Первое законодательство о местных выборах в Российской империи как основа зарождения избирательной системы страны

ПЕРВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО О МЕСТНЫХ ВЫБОРАХ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ КАК ОСНОВА ЗАРОЖДЕНИЯ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ СТРАНЫ

Цель статьи - проанализировать процесс зарождения в нашей стране избирательной системы посредством исследования основных предпосылок ее возникновения. Таковыми являются первые нормативные акты о местных выборах в Российской империи. В настоящей работе рассматривалось законодательство Петра I о выборных бурмистрах, а также законы о сословном представительстве императрицы Екатерины II и императора Александра II.

Ключевые слова: система местных выборов, предпосылки, дворяне, горожане, сословия.

Система выборов в местные органы власти России была сформирована в процессе «великих реформ» Александра II. Это был сложный и противоречивый процесс, который основывался не только на политической воле российских реформаторов, но также на целом ряде социально-исторических предпосылок. Среди них можно выделить восточнославянские традиции выборов, постоянное избрание губных старост, земских судей и целовальников в Московском царстве, различные идеологические и социально-экономические обстоятельства. Однако ключевыми предпосылками зарождения избирательной системы в России являлось издание и реализация первого законодательства о выборах и о представительной власти.

Местное выборное начало на институциональном уровне стало проявляться в эпоху реформ Петра I, хотя, по мнению известного отечественного исследователя М.М. Богословского, «городская реформа 1699 г. тесно связана с мероприятиями относительно города, которые мы наблюдаем во второй половине XVII в., в царствования Алексея и Федора, и является их непосредственным продолжением и завершением».1 Данный факт не нуждается в дополнительной перепроверке, так как давно доказан российской и советской исторической наукой. Но тем не менее родоначальником института выборных бургомистров являлся именно Петр Великий, а не его предшественники.

30 января 1699 г. государь издал «Указ об учреждении Бурмистрской Палаты для ведомства всяких расправных дел между гостями и посадскими людьми, для управления казенными сборами и градскими повинностями и об исключении гостей и посадских людей из ведомства воевод и приказов».2

Настоящий указ обязывал всех купцов, промышленников, посадских и чернослободских людей из слобод и сотен всего Московского государства выбирать из своей среды бурмистров «по скольку человек похотят». Бурмистры должны были «сидеть по месяцу Президентом» каждый.

17 апреля 1699 г. царь Петр I издал «Именной Указ о выборе гостям и гостиным сотням бурмистров из всех слобод по одному».3

Серьезной историко-правовой предпосылкой создания системы выборов в местные органы власти России являлись два закона императрицы Ека-

терины II: «Грамота на права и выгоды городам Российской империи» от 21 апреля 1785 г.;4 а также «Грамота на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» от 21 апреля 1785 г.5 Отныне дворяне наделялись правом объединяться в губернские дворянские общества, созывать и участвовать в съездах, избирать судебных заседателей и предводителей дворянства. Активным и пассивным избирательным правом наделялись мещане (это официальное название горожан) мужского пола. Лишались избирательных прав граждане, осужденные судом или имеющие «явный порок».

Бесспорно, вышеназванные нормативные акты российской царицы имели важнейшее значение в формировании системы общественного представительства, но избирательной системы они создать не могли. Цели законов были совершенно иные. Избирательная система в то время никому не была нужна. Общество просто не созрело для подобных институтов и процессов. В России не существовало ни объективных, ни даже субъективных причин для зарождения избирательной системы. А те положения, которые касались выборов, выглядели в качестве какого-то приложения, причем составленного в самых общих чертах. Кроме того, выборы екатерининской поры являлись больше обузой для уважаемых горожан и знатных дворян, нежели тем, чего они сильно желают. Часты были также уклонения от выборов, которые приобретали совершенно разные формы. Государственная власть хотела сбросить тяготы управления и расходы на местные сообщества, а представители этих сообществ (особенно горожане) прибегали к любым ухищрениям, чтобы не попасть в обойму невольно «выбранных» управленцев. Так что здесь речь может идти не о выборной системе, а о системе дополнительных социальных обязательств. В этом смысле особого выбора у богатых и знатных подданных империи не существовало. Если, конечно, вообще корректно в данном случае говорить о выборе и выборах. Скорее речь может идти о внешних выборных процедурах при отправлении общественных повинностей. Тем более что серьезных полномочий у «выборных» не было. Все равно все до мелочей решали назначаемые чиновники.

