Инвестиционная энергия

В этом году ОАО "РусГидро" значительно увеличит мощность своих электростанций: компания введет в строй 2 ГВт на Богучанской ГЭС на Ангаре, еще 420 МВт будут готовы к вводу на Загорской ГАЭС-2 в Подмосковье. "РусГидро" смогла сохранить высокий уровень своих инвестиций, удержав капвложения на уровне 92,5 млрд руб., но в дальнейшем для сохранения темпов развития энергокомпании нужна внешняя поддержка и четкая государственная политика, направленная на развитие отечественной гидрогенерации.

От Госплана до энергорынка

В наследство от советской энергетики "РусГидро" получила большинство крупных ГЭС России и значительную часть малой гидроэнергетики, став ключевым игроком в отрасли и одной из крупнейших в мире энергокомпаний. Но после этого компания встала перед серьезным вызовом: реформа энергетики предполагала, что новые участники рынка, возникшие из обломков РАО "ЕЭС России", должны не только эксплуатировать полученные мощности, но и модернизировать их, а также строить новые станции. Причем просто реанимировать старые советские планы строительства ГЭС было уже невозможно, поскольку рыночная экономика требовала совершенно иных подходов. Тем не менее именно гигантский задел, созданный отечественными инженерами, до сих пор резко упрощает современную задачу энергетиков. Фактически сейчас все сооружаемые или планируемые к строительству ГЭС находятся в створах рек, обнаруженных и просчитанных еще до 90-х годов прошлого века. И часть строящихся станций — это реализация проектов, начатых еще в советское время, но законсервированных на долгие годы после распада СССР. Правда, сейчас эти ГЭС приходится строить не по указу Госплана, имевшего возможность направлять на перспективные проекты неограниченное бюджетное финансирование, а с учетом реальных — текущих и перспективных — потребностей экономики.

Но определить эти потребности и понять, как в современных условиях можно строить столь затратные проекты, как гидроэлектростанции, удалось далеко не сразу. За последние несколько лет инвестпрограмма "РусГидро" неоднократно менялась, в частности, ряд проектов, на которые рассчитывала компания, был отложен на неопределенное будущее. Например, "РусГидро" отказалась от огромной стройки Эвенкийской ГЭС в Красноярском крае. Этот проект предполагал, например, строительство ЛЭП для энергоснабжения нефтегазодобывающей Западной Сибири, но требовал огромных расходов. Однако спрос на электроэнергию до сих пор не гарантирован: энергопотребление Тюменского региона в последние годы остается стабильным и покрывается либо действующими мощностями, либо строящимися на месте мощностями ТЭС. Еще один замороженный проект — Канкунская ГЭС в Якутии, которую собирались строить в рамках программы развития промышленности Южной Якутии. Но большой проект строительства новых мощностей по добыче угля, урана, газа, железной руды и их переработке был выдвинут как раз перед экономическим кризисом 2008 года. После него реализация южноякутской программы развития резко затормозилась, например, ключевой для этого кластера проект по разработке богатейшего Эльконского уранового месторождения находится в затянувшейся стадии проработки, поскольку добыча местного урана пока экономически неэффективна.

Те проекты, которые "РусГидро" реализует сейчас в рамках своей инвестпрограммы, можно считать компромиссом между первоначальными планами компании и реальными возможностями. Не последнюю роль в этом сыграло то, что в 2009-2010 годах гидроэнергетикам пришлось столкнуться с непредвиденными расходами на реконструкцию Саяно-Шушенской ГЭС, сильно пострадавшей от катастрофы в 2009 году, и Баксанской ГЭС, поврежденной во время теракта. Инвестиции компании пришлось существенно скорректировать. И если в Баксане расходы взяло на себя государство (полная стоимость реконструкции оценена в 2,5 млрд руб.), то восстановление СШГЭС велось в основном на собственные средства "РусГидро". В этом случае бюджет профинансировал только строительство водосброса, стоившее 4,3 млрд руб. Вся программа реконструкции пострадавшей СШГЭС (включая замену всех гидроагрегатов на новые) должна обойтись в 40 млрд руб.

