Проверочный диктат

Власти снова хотят помочь малому бизнесу. Вслед за премьер-министром на тему сокращения количества различных проверок предпринимателей и ограничения полномочий проверяющих высказался президент. Однако владельцы и руководители малого бизнеса не надеются на облегчение проверочного бремени. Ведь проверки являются не только средством обогащения чиновников, но и самым сильным инструментом воздействия властей на малый бизнес, а также серьезным источником пополнения государственного бюджета.

Запланированные неприятности

Для любого предпринимателя слово "проверка" в любом случае не означает ничего хорошего, о чем бы ни шла речь: визит проверяющей организации по меньшей мере отвлекает от работы. К тому же проверка — понятие очень емкое. Это может быть и визит инспектора пожарного надзора, заглянувшего по дороге домой посмотреть, как обстоят дела в офисе коммерсантов, а может быть и специально назначенная налоговиками камеральная проверка с истребованием множества документов. Бывает и так, что проверкой называют оперативно-следственные мероприятия, которые проводят милиционеры — выемки, досмотры, изъятия. Все эти действия регулируются различными правовыми документами, и проводят их сотрудники самых разных ведомств по совершенно разным основаниям.

Однако для тех, к кому заходят на беседу, у кого требуют представить документы или обыскивают офис, не имеет большого значения, на каком основании и кто к нему пришел. Для бизнесмена, в чью работу вмешиваются проверяющие, важны обычно две вещи: как скоро это вмешательство закончится и какие оно будет иметь последствия. По мнению Сергея Попова, руководителя небольшой производственной фирмы, определить, кто из проверяющих окажется страшнее и какой урон нанесет бизнесу, сразу почти не возможно: "Один раз к нам на склад буквально ворвались вооруженные милиционеры, положили всех рабочих на пол, взломали несколько дверей. Как потом объяснил наш юрист, на вполне законных основаниях — были у них все бумаги на проведение мероприятий по нашему адресу. Видимо, был сигнал, что у нас хранится что-то противозаконное, хотя я до сих пор даже не знаю, что именно им было нужно. В результате они обследовали все углы, вручную переложили несколько десятков кубометров пиломатериалов, затем улыбнулись, извинились и уехали. Кроме бардака, который они устроили и который мы потом полдня убирали, никакого урона эти стражи порядка нам не нанесли. Зато в другой раз к нам тихонько зашел лейтенант-пожарный, поводил носом, заполнил какие-то бумажки, сказал, что нарушения, конечно, есть, но нестрашные, и пообещал ограничиться небольшим штрафом. А в результате по решению суда нам остановили всю работу — приставы опечатали помещения, и мы лишь чудом смогли договориться о том, чтобы вывезти материалы и оборудование. Выполнить требования пожарных — реконструировать арендованное нами здание площадью несколько тысяч квадратных метров и перекладывать все коммуникации — нам было не по средствам. Владельцы цехов тоже ничего не желали с ними делать. Пришлось срочно переезжать, из-за простоя мы лишились крупных заказчиков, ущерб составил сотни тысяч долларов".

По признанию предпринимателей, сейчас практически никто не занимается бизнесом без каких-либо нарушений, поэтому проверяющим почти всегда есть чем поживиться. Особенно это касается санитарных и пожарных требований, которым не соответствует подавляющее большинство занимаемых малым бизнесом помещений. В приватных разговорах с предпринимателями инспекторы прямо заявляют, что могут по формальным основаниям закрыть практически любое предприятие.

Владелец автомастерской Роберт Арутюнов считает, что если бы не сговорчивые пожарные, небольших автосервисов в столице не существовало бы вовсе: "Несколько лет назад, когда мы еще работали в другом месте, у нас на постоянном обслуживании находился автопарк местного пожарного начальника. Где-то раз в полгода мы чинили и красили его автомобили, а он нас не трогал. Каждый его ремонт обходился мне в несколько тысяч долларов, но другого выхода просто не было. Средств на постройку своего автосервиса у меня нет, а арендовать в Москве полностью соответствующее пожарным и санитарным требованиям помещение под небольшой техцентр невозможно — нет таких. Например, сейчас мы базируемся на территории бывшего завода, здесь сотня арендаторов, у которых производственный и торговый бизнес, и все как-то решают вопрос с пожарными".

Заместитель директора другой производственной фирмы Татьяна Карпенко жалуется на Роспотребнадзор: "Чтобы сейчас получить заключение о соответствии производства санитарным нормам, одного соответствия недостаточно. От нас требуют, чтобы мы разработали и утвердили так называемое 'Разрешение (лимит) на размещение отходов' — кипу бумаг, за которую специальные фирмы, которые кормятся вокруг Роспотребнадзора, требуют от 100 тыс. рублей. Тот факт, что мы не нефтеперерабатывающий завод, а мастерская по ремонту техники, в которой работают 10 человек, и то, что у нас и так есть договоры на вывоз и утилизацию всех отходов со специализированными городскими предприятиями, никого не волнует. Приходит очередная проверка, составляет акт, накладывает на нас штраф. Но это все равно получается выгоднее, чем платить деньги за бесполезную макулатуру".

