Вклад Иркутской купеческой династии Сибиряковых в экономическое развитие края

партнеров по взаимодействию и общению [15]. А.Адлер связывает доминирование со стремлением к власти и превосходству над другими людьми, стремлением произвести впечатление своей артистичностью и экзальтированностью.

По мнению Ю.М.Орлова, потребность в доминировании - это стремление влиять на других, навязывать другим свои взгляды, вкусы, стиль, контролировать поведение, вступать в споры не ради истины, а ради обнаружения своего превосходства и правоты, поучать, поощрять и порицать других, склонность быть первым, превосходить других [11]. Исследования Ю.М.Орлова указывают на необходимость внутрилич-ностной связи потребности в доминировании с потребностями в достижении и аффилиации, иначе до-

минирование приводит к рассогласованию действий в коллективной деятельности.

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что учебную деятельность студентов можно стимулировать посредством потребности в таких мо-тивационно-смысловых образованиях социогенной природы, как достижение, познание, доминирование, аффилиация. Изучение данных субъективных комплексных образований позволяет вполне адекватно моделировать процессы формирования и изменения потребностной сферы личности студента, предоставляет надежную инструментальную возможность их измерения, содержательного психологического, качественного анализа и интерпретации.

Библиографический список

1. Асеев В.Г. К структуре мотивационной деятельности в советской психологии // Тезисы докладов к 5 Всесоюзн. съезду общества психологов / сост. и отв. ред. Н.А. Менчинская, Э.А. Фармонова. М.,1977. Ч.1. С.100-105.

2. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М.: Просвещение,1968. 464с.

3. Боровский В.М. Введение в сравнительную психологию // Работник просвещения. 1927. № 2. С.32-36.

4. Братусь Б.С. К проблеме выделения уровней мотивации // Мотивация регуляции деятельности и поведения личности. М., 1988.

5. Васильев Н.А., Магомед-Эминов М.Ш. Мотивация и контроль за действием. М.: МГУ, 1991. 143с.

6. Войтонис Н.Ю. Проблема мотивов поведения и ее изучение. // Психология. М.; Л., 1929. Т.2.

7. Джидорьян И.А. О месте потребностей, эмоций и чувств в мотивации личности // Теоретические проблемы психологии личности / под ред. Е.В.Шороховой. М., 1974. С.145—169.

8. Леонтьев А.Н. Психологические механизмы мотивации учебной деятельности: учеб. пособие. Новосибирск: Изд-во НГПИ, 1986. 92с.

9. Леонтьев А.Н. Потребности и мотивы деятельности: конспект лекций. М.: МГУ, 1971.; Леонтьев А.Н. Потребности. Мотивы. Эмоции // Вопросы философии. 1972. №12. С. 2836.

10. Орлов А.Б. Экспериментальные и прикладные исследования мотивационных образований в зарубежной когнитивной психологии // Психол. журнал. 1990. Т.11. №6.

11. Орлов Ю. М. Потребностно-мотивационные факторы эффективности учебной деятельности студентов вуза: дис.... докт. психол. наук. М., 1984.

12. Орлов Ю.М., Творогова Н.Д., Шарай В.Б., Шкуркин В.И. Моральное стимулирование учения студентов. М., 1978.

13. Орлов Ю.М., Творогова Н.Д., Шкуркин В.И. Стимулирование побуждения к учению. М., 1988.

14. Хекхауэен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986. Т.1,2.

15. Шевандрин Н.И. Социальная психология в образовании. М., 1995.

16. Якобсон П.М. Психологические проблемы мотивации поведения человека. М.: Просвещение, 1969. 315с.

УДК 338

ВКЛАД ИРКУТСКОЙ КУПЕЧЕСКОЙ ДИНАСТИИ СИБИРЯКОВЫХ В ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КРАЯ

А.С.Дикун1

Восточно-Сибирская государственная академия образования, 664011, г. Иркутск, ул. Н. Набережная, 6.

Рассмотрены этапы становления и эволюции предпринимательской деятельности в Сибири на примере династии купцов Сибиряковых. Определены виды предпринимательства (подряды, перевозы, откупа), способы накопления и сохранения капитала, развития семьи-корпорации. Особое внимание сосредоточено на монополистическом характере деятельности купцов как факторе закономерной устойчивости и продолжительности существования предпринимательского дела - основы благосостояния, определявшей период существования династии, преемственность и продолжение фамильного дела. Делается вывод, что предпринимательская деятельность семьи-корпорации в XVII - первой половине XIX века отвечала нуждам государства и соответствовала традиционному, докапиталистическому способу предпринимательской деятельности. С целью получения представлений о значимости докапиталистического периода деятельности семи поколений династии для развития экономики России предложено изучение проблемы в региональном аспекте. Библиогр. 17 назв.

