Демографический потенциал и стимулирование рождаемости

ДЕМОГРАФИЯ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Шабунова А.А., Калачикова О.Н.

ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ И СТИМУЛИРОВАНИЕ РОЖДАЕМОСТИ

Депопуляция в России придала демографическим вопросам стратегический характер. Несмотря на заметные позитивные результаты последних 15 лет, демографические перспективы страны остаются весьма неоднозначными. Согласно прогнозу Росстата, к 2025 г. смертность вновь превысит рождаемость. Каковы причины сложившейся ситуации, можно ли и как на нее повлиять — эти вопросы стоят не только перед научным сообществом, но и перед государством.

Анализ тенденций и причин сложившейся ситуации требует достоверных источников информации и соответствующего методологического аппарата. В исследовании используются данные статистики и социологических исследований, проводимых ИСЭРТ РАН на территории Вологодской области в мониторинговом режиме. Для оценки происходящих изменений рождаемости с точки зрения оценки вклада структурного и

поведенческого фактора применялся индексный метод. Для оценки биологического потенциала рождаемости использовался метод расчета гипотетического минимума естественной рождаемости (ГМЕР) В.А. Борисова [1]. Он дает возможность рассчитать через степень реализации гипотетического минимума естественной рождаемости уровень её намеренного ограничения.

Тенденции демографических процессов в XXI веке

За последнюю четверть века численность постоянного населения России сократилась почти на 4 млн. человек. Однако в последние пять лет ситуация меняется в лучшую сторону. Число родившихся детей превышает число умерших, количество приехавших больше количества покинувших страну.

Общий коэффициент рождаемости в России демонстрировал уве-

ренный рост с 2000 до 2012 г. (с 8,3 до 13,3%о), в 2013 г. показал снижение до 13,2%о, с 2014 г. зафиксировался на 13,3 %.

Рост суммарного коэффициента рождаемости (СКР) свидетельствует

об интенсивной реализации запланированных рождений. Причем в сельской местности СКР почти достиг формальной многодетности — 2,8 (рис. 1). Существенно менее активный рост детности в городах.

8 8

88888888. ____

РФ

Источник: Центральная база статистических данных [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://cbsd.gks.ru

Рис. 1. Динамика суммарного коэффициента рождаемости сельского и городского населения России и Вологодской области в 1990-2014 гг. в 1990-2014 гг.

Нетто-коэффициент воспроизводства населения к 2014 г. достиг 83% замещения материнского поколения дочерним. Однако режим воспроизводства населения остается суженным, несмотря на весьма заметный рост этого показателя с начала 2000-х годов.

Насколько длительны позитивные тенденции? Демографические прогнозы предсказывают неблагоприятные перспективы. В этой связи важно оценить резервы повышения рождаемости. Оценки резервов рождаемости базируются на данных о рождаемости населения, не практикующего контрацепцию, по ним определяются биологические стандарты повозрастных коэффициентов

рождаемости и возможный минимум ее уровня. Расчет индекса гипотетического минимума естественной рождаемости (ГМЕР) в России (и в Вологодской области) свидетельствует о наличии значительных резервов. Как видно из табл. 1, ГМЕР за межпереписной период (с 1989 г. по 2010 г.) снизился с 48,7 до 38,6%. Это свидетельствует о сокращении численности когорт женщин в репродуктивном возрасте. Соотношение индекса ГМЕР и общего коэффициента рождаемости показывает уровень реализации естественной рождаемости. Она за тот же период несколько увеличилась — с 31,5 до 32,4%.

В рассмотренный период индекс ГМЕР снижается, свидетельствуя об

ухудшении возрастной и брачной структуры населения. На фоне распространения практики внутрисемейного контроля рождаемости, убы-

вания потребности в детях, это актуализирует исследования репродуктивного поведения и способов воздействия на него.

