Архитектурное пространство в историческом времени

го университета является интеграция научных исследований и образовательного процесса на всех уровнях подготовки (университетский курс, магистратура, аспирантура, докторантура, переподготовка и повышение квалификации, стажировка) и наличие инфраструктуры подготовки кадров высшей квалификации (эти позиции входят в число восьми базовых критериев исследовательского университета, предложенных специалистами из Томска). В КГУ также осуществляется обеспечение интегрального (естественнонаучного и гуманитарного) образования: педагогическая стажировка у математиков, новый кандидатский экзамен по философии и истории науки, введение курса инновационного менеджмента и т. д., но здесь предстоит ещё немало сделать, выстраивая стройную систему.

Коллектив Казанского государственного университета в год двухсотлетнего юбилея своей alma mater настроен на то, чтобы в современных условиях вывести на новый уровень ту идею, которая изначально присутствовала в «проекте» российского классического университета, - соединения фун-

даментальной науки и образовательного процесса, нацеленного на решение социальных, экономических и культурных задач общественного развития.

Литература

1. Дежина И. «Ведущие вузы» или «исследо-

вательские университеты»?// Высшее образование в России. - 2004. - №8. - С. 11.

2. См.: Федеральный исследовательский уни-

верситет. Разработка критериев и нормативно-правовой базы. Материалы семинара. Томск, 12 февраля 2004 г. - Томск, 2004; Исследовательский университет. Сб. публикаций. - Томск, 2004; см. также: Майер Г.В. О критериях исследовательского университета // Университетское управление: практика и анализ. - 2003. -№3; Хохлов А.Ф, СтронгинР.Г, Грузинский А.О. Университет: исследовательский, предпринимательский, региональный // Университеты и общество. Сотрудничество университетов в XXI веке: Тезисы Второй международной конференции университетов. МГУ им. М.В. Ломоносова, 27-28 ноября 2003 г. - М., 2003.

В. БУХАРАЕВ, директор информационно-аналитического центра

На заре XIX века, во времена «прекрасного начала» своей политической деятельности, Александр I учреждает Казанский императорский, иначе говоря, государственный университет, которому суждено было сыграть важную роль в развитии науки, просвещения и общественной жизни не только в нашей стране, но и в более широких масштабах. Об этом выразительно свидетельствует включение дня основания

Архитектурное пространство в историческом времени

Казанского университета - 5 ноября (17 по новому стилю) 1804 года - в календарь памятных дат ЮНЕСКО, решение о котором было принято на XXXII ассамблее этой организации.

Знаменательно, что нынешняя масштабная реконструкция КГУ протекает в русле подготовки к празднованию тысячелетия основания Казани, которое состоится в августе 2005 года. Обновление уни-

верситетских стен - задача не только из ряда строительных. Казанский университет - один из тех центров науки и просвещения, которые олицетворяют духовное развитие российского общества. Указом Президента России от 30 июля 1996 года он включён в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия Российской Федерации. Неотъемлемой частью этого наследия является архитектурный ансамбль университета в стиле русского классицизма XIX века, который за время своего существования обрёл новые, выразительные черты.

Предыстория университетского ансамбля

Территория, где впоследствии раскинулся университетский городок, включена в границы Казани только во второй половине XVIII века, в 1768 году, с той же поры началась её застройка в соответствии с первым регулярным планом развития города. Здесь располагался обширный, прореженный оврагами пустырь. Единственным сооружением этой, восточной, оконечности города был Воскресенский собор, а подножье Кремлёвского холма занимала Кузнечная площадь, где у заболоченного озера угнездились ряды кузнечных дел мастеров, сгрудились здания социальных заведений былых времён - богаделен, воспитательных домов, городской больницы.

К концу XVIII столетия - «золотого века» дворянства - западная часть современного университетского квартала начала обрастать жилыми постройками, принадлежавшими представителям дворянских фамилий, а также именитого купечества. Этот период характеризуется развитием гражданского строительства, обустройством «дворянских гнёзд» в стиле позднего классицизма. Первым строением такого рода, появившимся в самой западной части квартала, явилась городская усадьба, в центре которой располагался каменный двухэтажный дом с деревянной крышей и большим слуховым окном на

лицевой стороне здания. Позже, в начале XIX века, дом перешёл во владение вдовы инженера-поручика А.С. Спижарной. На некотором расстоянии от этого здания располагалось схожее строение - тоже каменный о двух этажах дом с пилястрами, плоскими вертикальными выступами на поверхности стены, в средней части строения. Первоначально дом принадлежал купеческой семье, а затем в него вселился казанский комендант генерал-майор С.Н. Кастел-ли, почему дом и был поименован «комендантским». Восточнее этого места простиралась городская усадьба казанского губернатора князя Д.В. Тенишева, представлявшая собой большой двухэтажный дом с примыкавшим к нему фруктовым садом, а рядом под руководством архитектора Ф.Г. Емельянова началось строительство ещё одного дома, предназначенного для очередного губернатора. Он возводился на самом высоком месте города (около 30 метров над уровнем моря), что хорошо просматривается на относящихся к тому времени панорамах города.

