Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам за «Круглым столом» в конце 1980-х годов

О.Н. Майорова

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам за «круглым столом» в конце 1980-х годов

Abstract:

Mayorova O.N. Authorities and Opposition in Poland: Preparing the 'Round Table' Negotiations in the End of1980s.

The article explores the problem of relations between the authorities and the opposition in Poland in the end of 1980s. The author pays special attention to the long and complicated process of preparing the 'round table' negotiations, emphasizing the interest of both sides to achieve gradual political and economic developments.

Ключевые слова: Польша, реформы, оппозиция, соглашение, «круглый стол», Л. Валенса, «Солидарность».

К концу 80-х годов ХХ в. отношение властей к оппозиции в Польше принципиально изменилось: они пришли к выводу, что оппозиционеры отражают не какие-то привнесенные извне интересы, а жизненные потребности значительной части польского общества - прежде всего квалифицированных рабочих и солидарной с ними интеллигенции. М. Раковский незадолго до декабря 1987 г., когда он стал членом Политбюро ЦК ПОРП, в секретном докладе отметил: «В сравнении со второй половиной 70-х гг. нынешняя оппозиция количественно и качественно значительно более сильна. Мы не должны забывать, что тогда немногочисленная группа коровцев (КОР - Комитет защиты рабочих -О.М.) привела в движение всё Побережье (летом 1980 г.). Сейчас главной целью оппозиции является получение законной гарантии своего существования и деятельности... фактически мы уже признали оппозицию в качестве постоянного элемента на политической карте страны»1.

Развитие событий в конце 1987 г. еще не предвещало именно такого поворота. Однако постфактум как раз именно это время можно считать началом пути, ведущего к «круглому столу». Переломным моментом для команды Ярузельского стало поражение на референдуме в ноябре 1987 г., когда предлагавшиеся этой командой реформы не получили необходимой поддержки. Следствие - падение престижа властей, а также вызванная этим необходимость идти на дальнейшие уступки.

В 1988 г. политический климат в стране вновь начал катастрофически ухудшаться. И как это было уже много раз, толчком послужило значительное повышение цен, объявленное хотя и заранее, но, как и предполагалось, приведшее к усилению социальной напряженности. С 1 февраля цены на мясо, копчености, сахар, масло, хлеб повышались в

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

33

среднем на 40%, квартплата и цены за коммунальные услуги - на 50%, бензин подорожал на 60%. Ожидалось повышение вдвое стоимости угля, электроэнергии и т.д. Прожиточный минимум населения снижался на 36%. Усилилась инфляция, произошло ухудшение рыночной ситуации. Становилось ясно, что основные цели в области цен и доходов не достигнуты. Неудивительно, что, согласно социологическим опросам, 89% населения оценило экономическую обстановку в стране отрицательно. На польскую экономику давила внешняя задолженность, выражавшаяся в астрономической сумме 39,2 млрд долларов.

1988 год можно назвать периодом определения контуров содержания и границ возможного соглашения. «Дрейф к демократии» - так оппозиционный политик Ст. Стомма определял ситуацию в стране в это время. В феврале 1988 г. впервые на страницах контролируемого властями журнала «Конфронтацье» публикуется интервью с одним из лидеров оппозиции Б. Геремеком. Сам факт его появления свидетельствует о значительной степени либерализации общественно-политической жизни в тот период. Геремек выступил с официальным предложением о заключении «антикризисного пакта». Эта идея уже раньше появлялась в документах «Солидарности» и подразумевала поддержку властей в обмен на «профсоюзный плюрализм». По его мнению, в 1988 г. идея соглашения имела больше шансов, чем в 1981 -м. «Опытом общества, - писал представитель оппозиции, - является то, что свои стремления оно должно держать в определенных границах; опытом власти - что без подлинных общественных сил нельзя совершить перелом, которого все хотят»2. Развивая концепцию диалога с властью, Геремек в качестве основной задачи называет общественный плюрализм, понимаемый им как свобода объединения в неполитические организации и гражданские объединения. Как отметил в ходе беседы с генеральным секретарем ЦК КПСС М.С. Горбачевым в сентябре 1988 г. член Политбюро ЦК ПОРП Ю. Чирек, «умные люди с "той стороны" понимают необходимость соглашения в современных условиях. Есть и прямое влияние международного фактора. Я подозреваю, что американцы, западные немцы не подталкивают польскую оппозицию к конфронтации, а скорее наоборот - советуют ей идти на диалог. Насколько в этом сказывается ваше влияние, не знаю, но общая обстановка, новое мышление свое дело делают. Представители Белого дома раньше били по нам как по барабану, а сейчас говорят, что надо стремиться

3

к соглашению» .

