О некоторых особенностях концептуально-комической информации немецких коротких комических текстов

УДК 811.11

Е.М. Радина

О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ КОНЦЕПТУАЛЬНО-КОМИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ НЕМЕЦКИХ КОРОТКИХ КОМИЧЕСКИХ ТЕКСТОВ

В настоящей статье рассматриваются виды информации, участвующие в порождении комического смысла, описывается трехэтапная речемыслительная деятельность адресата комического текста. В статье приводятся результаты анализа содержательных особенностей некоторых тематических групп немецких юмористических текстов, проведенного на основе метода фреймового моделирования.

Ключевые слова: содержательно-фактуальная информация, фоново-нормативная информация, концептуально-комическая информация, эффект обманутого ожидания, амбивалентность,

фрейм, концептуальные стереотипы.

Рассматривая информативную структуру комического текста, мы опирались на классификацию видов информации, предложенную И.Р. Гальпериным, согласно которому в тексте следует различать содержательно-фактуальную (вербально выраженное сообщение о фактах и событиях), содержательно-концептуальную (индивидуально-авторское понимание отношений между явлениями, описанными средствами СФИ) и содержательно-подтекстовую информацию (скрытая информация, извлекаемая из СФИ благодаря способности единиц языка порождать ассоциативные и коннотативные значения) [Гальперин 2007].

Комическое сообщение является особым, парадоксальным способом передачи информации, характеризуемым способностью обходить цензуру культуры, и игровой подачей языкового материала. Поэтому взаимодействие указанных видов информации в применении к комическому тексту имеет свою специфику, обусловленную природой юмора. Ориентируясь на перевернутое отношение к традиционным ценностям и представлениям о том, что можно и что нельзя, что принято, а что нет, юмор настраивает на более вдумчивое, «серьезное» отношение к осмеиваемому предмету, на постижение «подлинных ценностей, утверждаемых через комическое отрицание» [Гвасалия 1989: 8]. Кроме того, важнейшим фактором адекватного декодирования СКИ комического сообщения являются фоновые знания, включающие представления о норме. Поэтому, в применении к комическому тексту нам представляется целесообразным выделять содержательно-фактуальный, фоново-нормативный и концептуально-комический виды информации.

Содержательно-фактуальная информация /СФИ/ комического текста представлена эксплицитно и выражена предельно лаконично. Это -сообщение о фактах, событиях или процессах, проявляющих с точки зрения автора те или иные признаки девиативности. В подавляющем большинстве содержательно-фактуальная информация являет собой авторское изображение реального действия в якобы реальной социокультурной ситуации, реальной интеракции, ход которой подается намеренной деформации в целях создания комического эффекта. Деформация осуществляется конкретными текстовыми средствами, которые рассматриваются нами в качестве приемов реализации эффекта обманутого ожидания [Радина 2002].

Фоново-нормативная и концептуально-комическая виды информации представлены в комическом тексте имплицитно.

Стремление к уплотнению информации в комическом тексте ведет к тому, что большая ее часть выражена имплицитно. Важным при этом является то, что фактология рассказа, его сюжет «служит лишь плоскостью отражений: его формы делаются символами утаенных идей, по контрасту воплощая в себе их антитезы» [Виноградов 1980: 168]. Наблюдается следующая закономерность: чем больше объем имплицитной информации, тем выше потенциал смехового эффекта.

Фоново-нормативной /ФНИ/ мы обозначаем скрытую информацию, содержащую знания о социокультурных нормах. Она подразумевается субъектом комического и выводится адресатом на основе взаимодействия языковых средств, контекста и фоновых знаний, и, кроме того, является своего рода «контейнером» для хранения и выра-

жения запрещенной информации, характерной для комических сообщений [Чиркова 1998: 32].

Фоново-нормативная информация в сочетании с содержательно-фактуальной создает неоднозначную информативную структуру комического текста, опосредующую его амбивалентность.

