К вопросу о художественном единстве «Вечерних огнен» А. А. Фета

К ВОПРОСУ О ХУДОЖЕСТВЕННОМ ЕДИНСТВЕ «ВЕЧЕРНИХ ОГНЕЙ» А.А. ФЕТА

Е.В. Азарова

Azarova E.V. On the art unity in “The Evening Lights” by A.A. Fet. The art unity in “The Evening Lights” by A.A. Fet is supported by different categories. The title became the cycle-forming factor for issues and the genre forming factor for the text. The continuity of poem titles arises in images “evening” and “light” which are shown in the content of poems through the direct instruction, synonymic lexis, image-associations. Movement, development and statics of time pictures are important. Many poems are based on time antithesis. The space is presented through expansion and narrowing. The composition is supported by phonetic, lexical, figurative, syntactic structures. “The Evening Lights” is a lyrical work.

Художественное единство «Вечерних огней» А. А. Фета уже не раз становилось объектом изучения: отдельные особенности поэтики рассматриваются в трудах Н.Н. Страхова [1], Д. Д. Благого [2], Б.Я. Бухштаба [3], Л.Я. Гинзбурга [4], М. Л. Гаспарова [5]. Особенностям циклизации и поэтике заглавия посвящены труды Л.Я. Ляпиной [6],

Н.П. Суховой [7]. Г.П. Козубовская [8], изучая творчество Фета, обратилась к проблеме мифопоэтики и частично хронотопа.

Однако далеко не все вопросы получили окончательное разрешение, например, о функции заглавия в формировании художественного единства «Вечерних огней».

Заглавие «Вечерние огни» стало циклообразующим фактором для каждого выпуска и жанрообразующим для текста. Слово «вечерние» может символизировать вечер жизни, а «огни» - вспыхнувшее с новой силой творчество. «Вечер» - это олицетворение начала или конца, своеобразная точка отсчета. С.Д. Кржижановский отмечал: «Слова на обложке не могут не общаться с словами, спрятанными под обложку» [9]. Именно это наблюдается в «Вечерних огнях». Возникает преемственность заглавий стихотворений. Главный образ - «вечерние огни» - распадается на образы-ассоциации. Это небесные тела, как в стихотворениях «Месяц зеркальный плывет по лазурной пустыне...» [10]; «Молятся звезды, мерцают и рдеют.» [10, с. 221]; «В лунном сиянии» [10, с. 258]. Поэтическую ткань «Вечерних огней» связывает и прямое указание на время суток, вынесенное в заглавие выпусков: «Что за звук в полумраке вечернем? Бог весть!» [10, с. 263].

Лирический герой наслаждается блеском и огнями драгоценностей любимой: «Ты вся в огнях. Твоих зарниц.» [10, с. 288]; «Не

нужно, не нужно мне проблесков счастья.» [10, с. 325]; «Алмаз» [10, с. 425].

Не менее важно проявление общего заглавия выпусков в содержании стихотворений через прямое указание, синонимическую лексику и ассоциации. В каждом выпуске есть несколько стихотворений, совмещающих понятия «огонь» и «вечер»: символ заката жизни переходит в стихотворении «Еще одно забывчивое слово.» [10, с. 216] в огонь душевный на склоне лет; борьба двух огней, солнечного заката и зари - в стихотворении «Гаснет заря, - в забытье, в полусне.» [10, с. 344]. Возникает и реальный огонь в стихотворении «Прости! Во мгле воспоминанья.» [10, с. 362]; он образует магический круг, к которому притягивается взгляд лирического героя. Необходимо отметить, что сами стихотворения, содержащие образы вечерних светил, создают впечатление мерцающего звездного неба. Целый ряд «огненных» символов предстает в стихотворении «Измучен жизнью, коварством надежды.»: «ресницы звезд», «огненная бесконечность», «огненные розы» [10, с. 14-15]. Заглавие представляет собою, таким образом, не только тематическую, но и композиционную исходную точку.

