Динамика эпидемии вич-инфекция у потребителей психоактивных веществ

Положительный ревматоидный фактор в двух тестах в течение 3 месяцев был выявлен у 5 (27,7%) больных, высокий титр антистрептококковой активности крови — у 6 (33,3%), положительная реакция на АНА в титре более 25 Ме/мл — у 1 (5,5%).

Функциональные нарушения суставов (контрактуры) в этой группе наблюдались у 15 (83,3%). Рентгенологические изменения тоже были выявлены у большинства пациентов — диффузный остеопо-роз у 16 (88,9%), эрозии суставов — у половины (9). Функциональная недостаточность (ФН) суставов сформировалась у 17 (94,4%), в том числе ФН I у 33,3% (6 из 18), ФН II — у 10 (55,5%), и ФН III — 1 (5,2%).

Поражение глаз было обнаружено у 3 (16,6%) детей. Из этих троих у одного мальчика диагностирован острый иридоциклит с благоприятным течением и выздоровлением. Проявления тяжелого увеита встречались только у двух девочек (11,1%), причем у обеих увеит протекал с серьезными осложнениями — с лентовидной дегенерацией роговицы и деструкцией стекловидного тела. Среди детей с полиартритом отмечена задержка физического развития у 6 (33,3%).

Для иммуносупрессивной терапии ювенильного полиартрита применялись метотрексат у 11 детей (61,1%) и циклоспорин А у 7 (38,9%). Дополнительно при тяжелом синовите внутрисуставно вводились триамсино-лон, бекламетазон 5 (27,8%) пациентам.

Высокая и стойко сохраняющаяся активность клинико-лабораторных показателей — лихорадка 2 и более недели, выраженное опухание и болезненность более 5 суставов, резкий подъем уровня лабораторных показателей — СОЭ более 40 мм/ч, СРБ более 40-50 Ме/ мл — наблюдавшиеся у 7 (38,9%) детей, стали причиной применения системных глюкокортикоидов (преднизо-лона per os в дозе 0,8 мг/кг в сутки), длительностью от 4-х недель до 2-3 мес.

После 12 месяцев лечения такими иммуносупрес-сивными препаратами как метотрексат (12 мг/м2) и/ или циклоспорин А (3 мг/кг), индукция ремиссии произошла у 35,7% больных (2 мальчика и 3 девочки). У остальных 13 детей, несмотря на продолжающуюся

иммуносупрессивную терапию, заболевание приняло рецидивирующий характер с повторными атаками, во время которых наблюдалось обострение суставного синдрома, увеличение СОЭ у 76,9% (10 из 13) и титра СРБ — у 69,2% (9 из 13). Через 2 года от начала иммуносупрессивной терапии среди этих детей у 5 из 13 детей удалось добиться стойкой ремиссии. Однако у 7 из 13 пациентов прогрессировали функциональные нарушения суставов с развитием стойких контрактур: симптом молоткообразных пальцев кистей и стоп, ротационная контрактура бедер с исходом в анкилоз, стойкое ограничение движений в суставах шейного отдела позвоночника и в височно-нижнечелюстных суставах, а также рецидивов заболевания с вовлечением новых суставов. ОБ. — коэффициент отношения шансов рецидивирова-ния среди мальчиков и девочек при ювенильном полиартрите — отражает 8-кратный риск для девочек в сравнении с мальчиками (ОБ=8,25, 95% ДИ 0,54-198,63).

Мы провели анализ своевременности направления детей с ЮИА из районных больниц области в областную детскую больницу и назначения базисной терапии при госпитализации. Ранняя диагностика и назначение базисной терапии в первые 6 месяцев наблюдалась у детей с полиартритом лишь у 3 (16,7%) ввиду позднего направления пациентов в специализированное областное детское ревматологическое отделение.

