Функция уголовного преследования

УДК 343.1

Л. Д. Чулюкин, И. Ф. Гайнулов

ФУНКЦИЯ УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

Одним из назначений уголовного судопроизводства является защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ), что предполагает установление события преступления и изобличение лиц, их совершивших. Данная процессуальная деятельность именуется уголовным преследованием (п. 55 ст. 5 УПК РФ).

Уголовное преследование является одной из основных функций уголовного судопроизводства, оно приводит в движение весь процесс по конкретному уголовному делу, определяет содержание и направление производства по нему.

Рассмотрим в начале семантическое значение понятия «уголовное преследование». «Уголовный» - относящийся к преступлениям. «Преследование» («преследовать») означает: 1. следовать, гнаться за кем-нибудь с целью поимки, уничтожения; 2. неотступно следовать за кем-нибудь; 3. не оставлять в покое, мучить; 4. подвергать чему-нибудь неприятному, донимать чем-нибудь; 5. угнетать, притеснять, подвергать гонениям; 6. стремиться к чему-нибудь [1].

Впервые термин «уголовное преследование» («судебное преследование») было использовано в Уставе уголовного судопроизводства 1864г. (далее - УУС), но не раскрывалось его содержание. Статья 2 УУС указывала, что «судебное преследование возбуждается как должностными, так и частными лицами». Статья 16 УУС устанавливала случаи, при которых судебное преследование подлежало прекращению [2].

В УПК РСФСР 1923 г. также говорилось об уголовном преследовании. Статья 9 определяла обязанность прокурора по возбуждению уголовного преследования перед судами и следственными органами по всякому совершившемуся и подлежащему наказанию преступлению. В ст. 4 указанного нормативного акта предусматривались случаи, когда уголовное преследование не подлежало возбуждению или его следовало прекратить [3].

Отсутствие разъяснения понятия «уголовного преследования» в нормативноправовых актах дало повод для разнообразного его толкования.

Уголовное преследование, - писал М.С. Строгович, - это обвинение как уголовнопроцессуальная функция, т.е. обвинительная деятельность [4]. По его мнению, содержание уголовного преследования образуют действия следственных органов и прокуратуры, заключающиеся в собирании доказательств, уличающих обвиняемого или устанавливающих отягчающие его вину обстоятельства, применение принудительных мер, обеспечивающих изобличение обвиняемого, а также действия, направленные на обоснование перед судом обвинения и необходимости применения заслуженного наказания [5].

А.М. Ларин полагал, что уголовное преследование есть уголовно-процессуальная деятельность, которая состоит в формулировании и обосновании вывода о совершении определенным лицом конкретного преступления [6].

С точки зрения М.А. Чельцова, «понятие уголовного преследования шире понятия уголовного обвинения. В него входят действия, представляющие собой акты физического преследования (поимка при переходе границы, задержание лица, подозреваемого в совершении преступления), а также действия, юридически оформляющие физическое преследование» [7].

В УПК РСФСР 1961г. термин «уголовное преследование» уже не использовался. «Возвращение» рассматриваемого понятия на законодательном уровне состоялось в начале 90-х годов ХХ века. Федеральный закон РФ «О прокуратуре РФ» (в ред. от 17.11.1995г.) назвал «уголовное преследование» в числе полномочий, осуществляемых прокуратурой (ст. 1). Статья 31 Закона закрепляет, что, осуществляя уголовное преследование, органы прокуратуры проводят расследование по делам о преступлениях, отнесенных уголовно-процессуальным законодательством РФ к их компетенции, а в соответствии со ст. 35 - прокурор, осуществляя уголовное преследование в суде, выступает в качестве государственного обвинителя. Встречается указанный термин и в УК РФ 1996г. (примечание к ст. 201).

В УПК РФ закреплено понятие «уголовное преследование», под которым законодатель понимает процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5 УПК РФ). Такая интерпретация законодателем уголовного преследования представляется несколько неполной, поскольку анализируемое уголовно-процессуальное явление имеет более емкое содержание. Оно наличествует в большинстве стадий уголовного судопроизводства и не сводится только к обвинению или преследованию конкретного человека в качестве подозреваемого. В данном случае имеется в виду деятельность по раскрытию преступления, изобличению лица, его совершившего, и обеспечению надлежащей ответственности виновного за содеянное им.

