Герменевтика поэтического текста М. Хайдеггера

ФИЛОСОФИЯ

УДК 801.73:1

В.Н. Железняк

ГЕРМЕНЕВТИКА ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА М. ХАЙДЕГГЕРА

Посвящено анализу философии языка (экзистенциальной герменевтике языка) М. Хайдеггера, концентрированно выраженной в известном докладе (впоследствии эссе) «Язык» (die Sprache) из сборника «На пути к языку» (Unterwegs zur Sprache). Специфика данного подхода (и автора, и материала) в погружении всей герменевтической проблематики в стихию поэтического текста, артикулирующего истину бытия. Показано, каким образом из поэтической символики - в результате экзистенциальной дешифровки - рождается «аутентичная» метафизика бытия, языка и «четверицы». Данный материал ценен тем, что в нем мы видим мифопоэтические корни этой интригующей мифологемы Хайдеггера.

Ключевые слова: герменевтика, язык, истина, «четверица» Хайдеггера, экзистенциалы, поэтический текст.

7 октября 1950 года на чествовании поэта Макса Коммереля и 14 февраля 1951 года на заседании Вюттембергского библиотечного общества М. Хайдеггер выступил с докладом «Язык»1 [1]. Доклад включал в себя ряд общих положений экзистенциально-герменевтической концепции языка, развитой Хайдеггером в послевоенные годы, и толкование стихотворения Георга Тракля «Зимний вечер» в качестве образчика такой герменевтики.

Исходное речение, которое не говорит, а изрекает докладчик, - язык говорит (Die Sprache spricht). В этом исходном речении указан источник речи как таковой: речь есть то, что говорит нам язык. Речь языка явлена нам в сказанном. Язык - ив этом состоит главная новация Хайдеггера по сравнению с традиционным пониманием речи - не сводится к словарю и грамматике, язык есть все изреченное в нем. Но было бы легкомысленно искать сущность языка в случайном изречении. Принципиальная позиция Хайдеггера состоит в том, что полнотой изреченного может обладать лишь поэтическое слово2. Язык воистину говорит лишь в поэтической речи, а истинно изреченным может быть только стихотворение. Например, такое:

© Железняк В.Н., 2013

Железняк Владимир Николаевич - доктор философских наук, профессор кафедры философии и права ФГБОУ ВПО «Пермский национальный исследовательский политехнический университет»; e-mail: shlezo@newmail.ru.

1 С текстом на русском языке можно ознакомиться в переводе Б.В. Маркова [2].

2 Этот взгляд близок русскому сердцу; аналогичную позицию занимали и русские мыслители от И. Киреевского до Вл. Соловьева и от Вл. Соловьева до М. Бахтина. См., например: [3; 4; 5].

Оригинал Поэтическая версия3

Georg Trakl Георг Тракль

Ein Winterabend Зимний вечер

Wenn der Schnee an Fenster fallt, Когда за окнами падает снег,

Lang der Abendglocke lautet, Вечерний колокол долго звучит,

Vielen ist der Tisch bereitet Для многих в доме стол накрыт

Und das Haus ist wohlbestellt. И полон он радости и утех.

Mancher auf der Wanderschaft Но многие, в странствие обратясь,

Kommt aus Tor auf dunklen Pfaden. Бредут из ворот по темной тропе.

Golden bluht der Baum der Gnaden Цветет дерево милости на реке

Aus der Erde kuhlem Saft. Средь прохладных вод серебрясь.

Wanderer tritt still herein; Смиренно странник в дом войдет,

Smerz versteinerte die Schwelle. Оставив боль свою у порога,

Da erglanzt in riener Helle Святые дары перед ликом Бога -

Auf dem Tische Brot und Wein. Вино и хлеб он в доме найдет.

Экзистенциальная проекция. Вслушивание в поэтический текст позволяет мобилизовать экзистенциальный ресурс мышления. 1. Зов. Язык называет, зовет и кличет. Поэтическое творение выкликает вещи в непосредственную близость к нам. Вечерний звон и снегопад вызваны из небытия (отсутствия) и присутствуют в речи. 2. «Вещные вещи и мирской мир». Язык повелевает вещам прийти, как бы вербует или нанимает вещи, которые отныне служат ему. Завербованные языком вещи (в результате акта номинации) пребывают, длятся, присутствуют в данном «здесь». Такое пребывание вещей, вызванных речью, и есть мир. Назвать - значит приказать. Язык называет вещи, т.е. приказывает им явиться. Язык выкликает вещи из мира и, наоборот, представляет их миру. Вещи в языке принимают вид мира, а мир предоставляет вещи языку. Можно также сказать, что вещи обретают «вещность» в миру, а мир становится «мирским» в вещах. 3. Раз-личие и средостение. Различие уясняется как разность лиц, ликов, личин; в разноликости вещей явлен мир. Но в смежности вещей и мира есть единство и даже интимное, задушевное слияние. Сердечность поэтического творения - в срединном положении поэта относительно ликов вещей и мира. 4. Речь тишины. Язык есть звучание тишины. Тишина утишает4 разноликость мира вещей и откры-

3

Перевод наш. - В. Ж. Мы поменяли размер для передачи настроения. Для удобства анализа приведем подстрочник: Когда снег падает на окна, // [И] долго звучит вечерний звон, // Многих ожидает стол // И дом [их] полон благополучия. // // Иной [же] странствует[,] // Выходит из ворот на темные тропы. // Золотом цветет дерево милости // Из холодного сока земли. // // Странник тихо вошел; // Боль окаменела [на] пороге. // Здесь сияют в чистом свете // Хлеб и вино на столе.

