радиостанции, находящейся на острове Диксона. Вышли мы из Усть-Енисейского порта и 27 июля, пройдя Крестовский остров, капитан взял курс прямо на знак Веренса около Диксона. Не дойдя до него около 80 км, мы начали встречать на своём пути льды по 30 и более метров в длину и около 60 см в толщину, что, конечно, мешало движению. Вскоре туман и сплошной лёд заставили отдать якорь в бухте. Отсюда на восток и к северу были видны каменные массивы. А от мыса «Ефремов камень» на запад и к полюсу, насколько позволяла видимость в судовые бинокли, была сплошная ледяная масса. В кают-компании решили воспользоваться вынужденной стоянкой и осмотреть остатки ледокола «Вайгача», погибшего в 1917 году.

На «Вайгач» с севера всей массой напирал лёд, а к югу от него было пространство открытой воды. Это обстоятельство позволило нам кромкой льда подойти к цели вплотную на шлюпке. Круто наклонённая на правый борт палуба и всё, что ещё оставалось на поверхности, говорило

* Орлов С.И. 1928. Разные сообщения // Uragus 1: 31-32.