Парниковым газам придают законную форму

Принятый во вторник Госдумой в первом чтении законопроект «Об ограничении выбросов парниковых газов» создает в России модель «мягкого» углеродного регулирования. Крупные эмитенты парниковых газов будут обязаны отчитываться о выбросах, бизнес в целом получит возможность реализовывать климатические проекты — в том числе направленные на сокращение углеродного следа своей продукции. Эксперты утвержденное регулирование называют «минимальным», в большей степени возлагая надежды на региональные климатические инициативы.

Критики принятого Госдумой в первом чтении законопроекта об ограничении выбросов парниковых газов считают, что он излишне мягок по отношению к бизнесу

Фото: Андрей Шерстнев, Коммерсантъ

Законопроект об углеродном регулировании разрабатывался с осени 2017 года. В начале этого года он был внесен в Госдуму с учетом нормы из указа президента о сокращении выбросов парниковых газов (ПГ) к 2030 году до 70% от уровня 1990 года (см. “Ъ” от 5 ноября 2020 года). В прежних версиях проекта содержались предложения о введении углеродного регулирования в виде систем квотирования выбросов и углеродной торговли или платы за превышение квот. Однако после многолетних согласований с бизнесом в финальной версии осталось, как пояснил во вторник на заседании Госдумы заместитель министра экономики Илья Торосов, лишь «мягкое» регулирование, не создающее дополнительной нагрузки на компании.

Законопроект вводит понятийный аппарат в области ПГ, определение углеродных единиц и порядок их обращения.

Это позволит компаниям реализовывать климатические проекты по снижению выбросов или увеличению поглощения ПГ. Крупнейшие эмитенты ПГ должны будут подавать обязательную углеродную отчетность (на первом этапе, до 2024 года, это вменяется предприятиям с объемом выбросов более 150 тыс. тонн эквивалента углекислого газа в год, далее — более 50 тыс. тонн). Обязательной верификации такой отчетности не требуется.

По словам главы думского комитета по экологии Владимира Бурматова, законопроект это в том числе шаг по защите предприятий (прежде всего экспортеров) от действия возможных дискриминационных углеродных пошлин (в частности, в рамках трансграничного углеродного регулирования в ЕС) — компании смогут реализовывать добровольные климатические проекты, снижая углеродный след производимой продукции.

Заметим, что парламентарии восприняли новую для них тему парниковых газов с воодушевлением — в их вопросах к проекту звучали сомнения в парниковом эффекте в целом и в роли деятельности человека в изменении климата в частности, критика «либеральных догм» и планов разрушения промышленных предприятий. Вся климатическая тематика была даже названа «аферой века».

Сомнения думцев, впрочем, принятию законопроекта в первом чтении не помешали.

Ответственный секретарь климатического комитета РСПП Сергей Твердохлеб сообщил “Ъ”, что комитет в целом поддерживает законопроект. Документ, по его словам, «обеспечит переход к более адекватному, чем сейчас, мониторингу эмиссий и поглощений, внедрение системы углеродной отчетности, которая должна быть синхронизирована с международными стандартами, и — самое главное — создаст возможность для реализации и использования результатов климатических проектов, потенциал которых в России огромен».

Заместитель председателя комитета по природопользованию и экологии Торгово-промышленной палаты (ТПП) Олег Плужников, напротив, считает, что в нынешнем виде законопроект «блестяще решает единственную задачу — минимизации нагрузки на бизнес,— в то время как более содержательные задачи: получение достоверной информации о выбросах по предприятиям и создание условий для проектной деятельности носят исключительно декларативный характер и, по сути, не решаются».

Глава программы «Климат и энергетика» WWF России Алексей Кокорин также называет законопроект «глубоким минимумом того, что необходимо было бы сделать» на фоне развития систем углеродного регулирования в мире и заявлений стран о цели достижения углеродной нейтральности. По мнению эксперта, гораздо больше для продвижения низкоуглеродной повестки и реализации климатических проектов могут дать региональные климатические инициативы (в том числе углеродный эксперимент на Сахалине — см. “Ъ” от 2 марта). Отметим, что в последние недели с инициативами пилотных проектов по отработке технологий низкоуглеродного развития и сокращения выбросов ПГ, а также дальнейших экспериментов в области углеродного регулирования выступили Калининградская область и Ханты-Мансийский автономный округ.