Политико-административные границы: от барьера к туристскому ресурсу

УДК 911.3:338.48

А.Ю. Александрова1

ПОЛИТИКО-АДМИНИСТРАТИВНЫЕ ГРАНИЦЫ:

ОТ БАРЬЕРА К ТУРИСТСКОМУ РЕСУРСУ

Рассмотрена проблема взаимодействия политико-административных (государственных) границ и туризма. Раскрыта роль границы, пограничья и трансграничности в развитии туризма. Рассмотрены основные функции государственных границ, специфика их проявления в туристской сфере и изменения, происходящие под влиянием международного туризма. Поставлен вопрос о разработке нового междисциплинарного поля исследований — туристской лимологии (границеведения).

Ключевые слова: туризм, политико-административные границы, туристская лимология.

Введение. Границы, которые исторически выстраивали на Земле люди, первоначально были неопределенными, походившими больше на пограничную полосу с сомнительным контролем, но со временем превратились в четко делимитированные, обозначенные на местности, а подчас и в математически выверенные линии. Протяженность государственных границ в мире составляет более 200 тыс. км [3]. Ежедневно их пересекают сотни миллионов людей. Большая часть их совершает поездки на заработки (трудовые мигранты), другие — путешествуют с туристскими целями, к которым Всемирная туристская организация ООН относит отдых, профессиональные и деловые цели, посещение родственников и знакомых, получение образования, лечение, паломничество. В 2010 г. в мире было зарегистрировано 935 млн международных туристских поездок [18].

Постановка проблемы. Политико-административные границы, прежде всего государственные, их режим, а также пограничный режим сильно влияют на туризм. Границы во многом определяют объем и географию туристских потоков, состояние туристского бизнеса, функционирование туристских центров и освоение новых территорий в целях рекреации и туризма. Это влияние может иметь диаметрально противоположную направленность: в одних случаях сдерживать развитие, в других, наоборот, ускорять его. Туризм в свою очередь воздействует на границы, в результате чего они приобретают новые функции. Статья посвящена процессам трансформации политико-административных границ, прежде всего государственных рубежей, под влиянием международного туризма.

Материалы и методы. Исследование опирается на современные литературные источники научного и справочного характера, периодические издания, тщательно отобранные интернет-сайты. Анализировалась информация, содержащаяся в путеводителях для ту-

ристов и интернет-блогах. Часть материалов получена в результате личных наблюдений автора. В работе использованы комплексно-географический, сравнительно-географический, проблемный, социальный, типологический, исторический подходы.

Результаты и их обсуждение. Границы выполняют разные функции: барьерную, контактную, фильтрующую, а также функции отражения, регулирования, отделения и сопоставления [2, 9]. В туризме они находят специфическое проявление.

Граница может быть реальным, иногда непреодолимым барьером или восприниматься таковым на пути следования туристов2. Реальные барьеры возникают, когда страна возводит долговременные фортификационные сооружения для обороны своих рубежей, создает инженерно-технические проволочные заграждения, бетонные стены, минные поля, вводит военное патрулирование, которые нацелены на физическое задержание людей. Роль барьера также могут играть жесткая миграционная политика, таможенные и иного рода формальности, затрудняющие передвижение людей. По некоторым оценкам, до 20% времени при международных миграциях тратится на пересечение государственных границ: оформление виз и других разрешительных документов на въезд и выезд из страны, паспортный контроль, таможенные досмотры и т.д. [4]. Эти формальности нередко выступают в качестве главного сдерживающего фактора и приводят к сокращению туристских поездок.

В одних случаях граница укрепляется прежде всего для того, чтобы воспрепятствовать выезду людей, например "железный занавес", который отделял СССР и другие социалистические страны от стран Запада. В других случаях, наоборот, она специально оборудуется в целях ограничения въездного потока. Так, строительство стены вдоль американо-мексиканской сухопутной границы было инициировано США и продиктовано борьбой с нелегальной иммиграцией.

1 Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, географический факультет, кафедра рекреационной географии и туризма, профессор, докт. геогр. н., e-mail: analexan@mail.ru

2 В статье рассматривается барьерная функция государственной границы только в отношении потоков туристов, но она распространяет свое действие и на турбизнес, препятствуя осуществлению внешнеэкономических операций предприятиями туриндустрии.