Ключевые слова: купечество; предпринимательство; Сибиряковы; экономика; перевозы; откупа.

1Дикун Александр Сергеевич, аспирант, тел.: 89016412844, e-mail: dikunas@gmail.com, arhipova_t@mail.ru Dikun Alexander, Postgraduate, tel.: 89016412844, e-mail: dikunas@gmail.com, arhipova_t@mail.ru

CONTRIBUTION OF IRKUTSK MERCHANT DYNASTY OF THE SIBIRYAKOVS INTO THE ECONOMIC

DEVELOPMENT OF THE REGION

A.S.Dikun

East Siberian State Academy of Education, 6 Nizhnyaya Naberezhnaya, Irkutsk, 664011.

The stages of formation and evolution of business undertakings in Siberia are considered on the example of the merchant dynasty of the Sibiryakovs. The author identifies the types of business undertakings (contracts, transportation, lease), the methods of accumulation and preservation of capital, the development of the family-corporation. Particular attention is focused on the monopolistic nature of merchant activity as a factor of regular stability and durability of business as a basis of wealth that characterized the period of dynasty existence, succession and continuation of the family business. It is concluded that the business undertakings of the family-corporation in the XVIIth - the first half of the XlXth century corresponded to the needs of the state and agreed with the traditional, pre-capitalist mode of business undertaking. In order to get an idea about the importance of the pre-capitalist period of the activity of seven generations of the dynasty for the development of Russian economy it is proposed to study the problem in the regional aspect. 17 sources.

Key words: merchant class; business undertakings; the Sibiryakovs; economy; transportation; lease.

Проблема становления и эволюции купечества привлекает современных исследователей. Изучение этого вопроса в региональном аспекте углубляет познание как общих процессов экономического развития центра России, так и особенностей, нашедших проявление на периферии.

В данной статье рассматриваются этапы становления и эволюции предпринимательской деятельности в Сибири на примере династии купцов Сибиряко-вых. По происхождению, источникам существования, конфессиональной принадлежности, роли в обществе Сибиряковы - типичные представители верхнего слоя иркутского купечества ХУ11-Х1Х веков. Такая постановка вопроса позволяет проследить развитие торговой и промышленной деятельности сибирского купечества в целом.

Развитие экономики Сибири тесно связано с предпринимательской деятельностью купечества, что видно на примере истории становления и прогресса династий, обосновавшихся в Иркутске в начале XVIII в. Процессы складывания династий были прерваны по различным причинам. Летописец Н. С. Романов сообщает в 1882 году: «Прекратились купеческие фамилии Сизых, Мыльниковы, Дудоровские, Шелиховы. Остались в Иркутске Сибиряковы, Трапезниковы. Место выбывших заняли новые выходцы из Перми, Сольвы-чегодска» [11, с. 64]. Экономика Сибири в конце XVII -первой четверти XVIII вв. испытывала протекционистское влияние государства, что было связано с колониальным характером её освоения.

Самым распространенным в Сибири был пушной промысел, первоначально он носил меновой характер. На рубеже XVII - XVIII вв. в оборот вошли деньги, заменяя меновую торговлю отношениями купли-продажи. Формировалось сословие людей, которые занимались торговой деятельностью. Купцы из европейской части страны, которые к началу XVIII в. лидировали в крупной оптовой торговле, постепенно заменяются в торговых отношениях купцами сибирских городов. В мелкой и розничной торговле первенствовали служилые люди, имевшие возможность свободно передвигаться по Сибири, участвовать в сборе ясака, контактировать с коренным населением, что способ-

ствовало совершению сделок. Правительство, заинтересованное в развитии экономики на территории новых земель, в конце XVI в. освобождало от таможенных пошлин торговавших на них как русских, так и среднеазиатских купцов, но по мере освоения территорий и оживления торговых связей торговцы стали облагаться пошлинами.