Однако, хотя и в общих чертах, но выборное начало было прописано в обеих грамотах. В частности, в ст. 37 «Грамоты на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» императрица пожаловала «верноподданным дворянам» дозволение собираться в той губернии, где они владеют имением. Собираться дворянство могло «по позыву и дозволению генерал-губернатора или губернатора» для выборов каждые три года в зимнее время.

Согласно ст. 39 дворяне губернии избирали всякие три года губернского предводителя дворянства из числа двух уездных дворянских предводителей, из которых генерал-губернатор или губернатор делал выбор. Уездные предводители дворянства выбирались дворянством уезда каждые три года по баллам.

«Грамота» предписывала дворянству уездов выбирать десять заседателей земского суда и двух заседателей совестного суда (ст. 41). Уездный или окружной судья и земский исправник или капитан выбираются дворянством

каждые три года, и если за ними нет явного порока, то губернатор подтверждает дворянский выбор.

Законодательство четко не предписывало механизм голосования. Так, в ст. 45 фиксируется возможность выбора способов голосования. Собрание дворянства должно само решить, как голосовать. Если выбор по баллам «продолжителен и неудобен окажется», тогда собрание должно представить кандидатов для выборов.

«Грамота» устанавливала элементарные ограничения избирательного права по имущественному и возрастному признаку. Согласно ст. 62 лишался активного и пассивного избирательного права дворянин, у которого доход с деревень был ниже ста рублей и возраст моложе двадцати пяти лет. Этот дворянин мог присутствовать на собрании, но без права избирать и быть избранным.

В ст. 65 прописаны условия исключения дворянина из числа избирателей. Это либо приговор суда, либо «явный и бесчестный порок». Дворянство всегда позиционировалось как сословие, которое отличают честь, доблесть и благородство. Именно поэтому некоторые откровенно этические категории приобрели юридическое звучание.

В «Грамоте на права и выгоды городам Российской империи» были прописаны условия, при которых горожанин наделялся активным и пассивным избирательным правом. Так, в ст. 51 было зафиксировано следующее: «В обществе градском мещанин быть может безкапитальный и моложе двадцати пяти лет, но сидеть не должен, ни голоса иметь, ни выбран быть не может для тех должностей, кои наполняются обществом градским». Итак, возрастной и материальный ценз для наделения избирательными правами установлен в наиболее общих чертах. Равно как установлены в ст. 52 условия лишения избирательных прав гражданина, «который опорочен судом или которого явный и доверие нарушающий порок всем известен, хотя бы и судим еще не был, пока оправдается». Презумпцию невиновности в России той эпохи не ведали, поэтому наличие «порока» было вполне достаточным основанием для исключения горожанина из городского общества.

Для того чтобы определить состав городского общества (фактически, это и состав избирателей), «Грамота» обязала руководство всех городов империи вести городские обывательские книги. В данных книгах фиксировалось имя и прозвище, семейное положение, место жительства, дом или строение в конкретном городе, земли в городской черте, принадлежность к гильдии или цеху, то есть род занятий. Обывателями официально признавались те жители, которые в определенном городе имели дом или строение, или место, или землю. Те горожане, которые не вошли в обывательскую книгу, согласно ст. 56, «не пользуются мещанской выгодою того города».

Согласно ст. 31 исключительной прерогативой городского общества являлось избрание через каждые три года по баллам городского головы, бургомистров, ратманов. Это же общество ежегодно избирало старост и судей словесного суда.

Императорская грамота юридически оформила элементы производственного самоуправления, обязав городовые магистраты или ратуши разделить город на цехи или ремесленные управы (ст. 123 - «Ремесленное положение»). Управы или цехи формировались из представителей одинакового ремесла. Причем основанием для учреждения управы или цеха было наличие в городе не менее пяти мастеров определенного ремесла.

Каждый год мастера цехов были обязаны из своего числа избирать по баллам управного старшину и двух старшинских товарищей, которых необходимо представить городовому магистрату или ратуше. Все ремесленные управы должны были избирать ремесленного главу по баллам, после чего представить его городовому магистрату или ратуше. Согласно екатерининскому законодательству ремесленный глава был серьезной величиной в городе: он заседал в городской шестигласной думе и имел голос от имени управ. Ремесленный глава приводил к присяге избранных управных старшин и старшинских товарищей.

В ст. 46 осуществлено узаконивание выборных органов подмастерьев. Подмастерья каждого ремесла ежегодно собирались избрать по баллам из своей среды подмастерского выборного и двух поверенных, чтобы их заслушивать в управе.

