СПОСОБ ОТОПРОТЕКЦИИ ПРИ ВОЗДЕЙСТВИИ ШУМА НА ОРГАНИЗМ ЧЕЛОВЕКА
METHOD FOR OTOPROTECTION IN CASE OF NOISE EFFECT AT HUMAN BODY

Настоящее изобретение относится к области медицины и найдет применение в оториноларингологической практике, например, для лечения больных с сенсоневральной тугоухостью.
Авторами изобретения установлено, что дыхание кислородно-азотно-аргоновой газовой смесью при нормальном давлении обеспечивает защитный эффект улитки от негативного действия шума. Выявленный защитный эффект аргона при экспериментальной гипоксии и при экспозиции шума у человека открывает перспективу новой терапевтической стратегии при шумовом поражении органа слуха, ототоксических процессах в улитке и, возможно, нового направления в лечении сенсоневральной тугоухости и ушного шума.
В настоящее время исследования в данной области касаются определения показаний к различным видам воздействий на человека, прогнозирования результатов, предусматривающее клиническое и аудиологическое обследование (RU 2168932 C1 A61B 5/02 пуб. 20.06.2001). При этом установлено положительное влияние комплексного воздействия при лечении сенсоневральной тугоухости активного вещества в сочетании с воздействием газовых дыхательных смесей, например, 40-45%-ной воздушно-кислородной смеси (RU 2232014 C1 A61K 31/02 пуб. 2004.07.10).
В последние годы исследователи проявляют повышенный интерес к изучению биологических эффектов инертных газов, к числу которых относятся: ксенон (Хе), аргон (Аr), криптон (Кr), гелий (Не), неон (Ne) и радон (Ra). Некоторые из этих газов (Хе) проявляют анестетический эффект при нормальном атмосферном давлении в смеси с кислородом, у других (Аr и Кr) этот эффект отмечается только в условиях гипербарического окружения, третьи (Не, Ne и Ra) - вовсе лишены этого эффекта. Наиболее важным результатом исследований последних лет является подтвержденный нейропротективный эффект Хе при нейрональных повреждениях, вызванных гипоксией [1, 2, 3]. Механизм этого эффекта до конца не ясен, однако ведущая роль в этом процессе принадлежит регуляции гомеостаза кальция, препятствующего его аккумуляции в клетке посредством торможения N-methyl-D-aspartate (NMDA) рецепторов, которые вовлечены в гибель клетки в связи с гипоксией и ишемией [4, 3].
2
2
2
Биологический защитный эффект Аr на клетку практически не изучен, хотя этот газ менее дорогой и не имеет анестетического эффекта при нормальном давлении [5]. С использованием органотипической культуры крыс линии Wistar было проведено исследование влияния Аr при гипоксии и лекарственно-вызванном (гентамицин, цисплатин) повреждении наружных волосковых клеток (НВК) и внутренних волосковых клеток (ВВК) кортиева органа [5, 6, 7]. Выживаемость культур волосковых клеток (ВК) кортиева органа новорожденной крысы в абсолютной аргоновой (95% Аr - 5% СО) гипоксии была достоверно выше, чем в азотной (95% N - 5% CO) гипоксической среде [6, 7].
Abraini et al., [40], обнаружили, что Аr может оказывать прямое действие на рецепторы гамма-аминомасляной кислоты (γ-aminobutyric acid - GABA) посредством потенциирования подтипа «GABA-A» нейротрансмиссии [41].
2
В условиях гипоксического состояния дыхание газовой смесью, состоящей из: ≥25% Аr и 4-5% кислорода (О) при нормальном давлении, увеличивало выживаемость крыс по сравнению с животными, находившимися в аналогичных условиях, но без содержания в газовой среде Аr [8].
2
2
В ранее проведенных исследованиях с участием человека в ГНЦ РФ - ИМБП РАН, было установлено, что длительное (7 суток) пребывание человека в нормоксической (O-N-Ar) среде является безопасным. Показатели сердечно-сосудистой и дыхательной систем, биохимические параметры крови и мочи, а также результаты тестов на умственную и физическую работоспособность находились в рамках возрастной физиологической нормы [9, 10].
Задачей данного изобретения является получение защитного отопротективного эффекта у человека при экспозиции шума.