Власти не решались открыто ответить на предложение оппозиции. Осень 1988 г. - время очередных неудач правительственных попыток реформирования экономики. В сочетании с взрывным состоянием

34

О.Н. Майорова

общественных настроений подобное положение подталкивало власти к соглашению. Так, член Политбюро ЦК ПОРП Ю. Чирек в ходе той же беседы с М.С. Горбачевым отметил: «Стратегическая линия у нас остается прежней - это опора на широкую коалицию социальных сил. А тактика -расколоть оппозицию, втянуть в переговоры более реалистическую ее часть, перехватить знамя «Солидарности» вместе с Валенсой, изолировать экстремистов, начать с ними борьбу. Костел тоже боится анархо-синдикализма, в худшем случае будет сохранять нейтралитет... Нам кажется, что сейчас есть шансы провести такую тактику, поэтому [мы] и пошли на переговоры. Получили сигналы от церкви, Валенсы о готовности пойти на компромисс. Об этом же "шептали " с Запада. Был, конечно, выбор - самим начать или дать им проявить инициативу. Долго думали и в конце концов Ярузельский взял это на себя. Не так-то просто было убедить ЦК». И чуть дальше: «Если нам удастся перехватить Валенсу, который остается символом и в стране, и за рубежом, то оппозиция будет очень ослаблена»4. В официальной прессе можно выделить два течения - сторонники и противники соглашения, причем достаточно сложно определить, какое из них преобладало.

В августе 1988 г. забастовки приобретали все более масштабный характер. Оппозиция, в феврале приглашавшая власти к диалогу, продемонстрировала свои возможности. Тем самым забастовки стали поводом для начала устойчивого взаимодействия между представителями власти и оппозиции.

Солидаристская оппозиция приходила к столу переговоров без ясно очерченной программы. В целом политическая оппозиция осознавала необходимость изменения строя как в политической, так и экономической сфере. Для части деятелей и группировок это было очевидно с самого начала их существования, т.е. со второй половины 1970-х годов, другие приходили к этой мысли постепенно, все чаще выдвигая требования либеральной демократии, партийного плюрализма, перемен в сфере собственности, независимости, суверенности государства и т.д. При этом обнаруживались различия во взглядах. Не вызывали споров только основные направления перемен, реализованные впоследствии, т.е. парламентская демократия и рыночная экономика, основанная на капиталистической собственности5.

Значительные различия многочисленных предложений и проектов, касавшихся будущего строя, имели свои плюсы и минусы. С одной стороны, это можно считать одним из необходимых условий демократии. С другой, как подчеркивает польский исследователь К. Лабендж, следовало ожидать, что имевшиеся разногласия будут затруднять попытки согласования

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

35

взглядов. Одним из последствий было, например, участие солидаристско-оппозиционной стороны в переговорах «круглого стола» в принципе без такой согласованной программы. И это в ситуации существования многих программных предложений в рамках отдельных группировок и структур. При этом дискуссии о формах и способах деятельности воспринимались как более реалистичные, чем анализ целей и будущего строя6.

Единственный официальный документ в этой области - программные тезисы «Самоуправляющаяся Речь Посполитая», принятые на I съезде «Солидарности» («С») в 1981 г. Элементы программы содержались в документе 1985 г.: «Польша: 5 лет после Августа». Генеральные цели оппозиционного движения указывало, как отмечалось выше, заявление от 31 мая 1987 г., в преддверии визита в Польшу Папы Иоанна Павла II. К важнейшим принципам государственного строя были отнесены: национальный суверенитет, демократия и плюрализм, свобода экономической деятельности7. Взгляды руководителей оппозиции подвергались эволюции вместе с меняющимися обстоятельствами. В конце 1988 г. эти перемены происходили в ускоренном темпе - программная мысль за ними не успевала.