В ст. 156 «Грамоты» прописано право городских обывателей составлять общую городскую думу. В ст. 157 прописан состав городской общей думы, в которую входил городской голова и гласные от городских обывателей, от гильдии, от цехов, от иногородних и иностранных гостей, от именитых граждан и от посадских. Каждое из этих «разделений имеет один голос в обществе градском».

Выборы в городах проходили каждые три года. Городские обыватели собирались в каждой части города, чтобы избрать от себя по баллам одного гласного. Подобным способом выбирались гласные от всех купеческих гильдий, цехов. Иногородние и иностранные гости выбирали одного гласного от каждого народа. Именитые граждане собирались по семи названиям, каждое из которых имело более пяти человек и, соответственно, каждое избирало одного гласного. Именитыми гражданами признавались:

1. проходившие службу городскую; 2. ученые, имеющие соответствующие аттестаты; 3. деятели искусства и культуры (художники, музыкосочи-нители, скульпторы и т.д.); 4. капиталисты, имеющие капитал более пятидесяти тысяч рублей; 5. банкиры; 6. оптовые торговцы; 7. кораблехозяева, которые корабли за море отправляют. Посадские каждой части города совместно выбирали одного гласного посадских.

Избранная общая городская дума «набирала» из состава своих гласных шестигласную городскую думу (ст. 164). Согласно ст. 165 «Грамоты» в шестигласную городскую думу входили по одному представителю от следующих сообществ: из настоящих городовых обывателей, из гильдейских, из голоса цеховых, из голоса иногородних и иностранных гостей, из голоса именитых граждан, из голоса посадских. Таким образом, существовало законодательное раз-

деление «градского общества на шесть разрядов», а сами городские думы были организованы как собрания представителей каждого из этих разрядов.6

Предусмотрена была процедура убыли гласного в процессе исполнения обязанностей. В таком случае общая городская дума наполняла освободившееся место из того же голоса (то есть сообщества).

Мещане также обладали правом выбирать из своей среды заседателей в суды. В частности, в городской сиротский суд, который рассматривал дела о положении купеческих и мещанских вдов и малолетних сирот. Выборы должны проходить по баллам. Однако если голосование по баллам окажется неудобным и затруднительным, то городскому обществу в каждой его части дозволялось представлять кандидатов для баллотирования.

Из всего вышесказанного видно, что в обеих екатерининских грамотах можно проследить некоторые элементы, зачатки выборного законодательства, но избирательного права и избирательной системы там не было и быть не могло. Законодательство предусматривало выборность значительного числа структур местной власти, но механизмы реализации этих норм не прописаны, процедурные вопросы не нашли отражения в этих юридических актах. Тем не менее роль данных источников значительна в истории создания избирательной системы России. Если бы не было этих зачатков избирательной системы, неизвестно, когда бы сложилась избирательная система страны. Как бы она выглядела? На что была бы похожа? В данном же случае правовая традиция формирования выборных органов способствовала успешному выстраиванию качественно новых правовых отношений.

Очевидной предпосылкой возникновения системы выборов на местном уровне, по мнению подавляющего большинства исследователей, являлась отмена крепостного права. Идя на этот важнейший шаг, царское правительство, отпуская на свободу десятки миллионов крестьян, было обязано создать полноценную систему управления этой огромной массой народа. У реалистов из императорского окружения давно назрело четкое осознание того, что невозможно эффективно заменить помещичье управление над крепостными управлением чиновничьим, которое уже доказало свою несостоятельность в управлении государственными крестьянами. Мало того, что это было нерационально с административной точки зрения, но еще и очень дорого. Бюджет империи не выдержал бы расходов на содержание гигантского количества чиновников в селах, волостях и уездах. Поэтому возникла существенная необходимость в выработке более жизнеспособной модели управления освобожденными крестьянами, многие из которых, кроме всего прочего, были разочарованы условиями своего освобождения. И такой моделью управления могла быть только система, предполагающая непосредственное участие крестьян в управлении собственными делами, то есть система выборов крестьянского руководства, которое крестьяне сами и содержали. Разумеется, на самотек данные процессы власть пускать не собиралась. Дворянский контроль над выборными органами оставался, причем он был весьма серьезным, а иногда даже чрезмерным.

