"Вмешательство российского правительства не было прямым, только косвенным"

В пятницу ТНК-BP сообщила об окончательном урегулировании конфликта между российскими и британскими акционерами. Сообщение было приурочено к визиту в Москву главы BP Тони Хейворда, который вместе с основными российскими акционерами 30 сентября встретился с менеджерами ТНК-BP. Об итогах визита, планах по развитию компании и подготовке итоговой версии соглашения между акционерами ТОНИ ХЕЙВОРД рассказал "Ъ".

— Зачем вы приехали в Москву?

— Вообще я часто бываю в России. А в этот раз я приехал, чтобы провести несколько встреч. Я встретился с вице-премьером Игорем Сечиным, чтобы обсудить, к чему мы пришли в истории с ТНК-BP, и с главой администрации президента РФ Сергеем Нарышкиным — с той же целью. Также я встретился с партнерами (по ТНК-ВР.—"Ъ"). С ними мы обсудили ход работ по приданию нашему соглашению вида юридически обязывающих документов. И могу заключить, что все идет очень хорошо. Я полагаю, что мы сможем все оформить в оговоренные сроки — до 1 декабря. Неделей ранее у нас прошло очень плодотворное заседание совета директоров во Франции, на котором были согласованы бизнес-план, уровень дивидендов, а также новые проекты и новые инвестиции.

— Как прошла встреча с господином Сечиным?

— Очень успешно. Мы очень хорошо поговорили. Думаю, он был искренне удовлетворен тем прогрессом, которого мы достигли, и поддерживает наши усилия.

— В начале сентября вице-премьер Игорь Шувалов сообщил, что власти РФ вмешивались в конфликт ТНК-BP. В частности, они пресекли некоторые инициативы Генпрокуратуры, направленные против BP. В какой степени российское правительство участвовало в разрешении конфликта?

— Думаю, что основная помощь российского правительства состояла в том, чтобы усадить обе стороны за стол переговоров и убедить прийти к прагматичному решению. Вмешательство не было прямым, только косвенным — в плане побуждения сторон к переговорам. Стоит добавить, что в подобных обстоятельствах так поступают все правительства.

— Без выраженной симпатии к той или другой стороне?

— Скажем так, с разной степенью симпатии в разное время. И со стороны разных людей. Но это — Россия.

— Довольны ли вы мировым соглашением с российскими акционерами ТНК-ВР? Вам не кажется, что это — победа российской стороны? Ведь создается впечатление, что удовлетворены были именно их требования.

— Вы же не знаете, каковы на самом деле были их требования? Вы знаете только то, что они заявляли публично. Я бы сказал, что это было здравое и практичное решение для новой стадии развития ТНК-BP. Компания работает очень успешно, у нее наилучшие показатели среди всех нефтяных и газовых компаний России по выплаченным дивидендам, росту добычи, приросту и воспроизводству запасов. Мой ответ: да, я доволен.

— Когда вы говорите о разнице между реальными пожеланиями российских акционеров и их публичными заявлениями, что вы имеете в виду?

— Боюсь, что вам этого никогда не узнать.

— Но они требовали назначения независимого CEO, паритета в управлении дочерними компаниями...

— Факт в том, что у них был ряд законных требований, которые и были удовлетворены. Факт, что не было механизма разрешения споров, не было базиса для формирования реальной рыночной оценки ТНК-BP по причине отсутствия free float. Все это законный повод для беспокойства. Так что мы удовлетворили обоснованные требования и не удовлетворили необоснованные.

— Какие проекты вы обсуждали с российскими партнерами?

— Новые проекты в Восточной Сибири: говорили о новых фазах Увата, Верхнечонском месторождении и других.

— Шла речь о зарубежных проектах, ситуация вокруг которых была одним из элементов конфликта акционеров?

— Мы обсуждаем их в рамках бизнес-плана на следующий год. Перед ТНК-BP открывается много различных возможностей. Нам остается лишь выбрать наиболее перспективные.

— По какому принципу вы будете их выбирать?

— Выбираем лучшие. Принцип традиционный: нас интересуют, во-первых, те проекты, которые находятся в стадии готовности к освоению, во-вторых, те, на которые у нас хватит сил (я имею в виду саму ТНК-BP и ее поставщиков), и в-третьих, с достаточно высоким возвратом на инвестиции.

— Может ли ТНК-BP в будущем году принять участие в каком-либо зарубежном проекте?

— В течение последнего года ТНК-BP уделяла пристальное внимание двум-трем регионам. Компания открыла офисы в Казахстане, Туркмении, Венесуэле, подписала с Венесуэлой протокол о взаимопонимании. Можно сказать, что венесуэльский проект находится в наиболее продвинутой стадии. Впрочем, по-моему, интересные возможности могут появиться в любой из этих трех стран. Думаю, в течение года что-нибудь может произойти.

— Все это старые проекты, о них говорилось и раньше. А новые есть?

— Пока нет. Но мы посмотрим, с какими предложениями выступит ТНК-ВР.