Первые сведения об основателе династии Афанасии Сибирякове (1676-1754) содержатся в «Переписной книге 2-й ревизии 1744 г.». Это позволяет судить о времени и месте поселения Сибиряковых на берегу озера Байкал на землях Посольского Свято-Преображенского монастыря в конце XVII в. В 1725 году семейство числилось выбывшим из Посольского монастыря Иркутской провинции. Следовательно, данная запись определяет период переселения семьи основателя династии в Иркутск - до 1725 г. Таким образом, поселение первых Сибиряковых на землях монастыря и переезд в Иркутск относятся к концу XVII -первой четверти XVIII в. [3]

Развитие торговли с Китаем обеспечивал путь через Байкал. Для организации перевозок купец накапливал первоначальный капитал. В начале становления своего дела купцы торговали и транспортировали товары сами. В дальнейшем эти два вида купеческой деятельности разделились: в отдельную группу выделились лица, специально занимавшиеся транспортировкой товаров - извозом, а собственно купцы стали сдавать перевозку товаров им в подряд. На первом этапе предпринимательская деятельность Сибиряковых сводилась к перевозкам товаров по Байкалу, торговле и промыслам, от которых они получали прибыль.

В таких людях, как Сибиряковы, были заинтересованы не только купцы, возившие товары в Китай, но и государство, контролировавшее перевозки через Байкал как одно из стратегических направлений. В Инструкции из Государственной коммерц-коллегии инспектору Сибирской Губернии господину Хрущову от 24 октября 1722 г. говорится именно об этом: «Надлежит ему осведомиться... и не лучше ли бы было, чтоб на Байкал море два буера, или другия какие ластовые морские суда по глубине того моря сделать ради пе-

реводу людей, писем и товаров с одной стороны моря на другую, из которых один буер может в Иркутске, а другой в Селенгинске... Ежели бы сие за благо изобретено было, тогда надлежит стараться, чтоб обвык-лых корабельных служителей к тому приискать.» [5, с. 259]

Фактор протекционистской стимуляции подтолкнул к началу предпринимательства Сибиряковых. Они приращивали капитал, увеличивая своё участие в перевозках товаров, для чего строили пристани, верфи и суда на Ангаре, закупали за рубежами России пароходы. Перевоз в течение XVI11-Х1Х вв. оставался надёжным способом формирования капиталов.

Одним из инструментов накопления капитала для предпринимательства традиционного типа являлись откупа. Их использование - общая закономерность развития третьего сословия в России. Откупная система начала распространяться с XVII в. Откупными статьями были таможенные и кабацкие сборы, а с отменой в середине XVIII в. внутренних таможен основой откупной системы становятся винные откупа [10].

Компания, в которую входили купцы Сибиряковы, взяла в 1753 г. на четырехлетний откуп таможенные, кабацкие и канцелярские сборы в Нерчинске и уезде за откупную плату в 7900 руб. в год. Об участии Сибиряковых в формировании системы винных откупов сообщают Иркутские городские летописи: «В июле 1744 г. из Иркутска уезжают в Петербург купцы Михаил Глазунов, Михайло Маньков, Иван Бечевин и Василий Сибиряков (1715-1790). Они повезли туда 40 000 руб. чистой прибыли от питейных сборов» [6, с. 62].

В первой половине XVIII в. предпринимательская деятельность Сибиряковых не ограничивалась пределами Иркутска, что отвечало традиционному, докапиталистическому способу предпринимательской деятельности и следованию нуждам государства. В Забайкалье заводит собственное дело по добыче серебра и производству железа Михаил Афанасьевич Сибиряков (1726-1799). Он открывает горный завод, ставший первым частным заводом в Нерчинском горном округе. И. Боголюбский сообщает: «.к 1774 г. действовали 6 казенных заводов и 1 частный купца Сибирякова...» [1, с. 5, 37]. Кроме заводов, были открыты серебряные, ртутные и серные прииски, принадлежавшие монопольно только Сибиряковым. М. А. Сибирякову за открытие приисков в Нерчинском округе в 1791 г. было пожаловано личное дворянство, о чем свидетельствует герб, обнаруженный в Общем Гербовнике дворянских родов Всероссийской империи: «Михайло Сибиряков в службу вступил в 1759 г. -1784 года февраля 7-го произведен коллежским асессором и, находясь в сем чине, 1791-го декабря в 9-й день пожалован на дворянское достоинство дипломом, с коего копия хранится в Герольдии» [9]. В сборнике Российского исторического общества М. А. Сибиряков в 1766 г. упоминается как голова Нерчинского горного начальства и берг-гешворен, т.е. ему был присвоен «обер-офицерский чин XII класса», соответствующий пехотному поручику (инженерному подпоручику) [12, с. 117].