Посетивший Казань в 1798 году Павел I внял предложению губернатора о передаче этого строящегося казённого здания Казанской гимназии. Она была учреждена Елиза-

ветой Петровной ещё в конце 50-х годов XVIII столетия, являясь первым учебным заведением подобного рода в российской провинции. При этом император пожаловал на завершение строительства, а именно на наружную и внутреннюю отделку, «кругленькую» сумму в размере 24 492 рубля и 90 копеек, как раз потребную для завершения работ. Вскоре гимназия уже смогла вселиться в новопостроенный дом, в котором в первые годы своего существования суждено было разместиться Казанскому университету. Время спустя это здание станет основой восточной части главного университетского корпуса, «передавая» ему при этом свой фронтиспис. И неспроста. Как раз по убранству этого главного фасада здание гимназии явно выделялось среди других лучших строений города. Три мощных портала - архитектурно оформленных входов, - составленных из колонн коринфского ордера, придавали зданию парадный вид. Колонны кратным числом восемь были сосредоточены в среднем портале, остальные восемь поровну разнесены по порталам боковым. В среднем же портале располагался парадный подъезд со сквозным, на всю ширину здания, вестибюлем. Над этим порталом возвышался треугольной формы фронтон, украшенный лепными изображениями лиры, глобуса, математических инструментов, словом, тех предметов, что призваны были аллегорически выражать идею союза наук и искусств. Здание венчал большой купол, что сообщало ему некое сходство с храмом.

В бельэтаже, слева от парадного входа, во всю ширину корпуса находился зал собраний с хорами наверху, а в правой части строения - зал столовой. Здесь же размещались классные комнаты, квартира инспектора, физический кабинет, «азиатская» типография, а на другом, нижнем, этаже располагались покои гимназистов, служебные помещения. Антресоли использовались для обустройства квартир служащих. Почти одновременно со строительством здания гимназии с его восточной стороны

возникает двор со служебным флигелем; в плане местности этот двор приобрёл необычный вид, образуя замкнутый треугольник.

Кроме прочего, гимназия располагала участком земли, что находился на противоположной - северной - стороне Воскресенской улицы, от него вглубь простиралась большая липовая аллея, упиравшаяся в здание гимназического манежа. Ввиду обветшалости манежа его пришлось разобрать, и в отстроенном к 1806 году на его месте доме разместили типографию, а посему он стал именоваться «типографским». Во второй половине XIX века на «гимназическом» участке встанет так называемая старая клиника, но всё это позже. А тогда, в начале столетия, Воскресенская улица, получившая название от стоящей на ней церкви, оказалась сплошь усыпана дворянскими усадьбами. К домам примыкали обширные благоустроенные дворы с садами, а рядом с хозяйственными постройками и огородами были разбиты цветники, обустроены террасы, фонтаны, навесы для отдыхающих, высажены фруктовые деревья.

Однако судьба этого благодатного места была уже предрешена, поскольку здесь предстояло развернуться образованному в

1804 году Казанскому университету. До

1805 года он теснится в здании гимназии, а впоследствии к нему разными путями переходят дома Спижарной, Кастелли, Тенише-ва вместе со всеми дворовыми территориями, садами, постройками. Образовался целый «университетский» квартал, причём из жилых построек, которые только ещё предстояло приспособить для нужд университета. Дом Кастелли приспособлен был в связи с образованием университета под квартиру его директора, а одно время его занимал попечитель учебного округа. Впоследствии статус руководителя университета был приведён в соответствие с уставными документами, и в 1813 году университет обрёл первого избранного ректора, И.О. Брауна. Отсюда и пошло название дома -«ректорский».

