Уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил как средство предупреждения социально значимых заболеваний

тительской деятельности между Министерством общего и профессионального образования Свердловской области и Управлением Екатеринбургской епархии РПЦ от 10 января 2001 г., соглашение о сотрудничестве между Екатеринбургской епархией РПЦ и Управлением Государственной противопожарной службы ГУВД Свердловской области от 3 апреля 1998 г., соглашение о сотрудничестве между Екатеринбургской епархией РПЦ и Среднеуральским УВД на транспорте МВД России от 11 февраля 2002 г. Договоры заключаются не только с РПЦ, хотя очевиден приоритет, отдаваемый ей, поскольку государство опирается на авторитет доминирующей религиозной конфессии в целях укрепления и усиления своего влияния.

Не избежало противоречий и современное отношение РПЦ к проблеме вооруженного насилия, которое нашло свое отражение в Основах социальной концепции РПЦ. В этом документе война трактуется как зло, корни которого в злоупотреблении человеком богоданной свободой. Вместе с тем РПЦ не воспрещает верующим участвовать в боевых действиях, если речь идет о защите ближних и восстановлении попранной справедливости.

Итак, на протяжении истории человечества и религиозный институт, и институт военной службы активно взаимодействуют в процессе социального управления. Религиозный институт воспроизводит некоторые основы военно-социальной организации, осуществляет легитимацию ценностно-нормативного отношения к

вооруженному насилию и эффективный социальный контроль поведения военнослужащих, а также создает мощные мотивационные стимулы военной службы.

1 Парсонс Т. Понятие общества: компоненты и взаимоотношения // Американская социологическая мысль / под ред. В.И. Добренькова. М., 1996. С. 501—502.

2 Авакьян С.А. Политический плюрализм и общественные объединения в Российской Федерации: конституционно-правовые основы. М., 1996. С. 268.

3 Вебер М. Теория ступеней и направлений религиозного неприятия мира // Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994. С. 19.

4 Кулаков В.В. Религиозный фактор и национальная безопасность России (на мат-х Южного федерального округа) : автореф. ... канд. филос. наук. М., 2006. С. 12.

5 Карманный справочник для сотрудников ОВД: Право прав человека и гуманитарные принципы / под ред. В.Я. Кикотя. Смоленск, 2003. С. 41.

6 СерыхВ.Д. Воинские ритуалы. М., 1986. С. 18.

7 Костоусов Н.С. Традиции, праздники, обычаи и ритуалы МВД России: структура, содержание и педагогический потенциал : моногр. Екатеринбург, 2004. С. 46.

8 Там же. С. 51.

9 Суханов И.В. Обычаи, традиции и преемственность поколений. М., 1979. С. 21.

10 Костоусов Н.С. Указ. соч. С. 69—70.

11 Борисов А.В., Некрасов В.Ф. Министры внутренних дел России // Рос. милиция. 2000. № 1. С. 56.

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

ЗА НАРУШЕНИЕ САНИТАРНО-ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКИХ ПРАВИЛ КАК СРЕДСТВО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ СОЦИАЛЬНО ЗНАЧИМЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ

В.Ю. ГОРОВЫХ,

соискатель ГОУ ВПО «Российская академия правосудия» 12.00.08 — уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

stvkup@y-x.ru

Аннотация. Анализируются проблемы уголовной ответственности за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, выявляются пробелы уголовно-правовой охраны отношений в этой сфере, формулируется авторская редакция ст. 236 УК.

Ключевые слова: санитарно-эпидемиологические правила, социальное здоровье населения, преступление, состав преступления.

CRIMINAL RESPONSIBILITY FOR THE BREACH OF THE MEDICAL-EPIDEMIOLOGICAL RULES AS THE WAY OF WARNING OF SOCIALLY IMPORTANT DISEASES

V.U. GOROVYKH,

post-graduate student of the Russian Academy of Justice

WPMflMHEOKME^HAyKM

The summary. The problems of criminal responsibility for the medico-epidemiological rules conduct are outlined in the article, the lacks in the criminal law security relationships in the sphere are analyzed, the author reduction of the article 236 of the Criminal Code of Russian Federation is formulated. Key words: the medico-epidemiological rules, social health of people, crime, criminal case.

Распространение социально значимых заболеваний в уголовном праве России оценивается и как общественно опасное деяние (заражение венерической болезнью — ст. 121 УК и ВИЧ-инфекцией — ст. 122), и как последствие преступных посягательств. Таким образом достигается согласованность уголовно-правовых норм, а механизм уголовно-правовой превенции социально значимых заболеваний приобретает завершенный характер. Составом, определяющим в качестве общественно опасного последствия распространение такого рода заболеваний, является ст. 236.

