Приговор Константину Котову попал под суд

Конституционный суд России неожиданно вынес определение о необходимости пересмотреть приговор программисту Константину Котову, ранее осужденному на четыре года колонии за «неоднократные нарушения» на митингах. Документ был опубликован вечером: судьи КС опередили нового генпрокурора Игоря Краснова, которому президент Владимир Путин всего два дня назад поручил «проверить законность» приговора. Более того, они указали, что законодателям необходимо пересмотреть «дадинскую» ст. 212.1 УК РФ, и с этим уже согласился один из авторов этой нормы. Защита Константина Котова уверена, что он будет освобожден из-под стражи в ближайшие дни. А для конституционных юристов это решение КС «выглядит по-настоящему революционным»: суд «впервые за всю свою историю» вмешался в конкретное дело и указал на допущенные правоприменителями ошибки. Эксперты размышляют, что на самом деле произошло: единичное исключение или смена всего курса Конституционного суда.

Конституционный суд не нашел оснований для того, чтобы Константин Котов оставался за решеткой

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ / купить фото

Конституционный суд вынес определение по делу Константина Котова вчера — и уже вечером текст документа (.pdf) появился на сайте КС. «Определения КС очень редко публикуют в один день с принятием»,— замечает конституционный юрист, эксперт «Руси Сидящей» Ольга Подоплелова. Такая спешка может объясняться поручением президента России Владимира Путина проверить «законность и обоснованность» обвинительного приговора Константину Котову, о котором стало известно 25 января. Проверкой приговора занялся новый генпрокурор Игорь Краснов, он должен сделать доклад президенту до 31 марта 2020 года. «Решения президента пересмотреть это дело нет, и никаких формулировок, которые бы указывали на это, тоже не существует»,— разъяснил в понедельник пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Через несколько часов после этого заявления КС опубликовал определение о необходимости пересмотреть приговор.

Напомним, программист Константин Котов был приговорен к четырем годам колонии 5 сентября 2019 года. Его признали виновным в «неоднократном нарушении» правил проведения митингов, при этом адвокаты указывали, что Тверской суд даже не стал изучать видеозапись с городских камер наблюдения, свидетельствующую, по мнению защиты, о полной невиновности господина Котова. Господин Котов стал вторым, кто получил реальный срок по «дадинской статье» (ст. 212.1 УК РФ),— первым был оппозиционер Ильдар Дадин, которого в декабре 2015 года суд приговорил к трем годам лишения свободы. В 2017 году Конституционный суд постановил пересмотреть приговор господину Дадину, определив, что «уголовная ответственность может применяться, только если действия митингующего повлекли за собой вред гражданам, общественной безопасности или конституционно охраняемым ценностям». Тогда Ильдар Дадин вышел на свободу; во вчерашнем определении КС ссылался как раз на постановление от 2017 года.

«В определении КС повторил свою позицию, изложенную в постановлении по делу Ильдара Дадина, подчеркнув, что лишение свободы может наступать только в случае доказанности причинения реального вреда,— сказал “Ъ” один из адвокатов господина Котова Сергей Голубок.—

Теперь приговор Котову будет пересматриваться, но неясно, будет ли прекращено производство по делу, как в случае с Ильдаром Дадиным, или просто изменят вид наказания».

Господин Голубок предположил, что пересмотром приговора, как и в деле Ильдара Дадина, займется президиум Верховного суда. «В 2017 году с момента вынесения постановления КС до пересмотра прошло две недели, думаю, в нашем случае это займет также несколько дней»,— сказал он. Адвокат Константина Котова Мария Эйсмонт уверена, что ее доверитель «должен быть оправдан с разъяснением права на реабилитацию».

«Интрига теперь в том, как именно поступит суд общей юрисдикции, получив для пересмотра дело Константина Котова и не имея при этом четких указаний насчет ожидаемого результата,— говорит участник защиты Константина Котова, адвокат Александр Пиховкин.— Наиболее вероятным вариантом может быть освобождение с зачетом отбытого срока заключения в счет наказания. Этот вариант наиболее жизнеспособен, поскольку статистика оправданий в наших судах стремится к нулю». Менее вероятным, «хотя при этом наиболее справедливым и законным» вариантом может быть полное оправдание, говорит адвокат. Однако нельзя сбрасывать со счетов и вариант некоторого снижения срока наказания с оставлением Константина Котова в заключении еще на некоторое время, предостерегает господин Пиховкин.

