Закономерности развития российскойгосударственности

ЗАКОНОМЕРНОСТИ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

В настоящее время наблюдается усиление интереса к проблемам, связанным с российской государственностью. Исследователи по-разному пытаются дать ответы на вопросы, связанные с закономерностями развития российской государственности, а также разрабатывают возможные пути и перспективы ее дальнейшего развития.

Состояние российской государственности в целом сегодня признается переходным. Но анализ исторического развития российской государственности приводит к выводу о том, что и прошлые исследователи государственности определяли положение сходным образом. Переходный, изменчивый характер российской государственности подтверждается тем, что только за последние 150 лет Россия сменила целый ряд общественно-экономических формаций, продвигаясь от феодализма к капитализму, военному коммунизму, нэпу, социализму и, наконец, отказу от социализма и к построению рыночного общества. За этот же срок были изменены шесть форм государственного правления: абсолютная монархия, конституционная монархия, парламентская республика, советская власть, президентская и полупрезидентская республика и три типа политического режима: диктатура, демократия, анархия. Более широкий анализ исторической ретроспективы показывает, что поиском самоидентификации, своего «собственного пути» Россия вольно или невольно занималась всю историю своей государственности, а предыдущее столетие, «перестройка» и последующие реформы — лишь последние звенья в цепи, выдаваемые Западом за поражение в «холодной войне». Отсюда можно сделать вывод, что переходность — это модус российской государственности, основанной на изменчивости российского культурно-

исторического типа цивилизации. Можно, как это делает И.А. Гун-даров, восхищаться непрекращающимся российским поиском более совершенного мироустройства и исторической пассионарности русского народа1, но в этой связи возникает вопрос: возможен ли в России вообще устойчивый синтез государственности, воспринимаемой не как переходное состояние, а как нечто окончательное и оформившееся?

Затягивающийся кризис российской государственности «переходного периода» связан с отказом от прежних представлений о государстве, поскольку прежние формы развития Россией были отвергнуты, а попытки механического создания в России либеральной модели государства западного типа показали за предыдущее десятилетие экспериментального внедрения свою несостоятельность. Вновь перед Россией стоит чрезвычайно непростая проблема определения собственной идентичности, поиска и выбора оптимальной формы своей национальной государственности. В этой связи закономерно возникает вопрос о преемственном и непрерывном развитии российской государственности, которое в научной литературе охватывается понятием континуитета государственности.

Непрерывность и преемственность исторического пути развития российской государственности (континуитет) в прошлом веке подвергалась угрозе разрыва дважды: в 1917 и в 1991 гг. Русская революция изменила ход русской истории, но в государственно-правовом смысле российская государственность после революции была вскоре восстановлена. Пройдя через немыслимые испытания, принеся неслыханные жертвы, Россия, возродившись в рекордно короткие сроки в форме Советского Союза, почти весь ХХ век вынуждена была

И.Н. ГУЛЕДАНИ

развиваться самостоятельно и изолированно, создав, по сути, собственный уникальный тип цивилизации. Страна преуспела в науке и культуре, построила индустрию, вышла в космос. Были достигнуты грандиозные успехи в фундаментальных исследованиях, созданы не имеющие аналогов в мире разработки в аэрокосмонавтике и т.д. Именно в годы советской власти Россия стала одной из двух сверхдержав, именно тогда она вела полностью независимую внешнюю политику. Собственно, весь ХХ век прошел под знаком России.

Пути преодоления кризиса континуитета российской государственности, переживаемого в настоящее время, не столь очевидны, поскольку мы как современники не в силах предвидеть будущего России и только лишь можем с той или иной долей уверенности предполагать дальнейшее развитие событий. Однако очевидно, что сегодня Россия переживает тяжелое время, поскольку, представлявшая в форме СССР единое государство, она оказалась разорванной на несколько частей.

