Ловушка институционального монополизма в контексте структурных изменений национальной экономики

Общим у них является признание приоритетности развития и эффективного использования человеческого капитала. В то же время каждая теория развития новой экономики в качестве основного экономического ресурса определяет разные его составляющие.

Генезис рассматриваемых категорий также говорит о разнородности понятий, однако развитие в конце XX в. новых технологий, рынков сбыта, профессий и образования привело к их взаимному проникновению, сращиванию отдельных элементов. Обособленное развитие инноваций, знаний, информации и креативного потенциала стало невозможным.

1. Инновационная экономика: лекция / сост. А.И. Попов. Тамбов: Изд-во Тамбов. гос. техн. ун-та, 2008.

2. Каткова М.А. Влияние глобализации на развитие институциональной структуры рынка информационных технологий: дис. ... канд. экон. наук. Саратов, 2006.

3. Каткова М.А. О взаимосвязи институтов и нового качества экономического роста // Психология и экономика. 2008. № 1 - 2.

4. Корнейчук Б.В. Информационная экономика: учеб. пособие. СПб.: Питер, 2006.

5. Махлуп Ф. Производство и распространение знаний в США. М.: Прогресс, 1966.

6. Нижегородцев Р.М. Информационная экономика. М.; Кострома, 2002. Кн. 1: Информационная вселенная: информационные основы экономического роста.

7. Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982.

8. Porat V. The Information Economy Definition and Measurement. Washington DC: US Dept of Commerce, 1977.

удк 330.341.42 Роланд Роландович Рассоха,

соискатель кафедры

rassokha2013@yandex.ru общей экономической теории,

V СГСЭУ

ЛОВУШКА ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОГО МОНОПОЛИЗМА В КОНТЕКСТЕ СТРУКТУРНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ

Объектом исследования являются институты социально-экономической системы России. Предмет анализа -институциональные и экономические отношения, возникающие в процессе развития институционального монополизма. Цель - обосновать положение о том, что развитие институционального монополизма в России приводит в действие ловушку институционального монополизма. Значительное внимание уделено влиянию институционального монополизма на экономические диспропорции, а также на распространение института непродуктивного, рентоориентированного поведения. Выделены характерные черты институционального монополизма на разных уровнях российской экономики. Попытки соотнести положительные и отрицательные моменты институционального монополизма приводят к выводу о безусловном доминировании отрицательных моментов. Институциональный монополизм является серьезным ограничителем демократической формы регулирования социально-экономических процессов, отстраняя большую часть социально-экономических агентов от ответственного процесса принятия решений.

Ключевые слова: институциональный монополизм, национальная экономика, структурные изменения, ловушка институционального монополизма.

R.R. Rassokha

INSTITUTIONAL MONOPOLY TRAP IN THE CONTEXT OF STRUCTURAL CHANGE OF THE NATIONAL ECONOMY

The paper studies the institutions of the social and economic system of Russia. The paper analyses the institutional and economic relations arising in the process of developing the institutional monopoly. The paper aims to prove that the development of institutional monopoly in Russia results in institutional monopoly trap. Considerable attention is paid to the influence of the institutional monopoly on economic disparities as well as the rise of the institution of unproductive rent-seeking behavior. The author identifies features of the institutional monopoly at different levels of the Russian economy. After discussing the positive and negative aspects of institutional monopoly the author comes to the conclusion that negative aspects overwhelmingly dominate over positive. Institutional monopoly creates a serious hurdle for the democratic regulation of social and economic processes by depriving most of the social and economic agents of responsible decision-making.

Keywords: institutional monopoly, national economy, structural change, institutional monopoly trap.

Проблему взаимосвязи институционального монополизма, рентных отношений и структурных изменений экономики целесообразно рассматривать на разных уровнях функционирования национальной экономической системы (табл. 1).

