Журналисты обратились к директору ФСБ

Союз журналистов просит разъяснить, связано ли уголовное дело о госизмене в отношении советника главы «Роскосмоса» с его журналистской деятельностью. С таким требованием журналисты обратились к директору Федеральной службы безопасности Александру Бортникову. Сам Сафронов отрицает, что совершил преступление. Его адвокаты 8 июля обжаловали арест. По версии следствия, Сафронов передавал данные о военном сотрудничестве России и стран Ближнего Востока чешским спецслужбам, а конечным получателем информации якобы были США. О деталях громкого дела и условиях содержания Ивана Сафронова расскажут Виктория Феофанова, Глеб Силко и Анна Никитина.

Телефон прослушивали, переписку читали — данные о слежке за Иваном Сафроновым ФСБ представила Лефортовскому суду, но не адвокатам. В уведомлении председателю суда сказано: все документы по этому делу — тайна следствия, а материалы расследования — уже государственная тайна. Поэтому процесс и закрыли. Защитники бывшего спецкорра “Ъ” пока отказались давать подписку о неразглашении и смогли ознакомиться лишь с одним документом, который прояснил суть обвинения, но не детали, рассказал “Ъ FM” один адвокатов Сафронова Иван Павлов: «Он в 2012 году якобы был завербован чешскими спецслужбами, а в 2017 году по их заданию собрал, а потом передал через интернет определенные секретные сведения о военно-техническом сотрудничестве России с одним из ближневосточных африканских государств. Задача следствия сейчас — всеми силами скрыть факт того, что обвинение Ивана Сафронова связано с его профессиональной деятельностью».

Ближайшие два месяца Иван Сафронов проведет в самом суровом СИЗО в стране — «Лефортово».

Туда обычно помещают так называемых преступников государственного уровня — чиновников, коррупционеров или, например, можно оказаться в двухместной камере с каким-нибудь главарем ОПГ. Условия содержания строгие, на входе в СИЗО — очереди, и, даже попав внутрь, разговаривать с подзащитным адвокаты могут только по одному — устройства в переговорной комнате большего не позволяют.

К тому же недавно там ввели новые правила и теперь узнать, в каких условиях оказался Сафронов в ближайшее время практически невозможно, пояснила “Ъ FM” член московской ОНК Ева Меркачева: «Каждого вновь прибывшего заключенного они помещают не просто на карантин, но и не пускают к нему никого. И это, конечно, странно, потому что в течение 14 дней с человеком может произойти все, что угодно, а они ровно на две недели помещают. Поэтому, когда мы в последний раз пришли, нам отказали увидеть всех новых прибывших. Сказали, вот они пусть сидят. Мы считаем, что это не совсем законно».

Расследованием дела Сафронова занимается следователь ФСБ Александр Чабан. Он также вел дело о госизмене в отношении физика Виктора Кудрявцева. Обвинение Ивану предъявят в понедельник. Статья 275 о госизмене считается одной из самых тяжких. Юристы говорят, что случаи, когда обвиняемым удается доказать свою невиновность, бывают, но это скорее редкие исключения, говорит старший юрист «Команды 29» Максим Оленичев: «Для того чтобы установить, что сведения, которые были переданы, составляют гостайну или нет, проводится экспертиза, которую проводят специалисты, имеющие доступ к государственной тайне. Как правило, это ФСБ, Минобороны.

Роль адвокатов здесь как раз пытаться доказать, что те сведения, которые были переданы, не являются сведениями, составляющими государственную тайну.

К сожалению, практика российских судов такая, что в закрытом процессе всячески пытаются рассмотреть дело достаточно быстро и при этом стороне защиты не предоставляют тех же самых возможностей, которые имеются у стороны обвинения».

Информации о том, как и от кого Сафронов мог получить секретные данные, в деле нет. Отсутствуют и другие доказательства вины журналиста, отмечают его адвокаты. В Кремле подробностей дела о госизмене не знают, запрашивать их не будут, но, по словам пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, с журналистской деятельностью это не связано. Пока в этом деле одни вопросы и ответы на них видимо хранятся в тех самых семи томах под грифом «секретно».

Ивана Сафронова поддержали многие журналисты. 7 июля на Лубянке прошла серия одиночных пикетов, в результате которых задержали более 20 человек. 8 июля пикеты продолжились. В московской полиции пообещали продолжать задержания, объяснив это пандемией коронавируса.