Непроницаемость государственной границы повышается, когда барьеры разного типа действуют одновременно, а инженерно-техническое оснащение границы усиливается жесткой таможенно-погранич-ной политикой. При этом степень непроницаемости может быть разной по обе стороны границы. Укрепленное двухрядное заграждение на американо-мексиканской границе значительно более проницаемо для американцев, чем для мексиканцев, в отношении которых действует еще и строгий пограничный контроль при въезде в США [16].

Анализ русскоязычных интернет-блогов показывает, что граница, прежде всего Российской Федерации, воспринимается соотечественниками как серьезный барьер. Выезжая за рубеж, они, как правило, сфокусированы на техническо-бюрократических нюансах пересечения границы, связанных с потерей времени, причем это обстоятельство превращается в серьезное препятствие для заграничной поездки. В данном случае образ границы как барьера лучше всего передается словом "медленно" [1]. Сила его воздействия во многом зависит от отдаленности территории, генерирующей туристские потоки, по отношению к принимающим туристским центрам и степени эластичности туристского спроса по дальности поездки.

Психологические барьеры не менее сильно влияют на заграничные туристские поездки, чем реальные барьеры. Туристы испытывают дискомфорт при пересечении границ, разделяющих враждующие страны, или сильно укрепленных и охраняемых рубежей. Тревожные ощущения, волнение не покидают их даже в том случае, если границы "прозрачны". Межстрано-вые различия в языке, культуре, экономике (валюте), политических и идеологических установках вынуждают некоторых туристов отказаться от зарубежной поездки. Даже пересечение границы между такими соседними странами, как Италия и Швейцария или Канада и США, может порождать психологические барьеры, если речь заходит о прохождении пограничного или таможенного контроля на сопредельной территории.

В специальной зарубежной литературе этот психологический феномен известен как "функциональная дистанция" (functional distance), или добавленная психологическая дистанция. У людей, не склонных к приключениям и риску, государственная граница психологически отдаляет места, расположенные за рубежом. С. Смит исследовал добавленную психологическую дистанцию, созданную американо-канадской границей [14]. Для выделенной им категории лиц путешествие, например, из приграничной канадской провинции в соседний американский штат было равносильно поездке в отдаленное государство. Аналогичные результаты получены при обследовании американцев, которые во время отпуска путешествовали из штатов Среднего Запада в Канаду. Для жителей штата Огайо, который имеет общую водную границу с Канадой, но расстояние до ближайшего контроль-

но-пропускного пункта на суше составляет 100 км, добавленная психологическая дистанция составила 898 км. Для жителей штата Индиана, который удален от государственной границы менее чем на 180 км, она оказалась равной 2940 км, а для жителей штата Нью-Йорк — 3526 км, несмотря на то что штат имеет с Канадой общую границу протяженностью 716 км [14]. Несколько раньше к аналогичным выводам пришел Дж. Мэкки [12]. Последующие исследования показали, что добавленная психологическая дистанция может существенно различаться для жителей по разные стороны границы.

Граница выполняет транзитную функцию, которую следует признать самой простой и очевидной. В большинстве случаев туристы не задерживаются на границе, пройдя необходимый контроль, они пересекают линию границы, проезжают приграничную территорию и продолжают следовать к основной дестинации. При выполнении транзитной функции границы и приграничные зоны в сознании путешествующих лиц не получают территориальной привязки, существуют вне места [20]. Сходная картина возникает, когда человек совершает авиаперелет из города А в город В с пересадкой в С. Вынужденная короткая остановка в пересадочном пункте не означает, что пассажир побывал в городе С, то же происходит в случае с государственной границей. По данным социологических опросов, многие американцы, посетившие приграничные мексиканские города, не считают, что они побывали в Мексике. Для них Мексика — это что-то, находящееся далеко в глубине страны, дестинация, до которой надо преодолеть большое расстояние и которая требует более продолжительного пребывания. Таким образом, приграничная зона с мексиканской стороны воспринимается ими не как истинная Мексика, но уже и не как территория США [17].

Государственная граница часто является объектом специального туристского интереса [19]. Делимитированные границы, имеющие четкие очертания, приобретают магическую силу над туристами. Именно граница, а не знак "Добро пожаловать в..." и возможность сфотографироваться у него, притягивает людей. Они стремятся постоять над линией границы таким образом, чтобы оказаться сразу по обе ее стороны или как минимум за границей, хотя и в нескольких метрах от родины.

