Добрый гений академика Г. Ф. Крымского

ДОБРЫЙ ГЕНИЙ АКАДЕМИКА Г. Ф. КРЫМСКОГО

Основная область научных интересов академика РАН и АН РС(Я) Гермогена Филипповича Крымского связана с вопросами распространения и ускорения космических лучей. Диффузионное уравнение переноса космических лучей Г. Ф. Крымского лежит сегодня в основе современной теории их распространения в межпланетной и межзвёздной среде. В начале 70-х годов Г. Ф. Крымский приступил к изучению механизмов ускорения космических лучей и уже в 1977 г. теоретически установил существование процесса регулярного ускорения заряжённых частиц на фронтах ударных волн. Ударные волны - явление довольно распространённое в космическом пространстве. Они образуются от солнечных вспышек, от вспышек сверхновых звёзд и т. д. В процессах, приводящих к образованию ударных волн, как правило, выделяется большое количество энергии в форме направленного движения плазмы. Заметная часть этой энергии может идти на ускорение небольшой доли частиц плазмы. Это, в итоге, и приводит к появлению частиц с энергией, значительно превышающей тепловую.

В. И. Козлов,

доктор физико-математических наук

а в настоящее время - в качестве советника РАН. Он автор и соавтор более 300 научных работ, в том числе трёх монографий, преподаёт в Северо-Восточном федеральном университете им. М. К. Аммосова, руководит аспирантами. Среди его учеников пять докторов наук и больше двадцати кандидатов наук. Г. Ф. Крымский был первым председателем диссертационного

Академик РАН Гермоген Филиппович Крымский.

Краткая биографическая справка

Гермоген Филиппович Крымский родился 18 ноября 1937 г. в г. Олёкминске Якутской АССР. В 1959 г. окончил физико-математический факультет Якутского государственного университета и в этом же году поступил на работу в лабораторию физических проблем Якутского филиала СО АН СССР, на базе которой в 1962 г. был создан Институт космофизических исследований и аэрономии (ИКФИА). В 1966 г. Г. Ф. Крымский защитил кандидатскую диссертацию по теме «Модуляция космических лучей в межпланетном пространстве», а в 1975 г. - докторскую диссертацию «Модуляция космических лучей и динамические свойства солнечного ветра». В 1987 г. он был избран членом-корреспондентом АН СССР, а в 1997 г. - действительным членом РАН Отделения общей физики и астрономии. Гермоген Филиппович бессменно работает в ИКФИА: в период с 1987 по 1997 гг. - директором института,

совета в Институте космофизических исследований и аэрономии. В 1988 - 1992 гг. он избирался председателем Президиума Якутского филиала СО АН СССР, а в 2001 - 2003 гг. - президентом Академии наук Республики Саха (Якутия). Он является председателем секции Научного совета РАН по комплексной проблеме «Космические лучи», членом Научного совета РАН «Солнце - Земля», рабочей группы «Солнечный ветер» МГК при РАН, членом Объединённого совета по физико-техническим наукам СО РАН, членом Президиума ЯНЦ СО РАН и Президиума АН РС(Я), Научно-технического совета при Президенте РС(Я). Г. Ф. Крымский награждён многими орденами и медалями, в том числе орденом РС(Я) «Полярная звезда», удостоен почётных званий «Заслуженный деятель науки ЯАССР» и «Заслуженный ветеран СО АН СССР», ему присуждена Государственная премия Республики Саха (Якутия) в области науки и техники.

Первые достижения

Значительный вклад внесли исследования Г. Ф. Крымского и его учеников в решение проблемы происхождения космических лучей. Ими разработана нелинейная теория ускорения космических лучей в остатках сверхновых, объясняющая основные особенности наблюдаемого спектра галактических космических лучей. Применение нелинейной теории к ряду исторических остатков сверхновых позволило объяснить наблюдаемые свойства их излучения, порождаемого ускоренными космическими лучами.