Отдельной предпосылкой возникновения системы выборов в местные органы власти России явилось принятие и введение в действие «Общего положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» от 19 февраля 1861 г.7 Данный нормативный акт представляется не только предпосылкой, но также предтечей, первым шагом к созданию избирательной системы страны. В этом правовом источнике содержатся нормы, которые регулировали порядок избрания волостных и сельских органов власти. Причем регулирование было достаточно подробным. Таких конкретных и четких механизмов реализации избирательных прав предшествующие юридические документы не фиксировали.

Данное положение в разделе втором «Об устройстве сельских обществ и волостей и общественного их управления» четко зафиксировало территорию, на которой должны проходить сельские выборы, и органы власти в пределах сельской местности, формируемые посредством выборов.

Территории, на которых проходят выборы, согласно главе первой вышеуказанного раздела, всего две: сельское общество и волость.

Сельским обществом считалось общество крестьян, «водворенных на земле одного помещика» (ст. 40). Оно могло состоять как из целого селения (село, деревня), так и из одной части разнопоместного селения, а также из мелких, ближайших друг к другу поселков (выселки, починки, хутора, застенки, отдельные дворы и т.д.), которые сообща используют угодья. Если крестьяне проживали в имениях, в которых числилось «не более двадцати ревизских мужского пола душ», а также, если крестьяне жили в селении, принадлежащем разным владельцам, и в отдельных разнопоместных поселках, они должны соединиться в одно сельское общество «либо присоединиться к другим обществам с согласия сих последних» (ст. 41).

Волостью считалось территориальное образование, состоящее из находящихся в одном уезде и по возможности смежных сельских обществ. Согласно ст. 43 настоящего положения наименьшее число жителей волости -«около трехсот ревизского мужского пола душ, а наибольшее - около двух тысяч». Предельное расстояние отдаленности селений от волости - около двенадцати верст. Однако в примечании к данной статье положения говорится о возможности отступления «от вышеуказанного правила с разрешения начальников губерний», если в малонаселенных пунктах не наберется трехсот крестьян или на незначительном расстоянии сосредоточено свыше двух тысяч душ крестьян.

Положение также предписывало при образовании волостей принимать к сведению существовавшее разделение на приходы (ст. 44). Если приход соответствовал условиям для образования волости, то из каждого прихода должна образоваться волость. Если же приход малочислен, то к одной волости присоединяются два или несколько приходов. Причем приходы раздробляться не должны.

Настоящая норма свидетельствовала о том, что правительство рассчитывало на поддержку церкви в осуществлении своих реформ. Церковь являлась неотъемлемой частью государственного механизма Российской импе-

рии. В тот период ей было вполне по силам оказывать должное влияние на процесс формирования местных выборных органов власти.

Глава вторая рассматриваемого положения («О сельском общественном управлении») определила состав избираемых крестьянами органов сельского общественного управления. Таковыми были сельский сход и сельский староста (ст. 46).

Согласно ст. 47 положения сельский сход составлялся из крестьян-домо-хозяев, принадлежащих сельскому обществу, из всех назначенных по выборам сельских должностных лиц. Примечание к вышеуказанной статье положения предусматривало участие в сельских сходах крестьян-собственников, которые не касались отношений пользования общинной землей, но имели право выбирать должностных лиц сельского общественного управления.

Законодательство старалось более четко обозначить круг возможных сельских избирателей. Так, если домохозяин не мог присутствовать на сходе, он должен был прислать на него кого-либо из членов своего семейства, то есть, другими словами, избирательное право могло быть делегировано иному лицу. Более того, «многотягольные дворы» могли присылать на сход двух и более крестьян, но лишь в том случае, если это согласовывалось с местными обычаями. Основываясь на обычаях, правительство стремилось расширить круг потенциальных избирателей и кандидатов на замещение ответственных должностей. Власть не хотела допускать дискриминацию значительного числа тягловых крестьян лишь по той причине, что они не имели обособленного домохозяйства. Это говорит о явной заинтересованности бюрократии в максимальной включенности крестьянского населения в процессы формирования местного крестьянского самоуправления. Значит, легитимность сельской власти на основе выборных процедур фактически признавалась российской монархией. Самодержавие в ней было кровно заинтересовано, ибо опасения по поводу управляемости ситуации на селе были закономерными.

Сельский сход собирался по мере надобности сельским старостой преимущественно в праздничные или воскресные дни. Согласно ст. 51 двумя основными предметами ведения сельского схода были «выборы сельских должностных лиц и назначение выборных на волостной сход», а также «приговоры об удалении из общества вредных и порочных членов его, временное устранение крестьян от участия в сходах», но не более чем на три года. Следовательно, сход мог лишить права голоса некоторых крестьян, но данная дискриминация была ограничена четкими временными рамками.