Таблица 1

Общие коэффициенты рождаемости, гипотетический минимум естественной рождаемости и степень реализации ГМЕР

Год Россия Вологодская область*

Общий коэффициент рождаемости ГМЕР Реализация ГМЕР, % Общий коэффициент рождаемости ГМЕР Реализация ГМЕР, %

в промилле в промилле

1897 49,9 47,7 104,7 - - -

1927 46,0 50,2 91,6 - 45,2 -

1939 37,0 51,4 72,0 - 42,8 -

1959 23,9 49,2 48,6 - 46,1 -

1970 14,4 47,2 30,6 12,8 43,1 29,7

1979 15,9 47,6 33,4 16,2 42,8 37,8

1989 15,3 48,7 31,5 14,9 47,7 31,2

2002** 9,7 39,3 24,7 10,1 38,2 26,5

2010** 12,5 38,6 32,4 12,5 37,9 33,0

Источники: [1. С. 204], оперативные данные Росстата о естественном движении населения. — Режим доступа: http://www.gks.ru, расчеты автора. Примечания: * по данным Вологдастата;

** по данным переписей населения 2002, 2010 гг. — Режим доступа: http://www.perepis2002.ru/index.html?id=9;

http://www.gks.ru/free_doc/new_site/perepis2010/croc/perepis_itogi1612.htm .

Мониторинг репродуктивного потенциала населения в Вологодской области, начиная с 2005 г., позволяет фиксировать предпочитаемые числа детей, условия реализации репродуктивных намерений [2].

Средние предпочитаемые числа детей показывают среднюю детность семей, которая при определенных условиях может быть достигнута. Результаты опроса жителей Вологодской области, как и итоги Российского обследования репродуктивных планов, свидетельствуют о том, что в обществе закрепилась и активно реализуется в повседневной жизни норма малодетности. Осознавая, что представления о детности не всегда совпадают с фактическим числом

рождений, следует понимать их роль: до 50% рождаемость определяется репродуктивными планами семьи и личности [3, С. 60], которые довольно устойчивы на протяжении всей жизни [4; 5]. Предпочитаемые числа детей показывают условно вероятные границы повышения суммарного коэффициента рождаемости.

Идеальное число — то количество детей в семье, которое было бы наилучшим вообще, для «идеальной» семьи. Особенность его оценки заключается в отстраненности от личных обстоятельств, это условный норматив, действующий в обществе. На начало исследования его среднее значение составляло 2,06, а к 2014 г. увеличилось до 2,12. На наш взгляд,

это результат активной информационной политики, сформировавшей мнение о существовании и необходимости решения «демографической проблемы».

Проецируя на себя, свои личные предпочтения, респондент говорит о том, сколько детей он хотел бы иметь при всех благоприятных условиях. Желаемое число детей — это проекция потребности в детях. Для ее удовлетворения населению достаточно, в среднем, двоих детей. С точки зрения обеспечения воспроизводства населения, это — режим простого замещения поколений, но его динамика неблагоприятна (среднее желаемое число детей сократилось с 2,2 в 2005 г. до 2,0 в 2014 г.).

Наиболее близок к значению коэффициента фертильности показатель ожидаемого числа детей. Это то число детей, которое люди реально планируют иметь, учитывая существующие условия [6]. Если условия жизни улучшаются, ожидаемое число может быть превышено. Например, после обращения Президента России Законодательному Собранию в 2006

Средние желаемое и ожидаемое

году, произошел рост значений планируемой детности, люди ощутили внимание к проблемам семьи, способствовала оптимистичным настроениям и стабилизация социально-экономического положения в стране.

В период 2005-2011 гг. среднее ожидаемое число детей увеличилось с 1,77 до 1,86, в 2014 г. показатель снизился до 1,81. Это может свидетельствовать о «затухании» эффекта мер демографической политики, введенных в период 2006-2012 годов.

В сельской местности размер семей традиционно более высок, чем в семьях горожан. Реализация потенциала сельских жителей — один из стратегических резервов повышения рождаемости. Однако в 2014 г. зафиксировано заметное снижение установок детности в сельской местности по сравнению с 2011 г.; средние предпочитаемые числа детей были меньше, чем у городских жителей (табл. 2). Вероятно, это обусловлено «стиранием границ» между городом и селом в плане жизненных ценностей, притязаний к образу и уровню жизни [7; 8].

Таблица 2

ло детей в Вологодской области

Год г. Вологда и г. Череповец Районы В среднем

Желаемое Ожидаемое Желаемое Ожидаемое Желаемое Ожидаемое

2005 2,13 1,77 2,22 1,78 2,20 1,77

2008 2,00 1,86 2,02 1,86 2,01 1,86

2011 1,99 1,70 2,17 2,02 2,08 1,86

2014 2,05 1,84 1,97 1,77 2,02 1,81

Источник: Мониторинг репродуктивного потенциала населения в Вологодской области.

