Универсальный характер организации семантического сложения композитов

А.Г. Садыкова

УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР ОРГАНИЗАЦИИ СЕМАНТИЧЕСКОГО СЛОЖЕНИЯ КОМПОЗИТОВ

На основе эмпирического материала определено принципиальное подобие общих семантико-номинативных тенденций, подтверждающих универсальный характер синхронной организации семантического сложения композитов различных языковых групп. Смысловая структура сложного слова рассматривается как имплицитное выражение логико-смысловых отношений, которые могут существовать между предметами реальной действительности, обозначенными компонентами сложного слова. Задача аналитического исследования смысловой структуры сложного слова в сравнительно-типологическом исследовании заключается в изучении того, каким образом смысловое целое распадается на смысловые части, какие логические связи устанавливаются между компонентами сложного слова, каким образом происходит переосмысление смысловых частей сложного слова.

Исследование сложного слова как аналитически расчлененного целого было проведено на основе комплексного анализа и отразило: 1) отнесенность компонентного состава композитов к лексико-семантическим группам; 2) лингвистическую систематизацию смысловых отношений между компонентами композитов в исследуемых языках; 3) основные семантико-номинативные тенденции в акте сложения в одноденотатных композитах в исследуемых языках; 4) номинативно-полевой потенциал композитов. В центре внимания было исследование реализации универсального компонента в виде конкретных семантических типов субстантивных композитов в тюркских и английском и немецком языках.

Такое исследование показало, что словосложение в тюркских и английском и немецком языках обладает довольно однородной схемой организации своей семантики. Общие тенденции семантики субстантивных композитов в исследуемых языках позволяют говорить об их универсальном характере. Существуют субстантивные композиты с прямым и переносным значением компонентов,

с преобладанием сложных слов с прямым значением компонентов. Субстантивные композиты разделены на две большие группы: экзокомпозиты и эндокомпозиты, с преобладанием эндокомпозитов. Опорный компонент в исследуемых языках расположен в правой позиции. Ведущим предикатом, указывающим на тип связи между компонентами сложного слова, является сравнение.

При рассмотрении сложного слова как продукта аналитически расчлененного целого, были определены системные связи между компонентами, которые выявлены через описание отнесенности компонентного состава к определенным лексико-семантическим группам. Выделены как сопоставимые и несопоставимые категории, отражающие классификацию человеческим сознанием предметов и явлений объективной действительности, так и категории, ведущие к метафорическим переосмыслениям.

Состав базовых семантических компонентов субстантивных композитов различен для компонента-модификатора и опорного компонента. Преферент-ная направленность опорного компонента в татарском и английском языках проявляется в лексико-семантических группах «части тела», «вещества», Пре-ферентная направленность компонента-модификатора в исследуемых языках отражена лексико-семантическими группами «растения», «абстрактные». Такая компонентная избирательность по отношению к позиции модификатора или опорного компонента в субстантивных композитах в татарском и английском языках косвенно указывает на схожие связи между объектами реальной действительности, соответствующие их природе, назначению и внешнему виду. Наиболее продуктивная комбинаторика ЛСГ компонентов субстантивных композитов в тюркских и английском языке, отражающая разнообразие смысловых отношений, следующая: «части тела» + «части тела», «конкретные предметы» + «части тела», «растения» + «части тела», «части тела» + «растения». Это наглядно показывает, что антропонимический компонент в исследуемых языках проявляет большую продуктивность в образовании субстантивных композитов.

Признавая категорию метафоричности как универсальную, при сопоставительном исследовании сочетаемости ЛСГ выделили те семантические разряды, которые ведут к появлению метафорических сложных слов. Именно метафорические субстантивные композиты отражают мыслительные, языковые и культурные процессы познания, национальное своеобразие каждого языка, выявляя дифференциальный характер семантического исследования. Комбинаторика ЛСГ «вещества» + «части тела», «животные» + «части тела» в исследуемых языках демонстрирует богатство метафорических форм. В том, что в этих группах слов в исследуемых языках образуются в основном метафорические сложные слова, можно видеть существенный результат комбинаторики данных ЛСГ. С одной стороны, в татарском и английском языках имена существительные ЛСГ «части тела» обладают большими способностями к переосмыслению, вызывая в разуме человека различные ассоциативные связи. С другой стороны, проявляется экстралингвистическая несовместимость референтов, обозначен-

