Сущность и процессуальное значение института возобновления уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств

Смирная Лидия Витальевна

адъюнкт кафедры уголовного процесса Краснодарского университета МВД России

Сущность и процессуальное значение института возобновления уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств

В статье проводится анализ института возобновления уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств. Рассматриваются вопросы сущности и процессуального значения возобновления уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств как самостоятельной стадии российского уголовного процесса. Обосновывается необходимость модернизации законодательства, регламентирующего возобновление уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств.

Ключевые слова: возобновление уголовных дел, новые обстоятельства, вновь открывшиеся обстоятельства, уголовный процесс.

L.V. Smirnaya, Adjunct of a Chair of Criminal Procedure of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: roman_005_93@mail.ru

The nature and procedural importance of the institution resumption of criminal cases in view of new and renew circumstances

The article analyzes the institution resumption of criminal cases in view of new and renew circumstances. Issues of the nature and procedure of the restoration of the criminal cases in view of new and renew circumstances as independent under Russian criminal trial are considered. The necessity of modernization of legislation governing the resumption of criminal cases because of new and renew circumstances is based.

Key words: resumption of criminal cases, new circumstance, renew circumstances, criminal procedure.

Проблемы правовой регламентации по уголовным делам ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств, оказывающие существенное отрицательное влияние на правоприменительную деятельность, а также содержание форм и методов реализации данного производства указывают, что в современном уголовном процессе по-прежнему остаются неразрешенными многие процессуальные аспекты обозначенной стадии. Вследствие этого назрела необходимость в комплексном анализе всего ряда проблемных вопросов, связанных с осуществлением производства по уголовным делам ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 4 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 22 ноября 1984 г. никто не должен быть повторно судим или наказан в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое уже был оправдан или осужден в соответствии с

законом и уголовно-процессуальными нормами этого государства. Однако это не препятствует пересмотру дела в соответствии с законом, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах, которые могли повлиять на исход дела.

Особое внимание в международном праве уделено случаям пересмотра уголовных дел в связи с таким новым обстоятельством, как «установленное Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом уголовного дела», предусмотренным п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ. В Рекомендации от 19 января 2000 г. № R (2000) 2 КМСЕ «По пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского Суда по правам человека» указано, что практика Комитета Министров по осуществлению контроля за выполнением решений Суда показывает, что в определенных обстоятельствах пересмотр

дел или возобновление производства по делу оказываются самыми эффективными, если не единственными, мерами для достижения restitutio in integrum. В соответствии с ч. 3 ст. 50 Конституции РФ каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом.

Обращаясь к историческому аспекту сущности развития института, следует отметить, что производство «возобновления уголовных дел» было позаимствовано из законодательств Германии и Австрии и приспособлено к реалиям российского уголовного судопроизводства. В свое время И.Я. Фойницкий называл возобновление уголовных дел чрезвычайным способом производства. «После вступления приговора в законную силу, - писал он, - могут обнаружиться новые обстоятельства, которые, будь они в свое время известны суду, рассматривающему дело, вызвали бы с его стороны иной приговор. Очевидность ошибочности постановленного приговора может быть настолько велика, что дальнейшее приведение его в исполнение было бы явной несправедливостью, и то зло, которое уже понесено вследствие его, должно быть искуплено государством». Он осознавал, что исключительность (чрезвычайность) стадии есть серьезная проблема: «Трудность практического разрешения этого вопроса лежит в наличности приговора, вошедшего в законную силу и создающего сильное предположение в пользу справедливости его; недостаточно сомнений в его справедливости, нужна полная уверенность в противном, для того чтобы посягнуть на него. Поэтому производство, направленное к колебанию силы вошедших в законную силу приговоров и носящее название возобновления уголовных дел, представляет собой исключительный способ пересмотра, допускаемый со значительными ограничениями» [1, с. 232].

В.Е. Баскакова, подвергнув тщательному анализу сущность института возобновления производства по уголовному делу как дополнительного и исключительного способа проверки правосудности судебных решений, вступивших в законную силу, пришла к выводу, что этот вид производства имеет резервное значение, используется, когда не применимы или были исчерпаны другие средства процессуально-правовой защиты [2, с. 183].

