Проблемы коммуникации в контексте социокультурной реальности информационного общества

Социальная философия Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2012, № 1 (3), с. 132-137

УДК 1:316.28

ПРОБЛЕМЫ КОММУНИКАЦИИ В КОНТЕКСТЕ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ РЕАЛЬНОСТИ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА

© 2012 г. Е.П. Савруцкая

Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова

savrutsk@lunn.ru

Поступила в редакцию 30.04.2012

Анализируются наиболее актуальные проблемы социальной коммуникации и основные тенденции изменения культурно-коммуникативного пространства информационного общества, определяемые процессами глобализации, увеличением роли знаний и информации в общественном развитии, а также распространением массовых информационно -коммуникативных средств связи и новых метаязыков культуры, разрушением оснований коллективной идентичности. Наиболее глубоко и всесторонне эти процессы исследованы в работах таких немецких философов ХХ века, как Ю. Хабермас,

Н. Луман, К. Апель.

Ключевые слова: коммуникация, глобализация, коммуникативное действие, языковая игра, дискурс, коммуникативная рациональность, этнокультурная коммуникация.

Проблемы коммуникации все активнее начинают занимать лидирующие позиции в современной философской картине мира. Объяснение подобному явлению лежит в сфере специфических особенностей цивилизационных характеристик информационного общества.

В историко-культурном развитии общества вплоть до середины прошлого века отношения между людьми носили преимущественно межличностный характер. По этой причине социальные механизмы закрепления и воспроизводства исторически сложившихся форм общения (системы воспитания, традиции, обычаи, обряды, игры, праздники, символика, этикеты) преследовали прежде всего цель формирования «типового общения» (А.А. Леонтьев).

Развитие новых цивилизационных отношений со второй половины XX века повлекло за собой коренные изменения информационнокоммуникативных процессов. Это было вызвано введением в сферу взаимодействия людей принципиально новых информационно-коммуникативных технологий и разработкой новых метаязыков культуры. В коммуникативном пространстве современной цивилизации господствует принцип разнообразия, повлекший за собой такие совершенно новые в историко-культурном развития общества явления, как фрагментарность жизненного мира человека, «мозаичная культура», потеря основ коллективной идентичности, нравственный нигилизм. Развитие средств массовой информации

и глобальной сети Интернет осуществило возможность хранения, воспроизводства и обработки гигантских пластов информации, что явилось причиной появления новых отраслей научно-прикладных знаний, изменения содержания и направленности коммуникационных процессов в их непосредственном воздействии на человека.

Социальные процессы второй половины ХХ - начала XXI века, связанные с новыми тенденциями цивилизационного развития (интеграция, глобализация, с одной стороны, а с другой - индивидуализация и атомизация личности, процессы демассификации и т.д.), усилили внимание к различным проблемам коммуникации. Анализ видов общения (коммуникаций) в контексте культурно-антропологического (О. Больнов) или религиозно-антропологического (М. Бубер) значения усилил влияние герменевтической традиции в исследовании коммуникационных ситуаций, знаковых систем, их обслуживающих, а также социокультурных форм их осуществления. На передний план философского осмысления особенностей общения выдвинулась проблема диалога и понимания феноменов, раскрывающих природу современной коммуникации, важнейшим опосредствующим звеном которой в ситуации «Я - Ты» является язык.

Быстротечность и разнообразие, как один из ведущих признаков нового формирующегося общества, порождаемого условиями переходно-

го периода к постиндустриальной цивилизации, предполагают утверждение принципа культуры диалога как специфической черты коммуникационных процессов в современном мире. Фрагментарность жизненного мира современного человека, который в своем поведении все меньше ориентируется на традицию, порождает новый тип коммуникативного поведения, все более регламентируемого символическими этикетными нормами и языково-лингвистическими элементами общения. При этом урбанизация и миграционные процессы усиливают моральнопсихологическую нагрузку на человека, пытающегося адаптироваться к новым для него условиям социокультурной среды, найти соответствующую его жизненным планам и возможностям «нишу», обрести более или менее твердую почву под ногами. В коммуникационном пространстве современной цивилизации модульный характер коммуникации, кратковременное или случайное общение начинают обретать все большее значение, что усиливает эмоциональное напряжение, способствует появлению множества независимых систем, многочисленных субкультур, размывающих единые стандарты языка, ценностных ориентаций, мотивов и норм поведения.