Пограничный ландшафт с характерными для него объектами (флагами, зданиями пограничной и таможенной служб, контрольно-следовыми полосами, постами технического наблюдения и др.) приобретает аттрактивность, благодаря тому что они символизируют переход к чему-то новому, к иному качеству — новому образу жизни в соседней стране, другому языку, культуре, иным социально-экономической и политической системам и пр. Приближаясь к границе, особенно государственной, многих людей охватывает волнение от встречи с неизвестностью, а сама граница приобретает элементы очарования, т.е. люди воспри-

нимают границу и пограничье как своеобразный контраст с обыденностью, рутинностью, именно этого они ищут в туристской поездке. Важность момента их пребывания на границе подчеркивает тот факт, что все они стремятся запечатлеть его на фотоснимках. Для определенной категории лиц пребывание на границе и ее пересечение — главный мотив к путешествию.

Этой магической силой обладают не только действующие, но и прежние, утратившие свое значение границы. Ярким примером служит Великая китайская стена, осмотр которой неизменно включен в программы туров по стране. К туристским достопримечательностям относится и сохранившаяся часть Берлинской стены. В 2002—2006 гг. Управление по развитию города Берлинского Сената реализовало проект "Тропа вдоль Берлинской стены" общей стоимостью 4 млн евро. Непрерывная дорожка для пешеходов и велосипедистов проложена вдоль 160-километровой линии бывшей границы. При ее строительстве использованы сохранившиеся участки бывшей таможенной дороги на территории Западного Берлина и так называемого колонного пути, по которому погранвойска ГДР осуществляли автомобильное патрулирование границы [5].

Политико-административные границы все чаще выступают в качестве своеобразного туристского ресурса, что проявляется в разных формах.

Во-первых, собственно линия границы и ее инженерно-техническое оборудование иногда превращаются в знаковые туристские достопримечательности. Так, многочисленных туристов привлекает демаркационная линия, образующая ось демилитаризованной зоны между КНДР и Республикой Корея. Объект туристского показа — уникальные места, где, например, сходятся границы Таиланда, Мьянмы и Лаоса. Подобные достопримечательности есть в Европе, Северной Америке, Латинской Америке, Африке.

Во-вторых, растет число туристских достопримечательностей на тему границы и пограничья. Пограничную тематику развивают музеи, парки, ей посвящены специально оборудованные туристские "тропы без границ", проходящие по территории нескольких государств [16]. Среди туристов популярен Музей истории Берлинской стены, открытый в бывшем пропускном пункте "Чекпойнт Чарли". В России экспозиции, посвященные границе, представлены в Центральном пограничном музее ФСБ России [7] и Музее отваги в Тольятти [6].

В-третьих, природные и антропогенные объекты могут приобрести туристскую аттрактивность благодаря уникальному местоположению на линии границы. К их числу относятся Ниагарский водопад, который находится на границе США и Канады, водопад Виктория на границе Замбии и Зимбабве, водопад Игуасу на границе Аргентины и Бразилии. В туристских путеводителях они выделены в качестве очень интересных достопримечательностей в Северной Америке, Африке и Южной Америке соответственно. Другой пример — средний по числу жителей город

Техаркана в США, разделенный на две части границей между штатами Техас и Арканзас. Он получил известность благодаря уникальному почтовому отделению — одна его половина находится в Техасе, а другая — в Арканзасе. Некоторые политико-административные границы проходят через здания библиотек, оперных театров, магазинов, отелей, даже через частные дома [16].

Существование границы в настоящее время или в прошлом становится важным конкурентным преимуществом территории. Некоторые приграничные населенные пункты и общины используют этот ресурс для создания уникального турпродукта, строят на нем свою рекламную кампанию и продвижение на туристском рынке.

Государственная граница — это не только линия, очерчивающая пределы государственной территории и территориальных вод. Вдоль границ создается особое пространство, отличающееся разной интенсивностью взаимодействия между соседними странами. В сложившихся территориальных системах приграничные территории занимают отдаленное, окраинное местоположение. Они обладают потенциалом для развития, но из-за географического положения часто находятся в "спячке" и не могут найти ресурсы для подъема. Их функциональная насыщенность сведена до минимума, поэтому столь важным представляется приобретение приграничными территориями туристских функций, происходящее в настоящее время. Приграничные территории выступают в качестве туристских дестинаций.

