Духовное пространство в контексте социально-философского анализа

ФИЛОСОФИЯ

УДК 13 ББК 60.0

Л. А. Бурняшева г. Пятигорск, Россия

Духовное пространство в контексте социально-философского анализа

В данной статье автор даёт определение понятию «духовное пространство». Обращается к изучению особенностей пространства духовной жизни и анализу специфики его восприятия. Анализирует роль и значение духовного пространства в формировании, развитии и укреплении российского общества.

Ключевые слова: пространство, духовность, духовное пространство, пространство социальной жизни, территория, культура.

L. A. Burnyasheva Pyatigorsk, Russia

Spiritual Space in the Context of the Socio-philosophical Analysis

In the article the author gives the definition of «spiritual space» concept and refers to the research of the features of spiritual life space and the analysis of specificity of its perception. The author analyzes the role and value of spiritual space in the formation, development and strengthening of Russian society.

Keywords: space, spirituality, spiritual space, space of social life, territory, culture.

Процесс изменения ценностных ориентиров в обществе, подъём национального самосознания, проблема сохранения духовной безопасности и национальной идентичности России - всё это выделило изучение духовного пространства в качестве важнейшего научного направления. Таким образом, актуальность темы сомнений не вызывает. Чем же всё-таки является духовное пространство? В чём его смысл и каково содержание? У разных авторов складывается своё видение проблемы, свой аспект его рассмотрения.

Понятие «пространство» с традиционной точки зрения трактуется как среда обитания, существования человека, в ко© Бурняшева Л. А., 2011

торой он старается обрести свое место, положение равновесия через определённые способы жизнедеятельности.

Наиболее ёмкое определение категории «пространства» дано И. Кантом -«пространство есть форма внешнего созерцания (формальное созерцание), а не действительный предмет, который можно было бы созерцать внешне». Пространство есть духовная сущность, которую человек пытается воспринимать во взаимодействии с окружающим миром. Пространство имеет свою специфику, которая заключается в обладании им такими свойствами, как обратимость и способность из «точки», «места» разворачивать-

ся сразу, одновременно во всех направлениях культурного, социального и природного мира. «Пространство есть форма внешнего созерцания, а не действительный предмет, который можно было бы созерцать внешне» [5, с. 407]. Это своего рода идеальные представления человека, определяющие специфику человеческого взаимоотношения с окружающим миром, вычленяющие его из природной жизни. Пространственные представления у каждого человека свои и открываются ему заново. «Пространство может быть схвачено лишь в обращении к миру» [9, с. 111], - отмечал Мартин Хайдеггер. Он также указывал на то, что «онтология всегда пытается рассмотреть Бытие мира с позиции его пространственного» представления [9, с. 113]. Пространственная структура - это одно из универсальных средств и методов построения, социокультурного моделирования окружающей действительности во всём её многообразии настолько, насколько это удаётся сделать каждому отдельно взятому индивиду. «Пространство есть некая строго обособленная от чувственной сиюминутной действительности духовная сущность» [10, с. 346], которую человек всегда пытается применять во взаимодействии с окружающим его миром.

Пространственные компоненты всегда присутствовали в развитии философских взглядов. Рассмотрение пространства было тесно связано с социальной действительностью и начиная с Гиппократа включало в себя влияние природных и ландшафтных факторов на образ жизни и поведение людей, проживающих на определенной территории, учитывая экономические, этнографические, исторические, политологические и другие знания. Так рождается социальное пространство, а вместе с ним и философия истории, основоположниками которой можно смело назвать Геродота, Фукидида, Полибия, Тацита, Плутарха в силу того, что в своих размышлениях они всегда отталкивались от социальной действительности.

В Средневековье пространство рассматривалось с эсхатологической точки зрения. Оно связывалось с религиозным миропредставлением, что дало возможность возникновению единого социокультурного пространства. Монотеистические религии дали человечеству механизм преодоления этнической замкнутости, ограниченности. Произошло расширение границ такой мыслительной категории, как пространство, с выходом на совершенно новое качество. Из разрозненных социальных пространств образовался единый христианский мир, оформившийся в мировое социокультурное пространство с чёткими пространственными параметрами осмысления мировой истории.

Эпоха Возрождения обращается к чувственному познанию истории как особому пространству существования человечества. В этот период философы осознали связь времён, обрели чувство истории к прошедшим эпохам и всё связали в единый пространственно-исторический поток, что привело к образованию пространства истории. Такой огромный интерес к прошлому вызвал расширение географических границ человеческого существования и породил эпоху «Великих географических открытий». Географическое пространство становится неотъемлемой частью социально-исторического пространства, которое, в свою очередь, делится на пространство быта, пространство общения (психологическое пространство), пространство восприятия (общественное и личное) и т. д.

В. П. Семенов-Тян-Шанский говорил о двух способах освоения географического пространства: первый - это внедрение, а второй - завоевание. Он отмечал, что «способ внедрения оставляет гораздо большие следы не на территории, а на духовной жизни человека, особенно большой отпечаток - на его языке; мирное внедрение, многовековая земледельческая колонизация, прежде всего, ищет удобных и привычных почв и подходящих топографических условий»

[6, с. 24]. Тогда как при завоевательном способе освоения географического пространства всё выглядело неоднозначно. Как видим, исследователь внёс антропологический компонент в традиционный географический детерминизм и тем самым указал, что на географических территориях существует духовное господство человеческих сообществ.

