Классификация преступлений против правосудия

КЛАССИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ПРАВОСУДИЯ

Райгородский В.В., аспирант кафедры уголовного права

Ростовский юридический институт МВД РФ

Аннотация: Статья посвящена проблемам

совершенствования российского уголовного

законодательства в части применения главы УК РФ «Преступления против правосудия». Предложена

авторская классификация данных видов преступлений.

Ключевые слова: уголовное право, преступления,

правосудие, классификация, признаки.

Проблема классификации преступлений против правосудия была дискуссионной в период действия УК РСФСР 1960г., когда в нем впервые в советском уголовном законодательстве была введена самостоятельная глава «Преступления против правосудия». Остается она таковой и в настоящее время.

Важность же ее, как правильно подчеркивается в литературе, состоит в том, что «классификация любых явлений и предметов выступает способом выявления наибольшего количества объективно существующих связей и взаимоотношений в исследуемом объекте действительности».1 И, несомненно, она помогает установить не только приоритеты, но и способствует более глубокому проникновению в сущность системной взаимосвязи проблем, определению последовательности принятия практических решении.2 Классификация помогает свести и многообразие состава изучаемых объектов к сравнительно небольшому числу преобразований, выявить исходные единицы анализа и разработать систему соответствующих понятий и терминов; обнаружить устойчивые признаки и отношения, вскрыть новые связи и зависимости между уже известными объектами, фиксируя тем самым закономерные связи между классами объектов и целью определения места объекта в системе, которое указывает на его свойства.3

Следовательно, классификация является важнейшей операцией в научном познании, основой процесса упорядочивания знаний, представляя собой систему деления, отличающуюся определенными свойствами: а) последовательностью деления производимого на основании признаков, существенных для решения стоящей задачи; б) нацеливание на такое распределение предметов по

1 См.: Поленина С.В., Сильченко Н.В. Научные основы типологии нормативных актов в СССР. М., 19S7. С. 19.

2 См.: Бучило Н.Ф., Чумакова А.Н. Философия. СПб., 2QQ4. С. 4QQ.

3 См.: Методология науки. Научное познание: формы, метода, подходя. М., 2QQ1. С. 56.

группам, чтобы между классификациями можно было судить об их свойствах; в) способностью к дальнейшим процессам формализации.4

Основным приемом классификации является таксономическое деление, суть которого состоит в осуществлении выделения в объеме делимого понятия подклассов, являющихся объемами новых (видовых по отношению к исходному) понятий с точки зрения определенной характеристики, называемой основанием деления. Применяется дихотомическое деление, т.е. деление целого на две части и мерелогическое деление, характеризующее членение понятия о предмете по типу «целое -часть» в аспекте сущности какой-либо части.5

Однако, как правильно, на наш взгляд, указывает Е.М. Зацепина, деление - это не есть сама классификация, а поэтому их отождествление недопустимо, ибо оно выступает только в качестве приема «дробления» целого на части, тогда как классификация представляет собой определенную последовательность операций, нацеленных на создание иерархической системы, каждый элемент которой зафиксирован в строго определенном месте и в строго определенном отношении (субординации) с другими.

Классификация имеет много общего и с систематизацией. При этом некоторые авторы утверждают, что «систематизация — это лишь внешняя сторона классификации (поэтому классификация не может быть сведена к простой систематизации)».6 Систематизация, осуществляется часто на основе классификации, но это не дает оснований характеризовать ее внешней стороной классификации, которая представляет собой сложный процесс, обусловленный процедурой, дополняющей и в качественно ином смысле «продолжающей» классификации. Поэтому классификация той или иной группы преступлений должна быть обусловлена связью с действующим законодательством, которое может содержать нарушения правил систематизации и классификации норм по разделам и главам Особенной части УК. И еще в свое время П. Пусторос-лев, справедливо писал, что «в обеспечении правильного и ясного понимания Особенной части уголовного права культурное государство в лице своего законодателя уже при самом установлении ее должно позаботиться о том, чтобы она была изложена систематично, в определенной системе, т.е. в строгом порядке с подразделением уголовных правонарушений на группы, ряды и виды по определенным, ясным, существенным разграничи-

4 См.: Ивлев И.В. Логика. М., 2001. С. 171-172; Малахов В.П. Формальная логика. М., 2001. С. 45.