Результаты исследования свидетельствуют, что ювенильный идиопатический полиартрит начинается преимущественно в дошкольном и школьном возрасте, и лишь у % больных сопровождается позитивной реакцией на ревматоидный фактор, что соответствует литературным данным [1]. Рецидивы встречаются более чем у половины пациентов, даже при иммуносупрессивном лечении, особенно у девочек; эрозии суставов наблюдались у половины, а инвалидизирующие осложнения не менее чем у Уз пациентов, что согласуется с результатами большинства проведенных в мире исследований [4,9]. Установлены дефекты ранней диагностики и позднее направление пациентов в специализированное отделение; устранение этих дефектов необходимо для профилактики выявленных осложнений.

ЛИТЕРАТУРА

1. Adib N., Silman A., Thomson W. Outcome following onset of juvenile idiopathic inflammatory arthritis: I. Frequency of different outcomes // Rheumatology. — 2005. —V. 44(8). — P.995-1001.

2. Bywaters E.GL. Pathologic aspects of juvenile chronic polyarthritis // Arthritis. Rheum. — 1977. — V. 20. — P.271-276.

3. Cassidy J.T., Petty R.E. Juvenile rheumatoid arthritis. In Textbook of Pediatric Rheumatology. 4th edn. (Edited by: Cassidy JT, Petty RE). Philadelphia: WB Saunders. — 2001. — P. 218-321.

4. Flato B., Lien G., Smerdel A. Prognostic factors in juvenile rheumatoid arthritis: a case-control study revealing early predictors and outcome after 14.9 years // J. Rheumatol. — 2003. — V.30. — P.386-393.

5. Guillaume S., Prieur A.M., Coste J. Long-term outcome and prognosis in oligoarticular-onset juvenile idiopathic arthritis // Arthritis Rheum. — 2000. — V. 43. — P.1858-1865.

6. Gylys-Morin V.M., Graham T.B., Blebea J.S. Knee in early juvenile rheumatoid arthritis: MR imaging findings // Radiology. — 2001. — V.220. — P.696-706.

7. Kietz D.A., Pepmueller PH. Therapeutic use of etanercept in polyarticular course juvenile idiopathic arthritis over a two year period // Annals of the Rheumatic Diseases. — 2002. — V.61. — P. 171-173.

8. Petty R.E., Southwood T.R., Baum J. Revision of the proposed classification criteria for juvenile idiopathic arthritis: Durban, 1997// J. Rheumatol. — 1998. — V.25. — P.1991-1994.

9. Prahalad S., Glass D.N. Is juvenile rheumatoid arthritis/ juvenile idiopathic arthritis different from rheumatoid arthritis? // Arthritis Res. — 2002. —V.4. — P.303-310.

10. Southwood T.R. Arthritis in children // BMJ. — 1995. — V.310. — P.728-732.

11. Thomson W., Donn R. Juvenile idiopathic arthritis genetics — what's new? What's next? // Arthritis Research. — 2002. — V.4. — P.302-306.

12. Wallace C.A., Levinson J.E. Juvenile rheumatoid arthritis: outcome and treatment for the 1990s //Rheum. Dis. Clin. North. Am. — 1991. — V.1. — P.34

Информация об авторах: 664046, г. Иркутск, б-р Гагарина, 4, тел. (3952) 24-19-30, e-mail: MatyunovaAE@yandex.ru, bregel@mais.baikal.ru Матюнова Алла Егоровна — педиатр-ревматолог;

Брегель Людмила Владимировна — д.м.н., профессор, заведующая кафедрой Князева Татьяна Сергеевна — ревматолог, заведующая отделением

© ЛЕНОК Г.В., ПИВЕНЬ Д.В., БЫЛКОВА О.К., ЛЕНОК Д.В. — 2010

ДИНАМИКА ЭПИДЕМИИ ВИЧ-ИНФЕКЦИЯ У ПОТРЕБИТЕЛЕЙ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ

Г.В. Ленок1, Д.В. Пивень1, О.К. Былкова2, Д.В. Ленок3 52

('Иркутский государственный институт усовершенствования врачей, ректор — д.м.н., проф. В.В. Шпрах, кафедра общественного здоровья и здравоохранения, зав. — д.м.н., профессор Д.В. Пивень;

