Стрелы Роберта Гуда

     Семь веков назад юный благородный разбойник виртуозно владел луком и грабил богатых, а награбленное раздавал бедным. Однако при ближайшем рассмотрении добрый молодец из Шервудского леса превращается в солидного мужчину, который без всякого лука, а, наоборот, чисто политическими методами боролся за свое кровное имущество.
      Но вы не ошиблись — речь о Робине Гуде.
       
Робин с луком
       Первое письменное свидетельство о Робинe Гуде датируется 1377 годом. Это литературная запись народной баллады о благородном лесном разбойнике. В 1510 году приключения Робинa Гуда были растиражированы печатным способом в виде памфлета "A Lytell Geste of Robyn Hood" ("Маленький подвиг Робина Гуда"). Подвиг заключался в том, что Робин Гуд встретил в лесу короля, сделал вид, что не догадывается, с кем имеет дело, и в итоге получил приглашение на королевскую службу. С тех пор не перестают появляться все новые версии маленьких и больших подвигов вольного стрелка.

С течением веков прославление Робина Гуда стало настоящим народным промыслом

       Каждый новый переписчик легенды о Робине Гуде, а с некоторых пор каждый новый кинорежиссер вносил в свою версию о Робине Гуде собственное видение героя. В итоге в мировой культуре выкристаллизовался канонический образ Юрия Деточкина из Шервудского леса с хрестоматийным набором подвигов, полный комплект которых описан в любой детской книжке про Робина Гуда. Но даже в такой, казалось бы, безнадежной ситуации историки-медиевисты не прекращают попыток очистить прообраз народного героя от более поздних напластований и предъявить миру истинного Робина Гуда.
       Описывать последние достижения робингудоведения не имеет смысла. Желающий может познакомиться с ними, набрав на любой поисковой машине в Интернете по-русски или по-английски слова "Робин Гуд" — компьютер выкатит тысячи ссылок на любой вкус. Но две вещи несомненны. Первое: по мере переписывания легенд каждый автор помещает Робина Гуда все глубже в историю Англии по сравнению с тем временем, когда жил его прототип (рекорд побил Вальтер Скотт, сделавший Робина Гуда современником короля Ричарда Львиное Сердце). А заодно с течением веков лесной разбойник неуклонно повышает свой социальный статус — от йомена (мелкого землевладельца-крестьянина) до сэра Робина из Локсли и даже графа Хантингтонского. И второе: в какой бы исторический отрезок не переносили беллетристы и ученые Робина Гуда, всякий раз он действует в периоды конфликтов центральной королевской власти с региональными лидерами из-за ограничения прав местного самоуправления. Отсюда вытекает, что если бы Робина Гуда не было, то его следовало бы придумать. И тем не менее литературный персонаж имеет прообраз — это реальный человек, которого звали Роберт Гуд.

Замок в Ноттингеме мало изменился за последние 700 лет.

Гуд без лука
       Он родился в 1280 году в своем имении в Уэйкфилде (Йоркшир), был женат на местной женщине Матильде, служил добровольцем в королевской армии во время очередной войны с шотландцами, участвовал в путче герцога Ланкастерского против короля Эдуарда II. После поражения лорда Ланкастера в 1322 году Роберт Гуд перешел на нелегальное положение и возглавил партизанский отряд в Шервудском лесу, постоянно конфликтовал с полномочным представителем короля в ноттингемском федеральном округе, ноттингемским шерифом, и упорно грабил духовенство.
       Время от времени то сам Роберт Гуд попадал в плен к ноттингемскому шерифу, то, наоборот, шериф оказывался в плену у него. Но почему-то эти заклятые враги всегда расходились мирно. Судя по всему, они, выражаясь современным языком, садились за стол переговоров и разграничивали полномочия центральной и местной властей. И наконец, после переговоров с самим королем, который специально прибыл из Лондона на контролируемую Робертом Гудом территорию Йоркшира, непокорный вассал распустил силы местной самообороны в обмен на государственный пост в Лондоне (это и был тот самый "маленький подвиг" Робина Гуда, о котором была сложена первая легенда). Он был назначен на высокую по тем временам должность одного из постельничих короля Эдуарда II, то есть имел прямой доступ к монарху и был кем-то вроде замглавы королевской администрации. Но через полтора года Роберт Гуд покинул королевский дворец и вернулся в Шервудский лес.

Король Эдуард II во время военной экспедиции на материк в городе Генте (8) подтвердил свободы, дарованные английскому народу Великой хартией вольностей, и тут же начал их нарушать

       В последние годы жизни он сумел разгромить несколько карательных экспедиций, в том числе отряд под предводительством норманнского рыцаря Гая Гисборна. Убил-таки ноттингемского шерифа и выставил его голову на колу. Пытался перебраться из Англии на материк, но штормом был выброшен обратно на английский берег. Выдержал осаду в замке, любезно предоставленном ему для укрытия одним из йоркширских баронов. Однако силы были неравными. После ряда военных неудач Роберт Гуд заболел и был предательски умерщвлен в женском монастыре в Кирклессе — аббатиса в лечебных целях пустила больному кровь, но почему-то забыла ее остановить. Похоронили Роберта Гуда у стен аббатства. В XIX веке надгробный камень с его могилы якобы пошел на щебенку для строившейся здесь железной дороги.