Первые архитектурные замыслы

Начало формирования университетского ансамбля связано с именами попечителя Казанского учебного округа С.Я. Ру-мовского и профессора-директора университета И.Ф. Яковкина, а также губернского архитектора Я.М. Шелковникова. Ему в помощь был определён гимназический учитель архитектуры и рисования В.А. Смирнов, который позже получил назначение на должность архитектора Нижегородской губернии. Архитекторы взялись за разработку сразу трёх проектов. Согласно первому из них, предполагалось соединить здание гимназии со всеми приобретёнными для университета строениями в один колоссальный корпус, простирающийся по всей лицевой стороне университетского квартала. Тем более, что пример уже был перед глазами - посредством такого рода «синтеза» был сооружён по проекту архитектора Ф.Г. Емельянова гостиный двор на противоположном конце Воскресенской. Второй проект отличался от первого тем, что университетский корпус должен был свести воедино большую часть домов, их получалось три, за исключением углового дома Спижарной. Идея третьего проекта заключалась в том, чтобы объединить только два строения, а именно здание гимназии и тенишевский дом.

Особое внимание зодчие уделили первому, грандиозному, проекту. Кроме сопряжения всех зданий, предполагалось во дворе университета возвести строение, предназначенное для музея и библиотеки. Сверх того проект предусматривал возведение зданий для занятий ветеринарией, сельским домоводством и строительство помещений медицинского профиля.

Идея масштабного строительства, связанного с наращиванием материальной базы медицинского образования и врачебной практики, соответствовала той значительной роли, которую играла медицина в системе университетского образования на всём протяжении XIX и начала XX веков. Достаточно

сказать, что в первые десятилетия двадцатого столетия медицинский факультет Казанского университета (тогда один из четырёх его факультетов) заканчивало свыше половины обучавшихся в нём студентов. Учёные-эскулапы университета и сами горели желанием поучаствовать в возведении зданий для нужд своей благородной науки и тесно связанного с ней врачевания. Среди таких деятельных учёных и педагогов был немецкий учёный профессор Ф.Х. Эрдман, в 1810 году возглавивший кафедру патологии, терапии и клиники. Уже в марте 1811 года он предложил подробный проект устройства клинического института с тремя отделениями -терапевтическим, хирургическим и повивальным, на «24 кровати». Комиссия Совета университета план Эрдмана поддержала, и в том же году был создан «комитет строения медицинских зданий», однако же вопрос повис в воздухе - средств на строительство не нашлось. Пришлось довольствоваться простенькой клинической палатой, втиснутой в две небольшие комнаты на верхнем этаже «типографского» дома. Вот так, с большим трудом зачинался клинический институт университета.

Меж тем в условиях наступившего военного времени, когда Россия оказалась втянутой в наполеоновские войны, отпал вопрос о финансировании и самых скромных начинаний. Архитектурным замыслам первых лет существования университета суждено было остаться лишь замыслами, не более. Но и не менее. Замыслы, которые не успели претвориться в жизнь, ещё не разрешённые, но уже поставленные вопросы входят в сферу разума устойчивыми знаками, будоражат мысль и побуждают к действию.

Рождение главного здания университета

Полтора десятилетия спустя после образования Казанского университета стало очевидно, что без реконструкции учебных зданий и строительства новых обойтись уже невозможно. Директор университета

В.П. Владимирский докладывал попечителю М.Л. Магницкому, что «здания университета по прочности строения ощутительно ветшают», в связи с чем «нужно определить в университет особо надёжного архитектора». И таковой был изыскан: в 1820 году последовало «высочайшее соизволение» на предложение министра народного просвещения А.Н. Голицына пригласить архитектора П.Г. Пятницкого на должность архитектора Казанского университета и учителя гражданской архитектуры.

Изучив предложения Шелковникова, Пятницкий разрабатывает проект комплексной застройки всего квартала во взаимной увязке с главным корпусом, который должен был вобрать в себя два здания - помещение гимназии и дом губернатора Тенишева. Создаётся строительный комитет, членами которого, кроме П.Г. Пятницкого, стали ректор университета Г.Б. Никольский, профессора Н.И. Лобачевский и В.И. Тимьянский. В 1821 году подготовленный под руководством комитета проект строительства, а также разработанные для его реализации сметы получили одобрение тогдашнего «отраслевого» министерства.

Мастеровые приступили к возведению главного корпуса весной 1822 года и закончили работы летом 1825-го. Бывшая гимназия преобразовалась в восточное крыло корпуса, а тенишевский дом - в западное. Центральную часть здания, соединившего оба этих крыла в единый ансамбль, составили просторный вестибюль, актовый зал и помещение университетской церкви. Главный фасад обозначали три величественных портика - галереи на колоннах, в центральном разместилось двенадцать колонн, тогда как два крайних насчитывали по шесть колонн каждый. Предусмотренные в классическом каноне аттики (стенки над венчающим архитектурное сооружение карнизом) украшал лепной декор, изображающий венки; центральный -двухъярусный - аттик предполагалось декорировать барельефом, но руки до этого

