Современный зарубежный опыт уголовно-правовой борьбы с банкротством

Современный зарубежный опыт уголовно-правовой борьбы с банкротством

Е. Н. Журавлева*

В современных экономических условиях защита прав и интересов кредиторов и инвесторов является одной из основных задач государства. Наибольшую опасность представляют посягательства на эти права в процессе так называемых криминальных банкротств. «Криминальные банкротства» - собирательное понятие, которое объединяет три состава преступлений, предусмотренных ст. 195 «Неправомерные действия при банкротстве», ст. 196 «Преднамеренное банкротство» и ст. 197 УК РФ «Фиктивное банкротство».

Механизм уголовно-правовой охраны имущественных прав и интересов в экономической сфере формировался в течение не одного столетия. Нормы о банкротстве играют в этом механизме особую роль. Первоначально направленные на защиту прав кредиторов, сегодня эти нормы продолжают выполнять эту задачу как основную, в то же время они защищают интересы инвесторов хозяйственных организаций, их работников, а также интересы должника и экономические интересы общества в целом.

В связи с тем, что на развитие института банкротства в России в целом, а также на развитие норм, предусматривающих ответственность за криминальные банкротства, значительное влияние оказало зарубежное законодательство, и в первую очередь английское, целесообразно рассмотреть современный зарубежный опыт регулирования уголовно-правовой ответственности за совершение преступлений, связанных с банкротствами.

Выделим наиболее важные особенности зарубежного законодательства, которые могут быть полезны в перспективе, с прагматических позиций - совершенствования УК РФ.

Предпосылки уголовной ответственности за криминальные банкротства

Процессуальными предпосылками ответственности за криминальные банкротства в большинстве зарубежных

* В нашем журнале публикуется впервые.

стран является начало производства по делу о несостоятельности в гражданско-правовом порядке, т. е. лица, совершившие анализируемые преступления, преследуются в соответствии с уголовным законодательством, независимо от продолжительности и окончания гражданского процесса.

Так, в статье 314-7 УК Франции 1992 г. содержится формулировка, согласно которой лицо несет ответственность за организацию фиктивной неплатежеспособности «даже до вынесения судебного постановления, констатирующего его задолженность...»1.

§ 283 Уголовного кодекса ФРГ предусматривает ответственность за злоупотребления, связанные с банкротством, «при имущественной несостоятельности или угрозе неплатежеспособности или ее наступлении»2.

Уголовное законодательство Испании прямо указывает: «Это преступление преследуется, даже если после его совершения был начат процесс признания банкротом» (ст. 257)3, а также «не дожидаясь окончания гражданского процесса и независимо от его продолжительности» (ст. 260) 4.

В пункте 4 ст. 260 УК Голландии сказано, что «ни в каком случае квалификация платежеспособности в гражданском процессе не должна быть связана с уголовной юрисдикцией»5.

Аналогичного рода положения содержатся в английском «Законе о несостоятельности» 1986 г.6

Как видим, в европейском законодательстве признания должника несостоятельным в судебном порядке как основания для привлечения его к уголовной ответственности при наличии признаков криминальных банкротств не требуется. В российском праве данный вопрос не решен до сих пор.

Особенности конструирования анализируемых составов преступлений

1. Отсутствие привычного для российского законодательства разделения составов преступлений, связанных с банкротством, на преднамеренное, фиктивное банкротство и неправомерные действия при банкротстве.

Вместо этого в статьях УК ряда зарубежных стран содержатся перечни уголовно наказуемых деяний, которые фактически являются способами совершения всех видов уголовно наказуемых банкротств по отечественному УК. Необходимо отметить, что перечни упомянутых действий обширны и, как правило, остаются открытыми. Такие конструкции составов характерны для УК ФРГ, Испании, Англии, США.

В других случаях законодатель указывает, что преступными будут являться любые действия, направленные на создание ситуаций неплатежеспособности. Например, ст. 314-7 УК Франции описывает действия, связанные с банкротством, с той степенью обобщения, которая позволяет охватить все их возможные варианты.