Сибиряковы ведут управление приисками в

Нерчинском округе из Иркутска. В Верхнеудинске им принадлежат верфи [8], в Иркутске - недвижимое имущество. Дела М. А. Сибиряков вел через доверенных лиц. В запросе об оценке имущества в Иркутскую казенную палату сообщается: «...Нерчинских сереброплавильных заводов рудопромышленника и заводчика 1-го коллежского асессора Михаила Сибирякова по доверенности доверенный его Прокофий Малышев просит о выдаче из строительной суммы денег 1500 руб. под залог собственного его Сибирякова каменного дома, состоящего здесь в Иркутске в приходе Хар-лампиевской церкви.» [4]. Дом был оценен в 4 тыс. рублей.

В Иркутске сохранился один из жилых домов, ранее принадлежавших городскому голове М. В. Сиби-рякову (сегодня в нём расположена библиотека Иркутского госуниверситета). Дорогостоящая каменная усадьба являлась свидетельством преуспевания купеческой семьи и показателем её кредитоспособности. Для городской буржуазии «каменное строение», лучше защищённое от частых городских пожаров, было средством залога при подрядных и других операциях, а для их контрагентов - гарантией на случай банкротства купца. Из этих соображений купцы, сразу по постройке, осуществляли оценку своих каменных усадеб и промышленных заведений. Дом был продан в 1837 году казне.

Соответствие архитектуры, интерьера жилища господствующему стилю владельца повышало стоимость дома, престиж владельца, его кредит. Но нельзя сводить всё к прагматизму и соображениям престижа: внешний вид и внутреннее убранство дома представителя иркутского купечества соответствовали европейским вкусам [7, с. 291].

Особым видом предпринимательской деятельности на протяжении XVIII в. и первой половины XIX в. были подряды на обслуживание различных государственных нужд. Подрядная деятельность Сибиряко-вых представлена в документах относительно того времени, когда они стали достаточно авторитетными купцами с высоким оборотом капитала (с 1760-х гг.), что на законных основаниях позволяло брать крупные подряды.

Стратегической задачей для экономики России была доставка свинца с Нерчинских рудников на Алтайские заводы. Государство не могло заниматься этим самостоятельно, людей не хватало на заводах, казна испытывала затруднения в финансовом и кадровом плане. Когда макарьевский купец Смирнов потерпел финансовую неудачу с подрядом на транспортировку свинца в 1804 -1807 гг., связанную с трудностями в найме рабочих, подряд взял М. В. Сибиряков, при этом у иркутского купца подрядная плата была на 50 коп. за пуд выше (1 руб. 96 коп. против 1 руб. 45 коп. у Смирнова) [14].

В первой половине XIX в. подряды на перевозку нерчинского свинца становятся монополией иркутского купечества. С 1808 по 1823 г. перевозка свинца находилась в руках иркутского первой гильдии купца М. В. Сибирякова и его сыновей. Объемы перевозок, выполнявшихся Сибиряковыми, превышали 200 000

пудов, однако после смерти Михаила Васильевича Сибирякова масштабы предпринимательской деятельности сократились из-за раздела семейного капитала между многочисленными наследниками. Один из наследников, Ксенофонт Сибиряков, смог сохранить высокие прибыли подрядчиков Сибиряковых по сравнению с другими купцами.

Для подрядов 1799-1800 гг., выполнявшихся барнаульским купцом Пуртовым и томским Шумиловым, норма прибыли составила соответственно 22% и 24% [13, с. 241] . В 1816-1819 гг., когда подряд выполнялся Сибиряковыми, норма прибыли была значительно выше: в 1816 г. - 56%, в 1817 г. - 133%, в 1818 г. -44%, в 1819 г. - 60%. За 4 года Сибиряковы получили прибыль в размере 305 тыс. руб., следовательно, годовая их прибыль составила в среднем более 76 тыс. руб. в год. Значительно более высокая прибыльность подряда Сибиряковых по сравнению с подрядом Пур-това-Шумилова была обусловлена ростом подрядных цен: если в 1799 г. подрядная плата составила 1 руб. 67^ коп., то в 1816-1817 гг. она достигла 5 руб. ассигнациями за пуд.

Высокие прибыли подрядчиков обеспечивались ростом подрядной платы и эксплуатацией судовых рабочих, крестьян-извозчиков. Горный чиновник, наблюдавший за ходом поставки свинца в 1816-1817 гг., доносил в Канцелярию Колывано-Воскресенского горного начальства, что подрядчики Сибиряковы назначали своим судовым рабочим такую низкую заработную плату, что «едва может достать на одно в пути содержание и обувь...» [15] О том, что кабальные методы эксплуатации имели широкое распространение, свидетельствует долговая книга подрядчика Василия Михайловича Сибирякова, где числилось 145 рабочих, давших расписки с обязательством отработать свой долг, причем некоторые из них так и не смогли рассчитаться с хозяином в течение 5-10 лет [16].