Выпавшие на долю России в конце ХХ в. испытания во многом похожи на уже пережитые. С одной стороны, круг проблем, которые в разные исторические эпохи вынуждена решать Россия, одинаков. С другой стороны, угроза разрыва непрерывности и преемственности ее государственного развития (континуитета) в настоящее время протекает в качественно иных условиях изменившегося мира, и в этом смысле она не похожа на предыдущие кризисы. Механизм длящегося кризиса государственности, приведший Советский Союз к распаду, способен раздробить его оставшуюся основу — Россию — на части. Никогда изменениям не подвергались сам культурно-генетический код нации, сущность бытия русского

народа, смысл жизни русского человека в отдельности. Более того, не существует никаких гарантий того, что российскую государственность в будущем не ожидают новые тяжелые испытания, схожие с уже пережитыми ею в прошлом. Помимо геополитических и международно-правовых проблем, перед Россией стоит необходимость решения внутригосударственных проблем, которые при их разрастании могут привести к серьезной угрозе российской государственности изнутри, поскольку напрямую связаны с демографическим спадом и возможностью физического выживания населения государства.

После распада Советского Союза Россия объявила себя его правопреемником, что повлекло конкретные практические последствия в виде пересмотра международных договоров, определения судьбы международных долгов, решения вопросов членства в международных организациях и т.д. В свою очередь, ранее СССР признал себя правопреемником Российской империи. Кроме того, с 1992 г. Россия признала себя правопреемником еще и всех правительств и режимов, существовавших на российской территории во время Гражданской войны.

Государства Содружества Независимых Государств (СНГ) поддержали Россию в том, чтобы она продолжала членство СССР в ООН, включая постоянное членство в Совете Безопасности, и других международных организациях. При этом международным сообществом предполагалось, что международные права и обязательства бывшего СССР, включая права и обязательства по Уставу ООН, будут продолжать осуществляться Россией. Первоначально как долг, так и собственность СССР были распределены между государствами-преемниками, но затем все обязательства и права по данному вопросу приняла на себя Российская Федерация.

В настоящее время в науке отсутствует единое отношение к истории российской государс-

твенности и пониманию путей и закономерностей ее развития.

Одни исследователи считают идеалом дореволюционное устройство Российской империи и считают разрывом ее государственного и цивилизационного развития Октябрьскую революцию 1917 г. и весь советский период истории России. Другие, наоборот, считают советский способ организации государственности и жизнеустройства общества наиболее приемлемым для России.

Современные апологеты предреволюционной России говорят: если бы России дали 20 лет спокойного развития, то она показала бы чудеса экономического развития. При этом часто приводят слова англичанина Э. Торна, писавшего в своей работе «Россия в 1914 году»: «Если западные страны не сумеют удержать Россию, то к 1930 году ей не будет соперников, и Европа и США окажутся на коленях у сырьевого гиганта».

Однако это не так, поскольку дореволюционная Россия не могла эффективно развиваться без устранения привилегий дворянства и других пережитков прошлого. Потерпев поражение в Первой мировой войне, Россия, жертвуя всем, перешла на мобилизационный вариант развития, создав тем самым предпосылки возрождения. Созданной за это время базой Россия, как и другие республики бывшего СССР, кстати, пользуется до сих пор.

Россия представляет собой незападную страну, и ей чужд эгоистический индивидуализм гражданского общества. Более того, Россия — это единственная незападная страна, которая сумела избежать завоевания извне.

Как пишет А.И. Уткин: «Невозможно понять смысл русского коммунизма, не учитывая затаившееся в национальном русском сознании представление о том, что внешне находящаяся на подъеме романовская Россия дискредитировала себя неспособностью отстоять независимость и целостность страны. Государственное дело Петра оказалось в ненадеж-

ных руках, открылась бездна циви-лизационного отставания России от индустриальной цивилизации Запада. И она согласилась на гигантскую социальную трансформацию ради того, чтобы никогда более не испытать брестского позора. 20-е годы были временем насильственной модернизации, стимулируемой (по меньшей мере отчасти) желанием избежать бессилия 1914—1917 годов. К Голгофе 1941 г. Советская Россия вышла более оснащенной, индустриальной, организованной — уплатив за этот рывок тяжелую социальную цену»2.

Негативной и неизбежной стороной закрытости Советского Союза при мобилизационном развитии стала изоляция страны от внешнего мира.

Как это ясно сейчас, многие различия между советским и западным обществами вытекали даже не из идеологии, а из тех основ, на которых она базировалась. Последние связаны с глубинными различиями между западной и российской цивилизациями: индивидуализм, с одной стороны, и коллективизм — с другой. Рациональность и эмоциональность, различия в традициях протестантской трудовой этики и православного самоотвержения существовали задолго до петровской эпохи, сохранились в советское время и долго еще будут существовать в будущем.