Вместо альтернативы (после введения военного положения) «быть или не быть» перед солидаристской оппозицией все яснее вырисовывалась другая альтернатива: совместно править или просто сосуществовать? Стремиться к участию в управлении страной или занять место легальной, «конструктивной», но жесткой оппозиции правящей ПОРП? Именно вокруг этой дилеммы формировались новые концепции протестного движения. Так, Я. Куронь выступал не только за присутствие оппозиции в Сейме, но и за ее участие в органах исполнительной власти. Б. Геремек считал, что легализация профсоюза должна явиться предварительным условием заключения «нового общественного соглашения», которое предполагало подписание трех пактов с властью. Первый из них - пакт о неагрессии, в котором обе стороны отказывались от действий, направленных друг против друга; второй - новая программа экономической реформы, предполагавшая свободу экономической деятельности; третий - «соглашение по вопросам реформы строя, возвращающей демократический характер польской общественной жизни».

Ось предложений Р. Бугая - разделение общественного пространства на две сферы, управляемые различными законами (заметно влияние взглядов, высказывавшихся ранее Б. Геремеком). Первая - сфера плюрализма - могла стать пространством выражения общественных взглядов. Она допускала идейное и организационное разнообразие. Вторая -сфера монополии ПОРП. Предполагалось, что местом разрешения

36

О.Н. Майорова

конфликтов, а также принятия согласованных экономических и общественно-политических решений станет институт, подобный предлагаемому правительственной стороной Совету национального согласия. Речь шла не о свержении коммунизма, а о его «демократизации» -постепенном освобождении очередных сфер общественной жизни из-под монополии ПОРП. Идея о резервации определенной сферы общественной жизни для коммунистической партии и допущении плюрализма в других пользовалась популярностью среди элиты оппозиции, естественно, как переходное решение и так наз. «меньшее зло». В сравнении с тоталитарной концепцией подчинения всей общественной жизни диктатуре одной партии это был, без сомнения, шаг в сторону демократии. Таким образом, Куронь представил концепцию максимального взаимодействия с властями, Геремек же явился автором формулы «минимального сотрудничества»8.

В нелегальной публицистике отмечалось, что в оппозиционной среде преобладала все же позиция осторожности в отношении предложений, исходивших из правящего лагеря. Идея «круглого стола» стала вызывать разногласия и споры задолго до его начала, появились обвинения в предательстве и коллаборационизме. В упреках по существу отмечалось, что власть, призывая к диалогу, стремится в первую очередь реализовать собственные цели, противоречившие интересам общества. Соглашение, по мнению представителей оппозиции, может усилить власть, укрепив ее легитимность, приведет к расколу «Солидарности» и оппозиции9.

Соглашаясь на переговоры за «круглым столом», оппозиция принимала во внимание как внешние (Польша как часть советской сферы влияния, отсутствие ясности в допустимой с точки зрения интересов СССР границе перемен), так и внутренние (реальная власть коммунистов, слабость оппозиционных структур, вынужденных находиться в подполье, неконтролируемая забастовочная ситуация) условия. К тому же в среде оппозиции «коровского» происхождения существовало опасение, что после падения коммунизма на польской политической сцене будут доминировать националистические и христианско-демократические силы, представленные оппозицией правого толка, а также убеждение в правильности собственных целей и тактических положений.

Следует отметить большую роль католической церкви в подготовке переговоров за «круглым столом» власти и оппозиции. Ему предшествовал неафишируемый, трудный диалог власти с представителями костела, продолжавшийся более семи лет. Костел видел свою миссию в примирении двух противников - с одной стороны, правящих, а с другой -«разгоряченного» общества. Архиепископ Домбровский мотивировал позицию церкви следующим образом: «В условиях, когда общество не

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

37

имело своей субъектности (т.е. возможности выражать собственные интересы - О.М.) и даже голоса, Костел по необходимости должен был их заменить, одновременно готовя почву для общественно-политического диалога»10. В августе 1988 г. епископат в своем послании отмечал, что «основной причиной нынешней общественно-политической ситуации является нарушение прав человека и достоинства человеческого труда. следует признать, что основой разрешения всех социальных конфликтов является диалог»11. Костел своими инициативами и длительными переговорами с властями заложил основы принципов, на которых мог возникнуть «круглый стол»: необходимость введения плюралистичной системы и сдержанного подхода к решению проблем.

