«. . . путь учительства делать счастливыми своих учеников». Николаю Михайловичу Рассадину 65 лет

«...ПУТЬ УЧИТЕЛЬСТВА - ДЕЛАТЬ СЧАСТЛИВЫМИ СВОИХ УЧЕНИКОВ» Николаю Михайловичу Рассадину - 65 лет

Чтобы оценить масштаб Рассадина - человека и ректора - и его «эпохи», как справедливо были окрещены еще до сложения Николаем Михайловичем ректорских полномочий без самого малого 25 лет истории нашего вуза, конечно же, необходимо время. Но сейчас с уверенностью можно сказать: нашему вузу повезло, когда в 1970 году его студентом стал Николай Рассадин.

Что было уже тогда за плечами этого студента, родившегося 15 июля 1949 года в Красном-на-Волге? С одной стороны, рабочая закваска потомственных ювелиров, и, в особенности, отца Михаила Алексеевича, прошедшего путь от мастера до руководителя ювелирной артели, его не менее ценный жизненный опыт фронтовика Великой Отечественной войны, с другой стороны, интеллигентность матери Марии Ивановны, всю жизнь работавшей учительницей. И то, что в институт Николай попал не прямо со школьной парты, обогатило его пусть небольшим, но все же ценным опытом работы в трудовом коллективе: сначала слесарем на шинном заводе в Ярославле, затем чертежником в филиале проектного института и, наконец, снова в родном Красном строгальщиком на ювелирной фабрике. Потом были два года армейской службы в группе Советских войск в Германии с нелёгкими физическими и моральными испытаниями во время чехословацких событий 1968 года.

Так что в студенческой среде Рассадин был сразу заметен своей основательностью в суждениях и поступках, надёжностью и физической закалкой. Популярность ему придавала и гитара, на которой он мог удачно саккомпанировать, а частенько и сам запевал песни, удивительно попадавшие под настроение окружавших его товарищей, помогавшие им почувствовать чувство локтя. На истори-ко-педагогический факультет в те годы приезжали учиться со всех концов Советского Союза. Конкурс был большой, отбор жесткий. Немало было на факультете звёзд. Но что характерно, Рассадин никогда не «звездил», а держал себя скромно и даже, может быть, поначалу несколько робко. На первом месте у него уже в ту пору было дело, а не слова, и умение по этому принципу выбирать себе друзей, резко дистанцируясь по отношению к тем, о ком пословица - «пустая бочка пуще гремит».

В университетском музее хранится стройотрядовский альбом, составленный одним из однокурсников будущего ректора. В нем есть фотография: в вытянутых руках аккуратной стопкой десять штук силикатного кирпича, из-за них видно только знакомый лоб и глаза. В тот летний день парни из стройотряда на строительстве щелыковского

магазина устроили соревнование, и никто больше, чем Рассадин, не смог донести кирпичей на второй этаж стройки. Это было летом 1971-го, после первого курса.

Свое ученичество в Костромском пединституте им. Н.А. Некрасова Рассадин всегда вспоминает с большой благодарностью. Да и как же могло быть иначе, ибо именно с альма-матер он крепко-накрепко связал свою судьбу. Позднее, став во главе вуза, всегда прислушивался к мнению своих бывших наставников, а когда эти корифеи вуза уходили, по предложению ректора учреждались именные премии, их именами назывались аудитории.

Глубже познать историю - предмет его давнего интереса - Рассадину-студенту помогали лекции К.А. Булдакова, М.Н. Белова, А.С. Сазоновой, И.П. Шульмана. Но постепенно крен его интересов направился в другую сторону. И этому способствовал особый колорит факультета, о котором хорошо написал тремя годами раньше закончивший этот же факультет А.Г. Кирпичник: «Учебные курсы по психолого-педагогическим дисциплинам носили не общеобразовательную, а специальную направленность. Традиционные для педвуза курсы педагогики и психологии дополнялись значительным числом специализированных курсов по теории и методике воспитания, деятельности юношеской и детской общественных организаций. На лекциях, да и во внеучебных формах занятий по предметам, царил дух сотворчества преподавателей и студентов, по сути создававших общими усилиями новые для того времени учебные дисциплины. Учебная деятельность в аудиториях сопровождалась изменяющейся по формам непрерывной педагогической практикой».

К этому времени факультет, по традиции называемый в быту «пионерфаком», наряду с преподаванием истории готовил своих питомцев не просто к роли пионерских вожатых. Еще в середине 1960-х годов в стране проходит обсуждение, а затем принимается решение о начале эксперимента с введением в структуру общеобразовательных школ новой должности - организатора внеклассной и внешкольной воспитательной работы. Многим руководителям школ было очевидно: нужен координатор всей воспитательной работы в школе и в микрорайоне, обеспечивающий ее системность и преемственность, интегрирующий ее в целостный педагогический процесс. Воплощению этой идеи была подчинена и вся работа факультета, формировавшего студенчество как среду социально активных, инициативных людей, небезразличных к проблемам социального бытия личности, миссии культуры и образования в обществе.

