Деятельность санитарных комиссий и жилищный вопрос в Москве в конце XIX в

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2016. № 6

Е.В. Филева

(аспирантка кафедры истории России XIX — начала XX века исторического

факультета МГУ имени М.В. Ломоносова)*

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ САНИТАРНЫХ КОМИССИЙ

И ЖИЛИЩНЫЙ ВОПРОС В МОСКВЕ В КОНЦЕ XIX в.

В статье прослеживается процесс создания санитарных комиссий в Москве и первые годы их деятельности. Исследуются причины образования этих комиссий Московской городской думой. Рассматривается вопрос о том, какое место в деятельности санитарных комиссий занимало обследование жилищ москвичей. Анализируется влияние деятельности санитарных комиссий на появление жилищного вопроса в общественной жизни как вопроса социального.

Ключевые слова: жилищный вопрос в Москве XIX в., санитарные комиссии, санитарное состояние города.

The article traces the formation of health committees in Moscow and the first years of their activity. The reasons of creation of these commissions by the Moscow City Duma are examined. The author tries to find out what place in the work of health committees belonged to the survey of Muscovites dwellings. The influence of sanitary commissions activities on the appearance of the housing problem as social issue is analyzed.

Key words: housing issue in 19th century Moscow, Sanitary committee, city sanitary conditions.

* * *

Одной из основных опасностей для человечества в XIX в. оставались эпидемические заболевания. В России постоянно вспыхивали эпидемии брюшного и сыпного тифов, дизентерии, оспы, чумы, малярии, холеры, обычного для нас гриппа. За XIX в. в России было зарегистрировано пятнадцать эпидемий чумы и восемь — холеры; заболевания сыпным тифом, малярией, оспой и гриппом регистрировались каждый год1.

В течение XIX в. в мире отмечено пять пандемий холеры, что позволяет представить общий масштаб и опасность проблемы. По официальным данным Медицинского департамента Министерства внутренних дел суммарное число заболевших холерой в ходе эпидемий (1823, 1829, 1830, 1837, 1847, 1852, 1865 и 1892 гг.) составило

* Филева Елена Владимировна, тел. +7 (916) 671-04-15; e-mail: Elena_fileva@mail.ru

1 Васильев К.Г., Сегал Л.Е. История эпидемий в России (материалы и очерки) / Под ред. проф. А.И. Метелкина. М., 1960. С. 226, 249, 286 и др.

почти 5 млн человек, из которых умерли почти 40%2. Особенно подвержены холере, в силу высокой скученности населения, были большие города. Но и другие заразные заболевания несли угрозу городскому населению. В Москве в период с 1878 по 1889 г. смертность от заразных заболеваний составляла от 10 до 22%3.

К концу столетия врачи знали уже достаточно много о том, как именно распространяются эпидемические заболевания, какие условия приводят к увеличению заболеваемости и смертности. Согласно Городовому положению 1870 г. задача по охранению народного здравия города была возложена на городское управление. В данной статье будет показано, какие именно санитарные задачи стояли перед городским управлением Москвы, как решение этих задач повлияло на постановку жилищного вопроса в городе, как именно его формулировали для себя городские власти и привлекаемые ими санитарные врачи.

В феврале 1878 г. генерал-губернатор направляет городскому голове предложение о принятии мер против появления и развития оспенной и тифозной эпидемий (от 15 февраля 1878 г., за № 675), в котором пишет, что «в последнее время среди населения столицы возникло крайнее опасение за распространение в Москве с открытием весны эпидемических болезней»4. После этого городской управой был разработан и представлен доклад о мерах против появления и развития оспенной и тифозной эпидемий, в котором предлагалось: «...для приведения города в лучшие санитарные условия необходимы экстренные меры; такими мерами, по мнению собрания, могли бы с пользой служить разделение города на участки и учреждение в каждом участке особого попечителя, следящего за устранением вредных, местных, гигиенических условий; при таких попечителях необходимо иметь медиков»5. 7 марта городской думой был принят приговор № XX по этому докладу, постановляющий избрать 17 санитарных попечителей (по числу частей города), которые «1. Следят за устранением условий, содействующих развитию эпидемий. 2. Особое внимание обращают на содержание и гигиенические условия тех помещений, где наиболее скопляются бедные обыватели, как то: ночлежные дома, постоялые дворы, фабрики, заводы, а также на места продажи съестных припасов, на-

2 Там же. С. 250.