Концептуально-комическая информация /ККИ/ возникает в результате взаимодействия СФИ, обнаруживающей признаки девиативности, и ФНИ. В ее формировании основная роль отводится комической установке субъекта, маркирующей авторскую оценку некоторого факта с точки зрения нормального или девиативного. Таким образом, комическое сообщение обязательно включает аксиологический или эмоционально-ценностный компонент смысла. Как отмечают некоторые исследователи, комическая установка субъекта как раз и являет собой имплицитное выражение особого эмоционально-критического отношения к действительности [Попова 1985: 8]. Авторскую концепцию о правильных и приемлемых в социуме процессах и формах поведения, воплощенную в комическом тексте на основе взаимодействия СФИ и ФНИ, а также тот ореол смысла, который при этом возникает, мы и понимаем как ККИ юмористического произведения. Таким образом, правильное понимание юмористического текста предполагает не только адекватное декодирование языковых средств, участвующих в создании комического эффекта, но и правильную интерпретацию концептуально-комической информации.

С нашей точки зрения, ККИ, маркирующая авторское отношение к нарушаемым социокультурным ценностям, может быть представлена в виде концептуальных стереотипов, фиксирующих типичные представления социума о социальных группах и их представителях, приписывая им определенные свойства или отказывая им в этих свойствах.

Для выявления особенностей концептуально-комической информации немецкоязычных комических текстов небольшого объема нами использовался метод фреймового моделирования. Фреймовое моделирование - это семантический метаязык, способ представления смысла текста. Фреймовая модель, на наш взгляд, является и способом построения комического текста для автора и средством анализа для исследователя.

Взаимодействие фоново-нормативной и со-держательно-фактуальной информации в процессе порождения комического смысла может быть продемонстрировано на следующей трехэтапной схеме речетекстовой деятельности адресата:

I. Первым этапом в образовании комического смысла является взаимодействие читателя с первыми словами текста, актуализирующими фрейм фоново-нормативной информации. Фиксируя узуальное значение языковых единиц и связанные с ними социокультурные смыслы, фрейм ФНИ поставляет ожидания и определяет дальнейшую интерпретацию знаков текста.

II. На втором этапе основным смыслообра-зующим фактором выступает контекст, характеризуемый неоднозначностью, которая образует базу для создания комической амбивалентности, пока еще только скрытую. «Размытость» контекста предполагает повышенную активность адресата, мысль которого возвращается назад к фрейму ФНИ и интерпретирует неоднозначные компоненты текста на его основе.

III. На третьем этапе образования комического смысла основная роль отводится социально-ролевым характеристикам персонажей. Именно здесь и эксплицируется неоднозначность текста, которая обнаруживается в специфической подаче со-держательно-фактуальной информации с теми или иными признаками девиативности, которая нарушает прогноз адресата и ведет к действию эффекта обманутого ожидания. Важным представляется то, что понимание комизма складывается в том случае, если читатель в обязательном порядке возвращается к началу текста. В итоге, сравнивая фрейм СФИ и фрейм ФНИ, взаимодействие которых и образует комическую амбивалентность, адресат осознает комический парадокс и приходит к пониманию концептуально-комической информации.

В дальнейшем порождение комического смысла мы будем схематично изображать в виде трехъярусной фреймовой структуры, которая и демонстрирует взаимодействие языковой ткани текста, фоново-нормативной и содержательно-фактуальной информации.

Используемый нами фреймовый метод анализа включает следующие операции:

1. Выявление на основе ключевых слов и фактологии текста релевантных для порождения комического смысла компонентов ситуации взаимодействия персонажей, и построение на их основе фрейма ФНИ.

2. Сравнение фрейма СФИ с фреймом ФНИ.

3. Выделение фрагментов текста, обнаруживающих признаки отклонения от фрейма ФНИ и маркеры неоднозначности лингвистического контекста.

4. Построение фрейма порождения комического смысла в применении к данному тексту.

Анализ некоторых тематических групп текстов позволил выделить в концептуально-комической информации немецких коротких юмористических текстов следующие тенденции.

В текстах тематической группы «брак» преобладают концептуальные стереотипы, фиксирующие:

1) общую негативную оценку института «брак»;

2) обесценивание ценности любви; 3) обесценивание ценности супружеской верности. Результаты нашего исследования обобщены в следующей таблице.