В начале августа 1988 г. варшавский Клуб католической интеллигенции под влиянием иерархов католической церкви принял решение, чтобы его председатель А. Стельмаховский через секретаря ЦК ПОРП Ю. Чирека установил контакт с первым секретарем ЦК ПОРП В. Ярузельским. 24 августа Стельмаховский передал Чиреку подготовленную им и Б. Геремеком записку, содержавшую предварительные предложения тем для обсуждения за «круглым столом». Следует отметить, что термин «круглый стол» впервые ввел во время VII пленума ЦК ПОРП в июне 1988 г. В. Ярузельский, говоря о необходимости открытой дискуссии различных кругов по новому Закону об объединениях. Два месяца спустя этот термин поддержали Б. Геремек и А. Стельмаховский, значительно расширив при этом сферу предлагаемых переговоров. Планировалось обсуждение трех групп вопросов: 1) профсоюзный плюрализм, под которым подразумевался способ легализации «Солидарности» на основе Закона о профсоюзах; 2) общественно-политический плюрализм - за этим термином крылся масштаб будущих легальных клубов и политических объединений; 3) антикризисный пакт, или определение вектора необходимых экономических реформ12. 25 августа 1988 г. Л. Валенса выступил с заявлением, которое подготовили Б. Геремек, А. Михник, А. Стельмаховский и Т. Мазовецкий и которое в целом повторяло предложения Стельмаховского в записке для Чирека. 26 августа Политбюро ЦК ПОРП обсуждало заявление Л. Валенсы и пришло к выводу, что оно может стать исходным пунктом для предварительных переговоров, вести которые поручалось министру внутренних дел генералу Ч. Кищаку. Тем самым Ярузельский давал понять широким партийным кругам, что начало переговоров не является капитуляцией властей.

31 августа, в восьмую годовщину подписания августовских соглашений, в Варшаве, на Заврате, состоялась неофициальная, секретная встреча министра внутренних дел Ч. Кищака и лидера «Солидарности» Л. Валенсы. Первого сопровождал член Политбюро ЦК ПОРП Ст. Чосек,

38

О.Н. Майорова

второго - ксендз епископ Е. Домбровский. В кратком коммюнике говорилось, что обсуждались условия организации встречи «круглого стола» и ход его проведения. Кш. Дубиньский, обращаясь к своим записям, которые он вел в ходе неофициальных встреч Кищака и Валенсы, отмечает, что в ходе этой первой встречи власти представили Валенсе суть проблем, определивших характер всех переговоров за «круглым столом» и содержание подписанных соглашений. Это был пакет политических и общественно-экономических реформ, включая новый Закон о выборах. Кищак заявил, что власти рассматривают вопрос о создании второй палаты парламента. Предметом обсуждения за «круглым столом», на его взгляд, могло бы стать определение места «конструктивных оппозиционных кругов» в политической системе страны, в том числе проблема будущего профсоюзного движения. Валенса в свою очередь подчеркнул, что так как польское общество плюралистично, то нужно создать условия для объединения в рамках плюрализма, а также определить «различные сдержки и противовесы», чтобы в ходе возникновения этой плюралистичной общественно-политичесекой модели не создались предпосылки для деструкции. «Мы разделены, - говорил Валенса, - но это не такое деление, как в 1980-1981 гг. Мы сделали выводы и прежней дорогой больше не хотим идти. Польша одна, общая и мы не хотим ее будоражить. Ни правительство, ни "Солидарность" не могут быть ни победителями, ни проигравшими, так как это снова приведет к дестабилизации. Вопросы «круглого стола» важны, но самый важный из них - о "Cолидарности"»13. Таким образом, уже в ходе первой встречи определился главный предмет спора, который в течение нескольких месяцев будет затягивать начало «круглого стола».

Постепенно определялся и круг вопросов, которые предстояло обсудить с представителями оппозиции. Они перечислялись премьер-министром М. Раковским на встрече с М.С. Горбачевым в октябре 1988 г. в следующем порядке: «Поддержка реформ, перестройка политических структур, вторая палата сейма, совет национального согласия, включение в сейм конструктивно мыслящих людей из оппозиции, дальнейшая демократизация выборов через представительные органы». М. Раковский подчеркивал, что «Запад грубо, открыто оказывает финансовую помощь политической оппозиции. Причем в нынешнем году (т.е. в 1988 г. - О.М.) эта помощь усилилась. В такой ситуации все замороженные структуры «Солидарности» активизировались. С учетом этого и необходимо рассматривать идею "круглого стола". Два круга факторов породили "круглый стол" - соображения, вытекающие из нашей ситуации, и

14

стратегический подход.»