3 Смертность населения города Москвы 1872—1889 г. М., 1891. Стб. 59—60. Табл. 22.

4 Доклад № 18 Городской Управы о мерах против появления и развития оспенной и тифозной эпидемий // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. V. С. 3.

5 Там же. С. 2.

родные кухни и пр.»6. Следует отметить, что кандидатуры санитарных попечителей и их помощников утверждались городской думой (например, приговоры Московской городской думы № XXI от 21 марта 1878 г.7, № XXXIII от 7 апреля 1878 г.8, № XXXVII от 28 апреля 1878 г9). Председателем комиссии попечителей на заседании Московской городской думы 21 марта был избран товарищ городского головы Л.Н. Сумбул, при этом рассматривалась также кандидатура городского головы С.М. Третьякова, что позволяет сделать вывод о большой значимости вопроса10.

На первом заседании комиссии санитарных попечителей, состоявшемся 8 апреля, были утверждены инструкции врачам и программа осмотров городских частей11.

Меры, предпринятые санитарными попечителями и врачами, оказались успешными: «...приняв во внимание значительно и постепенное уменьшение заболеваний в городе, как тифом, так и оспой и имея поводы предполагать, что санитарное состояние Москвы, при устранении в летнее время скученности рабочего населения в замкнутых тесных квартирах, еще более улучшится, Городская Управа признала возможным ослабить предпринятые Думою экстренные меры и прекратить учреждение санитарных врачей, которые к 1 июля и закончили свою трехмесячную деятельность»12.

По результатам обследований в Известиях московской городской думы были напечатаны отчеты о санитарном состоянии частей города (выпуски XIV, XVI, XVII, XIX и XX за 1878 г., выпуски II, VII, XVI, XVIII, XX и XXII за 1879 г., выпуск III за 1880 г.), в которых санитарные врачи описывали, в том числе, жилищные условия горожан. Следует отметить, что даже в Арбатской и Пречистенской частях, застроенных в основном дворянскими особняками, были очаги скученности и антисанитарии, которые ужасали обследовавших их врачей. Так, например, о квартирах Пречистенской части обследовавший их санитарный врач пишет, что они «говоря вообще,

6 Приговоры Московской Городской Думы. Состоявшиеся 7 марта 1878 года // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. VI. С. 7—8.

7 Там же. 1878. Вып. VII. С. 8.

8 Там же. 1878. Вып. VIII. С. 8-9.

9 Там же. 1878. Вып. IX. С. 8.

10 Там же. С. 197.

11 Протоколы заседаний Санитарной Комиссии под председательством Товарища Городского Головы // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. XIII. С. 21.

12 О развитии тифа и оспы в Москве, в апреле, мае и июне 1878 года (по сведениям участковых санитарных врачей) // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. XIV. С. 18.

удовлетворительны»13. Тем не менее, существующие в этой части подвальные жилища, «в большинстве случаев <...> не соответствуют требованиям гигиены, отличаясь сыростью, спертостью воздуха, темнотой». Скученность населения также приводила к нарушениям требований санитарии, и даже в благополучной Пречистенской части были такие дома: «.во 1) постоялые дворы, во 2) дома, в которых живет фабричный народ и 3) дома, разбитые на массу мелких квартир, занятых промышленными заведениями»14. Большую тревогу вызывали у санитарного врача условия жизни рабочих в пекарнях: «Спален для рабочих — как отдельных комнат — нигде не существует; обыкновенно здесь же в рабочей комнате устраивают открытый с одной стороны шкаф (я не считаю возможным выразиться иначе) с 2—3 полками, на которых спят рабочие; в редких случаях для спальни имеется отдельная комната, но и та непосредственно сообщается с мастерской...; иногда же не существует даже и шкафа для спанья, а просто в мастерской возле печи устроены нары...»15.