В этих социально-географических зонах развиваются шоппинг, игорное дело, появляются рестораны, бары, ночные клубы и т.д. Шоппинг — один из наиболее распространенных видов туристских занятий на приграничных территориях. Туристов привлекают в пограничное пространство беспошлинная торговля, большой выбор товаров, низкие цены, удобные часы работы магазинов [16]. Например, жители приграничных областей Германии приезжают во Францию и покупают мелкооптовые партии вина. Норвежцы, проживающие на севере страны, традиционно ездят в Финляндию за бензином, мясом, алкогольной продукцией и табачными изделиями, а на юго-востоке Норвегии местные жители привыкли совершать покупки в соседней Швеции. В Северной Америке в последнее время получила развитие особая форма трансграничного шоппинга — покупка за рубежом лекарственных препаратов, товаров санитарии и предметов личной гигиены [17]. Очень высокие цены на медицинское обслуживание в США вынудили американцев выезжать на лечение в Канаду, а также в Мексику, где в приграничных городах среди коммерческих заведений стали преобладать аптеки, стоматологические клиники и другие медицинские учреждения.

Шоппингу на приграничных территориях присущи две особенности. Одна из них состоит в следующем: чем ближе к границе проживает человек, тем чаще он выезжает за рубеж для мелких покупок. Люди, про-

живающие в более отдаленных местах, занимаются зарубежным шоппингом реже, но при этом совершают более крупные покупки. Другая особенность заключается в том, что трансграничный шоппинг подвержен сезонным колебаниям. Его пик приходится на период рождественских и пасхальных каникул, к которым приурочены распродажи, а также на время продолжительных отпусков, что свидетельствует о превращении шоппинга из скучной обязанности домохозяек в разновидность отдыха и развлечений.

Шоппинг способен стать основой развития приграничных территорий. Яркий пример — приграничная китайская провинция Хэйлунцзян. В 1980-е гг., когда российско-китайские отношения улучшились, возникла своеобразная форма трансграничного сотрудничества в виде "бартерного" туризма. По достигнутой между сторонами договоренности между городами Хэйхэ и Благовещенском был налажен обмен туристами в рамках однодневных экскурсионных поездок. Он осуществлялся на принципах взаимозачета, без проведения валютных операций. Каждая сторона направляла туристов из числа местных жителей на сопредельную территорию из расчета стоимости приема иностранной группы туристов. В 1988 г. границу пересекли 520 россиян и столько же китайцев, в 1989 г. — по 8 тыс. с каждой стороны, в 1992 г. — по 49 тыс. человек [21]. Первоначально эти поездки носили преимущественно культурно-познавательный характер, шопинг имел второстепенное значение. Однако с распадом СССР и либерализацией внешней торговли "челночный" бизнес между Россией и КНР стал очень быстро развиваться. Культурно-познавательные туристские цели поездок отошли на второй план, но тем не менее оставались. В сферу "челночного" бизнеса втягивались новые приграничные территории. Китайская сторона всемерно поддерживала его развитие: создавала оптовые и розничные рынки, торговые базы, благоустроенные пограничные переходы, а затем и собственно туристскую инфраструктуру (гостиницы, рестораны, объекты развлечений и проведения досуга) [8]. Благодаря бартерному туризму изменился имидж приграничной китайской провинции Хэйлунцзян, которая из слаборазвитой и периферийной зоны превратилась в одну из наиболее процветающих в стране.

Приграничные территории нередко превращаются в игорные зоны, особенно в тех случаях, когда в соседних странах индустрия азартных развлечений запрещена. Казино открываются рядом с границей, и большинство их посетителей — приезжие из-за рубежа. Так, в Канаде казино построены у пунктов въезда с территории США [13]. В 1990-е гг. игорный вид туризма стал активно развиваться во Вьетнаме на границе с Китаем после восстановления дипломатических отношений между этими странами в 1991 г. С открытием новых игорных заведений, строительством казино-отелей, наращиванием парка игорных

автоматов приграничные вьетнамские города превратились в центры азартных игр. Они были рассчитаны на прием игроков — потенциальных потребителей из материкового Китая, где материальное благосостояние населения стремительно увеличивалось, а игорный бизнес был запрещен [11]. Но наиболее ярким примером, пожалуй, может служить ЮАР, где долгое время азартные игры были запрещены, однако игорный бизнес существовал и развивался в двух независимых автономиях — бантустанах Бопутатсвана и Транскей, собиравших тысячи игроков из ЮАР и близлежащих стран [15]. После упразднения бантустанов в начале 1990-х гг. и создания единого правового пространства в ЮАР игорный бизнес был легализован и перестал быть пограничным феноменом.