В жалобе в КС, поданной в декабре 2019 года, адвокаты Константина Котова просили не только пересмотреть приговор, но и признать ст. 212.1 УК РФ не соответствующей Конституции. «Наша просьба не была выполнена,— признает госпожа Эйсмонт.— Я уверена, что Константин скоро выйдет на свободу, другой вопрос, как и что будет со ст. 212.1 УК РФ дальше». «Это отрицательный момент: статья остается в УК, и остается возможность ее разнообразного применения в будущем»,— согласен Сергей Голубок. «Условно КС сказал, что по "дадинской" статье в тюрьму сажать пока рано»,— считает глава правозащитного проекта «Апология протеста» Алексей Глухов.

При этом судьи КС во вчерашнем определении отдельно отметили, что «федеральный законодатель правомочен» внести в «дадинскую» статью изменения, прежде всего «уточняющие признаки состава преступления» и «критерии назначения уголовного наказания в виде лишения свободы».

Напомним, что предложение включить в Уголовный кодекс РФ ст. 212.1 было внесено в Госдуму 31 марта 2014 года тремя депутатами: Александром Сидякиным («Единая Россия»), Андреем Красовым («Единая Россия») и Игорем Зотовым («Справедливая Россия»). С тех пор в Госдуме работает лишь господин Красов. Бывший депутат Игорь Зотов вчера в беседе с “Ъ” признал, что Госдума должна изменить разработанный ими в 2014 году закон. «Я думаю, что Госдума отреагирует на замечания Конституционного суда и необходимые уточнения внесут в закон,— сказал он корреспонденту “Ъ”.— В то время, когда мы вносили этот закон об ужесточении ответственности, он был необходим. Сейчас ужесточать не надо, уже все принято, что нужно. А вот среагировать на замечания Конституционного суда никогда не поздно». Первый зампред комитета Госдумы по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов заявил вчера “Ъ”, что «Госдума обязана учесть мнение КС и поправить закон». «Другое дело, что поправки должен разработать Минюст и представить депутатам. Если это будет сделано оперативно, то вполне возможно, что Госдума рассмотрит законопроект даже в рамках весенней сессии»,— сказал он. Депутат Сергей Шаргунов напомнил, что в декабре 2019 года внес в Госдуму законопроект с поправками к статье 212.1 УК РФ, которые «полностью соответствуют» разъяснениям КС по делам Дадина и Котова. «Теперь есть надежда на сдвиг»,— сказал он “Ъ”.

Конституционные юристы называют определение КС «по-настоящему революционным». Советник адвокатского бюро «Хорошев и партнеры» Александр Брестер утверждает, что такой документ был подготовлен «впервые за всю историю российского Конституционного суда». «С момента основания КС придерживается очень четкой линии — не вмешиваться в конкретные дела, не разбирать факты и доказательства по ним. Любая попытка указать на недостатки конкретного решения суда при обжаловании нормы в КС влечет за собой отказ с формулировкой, что КС не может оценивать решения по делу,— сказал он.— Здесь ситуация кардинально иная. КС напрямую вмешался в дело, которое, кстати, еще могло бы быть рассмотрено в кассационном суде или в Верховном суде. И прямо указал, что в конкретном деле Котова есть изъяны. По большому счету он оценивает работу судов общей юрисдикции и прямо трактует нормы, чего раньше КС никогда не делал. Своим определением он как бы говорит: ”У нас было постановление в 2017 году, а вот тут есть новое дело, по которому это постановление, похоже, не было соблюдено”. А потом судьи начинают прямо толковать, расшифровывать, что такое "нарушение общественного порядка". В данном случае КС ведет себя как пленум Верховного суда — так он раньше никогда себя не вел. Теперь открывается новая возможность — обратиться в Конституционный суд, чтобы он оценил, насколько его позиции, ранее выраженные в постановлениях или в определениях, соблюдаются в том или ином конкретном деле». По словам эксперта, остается непонятным: это исключение или свидетельство нового курса Конституционного суда.