Из-за того, что в булочных и хлебопекарнях не было отдельных помещений, а часто даже и угла для ночлега, даже высшие классы не были защищены от проникновения заразных заболеваний, в частности, хлеб. Так, другой санитарный врач, проводивший в 1878 г. обследование Тверской части, писал в отчете: «Отдельные спальни для рабочих существуют в булочной Филиппова; в прочих же, осмотренных нами, спальни заменяются 2- и 3-х ярусными нарами, в виде ящиков из досок, между стойками непременно с занавеской, устроенных или в мастерских, или где-нибудь в сенях. Чистоты в этих заведениях мы не нашли»16.

В Арбатской части неблагополучное в санитарном отношении жилье было в основном сосредоточено в Козицкой котловине (засыпанном без отвода воды болоте), которая располагалась между Спиридоновкой, Садовой, Тверской улицами и Тверским бульваром. Вот что пишет о таком жилье санитарный врач: «Все разгорожено на множество квартир; везде кишит разного рода люд; скверность, грязь, вонь невообразимые; прототипом таких домов могут служить дом Крандиева близ Патриаршего пруда, Султанова на

13 Тихомиров М. Отчет санитарного врача Пречистенской части // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. XIV. С. 46.

14 Там же. С. 47.

15 Там же. С. 49.

16 Вишняков А.А. Санитарный отчет по Тверской части // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. XIX. С. 23.

Бол. Козицкой улице и множество других»17. Значительной проблемой считали санитарные врачи устройство отхожих мест: «...напр., в доме Фирсанова у Арбатских ворот, при доме, в котором живет 163 чел., и сверх того в бельэтаже помещается большая гостиница "Прага", имеется только одно отхожее место с двумя стульчаками в каждом этаже. Но и этого мало: находятся дома, при которых нет вовсе отхожих мест; для примера можем указать на дом, принадлежащий Комитету Человеколюбивого Общества, находящийся на углу Арбата и Годейновского переулка; это большой, двухэтажный, каменный дом; в нем около 20 разных квартир; число жителей от 140 человек и ни при одной квартире нет никакого отхожего места, а на заднем дворе, за сараями и погребами, вырыта небольшая яма <...> над ней устроены из сгнивших тоже досок два стульчака; подойти к ней, не увязнув в испражнениях, нет никакой возможности — и это на 140 человек обитателей всякого пола и возраста; невероятно, а между тем совершенная истина»18.

Как мы видим, скопления наиболее уязвимого к эпидемическим заболеваниям бедного люда наблюдались и в самых благополучных частях города, а устройство выгребных и помойных ям и несоблюдения простейших правил гигиены рабочими в мелких промышленных заведениях и пекарнях облегчали передачу болезни представителям более высоких социальных слоев.

Опыт санитарной комиссии был признан успешным и полезным, и в январе 1879 г. городская управа представила на рассмотрение московской городской думе доклад № 15 об учреждении постоянной санитарной комиссии. Необходимость в такой комиссии была вызвана тем, что смертность в Москве была «значительно выше, чем в других столичных городах Европы»19. Задачей санитарных врачей на ближайшее время было названо «исследование города со стороны влияния на те или другие местности физических и почвенных условий, а также влияния ни них той обстановки, среди которой, вследствие своего социального и бытового положения, живет городское население20. В последовавшем за этим докладом приговоре № 20 от 16 января 1879 г. Московская городская дума постановила «поручить городскому голове сделать распоряжение

17 Бензенгр В. Отчет санитарного врача Арбатской части // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. XIV. С. 15.

18 Там же. С. 15-16.

19 Доклад № 15 Московской Городской Управы об учреждении постоянной санитарной Комиссии // Известия Московской Городской Думы. 1879. Вып. II. С. 5.

20 Там же. С. 3.