Техническим результатом является получение выраженного терапевтического эффекта аргона при воздействии шума на организм человека, а также возможности предупреждения разрушения клеток слуховой системы человека. Кроме того, поскольку заявленный способ не имеет аналогов, то реализация заявленного назначения также является техническим результатом.
Поставленная задача и технический результата достигаются способом отопротекции при воздействии шума на организм человека, включающим дыхание человеком кислородно-азотно-аргоновой газовой смесью при нормальном давлении, причем используют газовую смесь следующего состава: 16±0,5% кислорода, 60±1% азота и 24±1% аргона.
Способ осуществляется следующим образом.
В исследованиях участвовали 10 здоровых мужчин-добровольцев в возрасте 18-25 лет. Исследования были проведены на основе утвержденной программы и разрешения комиссии по биомедицинской этике при ГНЦ РФ ИМБП РАН от 25.11.05 г. в полном соответствии с требованиями Российского Национального Комитета по биоэтике. Все обследуемые подписали информированное согласие на участие в настоящих исследованиях.
Все добровольцы прошли медицинское обследование, по результатам которого они были признаны здоровыми и допущены к участию в исследованиях. У добровольцев отсутствовали указания на заболевания ушей в прошлом, отомикроскопическое обследование не выявило изменений барабанных перепонок. По данным тональной аудиометрии и тимпанометрического обследования (тимпанограмма типа «А») была исключена патология слуховой системы.
Обследуемые были проинформированы о том, что за 7 дней, предшествовавших началу эксперимента, они должны исключить шумовую нагрузку (прослушивание громкой музыки, использование плейера и т.п.).
Рассмотрим три примера, условно названные «Фон», «Шум» (сравнительные) и пример реализации заявленного способа «Шум + Аргон».
Протокол испытаний включал проведение 3 серий исследований: I - фоновые исследования функционального состояния слуховой системы («Фон»); II - исследование слуховой системы до и после 1-часовой экспозиции шума интенсивностью 85дБ («Шум»); III - исследование слуховой системы до и после 1-часовой экспозиции шума интенсивностью 85дБ и дыхания обследуемых кислородно-азотно-аргоновой смесью: [использовали газовую смесь следующего состава: 16±0,5% кислорода, 60±1% азота и 24±1% аргона], при нормальном давлении («Шум + Аргон»). Во время II и III экспериментальных серий осуществлялся контроль за самочувствием обследуемых путем опроса, измерения частоты сердечных сокращений (по RR - интервалу ЭКГ и регистрации артериального давления крови по Короткову).
Объем исследований функционального состояния слуховой системы включал: тональную пороговую аудиометрию; исследование задержанной вызванной отоакустической эмиссии (Transient evoked otoacoustic emission - ТЕОАЕ) и отоакустической эмиссии на частоте продукта искажения (Distortion product otoacoustic emission - DPOAE); регистрацию акустических стволомозговых вызванных потенциалов - (Brain evoked response audiometry -"BERA"); экстратимпанальную электрокохолеографию (Electrocochleography -"EcohG").
Исследования проводились в шумозаглушающей камере фирмы Tracor Inc., Austin Texas (модель AR9S, США). Шум подавался через воздушные телефоны TDH 39P "Telephonics" от клинического аудиометра АС40 "Interacoustics" (Дания).
Для регистрации чисто тональных порогов слуха по воздушной и костной проводимости звука был использован аудиометр АС40 той же фирмы и стандартная аудиометрическая процедура (менее 10dB потери слуха в октавном интервале от 125 до 8000 гЦ на каждое ухо).
Для оценки ТЕОАЕ использовали систему "ЕР25 - Interacoustics", оснащенную соответствующей программой для регистрации ОАЕ. Во время регистрации ТЕОАЕ зонд позиционировали в наружном слуховом канале обследуемого с помощью специального ушного обтуратора индивидуального размера. Использовали стандартные режимы регистрации ТЕОАЕ: стимуляция - нелинейная; интенсивность "click" - стимулов 75dB/SPL; количество стимулов - 1000; соотношение «сигнал/шум»; скриннинговый алгоритм - 3 дБ; минимальное число частотных полос - 5.