К сожалению бизнесменов, бдительность проверяющих редко удается усыпить раз и навсегда, и, откупившись однажды, никогда нельзя быть уверенным, что тот же самый человек не придет к тебе завтра по тому же поводу. Правда, некоторым предпринимателям удается наладить с проверяющими долгосрочные "рабочие отношения". Иногда в этом помогают полезные связи в каком-нибудь силовом ведомстве или в органах власти. Хотя никому из сотрудников контрольных органов не нравится, когда в его работу вмешиваются коллеги из других организаций или какое-нибудь постороннее начальство, бизнесмены утверждают, что авторитет власти позволяет ей находить общий язык с представителями любых ведомств.

Что интересно, борьба с коррупцией в госорганах хоть и не принесла пока ощутимых плодов, но все же несколько изменила поведение некоторых чиновников, занимающихся проверками бизнеса. Как рассказал на условиях анонимности один из предпринимателей, если раньше проверяющие за взятку соглашались полностью снять все претензии, то сейчас такого не происходит: "Многие чиновники стали бояться, у незнакомых коммерсантов деньги просто так не возьмут, нужны подходы, рекомендации. Кроме того, если проверяющий пришел, ему обязательно нужно какой-нибудь акт составить, штраф выписать. Даже если все в порядке, нельзя без этого — подозрительно получается. Даже когда они деньги берут, на основную проблему могут глаза закрыть, но какую-нибудь мелочь обязательно официально оформят и оштрафуют".

Некоторые чиновники контрольных ведомств, состоящие в близких отношениях с бизнесом, рассказывают, что количество составленных протоколов об административных нарушениях до сих пор является основным мерилом качества их работы. Правда, иногда целью проверки становится вовсе не выявление нарушений и не штраф сам по себе.

Вмененная нагрузка

Сложно сказать, кто первый из чиновников придумал использовать проверки как инструмент устрашения и навязывания своей воли предпринимателям. Но можно уверенно назвать тех, кто сейчас с успехом пользуется проверками в этом качестве,— работников из налогового ведомства.

Специфика отечественного налогового законодательства — сложность, разночтения, постоянные изменения правил и методик учета — делает любую налоговую проверку потенциально опасной не только для малого бизнеса, но и для крупных предприятий. Примеров того, как наши налоговики расходились во мнениях по вопросу налогообложения с юристами и аудиторами именитых компаний, за последние несколько лет было много — это истории с НК ЮКОС, "ПрайсУотерХаус Куперс", ТНК-BP, "САН ИнБев" и другими компаниями, которым вменяли огромные недоимки и обязывали платить штрафы. Но если крупным фирмам под силу нанимать высококвалифицированных налоговых адвокатов и отстаивать свои позиции в суде, малому бизнесу это не по карману.

Да и сама по себе налоговая проверка — малоприятная процедура, что хорошо известно не только предпринимателям, но и налоговикам. Поэтому, когда в начале прошлого года начали активно действовать так называемые "зарплатные комиссии" при налоговых инспекциях, приглашенных туда директоров пугали прежде всего проверками. Стоит заметить, что, по мнению налоговиков, это сработало: многие пережившие беседу в налоговой руководители фирм немедленно отдавали распоряжения об увеличении официальных зарплат своим сотрудникам, а соответственно, увеличивали отчисления в казну и во внебюджетные фонды. Таким образом, даже несостоявшиеся проверки поспособствовали существенному пополнению бюджета.

Как считает бухгалтер одной из торговых фирм Вера Андреева, налоговики и раньше использовали проверки как устрашение, например, при борьбе с возвратами НДС из бюджета. "Любой опытный бухгалтер знает, что попытаться получить НДС из бюджета — значит автоматически навлечь на себя проверку. Даже если на законных основаниях, даже если не получить, а просто представить НДС к зачету — придет проверка,— рассказывает Андреева.— А для торговых фирм, например, характерна такая ситуация: в одном налоговом периоде товара закуплено больше, чем продано. Абсолютно вроде бы нормальная практика работы, но только не с точки зрения налоговиков. Ведь когда ты больше купил, чем продал, по отчетности получается НДС не к оплате, а к возмещению. По этому поводу меня дважды за прошлый год вызывали в налоговую, назначали проверки. Проверяли практически всех наших контрагентов — направляли запросы по месту регистрации фирм. Некоторые из них после этого перестали с нами работать — кому нужно лишнее внимание со стороны налоговой? Многие руководители фирм стараются сейчас избегать таких ситуаций, покупая сами у себя в конце квартала 'лишний' товар через подконтрольные фирмы".

