Пастернак vs «Pasternak»: художественная функция стихотворения «Рождественская звезда» в романе Михаила Елизарова

УДК 82.09

Д.Ю. Юрьев

аспирант,

кафедра зарубежной литературы и сравнительного культуроведения, ФГБОУ ВО «Кубанский государственный университет»,

г. Краснодар

ПАСТЕРНАК VS «PASTERNAK»: ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ФУНКЦИЯ СТИХОТВОРЕНИЯ «РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ЗВЕЗДА» В РОМАНЕ МИХАИЛА ЕЛИЗАРОВА

Аннотация. В статье рассмотрена художественная функция стихотворения Б. Пастернака «Рождественская звезда» в романе М. Елизарова «Pasternak». Включение «чужого» текста в структуру современного произведения связано с решением вечного вопроса о назначении художественного творчества, с актуальностью для литературы проблематики «художник и его эпоха», «писатель и история». Апеллируя к «иконе» Серебряного века, молодой современник пытается считать «знаки» своего времени, объяснить их метафизическую суть.

Ключевые слова: роман, проблематика, идейный мир произведения, историзм.

D.Yu. Yuriev, Kuban State University, Krasnodar

PASTERNAK VS "PASTERNAK": ARTISTIC FUNCTION OF THE POEM "CHRISTMAS STAR" IN THE

NOVEL BY MICHAEL ELIZAROV

Abstract. In this article an artistic function of the poem "Christmas star" by Pasternak in the novel "Pasternak" by M. Elizarov is examined. Including a "strange" text into the structure of a modern work of art is connected with the decision of an eternal question about the purpose of an artistic creative work, with the actual problems "an artist and his epoch", "a writer and the history" for literature. By calling to the icon of the Silver century, a young contemporary is trying to consider the signs of his time, to explain their metaphorical gist.

Keywords: novel, problems, ideological world of the work of art, historicism.

Апелляция к культурному наследию прошлого в современной литературе происходит несколькими способами: путем следования традиции, творческого переосмысления художественной практики предшественников, либо - «отталкивания» в прямом и переносных смыслах, путем полемики с константами эстетических эпох. Иногда подобное «неприятие» обретает форму пародирования, инверсирования художественных образов, идей, литературных жанров. Эти писательские стратегии зачастую вызывают разнополярные критические оценки, и роман М. Елизарова «Pastrenak» не является исключением.

«Апломб Митрофанушки» [1] - именно так оценивает А. Латынина литературные «разборы» стихов Б. Пастернака, включенные во II часть книги современного автора [2]. Негодование критики вызывает сама мысль «столкнуть» с пьедестала «вечной классики» культового поэта Серебряного века, а «переписывание» стихотворения «Рождественская звезда», кажется, навсегда предопределило «градус» оценочной шкалы для прозы молодого художника.

Выявление «смысловой нагрузки» чужого текста в романе «Pastrenak» требует серьезного комплексного литературоведческого анализа на формальном и смысловом уровнях.

Книга Елизарова, вышедшая в 2003 году, воссоздает ментальные контуры конца ХХ столетия. Рубежность сознания писателя в какой-то степени соотносима с настроениями, определяющими русскую культурную жизнь начала века: распад государства, социальная неустроенность, идеологическая вражда, апокалиптические настроения - предельно заострили вопрос о роли литературы в жизни общества, о ее «включенности» в решение насущных проблем современности. Одной из главных М. Елизаров видит насаждение на атеистическую почву сознания (пост-) советского человека религиозных ересей сомнительной субстанции: труды Елены Блаватской, Велесова книга, «Бхагавадгита», сеансы магов и экстрасенсов - окончательно «отвращают» современника от православной веры, основы которой во многом были утрачены десятилетиями борьбы с Церковью.

Герои романа, вступающие в непримиримую борьбу с лжепророками, не видят иного

способа искоренения зла, кроме прямого уничтожения. В метафорическом плане, именно таким представляет Елизаров путь художественной правды, писательского слова: невозможность «стояния» в стороне от истории, «очарования» читателя изысканностью «стихотворной вязи» в момент эпохальных катастроф.

