Техника на грани восстания

Сложно представить, чтобы в нынешней России произошли события, подобные недавним молдавским или американским: народные сетевые ресурсы в первом случае подогревали "революционную ситуацию", а во втором фактически обеспечили успех выборной кампании Барака Обамы. Тем не менее степень вовлеченности в социальные медиа жителей российских мегаполисов уже вполне достаточна, чтобы при желании и умении переносить массовые акции из онлайна на улицы.

Вовлечение безразличных

Социальные медиа — интернет-площадки для публичного общения людей — уже собрали гигантскую аудиторию. Социальные сети, блоги, микроблоги, форумы — среди жителей крупных городов в возрасте от 15 до 30 лет сложно найти кого-то, кто не пользуется чем-то из перечисленного.

Именно социальные медиа, с помощью которых в кампанию Барака Обамы была вовлечена масса простых американцев, сыграли, по мнению экспертов, решающую роль в его избрании. При этом нам из-за океана была заметна лишь небольшая часть действий его штаба в социальных медиа. В основном то, что было связано с самим Обамой: ролики и видеообращения через YouTube, общение с избирателями через Twitter (сервис микроблогинга), участие в ток-шоу и другие виды политической рекламы. Более важное достижение штаба — американцы, сплотившись посредством социальных медиа, включились в кампанию за Обаму в офлайне. Главное — люди почувствовали необходимость личного участия в кампании в форме реальных действий, а не только моральной поддержки. Тысячи простых американцев, воодушевленных обещаниями Обамы, ходили от дома к дому — рассказывали, сколь необходимы Америке перемены. Тысячи обзванивали избирателей со своих домашних телефонов, убеждая их голосовать.

Эти выборы в США ознаменовались рекордной явкой. Голосовать пришли не только те, кто интересуется политикой, но и те, кто, как правило, затрудняется назвать даже имя действующего президента и ни разу до того не посещал избирательных участков.

В России ситуация с вовлеченностью граждан в политическую жизнь похожая, только роль латино- и афроамериканцев, чурающихся политики, исполняет молодежь. В сильно политизированном "Живом журнале" обычно издевательски обсуждают видеоролики, где молодежь опрашивают на предмет того, кто сейчас является президентом России или какие партии представлены в Госдуме. Эти вопросы ставят в тупик многих: они не смотрят телевизор, не читают газет и информационных сайтов, их жизнь протекает в социальных сетях, где они общаются с людьми столь же аполитичными. По оценке политтехнолога, руководителя "Бакстер групп" Дмитрия Гусева, от силы 25% граждан в возрасте от 18 до 24 лет знают ответы на эти вопросы. Но это не означает, что они пассивны и не готовы отстаивать то, что для них важно. В том числе в офлайне.

Торжество идей

"На улицы население выводит не интернет,— говорит директор исследовательского центра инкубатора InVenture Филипп Смирнов.— Его выводят три вещи: идеи, люди и инструменты коммуникации. Для эпидемии "информационного вируса" необходимы идея, способная увлечь массы, и контекст для ее распространения. Обычно идеи упаковываются в мем (meme в переводе с английского — единица культурной информации; идея не является мемом до тех пор, пока не заставит носителя внедрить ее в сознание кого-то еще.— "Деньги"), распространяемый от одного человека к другому. На основе мема вырабатывается определенный шаблон поведения, который уже способен распространяться очень быстро".

При этом, по мнению Смирнова, у высосанных из пальца идей шансов нет: "Либо люди могут объединиться вокруг какой-то идеи стихийно — чаще всего в ответ на явную несправедливость, либо они объединяются вокруг чего-то очень искреннего. Так, в случае с Бараком Обамой люди искренне поверили в идеалы демократии, в то, что нужны перемены".