Применительно к УК РФ мы считаем, что нет необходимости в изменении концептуального подхода

в описании преступлений, связанных с банкротством, в ст. ст. 195-197 УК РФ. Однако в целях единообразного применения указанных норм необходимы руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ о тех действиях, которые могут свидетельствовать о наличии умысла на совершение криминального банкротства.

2. Установление формальной законодательной конструкции.

Подобные положения содержатся в: УК Франции (Книга третья. Глава IV. Отдел III «Об искусственном создании неплатежеспособности»); УК ФРГ (§ 283 «Банкротство», § 283 Ь «Нарушение обязанности ведения бухгалтерских книг», § 283 с «Предоставление преимуществ неплатежеспособным должником одному из своих кредиторов», § 283 ё «Незаконные действия в пользу несостоятельного должника»), УК Испании (Глава VII «О наказуемой несостоятельности»); УК Швеции (Глава 11 «О преступлениях против кредиторов») и др.

3. При описании основных составов преступлений зарубежный законодатель не использует, как правило, никакие факультативные признаки объективной и субъективной сторон преступления.

Так, нет указания на характер и размер причиненного ущерба, характер мотивации действий преступника в ст. 314-7 УК Франции, § 283 УК ФРГ, ст. 257 УК Испании и др. Указанные признаки появляются при описании наиболее тяжких случаев злостных банкротств. Например, в § 283 а УК ФРГ говорится об «особо тяжком случае банкротства», если «лицо действует из корыстных побуждений или сознательно поставляет большое количество лиц в опасность путем причинения ущерба вверенному ему ими имуществу или создает угрозу бедственного хозяйственного положения»'.

Из части 2 ст. 260 УК Испании следует, что при назначении наказания необходимо учитывать «стоимость ущерба, причиненного кредиторам, их количество и экономическое состояние»8.

Для установления таких разновидностей злостного банкротства обязательно наличие причинной связи между действиями должника и последствиями, выражающимися в имущественном ущербе для кредиторов. Этот ущерб заключается в уменьшении объема имущества, необходимого для удовлетворения долговых обязательств.

Иначе говоря, законодатель экономически развитых стран, в отличие от российского законодателя, предусмотрел уголовную ответственность за любое умышленное банкротство, а факультативные признаки использовал в качестве квалифицирующих в особых составах преступлений.

4. К наиболее распространенным способам совершения банкротства в законодательстве зарубежных стран относятся следующие.

Сокрытие имущества, под которым понимается всякая умышленная деятельность, вызывающая сокращение или срыв удовлетворения кредиторов путем действительного или фиктивного уменьшения этого имущества. Данное деяние предусмотрено уголовным законодательством практически всех развитых государств.

Имущество должника состоит из актива и пассива. Сокрытие имущества в активе может проявиться в утаивании от кредиторов имущественных ценностей и нематериальных благ, принадлежащих должнику, путем их вывоза, выноса, укрывания, дарения, продажи либо иного отчуждения, невключения в перечень, т. е. в физическом сокрытии, а также в юридическом сокрытии.

Сокрытие имущества в пассиве, т. е. в той части баланса, которая включает в себя долги и обязательства предприятия, состоит в симуляции долгов или искажении их размера для сокращения объема предстоящего удовлетворения кредиторов. Оно может быть совершено путем выдачи обязательств по несуществующим долгам либо их выдачи с преувеличением размера. Эти действия являются преступными только при наличии умысла и цели - причинить вред кредиторам.

Отчуждение имущества, являясь одним из самых распространенных способов совершения злостного банкротства, предусмотрено в законодательстве многих стран, в частности в ч. 1 ст. 257 УК Испании; ст. 1 главы 11 УК Швеции; пп. 2, 3 § 283 УК ФРГ и др. Отчуждение имущества представляет собой юридическое сокрытие имущества и заключается в фиктивном отчуждении имущества или его части путем вымышленного перевода на имя третьих лиц, чаще всего родственников виновного. Юридическое сокрытие может выразиться либо в заключении фиктивных сделок с имуществом, либо в ложном сообщении о принадлежности данного имущества третьим лицам.

