"Против всех" спускают на муниципальный уровень

Фонд развития гражданского общества (ФРГО) в своем докладе по возвращению в бюллетени графы "против всех" сделал вывод, что это ухудшит качество "народного представительства". В то же время социологи "Левада-центра" выяснили, что может улучшить "народное представительство": на выборах в парламенты граждане скорее поддержат независимых кандидатов-одномандатников, чем представителей партий.

ФРГО, который возглавляет экс-глава управления президента по внутренней политике Константин Костин, подготовил аналитическую записку, в которой говорит о нецелесообразности возвращения графы "против всех". Проанализировав выборы в Госдуму и региональные выборы 1993-2011 годов, эксперты сделали вывод, что "избирателям в большей степени нужна конкуренция идей, программ, подходов, личностных характеристик кандидатов, нежели неперсонифицированный протест против всех". К тому же голосование против всех только "ухудшает качество народного представительства", поскольку протестные голоса перераспределяются в пользу прошедших избирательный барьер кандидатов. Из-за этого графа ""против всех" на деле может привести к росту реального недовольства организацией избирательного процесса в стране".

Применять этот инструмент в ФРГО считают корректным только на местном уровне, поскольку там все кандидаты могут контролироваться одним игроком. Графа "против всех" может стать "заградительным барьером для клановых и иных корпоративных и "семейных" схем контроля за теми или иными муниципальными образованиями" и стать "маркером неблагополучия", считают в ФРГО.

Аналитическая записка, как пояснил "Ъ" Константин Костин, будет передана в профильные комитеты верхней и нижней палаты парламента, кремлевское управление внутренней политики, Общественную палату, Центризбирком и лидерам партий. Один из авторов законопроекта о возвращении в бюллетени графы "против всех", член Совета федерации Константин Добрынин заявил "Ъ", что рекомендация фонда "чрезвычайно ценна", но настаивает, что графа "против всех" нужна и на региональных, и на федеральных выборах. Он напомнил, что поправки вернут избирателям право, которого они были лишены в 2006 году.

Замдиректора "Левада-центра" Алексей Гражданкин отмечает, что "люди никогда особо не доверяли партиям и политикам". С предстоящим увеличением доли одномандатников (например, Москва и Санкт-Петербург получили право избирать свои парламенты целиком по одномандатным округам) кандидатам больше преимуществ даст статус "независимых", чем принадлежность к партийным брендам. За независимого кандидата в своем округе проголосовало бы 29% респондентов "Левада-центра" — это вдвое больше, чем за единоросса или представителя какой-то другой партии (см. график). "Те депутаты, которые избирались по партспискам, потому что "Единая Россия" сияла отраженным блеском Владимира Путина и повторяла его восходящую траекторию, теперь готовы снять майку "Единой России" в надежде, что публика это не раскусит,— говорит политолог Дмитрий Орешкин.— Во многих местах, наверное, не раскусит".

Особенно чувствуется изменение отношения к власти в столице, где в 2014 году пройдут выборы в гордуму: за "независимого" кандидата в депутаты здесь предпочли бы проголосовать 52% опрошенных "Левада-центром", за единоросса — 10%, представителя другой партии — 17%, а 12% не пошли бы на выборы. В Москве граждане уже ощутили, что "выборы — это инструмент давления на власть", считает Дмитрий Орешкин. Правда, по статистике "Единой России", из 378 мест в 16 заксобраниях, которые разыгрывались по одномандатным округам на региональных выборах 8 сентября, 319 достались партийным кандидатам. По мнению первого заместителя руководителя исполкома "Единой России" Константина Мазуревского, это говорит о том, что нельзя опираться только на социологию, поскольку результаты выборов "определяются как партийной принадлежностью, так и человеческими качествами".

Изменение отношения к оппозиции по сравнению с 2000-ми фиксирует ВЦИОМ. Так, с 29% (в 2005 году) до 40% увеличилось число тех, кто считает, что задача оппозиции в "том, чтобы выработать собственный курс и прийти к власти", а не только указывать власти на ошибки (было 54%, стало 50%). С 33% до 48% выросла доля тех, кто полагает, что "настоящая демократия невозможна без оппозиции". А с 48% до 42% уменьшилось число тех, кто считает, что при нормальной социально-экономической ситуации "никакой нужды в оппозиции нет". Гендиректор ВЦИОМа Валерий Федоров объясняет это тем, что в 2005 году "конкуренции Путину и его команде не предвиделось", а сейчас появилась оппозиция, которая "готова сама стать властью".