На микроуровне одной из основных форм институционального монополизма является так называемая монополия рабочего места, проанализированная в трудах П.В. Савченко и М.Н. Фёдоровой [3].

Т а б л и ц а 1

Уровни анализа институционального монополизма

Уровни национальной экономи- ческой системы Формы институционального монополизма Особенности рентных отношений

Микроуровень Монополия рабочего места, технологический монополизм, информационная асимметрия Формирование корпоративно-управленческой, статусной, инновационно-технологической и информационной ренты

Мезоуровень Административно-региональный, регионально-директорский, регионально-клановый, регионально-олигархический монополизм Формирование политической, административной и статусной ренты на уровне региона

Макроуровень Финансовый, политический, административный монополизм Перераспределение природно-ресурсной и инновационно-технологической ренты; формирование финансовой, политической, административной ренты

Монополия рабочего места в литературе рассматривается как исключительное (монопольное) положение людей или их групп в корпоративных организациях, учреждениях, органах государственной власти и местного самоуправления, которое позволяет использовать рабочее место в личных целях, получать легальные и нелегальные рентные доходы. Это сложный феномен, перспективный для исследований в экономической науке.

Экономические отношения по поводу рабочего места основаны на расщеплении правомочий собственника между субъектами капитала-собственности, капитала-функции и наемного труда. Как утверждается в исследовательской литературе, владеет рабочим местом собственник предприятия (организации), распоряжается руководство (топ-менеджеры), а пользуется работник.

Следует отметить позитивную и негативную стороны монополии рабочего места. Позитивная сторона заключается в распространении продуктивного рентоориентированного поведения - мотивации экономически активного населения к использованию своего творческого потенциала, росту легальных доходов, повышению уровня квалификации, заинтересованности в росте инвестиций в физический и человеческий капитал, повышению конкурентоспособности. Негативная сторона проявляется в распространении контрпродуктивного рентоискательства - поиску нелегальных доходов, что находит свое выражение в коррупции, правовом нигилизме.

Монополию рабочего места следует рассматривать как одну из форм самореализации экономически активного населения. Экономически активный человек осуществляет монополию на свой человеческий капитал (знания, умения, навыки) и свой социальный капитал (взаимосвязи с другими людьми и группами людей). В процессе трудовой и предпринимательской деятельности люди принимают решения о степени задействования своего человеческого и социального капитала. Эти решения зависят от целой группы объективных и субъективных факторов: уровня знаний и квалификации инди-

вида, условий, организации и оплаты труда в данной корпоративной структуре, уровня предпринимательских доходов, условий ведения бизнеса, нравственных принципов конкретного человека и, что очень важно, от возможностей извлекать различные дополнительные блага из нахождения на данном рабочем месте. Эти дополнительные блага имеют рентную природу.

В процессе распределения рентных доходов возникает дополнительное противоречие интересов работодателей и наемных работников. Рентоориентированное поведение обеих сторон тем скорее примет продуктивных характер, чем более справедливо будут определены их доли рентного дохода. В этом случае работодатели и наемные работники будут заинтересованы в росте объемов производства продукции и повышении ее конкурентоспособности. Таким образом, будут сформированы микроэкономические предпосылки прогрессивных структурных изменений национальной экономики.

Вместе с тем необходимо отметить, что рентные доходы от монополии рабочего места имеют различные формы. В их числе выделяется статусная (корпоративноуправленческая) рента топ-менеджеров крупных и средних компаний, административная рента представителей государственного аппарата и т.д.

Наряду с легитимными существуют и нелегитимные формы извлечения и присвоения рентных доходов. Это связано с тем, что исключительное (монопольное) положение человека или группы людей может основываться, с одной стороны, на их человеческом и социальном капитале, а с другой - на таком иерархическом положении, которое позволяет контролировать финансовые потоки, распоряжаться имуществом корпорации, муниципального образования, региона или всего государства, разрабатывать и принимать законы и нормативные акты, оказывать услуги за дополнительную плату и т.д. В этом случае речь идет о контрпродуктивном рентоискатель-стве, которое обусловливает микроэкономические факторы, сдерживающие прогрессивные структурные изменения национальной экономики.

