АНАЛИЗ ОБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ СОСТАВА ВОСПРЕПЯТСТВОВАНИЯ ЗАКОННОЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТА (ст. 144 УК РФ)

© 2006 г. А.Ю. Погосов

АНАЛИЗ ОБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ СОСТАВА ВОСПРЕПЯТСТВОВАНИЯ ЗАКОННОЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТА

Демократия предполагает наличие свободы массовой информации. Такая независимость может осуществляться только свободной прессой, которая беспристрастно освещает события, происходящие в государстве. Прессу называют «четвертой властью». Этот термин ввел в 50-х гг. ХХ в. американский журналист Д. Кейтер. Следовательно, журналисты также нуждаются в особом правовом статусе.

Рассмотрим, каков же он для журналистов в российском законодательстве. Закон РФ «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 г. в ст. 2 определяет: «Журналист - это лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного СМИ, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию» [1].

Уголовно-правовой охране деятельности журналистов посвящена ст. 144 Уголовного кодекса РФ. Преступление, предусмотренное в ней, заключается в посягательстве на общественные отношения, складывающиеся в сфере законной профессиональной деятельности журналистов. Эти отношения возникают в силу ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей реализацию свободы массовой информации, и развиваются в вышеупомянутом Законе, в соответствии с которым в Российской Федерации поиск, получение, производство и распространение массовой информации, учреждение СМИ, владение, пользование, распоряжение ими не подлежат ограничениям, кроме установленных законом.

Большое значение для обеспечения гарантий свободы массовой информации имеет установленный Конституцией России и названным Законом запрет цензуры, т.е. требование от редакции СМИ со стороны должностных лиц, государственных органов, организаций, учреждений или общественных объединений предварительно согласовывать сообщения и материалы (кроме случаев, когда должностное лицо является автором или интервьюируемым), наложение запрета на распространение сообщений и материалов, их отдельных частей.

Профессиональная деятельность представляет собой действия журналиста, направленные на реализацию предоставленных ему законом прав:

- искать, запрашивать, получать и распространять информацию;

- посещать государственные и иные органы либо их пресс-службы;

- быть принятым должностными лицами в связи с запросом информации;

- получать доступ к документам и материалам, копировать их, за исключением сведений, составляющих охраняемую законом тайну;

- публиковать и оглашать документы и материалы;

- производить записи, в том числе с использованием средств аудио- и видеотехники, кино- и фотосъемки, за исключением случаев, предусмотренных законом;

- посещать специально охраняемые места стихийных бедствий, аварий и катастроф, массовых беспорядков, а также местности, в которых объявлено чрезвычайное положение, присутствовать на митингах и демонстрациях;

- проверять достоверность сообщаемой ему информации.

Объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 144 УК РФ, образуют действия, состоящие в воспрепятствовании законной профессиональной деятельности журналиста: во-первых, путем принуждения их к распространению информации либо, во-вторых, к отказу от ее распространения.

Под распространением информации следует понимать ее обнародование неограниченному кругу лиц путем продажи (подписки, доставки, раздачи) периодических печатных изданий, аудио- или видеозаписей программ, трансляции радио- и телепрограмм.

Как нам представляется, содержание названной статьи уголовного закона России уже ее названия. Ошибка законодателя, на наш взгляд, заключается в том, что он уравнивает смысл словосочетаний «воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов путем принуждения их к распространению или отказу от распространения информации» и «воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов». Таким образом, получается, что законная профессиональная деятельность журналистов в УК РФ сводится лишь к распространению информации. Но распространение - конечная стадия информационного процесса, помимо этого существуют ее поиск, получение, запрос, передача, производство, хранение. Практика показывает, что основные трудности у журналистов возникают в процессе поиска, сбора и проверки достоверности информации.

Обращаясь к зарубежному опыту регламентации ответственности за воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов, не можем не привести в качестве примера норму, закрепленную в ст. 198 «Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналиста» УК Республики Беларусь [2]: «Воспрепятствование в какой бы то ни было форме законной профессиональной деятельности журналиста либо принуждение его к распространению или отказу от распространения информации, совершенные с применением насилия или угрозой его применения, уничтожением или повреждением имущества, ущемлением прав и законных интересов журналиста ...».

Следует указать на удачную, с нашей точки зрения, конструкцию данной нормы. В ней оговаривается: в какой бы то ни было форме, что подчеркивает многовариантность действий, признаваемых уголовно-наказуемыми по данной статье УК РБ.