Идея духовного господства и объединения этнических общностей на основе общего проживания получила широкое развитие в научных работах Н. Гумилева, который указывал на стереотип поведения человека, усваивающего его в течение своей жизни с детства на уровне рефлексии, а не сознательного решения. На этом уровне представители разных этнических пространств постепенно адаптируются друг к другу, образуя диалектическое единство стереотипов пространства культуры поведения по той причине, что «кочевое хозяйство не может существовать вне связи с земледельческим, потому что обмен продуктами одинаково важен для обеих сторон» [3, с. 536], и это вызывает взаимное притяжение, образуя единую территориальную целостность, выражающуюся в таком понятии, как «пространство».

В конце XX в. пространственные представления в гуманитарных науках выходят на передовые рубежи. Всё больше и больше раздаётся голосов, утверждающих, что человеческое существование в той или иной форме зависит от пространственных реалий, в которых находится индивид, создавая границы человеческого бытия как в духовной жизни общества, так и в природе, а затем и социуме, образуя те или иные сферы разума.

На начальном этапе жизнедеятельности человека его представление о мире формируется под воздействием единого пространства, которого нет у животных. Но с развитием человеческих способностей у индивида происходит обратный процесс, в котором уже человек формирует окружающее его пространство, используя всё тот же инструментарий. Поэтому «меха-

ническое перенесение пространственных культурных норм с одной культурной модели на другую ведёт к разрушительным последствиям» [11, с. 251].

Такой «язык мирочувствования» есть и у российского понимания пространства, который отметил в своих исследованиях П. А. Флоренский, указав на то, что пространство имеет такую особенность, как кривизна. Он говорил, что «в самом понятии пространства различаются три далеко не тождественные между собой слоя (поля). Это именно: пространство абстрактное, или неметрическое; пространство физическое и пространство физиологическое» [8, с. 93]. Все три пространственных поля (слоя) пересекаются между собой в человеческом восприятии окружающего мира. Они тождественны энергии слова, поэтому пространство «не одно только равномерное бесструктурное место, не простая графа, а само-своеобразная реальность, насквозь организованная, имеющая внутреннюю упорядоченность и строение» [8, с. 53]. Для П. А. Флоренского кривизна пространства есть «силовое поле вещей - совокупность сил данной области, определяющих своеобразие нашего опыта. Пространство есть начало, объединяющее силовые центры, то есть дающее возможность развернуться силовому полю» [8, с. 61]. Примером кривизны пространства может служить её дуализм, т. е. равноценность противоположных моментов, соединённых в одной точке. «Всё связано тайными узами между собой, всё дышит вместе друг с другом... Энергии вещей втекают в другие вещи, и каждая живёт во всех, и всё - в каждой... » [8, с. 12]. Для более полного представления понятия «пространство» обратимся к высказыванию Блеза Паскаля: «Величие души обнаруживается не в том, что человек достигает какой-нибудь крайности, а в том, что он умеет сразу коснуться обеих крайностей и наполнить весь промежуток между ними» при помощи интуиции - способности человека «дорисовывать в своём воображении целое, прежде чем установлены и исследованы все его части, способность на основе нескольких

фактов и данных экспериментов воссоздавать в воображении всю целостную теоретическую систему» [2, с. 22]. Другими словами, пространство - «это объективирование (философский термин Н. А. Бердяева) дистанции, которую ощущает Дух между двумя противоположными выборами. “Между” - это Пространство» [1, с. 18].

К тому же ощущение пространства ещё и внутренне присуще человеку. Оно разворачивается в тендерных отношениях и связях между полами человечества как одного из дуальных моментов (аспектов), реально выходя за пределы действия складывающейся схемы в готовом реализованном виде взаимодействия, взаимосущест-вования и взаимопроникновения всего во всё, проецируя внутреннее пространство «между» на внешние взаимосвязи мужчины и женщины на основе созданного внутреннего пространства их метафизических образов и психических энергий. Только таким образом два человека противоположного пола способны самопроявить себя в создающемся пространстве. В противном случае последнее сворачивается, а на его месте разворачивается моментальная ментальная формализация, в которой человек начинает концентрироваться на самом себе или выявлять себя в другом, пытаясь ориентироваться в пространстве. Но ориентации не происходит, так как пропадает процесс выражения себя через пространственные реалии, которые на тот момент отсутствуют в наличии: если одна из двух пространственных реалий (крайностей) исчезает, то пространство деформируется и из духовного явления переходит в материальное; иначе говоря, идеально-пространственная дуальность материализуется, переходя в антагонистические противоречия и отчуждение вещей, предметов и явлений, а не снимается создающимся пространством. В этот момент происходит процесс заужения и невыражения личности и её идентификации. В то же время процесс формализации и конкретизации чего бы то ни было идёт полным ходом, создавая иллюзию проис-

ходящего единого начала. Поэтому в одном случае пространственное общение ведет к Бытию и событию выражения воли, в другом - к небытию своего восприятия на образе своей роли в пространственном общении или поиску своей достаточно узкой и формализованной цели идентификации. Всё это сводится к поиску удовольствия, стремлению к власти или обладанию чем-то либо кем-то, в чём проявляется примитивная рабская психология. Самое деструктивное и диссонансное, а вместе с тем и дисгармоничное то, что в этом процессе отсутствует самое ценное, что внутренне присуще человеку - пространство, в котором заложена возможность реализации себя в нём, а не в другом субъекте отношений, другими словами, возможность создающегося начала.