Женщина - это душа поэзии Фета. Лирическое повествование выпусков пронизано также огнем и блеском, связанными с ней. Фет не стремится к портретности, так как память сердца жива. Даже несчастливая любовь способна освящать жизнь - убежден Фет в стихотворении «Томительно-призывно и напрасно.» [10, с. 9]. Огонь страсти становится звездой красоты в стихотворении «Светил нам день, будя огонь в крови.» [10, с. 280]. Огонь - это и философско-трагический смысл прошлого, как в стихотворе-

нии «Когда читала ты мучительные строки.» [10, с. 285]. Любимая возникает в выпусках и как судья.

В последнем выпуске собраны стихотворения, в которых огонь любви наиболее ярок, и само чувство огромной силой своею поднимает героев к небу: это стихотворение «Люби меня! Как только твой покорный.» [10, с. 391]. Уточняется и образ героини, но главным источником сияния остаются глаза, как в стихотворении «Я говорю, что я люблю с тобою встречи.» [10, с. 395]. Огонь и синонимичные ему понятия присутствуют также в стихотворениях, развивающих тему творчества; это священный огонь, как в стихотворении «26 мая 1880 года. К памятнику Пушкина» [10, с. 17]. «На смерть Александра Васильевича Дружинина 19 января 1864 года» - стихотворение, содержащее метафору религиозного светоча: «И сердце жаркое остыло, / Лампаду честного труда / Дыханье ночи погасило» [10, с. 313].

Образ огня, обретая многозначность в поэтике «Вечерних огней», проходит через все выпуски. Становится ясно и другое: заглавия взаимосвязаны, что и способствует созданию единой художественной структуры. Важную роль играет здесь циклизация. То, что не полностью было раскрыто в стихотворениях одного выпуска, продолжает развиваться в других. Единая функционирующая система заглавий и тем является одним из признаков, характерных для лирической книги.

Семантика заглавия проходит во всех выпусках и становится мотивом, вбирающим пространственно-временную характеристику. Художественное единство хронотопа порождает и единство всех выпусков «Вечерних огней». Выпуски представлены преимущественно заглавиями чистых временных периодов, но имеют место и пересечения форм времени. Герой Фета легко преодолевает расстояние между прошлым, настоящим и будущим. Фет любит описывать точно определимое время суток, приметы погоды, начало явления в природе, чем и характеризуется пространственно-временная организация «Вечерних огней». Поэт стремится сделать бессмертным через поэзию настоящее или его мгновение; в стихотворениях часто происходит переплетение временных аспектов с последующим утверждением формы

настоящего времени в развитии таких тем, как: религиозное состояние смирения перед закономерностями жизни; воспоминания о любимой; растворение в природе. Важен, на наш взгляд, прием указания на предмет, лицо или пространство с помощью местоименных слов. Это выражает восприятие лирического героя в данный момент в данном месте. В стихотворениях, доминантой которых является будущее время, основной мотив - смутная надежда, сжимающая душу героя. Общие для выпусков особенности проявляются, как правило, ярче всего в одном выпуске: первый выпуск формой настоящего времени изображает жизнь сердца и жизнь природы (любящего героя и зарождающуюся весну); второй выпуск объединяют с другими стихотворения, содержащие призыв к действию; в третьем выпуске воскрешение прошлого связано с темой любви. Четвертый выпуск содержит огромное количество стихотворений, в которых форма прошлого времени содержит намек на настоящее, которое теперь обогащено горьким опытом и суровыми испытаниями судьбы. Здесь же многие стихотворения содержат в названиях стремление к действию, выраженное через неопределенную форму глаголов. Пятый выпуск образами-символами перекликается с третьим. Конкретизируется, например, символ цветка: «Осеннюю розу» 3 выпуска [10, с. 256] сменяет «Сентябрьская роза» [10, с. 374]. Только осеннему периоду в последнем выпуске уделено место в заглавиях стихотворений: «Опавший лист дрожит от нашего движенья.» [10, с. 378], «Опять осенний блеск денницы.» [10, с. 403]. Пятый выпуск - это завершающий этап, в ходе которого происходит углубление символики и расширение тем стихотворений предыдущих выпусков. Ведущие темы все те же - память, красота, любовь.