Для регистрации DPOAE использовали портативную систему "OtoRead™ ОАЕ" фирмы "Interacoustics" (Дания). Частотные полосы: 1,5; 3,0; 4,0; 6,0 кГц.
Регистрацию BERA осуществляли с помощью системы ЕР25 "Interacoustics", по стандартной методике при «вертекс-мастоидальном» отведении. Программа включала: 2000 звуковых «щелчков» с частотой 11,1/сек и интенсивностью 70дБ над порогом слуха, предъявляемых в частотном диапазоне 150-3000 Гц. Регистрация вызванного ответа осуществлялась ипсилатерально с эпохой анализа 10 мсек. На контралатеральное ухо подавался маскировочный шум интенсивностью 40 дБ.
EcohG производили также с использованием системы ЕР25 "Interacoustics." Интенсивность стимула составляла 100 dB/SPL (13,1 stim./s.). Количество стимулов - 1200 (альтернирующий режим, частотная полоса - до 3000 гЦ, окно анализа - 8 ms). Использовали экстратимпанальные пористые электроды "Tip-Trode", покрытые золотой фольгой. После тщательной обработки кожи наружного слухового канала спиртом электрод, смазанный электропроводящим гелем, в сжатом виде вводился в слуховой канал. Подобная манипуляция обеспечивала низкий импеданс (менее 10К ohm) и более эффективное выявление ранних компонентов EcohG. К фольге с помощью специального «аллигаторного» зажима прикреплялся провод, соединяющий электрод с предусилителем.
Дыхание кислородно-азотно-аргоновой газовой смесью при нормальном давлении осуществлялось через маску. Газовая смесь подавалась от баллонов через специальный редуктор с подогревом смеси до комфортной температуры.
Цифровые значения исследуемых показателей были подвергнуты статистической обработке с использованием программы "Microsoft Excel".
Проведенные три серии являются тремя примерами реализации способа.
Как следует из описанных конкретных примеров реализации, все добровольцы во II и III экспериментальных сериях субъективно перенесли воздействие хорошо. Анализ анкет-опросников показал, что общее самочувствие обследуемых не ухудшалось в период экспозиции шума и при дыхании кислородно-азотно-аргоновой смесью на фоне шума. Колебания частоты сердечных сокращений и артериального давления были в пределах возрастной нормы.
Оценка динамики тональных порогов слуха показала, что после 1-часовой экспозиции шума имело место повышение тональных порогов слуха практически по всему диапазону исследуемых частот, в пределах от 1 до 4,5дБ (для правого уха) и от 1 до 5,5 дБ (для левого уха). В серии «Шум + Аргон» отмечено понижение порогов слуха в пределах (0,5-3,5дБ и 0,5-3 дБ для правого и левого уха соответственно). На отдельных частотах улучшение слуха было достоверным.
Таким образом, из примеров следует, что в условиях дыхания кислородно-азотно-аргоновой газовой смесью на фоне шума у добровольцев отмечена тенденция к улучшению пороговой чувствительности слуха по сравнению с серией «Шум».
По данным регистрации ТЕОАЕ можно отметить, что уже в фоновом периоде был отмечен определенный разброс амплитудных и частотных составляющих задержанной вызванной отоакустической эмиссии, что соответствует литературным данным о большой индивидуальной вариабельности этих показателей у здоровых лиц [11]. Однако индивидуальные реакции обследуемых были относительно стабильными при повторных исследованиях, что согласуется с литературными данными [12, 13].
В серии «Шум» наблюдалась отчетливая тенденция к снижению амплитуды ТЕОАЕ практически во всех октавных полосах исследуемых частот (Фиг.1А). Причем в частотном диапазоне [0,5-1,5 кГц и 1,5-2,5 кГц] уменьшение амплитуды было достоверным. В серии «Шум + Аргон», отмечена умеренная тенденция к увеличению амплитуды ТЕОАЕ, кроме частотного диапазона 4,5-5,5 кГц. Однако эти изменения были недостоверными.
Оценивая изменения ТЕОАЕ по показателю «репродуктивности» (Фиг.1В), можно отметить, что при исходных значениях 79% и 74% (для правого и левого уха соответственно) в серии «Шум» было зарегистрировано отчетливое снижение этого показателя до 68% и 67%. Напротив, в серии «Шум + Аргон» этот показатель достоверно увеличился и практически соответствовал фоновым значениям.
