«Я уже не уверен, что человечество дозрело до владения этой энергией»

«Я уже не уверен, что человечество дозрело до владения этой энергией»

Создателю советской атомной бомбы Юлию Харитону — 120 лет со дня рождения

27 февраля исполняется 120 лет со дня рождения знаменитого физика, создателя советского ядерного щита Юлия Харитона.

1 / 20

Дитя богемы

Юлий Борисович Харитон родился в Санкт-Петербурге в 1904 году 27 февраля по новому стилю. Его дед Иосиф Давидович Харитон был купцом первой гильдии в Феодосии. Отец Борис Харитон — известный журналист, выпускающий редактор газеты «Речь». В 1922 году он был выслан из страны. Мать — Мирра Яковлевна, в девичестве Буровская, была актрисой МХАТа. Юлику не было и семи лет, когда его мать уехала в Германию на лечение, а там вышла замуж за врача-психоаналитика. Мирра проживет длинную жизнь, переехав в 1933 году в Палестину из охваченной нацизмом Германии.

Интересно, что еще один физик в раннем возрасте останется без матери. И не просто физик, а соперник в создании атомной бомбы — Юлиус Роберт Оппенгеймер. Кстати, родившийся в том же году, что и наш Юлий Харитон.

Мальчик жил с отцом, воспитывала детей гувернантка-эстонка. Она, помимо прочего, учила его немецкому языку. Это потом очень пригодилось: немецкий в те годы был главным языком науки. В свои 13 лет Юлий уже начал работать и зарабатывать первые деньги. К этому времени он умел жать и молотить хлеб, работать на ткацком станке. Учился он перескакивая через классы, поэтому реальное училище закончил раньше сверстников, в 15 лет. Сразу попытался поступить в Технологический институт — не приняли из-за возраста. На следующий год Юлий Харитон стал студентом Политехнического института. Он жил в центре Петрограда, а институт, как известно, находился близ деревни Сосновка. Студент Харитон нередко добирался восемь километров до института пешком.

Лекции Иоффе пробудили страсть к физике

Юлию повезло попасть в поток, где курс физики читал Абрам Иоффе. Впоследствии ученый вспоминал: «Прослушав две-три лекции, я понял, что самое интересное не электроника, которой я в то время увлекался, а физика. Не я один, буквально вся аудитория замирала и с волнением слушала то, что говорил Иоффе. Под влиянием его лекций я перешел на другой факультет. После первого курса Абрам Федорович поручил нескольким студентам составить и в дальнейшем прочитать на семинаре рефераты. Мне досталась тема "Работы Резерфорда в области строения атома"». Для студента это было первое знакомство с ядерной физикой, интерес к которой никогда уже потом не покидал его. Фантастической для того времени была идея академика Абрама Иоффе о том, что ядерная энергия может привести человечество через 200 лет к решению проблемы энергетического кризиса. Большинство людей, в том числе представителей научных кругов того времени, считали, что ядерная физика не имеет практической пользы.

В 1921 году студент Харитон начинает работать в физико-технологическом институте под руководством Николая Семенова. В начале 1920-х он публикует свои первые научные работы. Со званием инженера-физика он закончил физико-математический факультет в 1925 году.

В 1928 году молодой специалист с проблемной «анкетой» (эмиграция матери, высылка отца) едет на два года на стажировку в Кембридж.

Эти годы советский физик работает под руководством Резерфорда и Чедвика. К слову, в той же лаборатории практиковался будущий создатель американской атомной бомбы Оппенгеймер. В 1928 году Харитон защищает диссертацию и получает степень доктора наук.

Кстати, именно благодаря стажировке в Европе Юлию удалось в последний раз встретиться с матерью. На обратном пути он заезжает к ней в Германию, где партии Гитлера в то время до власти оставался один шаг.