Главными препятствиями (как и способствующими условиями) увеличения рождаемости жители региона видят в проблеме материального положения и жилищную неустроенность. Вместе с тем, несмотря на ограниченную достоверность их ответов [9], следует отметить заметный

рост значимости ценностного фактора: в 2005 г. только 8% населения области считали, что рождаемость ограничивается приоритетом карьеры, стремлением «пожить для себя» против 16% в 2014 г. (табл. 3). На 94% увеличилась частота выбора такого фактора, как «риск остаться без рабо-

ты», что подчеркивает актуальность щения трудовой деятельности и ре-проблемы занятости женщин, совме- продуктивной.

Таблица 3

Распределение ответов на вопрос: «Что, на Ваш взгляд, препятствует увеличению рождаемости в нашей стране?»

Факторы Год 2014 г. к Ранг

2005 2011 2014 2005 г., % 2005 2011 2014 г

Плохие жилищные и материальные условия большинства семей 68,3 70,0 70,7 103,5 1 1 1

Нестабильное экономическое 43,5 45,8 46,3 106,4 2 2 2

положение

Риск остаться без работы 15,5 30,5 33,7 217,4 3 3 3

Приоритет карьеры, стремление «пожить для себя» 8,3 13,6 16,1 194,0 6 5 4

Заботы, связанные с уходом за детьми 12,2 15,1 12,7 104,1 5 4 6

Рождение неполноценного ребенка 12,5 13,4 13,3 106,4 4 6 5

Другое 0,6 0,5 0,4 66,7 7 7 7

Источник: Мониторинг репродуктивного потенциала населения в Вологодской области.

Проведенное исследование свидетельствует о распространении ма-лодетности. Увеличение рождаемости за счет роста доли многодетных семей потребует поиска и использования всех возможных ресурсов для формирования условий «перевыполнения» репродуктивных планов, что в первую очередь связано с влиянием на представление о семье и роди-тельстве, их успешным совмещением с другими сферами жизни.

Оценка эффективности демографической политики

Положительный демографический тренд последних 15 лет был достигнут (или совпал?) благодаря позиции официальных властей.

В 2006 г. Президентом России демография была определена приоритетной сферой1. Был намечен курс активной демографической политики, нацеленной на рост численности

1 Послание Президента Российской Федерации Федеральному собранию 10.05.2006 [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.consultant.ru

населения, рождаемости, снижение смертности трудоспособного населения, укрепление здоровья населения. В качестве целевого ориентира ряда важнейших концептуально-стратегических и программных документов Российской Федерации (Стратегии национальной безопасности РФ на период до 2020 года2, Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ на период до 2020 года3 и Концепции демографической политики РФ на период до 2025 года4) выступает стабилизация и дальнейший рост численности населения страны.

2 Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года: утв. Указом Президента РФ от 12 мая 2009 г. № 537 [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.scrf.gov.ru/documents/1/99.html

3 Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года: утв. распор. Правительства РФ от 17 ноября 2008 г. №1662-р [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //base.garant.ru/194365/

4 Концепция демографической политики Российской Федерации на период до 2025 года: утв. Указом Президента РФ от 9 октября 2007 г. № 1351 [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://base.garant.ru/l9l961/

Существует мнение, что повышение рождаемости, начавшееся в 2000 году, было обусловлено демографической волной. Прирост рождаемости мог быть обеспечен увеличением численности когорт женщин 15-49 лет и, особенно, 20-34 лет. В активный репродуктивный возраст вступили многочисленные когорты конца

1970-х — начала 1980-х гг. рождения. Но уже с 2004 г. численность женщин репродуктивного возраста начала снижаться (табл. 4, рис. 2). Однако специальный коэффициент рождаемости начал увеличиваться. То есть прирост числа родившихся стал обеспечиваться за счет увеличения интенсивности рождений.

Таблица 4

Число родившихся, женщин в репродуктивном и активном репродуктивном возрасте, специальный коэффициент рождаемости, Россия

Показатель Год 2015 к 2015 к

1990 1995 2000 2005 2010 2015 1990, % 2005, %

Число родившихся 1988858 1363806 1266800 1457376 1788948 1944000 97,7 133,4

Число женщин в репродуктивном возрасте 36004394 38004739 39649206 39680092 37690083 35730236 99,2 90,0

Число женщин в активном репродуктивном возрасте (20-34 года) 17012194 15714473 15312283 16571526 17480154 16838957 98,9 101,6

Специальный коэффициент рождаемости 55,2 35,9 32,0 36,7 47,5 54,4 98,5 148,1

Источник: Демографический ежегодник России, расчеты авторов.