2 МЛПУ «Городская многопрофильная больница», Усолье-Сибирское, гл. врач — В.В. Бабкин; 3Иркутский государственный университет путей сообщения, ректор — д.т.н., проф. И.П. Хоменко)

Резюме. В статье рассматриваются положения о том, что лидирующими являются проблемы наркомании и идущие практически вслед за ними проблемы ВИЧ-инфекций. В сознании респондентов этот факт доказывает неразрывную связь в распространения наркомании и ВИЧ-инфекций. Как подтвердило исследование, одно явление не обходится без другого: чем выше фиксируется уровень распространения наркомании, тем выше оказывается и подверженность ВИЧ-инфекции.

Ключевые слова: социальная дифференциация населения, болезнь, ВИЧ-инфекция, факторы социальной дифференциации, потребители психоактивных веществ, динамика эпидемии

THE DYNAMICS OF EPIDEMIC OF HIV — INFECTION IN USERS OF NARCOTIC SUBSTANCES

G.V. Lenok, D.V. Piven, O. K. Bilkova, D.V. Lenok

Summary. There have been considered the leading problems of narcomania and going practically after them the problems of HIV- infection. In consciousness of respondents there is strong connection of narcomania and HIV-infection. The conducted research confirmed that one phenomenon does not do without another: the higher level of spreading narcomania, the higher level of subjection to HIV-infection is.

Key words: social differentiation of population, disease, HIV- infection, factors of social differentiation, users of narcotic substances, dynamics of epidemic.

ВИЧ-инфекция остается одной из наиболее актуальных социальных и экономических проблем, вставшей перед человечеством в конце ХХ века. Заболевание, официально зарегистрированное с единичных случаев в 1981 году, к началу XXI века приобрело характер пандемии. Первые случаи ВИЧ-инфекции в нашей стране были зарегистрированы в начале 1980-х годов В.И. Покровским [2,4,5].

С 1990 по 1995 год отмечался медленный рост числа ВИЧ-инфицированных преимущественно в крупных городах, где преобладал половой путь заражения. С 1996 года начался эпидемический подъем заболеваемости ВИЧ-инфекцией среди инъекционных потребителей психоактивных веществ [2,4,5].

В настоящее время Иркутская область является крупнейшим очагом ВИЧ-инфекции в Сибирском Федеральном округе и Российской Федерации. В области продолжается ежегодная тенденция увеличения числа впервые выявленных случаев инфицированных ВИЧ. Показатель распространенности среди лиц, живущих с ВИЧ-инфекцией, жителей Иркутской области, составляет 1001,4 на 100 тысяч населения или 1,0 % населения области.

Факторы и особенности, способствующие распространению ВИЧ-инфекции на территории Иркутской области:

— эпидемия ВИЧ-инфекции находится в стадии генерализации;

— высокий уровень наркотизации населения Иркутской области (475,7 на 100 тыс. населения), в том числе впервые выявленных лиц с диагнозом наркомания 640 человек (показатель 25,5 на 100 тыс. населения);

— имеются условия для приобретения и сбыта наркотических средств на территории Иркутской области.

В 1999 году в Иркутской области произошло вытеснение суррогатных опиатов героином, который приводит к более быстрому формированию наркотической зависимости. Введение наркотиков, приготовленных в домашних условиях, неодноразовое использование шприцов, игл, способствовало быстрому распространению инфекции. Количество больных в 2003 г. по сравнению с 2000 г. снизилось почти в 3 раза. Объяснением этому, по мнению авторов, является существовавшая в стране в тот период надежда на социальные изменения, и спад числа вновь зарегистрированных больных, как критерий социального самочувствия населения. Эта мысль находит подтверждение и в научной литературе [1,3,5,6,7,8]. «С осени 1999 года показатели отношения населения к экономическим реформам и «запас проч-

ности» (терпения) населения начали устойчиво расти. В дальнейшем связь между «терпением» и «отношением к реформам» разорвалась, поскольку понятие «реформы» утратило определённость» [1,3,5,6,7,8].