В результате инвестпрограмма "РусГидро", державшаяся в 2007-2009 годах на уровне 54-56 млрд руб., в 2010 году поднялась сразу до 99,2 млрд руб. В 2011 году этот объем вложений практически сохранился, составив 94,8 млрд руб., на 2012 год Минэнерго утвердило "РусГидро" инвестрасходы в размере 92,5 млрд руб. Но сохранять такой уровень инвестиций энергокомпании непросто.

В поисках источников инвестиций

Фактически сейчас "РусГидро" удерживает объем своих инвестиций на уровне, близком к годовой выручке. Например, в 2011 году доход компании от продажи электроэнергии и мощности на энергорынке составил 92,5 млрд руб. И хотя операционные расходы "РусГидро" традиционно низки (в отличие от основных конкурентов, владеющих тепловыми электростанциями, гидрогенерации не нужно тратить большую часть средств на закупку органического топлива), финансировать огромную инвестпрограмму только из собственных средств не представляется возможным.

Заметим, что сравнимый с годовой выручкой или даже превосходящий ее объем инвествложений могут позволить себе и другие государственные энергокомпании, такие как "Росэнергоатом" или Федеральная сетевая компания (ФСК). Атомщики в 2012 году намерены потратить 194 млрд руб. (выручка компании, владеющей всеми АЭС России, в 2011 году составила 201,4 млрд руб.). Инвестиции ФСК легко превышают выручку. Сетевая компания, владеющая государственными магистральными ЛЭП, собирается инвестировать в этом году 196 млрд руб., тогда как ее выручка в прошлом году достигла лишь 140 млрд руб. Но эти компании пользуются дополнительными механизмами финансовой поддержки. Так, для ФСК с 2010 года устанавливаются долгосрочные RAB-тарифы, уровень которых значительно выше традиционных, рассчитывавшихся по системе "затраты плюс". RAB-система позволяет закладывать в тариф серьезные инвестиции и увеличивать кредитную нагрузку с учетом возврата средств из будущих доходов. "Росэнергоатом" пользуется поддержкой госкорпорации "Росатом", предоставляющей энергокомпании значительные средства.

Едва ли не единственным механизмом, до последнего времени позволявшим "РусГидро" получать дополнительные средства на инвестпрограмму, была целевая инвестсоставляющая (ЦИС), вносившаяся в тариф компании на оптовом рынке. Потребители платили за гидроэнергию "РусГидро" чуть больше экономически обоснованного тарифа на мощность, и эти деньги компания могла вкладывать в новые ГЭС или в модернизацию своей "старой" генерации. Но ЦИС была срезана после того, как государство начало активную борьбу за торможение роста конечных цен на электроэнергию. Так, еще в 2010 году объем инвестсоставляющей в тарифе "РусГидро" достигал 24,4 млрд руб., а в 2011 году она была урезана практически вдвое, до 12,9 млрд руб. После этого генкомпания столкнулась с необходимостью либо урезать инвестиции, либо искать источники дополнительного финансирования.

В утвержденной Минэнерго в апреле 2012 года инвестпрограмме "РусГидро" на 2012-2014 годы, которая считается бездефицитной, суммарный объем капвложений составляет 250,3 млрд руб. При этом в программу заложен постепенный спад уровня инвестиций — с 98,3 млрд руб. в 2012 году до 63,3 млрд руб. в 2014 году. Уровень собственных средств, которые должны выделяться компанией на инвестпрограмму, достаточно стабилен — 51,1 млрд руб. в этом году, 44,5 млрд руб. в следующем и 49,8 млрд руб. в 2014 году. Основные источники этих денег — прибыль компании, амортизация и возврат НДС. Кроме того, компания за три года должна привлечь 104,8 млрд руб. из внешних источников (47,2 млрд руб., 44,1 млрд руб. и 13,5 млрд руб. в 2012, 2013 и 2014 году соответственно). Основным источником предполагаются кредиты: за три года, согласно инвестпрограмме, "РусГидро" привлечет дополнительно свыше 80 млрд руб. кредитных средств.

