Герои новой деревенской прозы: между Платоном Каратаевым и Тихоном щербатым

УДК - 83.34

ГЕРОИ НОВОЙ ДЕРЕВЕНСКОЙ ПРОЗЫ: МЕЖДУ ПЛАТОНОМ КАРАТАЕВЫМ

И ТИХОНОМ ЩЕРБАТЫМ

А.В. Шаравин, О.А.Якушева

Данная статья посвящена рассмотрению героев новой деревенской прозы, восходящих к образам Платона Каратаева и Тихона Щербатого (А. Цыганов «Таланиха», Р.Сенчин «Постоянное напряжение», Р.Солнцев «Братья - пасечники», В.Распутин «Нежданно-негаданно»). В указанных художественных текстах персонажи рассматриваются с позиции активного сопротивления злу или невозможности противиться ему. Ключевые слова: толстовская традиция, герои, восходящие к образам Платона Каратаева, Тихона

Щербатого, новая деревенская проза.

Образ Платона Каратаева - проявление «мысли народной» на персонажном уровне произведения.

Рисуя образ Каратаева, автор подчеркивает слово «круглое», которое становится символом гармонически цельного человека: «.. .вся фигура Платона в его подпоясанной веревкой французской шинели, в фуражке и лаптях, была круглая, голова была совершенно круглая, спина, грудь, плечи, даже руки, которые он носил как бы всегда собираясь обнять что-то, были круглые; морщинки -мелкие, круглые. Пьер чувствовал что-то круглое даже в речи этого человека»[1, с.201].

В данном образе Толстой изобразил мирное, доброе, духовное начало, предельно усилив и укрепив в нем черты простого русского человека, ставшего олицетворением всего доброго, русского. В Платоне Каратаеве мы видим глубокую мудрость и гармонию внутренней жизни, которая дается безграничной верой в волю Бога на все происходящее на Земле, верой в победу добра и справедливости, порождающую непротивление злу насилием и принятие всего, что бы не происходило. Данный персонаж является воплощением того мирового закона, к постижению которого стремятся любимые герои Л.Н.Толстого.

Другое воплощение «мысли народной» - образ Тихона Щербатого, выражающего активное начало русского духа, народные способности бесстрашно вести войну против захватчиков. Это воплощение народа - богатыря, поднявшегося на защиту Родины. Он является самым храбрым и сильным солдатом в отряде Денисова. В образе Тихона Щербатого сосредоточились дух народа-мстителя, находчивость, мастеровитость, трудолюбие и удаль русского крестьянства. С топором в руках идет он на врага под воздействием естественного патриотического чувства и ненависти к захватчикам.

Образы Платона Каратаева и Тихона Щербатого задают два полюса героев: активных (сопротивляющихся злу) и пассивных (созерцательных, исправляющих зло недеянием). Подобная акцентовка характеров определяет изображение героев и в новой деревенской прозе.

Писатели начала XXI века не случайно обратились именно к этим героям Л.Н. Толстого. Платон Каратаев и Тихон Щербатый воплощают два противоположных качества, характерных для русского человека: смирение, кротость, братство, единение со всем и со всеми и одновременно свободолюбие, страстность, бунтарство, непокорность.

В характеристике Платона Каратаева определяющим является слово «круглое». Но в произведении А.Цыганова «Таланиха»(2009) данное определение относится к приезжим псевдореставраторам и употребляется в значении «напряженный, готовый к обману». Вот каким увидела одного из них главная героиня Катерина Глебовская: «... Стоит, только что притолоку головой не подпирает: набычился, борода лопатой, у самого носа два круглых бойких глаза, в майке и трусах до колен цветных, ноги будто тумбы, все волосатые и вдобавок в тапочках кожаных без носков»[2, с.8.]. «Каратаевская мета» придана автором герою, по характеру совершенно противоположному персонажу Л.Н. Толстого.

