Частное обвинение и этапы его развития в России

Соответственно, как отмечено, появилась и процессуальная норма об отказе в возбуждении уголовного дела с последствиями, отмеченными выше. В подобном случае ст.ст. 309 и 312 Устава уголовного судопроизводства предусматривали, что «если судебный следователь.... не найдет достаточных оснований к производству следствия .сведения должны быть собраны...посредством негласного полицейского разведывания», т.е. уголовно-процессуальный закон не предусматривал возможность отказа в возбуждении уголовного дела.

Не предоставляет полиции возможность отказать в расследовании при наличии заявления, сообщения о преступлении и уголовно-процессуальное законодательство тех же США, Франции, Германии и других государств с устоявшейся системой уголовного правосудия.

Изложенное позволяет сформулировать вывод, что началом производства по уголовному делу должна служить не процессуальная норма о возбуждении уголовного дела, а заявление, сообщение о преступлении, и, соответственно, уголовно-процессуальные нормы о возбуждении уголовного дела и об отказе в возбуждении уголовного дела по УПК РФ должны быть исключены, на что указывается в Дорожной карте дальнейшего реформирования органов внутренних дел Российской Федерации (п. 4.5), и о чем Министр внутренних дел Российской Федерации В.А. Колокольцев высказал 17 октября 2012 г. на Правительственном часе в Государственной Думе Российской Федерации, что получило широкое экспертное обсуждение7.

1 Гаврилов Б.Я. Латентная преступность: понятие, структу-

ра, факторы латентности и меры по обеспечению достоверности уголовной статистики. Монография. М.: Проспект, 2007. С. 20-35; Он же. Современная уголовная политика России: цифры и факты. М.: Проспект, 2008. 208 с. и др.

2 В 1983 г. с назначением на должность Министра внутренних дел СССР Федорчука В.В. десятки тысяч сотрудников милиции за нарушения учетно-регистрационной дисциплины были уволены и тысячи - привлечены к уголовной ответственности. Действие в 2005-2006 г.г. совместного приказа Генпрокуратуры и МВД России от 16 мая 2005 г. № 18/350 «О мерах по укреплению законности при вынесении постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела» повлекло за собой увеличение (с 700 сотрудников в 2004 г. до 2397 - в 2005 г.), привлеченных за указанные нарушения к уголовной ответственности.

3 Скоморохов Р.В., Шиханов В.Н. Уголовная статистика: обеспечение достоверности. М., 2006 С. 54-55; Исаев З.М. Проблемы искусственно-латентной преступности: Дисс... канд. юрид. наук. Махачкала, 2002. С. 132; Скоромников К.С. Существующая система учета преступлений и раскрытия их нуждается в кардинальной реформе // Государство и право. 2000. № 1. С. 108-11 и др. публикации.

4 Письмо Генерального прокурора РФ В.В. Устинова от 17 июня 2002 г. № 1-ГП-19-2002 «О мерах по обеспечению достоверности показателей состояния преступности и результатов борьбы с правонарушениями».

5 Письмо Министра внутренних дел РФ Б.В. Грызлова Генеральному прокурору РФ В.В.Устинову (исх. № 1/4052 от 16 июня 2004 г.).

6 Социалистическая законность. 1937 год. №7.

7 Безотказное следствие // Журнал «Закон». № 11. ноябрь 2012 г.

УДК 343.123.66 ББК 67.311

ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ И ЭТАПЫ ЕГО РАЗВИТИЯ В РОССИИ

ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ ДОРОШКОВ,

член-корреспондент Российской академии образования, Заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор

Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН

Аннотация. Ретроспективно анализируется институт частного обвинения. Производится исследование необходимого понятийного аппарата, определяются основания обособления дел частного обвинения в отдельную категорию, выделяются этапы развития соответствующих норм. На основе анализа проблем регламентации и правоприменения формулируются законодательные предложения.

Ключевые слова: частное обвинение, дело частного обвинения, примирение сторон.

Annotation. Retrospectively analyzed the institute of private prosecution. Produced a study of the conceptual apparatus required shall be determined base isolation of cases of private accusation in a separate category, distinguished stages of the relevant rules. Based on the analysis of problems of regulation and enforcement formulate legislative proposals.

Keywords: private prosecution, the case of private prosecution, conciliation between the parties.