о том, чтобы Санитарная Комиссия, избранная Городской Думою в минувшем году для принятия мер против появления и развития в г. Москве эпидемических болезней, немедленно возобновила свои действия»21. Следует отметить, что здесь речь идет пока о продлении деятельности временной санитарной комиссии. Постоянная исполнительная санитарная комиссия была учреждена приговором Московской городской думы № 21 от 13 февраля 1879 г.22

Причиной поспешной организации санитарной Комиссии стала эпидемия чумы, разразившаяся в 1878 г. в Астраханской губернии. Заболевания, «явно носившие эпидемический характер и вызывавшие большую смертность»23, появились в октябре-ноябре 1878 г. в казачьей станице Ветлянке. К февралю 1879 г. эпидемия фактически прекратилась, унеся 434 жизни из 1743 жителей станицы24. Сведения об этой эпидемии вызвали в Москве острую реакцию общественности. На заседании Московской городской думы 8 марта 1883 г. гласный А.Н. Маклаков говорил о тех событиях: «Кто не помнит паники, вызванной в 1879 году слухом о появлении ветлянской эпидемии. Тогда Москва стала пустеть, многие более состоятельные лица выезжали из нее, чтобы не подвергаться опасности»25.

Создание же постоянной исполнительной санитарной комиссии застопорилось на стадии утверждения инструкций. На заседаниях Московской городской думы 13 и 27 ноября 1879 г. рассматривался доклад городской управы «Об утверждении инструкций: санитарной исполнительной комиссии, санитарным попечителям и санитарным врачам», и было принято решение, «не обсуждая в настоящее время инструкций <...>, просить комиссию общественного здравия, при участии гласных думы М.П. Щепкина и кн. А.А. Щербатова войти вновь в рассмотрение вопроса об организации санитарной части в г. Москве, не стесняясь состоявшимся уже по этому предмету приговором Думы 13 февраля 1879 года за № 21, причем обратить внимание на возможность привлечения полицейских врачей к исполнению поручений городского управления по санитарной части»26.

21 Приговоры Московской Городской Думы. Состоявшиеся 16 января 1879 года // Известия Московской Городской Думы. 1879. Вып. III. С. 10.

22 Приговоры Московской Городской Думы. Состоявшиеся 13 февраля 1879 года // Известия Московской Городской Думы. 1879. Вып. V. С. 6.

23 Васильев К.Г., Сегал Л.Е. Указ. соч. С. 241-242.

24 Там же. С. 242.

25 Заседание Московской Городской Думы 8 марта 1883 года // Известия Московской Городской Думы. 1883. Вып. V. С. 12.

26 Соединенное заседание Городской Думы и Московского Уездного Земского Собрания. 27 ноября 1879 года // Известия Московской Городской Думы. Вып. IV. С. 470.

В соответствии с этим постановлением, комиссия общественного здравия разработала и 26 июня 1880 г. представила на рассмотрение Московской городской думе доклад за № 53 об организации санитарной части в Москве. В отличие от предыдущего проекта, это был орган «совещательный и распорядительный»27. По результатам обсуждения этого доклада было постановлено ходатайствовать перед правительством, чтобы «за учреждаемыми Думой городскими санитарными врачами и городским санитарным инспектором было официально признано право санитарного надзора в городе и исполнения обязанностей по охранению общественного здравия в пределах, указанных ст. 103 "Город[ового] Полож[ения]" и ст. 19 правил о применении сего положения к столицам»28.

В следующий раз речь об учреждении органа, в ведении которого должно находится санитарное состояние Москвы, зашла на заседании № 119 23 ноября 1882 г., когда гласным И.Н. Мамонтовым был поднят вопрос о необходимости принять меры для пресечения болезней и смертности. Дума уполномочивала «г. Городского голову о скорейшем разрешении представления Городской Думы по вопросу об учреждении при Городском Управлении постоянной санитарной части, на основаниях, изложенных в приговоре Думы от 26 июня 1880 года за № 68»29. Ответ министра внутренних дел на ходатайство о признании права санитарного надзора в городе за городскими санитарными врачами и инспектором (см. предыдущий абзац) был прочитан на заседании Московской городской думы 22 марта 1883 г. В нем министр внутренних дел Д.А. Толстой указывал на невозможность выплаты пенсии из Государственного казначейства врачам, получающим содержание не из правительственных источников30. В письме директора медицинского департамента и вовсе указывалось, что в силу высочайше утвержденного 5-го мая 1881 год мнения Государственного совета о преобразовании Московской городской полиции, должности помощников полицейских врачей упразднены, и суммы на

27 Заседание Московской Городской Думы № 23. 26 июня 1880 года. Рассмотрение доклада Комиссии общественного здравия, за № 53, об организации санитарной части в Москве // Известия Московской Городской Думы. 1880. Вып. XVIII. С. 568.