При этом гидрогенерация считается одним из наиболее затратных видов энергетики. Речь в данном случае идет о строительстве и дальнейшей окупаемости ГЭС. Тепловые электростанции обычно обходятся инвестору значительно дешевле. Впрочем, как замечает руководитель департамента исследований ТЭКа Института проблем естественных монополий Александр Григорьев, "тезис насчет высоких удельных капзатрат для гидрогенерации не бесспорен". По оценке эксперта, в США затраты для новой гидрогенерации составляют $3000-4000 за 1 кВт установленной мощности, а для АЭС — $5000-7000 за 1 кВт. Близки к ГЭС по удельным затратам угольные электростанции — $2800-3500 за 1 кВт. Но, поясняет господин Григорьев, "у нас стоимость строительства выше, но соотношение примерно такое же (разумеется, речь идет о реальных затратах, а не о декларируемых в начале проекта)".

Требуется поддержка государства

На данный момент единственным инвестпроектом "РусГидро", реализуемым при внешней поддержке, остается Богучанская ГЭС, первая очередь которой должна быть введена до конца этого года. Проект Богучанского энергометаллургического объединения (БЭМО, наряду с ГЭС включает в себя сооружение Богучанского алюминиевого завода), строящегося "РусГидро" на паритетных условиях с ОК "Русал" Олега Дерипаски, поддерживается долгосрочным кредитным финансированием Внешэкономбанка. Остальные средства энергокомпания должна находить самостоятельно. Но дефицит инвестпрограммы уже привел к тому, что "РусГидро" была вынуждена остановить или заморозить ряд перспективных и важных для отечественной экономики проектов.

Например, на неопределенный срок отложено строительство Ленинградской гидроаккумулирующей станции (ГАЭС), которую первоначально собирались ввести к 2020 году. Этот проект, существующий не один десяток лет, может быть востребован в энергосистеме Северо-Запада, ГАЭС должна запасать дешевую энергию, вырабатываемую ночью, и реализовывать ее в часы пиковой нагрузки. Стоимость станции оценивалась в сумму свыше 136 млрд руб. (это более чем в три раза выше затрат на восстановление Саяно-Шушенской ГЭС). Но в "РусГидро" отмечали, что причиной приостановки проекта стало отсутствие механизмов возврата инвестиций — ни через договоры на поставку мощности (ДПМ позволяют новым электростанциям получать в течение нескольких лет повышенный доход, обеспечивающий окупаемость), ни через рынок системных услуг. "РусГидро" отказалась начинать финансирование ЛенГАЭС из собственных средств или привлекать заемное финансирование без гарантий возвратности инвестиций. Тем не менее "РусГидро" смогла сохранить проект Загорской ГАЭС-2 под Сергиевым Посадом в Подмосковье — второй очереди крупнейшей гидроаккумулирующей станции страны. Стоимость проекта — 73 млрд руб., первые 420 МВт мощности ЗаГАЭС-2 должны быть введены уже в конце 2012 года.

Также пришлось фактически заморозить строительство Зарамагских ГЭС на Северном Кавказе мощностью 352 МВт. Проект оценивается более чем в 35 млрд руб., на завершение стройки нужно около 22 млрд руб. Но в инвестпрограмме "РусГидро" в 2012-2014 годах на Зарамагские ГЭС предполагается потратить лишь 6,5 млрд руб. Энергокомпания в этой ситуации объявила и об отказе от международных проектов (ранее об интересе к выходу на зарубежные рынки в "РусГидро" регулярно упоминали в контексте долгосрочной перспективы развития компании). Правда, после того как Москва осенью 2012 года смогла урегулировать отношения с Бишкеком, у "РусГидро" появилась реальная возможность начать в Киргизии строительство Верхне-Нарынского каскада ГЭС мощностью 191 МВт. Средства на этот проект должен предоставить российский бюджет.