Вместе с тем приходится констатировать, что коммуникативная сфера социальной реальности все еще остается наименее изученной в научном, философско-социологическом и нравственно-психологическом планах. И если в зарубежных исследованиях мы находим достаточно большое количество научных и философско-социологических разработок по проблемам современной коммуникативной ситуации, то отечественная наука по вкладу в общую теорию коммуникации делает только первые шаги. Однако следует отметить, что в работах еще П. Флоренского, Г. Шпета, А. Потебни были обозначены интересные направления исследования этой проблемы (П. Флоренский - о вербальной и визуальной культуре католиков и протестантов; Г. Шпет - об особенностях этнопсихологии и этнокоммуникации (герменевтическая модель коммуникации); А. Потебня - о лингвистических проблемах коммуникации). В советский период проблемы коммуникации рассматривались М. Бахтиным (культурологическая модель коммуникации), Ю. Лотманом (семиотическая модель коммуникации), А. Пятигорским (текстовая модель коммуникации). Философские аспекты исследования общения (коммуникации) были известны по работам А.А. Леонтьева, Л.П. Буевой, М.С. Кагана, Ю.Д. Прилюк, Е.П. Савруцкой, Д.П. Гавры,

О.Л. Гнатюк и других представителей московской, петербургской, воронежской, нижегородской школ теории социальной коммуникации.

Наибольший вклад в разработку теории коммуникации (коммуникативистики) внесли социологи США, а также философы и социологи Западной Европы (прежде всего Германии и Франции). К сожалению, менее всего в отечественных и зарубежных научных и философско-социологических исследованиях исследуются проблемы влияния современных миграционных процессов на изменение культурно-коммуникативной ситуации европейских стран.

О многообразии проблем коммуникации в философско-социологическом плане свидетельствует широкий диапазон использования искомого понятия в различных вариантах словосочетаний: «коммуникативная ситуация», «коммуникативное пространство», «этнокоммуника-ция», «массовая коммуникация», «коммуникативная личность», «коммуникативная достаточность», «коммуникативное поведение», «коммуникативная рациональность» и т.д. Ключевой проблемой теории коммуникации является изучение механизмов коммуникативного взаимодействия и адаптации человека к новым условиям социокультурной среды постиндустриальной цивилизации.

Разработка современной философско-социологической теории социальной коммуникации связывается прежде всего с именами Ю. Хабермаса (теория коммуникативного действия), К.О. Апеля и Н. Лумана.

Согласно концепции Ю. Хабермаса, все социальные действия существуют в двух видах -как инструментальные и как коммуникативные. Инструментальное действие актуализируется в сфере любого вида трудовой деятельности. Критерием эффективности инструментального действия, по Хабермасу, является мера успешного овладения деятельностью и контроля за целями и результатами приложения сил человеком в этой сфере. В своем известном труде «Моральное сознание и коммуникативное действие» Ю. Хабермас отмечает, что в действии, мотивом которого является достижение успеха, акторы ориентируются на последствия своей деятельности, «поскольку они стараются достичь своих целей, оказывая внешнее влияние на понимание ситуации их соперником, на его решения и мотивы...» [1, с. 199]. И в этом случае «координация действий субъектов. зависит от того, насколько эгоцентрический подсчет собственной выгоды уравновешивается подсчетом выгоды с противной стороны» [1, с. 199]. Очевидно, что взаимодействие людей в акте

инструментального действия, согласно Ю. Хабермасу, определяется утилитарными интересами человека.

