"К-19" всплыла в Петербурге

Вчера в Санкт-Петербурге на российскую премьеру американского блокбастера "К-19" приехали режиссер фильма Кэтрин Бигелоу (Kathryn Bigelow), исполнитель одной из главных ролей Лайам Нисон (Liam Neeson) и несколько десятков ветеранов из злополучной команды подлодки. Известно, что многим ветеранам фильм категорически не понравился. Скандала не вышло. Пожилые подводники, в море рисковавшие жизнью, дрогнули перед блеском юпитеров и человеческим вниманием. С подробностями — СТАНИСЛАВ ЗЕЛЬВЕНСКИЙ.

     Премьера голливудского "фильма-катастрофы" впервые проходила в России с такой помпой. В Америке "К-19" (K-19: The Widowmaker) вышла еще в июле и была не слишком удачлива и в прокате: при бюджете в $100 млн до конца сентября она собрала чуть более $35 млн. Ни участие Гаррисона Форда (Harrison Ford), ни шумная история, сопровождавшая съемки фильма, не помогли. Российский дистрибьютор "К-19" — компания "Парадиз" — по неофициальным данным, потратил шестизначную сумму в долларах на покупку картины и теперь готов на все, чтобы обеспечить ей лучшее будущее в местном прокате. В ход пошли ключевые составляющие российской национальной гордости: Гергиев (благо оркестр Мариинского театра участвовал в записи саундтрека — чем, кстати, вызвал возмущение у американских музыкальных профсоюзов), Путин (поговаривали о его возможном присутствии на премьере — хотя президент так и не приехал) и, наконец, воинская слава.

     "Парадиз" наладил связи с влиятельным санкт-петербургским Клубом подводников, пообещал перечислить в фонд подводников 1% от прокатной прибыли, оплатил проезд до северной столицы всем ветеранам "К-19", живущим в других городах. Между тем сами ветераны, посмотревшие фильм на "пиратских" кассетах, были настроены по-боевому. Всего пару недель назад корреспондент Ъ беседовал с Юрием Мухиным, бывшим командиром ракетной части "К-19" и неформальным лидером ветеранов. Тот называл фильм не иначе как "издевательской пародией" и уверял, что ветераны потребуют вообще снять "К-19" с проката. Подводники отчаянно храбрились: говорили, что на премьеру, конечно, придут (неизвестно, когда еще удастся увидеться с друзьями), но там уж устроят. Все скажут в лицо — и Бигелоу, если приедет, и Путину, если придет, и кому угодно.

     В полдень в Никольском Морском соборе состоялась панихида. Местные старушки и нищие в ужасе шарахались от толпы людей с камерами: журналисты метались по церкви и прямо с панихиды названивали по мобильным телефонам. Все ждали "америкосов". "Америкосы", госпожа Бигелоу и господин Нисон, прогуляли уже возложение венков на Красненьком кладбище, вроде бы твердо намеревались прибыть на панихиду — однако так и не приехали. Ветераны-подводники, невысокие — в соответствии с родом войск, небогато одетые старички особого пиетета к церковным обычаям тоже явно не испытывали. Пока священнослужители молились за "погибших в море", ветераны бродили вокруг памятной доски с именами погибших, установленной тут же. Дьякон быстро зачитывал по бумажке имена "рабов Божьих", которые "погибли вдали от родных берегов, но с верой в Бога". Случившиеся прихожане истово крестились, зажигали свечки. Ветераны оставались невозмутимы. Они-то точно знают, что их друзья погибли с единственной верой — верой в партию. Мужчины выходили на свежий воздух, ворча: "Все быстро, непонятно как организовано..." Дисциплинированные жены сердито шикали. Президент Клуба подводников капитан первого ранга Игорь Курдин давал священнику автограф.

К трем часа дня ветеранов накормили и привезли в Мариинский театр. Зал, оборудованный по такому случаю киноэкраном и колонками, был почти полон. Власть представляли спикер Законодательного собрания Сергей Тарасов и замминистра культуры Александр Голутва. Интеллигенцию — писатель Даниил Гранин, актеры Леонид Мозговой, Андрей Толубеев, Павел Вельяминов. Перед началом показа на сцене наконец появились Кэтрин Бигелоу и Лайам Нисон. Говорили, конечно, про большую честь. Режиссер сказала, что сняла историю об "очень-очень-очень храбрых мужчинах, которые, по-моему, очень-очень-очень многих спасли". Актер пошутил, что будет теперь рассказывать: выступал на сцене Мариинского театра.

Фильм смотрели тихо. Когда пошли финальные титры, большая часть зала из почтения к ветеранам встала. Тут оркестр и хор Мариинки начали "вживую" исполнять фрагменты из саундтрека, а все так и остались стоять — поскольку садиться уже было как-то неудобно.

Едва ли скромный труженик нот, композитор "К-19" Клаус Бадельт (Klaus Badelt) когда-либо мечтал, что его мелодии будут слушать стоя.

Завершающим аккордом премьеры, впрочем, стали не печальные звуки саундтрека, а мажорная пресс-конференция, устроенная в Белом фойе. Вот тут уже было все: и море цветов, и рыдания, и объятия. Неважно, что продюсер говорил о чудесном приеме фильма в США, а Валерий Гергиев — о том, что никакого конфликта с американскими оркестрами у него не было. Какой-то подводник "от имени всех" благодарил съемочную группу, от души целовал красавицу режиссера и настоятельно просил ее сделать еще отдельный фильм про ядерщиков. Растроганные старички фотографировались с голливудскими звездами. Лилось шампанское рекою, и лились слезы из глаз растерянной Кэтрин Бигелоу. Чуть позже, когда пресс-конференция кончилась, телевизионщики стали брать у ветеранов интервью. "Что, правдоподобен ли фильм? Да у них там турбины в доке работают! Это же курам на смех!" — опомнились подводники. "Вот у нас был фильм — "Командир счастливой 'Щуки'" — это да..." Но это уже тоже было неважно.