СПОСОБ ПРОТИВООПУХОЛЕВОЙ ИММУНОТЕРАПИИ
METHOD OF ANTITUMOUR IMMUNOTHERAPY

Изобретение относится к медицине, конкретно к лечению онкологических заболеваний, и может быть использовано для противоопухолевой иммунотерапии.
Наиболее активно используемые нехирургические подходы к лечению раковых опухолей (радиационная и химиотерапия) вызывают повреждение не только злокачественно перерожденных, но и здоровых тканей больного, что приводит к развитию побочных эффектов, ограничивающих применение этих методов. Альтернативный подход к лечению онкологических заболеваний - использование высокоспецифичных механизмов самой иммунной системы человека для селективного воздействия на раковые клетки без отрицательного влияния на здоровые ткани (противоопухолевая иммунотерапия).
Выделяют два вида противоопухолевой иммунотерапии: пассивную и активную. Под пассивной противоопухолевой иммунотерапией обычно подразумевается использование компонентов иммунной системы (моноклональных антител, цитокинов, интерферонов и др.), подготовленных вне организма пациента (ex vivo). Активная противоопухолевая иммунотерапия, в свою очередь, направлена на стимуляцию противоопухолевого иммунного ответа непосредственно в организме пациента (in vivo). Одним из перспективных направлений активной противоопухолевой иммунотерапии является создание противоопухолевых вакцин. Среди них наиболее перспективными являются вакцины на основе дендритных клеток (ДК вакцины).
В большинстве случаев, под ДК-вакциной подразумевают дендритные клетки (ДК), нагруженные опухолевым антигеном ex vivo. Такие вакцины известны как ДК-вакцины первого поколения. В этом случае все этапы выделения, обработки антигена и нагрузки им ДК проводятся вне организма человека и требуют значительных затрат. Антигены, используемые в этих вакцинах, имеют различное происхождение: лизаты опухолей, экстракты опухолевых белков и синтетические пептиды. Помимо обычной «нагрузки» ДК опухолевыми антигенами с этой целью применяют также различные молекулярно-биологические методы (плазмидную трансфекцию, ретровирусные векторы, рекомбинантные аденовирусы, лентивирусы, электропорацию; введение опухолевой РНК). Кроме того, ДК могут презентировать антигены без процессинга, представляя их на своей поверхности в составе комплексов «антиген-антитело», связанных через Fc-рецепторы. Еще один альтернативный вариант получения клеток, представляющих опухолевые антигены, - слияние ДК с опухолевыми клетками для получения гибридных клеток.
+
Были разработаны методы получения больших количеств ДК из моноцитов или CD34 клеток предшественников ex vivo. В большинстве клинических исследований в настоящее время используются ДК, полученные из моноцитов с использованием гранулоцитарно-макрофагального колониестимулирующего фактора (GM-CSF) и интерлейкина-4. После 3-5-суточной инкубации с упомянутыми факторами моноциты дифференцируются в незрелые ДК. Поскольку мигрировать в дренирующие лимфатические узлы и активировать Т-клеточный ответ способны только зрелые ДК, большинство методов получения препаратов ДК-вакцин включает дополнительную стадию созревания ДК продолжительностью 1-2 суток, требующую применения специфических ростовых факторов.
К настоящему времени уже проведен ряд клинических исследований безопасности и эффективности различных типов ДК-вакцин для некоторых онкологических заболеваний. Вакцины при этом вводили различными путями: подкожно, внутрикожно, внутривенно и напрямую в лимфатические узлы. Безопасность использования ДК-вакцин подтверждена результатами клинических исследований с участием более 1000 пациентов, обобщенными Ridgway D. в обзоре, напечатанном в 2003 г. [Ridgway D. The first 1000 dendritic cell vaccinees // Cancer investigation. 2003, 21(6): 873-886]. Наблюдались незначительные побочные эффекты в виде лихорадки, местных реакций, аденопатии и усталости. Серьезные, угрожающие жизни побочные эффекты не наблюдались. В некоторых случаях наблюдался измеряемый иммунологический эффект. Клиническая эффективность вакцин была различной и в некоторых случаях наблюдались клинически значимые эффекты лечения. Тем не менее, лишь в небольшом проценте случаев клинические эффекты были продолжительными или полными.