По данным исследования абсолютного уровня DPOAE и соотношения «сигнал/шум» в тесте DPOAE, выявлена отчетливая тенденция к снижению этих показателей в серии «Шум» (Фиг.2) с последующей тенденцией к их повышению в серии «Шум + Аргон» (кроме частоты 6 кГц).
Изучение вызванных акустических потенциалов ствола головного мозга (BERA) обнаружило тенденцию к уменьшению амплитуды I пика в серии «Шум» (Фиг.3) и достоверное увеличение этого показателя в серии «Шум + Аргон» до значений, близких исходным. Что касается латентных периодов (ЛП) пиков I и V (таблица 1), то в серии «Шум» было зарегистрировано увеличение этих показателей с последующим достоверным (Р<0,05 и Р<0,001 соответственно) снижением ЛП в серии «Шум + Аргон».
Таблица 1
Латентные периоды пиков I, V пиков BERA
Экспериментальные серии
Фон
Шум
Шум + аргон
Исследуемое ухо
Правое
Левое
Правое
Левое
Правое
Левое
ЛП I пика
1,73±0,1
1,75±0,1
1,75±0,1
1,81±0,3
1,64±0,18*
1,62±0,17*
ЛП V пика
5,47±1,23
5,48±1,3
5,57±1,15
5,59±1,12
5,43±1,16**
5,41±1,15**
Условные обозначения:ЛП - латентный период (мсек).BERA - акустические стволомозговые вызванные потенциалы головного мозга.* Р<0,05** Р<0,001
Результаты электрокохолеографии (Фиг.4) показали, что соотношение «суммационного/акционного» потенциала улитки в серии «Шум» возрастало (более чем 2-кратно) с последующим достоверным (Р<0,05) уменьшением этого показателя в серии «Шум + Аргон».
Таким образом, общая направленность реакции слуховой системы добровольцев в условиях воздействия шума на фоне дыхания газовой смесью с содержанием аргона позволяет сформулировать мнение о том, что дыхание кислородно-азотно-аргоновой смесью [16±0,5% кислорода, 60±1% азота и 24±1% аргона] способно обеспечить отопротективный эффект при экспозиции шума.
В уровне техники описан феномен - «индивидуальной чувствительности слуховой системы человека к воздействию шума» [14, 15, 16, 17]. Индивидуальный характер реакции слуховой системы добровольцев наблюдался практически при всех использованных методах оценки слуха - как субъективных (тональная аудиометрия) - так и объективных (ТЕОАЕ, DPOAE, BERA и EcohG). Наиболее эффективными тестами в выявлении неблагоприятного действия шума на внутреннее ухо добровольцев, а также отопротективного эффекта кислородно-азотно-аргоновой газовой смеси были DPOAE, BERA и EcohG, что хорошо согласуется с литературными данными [18, 19].
Известно, что воздействие шума может приводить к изменениям в большинстве клеточных систем улитки и быть причиной потери слуха, вызванной воздействием шума (noise induced hearing loss) - [NIHL] - [20]. Степень потери слуха зависит от интенсивности и продолжительности экспозиции шума. Потеря слуха в связи с воздействием шума может проявляться двумя типами реакций: временным (краткосрочным) сдвигом порогов слуха (temporary threshold shift) - [TTS] и постоянным (продолжительным) сдвигом порогов слуха (permanent threshold shift) - [PTS].
Физиологической основой временного сдвига порогов слуха после экспозиции шума (TTS) могут быть обратимые изменения в ВК улитки [20]. Они связаны прежде всего с поражениями синаптической трансмиссии, а также с уменьшением способности стереоцилий обеспечивать механоэлектрическую трансдукцию из-за потери проницаемости белков трансдукционных каналов в клеточной мембране стереоцилии [21, 22]. Смещение стереоцилии НВК от точки ее контакта с текториальной мембраной может приводить к потере слуховой чувствительности [23].
Основу постоянного сдвига порогов слуха (PTS) составляют поражения, приводящие к апоптозу и гибели ВК улитки [24, 25].