Таким образом, именно социальные факторы повлияли на увеличивающуюся динамику кумулятивных больных ВИЧ-инфекцией в Иркутской области. Движущей силой эпидемического процесса стали наркопотребители.

В Иркутской области город Усолье-Сибирское длительное время остается одним из наиболее пораженных городов по заболеваемости ВИЧ-инфекцией.

Целью исследования, проведённого в 2006 году, явилось изучение общественного мнения о проблемах наркомании и ВИЧ-инфекции в Усолье-Сибирском.

Материалы и методы

В соответствии с репрезентативной выборкой, касающейся специфического опроса населения для выявления проблем наркомании в городе, были опрошено 456 человек, из них лица мужского пола составили 66%, лица женского пола — 34%. Распределение опрошенных по возрасту представлено в таблице 1. Оказалось, что среди опрошенных высшее образование имели 16,5%, среднее специальное — 36,6%, среднее общее — 24,2%, неполное среднее — 22,7% .

Таблица 1

Возрастное распределение респондентов

Возраст, лет % от числа опрошенных

Менее 18 14,4

18-20 22,9

24-30 23,6

30-40 19,7

40-60 10,2

Старше 60 9,2

К богатым себя отнесли 1,8% респондентов, к среднему и переходному классу 39,8% респондентов, к бедным — 52,1% (табл. 2). Среди «других ответов» респондентов все 6,3% респондентов отнесли себя, скорее, к бедным. Таким образом, бедных в Усолье-Сибирском реально насчитывается, согласно данным исследования, — 58,4%. Другими словами, уровень жизни в Усолье-Сибирском характеризуется значительным количеством бедных.

Таблица 2

Респонденты о своём материальном положении

Мнение респондентов % от числа опрошенных

Ни в чем себе не отказываю 1,8

Доход достаточный для нормальной жизни 39,8

Еле свожу концы с концами 40,4

Постоянного дохода нет, живу в нищете 1,7

Другой ответ 6,3

По сравнению с показателями России [3,4], в Усолье-Сибирском бедных оказалось больше на 16,4 процентных пункта (58,4% против 42,0% в целом по России), или в 1,4 раза.

В соответствии с социальным положением были опрошены следующие группы респондентов (табл. 3).

Таблица 3

Группы респондентов в соответствии с социальным положением

Социальное положение респондентов % от числа опрошенных

Неработающая и неучащаяся молодежь 13,7

Рабочий (включая рабочую молодежь) 18,9

Служащий 14,7

Предприниматель 2,2

Студент 18,6

Пенсионер 12,7

Военнослужащий 2,0

Домохозяйка 1,5

Безработный 13,7

На вопрос: «Как Вы считаете, как изменилась наркоситуация за последние два года в том месте, где Вы живете?» были получены следующие ответы (табл. 4). Примерно 50,6% считают, что ситуация ухудшилась. Тех же, кто считает, что ситуация нормализуется, всего 7,0%. Более 42% респондентов затруднились определить, в какую сторону изменилась наркоситуация. Этот факт свидетельствует о недостаточной информированности граждан о состоянии дел с наркоманией.