Положение отрегулировало вопросы кворума для принятия решений на сельских сходах. Так, в силу ст. 52 решения сходов считались законными, если в них участвовали сельский староста либо «заступающий его место» и не менее половины крестьян, «имеющих право участвовать в сходах».

Решения на сходе принимались или общим согласием, или большинством голосов. Это касалось в том числе и вопросов выборов должностных лиц. Каждый крестьянин обладал всего лишь одним голосом (ст. 53).

Однако существовал круг вопросов, который требовал квалифицированного большинства, то есть не менее двух третей всех крестьян, обладав-

ших правом голоса на сходе. В основном это были вопросы владения, распоряжения и собственности. Однако последний (пятый) пункт ст. 54 касался избирательных прав крестьян. В нем говорилось об удалении порочных крестьян (возможно, избирателей) из сельского общества и предоставления их в распоряжение правительства.

Законодательство предусматривало и те сложные ситуации, когда мнение участников схода разделялось надвое. В таком случае, согласно ст. 55 положения, большинство было на той стороне, с которой солидарен староста.

Положение не предусматривало какой-то конкретной процедуры голосования и подсчета голосов. Так, ст. 56 нормативного акта объявляла законными разные механизмы волеизъявления. Это могло быть «разделение схода на две стороны и счет голосов, на каждой стороне стоящих» или иным способом, исходя из существующих обычаев.

Организационные функции по проведению выборов в сельском обществе и подведению их итогов по закону принадлежали сельскому старосте. Сельский староста по должности созывал и распускал сельский сход, охранял порядок в процессе созыва схода (ст. 58).

Положение предусматривало случаи, когда волость состояла из одного сельского общества. При подобных ситуациях, согласно ст. 66, обязанности старосты должен исполнять волостной старшина. Ему в помощь необходимо было избирать помощников старшины в числе от одного до трех (в зависимости от обширности сельского общества). При идентичности волости и сельского общества волостной сход должен быть заменен сельским сходом, который обязан выполнять функции волостного схода.

Глава третья положения полностью посвящена вопросам волостного управления, которое, в силу ст. 69, составляли: волостной сход, волостной старшина с волостным правлением, волостной крестьянский суд.

Волостной сход состоял из выбираемых крестьянами сельских и волостных должностных лиц, а также из крестьян, избираемых от каждого селения или поселка, принадлежащего к волости. Квота по выборам была следующая: один представитель от десяти дворов. Причем было неважно, собственник земли этот крестьянин или пользователь земли по повинности. Из крестьян, которые участвовали в волостном сходе, согласно ст. 75, избирались волостные судьи. Помимо волостных судей, волостной сход избирал волостных должностных лиц.

Решения волостного схода признавались законными, если на нем был волостной старшина или заступающий его место и не менее двух третей крестьян, имеющих голос на сходе. Все вопросы, в том числе по выборам, решались либо по общему согласию, либо по большинству голосов (ст. 79).

В законе прописан состав волостного правления, которое должно включать в себя всех сельских старост или помощников старшины, а также особых сборщиков податей (ст. 87). Волостной сход имел право по своему усмотрению избрать для присутствия в волостном правлении двух особых заседателей, которые могли заменять сельских старост. Волостное правление облада-

ло правом, в силу ст. 89, определять и увольнять волостных должностных лиц, служащих по найму.

Волостной судья - это выборная должность, ежегодно избираемая волостным сходом (или сельским, если волость состоит из одного сельского общества). В состав волостного суда, согласно ст. 93, входили от четырех до двенадцати очередных судей. Присутствие суда должно состоять не менее чем из трех судей. Судьи могли быть как бессменные, то есть отправляющие должность в течение года, так и выбывающими в назначенные сроки (через два, четыре или шесть месяцев). Выбывающих судей, которых замещали другие избранные судьи, не должно быть более половины.

Глава четвертая настоящего положения фиксировала порядок назначения и удаления сельских и волостных должностных лиц. Согласно ст. 111 «из должностей крестьянского управления одни замещаются по выбору, а другие, по усмотрению общества, могут быть замещаемы или по выбору, или по найму».