Добавим еще, что чисто практически принудить к отказу от распространения информации журналиста, если неизвестно есть ли у него эта информация, нельзя, а уз-

нать о ее наличии может в соответствие с действующим законодательством только дознаватель, следователь, прокурор или суд. Кроме того, журналист, согласно ст. 49 Закона РФ «О средствах массовой информации», обязан сохранять конфиденциальность источника информации. Познакомиться же с содержанием материалов, подготовленных к распространению, нельзя, так как предварительная цензура запрещена Конституцией РФ.

Данное преступление совершается путем действия, т.е. активного поведения субъекта по воспрепятствованию деятельности журналистов посредством угрозы, подкупа, шантажа и т.п. Однако, чтобы ограничить свободу прессы, заинтересованному лицу достаточно отказать журналисту в предоставлении информации, в доступе к документам, в аккредитации при пресс-службе государственного органа, не допустить к месту аварии или массовых беспорядков. Таким образом, воспрепятствовать законной профессиональной деятельности журналиста можно и в других формах. К сожалению, такой подход не нашел своего отражения в УК РФ.

Не имея необходимых сведений, журналист не сможет обнародовать информацию, поскольку он ее не знает. Получается, что ограничения в доступе к информации, согласно УК РФ, безнаказанны, так как закон не указывает, что эти деяния противоправны [3].

Ростовский государственный университет

Подводя итоги, отметим, что изложенное позволило нам предложить следующую редакцию ст. 144 УК РФ: «Воспрепятствование в любой форме законной профессиональной деятельности журналиста». Пока эта статья существенно ограничивает круг уголовно-противоправных деяний и фактически сводит законную профессиональную деятельность журналистов только к распространению информации, что отрицательно повлияет на свободу прессы. Кроме того, несовершенство формулировки диспозиции может привести к омертвению статьи.

Литература

1. Закон РФ «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1992. № 7. ст. 300 (с изменениями от 13 января, 6 июня, 19 июля, 27 декабря 1995 г., 2 марта 1998 г., 20 июня, 5 августа 2000 г., 4 августа 2001 г, 21 марта, 25 июля 2002 г, 4 июля, 8 декабря 2003 г., 29 июня, 22 августа, 2 ноября 2004 г, 21 июля 2005 г).

2. Уголовный кодекс Республики Беларусь. СПб., 2001.

3. Малиновский А. Новый Уголовный кодекс и свобода прессы // Законодательство и практика средств массовой информации. 1996. Вып. 10 (26). Окт.

31 мая 2006 г.

© 2006 г. Д.П. Попов

КРАЙНЯЯ НЕОБХОДИМОСТЬ И ОБОСНОВАННЫЙ РИСК: СРАВНИТЕЛЬНЫЕ И РАЗГРАНИЧИТЕЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ

Рассмотрение каждого из обстоятельств, исключающих преступность деяния, закрепленных в гл. 8 Уголовного кодекса РФ, требует проведения сравнительного анализа с другими обстоятельствами, выявления сходных и отличительных их признаков, повлекших наделение его статусом самостоятельного института, связанного с исключением преступности деяния и уголовной ответственности в соответствующих ситуациях. Это в полной мере касается и института крайней необходимости. В силу ограниченности объема исследования полагаем целесообразным рассмотреть соотношение нормативных положений о крайней необходимости и обоснованном риске в силу того, что их разграничение является наиболее спорным в сравнении с разграничением крайней необходимости и иных обстоятельств, исключающих преступность деяния.

В ч. 1 ст. 39 УК РФ крайняя необходимость определяется следующим образом: не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, т.е. для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или лиц, охраняемым законом, интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено пределов крайней необходимости. Следовательно, крайняя необходимость - это состояние, когда лицо для отвращения

опасности, реально угрожающей законным интересам данного лица или иных лиц, интересам общества или государства, причиняет вред интересам третьих (посторонних) лиц при условии, что грозящая опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена другими средствами и причиненный вред менее значителен по сравнению с предотвращаемым. Причинение вреда в таких случаях лишено общественной опасности и уголовной противоправности и в большинстве случаев носит общественно-полезный характер [1].

Состояние крайней необходимости возникает там, где сталкиваются два охраняемых законом интереса и сохранение одного (более важного) достигается принесением в жертву другого (менее важного). Лицо, оказавшееся в состоянии крайней необходимости, из двух зол выбирает меньшее и путем сознательного нарушения одного из интересов спасает другой, более важный по своему значению.

Обоснованным риском в науке уголовного права именуется ситуация, при которой действие лица в целях достижения общественно-полезной цели, которая не может быть достигнута иными, не связанными с риском действиями, при возможности неудачи, но одновременном принятии лицом достаточных мер для предотвращения причинения вреда, не нарушающее прямых предписаний закона, причиняет вред охраняемым уголовным законом интересам.