Одним из ограничений ДК-вакцин первого поколения является то обстоятельство, что большинство вакцин используют лишь одну антигенную мишень. Злокачественная опухоль состоит из гетерогенной популяции неопластических клеток, различающихся у разных пациентов. Вакцины, использующие несколько антигенов, могут являться более подходящим выбором для активации более полного иммунного ответа. Кроме того, в настоящее время идентифицирован и доступен лишь ограниченный набор опухоль-ассоциированных антигенов, которые могут использоваться в качестве антигенных мишеней при создании вакцины. Использование материала опухоли пациента как источника антигенов для создания вакцины может предоставить возможность выбора и презентации множества антигенов, включая и те, которые в настоящее время не являются идентифицированными.
ДК-вакцины, полученные с использованием лизатов опухоли, облученных опухолевых клеток, опухолевых РНК и гибридных клеток ДК/опухолевые клетки представляют собой примеры попыток использования опухоли как источника антигенов и понимания того, что набор антигенов может быть специфичным для каждой конкретной опухоли. Тем не менее, процесс изготовления таких вакцинных препаратов и особенно выделения и нагрузки антигенами зачастую является весьма сложным и дорогостоящим.
Для преодоления указанных недостатков было предложено интратуморальное введение аутологичных ДК, что позволяет осуществлять процесс представления антигена in situ и дает доступ к спектру аутологичных опухоль специфичных антигенов. Этот подход устраняет необходимость процедур идентификации, выбора, выделения, переработки и ex vivo презентации антигенов ДК, что существенно упрощает и удешевляет производство вакцины. Вакцины на основе этого подхода были названы ДК-вакцинами второго поколения.
Были опубликованы результаты четырех клинических исследований с использованием интратуморального введения ДК. Эти исследования подтвердили безопасность данного метода (только 4 случая побочных эффектов III степени в когорте из 57 пациентов). Triozzi, et. al. впервые опубликовали результаты интратуморального введения аутологичных незрелых ДК пациентам, страдающим метастатической меланомой и опухолью молочной железы [Triozzi P., Khurram R., Aldrich W., Walker, M., Kim, J., and Jaynes, S. Intratumoral injection of dendritic cells derived in vitro in patients with metastatic cancer // Cancer. 2000, 89(12): 2646-2654]. Mazzolini et. al. опубликовали исследование с участием 17 пациентов с метастатическим раком поджелудочной железы, колоректальным раком и первичным раком печени [Mazzolini et al. Intratumoral injection of dendritic cells engineered to secrete interleukin-12 by recombinant adenovirus in patients with metastatic gastrointestinal carcinomas // Journal of Clinical Oncology. 2005, 23(5): 999-1010].
Для того чтобы усилить процесс высвобождения и поглощения антигенов ДК, было предложено предварительно подвергать опухоль воздействию стандартных аблятивных процедур (например, химиотерапии, лучевой терапии, криотерапии, радиочастотной абляции, термоабляции и фотодинамической терапии), проводимых непосредственно перед процедурой введения ДК в опухоль. Присутствие большого числа мертвых и умирающих опухолевых клеток в ткани, подвергшейся абляции, предоставляет широкий набор индивидуальных аутологичных антигенов для их поглощения и процессирования ДК, введенными в очаг абляции. Эта гипотеза была подтверждена целым рядом исследований на животных.
Известен «Способ противоопухолевой иммунотерапии больных солидными опухолями», патент РФ №2376033, класс A61K 39/395, 38/38, A61P 37/00, 35/00, A61N 5/067, 2008, реализующий вышеописанную схему. Недостатком известного способа является недостаточная эффективность противоопухолевого иммунного ответа по причине использования костномозговых предшественников ДК, требующих особых факторов в окружении для превращения в незрелые ДК.
Известен также «Способ лечения опухолей млекопитающих», заявка США №2005/0214268 A1, класс A61K 48/00 A, 61K 39/00, 2005. Недостатком известного способа является невысокая эффективность противоопухолевого иммунного ответа.
Очевидно, для наиболее полной и успешной реализации потенциала ДК-вакцин второго поколения необходимо решить следующие проблемы:
1) улучшить эффективность процесса поглощения и процессирования антигена (созревание ДК) in vivo при интратуморальном введении незрелых ДК.
2) обеспечить надежную миграцию зрелых ДК в дренирующие регионарные лимфатические узлы для запуска и развития эффективного противоопухолевого иммунного ответа.
Обе эти проблемы успешно решаются в предлагаемом способе иммунотерапии.