28 Там же. С. 575.

29 Приговоры Московской Городской Думы. Ноября 23 дня 1882 года // Известия Московской Городской Думы. 1882. Вып. XV. С. 4-5.

30 Заседание Московской Городской Думы 22 марта 1883 года // Известия Московской Городской Думы. 1883. Вып. VI. С. 503.

их содержание из сметы исключены31. Поскольку одной из задач ходатайствования об учреждении санитарной части было присвоение санитарным врачам права государственной службы наравне с врачами полицейскими32 и сокращение расхода на содержание за счет перевода 12-ти помощников полицейских врачей на должности городских санитарных врачей33, дума постановила передать ответ министра для совместного обсуждения в комиссии финансовую и общественного здравия34.

По рассмотрении представленного соединенной комиссией общественного здравия и финансовой доклада № 116 «Об учреждении в Москве постоянного санитарного надзора», дума вернулась к рассмотрению доклада № 53 комиссии общественного здравия. Приговором № 68 от 26 июня 1884 г. Московская городская дума постановила «в изменение приговора, от 13 февраля 1879 года»35 учредить постоянную Санитарную комиссию (совещательное и распорядительное учреждение, но не исполнительное), санитарных попечителей и санитарных врачей.

При сравнении проектов инструкций для городской постоянной санитарной исполнительной комиссии 1879 г. и городского постоянного исполнительного комитета 1884 г. (см. таблицу 1) видно, что в ведении санитарной комиссии в обеих инструкциях находятся предупреждение и прекращение эпидемических заболеваний путем изучений очагов таких заболеваний, забота о безопасности продаваемой пищи и обследование общественных мест с высоким скоплением людей, в том числе помещений для рабочих и ночлежных домов. Таким образом, обследование жилья и жилищных условий населения являлось одной из основных функций комиссии в обоих проектах.

Оперативность организации комиссии в 1884-1885 гг. снова была связана с опасностью эпидемии: «В настоящее время учреждение постоянного санитарного надзора ввиду возможности появления холерной эпидемии становится еще более необходимым»36.

31 Доклад № 116 Соединенной Комиссии Общественного Здравия и Финансовой Об учреждении в Москве постоянного санитарного надзора // Известия Московской Городской Думы. 1885. Вып. I. С. 3.

32 Заседание Московской Городской Думы № 23. 26 июня 1880 года... С. 576.

33 Доклад № 116 Соединенной Комиссии Общественного Здравия и Финансовой. С. 1.

34 Заседание Московской Городской Думы 22 марта 1883 года. С. 507.

35 Приговор Московской Городской Думы, от 26 июня 1884 г. за № 68 // Известия Московской Городской Думы. 1885. Вып. I. С. 8.

36 Доклад № 116 Соединенной Комиссии Общественного Здравия и Финансовой. С. 4.

Таблица 137

Проект инструкции 1879 г. Проект инструкции 1884 г.

а) Собирать сведения о заразительных, повальных и местных болезнях в городе и изыскивать меры к их предупреждению и прекращению. а) Обсуждать сведения о заразных повальных и местных болезнях в городе, полученные от санитарных участковых врачей, и изыскивать меры к их предупреждению и прекращению.