Жители села Таланиха изображаются автором в русле каратаевской традиции: старухи безмятежно, смиренно пьют чай, отвечая дружелюбно на приветствие непрошенных гостей. Но, как только они узнают об истинных намерениях реставраторов ,(отнять у них самое дорогое - семейные реликвии) - тихие, добродушные старухи меняются - они принимают решение оказать сопротивление незваным гостям, и теперь они больше напоминают Тихона Щербатого, нежели Платона Каратаева. Ведь иконы являются артефактами прошлого, на которых основывается деревенская жизнь, ради них деревенские жители готовы бороться из последних сил.

Вечером приежает машина с «реставраторами», а дальше всё происходит для героев-сельчан из деревни Таланиха как будто во сне. Первой пришла в себя Катерина Глебовская, она бросилась на незваных гостей с вилами: ей пригрезилась война и покойный муж. Данный образ сопоставим с образом старостихи Василисы Кожиной из романа Л.Н.Толстого «Война и мир», косой снёсшей голову

французу.

Сцена из мирной жизни начинают приобретать «военный колорит». Переход от пассивного каратаевского начала к активному началу Тихона Щербатого происходит в считанные мгновения, что является национальной чертой русского народа. «Кажется, ничего уже не понимающие парни, развернувшись боком, медленно потянулись к леску; сначала как бы играючи, нехотя, но страх, бодро настраивая на здравые размышления, ускорял их бег, направляя к близкому леску. «Реставраторы» толпой, как бы в шутку, добежали до опушки леса, а дальше, негромко матерясь, ринулись от греха подальше, в самую чащобу, попав в непроходимый бурелом, над которым грозной тучей вяло колыхались полчища гнуса, в мгновение ока поглотившие беглецов»[2, с.12],- так автор описывает картину бегства тех, кто хотел отобрать у жителей Таланихи самое дорогое - их иконы, передающиеся от поколения к поколению.

В финале данного произведения звучит мысль о начале чего-то нового, о гордости за себя и свою малую родину, которая является источником жизни: «А между тем было начало такого в птичьем посвисте утра, когда человеку невольно кажется - кто бы ещё это видел, - что именно от этих маленьких деревянных домиков с крохотными баньками в густой зелёной траве да синего озера - блюдечка, овеянных теперь волшебно-золотым светом, и начиналась когда-то сама земная жизнь»[2, с.14].

Коренным нижнеусинцам - семье Мерзляковых, представленным в рассказе Р. Сенчина «Постоянное напряжение»(2005), приходится жить в постоянном страхе. Они все время ждут, что их снова обворуют (в их крольчатник забирались уже третий раз). Отец и сын пытались поймать воров, но у них не получилось. Поэтому Николай Федорович (глава семейства) принимает в начале рассказа решение - мстить, активно действовать, чтобы защитить свою семью и хозяйство от повторных краж, отомстив преступникам: «О способах мщения он долго не размышлял - ему ли, электрику, выбирать? Шандарахнуть током по воровским лапам, и пускай всю остальную жизнь дрожат они, ложку до рта полчаса несут, расплескивая похлебку из его, Николая Федоровича, кроликов. Подонки...»[3, с.7]. Желание главного героя оградить свое подворье проволокой с электрическим током, казалось бы, свидетельствует об активном сопротивлении злу.

Однако, финал рассказа остается открытым: автор ставит персонажа перед проблемой нравственного выбора, заставляя задуматься о правильности своего решения и надеясь на преобладание доброго (каратаевского) начала в душе главного героя. Для Р. Сенчина важно, что когда персонаж защищает не субстанциональные основы русской жизни, а свои собственные интересы, обнаруживается типологическое сближение с образом Платона Каратаева.