ных опорным компонентом и компонентом-модификатором. Названия частей тела (опорный компонент) сочетаются с названиями^таких веществ и животных (компонент-модификатор), которые могут быть приписаны к гой или иной части тела человека только в результате переосмысления, например: в композитах в татарском и английском языках «трус»: тат. куян йлр!)к - англ. chicken-heart; и «храбрец»: тат. арыслан Йл>р1)к - англ. lion-heart семный состав компонента-модификатора (куян/chicken) «трусость» в одном случае и компонента-модификатора (арыслан/lion) «смелость» в другом случае соединяются с семой опорного компонента (шьр!)к/heart) «центр эмоций», передавая характеристику человека; в композите «болван, тупица»: тат. кабак баш - англ. pudding head сема компонента-модификатора (кабак «тыква») «твердость» и сема компонента-моди-фикатора (pudding) «мягкость» в негативном смысле соединяются с семой опорного компонента (бэш/head) «голова как средоточие разума, воли человека».

Национальная специфика именования, основанная на образности, объясняется различием в десигнации соответствующего объекта и имеет внеязыко-вое объяснение, выражающееся различием в культурных моделях, типичных для конкретного общества. В компонентах метафорических сложных слов в исследуемых языках интегральность абстрактных сем повторяется, но их конкретная реализация отнюдь не идентична. Семы опорного компонента, а именно выражающие части тела, в основном близки по своему проявлению, например, сема «интеллект» в данных языках выражает уничижительную характеристику качеств человека, а сема «местонахождение» обозначает верхнюю часть чего-либо. Сема компонента-модификатора обычно проявляет специфический характер в силу абстрактного человеческого мышления при выделении ведущего, яркого признака.

Обращение к одноденотатным композитам дало возможность определить, каким образом происходит классификация естественного мира при назывании одних и тех же объектов. В исследуемых языках в одноденотатных субстантивных композитах с одинаковой комбинаторикой лексико-семантических групп процесс категоризации имеет довольно близкий характер, символизируя одинаковые культурные модели. Как показало наше исследование, концепции при назывании объектов естественного мира, а именно объектов животного, растительного мира и артефактов, у народов разных национальных культур могут иметь схожий характер. Наиболее продуктивной комбинаторикой ЛСГ в композитах, выражающих одно понятие, по данным нашего исследования, является комбинаторика «вещество» + «животный мир». Например: композит в исследуемых языках зоол. «меч-рыба» (доел, чехонь) (рыба): тат. кылычбалык; кирг. кылыч тумшук балык; туркм. гылыч балык; турец. kilicbaligi, англ. swordfish; нем. Schwertfish т, образование которого в шести языках произошло при ассоциативной связи двух объектов: «сабля» и «рыба» по признаку «внешний вид»: верхняя челюсть представителя семейства окунеобразных вытянута в мечевидный отросток; одноденотатный композит в исследуемых языках зоол. «буйвол»: тат. су [ьгезе; кирг. суу л>гн>згь, туркм. сув лккьз; турец. su sigiri, англ. water buffalo; нем. Wasserbulle т, в котором ассоциативная связь двух объектов «вода»

и «бык», выраженная компонентами сложного слова, отражает образ жизни животного, обитающего в болотистых местах или зарослях по берегам рек и водоемов.

Комбинаторная активность ЛСГ компонентов одноденотатных композитов в татарском, киргизском, туркменском, турецком, английском и немецком языках по мере убывания их продуктивности выражается: «вещество» + «животный мир», «животный мир» + «части тела», «вещество» + «предмет», «вещество» + «люди», «животный мир» + «люди», «предмет» + «люди», «животный мир» + «локальные», «абстрактные» + «люди», «локальные» + «локальные».