б) Исследовать состояние мест продажи съестных припасов и напитков, составлять правила к содержанию их и к обеспечению безвредности продаваемых в оных продуктов и наблюдать за исполнением этих правил. Ь) так же

в) Изучать через ознакомление на месте состояние в санитарном отношении фабрик, заводов, мастерских и вообще помещений для рабочих; указывать меры к ограждению общественного здравия от опасности, происходящей вследствие неправильного устройства и неисправного их содержания и исследовать влияние различного рода промыслов на здоровье населения. с) Изучать через ознакомление на месте состояние в санитарном отношении фабрик, заводов, мастерских и вообще помещений для рабочих, а также частных и общественных учреждений, меблированных комнат, родильных приютов, приютов для кормилиц, школ, кладбищ и т.п.

(!) Указывать меры к ограждению общественного здоровья от опасности, происходящей вследствие неправильного устройства и неисправного содержания вышеупомянутых учреждений и наконец исследовать влияние различного рода промыслов на здоровье населения.

г) Составлять проекты обязательных постановлений и следить за исполнением такого рода постановлений. нет

д) Открывать в случаях, когда это будет Думою признано необходимым, временные больницы, приискивая соответствующие для сего помещения и заведуя организацией этого дела. нет

37 Доклад № 132 Московской городской управы об утверждении инструкций санитарной исполнительной комиссии, санитарным попечителям и санитарным врачам. 31 октября 1879 г. // Известия Московской Городской Думы. 1879. Вып. XXII. С. 3; Проект инструкций для городского постоянного исполнительного санитарного комитета // Известия Московской Городской Думы. 1885. Вып. III. С. 2-3.

Окончание табл. 1

Проект инструкции 1879 г. Проект инструкции 1884 г.

е) Рассматривать поступающие в Управу от городских постоянных больниц годовые сметы и отчеты и давать по ним свои заключения. нет

ж) Обсуждать передаваемые думой и управой вопросы, касающиеся санитарной части и охранения народного здравия и представлять о них доклады. нет

з) Вести городскую санитарную статистику. е) так же

и) Предоставлять ежегодно думе через управу отчет о своей деятельности. Предоставлять ежегодно в городскую думу через комиссию общественного здравия отчет о своей деятельности.

Холера пришла в Европу в 1884 г. Медицинский совет Министерства внутренних дел распространяет документ о мерах личной предусмотрительности и осторожности, предохраняющих от заболевания холерою, а раздел «Разные известия» Известий московской городской думы был почти полностью посвящен информации о холере: так, в пятом выпуске за 1884 г. мы видим 8 заметок о холере, в шестом — 4 непосредственно о холере и 5 — о санитарных мерах и обеззараживании, в седьмом выпуске — 15 заметок о холере. 16 июля 1884 г. Московская городская управа представляет доклад № 71 о принятии мер против появления и развития холерной эпидемии. На основании этого доклада Московская городская дума на заседании 24 июля 1884 г. постановляет учредить исполнительную санитарную комиссию из 20 санитарных попечителей, «разделив между ними город на санитарные участки, и в руководство им оставить в силе утвержденную приговором Думы 14 марта 1878 г. инструкцию»38. Однако позже, из-за необходимости принятия специальных мер в связи с угрозой холерной эпидемии, думой было признано необходимым пересмотреть существующие инструкции, что и было поручено комиссии общественного здравия приговором Московской городской думы № 21 от 27 февраля (5 марта) 1885 г.39

38 Краткие отчеты о заседаниях Городской Думы в 1884 году. Заседание 24 июля 1884 года // Известия Московской Городской Думы. 1884. Вып. VI. С. 65.

39 Двойная дата приговора употреблялась в случаях, когда первая часть приговора по обсуждаемому вопросу принималась на одном заседании, а заключительная — на следующем.

Тем не менее, санитарные попечители и врачи временной санитарной комиссии продолжали свою деятельность по оценке санитарного состояния города. В Известиях московской городской думы (выпуск VI за 1885 г.) помещены два первых доклада о результатах обследований, проведенных сотрудниками санитарного надзора. Оба они посвящены жилищным условиям населения: «Доклад о подвальных жилых помещениях г. Москвы» и «Доклад № 15 о мерах на случай появления холерной эпидемии. По вопросу о ночлежных домах».