Как создавался ядерный щит СССР

По возвращении в СССР Харитон приходит в Институт химической физики, где проработает до 1946 года. Он организовал и возглавил здесь лабораторию взрывчатых веществ, которая вскоре стала общепризнанной школой физики взрыва. Ученый пишет научные работы по детонации, теории горения и динамике взрыва. По совокупности этих работ в 1935 году Юлий Харитон был удостоен степени доктора физико-математических наук. В 1939–1941 годах Юлий Харитон и Яков Зельдович впервые осуществили расчет цепной реакции деления урана, что стало первым шагом к созданию атомного оружия. Расчеты ученых показали, что создать атомную бомбу возможно и что для этого потребуется уран-235.

Как отмечал физик Яков Зельдович, Харитон взялся за область, в которой не только не было ответов, но и правильных вопросов еще никто не поставил. «Существует очень старый рассказ о том, как молодому Максу Планку его учитель говорил: "Физика практически вся закончена, есть только два облачка на ее ясном горизонте: одно — опыт Майкельсона, другое — трудности теории теплового излучения". Как теперь известно, одно облачко родило теорию относительности, а второе — при решающем участии Планка — привело к созданию квантовой теории». Таким «облачком» было и изучение взрывов.

В СССР старт атомного проекта был дан сразу же после атаки американцев на Японию. Первое заседание состоялось 27 августа 1945 года.

Именно в эти дни были определены главные направления работы. Будущие атомные бомбы начали называть «изделиями», и этот термин сохраняется до сегодняшнего дня. Харитону было поручено изготовление «изделий». Руководителем проекта стал Лаврентий Берия, размах и полномочия которого оказались фактически неограниченными. Назначить Харитона главным конструктором КБ-11 в Арзамасе было его личным решением. На этом посту Харитон будет оставаться почти до конца своей длинной жизни.

Сам ученый так отзывался о Берии: «Он часто выезжал на объекты, разбирался на месте, и все задуманное обязательно доводилось до конца. Берия был с нами терпим и крайне вежлив. Если бы нашим куратором был Молотов, таких бы впечатляющих успехов, конечно, не было бы».

15 октября 1945 года Юлий Харитон выступил на Техническом совете с докладом «О принципах, положенных в основу разработки образцов заводской продукции». Этот документ можно считать началом биографии ядерного научного центра «Арзамас-16», основателем и бессменным научным руководителем которого был Харитон.

Советская атомная бомба была успешно испытана на Семипалатинском полигоне в августе 1949 года.

Нечеловеческая материя

Начальник Первого главного управления при Совете министров СССР Борис Ванников как-то сказал про Харитона: «Такая маленькая голова, но в ней что-то фантастическое, какая-то нечеловеческая материя». О ценности Харитона и его головы говорит, например, тот факт, что ученому запрещалось летать самолетами. Зато в его распоряжении был личный железнодорожный вагон. Его, как правило, прицепляли в хвосте поезда, и на остановке к нему можно было подъехать на машине, минуя перрон. «Вагонная жизнь» длилась почти полвека и прошла в двух разных «квартирах-вагонах».

До конца 1980-х годов его имя мало кто знал (если не считать специалистов-ядерщиков), но это не огорчало Харитона — он был лишен тщеславия и никогда не предъявлял своих чинов. С ним можно было поговорить о Гейнсборо, Гольбейне, Тернере, он ценил поэзию Серебряного века, любил постановки Товстоногова, а в конце своего длинного рабочего дня ходил в кино на последние сеансы.

Жизнь Юлия Харитона охватывает почти весь XX век: 1904–1996 годы. В конце жизни он остро ощущал ответственность перед человечеством. В 1995 году в статье для мемориального комитета Оппенгеймера он писал: «Сознавая свою причастность к замечательным научным и инженерным свершениям, приведшим к овладению человечеством практически неисчерпаемым источником энергии, сегодня я уже не уверен, что человечество дозрело до владения этой энергией. Я осознаю нашу причастность к ужасной гибели людей, к чудовищным повреждениям, наносимым природе нашего дома — ?Земли. Слова покаяния ничего не изменят. Дай Бог, чтобы те, кто идут после нас, нашли пути, нашли в себе твердость духа и решимость, стремясь к лучшему, не натворить худшего».