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

39

Власти планировали, что стол будет «именно круглый», как отметил Ю. Чирек в уже упоминавшейся беседе с М.С. Горбачевым: «Мы не хотим, чтобы Валенса сидел один против Кищака, здесь же будут союзнические партии [Объединенная крестьянская партия и Демократическая партия], профсоюзы»15. 16 сентября 1988 г. состоялись первые расширенные переговоры представителей ПОРП, Объединенной крестьянской партии, Демократической партии, Всепольского соглашения профессиональных союзов (ВСПС - объединение легальных, официальных профсоюзных организаций на предприятиях и в учреждениях, а также отраслевых профсоюзов, созданное в ноябре 1984 г. в противовес нелегально действовавшим профорганизациям запрещенной «С»), «Солидарности» и Костела в Магдаленке - центре министерства внутренних дел, расположенном недалеко от Варшавы. Название этой местности приобрело впоследствии значение символа, означавшего неофициальные переговоры представителей власти и оппозиции. Этот чрезвычайно трудный процесс переговоров следует разделить на два отдельных этапа. Первый - попытки диалога, направленные на организацию встречи сторон за «круглым столом», второй - на решение трудных проблем уже в ходе самих переговоров.

Действия польских властей находили понимание со стороны советского руководства. Так, в ходе уже упоминавшейся встречи с Ю. Чиреком М.С. Горбачев заметил: «Мы солидарны с вашими действиями, понимаем проблемы, которые стоят перед Польшей, важность этапа, который вы переживаете. Я так думаю: если бы это носило характер скоропалительной сдачи позиций, то мы бы, возможно, засомневались. Но вы ведете дело в русле политики, определенной раньше, и методы выхода из трудностей представляются обоснованными». Ю. Чирек со своей стороны заметил, что поляки понимают «значение того, что делается в СССР. Польша в этом смысле - ваш испытательный полигон»16.

ПОРП готовилась к переговорам с оппозицией очень серьезно. 10 октября 1988 г. в ЦК был представлен документ «Изменения в политической системе государства». В нем утверждались следующие принципы: руководящая роль ПОРП, общественная собственность на основные средства производства и система международных союзов. Власти соглашались с наличием лояльной оппозиции, организованной в объединения, однако не допускали создания новых политических партий, считая, что социалистическая система исключает соперничество партий за власть. Планировалось создать новые государственные институты: Совет Национального Согласия (СНС), Сенат и пост президента ПНР. Предполагалось, что СНС сформируется из трех частей: треть его членов

40

О.Н. Майорова

должны составить представители ПОРП и ее политические союзники; треть

- деятели «политического центра»; треть - конструктивная оппозиция. Что касается Сената, одна треть сенаторов назначалась президентом, а две трети

- влиятельными общественными организациями. Для представителей «центра» и «оппозиции» в Сенате предусматривалось до 50% мест. Коалиции ПОРП, ОКП и ДП гарантировалось большинство в Сейме. Ключевая роль в этой системе отводилась президенту, неизменно члену ПОРП, избираемому парламентом или специальными выборщиками, его каденция - 7 лет. В число его компетенций входили, в частности: роспуск парламента, издание постановлений и декретов, назначение выборов, принятие решения о военном и чрезвычайном положении, формирование и отставка правительства с согласия Сейма. Несмотря на многие новые предложения, основной принцип гегемонии коммунистической партии

17

оставался неизменным .

Как уже отмечалось, оппозиция не имела ни четко сформулированных взглядов, ни планов в отношении переговоров. Встреча (13 октября 1988 г.), в которой приняли участие, кроме «Солидарности», целый ряд других оппозиционных группировок (Федерация «Освобождение», Конфедерация независимой Польши, Либерально-демократическая партия «Независимость», Польская социалистическая партия, «Борющаяся Солидарность» и др.), также ни к чему не привела18.

Двусторонние подготовительные переговоры проходили очень трудно, неоднократно прерывались. 29 октября 1988 г., когда правительство подписало документ о ликвидации Гданьской судоверфи, дошло до классического пата, преодолеть который в очередной раз помог костел. На конфиденциальной встрече 4 января 1989 г. правительство, намереваясь получить одобрение костела, проинформировало его о своих планах провести досрочные выборы, заключить политический контракт с оппозицией, в соответствии с которым «Солидарность» могла легализоваться в обмен на прекращение забастовок. Костел, с одной стороны, поддержал необходимость проведения «круглого стола», с другой

- настороженно встретил намерения правительства, отклонив взаимодействие на выборах, пообещав при этом отказаться от их бойкота. Примечательно, что ни одна из сторон не проинформировала об этой встрече общественность, решив сохранить ее в тайне19.