Уничтожение имущества, бухгалтерских документов. Современное зарубежное законодательство не имеет однозначного решения вопроса о признании данного способа деяния в качестве уголовно наказуемого банкротства. В частности, во Франции, Англии, Испании уничтожение имущества, как и уничтожение документов, не признается разновидностью банкротства. Примерный УК США, ст. 1 главы 11 УК Швеции указывают в диспозиции только уничтожение имущества. В § 283 УК ФРГ признаются преступлением (банкротство) разрушение имущества, разрушение или повреждение торговых книг или иной документации, хранение которой является установленной торговым правом обязанностью предпринимателя.

Фальсификация документов как способ совершения банкротских преступлений предусмотрена в законодательстве многих стран. Так, ст. 5 главы 11 УК Швеции предусматривает ответственность за внесение ложной информации в учет9, §283 и 283 Ь УК ФРГ - за изменение торговых книг, неверное составление баланса10, ст. 161 УК Китая - за предо ставление фиктивных финансово-бухгалтерских отчетов или финансово-бухгалтерских отчетов с утаиванием важных фактов, ст. 162 УК Китая - за внесение ложных записей в балансовые ведомости или в ликвидационные ведомости по собственности11. Фальсификация бухгалтерских документов влечет уголовную ответственность при наличии умысла и намерения причинить ущерб кредиторам.

«Благоприятствование» некоторым из кредиторов. Например, ст. 4 главы 11 «О преступлениях против кре-

диторов» УК Швеции предусматривает уголовную ответственность лица за предпочтение кредитору путем выплачивания долга, который не подлежит уплате, совершение выплаты средствами, отличными от обычных, или предоставление гарантий, не согласованных в момент образования долга, или путем совершения некоторых иных подобных действий. То же применяется в отношении лица, которое, будучи банкротом, демонстрирует предпочтение кредитору в неправомерных целях средствами, отличными от тех, которые определены в рассматриваемой статье,

и таким образом вызывает очевидную опасность серьез-

12

ного посягательства на права других кредиторов12.

В УК ФРГ подобное преступление предусмотрено § 383 с. «Предоставление преимуществ неплатежеспособным должником одному из своих кредиторов»13.

Субъектный состав криминальных банкротств

Рассматривая вопросы субъектов банкротских преступлений в современном зарубежном законодательстве, необходимо обратить внимание на ряд важных, по нашему мнению, моментов.

1. Как и в России, в ряде зарубежных стран несостоятельными не могут быть объявлены некоторые юридические лица.

Например, в ФРГ процедура несостоятельности, согласно закону, неприменима к государству, землям, муниципалитетам, а также по отношению к указанным в законодательных актах таким юридическим лицам публичного права, как федеральная железная дорога, федеральная почта и т. п. В Англии не допускается объявление несостоятельности государственных предприятий. Однако в США несостоятельность распространяет свое

действие на все физические и юридические лица, в том

14

числе и на муниципальные корпорации14.

2. Круг лиц, подлежащих уголовной ответственности за банкротские преступления, определен законом достаточно широко. Так, наряду с должником, к ним относятся: лица, действующие от имени должника (ст. 260 УК Испании)15; лица, действующие для должника или от имени должника (ст. 7 главы 11 УК Швеции)16; юридический или фактический руководитель юридического лица (ст. 314-7 УК Франции)17; должностные лица, управляющие, лица, принимающие участие в управлении (ст. 224.12 Примерного УК США); доверенные лица, в том числе доверительный собственник, опекун, душеприказчик, администратор наследства, управляющий конкурсной массой или любое лицо, осуществляющее доверительные функции от имени корпорации или иной организации (ст. 224.13 Примерного УК США)18.

3. Законодательство ряда зарубежных стан предусматривает уголовную ответственность и юридических лиц наряду с физическими лицами.

Так, статья 51 УК Голландии предусматривает две категории субъектов преступлений: физические лица и юридические лица. Если уголовное правонарушение совершается юридическим лицом, то по возбужденному уголовному делу могут быть назначены наказания и приняты меры, насколько это возможно, в соответствии с законом: (1) в отношении юридического лица; или (2) в

отношении тех, кто дал задание совершить это уголовное правонарушение, и тех, кто руководил таким противоправным поведением; или (3) совместно в отношении лиц, упомянутых в пунктах (1) и (2)19. В статье 121-2 УК Франции сказано, что уголовная ответственность юридических лиц не исключает таковую для физических лиц - исполнителей или соучастников тех же самых деяний, а ст. 314-13 УК Франции предусматривает возможность объявления подлежащими уголовной ответственности юридических лиц за деяния, определенные в ст. 314-7 (банкротские преступления)20.