Приграничные районы могут приобрести функции туристских дестинаций на волне антиалкогольных кампаний или повышения цен на спиртные напитки в одном из сопредельных государств. Во время "сухого закона" в США с 1919 по 1933 г., когда спиртные напитки было запрещено производить и продавать в стране, сотни тысяч американцев пересекали границу с Мексикой, чтобы посетить питейные заведения [10]. Приграничные мексиканские города превращались в центры отдыха и развлечений для американцев, и до сих пор бары, рестораны, магазины алкогольной продукции, отпускающие спиртные напитки по более низким ценам и менее жестким правилам, чем в США, остаются неотъемлемой частью инфраструктуры этого туристского района. В Европе аналогичную природу имеют трансграничные "пивные круизы" между Великобританией и Францией, Финляндией и Швецией, когда люди пересекают Ла-Манш или плывут по Балтийскому морю, чтобы купить спиртные напитки по низким ценам в магазинах беспошлинной торговли на судах.

Роль и влияние границы, пограничности и транс-граничности в развитии туризма кардинально изменились за последние 20 лет. Всеобщая тенденция — ослабление барьерной функции границ. Прежде закрытые государства все активнее заявляют о себе как о новых туристских направлениях. После падения "железного занавеса" в бывших странах социализма международный туристский обмен в первое время приобрел взрывной и слабоуправляемый характер. В таких странах Центрально-Восточной Европы, как Польша, Чешская Республика, был зафиксирован рекордно высокий темп прироста международных туристских прибытий и особенно отбытий. К середине 1990-х гг. Албания разрешила въезд иностранных туристов. КНДР также предпринимает меры по выходу из международной изоляции, в том числе посредством постепенного налаживания внешних туристских обменов — от одиночных краткосрочных поездок граждан Республики Корея в КНДР для встречи с родственниками к трансграничным автобусным турам, начиная с 2004 г.

Уникальная ситуация сложилась на Кипре, разделенном демаркационной линией на греческий и турецкий секторы. За 30 лет фактически раздельного существования возникла значительная разница в экономическом развитии северной и южной частей острова. Лишь со смотровой площадки в греческой части кипрской столицы Никосии, которая быстро превратилась в важный туристский объект, можно было увидеть за пограничной стеной турецкий Северный Кипр. С 2002 г. политическая обстановка на острове начала меняться. В настоящее время между двумя частями острова открыто свободное перемещение, в том числе и для иностранных туристов. Греки-киприоты получили возможность совершать ностальгические поездки по турецкой части, а турки-киприоты в свою очередь устремились на юг острова в качестве трудовых мигрантов и в целях шоппинга.

Эволюция границ от непроницаемых барьеров к линиям взаимодействия происходит на фоне общемировой тенденции к интернационализации хозяйственной жизни, стремительного роста трансграничных потоков информации, товаров, капитала, мигрантов и туристов, расширения компетенций международных организаций и усиления влияния трансграничных субъектов в разнообразных сферах деятельности. С начала 1950-х гг., когда страны перешли к политике более тесного сотрудничества, появилось много региональных группировок — Европейский союз, Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА), Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС) и др., способствующих ускорению интеграционных процессов в мире. Хотя

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Блог Green. Казахстан—Узбекистан—Таджикистан— Киргизстан на машине. URL: http://venividi.ru/node/17562 (дата обращения: 20.07.2011).

2. Вардомский Л.В., Мироненко Н.С. К проблеме изучения границ экономико-географических систем // Географические границы / Под ред. Б.Б. Родомана, Б.М. Эккеля. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. С. 38—46.

3. Колосов В.А., Мироненко Н.С. Геополитика и политическая география. М.: Аспект Пресс, 2001.

4. Мироненко Н.С., Сорокин М.Ю. Факторы сжатия географического пространства. URL: http://geo.1september.ru/ 2001/48/2.htm (дата обращения: 27.06.2011).

5. Официальный сайт г. Берлина. Раздел "Берлинская стена". URL: http://www.berlin.de/mauer/index.ru.html (дата обращения: 06.07.2011).

6. Сайт музейного историко-краеведческого комплекса "Музей Отваги". URL: http://museum-otvagi.ucoz.ru (дата обращения: 16.08.2011).