Программной дискуссии сопутствовали организационные приготовления оппозиционной стороны. 18 декабря 1988 г. представители интеллектуальной и политической элиты оппозиции, признававшей лидерство Валенсы и его умеренную стратегию, нацеленную на соглашение, в пятый раз (начиная с мая 1987 г., как отмечалось выше) собрались в

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

41

варшавском костеле. Здесь при председателе «Солидарности» был создан Гражданский комитет из 135 человек - коллективный партнер правительства в переговорах «круглого стола». М. Круль назвал его «теневым кабинетом». Появление нового органа в рамках «Солидарности» представляло выгодный противовес Всепольской исполнительной комиссии, где не всегда взгляды председателя профсоюза встречали единодушное одобрение. Соответствующим образом подобранный состав комитета приводил к тому, что в ходе дискуссий о дальнейшей стратегии деятельности солидаристской оппозиции верх одерживали сторонники далеко идущего соглашения с властями ПНР. Такую позицию представляли, в частности, Б. Геремек, М. Круль, А. Михник, Т. Мазовецкий, А. Веловейский, Я. Куронь, С. Братковский и др. В состав Гражданского комитета не вошли представители многих оппозиционных кругов, что в будущем стало одним из источников острых споров в кругах солидаристской части оппозиции. В рамках Гражданского комитета было создано 15 комиссий, назначены их председатели для проведения подготовительной работы к переговорам «круглого стола». В ответ в этот же день в Гдыни заседала уже упоминавшаяся так наз. рабочая группа Всепольской комиссии «Солидарности» - конкурировшая со сторонниками Л. Валенсы нелегальная структура. Эти радикально настроенные деятели объявили бойкот «круглому столу», призывали к силовой конфронтации с существующим режимом. Такие взгляды находили поддержку определенной части рабочих, особенно молодых, для которых события восьмилетней давности были окружены ореолом романтики.

Эти круги не могли быть партнером по диалогу по нескольким причинам. Они были слишком радикальны, выражали крайне негативное отношение к системе, что делало невозможным какие-либо контакты с властью. По мнению польского исследователя А. Пачковского, «в определенном смысле они играли по отношению к председателю роль, подобную той, какую играло по другой стороне баррикады ВСПС

[Всепольское соглашение профсоюзов]. На их фоне. сторонники Валенсы

20

представлялись как сила умеренная и склонная к сотрудничеству»20. Определение состава оппозиционно-солидаристской делегации являлось также в известной степени результатом внутреннего соперничества. Политики и исследователи, трактующие «круглый стол» как «контролируемый отход» со стороны коммунистов, считают, что подбор представителей с оппозиционной стороны также контролировался властью. Предполагалось, что по ту сторону сядут те, которым можно было отдать в конце концов власть, так как они смогут предотвратить общественный

42

О.Н. Майорова

взрыв недовольства и успокоить массы, но также и сохранить основные

21

интересы правивших прежде .

Две забастовочные волны (в апреле и августе 1988 г.) продемонстрировали нарастание общественного недовольства. Спонтанные выступления рабочих стали, как уже было в истории Польши (1956, 1970, 1980 гг.), импульсом, вынуждавшим партийное руководство к переменам. Забастовки пользовались поддержкой значительной части общества (62,4% считали требования бастующих справедливыми, а сами забастовки поддерживали 53,2%). За возвращение легального статуса «Солидарности» высказались 78% опрошенных, доверие правительству оказали 51%, а ПОРП - лишь 26%22. Тем самым на протяжении всех 80-х годов страна оставалась «дремлющим вулканом».