Следует отметить, что уголовно-процессуальные кодексы Казахстана, Украины, Молдовы не знают «новых обстоятельств» в том смысле, который вкладывает в них п. 2 ч. 2 ст. 413 УПК РФ: «Новые обстоятельства - обстоятельства, не

известные суду на момент вынесения судебного решения, устраняющие преступность и наказуемость деяния». Уголовно-процессуальное законодательство стран СНГ в этой части предельно логично. В частности, в ст. 471 УПК Республики Казахстан иные обстоятельства определяются как «неизвестные суду при вынесении приговора определения, которые сами по себе или вместе с ранее установленными обстоятельствами свидетельствуют о невиновности осужденного или о совершении им иного по степени тяжести преступления, чем то, за которое он осужден, либо о виновности оправданного лица или лица, в отношении которого дело было прекращено».

Несмотря на свою актуальность, институт возобновления уголовных дел по новым и вновь открывшимся обстоятельствам является наименее разработанным как в теоретическом, так и в законодательном аспектах. Данное обстоятельство подтверждаются статистическими показателями, на которые ссылается В.А. Давыдов, указывая, что 76% опрошенных судей Верховного Суда РФ и 80% судей верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов отметили неэффективность действующего регулирования, предусмотренного нормами гл. 49 УПК РФ, и необходимость его совершенствования. В частности, около 85% респондентов высказались за необходимость обобщения судебной практики и разъяснения Пленумом Верховного Суда РФ законодательства, регулирующего пересмотр судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств [3, с. 35-36].

Между тем стадия возобновления дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств представляет собой одну из важных гарантий справедливого отправления правосудия и соблюдения законности в судопроизводстве.

Анализ правоприменительной практики убедительно свидетельствует о том, что, наряду с ошибками концептуального характера, имеют место и весьма существенные «локальные» просчеты законодателя, создающие неопределенность в процессе применения норм гл. 49 УПК РФ и тем самым снижающие уровень защиты граждан от неправосудных судебных актов.

В.А. Давыдов отмечает, что такие просчеты, в частности, допущены:

1) при регулировании порядка досудебного проверочного производства, осуществляемого прокурором, включая расследование так называемых «иных» новых обстоятельств;

2) при регламентации (точнее, при отсутствии таковой) процессуальной деятельности Председателя Верховного Суда РФ, связанной

223

с инициированием проверочного производства в связи с решениями Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека;

3) при регулировании:

а) системы судов, правомочных осуществлять пересмотр судебного акта ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств;

б) пределов прав суда;

в) видов решений суда и порядка их обжалования и пересмотра;

г) собственно судебного порядка рассмотрения уголовного дела по представлению Председателя Верховного Суда РФ либо по заключению прокурора;

д) особенностей производства по уголовному делу после отмены судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств [4, с. 20-23].

Особенности производства по пересмотру судебных актов ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств предопределены характером судебных ошибок, для исправления которых, собственно, и предназначено данное производство.

В УПК РФ законодатель не вполне аутентично воспринял правовые позиции Конституционного Суда РФ, сформулированные им в постановлении от 6 февраля 1996 г. № 4-П, вследствие чего возможности данного института в исправлении судебных ошибок были расширены лишь в части пересмотра судебных актов в связи с решениями Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека.

В нормах гл. 49 УПК РФ законодатель, при отсутствии к тому каких-либо объективных предпосылок, не предусмотрел для осужденного, потерпевшего, их представителей и иных лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются неправосудными судебными актами, порядок непосредственного обращения в соответствующий суд с ходатайством о пересмотре судебного акта «ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств», установленных вступившими в законную силу судебными актами либо процессуальными решениями должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование (ч. 5 ст. 413 УПК РФ).

Представляется, что отсутствие такой правовой возможности явно не способствовало повышению эффективности исследуемого процессуального института, и подтверждение тому - данные судебной статистики. В 2012 г. только по ст. 307 УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность за заведомо ложные показания, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод, были осуждены

1373 лица, тогда как прокурорами в президиумы верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов были внесены заключения о пересмотре судебных решений только в отношении 25 лиц. Изложенное свидетельствует о явном дисбалансе между числом лиц, осужденных за преступление против правосудия, и тем числом судебных решений, которые стали предметом пересмотра ввиду вновь открывшихся обстоятельств, предусмотренных п. 1 ч. 3 ст. 413 УПК РФ.