Традиция воплощения образов Платона Каратаева и Тихона Щербатова находят своё отражение в главных героях рассказа Р.Солнцева «Братья-пасечники»(2007). Уже в начале произведения автор в игровой форме напоминает о гение русской литературы, вводит толстовский контекст, акцентируя сравнение своих персонажей с героями романа «Война и мир»: «Старик с длинной двойной бородой, похожий на Льва Толстого, проскрипел на велосипеде, важно откинув назад голову, глянул на меня и отвернулся- не признал, а может быть, он не из этих мест, приезжий» [4, с. 84]. Главные герои произведения братья - близнецы Тимур и Васил изображаются в «каратаевском ключе»: в их описании преобладает слово «круглый»: «Они, конечно, были похожи и лицами, и статью: мосластые, круглоголовые, лысоватые...»[4, с.86]. Оба прошли Великую Отечественную войну (было им за сорок лет), а сейчас занимались пчеловодством, добросовестно отдавая все силы своему любимому делу. Не случайно Р. Солнцев выбрал своими героями братьев-пасечников. Пчелы всегда олицетворяли для Л.Н. Толстого высшее, органическое, роевое начало жизни. Весь роман «Война и мир» пронизывает ощущение слитности, цельности, признание чего-то «нерушимого, невещественного», что составляет основу «истинного бытия». Мысль Л.Н. Толстого о «сопряжении», единении прослеживается в эпопее и в описаниях, где Москва сравнивается с ульем, и в исканиях главных героев, сближающих их с народным идеалом. В контексте этой идеи о высшем роевом начале русской жизни художественно функционирует и рассказ Р. Солнцева. Братья-пасечники живут в идиллическом хронопопе: «.только пчелы и цветы»[4,с.87]. Они словно напоминают о природном, естественном герое классической деревенской прозы («... с ленивыми, словно слипающимися от счастливой, сонной жизни на природе рыжими веками»[4, с.86]).

Их трудолюбие и деталь портрета («рыжие веки») провоцируют на сопоставление с жизнью и описанием пчел. А один из братьев - Васил в своих рассказах поэтизирует процесс сбора меда насекомыми: «Мед - это письмо пчел. А цветы пишут письма людям. А пчелы носят.» [4, с. 87]. В рассказе пасека - один из последних идиллических хронотопов русской деревни, где сохранилось роевое начало русской жизни. Не случайно рассказчик художественно воссоздает это место как царство растительности («и пшеница, и рапс, и подсолнухи, и если правее оглянуться - тальник, смородина, шиповник, ежевика», за рекой «луга, где бездна сладкого разнотравия»), завершается

описание природного пейзажа емкой деталью: «Да тут и сам воздух как мед» [4, с.87]. В этом идиллическом уголке и разворачивается конфликт главных героев произведения с новым секретарем райкома.

Жестокость и безнаказанность секретаря райкома Курбанова, который во время своих приездов высказывает недовольство братьям по поводу качества их мёда, доводят контуженного на войне Тимура до приступа эпилепсии. Неверие одного из помощников секретаря райкома в истинность болезни провоцирует у Васила (простодушного, терпеливо объясняющего «гостям» непохожесть одного вида меда на другой, кроткого, смиренного, схожего с образом Платона Каратаева) приступ гнева. Он бросает обидчика в воду, этот поступок героя напоминает об образе Тихона Щербатого, который вел активную, непримиримую борьбу со злом и несправедливостью.

Последующий арест Васила превращает его брата в активного борца за правду: Тимур пришёл на суд, принеся с собой пчел, выпустив их тогда, когда его хотели удалить из зала за реплику с места. Пчелы описываются как символ возмездия, они мстят тем, кому враждебны субстанциональные основы русской жизни. («Рой пчел - там был именно рой- он, как шаровая фиолетовая молния, выкатился и, поднявшись, грозно гудя, поплыл над всеми»)[4, с. 88]. Братьев отправили в Сибирь, и они не вернулись, но односельчане до сих пор помнят этих честных, трудолюбивых людей, у которых всегда был настоящий мёд. Идея рассказа расскрывается в конфликте нового секретаря райкома с братьями-пасечниками. Необъяснимое раздражение, которое вызывает у начальника настоящий хороший мед, может быть объяснено не только его самодурством, но и инстинктивной враждебностью власти к истинным роевым началам русской жизни.