Осмеиваемые явления Количество текстов в %

Общая негативная оценка брака 29 %

Обесценивание любви: Материальное в осприятие брака Безразличие супругов друг к другу 18 %

Супружеская неверность 23 %

Другие явления 9 %

1. Отличительной особенностью текстов первой группы выступает общая характеристика семейной жизни в терминах несвойственного для нее социально-ценностного поля: смерть жены расценивается как счастье, женитьба - как глупость или несчастье. Например:

Verschiedene Ursachen

In dem einen Zimmer der Irrenanstalt fiel dem Besucher ein Kranker auf, der eine Puppe in den Armen schaukelte und sie verzückt anstarrte.

"Dieser Mann hat eine Frau so innig geliebt, dass er geisteskrank wurde, als sie einen anderen geheiratet hat..."

Im Nebenzimmer rannte ein anderer Kranker unablässig mit dem Kopf gegen die gut gepolsterten Wände und rief ununterbrochen: "Ich Idiot, ich Idiot!"

"Und wer ist das?" fragte der Besucher teilnahmsvoll.

"Das ist der Mann, der die Frau genommen hat."

В тексте представлена ситуация посещения психиатрической больницы. Место действия задает

тему общения персонажей: посетителя и медработника. Посетителю-рассказчику бросаются в глаза двое больных. Релевантной для порождения комического смысла является ФНИ, ассоциируемая с понятиями «психическая болезнь» и «брак». На последнем фокусируется речь медработника, объясняющего причины заболевания больных. Сравнивая содержательно-фактуальную информацию с фреймом ФНИ, видим, что поведение первого больного полностью соответствует стереотипам, задаваемым социокультурными нормами: согласно фрейму ФНИ одной из причин, вызывающих психическое расстройство, является несчастье, трагедия, а неудачная семейная жизнь нормативно соотносится с социально-ценностным полем «несчастье». Соответственно ожидается, что болезнь второго больного вызвана аналогичными причинами. Нарушающим наш прогноз выступает эксплицируемая в речи медработника истинная причина болезни второго больного: женитьба на женщине, ушедшей от первого больного. Согласно фрейму ФНИ понятие «брак» соотносится с социально-ценностным полем «счастье» и имплицирует дополнительные ценностные смыслы: «любовь», «радость», «привязанность». В речи медработника понятие брак переносится в несвойственное для него социально-ценностное поле «несчастье» и квалифицируется как удар судьбы, повлекший душевное расстройство мужчины. Нарушение социально-ценностных отношений и является в данном тексте источником эффекта обманутого ожидания. Конфронтация содержательно-фак-туальной информации, нарушающей наш прогноз, и фоново-нормативной обусловливает возникновение комической амбивалентности и появление концептуально-комической информации, отражающей негативную оценку института «брак». Фрейм порождения ККИ в данном тексте можно представить так:

Текст

Фрейм ФНИ

Фрейм СФИ

2. Короткие юмористические тексты, отражающие тенденцию обесценивания в современном браке ценности любви, включают тексты, концептуально-комическая информация которых связана с материальным восприятием брака и безразличием, черствостью супругов друг к другу. Примером, демонстрирующим приоритет материальных ценностей в отношениях партнеров, может служить следующий текст:

Eine Freundin ^findet die andere in Tranen aufgelöst: "Was ist denn passiert?"

"Mein Mann hat mich mit unserer Haushaltshilfe verlassen."

"Mach dir doch deshalb keine Sorgen - wir geben eine Anzeige auf, und du findest bestimmt ein neues Mädchen."

Темой общения говорящих женщин является измена мужа одной из них. Источником амбивалентности в рассказе выступает неоднозначность импликации представленной в тексте ситуации: 'слезы обманутой жены'. Для читателя, воспринимающего текст, опорным пунктом в процессе интерпретации имплицитного смысла, выступает ФНИ, связанная с семейными ценностями. По норме ситуация измены соотносится с социально-ценностным полем «несчастье» и подразумевает сему «несчастная любовь» в отношении брошенного супруга. Истинная и конфронти-рующая с нашими ожиданиями причина горя жены эксплицируется в речи второй говорящей -подруги. Это - потеря домработницы, к которой и ушел супруг. Высказывание подруги, советующей найти другую домработницу, выводит, таким образом, в фокус внимания материальный аспект семейных отношений: ценным для персонажей является не потеря мужа, а трудности, связанные с уходом домработницы - любовницы супруга. Как результат - нарушение социально-ценностных отношений, вызывающее у читателя эффект обманутого ожидания и появление комического смысла.