так и не дошли. Над двухъярусным аттиком возвышался внушительных размеров деревянный, обитый вызолоченной жестью крест, который отмечал размещённую на втором этаже, над вестибюлем, университетскую церковь. Закладка храма во имя Воздвижения Животворящего Креста Господня состоялась 29 июня 1822 года, а время спустя, 13 сентября 1825 года, произошло его торжественное освящение. «Водружённый крест, озаряющий науки», стал эмблемой Казанского императорского университета, девизом же его служили слова: «Во свете Твоём узрим свет». По внутреннему периметру церкви располагались колонны и расчленяющие плоскости стен пилястры дорического ордера, несущие цилиндрический свод с прорезанными в нём арками верхней галереи. Скромная лепка фриза антаблемента контрастировала с его сочной, насыщенной тонами и богатой оттенками росписью. Интерьеры церкви - а над ними П.Г. Пятницкий работал с особым воодушевлением - ещё долгое время служили предметом восхищения горожан, всех тех, кому довелось тогда посетить университет.

Яркое впечатление производил и вестибюль. Для зримого представления об университете как о храме науки - так, чтобы оказавшийся здесь сразу понимал, где он находится, - и желая придать торжественный вид главной, парадной лестнице, попечитель Казанского учебного округа М.Л. Магницкий заказал в художественных мастерских Петербурга бюсты великих мужей науки и знаменитых философов древности - числом двадцать пять.

В результате строительной активности, связанной с формированием университетского ансамбля, сооружён главный университетский корпус, который в этом виде просуществовал вплоть до начала XX века.

Зодчему удалось сотворить архитектурный образ, поражающий своей мощью и целостностью. Выросшее на высоком гребне новое здание университета стало играть ведущую роль в застройке города. Само

университетское пространство, возникшее первоначально на окраине городского посада, разрастаясь, становилось культурооб-разующим элементом городской среды.

Возведение университетского городка: эпоха Лобачевского и Коринфского

После завершения строительства главного здания летом 1825 года в процессе формирования университетского ансамбля наступает пауза. Возведение других зданий университета было отсрочено из-за отсутствия средств, как всегда, со ссылкой на «нынешние обстоятельства». Работы возобновились семь лет спустя, в 1832 году, и связаны они уже с именем другого зодчего - Михаила Петровича Коринфского, назначенного архитектором университета и гимназии. Прибыл Коринфский в университетский город из Симбирска, будучи уже зрелым, опытным мастером. Получилось так, что университету он посвятил последний, завершающий период своего творчества. Творческая смелость Коринфского попала в резонанс со стилем мышления создателя неевклидовой геометрии, с его неоднозначным, разносторонним подходом к мирозданию, к тому, что его образует и наполняет. Лобачевский по праву может быть назван, наряду с Коринфским, творцом того замечательного памятника зодчества, каким явился университетский городок. Ректор сам непосредственно руководил процессом строительства, а чтобы быть на уровне, неустанно штудировал разнообразную литературу по архитектуре, строительной практике, вникая во все технические детали. Ректорство создателя неевклидовой геометрии принято называть в Казанском университете эпохой Лобачевского. Если же подойти к этому времени с точки зрения развития архитектуры, то тут появляется ещё одно измерение: эпоха Лобачевского - Коринфского. Впрочем, никак нельзя приуменьшать той большой роли, которую сыграл в создании университетского комплекса попечитель

Казанского учебного округа М.Н. Мусин-Пушкин. Сотворчество Мусина-Пушкина, Лобачевского и Коринфского послужило основой того масштабного строительства, результатом которого явилось формирование университетского городка.

На тридцатые годы приходится возведение двух зданий, одно из которых должно было принять библиотеку, другое обустраивалось под химическую лабораторию и физический кабинет (ныне там располагается Бутлеровский институт). Оба этих здания расположены симметрично относительно анатомического театра, имеют одинаковые размеры и идентичное убранство фасадов.

Между тем внутренняя планировка зданий отвечала их разному предназначению. Верхний этаж лабораторного корпуса отводился под физический кабинет, а нижний занимала химическая лаборатория. Оба этажа первоначально объединялись полукруглой аудиторией с амфитеатром, которая и послужила основой композиционного решения. В настоящее время аудитория разделена с помощью перекрытия на два полукруглых зала, находящихся один над другим. Особую ценность представляет внутренняя отделка лабораторий, выполненная в красочном и возвышенном русско-романтическом стиле.