Из драгоценного опыта личного общения

Кто знает, как бы сложилась моя не только научная, но и личная судьба, не окажись рядом в нужное время самым удивительным образом добрый гений Гермогена Филипповича. Его неожиданные появления в критических «точках бифуркаций» моей судьбы до сих пор остаются для меня загадкой. Является ли подобное избирательное воздействие на ученика, т.е. своего рода «иглоукалывание», или «акупунктура», наукой или искусством, доподлинно не известно. В 1967 - 1968 гг. мне и четырём моим однокурсникам-студентам посчастливилось попасть на первую специализацию по космической физике к

Г. Ф. Крымскому. О космических лучах я тогда имел самое отдалённое представление, полученное отрывочно из необязательных факультативов Натана Леонидовича Григорова и ректора МИФИ Виктора Григорьевича Кириллова-Угрюмова. А здесь нам предлагалась самая настоящая специализация по тем самым загадочным космическим лучам под руководством тогда уже известного Г. Ф. Крымского. Правда, последующий затем мой дипломный проект (о механизме удержания в ближнем космосе продуктов деления от американского ядерного взрыва «Starfish») непосредственного отношения к космическим лучам не имел. В данном случае существенно лишь то, что сама идея магнито-гравитационной ловушки для тяжёлых «осколков» ядерного взрыва была предложена Г. Ф. Крымским. Неудивительно, что в дальнейшем меня заинтересовал механизм образования ударных волн, но не в ближнем космосе, а в дальнем - в межпланетной среде. Да и как могло быть иначе. Тема физики ударных волн в то время просто витала в воздухе. Она была постоянной темой регулярных теоретических семинаров, руководимых Г. Ф. Крымским. К тому времени в космичес-

«Разбор полётов». Обсерватория ИКФИА в Тикси (1986 г.). На переднем плане (слева направо): Г. Ф. Крымский, В. А. Колосов, Ю. Г. Шафер, В. И. Козлов, В. А. Старина и А. П. Васильев.

«У нас проблема, шеф» (семинар теоретического отдела Института космофизических исследований и аэрономии СО РАН (2011 г.).

кой физике сложилась, казалось бы, парадоксальная ситуация: в сильно разреженной плазме межпланетной среды были зарегистрированы ударные волны! Как такое могло быть? В 1967 г. будущий академик Р. З. Саг-деев и Ч. Ф. Кеннел предложили механизм образования ударных волн в разреженной плазме солнечного ветра. Оставалось только их обнаружить, в том числе и по космическим лучам. Но в то время, в конце 60-х и в начале 70-х, они никак не обнаруживались ни за рубежом, ни у нас в стране. И в ИКФИА - тоже.

Не ведая того, мне казалось, что колебательную структуру ударной волны можно зарегистрировать по данным наземных измерений космических лучей, обладающих лучшей статистикой. Спутниковые измерения тогда, в начале 70-х, были слишком грубы, чтобы с их помощью решать эту задачу. Для меня становилось очевидным, что надо переходить в другую лабораторию. Назревала первая рукотворная, особая точка в моей биографии. В общем, если бы не действенная поддержка Гермогена Филипповича в этой сложной ситуации... В итоге, нами всё-таки был обнаружен новый, не известный ранее эффект в космических лучах. Подобно тому, как всё живое в процессе эволюции «научилось» видеть земные объекты в обычном свете (словно зная, что движения со скоростью, большей скорости света, быть не может), мы смогли увидеть фронт ударной волны в разре-

женной среде солнечного ветра в «свете» космических лучей.