На месте этого памятника архитектуры елизаветинской эпохи стояла таверна. Здесь кончалась власть ноттингемского шерифа и начиналась территория Робина Гуда

Голубой мазохист
       Такова канва жизненного пути настоящего Робина Гуда, восстановленная по крупицам учеными в результате анализа литературных текстов и благодаря архивным находкам. Но все это мало что добавляет к образу благородного защитника бедных из Шервудского леса. Разве что он несколько меркнет из-за надругательств над трупами ноттингемского шерифа и Гая Гисборна (норманну он тоже отрезал голову и насадил ее на кол). Хотя о нравах тех времен судить трудно — возможно, это как раз нравилось окружающим, ибо они заведомо не испытывали теплых чувств ни к полицейской королевской власти, ни к новой норманнской знати, которая за полтора века после завоевания Англии не успела ассимилироваться в среде старого саксонского нобилитета. Вряд ли можно найти вразумительное объяснение мотивов столь упорного и подчас нелогичного сопротивления королевской власти человека, у которого неоднократно были возможности самому стать этой властью. Таким образом, остается все та же версия о врожденной интеллигентской совестливости Робина Гуда и его чисто народническом мазохистском стремлении пострадать за дело избавления от эксплуатации трудового английского крестьянства. Другая версия, появившаяся совсем недавно,— о нетрадиционной сексуальной ориентации Робина Гуда, предпочитавшего жить в мужской компании в лесу подальше от полицейского преследования и морального осуждения церковью,— пожалуй, слишком экстравагантна.

Главные и второстепенные персонажи драмы, разыгравшейся в Ноттингемском графстве на рубеже XIII и XIV веков: Робин Гуд, его верная подруга девица Мариан и их притеснитель — ноттингемский шериф, а также члены банды Робина Гуда Алан Дейл и Уилл Скарлетт

Конец феодальной демократии
       Выйти из этого тупика и ответить на вопрос: "Кто вы, мистер Гуд?" — наверное, можно по-разному, например попробовав поставить себя на место йомена Робина Гуда, обычного провинциального англичанина среднего достатка начала XIV века.
       Еще в конце XI века королевская власть в Англии стала почти абсолютной. Норманны сильно укрепили вертикаль власти, сделав ставку на своих представителей в графствах — шерифов. Шерифа избирали из среды мелкого дворянства, он отвечал за свою деятельность личным имуществом. Король наделял своего представителя обширными полномочиями. Шериф созывал совет графства и председательствовал на нем, при формальном участии присяжных вершил суд, заведовал королевскими имениями, был главным сборщиком дани в пользу короны и командовал войском. Иногда шерифов облекали экстраординарными полномочиями. Так, в 1130 году Ричард Бассе и Обри де Вэр исполняли функции шерифов сразу в 11 графствах, оставаясь в то же время членами многочисленных административных советов.
       От произвола шерифов страдали не только лорды, но и мелкие собственники — йомены. Все леса, перелески, реки, служившие в то время основой местной экономики, были собственностью короля. Попадешься королевскому лесничему — и в лучшем случае отрежут пальцы и выколют глаза. Чаще вешали.

Маленький Джон, часто посещавший резиденцию шерифа, выполнял функцию спецпредставителя Робина Гуда

Революция по закону
       Первую хартию вольностей подписал король Генрих I в 1100 году. В 1215 году английские бароны вынудили короля Иоанна, получившего прозвище Безземельный, в пределах их владений гарантировать им еще большую свободу. Иоанн подписал так называемую Великую хартию вольностей. Хартия содержала 64 пункта. Ее можно назвать даже более демократичной, чем нынешние законодательства стран ЕС. Собственность свободного человека в размере, необходимом для сохранения социального положения, товар купца и имущество крестьянина объявлялись неприкосновенными при взыскании штрафов. В случае нарушения хартии королем бароны получали право прибегнуть к насилию против него, исключая убийство его и членов его семьи.
       Однако почти сразу король стал нарушать данные обещания. Местная знать сопротивлялась как могла. В 1266 году бароны восстали против короля Генриха III, вынуждая его считаться со своими правами. Борьба центра и регионов шла с переменным успехом до конца XIII века, но в целом баронам удавалось ограничивать королевскую власть на местах. В царствование Эдуарда I свобода английского народа достигает уровня, не виданного потом никогда. В 1297 году, во время похода короля во Фландрию, бароны и торговцы согласились продолжать субсидировать войну только при условии, что король подтвердит Великую хартию вольностей и даже включит в нее новые статьи, запрещающие собирать налоги без общего согласия всех свободных англичан, а не только графов, баронов и духовенства (см. справку).