Уважаемые коллеги! Нынешняя научно-практическая конференция, посвящена грандиозному событию, имевшему место в России полтора века назад, сумевшему коренным образом изменить отношение населения к судебной власти и правосудию, в том числе к уголовному судопроизводству. Отдельные идеи, сформулированные в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г., актуальны и поныне, требуют глубокого изучения и сегодня. В частности, до сих пор особую ценность и актуальность представляют особенности судопроизводства по делам частного обвинения. Ведь общепризнано, что судебные процедуры должны быть такими простыми, чтобы при рассмотрении очевидных, малозначительных преступлений они не были в тягость гражданам и, наоборот, когда совершены тяжкие преступления, серьезно затрагивающие вопросы свободы и безопасности граждан, законодатель в судебную процедуру должен внести такие формальные элементы, которые максимально способствовали бы установлению истины по делу.

Однако, прежде чем вести научные дискуссии по обозначенной теме и говорить об этапах развития частного обвинения, представляется необходимым определиться с понятийным аппаратом, уяснив, что мы понимаем под «частным обвинением», «делами частного обвинения», определить причины и основания выделения их в особую категорию.

История развития уголовного судопроизводства свидетельствует о защите частных интересов обиженных путем строгого наказания обидчиков еще до того, как появилось государство и его органы публичной власти. Проблема сущности частного обвинения в отечественной науке разрабатывалась преимущественно специалистами в области уголовного процесса, и традиционно считалось, что это именно ее предмет изучения. Если в исследованиях российских процессуалистов XIX в. упоминались частные (неофициальные) преступления, дела о частных преступлениях, то именно после проведения в России судебной реформы 1864 г. появились термины «частное обвинение», «дела частного обвинения» «частный обвинитель». К этому периоду относятся и первые научные исследования сущности и особенностей частного обвинения, которые проводились выдающимися процессуалистами А.К. Резоном, Л.Я. Таубером, И.Я. Фойницким и др. В XX в. исследования, посвященные проблемам частного обвинения, проводились многими учеными. В результате были сформулированы особенности: 1) возбуждения дел; 2) процессуального статуса сторон; 3) судебного разбирательства; 4) прекращения производства по делу; 5) обжалования судебных решений.

Таким образом, под частным обвинением (в процессуальном значении) понимается особый вид уголовно-процессуальной деятельности в рамках специальной правовой процедуры, которая позволяет частному обвинителю выразить свою волю, обязательную для государственных органов, в уголовном преследовании обвиняемого в ходе возбуждения уго-

ловного дела, поддержания обвинения в суде и отказа от обвинения.

В то же время, процессуалисты не могли обойти вопроса о том, какие преступления могут преследоваться в порядке частного обвинения. В связи с этим, они отмечали, что это должны быть преступления небольшой тяжести, совершаемые в сфере межличностных отношений, и сами же определяли конкретный круг преступлений, в отношении которых применяется специальная процедура судопроизводства.

Если глубоко вникнуть в проблему частного обвинения, то становится очевидным, что она имеет одинаковые корни с проблемой освобождения от уголовной ответственности лиц, совершивших преступления. Оба эти института призваны, в определенной степени, преодолеть две противоречивые тенденции: стремление оградить государство, общество и каждую отдельную личность от преступных посягательств путем установления уголовной ответственности за совершение общественно опасных деяний и, одновременно, уменьшить отрицательные последствия криминализации.

Близость этих институтов стала особенно очевидной, когда новый Уголовный кодекс РФ (ст. 76) предусмотрел еще одно основание освобождения от уголовной ответственности - примирение потерпевшего с обвиняемым. Возможность не только прекращать уголовное преследование за примирением, но и не начинать такое преследование, если пострадавший этого не желает, что характерно для дел частного обвинения.

Однако, если никто не возражал против того, что возможность освобождения от уголовной ответственности лиц, совершивших преступление, есть прерогатива материального права, то относительно дел частного обвинения сложилась совсем иная точка зрения. Возможно, такое положение объясняется, во-первых, тем, что обозначение терминов «частное обвинение», «дела частного обвинения» фиксирует внимание на специфике судопроизводства по определенной категории уголовных дел. Во-вторых, это можно объяснить сложностью нормативного определения оснований отказа от уголовного преследования лиц, совершивших преступления определенной категории.

