Концепция революции 1917 г. В идейно-теоретическом наследии либеральных историков

Т. И. Сидненко

КОНЦЕПЦИЯ РЕВОЛЮЦИИ 1917 г. В ИДЕЙНО-ТЕОРЕТИЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ ЛИБЕРАЛЬНЫХ ИСТОРИКОВ

Революция 1917 г. создала такую историческую ситуацию, значение которой раскрывается по мере воздействия ее последствий на современность. Возникновение новой исторической ситуации выражает реализацию одной из возможностей, заложенных в предшествующем развитии общества, выражает новое соотношение политических сил. В данном контексте интересен взгляд на революционные события 1917 г. либеральных историков не только с точки зрения конкретизации фактического материала по изучению деятельности отдельных лиц, общественных организаций, политических партий того периода, но и в целях обновления историографических и методологических подходов к исследованию «революционной ситуации» как социологической категории, в раскрытии социально-политических и государственно-правовых закономерностей. Особую значимость наследие либеральных историков рубежа XIX-XX вв. представляет при изучении типологии исторических ситуаций, исследовании роли субъективного фактора в них, взаимовлиянии различных типов ситуаций как стадий в развитии системы, характеризующих ее состояние. Повторяемость систем, явлений и процессов как повторяемость ситуаций знаменует собой возвращение на новом уровне к историческим задачам, уже некогда стоявшим перед человечеством. И в настоящее время, в период переоценки историко-культурных, социально-правовых ценностей, использование воззрений либеральных историков в разработке проблемы «социально-психологических и госу-дарственно-правовых конфликтов в истории» представляется весьма актуальным.

Для раскрытия темы, опираясь на идейно-методологические взгляды Н.И. Каре-ева, A.C. Лаппо-Данилевского, П.Г. Виноградова, П.Н. Милюкова, М.М. Ковалевского, обратимся к следующим проблемам: 1. Проблема социальных, юридических, психологических средств разрешения социально-правового конфликта; 2. Реформа системы образования как фактор распространения историко-правовых знаний, формирования правовой культуры в обществе в целях предотвращения революционных потрясений;

3. Идейно-теоретическое и практическое обоснование идей конституционализма;

4. Сравнительно-исторические исследования опыта парламентаризма в западных странах применительно к российской действительности; 5. Революционная ситуация как показатель необходимости изменения типа системы; 6. Понятия всеобщности и типологии исторического развития при выявлении историко-социальных и историко-культурных закономерностей.

Учитывая многозначность толкования термина «конфликт», представители либеральной историографии использовали такой подход, при котором конфликт опреде-дяется как социально-психологическое противоречие.1 Конфликты обеспечивают общее прогрессивное движение общественной жизни, способствуя сохранению единства срциальных образований, утверждению общезначимых норм и социальных ценностей.

© Т.И. Свдненко, 2007

Само состояние динамического равновесия в процессе общественного развития создается за счет того, что несовпадающие интересы различных социальных групп взаимно уравновешиваются с помощью возникающих и разрешаемых конфликтов.

Концепция «правового государства», выстраиваемая Виноградовым, Кареевым, Ковалевским, Лаппо-Данилевским и Милюковым в русле исследования специфики взаимоотношений личности, государства и общества, - ключ к пониманию специфики воззрений ученых на революцию 1917 г. как историческое явление и социально-политическое событие. Собственно, проблема взаимоотношения личности и социальной среды, решаемая сквозь призму размышлений о «правовом государстве», социальном прогрессе, являлась одной из основополагающих в творчестве либеральных историков. Поли-тико-правовая сознательность общества рассматривалась как следствие эволюции правосознания, правовой культуры отдельных личностей.2

Концепция революции 1917 г. в творчестве либеральных историков включала в себя следующие положения: эволюционный путь становления «правового государства»; просвещение и развитие правосознания и правовой культуры как фактор, обусловливающий эволюционное «врастание» России в конституционное государство; совершенствование законодательной системы как основное условие становления парламентаризма; Конституционная монархия как форма эволюции России к правовому государству; неприемлемость революционных преобразований государственно-политической системы; развитие идей парламентаризма путем синтеза заимствованных социально-правовых идей с русской культурой и традициями.