Нарушение санитарно-эпидемиологических правил существенно влияет на уровень социального здоровья населения. «Загрязненность окружающей среды, — отмечает Т.А. Хоружая, — представляет реальную угрозу для здоровья людей. Более 20% территории России отнесены к зонам экологического бедствия. И более 70 млн людей дышат воздухом, уровень загрязнения которого в 5 и более раз выше предельно допустимых нормативов. Установлено, что из ядов, регулярно попадающих в организм человека, около 70% поступает с пищей, 20 — из воздуха и 10% — с водой. В России осуществляется контроль за содержанием в пищевых продуктах 14 химических элементов»1. В 2000 г. возросла заболеваемость по 20 нозологическим формам, в том числе гриппом (на 61%), дизентерией (89), клещевым энцефалитом (32), вирусным гепатитом С (65), вирусным гепатитом В (21), краснухой (на 35%), геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в 2 раза2.

Несмотря на негативные последствия нарушений санитарно-эпидемиологических правил, правоохранительные органы имеют слабое представление о реальной опасности такого рода посягательств вследствие отсутствия научно обоснованных рекомендаций по применению ст. 236 УК. Анализ уголовного закона позволяет в качестве видового объекта нарушения санитарно-эпидемиологических правил определить общественные отношения, обеспечивающие охрану здоровья населения и общественной нравственности. В качестве основного непосредственного объекта преступления следует рассматривать общественные отношения, обеспечивающие охрану санитарно-эпидемиологического благополучия.

В Федеральном законе «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» благополучие определяется как состояние здоровья населения, среды обитания человека, при котором отсутствует вредное воздействие факторов среды обитания на человека и обеспечиваются благоприятные условия его жизнедеятельности. Объектом охраны выступает не только общественное здоровье, но и состояние обитания человека3. А если принимать во внимание,

что здоровая и благоприятная окружающая среда сказывается на здоровье населения, а не наоборот, очевиден вывод: ключевым в определении санитарно-эпидемиологического благополучия является именно благоприятная среда обитания. Что касается общественного здоровья, то его состояние обусловлено качеством окружающей среды и оценивается через усредненный показатель здоровых и заболевших лиц.

Поскольку последствием в ч. 1 ст. 236 УК являются массовое заболевание или отравление людей, а в ч. 2 — смерть человека, дополнительным объектом преступления следует считать общественные отношения, обеспечивающие охрану здоровья личности, а факультативным — общественные отношения по охране жизни человека. Именно ценность основного и дополнительного объектов придают норме особую социально-правовую значимость.

С объективной стороны состав в ст. 236 УК характеризуется общественно опасным деянием, выражающимся в нарушении санитарно-эпидемиологических правил; последствиями — массовым заболеванием или отравлением людей, и причинной связью.

Санитарно-эпидемиологические правила, нарушение которых влечет за собой уголовную ответственность, содержатся в разных правовых источниках. Основные из них — Федеральные законы «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», «О качестве и безопасности пищевых продуктов» и Положение о социально-гигиеническом мониторинге. Согласно Положению о государственной санитарно-гигиенической службе России и Положению о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании санитарно-эпидемиологические правила составляют: $ санитарные правила, устанавливающие гигиенические и противоэпидемические требования к обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения, профилактики заболеваний человека, благоприятных условий его проживания, а также сохранения и укрепления его здоровья; $ санитарные нормы, устанавливающие оптимальные и предельно допустимые уровни влияния комплекса факторов среды обитания человека на его организм; $ гигиенические нормативы, устанавливающие гигиенические и эпидемиологические критерии безопасности и безвредности отдельных факторов среды обитания человека для его здоровья.

В зависимости от целевой направленности санитарно-эпидемиологические правила можно условно разделить на шесть групп: 1) торговля и производство продовольствия; 2) питьевая и не питьевая вода; 3) условия труда и отдыха; 4) гигиенические требования к товарам, работам и услугам; 5) проектирование и стро-

ительство; 6) медицина. Нарушение этих норм осуществляется, как правило, посредством активных действий, но не исключает и возможность бездействия. По справедливому утверждению М. Малеиной, «бездействие проявляется в неосуществлении обезвреживания отходов потребления, необеспечение безопасных условий труда, непроведение ограничительных мероприятий (карантина) на основании предписаний главных государственных санитарных врачей и пр.»4.