В характеристике особенностей коммуникативного действия Хабермасом подчеркивается необходимость внутренней согласованности относительно действий между взаимодействующими субъектами «при условии согласия относительно данной ситуации и ожидаемых последствий» [1, с. 199]. Хабермас последовательно доказывает, что «действия, ориентированные на достижение взаимопонимания, должны определить. условия для достигаемого в процессе коммуникации согласия, при которых Другой может соединить свои действия с действиями Я» [1, с. 200]. Духовно-нравственная направленность коммуникативного действия при подобном рассмотрении природы последнего ориентирована на диалог, на достижение консенсуса.

В концепции коммуникативного действия Ю. Хабермаса следует выделить два наиважнейших в социокультурном плане момента. Во-первых, человек, т.е. субъект коммуникативного действия, является одновременно инициатором коммуникации и «продуктом традиции». Как субъект определенной социальной общности он является результатом процесса социализации, определяющего его становление как личности. Социокультурные условия как фрагмент жизненного мира человека есть не что иное, как контекст коммуникативных процессов, благодаря которому формируется база ресурсов для действий, «ориентированных на достижение взаимопонимания».

Во-вторых, достижение консенсуса, «снятие» конфликтов, по Ю. Хабермасу, определяется степенью устойчивости социальных (нравственных) норм в качестве регуляторов поведения людей. Любые социальные роли, выполняемые человеком, находятся в зоне легитимности норм, регламентирующих действия людей. Если человек оказывается вне зоны этих норм, он «выпадает» из системы отношений, обеспечивающих его существование. Коммуникативное поведение и программа выполняемых социальных ролей осуществляется человеком в пределах определенной нормативной системы, благодаря чему «конституируется мир легитимно упорядоченных межличностных отношений.» [1, с. 235].

Нравственная нормативность, по мнению Ю. Хабермаса, исторически формировалась как условие социальности, как фактор культуры, как фрагмент жизненного мира человека, регламентируя отношения между людьми. Изна-

чально, пишет Хабермас, «интегрированная в нормах структура общественных отношений. имеет нравственный характер» [1, с. 247]. Однако обязательная к исполнению нравственная норма нередко нарушается, люди пренебрегают в своем поведении установками норм морали, что ведет к конфликтам и различного рода формам отклоняющегося поведения.

Таким образом, актуализация коммуникативного действия осуществляется, согласно Хабермасу, в сфере отношений между людьми. Критерием же эффективности коммуникативного действия является достигнутый уровень согласия и взаимопонимания между взаимодействующими субъектами коммуникативного процесса. Степень эффективности последнего заложена в «этических императивах», способствующих предотвращению каких-либо конфликтов, возникающих в результате рассогласованности прав и обязанностей [1, с. 251], возникающих в различных жизненных ситуациях.

Что касается философских взглядов К.О. Апеля на природу коммуникации, то в этом вопросе он ориентируется прежде всего на контекст новых цивилизационных условий современного коммуникативного сообщества и поиска возможностей сохранения устойчивых форм внутренней регуляции поведения человека, т.е. морали. К.О. Апель отмечает, что научно-техническая цивилизация «поставила все народы, расы и культуры. перед лицом общей этической проблематики. брать на себя солидарную ответственность за последствия своих действий в планетарном масштабе» [2, с. 265].

Условия развития современной цивилизации таковы, по мнению Апеля, что существует глубокое противоречие, диспропорция между нарастающими тенденциями свободы, обеспечиваемой достижениями науки и техники, с одной стороны, а с другой - необходимостью нормативного регулирования поведения людей, благодаря чему возможно достижение взаимопонимания и консенсуса между людьми. По этому поводу К. Апель пишет: «.Не существует более типичного примера неравномерности развития секторов человеческой культуры, нежели диспропорция между экспансией научно-технических возможностей и тенденций к торможению, характерной для морали.» [2, с. 264].