В сложных словах в исследуемых языках наблюдаются разнообразные типы семантических отношений компонентов, что является отражением их способности имплицировать в своей поверхностной структуре различные смысловые потенциалы, сочетая нередко основное значение с разнообразньми эмоциональными и оценочными свойствами. В соответствии с этим лингвистическая систематизация смысловых отношений между компонентами субстантивных композитов в сравнительно-типологическом плане в тюркских и английском, немецком языках исследована по двум основным группам: 1) субстантивные композиты с простой семантической структурой, лишенные каких-либо семантических осложнений; 2) субстантивные композиты со сложной семантической структурой.

Исследование смысловых отношений между компонентами субстантивных композитов с прозрачной семантической структурой проводилось при помощи таксономической классификации, целью которой является показать, как соотносятся и взаимодействуют значения в семантической структуре сложного слова. В семантической структуре субстантивных композитов с прямым отношением компонентов импликационная связь, отражающая взаимодействия сущностей реального мира, широко представлена в виде конкретных отношений таких категорий, как «материал - изделие», «исходное - производное», «признак - время действия», «причина - следствие» и так далее. Типологическая таксономическая классификация семантических межкомпонентных отношений субстантивных композитов построена на эмпирически выявленных категориях: материальности, посессивности, локативности, каузативности, агентивнос-ти, темпоральное™. Наиболее характерными типами отношений между компонентами субстантивных композитов в исследуемых языках являются: отношения материальности, например, композит в исследуемых языках «глиняная посуда»: тат. таштабак, гуркм. даш габы, англ. claydish нем. Tonschussel f, посессивности, например, композит в исследуемых языках «галька, булыжник»: тат. чуерташ, кирг. шагыл таш, туркм. тогалак даш, турец. cakil tasi, англ. cobblestone, нем. Pflasterstein т, локативности, например, композит в исследуемых языках зоол. «газель, архар»: тат. may к!)кГ)се, кирг. тоо эчки, туркм. даг гочы, турец. dag kecisi, англ. mountain goat, нем. Steinbock т, и каузативности, например, тат. эт абзары «псарня», англ. earphones «наушники». Они способны образовывать большие ряды слов со стандартным структурно-семантическим значением. Менее характерным типом межкомпонентных отношений в исследуемых языках

является тип «отношения темпоральности». Для тюркских языков более характерны отношения посессивности и локативности по причине наличия в этих языках большого количества субстантивных композитов, построенных по конструкции неопределенного изафета; а для английского и немецкого языков -отаошения каузативности и агентивности.

Субстантивные композиты с переосмысленными значениями компонентов в исследуемых языках имеют сложную смысловую структуру, которая строится на взаимодействии таких основ, которые характеризуются имплицитнос-тыо своего выражения, смысловой компрессией, диффузностью межкомпонентных отношений, семантическим сдвигом в значениях своих компонентов и коннотативностью. Различные семантические переносы и смещения в компонентах субстантивных композитов в исследуемых языках, которые преимущественно строятся на отношениях пересечения и подчинения семантических объемов производного и производящего, отражают: а) метафорические переосмысления компонентов; б) метонимические переосмысления компонентов; в) как метафорические, так и метонимические переосмысления компонентов (ба-хуврихи).

Сравнительно-типологический анализ сложных слов с метафорическим переосмыслением компонентов дал возможность проследить отражение мыслительных, языковых и культурных процессов народов, говорящих на данных языках, и выявить процесс познания по признаку нахождения ассоциативных связей между явлениями действительности. Метафоры, участвующие в процессах переосмысления компонентов субстантивных композитов в исследуемых языках, в зависимости от своей интенсивное™ подразделяются на метафоры ощущения, метафоры цвета, метафоры качества, метафоры количества. Исследование языкового и речевого материала позволило обнаружить композитные семантические универсалии, отражающие в основном объекты животного, растительного мира, а также профессиональную деятельность человека, например: бот. - «змееголовник»: тат. еланбаш; кирг. жыланбаш; туркм. йыланбаш; турец. yilanbasi, англ. dragonhead; нем. Drachenkopf т, зоол. «гусеница шелкопряда»: тат. еф!)к корты; кирг. жибек курт, туркм. йгьпек гурчугы, турец. ipek kurdu; англ. silkworm; нем. Seidenraupe f; «стеклорез»: тат. пыяла кискеч; кирг. айнек кес-кич; туркм. айна кесики; турец. camci kalemi; англ. glass cutter, нем. Glasschleifer m.