Доброта, простота, милосердие и сострадание к ближнему - эти черты характера Платона Каратаева находят свое отражение в образе главного героя рассказа В.Распутина «Нежданно-негаданно»(1998). Сеня Поздняков неожиданно для себя оказывается причастным к судьбе девочки с личиком ангела, но тусклым, не освещенным изнутри светом, каким светятся детские лица. Сеня не сразу понял, а современный читатель с первых строк догадался, что очень красивая, привлекающая людское внимание девочка - профессиональная нищенка, из тех детей, какие побираются не для себя. И дети, и калеки, и старики стали способом наживы, они работают на своего «босса», строго приглядывающего за ними, регулярно отбирающего все, что им удается собрать. Наконец и Сеня это понимает: ему представляется возможность увезти девочку к себе в деревню, где она постепенно оттаивает, приходит в себя.

Однако недолгими оказались детские радости Кати и счастье приютивших ее Сени и Гали. Катю увозят приехавшие за ней два мужика. Детское лицо еще вздрагивало, «но уже окаменевало, нижняя губа, дергающая лопаточкой вперед, прилипла к верхней, глаза затухли»[5, с.219]. Девочка знала тех, кто ее отыскал, торопясь уйти, она спасает приютивших ее людей от всего того, что могут учинить над ними ее хозяева. Сеня Поздняков - это герой, в характере которого проявились такие каратаевские черты, как пассивность, неготовность к активным действиям: он побоялся вмешаться в происходящее, вступиться за девочку. И.И. Стрелкова замечает: «У девочки по этой части больше опыта, чем у деревенских жителей. Она обладает сильным характером, и это дает читателю надежду, что, может быть, все же не пропадет, выстоит, выберется.» [6, с.84].

В новой деревенской прозе (Р.Сенчин «Постоянное напряжение», Р.Солнцев «Братья -пасечники», А.Цыганов «Таланиха», В.Распутин «Нежданно-негаданно», и др). появляются герои как активно сопротивляющиеся злу, так и отступающие перед ним.

Активное и пассивное сопротивление злу находят свое непосредственное отражение в произведениях указанного периода, герои которых являются наследниками толстовской традиции изображения «мысли народной»: они двойственны и сочетают в себе черты характера Платона Каратаева и Тихона Щербатого. Однако все же в новой деревенской прозе преобладают герои, в которых художественно воплощено развитие характера от Платона Каратаева к Тихону Щербатому, так как они защищают субстанциональные начала русской жизни.

The article deals with the examination of aspects of conflict between the good and evil bassed on materials taken from works of new village prose (A.Tsyganov “Talanikha”, R.Senchin “Postoyannoe napryazhenie”, R. Solntsev “Brothers - pasechiki”, V.Rasputin “Nezhanno-negadanno”). In the following art works active resistance to the evil and impossibility of the heroes to resist it are described.

The key words: heroes, Platon Karataev, Tihon Scherbatov, new village prose.

Список литературы

1. Толстой Л.Н. Война и мир. М.: «Художественная литература», 1986. Т.2. С.201.

2. Цыганов А. Таланиха//Наш современник. 2009. №8. С.8.

3. Сенчин Р. Постоянное напряжение//Дружба народов. 2005. № 1. С.7.

4. Солнцев Р. Братья-пасечники//Новый мир. 2007. № 6. С.86.

5. Распутин В. Повесть и рассказы. М.: «Детская литература», 1998. С.219.

6. Стрелкова И. В.Астафьев, В.Белов, В. Распутин, В.Шукшин в жизни и творчестве. М.: «Дрофа», 2005. С.84.

Об авторе

Шаравин А.В. - доктор филологических наук, профессор Брянского государственного университета имени академика И.Г. Петровкого.

Якушева О.А. - аспирант Брянского государственного университета имени академика И.Г.Петровского, oliayackusheva@yandex.ru.