Безальтернативные углеводороды

Следующие 30 лет человечество точно не откажется от углеводородов, хотя в период до 2040 года процесс энергопотребления продолжит замедляться. Но несмотря на то что этот период можно назвать эрой газа — именно газ будет в основном востребован на рынке первичных энергоресурсов, Россия рискует упустить шансы воспользоваться этими возможностями.

Топливная демография

В обнародованном в текущем году "Прогнозе развития энергетики мира и России до 2040 года" эксперты Института энергетических исследований РАН и Аналитического центра при правительстве РФ предположили, что приоритеты энергетической политики мировых игроков и способы ее реализации останутся неизменными. То есть крупные импортеры (большинство стран ОЭСР, Китай, прочие развивающиеся страны Азии) заинтересованы в умеренных ценах на энергоресурсы, что полезно их экономикам. Экспортеры же энергоресурсов — в основном страны ОПЕК и СНГ — стремятся максимизировать доходы от экспорта.

Причем в 2020-2040 годах (при сопоставлении прогнозной динамики энергопотребления по демографическому и экономическому росту) расход первичной энергии в мире предположительно увеличится на 40% (или в среднем на 1,1% ежегодно), что втрое меньше среднегодовых приростов ВВП и заметно медленнее роста энергопотребления в предыдущие 30 лет. При этом если США и остальные развитые страны будут демонстрировать снижение душевого энергопотребления, то Китай, напротив, будет стремительно повышать этот показатель.

В связи с этим заметно меняется размещение энергопотребления: с ростом населения в развивающихся странах туда все более активно смещаются и центры энергопотребления, в то время как развитые страны к 2040 году повысят потребление лишь на 3%, а в США и остальных странах ОЭСР после 2020 года спрос на энергию практически перестанет расти.

Китай же сохранит абсолютный прирост: в 1980-2010 годах и 2010-2040 годах его цифры практически равны (1873 млн и 1847 млн тонн н. э. соответственно), а среднегодовые темпы роста снизятся с 4,8% до 1,9%. Остальные развивающиеся страны дадут полуторный рост: при замедлении темпов роста абсолютный прирост увеличится с 2283 млн тонн н. э. в 1980-2010 годах до 3120 млн тонн н. э. к 2040 году и обеспечит 60% мирового прироста первичного энергопотребления. Удовлетворение регионального спроса на первичную энергию потребует увеличения потребления всех видов топлива. А структура мирового энергопотребления будет становиться все более диверсифицированной и сбалансированной: к 2040 году ожидается постепенное выравнивание долей ископаемых (нефть — 27%, газ — 25%, уголь — 25%) и неископаемых (в сумме 23%) видов топлива как результат развития межтопливной конкуренции и повышения устойчивости энергоснабжения.

В 30-летней перспективе не ожидается радикальных изменений глобальной топливной корзины: человечество по-прежнему не готово уменьшить зависимость от ископаемых видов топлива. Углеводороды сохранят безусловное доминирование в топливной корзине: их доля в 2040 году будет составлять 51,4%, что практически соответствует 53,6% в 2010 году. Однако при этом объемы потребления отдельных видов углеводородного сырья существенно изменятся.

В основном это связано с нефтью: ее доля в потреблении первичной энергии за этот период сократится с 32% до 27%. Доля угля, который демонстрировал наиболее высокие темпы роста потребления в первое десятилетие XXI века, снизится с 28% до 25% — в основном по экологическим соображениям, из-за чего его использование ограничат не только развитые, но и развивающиеся страны. Доля атомной энергетики не изменится, оставшись на уровне 6%.

Торговые потоки на рынке нефти в базовом сценарии меняются, и достаточно принципиально. К 2040 году экспортные рынки для ведущих производителей сужаются по сравнению с 2010-м на 275 млн тонн. Прежде всего сокращаются объемы импорта нефти в Европу, что связано со снижением загрузки собственных европейских НПЗ и стагнацией спроса в развитой Европе. Северная Америка за счет роста добычи нефти сланцевых плеев в США и битуминозных песков в Канаде становится нетто-экспортером уже после 2025 года. Наиболее перспективным рынком сбыта для сырой нефти остается Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР) — единственный, где импорт увеличится по сравнению с 2010 годом.

Самые высокие темпы роста в прогнозный период имеют возобновляемые источники энергии (ВИЭ; без учета гидроэнергии, но с учетом биотоплива): к 2040 году на них придется 13,8% мирового энергопотребления и 12% выработки электроэнергии (против 10,9% и 3,7% в 2010 году). Однако по абсолютным объемам прироста потребления в топливной корзине будет лидировать газ, который и станет самым востребованным видом топлива в ближайшие 30 лет.

Грядет газовая эра

Очевидно, что топливные корзины разных стран и регионов будут иметь существенные различия. Развитые страны будут снижать долю нефти и угля, наращивая потребление газа и ВИЭ. Китай увеличит потребление всех энергоресурсов, в первую очередь угля, а остальные развивающиеся страны — примерно в равной степени нефти, газа и угля.

В связи с растущей электрификацией человеческой деятельности заметно увеличится доля первичной энергии, используемой для производства электроэнергии: 47% к 2040 году по сравнению с 36% в 2010 году. Основной прирост производства электроэнергии в мире (84%) обеспечат развивающиеся страны. В электроэнергетике, которая является главным полем конкуренции между всеми энергоресурсами и множеством технологий, топливная корзина также диверсифицируется: потребление газа увеличится почти в два с половиной раза, и он обеспечит наибольший прирост производства электроэнергии по сравнению со всеми остальными видами топлива.

