КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ РИСКИ ИЗМЕНЕНИЯ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ

Балалаева Марина Викторовна

кандидат юридических наук, доцент, заведующая кафедрой правового обеспечения национальной безопасности Нижегородского института управления - филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

Balalaeva Marina Viktorovna

candidate of Sciences (law), Associate Professor, Associate Professor of the De-partment of Legal Support of National Security of the Nizhny Novgorod Institute of Management - branch of RANEPA

E-mail: marina.balalaeva. 73@mail.ru

Криминалистические риски изменения уголовно-процессуального законодательства: вопросы теории и практики

Criminalistic risks of changes in criminal procedure legislation: issues of theory and practice

Аннотация. В настоящей статье анализируются криминалистические риски изменения уголовно-процессуального законодательства. Автором отмечается, что в отдельных случаях совершенствования уголовно-процессуального законодательства возникают риски изменения содержания тактических приемов и рекомендаций, используемых следователями в процессе производства предварительного расследования, что зачастую может привести либо к невозможности их применения, либо к тактическим ошибкам в ходе производства следственных действий. Делается также вывод о том, что совершенствование уголовно-процессуального законодательства должно быть основано, прежде всего, на практике его применения и возможностях реализации тактических приемов производства следственных действий.

Ключевые слова: криминалистические риски, изменение уголовно-процессуального законодательства, предварительное расследование, тактические приемы, тактические ошибки, видео-конференц-связь, искусственный интеллект.

Abstract. This article analyzes the criminalistic risks of changing the criminal procedure legislation. The author notes that in some cases of improving the criminal procedure legislation, there are risks of changing the content of tactical techniques and recommendations used by investigators in the process of conducting a preliminary investigation, which can often lead either to the impossibility of their application, or to tactical errors in the course of investigative actions. It is also concluded that the improvement of criminal procedure legislation should be based, first of all, on the practice of its application and the possibilities of implementing tactical methods of investigative actions.

Keywords: forensic risks, changes in criminal procedure legislation, preliminary investigation, tactical techniques, tactical errors, video conferencing, artificial intelligence.

Криминалистический риск является неотъемлемой частью деятельности лиц, осуществляющих предварительное расследование преступлений. Отсутствие законодательного определения правового риска порождает многочисленные дискуссии в научной литературе. Наибольшее внимание категории «правовой риск» уделяется в цивилистической науке, а также в уголовном законодательстве в связи с установлением в УК РФ обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Риск в криминалистике рассматривается с двух сторон, во-первых, как разновидность тактического риска, когда при проведении того или иного следственного действия, следователь в условиях информационной неопределенности выбирает тактику его проведения, и рассчитывает получить наиболее оптимальный результат, и, во вторых, в более широком смысле слова, как риск, связанный с недостижением желаемого результата в связи с отсутствием в уголовно-процессуальном законодательстве соответствующих норм, регламентирующих деятельность по раскрытию и расследованию преступлений. В этом контексте можно говорить и об уголовно-процессуальном риске, который в силу наличия множества уголовно-процессуальных норм, содержащих тактические приемы производства следственных действий, предполагает некоторую свободу в их выборе, что, априори содержит альтернативные варианты их применения, а, значит включает в себя и неизбежность криминалистического риска.

В условиях информационной неопределенности в той или иной следственной ситуации, а также несовершенства уголовно-процессуального законодательства возрастают криминалистические риски принятия неверного тактического решения в процессе производства предварительного расследования.

Различные виды криминалистического риска вызываются, прежде всего, несовершенством законодательства. Так, например, уголовно-правовой риск, являясь разновидностью криминалистического риска может быть вызван несовершенством уголовного законодательства, и выражаться, в неправильной квалификации того или иного преступного деяния. Но, наиболее опасными, по нашему мнению, являются уголовно-процессуальные риски, вызванные существующими пробелами уголовно-процессуального законодательства, приводящими, зачастую к принятию тактически неверного уголовно-процессуального решения, нарушающего в некоторых случаях права и свободы человека и гражданина.