Определенное влияние могло оказать распределение женщин внутри возрастного интервала 15-49 лет. Около 80% всех рождений обеспечивают женщины в возрасте 20-34 года. Увеличение доли этих когорт в структуре группы могло сыграть и

сыграло значимую роль. Как видно из рис. 3, на фоне общего снижения численности женщин 15-49 лет, доля 2034-летних с начала двухтысячных годов росла с 39 до 48-47% и численность их снизилась не значительно.

' Численность женщин в репродуктивном возрасте, тыс чел

«• — — Доля женщин 20-34 года, % Источники: Демографический ежегодник России, расчеты авторов.

Рис. 2. Численность женщин репродуктивного возраста (тыс. человек) и доля в ней группы 20-34 летних женщин, %, Российская Федерация

Источники: Демографический ежегодник России, расчеты авторов.

Рис. 3. Структура женщин репродуктивного возраста по пятилетним возрастным группам, %, Российская Федерация

$ г

II

1519 В 10-11

В 35-39

а зо-и В 25-29 О 20-24

15-19

(Т (Г. О"- Т- ^ (71 О

оаоооооооооооооо

смгмсмсмг^гмгмгмгчгчгмгмгмг^гмсм

Следует отметить, что распределение женщин внутри группы было достаточно благоприятным. Сокращение численности самых юных 1519-летних и 20-24-летних женщин компенсировалось увеличением вклада вполне и даже наиболее ре-продуктивно активных 25-29-летних (см. рис. 3).

Расчеты индексным методом свидетельствуют о том, что повышение рождаемости населения России в 2006-2009 гг. на 78% обусловлено ростом ее интенсивности при активизации демографической политики [10. С. 72] и на 22% — за счет улучшения демографической структуры.

Аналогичные оценки индексным методом по Вологодской области [11] показывают, что увеличение общего коэффициента рождаемости в период с 2006 г. по 2011 г. на 19,3% (с 10,9 до 13,0%о) было достигнуто за счет: • действительного увеличения рождаемости, т.е. за счет увеличения возрастных коэффициентов рождаемости — на 14,03%;

• некоторого улучшения структуры женщин внутри репродуктивного возраста — на 9,45%;

• снижения доли женщин репродуктивного возраста в общей численности населения — на 4,5%. При сохранении доли женщин репродуктивного возраста, общий коэффициент рождаемости мог бы увеличиться на 22%. Таким образом, зафиксированный рост рождаемости в период активизации демографической политики действительно большей частью (на 74%) обусловлен увеличением интенсивности рождений.

В период 2011-2014 гг. в РФ ОКР в РФ вырос на 5,6% — с 12,6 до 13,3 %. Сохраняется положительное влияние распределения женщин внутри группы 15-49 лет. Динамика численности женщин в репродуктивном возрасте оказывает снижающее воздействие, распределение внутри группы и интенсивность рождений — повышающее. За счет сокращения численности женщин 15-49 лет ОКР снизился бы

на 26%, но за счет изменения состава женщин репродуктивного возраста он увеличился на 59% и на 67% — за счет изменения интенсивности рождений. В Вологодской области за этот период ОКР повысился на 4,6% — с 13,0 до 13,6%. Снижение за счет сокращения доли женщин 15-49 лет составило бы 36%, но за счет изменения состава женщин репродуктивного возраста он увеличился на 66% и на 68% — за счет изменения интенсивности рождений.

Действительно, россияне стали более интенсивно реализовывать свои репродуктивные планы, однако вмешательство со стороны государства в семейную жизнь приветствуется далеко не всеми. Каждый десятый житель региона полагает, что государство никак не должно влиять на рождение в семьях числа детей, 38%, напротив, считают, что семьи нужно заинтересовать, стимулировать к рождению детей. Чуть более половины респондентов (51%) высказались за политику поддержки.

Что касается значимости мер, то первое место фактически разделили пособие по беременности и родам (41%) и семейный капитал (40%). Для 38% вологжан важнее оказалось пособие по уходу за ребенком — единственный гарантированный доход матери в этот период.

Обе первые меры подразумевают получение «на руки» относительно крупной суммы, которая может быть направлена на решение «стратегических» для семьи задач (приобретение жилья, автомобиля, ремонт, выплата кредита). Следует отметить, что материнский капитал (429408 руб. в 2014 году) большая часть (64%)5 вологод-

5Пенсионный Фонд РФ: официальный сайт. [Электронный ресурс]. — Режим доступа:

ских семей направила на получение или погашение ипотечных кредитов.