— Кто сменит Роберта Дадли в качестве главы ТНК-BP?

— Не могу вам сказать, потому что мы сейчас находимся в процессе поиска кандидатуры. Но я твердо уверен, что это будет весьма известный бизнес-лидер, которому доверяют как в России, так и за ее пределами.

— Это будет гражданин России?

— Необязательно. Он определенно должен будет говорить по-русски, а будет у него российский паспорт или нероссийский — это уже характеристика людей из списка кандидатов.

— Каково число кандидатов?

— Пять-шесть. Имен я вам называть не буду.

— Кто-нибудь из них сейчас работает в российской компании?

— Ответить на этот вопрос означает их назвать.

— Хорошо, в компании, работающей в России?

— Некоторые работают, некоторые нет.

— Как будут подбираться независимые директора?

— Сходным образом. Мы привлечем солидную хедхантерскую компанию, пользующуюся хорошей репутацией во всем мире, чтобы она подготовила список кандидатов в независимые директора. Это будут очень респектабельные люди, хорошо известные в мире. Они не обязательно будут бизнес-лидерами, они могут быть высокопоставленными отставными политиками. Я уверен, что мы сможем найти трех человек, которые справятся с возложенными задачами. Им не обязательно быть нефтяниками: если у кого-то и обнаружится опыт работы в нефтяной отрасли, то определенно не потому, что мы ставим такие условия.

— Когда их назначат?

— Думаю, к концу года, как и главного исполнительного директора (CEO).

— Вы пригласите господина Дадли на работу в BP?

— Я хотел бы, чтобы Боб вернулся в BP, но это уже от него зависит, захочет он или нет.

— Вы предлагали ему что-нибудь конкретное?

— Я предлагал ему вернуться в BP, но он пока не принял решения. Он остается CEO ТНК-BP и будет им еще около двух месяцев.

— Где господин Дадли сейчас?

— В Америке.

— Будут ли сняты все обвинения с Роберта Дадли?

— Наши намерения состоят в урегулировании всех претензий. Мы должны пройти через все юридические процедуры, но у сторон есть желание, чтобы все обвинения с господина Дадли были сняты.

— Как скоро?

— Как только возможно.

— Сколько менеджеров покинет ТНК-BP в результате заключения соглашения между акционерами?

— Соглашение не обязывает никого покидать компанию. Разве что кто-нибудь захочет уйти из ТНК-ВР, потому что давно в ней работает и хочет заняться чем-нибудь другим. Так что речь идет не о том, что кто-то уйдет, а о том, что будет назначен новый CEO, а он наберет команду.

— Сколько человек будет в его команде?

— Ну, в широком смысле его команда — это 70 тыс. человек, все сотрудники ТНК-BP, но что касается непосредственной команды, он сам будет выбирать, сколько человек ему понадобится.

— Соглашение акционеров, где оговорены все посты старшего менеджмента, будет изменено соответствующим образом?

— CEO назначит свою команду. Точка. Численность, состав, гражданство — все на его усмотрение.

— Когда будут сформированы паритетные советы директоров "ТНК-BP Холдинга" и "ТНК-BP Менеджмента"?

— Когда назначат нового CEO.

— Можете раскрыть какие-либо подробности относительно IPO ТНК-BP?

— Мы думаем, что IPO будет благом для ТНК-BP. С этим согласны обе стороны, идею, видимо, поддерживают представители правительства, с которыми она обсуждалась. В реальности вряд ли оно состоится до 2010 года, это очень сложный процесс.

— Будет ли для IPO проведена допэмиссия?

— Нет, предполагается, что обе стороны выставят по 10% принадлежащих им акций.

— Какое юридическое лицо будет выставлять акции? "ТНК-BP Холдинг"?

— Мы пока не приняли решения о том, каким будет инструмент IPO.

— Какие средства компания рассчитывает привлечь?

— Скажите, как будет себя вести рынок, и я скажу вам, сколько мы соберем.

— Вы выбрали биржу, где будут размещаться акции?

— Пока нет. Логично предположить, что это будет Москва и одна из международных бирж. Возможно, Лондон, но не обязательно.

— Вы определили новое место рассмотрения споров между акционерами, если они возникнут?

— Как раз в создании механизма разрешения споров и состоит идея назначения трех независимых директоров.

— Они будут выступать в качестве арбитров?

— Не в качестве арбитров. Они будут решать вопросы на уровне совета директоров. Сейчас, когда появляются разногласия, возникает клинч, препятствующий какому бы то ни было движению вперед. С тремя независимыми директорами такой ситуации возникнуть не может.

— Как будет выглядеть инвестиционная политика ТНК-BP? Будете ли вы больше вкладывать в переработку и сбыт или сохраните основной акцент на добыче?