В рамках предупреждения социально значимых заболеваний особое значение приобретают такие формы бездействия, как невыполнение обязанностей по устройству, содержанию и организации режима работы специализированных учреждений социальной реабилитации СанПиН 2.4. 1201-03 (приводит к массовому заболеванию туберкулезом, гепатитами В и С и др.); несоблюдение гигиенических требований СанПиН 2.2.2.540. — 96 к ручным инструментам и организации работ (возможные последствия — распространение ИППП, ВИЧ-инфекции, вирусных гепатитов и др.); непроведение реконструкции объектов в сфере радиоактивной промышленности СанПиН 2.2.21/ 2.1.1.567 (развитие онкологических болезней); невыполнение карантинных мероприятий СанПиН 1.2.681-97 (массовое распространение вирусных заболеваний).

Считая ст. 236 УК громоздкой по содержанию, В.Ю. Ряднев предлагает отказаться от термина «правила», заменив его понятием «санитарно-эпидемиологический режим». В обоснование своей позиции он обращается к опыту зарубежного законодателя.

Большой объем санитарно-эпидемиологических правил не дает оснований для изменения бланкетной нормы УК. Более того, введение нового понятия «режим» в правовое пространство только «утяжелит» существующую конструкцию ст. 236.

В числе общественно опасных последствий в ч. 1 ст. 236 УК названы массовое заболевание и отравление людей. Под заболеванием понимается «нарушение жизнедеятельности организма, выражающееся в изменении функций, а также нарушения строения органов и тканей и возникающие под влиянием чрезмерных для данного организма раздражителей внешней среды»5; «внедрение в организм специфического возбудителя»6; «вред здоровью, требующий медицинского вмешательства»7; «легкий, средней тяжести или легкий вред здоровью»8. Эти дефиниции демонстрируют односторонний — медицинский или юридический — подход к толкованию понятия. Заболевание следует определять как развитие патологии в организме больного, относимое либо не относимое по тяжести последствий к причинению вреда здоровью.

Общественная опасность нарушения санитарно-эпидемиологических правил позволяет считать преступление оконченным с момента начала развития патологий у потерпевших вне зависимости от того, вызовет ли инфицирование осложнения в виде причинения легкого, среднего или тяжкого вреда здоро-

вью либо вред здоровью будет предотвращен своевременным оказанием медицинской помощи.

Массовым следует считать заболевание (экзогенной и эндогенной природы) людей в количестве, превышающим средний уровень заболеваемости в данном регионе за аналогичный промежуток времени. Этот критерий не имеет под собой четких нормативно-правовых границ и определяется с учетом региональных особенностей.

Если рассматривать преступные последствия в плоскости распространения социально значимых заболеваний, нужно отметить, что нарушение санитарно-эпидемиологических правил приводит к развитию следующих болезней:

# туберкулез, как правило, передается при нарушении запрета на убой больной птицы. В медицине установленным является факт, что через яйца кур могут передаваться возбудители туберкулеза, сальмо-неллеза, стрептококкоза, гриппа и др.;

# гепатитов В и С. В 1942 г. в США нарушение санитарных правил вакцинации привело к заражению гепатитом В 51 337 военнослужащих;

# гипертоническая болезнь и онкологические заболевания. Согласно статистическим данным загрязнение воздуха вследствие нарушения санитарно-эпидемиологических правил обусловливает 16% заболеваний, связанных с повышенным кровяным давлением, и 2,5% онкологических заболеваний у лиц в возрасте 30—35 лет. Особую угрозу представляет загрязнение окружающей среды радионуклидами. По данным медиков, рост раковой заболеваемости в Белоруссии после чернобыльской аварии составляет 100 случаев в год на 1 млн человек (для сравнения: средний показатель — 0,5—3 случая)9.

Для квалификации заражения социально значимыми заболеваниями по ст. 236 УК необходимо установить, что оно носило массовый характер, являлось следствием неосторожного нарушения конкретных санитарно-эпидемиологических правил лицом, обязанным эти правила соблюдать. Отсутствие хотя бы одного из этих условий исключает правовую оценку деяния по ст. 236 и предполагает квалификацию по соответствующим статьям гл. 16. Если нарушение правил привело к причинению вреда отдельной личности, ответственность наступает по ст. 238 «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности».

Под отравлением понимается «интоксикация организма в результате воздействия токсичных веществ разного происхождения путем абсорбции через дыхательные пути, контактного попадания на кожу и слизистую, поглощения с пищей и водой»; «группа острых хронических производственных, пищевых, лекарственных, химических и других заболеваний, обусловленных воздействием на организм ядов, т.е. токсичных веществ разного происхождения»10.