Одним из направлений концептуальных построений ученых стала проблема революции в историческом развитии. Само отношение историков к революции вообще, как историческому явлению, так и к революциям в России в начале XX в., обусловливало историко-социологические построения ими теории конфликтов в истории.3 Проблема социально-правовых средств разрешения конфликта рассматривалась историками в рамках их социального идеала с позиции либеральной парадигмы. Здесь мы видим как современную постановку проблемы прав человека, так и подход к рассмотрению «правового государства». К примеру, Н.И. Кареев затрагивал проблему «политических конфликтов» и способов их разрешения, анализируя соотношения законов государства, прежде всего Конституции, и расстановку различных социально-политических сил.4

Противоборство субъектов права с противоположным пониманием и действиями по отношению к принципам и нормам права с целью изменения своего статуса и юридического состояния следует обозначить как правовой конфликт. Одной из основных причин его возникновения является несоответствие состояния и уровня развития правосознания реальности правовых отношений, объективным потребностям их регулирования новыми юридическими нормами. Ряд конфликтов, формируясь изначально в виде правовых, затем приобретает элементы содержания и формы проявления экономических, политических и социальных конфликтов. Правовой нигилизм и проявления конфликта, связанные с ним, усиливаются в переходные периоды. Обращаясь к проблеме соотношения психологических и социальных законов при построении теории «правового государства», либеральные историки подчеркивали значимость идейного воздействия на общественное развитие. Так, Кареев писал: «Идеи управляют ходом истории, но именно те идеи, которые наиболее оказывают на него влияние, сами находятся в зависимости от ее хода... Для общественной перестройки необходимо, прежде всего, изменение идей в обществе, хотя, с другой стороны, изменение идей немыслимо при неизменности общественного строя».5 Мнение Кареева разделяли Милюков и Лаппо-Данилевский, кото-

рые при характеристике социально-политических процессов в России и Западной Европе уделяли особое внимание описанию роли идейных влияний в ту или иную эпоху. Так, Милюков подчеркивал большое значение в развитии общества смены философского мировоззрения.6 Отталкиваясь от тезиса, что идеи получают историческое значение лишь в зависимости от проявления в поступках, Лаппо-Данилевский отмечал влияние европейской юридической и политической мысли на общественные отношения и правительственную политику, в особенности на формирование либеральных идей в России.7

Обращаясь к исследованию уровня социальной дифференциации общества на примерах российской и западноевропейской истории, Виноградов, Кареев, Ковалевский и Милюков приходят к выводу о принципиальной общности многих западных государственно-правовых институтов с русскими.8 В соответствии с представлениями о социально-правовой эволюции в обществе ученые подчеркивают всеевропейский характер парламентаризма. В итоге конституционная монархия декларируется ими как идеальная форма правления для России в период революционных потрясений.9 Названные историки подходили к обоснованию идеи права как единого регулирующего механизма общественного развития. Они исходили из единства юридической традиции Европы и России, обосновывая значимость норм права при формировании правовой основы гражданского общества.10

Принципами Конституционного государства, согласно Виноградову, Карееву и Ковалевскому, являются: участие населения в законодательном процессе, наличие представительных демократических органов, всеобщего политического равноправия (без имущественного ценза), законодательно закрепленных личных прав и свобод граждан, при практическом воплощении которых государство постепенно становится правовым. Образцом такого государства для своего времени ученые считали Англию.11 В данной политической форме гражданского общества либеральные историки усматривали элементы правового государства, т.е. наличие режима конституционного правления, разделение властей и равенство перед законом самой власти, граждан, общества. Идеология конституционного государства строилась на идее права, имеющего свой источник в нравственном достоинстве личности. Право - посредник между нравственностью и политикой, личностью и властью, средство организации государства на основе закона. Задача конституционного строя - разрешение политических конфликтов «силою права», совершенствование законодательства. Закон - нормативно-политическая форма реализации социально-политических интересов.12

Для освещения концепции революции 1917 г. в интерпретации либеральных историков мы обратились к сравнительному анализу. Рассмотрение различных взглядов в некоторой степени раскрывает общие и специфические черты государственно-политического и социально-правового развития России в период, предшествующий революции, позволяет выявить определенную модель государственного устройства с учетом национально-культурной и социально-правовой специфики исторического развития. Представители либерально-исторической мысли исходили из того, что революционный путь достижения демократических преобразований себя не оправдал в истории. К такому выводу ученые пришли, осмысливая опыт великих революций Нового и Новейшего времени. В данной связи использовалось понятие «конституционализм» как характеристика механизма перехода к правовому государству.13

Социальную функцию конституционализма как политической идеологии либеральные историки усматривали в создании определенной правовой системы, регулирующей

деятельность институтов политической системы. Конституционный процесс состоит лишь в ее упорядочении, рационализации и повышении эффективности. В российских политических условиях, характерных для XIX - начала XX в., неизбежно было возникновение конфликта между конституционным идеалом и реальной практикой управления. Конституционные проекты, предлагаемые либеральной оппозицией, отражали не элементы существующей системы, а являлись программой социально-политических и правовых изменений.

