Этапы и основные направления эволюции мировой экономической мысли (историко-экономический анализ)

ИСТОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

Канд. экон. наук В. А. Щеголевский

ЭТАПЫ И ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ЭВОЛЮЦИИ МИРОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

Посредством историко-экономического анализа экономических идей и воззрений предлагается авторская версия их поуровневой систематизации и соотнесения с этапами и основными направлениями за весь период эволюции мировой экономической мысли. В этих целях исследованием охвачен прежде всего временной интервал, включающий в себя зарождение экономической науки (меркантилизм), последующие за ним направления и завершающийся нынешним этапом в ее развитии - этапом формирования единого синтезированного направления мировой экономической мысли.

В зарубежной и отечественной экономической литературе встречающиеся версии классификации основных этапов и направлений в истории экономической мысли довольно контрастны и отличаются друг от друга не только числом выделяемых периодов и их названиями, но и соответственно смысловой нагрузкой. По этой причине в одних вариантах этапы рассматриваются как синонимы эпохам в развитии мировой экономики либо экономической науки, в других - как синонимы теоретическим направлениям экономической мысли [10. С. 28-29].

Так, во всемирно известном «Экономиксе» Нобелевского лауреата Пола Самуэльсона речь идет о четырех этапах в эволюции экономических доктрин [7. С.. 395-403]. Первый этап назван им предысторией экономики и охватывает период со времен Аристотеля до учения Адама Смита. Второй этап он характеризует как классическую экономику, лидером которой считает А. Смита. Третий этап, по Самуэльсону, предвосхитили склонные к догматизму экономисты-классики, поскольку их противники, критикуя их, совершили некую «неоклассическую революцию» конца XIX в. И четвертый этап - это, на его взгляд, новейший период в развитии экономической науки, основные вехи которого ассоциируются с учением Дж. М. Кейнса и его последователей, с институциональной экономикой, а также чикагской школой монетаризма.

Позиция же российского историка-экономиста С. А. Бартенева на данный счет представляется противоречивой, поскольку «деление на школы и направления в известной мере условно» [2. С. 6-7]. Очевидно поэтому он считает возможным вести речь о таких школах, как, например, классическая, неоклассическая, историческая, марксистская.

Предваряя размышления о теоретической сущности понятий «основное течение экономической мысли», «основное направление экономической мысли» и входящих в их состав школ экономической мысли, требуется четкая аргументация выделяемых в истории развития мировой экономической мысли основных эпох и этапов. Если в этой связи принять за основу наиболее рас-

пространенное ныне подразделение истории хозяйственной жизни на эпоху натурально-хозяйственных отношений и эпоху рыночных, в том числе социально ориентированных отношений, то в качестве основных этапов в истории экономической мысли можно было бы выделить этап политической экономии как науки о создании богатства (XVI-XIX вв.), этап экономикс как науки о рациональном использовании ограниченных ресурсов (конец XIX - середина XX в.), этап институциональной экономики как науки, синтезирующей альтернативные теоретико-методологические положения раннего неоклассицизма и раннего институционализма (с начала XX в. по настоящее время).

Первый из названных выше этапов в истории экономической мысли связан с формированием рыночных экономических отношений и одновременно возникновением меркантилизма, или, как выразился Й. Шумпетер, «эпохи зарождения политической экономии, исследующей такое народное хозяйство, где господствуют частная собственность, разделение труда и свободная конкуренция» [9. С. 59-60].

В период экономических идей меркантилизма (XVI-XVIII вв.) рыночные экономические отношения возобладали, вытеснив некогда игравшее ведущую роль натуральное хозяйство. Очевидный на всем протяжении XVIII столетия процесс разложения протекционистской идеологии (экономической политики) меркантилизма стал одновременно исходным пунктом для пропаганды условий экономического либерализма (laissez faire), базирующихся на требовании полного невмешательства государства в экономику, деловую жизнь хозяйствующих субъектов.