Семантические сдвиги, являющиеся результатом ассоциативных связей, в композитах с метафорическим переосмыслением заключаются в том, что нечто, осмысливавшееся как название для одного фрагмента действительное™, начинает восприниматься как название для другого фрагмента действительности. Переосмысленные компоненты сложного слова в исследуемых языках обладают способностью репрезентировать в своей смысловой структуре самые разнообразные пространственные, темпоральные, ситуативные и логические отношения, ярко показывая развитие абстрактного уровня мыслительной деятельности человека.

Метафорическое переосмысление в субстантивных композитах в исследуемых языках может быть результатом переосмысления одного или сразу обо-

их компонентов, что дало возможность выделить разные семантические типы субстантивных композитов, словообразовательное значение которых как производных единиц языка проявляет трехчленный характер: опорный компонент, компонент-модификатор и устанавливаемое соотношение между ними (предикат). Предикат, являющийся смысловым стержнем источника мотивации, связывает компоненты сложного слова в цельную семантическую структуру.

Семантические типы метафоризированных субстантивных композитов учитывают расположение смыслового стержня источника мотивации (Р - референт, М - метафоризированный компонент, П - компонент с прямым значением, пр - предикат). Выделены следующие семантические типы метафоризированных сложных слов в исследуемых языках:

1) семантический тип Р= [ [М]пр+ [П]]: субстантивные композиты данного типа проявляют наибольшую продуктивность в исследуемых языках и, как правило, отражают зоологические или ботанические названия, которые являются одним из древнейших пластов лексики в исследуемых языках;

2) семантический тип Р= [ [П] + [М пр]]: метафорический комплекс создается за счет метафорического опорного компонента, а компонент-модификатор употребляется в прямом значении; композиты данного семантического типа в исследуемых языках менее продуктивны по сравнению с группой композитов с переосмысленным компонентом-модификатором;

3) семантический тип Р= [ [М]+ [М]] пр: данный семантический тип образных субстантивных композитов является продуктивным в английском и немецком языках, в отличие от тюркских языков; композиты данного типа имеют два значения: прямое и переносное;

4) семантический тип Р= [ [М]+ [М]] пр: значение сложных существительных данного типа невыводимо из значений их компонентов, оно понимается лишь через значение слова в целом; сложное существительное представляет собой сравнение, объект которого находится за рамками самого слова.

На формирование метафорических субстантивных композитов большое влияние оказывают экстралингвистические мотивирующие признаки косвенной номинации. В основе предпринятой нами таксономической классификации экстралингвистических признаков для исследуемых языков находятся информативные признаки, которые соответствуют семам, составляющим категорию восприятия, на базе которых устанавливаются сходства между предметами и явлениями окружающей действительности. По репрезентативному объему экстралингвистических признаков субстантивные композиты в тюркских и английском, немецком языках характеризуются следующей закономерностью: наиболее важными являются внешнеразличительные признаки, затем квалитативные, локативные, темпоральные, а наименее продуктивным признаком является квантитативный.

В метонимических сложных словах номинация по своей сущности является гомогенной, функционирующей в пределах одного и того же номинативного поля. Переосмысление значений компонентов субстантивных композитов строится преимущественно на отношениях подчинения семантических объе-

мов производного и производящего. Метонимия отражает следующие типы связей в исследуемых языках: 1) соприкосновение двух предметов; 2) функция и предмет, выполняющий эту функцию; 3) предмет и характерное его свойство. Например: тат. гсьлкимеш «шиповник», в основе сопоставления двух предметов гл>л «цветок» и кимеш «плод» лежит сема «общая точка соприкосновения»; англ. ball cock «поплавковый клапан», где компонент «мяч» выполняет роль поплавка, контролирующего приток воды в цистерне. Наиболее распространенным видом метонимического переноса в композитах в исследуемых языках является перенос названий частей тела на целое (тат. ак кул «белоручка», англ. Bigfoot «йети, снежный человек», нем. Langfinger т «воришка»).