— Традиционно соблюдался такой баланс: примерно 70-80% инвестиций направляется в апстрим (разведку и добычу), около 20% — в даунстрим (переработку и маркетинг), поскольку, по нашему мнению, такая конфигурация оптимальна. Все будет зависеть от того, как будут меняться возможности по мере нашего развития, но пока компания фокусируется на секторе апстрим, потому что там выше доходность. Если это изменится, то и мы изменим свою политику.

— Будете ли покупать что-нибудь в переработке в России?

— Вряд ли. В первую очередь потому, что ничего хорошего не продается.

— Строить?

— Такая возможность есть всегда, но пока этот вопрос не обсуждался.

— Будет ли ТНК-BP сокращать долю прибыли, направляемую на дивиденды?

— В этом плане соглашение акционеров останется без изменений. Как и в 2003 году, оно и сейчас гласит, что отчисляться будут 40% чистой прибыли.

— Когда будет закрыта сделка по продаже "Газпрому" контрольной доли в Ковыктинском месторождении?

— Вам стоит об этом спросить господина Миллера (председатель правления "Газпрома" Алексей Миллер.— "Ъ"). Мяч на его стороне поля.

— Он вас не уведомлял?

— Как сообщали СМИ, он сказал, что уверен в том, что сделка завершится очень скоро.

— Вы собираетесь продавать принадлежащие ВР 6,6% акций Каспийского трубопроводного консорциума?

— Не уверен. Мы думаем, как лучше поступить с нашим пакетом. Через определенное время мы решим, что правильнее с ними сделать — инвестировать дополнительные средства, продать пакет, привлечь нового партнера или сделать что-нибудь еще. Вариантов масса. Пока мы не приняли окончательного решения.

— Но вы обдумываете возможную продажу?

— Мы обдумываем, как правильно поступить, держа в уме, что у нас есть доля в трубопроводе, но нет доли в апстриме (в добыче, которая обеспечивает объемы для поставки в КТК.— "Ъ"). Мы можем продать долю, а можем, например, приобрести долю в добыче. Ничего не могу исключить.

— Когда вы примете решение?

— Думаю, относительно скоро, поскольку нам нужно принять решение относительно расширения КТК.

— К вам поступали какие-либо интересные предложения?

— Пока нет.

— Во сколько оценивается ваш пакет?

— Не знаю.

— Собирается ли BP выходить из проектов "Сахалин-4" и "Сахалин-5"?

— Нет. В этом году мы не ведем там бурение, потому что в прошлом году мы провели обширные геологоразведочные работы, и нам нужно было время для того, чтобы интерпретировать результаты и решить, что делать дальше.

— Но вы закрыли офис на "Сахалине".

— Мы сейчас не ведем буровых работ, поэтому какой смысл держать там офис? Это был маленький офис, управляющий деятельностью по разведке. А поскольку мы не бурим и не ведем исследования, мы его закрыли. Если мы возобновим буровые работы, то, возможно, снова его откроем.

— Вы не думали о продаже своих долей?

— Нет. На данный момент мы хотим точно узнать, о чем нам говорят собранные за последние годы результаты геологоразведочных работ.

— Вы думаете об участии в других российских шельфовых проектах?

— Мы ведем совместные исследования с "Роснефтью" в Арктике, и это может привести или не привести к чему-то большему, чем исследования. Но пока это только исследования. Мы изучаем весь арктический шельф, чтобы понять, какие регионы представляются наиболее перспективными.

— Когда будут закончены эти исследования?

— Это долгосрочные геологические исследования. Где-то в следующем году или позже. Предстоит несколько этапов. Так всегда бывает в месте, о котором ничего или мало что известно.

— Что-нибудь конкретное "Роснефть" вам предлагала?

— На данный момент мы только ведем исследования.

— От "Газпрома" вы какие-нибудь предложения получали?

— Мы не работаем с "Газпромом" в этом регионе, мы работаем с "Роснефтью".

— То есть вы видите себя в будущем как партнера "Роснефти"?

— Мы — партнеры на Сахалине, а также ведем совместные исследования арктического шельфа. Что будет дальше — покажет время.

— Будете расширять розничную сеть BP в Москве?

— Это решать ТНК-BP, поскольку это актив ТНК-BP. Это очень прибыльный актив, и если будет возможность его расширить, он будет расширен.

— Будет сеть АЗС включена в компанию, которая проведет IPO?

— Да.

— Но она не входит в "ТНК-BP Холдинг".

— Поэтому я и говорю, что мы не решили, в какой конфигурации пройдет размещение. Идея в том, чтобы внести в компанию-инструмент IPO как можно больше активов.

— Включая украинские — Лисичанский НПЗ и сеть АЗС?

— Как можно больше. Когда мы завершим подготовку, можно будет сказать точнее.

— Вы собираетесь продавать активы, которые не будут внесены в размещаемую компанию?

— Пока нет. Мы еще не начали работу над подготовкой размещения. Но идея состоит в том, чтобы предложить на IPO ТНК-BP с наибольшим количеством принадлежащих ей активов. Если по каким-то причинам что-то будет невозможно предложить, мы будем думать, что делать с оставшимися активами.