На первом этапе экономическая система, получившая благодаря меркантилисту А. Монкретьену название «политическая экономия», стала восприниматься как наука о государственном хозяйстве или экономике национальных государств, управляемых монархами. Но уже примерно в конце XVII - середине XVIII в. идея laissez faire превратилась в своеобразный девиз либеральной рыночной экономической политики. С этого времени зарождается новая интерпретация наименования и назначения экономической науки. Период ее развития (с конца XVII - начала XVIII в. и вплоть до конца XIX в.) назовут периодом классической политической экономии. В это время политическая экономия приобрела статус подлинно научной дисциплины, изучающей проблемы экономики свободной конкуренции.

Подавляющее большинство экономистов, придерживавшихся протекционистских ценностей меркантилизма либо либеральной идеологии классической политической экономии, основное предназначение политической экономии как науки видели в теоретико-методологическом обосновании природы происхождения и приумножения национального, в том числе личного, богатства. Эту же проблему считали важнейшей целью политической экономии и оппоненты представителей классической политической экономии в постмануфактурном периоде (первая половина и начало второй половины XIX в.). Это лидеры нелиберальных направлений политической экономии: социалисты-утописты, экономисты-романтики и идеологи немецкой исторической школы (социально-исторического направления экономической мысли). При этом направленность дискуссий на всем протяжении развития политической

экономии от меркантилизма и до заката классической политической экономии и возникновения адептов новой моральной и нравственной (нелиберальной) интерпретации основ данной науки в период состоявшегося промышленного переворота в национальных экономиках развитых стран XIX столетия сводилась главным образом к следующим вопросам: в какой сфере хозяйственной жизни, чьими усилиями создается богатство и какова его (богатства) структура?

По мнению меркантилистов, богатство могут олицетворять только производимые из золота и серебра деньги и образуемые при их накоплении сокровища. Такого рода денежное богатство не может создаваться без активного подключения к сфере производства торгового капитала и ведущей роли последнего в национальной экономике. Ведь единственным источником богатства меркантилисты считали возможный в результате торговых взаимоотношений с другими странами неэквивалентный обмен товарами и услугами, обусловливающий положительное сальдо торгового баланса во внешней торговле.

Классики, в отличие от меркантилистов, отрицают возможность происхождения богатства в сфере товарного обращения между странами. Богатство трактуется как более широкое понятие, включающее в себя, помимо денег, драгоценных металлов и камней, всякого рода товары, создаваемые производительным трудом в сфере материального производства. Более того, термин «богатство», к созданию которого причастны прежде всего капиталисты и рабочие, центральной фигурой классической политической экономии А. Смитом был вынесен в название его главного труда «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776). Аналогично поступил и его последователь Ж. Б. Сей, использовав слово «богатство» в названии своего сочинения «Трактат политической экономии, или Простое изложение способа, которым образуются, распределяются и потребляются богатства» (1803).

Механизм создания и приумножения богатства в так называемой производственной сфере своеобразное толкование получил в творчестве экономистов-романтиков и социалистов-утопистов. Они, в частности, настаивали на том, что политическая экономия не должна считать своей целью рост богатства, если при этом не обеспечивается всеобщее счастье и материальное благосостояние трудящихся. Им также принадлежит новаторское положение о том, что распределение народного богатства подлежит государственному управлению, ибо, с их точки зрения, только таким образом трудящиеся могут реализовать свое законное право на обладание создаваемым наемным трудом полным продуктом труда. В свою очередь в политической (национальной) экономии немецкой исторической школы богатство нации, ее безопасность и благоденствие невозможны без приложения трудовой энергии всего населения при определенной протекционистской политике государства. Свобода предпринимательства и особенно торговли, считали немецкие оппоненты классиков, - это идеал, к которому следует продвигаться исключительно посредством протекционистских мер, с тем чтобы страна была способна в настоящем и будущем выдержать внешнюю конкуренцию и успешно поддерживать конкуренцию внутреннюю.

Экономикс как наука о рациональном использовании ограниченных ресурсов стал качественно новым этапом в истории экономической мысли в результате маржинальной революции конца XIX в. С этого времени в центре внимания экономистов оказались вопросы о том, как экономическая наука изучает взаимосвязь между данными целями и данными ограниченными средствами, имеющими альтернативные возможности использования [3. С. 276].