Бахуврихи, являющиеся типологически общей чертой для системы субстантивного словосложения в исследуемых языках, хотя и занимающие незначительный корпус сложных слов, имеют большой интерес при сравнительнотипологическом исследовании в силу их эмотивно-экспрессивных особенностей и высокого коннотативного эффекта. Характерной чертой субстантивных бахуврих в исследуемых языках является косвенная номинация, при которой в выборе признака, лежащего в основе номинации, играет большую роль субъективный фактор. Идиоматичность в бахуврихах достигается за счет семантического усложнения деривационного акта метафорическими и метонимическими переносами значения сочетающихся основ, причем в тюркских языках, по данным нашего исследования, чаще используются метафорические процессы переосмысления, а в английском и немецком языках - метонимические. Ассоциативные связи, реализующиеся в процессе экспрессивно-оценочной номинации, в татарском, киргизском, туркменском, английском, немецком языках культур-но-специфичны и создают широкие возможности для передачи субъективной оценки, например, одноденотатный композит с разным семантическим содержанием компонентов в исследуемых языках «хвастун»: кирг. семиз ооз /доел, жирный, рот/; туркм. агзы елли /доел, рот его, ветреный/; тат. йон батыр «хвастун» /доел, шерсть, храбрец/; англ. bighead /доел, большой, голова/, нем. Grosskopf ш /доел, большой, голова/. В тюркских языках бахуврихи чаще используются для названий растений и животных, в английском и немецком языках - для обозначения артефактов. В исследуемых языках в субстантивных бахуврихах наблюдается высокая валентность компонента «голова», в татарском, киргизском языках продуктивным компонентом является авыз/ооз «рот», в английском - face «лицо».

При исследовании одноденотатных субстантивных композитов в языках с различной структурно-типологической организацией выявлены их основные семантико-номинативные тенденции:

— универсальные механизмы образования сложных слов в разносистемных языках позволяют говорить о субстантивных композитах как об универсалиях;

— одноденотатные композиты могут быть выражены одинаковым компонентным составом с одинаковым смысловым потенциалом и одинаковыми

процессами переосмысления, представляющие семантические универсалии;

— одноденотатные композиты могут иметь только один общий компонент и разные процессы переосмысления, отражая различия в человеческой концептуализации мира;

— если компоненты с одинаковым смысловым потенциалом однодено-татных композитов находятся в позиции модификатора, то это в основном эн-доцентрические композиты; если компоненты с одинаковым смысловым потенциалом одноденотатных композитов находятся в позиции опорного компонента, то это в основном экзоцентрические композиты;

— большое количество семантических композитных универсалий зафиксировано в композитах с прямым отношением компонентов по сравнению с композитами с переносным значением компонентов;

— несмотря на наличие семантических универсалий характер мотивации и семантические про'цессы, воплощенные в одноденотатных композитах уникальны и культурноспецифичны;

— сферыми номинации, обладающими наибольшей одноденотатной композитной продуктивностью, являются предметы и орудия хозяйственно-быто-вой деятельности человека, наименования явлений природы, растительного и животного мира.

При анализе номинативно-полевого потенциала было выделено двадцать одно номинативное поле с подгруппами, которые показали, что номинативные поля «названия лиц» и «вещи и предметы быта» являются самыми объемными и частотными в исследуемых языках. Явления и объекты животного и растительного мира в тюркских языках, особенно в татарском, чаще номинируются сложными словами по сравнению с английским и немецким языками. Субстантивные композиты в исследуемых языках в большей степени встречаются для обозначения людей, артефактов, растений, животных, а остальные области номинации образуют периферию.

Таким образом, универсальный характер семантико-номинативных особенностей композитов отражено как в отнесенности компонентного состава композитов к лексико-семантическим группам, так и в основных семантикономинативных тенденциях в акте сложения в композитах.

Литература

[1] Арутюнова Н.Д. Национальное сознание, язык, стиль // Лингвистика на исходе XX века: итоги и перспективы: Тезисы. Т.1. М. 1995. С. 32-34.

[2] Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М. 1999.

[3] Гак В.Г. Человек в языке // Логический анализ языка: Образ человека в культуре и языке. М. 1999. С. 73-81.

[4] Колшанский Г.В. Объективная картина мира в познании и языке. М. 1990.