3. Тексты, ориентированные на осмеяние нарушений супружеской верности, объединяют класс реальных ситуаций, связанных в большинстве случаев с изменой жены или двойной изменой супругов. Комичным в текстах данного типа, как правило, является обыденность изображения нарушения верности, что проявляется в осмеянии глупости мужа, неспособного обнаружить измену, остроумии жены, застигнутой врасплох, или неожиданно безразличной реакции «обманутого» мужа. Например:

Als der Ehemann eines Abends früher nach Hause kommt, findet er seine Frau in eindeutiger Situation in den Armen seines besten Freundes.

"Karl-Heinz", sagt er kopfschüttelnd, "ich muss es ja tun. Aber wer zwingt denn dich dazu?"

В данном примере источником комической неоднозначности является двойная оценка ситуации измены жены. Одна из оценок - нормативная, прогнозируется читателем на основе фрейма ФНИ. Релевантными при этом являются нормы супружеских взаимоотношений, согласно которым брак строится на взаимной привязанности и обоюдном желании, ценности супружеской верности. Другая оценка, нарушающая прогноз читателя, ожидающего негативной реакции на измену жены, эмоций гнева или появления ревности, принадлежит обманутому мужу. В его речи понятие «супружеские отношения» приобретает негативный смысл: употребляемые лексические единицы "muss", "zwingen" имплицируют семы долженствования, принудительности и характеризуют понятие «супружеские отношения» с точки зрения чуждого ему социально-ценностного поля «принудительные обязанности». Для говорящего неожиданным оказался не факт измены жены, а вступление друга в интимные отношения с его женой, которые им квалифицируются как выполнение неприятной работы. Реакция безразличия выступает маркером нарушения социально-ролевого поведения обманутого мужа, что в сочетании с нарушением социально-ценностных отношений и вызывает эффект обманутого ожидания у читателя.

В текстах религиозной тематики наиболее частотными выступают концептуальные стереотипы, направленные на «десакрализацию» и вульгаризацию религиозных ценностей обывателями (61 % проанализированных текстов).

Например, в следующем тексте уничижение религиозных смыслов осуществляется на уровне нарушения социально-ценностных отношений в речи прихожанина:

Der Prediger in einer Kirche redet 30 Minuten lang über das Vergeben. "Wir müssen unseren Feinden vergeben." Dann sagt er: "Die, die ihren Feinden vergeben haben, bitte aufstehen." 90 Prozent stehen auf. Er redet 30 Minuten länger und wiederholt die Frage. Jetzt stehen alle auf - bis auf einen alten Mann in der ersten Reihe. Der Pfarrer fragt: "Und Sie, Herr Schmidt, warum können Sie ihren Feinden nicht vergeben?"

Der Mann antwortete: "Weil ich keine Feinde habe."

Der Pfarrer: "Wie alt sind Sie dann?"

"104 Jahre alt", sagte der Alte.

"Und wie kommt es, dass Sie mit 104 Jahren keine Feinde haben?", fragt der Pfarrer.

"Ich habe die verdammten Schweine alle überlebt."

Для обозначения понятия «враг», которое в контексте церковной проповеди несет дополнительную информацию о религиозных ценностях и соотносится с логико-семантической областью «высокое» / «духовное», говорящий использует характерные для разговорной речи лексические единицы "die verdammten Schweine", имеющие сниженную стилистическую окраску. Неожиданная экспликация причины отсутствия врагов у пожилого прихожанина ("Ich habe ... alle überlebt."), фокусирующая внимание читателя на области материального, бытового, конфронтируя с фреймом ФНИ, реализует комическую амбивалентность, которая в сочетании с нарушением социально ценностных отношений и вызывает комический эффект.

Другой ведущей тенденцией в текстах данной тематики можно считать концептуальные стереотипы, связанные с осмеянием представителей социальной группы священнослужителей, фактически не соблюдающих религиозные обеты (23 % проанализированных текстов данной тематики).

Так, например, в следующем тексте ККИ является направленной на осмеяние нарушения монашками обета целомудрия.

Zwei Nonnen werden von zwei Sittenstrolchen verfolgt. Schreit die eine: "Herr, vergib ihnen, sie wissen nicht, was sie tun!" Antwortet die zweite: "Sei ruhig, meiner weiß es zum Glück!"