Монополия рабочего места в корпорации отражает положение человека в системе вертикальных и горизонтальных социально-экономических отношений, институтов государства и рынка, индивидуализма и коллективизма.

Мотивация топ-менджеров в корпорациях связана с капиталом-собственностью и капиталом-функцией, прибылью, корпоративно-управленческой (статусной) рентой. Статусная рента топ-менеджеров включает доходы сверхоплаты труда, в том числе легитимные (бонусы, премии, дивиденды, опционы и т.п.) и нелегитимные (взятки, «распилы» и т.п.). Это происходит в силу того, что корпорация как форма организации предпринимательской деятельности характеризуется акционерной собственностью, разделением функций собственника и управления, сосредоточением управленческих функций в руках топ-менеджеров. В корпорациях существуют отношения между собственниками и топ-менеджерами, работниками и топ-менеджерами, работниками и собственниками, влияющие на особенности монополии рабочего места. Монополия рабочего места топ-мененджера выступает как функция управления корпорацией.

Основой деятельности особой группы управленцев является наличие в корпорации иерархических органи-

зационных и институциональных структур. Институты управления становятся инструментом извлечения статусной (корпоративно-управленческой) ренты, связанной с функционированием материальных и нематериальных активов (человеческий и социальный капитал, интеллектуальная собственность, управленческие технологии).

На мезоуровне соответствующие формы институционального монополизма обусловливают формирование политической, административной и статусной ренты на уровне регионов Российской Федерации.

Командно-административная система управления экономикой СССР стала базой возникновения деформированных институтов рыночной экономики в России 1990-х гг. Этим были обусловлены диспропорции в темпах институциональных преобразований в российских регионах, что привело к формированию межрегиональных социально-экономических диспропорций. В частности, к ним относятся диспропорции в удельных весах организаций, осуществляющих технологические инновации (табл. 2). Удельный вес инновационно ориентированных хозяйствующих субъектов в сфере технологий напрямую влияет на количественные и качественные показатели структурных изменений в национальной экономике.

Анализ данных табл. 2 свидетельствует о том, что устойчивыми лидерами в области технологических инноваций с большим отрывом от других регионов являются Москва и Санкт-Петербург, причем как в период финансово-экономического кризиса (2009 г.), так и в период посткризисного оживления национальной экономики (2010 - 2011 гг.) [2]. Соответственно, межрегиональные социально-экономические диспропорции проявляются в неравномерном распределении рентных

Т а б л и ц а 2

Удельный вес организаций, осуществлявших технологические инновации в отчетном году, %

2009 2010 2011

Российская Федерация 7,7 7,9 8,9

Центральный федеральный округ 7,4 7,3 8,8

г. Москва 12,8 11,6 16,9

Северо-Западный федеральный округ 8,2 7,6 9,5

г. Санкт-Петербург 12,8 10,9 16,1

Южный федеральный округ 6,1 6,2 5,3

Северо-Кавказский федеральный округ 4,8 5,0 4,2

Приволжский федеральный округ 10,5 10,2 11,2

Уральский федеральный округ 8,1 9,6 9,8

Сибирский федеральный округ 6,1 6,8 7,6

Дальневосточный федеральный округ 6,5 7,0 9,6

Источник: данные Госкомстата РФ.

доходов. Например, в России «центрами притяжения» финансовой, информационной, организационно-управленческой, политической квазиренты, «ренты талантов» являются Москва и в меньшей степени Санкт-Петербург. Неравномерное распределение рентных доходов, в свою очередь, создает условия для институционального воспроизводства регионального монополизма.