Иные преступления, связанные с банкротством

Уголовное законодательство ряда стран предусматривает ответственность за некоторые деяния, связанные с банкротством, не являющиеся преступными по действующему УК РФ. В частности, к ним относятся:

1. Нарушение должником своих обязанностей по ведению бухгалтерского учета, затрудняющему выяснение его имущественного положения.

Данное деяние признано преступным в большинстве зарубежных стран. Например, § 283 УК ФРГ предусматривает уголовную ответственность в виде лишения свободы на срок до пяти лет или денежного штрафа того должника, который не ведет торговых книг, не составляет баланса своего имущества, не производит инвентаризации в предписанные сроки; § 283 Ь УК ФРГ полностью посвящен нарушению обязанности ведения бухгалтерских книг21; ст. 5 главы 11 УК Швеции также определяет уголовную ответственность за неисполнение обязанностей по ведению бухгалтерского учета22.

Аккуратное ведение бухгалтерского учета и баланса необходимо для того, чтобы можно было контролировать деятельность предприятия. Чем более неудовлетворительным является контроль над деятельностью предприятия, тем вероятнее его крах. Поэтому явные нарушения установленных правил ведения бухгалтерского учета и баланса, направленные на причинение вреда кредиторам, правомерно законодатели многих зарубежных стран отнесли к преступным деяниям.

В российском уголовном законодательстве данная норма отсутствует, что является существенным пробелом.

2. Неосторожное банкротство.

Простое банкротство есть впадение в несостоятельность вследствие легкомысленного ведения хозяйства. При этом виновный недобросовестно исполняет свои обязательства, не соблюдает требований нормального ведения хозяйства. Разоряясь, виновный причиняет ущерб не только себе, но и кредиторам, которые доверили ему свои средства, рассчитывая на его надежность и добросовестность. Такое саморазорение может наступить по таким причинам, как расточительное ведение хозяйства, т. е. допущение должником чрезмерных расходов, не соответствующих его имущественному положению, или несоблюдение элементарных правил предосторожности, доходящих до легкомыслия.

Перечни деяний, ведущих к неосторожному банкротству, в кодексах ряда зарубежных стран изложены довольно подробно.

Например, в главе 11 ст. 3 УК Швеции предусматривается уголовная ответственность любого лица, которое «будучи банкротом или в очевидной опасности стать банкротом, продолжает работу предприятия, расходуя значительные средства без соответствующей выгоды для предприятия, или которое живет расточительно или принимает участие в рискованном предприятии, или опрометчиво принимает обременительные обязательства...»23.

Статья 340 УК Голландии прямо относит к простому банкротству следующие деяния должника, объявленного в судебном порядке банкротом: если его расходы были чрезмерными; если оно с целью отсрочить банкротство, зная, что этим его нельзя избежать, заняло деньги на обременительных условиях; если оно не может предъявить в их первоначальном состоянии бухгалтерские книги, документы или другую отчетность согласно граждан-24

скому законодательству24.

УК ФРГ (абзацы 4-5 § 283) относит к неосторожному банкротству те же деяния, что и при умышленном банкротстве, но при условии, что при их совершении должник в силу небрежности не знает о своей сверхзадолженности либо грозящей или наступившей неплатежеспособности или по легкомыслию впадает в сверхзадолженность или несостоятельность.

Как видим, неосторожное банкротство предполагает несостоятельность. Она либо является результатом, который неизбежно приводит к нарушению интересов кредиторов, либо создает такую ситуацию, при которой должник должен предпринимать определенные действия, предписываемые конкурсным правом, но не предпринимает их, и в результате этого срывается или уменьшается удовлетворение кредиторов.