В этой связи материально-правовыми и процессуальными основаниями выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения, в особую категорию дел - явились: 1) особая природа преступлений, ущемляющих в основном не публичные, а частные интересы граждан в сфере особых общественных отношений (бытовых, семейных, дружеских); 2) небольшая общественная опасность отдельных преступлений; 3) для установления наличия состава преступления имеет значение мнение потерпевшего; 4) возможность освобождения правонарушителя от уголовной ответственности за содеянное для урегулирования конфликта (примире-

ние сторон), с целью не причинения еще большего вреда пострадавшему фактом обнародования содеянного, а не самим преступлением; 5) возможность представления доказательств без проведения предварительного расследования вследствие использования в качестве доказательств показаний очевидцев совершенного преступления; 6) необходимость показаний потерпевшего для правильного рассмотрения дела, поскольку именно он указывает цель разбирательства, представляет доказательства; 7) стремление определить справедливый порядок судопроизводства путем повышения активности граждан в борьбе с правонарушениями; 8) невозможность привлечения к уголовной ответственности всех лиц, совершивших преступления, в силу существования латентной преступности.

Если проанализировать источники отечественного уголовно-процессуального права, то, безусловно, первым этапом реформирования судопроизводства по делам частного обвинения можно считать период действия Устава уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 г. вплоть до 1917 г. В ст. 2, 5, 16, 20, 42, 120, 165, 273, 297, 479, 511, 526, 527, 540, 543, 581, 585, 593, 630, 736, 741, 748, 797, 820, 853, 857, 893 Устава были сформулированы особенности судопроизводства, свойственные делам частного обвинения. К таковым, в частности, относились: 1) особенности возбуждения судебного преследования частными лицами; 2) возложение обязанности по обличению виновного перед судом на частного обвинителя; 3) допустимость прекращения судебного преследования за примирением обвиняемого с обиженным; 4) поводом к разбирательству дел являлась жалоба частного лица; 5) возложение обязанности на мирового судью и председателя съезда по склонению сторон к миру;

6) особенности полномочий частного обвинителя;

7) обвинительным актом выступала жалоба частного обвинителя.

Вторым этапом можно считать советский период развития особенностей уголовного судопроизводства по делам частного обвинения (1917-1991 гг.). После октябрьской революции 1917 г. перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, был значительно сужен. Однако, особенности судопроизводства по делам частного обвинения остались. Так, еще в ст. 4 УПК РСФСР 1923 г. говорилось о том, что «уголовное преследование подлежит прекращению за отсутствием жалобы потерпевшего по делам о преступлениях, возбуждаемым не иначе, как по таковым жалобам».

Вместе с тем, этому периоду свойственна повышенная роль прокурора в судьбе дел частного обвинения. В ст. 10 этого же кодекса предусматривалось, что «дела о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 153, ч.1 ст. 157, 172, 173, 174, 175 Уголовного кодекса, возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего, коему принадлежит в этих случаях право поддержания обвинения, и подлежат прекращению в

случае примирения его с обвиняемым. Однако, если прокуратурой признано будет необходимым вступить в дело в целях охраны публичного интереса, то поддержание обвинения в этом случае принадлежит только прокуратуре, и дело не подлежит прекращению в случае примирения потерпевшего с обвиняемым».

Еще одной характерной чертой дел частного обвинения, которая появилась в советский период, стала возможность соединения судьей в одном производстве встречного заявления и первоначального.

В годы Советской власти, особенно в период «Сталинского правления», стоял вопрос об упразднении частного обвинения. Идеология приоритета общественных интересов над частными в тот исторический период активно пропагандировалась и наложила свой негативный отпечаток на уголовно-процессуальное законодательство того периода. Однако, в УПК РСФСР 1961 г. были прописаны особенности дел частного обвинения. Активизировались научные исследования по данной тематике.

Третий (нынешний) этап реформирования уголовного судопроизводства следует считать не с момента принятия УПК РФ 2002 г., а с 90-х гг. прошлого столетия, когда вносились изменения в действовавший тогда УПК РСФСР, осуществлялась судебно-правовая реформа. Вместо обсуждаемого и логичного расширения перечня преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, законодатель сузил сферу частного обвинения. После принятия решения Конституционного Суда РФ, суд общей юрисдикции лишился права возбуждать уголовные дела, в том числе и дела частного обвинения. Вместо жалобы потерпевшего, основанием уголовного преследования стало заявление потерпевшего, его законного представителя. Особенности судопроизводства у мирового судьи, в том числе по делам частного обвинения, нашли свое отражение в специальной главе УПК РФ (гл. 41). Ограничены полномочия прокурора по делам частного обвинения. Однако, отдельные проблемные вопросы так и не нашли своего должного отражения в соответствующих кодексах.