Маркером девиативности в тексте является нарушение социально-ценностных отношений, реализуемое на уровне речи второй монахини: ситуация возможного изнасилования, которая по норме соотносима с социально-ценностным полем «несчастье», оценивается ею как угодная богу, как благо ("zum Glück").

ККИ немецких текстов, связанных с социально-профессиональными стереотипами фокусирует внимание на некоторых негативных чертах, присущих представителям той или иной профессии и выражает точку зрения «противоположного» социального коллектива.

К примеру, концептуальные стереотипы, связанные с медицинской тематикой, выдвигают на передний план нарушение привычных норм отношений целителя и больного. Характерной

особенностью немецких текстов, направленных на осмеяние медиков, является осмеяние нарушения главного принципа медицинской этики: «не навреди» (98 % исследованных текстов данной тематики). В подавляющем большинстве врач, по норме несущий благо для пациентов, изображается как фигура избыточная для больного. Обычно он имеет низкую квалификацию, и его деятельность направлена не на выздоровление человека, а во вред. Например:

Ärztliche Kunst

Äußerlich war der Kranken nichts anzusehen, und auf die Fragen des Arztes, wie ihr Appetit sei, und ob sie gut schlafe, antwortete sie durchaus bejahend.

Aber das kümmerte den Arzt wenig. "Haben Sie nur Geduld, rief er selbstbewusst, "das bringe ich ihnen alles rasch weg!"

Источником комической амбивалентности в данном тексте является двойная идентификация ситуации, компонентами которой выступают «аппетит» и «хороший сон». Врач, социально-ролевая деятельность которого согласно фрейму ФНИ должна быть направлена на пользу, на выздоровление пациента, интерпретирует указанные признаки, по норме соотносимые с ситуацией «здоровье», как «болезнь». В итоге - нарушение норм социально-профессионального поведения врача, вызывающее эффект обманутого ожидания у читателя.

Тексты, в которых осмеянию подвергается представитель социально-ролевой позиции «пациент», на передний план выдвигают чаще всего его глупость (79 %). К примеру:

Müller sitzt beim Arzt, der Doktor diagnostiert: "Ihr Leiden kommt nur von den Nerven! Ruhe -Ruhe - Ruhe!"

Müller schüttelt erstaunt den Kopf und erwie-dert: "Aber Herr Doktor, ich sage ja gar nichts!"

В текстах, тематически связанных с армейской деятельностью, наиболее частотными выступают концептуальные стереотипы, ориентированные на осмеяние: 1) представителей армейского социума, которые наделяются чертами грубости, тупости и ограниченности; 2) сухости, официальности армейской обстановки, обусловленной строгой дисциплиной, регламентированностью деятельности ее членов, отношениями четкой субординации.

Результаты исследования представлены в следующей таблице:

Осмеиваемые явления Количество текстов в %

Грубость, ограниченность представителей армейского социума 27 %

Официальность армейской обстановки, строгая дисциплина, отношения субординации 24 %

Уклонение от воинских обязанностей 8 %

Несоблюдение гигиенических условий 10 %

Другие явления 31 %

Иллюстрацией первой группы текстов может служить следующий рассказ:

Im Revier

Funker Max Schulze liegt im Revier. Er hat sich den Knöchel verstaucht. Allmählich kommt ihm der Tag verflixt lang vor. Das linke Bein vor - das rechte nachziehend, humpelt er am späten Nachmittag zur Bibliothek. Auf dem Weg dorthin trifft er Rolf aus seinem Zug. Der fragt ihn: "Max, wo willst du denn hin?"

"In die Bibliothek, ein Buch holen!"

Ganz erstaunt sagt Rolf: " Nanu, ich denke, du bist krankgeschrieben?"

Для выражения ККИ релевантной в данном тексте выступает неожиданная интерпретация со стороны солдата Рольфа цели посещения библиотеки радистом Максом. Для говорящего посещение библиотеки возможно лишь в случае исполнения приказа, что и нарушает прогноз читателя и второго коммуниканта, направляющегося в библиотеку для удовлетворения потребности в чтении.