Следственно-судебная практика свидетельствует о том, что перечень вновь открывшихся обстоятельств, приведенный в ч. 3 ст. 413 УПК РФ, не охватывает всех возможных случаев, когда необходимо возобновление производства по делу в связи с возникновением обоснованных сомнений в правосудности приговора, вступившего в законную силу.

Слабая теоретическая разработка института возобновления уголовных дел и несовершенство его процессуальной регламентации могут привести, как показывает практика, к игнорированию этого способа пересмотра вступивших в законную силу судебных решений и подмене его рассмотрением в порядке надзора. Такое смешение является нарушением закона, ущемляет права и законные интересы граждан и в конечном счете приводит к необоснованной отмене вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений.

Недооценку данной стадии уголовного процесса обычно объясняют незначительным количеством возобновляемых в этой стадии дел, однако значимость той или другой стадии процесса определяется не только и не столько этим: главное, что данная стадия всегда может быть важной дополнительной гарантией справедливости. Надо стремиться исправить каждую ошибку. Наличие в системе уголовного процесса стадии возобновления дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств соответствует природе этого процесса как справедливого и гуманного.

Существующая тенденция исследования типичных ошибок «заслоняет» проблему специфических промахов, устранение которых для укрепления законности имеет большое значение. Порядок исправления таких незаконных приговоров должен опираться на четко регламентированную процессуальную процедуру возобновления дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств.

В связи с этим согласимся с мнением о том, что «институт возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств нуждается в дальнейшем

224

научном осмыслении как в целом, так и в части отдельных его положений, а также требует комплексного исследования вкупе с другими институтами пересмотра приговоров» [5, с. 53].

На основании вышеизложенного мы считаем необходимым:

выработать в уголовно-процессуальной науке концептуально новый подход к переосмыслению процессуальной сущности и значения института возобновления уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств как эффективного, реально действующего инструмента исправления судебных ошибок;

создать необходимые правовые условия посредством регламентации и унификации уголовно-процессуальных норм для понимания того, что институт возобновления уголовных дел ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств - это не просто исключительная стадия уголовного процесса, а неотъемлемый элемент единой, отлаженной системы правосудия;

внести изменения в ч. 5 ст. 413 УПК РФ и изложить ее в следующей редакции: «Осужденный, потерпевший, их представители и иные лица, чьи права и законные интересы затрагиваются неправосудными судебными актами, вправе непосредственно обратиться в соответствующий суд с ходатайством о пересмотре судебного акта при наличии обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами либо процессуальными решениями должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование».

Все вышесказанное свидетельствует, что исследование данного института - актуальная задача, имеющая важное теоретическое и практическое значение. Представляется, что юридическая наука должна заниматься не только совершенствованием ошибок, но и развитием технологии уголовного процесса, которая позволила бы устранить эти ошибки.

1. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996.

2. Баскакова В.Е. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств: вопросы теории и практики: авто-реф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2009.

3. Давыдов В.А. Возобновление уголовного судопроизводства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. М., 2011.

4. Давыдов В.А. Некоторые проблемы правового регулирования системы судов, правомочных возобновлять уголовное дело ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств // Российский судья. 2009. № 11.

5. Филев Я.Е. Правовое регулирование возобновления уголовного судопроизводства ввиду новых и вновь открывшихся обстоятельств: дис. ... канд. юрид. наук. Оренбург, 2007.

1. Foinitsky I.Ya. The course of criminal proceedings. St. Petersburg, 1996.

2. Baskakova V.E. The resumption of the proceedings in view of the new circumstances: theory and practice: auth. abstr. ... Master of Law. Ekaterinburg, 2009.

3. Davydov V.A. The resumption of criminal proceedings because of new or newly discovered circumstances. Moscow, 2011.

4. Davydov V.A. Some problems of legal regulation of vessels eligible to renew a criminal case because of new or newly discovered facts // Russian judge. 2009. № 11.

5. Filev Ya.E. Legal regulation of the resumption of criminal proceedings in view of new and newly discovered circumstances: diss. ... Master of Law. Orenburg, 2007.

225