Настроение радости, даже счастья в лирике Фета может быть парадоксально связано с темой смерти, так как это временное явление открывает лирическому герою путь к свободе. Эпизоды прошлого оживают, в итоге любовная лирика как тематический пласт является той скрепой, которая наряду с другими важными проявлениями хронотопа объединяет выпуски. Различные сдвиги и изменения времени и пространства с помощью отстраненных образов - актуализация

потенциальных возможностей, заложенных в их сложной семантической структуре, играет важную роль в образной интеграции художественного произведения как единого целого. Важным для восприятия поэтики «Вечерних огней» является фактор движения, развития или статики временных картин в поэтике «Вечерних огней». Выбор определенной формы несет четкую функцию. Многие стихотворения «Вечерних огней» построены на временной антитезе. Мы можем выделить пары слов-антонимов, которые проходят сквозь выпуски: «вчера - нынче», «вчера -сегодня»; «тогда - теперь», «долго - навек»; «старость - юность», «завтра - нынче», «день - ночь». Наречия «опять», «снова», «еще» и подобные передают в заглавиях и содержании стихотворений бесконечную длительность, цикличность, повторяемость жизненных процессов.

Изображение времен года в «Вечерних огнях» довольно широко представлено, за исключением лета, которое раскрывается более в содержательном аспекте некоторых стихотворений. Зима и весна (разделы «Снега» и «Весна») противопоставляются, в этой антитезе предпочтение автор отдает весне. Но осень также любима Фетом, она симво-лична и прощально-красива. Вечерне-ночное время доминирует в названиях стихотворений и многочисленных образах-символах. К утреннему и дневному периоду отношение лирического героя неоднозначно, но чаще оно негативное.

Понятия вечного и мгновенного связаны в поэтике «Вечерних огней», благодаря чему в целом время становится бесконечным и ощутимым. Кроме того, для пространственных образов характерны открытость, расширение пространства или замкнутость, сжатость. Сужение пространства в стихотворениях проявляется, когда лирический герой направляет свой взгляд по вертикали: окна -лица - стены - цветок на полу («Окна в решетках, и сумрачны лица.» [10, с. 7]). Уменьшению пространства способствуют указательные слова «тут», «здесь», а также направление взгляда по вертикали: небо -река - месяц - лист - фонтан («Устало все кругом, устал и цвет небес.» [10, с. 320]). В любовной лирике нечеткий образ героини вносит интимно-сокровенное, замкнутое ощущение, но женщина побеждает время и

смерть («Томительно-призывно и напрасно.» [10, с. 9]).

Расширение лирического пространства может строиться на вертикальном взгляде: крест храма - могильные кресты, то есть небо - земля («Не первый год у этих мест.» [10, с. 8]); земля - звезды, глубина неба («Среди звезд» [10, с. 13]). Но чаще это горизонтальный срез: снег - парк - сугробы - лес -селенье - земля («Никогда» [10, с. 23-24]); мельница - речка - даль («В лунном сиянии.» [10, с. 258]).

Важную роль в представлении пространства играют местоименные слова и частицы как вариант расширения: «Ни огня на земле, ни звезды в овдовевшей лазури, / Все сорвать хочет ветер, все смыть хочет ливень ручьями» [10, с. 46]. К сужению пространства приводит наличие таких местоименных слов, как «твой», «это», «вот», «она», «здесь», «вы»: «Но столько думы молчаливой / Не шлет мне луч ее нигде, / Как у корней плакучей ивы, / В твоем саду, в твоем пруде» [10, с. 78]. Еще одна функция подобных уточняющих слов заключается в том, что, объединяя собою стихи, они создают необходимый эффект монтажа, выделяют определенный фрагмент реальности. Местоимение «ты» обладает свойством мгновенно локализовать стихотворное пространство до образа героини, часто через композиционное кольцо. Местоименные слова не всегда являются повторами и могут сочетаться. Ощущение поэтической бесконечности Вселенной как проявление духовной сферы также проходит сквозь все выпуски - стихотворение «Измучен жизнью, коварством надежды.» [10, с. 14-15].