Примером второй группы является следующий текст:

Der hartherzige Ausbilder plärrte einen neuen Rekruten an: "Wenn ich mal gestorben bin, kann ich mir vorstellen, dass Sie im Falle meines Todes einen Extragang zum Friedhof machen werden, um auf mein Grab zu spucken."

"Das werde ich sicher nicht tun, Herr Feldwebel", antwortete der Rekrut. "Wenn ich aus dem Militärdienst scheide, dann werde ich nie wieder in einer Reihe antreten".

Релевантным для порождения комического смысла здесь выступает взаимодействие социально-ролевых позиций солдата, для которого неуважение командира или невыполнение приказа по норме недопустимо, и фельдфебеля, наделенного по уставу всей полнотой власти по отношению к солдатам.

Возникновение эффекта обманутого ожидания в данном рассказе обусловлено нарушением социально-ролевых отношений на уровне речи солдата, негативно оценивающего фельдфебеля. Употребляемое им полисемантичное слово

"Reihe", актуализирующее контекстуально обусловленное значение «шеренга, колонна» и имеющее в качестве одного из потенциальных значение «очередь», является источником комической амбивалентности. Неоднозначность лексической единицы "Reihe" и обусловливает выражение негативного смысла в обход цензуры: «очередь желающих плюнуть на могилу фельдфебеля».

ККИ в немецкоязычных коротких юмористических текстах, тематически привязанных к деятельности ученого, демонстрирует социально-профессиональный тип «рассеянного профессора», попадающего из-за своей забывчивости в различные курьезные ситуации, как, например:

Sie hatte den bekannten Medizin-Professor geheiratet, aber schon einen Tag nach der Hochzeit tauchte sie in Tranen aufgelöst wieder bei ihren Eltern auf, die glaubten, ihre Tochter befände sich schon auf der Hochzeitsreise. Stockend berichtete sie: "Als ich mich ausgezogen hatte, nahm er sein Hörrohr und untersuchte mich. Dann schrieb er ein Rezept und sagte geschäftsmäßig: 'Ziehen Sie sich wieder an, und kommen Sie in einer Woche wieder!'"

Маркером рассеянности профессора в данном тексте выступает нарушение социально-ролевых отношений, проявляющееся в исполнении профессиональной роли врача, осматривающего пациентку, вместо обусловленной социальным контекстом роли жениха.

Результаты анализа частотности осмеиваемых ценностей в текстах, ориентированных на осмеяние физических и духовных недостатков человека обобщены в следующей таблице:

Осмеиваемые явления Количество текстов в %

Глупость, невежество, низкий культурный

уровень 31 %

Вторжение в частную жизнь, навязчивость, бесцеремонность 14 %

Болтливость женщин 11 %

Жестокость 8 %

Пьянство 6 %

Нетактичность 6 %

Жадность 5 %

Физические недостатки 5 %

Другие явления 14 %

Как видно из приведенной таблицы наиболее частотными здесь являются комические смыслы, направленные на осмеяние глупости и невежества, низкого культурного уровня, и смыслы, акцентирующие внимание на ценности частной жизни.

Иллюстрацией первой группы может служить следующий рассказ:

Ein Vogelfreund

Der alte Mann kam sicher vom Lande. Er trug Skimütze, Lederjoppe, Schaftstiefel und hatte einen Rucksack bei sich.

Ich fragte ihn nach seinen Wünschen. Er kratzte sich die Bartstoppeln, strahlte mich an: "Ich möcht 'n Bild vom Wald, junges Frollein."

Sicher wünschte er etwas deutlich Erkennbares. Ich zeigte ihm daher gleich den "Föhrenwald" von Schischkin.

"Ja, packen Sie mir das mal ein", sagte er erfreut.

Ich rollte das Blatt zusammen, kassierte, wollte dem Mann noch ein freundliches Wort sagen: "Ein schönes Bild. Da wird sich Ihre Frau aber freuen."

"Meine Frau? Ich bin doch Witwer", sagte er. "Wissen Sie, was ich mit dem Bild mache? Das kommt an die Wand hinter meinem Vogelbauer, dann denken die Vögel, sie sind im Wald."