Проблемы собственно коммуникации К. Апелем рассматриваются в ракурсе, достаточно близком к идеям Ю. Хабермаса о консенсусе и понимании. Анализируя роль языка в контексте «интерсубъективной коммуникации», Апель считает, что рассматриваемый феномен являет-

ся не только механизмом передачи информации, но и средством достижения понимания. Отсюда, интерсубъективная коммуникация, по Апелю, не может быть сведена к «языковой передаче информации», а должна рассматриваться «одновременно процессом достижения согласия». То есть коммуникация определяется К. Апелем как языковая коммуникация, рассматриваемая им под углом зрения «языковых практик в качестве языковых игр» [3, с. 52]. Иными словами, понимание в качестве условия своей возможности предполагает ситуацию языковой игры, выступающей в качестве упорядочения коммуникации.

В философских воззрениях К. Апеля на природу коммуникации очень важна одна деталь -неразрывная связь этических и языковых аспектов коммуникации. В частности, ложь, отказ от «критического взаимопонимания» делают, согласно К. Апелю, невозможным диалог между людьми. Только те существа, которые способны к языковой коммуникации, могут быть признаны личностями, считает философ.

Стратегия выживания человеческого рода, по Апелю, основывается на двух регулятивных принципах поведения каждого человека. Эти основополагающие принципы являются следствием философской аргументации противоречия, по словам К. Апеля, в духе «диалектики между Гегелем и Марксом» о «реализации идеального коммуникативного сообщества в реальном». Суть этих принципов К. Апель усматривает в следующем: 1) во всем поведении человека речь должна идти о том, «чтобы обеспечить выживание рода человеческого как реального коммуникативного сообщества»; 2) необходимо. «воплотить в реальном коммуникативном сообществе идеальное» [2, с. 331]. Первый принцип - это условие для второго, а второй - придает первому смысл.

В методологическом плане философское видение проблем коммуникации, характерное для К. Апеля, имеет большое значение в силу двух причин: во-первых, своей социально-нравственной направленностью, а во-вторых, философско-лингвистическим подходом, раскрывающим регулятивную роль языка в процессе коммуникации.

С точки зрения системно-функционального подхода к феномену коммуникации интересна концепция Н. Лумана. Рассматривая общество как социальную систему, он подчеркивает факт того, что эта системность раскрывается лишь в коммуникации, посредством которой возможно самовоспроизводство (аутопойесис) элементов этой системы. Справедливо крити-

куя некоторые положения теории коммуникативного действия Хабермаса, Н. Луман вместе с тем далек от мысли рассматривать коммуникацию только как процесс обмена информацией. По его мнению, «комбинация системной теории и теории коммуникации требует понятия коммуникации, позволяющего сказать, что все коммуникации производятся только коммуникацией.» [4, с. 32].

Рассматривая коммуникацию как синтез таких ведущих признаков процесса связи между людьми, как информация, сообщение и понимание, Н. Луман выстраивает свою концепцию на необходимости «различения» информации и сообщения. Информация выступает в форме сообщения лишь в том случае, когда есть высказывание, приуроченное к определенному времени («здесь и теперь») и контексту. Только в этом случае смысл сообщения становится понятным и может быть соизмерим с целями и задачами коммуникационного процесса. Это положение Н. Лумана имеет большое практическое значение в плане использования текстовых материалов СМИ и Интернета в выстраивании информационной политики и выборе основных направлений взаимодействия с целевыми группами общественности.

Что касается консенсуса как тенденции коммуникативного действия, то, по мнению Н. Лу-мана, «каждое коммуникативное событие закрывает и открывает систему» [4, с. 33]. Отсюда и ход истории зависит от множества обстоятельств, определяемых «бифуркацией восприятия и отклонения». Действительно, в процессах коммуникации всегда присутствует мнение «Другого», его возможное несогласие, неприятие моего «Я». И консенсус следует рассматривать как тенденцию коммуникационных процессов, иначе люди просто уничтожат друг друга, если в самой природе общественного развития не заложена необходимость выбора такой линии поведения людей, которая способна обеспечить взаимопонимание. Именно поэтому и системы образования и воспитания, и социокультурные механизмы закрепления и трансляции коллективного коммуникативного опыта поколений были направлены на поддержание стабильного существования и развития общества как системы.