И когда успешно созрела очередная, рукотворная точка в моей, и так уже непростой биографии (у меня на руках был перевод в новосибирский Академгородок), то и тут добрый гений шефа снова направил меня на «истинный путь». Точнее, в путь на южный берег моря. Лаптевых, в полярную обсерваторию нашего института в Тикси для решения актуальной тогда задачи автоматизации научных исследований. Но у меня была и своя задумка: постараться по космическим лучам в реальном времени заблаговременно обнаружить те самые магнитные осцилляции ударной волны. В узкопрактическом смысле это, по сути, - задача прогноза экстремального явления - «космической погоды», как сказали бы сейчас. Но тогда ещё не был в ходу термин «космическая погода». Так уж сложилось, что результаты всей нашей многолетней работы могли бы и не попасть на всесоюзную конференцию по солнечно-земным связям в г. Апатиты в 1985 г. И снова, лишь благодаря дипломатически выверенным действиям научного руководителя Г. Ф. Крымского, общественность смогла по достоинству оценить работу коллектива обсерватории. Конечно же, нам было приятно услышать в заключительном слове конференции, что два научных достижения достойны того, чтобы о них стоило упомянуть отдельно: эксперимент на космическом аппарате «Венера» и создание системы автоматизации научных исследований в обсерватории Тикси.

I

«Вот где ошибка!» (продолжение семинара).

К • нюкте.* 1

«А не выпить ли и мне чашечку кофе?».

Тогда же, с лёгкой руки Гермогена Филипповича, пошёл гулять по страницам отечественной и зарубежной печати термин «"мерцание" космических лучей». И это не просто новая терминология существующего понятия. Просто введённый термин как нельзя лучше описывал уникальную ситуацию на магнитной «пробке» в окрестности ударной волны. Как было установлено ранее теоретически Г. Ф. Крымским с учениками, вблизи источников сильных возмущений в межпланетной среде должна наблюдаться «рваная» структура интенсивности космических лучей, качественно согласующаяся с представлением о кластеризации фазового объёма. Уже тогда ими было предсказано, что подобную «рваную» структуру можно исследовать экспериментально, наблюдая флуктуации космических лучей. Пусть и не сразу, но всё же был найден подход, более соответствующий, как мне кажется, физике процесса кластеризации в космических лучах. Так был введён параметр флуктуаций космических лучей. Это лишний раз доказывает известный тезис о том, что используемый метод эффективен лишь тогда,

когда он адекватен изучаемому процессу или явлению.

Краткое «руководство пользователя» аспирантами

Под научным руководством Г. Ф. Крымского кандидатами наук стали более двадцати его учеников. В чём секрет такой плодотворности? Мне кажется, что первостепенной задачей научного руководителя является вывести ученика на нужные значения «управляющих параметров»: увести его, в одном случае, из области «хаотического режима», в другом - вывести незадачливого аспиранта из «точки стагнации» и, тут же, не мешкая, ввести в потенциально более богатый возможностями... хаотический режим (главное, только не забыть его оттуда вывести). И лишь врождённый талант руководителя позволяет ему оказаться в нужном месте и в нужное время, другими словами, в своеобразной «точке бифуркации» незадавшейся судьбы аспиранта с точно выверенным, управляющим импульсом. Согласитесь, что это довольно тонкая материя, требующая от научного руководителя не только незаурядного ума и таланта, но и больших душевных качеств. Сочетание же всего этого в одном лице - вещь довольно редкая. В общем, мы просто должны благодарить судьбу, если именно такой человек оказывается рядом с нами. И я рад, что могу сказать все это лично. Доброго Вам здоровья, Гермоген Филиппович, счастья и новых творческих удач!

Знаменательно, что свой 75-летний юбилей академик РАН Гермоген Филиппович Крымский встречает в год 100-летия открытия тех самых космических лучей австрийским физиком Виктором Гессом. Мне кажется, что совпадение этих двух дат явно неслучайно. Прав был Эйнштейн, говоря: «Бог не играет в кости». Он там, наверху, как известно, не слишком расточителен, чтобы всем и каждому делать такие подарки.

Я<РХШ М<У&РЪ1Х МЫСЛЕЙ

Природа должна рассматриваться как подлинный партнёр человека, а не только как источник неисчерпаемых богатств, принадлежащих безудержной эксплуатации.

Жан Дорст

Наука только тогда наука, когда она регулирует и не связывает себя вопросом о непосредственной пользе.

В. В. Вересаев