Огромную роль в обозначении пространства романтического мира Фета играют многочисленные огненные образы. В огне нет смысловой замкнутости. От конкретизации, бытового огня Фет уходит к абстрактному, вселенскому понятию. Огонь концептуален -это сокращенная модель мира Фета.

Особо отметим то, что важные организующие функции принадлежат композиции. Расположение стихотворений не хаотично -из выпуска в выпуск развиваются общие темы, подхватываются сквозные образы и мотивы. Композицию поддерживает фонетическая, словесная, образная, смысловая, синтаксическая структуры «Вечерних огней».

Важными для композиционного объединения стихотворений являются звуковые связи в «Вечерних огнях». Через выпуски проходит прием композиционной аллитерации. Подобное взаимодействие звуков несет тематическую, объединяющую функцию всех выпусков. В одних случаях это изображение (передача) стихийных сил природы, в других - ее замирание, таинственная роскошь, третий тематический вариант композиционного приема аллитерации - гармония человека с внешним миром, гармония с явными оттенками тишины и тайны. Возможен вариант двойной аллитерации для обозначения противопоставления в изображении психологической жизни лирического героя. В некоторых случаях подобная организация звуков вносит даже игровой момент в лирику.

Композиционный ассонанс играет большую роль в тематическом отношении: ассонанс, отраженный звуком «о», проходит через все выпуски «Вечерних огней». Но для каждого конкретного примера созвучие гласных несет неповторимую тонально-тематическую окраску. Аллитерация и ассонанс располагаются в начале или конце стихотворения, в зависимости от того, задана тема с первой строфы или постепенно раскрывается с полным обозначением в финале.

Композиционная анафора - один из излюбленных приемов Фета. Анафора проявляется чрезвычайно многогранно и многофункционально: это единоначатие полустиший; анафорическое соединение стихов, которое наиболее широко охватывает выпуски. Такой прием позволяет не только с разных сторон обыгрывать определенные темы, но и создавать в пределах одного стихотворения музыкальные вариации. Анафора стихов часто передает повышенную эмоциональность героя, а также возникает в первой строфе пейзажных стихотворений. Любовь - доминирующая тема поэзии Фета, и мы считаем, именно это является причиной того, что так часто анафористически выделенные стихи расположены в середине произведения. В стихотворениях, посвященных творчеству, чаще всего функцией анафоры является выделение момента описания наисильнейшего душевного переживания. И нередко автор уже в первых стихах максимально погружается в глубинные ощущения сердца. К четвертому выпуску единоначатие осложняется,

расширяется, возможен вариант нескольких групп анафор.

Анафора строф - композиционное средство, которое позволяет объединять определенные части стихотворения в единстве темы и менять музыкальный рисунок, выделяя, таким образом, наиболее важный сегмент. Однако подобные примеры мы находим лишь в первом, четвертом и пятом выпусках. Возможен вариант неполного анафористиче-ского совпадения в строфах.

Эпифора также является композиционным средством, объединяющим стихотворения разных выпусков. В финальной строфе, то есть эпифорически, выделена, как правило, тема поэтического творчества; соединение строф концовкой часто переходит в прием рефрена. Важной композиционной особенностью стихотворений «Вечерних огней», относящихся к любовной лирике, является тот факт, что они в своем строении выделяются финальной частью. Самой распространенной композиционной фигурой в «Вечерних огнях» является кольцо. Повторы символизируют замкнутость чувства в душе лирического героя. И здесь возможны варианты: классическое кольцо, кольцо «сдвинутое», кольцо с перестановкой строк, кольцо-рефрен, сочетание разных видов. Но данные виды встречаются лишь в трех выпусках.

Не столь широко охватывает выпуски прием грамматического повтора строк и слов внутри строф (внутренние рифмы), но он служит, как и другие структурные средства, для выражения темы стихотворения и состояния лирического героя. Так, вопросительное слово часто охватывает стихи через один, создавая иллюзию «спирали».