К 2040 году рост мирового потребления газа прогнозируется до 5,3 трлн куб. м — это более чем на 60% превышает уровень 2010 года. Как и по жидким видам топлива, основной прирост спроса (81%) обеспечат развивающиеся страны. Анализ месторождений и районов добычи газа показывает, что в мире существуют достаточные объемы его доступных запасов, которые можно добыть к 2040 году по цене ниже $150 за 1 тыс. куб. м.

Развитие сланцевой газодобычи, как и сланцевой нефти, уже оказало значительное влияние на мировые рынки, прежде всего в части перераспределения потоков сжиженного природного газа (СПГ). Это влияние только возрастет с началом экспорта СПГ из США и Канады с 2016-2018 годов. Этот газ, скорее всего, пойдет на премиальные рынки АТР, Латинской Америки и Европы.

Наиболее влиятельными участниками газового рынка в рассматриваемый период кроме России станут США и Китай. Уступая России по объемам добычи и экспорта газа к 2040 году, США тем не менее заметно усилят свое влияние за счет выхода на рынок СПГ. А страны ОПЕК на газовом рынке явно теряют позиции как из-за появления новых мощных игроков (США, Австралия), так и из-за взрывного роста внутреннего спроса на газ и необходимости удовлетворять его, чтобы избежать социальных проблем даже в ущерб экспорту газа.

Россия в этом сценарии остается важнейшим участником газового рынка, сохраняя лидерство в добыче и экспорте. Однако переговорные позиции РФ ослабевают, так как огромные средства, планируемые и уже вложенные в дорогостоящие проекты, делают ее заложницей даже не очень сильных колебаний рыночной конъюнктуры — именно российский газ будет в этом случае вытесняться с рынка более дешевыми поставщиками.

Жидкие перспективы

Главным драйвером спроса на жидкие топлива по-прежнему остается растущий транспортный сектор (до 80% от общего объема спроса на нефть к 2040 году). Основным фактором сдерживания роста потребления топлива транспортными средствами, как и прежде, остается повышение их энергоэффективности.

Спрос на жидкие ненефтяные топлива в связи с их значительной стоимостью остается достаточно низким. Единственное исключение составляют биотоплива, спрос на которые продолжает расти за счет стимулирования потребления в Европе и низкой стоимости их производства в Бразилии, Малайзии и Индонезии.

В базовом сценарии мировой спрос на жидкие топлива до 2040 года будет расти в среднем на 0,5% ежегодно и составит 5,1 млрд тонн, то есть увеличится на 26%. Ускоренный рост спроса ожидается в развивающихся странах. Развитый же мир покажет противоположную динамику: прекращается рост спроса на жидкие виды топлива в Европе и США, а в развитых странах Азии (особенно в Японии) вообще ожидается заметное снижение потребления.

Свою роль здесь отчасти сыграла технология добычи сланцевой нефти в США. Потенциал нефти сланцевых плеев, в особенности низкопроницаемых коллекторов в США, был явно недооценен экспертным сообществом. Уже в 2012 году добыча этих видов нефти в США, по сообщению Департамента энергетики, составила около 100 млн тонн, и в 2013 году США приблизятся по объему добычи нефтяных топлив к Саудовской Аравии. К 2040 году в базовом сценарии ожидается значительный рост добычи нефти в США — до 594 млн тонн. Прирост будет обеспечен именно нефтью сланцевых плеев и составит 416 млн тонн. Рост добычи традиционной нефти после 2030 года ожидается почти исключительно за счет газового конденсата.

В базовом сценарии мировая добыча нефти сланцевых плеев оценивается в 420 млн тонн к концу периода, в основном ее обеспечат месторождения Северной Америки. Производства нефти и газового конденсата сланцевых плеев хватит, чтобы мировой рынок не переключался на альтернативные виды топлива из газа или угля.

Российские шансы

В предстоящие 10-15 лет Россия на 20% и более снизит и затем стабилизирует объемы экспорта нефти и газа, хотя и останется крупнейшим мировым поставщиком топлива на мировые рынки. Снижение выручки от экспорта газа, а еще более — от продажи нефти на треть уменьшит вклад углеводородного экспорта в ВВП страны. Россия в связи с этим будет отставать от роста среднемирового ВВП и не поднимется выше сегодняшнего шестого места в мире. К тому же экономический комплекс России имеет один из самых низких в мире показателей производства ВВП с единицы энергии (втрое меньше среднего по миру), и к 2040 году в прогнозном варианте этот разрыв практически не уменьшится.

Все это в определенной мере ослабит геополитические позиции страны. Замедление темпов роста ВВП приведет к ухудшению всех основных параметров российского ТЭКа: объема инвестиций (включая инвестиции в энергосбережение), потребления и производства энергоресурсов. При умеренном сокращении внутреннего спроса суммарное производство энергоресурсов уменьшится сильнее, чем экспорт, хотя Россия сохранит сегодняшнее место третьего крупнейшего их производителя.

Авторы упомянутого прогноза полагают, что результативным средством противодействия внешним факторам может послужить радикальное повышение инвестиционной эффективности российского ТЭКа и энергетической эффективности экономики в целом. По обоим направлениям Россия имеет уникальные возможности. Так, российский ТЭК сегодня уже совершает гигантские капиталовложения, которые в ближайшие годы должны еще вырасти в соответствии с утвержденными схемами развития отраслей ТЭКа и достигнуть беспрецедентных 6-7% от ВВП, притом что в среднем по миру этот показатель составляет около 1,3-,5%.