Таблица 4

Мнение респондентов об изменении наркоситуации за последние два года

Мнение респондентов % от числа опрошенных

Ситуация значительно улучшилась 0,5

Скорее улучшилась, чем ухудшилась 6,5

Ситуация значительно ухудшилась 18,0

Скорее ухудшилась, чем улучшилась 32,6

Затрудняюсь ответить 42,4

На вопрос: «На ком, по Вашему мнению, лежит ответственность за решение проблемы наркомании?» были получены следующие ответы (табл. 5). По мнению респондентов, это правоохранительные органы, правительство РФ, общая социально-экономическая ситуация и сами наркоманы. Другими словами, примерно 50% респондентов (каждый второй) обвиняют в создавшемся положении с наркоманией органы власти (включая президента РФ), один из пяти респондентов (18,6%) винит общую социально-экономическую ситуацию. Но никто из респондентов не чувствует собственной вины за распространение наркотиков в этом месте и в это время. Общество самоустранилось от проблем наркомании, хотя и озабочено своим будущим выживанием, выбирая решение другой немаловажной проблемы — борьбы с бедностью.

Таблица 5

Мнение респондентов об ответственности за решение проблем наркомании

Мнение респондентов % от числа опрошенных

На Президенте РФ 11,7

На Правительстве РФ 20,3

На Губернаторе Иркутской области 2,0

На мэрах городов и районов 4,0

На правоохранительных органах 16,9

На органах здравоохранения 0,2

На Комитете по борьбе с незаконным оборотом наркотиков 6,5

На органах системы образования 0,5

На общественных организациях 0,7

На самих наркоманах 15,1

Ни на ком, виновата общая социальноэкономическая ситуация в стране 18,6

Не знаю 1,7

Затрудняюсь ответить 1,7

Позиция общества, основанная на предрассудках, страхе и силе, а не на логически обоснованных научных принципах, ещё больше углубляет пропасть между обществом и наркоманами. Защищаясь, общество отсекает свою больную часть, хотя само в значительной мере виновато в возникновении этой болезни.

Вопрос о роли и месте учреждений здравоохранения, образования, социальной защиты населения, общественных организаций и т.п. в осуществлении мероприятий по первичной профилактике наркомании и ВИЧ-инфекций среди несовершеннолетних до настоящего времени не решён в полной мере. Подобной работой специалисты данных учреждений занимаются на «свой страх и риск», отсутствуют необходимые административные и финансовые механизмы, обеспечивающие их деятельность в этом направлении.

На вопрос: «Каково Ваше отношение к лицам, употребляющим наркотики?» были получены следующие ответы (табл. 6).

Таблица 6

Отношение респондентов к лицам, употребляющим наркотики

Отношение респондентов к лицам, употребляющим наркотики % от числа опрошенных

Наркоманов следует изолировать от общества 33,5

Наркоманам следует помогать, лечить, они несчастные люди 23,3

Наркоманы — это преступники 18,1

Наркоманы — аморальные личности, но не преступники 9,4

Наркоманы вправе делать свободный выбор — употреблять или нет наркотики 12,7

Ваш вариант ответа 0,7

Нет ответа 2,2

Как видно из табл. 6, респонденты считают, что, прежде всего, наркоманов следует изолировать от общества (33,5%). Это преступники, считают 18,1% респондентов; это аморальные личности, но не преступники, полагают 9,4% респондентов. В общей сложности негативно относятся к наркоманам 61% респондентов. Тех, кто сочувствует наркоманам, гораздо меньше, всего 36% респондентов.

По данным ВЦИОМ, в 1989 году 29% россиян полагали, что наркоманов необходимо изолировать. Через десять лет на этом настаивали уже меньше россиян — 21%. Напротив, заметно выросла доля тех, кто считает, что наркоманам следует помогать: с 24% до 47% [11]. Другими словами, в западной части России наркоманы все чаще рассматриваются как люди, нуждающиеся в

Таблица 8

Мнение респондентов о значимости ситуации с потреблением наркотиков

Мнение респондентов: значимость ситуации России

Ситуация не вызывает особой тревоги 7,2 6 9,7

Ситуация тревожная 40,7 34,2 28,5

Ситуация очень тревожная 30,5 40,2 33,3

Ситуация катастрофическая 22,1 19,6 26,6

понимании, сочувствии, а иногда и в защите. В Иркутской области, как показало исследование, общественное мнение не снимает с наркоманов вину за их поведение, не склонно оправдывать их образ жизни теми или иными обстоятельствами. Такой высокий уровень агрессивности населения к потребителям наркотиков делает наркомана изгоем в обществе, даже если он желает покончить с наркотиками. Агрессивность населения приводит к тому, что человеку легче продолжать принимать наркотики, оставаться в компании таких же, как и он, чем попытаться покончить со своим пристрастием.