Релевантными для порождения ККИ в данном тексте выступают социальные нормы поведения, привязанные к ситуативной роли клиента книжного магазина. Согласно фрейму ФНИ человек, покупающий произведения искусства, удовлетворяет тем самым свои эстетические потребности в прекрасном. В анализируемом тексте для клиента - пожилого мужчины - целью приобретения репродукции картины Шишкина является создание уюта живущим в доме птицам ("Das kommt an die Wand hinter meinem Vogelbauer, dann denken die Vögel, sie sind im Wald.") Истинная цель покупки картины, конфронтирующая с нормативной, которая имплицируется данной ситуацией, и вызывает у читателя эффект обманутого ожидания, реализуемый на базе нарушения социально-ролевых отношений со стороны клиента.

Немецкие тексты, ККИ которых связана с ценностью частной жизни, в большинстве случаев демонстрируют вторжения индивидов в личную жизнь другого, различные проявления навязчивости и бесцеремонности. Например:

Dr. Summer wohnte genau neben einem seiner schwierigsten Patienten. Wenn der eine leichte Erkältung oder Kopfschmerzen hatte, hämmerte er zu jeder Tages- und Nachtszeit an die Wand und rief nach dem Arzt.

So ging es viele Jahre, bis der Patient schließlich verstarb. Einige Wochen später starb der Arzt ebenfalls. Zufälligerweise wurde er genauso neben seinem ehemaligen Patienten beerdigt.

Als am Abend auf dem Friedhof alles ruhig war, hörte der Arzt ein unheimliches Hämmern an seinem Sarg. "Herr Doktor, können Sie mir etwas gegen Würmer geben?"

В данном тексте поведение персонажей регламентируется исполнением социальных ролей соседей. Переключение одного из персонажей с социально-ролевой позиции соседа на роль пациента, днем и ночью обращающегося за медицинской помощью к другому соседу - врачу, выступает, таким образом, маркером нарушения важнейшего принципа совместной жизни соседей в немецкой культуре: невмешательство в частную жизнь. При этом сила воздействия определяется организацией событий в тексте по принципу градации. Во второй части рассказа степень девиа-тивности поведения персонажа увеличивается вплоть до конфликта с реальностью: оказавшись и после смерти соседом доктора, он нарушает его покой, требуя врачебной помощи.

Подведем итоги. Специфика информативной структуры комического текста обусловлена природой юмора. В комическом тексте можно выделить содержательно-фактуальный, фоново-нормативный и концептуально-комический виды информации, для анализа и описания которых возможно использовать метод фреймового моделирования. ККИ мы определяем как авторскую концепцию о правильных и приемлемых в социуме процессах и формах поведения, воплощенную в комическом тексте на основе взаимодействия СФИ и ФНИ, а также тот ореол смысла, который при этом возникает. Она может быть представлена в виде концептуальных стереотипов, фиксирующих социокультурную позицию субъекта комического по отношению к осмеиваемым явлениям. Анализ ККИ позволил нам сделать выводы о содержательных особенностях некоторых тематических групп немецких юмористических текстов.

Список литературы

Виноградов В.В. О языке художественной прозы. М.: Наука, 1980.

Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Комкнига, 2007.

Гвасалия Л.И. Эстетический феномен комического и ареал его воздействия в искусстве: ав-тореф. дис. ... канд. филос. наук. Тбилиси, 1989.

Попова Г. Ф. Модальная оценка как компонент текста комической направленности: автореф. дис. ... канд. филол. наук. М.: МГПИИЯ, 1986.

Радина Е.М. Лингвостилистические особенности короткого юмористического рассказа: опыт социопрагмалингвистической интерпретации: дис. ... канд. филол. наук. ПГЛУ. Пятигорск, 2002.

Чиркова О.А. Поэтика комического в современном народном анекдоте // Филологические науки. 1998. № 5/6. С. 30-38.

E.M. Radina

SOME PECULIARITIES OF CONCEPTUAL-COMIC INFORMATION IN SHORT GERMAN HUMOROUS TEXTS

In the article types of information generating comic sense are considered and three-step speech-and-thought activity of the comic text recipient is described. The results of analysing content-conceptual features in some German humorous texts, done on the basis of frame modeling, are given.

Key words: content-factual information, background-normative information, conceptual-comic information, defeated expectancy effect, ambivalence, frame, creation of comic sense, ambiguity of linguistic context,

conceptual stereotypes.