ФАСАД ИМПЕРИИ

ФАСАД ИМПЕРИИ

Накануне Нового года в Санкт-Петербурге открылась для всеобщего обозрения Колесница Славы на арке Главного штаба. Символ российской имперской мощи подновили и пустили в новое обращение. Карл Росси создал Колесницу по заказу Николая I — в память о войне 1812 года. А мы, думаю, именно сейчас ее подновили, потому как ужасно любим российские победы вспоминать.

У символов нелегкая судьба: они не могут жить и умирать спокойно. Какая-нибудь истлевающая девушка с веслом в парке Горького кажется всем очаровательной романтической руиной. Но кто же даст тихо уйти в небытие Колеснице Славы!

Она, правда, чуть не ушла громко. Прошлой зимой, в ночь на Новый, 2001 год, богиня Славы была сражена прямым попаданием петарды и полностью сгорела. Остались только кони. Год потребовался реставраторам, чтобы вернуть возничую на место, а нам — наше национальное достояние.

Достояние, надо сказать, впечатляет. Почти десять метров в высоту и столько же в ширину, да еще на крыше. Журналистов пустили поползать по скользкой жести у лошадок под брюхом и яйцами размером с бейсбольные мячи. Удивительная половая дискриминация: на всю Колесницу — ни одной кобылы, зато вожжи держит девушка. Не это ли ролевое разделение имел в виду Бердяев, когда писал о «вечно бабьем» в русском национальном характере?

На лошадей выходили окна личных покоев императора в Зимнем дворце, и не один русский царь наблюдал их силуэт в небе. Наверное, в этот момент их всех посещали мысли о высоком, о судьбах родины например.

Но на самом деле скульптура была сделана из тонкой, как фольга, прочеканенной меди, а накладные детали держались на чугунном каркасе. Символ даже в момент изготовления был чрезвычайно хрупок и не рассчитан на долгую жизнь.

И вот скульптуру подвергли серьезному евроремонту. Из внутренностей выгребли одну тонну двести килограммов мусора. Потом в лошадей закачали затвердевающую пену наподобие той, какую используют при монтаже стеклопакетов и входных дверей. Кони превратились в монолит. Теперь, на полный желудок да еще покрытый слоем защитной краски приятного болотного цвета, памятник простоит целых пятьдесят-восемьдесят лет. Наверное, это много. Или достаточно.

По пути на крышу нас провели бесконечными коридорами Главного штаба. До 1917 года здесь располагались различные министерства, служили тщедушные чиновники, о которых писал Гоголь. Их тщедушие — выдумка: чтобы ходить километры по этим длинным коридорам, бегать вверх-вниз по высоким лестницам, надо было иметь крепкую мускулатуру.

Внутри Главного штаба сыро и гулко. Зато снаружи свежевыкрашенные стены выглядят очень нарядно. И кому какое дело, что за пена там внутри! Символы по природе своей фасадны.

Людмила ЛУНИНА

В материале использованы фотографии: Сергея МАКСИМИШИНА, «ИЗВЕСТИЯ», специально для «ОГОНЬКА»