Как рассказывают бухгалтеры малых предприятий, налоговики, угрожая проверками, преуспели не только в сборе налогов с фонда оплаты труда и НДС. Нынешняя практика работы налогового ведомства такова: разработаны нормы так называемой налоговой нагрузки, которые определяют, сколько какое предприятие должно в среднем платить налогов. Как правило, это коэффициент, применив который к выручке той или иной фирмы, можно определить, сколько денег должна эта фирма платить в казну. Если сумма реальных выплат соответствует расчетной — все в порядке, бизнес может работать спокойно. Но если сумма оказывается меньше, вызов руководителя на беседу в налоговую инспекцию не за горами. А дальше по обстоятельствам: если руководство фирмы одумается и увеличит платежи в бюджет, вопросов к ним не будет. Если не увеличит — придет проверка.

— Самое интересное, что такая практика никак законодательно не определена,— жалуется Вера Андреева.— Ни в одном законе не указано, что предприятие, работающее в сфере оптовой торговли, должно платить своим сотрудникам в среднем 17 тыс. рублей в месяц. Однако эту цифру вы можете увидеть в специальной таблице, висящей на стенде в налоговой инспекции, там для предприятий основных видов деятельности указано, кто и сколько должен платить сотрудникам. Расчеты "рекомендованной" налоговой нагрузки по другим налогам тоже осуществляются не на основании законов, а в соответствии с некими внутренними документами налогового ведомства.

Хотя эти документы официально не публиковались, бухгалтерам они хорошо знакомы — их без труда можно найти в интернете на профессиональных предпринимательских и бухгалтерских форумах. Если верить этим таблицами, согласно расчетам налоговиков, предприятию со среднемесячной выручкой 1 млн рублей "рекомендовано" платить в бюджет около 40 тыс. рублей в месяц в виде различных налогов. А если меньше — надо проверять.

Согласно протоколу

Конечно, далеко не все предприятия опасаются налоговых проверок настолько, что соглашаются изменять схемы ведения бизнеса в угоду налоговиков. Многие готовы с документами и калькулятором в руках доказывать, что вмененные суммы они платить не обязаны. Такая реакция со стороны предпринимателей нередко приводит к тому, что сотрудники налоговых инспекций обращаются в органы внутренних дел. А те, в свою очередь, проводят проверку фирмы на предмет уклонения от уплаты налогов.

Вот как описывает действия милиционеров один из владельцев фирмы, пережившей такую проверку: "К нам в офис пришли сразу семь милиционеров, предъявили удостоверения и постановление о производстве проверки, подписанное их руководством. Всех попросили отойти от компьютеров, запретили пользоваться сотовыми телефонами. Один из проверяющих сразу сел за рабочее место бухгалтера и начал производить какие-то манипуляции с бухгалтерской программой 1С, что-то распечатывал, сверял со своими бумагами. Остальные либо заполняли свои бумаги, либо шарили по ящикам рабочих столов, осмотрели наш единственный сейф. Потом старший группы сказал, что, по их информации, мы скрываем деньги от налогообложения, используя фирмы-однодневки. Я с такими доводами не согласился, на что милиционеры заявили, что для более тщательного изучения они сейчас изымут все компьютеры и все документы. Действительно, в офис принесли коробки и стали упаковывать в них все, что находили на столах и в ящиках, включая подшивки газет. Компьютеры отсоединили от мониторов и унесли. Опись изъятого выглядела странно: фразы типа "системный блок компьютера серый", "папка с надписью "банк"" или "накладные за 2004 год". Я такой документ подписывать отказался, чем вызвал их недовольство. В общей сложности они провели у нас часов пять и вынесли практически все за исключением личных вещей и, как ни странно, денег, находящихся в сейфе".

Однако, несмотря на решимость милиционеров, грозные обещания возбудить уголовные дело и привлечь руководителей фирмы к ответственности, продолжения у подобных проверок может и не быть. Как рассказывают юристы, занимающиеся защитой предпринимателей, нередко все заканчивается вызовами на беседы и милицейской бумажной волокитой — подписанием бесконечных объяснений и протоколов. Изъятые документы и технику иногда удается вернуть в сильно потрепанном виде, а случается, что и не удается вовсе. По словам того же пострадавшего предпринимателя, его компьютеры не вернули до сих пор: "Честно говоря, я и не надеялся вернуть свою технику. После того, как милиционеры ушли, мы с коллегами приняли решение купить все по новой, не дожидаясь развития событий, работать-то как-то надо дальше. Сами мы не нарушали закон, и нашей вины нет в том, что кто-то из многих наших поставщиков использовал фирмы-однодневки. В конце концов, у частного предпринимателя нет никакой возможности проверить фирму, название которой указано в счете на оплату. А если эта фирма завтра перестанет сдавать отчетность и платить налоги? По логике налоговиков и милиционеров получается, что если ты этой фирме заплатил, значит, увел средства от налогообложения, занизил НДС. А на самом деле ты просто оплатил товар или услугу, а не заплатили в бюджет твои контрагенты. По сути, на нас перекладывают ответственность за то, что наши поставщики не платят налоги.

На покупку новых компьютеров и их наладку мы потратили около 300 тыс. рублей, которые нам никто, конечно же, не компенсирует. Да мы и не будем требовать, может выйти себе дороже".