На вопрос: «Как Вы думаете, почему люди употребляют наркотики постоянно?» были получены следующие ответы (табл. 7). Ответы респондентов демонстрируют презрительное, недружелюбное отношение населения к наркоманам. Во-первых, по мнению респондентов, это «слабовольные люди» (29,3%), которые «уходят от жизненных проблем» (21,8%). «Им нечего больше делать, ведь они не работают», — думают 13,6% горожан. Во-вторых, респонденты считают, что значительную роль в распространении наркотиков играют наркоторговцы. Другими словами, всю ответственность за употребление наркотиков горожане все-таки возлагают на самих наркоманов (хотя в табл. 8 респонденты свои претензии адресовали в том числе и органам власти). И не важно, под влиянием моды (1,2%) или под воздействием кумиров (7,4%) наркоманы «сели на иглу». Может быть, единственным, в некоторой степени «извиняющим» наркоманов аргументом для граждан является «тяжелая жизнь, стрессы»; однако так считают только 5,7% респондентов.

Таблица 7

Мнение респондентов о причинах употребления наркотиков

Мнение респондентов % от числа опрошенных

Уходят от жизненных проблем 21,8

Им нечего больше делать, они ведь не работают 13,2

Тяжелая жизнь, постоянные стрессы 5,7

Слабовольные люди, идут на поводу у своей физиологии 29,3

Берут пример со своего окружения, с кумиров кино, эстрады и т.д. 7,4

Подвержены влиянию моды 1,2

Под воздействием наркоторговцев 8,9

Чтобы заработать «порцию»; их сманивают посредники-распространители 9,9

Ваш вариант ответа 0,5

Затрудняюсь ответить 2,1

Таким образом, общественное мнение обвиняет в наркомании не собственную терпимость к наркоманам, не своё равнодушие, а самих наркоманов. Причины такого восприятия наркоманов и наркомании видятся в следующем подходе населения к этой проблеме: пусть психиатры, наркологи и даже представители правоохранительных органов твердят, что наркомания — это болезнь; большинство тех, кого принято называть обывателями, считают, что наркомания это результат слабоволия, малодушия и даже избалованности (см. табл. 8), и для того, чтобы отказаться от наркотиков, достаточно проявить силу воли. Однако с каждым годом страдают от этого недуга все больше и утверждение, что наркома-

ния — это болезнь, все-таки потихоньку занимает законное место в умах масс [5,2].

На вопрос: «Насколько тревожной Вы считаете ситуацию с потреблением наркотиков?» были получены следующие ответы (табл. 8). Респонденты определили ситуацию в своём городе Усолье-Сибирское и в Иркутской

Таблица 9

области как очень тревожную, а в России — как тревожную. С одной стороны, население должно «бить тревогу» и требовать принудительного лечения наркоманов, как это было до 1994 года. С другой стороны, население хотело бы, чтобы проблемы наркоманов решились сами собой, не за счёт населения (поскольку понятно, что расходы на лечение ВИЧ-инфицированных и больных наркоманией ложатся на налогоплательщиков уже не гипотетическим, а реальным бременем). Но благополучных граждан (средний и богатый классы) в стране менее 16,0%, остальные — на грани или за гранью бедности. Однако пока все мы не поймем, что без участия общества проблема не решится, дело не сдвинется с мёртвой точки [3,5]. Время не терпит, и такая проблема, как наркомания, разрушит страну [7,6, 8].