Иное библиотека. Три пятых всего объёма его здания занимал читальный зал в два этажа, пронизанный коринфскими колоннами, числом двадцать четыре. Венчающие их капители поддерживали опоясывающие зал хоры, а также сводчатый потолок со стрельчатыми арками. К залу примыкали рабочие комнаты, а на верхнем этаже размещалось книгохранилище, из которого в рабочую часть библиотеки вела винтовая лестница. В читальный зал из книгохранилища можно было попасть, воспользовавшись лестницей, спускавшейся с хоров. Библиотечный зал был в два тона расписан настенной живописью, иносказательно представляющей те области человеческой деятельности, которым - под «присмотром» небожителя Аполлона - покровительство-

вали греческие богини поэзии, искусства и наук. Считается, что библиотечный зал является первым в Казани образцом архитектурного интерьера общественного предназначения.

Самое деятельное участие в возведении и обустройстве библиотеки принимал Н.И. Лобачевский, который когда-то и сам занимал почётную должность университетского библиотекаря. Для усиления противопожарных свойств строения, а равно для улучшения его конструкции он даже решился внести изменения в уже утверждённый императором проект, не дожидаясь на то нового «высочайшего одобрения». Н.И. Лобачевский предложил оригинальное решение - заменить деревянные перекрытия строящегося здания библиотеки сводами из огнестойкого материала, причём это был не кирпич, а пустотелые гончарные глиняные короба. На случай возгорания также были установлены железные двери и наличники. Стихия не заставила себя долго ждать. В 1842 году случился страшный пожар, который уничтожил большую часть городских построек, включая астрономическую и магнитную лаборатории, некоторые другие университетские здания. Но библиотека устояла, загородив собой и близлежащие постройки.

Примерно в то же время университетский ансамбль пополнился также зданием клиники, фасады которой выполнены весьма экономно и просто, поскольку в основу был положен упрощённый проект Коринфского. Выразительным элементом университетского ансамбля становится также бюст Н.И. Лобачевского, решение о сооружении которого принято по случаю столетия со дня его рождения. Изваяние учёного было водружено на пьедестал в 1896 году напротив «ректорского» дома, в котором он долгое время жил; впоследствии вокруг памятника был разбит сквер.

Университетский квартал превратился в архитектурный ансамбль, который современники считали одним из лучших среди подобных сооружений в России. Так счи-

тал и английский художник и бытописатель Э.П. Турнерелли, преподававший в Казанском университете английский язык. Университет в его восприятии - «обширное и внушительного вида здание, размеры и архитектура которого превосходят таковые здания Петербургского и Московского университетов». Особо он отмечал «богатую» и «обильно снабжённую» библиотеку, «отлично подобранный музей», «элегантного стиля» обсерваторию, «обширную» клинику, «анатомический и химический кабинеты », другие элементы университетского ансамбля.

Новый этап реконструкции главного здания

На рубеже XIX—XX веков университетский ансамбль продолжает развиваться. В 1890 году по проекту архитектора М.Н. Литвинова возводится здание физиологических лабораторий. Оно расположилось по идущей под уклон улице Университетской, в некотором отдалении от восточной части главного здания. Особенность этой постройки заключается в том, что она имеет разную этажность: со стороны двора два этажа, а со стороны улицы - три. В целом же это время для университета ознаменовалось творческим содружеством ректора Д.И. Дубяго и архитектора К.Л. Мюфке, который в 1902 году был приглашен для составления проекта переустройства зданий и назначен архитектором-строителем университетского городка. Предполагалось значительно расширить площади для учебного процесса и проведения научных исследований, в связи с чем Мюфке предложил, во-первых, снести старые одноэтажные строения, прилегавшие к главному корпусу как с западной, так и с восточной сторон; во-вторых - соорудить на их месте трехэтажные здания, которые бы повторяли конфигурацию прежних флигелей и объединялись с главным корпусом посредством особого архитектурного решения.

Началась реализация этого плана. Для

гармонизации облика главного здания к «ректорскому» дому с западной стороны пристроили небольшой двухколонный портик, а со стороны двора на месте примыкавшего к главному корпусу одноэтажного флигеля было возведено пышно оформленное трёхэтажное здание, где разместился юридический факультет. Восточное крыло, которое должны были занять анатомический, гигиенический, физический и химический институты, тогда построено не было, главным образом из-за сложной политической и экономической обстановки, сложившейся в связи с русско-японской войной 1904-1905 годов.

Мюфке также вносит некоторые изменения в планировку главного корпуса. Тщательно изучив конструктивные особенности главного здания, он решает проложить широкие, прямые и светлые коридоры там, где в соответствии с планировкой иных времен стены образовывали закоулки и тупики. Конечно, при этом следы конструкций старых особняков конца XVIII века, которые положили начало главному зданию, были практически утрачены. Впрочем, такая переделка отвечала одной из доминирующих тенденций развития главного здания, университетских строений в целом - постепенной замены ранних элементов более экономичной, функциональной архитектоникой.