5 См., Ивлев И.В. Указ. соч. С. 144.

6 См.: Кривоченко Л.Н. Классификация преступлений. Харьков, 1983. С. 11-12.

тельным признакам».7 А, подчеркивая значение классификации преступлений, С.В. Познышев отмечал: «как прием изучения классификация имеет двоякое значение для научного исследования: со стороны внешней - это прием, который вносит в изучение систему и порядок: со стороны внутренней - это прием, который предопределяет полноту и правильность выводов изучения».8

Таким образом, классификация как методологический способ научного познания является основным средством упорядочения и систематизации исследуемого материала. В уголовном праве классификация представляет собой инструмент теоретического назначения реальной действительности, при помощи которого раскрывается ее сущность и осуществляется разграничение объектов, образующих единую систему. На основании классификации происходит определение различных уголовно-правовых явлении и определяется их соответствие эмпирическим данным.9

Для правильной классификации важное значение приобретает выбор ее признака, относящегося к большинству существенных свойств делимого целого. И, как указывает Л.И. Кривоченко, «построение классификации преступлений должно вытекать из:

1) внутренних связей признаков преступлений, придающих им определенную целостность, образующих тот или иной вид преступления;

2) внешних связей отдельных видов преступлений между собой;

3) связей и взаимоотношений преступлений с иными правонарушениями».10

Классификации преступлений против правосудия, которые были осуществлены в период действия УК РСФСР 1960г., отличались значительным разнооб-

разием.11

На наш взгляд, для правильной классификации преступлений, посягающих на судебную власть и

7 См.: Русское уголовное право. Особенная часть. Юрьев, 1913. С. 5.

8 См., Познышев С.В. Основные вопросы учения о наказании. М., 1904. С. 5.

9 Аналогичное мнение высказывают и другие авторы. См., например, Кузнецов А.П., Маршакова Н.Н., Идрисов К.Р. Классификация преступлений против правосудия как объект научного познания // Российский судья. 2007. № 1. С. 7.

10 См.: Кривоченко Л.И. Классификация преступлений. Харьков, 1983. С. 11-12.

11 Следует отметить, что классификация преступлений в указанный период и в настоящее время осуществляется исходя из названия в обоих случаях глав 8 и 31 УК «Преступления против правосудия» и при этом авторы под осуществлением правосудия понимали как деятельность суда, так и иных правоохранительных органов, разделяя их функции введением понятия правосудия в узком и широком смысле. Отдельно классификация преступлений именно против судебной власти ими не рассматривается до настоящего времени. Поэтому мы вынуждены исходить из действующей конструкции главы 31 УК и указанной позиции авторов.

процессуальную деятельность правоохранительных органов, призванных способствовать осуществлению правосудию, как это предусматривает глава 31 «Преступления против правосудия» УК РФ, следует руководствоваться объектом преступного посягательства и субъектом его совершающим, как это делает В.Д. Иванов. Поэтому мы полагаем, что исходя из ныне действующей редакции главы 31 УК РФ «Преступления против правосудия», содержащей нормы, охраняющие от преступных посягательств не только судебную власть, но и процессуальную деятельность правоохранительных органов, содействующих осуществлению правосудия, следует выделять следующие группы рассматриваемых посягательств:

1) преступления, посягающие на судебную власть и процессуальную деятельность органов предварительного расследования и дознания, совершаемые лицами, осуществляющими данную деятельность. К их числу надлежит отнести: привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299 УК РФ); незаконное освобождение от уголовной ответственности (ст. 300 УК РФ); незаконные задержания, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 301 УК РФ); принуждение к даче показаний (ст. 302 УК РФ); фальсификация доказательств (части 2 и 3 ст. 303 УК РФ); вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (ст. 305 УК РФ).

2) преступления, посягающие на судебную власть и процессуальную деятельность органов предварительного расследования, совершаемые лицами, являющимися участниками данной деятельности. К преступлениям данной группы необходимо отнести: фальсификация доказательств (ст. 303 УК РФ); заведомо ложное показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод (ст. 307 УК РФ); отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний (ст. 308 УК РФ); разглашение данных предварительного расследования (ст. 310 УК РФ).