Ведущими проблемами, разрабатываемыми либеральными историками, стали: определение характера, специфики взаимодействия общества и государства, реформ и революции, власти и общества в условиях модернизации; периодизация процесса формирования «правового государства»; определение исторических вех революционного процесса в начале XX в. Данные вопросы рассматривались либеральными историками в форме историко-сравнительных ретроспектив. Анализу подвергались различные формы государственно-правовых норм Европы, России, Америки на широком историческом фоне. В ходе сравнительно-исторического исследования формирования правовых норм, политико-социальных систем, развития политических идей в обществе, традиций заимствования политико-правовых и культурных норм создавалась модель «правового государства» для России начала XX в.

Концепция «правового государства», представленная либеральными историками, не только отразила особенности развития российской политико-правовой и историкосоциальной мысли конца XIX - начала XX в. На рубеже столетий на первый план вышли проблема политико-правовой модернизации общества, осуществляемой государством в условиях быстрых социальных изменений. В этой перспективе отчетливо прослеживается значение политической философии либеральной историографии, давшей обоснование возможности выхода из социального конфликта, минуя революцию, через радикальные социально-экономические и политические реформы, целенаправленно осуществляемые государством.

Системность построений либеральных историков была обусловлена построением теории исторического процесса и ее адаптации к российской действительности. Активная общественная деятельность ученых, направленная на развитие образования в России, как одного из центральных направлений в процессе популяризации идеи «правового государства» и развития правосознания в обществе содействовала идейно-тео-ретическому оформлению концепции революции 1917 г. Специфику содержания концепции определяло понимание либеральными историками направленности исторического прогресса, факторов исторического развития, закономерностей в историческом процессе, определения движущих сил общественного развития, роли личности в истории, решение вопроса о заимствовании идей в историческом развитии. Методологическую основу концепции революции 1917 г., представленной либеральной историографией, составило положение о зависимости социального строя и политической организации общества от господствующих в обществе экономических отношений, отношений собственности, правовых форм, культурных традиций.

С одной стороны, либеральные историки признавали зависимость социальной организации от господствующей экономической структуры (Н.И. Кареев, П.Г. Виноградов, П.Н. Милюков), с другой стороны, отмечали влияние социальных отношений на политический строй общества (Н.И. Кареев, П.Н. Милюков). Метод либеральных историков был основан на представлении об исторической обусловленности всякого общественного явления. Для анализа проблемы либеральные историки опирались на

сравнительно-исторический метод как необходимую предпосылку познания закономерностей исторического развития. В то же время идейно-теоретическая незавершенность концепции революции 1917 г. обусловлена методологической противоречивостью историко-социальных построений историков. Методологические искания либеральных историков шли в плане поиска (построения) исторической теории, которая могла бы обнаружить источник общественных перемен, осветить коренные закономерности исторического развития. Однако методов позитивизма и неокантианства для этого было недостаточно.

Не имея возможности в полной мере исторически обосновать приход России к Конституционной монархии («правовому государству» в понимании либеральных историков), ученые остановились на подробной разработке процессов становления парламентаризма и конституционализма в Западной Европе и обосновали политико-соци-альную предопределенность России к государственно-правовому обновлению. В то же время подчеркивалась культурная, идейно-философская неподготовленность России к процессу становления конституционализма, идейно-теоретическая специфика правовой культуры в обществе. Наиболее разработаны в концептуальном отношении выводы историков о необходимости реформирования системы образования в России и развития правовой культуры как факторов, обусловливающих становление «правового государства»,14 как факторов предотвращения революционных потрясений (в политико-социальном плане).