Понятие «изобличение» в этом варианте подразумевает комплекс мер, предпринимаемых стороной обвинения как для установления лица, совершившего преступление, так и для привлечения этого лица к уголовной ответственности, в том числе и для поддержания обвинения в суде [8]. Реализация функции уголовного преследования не может быть поставлена в зависимость от формального появления в уголовном процессе процессуальной фигуры обвиняемого или подозреваемого.

Думается, основание для подобного понимания уголовного преследования дает содержание ст. 21 УПК РФ, которая называется «Обязанность осуществления уголовного преследования». В ч. 2 данной статьи закреплено: «В каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные настоящим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления». Тем самым закон совершенно однозначно и недвусмысленно подчеркивает единство самой сущности уголовного преследования и выделяет некоторые его структурные элементы.

«Говорить об уголовном преследовании, имея в виду его осуществление только в отношении конкретного лица, не включая в него деятельность, приводящую к его, конкретного лица, выявлению, все равно, что попытаться одной линией начертить прямоугольник - либо без длины, либо без высоты» [9].

Как уже отмечалось, уголовное преследование - это процессуальная деятельность. Поскольку собственно процессуальная деятельность начинается с момента получения сообщения о преступлении (п. 9 и 56 ст. 5 УПК РФ), то и начало реализации функции уголовного преследования необходимо связывать именно с этим моментом.

Уголовное преследование начинается с момента возбуждения уголовного дела и имеет место во всех тех стадиях уголовного процесса, где есть основания считать определенное лицо причастным к совершению преступления и заслуживающим применения к нему той или иной меры уголовного наказания. Нет возбужденного уголовного дела - в принципе быть не может уголовного преследования кого-либо в совершении какого-либо преступления.

В юридической литературе имеется и иная точка зрения о моменте начала рассматриваемой функции, а именно - с появления в уголовном деле подозреваемого или обвиняемого. Так, по мнению Ф.Н. Багаутдинова уголовное преследование направлено против лиц, имеющих правовой статус обвиняемого или подозреваемого. «Соответственно нет уголовного преследования в прямом смысле этого слова в тех случаях, когда не установлено лицо, совершившее преступление, либо подозреваемое в его совершении. При этом расследование в любом случае производится, следствие занимается сбором доказательств, которые, возможно, в будущем могут инициировать уголовное преследование в отношении какого-либо лица. Поэтому можно говорить лишь о его подготовке, о создании необходимых условий для последующего уголовного преследования» [10]. Названную «подготовительную» деятельность в юридической литературе предлагается именовать на законодательном уровне «принятием мер к обеспечению уголовного преследования». «Принятие мер к обеспечению уголовного преследования - процессуальная деятельность, осуществляемая государственными органами и должностными лицами, указанными в ст. 21 УПК РФ, с момента получения сообщения о преступлении в целях установления события преступления и лица, его совершившего» [11].

В процессуальной литературе высказаны различные суждения относительно соотношения между уголовным преследованием и обвинением. Ряд ученых отождествляют эти понятия [12]; другие считают, что уголовное преследование шире обвинения[13]; третьи полагают, что уголовное преследование входит в содержание функции обвинения как её часть [14].

Определенный повод для разночтений дает и сам законодатель. В ст. 5 УПК РФ даются понятия обвинения и уголовного преследования. Согласно п. 22 данной статьи, обвинение - это утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном УПК РФ (гл. 23 УПК РФ регламентирует этот порядок). С другой стороны, уголовное преследование - это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения в совершении преступления не только обвиняемого, но и подозреваемого (п. 55 ст. 5 УПК РФ). В п. 45 рассматриваемой статьи в качестве синонимов употребляются термин «функция обвинения» и «функция уголовного преследования». В ст. 15 УПК РФ, которая регламентирует принцип состязательности, речь идет о функции обвинения и сторонах, её осуществляющих, а не о функции уголовного преследования. Определяя виды уголовного преследования в ст. 20 УПК РФ, законодатель указывает в её содержании на категории дел частного, частно-публичного и публичного обвинения, а не уголовного преследования.