Во втором выпуске отсутствуют многие композиционные приемы, характерные для остальных. Причина, на наш взгляд, заключается в том, что стихи были подвергнуты редакторской правке, переработаны, очевидно, недостаточно тщательно для создания единой, целостной лирической композиции данного выпуска с другими выпусками.

Как вариант тематического стержня стихотворений возникает в выпусках композиционная схема подлежащих «я - ты». В основном это пласт любовной лирики, где «ты» -указание на возлюбленную, портретно не конкретизированную, потому что облик ее всегда остается ясным в душе Фета. «Он» и

«она» - две части, стремящиеся к единению, но так часто не находящие его, поэтому в композиции «Вечерних огней» так мало стихотворений, где появляется «мы».

Функцию объединения выполняют в «Вечерних огнях» союзы, частицы и слова-антонимы. Композиция «Вечерних огней» пронизана стихотворениями, в которых союз «и» объединяет смежные стихи или, возникая в определенных строфах, сохраняет интонационное единство стихотворения, поддерживает тему в каждом конкретном случае. Многократным повторением союз выполняет и особую стилистическую функцию, усиливает впечатление нарастающего волнения лирического героя; выступает в роли скрепов между стихотворениями, выпусками. Не менее значима роль союза «но», отрицательных частиц и слов-антонимов. Это варианты средств, изображающих фетовское двоемирие, а также мотив сопротивления всему дисгармоничному, будь то вторжение реальностей жизни (смерть, нелюбовь) или время. Поэзия Фета, несмотря на лиричность, полна протеста, отрицания; появление антитезы связано часто со стремлением поэта показать два пейзажа, состояния человеческой души или жизни. Наиболее сильна роль союза «но», отрицательных частиц и слов с противоположным значением, когда они расположены в центре стихотворения. Двучастная композиция произведений поддерживается и приемом синтаксического параллелизма. Через взаимоотражение двух понятий Фет находит сущность.

Композиционно-синтаксическим прие-

мом проходит сквозь четыре выпуска не характерный для Фета прием обращения к ребенку или от лица ребенка, подчиненный общей поэтической идее «Вечерних огней» -стремлению к гармонии.

Таким образом, можно утверждать, что «Вечерние огни» - это художественное единство. Изучение поэтики заглавия помогло нам приблизиться к тому, что было заложено в первое слово поэтического единства,

в лирическую книгу. По определению И.В. Фоменко, «в отличие от подборки

(сборника), книга - это функционирующая система, где взаимодействие относительно самостоятельных элементов формирует новое качество целого» [11]. Именно это «качество целого» представлено в «Вечерних огнях» и циклизацией. Сама же лирическая книга представляет разновидность авторского циклообразования. Стихотворения взаимодействуют, приобретают дополнительные смысловые вариации, обогащая содержание. Таким образом, в «Вечерних огнях» реализуются следующие признаки лирической книги: общие принципы композиции; тема-тико-идейная взаимосвязь стихотворений; названия оттеняют содержание; сквозная система образов и мотивов; наличие циклизации; четкая пространственно-временная организация, объединяющая стихотворения и выпуски.

1. Страхов Н.Н. Литературная критика: сб. ст. СПб., 2000.

2. Благой Д.Д. Мир как красота. О «Вечерних огнях» Фета. М., 1975.

3. Бухштаб Б.Я. Фет. Очерк жизни и творчества. Л., 1990.

4. Гинзбург Л.Я. О лирике. М., 1997.

5. Гаспаров М.Л. О стихе. О стихах. О поэтах. М., 1995.

6. Ляпина Л.Я. Циклизация в русской литературе XIX века. СПб., 1999.

7. Сухова Н.П. Лирика Афанасия Фета. М., 2000.

8. Козубовская Г.П. Поэзия А. Фета и мифология. Барнаул; М., 1991.

9. Кржижановский С.Д. Поэтика заглавий. М., 1931. С. 3.

10. Фет А.А. Вечерние огни / под ред. Д.Д. Благого, М.А. Соколовой. М., 1971. С. 48.

11. Фоменко И. В. Поэтика лирического цикла. Калинин, 1984. С. 4.

Поступила в редакцию 30.10.2006 г.