Наиболее близким к предлагаемому является «Способ введения дендритных клеток, подвергнутых частичному созреванию». Патент РФ №2348418 C2, класс A61K 35/14, 35/36, 35/26, 35/39, 35/28, 38/18, A61P 35/00, опубликован в 2009 году.
α
2
10
По данному патенту способ продуцирования противоопухолевого иммунного ответа включает введение ДК, при этом ДК предварительно индуцируют in vitro для инициирования созревания. ДК получают из кожи, селезенки, костного мозга, тимуса, лимфатических узлов, пуповинной крови или периферической крови, где ДК получают от индивидуума, которого будут лечить, либо ДК получают от здорового индивидуума, HLA-совместимого с индивидуумом, которого будут лечить. При этом ДК являются частично созревшими в присутствии агента созревания ДК, а агентом созревания ДК является бацилла Кальметта-Герена (BCG), γ-интерферон (IFNγ), липополисахарид (LPS), фактор некроза опухоли альфа (TNF), соединение имидазохинолин, искусственный двунитевой полирибонуклеотид, агонист Toll-подобного рецептора (TLR), последовательность нуклеиновых кислот, содержащая неметилированные CpG-мотивы, известные для индукции созревания ДК, или любая их комбинация. После чего частично созревшие ДК вводят прямо в опухоль, либо в ложе опухоли после хирургического удаления или резекции опухоли, либо частично созревшие ДК вводят в область тканей, окружающих опухоль, либо частично созревшие ДК вводят в лимфатический узел, непосредственно дренирующий область опухоли, либо частично созревшие ДК вводят непосредственно в кровеносный сосуд, питающий опухоль или орган, пораженный опухолью, либо в кровеносную систему, так что клетки доставляются к опухоли или к органу, пораженному опухолью. Частично созревшие ДК вводят в качестве адъюванта лучевой терапии, химиотерапии или их комбинации. Частично созревшие ДК вводят перед, одновременно с, или после лучевой терапии, химиотерапии или их комбинации. Возможен вариант, при котором композиция, содержащая ДК, индуцированные in vitro для инициирования созревания, характеризующиеся способностью захватывать и процессировать антиген in vivo, вводится в сочетании с фармацевтически приемлемым носителем для введения. При этом частично созревшие ДК демонстрируют увеличенную экспрессию костимулирующих молекул CD80, CD86 и/или CD54 и сохраняют способность захватывать и процессировать антиген. Композиция по описываемому способу содержит от приблизительно 10 до приблизительно 10 частично созревших ДК. В описываемом способе частично созревшие ДК в одном из решений сохранялись при низких температурах после частичного созревания, либо частично созревшие ДК выделялись из пациента, которому они должны быть введены, либо частично созревшие ДК были HLA-совместимы с индивидуумом, которому они должны быть введены.
Недостатком известного способа является невысокая эффективность противоопухолевого иммунного ответа, поскольку опухоль подавляет миграцию зрелых ДК в дренирующие лимфоузлы, а также запуск и развитие эффективного противоопухолевого иммунного ответа.
Задачей данного изобретения является повышение эффективности противоопухолевой иммунотерапии за счет преодоления негативного влияния микроокружения опухоли на процессы созревания, миграции и процессирования антигенов ДК.
Технический результат состоит в усилении противоопухолевого иммунного ответа как на местном, так и на системном уровне. Технический результат достигается за счет того, что в заявленном способе противоопухолевой иммунотерапии больных, включающем введение больному ДК, используют комбинированный способ введения зрелых аллогенных ДК и незрелых аутологичных ДК.
СУЩНОСТЬ ИЗОБРЕТЕНИЯ
Данное изобретение основано на понимании того факта, что введение антигенпрезентирующих клеток (АПК), таких как ДК в опухоль (интратуморальное введение) является преимущественным способом активной иммунотерапии рака, поскольку предоставляет возможность осуществлять процесс нагрузки АПК опухолевыми антигенами самого пациента in situ, без необходимости идентификации, селекции, выделения и выполнения процесса нагрузки ДК антигеном ex vivo.
При этом вышеописанный способ может быть существенно улучшен за счет его комбинации со способами, способными высвобождать антигены in vivo, такими как различные методы абляции опухоли, включая химиотерапию, лучевую терапию, радиочастотную абляцию, фотодинамическую терапию, локальную гипертермию и высокоинтенсивную фокусированную ультразвуковую терапию и им подобные. Это изобретение также основывается на понимании того факта, что незрелые ДК используются для интратуморального введения исходя из их возможности поглощать антигены путем фаго- и эндоцитоза непосредственно из опухолевых клеток in situ.