Таким образом, отличие простого банкротства от злостного состоит, во-первых, в том, что для простого банкротства имеют значение причины самой несостоятельности, а для злостного - главное значение имеют действия, следующие за несостоятельностью, а не предшествующие ей. Во-вторых, при наступившей несостоятельности отличие простого банкротства от злостного проводят по наличию или отсутствию намерения причинить кредиторам имущественный вред. Поэтому если должник впал в несостоятельность помимо своей вины, но после наступления несостоятельности совершает предусмотренные законом преступные действия, например сокрытие своего имущества от конкурса в целях причинения имущественного ущерба кредиторам, то он подлежит уголовной ответственности за злостное банкротство.

Существуют также некоторые обязательные условия для привлечения должника к уголовной ответственности за неосторожное банкротство. Так, согласно УК Швейцарии (п. 2 ст. 165) должник преследуется в уголовном порядке только по жалобе кредитора, имеющего в отношении его акт о недостаче имущества. УК Австрии (§ 159) предусматривает в качестве субъекта банкротства только должника нескольких кредиторов.

За неосторожное банкротство предусмотрено следующее наказание. В Австрии - лишение свободы до двух лет, в Голландии - тюремное заключение не более одно-

го года или штраф пятой категории (сто тысяч гульденов), в Швейцарии - тюремное заключение на срок до пяти лет, в ФРГ - лишение свободы до двух лет или денежный штраф, в Швеции - тюремное заключение на срок не более двух лет.

Может возникнуть вопрос: «Обоснованно ли предусмотрена уголовная ответственность за неосторожное банкротство в законодательстве ряда зарубежных стран?» Ведь экономическая жизнь сложна и многообразна, и не каждому предпринимателю удается вести свои дела на должном уровне. Однако наука уголовного права зарубежных стран, предусмотревших уголовную ответственность за неосторожное банкротство, на этот вопрос отвечает утвердительно, приводя следующие аргументы. Во-первых, должник нарушает своим поведением добросовестные обязательства, которые он должен был соблюдать в интересах своих кредиторов. Во-вторых, результат - несостоятельность должника и причинение имущественного ущерба кредиторам - является закономерным следствием такого неправильного поведения субъекта25. Вывод о надлежащей добросовестности производится путем сопоставления с моделью «добросовестного и благоразумного предпринимателя» посредством скрупулезного сбора и объективного анализа информации об экономическом положении виновного. Данный анализ и сопоставление позволяют разграничивать допустимый риск от преступной неосторожности.

В России уголовная ответственность за неосторожное банкротство не предусмотрена, чем законодатель, на наш взгляд, проявил необычный либерализм. Ведь противоправные случаи «неосторожного банкротства», в результате чего был причинен существенный вред как частным, так и общественным интересам не менее опасны, чем «злостное банкротство». Но в целях криминализации данного деяния, конечно же, необходимо предусмотреть ряд условий, препятствующих необоснованному возбуждению уголовных дел в данной области и позволяющих отграничивать неосторожное банкротство от обоснованного риска.

3. Предъявление кредитором вымышленных требований.

Например, п. 2 ст. 344 УК Голландии предусматривает ответственность за выдвижение кредитором несуществующих требований или подачу иска на завышенную сумму.

Действующее уголовное законодательство России содержит норму о фиктивном банкротстве. Но недобросовестное поведение мнимых кредиторов и действительных кредиторов, стремящихся завысить требования к должнику, не криминализировано, что также является существенным пробелом.

4. Незаконные действия в пользу несостоятельного должника.

В частности, § 283 ё УК ФРГ предусматривает уголовную ответственность за незаконные действия, совершаемые в пользу несостоятельного должника, а именно: лицо, зная о грозящей неплатежеспособности другого лица, скрывает, утаивает составные части имущества

другого, которые в случае открытия конкурса входили бы в конкурсную массу с согласия этого лица, или же разрушает, повреждает или делает непригодными указанные составные части имущества другого лица. Другими словами, здесь речь идет о соучастниках, которые своими действиями способствуют должнику и наряду с ним несут уголовную ответственность. Описанные выше действия наказываются лишением свободы на срок до пяти лет или денежным штрафом.

В российском же законодательстве ответственности за соучастие при совершении криминальных банкротств не предусмотрено.