Ведущим патогенетическим звеном шумового воздействия наряду с чисто механическим эффектом является нарушение микроциркуляции в улитке с возникновением локальной гипоксии, так как существует прямая корреляционная связь между шумовым поражением органа слуха и парциальным давлением кислорода в перилимфе. При этом гипоксия возникает как вследствие сосудистых, так и метаболических нарушений [26, 27, 28, 29, 6, 7]. Изменения кохлеарного кровотока может вызывать сдвиг порогов слуха и приводить к повреждению жизненно важных структур улитки [30].
2+
2+
В условиях оксидативного стресса, возникающего при воздействии шума, нарушается ионный клеточный гомеостаз [31, 20], в результате чего развивается кальциевая интоксикация ВК улитки из-за активного «входа» внеклеточного кальция (Са). С одной стороны, это происходит вследствие активации энергозависимых ионных кальциевых каналов и рецепторов N-methyl-D-aspartate (NMDA). С другой стороны, в результате блокады энергозависимых транспортных протеинов, регулирующих кальциевый обмен, в первую очередь концентрации Са-АТФ-азы, являющейся ключевым ферментом поддержания низкой концентрации Са [32, 33, 28, 29]. В конечном счете, этот процесс приводит к длительной деполяризации ВК с переходом их в апоптоз.
Другим не менее важным эффектом оксидативного стресса при воздействии шума является активация свободных перикисных радикалов с образованием активных форм кислорода (АФК), которые неблагоприятно влияют на внутриклеточные молекулярные пути в ВК улитки [34]. АФК в условиях гипоксии ускоряют катаболические процессы, ведущие к алоптозу и гибели ВК [35].
2+
Синапсы «ВВК - слуховой нерв» очень чувствительны к избытку высвобождаемого при воздействии шума глютамата [36]. Рецепторы NMDA и глютамат вовлечены в передачу нервных сигналов от ВВК к нейронам спирального ганглия [37, 29, 38]. Чрезмерное увеличение внеклеточного Са приводит к повреждению клетки через активацию протеаз, липаз и эндонуклеаз. Прямой токсический эффект глютамата на ВК улитки описан Duan et al., [39]. Избыток или неполный метаболизм глютамата и его аналогов при воздействии шума может быть причиной токсического повреждения ВК в связи с «ионотропной сверхстимуляцией рецептора» [37, 36].
Таким образом, Аr может проявлять отопротективный эффект при всех типах описанных на сегодня моделей поражения ВК улитки, связанных с гипоксией, оксидативным стрессом, активацией перекисных радикалов, токсическим эффектом глютамата и др. [34, 35, 6, 7, 32].
Авторы изобретения доказали возможность отопротективного эффекта аргона при экспозиции шума у человека. Дыхание кислородно-азотно-аргоновой газовой смесью при нормальном давлении не вызывало каких-либо побочных эффектов у человека. Выявленный защитный эффект аргона при экспериментальной гипоксии и при экспозиции шума у человека открывает перспективу новой терапевтической стратегии при шумовом поражении органа слуха, ототоксических процессах в улитке и, возможно, нового направления в лечении сенсоневральной тугоухости и ушного шума.
ЛИТЕРАТУРА
1. Ма D., Wilhelm S., Mase M., Franks N.P.: Neuroprotective and neurotoxic properties of the „inert" gas - xenon. Br.J.Anaesth., 2002; 89:739-746.
2. Ма D., Yang H., Lynch J., Franks N.P., Mase M., Grocott, H.P.: Xenon attenuates cardiopulmonary bypass-induced neurologic and neurocognitive disfunction in the rat. Anaesthesiology, 2003; 98:690-698.
3. Petzelt, C., Blom, P., Schmehl, W., Muller, J., Kox, W.J.: Prevention of neurotoxity in hypoxic cortical neurons by the noble gas xenon. Life Sci., 2003; 72, 1909-1918.
4. Lynch, III, C., Baum, J., Tenbrinck, R.: Xenon anaesthesia. Anaesthesiology, 2000; 92:865-868.
5. Yarine Y., Amrjargal N., Haupt H., Mazurek В., Matsnev E., Gross J.: „Argon - Protection von Haarzellen gegen Hypoxie und ototoxisch wirkende Substanzen", Deutscher Luft- und Raumfahrtkongress (Poster, Vortrage), Dresden, 2004.