Архитектурные решения советских времён

Следующий этап развития университетского комплекса приходится на советский период истории нашей страны. Наращивал свой учебно-педагогический и научный потенциал университет, росла и развивалась его материально-техническая база. В 1953 году территория университета расширилась за счет четырехэтажного здания химического корпуса (архитектор А.Г. Бикчентаев). В следующем, 1954 году, перед главным зданием был воздвигнут памятник молодому В.И. Ульянову-Ленину (архитектор В.В. Калинин, скульптор В.Е. Цигаль), который стал композиционно-художественным

центром небольшой площади, получившей в студенческом обиходе весёлое название «сковородки».

Следующие два десятилетия, 60-е и 70-е годы, отмечены строительством двух высотных зданий (Гипровуз - группа архитекторов под руководством В.П. Бонда-ренко и О.А. Кашинцевой). В 1977 году сдан в эксплуатацию корпус физического факультета, взметнувшийся своими семнадцатью этажами по улице Астрономической. Его стены и перекрытия состоят из сборных железобетонных элементов, в конструкции широко использованы сплошные ленточные окна с дюралевыми переплётами, а в качестве отделочных материалов взяты гранит, мрамор, дерево. Здание рассчитано на одновременное пребывание в нем более полутора тысяч человек. В следующем году открылся корпус факультетов гуманитарных наук, объединённый в единое целое с университетской библиотекой. Парадная часть здания в виде сплошного остекления со строгим ритмом вертикальных членений обращена в сторону центрального звена университетского комплекса, каковым выступает главное здание со сквером вокруг памятника Ульянову-студенту.

Восьмидесятые годы - новый шаг в развитии университетского комплекса. Формирование университетской площади завершилось строительством здания концертно-спортивного комплекса (КСК «Уникс»). Здание комплекса (архитектор О.А. Кашин-цева) решено в виде единого объёма, состоящего из двух зон - концертной и спортивной. Их соединяет фойе-рекреация, вокруг которого размещены спортивные залы, а также вспомогательные помещения. Проект, по которому возведено здание «Уник-са», предусматривает использование перепада высот (13,5 метров) между улицами, на которых оно расположено. Для наружной и внутренней отделки применены гранит, мрамор, керамика, пластик, цветная штукатурка, цветной металл.

Университетский квартал поныне оста-

ётся одной из привлекательных и динамично развивающихся городских зон. Происходит активное освоение склонов прежнего Воскресенского увала, на нём возводятся жилые дома, а со стороны Театральной площади он недавно окаймлён своеобычным зданием развлекательного центра.

Трудный путь к восточному крылу

Центром университетского комплекса, в концентрированном виде выражающим его архитектурный образ, является главное здание. Получилось так, что за всё время его существования, пережив несколько реконструкций, оно оставалось фактически незавершённым. Законы классицизма, в стиле которого в целом выдержано главное здание, - это законы симметрии. Между тем из общей картины выбивалось восточное крыло главного здания, хотя идея его преобразования в сопряжении с реконструкцией противоположного, западного, крыла так или иначе присутствовала в планах архитекторов, участвовавших в разное время в создании университетского городка. И более того. Согласно замыслам К.Л. Мюф-ке, именно с восточной стороны следовало начать снос старых одноэтажных «глаголей» и возведение на тех же местах боковых трёхэтажных пристроев, соединённых с главным корпусом. Получилось по-иному. Сооружён был лишь западный пристрой.

Но идея возведения восточного крыла продолжала жить. Её осуществление оказалось наконец возможным в ходе реконструкции главного здания, связанной с подготовкой и проведением мероприятий, по-свящённых 200-летию Казанского университета.

Конечно, велико было желание руководства университета, его коллектива возвести на месте восточного «глаголя» новый пристрой с просторными аудиториями, помещениями для лабораторий, которых так недостаёт университету. Однако правило есть правило: памятники истории и культу-

ры требуют бережного к себе отношения. В сентябре 2001 года в Москве состоялось заседание секции «Памятники культуры и исторические города» Федерального научно-методического совета по сохранению культурного наследия Министерства культуры Российской Федерации, на котором было рассмотрено подготовленное казанскими специалистами проектное предложение о реставрации и реконструкции восточного сектора главного корпуса. Его основу составил проект Мюфке, адаптированный к новым условиям. Отметив качественное исполнение эскизного проекта, федеральный совет тем не менее высказался против его реализации в таком виде.