7. Сайт Центрального пограничного музея ФСБ РФ. URL: http://ps.fsb.ru/history/museum.htm (дата обращения: 16.08.2011).

8. Чернов В. "Челноки" и туристы // Россия в АТР. 2006. № 3 (300). С. 45—51.

9. Шувалов В.Е. Географическая граница как фактор районообразования // Географические границы / Под ред.

туризм и не находится в эпицентре их внимания, деятельность группировок непосредственно отражается на сфере путешествий. Например, ЕС из средств региональных структурных фондов оказывает финансовую помощь коммунам и трансграничным регионам на создание туристской инфраструктуры, сохранение природного и культурного наследия. Страны — члены АСЕАН продвигают Юго-Восточную Азию как единое туристское направление на мировом рынке путешествий. Одна из главных целей ЭКОВАС — содействие упрощению туристских обменов между странами — членами группировки. Все это подрывает значение и меняет функции государственных границ, которые становятся все более прозрачными. Между тем эволюция государственных границ происходит не однонаправ-ленно и прямолинейно, например после террористических актов 11 сентября 2001 г. в США ведущие мировые державы вынуждены были усилить барьерные функции границ.

Заключение. На развитие туризма влияют не только государственные границы. Во время поездок туристы пересекают административные границы штатов (областей), городов, муниципалитетов, а также границы вокруг международных аэропортов, особых экономических зон и др., которым уделяется необоснованно малое внимание, однако они имеют прямое отношение к территориальным различиям в системе налогообложения, социальной сфере, жилищно-коммунальном хозяйстве и т.д. внутри стран, а следовательно, обусловливают неодинаковые условия развития туризма на их территории. Поэтому туризм следует вписать в систему границ, а в повестку дня включить вопрос о создании туристской лимологии.

Б.Б. Родомана, Б.М. Эккеля. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. С. 33—38.

10. Arreola D.D., Curtis J.R. The Mexican Border Cities: landscape, anatomy and place personality. Tucson: University of Arizona Press, 1993.

11. Asian tourism: growth and change. Amsterdam: Elsevier,

2008.

12. Mackay J.R. The interactance hypothesis and boundaries in Canada: A preliminary study // Canadian Geographer. 1958. N 11. P. 1—8.

13. Smith G.J., Hinch T.D. Canadian casinos as tourist attractions: chasing the pot of gold // J. Travel Res. 1996. Vol. 34, N 3. P. 37—45.

14. Smith S.L.J. A metod for estimating the distance equivalence of international boundaries // Ibid. 1984. Vol. 22, N 3. P. 37—39.

15. Stern E. Competition and location in the gaming industry: The "casino states" of Southern Africa // Geography. 1987. Vol. 72, N 2. P. 140—150.

16. Timothy D.J. Tourism and political boundaries. L.; N.Y: Taylor & Francis Routledge, 2001.

17. Tourism and borders: contemporary issues, policies, and international research (New directions in tourism analysis / Ed. H. Wachowiak. Aldershot: Ashgate Pub. Ltd, 2006.

18. Tourism Highlights 2010 / World Tourism Organization. Madrid: UNWTO, 2010.

19. Tourism in Frontier Areas / Ed. S. Krakover, Y Gradus. Lanham, MD: Lexington Books, 2002.

20. Travlou P.S. Airport terminals and hotel lobbies: gazing Athens from in-transit spaces (New Orleans. Paper presented at

the annual meeting of the AAG. 2003. March 4—8. Pap. Session: 6228. Heritage, urban tourism and the tourist gaze).

21. Zhao X. Barter tourism: A new phenomenon along the China-Russian border // J. Travel Res. 1994. N 2(3). P. 7—65.

Поступила в редакцию 12.09.2011

A.Yu. Aleksandrova

POLITICAL-ADMINISTRATIVE BOUNDARIES: FROM BEING A BARRIER TO BECOMING A

TOURIST RESOURCE

Interactions of political-administrative boundaries and tourism are of controversial nature. Under universal trend of decreasing barrier and increasing contact functions the boundaries, particularly state ones, often become tourist attractions and the adjacent territories turn into tourist destinations. Elaboration of a new field of interdisciplinary research, i.e. limology (border studies), which makes it possible to associate tourism to the system of boundaries is discussed.

Key words: tourism, political-administrative boundaries, tourist limology.