Не раз проговариваемая автором «нелюбовь» к Пастернаку [3], скорее всего, прием «литературной игры», пиар-ход, адресованный «вдумчивому читателю», способному разгадать игру слов в названии, намеренно написанного латиницей. «Пастер Нак» - каламбурное обозначение искусительных идей, ведущих в бездну. Для писателя Пастернака в романе «Доктор Живаго» такими ложными истинами стали политические концепции социализма, для героев писателя Елизарова - еретические учения, произрастающие на «развалинах» советской действительности. Эта «перевернутая» мировоззренческая оптика и порождает эстетическое противление, которое носит уже онтологический характер, поэтому художественное время романа «Pasternak» - не однонаправленный поток. Оно проецируется на все ХХ столетие, на самом излете фиксируя сущностные его черты.

Борьба света и тьмы, звезды-Христа и демона-ночи, воплощенные в лирическом произведении Пастернака, ассоциируются у Елизарова с реалиями современности, обретая внеисто-рическую (метафизическую) значимость, а местом битвы все также остается бесконечная «степь-Русь» [4, с. 140]. Символично, что «поле большое», которое увидели «фермеры», усеяно «могилками» и звездочками, которые можно рассматривать как надгробные эмблемы на погосте. Не случайно и «искажение» текста-оригинала в структуре романа «Pastrenak»: стихотворение «Рождественская звезда» читает плохо говорящий по-русски американский проповедник: «Зима стояля, / Дуль ветер из степи, / Беби в вертепе померз, бедненький, / На склоне холма» [2, с. 139].

В данном контексте цитирование исключает принцип пародирования, а «издевательство» над классикой (мысль, «растиражированная» критикой) неразрывно связано с реализацией авторской идеи: уязвимость человека, государства, обреченных существовать «в стороне от неба и Бога» [2, с. 139].

«Круги» жизни и смерти, которые проходят герои Елизарова, спускаясь в «ад» и возносясь к свету истины, подобны идее «мельничных кругов» в книге «Доктор Живаго», возвращающих все «на круги своя». Так соединяются у Пастернака «Божественный» и «Исторический» миры через соединение «дара» (творчества) как смысла жизни [5, с. 144].

Историзм Пастернака, по сути, сводился к социальному антиисторизму: к «мужеству личного неучастия в творении неправедной политической истории и нравственного соучастия в гибельной судьбе народа <...> Современность, которая в поэме "Лейтенант Шмидт" "пахла волей и штормом", теперь "пахнет пылью трупною мертвецких и гробниц" и входит в жизнь героя трагедией "замученных" жертв» [6, с. 498].

Позиция Елизарова строится на концепции активного противления бездуховности постперестроечного общества, в котором литература должна живо реагировать на насущные проблемы, а не уводить читателя в область изящно-поэтического, но «мертвого» слова, поэтому лирические тексты Пастернака в романе (в метафорическом плане) - «трупные» стихи. Исключением является «Рождественская звезда», символический образный мир, которой максимально приближен к авторской мифологеме Елизарова - «небесной Родине», спасению и воскрешению которой посвящена большая часть его произведений.

Таким образом, поэтическая миниатюра обретает для двух художников сакральный смысл, соединяя судьбы героев романов «Доктор Живаго» и «Pastrenak» с судьбой своего народа. Через инкорпорацию лирической структуры в романное пространство входят темы пастырства Небесного и Земного, энергетической «вещности» слова и отсюда - личной ответственности писателя перед историей.

Список литературы:

1. Латынина А. Случай Елизарова // Новый мир. 2009. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://magazines.russ.rU/novyi_mi/2009/4/la13.html (дата обращения: 29.04.2016).

2. Елизаров М. Pastrenak: роман. М.: ООО «Ад Маргинем Пресс», 2012. 304 с.

3. Елизаров М. Я просто не люблю Пастернака // Собеседник. 2009. 2 июня. URL: http://sobesednik.ru/interview/elizarov?sobesednikdesktop=1 (дата обращения: 29.04.2016).

4. Мальцева О. Проблема духовного пастырства в лирике Б. Пастернака // Слова.ру: балтийский акцент. Серия 2: Гуманитарные науки. 2012. № 3-4. С. 135-145.

5. Фатеева Н.А. Поэт и проза: Книга о Пастернаке. М.: Новое литературное обозрение, 2003. 400 с.

6. Зайцева А.Р. Религиозно-этический историзм Б. Пастернака // Российский гуманитарный журнал. 2013. Т. 2, № 5. С. 495-501.