С осени 1988 г. чрезвычайно ускоряется развитие политических процессов в связи с кристаллизацией линии реформаторского крыла ПОРП на углубление демократизации общества. Следует отметить решающую роль реформаторски настроенной части партийной интеллигенции в программно-теоретическом обеспечении «круглого стола». Политический перелом принес состоявшийся в декабре 1988 г. - январе 1989 г. в два тура Х пленум ЦК ПОРП. Речь М. Раковского, согласованная с В. Ярузельским, явила собой политическое наступление партийных реформаторов. Премьер решительно защищал идеи «круглого стола», определяя последний как «попытку заключения генерального соглашения с конструктивной оппозицией», т.е. с той, которая «стремится реформировать отношения в Польше без свержения существующего строя». Глава правительства говорил о необходимости компромисса, о перспективе разделить ответственность с оппозицией с целью добиться массового общественного доверия. «Конфликты затормозили бы экономические реформы и инициированные партией общественно-политические перемены», - подчеркивал он23. Партийные реформаторы с большим трудом (В. Ярузельский, Ч. Кищак, Ф. Сивицкий и М. Раковский были вынуждены заявить о намерении уйти в отставку), но все же сумели провести резолюции о политическом, а также профсоюзном (фактически означавшем повторное вхождение «Солидарности» в политическую систему) плюрализме. «ЦК видит потребность и возможность включения в политическую систему конструктивной оппозиции., подчеркивает непосредственную связь создания новой формулы политического плюрализма и новой модели профсоюзного плюрализма с развитием общественного диалога и строительством прочного широкого национального соглашения.». За «круглым столом» должны быть определены его организационные формы, а также «согласованы условия, способы и календарь введения профсоюзного

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

43

плюрализма и открытия пути для создания новых профсоюзов, в том числе "Солидарности"», - отмечалось в документах пленума24. Решения пленума были восприняты в широких кругах партии неоднозначно. Уже сам способ их принятия (отсутствие широкой дискуссии в партии, своеобразный «шантаж» руководства, грозившего подать в отставку) свидетельствовал о том, что руководящая группа отдавала себе отчет в отсутствии поддержки со стороны большинства членов партии. С другой стороны, возрос радикализм той части оппозиции, которая выступала против соглашения с коммунистической властью.

Окончательное согласованное решение о проведении заседаний «круглого стола» было принято 27 января 1989 г. на вилле МВД в Магдаленке. Участники подготовительных переговоров (главными «переговорщиками» являлись Ч. Кищак и Ст. Чосек - с одной стороны, Л. Валенса, Т. Мазовецкий, Л. Качиньский, Бр. Геремек, А. Стельмаховский - с другой) заявили в коммюнике: «После согласования формулы общественного соглашения мы обратимся в Государственный Совет с предложением изменить закон о профсоюзах и за "круглым столом" определим время начала создания "Солидарности"». Таким образом, было выполнено ключевое для оппозиции требование ясной декларации намерения властей легализовать «Солидарность». Власти согласились на более масштабные общественно-политические перемены по сравнению с теми, которые обсуждались на Гданьской судоверфи в августе 1980 г.: решения касались не только легализации «Солидарности», но и участия оппозиции в официальной политической жизни, против чего ранее столь жестко выступали властные структуры. Иными, чем в 1980 г., являлись и формы ведения переговоров - оппозиционеров не сопровождали бастовавшие, а переговоры не транслировались. Не будучи делегатами, они чувствовали себя свободными от давления коллектива; временно отменялись демократические критерии, действовавшие в ходе августовских забастовок, а тем более в «Солидарности» в 1980-1981 гг.25. «Недемократичной и неконституционной» назвал Магдаленку исследователь М. Гендек. Коммунисты разделили власть с определенной общественной группой. При этом общество не до конца осознавало, о чем ведутся эти переговоры, так как располагало всего лишь фрагментарной информацией, а его согласия никто не спрашивал26. Сложную обстановку переговоров 27 января характеризует информация, представленная Ч. Кищаком в Политбюро: «Переговоры длились 11 часов и проходили в нелегкой, моментами драматической атмосфере. Они неоднократно заходили в тупик. Перелом явился результатом гибкости правительственной стороны, примирительных усилий епископа Гоцловского, а также реализма

44

O.H. Майорова

и явного желания диалога со стороны двух главных переговорщиков, представителей «С» - Тадеуша Mазовецкого и Бронислава Геремека»27.

Таким образом, обе стороны - монолитная, самая сильная в Восточной Европе оппозиция в лице «Солидарности» со сплоченной, хорошо организованной структурой, с харизматическим лидером, и реформаторское крыло в ПОРП, победившее благодаря решительной позиции команды Ярузельского - выразили заинтересованность в спокойном, эволюционном ходе политических и экономических преобразований.

Примечания

1 Цит. по: Zuzowski R. Komitet Samoobrony Spolecznej KOR: Studium dysydentyzmu i opozycji politycznej w Polsce (Przekl. z ang.). Wroclaw etc., 1996. S. 189-190.