Представляется, что понятие обвинения следует рассматривать в двух смысловых значениях: материально-правовом и процессуальном. В первом значении и употребляется обвинение в п. 22 ст. 5 УПК РФ. Обвинение в материально-правовом смысле есть процессуальное выражение фактических, юридических признаков и правовой квалификации того конкретного преступления, совершение которого ставится человеку в вину в уголовном деле. Обвинение же в процессуальном смысле (функция обвинения) - это процессуальная деятельность уполномоченных на это законом участников уголовного судопроизводства по изобличению обвиняемого и обоснованию его уголовной ответственности в целях осуждения. Обвинение как уголовно-процессуальная функция и обвинение в своем материально-правовом содержании находятся между собой в органичном единстве и возникают одновременно - с вынесением постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого [15]. «Обвинительная деятельность без формулы обвинения беспредметна, а формула обвинения без обвинительной деятельности мертва» [16].

Функция обвинения не исчерпывает содержания уголовного преследования, т. к. последнее включает в себя два понятия: подозрение и обвинение. При этом имеются 3 варианта соотношения подозрения и обвинения: 1. функция уголовного преследования может возникнуть в виде подозрения, но в обвинение так и не перерасти; 2. функция уголовного преследования возникает как подозрение, которое затем перерастает в обвинение; 3. функция уголовного преследования, минуя этап подозрения, сразу возникает в виде обвинения.

Выделение данных форм уголовного преследования осуществляется в зависимости от степени проявления последнего. В литературе даются и иные основания классификации форм уголовного преследования. Так, в зависимости от формы, в которой осуществляется производство по уголовному делу, выделяют:

- уголовное преследование, осуществляемое в общем порядке;

- уголовное преследование при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением;

- уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения;

- уголовное преследование по уголовным делам в отношении несовершеннолетних;

- уголовное преследование при производстве о применении принудительных мер медицинского характера;

- уголовное преследование по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц, перечисленных в ст. 447 УПК РФ [17].

Виды уголовного преследования, в отличие от его форм, получили законодательное закрепление. В соответствии с ч. 1 ст. 20 УПК РФ, В зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке. При этом в законе перечислены уголовные дела о преступлениях, преследуемых в порядке частного обвинения (4 состава преступлений), и дела о преступлениях, преследуемых в порядке частно-публичного обвинения (9 составов преступлений). Дела об остальных преступлениях преследуются в публичном порядке.

Субъектами, осуществляющими уголовное преследование, являются: прокурор, следователь, начальник следственного отдела, орган дознания, дознаватель, частный обвинитель, потерпевший, его законный представитель, гражданский истец и его представитель (п. 47 ст. 5, гл. 6 УПК РФ). То есть, участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения.

Всех участников функции уголовного преследования можно классифицировать на две группы. В первую группу входят государственные органы и должностные лица, наделенные правом осуществления преследования от имени государства: прокурор, следователь, дознаватель. Для них принятие процессуальных мер по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления, является обязанностью, возникновение которой связано с фактом обнаружения признаков преступления (ст. 21 УПК РФ). Вторую группу субъектов функции уголовного преследования составляют потерпевшие, их законные представители, частные обвинители, гражданские истцы и их представители. Их участие в уголовном преследовании, по общему правилу, является правом, но не обязанностью (ст. 22 УПК РФ).

По УПК РФ, в отличие от УПК РСФСР, суд не включен в число субъектов, осуществляющих уголовное преследование. В соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Основным конституционным

назначением суда является осуществление правосудия. Только ему предоставлено право признать обвиняемого виновным и назначить ему наказание (ст. 49, 118 Конституции РФ, ст. 8 УПК РФ).

Уголовное преследование должно осуществляться в установленном законом порядке и в пределах полномочий, предоставленных участникам уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Вопросы, посвященные уголовному преследованию, наиболее полно отражены в гл. 3 УПК РФ. Различные аспекты рассматриваемой деятельности регламентированы и в других нормах уголовно-процессуального закона. Полномочия субъектов уголовного преследования закреплены в статьях, регламентирующих процессуальное положение каждого из них (гл. 6 УПК РФ).

Содержание функции уголовного преследования составляют: собирание доказательств, дающих основание для признания лица подозреваемым в совершении преступления, уличающих обвиняемого в причастности к преступлению, применение к подозреваемому и обвиняемому мер процессуального принуждения, их розыск, меры к установлению лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности, формулирование и предъявление обвинения, составление и утверждение обвинительного заключения (обвинительного акта), отстаивание позиции обвинения при назначении судебного заседания, поддержание обвинения в суде первой инстанции, а также действия участников со стороны обвинения в стадиях исполнения приговора, апелляционного, кассационного, надзорного производства, производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Момент окончания уголовного преследования связан с приобретением юридической силы соответствующего процессуального акта следователя, дознавателя, прокурора, судьи. Формами завершения уголовного преследования являются:

1) прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования (ч. 3 ст. 24 УПК РФ);

2) полный или частичный отказ государственного обвинителя (частного обвинителя) от обвинения в стадии судебного разбирательства (ст. 246, 319 УПК РФ);

3) вынесение оправдательного приговора (ст. 302, 305, 306 УПК РФ).