Вплоть до середины XX столетия вслед за родоначальником неоклассицизма А. Маршаллом, который ввел в научный оборот термин «экономикс» и назвал свой главный труд «Принципы экономикс» (1890), ведущих ученых-экономистов отличало прежде всего то, что ими «большое внимание было уделено проблеме оптимального объема производства, при котором чистая прибыль достигает максимума» [6. С. 185].

В главе «Предмет экономической науки» книги Л. Роббинса «Эссе о природе и значении экономической науки» (1935) автор утверждает следующее: «Редкость средств, предназначенных для удовлетворения целей разной значимости, - это почти универсальное свойство среды, в которой совершается человеческая деятельность... Экономическая наука - это наука, изучающая человеческое поведение с точки зрения соотношения между целями и ограниченными средствами, которые могут иметь различное употребление» [5. С. 17-18].

И наконец, современный этап в истории экономической мысли, который проявляет себя в рамках возникшей еще в начале XX в. институциональной экономики, к концу XX - началу XXI столетия стал доминирующей тенденцией в эволюции экономической науки. Причем несколько последних десятилетий XX в. дали основание большой группе экономистов, в том числе отечественных, заявить о двух этапах в развитии институционализма: 1) ранняя институциональная экономика (первая половина XX в.); 2) неоинституциональная экономика (60-70-е гг. XX в.).

Ранние институционалисты рассматривали и объясняли институты без теории, а их оппоненты - неоклассики, наоборот, не предусматривали в своих теориях институты. А новые институционалисты (в отличие от своих предшественников) целиком и полностью обращаются к рассмотрению сути и роли институтов, учитывая их влияние на принимаемые экономическими агентами решения. Таким образом, неоинституциональная экономика смогла преодолеть как методологический индивидуализм неоклассиков (институты вторичны, поскольку первичны индивиды), так и холизм ранних институционалистов (индивиды вторичны, поскольку первичны институты). Вышеизложенное позволяет заключить, что обособленное развитие экономической науки как самостоятельной отрасли человеческих знаний стало возможным в эпоху формирования рыночных экономических отношений, сменившей эпоху натурально-хозяйственных отношений, и соответственно на том этапе истории экономической мысли, который ассоциируется с меркантилизмом. При этом меркантилизм следует рассматривать, с одной стороны, в качестве начала экономической науки, а с другой - как логический итог процесса эволюции экономических идей и воззрений и их систематизации по соответствующим уровням.

С нашей точки зрения, уровни систематизации экономических идей и воззрений могут быть выделены в следующем порядке:

- экономические концепции и доктрины;

- экономические теории;

- теоретические школы экономической мысли;

- теоретические течения экономической мысли;

- теоретические направления экономической мысли.

Однако в современной экономической литературе нет согласованной позиции между учеными-экономистами ни по тому, что такое теоретическая школа экономической мысли, ни по тому, что считать теоретическим течением и теоретическим направлением экономической мысли, ни по тому, чем они друг от друга отличаются. Вследствие этого «нередко весьма непросто определить, насколько правомерно отнести экономические взгляды и концепции конкретного ученого-экономиста к какой-либо школе» [11. С. 60].

На географическом и даже национальном признаке названий теоретических школ экономической мысли в силу исторически сложившихся примеров (кембриджская школа, немецкая историческая школа и пр.) настаивают многие исследователи, в числе которых немало отечественных авторов. Так, Л. И. Абалкин в своей работе «Российская школа экономической мысли: поиск самоопределения» утверждает: «Российская школа экономической мысли сложилась в конце (в последней трети) XIX в. В нее вошли такие выдающиеся ученые и политические деятели, как М. И. Туган-Барановский и его ученик Н. Д. Кондратьев, С. Ю. Витте и Д. И. Менделеев, Н. К. Михайловский и М. М. Ковалевский, В. П. Воронцов и А. И. Васильчиков, Г. В. Плеханов и

B. И. Ульянов (Ленин), П. Б. Струве и Н. С. Булгаков, Д. И. Пихно и А. А. Богданов, А. И. Чупров и И. И. Янжул, Е. Е. Слуцкий и В. К. Дмитриев,

C. Н. Прокопович и А. Д. Билимович, А. В. Чаянов и А. Н. Челинцев, Л. Н. Юровский и Г. А. Фельдман и многие другие. У научных школ, - заключает он, - как и у других подобных явлений, нет четко фиксированных дат их начала и конца» [1. С. 31-32].