Говоря о криминалистических рисках в уголовно-процессуальной деятельности в процессе расследования преступлений, необходимо, прежде всего, иметь ввиду, как уже существующие изменения норм уголовно-процессуального закона, так и предпосылки его изменения в связи с возникающей необходимостью в правоприменительной деятельности. Так, например, Федеральным законом от 30.12.2021 № 501-ФЗ1 Уголовно-процессуальный кодекс РФ был дополнен новой нормой, содержащей особенности проведения допроса, очной ставки, опознания путем использования систем видео-конференц-связи. До внесения данных изменений в УПК РФ в научной литературе широко обсуждалась и обосновывалась необходимость использования в отдельных случаях при проведении допроса видео-конференц-связи. Несмотря на то, что применение видео-конференц-связи прошло апробацию в уголовном процессе на стадии судебного разбирательства, остаются нерешенными многие вопросы, на которые, к сожалению, законодатель во вновь вводимой уголовно-процессуальной норме не дает ответы. Так, например, не получили законодательного закрепления порядок подписания протокола допроса, очной ставки и опознания, что не может не влиять в последующем на его оценку как доказательства по уголовному делу в суде с точки зрения допустимости его использования в системе доказательств. Кроме того, с точки зрения криминалистической тактики остаются нерешенными вопросы о выборе места и времени производства дистанционного допроса, очной ставки и опознания. Так, в соответствии с ч. 3 статьи 164 УПК РФ не допускается производство следственного действия в ночное время, и следователь, производящий расследование, учитывая данное обстоятельство, должен планировать производство следственных действий с применением видео-конференц-связи по времени места, где будет находиться допрашиваемый, что также может сказаться и на выборе тактических приемов их производства.

Также заслуживают особого внимания и организационного вопросы подготовки и проведения допроса, очной ставки и опознания. И здесь нельзя не согласиться с Н.А. Архиповой, полагающей, что важнейшими факторами обеспечения применения видео-конференц-связи является создание не только необходимых помещений в подразделениях органов внутренних дел, отвечающих современным требованиям осуществления подобной связи, а также создание условий, обеспечивающих возможность участия граждан в данном следственном действии в случае необходимости обеспечение их безопасности; воспроизведение видеоматериалов в процессе следственного действия; их сохранность и осмотр; возможности ознакомления с полученными материалами иных участников уголовного судопроизводства2.

Кроме того, вызывает некоторые возражения с точки зрения криминалистических правил проведения такого следственного действия как опознание, включение его в перечень следственных действий, проводимых при помощи видео-конференц-связи, так как большинство тактических приемов, направленных на эффективное производство данного следственного действия невозможно применить, используя видео-конференц-связь.

Не совсем понятна позиция законодателя, выразившаяся во включении в перечень следственных действий, которые можно проводить, используя средства видео-конференц-связи, опознания, поскольку, если рассматривать его как следственное действие, то с точки зрения правоприменительной практики, неурегулированным остаются как уголовно-процессуальные вопросы, касающиеся фиксации его хода и результатов, так и криминалистические аспекты его производства. Если же рассматривать его как процессуальное действие следователя, которое является частью иного следственного действия, то возникает еще больше вопросов, связанных с возможностью использования его результатов в системе доказательств по уголовному делу. В научной литературе также нет однозначного понимания данной уголовно-процессуальной категории. Так, например, по мнению А.В. Шигурова и Е.И. Шигуровой, «следует различать следственное действие «предъявление для опознания» и «опознание» или «указание на конкретное лицо» в ходе других следственных и процессуальных действий»3. На наш взгляд, в целях еди-

1 Федеральный закон от 30.12.2021 N 501-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" //"Собрание законодательства РФ", 03.01.2022, N 1 (Часть I), ст. 70.

2 Архипова Н.А. Некоторые организационно-тактические аспекты применения видеоконференцсвязи в ходе предварительного расследования //Закон и право. - 2019. - № 11. - С. 156-159.

3 Шигуров А.В., Шигурова Е.И. Нарушения уголовно-процессуального законодательства при производстве предъявления для опознания: виды, правовые последствия //Гуманитарные и политико-правовые исследования. - 2021. -№ 1(12). - С. 57-67.

Балалаева М. В. Криминалистические риски изменения уголовно-процессуального..

505

нообразной практики применения статьи 189.1 УПК РФ необходимо конкретизировать условия проведения предъявления для опознания как следственного действия, что, также поможет избежать криминалистического риска утраты его доказательственного значения на последующих стадиях уголовного судопроизводства.