Что могло бы сплотить в сегодняшней России множество людей? Смирнов говорит, что это мог бы быть, скажем, протест против ограничения государством интернета — например, против закрытия доступа к "не прошедшим сертификацию" ресурсам. "Общество должно прийти к согласию, что что-то хорошо или, наоборот, недопустимо,— говорит он.— Если я призову своих знакомых поддержать протест против глобализации, то меня никто не поймет и не поддержит, потому что в обществе нет консенсуса относительно того, что глобализация — это плохо. Никто не понимает, чем конкретно она плоха".

Дмитрий Гусев приводит другой пример действий властей, способных вывести из себя население: "В середине июня в Екатеринбурге будет проходить саммит ШОС. Дорожная ситуация там очень сложная, и чтобы к приезду высокопоставленных гостей разгрузить дороги от пробок, решено было лишить прав на время саммита 30 тыс. водителей. Как мне рассказывают, сейчас там гаишники лишают прав на два-три месяца за любой пустяк — иногда даже за непристегнутый ремень. Автомобилистов в Екатеринбурге много, и эта ситуация касается каждого из них, поэтому, если бы кто-то задался целью организовать протесты в онлайне и перевести их в офлайн, это сплотило бы очень многих".

Редактор интернет-издания "Соцвестник.ру" и консультант по работе в социальных медиа Игорь Денисов считает, что мемы легче всего распространяются в аудитории от 18 до 24 лет, охват более возрастной группы требует гораздо больших усилий: "Молодые люди, хотя они в основном аполитичны, очень остро воспринимают ситуацию, когда затрагиваются те их права, которые для них важны. По сравнению с аудиторией постарше они гораздо активнее в соцсетях — у них и список френдов гораздо больше, и общение с френдами на порядок интенсивнее. К тому же молодежь более мобильна, не отягощена обязательствами перед семьей, детьми, которых еще нет".

При этом, по словам Денисова, термин "право" молодежь иногда осмысливает иначе, чем юристы: "Пользователи "Вконтакте" убеждены, что имеют полное право делиться музыкой и фильмами, которые у них есть, скачивать то, что выложили другие. Если государство начнет массово закрывать аудио- и видеохостинги, которые используются для обмена кино и музыкой, а также пиратские сайты, где можно скачать нужное произведение, это вызовет негативную реакцию у активных пользователей соцсетей. Если представить, что закрытие произойдет — а по закону оно должно произойти, то может сформироваться очень сильное протестное движение, которое растормошит этих аполитичных людей. А при наличии хорошей координации этого процесса брожения с помощью не очень дорогих технологий людей можно будет вывести на улицы".

Почта, телефон, телеграф

Все же способность социальных медиа в России сформировать требуемый общественный консенсус вокруг сильной идеи вызывает сомнения. Более реальными видятся тут возможности телевидения, или, как его называют в интернете, "зомбоящика".

"Сегодня повестку дня на федеральном уровне определяет все-таки телевизор,— говорит Дмитрий Гусев.— И даже не так важно, что кто-то его не смотрит: о повестке дня молодой человек может узнать от друга, которому, в свою очередь, что-то рассказала его мама, которая телевизор смотрит".

Смирнов и Денисов с этим не согласны. По их мнению, информация в любом случае передается посредством слов и абсолютно все равно, услышит человек слова в телеэфире, по телефону или прочитает их в интернете. Другое дело, что в случае с телевизором нельзя "перейти на другую страницу": на всех каналах говорят примерно одно и то же. В информационном смысле интернет в принципе эффективнее телевизора. Однако подать информацию в виде текста так, чтобы человек отнесся к ней внимательно и с интересом, умеют немногие.

"В интернете можно делать все, аудитория достаточная,— отмечает Филипп Смирнов.— Просто редко у кого хватает знаний и умений формулировать по-настоящему сильные идеи и эффективно доносить их до людей через интернет".