В шайке ноттингемских вольных стрелков толстый монах отец Тук был заместителем Робина Гуда по воспитательной части

Диссидент
       Когда это случилось, Робину Гуду было всего 17 лет. А дальше на его глазах начал развиваться обратный процесс. Медленно, но неотступно король Эдуард II ограничивал права и вольности граждан, подтвержденные его отцом. Страна постепенно милитаризировалась, для чего требовалась сильная центральная власть. Местный бизнес долго пытался бороться с беспределом королевских шерифов и ростом налогов. По всей стране происходили волнения наподобие ухода в лес солидного йоркширского йомена Робина Гуда. Набрался не один десяток диссидентов, которые, подобно их советским коллегам из нашего недавнего прошлого, требовали от власти выполнения собственной конституции. Они защищали интересы большей части населения тогдашней Англии, борясь за каждый пункт хартии вольностей, дарованной королями свободным английским гражданам и добрым католикам.
       Но в народной памяти в качестве романтического защитника всех угнетенных остался только Робин Гуд. И это несмотря на то, что в пору своей правозащитной деятельности он был уже вовсе не юным красавцем, а мужчиной в летах, который отстаивал собственное пошатнувшееся благосостояние. Ну а заодно и интересы угнетенного трудового крестьянства.
Бэла Ляув, Сергей Петухов
       
ИЗ АРХИВА
       Монаршая вольность
       1. Эдуард, милостью Божьей король Англии, лорд Ирландии и герцог Аквитании, всех, кто это послание услышит или прочтет, приветствует.
       Знайте вы, что во славу Господню и Святой церкви и на благо нашего королевства мы милостиво подтверждаем, что при нас и при наших наследниках Великая хартия вольностей и Лесная хартия, что были заключены ради общего согласия в нашем королевстве во времена короля Генриха, нашего предка, будут соблюдаться в каждом пункте и без исключений. И мы желаем, чтобы эти же самые хартии были посланы под нашей печатью всем нашим судейским... и всем нашим шерифам графств... и по всем городам нашего королевства вместе с нашими предписаниями, в которых мы повелеваем вышеупомянутые хартии опубликовать и объявить людям, что они будут исполняться во всех пунктах и что наши судейские, шерифы, мэры и остальные официальные лица, подчиненные нам, обязаны исполнять законы нашей земли, учитывая вышеуказанные хартии по всем пунктам в делах подсудимых и в судах, для облегчения жизни наших подданных понимать Великую хартию как общегосударственный закон, а Лесной хартией руководствоваться при разборе дел соответствующей юрисдикции.
       2. И мы повелеваем, что если от сего времени какой-либо приговор, вынесенный судейскими или духовными лицами вопреки пунктам этих хартий... обвинение должно быть отозвано, а преследование аннулировано.
       3. И мы повелеваем, чтобы эти хартии под нашей печатью были посланы всем епископам по всем кафедральным церквям и там хранились и объявлялись людям дважды в год.
       4. И чтобы все архиепископы и епископы увеличили сроки отлучений всем тем, кто или словом, или делом, или подстрекательством пойдет против вышеуказанных хартий в целом или любого пункта из них. И эти проклятья должны объявляться дважды в год в устной и письменной форме вышеуказанными прелатами. А если эти прелаты или какой-либо из них пропустит что-либо в указанных обвинениях, архиепископы Кентерберийский и Кентский, каковые будут на кафедрах в данное время, вынесут им порицание и заставят их объявить отлучение по вышеуказанной форме.

В исполнении Кевина Костнера Робин Гуд — герой комический, Шона О`Коннери — трагический. А современники воспринимали Робина Гуда просто как решительного полевого командира — без драматических оттенков

       5. И ради того, что многие разные люди нашего королевства пребывают в страхе, что их пожертвования и даяния, которые они ранее дарили нам и давали нам на наши войны и другие дела от своих щедрот и по доброй воле, могут превратиться в рабскую повинность для них и их наследников, потому что в иное время они могут обнаружить себя в податных списках, и то же касается оброков и налогов, взимаемых по всему нашему королевству от нашего имени нашими приставами, мы обязуемся от нашего имени и имени наших наследников, что мы никогда не превратим эти доброхотные даяния в обязанность, пусть даже до сих пор эти взносы могут присутствовать в податных списках или в какой-либо другой форме.
       6. Больше того, мы обязуемся от нашего имени и имени наших наследников... перед всем народом нашей земли, что отныне мы не станем без крайней нужды собирать таким способом вспомоществование и деньги, а также налоги, кроме как с общего согласия всего королевства и для общей пользы, сохранив лишь налоги и оброки, что собирались издревле и привычны.
       7. И ради того, что большая часть людей нашего королевства сильно опечалена налогом на шерсть в 40 шиллингов за мешок шерсти и подала нам челобитную с просьбой освободить от этого, мы... полностью освобождаем их от этого и обязуемся, что больше никогда не будем брать ни этот налог, ни другие без общего согласия и доброй воли, оставляя при этом для нас и для наших наследников налоги на шерсть, шкуры и кожу, вмененные ранее с общинного согласия. В подтверждение сего мы и повелеваем довести данное послание до людей.
       Дано в Генте в 5-й день ноября 25-го года нашего царствования (1297).
       На русском языке публикуется впервые.