3) преступления, посягающие на судебную власть и процессуальную деятельность органов предварительного расследования, совершаемые лицами, призванными по закону содействовать ей. К указанным преступления целесообразно отнести: разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судей и участников уголовного процесса (ст. 311 УК РФ); незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту, либо подлежащего конфискации (ст. 312 УК РФ); неисполнение приговора, решения суда или иного судебного акта (ст. 315 УК РФ); укрывательство преступлений (ст. 316 УК РФ).

4) преступления, противодействующие осуществлению судебной властью своих функций и процессуальной деятельности органов предварительного расследования, совершаемые любыми лицами. К таковым можно отнести: воспрепятствование

осуществлению правосудия и производству предварительного расследования (ст. 294 УК РФ); посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст.

295 УК РФ); угроза или насильственные действия в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования (ст.

296 УК РФ); подкуп или принуждение к даче показаний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному переводу (ст. 309 УК РФ).

5)иные преступления, посягающие на судебную власть и процессуальную деятельность органов предварительного расследования, совершаемые любыми лицами. К числу таковых можно отнести: неуважение к суду (ст. 297 УК РФ); клевета в отношении судьи, присяжного заседателя, прокурора, следователя, лица, производящего дознание, судебного исполнителя (ст. 298 УК РФ); провокация взятки либо коммерческого подкупа (ст. 304 УК РФ); заведомо ложный донос (ст. 305 УК РФ).

6) преступления, противодействующие исполнению приговора и иного судебного акта, совершаемые задержанными, арестованными и осужденными. В их число входят: побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК РФ); уклонение от отбывания лишения свободы (ст. 314 УК РФ).12

Однако и предложенная нами классификация является не совсем точной, поскольку, как это вытекает из названия главы 31 УК РФ, нельзя правоприменительные органы наделять, функциями осуществления правосудия, которыми обладает только судебная власть, хотя нельзя не признать, в то же время, что органы, ведущие борьбу с преступностью, несомненно, способствуют осуществлению правосудия. Поэтому, исходя, главным образом, из названия этой главы,13 авторы исходят из того, что правосудие осуществляется не только судом, но и правоохранительными органами. И понимая ошибку законодателя, отдельные из них пытаются исправить ее тем, что наряду с узким понятием правосудия, которое характеризует деятельность только суда, следует, по их мнению, выделять и понятие правосудия в широком смысле, которое осуществляют также и правоохранительные органы.14 Разумеется, такой подход нам представляется ошибочным.

В то же время, понимая ущербность своей позиции, некоторые авторы предлагают изменить название главы 31 УК РФ, назвть ее «Преступления против интересов правосудия». А Ю.И. Кулешов, например, предлагает именовать главу «Преступления в сфере судопроизводства», хотя ранее, по существу, аналогичное предложение было внесено В.Д. Ивановым, предлагавшим назвать главу 31 УК РФ «Преступления, посягающие на процессуальную деятельность суда и правоохранительных органов».15

12 Сходную позицию занимает и Иванов В.Д. См.: Иванов В.Д. Уголовное право. Особенная часть. Ростов-на-Дону, 2002 С. 388389.

13 Такое же название имела и глава 8 УК РСФСР 1960 г.

14 См., например, Кузнецов А. Совершенствование уголовноправовых гарантий конституционных прав обвиняемых // Советская юстиция, 1980, № 13. С. 4; Москвитина Т.А. Некоторые предложения по совершенствованию проекта Уголовного кодекса // Вопросы уголовной ответственности и ее дифференциации. Ярославль. 1994. С. 185.

15 См.: Иванов В.Д., Спектор Л.А. Ответственность за посяга-

тельства на процессуальную деятельность суда и правоохрани-

Одной из главной причины, не позволяющей подойти к единому мнению относительно классификации преступлений в сфере правосудия, является, на наш взгляд, отсутствие правильного выбора ее критерия. Прежде всего, как и предыдущий УК РСФСР 1960 г., ныне действующий УК РФ в отдельной главе 31 хотя и выделяет «Преступления против правосудия», однако в ней сосредоточены нормы не только охраняющие нормальное функционирование судебной власти, осуществляющей правосудие, но и процессуальную деятельность правоохранительных органов, которые хотя и содействуют достижению правосудия, но сами его не осуществляют. А отсюда в силу различия функций, выполняемых судебной властью и правоохранительными органами, трудно определить критерий классификации различных преступлений, объединенных в одну главу.

