Субъективные признаки вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления

4.23. СУБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ ВОВЛЕЧЕНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО В СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Кубатбекова А. С., аспирант Российский университет дружбы народов

Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

Преступлением в уголовном праве признается виновно совершенное общественно опасное деяние. Для того чтобы, раскрыть преступление нужно установить состав преступления, в котором содержатся все признаки преступления указанные в законе. Наибольшие трудности в установлении и оценке представляет субъективная сторона преступления. В отличие от объективной стороны, представляющей собой внешнюю сторону преступления, субъективная сторона выражает внутреннюю его сущность.

Субъективная сторона преступления характеризует отношение сознания и воли субъекта к совершаемому им общественно опасному деянию и его последствиям. Содержание субъективной стороны преступления раскрывается с помощью таких признаков как: вина, мотив, цель и аффект. В совокупности эти признаки дают нам представление о том внутреннем процессе, который происходит в психике лица, совершающего преступление, и отражает связь сознания и воли лица с совершенным им деянием. Выяснение формы вины - важнейшая задача правоохранительных органов. Вина обязательный признак любого преступления, и без вины нет состава преступления. Мотив, цель и аффект являются дополнительными признаками субъективной стороны преступления.

Субъективными признаками любого преступления принято считать признаки, характеризующие субъективную сторону и субъект преступления.

Большинство авторы считают, что преступление, предусмотренное ст. 150 УК РФ совершается с прямым умыслом1. Вовлекающий, с желанием склоняет несовершеннолетнего к совершению преступления, своими конкретными действиями добивается, чтобы это вовлечение состоялось. Исследования в области психологии показывают, что любое действие человека вытекает из потребностей и направляется на осознанную цель2. Цель как философская и психологическая категория, является необходимым элементом психологического содержания волевого действия. Она представляет собой идеальный (мысленный) образ результата, к достижению которого стремиться субъект преступления3. Поэтому сознание индивида реально включает в себя целепологание. Именно цель очерчивает границы действия, и в то же время устанавливает

1 Комментарий к уголовному кодексу РФ / Отв. редакторы Игнатов А. Н., Лебедев В. М., Минязева Т. Ф. - М.: НОРМА, 2005 г.

2 Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М., 1946. С. 513.

3 Механизм преступного поведения. М.,1981. С.146.

пределы предвидения4. Общепризнанно, что вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления характеризуется, особой общественной опасностью, которая характеризуется умыслом и активным воздействием на сознание и волю несовершеннолетнего, формированием у него устойчивой установки на совершение преступлений.

Мотив (от лат. тоуео -двигаю) означает побудительную причину, повод к какому-либо действию5. В литературе мотив признается исходной побудительной причиной, однако, нет однозначного мнения о том, какие конкретно факторы следует считать двигателями воли человека, а следовательно и мотивами. По степени осознанности различают мотив-влечение, мотив-желание и мотив-цель, более или менее отчетливо осознается лишь мотив-цель. Из сознания уходит чаще всего содержание актуальной потребности6. Установление мотива в случае совершения умышленного преступления является обязательным (ч. 2 ст. 68 УПК РСФСР). По данным А. А. Примаченка «подростки в большинстве случаев вносят элементы своего творчества»7 в совершаемые преступления под влиянием взрослых, выполняют преступные действия с большим усердием.

Поэтому вовлечение несовершеннолетнего в преступление представляет значительную общественную опасность.

Субъектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления может только лицо, достигшее 18-летнего возраста т.е. совершеннолетний.

Совершеннолетнее лицо осознает общественную опасность своего антисоциального воздействия на несовершеннолетнего, предвидит возможность совершения несовершеннолетним преступления и желает этого. Поскольку состав вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления является формальным составом, то, естественно, само преступление может быть совершено только умышленно. Умышленный характер преступления подтверждал и Верховный Суд РСФСР. В постановлении Президиума Верховного Суда РСФСР по делу Г. от 11.06.1975 г. сказано: «Ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в пьянство и преступную деятельность наступает только при доказанности умысла на это и совершении действий, свидетельствующих о его реа-лизации»8. Поэтому при рассмотрении дел следует устанавливать, сознавал ли взрослый или допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в преступную или иную антиобщественную дея-тельность»9. Аналогичная рекомендация содержится в ныне действующем постановлении Пленума Верховного Суда РФ №-7 от 14.02.2000 г., в соответствии с ней при квалификации преступления по ст. 150 УК РФ следует устанавливать «осознавал ли взрослый либо

4 Назаренко Г. В. Вина в уголовном праве: Монография. Орел, 1996. С.45.