Это было обоснованное решение, с которым согласилась и казанская сторона. Действительно, с момента разработки Карлом Мюфке своего проекта прошло целое столетие, а ведь со временем меняется окружающий ландшафт, каждая эпоха привносит в строительство новые подходы, начинают использоваться иные материалы и композиты, наконец, происходят сдвиги в самом архитектурном воображении. Поэтому с годами становится всё сложнее осуществлять нереализованные замыслы архитекторов прошлого. Вместе с тем с течением времени то, что было когда-то сооружено зодчими, обретает с годами всё большую ценность. Как это произошло с восточным пристроем. Одноэтажное, на первый взгляд вполне ординарное, сооружение олицетворяет зарождение архитектурного комплекса университета в целом. Соотнесение «каменного флигеля» с одноэтажным служебным помещением в восточной части главного здания сформировало уникальную - треугольную в плане - структуру двора, вписанную в университетский ансамбль. Между тем следование проекту Мюфке «один в один»

- возведение на месте восточного флигеля трёхэтажного здания, боковой фасад которого выходил на улицу Университетскую,

- искажало бы масштаб застройки, зрительно сужало эту и без того тесную улицу.

В сложившейся ситуации Федеральный

совет по сохранению культурного наследия рекомендовал разработать такой проект реставрации, который, во-первых, позволил бы сохранить и восстановить памятник архитектуры с учётом современных условий и норм проектирования; во-вторых, одновременно с этим способствовал решению проблемы расширения университетских помещений. Предстояло вписаться в то, что досталось всем нам в наследство, оберегая историческую градостроительную структуру.

Сближению позиций немало поспособствовало яркое выступление ректора (а тогда - проректора) университета М.Х. Сала-хова. Он призвал подойти к вопросам модернизации исторического комплекса Казанского университета с учётом того острого противоречия, с которым столкнулся один из старейших вузов страны: между растущим научно-образовательным потенциалом, с одной стороны, и узостью материально-технической базы, с другой. В итоге проблема согласования строительно-архитектурных планов университета с действующим законодательством в сфере охраны историко-архитектурных памятников была решена. Получило одобрение общее направление работы архитекторов и проектировщиков, а также их предложения, связанные с реконструкцией восточного крыла главного здания. Исполнению подлежал проект строительства нового восточного пристроя к главному зданию, который предполагал сохранение существующей части восточного крыла, органичное её включение в конфигурацию пристроя. Это означало, что при сохранении в целом историко-архитектурных элементов зданий становилось возможным значительно увеличить площади, предназначенные для учебных целей и организации научных исследований.

Такое решение позволило приступить к следующему этапу проектирования - разработке идеи «реставрации с приспособлением» восточного пристроя в контексте проекта реставрации всего главного корпуса. Были найдены принципиально новые под-

ходы к восстановлению и сохранению одного из самых первых строений на университетской территории - одноэтажного флигеля. Удалось сохранить планировочную структуру замкнутого дворового пространства, сложившуюся в конце XVIII столетия, причём верхнее перекрытие двора расширило его «полезность», возможности его использования. Достижением проектной мысли можно считать гармоничное соединение нового трёхэтажного восточного корпуса с самим главным зданием. Именно в таком ключе решается в мировой практике проблема преемственности в архитектурном наследии. Проект свёл до минимума вторжение нового здания в исторически значимую часть всей городской среды.

В целом проект реставрации главного здания предполагал воссоздание, насколько это вообще ныне возможно, его исторического облика. И опять обретает новое звучание творчество архитекторов, создававших ансамбль главного здания. В основу историко-культурной реконструкции положены проекты П.Г. Пятницкого и М.П. Коринфского с сохранением некоторых изменений в интерьерах здания, осуществлённых согласно проекту К.Л. Мюфке. На фронтонах главного и дворового фасадов восстанавливаются лепной декор и эмблематический картуш (так называют украшение в виде щита или полуразвёрнутого свитка, на котором изображены герб, надпись или - как в случае с главным зданием - эмблема). В вестибюль возвращаются бюсты учёных и поэтов, восстанавливаются утраченные или видоизменённые в советское уже время архитектурные элементы.