4 Даль: утишить - укротить, усмирить, заставить утихнуть.

Вестник ПНИПУ. Культура. История. Философия. Право. 2013. № 8

вает их общую сущность. Здесь необходимо вновь вернуться к истолкованию момента различия в акте речевого «называния». Раз-личие - это то, что лежит под или за личиной вещи; за внешним ликом вещей скрыта середина, сосредоточие, средостение конечного и бесконечного, земного и небесного, человеческого и божественного. Это средостение наполняет поэзию сердечной интимностью и глубиной. При этом вещь теряет свою «вещность» и погружается в самость - в тишину четырех мировых измерений: в земное, небесное, божеское и человеческое. Под личиной вещей скрыта тишина мира5.

Экзистенциальное истолкование. Теперь можно услышать то, что язык сказал нам в тексте Тракля. Первая строфа повелевает6 вещам прийти; они приходят и выдают себя за вещный мир. Зимний вечер; колокол звонит; в доме накрыт стол. Вторая строфа велит прийти миру; мир приходит и позволяет вещам быть в нем. Мир вещей сменяется вещами в мире. По темной тропе в бесконечную даль уходит странник; открывается мир: холодные соки земли7 питают цветущее «древо милости». Третья строфа синтезирует две предыдущие: блудный сын возвращается в дом, где ясным светом озарены на столе хлеб и вино - земное и небесное, человеческое и божеское. Порог, на котором застывает странник, символизирует различие мирского и мирового, вещи и бытия. Порог - это граница, разрыв и боль. Но экзистенциальная боль бытия - там, за порогом, - открывает мир тишины. Тишина и безмолвие звучат в строках Тракля. Тишина говорит в любом истинно поэтическом творении. Тишина и есть подлинная и исконная речь.

Вывод. Повседневная речь - это забытая, выродившаяся поэзия; в обыденной речи не звучит никакой зов. Но нужно учиться жить в подлинном языке. Для этого Хайдеггер предлагает определенный метод (он вполне пригоден и для экзистенциальной медитации поэтических строк). В позиции воздержания от обыденной речи открывается возможность вслушивания в звон тишины. Язык говорит. Человек говорит лишь постольку, поскольку он пребывает в языке. Пребывание в языке есть слушание. Слушать - значит получать приказ тишины .

Список литературы

1. Heidegger M. Die Sprache // Unterwegs zur Sprache. Neske. - Tubingen, 1960. - S. 11-33.

2. Хайдеггер М. Язык / пер. и прим. Б.В. Маркова. - СПб., 1991.

3. Киреевский И.В. Критика и эстетика / сост., вступ. ст. и прим. Ю.В. Манна; под ред. М.Ф. Овсянникова [и др.]. - М.: Искусство, 1979.

5 Ср.: Der Unter-Schied stillt das Ding als Ding in die Welt.

6 По-немецки heiUen означает «называть» и «велеть», «приказывать».

7

Метафизическая «земля» в мифологии Хайдеггера есть то, что порождает художественное творение.

8 Более подробный анализ текстов М. Хайдеггера в свете герменевтико-лингвистической проблематики представлен в монографии автора [6].

4. Соловьев B.C. Философские начала цельного знания // Соловьев B.C. Соч.: в 2 т. - М.: Мысль, 1988. - Т. 2. - С. 140-288.

5. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. - М.: Искусство, 1979.

6. Железняк В.Н. Метафизика воли в прямой и обратной перспективе / Перм. гос. техн. ун-т. - Пермь, 1997.

References

1. Heidegger M. Die Sprache. Unterwegs zur Sprache. Neske. Tubingen, 1960, pp. 11-ЗЗ.

2. Xajdegger M. Yazyk [Language]. St.-Petersburg, 1991.

3. Kireevskij I.V. Kritika i e'stetika [Criticism and esthetics]. Moscow: Iskusstvo, 1979.

4. Solov'ev V.S. Filosofskie nachala cel'nogo znaniya [Philosophical beginnings of integral knowledge]. Sochineniya. Moscow: Mysl', 1988, vol. 2, pp. 140-288.

5. Baxtin M.M. E'stetika slovesnogo tvorchestva [Esthetics of verbal creativity]. Moscow: Iskusstvo, 1979.

6. Zheleznyak V.N. Metafizika voli v pryamoj i obratnoj perspective [Will metaphysics in a straight line and the return prospect]. Permskij gosudarstvennyj texnicheskij universitet, 1997.

Получено 15.02.201З

V.N. Zheleznyak

HERMENEUTICS OF POETICAL TEXT OF M. HAIDEGGER

The article is devoted to the analysis of Haidegger's language philosophy (language existential hermeneutics), which is expressed in the well known report (further, the essay) named as “Language” (die Sprache) and included in the book “Unterwegs zur Sprache”. The specific feature of the given approach (both the author and the material) is in immersion of all problems of hermeneutics in the elements of poetic text, articulating the truth of objective reality. It has been shown the way of birth of “authentic” metaphysics of objective reality, language and “fourfold” from poetic symbols as result of existential decoding. The given material is valuable for the fact that we see mythological and poetical roots of this intriguing Haidegger's mythologem in it.

Keywords: hermeneutics, language, truth, Haidegger's fourfold, existentialists, poetic text.