Сибиряковы и Мичурин сочетали подряды по перевозке свинца с подрядами по доставке соли и провианта в Нерчинский округ, что позволяло им преодолевать трудности, связанные с наймом извозчиков для перевозки свинца в Забайкалье. Так, в 1814-1817 гг. Сибиряковы ежегодно поставляли на заводы и в населенные пункты Нерчинского округа более 80 тыс. пуд. соли.

Центральное место в подрядных операциях, связанных с обслуживанием кабинетского и казенного хо-

зяйства в Восточной Сибири, занимали подряды по перевозке и снабжению материалами Нерчинских горных заводов и казенного предприятия - Тельминской суконной фабрики. Значительная часть инструментов и материалов, особенно на раннем этапе (до строительства железоделательного завода и вспомогательных производств), завозилась в Нерчинский округ с уральских и оренбургских заводов. В 1802 г., по обязательству с конторой Иркутских казенных фабрик, иркутский купец Михаил Сибиряков переправил через Байкал на своих судах 5 тыс. пудов груза, доставляемого из Забайкалья [2].

Сибиряковы брали подряды по снабжению казенных экспедиций. Осип Сибиряков и его сын Дмитрий не выполнили поставки провизии в Верхнеколымск для экспедиции И.И. Биллингса. Нарушив договор, понесли наказание в виде запрещения «писания» купчих и закладных на их имена, что практически приостанавливало их предпринимательскую деятельность [17].

Подряды по перевозке свинца и соли занимали в деятельности Сибиряковых важное место, поскольку были наиболее приемлемыми способами получения прибыли, особенно в первой половине XIX в., тогда подряды были практически монополизированы, что позволяло купцам диктовать свои условия казне. Прибыль, которую Сибиряковы получали от выполнения казенных подрядов, занимала центральное место среди источников пополнения капитала. В обозначенный период Сибиряковы занимались подрядами частного характера, перевозками товаров для Российско-Американской компании, участвовали в кяхтинской торговле.

Таким образом, предпринимательская деятельность Сибиряковых в XVII - первой половине XIX века отвечала нуждам государства и соответствовала традиционному, докапиталистическому способу предпринимательской деятельности.

Сибиряковы основывали свою экономическую деятельность на выполнении государственных подрядов, монополизировав их выполнение в своих руках. В отсутствии конкуренции с другими купеческими фамилиями на протяжении долгих лет и выполнении одних и тех же подрядов состояла преемственность их фамильного дела вплоть до середины XIX в. Сибиряковы входят также в число основателей частной промышленности Восточной Сибири.

Библиографический список

1. Боголюбский И. Историко-статистический очерк производительности Нерчинского горного округа. С 1703 по 1871 год. СПб., 1872.

2. ГАИО (Государственный архив Иркутской области). Ф. 336, оп. 1, д. 5, л. 102 об.-103, 126 об.-127.

3. ГАИО. Ф. 50, оп. 6, д. 5, л. 19.

4. ГАИО. Ф. 70, оп. 1, д. 1110, л. 3-3 об.

5. Инструкции из Государственной Коммерц-коллегии инспектору Сибирской Губернии господину Хрущову от 24 октября 1722 // Чулков М.Д. Историческое описание Российской коммерции. М., 1785. Т. 3. Кн. 1.

6. Иркутская летопись (Летописи П. И. Пежемского и В. А. Кротова). Иркутск, 1911. Тр. ВСОРГО.

7. Мартос А. Письма о Восточной Сибири. М., 1827.

8. НАРБ (Национальный архив Республики Бурятия). Ф. 20, оп. 1, д. 4440, л. 5.

9. Общий Гербовник дворянских родов Всероссийския империи. [Электронный ресурс] - Электрон. дан. М.: Геральди-ка.ру, 2006-2007 - Режим доступа: http://gerbovnik.ru, свободный. Загл. с экрана. Яз. рус.

10. Разгон В.Н. Винные откупа как форма накопления капиталов в Сибири (вторая половина XVIII-первая половина XIX

в.) // Предприниматели и предпринимательство в Сибири ^Ш-начало XX в.). Барнаул, 1995.

11. Романов Н.С. Летопись города Иркутска за 1881-1901гг. Иркутск, 1993.