Так или иначе, с любыми технологиями лучше знакомиться на конкретном, пусть и гипотетическом в нашем случае, примере. Напомним, что на роль события, могущего вызвать серьезное протестное движение, Денисов определил возможное закрытие государством пиратских (с точки зрения закона и правообладателей) площадок, где пользователи обмениваются друг с другом музыкой, и прежде всего удаление всего нелицензионного музыкального контента в "Вконтакте". Мы предложили Игорю Денисову представить, что к нему, как к консультанту по работе в соцмедиа, обратились некие субъекты с предложением использовать подобную ситуацию в качестве повода для того, чтобы вывести на улицы Москвы и Санкт-Петербурга порядка 100 тыс. человек. А Филиппа Смирнова как теоретика и исследователя социальных медиа попросили этот план прокомментировать.

"Молодежь проводит время, развлекаясь в соцсетях,— говорит Денисов.— У более старшего поколения основное развлечение — телевизор, у молодежи — музыка. При этом музыку они слушают, не покидая тот же "Вконтакте": там можно найти любую композицию, их загружают сами пользователи. С точки зрения государства, это незаконно, но люди привыкли делиться той музыкой, которая у них есть, и слушать то, что выложили другие. Поэтому, если государство решит это прикрыть, большинство пользователей "Вконтакте" воспримут это как наступление на их неотъемлемые права — и сложится классическая революционная ситуация, когда верхи (администрация "Вконтакте") не могут игнорировать требования государства и правообладателей, а низы (пользователи) не хотят с этим мириться".

По словам Игоря Денисова, ситуацию можно разогреть, найдя пару пользователей, которые уже (якобы или на самом деле) получили вызов в прокуратуру по поводу нарушения ими авторских прав с крупным ущербом. По мнению Денисова, идеальным было бы найти или придумать двух персонажей, над которыми уже нависла угроза возбуждения уголовного дела — молодого человека и женщины чуть постарше с ребенком, чтобы зацепить не только юную аудиторию, но и людей постарше.

"Создается группа в "Вконтакте" с названием типа "Я имею право использовать свою музыку, как хочу!",— продолжает Игорь Денисов,— и в нее активно приглашаются пользователи. Методы привлечения пользователей "Вконтакте" в группы уже довольно хорошо отработаны. Люди, которые этим занимаются, уже создали по несколько сотен виртуальных персонажей, их добавили в друзья многие реальные пользователи. Это позволит "спамить" приглашениями в группы, обходя ограничение сервиса на такую рассылку".

Филипп Смирнов считает, что здесь очень важен выбор слогана, который в дальнейшем будет использоваться как в онлайне, так и в офлайне: "Он должен быть коротким, понятным и отражать суть идеи, которая объединяет людей. Поскольку в социальных медиа коммуникации происходят по принципу "от человека к человеку", слоган должен быть насколько сильным и точным, настолько же и простым, чтобы не трансформироваться при распространении". Кроме того, по мнению Смирнова, важно, чтобы акция проводилась в поддержку, а не против чего-то: "Взять, скажем, Каспарова с его "несогласными". И без него всем ясно, что власть неидеальна, что чиновники погрязли в коррупции. И когда "несогласные" призывают выступить против этого, возникает вопрос: понятно, что вы не согласны и что вы против, но сами-то вы что предлагаете, чем вы будете лучше? Людям гораздо приятнее собираться под лозунгами за, а не против".

"Созданную группу, скорее всего, закроют,— говорит Игорь Денисов.— И скорее всего, это произойдет не по политическим мотивам, а за спам приглашениями в нее. Но если все было сделано правильно, истинная причина уже не будет ни для кого важна — всем станет ясно, что как удаляют загруженную ими музыку, точно так же удалили и созданную в знак протеста против этого беспредела группу. И это только накалит протестные настроения: мало того что забрали музыку, так еще и рот заткнуть нам хотят! К этому времени уже должен быть подготовлен отдельный сайт, имеющий площадку для общения людей, возмущенных такой несправедливостью. Там же должна быть круглосуточно обновляемая лента сообщений о ходе акции протеста плюс видеоролики со съемками "жертв прокурорского произвола", лента сообщений из Twitter по этой тематике и т. д. На этот сайт начинаем приглашать пользователей "Вконтакте", которые успели зарегистрироваться в группе, просим этих людей пригласить туда же своих знакомых, не забывая делать рассылку и от пары сотен заранее созданных и "прокачанных" виртуалов".