Так, если обратиться к ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, то можно убедиться в допустимости в рамках уголовного судопроизводства прекращения конфликта сторон, а соответственно, и производства по уголовному делу за примирением сторон. Данный правовой институт в правоприменительной практике постоянно расширяется, совершенствуется. Ему даже посвящено специальное постановление Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27 июня 2013 г.

Что касается дел частного обвинения, перечень которых сейчас ограничен преступлениями, предусмотренными ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128-1 УК РФ, то производство по таким делам подлежит прекращению мировым судьей за примирением сторон без соответствующих условий (совершение преступления впервые, заглаживание причиненного потер-

певшему вреда). По смыслу действующего закона допускается прекращение производства по уголовному делу за примирением сторон в отношении лица, которое распространило заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство другого лица (клевета). В то же время, если эти сведения, унижающие честь и достоинство лица, распространялись в неприличной форме, даже не заведомо (оскорбление), то данное деяние после декриминализации Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. теперь не является настолько общественно опасным и преследуется в административном порядке.

Действующее российское законодательство не предусматривает ни оснований, ни процедуры прекращения мировым судьёй производства по делу об административном правонарушении за примирением сторон вследствие публично-правового характера таких правонарушений. В то же время, КоАП РФ содержит ряд деяний, затрагивающих в большей степени не публичный, а частный интерес потерпевших (гл. гл. 5-7). К таковым относятся административные правонарушения, посягающие на права, здоровье, санитарно-эпидемиологическое благополучие, собственность граждан.

Следовательно, буква закона не позволяет прекратить производство по делу за примирением сторон в случае, когда в ходе судебного разбирательства не будет установлено заведомой ложности распространенных в неприличной форме сведений, порочащих честь и достоинство потерпевшего. Согласно же духу закона, если допускается прекращение уголовных дел за примирением сторон, то аналогичный правовой институт должен применяться и при совершении административного правонарушения. КоАП РФ не предусматривает административной ответственности за покушение на административное правонарушение или за приготовление к нему. Положение о том, что состав административного правонарушения охватывает только оконченное противоправное деяние, совершенное физическим или юридическим лицом, достаточно четко подчеркнуто в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при

применении Кодекса об административных правонарушениях» (п. 19).

Актуальность исследования проблем соотношения частного и публичного в уголовном процессе обусловлена не только неоправданным сокращением перечня дел частного обвинения, но и необоснованно расширительным применением института примирения сторон в уголовном судопроизводстве, независимо от объекта преступного посягательства. Особые споры вызывает возможность прекращения уголовных дел за примирением сторон по двухобъектным преступлениям, когда основным непосредственным объектом преступления выступают общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность государственных органов (например, ст. 286 УК РФ). Существуют также преступления, где физические лица не выступают в качестве потерпевших и примиряться не с кем. Например, сбыт наркотических средств (ст. 228-1 УК РФ), жестокое обращение с животными (ст. 245 УК РФ).

В целях регламентации судопроизводства по уголовным делам, по которым допускается прекращение дел за примирением сторон, заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, следует расширить перечень дел, преследуемых в порядке частного и частно-публичного обвинения, руководствуясь при этом материально-правовыми и процессуальными критериями.

Поскольку даже уголовный закон предусматривает институт освобождения от уголовной ответственности за совершение преступлений небольшой тяжести в связи с примирением сторон, то и административное законодательство должно отразить аналогичный правовой институт. В этой связи ст. 2.9 КоАП РФ следует дополнить ч. 2 следующего содержания: «От административной ответственности может быть освобождено лицо, совершившее административное правонарушение, предусмотренное гл.гл. 5-7 настоящего Кодекса, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причинённый потерпевшему вред». Подлежит регламентации примирительная процедура, которую проводит мировой судья, в том числе по делам частного обвинения.

Договорное право: учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция» / [Н.Д. Эриашвили и др.]; под ред. Н.Д. Эриашвили, В.Н. Ткачёва. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2015. 239 с. (Серия «Юриспруденция для бакалавров»).

Учебное пособие содержит общие положения договорного права: понятие и содержание договора, виды договора, порядок заключения договора, изменения и расторжения договора. Рассматриваются все виды договоров, наиболее распространенные из них анализируются подробнее.

Для студентов и преподавателей юридических вузов и факультетов, а также для всех, кто захочет получить конкретную информацию о том или ином виде договора.