Изобретение дополнительно основано на понимании того, что после поглощения антигена in situ незрелые ДК должны пройти процесс созревания (активации) для приобретения способности к миграции в лимфатические узлы и эффективной активации антигенспецифичного Т-клеточного ответа.
Настоящее изобретение относится к использованию аллогенных ДК, дифференцированных ex vivo, как клеточного адъюванта в методе активной иммунотерапии, использующем опухолевый материал in situ и аутологичных незрелых ДК.
Заявленный способ иммунотерапии включает введение ДК пациенту. При этом ДК вводят поэтапно.
На первом этапе осуществляют введение зрелых аллогенных ДК, нагруженных опухолеспецифичным антигеном, созревание которых осуществляют ex vivo.
Инъекция аллогенных ДК стимулирует аллогенный ответ у пациента, что ведет к быстрому отторжению и выведению аллогенных ДК. Аллогенный ответ иммунной системы пациента против аллогенных ДК включает локальное и системное продуцирование провоспалительных цитокинов.
На втором этапе осуществляют повторное введение зрелых аллогенных ДК одновременно с введением незрелых аутологичных ДК in situ в опухоль.
Введение зрелых аллогенных ДК обуславливает как системный, так и местный иммунный ответ, в первую очередь обеспечивая цитокиновое окружение иммунокомпетентных клеток на локальном уровне регионарных лимфатических путей и лимфоузлов. Это достигается за счет способности к миграции зрелых ДК в лимфатические узлы, что обеспечивает создание микроокружения, богатого противовоспалительными цитокинами и другими факторами, повышающими эффективность процессов поглощения и процессирования антигена незрелыми аутологичными ДК (созревания ДК), миграции зрелых ДК в дренирующие лимфоузлы без снижения срока выживаемости нагруженных антигеном аутологичных ДК в лимфатических узлах и активации антигенспецифичных T-клеток. Именно в этих условиях возможно развитие адекватного антигенспецифичного иммунного ответа, приводящего к разрушению очагов опухоли, в том числе и метастатических.
Кроме того, на втором этапе предварительно или одновременно с введением ДК проводят абляцию опухоли (клеточный дистресс), а для осуществления абляции используют любой из известных способов воздействия физической энергии на ткань с целью ее девитализации (криоабляцию, термоабляцию, лучевое воздействие, радиационное воздействие, ультразвуковое воздействие, а также комбинации этих способов) и другие процессы, которые приводят к высвобождению одного или нескольких опухолевых антигенов.
Вследствие этого, после введения незрелых аутологичных ДК, в опухоли происходит их созревание in situ за счет поглощения антигенов, специфичных для данной конкретной опухоли, путем фаго- и эндоцитоза непосредственно из подвергшихся воздействию абляции опухолевых клеток. Затем за счет взаимодействия созревших аутологичных ДК и T-клеток в лимфатических узлах происходит формирование противоопухолевых клонов Т-клеточного звена. Таким образом осуществляется запуск и развитие эффективного противоопухолевого иммунного ответа.
Введение ДК на втором этапе происходит не менее чем через 24 часа, но не более чем через 120 часов после первого этапа. Время для введения аллогенных ДК выбирается на основе данных кинетики аллогенного иммунного ответа так, чтобы обеспечить наличие провоспалительных цитокинов.
+
+
Аллогенные ДК выбирают на основе типа антигена тканевой совместимости (HLA) донора и пациента. Критерий выбора - наличие по крайней мере одного несовпадения в гаплотипах HLA-I (HLA-A, HLA-B или HLA-C) и HLA-II (HLA-DR, HLA-DP или HLA-DQ) у пациента и донора. Эти критерии выбраны для обеспечения индукции CD8 Т-клеточного и CD4 Т-клеточного аллогенного ответов у пациента.
+
Аллогенные и аутологичные ДК получают ex vivo из кожи, селезенки, костного мозга, тимуса, лимфатических узлов, пуповинной крови или периферической крови из клеток-предшественников, включающих мононуклеары крови, CD34 клетки-предшественники и другие клетки, с использованием любых известных способов. Предпочтительный метод получения аллогенных ДК включает способы, позволяющие получить активированные иммунностимуляторные ДК.