Итак, «пространство - это создающееся взаимососуществование “между” духовным и материальным миром на основе внутренне созданного человеком мировидения и обществовидения, проявляющего в метафизических образах и смыслах, выраженных в психических энергиях слова при постоянном выборе стремительно умножающихся альтернатив в трансцендентальном понимании пространства при наличии определённой территории, выраженной в метасмысле культуры» [4, с. 87]. «Феномен территориальности» предполагает не только адаптационно-защитную интерпретацию, но включает в своё содержание процессы психологической идентификации личности с местом, обретение ею социальной определенности, социальной идентичности через процесс «присвоения пространства» [7, с. 25], а если быть более точным, то «освоения» и «овладения пространством», его образованием, созданием. При этом следует помнить, что человеку присуща территория на ментальном уровне в её трансцендентальном проявлении. Жизненное пространство человека состоит из физического пространства, а также пространства души и пространства духа, которые связаны с духовным пространством.

Духовное пространство человека, как и пространство духовной культуры, всегда включало в своё построение «вертикаль», разделяющую возвышенное, сакральное и низменное, обыденное, «земное и небесное», «верх и низ» (терминология М. М. Бахтина), «добро» и «зло». В человеке постоянно идёт незримая борьба этих и им подобных антонимов. Они представляют два «мира», две «реальности» человеческого бытия, между которыми существуют напряжённые и противоречивые отношения, оба «бросают вызов» человеку, порождают задачи и проблемы, которые человек должен решать, реализуя свой выбор. Это закладывает целый ряд противоречий в процесс формирования человека, как духовного существа, обладающего возможностью творить по законам истины, добра и красоты. В этом контексте духовность есть интегративное качество, относящееся к сфере смысложизненных ценностей, определяющих содержание, качество и направленность человеческого бытия и «образ человеческий» (Л. П. Буева) в каждом индивиде.

Современное духовное пространство общественного бытия не ограничивается конкретной территорией. Оно отражает то, что способен охватить, вместить в себя и удержать человек, общество, государство.

Духовное пространство структурируется. В нём содержится культурное, политическое, социальное, географическое,

геополитическое и другие пространства. Духовное пространство России характеризуется универсальными христианскими (православными) ценностями, пронизывающими и связывающими культуру многонационального российского народа в единое многообразное целое. Оно взаимоувязывает процессы хозяйственной деятельности и культуру многонационального российского народа, политику и верования людей, развивая и взаимообогащая их.

Анализ духовного пространства показывает, что человеческое существование зависит от пространства, сохранения его исконных свойств. Люди оказывают влияние на пространство через культуру, политику, хозяйственную деятельность и природу. В результате человеческого воздействия пространство может либо поддерживаться и развивать свои природные свойства, либо разрушаться, меняя структуру, целостность, конфигурацию, обратимость, способность разворачиваться одновременно во всех направлениях (культурном, социальном, природном и др.).

И в заключение нашего обзора хочется сказать, что в духовном пространстве формируются и развиваются все сферы жизнедеятельности российского общества. Неприятие сущностных основ российского духовного пространства приводит к негативным процессам и формализации социальной жизни человека, переориентации её на чужие ценности, не присущие культуре многонационального российского народа.

Список литературы

1. Виольева Л., Логинов Д. Планетарный миф // Гиперборейская вера руссов. М., 1999. 256 с.

2. Волков Г. П. Три лика культуры. М., 1986. 245 с.

3. Гумилёв Л. Н. Ритмы Евразии. М. : Прогресс, 1993. 591 с.

4. Душина Т. В., Бокачев И. А., Бурняшева Л. А., Газгиреева Л. Х. Духовно-нравственная сфера современного общества: актуальные проблемы : учеб. пособие. Ставрополь, 2010. 137 с.

5. Кант И. Собр. соч. в 6 т. М., 1969. Т. 3. 508 с.

6. Семенов-Тян-Шанский В. П. Географические соображения о расселении человечества в Евразии и о прародине славян. СПб., 1916. 273 с.

7. Сукачев В. Н., Дылис В. Н. Основа лесной биоценологии. М., 1964. 267 с.

8. Флоренский П. А. У водоразделов мысли. М., 1990. 296 с.

9. Хайдеггер М. Бытие и время. М., 1997. 312 с.

10. Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории / пер. с нем. К. А. Сва-сьяна. М., 1993. 397 с.

11. Эко У Отсутствующая структура. Введение в семиологию. СПб., 1998. 388 с.

Рукопись поступила в редакцию 20.03.2011