Не спасает положение и попытка искусственного выделения понятия «правосудие», в узком смысле и понятие «правосудие» в широком смысле, осуществляемом и судебной властью, и правоохранительными органами, как это делают некоторые авторы.16 Нам представляется, что подобное мнение является беспочвенным, а поэтому является и неприемлемым. И в этой связи заслуживает внимания УК Грузии, в котором выделен самостоятельный раздел - двенадцатый «Преступления против судебной власти», включающий главу 41 «Преступления против деятельности органов правосудия», главу 42 «Преступления против процессуальных правил собирания доказательств», главу 43 «Деяния, направленные против своевременного пресечения и раскрытия преступлений», главу 44 «Преступления против исполнения судебных актов». Анализ данных глав показывает, что по своему видовому объекту они охватывают и охрану деятельности органов правосудия, и процессуальную деятельность правоохранительных органов, и деятельность органов, исполняющих судебные акты, в то же время, разделяя их.

Такое же название, как нам представляется, следует дать и главе 31 УК РФ, что позволит разграничить по видовому объекту преступления против судебной власти, осуществляющей функции правосудия, и преступления против процессуальной деятельности правоприменительных органов, способствующих осуществлению правосудия.

Вместе с тем нельзя не обратить внимание, что при таком подходе название самого раздела 12 «Преступления против судебной власти» является узким, не охватывающим по существу преступле-

тельных органов по осуществлению правосудия. Ростов-на-Дону, 2005. С. 7 - 17.

16 См., например, Кулешов Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы теории законодательства и правоприменения. // Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Владивосток. 2007. С. 17.

ния, предусмотренные главами 42 — 44 УК Грузии. И с учетом данного замечания, нам представляется, что и наименование главы 31 УК РФ также требует редакционного уточнения. Со своей стороны полагаем, что более удачным её названием будет «Преступления против судебной власти и процессуальной деятельности органов предварительного расследования и призванных исполнять приговоры и иные судебные акты».

Исходя из предлагаемого нами изменения названия главы 31 УК РФ все преступления, охватываемые этой главой можно разделить на три группы:

1. преступления в сфере осуществления судеб-

ной властью правосудия (ч. 1 и ч. 3 ст. 294, ст. 295, ч. 1 и ч. 3 ст. 296, ст. 297, ч. 1 и ч. З ст. 298, ч. 2 ст. 301, ч. 1 ст. 303, ст. 305, ч. 1 и ч. 3 ст. 307, ст. 308,

ст. 309, ст. 311 УК РФ;

2. преступления в сфере процессуальной деятельности органов предварительного расследования (ч. 2 и ч. 3 ст. 294, ст. 295, ч. 2, 3 и ч. 4 ст. 296, ч. 2 и ч. 3 ст. 298, ст. 299, ст. 300, ч. 2 и ч. 3 ст. 301, ст. 302, ч. 2и ч. 3 ст. 303, ст. 304, ст. 306, ст. 307 -310 и ст. 311 УК РФ);

3. преступления в сфере осуществления исполнения судебных актов (ч. 2 ст. 312, ст. 313 - 315 УК РФ).

В данную группу, на наш взгляд следует также отнести и деяния, предусмотренные статьями 157, 177, 282.2 и 312 УК РФ, поскольку они также посягают на деятельность органов, осуществляющих исполнение судебных актов.17

Список литературы

1. Абдрахманова Е.Р. Уголовно-правовое обеспечение реализации лишения свободы // Дис. ... канд. юрид. наук Ульяновск, 1996. С. 84

2. Бучило Н.Ф., Чумакова А.Н. Философия. СПб., 2004. С. 400.

3. Иванов В.Д. Уголовное право. Особенная часть. Ростов-на-Дону, 2002 С. 388-389.

4. Иванов В.Д., Спектор Л.А. Ответственность за посягательства на процессуальную деятельность суда и правоохранительных органов по осуществлению правосудия. Ростов-на-Дону, 2005. С. 7 - 17.

5. Ивлев И. В. Логика. М., 2001. С. 171-172

6. Кривоченко Л.И. Классификация преступлений. Харьков,

1983. С. 11-12.

7. Кривоченко Л.Н. Классификация преступлений. Харьков,

1983. С. 11-12.