В заявленном способе аллогенные ДК и незрелые аутологичные ДК вводят пациенту любым известным способом.
В одном решении ДК вводят непосредственно в опухоль. В другом решении ДК вводят в область тканей, окружающих опухоль, в любом случае ДК вводят таким образом, чтобы осуществить взаимодействие с другими компонентами иммунной системы непосредственно в лимфатическом узле/группе лимфатических узлов, дренирующих опухоль и прилежащие ткани. В следующем решении ДК вводят в кровеносную систему, так что клетки доставляются к опухоли или к органу, пораженному опухолью. В одном из решений ДК вводят в ложе опухоли после хирургического удаления или вмешательства. Возможно использование любой комбинации вышеописанных способов введения.
Во всех случаях опухоль выбирается из группы, состоящей из любых солидных опухолей (рак предстательной железы, рак печени, рак почки, рак легких, рак молочной железы, рак толстого кишечника, рак поджелудочной железы, рак яичников, рак мочевого пузыря, переходноклеточный рак мочевыводящих путей, рак щитовидной железы, саркомы мягких тканей, меланомы или другой солидной опухоли).
ПРИМЕР 1.
Больной Т., 69 лет, диагноз: Рак предстательной железы, T3bNxM1. Глисон 7.
Диагноз был установлен тремя годами ранее настоящего обращения. В течение данного времени получал гормональное лечение в объеме максимальной андрогенной блокады (МАБ), впоследствии было отмечено снижение эффективности проводимой терапии в результате развития гормонорезистентности. В этой связи было проведено 6 циклов химиотерапии таксанами с непродолжительным эффектом.
На момент обращения у пациента имелся болевой синдром (для купирования которого проводилась терапия опиатами, среднесуточная потребность в морфине 30 мг), параплегия. Индекс Карновского 4. Морфологически темноклеточная аденокарцинома предстательной железы с признаками периваскулярной и периневральной инвазии, более 50%, индекс Глисона 7 (3+4). По данным лабораторных методов исследования: PSA 150 нг/мл, ALP 380 Ед/л, РАР 10,5 Ед/л, анемия средней степени тяжести, тромбоцитопения легкой степени. По данным радиоизотопной сцинтиграфии были отмечены патологические очаги накопления радиофармпрепарата в области ребер справа V-XII и VII-XI слева, правой головки плечевой кости, грудного отдела и поясничного позвоночника (Th IV, Th IX-Th XII, LI-LV), крестца, лонных и седалищных костей, крестцово-подвздошного сочленения с обеих сторон, крыла правой подвздошной кости, головки бедренной кости справа. При проведении магнитно-резонансной томографии были выявлены множественные гипоинтенсивные очаги в костях, соответствующие специфическим очагам поражения, патологический компрессионный перелом тела LII позвонка, на уровне LIII-LIV наблюдалось сужение просвета спинномозгового канала, с плотным контактом с элементами конского хвоста спинного мозга, по-видимому, определявшее, имевшуюся у пациента параплегию нижних конечностей.
По способу, описанному выше, у пациента была получена из моноцитов и переработана культура ДК (доза терапевтической вакцины). После получения препарата аутологичных незрелых ДК для проведения курса активной иммунотерапии, в качестве адъюванта использовали препарат ДК, полученных из периферических моноцитов подходящего донора, имеющего хотя бы одно несоответствие в гаплотипах HLA-I (HLA-A, HLA-B или HLA-C) и HLA-II (HLA-DR, HLA-DP или HLA-DQ.
Затем пациенту, при внутривенной анальгезии, под контролем трансректального ультразвука с использованием шаблона, аналогичного используемому при промежностной брахитерапии, трансперинеально вводили иглу 18 Ch длиной 15 см, при этом конец иглы позиционировали в область опухоли предстательной железы. Из шприца, содержащего 1,2 миллиона аллогенных ДК (полученных от здорового донора, по описанному выше способу) в опухолевый очаг, а также перитуморально, вводили всю дозу препарата аллогенных ДК.
Физическое состояние пациента после проведения неоадъювантной терапии существенно не изменилось, была отмечена субфебрильная лихорадка в течение первых суток после введения препарата аллогенных ДК, не потребовавшая дополнительной терапии. Лабораторные показатели крови существенно не изменились.