5. Уклонение от подачи заявления в арбитражныый суд.

Например, по закону о банкротстве Германии должник обязан в трехнедельный срок обратиться в суд с заявлением о банкротстве, если он понимает, что не рассчитается с кредиторами из-за отсутствия средств. «Если такое заявление должником не будет подано, к нему может быть применено уголовное преследование»26. Опасность данного деяния состоит в том, что кредиторы, не зная истинного финансового положения субъекта, продолжают поддерживать с ним деловые отношения, таким образом ставя себя под угрозу причинения вреда.

В законодательстве России также предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами (ст. 9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)»). Однако ответственности за несоблюдение данных требований УК РФ, в отличие от законодательства Германии, не содержит.

Подводя итог проведенному здесь анализу современного зарубежного законодательства в области регулирования отношений, связанных с несостоятельностью, необходимо отметить следующее.

Большинство развитых зарубежных стран накопило богатый законотворческий опыт регламентации ответственности за различные общественно опасные деяния, связанные с несостоятельностью. Напротив, в России при плановой социалистической экономике потребность в уголовном преследовании банкротских злоупотреблений отпала, и соответствующие составы преступлений были исключены из уголовных кодексов. Поэтому в настоящее время в России нет опыта их применения. В связи с этим обращение к зарубежному законодательству в части регламентации ответственности за криминальные банкротства для совершенствования имеющихся уголовно-правовых норм является целесообразным. Однако это не должно выражаться в «механическом заимствовании содержания и форм права»27, долж-

ны прежде всего учитываться отечественные правовые традиции.

1 Уголовный кодекс Франции. - М., 1993. - С. 126.

2 Уголовный кодекс ФРГ. - М., 2000. - С. 159.

3 Уголовный кодекс Испании. - М., 1998. - С. 83.

4 Там же. - С. 84.

5 Уголовный кодекс Голландии (по состоянию на 7 октября 1996 г.) I науч. ред. Б. В. Волженкин, пер. с англ. И. М. Мироновой. - СПб., 2000. - С. 200.

6 См.: Клепицкий И. А. Банкротство какпреступление в современном уголовном праве II Гос-во и право. - 1997. - № 11. - С. 58.

7 Уголовный кодекс ФРГ. - С. 159-160.

8 Уголовный кодекс Испании. - С. 84.

9 См.: Уголовный кодекс Швеции. - СПб., 2001. - С. 93.

10 См.: Уголовный кодекс ФРГ. - С. 159-161.

11 См.: Ахметшин X. М., Ахметшин Н. X., Петухов А. А. Современное уголовное законодательство КНР: Уголовный кодекс КНР (по состоянию на 29 апреля 2000 г.). - М., 2000. - С. 301-302.

12 См.: Уголовный кодекс Швеции. - С. 92-93.

13 См.: Уголовный кодекс ФРГ. - С. 161.

14 См.: Кулагин М. И. Избранные труды. - М., 1997. -С. 176-177.

15 См.: Уголовный кодекс Испании. - С. 84.

16 См.: Уголовный кодекс Швеции. - С. 94.

17 См.: Уголовный кодекс Франции. - С. 304.

18 См.: Примерный Уголовный кодекс (США): официальный проект Института Американского права. - С. 76.

19 См.: Уголовный кодекс Голландии. - С. 76.

20 См.: Уголовный кодекс Франции. - С. 77, 304-305, 309.

21 См.: Уголовный кодекс ФРГ. - С. 159-160.

22 См.: Уголовный кодекс Швеции. - С. 93.

23 Там же. - С. 92.

24 См.: Уголовный кодекс Голландии. - С. 200.

25 См.: Malaniuk W. Fahrlassige Krida: der Hasardeur im Gegensatz zum oplimischen und verantwortungsbewussten Unternehmer. «Juristische Blatter». - 1960. - H. 16I17. - S. 410.

26 Кочуков И. Об опыте ФРГ по государственному регулированию процедур несостоятельности и контролю за деятельностью арбитражных управляющих II Вестник ФСДН России. -2000. - № 2. - С. 29.

27 Венгеров А. Б. Теория государства и права. - М., 1996. -Т. 1: Теория права. - С. 139.