Дополнительный доклад № 46 комиссии общественного здравия «По вопросу об устройстве в Москве постоянного санитарного надзора» от 11 мая 1885 г. демонстрирует, насколько несогласованным, непонятным даже для гласных думы, непосредственно участвовавших в разработке проектов, был процесс учреждения постоянной санитарной комиссии. В тексте доклада встречаются следующие слова: «После неоднократных обсуждений выяснилось: в Москве учреждает постоянный санитарный надзор, вместо временного, сейчас существующего»40. К докладу прилагались проекты инструкций для городского постоянного исполнительного санитарного комитета, старшего врача этого комитета, санитарных участковых попечителей и постоянных участковых санитарных врачей. Инструкции эти вызвали оживленные дебаты в думе. Так, например, гласный П.Н. Греков считал, что «по проекту, составленному комиссией, в Городском Общественном Управлении образуется нечто новое, небывалое и совершенно не согласное с Городовым Положением»41. Ему возражал член комиссии общественного здравия М.П. Чернов: «После многих заседаний, рассуждений, комиссия пришла к заключению об организации известного рода санитарного надзора и теперь этот проект только повторяется в настоящую сессию. В предшествующую сессию Дума утвердила этот проект. Мы предлагаем ту организацию, которая одобрена Думою в прошедшую сессию, признана Министерством Внутренних Дел правильною и уже существует в настоящее время. Мы хотим только узаконить временно существующую организацию и сделать ее постоянной»42. Тем не менее, большинство гласных предлагаемые инструкции не устроили, и приговором № 81 от 11 (18) мая было принято поручить город-

40 Дополнительный доклад № 46 Комиссии Общественного Здравия по вопросу об устройстве в Москве постоянного санитарного надзора. 11 мая 1885 года // Известия Московской Городской Думы. 1885. Вып. III. С. 1-2.

41 Стенограф. отчеты о заседаниях Думы в 1885 году. Заседание 11 мая // Известия Московской Городской Думы. 1885. Вып. VII. С. 806.

42 Там же. С. 811.

ской управе совместно с комиссией общественного здравия эти инструкции переработать.

На заседании 20 декабря 1885 г. вновь был поднят вопрос о существовании в будущем году в Москве санитарной комиссии. Итогом заседания стало решение о продолжении финансирования временной санитарной комиссии43.

В 1886 г. в отчетах о деятельности городской управы появляются отчеты о деятельности санитарной части. В январе прошло три заседания исполнительной санитарной комиссии, причем на первом из них, состоявшемся 15 января, председательствовал избранный в ноябре 1885 г. городским головой Н.А. Алексеев. Он сообщил врачам о передаче им задачи по прекращению заразных болезней, предложил обсудить необходимые к тому меры и выработать программу деятельности. На последующих двух заседаниях, 20 и 27 января, эта программа была выработана44. Также отчеты содержат информацию о том, что «Санитарные врачи продолжали осмотр ремесленных заведений и, кроме того, некоторые врачи занимались разработкой собранного уже материала о ремесленных заведениях, о коечных квартирах и дворах»45. По результатам этих работ в 1886 г. в «Известиях Московской городской думы» были напечатаны «Санитарные очерки Зарядья» А. Федорова (вып. I, II, VII, XI) и отчет об осмотре ночлежников в домах Зимина и имени Белова, санитарного врача Е.М. Иванова и врачей: Ф.П. Полякова и С.И. Ве-ревкина (вып. XII).

15 февраля Н.А. Алексеев на заседании думы сообщил, что «с 15 февраля сего года городские санитарные врачи вступили в отправление возложенной на них обязанности по осмотру и пресечению заразы в домах, и к уничтожению заразных гнезд»46. На этом же заседании городской голова представил список домов, неудовлетворительных в санитарном состоянии, в дальнейшем его доклады о санитарном состоянии города становятся регулярными.

Таким образом, долгий путь к образованию санитарной комиссии был завершен. Как видно из истории обсуждения вопроса, основным побудительным мотивом для членов Московской городской думы была угроза эпидемий: в 1878 г. тифа и оспы, в 1879 г. — чумы,

43 Стенограф. отчеты о заседаниях Думы в 1885 году. Заседание 20 декабря // Известия Московской Городской Думы. 1885. Вып. XII. С. 1366.