Наблюдения, сделанные либеральными историками при анализе революций начала XX в., обозначили проблему, оказавшуюся актуальной и для последующего мирового политического развития. Впервые воедино были связаны такие вопросы, как переход от традиционного общества к «правовому», к демократии, обращено внимание на значение всеобщих выборов для политической мобилизации населения, формирование общественного сознания как фактора политико-правовой культуры, механизм взаимоотношения масс и политических партий.15

Согласно концепции либеральных историков, практически ни одно традиционное общество на стадии модернизации не может избежать кризиса существующей правовой системы. Необходимая ломка старого права может быть осуществлена двумя путями: путем революции и радикальной реформы. Различаясь методами проведения преобразований, они имеют общую цель - обеспечить соответствие политической власти характеру социальных перемен. Однако в условиях революционных преобразований между ними часто возникает разрыв, следствием чего становится появление переходных форм, внутренне противоречивых. Для переходного периода от абсолютизма к «правовому государству» стадия мнимого конституционализма практически неизбежна. По сути, мнимый конституционализм становится закономерной стадией политической трансформации всякого традиционного авторитарного режима. Это объясняется несоответствием декларируемых целей демократического переустройства реальной практике политической борьбы. Реальное социальное содержание данной формы зависит от направления движения всей политической системы.

Поскольку понятие «конфликт» употреблялось Кареевым, Лаппо-Данилевским и Милюковым в контексте способа изменения политической системы государства и совокупного характера его проявления, то целесообразно ввести понятие макроконфликта. Социальные, политические, юридические конфликты, которые имеют вполне конкретное содержание в автономной форме их проявления, можно классифицировать (исключительно в рамках настоящей статьи) как микроконфликты. Многофакторные,

совокупные конфликты макроуровня, впервые рассмотренные представителями либе-рально-исторической мысли, приобретают сегодня особый смысл. Макроконфликт как столкновение интересов личности и государства, общественных групп и государства, политических сил в государстве находит свое проявление в неприятии права или иных норм, в формировании негативных факторов и тенденций.16

Революция 1917 г. стала не только поворотным пунктом в судьбах либеральных историков, но и определила специфику идейно-теоретических взглядов, ведущую тематику проводимых исследований17. Концепция революции 1917 г; - вариант интерпретации отношения общества и государства в период политико-социальных и историко-правовых преобразований, представленный либеральными историками. Теоретический анализ поставленной проблемы особенно важен для: обоснования возможности выхода из фундаментального социального конфликта не путем революции, ведущей, в конечном счете, к воспроизводству авторитаризма в новых формах, а путем радикальных социально-экономических и политических реформ, целенаправленно осуществляемых государством; разработки модели перехода от авторитарной формы правления к демократической, при сохранении преемственности власти и легитимности правления; выявления специфики, стратегии и тактики конституционализма в условиях ускоренной политической модернизации; обоснования приоритета духовных интересов над материальными, гражданского самосознания над политическими коллизиями. Рассматривая деятельность отечественных либеральных историков, мы пришли к выводу, что конституционализм выступал как их политическая философия, а теория становления «правового государства», разрабатываемая с конца XIX в., став составной частью концепции революции 1917 г., - как программа модернизации России.

1 Кареев Н.И. Историология (Теория исторического процесса). Пг., 1915. С. 279; Милюков П.Н, Россия на переломе. Большевистский период русской революции. Париж, 1927.

2 Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры. СПб., 1903. Ч. 1. С. 18; Ч. 3. Вып. 1. С. 1; Лаппо-Данилевский A.C. Очерк внутренней политики императрицы Екатерины И. СПб., 1898. С. 16-17; Ковалевский М.М. Поменьше регламентации и побольше свободы // Страна. 1906. № 1.

3 Кареев Н.И. 1) Историология. С. 230; 2) Французская революция и русское общество // Нива. 1918. № XV. С. 226-228; № XVII. С. 264-266, 266-268; № XVIII. С. 278-279; № XXIV. С. 369-370; № XXX. С. 479. Ковалевский М. М. Происхождение современной демократии. М., 1895. Т. 1. С. 287; М., 1897. Т. 4. C. VIII, X; Милюков П.Н. Россия на переломе. Париж, 1927. Т. 1. С. 1, 12.

4 Кареев Н.И. Происхождение современного народно-правового государства. (Исторический очерк конституционных учреждений и учений до середины XIX в.). СПб., 1908.

5 Карее в Н.И. Основные вопросы философии истории. СПб., 1897. 3-е изд. С. 337.