От замысла к воплощению

Наступал новый, весьма ответственный период - переход от архитектурного замысла и расчётов проектантов к работе строителей и реставраторов. Требовалось выбрать строительную фирму, располагающую лицензией на право проведения реставрационных работ памятников федерального значения, имеющую опыт работы на

подобных объектах и способную качественно выполнить работы в сжатые сроки. Пальма первенства была отдана компании «Ре-нейссанс Констракшн», которая специализируется на реализации проектов и долгосрочных программ, связанных со строительством и реконструкцией гражданских и промышленных объектов. Основанная в 1993 году в Санкт-Петербурге, эта российско-турецкая компания заслужила репутацию надёжного партнёра, добилась прочного положения на российском строительном рынке. Непосредственное знакомство компетентных представителей КГУ с проведённой силами этой компании реставрацией зданий Санкт-Петербургского университета убеждало в правильности сделанного выбора.

В итоге контракт был подписан, теперь слово было за строителями. В ноябре 2002 года они приступили к работе. Её четкая организация, высокий профессиональный уровень специалистов «Ренейссанс Констракшн», тесное сотрудничество строительной компании с проектной организацией, руководством Казанского университета обеспечили хорошие темпы строительства и реставрации: 23 ноября 2002 года вынут первый кубометр грунта, 18 января года следующего появилась первая скважина под сваи, а уже в марте того же 2003 года закончено сооружение каркаса и начались отделочные работы.

В первый месяц весны 2004 года реконструкция и строительство восточного крыла пришли к завершению. На церемонии передачи построенного объекта университету технический директор строительной фирмы Серкан Гезер, согласно заведённой традиции, вручил ректору КГУ М.Х. Сала-хову символический ключ от нового здания. Теперь архитектурный ансамбль университета приобрёл завершённость - предстал как цельное, единое произведение зодчества.

Руководство Татарстана со своей стороны, сверх средств федеральной целевой программы, изыскивает возможности для

того, чтобы придать реконструкции ещё больший размах.

Не забыты и малые архитектурные формы. Так сложилось, что год 200-летия университета совпадает с 60-летием открытия Е.К. Завойским в Казанском университете, где он тогда работал, электронного парамагнитного резонанса. Так что открытие бюста Завойского оказывается приуроченным к событиям, которые в историческом смысле тесно связаны между собой, символизируя единение науки и образования, преемственность поколений учёных и педагогов университета. На год университетского юбилея приходится ещё одна памятная дата: 90 лет тому назад родился М.Т. Нужин, занимавший пост ректора Казанского университета четверть века, с 1954 по 1979 годы. В связи с этим на территории университетского городка появится его скульптурное изображение.

В общем, дело в университете на месте не стоит и наверняка стоять не будет.

За два века своего формирования и развития университетский городок превратился в культурно-мемориальную зону, причём живую и развивающуюся. В архитектурных образах университетского ансамбля ощущается влияние представлений о предназначении университета, свойственных тем или иным временам, - храм науки, высшая школа, «кузница» кадров, государственное учреждение, хранитель традиционных ценностей... Здесь явлены образцы московского барокко (здание геофака), «звучит» стилизованный под античные мотивы классический ансамбль (главный корпус, анатомический театр, обсерватория, «старая» библиотека, Бутлеровский институт), ему «подыгрывают» строения в духе позднего классицизма («старая» клиника, здание физиологической лаборатории), о «сталинском» ампире напоминает корпус химического факультета, «высотки» физического и гуманитарного корпусов служат примером советского конструктивизма 70-х годов, здание КСК «Уникс» иллюстрирует кубические конструкции восьмидесятых.

Кажется, сама история постаралась, чтобы сотворить пространство, отмеченное сочетанием различных архитектурных идей, разнообразием стилей и форм - прямо-таки в духе той культурной ситуации, которую ныне принято обозначать как постмодерн. Правда, за одним весьма существенным исключением. Если для мира «после модерна», включая архитектуру и искусство, характерной является фрагментарность, множественность при отсутствии единого центра, то в стилистической разноголосице университетского городка видится всё же иное: при всём своём многообразии отдельные элементы, части университетского городка явно или же подспудно тяготеют к главному зданию как архитектурному ядру, как бы «стянуты» к нему.

Ныне университет занимает, хотя и не целиком, тот квартал, который изначально

ему предназначался. А в тех частях этой территории, где его «физически нет», университет всё равно присутствует - духовно, как идея и особая культура. В неизбежном для старых университетов пространственном расслоении Казанский университет сохранил, удержал символическое единство позитивных, естественных наук и наук гуманитарных, главный интерес которых -человеческое измерение мира. В Казанском университете не случилось территориального разъединения на гуманитарные и естественнонаучные факультеты - здесь они живут и развиваются «вперемешку». Наверное, в будущем появятся новые идеи о культурном, государственном, цивилизацион-ном предназначении университета, и Казань примет в себя их новое воплощение в камне, бетоне, стекле - какие ещё будут материалы, из коих возводятся зданья?