Глубокий смысл имеет и идея Н. Лумана о единстве изменения и сохранения в процессе «самовоспроизводящихся коммуникаций», как, впрочем, и всех элементов общественных систем. «За каждой коммуникацией, - замечает автор, - в системе следует неидентичная коммуникация, но она соответствует общему ком-

муникативному коду системы, его смыслу, и всегда предопределена ранее происходящими коммуникациями» [5, с. 293]. И здесь вырисовывается актуальнейшая мысль о том, что преемственность культурно-коммуникативного развития человеческой истории осуществляется выработанными в процессе общественного развития культурными кодами, такими как традиции, обычаи, этикеты, нормы поведения, знаковые системы, играющими роль социальных механизмов культурного наследования как условия сохранения социумов, базовых духовных качеств и оснований этнокультурной идентичности. Благодаря коммуникативному коду социальной системы сохраняется культурноисторический опыт народа, уникальные черты его этнокультурной идентичности и, что самое главное, возможен аутопойесис (самовоспроизводство) общества как системы.

Изучение различных подходов к особенностям коммуникации в философско-социологическом и культурологическом планах позволяет говорить о том, что рассматриваемый феномен, т.е. коммуникация, действительно представляет одну из центральных проблем современного жизненного мира человечества наряду с такими глобальными стратегически важными факторами, как управление, инновационные технологии, наука и ряд других.

При исследовании коммуникации в философско-методологическом плане обращает на себя внимание обозначенная Ю. Хабермасом проблема «коммуникативной рациональности». По мнению Л.П. Киященко, коммуникативная рациональность связана с тенденциями формирования современной научной парадигмы, что обусловлено размыванием устойчивых дисциплинарных границ, а следовательно, изменением предмета и методологии научного исследования [6, с. 110]. В центре внимания современной науки и философии все больше оказываются не многообразные подсистемы целостной системы современного мира, представляющие собой относительно самостоятельные, характеризующиеся качественной и количественной определенностью части этого мира, а системы отношений, складывающиеся между этими частями. А это, в свою очередь, в значительной степени изменяет характер взаимосвязи и взаимодействия между научным и духовно-практическим освоением мира, научным и ненаучным знанием в сторону их взаимопроникновения, достижения консенсуса, взаимопонимания и включения в диалог культур. Более того, возникают новые формы закрепления и воспроизводства социального опыта по упорядо-

чению и стабилизации коммуникативных процессов. Важнейшую роль в этом играет язык, благодаря которому в историческом процессе происходит появление новых социокультурных смыслов. Исследование значений современного научного и философского дискурса объясняет причину повышенного внимания в современных социокультурных условиях к проблемам языка, обеспечивающего некую упорядоченность и устойчивость в изменяющемся, фрагментарном коммуникативном пространстве современной цивилизации и, что особенно важно, в духовно-нравственном мире человека.

Анализ особенностей связи между обозначением явлений, т.е. словом или символом и его влиянием на действия (поведение) людей, представлен в исследованиях таких известных лингвистов, как Э. Сепир и Б. Уорф. Существуют, по их мнению, исторически сложившиеся связи между языком, культурой и нормами поведения. В языке заложены нормы мышления, оказывающие влияние на направленность (вектор) поведения. В этой связи Б. Уорф пишет: «Мы должны признать влияние языка на различные виды деятельности людей не столько в особых случаях употребления языка, сколько в его постоянно действующих законах и в повседневной оценке им тех или иных явлений» [7, с. 158].