6Милюков П.Н. 1) Главные течения русской исторической мысли. М., 1898.2-е изд. С. 2; 2) Очерки по истории русской культуры. СПб., 1905. Ч. 2. 1-е изд. С. 4-5.

7 Петербургский филиал Архива Российской АН. Ф. ИЗ. On. 1. Д. 68. Л. 1-3, 20; Д. 84. Л. 28-29, 79, 184, 227, 240; Д. 68. Л. 22, 31, 42 (далее - ПФА РАН). Лаппо-Данилевский A.C. Идея государства и главнейшие моменты ее развития в России со времен смуты до эпохи преобразований // Голос минувшего. 1914. № 12. С. 5, 38.

8 Ковалевский М.М. 1) Очерк происхождения и развития семьи и собственности. М., 1939. С. 19; 2) Демократия и ее политическая доктрина. Вып. 1. СПб., 1913. С. 74, 80-83, 98-104, 108-109, 190; Vinogradoff Р. 1) Villainage in England. Oxford, 1892. P. VIII; 2) The growth of the Manor. London, 1905. P. 246; ГАРФ. Ф. 579. On. 1. № 2626. Л. 2; Рукописный отдел Российской Государственной библиотеки (М.). Ф. 70. К. 38. № 112. Л. 3-3 об (далее - ОР РГБ).

9 Ковалевский М.М. Общее учение о государстве. СПб., 1909. С. 46; Лаппо-Данилевский A.C. Методология истории. Вып. 1. С. 277-278, 279, 283-284.

10 ПФА РАН. Ф. 113. On. 1. Д. 84. Л. 343; Ковалевский М.М. Демократия и ее политическая доктрина. Вып. 1. С. 108-109, 190.

11 Сидненко Т.И. Либерально-историческая мысль в России на рубеже XIX-XX веков. СПб., 2004. С. 151, 164, 178-179, 183.

12 Кареев Н.И. Происхождение современного народно-правового государства. С. 445, 465-466; Ковалевский М.М. Демократия и ее политическая доктрина. Вып. 1. 74, 80, 83.

13 Miliukov Р. 1) Russia and its crisis. Chicago, 1905; 2) Constitutional government for Russia New York, 1908; Рукописный отдел Российской Национальной Библиотеки (СПб.). Ф. 482. №. 92. Л. 2, 10-25; № 43. Л. 1-49; № 91. Л. 1-23; № 96. Л. 1-2; № 97. д. 1; № 99. Л. 1-5; № 100. Л. 1-3.; ГАРФ. Ф. 579. On. 1. № 5466. Л. 1 - 3; № 4146. Л. 2-3 об.; № 3296. Л. 1-69; № 3300. Л. 1 (далее - ОР РНБ).

14 Российский государственный архив литературы и искусства, М. Ф. 280. On. 1. Д. 101. Л. 3-3 об.; ГАРФ. Ф. 63. Оп. 7. Д. 342. Л. 12; ПФА РАН. Ф. 113. On. 1. Д. 180. Л. 1 а; Д. 84. Л. 188 (далее - РГАЛИ).

15 Кареев Н.И. 1) Происхождение современного народно-правового государства. С. 464-466; 2) Историология, С. 279; Сб. речей депутатов Государственной Думы 1-го и 2-го созыва. СПб., 1908. Кн. 1. С. 63-65, 83-84; Государственная Дума. Стеногр. отчет. СПб., 1906. Т. 1. Ч. 1. С. 120-123, 156, 1071-1072.

16Кареев Н.И. Общие основы социологии. Пг., 1920. С. 178; Лаппо-Данилевский A.C. Методология истории. 4-е изд. Пг., 1923. Т. 1. С. 192; Архив Российской АН, М. Ф. 639. On. 1. Д. 698-776. Л. 100 об.; ОР РНБ. Ф. 482. Д. 91. Л. 2, 20-21; Д. 92. Л. 10-25; ПФА РАН. Ф. 113. On. 1. Д. 68. Л. 1-3, 8, 20, 22, 42; Д. 84. Л. 79, 343; Оп. 2. Д. 321. Л. 1 об; Д. 68. Л. 9, 12.

17 Сидненко Т.И. 1) Либерально-историческая мысль в России ...; 2) Идейно-теоретические и методологические взгляды представителей российской либерально-исторической мысли конца XIX - начала XX в. СПб., 2006.

Статья принята к печати 28 декабря 2006 г.