Шахматы на выживание

В России полным ходом идет реформа дополнительного образования. Уравниловкой и безразличием к деталям она страдает ровно в той же степени, что и реформа основного.

Шахматная школа при Дворце пионеров на Воробьевых горах — одна из самых (если не самая) крутая в стране: стены увешаны портретами выпускников-гроссмейстеров, больше половины медалей на любом московском турнире, чемпионы России и Европы и среди преподавателей, и среди нынешних учеников. Уже год у школы нет директора, а нового не назначают. Тренерам режут зарплаты, и, сохранит ли школа статус школы как таковой, преподаватели не знают: во Дворце реформа, сплошной разброд. "Из-за этой неразберихи у нас в этом году пропало пять мероприятий: дети не поехали на сборы, на первенство России и первенство Европы",— рассказывает тренер школы Виктор Черный. "С нас сняли статус школы олимпийского резерва — это самое неприятное,— огорчается другой тренер, международный мастер Владимир Вульфсон.— Мы не из-за денег расстраиваемся, за школу обидно, хотя денег меньше стало — перестали платить надбавки за чемпионов. Чтобы заработать прежнее, группы нужно большие набирать. А еще важно, что нам запретили вести группы спортивного совершенствования и учебно-тренировочные группы".

Год назад школу включили в некий комплекс — предполагалось, что он будет состоять из четырех спортивных школ Дворца пионеров: гандбола, плавания, стрельбы и шахмат. Но попали туда только шахматы и плавание, остальным удалось отбиться. "Нам сокращают финансирование: сейчас, например, нужно было шахматы и часы закупить к турниру — не получилось, хотя это нами же заработанные деньги, за счет платных учащихся первого и второго года обучения,— рассказывает тренер Нина Башвеева. — Но самое главное — нас заставляют работать только по программам начальной подтоговки, а наши предпрофессиональные программы (они у нас свои, уникальные) — забыть. От нас требуют, чтобы мы вели кружки и обеспечивали занятость, а подготовку чемпионов оставили бы для других школ".

Своя правда

В этой истории, так получается, нет виноватых — одни правые. Поговорив с представителями всех участников (их трое: Дворец пионеров, Министерство образования и Министерство спорта), мы выяснили, что каждый с самого начала последовательно выступал за все хорошее против всего плохого. История развивается, стремление к лучшему по-прежнему присутствует у всех сторон, и потому за будущее школы ручаться нельзя.

Все началось с олимпиады в Ванкувере в 2010 году. Российская сборная, как все помнят, с треском ту олимпиаду провалила, впервые в истории оставшись вообще без золотых медалей. Последовала чиновничья бойня, а выжившие функционеры кричали, что систему подготовки спортсменов нужно менять до основания. В связи с чем выпустили постановление о передаче детских спортивных школ из ведения Министерства образования и науки в ведение Минспорта. Выполнить указание было нечеловечески сложно, поскольку школы должны были оставить свое имущество (спортивные базы) на прежнем месте, а в другом им должны были предоставить новое. Тем не менее в Москве эту программу как-то выполнили. Например, две из трех главных шахматных школ — школа "Перово" и школа им. Т. В. Петросяна перешли под крыло Москомспорта (департамент физкультуры и спорта Москвы). А школа Дворца не перешла — Минспорта не нашло подходящей базы, и школа не захотела уезжать с Воробьевых гор.

В Минобрнауки между тем задумали новую реформу: вслед за школами пора было браться за кружки. "Изменения в этой сфере начались во исполнение указа президента России, согласно которому перед нами была поставлена цель увеличить охват детей дополнительными общеобразовательными программами не менее 70-75% в возрасте от 5 до 18 лет от общей численности детей этого возраста",— говорит Вениамин Каганов, замминистра образования и науки. Каганов рассчитывает, что с помощью субсидий (если Минфин и правительство в целом поддержат предложения Минобрнауки) будут созданы новые места в учреждениях дополнительного образования, их оснастят новым оборудованием, которое позволит детям "заниматься интересными предметами, такими как робототехника, туристско-краеведческая деятельность и т. д."