Монополизм, в том числе институциональный, с одной стороны, ведет к негативным социально-экономическим последствиям, а с другой - имеет и положительный потенциал, обеспечивающий в ряде случаев организационные предпосылки инновационного развития экономики. Таким образом, влиянию институционального монополизма на социально-экономическое развитие нельзя дать однозначную оценку - это влияние является противоречивым по своему характеру (рис. 1).

Попытки соотнести положительные и отрицательные моменты институционального монополизма приводят к выводу о безусловном доминировании отрицательных моментов. Институциональный монополизм является серьезным ограничителем демократической формы регулирования социально-экономических процессов, отстраняя большую часть социально-экономических агентов ответственного процесса принятия решений.

Учитывая распространенность институциональных ловушек в экономике [1], влияние институционального монополизма на структурные изменения национальных экономических систем можно охарактеризовать как действие ловушки институционального монополизма (рис. 2).

Рис. 1. Влияние институционального монополизма на структурные изменения национальной экономики

ная история знает немало примеров того, как сильный административный ресурс форсирует структурные экономические сдвиги. Однако этот эффект, как правило, имеет краткосрочный характер и не обеспечивает вывод страны на траекторию устойчивого экономического развития.

1. Манохина Н.В. «Институциональные ловушки» и институциональный вакуум в российской инновационной среде // Вестник СГСЭУ. 2011. № 5 (36).

2. РусановскийВ.А., Латков А.В. Тенденции структурной трансформа-

Рис. 2. Ловушка институционального монополизма ции российской промышленности в

контексте экономической рецессии //

Вестник СГСЭУ. 2009. № 5 (29).

Ловушка институционального монополизма сама по 3. Савченко П.В., Фёдорова М.Н. Монополия рабочего места

себе не означает невозможности прогрессивных струк- в системе социально-экономических отношений. М.: Институт

турных изменений национальной экономики. Отечествен- экономики РАН, 2012.

удк ззо Денис Сергеевич Шевашкевич,

. аспирант кафедры

d_shevash@mail.ru общей экономической теории,

V СГСЭУ

СОДЕРЖАНИЕ И СПЕЦИФИКА НОВЫХ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ УКЛАДОВ

Предметом научного анализа являются экономические отношения, связанные со становлением и развитием новых технологических укладов, основанных на высоких технологиях - информационных, когнитивных, нано- и биотехнологиях. Цель работы - раскрыть содержание и специфику новых технологических укладов, которые сформировались, интенсивно распространяются в развитых странах и начинают в той или иной степени осваиваться в нашей стране. Методология проведения данного исследования включала общенаучные методы и принципы, подходы, характерные для экономической теории. Результаты исследования показали, что основой новых технологических укладов является нарастающая NBIC-конвергенция, прямо или косвенно определяющая характер, способы и динамику современных социально-экономических процессов. Данное исследование может служить ориентиром для дальнейших научных поисков в этой области знаний, совершенствования стратегии экономического развития страны.

Ключевые слова: нанотехнологии, биотехнологии, когнитивные технологии, информационные технологии, технологический уклад, NBIC-конвергенция.

D.S. Shevashkevich

CONTENT AND SPECIFIC CHARACTER OF NEW TECHNOLOGICAL WAYS

The paper analyses economic relations related to the establishment and development of new technological structures based on advanced technologies: information, cognitive, nano- and biotechnologies. The paper aims to reveal the content and specificity of the new technological structures that have emerged and rapidly spread in developed countries and are taking hold in Russia. The methodology of the study includes general scientific methods and principles, and approaches used in the theory of economics. The results of the study have shown that the basis for new technological structures is growing NBIC-convergence which directly or indirectly determines the nature, methods and dynamics of modern social and economic processes. The study may serve as a guide for further research in this area and improving the economic development strategy of the country.

Keywords: nanotechnology, biotechnology, cognitive technologies, information technology, technological way, NBIC-

Слабость Эффект

» демократических «тотального

институтов недоверия»

convergence.