Через 72 часа после проведения неоадъювантной иммунотерапии пациенту под перидуральной анестезией была выполнена криоабляция предстательной железы. Под контролем трансректального ультразвука посредством шаблона, аналогичного используемому при промежностной брахитерапии, трансперинеально были введены 6 криостатов 16 Ch. Было выполнено замораживание предстательной железы и окружающих тканей. Процесс контролировался с помощью температурных датчиков и визуально (образование ледяного шара, зарегистрированного при ультразвуковом исследовании). Криопробы были удалены. После нормализации температуры в области вмешательства, пациенту введены аутологичные ДК по способу, аналогичному описанному. Введенная доза составляла 10 миллионов клеток. Сразу после введения аутологичных ДК тем же способом вводили 1,2 миллиона аллогенных ДК. Для дренирования мочевых путей выполняли пункционную цистостомию. Протекание послеоперационного периода - гладкое. В течение трех суток после вмешательства наблюдалась фебрильная (до 38°C) лихорадка, умеренный болевой синдром, сопровождавшиеся незначительным нейтрофильным лейкоцитозом. Был отмечен резкий подъем уровня ПСА (более 500 нг/мл). Самостоятельное мочеиспускание восстановилось на 14 сутки.
Через 1 месяц после проведенного лечения было отмечено снижение уровня ПСА до 30 нг/мл. С целью уменьшения костных болей пациент получал диклофенак по 100 мг/сутки, потребность в опиатных анальгетиках отпала. Через 3 месяца отмечалось дальнейшее снижение уровня ПСА до 22 нг/мл. Отмечено полное купирование болевого синдрома. Отмечена частичная регрессия неврологической симптоматики, восстановление чувствительности и частичное восстановление двигательной активности. Индекс Карновского 3. Других существенных изменений физического состояния пациента и отклонений лабораторных показателей не было зарегистрировано.
По данным радиоизотопной сцинтиграфии было отмечено уменьшение числа патологических очагов накопления радиофармпрепарата в области ребер, тазовых костей, очаги в области головки бедренной кости справа и правой головки плечевой кости не визуализируются. При проведении повторной магнитно-резонансной томографии было отмечено уменьшение размеров измеряемых очагов более чем на 50%, выявлено уменьшение сужения просвета спинномозгового канала.
ПРИМЕР 2.
Больной В., 72 года, диагноз: Рак предстательной железы, T2cN1M1. Глисон 8.
Диагноз был установлен двумя годами ранее настоящего обращения. Больному выполнена радикальная простатэктомия. В дальнейшем пациент получал гормональное лечение в объеме МАБ, впоследствии было отмечено снижение эффективности проводимой терапии, зарегистрирован рецидив заболевания в месте уретровезикального анастомоза, диссеминация опухоли и развитие гормонорезистентности.
На момент обращения у пациента отмечались умеренная астения и умеренный болевой синдром (для купирования которого проводилась терапия нестероидными противовоспалительными средствами (НСПВС), среднесуточная потребность в диклофенаке 50 мг). Индекс Карновского 3. Морфологически темноклеточная аденокарцинома предстательной железы, с признаками периваскулярной и периневральной инвазии, более 70%, индекс Глисона 8 (3+5). По данным лабораторных методов исследования: PSA 70 нг/мл, ALP 310 Ед/л, РАР 8,0 Ед/л, анемия легкой степени тяжести. По данным радиоизотопной сцинтиграфии были отмечены патологические очаги накопления радиофармпрепарата в области поясничного позвоночника (LII-LV), крестца, лонных костей, крестцово-подвздошного сочленения с обеих сторон, крыла правой подвздошной кости.
По способу, описанному выше в примере 1, были получены доза терапевтической вакцины аутологичных ДК и препарат для неоадъювантной иммунотерапии аллогенными ДК, полученными от здорового донора.
Пациенту, под местной анестезией, под контролем трансректального ультразвука в область опухолевого новообразования в зоне уретровезикального анастомоза и парауретрально, а также подкожно в области промежности был введен 1 миллион аллогенных ДК, а также внутривенно введено еще 0,5 миллиона аллогенных ДК.
Физическое состояние пациента после проведения неоадъювантной терапии не изменилось. Отклонений лабораторных анализов не отмечено.
Через 96 часов после проведения неоадъювантной иммунотерапии пациенту под перидуральной анестезией была выполнена радиочастотная термоабляция опухоли предстательной железы.