Ст. 112 четко указала должности, которые должны замещаться исключительно по выбору. Это должности волостного старшины, сельских старост, помощников старшины, сборщиков податей и заседателей волостных правлений (если крестьяне их признают необходимыми), судей волостных судов. Все остальные должности (сельские и волостные писари, смотрители магазинов, полевые сторожа и т.д.) могли замещаться как по выбору, так и по найму. Все зависело от мнений крестьян.

В силу ст. 114 лица, избираемые в обязательном порядке, должны были быть не моложе 25 лет, неподсудные, не находящиеся под следствием, не подвергшиеся телесным наказаниям, без явных пороков. Это была совершенно нормальная юридическая практика того периода истории.

Законодательство четко прописало периодичность выборов и исполнения обязанностей выборных лиц. Срок службы всех выборных лиц, кроме сборщиков податей, был ограничен тремя годами. Срок службы сборщика податей - 1 год. Лица, отслужившие положенный срок, могли избираться снова на ту же должность. Срок службы должностных лиц по найму сроками не был ограничен.

Согласно ст. 118, в должности волостного старшины, его помощников и сельских старост должны избираться по два лица, чтобы одно из них в случае необходимости (отставка, смерть, болезнь, временное отсутствие и т.д.) могло принять властные полномочия. Избранный на любую должность человек не имел права от нее отказаться, если ему не исполнилось 60 лет, если он не являлся тяжело больным, если он не прослужил по выборам полный срок (ст. 119).

Избранный волостной старшина обязательно проходил процедуру утверждения мировым посредником, который и приводил его к присяге. Если выборы прошли с нарушением закона, то окончательное решение по данному вопросу принимал уездный мировой съезд. Новые выборы допускались настоящим законодательством.

Другие выборные должности не проходили стадию утверждения вышестоящими органами и приступали к работе немедленно (ст. 121).

Согласно ст. 122 положения волостные старшины, сельские старосты и помощники старшины в случае «неисправного» отправления своих должностей или служебных злоупотреблений окончательно удалялись от должности только через решение уездного мирового съезда. Причем подобное решение съезда представлялось на утверждение начальнику губернии, за которым было окончательное решение вопроса.

Если причина особенно уважительная, то мировой посредник до решения мирового съезда мог временно удалять от должности волостных старшин. Но он мог своей властью сменить сельского старосту и назначить нового, если помещик этого потребует. Основание - злоупотребления и ненадлежащее исполнение должности.

Таким образом, рассмотрев «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости», можно констатировать, что настоящий закон подробно регламентирует избирательные права и обязанности крестьян, избирательный процесс в целом. Данный нормативный акт впервые прописывает механизмы реализации права о выборах сельских должностных лиц. В нем присутствуют многие элементы, присущие развитому избирательному праву, полноценной избирательной системе. Но, несмотря на эти весомые характеристики, настоящего положения явно не достаточно для создания избирательной системы в полном смысле слова. Скорее, это микросистема, из которой со временем вырастает большая система. Положение являлось хорошо составленным, но слишком локальным нормативным правовым актом. Оно было сословно ограниченным, касалось лишь одного социального класса, хотя и самого большого по численности населения страны. Но класс крестьян не был влиятельным в Российской империи, а значит, его системная величина была политически и юридически занижена.

Тем не менее данный закон имел ключевое значение в будущем формировании системы выборов в местные органы власти России, играл роль важнейшей предпосылки этого процесса. Не будь этого положения, неизвестно, как скоро возникла бы избирательная система в нашей стране. Неизвестно и то, как бы она выглядела. Конечно, рано или поздно система выборов в местные органы власти в России возникла бы обязательно. Но, несомненно, она имела бы совершенно другой вид.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Богословский М.М. Петр I. Материалы для биографии. Л., 1946. Т. III. С. 244.

2 Полное собрание законов Российской империи. Собрание I. СПб., 1830. Т. III. Ст. 1674.

3 Полное собрание законов Российской империи. Собрание I. СПб., 1830. Т. III. Ст. 1685.

4 Российское законодательство X-XX вв.: в 9 т. Т.5. Законодательство периода расцвета абсолютизма. М., 1987. С. 68-129 (Далее - Российское законодательство).

5 Российское законодательство. С. 23-53.

6 Кизеветтер A.A. Городовое положение Екатерины II 1785 г: Опыт исторического комментария. М., 1909. С. 336.

7 Реформы Александра II / Составители сборника: О.И. Чистяков, ТЕ. Новицкая. М., 1998. С.38-81 (Далее - Реформы Александра II).