Выработке отношения к сегодняшнему положению России затрудняет понимание сочетания геополитического и идеологического критериев оценки российской государственности. Крайняя отрицательная геополитическая оценка государственности заключается в том, что в России в форме СССР была совершена самая крупная геополитическая катастрофа века, эпицентром которой оказалась историческая Россия. В результате исчезла великая держава с тысячелетней историей, уникальной культурой, особым государственным и общественным строем. По сути, с лица Земли исчезла неповторимая мировая цивилизация.

Соответствующая отрицательная идеологическая оценка сегодняшней российской государственности проявляется в тезисе о том, что отказ от советского строя как наиболее прогрессивного влечет в дальнейшем неминуемую стагнацию общественного развития.

Крайняя положительная оценка заключается в том, что Россия, больше не выдерживая имперского груза, освободилась от необходимости поддержки национальных окраин. С точки зрения идеологии, она уже добилась многого в демократизации общественного и государственного строя, перед ней открыты перспективы дальнейшего развития.

Соответственно, возможны и промежуточные варианты, когда геополитические и идеологические критерии не совпадают. В одном случае распад СССР признается объективным процессом, которого Россия избежать не могла, но вместе с тем не признается правильность сегодняшнего развития государства, и выход видится в необходимости возврата к отдельным элементам советского строя. В другом варианте распад СССР признается геополитической катастрофой для России, но развитие государства идет в правильном направлении и возврат к прошлому невозможен.

История развития российской и европейской государственности Россией, странами Европы и США оценивается по-разному, что потенциально может привести в будущем к конфронтации в политических отношениях между ними. Главное различие заключается в том, что Россия до сих пор придерживается заключенных в 1945 г. Ялтинских соглашений, при том, что многие крупнейшие

государства от них отказались и Запад видит себя уже в однополюсном мире, возникшем после развала Советского Союза.

Особенно остро на расхождения Запада и России в оценке послевоенного периода в истории реагируют в прибалтийских государствах. Латвия, Литва и Эстония требуют от России извинений за «оккупацию» их стран, на что Россия пойти не может. Однако вероятно, что основной целью подобных нападок является попытка добиться от России заявлений о том, что за действия СССР она никакой ответственности не несет, а следовательно, не является его правопреемником. Отрицание легитимности существования СССР и правопреемства России автоматически приведет к денонсации договоров, заключенных СССР, в том числе в сфере ядерных вооружений. Последнее, как следствие, должно привести к запрету на обладание Россией ядерным оружием, осуждению российских имперских амбиций на постсоветском пространстве и, наконец, как итог, к расчленению России на части.

Смена политических режимов и конкретных государственных форм есть история государственности. В период войн народ защищает не столько государство, сколько свою государственность. Разрушение, распад, гибель государства еще не означают прекращения государственной истории народа. До тех пор, пока сохраняется идея государственности, ее концепция, ее внутренняя привлекательность и сила3.

Перед каким выбором оказалась сегодня Россия? С одной стороны, в России не удалось скопировать ту социальную систему, какая со-

здавалась в течение столетий в западных странах. Это невозможно принципиально в силу их неими-тируемости и различия в цивили-зационном западном и российском кодах. С другой стороны, очевидно, что возврата тому прошлому, которое у нас было, также невозможно. Другое дело, что в силу социального закона регенерации постсоветская социальная система неизбежно может и должна восстановить целый ряд лучших черт, выработанных советской системой, касающихся базовых основ жизнеобеспечения народа, что объективно соответствует законам социальной природы. Следует помнить и о том, что при выборе дальнейших форм развития российской государственности единственно правильной мерой в настоящее время является ее укрепление, поскольку без сильного государства невозможно защитить даже самые основы жизнеустройства народа. В эпоху распада прежде великой страны, разгула терроризма, опасности утраты суверенитета весь опыт российской государственности свидетельствует об опасности самоуспокоения. В этих условиях интересы национальной безопасности, национального выживания должны быть признаны доминирующими.

1 Гундаров И.А. Демографическая катастрофа в России: причины и пути преодоления // Почему вымирают русские? / Под общ. ред. И.В. Бустужева-Лады. - М., 2004. - С. 191.

2 Уткин А.И. Унижение России: Брест, Версаль, Мюнхен. — М.: ЭКС-МО, 2004. — С. 617.

3 Бабурин С.Н. Территория государства: правовые и геополитические проблемы. — М.: Изд-во Московского университета, 1997. — С. 404.