Актуальность исследования данной проблемы в культурно-коммуникативном плане объясняется особенностями изменения этнолингвистической среды под влиянием современных миграционных процессов. В частности, одной из причин кризиса модели мульти-культурализма является незнание мигрантами языка принимающей стороны, что создает не только культурно-коммуникативные, речевые и психологические барьеры полноценного социального и профессионального взаимодействия в правовом поле социума, но и служит основанием для сохранения замкнутости этнических групп, оказавшихся в силу объективных причин в условиях «вынужденного общения» с представителями других этносов, официальных властей, работодателей. В этих условиях система личностных этнокультурных установок моего «Я» может совпадать только с подобными «себе» представителями этнического коммуникативного сообщества, но она является чуждой с подобного рода системами «Других». При отсутствии механизмов связи с «Другими» в условиях глобализации, «где «чужого» кратно больше, чем «своего», идентичного «себе», накапливается синдром агрессивной неопределенности, отчуждения. Чело-

век все меньше ориентируется на «Другого». Иначе говоря, формируется пространство, наполненное многообразием культурных кодов, смыслов, символов, которые образуют эклектичную или «мозаичную» культуру, минимизируя возможности осуществления меж-культурного диалога.

В России исследование проблемы коммуникации приобрело особую актуальность в связи с радикальными переменами в коммуникативном поле нашей страны. Противоречия современной цивилизации в целом трансформировались в условиях российской действительности, преломляясь через призму таких факторов, как своеобразие поликультурного коммуникативного пространства России и особенности национальных отношений в нашей стране, состояние духовно-нравственных ценностей населения, а также бурное развитие определяющих признаков информационной цивилизации - глобальное распространение сети Интернет, увеличивающееся влияние СМИ на массовое сознание и т.д. Особую значимость исследованию проблемы коммуникации в России придает необходимость сохранения уникальности историко-культурной российской традиции, веками формирующейся

под влиянием таких социальных факторов, как многонациональный состав населения, его по-ликонфессиональность и многоязычие.

Список литературы

1. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. СПб.: Наука, 2000. 377 с.

2. Апель К.О. Априори коммуникативного сообщества и основания этики // Апель К.О. Трансформация философии. М.: Логос, 2001. С. 263-337.

3. Цит. по: История философии: Энциклопедия / Сост. и гл. науч. ред. А.А. Грицанов. Минск: Интер-прессервис: Кн. дом, 2002. 1376 с.

4. Луман Н. Понятие общества // Проблемы теоретической социологии / Под ред. А.О. Бороноева. СПб.: Петрополис, 1994. С. 25-42.

5. История философии: Запад - Россия - Восток: Учебник для студентов вузов. Кн. 4: Философия ХХ в. / Ин-т «Открытое общество»; Под ред. Н.В. Мотро-шиловой и А.М. Руткевича. М.: Греко-латинский кабинет Ю.А. Шичалина, 1999. 446 с.

6. Киященко Л.П. Мифопоэзис научного дискурса // Философские науки. 2002. № 4. С. 104-119.

7. Уорф Б. Отношение норм поведения и мышления к языку // Языки как образ мира. М.: ООО «Издательство АСТ»; СПб.: Тегга РаП^йса, 2003. С. 157-202.

THE PROBLEMS OF COMMUNICATION IN THE CONTEXT OF SOCIOCULTURAL REALITY

OF THE INFORMATION SOCIETY

E.P. Savrutskaya

This article analyzes a number of most pressing problems of the philosophy of communication. We consider key trends in the development of the information society and their impact on the changing of the cultural and communicative space of the modern civilization. The signs of the so-called «communication revolution» are such factors as the increasing role of knowledge and information in the social development, a global spread of the mass communication means and a wide spread of cultural meta languages, along with the destruction of the fundamentals of collective identity. The most profound and comprehensive analysis of these processes has been carried out by such German philosophers of the 20th century as J. Habermas, N. Luhmann and K. Apel.

Keywords: communication, globalization, communicative action, language game, discourse, communicative rationality, ethnocultural communication.