В столь обширном перечне представителей российской школы экономической мысли, приведенном Л. И. Абалкиным, едва ли могут иметь место общие для творчества каждого из них теоретико-методологические подходы и положения, особенно такие, которые бы предопределяли и подтверждали сугубо национальные (российские) аспекты их суждений и размышлений. Однако собственную точку зрения Л. И. Абалкин аргументирует следующим образом. Прежде всего, не соглашаясь с логикой К. Маркса, высказанной им в предисловии к первому тому «Капитала» (об обязательном повторении, с теми или иными модификациями, опыта развития капитализма в Англии всеми остальными странами, включая Германию), он заявляет, что «эволюция не имеет заданности» [1. С. 13]. И в этой связи, по Абалкину, «безальтернативно лишь прошлое... будущее всегда вариантно и альтернативно» [1. С. 13-14].

Между тем степень разночтения и условности процесса типологии школ экономической мысли и соотнесения экономистов к тем или иным школам,

думается, вполне можно минимизировать, если при их «ранжировании» исходить из следующих требований и принципов [11. С. 60-61]:

1. Необходимо придерживаться принципа общности теоретико-методологических позиций, оценок и выводов представителей конкретной теоретической школы.

2. Из числа ранжирующих показателей следует исключить сугубо географический и национальный признак. Здесь имеются в виду такие традиционно упрощенные версии выделения теоретических школ, как лондонская и стокгольмская, гарвардская и лозаннская, немецкая и англо-французская и т. п., поскольку ни географический, ни национальный признаки совершенно не приемлемы для объективного отображения исторически складывающихся различий в творчестве представителей соответствующих школ по тем или иным аспектам и проблемам экономической науки.

3. Недопустимо отождествление сущности теоретических школ с теоретическими направлениями экономической мысли. В данном контексте чаще всего в экономической литературе встречаются упоминания в качестве синонимов такие несопоставимые понятия, как «классическая школа» и «классическая политическая экономия», «неоклассическая школа» и «неоклассическая экономическая теория», «немецкая историческая школа» и «социально-историческое направление экономической мысли» и т. д.

Возникновение теоретической школы (как более узкого понятия, чем термины «теоретическое течение» и «теоретическое направление») экономической мысли проявляет себя в том случае, когда вокруг имени и творчества видного экономиста сплачиваются его единомышленники и последователи, которые в ряде случаев называют себя даже его учениками. По мнению Б. Се-лигмена, основоположником австрийской школы следует считать К. Менгера. При этом важно учитывать то обстоятельство, что «его (К. Менгера. - В. А.) взгляды с энтузиазмом пропагандировали Визер и Бём-Баверк, и авторитет Менгера быстро рос. Так начала оформляться австрийская школа в политической экономии (economics)» [8. С. 157].

Аналогичная аргументация может быть уместной при упоминании таких теоретических школ, как школа физиократизма Ф. Кенэ, смитианская школа, школа Ж. Б. Сея, монетаристская школа М. Фридмена и т. п. Однако в отдельных случаях, по-видимому, возможны и исключения, когда то или иное направление экономической мысли и теоретическая школа могли бы иметь двоякий смысл. Речь идет о том, что, например, «классическая политическая экономия или социально-историческое направление экономической мысли при соответствующих комментариях могут быть обозначены в качестве соответственно «классической школы» и «исторической школы» [11. С. 62].