Процессы атомизации общества, проявляющиеся в повышении индивидуализма, сужении социального пространства человека до границ семьи отразились и в оценках населением последствий однодетности. Наиболее значимыми, по мнению жителей региона, являются психологические факторы, имеющие отношение к конкретной семье. Молодых людей чуть в большей степени, чем старшие поколения волнует повышение вероятности разводов, одиночества своего и своих родителей. Это отражение их личных тревог: 77% молодых людей от 15 до 25 лет выросли в малодетных семья (27% из

них — единственные дети) [2]. * * *

Биологический (естественная рождаемость) потенциал повышения рождаемости не исчерпан, но ограничивается демографическим поведением. Репродуктивное поведение относится к малодетному типу с ориентацией на 1-2 детей и превалированием психологических репродуктивных мотивов.

Помехи к рождению желаемых детей, в основном, находятся в зоне материально-бытовых проблем и «неуверенности в завтрашнем дне». Немаловажную роль играет страх потерять работу, что вскрывает целый комплекс проблем рынка труда, в том числе и его нового для российской правовой сферы вида — репродуктивного.

Демографическая политика стимулирования рождаемости имеет эффект, но ограничивается желаемой

http: //www.pfrf.ru/ot_vologda/pr_releases/6754 2.html

детностью. В связи с этим важно не только создавать условия для реализации желаемых рождений, но активировать работу по формированию репродуктивных установок молодого поколения. Это задача официального политического курса государства с привлечением в первую очередь воспитательного ресурса системы образования, средств массовой информации, социальных служб.

Регулярный поиск новых эффективных инструментов демографической политики позволит снизить «затухание» результативности предпринимаемых мер. На наш взгляд, на сегодняшний день существует угроза «перекоса» поддержки рождения детей второй и более очередности.

С учетом роста в молодежной среде распространенности идеологии добровольной бездетности, важно поддержать и рождение первенцев. Изучение образа жизни современной

молодежи, ориентированной на нук-леарную семью, эффективное совмещение репродуктивного и продуктивного труда, карьеры свидетельствует в пользу уральской демографической школы, ратующей за официальное признание репродуктивного труда как вида трудовой деятельности, требующего соответствующих компетенций и оплаты.

Перспективным представляется пересмотр системы налоговых преференций семьям с детьми. Более ощутимый для бюджета «выигрыш» станет не только материальным ресурсом, но инструментом психологического воздействия. В связи с реформированием пенсионной системы, планируемым повышением пенсионного возраста введение новой системы индексации размера пенсии в зависимости от детности так же будет иметь значение для большей части россиян.

Литература

1. Антонов А.И., В.А. Борисов. Лекции по демографии. — М., 2011. — 592 с.

2. Калачикова О.Н., Гордиевская А.Н. Репродуктивное поведение населения: опыт многолетнего мониторинга // Вопросы территориального развития. — № 9. — 2014. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://vtr.isert-ran.ru/?module=Articles& ac-tion= view&aid=4279

3. Копейкина М.А. Экономико-математическое моделирование репродуктивного поведения населения региона // Экономические и социальные перемены в регионе: факты, тенденции, прогноз. — 2006. — № 32. — С. 56-63.

4. Бодрова В.В. Репродуктивное поведение и репродуктивные права населения России в переходный период // Народонаселение. — 1999. — № 2. — С. 79-90.

5. Пальцева Т.В. Формирование репродуктивной установки // Семья в России. — 2004.

— №4. — С. 26-35.

6. Андреев Е.М., Бондарская Г.А. Можно ли использовать данные об ожидаемом числе детей в прогнозе численности населения? // Вопросы статистики. — 2000. — № 11.

— С. 60.

7. Нечипоренко О.В. Становление многоукладности в аграрной сфере российского общества и эволюция адаптационных стратегий сельского населения // Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие [Электронный ресурс]: Материалы IV Очередного Всероссийского социологического конгресса. — М.: РОС, 2012. — 1 CD ROM. — С. 5124-5132.

8. Пациорковский В.В. Сельско-городская Россия. — М.: ИСЭПН РАН, 2010. — 390 с.