Выход в реальность

Спрашивается, а как поведет себя в этой ситуации весьма политизированный "Живой журнал"? Игорь Денисов в ответ усмехается: "Да они сами подтянутся, когда начнут происходить такие события в крупнейшей соцсети России. Не переживай, жежисты такого не пропустят. Краткие информационные сообщения о происходящем можно разместить в нескольких сообществах в ЖЖ, которые специализируются на обсуждении политики". Обитатели ЖЖ, по мнению Денисова, обеспечат отличную информационную поддержку, но мало кто из них выйдет на улицу поддержать протест молодежи. Так или иначе, роль ЖЖ очень важна, потому что именно оттуда будут черпать информацию журналисты интернет- и офлайновых СМИ.

Дальше начинается перенос энергии протеста из интернета в офлайн. Игорь Денисов говорит, что это обязательно нужно делать в форме флешмоба, чтобы люди вышли на улицы ради "фана".

Флешмоб — заранее спланированная акция. Большая группа людей (моберов) внезапно собирается в общественном месте, в течение нескольких минут они с самым серьезным видом совершают заранее оговоренные абсурдные на вид действия, а затем быстро расходятся, как ни в чем не бывало.

Филипп Смирнов поддерживает эту мысль: "Необходимо придумать простой, заметный и прикольный мем. Например, можно надеть на голову пластиковый пакет в знак того, что нам запрещают слушать нашу же музыку. Чаще всего такой мем возникает стихийно: кто-то один сделал это, всем понравилось, и все начали повторять". Флешмобы, по мнению Денисова, должны проводиться в самых разных местах, сниматься на видео и выкладываться на сайте акции, чтобы вовлекать в нее тех, кто еще не решился выйти на улицу, и чтобы показывать тем, кто уже вышел, что "они не одни". К тому же участникам акций будет приятно, что их усилия не остались незамеченными.

Параллельно необходимо организовать массовое освещение акции в Twitter на русском и английском языках. "В Twitter всего около 15 тыс. русскоязычных пользователей, и они не сделают вам погоды как участники акции,— рассказывает Игорь Денисов.— Но аудитория этого микроблогингового сервиса, позволяющего обмениваться сообщениями длиной не более 140 символов, удваивается каждый месяц. Только в США у него 15 млн пользователей. Большинство западных СМИ рассматривает Twitter как источник самой оперативной информации. Стоит сказать, что молдавские беспорядки они окрестили Twitter Revolution из-за того, что это первое событие на постсоветском пространстве, новости о котором участники в режиме реального времени транслировали в Twitter. Информацию подхватили западные СМИ, и поэтому молдавские события вызвали такой резонанс. А круглосуточные новости из Молдавии на ведущих мировых новостных каналах, в свою очередь, побуждали выйти на улицы тех, кто еще не вышел".

Еще одним полезным молдавским уроком Денисов считает сбор у пользователей задействованного сайта номеров их сотовых телефонов: "Можно при регистрации на сайте предлагать людям в качестве логина вводить номер их мобильного телефона — якобы для того, чтобы они не забыли логин. Собранные номера телефонов участников удобно использовать для массового оповещения с помощью SMS о новых флешмобах и прочей координации. Можно будет при необходимости оперативно слить разрозненные мероприятия в один огромный флешмоб в каком-то определенном месте, подход к которому не успеет перекрыть милиция".

Технологии, с помощью которых можно еще сильнее разогреть ситуацию, в том числе перевести требования участников акции в политическую плоскость, мы упоминать не будем. Тем более что прокремлевская "ликующая гопота", которой свойственно любое не контролируемое властями мероприятие воспринимать как вызов политической системе, скорее всего, своими неадекватными действиями сама этому поспособствует.