12. Сборник РИО. СПб., 1911. Т. 134.

13. Соболева Т.Н., Разгон В.Н. Очерки истории кабинетского хозяйства на Алтае (вторая половина XVIII - первая по-

ловина XIX вв.). Управление и обслуживание. Барнаул, 1997.

14. ГАИО. Ф. 1, оп. 2, д. 21, л. 2-4об.; д. 777, л. 15-15об.

15. ГАИО. Ф. 1, оп. 2, д. 1732. л. 135.

16. ГАИО. Ф. 1, оп. 2, д. 1738. л. 200-203об.

17. ГАИО. Ф. 70, оп. 1, д. 1094, л. 1.

УДК 808.2(092)+808.2.09-3/4

ТИПОЛОГИЯ СОВРЕМЕННЫХ ХАРАКТЕРОВ В СОЦИАЛЬНОЙ ПРОЗЕ А.И. СЛАПОВСКОГО КОНЦА «НУЛЕВЫХ»

Т.А.Дикун1

Иркутский государственный университет, 664003, г. Иркутск, ул. Карла Маркса, 1.

На примере романа «Пересуд» (2008) рассматриваются особенности прозы А.И. Слаповского как летописца социальной истории 1990-2000-х годов, фиксатора событий и социопсихологических тенденций, формирующих новые модели поведения. Показано, что аналитическая социальная проза создаётся под влиянием массового искусства с его законами организации занимательного повествования (триллер-хоррор-криминальный роман). Доказано, что динамическая интрига заражает эмоционально, беспощадный драматизм (никаких мелодрам), лаконичный, но точный психологизм заставляют задуматься о происходящих событиях и изменениях в социуме. Литература вновь становится свидетелем на суде истории. Реализм возвращается, но с учётом коммуникативных технологий массового искусства. Библиогр. 3 назв.

Ключевые слова: современная русская литература; актуальные проблемы общества; А.И. Слаповский; социальная психология; постмодернизм.

TYPOLOGY OF CONTEMPORARY CHARACTERS IN THE SOCIAL PROSE OF A.I. SLAPOVSKY OF THE LATE "ZERO" YEARS (ON THE EXAMPLE OF THE NOVEL "GOSSIP") T.A. Dikun

Irkutsk State University, 1 Carl Marx St., Irkutsk, 664003.

On the example of the novel "Gossip" (2008) the author examines the features of the prose of A. I. Slapovsky as a chronicler of the social history of the 1990-2000s, a recorder of events and socio-psychological trends forming new patterns of behavior. It is shown that analytical social prose is created under the influence of popular art with its laws of entertaining narration organization (thriller-horror-crime novel). It is proved that a dynamic plot catches emotionally, ruthless dramatic effect (no melodramas) and laconic but explicit psychologism forces to think about on-going events and changes in the society. Literature once again becomes a witness in the court of history. Realism returns, but with due account for communication technologies of popular art. 3 sources.

Key words: modern Russian literature; contemporary problems of society; A.I. Slapovsky; social psychology; postmodernism.

Проза конца «нулевых» отражает ситуацию преодоления постмодернистской релятивистской отчуждённости от актуальных проблем современности и поворот к жизнеописанию - фиксированию времени в его узнаваемых формах и определению типологии действующих лиц. Современные авторы исследуют крайне болезненные темы: к проблеме радикального протеста «потерянного поколения» обращается З. Прилепин («Санькя», 2006), о социальном расслоении и беззаконии пишет Б. Екимов («Предполагаем жить», 2008), о вырождении деревни и провинции - Р. Сен-чин («Ёлтышевы», 2009).

Особое место в ряду писателей современности занимает А.И. Слаповский. Главная тема его прозы -поиск современным человеком себя, своего назначения и места в мире. Слаповский - летописец социальной истории 1990-2000-х годов, фиксатор событий и социопсихологических тенденций, формирующих новые модели поведения. Так, например, в конце 90-х годов в газете «Известия» вышла серия очерков с фотографиями новых социальных типов и характеристиками их образа жизни, а энциклопедия «Российские оригиналы» включала набор от Адюльтерщика до Юбиляра, особняком был представлен тип «Я» в

1Дикун Татьяна Анатольевна, аспирант, учитель русского языка и литературы МОУ «Шелеховский лицей», тел.: 89501194923. Dikun Tatyana, Postgraduate, Teacher of the Russian language and literature of Municipal Educational Institution "Shelekhovsk y Lyceum", tel.: 89501194923.