5 Локшина С. М. Краткий словарь иностранных слов. 9-е изд., испр. - М.: Рус. яз., 1987. С.318.

6 Зелинский А. Ф. Указ.раб. С. 21 -22.

7 Примаченок А. А. Указ.работа. С. 193.

8 Вопросы уголовного права и процесса. С. 254.

9 Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР. С. 126.

БИЗНЕС В ЗАКОНЕ

1’ 2008

допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления»10.

С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 150 УК РФ предполагает наличие у взрослого лица прямого умысла на вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность для чего он совершает определенные активные действия, связанные с непосредственным психическим или физическим воздействием на несовершеннолетнего.

Также неоднозначно решается вопрос о виде умысла при вовлечении в уголовно-правовой теории. Ряд авторов, при различной аргументации, считают, что вовлечение возможно только с прямым умыслом. Так, И. Н. Даньшин пишет: «по отношению к вовлечению несовершеннолетних в преступную деятельность возможен только прямой умысел. Виновный в данном случае сознает общественно опасный характер своего действия, предвидит причинение существенного вреда общественному порядку и желает наступления этих последствий»11. Также утверждает Н. И. Трофимов: «если интеллектуальный момент умысла характеризуется достоверным или предположительным знанием виновного о несовершеннолетии вовлекаемого и если, сознавая это, он все же склоняет или подготавливает подростка к совершению преступления, то волевой момент умысла заключается в желании вовлечь несовершеннолетнего в преступную деятельность»12. Как видим, отличие состоит, в первую очередь в содержании волевого момента умысла: первый автор, допуская материальный характер состава вовлечения, говорит о желании виновным последствий, второй, утверждая о формальном характере данного состава, переносит волевой момент с последствий на действие. Другие исследователи13 утверждают, что вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления возможно с прямым и косвенным умыслом. Наличие косвенного умысла объясняется переносом такого его элемента как допущение с последствий на само деяние, если авторы рассматривают состав вовлечения как формальный, либо в случае признания состава материальным допускается возможность не желания, но сознательного допущения последствий в виде совершения преступления несовершеннолетним.

Для уяснения ситуации необходимо сделать несколько предварительных теоретических замечаний. Мы говорили, что состав вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления является формальным составом. Поскольку последствия вовлечения не включены в объективную сторону состава пре-

10 См. п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 от 14.02.00 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. №. 4. С. 10.

11 Даньшин И. Н. Указ. соч. С. 159.

12 Трофимов Н. Содержание умысла лица, вовлекающего несовершеннолетних в преступную деятельность // Советская юстиция. 1970. № 16. С. 24-25.

13 Былинкина А., Гуковская Н. Активизировать борьбу с вовлечением «несовершеннолетних в преступную деятельность». Социалистическая законность. 1970. № 26. С. 25; Борьба с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность. С. 93; Примаченок А. А. Совершенствование уголовно-правовой системы мер борьбы с правонарушениями несовершеннолетних / Под ред. М. А. Ефимова. Ми., 1990. С. 193; Яценко С.С. Указ. Соч. С. 151.

ступления, говорить об отношении к ним лица, совершившего преступление, в рамках субъективной стороны состава преступления не приходится. Необходимо помнить, что субъективная сторона деяния должна, во всяком случае, коррелировать с его объективной стороной, поскольку субъективная сторона - есть отражение признаков объективной стороны преступления в сознании виновного. Совпадение объемов предметного содержания вины и реально совершенных действий условие квалификации преступления как оконченного. Поскольку конструктивным элементом объективной стороны в составе вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления является только действие по вовлечению, то в рамках субъективной стороны конструктивным может быть только отношение к этому действию. Анализ ст. 25, 26 УК РФ показывает, что в рамках вины психическое отношение к действию может быть представлено лишь осознанием или неосознанием его общественно опасного характера. Поскольку вовлечение - умышленное преступление, то отношение виновного к действию представлено в нем только осознанием его общественной опасности. Попытки исследователей включить в содержание умысла при вовлечении (как и при любом другом преступлении с формальным составом) в качестве волевого момента желание совершить определенное действие, неосновательны и по форме, и по существу. Во-первых, желание совершить определенное действие не включено в формулу умысла и неосторожности самим законом. Во-вторых, желание совершить определенное действие - свидетельство свободы воли виновного, отсутствие которой исключает уголовную ответственность. Поэтому трудно в рамках уголовно-правовых отношений и теоретически, и практически представить ситуацию, при которой лицо, осознавая общественно опасный характер своего действия, совершает его, не желая его совершать. Если лицо осознает опасность своего действий и совершает его, значит, оно желает его совершить; если лицо, осознавая опасность действия, не желает его совершения, оно его и не совершает. Таким образом, конструкция умысла для формальных составов преступлений включает в себя только процесс осознания общественно опасного характера совершаемого деяния.