Но, если ранее государство явно или неявно предполагало, что с инвестициями госкомпании должны справляться самостоятельно, а правительство должно лишь создавать механизмы, стимулирующие привлечение средств в электроэнергетику (как правило, за счет дополнительных тарифов), то к 2012 году ситуация явно поменялась. Государство, снизившее ценовую нагрузку на потребителей и урезавшее для этого доходы энергетиков, готово закрывать бюджетными вливаниями, по крайней мере, наиболее очевидные дыры в инвестпрограммах. Но конкретные меры в правительстве обсуждают довольно медленно. Например, для закрытия дефицита "РусГидро" первоначально собирались привлекать ВЭБ, в начале года в правительстве шли активные дискуссии о том, на каких условиях этот институт развития должен выкупить "инвестиционную" допэмиссию энергокомпании. Но к весне от этой идеи отказались в пользу другой схемы, предполагавшей участие в капитале "РусГидро" государственного "Роснефтегаза", на счетах которого за последние годы скопилось более 100 млрд руб. дивидендов, полученных от "Роснефти" и "Газпрома". Затем правительство предложило альтернативную идею, предполагавшую предварительное изъятие средств "Роснефтегаза" в бюджет, после чего эти деньги могли вливаться в энергокомпании уже в виде непосредственного вхождения государства в их капитал ("РусГидро" предполагалось выделить около 50 млрд руб.). Но окончательное решение о схеме докапитализации "РусГидро" по-прежнему не принято.

От нового строительства к модернизации

Еще одна сложность, с которой сталкивается любая гидрогенерирующая компания, намеревающаяся развивать свои мощности,— расположение ГЭС. В наиболее развитых и экономически мощных регионах России гидропотенциал рек практически исчерпан. Так, Волга и Кама уже представляют собой одно большое водохранилище, и единственное, что может здесь сделать "РусГидро",— это модернизировать существующие ГЭС или, например, поднять уровень Чебоксарского водохранилища, выведя гидростанцию на проектную мощность. На Урале, который сейчас для энергетиков является одним из наиболее привлекательных регионов со стабильно растущим энергопотреблением, ГЭС практически нет, и крупных гидропроектов здесь не предвидится. Недоосвоенный гидропотенциал есть в Сибири и на Дальнем Востоке, а также на Северном Кавказе, но в этих регионах проекты нужно тщательно просчитывать из-за неочевидного спроса на дополнительную электроэнергию или, как в кавказском случае, из-за значительных неплатежей потребителей либо из-за особых, менее выгодных условий энергорынка в этих регионах.

""РусГидро" строит не там, где хочет, а там, где может, где остались привлекательные площадки,— говорит Александр Григорьев.— К сожалению, там, где хочется, можно поставить лишь дизель-генератор. Вся остальная генерация сильно зависит от географического фактора, и, конечно, гидроэнергетика — в наибольшей степени". По мнению эксперта, чтобы новые крупномасштабные проекты имели экономическую перспективу, необходимо наличие рядом крупных потребителей. "Проблематика удаления энергообъектов от основных центров экономической активности должна решаться за счет развития и модернизации сетевого хозяйства, что является дополнительным стимулом в развитии промышленности и экономики в целом",— добавляет начальник отдела производственного аудита АКГ "МЭФ-Аудит" Александр Победаш.

Обычно, говоря об инвестпрограммах, основной упор делается на новом строительстве. Эти проекты как минимум более заметны, поскольку каждая новая электростанция дает видимый прирост располагаемой мощности. Так, из 4,6 ГВт новой мощности, которую "РусГидро" собирается ввести в 2012-2014 годах, львиная доля — 4,44 ГВт — приходится на новые проекты. Техническое перевооружение и реконструкция (ТПиР) старых ГЭС за эти три года добавит к их нынешней мощности лишь 194,2 МВт, а реализация инновационных для российской энергетики проектов генерации на возобновляемых источниках энергии (ВИЭ) — лишь 34,8 МВт. Тем не менее, чтобы обеспечить надежность энергоснабжения, инвестировать в модернизацию существующих мощностей приходится не меньше, чем в новые проекты. Например, в трехлетней инвестпрограмме "РусГидро" из суммарных расходов в 250,3 млрд руб. на ТПиР придется потратить более 37% — 93,5 млрд руб. Для сравнения отметим, что на новые проекты приходится примерно 54% — 134 млрд руб.