Дом ректора и поныне распахнут для товарищей, с которыми Рассадин вместе учился, однокурсники приезжают даже издалека, звонят, и в теплом дружеском кругу Николай Михайлович вновь со своей гитарой и нескончаемы воспоминания о тех пяти годах - о стройотрядовских буднях, агитпробегах по области, работе в школах и пионерских лагерях, об организации традиционных для факультета комсомольских дел, смотрах курсовых агитбригад и конкурсах «Замечательный вожатый», о «Комсорге»...

Впрочем, «Комсорг» - отдельная история. На третьем курсе на факультете появился новый декан А.Н. Лутошкин, а кафедру психологии возглавил другой крупный учёный Л.И. Уманский. По их инициативе был создан областной лагерь комсомольского актива, который действует и поныне и носит имя своего организатора и руководителя первых лет А.Н. Лутошкина. «Комсорг» стал научно-исследовательской лабораторией кафедры теории и методики пионерской и комсомольской работы и кафедры психологии. Здесь отрабатывались новейшие технологии работы со старшеклассниками, шла серьезнейшая работа по социально-психологическому изучению феноменов в группах и коллективах. В лагере необычно для того времени организовывалось взаимодействие педагогов и школьников. Пытаясь позднее осмыслить главный урок Анатолия Николаевича Лутошкина, оказавшего на Рассадина, несомненно, сильное влияние, Николай Михайлович точно определит и суть научного метода Лутошкина, и особенность этого взаимодействия в «Комсорге»: «Науку как вести за собой он разрабатывал не за кабинетным столом. Экспериментатором и подопытным он был сам. И главный смысл этой работы, как я для себя уяснил, состоял в том, чтобы вести за собой - не надо "возглавлять", не надо "бежать" впереди, указывая на светлое будущее, а наоборот - идти навстречу к человеку, пробуждая и побуждая его самого к осмысленному движению к цели».

В первую смену «Комсорга» в 1973 году Рассадина пригласили в качестве методиста по физкультуре и спорту, потом его роли менялись: инструктор отряда, снова методист, после смерти А.Н. Лутошкина - начальник штаба. Но, по мнению А.Г. Кирпичника, «главной же и неизменной была роль творческого ищущего, умеющего подать интересную идею, придумать красивую форму организации дела, неординарно мыслящего и, казалось, все умеющего, нужного всем человека».

«Комсорг» подарил Рассадину и еще одну судьбоносную встречу с человеком, о котором он позднее напишет: «Его образ мыслей, образ жизни внесли существенный вклад в принятие моих решений, в ход моей жизни». Этим человеком был имевший за плечами солидный и интересный педагогический опыт и уже известный своими книгами

учёный Б.З. Вульфов. Наряду с другими столичными учёными он с большим интересом участвовал в деятельности и полевой экспериментальной лаборатории - лагеря «Комсорг», и факультета. Именно Борис Зиновьевич стал научным руководителем, когда Николай Рассадин, блестяще защитив диплом, был оставлен ассистентом на кафедре теории и методики пионерской и комсомольской работы, а через три года направлен в целевую аспирантуру НИИ общих проблем воспитания Академии педагогических наук СССР. Собственно говоря, к тому времени, еще в «Комсорге», они познакомились друг с другом, обговаривали направления работы, а от А.Н. Лутошкина Борис Зиновьевич получил исчерпывающую информацию о достоинствах будущего аспиранта, уверенно уже зарекомендовавшего себя на кафедре и факультете. О том, как созвучны оказались друг другу «Комсорг», Лу-тошкин и Вульфов, можно понять из написанных Н.М. Рассадиным позднее воспоминаний о своем не просто научном руководителе - Учителе.

«30 июля 1974 года. Квартира А.Н. Лутошки-на, до предела забитая молодым, шумным и достаточно безалаберным народом. Это был последний сбор отряда "Товарищ" перед отъездом в лагерь "Комсорг". Хотя уже давным-давно все было решено: распределены задания, поручения, составлен план, просто нужен был еще один глоток воздуха товарищества, чтобы броситься в 24-дневный "омут" вожатской работы. И вдруг среди этого гвалта тихие слова А.Н. Лутошкина:

- А сейчас мы будем принимать нового члена в отряд "Товарищ".

Все с удивлением переглянулись:

- Кто же это?