2 Цит. по: Skórzynski J. Ugoda i rewolucja. Wladza i opozycja. 1985-1989. W-wa, 1995. S. 59.

3 Архив Горбачев-Фонда. Ф. № 5. Запись беседы M.C Горбачева с членом Политбюро, секретарем ЦК ПОРП Ю. Чиреком. 23 сентября 1988 г.

4 Там же.

5 Следует отметить, что наиболее связный проект нового социально-экономического уклада, который в своих основных элементах реализовывался после перемен 1989 г., подготовили либералы из нелегальной Либерально-демократической партии «Независимость». Публицистика этой группировки в значительной степени повлияла на формирование в сознании ее читателей необходимости замены социализма моделью рыночной экономики, представляемой как единственно рациональный, проверенный в мире проект хорошего государства и хорошего общества - хотя сама группировка сначала разделилась, а потом, в результате многочисленных внутренних противоречий, распалась, не сыграв какой-либо существенной политической роли ни в переменах 1989 г., ни позже. (Molasy I. Koncepcje polityczne liberalnych ugrupowan polskiej opozycji politycznej z lat 1976-1989// Wokól problematyki integracji europejskiej. Torun, 2000. S. 120-121).

6 Labçdz K. Spory wokól zagadnien programowych w publikacjach opozycji politycznej w Polsce w latach 1981-1989. Kraków, 1997. S. 268-269, 270, 272.

7 Holzer J., Leski K. "Solidarnosc" w podziemiu. Lódz, 1990. S. 125-126.

8 Skórzynski J. Op. cit. S. 146-156.

9 Labçdz K. Op. cit. S. 86-88.

10 Raina P. Droga do "Okr^glego Stolu". Zakulisowe rozmowy przygotowawcze. Warszawa, 1998. S. 5-6.

11 Цит. по: Польша в XX веке. Очерки политической истории. M., 2012. С. 839.

12 Dudek A. Pierwsze lata III Rzeczypospolitej. 1989-2001. Kraków, 2002. S. 20.

13 Dubinski Krz. Magdalenka. Transakcja epoki. Notatki z poufnych spotkan Kiszczak - Walçsa. Warszawa, 1990. S. 5-6. См. также: Анатомия конфликтов. Центральная и Юго-Восточная Европа:

Власть и оппозиция в Польше: подготовка к переговорам.

45

документы и материалы последней трети XX века. Т. II. Вторая половина l98G^ - начало l99G-х годов. СПб., 2Gl3. С. 425 - 427.

14 Архив Горбачев-Фонда. Ф. № l. Запись беседы Ы.С. Горбачева с M. Раковским. 2l октября l988 г.

15 Архив Горбачев-Фонда. Ф. N° 5. Запись беседы Ы.С. Горбачева с членом Политбюро, секретарем ЦК ПОРП Ю. Чиреком. 23 сентября l988 г.

16 Там же.

17 Tajne dokumenty Biura Politycznego i Sekretariatu KC. Ostatni rok wladzy. 1988-1989. Londyn, 1994. S. 169-175.

18 Gçdek M. Przelom: Polska 1976-1991. Lublin, 2002. S. 234.

19 Gçdek M. Op. cit. S. 24G.

20 Цит. по : Trçmbicka K. Okrçgly Stól w Polsce - mity i stereotypy// Studia Polityczne. Warszawa, 2004. N 15. S. 99.

21 Antoszewski A. Erozja systemu politycznego PRL w latach osiemdziesi^tych. Studium procesu. Wroclaw etc., l99l. S.l7G; Trembicka K. Op. cit. S. 99, lGl.

22 Краткая история Польши. С древнейших времен до наших дней. M., l993. С. 473; Paczkowski A. Od sfalszowanego zwyciçstwa do prawdziwej klçski: Szkice do portretu PRL. Krakow, 1999. S. 147.

23 Trybuna Ludu. 16.01. 1989.

24 Stanowisko Komitetu Centralnego PZPR w sprawie pluralizmu politycznego i pluralizmu zwi^zkowego// Trybuna Ludu. 20. 01. 1989. S. 3.

25 Dubinski Krz. Op. cit. S. 42; Karpinski J. Trzecia niepodleglosc: Najnowsza historia Polski. W-wa, 2001. S. 50.

26 Gçdek M. Op. cit. S. 245-246.

27 Dubinski Krz. Op. cit. S. 11.