6. Yarin Y., Amrjargal N., Haupt H., Mazurek В., Gross J. Matsnev E.: „Argon - Protection von Haarzellen gegen Larm und ototoxisch wirkende Substanzen", Deutscher Luft- und Raumfahrtkongress. Dresden, DGLR-2004-092, p.15.
7. Yarin Y. M., Amarjargal N., Fuchs J., Haupt H., Mazurek В., Morozova S. V., Gross J.: Argon protects hypoxia-, cisplatin- and gentamycin-exposed hair cells in the newbom rats organ of Corti. Hearing Research., 2005; 201:1-9.
8. Pavlov B.N., Grigoriev A.I., Smolin V.V., et al.: Investigation of different hyperoxic, hypoxic and normoxic oxygen-argon gaseous mixtures under different barometric pressure and respiration period. In: Bennett, P.B. Demchenko, I., Marquis, R.E. (Eds.) High Pressure Biology and Medicine University of Rochester Press, Rochester, 1997, pp.133-142.
9. Grigoriev A.I., Pavlov B.N., Smolin V.V.et al.: Investigations of different hyperoxic, hypoxic and normoxic oxigen-argon gaseous mixtures under different barometric pressure and respiration periods. In: High Pressure Biology and Medicine. St-Petersburg, Russia, 1997, p.135-141.
10. Шулагин И.А., Дьяченко А.И, Павлов Б.Н.: Влияние аргона на насыщение организма кислородом у человека во время физических упражнений в условиях гипоксии. «Физиология человека». 2001,27,с.95-101.
11. Probst RE., Londsbury-Martin B.L., Martin G.K.: A review of otoacoustic emissions. J. Acoustic Soc. Am., 1991, 89:2027-67.
12. Antonelli A., Grandori F.: Long-term stability, influence of the head position and modeling considerations for evoked otoacoustic emissions. Hear. Res., 1991; 52:99-112.
13. Harris P.P., Probst R., Wenger R.: Repeatability of transient evoked otoacoustic emissions in normally hearing humans. Audiology, 1991; 30:135-41.
th
14. Alberti P.W.: Noise and the ear. In Scott-Brown's Otolaryngology. 5 ed. Seven Oaks: Butterworths, 1987:608.
15. JAMA - "Noise and hearing loss - Consensus conference.: JAMA, 1990; 263:3185-90.
16. Hotz M.A., Probst R., Harris F.R., Hauser R.: Monitoring the Effects of Noise Exposure using Transiently Evoked Otoacoustic Emission. Acta Otolaryngol. (Stockh.), 1993; 113:478-482.
17. Tanaka Y.: Inner Ear Function and Individual Differences in Susceptibility to Noise-Induced Hearing loss. Pract. Otol. (Kyoto), 1995, 88:7; 835-840.
18. Eggermont J.J., Odenthal D.W.: Action potentials and summating potentials in the normal human cochlea. Acta Otolaryngol. (Suppl. 316), 1974:39-61.
19. Fraenkel R., Freeman Sh., Sohmer H.: The Effect of Various Durations of Noise Exposure on Auditory Brainstem Response, Distortion Product Otoacoustic Emissions and Transient Evoked Otoacoustic Emissions in Rats. Audiology & Neuro-Otology, 2001; 6:40-49.
20. Henderson L., Bielefeld E.C., Harris K.C., Bo Hua Hu.: The Role of Oxidative Stress in Noise-Induced Hearing Loss. Ear & Hearing, 2006; 27; 1-19.
21. Pujol R., Puel J.-L: Acoustic trauma: excitotoxicity and related pharmacology. In.: Abstracts conference "Biology of Noise Induced Hearing Loss: Mechanisms of Injury, Recovery, Protection". Washington, 2001, September 5-8, pp.1-2.
22. Patuzzi R.: Non-linear aspects of outer hair cell transduction and the temporary thresholds shifts after acoustic trauma. Audiology & Neuro-Otology, 2002; 7:17-20.
23. Nordmann A.S., Bohne B.A., Harding G.W.: Histopathological differences between temporary and permanent threshold shift. Hearing Research, 2000; 139:13-30.