Встали, попытались подравнять строй, поправили пилотки, «ветераны» скрестили шпаги, зажглась свеча, и Анатолий Николаевич вывел из дальнего угла комнаты высокого, явно смущающегося общим вниманием человека.

- В члены отряда "Товарищ" посвящается Борис Зиновьевич Вульфов, - объявил Лутошкин, и две шпаги коснулись плеч незнакомца.

- Клянусь до конца жизни свято хранить традиции отряда "Товарищ" и верность "Комсоргу".

Когда на его голову надели вожатскую пилотку, то на глаза навернулись слезы. И до сих пор я уверен, что это были не слезы сентиментальности, а слезы благодарности за доверие, за возможность войти в братство».

Три года в аспирантуре дали необычайно много. Это было, во-первых, тесное, никакими рамками не регламентированное общение с удивительно мудрым и щедрым Б.З. Вульфовым, ставшим до конца дней своих верным другом и наставником Н.М. Рассадина. Во-вторых, апробация всех деталей будущей диссертации Н.М. Рассадина проходила в постоянном общении с такими учеными,

работавшими рядом с его научным руководителем в лаборатории НИИ, как М.М. Ященко, С.Е. Хозе, М.М. Поташник... Все они пришли в науку, практически создав ценный педагогический опыт. В-третьих, существенно обогащали участие в академических мероприятиях, работая вместе с сотрудниками лаборатории по подготовке ряда методических материалов, в экспертизе готовящихся документов по воспитательной деятельности школьных комсомольских организаций. Наконец, костромскому аспиранту представилась возможность проявить себя в роли начальника штаба Всесоюзного сбора секретарей комсомольских организаций общеобразовательных школ, который организовал в 1981 году Центральный комитет ВЛКСМ.

Результат - успешная защита кандидатской диссертации «Формирование и развитие коллектива старшеклассников в процессе деятельности классной комсомольской организации».

И снова работа на вырастившей его кафедре родного вуза, уже в должности старшего преподавателя. У тогдашнего ректора М.И. Синяжникова всегда как-то непросто складывались отношения с художественно-графическим факультетом. Видимо, учитывая не только организаторские таланты Рассадина, но и его умение выстраивать отношения и с коллегами, и со студентами, Синяжников направил в 1984 году на «укрощение» художнической вольницы деканом молодого преподавателя -и не пожалел. А в 1985 году уже в звании доцента Н.М. Рассадин избирается заведующим одной из главных в педвузе кафедр - педагогики.

В 1989 году из-за болезни подал в отставку В.С. Панин, сменивший Синяжникова на посту ректора. И в труднейшее время начавшейся «перестройки», впервые, когда вузовскому сообществу было возвращено право, как в старые времена, выбирать ректора, мандат доверия получил сорокалетний Н.М. Рассадин, ставший тогда самым молодым ректором в России. Об этом в недавнем интервью, как бы подытоживая свои четверть века на ректорском посту, Николай Михайлович вспоминал так: «Это решение самих преподавателей, сразу несколько факультетов выдвинули мою кандидатуру. Честно говоря, надежд на благополучный исход я не питал. Изменилось законодательство, и должность ректора стала по-настоящему выборной, а не назначаемой. Тогда Россия только начала это пробовать. Вот, может, по ошибке и выбрали. По неопытности (улыбается). Я же попытался использовать избирательную кампанию как трибуну для обсуждения новой программы развития педагогического образования. Я тогда уже три года занимался этой проблематикой, был ученый совет, который ее поддержал, было выступление на областной конференции».

Так что была не только надежная спина Рассадина (как многие в коллективе смогли убедиться за

годы совместной работы), за которой как за каменной стеной можно было пережить лихолетье перестройки, но и определенное видение «куда ж нам плыть». Убеждали в этом выборе коллектив и глубокая порядочность Рассадина, его умение объединить в команду самых разных людей. И, действительно, команду, которая собралась вокруг нового ректора - молодых еще тогда людей, объединяли определённая амбициозность, умение оперативно реагировать на быстро меняющуюся ситуацию как в законодательном, так и в политическом и в экономическом поле, желание и умение работать много и продуктивно.

Вузовский «корабль» не только благополучно удержался на волнах, но и дважды повысил свой статус, в 1994-м став педагогическим университетом, а в 1999 году - университетом классическим.

К этой идее - классического университета в небольшом провинциальном городе - многие относились скептически. Недавно Николай Михайлович поделился и пессимистическим на этот счет мнением ректора МГУ В.А. Садовничего, которое он высказывал в беседах с ним. Но требовалось делать невозможное, чтобы, вопреки этому скепсису, вуз окреп и успешно вошел в рынок востребованных сегодня профессий. Причем, в самых неблагоприятных условиях. Без открытия новых факультетов, без подготовки студентов по новым специальностям разве мог бы состояться университет классического толка?