На вопрос: «Оцените, пожалуйста, значимость следующих проблем в Иркутской области по десятибалльной шкале» были получены следующие ответы (табл. 9). Значимыми для респондентов являются все предложенные к ответу на вопрос проблемы. Ответы, в основном, сгруппированы в правой части таблицы, где проблема оценивается 7, 8, 9, 10 баллами. Наиболее остро, как показало исследование, в Усолье-Сибирском стоят вопросы наркомании. Если посчитать совокупный процент каждой проблемы с 7-го балла по 10-й, то окажется, что проблемы алкоголизма набирают 71,6% респондентов, проблемы наркомании — 74,2%, проблемы ВИЧ — 71,3% респондентов.

Таким образом, лидируют проблемы наркомании, практически вслед за ними идут проблемы ВИЧ-инфекций. Этот факт доказывает неразрывную связь в сознании респондентов распространения наркомании и ВИЧ-инфекций. Как подтвердило исследование, одно явление не обходится без другого: чем выше фиксируется уровень распространения наркомании, тем выше оказывается и подверженность ВИЧ-инфекции.

Как показало исследование, сознание респондентов выявляет сопряжённость проблемы наркомании и ВИЧ-инфицирования, показывающих неблагополучие в некогда перспективном городе.

Мнение респондентов о значимости проблем в Иркутской области

Проблема 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Алкоголизм 0, 8 0,3 2, 6 4,4 10,3 9,7 11,8 13,3 14,2 32,3

Наркомания 1,5 0,8 3,9 3,3 6,7 7, 4 7, 2 12,1 17,7 37,2

ВИЧ-инфекция 0, 8 0,3 2,8 3,6 9, 5 8,7 9,7 12,1 16,9 32,6

ЛИТЕРАТУРА

1. Исследования Всероссийского центра уровня жизни // Труд. — 2006. — 9 дек.

2. Малеев В.В. Проблемы инфекционной патологии на современном этапе// Эпидемиология и инфекционные болезни. — М., 2006. — № 6. — С.4-8.

3. Отношение к экономическим реформам и «запас прочности» населения // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения. — 2002. — №

2. — С. 3.

4. Покровский В.В. ВИЧ/СПИД в России: ситуация и

прогноз// Эпидемиология и инфекционные болезни. — М., 2008. — №3. — С.1-5.

5. Россия: на пути к возрождению. Социальная и социально-политическая ситуация в России в 2003 году. — М.: РИЦ ИСПИ РАН, 2004. — 564 с.

6. Социально-экономическое положение городов и районов области в 2005 году: Экономико-статистический сбор-

ник. — Ч. III. — Иркутск: Росстат, Иркутскстат, 2006. — 69 с.

7. Тихонова Н.Е. Особенности дифференциации и самооценки статуса в полярных слоях населения // Социологические исследования. — 2004. — № 3. — С. 15-42.

8. Энциклопедия систем жизнеобеспечения. Знания об устойчивом развитии: В 3 т. — М.: Магистр-Пресс, 2005. — 1302 с.

Информация об авторах: 664079, Иркутск, м-н Юбилейный, 100; e-mail: galina-lenok@mail.ru, bilkovaok@mail.ru, e-mail:gepatus@mail.ru Пивень Дмитрий Валентинович — д.м.н., профессор, заведующий кафедрой, Ленок Галина Викторовна — к.м.н., доцент, заведующая кафедрой Былкова Ольга Константиновна — врач-инфекционист, заведующая. Ленок Дмитрий Владимирович — аспирант