Безусловно, с точки зрения уголовно-процессуального законодательства появление в УПК РФ нормы, закрепляющей право следователя воспользоваться системой видео-конференц-связи при проведении допроса, очной ставки и опознания, во-первых, обеспечит реализацию принципа процессуальной экономии, и во-вторых, реализацию принципа разумного срока уголовного судопроизводства, однако, с точки зрения криминалистической тактики осложнит применение в ходе производства данных следственных действий некоторых тактических приемов, которые бы были бы весьма эффективными при очном формате их проведения. Вместе с тем, с криминалистической точки зрения, весьма полезным является указание законодателя на обязательное применение видеозаписи в ходе производства дистанционного допроса, очной ставки и опознания, поскольку в этом случае у следователя появляется возможность более подробно изучить психологические особенности допрашиваемого лица, и учесть это в ходе дальнейшего расследования.

Необходимо также остановиться на перспективах развития уголовного процесса и изменениях уголовно-процессуального законодательства в дальнейшем, а также связанных с таким развитием криминалистических рисков. В настоящее время в научной литературе продолжаются дискуссии о необходимости внедрения в деятельность органов, производящих расследование, системы искусственного интеллекта. Вообще, искусственный интеллект и возможности его использование в различных отраслях права привлекает внимание ученых на протяжении последних лет. Так, например, Ю.С. Балалаева полагает, что технологии искусственного интеллекта сегодня представляют собой одну из наиболее перспективных областей для научных изысканий, что подтверждается нормативными правовыми актами государства1, а Д.А. Степаненко считает, что «на сегодняшний день уже уверенно можно говорить об активном применении систем искусственного интеллекта, а также использовании их выводов следователями и другими субъектами криминалистического мышления, например, в виде результатов поиска и мониторинга в интернете2.

Безусловно, применение искусственного интеллекта как в уголовном судопроизводстве, так и в криминалистике будет способствовать эффективности деятельности в процессе раскрытия и расследования преступлений. Данное применение видится нам, во-первых, в алгоритмизации следственных действий в процессе планирования конкретных преступлений; во-вторых, в использовании искусственных нейронных сетей при разработке тактических комбинаций и операций (как представляется это более перспективное направление использования искусственного интеллекта в настоящее время при существующей системе уголовно-процессуального законодательства); в-третьих, в процессе проверки и оценки доказательств. Однако, основным криминалистическим риском использования систем искусственного интеллекта и изменения в связи с его применением уголовно-процессуального законодательства, является сужение как в целом границ «криминалистического мышления» субъекта расследования, так и невозможность установления корреляционных зависимостей между отдельными элементами криминалистической характеристики конкретного преступления, что повлияет в дальнейшем на ход и результаты производства по уголовному делу и установление виновного лица.

Таким образом, несмотря на то, что развитие уголовно-процессуального законодательства в целом способствует эффективному криминалистическому обеспечению раскрытия и расследования преступлений, однако, в случае наличия пробелов в уголовно-процессуальном законодательстве или недостаточной урегулированности того или иного тактического аспекта в уголовно-процессуальных нормах, способно существенным образом снизить эффективность раскрытия и расследования преступлений. И это лишь один из потенциально возможных криминалистических рисков изменения уголовно-процессуального законодательства. Поэтому, представляется целесообразным при внесении изменений в нормы УПК РФ учитывать, как особенности правоприменительной деятельности по раскрытию и расследованию преступлений в целом, так и особенности реализации уголовно-процессуальных норм в тактике производства отдельных следственных действий. Только в этом случае можно минимизировать криминалистические риски и существенным образом повысить эффективность и качество предварительного расследования преступлений.

1 Балалаева Ю. С. К вопросу о презумпции опасности искусственного интеллекта // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2022. № 2 (58). С. 177-182. https://doi.org/10.36511/2078-5356-2022-2-177-182.

2 Степаненко Д.А. Криминалистические технологии нового поколения: синергия криминалистики, искусственного интеллекта и нейротехнологии / Д.А. Степаненко // Инновационные технологии в криминалистике : материалы между-нар. науч.-практ. конф. 29 окт. 2021 г. - Караганда, 2021. - С. 161-165.