44 Отчеты о деятельности Московской городской управы за январь месяц 1886 года. Отделение II. Д) Санитарная часть // Известия Московской Городской Думы. 1886. Вып. I. С. 3.

45 Там же. С. 33.

46 Заседание 25 февраля // Известия Московской Городской Думы. 1886. Вып. I. С. 30-31.

а в 1884-1885 гг. — холеры. Отчеты, написанные санитарными врачами после обследования города в 1878 г., ясно продемонстрировали, что потенциальные гнезда эпидемических заболеваний есть во всех частях города, причем достаток и высокое общественное положение не являются надежной защитой от заражения. Не все гласные были убеждены в необходимости расходовать бюджет города на постоянную работу комиссии, например, гласный А.Д. Ло-пашов высказывал такое мнение: «Санитарная комиссия была учреждена Думою под влиянием страха ожидавшейся чумы, а в настоящее время в ней неотложной необходимости не ощущается»47.

В проекты инструкций санитарным попечителям и санитарным врачам обязательно входили пункты о необходимости обратить особое внимание «на содержание и гигиенические условия тех помещений, где наиболее скопляются бедные обыватели, как то: ночлежные дома, постоялые дворы, фабрики, заводы, а также на места продажи съестных припасов, народныя кухни и пр.»48. Следует отметить, что эта формулировка из раза в раз повторяется в проектах инструкций.

Деятельность санитарных врачей по осмотру и описанию частей города, расположенных в них фабрик, заводов, мастерских, мест обитания рабочих и бедного населения привела к появлению большого объема информации, систематизированной, обобщенной и во многом устрашающей. Как ни старались санитарные врачи в своих отчетах придерживаться деловой, спокойной манеры письма, их впечатления от увиденного часто изливались на бумаге. Они начинают писать о недопустимости таких условий жизни и о необходимости изменений: «Все намеченные нами недостатки, при прежнем широком и просторном жилье, могли еще быть кое-как терпимы: страдал мелкий люд, рабочий народ; теперь же, при обмелении и измельчании верхних слоев, при выросшем громадном среднем слое, знающем, что такое комфорт, и требующем его, знающем, что вредно и что здорово, при проникновении этого же света и этих же потреб и в нижний слой, — все эти недостатки выросли вдруг как грибы, издают страшный запах и колят нам глаза. Наступило неотложное время уничтожить эти вредные наросты, пустить везде больше чистого воздуха, свежей воды, устроить здоровые жилища, с хорошей, здоровой и дешевой пищей»49. Об этом же говорил гласный Н.П. Ланин: «Главная мера, которая должна быть предпринята,

47 Заседание Московской Городской Думы № 23. 26 июня 1880 года. С. 569.

48 Приговоры Московской Городской Думы. Состоявшиеся 7 марта 1878 года // Известия Московской Городской Думы. 1878. Вып. VI. С. 7-8.

49 Бензенгр В. Отчет санитарного врача Арбатской части. С. 21.

это было бы улучшение экономического положения беднейших граждан <...> улучшение ночлежных домов, устранение скученности в них <...> строгое наблюдение за состоянием <...> разных углов, где проживает беднейшая часть городского населения»50. Перед городским управлением встает вопрос о необходимости улучшения жилищных условий «недостаточного класса». В качестве недопустимых санитарных условий называют отсутствие канализации, плохую вентиляцию помещений, сырость и, наконец, чрезмерную скученность населения.

Все эти проблемы, вкупе с дороговизной жилищ, и являются жилищным вопросом, который встал не перед самими жителями неудовлетворительных в санитарном отношении помещений, а перед городским управлением, перед обеспеченным и средним слоями городского населения. Таким образом, в Москве жилищный вопрос вырос из вопроса санитарного, из попыток сократить количество заболеваний и смертность.

Поступила в редакцию 21 сентября 2016 г.

50 Заседание Московской Городской Думы 16 января 1879 года // Известия Московской Городской Думы 1879. Вып. V. С. 19.