© ЧЕРНЯК Б.А., ТРОФИМЕНКО И.Н. — 2010

ОДЫШКА У БОЛЬНЫХ ХОБЛ: ВЗАИМОСВЯЗЬ С ФУНКЦИОНАЛЬНЫМ СТАТУСОМ И КАЧЕСТВОМ ЖИЗНИ В ДИНАМИКЕ ТЕРАПИИ ТИОТРОПИЕМ БРОМИДОМ

Б.А. Черняк, И.Н. Трофименко

Резюме. Целью исследования явилось изучение взаимосвязи клинико-функциональных нарушений, качества жизни (КЖ) больных ХОБЛ и влияние на них терапии тиотропием бромидом (ТБ). У 138 больных ХОБЛ различной степени тяжести проанализированы респираторные симптомы, параметры спиро- и бодиплетизмографии, толерантность к физической нагрузке и КЖ. Результаты показали значительное влияние гиперинфляции легких на выраженность одышки, доминирующей в снижении КЖ и толерантности к физическим нагрузкам. Применение ТБ в течение 6 месяцев при тяжелой ХОБЛ значимо уменьшает выраженность одышки и гиперинфляции легких, повышая физическую толерантность и КЖ. Таким образом, уменьшение легочной гиперинфляции является наиболее важным фактором улучшения клинико-функционального статуса и КЖ у больных ХОБЛ.

Ключевые слова: хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), одышка, легочная гиперинфляция, качество жизни (КЖ), тиотропия бромид.

DYSPNEA IN COPD PATIENTS: THE RELATIONSHIP WITH FUNCTIONAL STATUS, QUALITY OF LIFE IN DYNAMICS OF TREATMENT WITH TIOTROPIUM

B.A. Chernyak, I.N. Trofimenko

Summary. The purpose of investigation was to study relationship of clinical-functional disturbances, quality of life (QL) of patients with chronic obstructive pulmonary disease (COPD) and influence of tiotropium. The COPD symptoms, parameters of spirometry and bodyplethysmography, exercise tolerance and QL were analyzed in 138 COPD outpatients of various degree of severity. Results showed significant influence of lung hyperinflation on dyspnea intensity dominating in decrease of QL and exercise tolerance. Administration of tiotropium within 6 months in severe COPD patients significantly reduces the intensity of dyspnea and lung hyperinflation, improving exercise tolerance and QL. Thus, reduction of lung hyperinflation has great value for improvement of clinical-functional status and QL in COPD patients.

Key words: chronic obstructive pulmonary disease (COPD), dyspnea, lung hyperinflation, quality of life (QL), tiotropium.

Прогрессирующее и необратимое снижение легочной функции является отличительной чертой хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ). Ограничение бронхиальной проходимости рассматривается как один из важнейших первичных патогенетических компонентов этого заболевания. Соответственно, показатель объема форсированного выдоха за первую секунду (ОФВ1), являющийся важной функциональной характеристикой обструктивных нарушений, до настоящего времени, остается определяющим предиктором степени тяжести ХОБЛ (GOLD — Global Initiative for Chronic Obstructive Lung Disease, 2007) [12]. Однако ОФВ1, как показатель степени тяжести бронхиальной обструкции, не соответствует степени выраженности клинических признаков ХОБЛ, нарушению толерантности к физической нагрузке и качеству жизни (КЖ), связанного со здоровьем больных ХОБЛ [1, 7, 9, 13].

Так, одышка, являясь основной жалобой больных ХОБЛ и, казалось бы, прямым следствием поврежде-

ния легочной функции имеет низкую коррелятивную связь с ОФВ;, особенно, когда значение последнего менее 1 литра [2, 14]. Кроме того, в большинстве случаев, одышка заставляет пациента обратиться за медицинской помощью на стадии выраженных вентиляционных нарушений, когда показатели ОФВ1 находятся в пределах 1-1,5 литра [3]. Объясняется этот факт тем обстоятельством, что выраженность одышки определяется не только степенью бронхиальной обструкции, но и в значительной мере показателями динамической гиперинфляции, которые имеют наибольшую корреляционную связь с тяжестью данного симптома. В частности, при изучении взаимосвязи одышки с показателями динамической гиперинфляции показано, что при физической нагрузке изменение выраженности одышки, оцениваемой по шкале Борга, наиболее высоко коррелирует с динамикой инспираторной емкости (г=0,69, р<0,05), а не ОФВ1 [4]. В ряде исследований показано, что терапия длительнодействующим бронходилататором — тиотро-