Кроме того, при производстве по уголовному делу возможны случаи изменения уголовного преследования:

1) изменение или дополнение первоначально предъявленного обвинения (ст. 175 УПК РФ);

2) изменение объема обвинения в ходе утверждения прокурором обвинительного заключения или обвинительного акта (ст. 221, 226 УПК РФ).

Таким образом, под уголовным преследованием следует понимать регламентированную уголовно-процессуальным законом деятельность участников со стороны обвинения, направленную на обеспечение неотвратимости юридической ответственности за совершенное преступление путем возбуждения уголовного дела, задержания лица, подозреваемого в его совершении, применения к нему мер уголовно-процессуального принуждения, формулирования обвинения и изобличения обвиняемого в инкриминируемом ему деянии, обосновании его уголовной ответственности и применения к нему мер уголовного наказания.

Литература

1. Ожегов С.И, Шведова НЮ. Толковый словарь русского языка. М.: Азбуковник, 1999. С.585, 824.

2. Российское законодательство Х-ХХ веков. В 9 т. Т. 8. Судебная реформа. М.: Изд-во «Юрид.лит.», 1991. С.120-121.

3. Собрание узаконений РСФСР. 1923. №7 Ст. 106.

4. СтроговичМ.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. М.: Изд-во «Наука», 1968. С.194.

5. Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1951. С.65.

6. Ларин А.М. Процессуальные гарантии и функция уголовного преследования // Советское государство и право. 1975. №7. С.97.

7. ЧельцовМ.А. Советский уголовный процесс. М.: Госюриздат, 1951. С.89.

8. Сапронова Т.П. Правовые и процессуальные проблемы использования понятия «уголовное преследование» // Закон и право. 2005. №9. С.30.

9. Баев О.Я. Прокурор в структуре уголовного преследования на досудебных стадиях уголовного процесса // СПС Консультант Плюс. 2003.

10. Багаутдинов Ф.Н. Обеспечение публичных и личных интересов при расследовании преступлений. М.: Юрлитинформ, 2004. С.230. Аналогично: Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1951. С.106-107.

11. Синельников А.В. Уголовная ответственность за уклонение от осуществления уголовного преследования и принятия мер к его обеспечению: проблемы законодательной регламентации и дифференциации: Дисс. ... канд. юрид. наук/ Волгоград, 2004. С.27.

12. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. М.: Изд-во «Наука», 1968. С.189; Ларин А.М. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М.: Юрид.лит., 1986. С.39.

13. Клюкова М.Е. Сущность и виды уголовного преследования / Материалы юбилейной Всерос. науч. конф. Два века юридической науки и образования в Казанском университете, Казань, 13-14 мая. 2004. Казань: Центр инновационных технологий, 2004. С.411; Шишкина Е.В., Бандурин С.Г., Громов Н.А. Уголовное преследование - функция или институт? // Следователь. 2004. №11. С.24; Зинатуллин З.З., Зинатуллин Т.З. Уголовно-процессуальные функции: Учебное пособие. Ижевск: Детектив-информ, 2002. С.44-47.

14. АширбековаМ.Т. О соотношении понятий «обвинение» и «уголовное преследование» / Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА (СЮИ): Материалы междунар. науч.-практ. конф. Екатеринбург, 27-28 января 2005: В 2 ч. Екатеринбург, 2005. Ч.1. С.63.

15. Зинатуллин З.З., Зинатуллин Т.З. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам: Учебное пособие. Ижевск: Детектив-информ, 1997. С.13-18.

16. Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и изменение его в суде. Казань: Изд-во КГУ, 1963. С.33; Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М.: Изд-во «Наука», 1971. С.45.

17. Жук О.Д. К вопросу о формах и видах уголовного преследования // «Черные дыры» в российском законодательстве. 2004. №2. С.335.

© Л. Д. Чулюкин - канд. юрид. наук, доц. каф. уголовного процесса и криминалистики КГУ; И. Ф. Гайнулов - асп. той же кафедры.