17 Данной позиции применительно к статье 321 УК, предусматривающую ответственность за дезорганизацию деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, придерживаются и другие авторы. См., например, Панфилов Н., Мальцев

В. Ответственность за действия дезорганизующие работу исправительно-трудовых учреждений // Сов. юстиция, 1991, № 6. С. 10; Абдрахманова Е.Р. Уголовно-правовое обеспечение реализации лишения свободы // Дис. ... канд. юрид. наук Ульяновск, 1996. С. 84; Примак А.А. Уголовная ответственность за преступления, посягающие на установленный порядок исполнения наказания в виде лишения свободы // Дис. ... канд юрид. наук, Красноярск, 2003. С. 44; Сапелкина Е.Н. Преступления, связанные с нарушением порядка исполнения наказания и процессуального принуждения в виде изоляции от общества (уголовно-правовой и криминологический аспекты). Ростов-на-Дону, 2006. С. 105.

8. Кузнецов А. Совершенствование уголовно-правовых гарантий конституционных прав обвиняемых // Советская юстиция, 1980, № 13. С. 4.

9. Кузнецов А.П., Маршакова Н.Н., Идрисов К.Р. Классификация преступлений против правосудия как объект научного познания // Российский судья. 2007. № 1. С. 7.

10. Кулешов Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы теории законодательства и правоприменения. // Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Владивосток. 2007. С. 17.

11. Малахов В.П. Формальная логика. М., 2001. С. 45.

12. Методология науки. Научное познание: формы, метода, подходя. М., 2001. С. 56.

13. Москвитина Т. А. Некоторые предложения по совершенствованию проекта Уголовного кодекса // Вопросы уголовной ответственности и ее дифференциации. Ярославль. 1994. С. 185.

14. Панфилов Н., Мальцев В. Ответственность за действия дезорганизующие работу исправительно-трудовых учреждений // Сов. юстиция, 1991, № 6. С. 10.

15. Познышев С.В. Основные вопросы учения о наказании. М., 1904. С. 5.

16. Поленина С.В., Сильченко Н.В. Научные основы типологии нормативных актов в СССР. М., 1987. С. 19.

17. Примак А.А. Уголовная ответственность за преступления, посягающие на установленный порядок исполнения наказания в виде лишения свободы // Дис. ... канд юрид. наук, Красноярск, 2003. С. 44.

18. Русское уголовное право. Особенная часть. Юрьев, 1913.

С.5.

19. Сапелкина Е.Н. Преступления, связанные с нарушением порядка исполнения наказания и процессуального принуждения в виде изоляции от общества (уголовно-правовой и криминологический аспекты). Ростов-на-Дону, 2006. С. 105.

Рецензия

Классификация преступлений против правосудия является эффективным методом научного познания в сфере

криминологического знания, который позволяет свести многообразие изучаемых объектов к сравнительно

небольшому числу преобразований, выявить исходные единицы анализа соответствующих преступлений и разработать систему уголовно-правовых понятий;

обнаружить устойчивые признаки и отношения, вскрыть новые связи и зависимости между уже известными объектами, фиксируя тем самым закономерные связи между классами объектов и целью определения места объекта в системе, которое указывает на его свойства.

Через призму образующих понятие правосудия критериев автор делает весьма успешную попытку представить исследуемый объект в виде ряда логических групп, включающих в себя преступления в сфере осуществления судебной властью правосудия, преступления в сфере процессуальной деятельности органов предварительного расследования, преступления в сфере осуществления исполнения судебных актов. Данная классификация, основанная на системе научно обоснованных критериев, вполне может быть положена в основу легальной системы составов преступлений против правосудия.

Работу отличает солидный научный аппарат, использованы основные существующие в доктрине уголовного права взгляды по исследуемой проблематике. Наличие недостатков частного характера, выраженных в спорном характере отдельных авторских сентенций, не порочит общего благоприятного впечатления от рецензируемой статьи. Работа представляет собой творческое научное исследование, выполненное на достойном опубликования уровне.

Полагаю, что изложенное позволяет рекомендовать статью В.В.Райгородского «Классификация преступлений против правосудия»к опубликованию в научном издании.

Профессор кафедры государственно-правовых дисциплин Ростовского филиала РАП, д.ю.н. С.В.Мирошник