Выше было отмечено, что меркантилизм - это и обособленное развитие экономической науки, и первое основное направление мировой экономической мысли. При этом имелось в виду, что данный статус меркантилизма следует рассматривать как итог процесса эволюции экономических идей и воззрений и их систематизации по соответствующим промежуточным уровням -от уровня экономических концепций, доктрин и теорий до теоретических те-

чений в рамках данного (меркантилистского) направления. Среди широко известных лидеров меркантилизма в европейских странах следует назвать Т. Мена (Англия), П. Корта (Голландия), Ж. Б. Кольбера (Франция), А. Серра (Италия) и др. Каждый из них, по сути, был лидером и основателем соответствующих теоретических школ меркантилистского толка. Приверженцы голландской школы меркантилизма ради приумножения в стране денежного богатства ратовали за законодательные меры установления ограничений в уровне заработной платы наемных рабочих. Большая часть представителей английской школы меркантилизма для достижения этой же цели считала приоритетным принятие мер по снижению уровня ссудного процента. Что же касается возникновения в рамках меркантилизма еще и теоретических течений, то в качестве наиболее яркого примера правомерно упомянуть о так называемом кольбертизме. Последний является образной характеристикой особенностей специфического течения меркантилизма во Франции, когда усилиями Ж. Б. Кольбера и его последователей становление экспортно-ориентированной французской промышленности предполагалось достичь ценой сдерживания формирования фермерского уклада в сельскохозяйственном производстве и соответственно намеренного сужения емкости внутреннего рынка страны.

В соответствии с логикой вышеприведенных суждений нами предлагается следующая классификационная версия эволюции основных направлений мировой экономической мысли:

- меркантилизм (XVI-XVIII вв.);

- классическая политическая экономия (конец XVII - вторая половина

XIX в.);

- экономический романтизм (XIX в.);

- утопический социализм (XIX в..);

- социально-историческое направление (вторая половина XIX - начало XX в.);

- субъективно-психологическое направление (последняя треть XIX -начало XX в.);

- неоклассическое направление (конец XIX - первая половина XX в.);

- социально-институциональное направление (конец XIX - середина

XX в.);

- синтезированное направление на базе неоклассицизма и институ-ционализма (с 30-х гг. XX в.).

Данная классификация отображает взаимосвязь и исторические корни выделенных основных направлений, а также временные рамки каждого из них. При этом важно отметить, что, предлагая эту классификацию в качестве одной из ключевых, была принята идея Нобелевского лауреата по экономике П. Самуэльсона о синтезе современных направлений экономической мысли в

одну современную посткейнсианскую политическую экономию, высказанная им в его знаменитой книге «Экономикс» еще в конце 1940-х гг.

Во многом похожая позиция прослеживается в статье Г. П. Журавлевой «Экономика науки и экономическая теория накануне третьего тысячелетия» [4]. Поэтому в отличие от ряда иных классификационных версий в нашей классификации во главу угла поставлены диверсификационные признаки указанных в ней направлений мировой экономической мысли, предопределивших в конечном счете тенденцию формирования (после мирового экономического кризиса 1929-1933 гг.) единого - на базе неоклассицизма и институционализ-ма - синтезированного направления экономической мысли.

Список литературы

1. Абалкин Л. И. Российская школа экономической мысли: поиск самоопределения / Институт экономики РАН. М., 2000.

2. Бартенев С. А. Экономические теории и школы (история и современность). М.: БЕК, 1996.

3. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: Дело Лтд,

1994.

4. Журавлева Г. П. Экономика науки и экономическая теория накануне третьего тысячелетия // Экономика и технология: Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 8. М.: Изд-во Рос. экон. акад., 1999.

5. Роббинс Л. Предмет экономической науки // THESIS. Зима, 1993. Т. I. Вып.1.

6. Самуэльсон П. Принцип максимизации в экономическом анализе // THESIS. Зима. 1993. Т. I. Вып. 1.

7. Самуэльсон П. Экономикс: В 2 т. М.: НПО «Алгон», 1992. Т. 2.

8. Селигмен Б. Основные течения современной экономической мысли. М.: Прогресс, 1968.

9. Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982.

10. Ядгаров Я. С. Этапы, школы и теоретические направления в истории экономической мысли: постановка проблемы // Плехановские чтения: Материалы межвузовской научно-практической конференции (8 мая 2002 г.). Нижневартовск: Приобье, 2002.

11. Ядгаров Я. С., Грозинский Г. И., Магазинов А. Н. Основные требования и принципы выделения теоретических школ в истории экономической науки // Экономика и технология: Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 12. М.: Изд-во Рос. экон. акад., 2001.