9. Архангельский В.Н. Мнения о «помехах» к рождению детей в семье и о действительных трудностях реализации желаемого числа детей // Демографические исследования. — 2010. — №3. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=20&idArt=320#_ftnref5.

10. Зверева Н.В., Архангельский В.Н. Предварительные итоги и перспективы современной политики в области рождаемости в России // Федерализм. — 2010. — № 2 (58). — С. 69-84.

11. Калачикова О.Н. О причинах роста рождаемости населения в период активизации демографической политики России (на примере Вологодской области) / О.Н. Калачикова, А.А. Шабунова // Проблемы прогнозирования. — 2013. — № 5. — С. 129-136.

Bibliography

1. Antonov A.I., Borisov V.A. Lektsii po demografii [Lectures on Demography]. Moscow. 2011. 592 p.

2. Kalachikova O.N., Gordievskaya A.N. Reproduktivnoye povedeniye naseleniya: opyt mnogo-letnego monitoringa [Reproductive behavior of population: long-term monitoring experience]. Voprosy territorial'nogo razvitiya [Territorial Development issues]. 2014. № 9. Available at: http://vtr.isert-ran.ru/?module=Articles&action=view&aid=4279.

3. Kopeikina M.A. Ekonomiko-matematicheskoye modelirovaniye reproduktivnogo povedeniya naseleniya regiona [Economic and mathematical modeling of the reproductive behavior of the region's population]. Ekonomicheskiye i sotsial'nyye peremeny v regione: fakty, tendentsii, prognoz [Economic and Social Changes in the Region: Facts, Trends, Forecast]. 2006. № 32. P. 56-63.

4. Bodrova V.V. Reproduktivnoye povedeniye i reproduktivnyye prava naseleniya Rossii v perekhodnyy period [Reproductive behavior and reproductive rights of the population of Russia in the transition period]. Narodonaseleniye [Population]. 1999. № 2. P. 79-90.

5. Pal'tseva T.V. Formirovaniye reproduktivnoy ustanovki [Formation of reproductive pattern]. Sem'ya v Rossii [Family in Russia]. 2004. № 4. P. 26-35.

6. Andreev E.M., Bondarskaya G.A. Mozhno li ispol'zovat' dannyye ob ozhidayemom chisle detey v prognoze chislennosti naseleniya? [Can data on the expected number of children be applied in population forecast]? Voprosy Statistiki. 2000. № 11. P. 60

7. Nechiporenko O.V. Stanovleniye mnogoukladnosti v agrarnoy sfere rossiyskogo obshchest-va i evolyutsiya adaptatsionnykh strategiy sel'skogo naseleniya [Formation of multistruc-turality in the agrarian sphere of the Russian society and evolution of the adaptive strategies of the rural population]. Sotsiologiya i obshchestvo: global'nyye vyzovy i regional'noye razvitiye. Materialy IV Ocherednogo Vserossiyskogo sotsiologicheskogo kongressa [Sociology and Society: Global Challenges and Regional Development. Proceedings of the IV Regular All-Russian Sociological Congress]. Moscow. RSS. 2012. 1 CD ROM. P. 5124-5132.

8. Patsiorkovsky V.V. Sel'sko-gorodskaya Rossiya [Rural and Urban Russia]. Moscow. ISEPN RAN [Institute of Socio-Economic Studies of Population RAS]. 2010. 390 p.

9. Arkhangelsky V.N. Mneniya o «pomekhakh» k rozhdeniyu detey v sem'ye i o deystvitel'nykh trudnostyakh realizatsii zhelayemogo chisla detey [Opinions on the "obstacles" to birth of children in family and the real difficulties in having the desired number of children]. Demograficheskiye issledovaniya [Demographic Studies]. 2010. №3. Available at: http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=20&idArt=320#_ftnref5.

10. Zvereva N.V., Arkhangelsky V.N. Predvaritel'nyye itogi i perspektivy sovremennoy politiki v oblasti rozhdayemosti v Rossii [Modern fertility policy in Russia: preliminary results and outlook]. Federalism. 2010. № 2 (58). Pp. 69-84.

11. Kalachikova O.N. O prichinakh rosta rozhdayemosti naseleniya v period aktivizatsii demo-graficheskoy politiki Rossii (na primere Vologodskoy oblasti) [On the causes of the birth rate growth the in the period of intensification of the Russian demographic policy (the case of Vologda oblast)]. Problemy prognozirovaniya [Forecasting issues]. 2013. № 5. P. 129-136.