24. Liberman M.C.: Chronic ultrastructural changes in acoustic trauma: serial-section reconstruction of stereocilia and cuticular plates. Hearing Research., 1987; 26:65-88.
25. Tsuprun V., Schachem P.A., Cureouglu S., Paparella M.: Structure of the stereocilia side links and morphology of auditory hair bundle in relation to noise exposure in the chinchilla. Journal of Neurocytology, 2003; 32:1117-1128.
26. Lamm K., Arnold W.: 1996: Noise-induced cochlear hypoxia is intensity dependent, correlates with hearing loss and precedes reduction of cochlear blood flow. Audiol. Neurootol. 1(3): 148-60.
27. Scheibe, F., Haupt, H., Ludwig, C., 1993: Intensity-related changes in cochlear blood flow in the guinea pig during and following acoustic exposure. Eur. Arch. Otorhinolaryngol. 250, 281-285.
28. Lefebvre, P.P., Malgrange, В., Lallemend, F., et al., 2002: Mechanisms of cell death in the injured auditory system: otoprotective strategies. Audiol. Neurootol. 7, 165-170.
29. Puel J.L., Ruel J., Guitton M., Wang J., Pujol R.: The inner hair cell synaptic complex: physiology, pharmacology and new therapeutic strategies. Audiol. Neurootol., 2002; 7: 49-54.
2
30. Lamm K.., Arnold W.: The effect of blood flow promoting drugs on cochlear blood flow, perilymphatic pO and auditory function in the normal and noise-damaged hypoxic and ischemic guinea pig inner ear. Hearing Reseach. 2000; 141:199-219.
31. Yamamoto S., Tanaka E., Shoji Y., Kudo Y., Inokuchi H., Higashi H.,: Factors, that reverses the persistent depolarization produced by deprivation of oxygen and glucose in rat hippocampal CA1 neurons in vitro. J. Neurophysiol., 1997, 78,903-911.
32. Altshuler R.A., Sheridan C.E., Horn J.W., Wenthold R.J.: Immunocytochemical localization of glutamate immunoreactivity in the guinea pig cochlea. Hear. Res.1989; 42:126-173.
33. Ohlemiller K.K., Wright J.S., Dugan L.L.: Early Elevation of Cochlear Reactive Oxygen Species following Noise Exposure. Audiol. Neurootol., 1999;4:229-236.
34. Schacht J., Lomax M.I., Fairfield D.A., Cho Y., Miller J.M., Altschuler R.A.: Stress pathways in noise-induced hearing loss. In.: "Biology of Noise Induced Hearing Loss: Mechanisms of Injury, Recovery, Protection". Washington, 2001.pp.2-3.
35. Ohinata Y., Miller J.M., Schacht J.: Protection from noise-induced lipid per oxidation and hair cell loss in the cochlea. Brain Research, 2003; 966:229-236.
36. Reng D., Muller M., Smolders J.W.T.: Functional recovery of hearing following AMPA-induced reversible disruption of hair cell afferent synapses in the avian inner ear. Audiol. NeurootoL, 2001;6:66-78.
37. Zheng X.Y., Henderson D., Нu В.Н., McFadden S.L.: Recovery of structure and function of inner ear afferent synapses following kainic acid excitotoxicity. Hear.Res.l997; 105:65-76.
2
38. Robertson D., Paki В.: Role of L-type Ca+ channels in transmitter release from mammalian inner hair cells. II. Single-neuron activity. J. NeurophysioL, 2002; 87:2734-2740.
39. Duan M., Agerman K., Ernfors P., Canlon В.: Complimentary roles of neurotrophin 3 and N-methyl-d-aspartate antagonist in the protection of noise and aminoglycoside-induced-ototoxity. Proc. Natl. Acad. Sci. USA., 2000; 97:7597-7603.
40. Abraini J.H., Kriem В., Baloh N., Rostain J.S., Risso, J.J.: Gamma-aminobutyric acid neuropharmacological investigations on narcosis produced by nitrogen, argon, or nitrous oxide. Anesth., Analg., 2003; 96:746-749.
41. Arnold Т., Oestreicher E., Ehrenberger K., Felix D.: GABA (A) receptor modulates the afferents in quinea pig cochlea. Hear. Res., 1998; 125:147-153.