Мочевой пузырь был дренирован уретральным катетером. Под контролем трансректального ультразвука посредством шаблона, аналогичного используемого при промежностной брахитерапии, трансперинеально последовательно в 3 точках был введен электрод. Выполнен сеанс абляции тканей в области анастомоза. Температура в очаге абляции составляла 57-78°C. После нормализации температуры в области вмешательства, в зону абляции была введена доза аутологичных ДК, которая составила 10 миллионов клеток. Протекание послеоперационного периода - гладкое. В течение трех суток после вмешательства наблюдалась фебрильная (до 38°C) лихорадка, умеренный болевой синдром, сопровождавшиеся нейтрофильным лейкоцитозом. Самостоятельное мочеиспускание восстановилось на 3 сутки.
Через 1 месяц после проведенного лечения отмечено снижение уровня ПСА до 12 нг/мл. Зарегистрировано прекращение болевого синдрома. Через 6 месяцев состояние пациента улучшилось. Отмечено дальнейшее снижение уровня ПСА до 6 нг/мл. Индекс Карновского 2. Существенных изменений физического состояния пациента и отклонений лабораторных показателей не зарегистрировано.
По данным радиоизотопной сцинтиграфии было отмечено уменьшение числа патологических очагов накопления радиофармпрепарата в области позвоночника и тазовых костей. При повторной биопсии зоны анастомоза опухолевых элементов не выявлено.
ПРИМЕР 3.
Больной К., 62 года, диагноз: Рак предстательной железы, T1bN1M1. Глисон 9.
Больному выполнена радикальная простатэктомия. Из послеоперационного материала опухоли была выделена клеточная линия опухоли. После 20 пассажей из полученной клеточной линии получен лизат опухоли, который был использован для антигенной нагрузки ДК в лабораторных условиях для получения иммунотерапевтического препарата. Получение лизата, способ обучения ДК и получение конечного препарата не является предметом настоящей заявки и имеет описание в доступной специальной литературе. Данный иммунотерапевтический препарат был использован в качестве адъювантной терапии с целью профилактики метастазирования. По методике, описанной выше в ПРИМЕРЕ 1, был получен препарат для неоадъювантной иммунотерапии аллогенными ДК, полученными от здорового донора.
Пациенту, под местной анестезией, под контролем трансректального ультразвука в область опухолевого новообразования в зоне уретровезикального анастомоза и парауретрально, а также подкожно в области промежности и внутрикожно в области мошонки был введен 1 миллион аллогенных ДК. Физическое состояние пациента после проведения неоадъювантной терапии не изменилось. Отмечена умеренная реакция гиперчувствительности замедленного типа (ГЧЗТ) в месте внутрикожного введения. Отклонений лабораторных анализов не отмечено.
Через 48 часов после проведения неоадъювантной иммунотерапии пациенту внутривенно введена доза зрелых аутологичных ДК, нагруженных лизатом опухоли пациента, совместно с 1 миллионом аллогенных ДК в качестве адъюванта.
Технический результат заявленного способа достигнут за счет эффективного использования неоадъювантного фактора аллогенного ответа для усиления иммунного ответа с использованием аутологичных ДК, что позволило использовать аллогенный эффект (создание окружения, богатого провоспалительными цитокинами, индуцирующими созревание и активацию незрелых аутологичных ДК, введенных интратуморально), без снижения срока выживаемости аутологичных ДК, нагруженных антигеном в лимфатических узлах.
При реализации данного способа улучшается эффективность процесса поглощения и процессирования антигена (созревание ДК) при интратуморальном введении незрелых ДК и обеспечивается таким образом надежная миграция зрелых ДК в дренирующие лимфоузлы для запуска и развития эффективного противоопухолевого иммунного ответа.
Таким образом, по сравнению с ранее описанным в аналогах и прототипе, в настоящем изобретении неоадъювантный фактор аллогенного ответа эффективно использован для усиления иммунного ответа с использованием аутологичных ДК, при использовании определенных доз аллогенных ДК, вводимых в опухоль до и вместе с дозой незрелых аутологичных ДК, выступающих в роли АПК.
Заявленный способ предоставляет возможность использования аллогенного эффекта (создание окружения, богатого противовоспалительными цитокинами, индуцирующими созревание и активацию незрелых аутологичных ДК, введенных интратуморально), без снижения срока выживаемости аутологичных ДК, нагруженных антигеном в лимфатических узлах.