Общественная опасность - категория объективная, но она наполняется специфическим содержанием при совершении различных преступлений, а потому для установления умысла необходимо установить сознание определенного характера общественной опасности. В случае вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления она определяется, во-первых, возрастом вовлекаемого, во-вторых, характеристикой действий, которые совершает субъект преступления, в-третьих, характеристикой действий, в совершение которых он вовлекает несовершеннолетних. Эти объективные признаки, отражаясь в сознании вовлекающего, составляют предметное содержание субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ.

Характер и объем осознания виновным факта несовершеннолетия вовлекаемого подлежит выяснению в ходе предварительного следствия и в судебном заседании. К. К. Кусниденов указывает, что для квалификации вовлечения в преступную деятельность необхо-

димо установить, что взрослый знал или предвидел несовершеннолетие вовлекаемого14.

Однако и в период действия прежнего УК РФ, и в современных условиях, четко обозначена и другая позиция, в соответствии с которой точное знание взрослым возраста вовлекаемого лица является обязательным условием квалификации его действий по вовлечению как преступных.

В частности, Н. Бабий, К. Сперанский говорят о необходимости достоверного знания вовлекателем возраста вовлекаемого. Применительно к составу вовлечения несовершеннолетних в пьянство Н. Бабий пишет: «отсутствие осознания факта несовершеннолетия спаиваемого лица не позволяет говорить об умышленной целевой деятельности, а, следовательно, и о вовлечении несовершеннолетнего в пьянст-во»15. К. К. Сперанский, поддерживая это высказывание, говорит, что «особенность субъективной стороны вовлечения несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность как раз в том и состоит, что взрослый в качестве объекта преступного посягательства выбирает лицо, не достигшее совершеннолетия, и это обстоятельство должно охватываться умыслом виновного»; и далее: «нам представляется, что вина в вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность должна включать в себя факт достоверной осведомленности взрослого о несовершеннолетнем возрасте вовлекаемого лица»16. Именно эту позицию поддержал Пленум Верховного Суда РФ в постановлении № 7 от

14. 02. 2000 г., указав в п. 8: «если взрослый не знал о несовершеннолетии лица, вовлеченного им в совершение преступления, он не может привлекаться к ответственности по ст. 150 УК РФ».

Важно отметить, что судебная практика также неоднозначно решает вопросы об установлении осознания виновным возраста вовлекаемого лица. В большинстве случаев судьи придерживаются правила о необходимости установления точного знания виновным возраста вовлекаемого.

Так, приговором Асбестовского федерального суда от 09.06.2000г. рассматривалось уголовное дело по обвинению Касанова Л. В. которого был оправдан по ст. 150 УК РФ. Он обвинялся в вовлечении в совершении кражи несовершеннолетнего Хальзина. На предварительном следствии вопрос о том, знал ли Касьянов о возрасте Хальзина, не исследовался. В ходе судебного разбирательства Касьянов пояснил, что он не знал, что Хальзина несовершеннолетний. Учитывая изложенное, суд оправдал Касанова Л. В. по ст. 150.УК РФ17.

С субъективной стороны - совершеннолетний должен осознавать, что вовлекаемый в преступление -несовершеннолетний, т.е. должен предвидеть и желать вовлечь в преступление именно несовершеннолетнего. Только при доказательстве всех вышеуказанных признаков субъективной стороны наступит уголовная ответственность.

Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

14 Кусниденов К. К. Указ. Соч. С. 15. 201 Бабий Н.А. Указ.

Соч. с.80.

15 Бабий Н. А. Указ.Соч.С.80. ----------------------------------------

16 Сперанский К. К. Указ. Соч. С. 116.