Отравление может приводить к массовому распространению таких социально значимых заболеваний,

как психические расстройства. Так, сброс сточных вод химической фабрики в р. Минамата в Японии в 1965 г. повлекло за собой отравление более 180 человек. У потерпевших наблюдались поражения нервной деятельности с прогрессирующими психическими расстройствами и слабоумием11.

Поскольку состав ст. 236 УК относится к числу материальных, обязательного установления требует причинная связь между нарушением правил и массовым заболеванием или отравлением людей, выявить и доказать наличие которой не всегда представляется возможным. Как правило, последствия проявляют себя через значительный промежуток времени и опосредуются дополнительными факторами: сопротивляемостью организма на воздействие климатических условий и др. Для установления причинной связи необходимо проведение судебной экспертизы. Она может быть медицинской, экологической, химической и пр. Но и экспертиза далеко не всегда может установить причинную связь в силу полиморфного детерминационного механизма.

В целях повышения предупредительного потенциала этой нормы нужно предусмотреть дополнительный состав ч. 1 ст. 236 УК — нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее опасность массового заболевания или отравления людей. Статью 236 можно изложить в следующей редакции:

«Статья 236. Нарушение санитарно-эпидемиологических правил

1. Нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее опасность массового заболевания или отравления людей, — наказывается...

2. То же деяние, повлекшее по неосторожности массовое заболевание или отравление людей, — наказывается.

3. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее по неосторожности смерть человека, — наказывается.».

Новая редакция ст. 236 УК позволит квалифицировать по ней единичные факты заражения (отравления) при наличии реальной угрозы массовой заболеваемости. Конструкция усеченного состава позволит поставить систему уголовно-правовой превенции на качественно новый уровень.

Уголовная ответственность по ст. 236 УК наступает только в случае неосторожного (легкомысленного или небрежного) отношения виновного к общественно опасному деянию и его последствиям. Несмотря на то что этот вывод соответствует букве закона, он не отражает его дух. Логически верно было бы считать, что наличие причинной связи между деянием и последствиями позволяет рассматривать содеянное как одно преступление с осложненной субъективной стороной (умысел или неосторожность в отношении деяния и неосторожность в отношении последствий).

Введение в уголовный закон новой редакции ч. 1 ст. 236 УК и перенесение существующей редакции из

разряда основных в квалифицированные составы позволит применять конструкцию двойной формы вины.

Субъектом нарушения санитарно-эпидемиологических правил является физическое вменяемое лицо, достигшее 16 лет и обязанное в силу своего должностного положения или служебной компетенции соблюдать эти правила. При совершении преступления должностным лицом оно подлежит ответственности по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 236 УК и соответствующей нормой гл. 30. Если посягательство осуществлено лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, налицо совокупность ст. 236 и 201 «Злоупотребление полномочиями».

Проведенный анализ убеждает в слабой эффективности ст. 236 УК в направлении предупреждения социально значимых заболеваний и указывает на необходимость совершенствования нормы посредством введения дополнительного состава нарушения санитарно-эпидемиологических правил, создавшего опасность массового заболевания или отравления людей.

1 Хоружая Т.А. Методы оценки экологической безопасности. М., 1998. С. 81—82.

2 Монисов А.А. О санитарно-эпидемиологической ситуации в Российской Федерации и мерах по ее стабилизации // Здравоохранение. 2000. № 4. С. 6.

3 Основываясь на законодательной дефиниции, Р.М. За-рифзянов предлагает выделять объекты правового регулирования и правовой охраны санитарно-эпидемиологического благополучия. Под первым автор понимает «необходимую деятельность и поведение государства и граждан по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения», под вторым — «право на такое состояние общественного и индивидуального здоровья и окружающей среды, при которых отсутствовали бы опасные и вредные влияния природных, техногенных и социальных факторов на организм человека во всех условиях его жизнедеятельности» (Зарифзянов Р.М. Правовое регулирование санитарно-эпидемиологического благополучия населения : автореф. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1999. С. 19).

4 Малеина М. Ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил // Рос. юстиция. 2000. № 7. С. 50.

5 Популярная медицинская энциклопедия. М., 1965. С. 98.

6 Елкин И.И. Эпидемиология. М., 1979. С. 30—34.

7 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. В.И. Радченко. М., 2000. С. 536—537.

8 Усманов У.А. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 1999. С. 309.

9 Протасов В.Ф. Экология, здоровье и охрана окружающей среды в России. М., 1999. С. 519.

10 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. М., 1998. С. 540.

11 Ряднев В.Ю. Уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил : автореф. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. Краснодар, 2004. С. 20.