Не стоит, наверное, утяжелять это слово о юбиляре многочисленными цифрами, свидетельствующими о том, как вырос за годы Н.М. Рассадина на посту ректора наш вуз. Об одном приходится пожалеть: ректорские заботы не дали в полной мере реализоваться в Н.М. Рассадине исследователю. И в его воспоминаниях о Б.З. Вульфове проскальзывает эта мысль: «Сегодня я бы сказал, что Б. З. меня вводил в круг ученых, "натаскивал", надеясь, что я серьезно займусь педагогикой, но со временем отступился, поняв, что для меня важней успешность университета, чем личная».

И все же в научной биографии Рассадина-ученого четко просматриваются главные направления его интересов. Но что характерно, все они были тесно связаны с его практической деятельностью, практикой и проверялись. Это и вопросы деятельности детских и юношеских объединений, которые занимают Рассадина все годы, начиная со студенческих лет и диссертационной работы и заканчивая участием в коллективных монографиях, изданных уже в 2000-е годы; и проблематика педагогики высшей школы, в которой Николай Михайлович последовательно и разносторонне разрабатывает идею вуза как комплексного образовательного и культурного центра региона. Предмет особой тревоги и даже боли учёного и ректора - миссия профессионального образования в вузе,

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова № 3, 2014

11

формирование нравственной и гражданской позиции у будущих специалистов в сегодняшнем, быстро меняющемся мире. Так, в одной из недавних своих статей «Экономика и культура» Рассадин предупреждает: искусству и гуманитарным наукам повсеместно уделяется все меньшее внимание, что в немалой степени ведёт к уничтожению качеств, составляющих самую основу демократии. Он напоминает: великие педагоги и государственные деятели понимали, что искусство и гуманитарные науки прививают детям способность к критическому мышлению, которая готовит человека к самостоятельным действиям и разумному сопротивлению слепой силе традиций и авторитетов.

Н.М. Рассадин умело выстраивал все эти годы отношения с вышестоящими инстанциями, у него был высокий авторитет и в области, и в совете ректоров России. О признании его заслуг свидетельствуют награды и звания, которых удостоен наш юбиляр. Он - член-корреспондент Международной Академии психологических наук, действительный член Академии социальных наук, обладатель Почетного диплома Французской лиги образования и непрерывного обучения, Почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, Почетный гражданин Костромской области, удостоен медали Ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени, областного ордена «Труд. Доблесть. Честь».

Эти звания и награды имеют особую цену, потому что когда предлагаемые реформы грозили самым основам системы нашего образования, профессор Н.М. Рассадин никогда не молчал и не боялся на любом уровне спорить и отстаивать свою точку зрения. Рассадинское, формулируя словами Пушкина, «самостоянье человека» зиждется на высокой гражданской и нравственной позиции, верности идеалам своей юности, заветам своих учителей, считавших, что педагогика должна де-

лать учеников счастливыми. И неважно, школьники перед тобой, студенты или коллеги и твои подчиненные.

И хотя в итоговом своем интервью он и говорит Кириллу Рубанкову: «Наверное, и я в какой-то мере диктатор», этого диктата, нажима в общении с ним не чувствуешь. Просто высказываются пожелания или просьбы, но глубоко аргументированные и, можно сказать, им выстраданные. Сам же Николай Михайлович развивает в интервью свою мысль так: «Но, если бы я был им (диктатором) по натуре, то вряд ли университет бы состоялся. Потому что диктатор реализует в основном свои собственные представления и идеи. А нам удалось раскрыть и реализовать потенциал людей, а этого никакой диктатурой не добьешься. Многие кафедры, многие наши научные школы возникли не потому, что я так хотел, а потому что люди сами этого хотели. Неужели их можно заставить что-то сделать?»

И еще, чтобы проиллюстрировать главное в педагогике Н.М. Рассадина, в его отношениях и с коллегами, и с горячо любимыми им «детками», как с молодых лет он любовно называет студентов, позволим еще одну цитату из проникновенно им написанных воспоминаний о Б.З. Вульфове: «Мы часто принимаем от своих учителей естественно и просто те вещи, которые больше всего заслуживают нашей благодарности. Большинство людей чувствуют, что они остаются в долгу перед ними, хотя понимают, что долг этот уже никогда не вернуть. И есть только одна возможность - путь учительства - делать счастливыми своих учеников».

И коллектив Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова, поздравляя юбиляра, искренне рад тому, что Николай Михайлович, передав свои ректорские полномочия, остается в наших рядах и в дальнейшем видит себя в альма-матер «хорошим профессором и хорошим преподавателем на кафедре педагогики».