Не дожидаясь субсидий, разработали план мероприятий на 2015-2020 годы. Бог знает, почему пилотной площадкой для этой реформы выбрали не худшее в стране заведение с детскими кружками (каких много), а, наоборот, лучшее — Дворец пионеров на Воробьевых горах. Так или иначе, в начале этого года директор дворца Андрей Шашков сообщил, что Дворцу присвоен статус федеральной инновационной площадки по распространению модели и идеологии опережающего развития дополнительного образования в России. Понимать это следует так: вокруг Дворца сформировали гигантский холдинг путем присоединения к нему всех окрестных (и нескольких весьма удаленных — например, расположенных в Люблино) школ, лицеев, детских садов, досуговых центров и даже профтехучилищ. Сейчас в холдинге 17 структур, к осени должно быть еще больше. Задачи перед этим исполином сформулированы в федеральной "концепции дополнительного образования", согласно которой дополнительное образование должно стать, как говорится, скрепой для всякого прочего, от детсадовского и до институтского, вовлечь семью и, как уже упоминалось, охватить до 75% детей школьного возраста.

Массовость, взятую за основу, должна обеспечить новая система финансирования. Так же, как и при объединении школ, деньги на допобразование выделяются исходя из подушевого принципа: записалось в кружок десять человек — одна сумма, двадцать — в два раза больше. Помимо этого Дворец борется за заработки — при Шашкове, который стал директором в 2011 году, объем внебюджетных средств вырос вшестеро, и теперь Дворец зарабатывает на платных кружках 36 млн руб. в квартал. Где уж тут растить чемпионов.

"Дополнительное образование воспитанием чемпионов и не занимается,— мягко объясняет Андрей Шашков.— Для этого есть специализированные спортивные учреждения. А во Дворце, согласно утвержденным нормативам, тренироваться больше четырех часов в день детям нельзя".

"То есть мы будем тренировать своих ребят по два часа, а их конкуренты на соревнованиях будут готовиться по шесть? И что будет с нашими результатами? — отчаивается завуч шахматной школы.— Мы и тренеров всех растеряем — в штатном расписании их уже называют не "тренер", а "педагог допобразования". Чтобы заработать свои несчастные 20 тыс. рублей, они должны брать детей в два раза больше, но они не увидят самого главного для них — результата своего труда".

"Наша задача — научить ребят крепко стоять на ногах, привить навыки, которые пригодятся в жизни",— парирует Андрей Шашков.

Дефицит гибкости

К реформе дополнительного (как и основного) образования есть серьезные претензии. Одним из главных ее недостатков многие считают уравниловку. Загнать 75% школьников в кружки — задача в лучших традициях "нашего счастливого детства". А объединение всех со всеми — обычных школ с дворцами творчества, музыкальными школами и профтехучилищами — учителя называют скрещиванием бульдога и носорога. "Директора образовательных комплексов не знают специфики всех входящих в них разномастных структур, и часть этих структур по определению будет в загоне,— говорит член профсоюза "Учитель" Ольга Мирясова.— Сплошь и рядом речь идет об уникальных методиках, которые просто будут уничтожены".

Часть граждан видит в реформе только финансовые интересы ответственных за нее работников: доброжелатели уже распространили в сети платежную ведомость, согласно которой зарплата председателя совета ГБПОУ "Воробьевы горы" и автора концепции реформы Валерия Хайкина в январе 2015 года составила 2,3 млн руб.

Но, скорее всего, не одной лишь задаче личного обогащения подчинена реформа. Как и в случае со школьным образованием, здесь есть здравое зерно — это касается и подушевого финансирования, и укрупнения, и даже формулировки "охват 75% детей школьного возраста". Но, с другой стороны, есть значительно более весомая причина, почему эта реформа не может быть хороша,— как и в школьном образовании, она идет напролом, не делая исключений.