Отметим, что Денисов и Смирнов в один голос говорят, что ничего не получится, если описанную стратегию изберет какая-то партия. "Люди не доверяют сегодня никаким партиям,— объясняет Филипп Смирнов.— И неважно, лимоновцы это, "яблочники" или единороссы. Если изначально ситуация будет связываться с какой-то партией или общественной организацией, люди останутся равнодушными, какие бы прекрасные идеи та ни выдвигала". Игорь Денисов добавляет: "У движения должен появиться лидер, но он не должен быть замаран связью ни с какой партией — ни проправительственной, ни оппозиционной. Обычно организаторы акции проводят упреждающую стычку участников акции с пытающимися примазаться активистами той партии, с которой их могут ассоциировать, чтобы все участники убедились, что это не так и никто ими не манипулирует".

// ЖЖивое мнение

Из соцсетей — на баррикады

Мнения блогеров публикуются в рамках совместного проекта журнала "Деньги" и Livejournal.com.

masla_slick

Задеть до глубины души россиян могут только конкретные финансовые причины (лопнувшие банки, большая инфляция, введение регрессивной шкалы налога на доход и пр.), а не абстрактные ограничения свобод (здесь будут терпеть 70 лет и рассказывать анекдоты шепотом на кухне). Как вообще можно вовлечь в политический процесс людей, которые не верят в свою возможность влиять, апатичны и самодистанцируются?

rahmetov

Единственные реально возможные механизмы — две соцсети, "Одноклассники" и "Вконтакте", все остальное, даже ЖЖ — это мизер. И сдается мне, что эти две соцсети при малейшей попытке что-то такое крамольное замутить будут зачищены в момент. Так что не катит.

mampoc

Вряд ли сейчас в Москве и Санкт-Петербурге найдется 150 тыс. человек, готовых на радикальные действия. Для этого требуется, к примеру, довести безработицу до 15-20%, а среди людей до 35 лет — так и вовсе до 30%... Для вовлечения в такие акции людей из числа пользователей социальных медиа (не считая школьников — юношеский максимализм учитывать не буду) требуется показать им выгоду, которую они извлекут из таких акций в обозримой перспективе, так как все разговоры об эфемерной свободе легко разбиваются резиновой дубинкой.

partizanman

Я бы пошел, если бы почувствовал, что могу помочь, и 150 тыс. таких, как я, наберется легко. Донести информацию сейчас, понятно, несложно. Самое сложное — убедить, что публичная акция может дать конкретный результат.

oleg_bunin

Что бы там ни говорили, мы стали жить лучше, а благополучие — лучшее лекарство против уличных демонстраций. Резкий непродуманный шаг, влияющий на личную экономику миллионов, может привести к акциям протеста, но, похоже, никто такие шаги делать не собирается...

gaz_v_pol

Кажется, Пришвин цитировал барышню, которая "уже влюбилась, но еще не решила, в кого". У людей в России огромный нерастраченный запас гнева. Каждый верит, что все так плохо, так как виноваты они, враги (а не, скажем, собственная неготовность пойти на курсы английского или бросить пить). Эти враги не правы вообще (а не по какому-то конкретному вопросу). Люди не выходят на улицу, так как не вполне уверены, кто же эти они — то ли кавказцы, то ли евреи, то ли чиновники, то ли США.

oleg_kozyrev

Я считаю, что первые акции такого рода будут не в столицах. Они уже и устраиваются чаще в регионах (вспомним тот же ТИГР). Например, если бы не было отставки Пронина или Евсюкова бы отпустили, таким событием потенциально мог бы стать подобный беспредел.

sinesine

100-150 тыс. человек — маловероятно. Мне кажется, что максимум 5-10 тыс. можно собрать по данному каналу.

О темах предстоящих публикаций "Денег" вы можете узнать по адресу community.livejournal.com/opinion_ru, там же оставляйте свои комментарии. А приключившиеся с вами истории, которые могли бы стать поводом для наших журналистских расследований, излагайте по адресу www.kommersant.ru/reply.aspx.