Корпоративное самообложение

Правительство продолжает переговоры с крупными компаниями и их акционерами по добровольным взносам в бюджет как части сверхприбылей 2021–2022 годов. В РСПП настаивают на том, что добровольные платежи неприемлемы, и считают, что лучше увеличить налог на прибыль для всех. Позиция Белого дома по сбору, отчасти аналогичному обсуждаемому во всех крупнейших юрисдикциях «налога на случайный доход», windfall tax, не изменилась. Речь идет о добровольных, безвозмездных и необязательных по закону перечислениях, происходящее никак не затронет средние и мелкие компании и большинство отраслей, перечисления будут разовыми и не изменят налогов, доплатить просят лишь крупные структуры с большими сверхприбылями.

Фото: Артем Пряхин, Коммерсантъ

Обмен мнениями между РСПП и правительством о добровольном взносе с крупных компаний в 2023 году из сверхприбылей 2022 года в бюджетную систему не снял вопроса. Напомним, 8 февраля первый вице-премьер Андрей Белоусов (см. “Ъ” от 8 февраля) заявил об идее такого разового платежа и дискуссии с Российским союзом промышленников и предпринимателей (РСПП) о нем — РСПП в качестве альтернативы предложил временное повышение налога на прибыль на 0,5%, Минфин эту идею отверг. Вчера глава РСПП Александр Шохин, ранее отказывавшийся комментировать ситуацию, дал информагентствам развернутый комментарий по ситуации, источники “Ъ” в правительстве, в свою очередь, подтвердили, что позиция Белого дома по одному из самых нестандартных моментов в экономической политике РФ не изменилась. РСПП и Белый дом подтвердили продолжение консультаций по этой теме.

Дискуссия февраля 2023 года имеет необычный вид: важно и значимо, что Белый дом обсуждает конструкцию с бизнесом и делать российский неполный аналог windfall tax налогом не собирается, считая, что нормативный налог на сверхдоход, который, по данным “Ъ” из источников в правительстве, рассматривался — «мы знаем, как может выглядеть нормативный платеж на сверхдоход, и он бы понравился бизнесу гораздо меньше» — пока не на столе. Вряд ли эту идею не выдвигают только потому, что описание базы для налога было бы очень сложным (напомним, что и в ЕС, и в США, и в Норвегии такого рода налоги де-факто будут «переговорными» по итогам закрытых, но жестких консультаций с ними). Неизменение налогового мандата до 2024 года являлось политическим обязательством, а внесение в Налоговый кодекс постоянного «налога на сверхдоходы» может привести к общей дискуссии о налоговой нагрузке.

Напомним, Андрей Белоусов летом 2018 года инициировал конфликтную дискуссию о неравномерности отраслевой налоговой нагрузки, и Белый дом сейчас не считает удачным время для такого рода обсуждений.

Но есть большое отличие от ситуации прошлых лет: впервые компаниям предложена именно добровольность уплаты взносов со сверхприбылей в бюджет, во всех других юрисдикциях windfall tax — это налог, то есть принудительное и безусловно силовое, жесткое перераспределение.

В России же проблему дефицита бюджета предлагается решить полюбовно, не затрагивая большую часть экономики. Это необычный шаг: хотя возможности Белого дома в силу многих причин сейчас выше, чем обычно, с компаниями решено договариваться, причем договариваться не кулуарно.

По данным “Ъ”, в обсуждениях РСПП и Белого дома фигурировали данные о доходности крупнейших компаний за 2019–2021 годы и доходности в крупных (13 крупнейших по кодам ОКВЭД с доходом выше 100 млрд руб. в год) отраслях за 2018–2019 годы и за 2021–2022 годы, в том числе налоги на прибыль организаций как таковых и с дивидендных доходов. Отраслевая концентрация доходов этим данными считалась показанной (причем не только и не столько в нефтегазовом секторе, но в основном в сфере оптовых торговых операций, химии, угледобыче, части грузоперевозок и финуслуг), она же обнаруживалась и на корпоративном уровне: здесь анализировались компании с выручкой в 2019–2021 годах выше 100 млрд руб. (это 43 компании с выручкой за период в 23,3 трлн руб.), большая часть (61%) выручки приходится на восемь компаний — в химии, цветной и черной металлургии, телекоме, энергетике. Рентабельность выше 10% (чистая прибыль к выручке) показана 24 компаниями, три лидера — из энергетики, химпрома и цветной металлургии. Совокупная прибыль 43 компаний в 2021 году составила 3,1 трлн руб., в 2019 году она в той же группе составляла 1,4 трлн руб.

Расчеты, таким образом, продемонстрировали (по словам Александра Шохина, консультации с РСПП по вопросу велись «два месяца», то есть с конца 2022 года), что, собственно, налоговыми изъятиями проблему не решить: сверхприбыли 2019–2022 годов очень неоднородны.

Но в любом случае предложение РСПП об увеличении ставки налога на прибыль на 0,5% — это идея «размазать» сбор со сверхприбыли по всей экономике, снизив платежи наиболее заработавших компаний и отраслей за счет средних и мелких. Общей же проблемой является дефицит бюджета 2023 года, дополнительной задачей — неухудшение ситуации в экономике в целом и в малом и среднем бизнесе в частности. Для этого, в логике Белого дома, справедливо изымать случайные сверхдоходы немногих, не трогая заработанные доходы многих.

Вероятно, именно поэтому и избрана форма добровольного взноса, а не налогов. Сама по себе она в общем виде конституирована в Бюджетном кодексе (ст. 35) — бюджет имеют право добровольно и безвозмездно пополнять как физлица, так и юрлица, но в основном это положение необходимо было для введения в законодательство института «самообложения» на уровне местного самоуправления. Целевые и инициативные добровольные выплаты Бюджетный кодекс признает в сфере строительства автодорог.

Из слов Александра Шохина следует, что именно добровольность взносов не устраивает РСПП (впрочем, он уточнил, что есть разные мнения на этот счет, вероятно, имея в виду и РСПП внутри себя): он пояснил, что бизнес предпочел бы «нормативную» форму платежей, а добровольные платежи лучше делать акционерам компаний. В этом случае вопрос становится чисто политическим — такие добровольные платежи физлиц делают их очевидно уязвимыми с точки зрения внешних санкций, тогда как корпоративные платежи этого рода ситуацию с секторальными/отраслевыми санкциями не изменят. Другие варианты, предложенные РСПП, впрочем, не выглядят с этой точки зрения лучше: это покупка компаниями РСПП долгосрочных ОФЗ или их обязательства по инвестированию в регионы.

Но, по данным “Ъ”, правительство настаивает (в той мере, в которой вообще можно настаивать на добровольном платеже) именно на предложенном формате добровольного соучастия, и вопрос в этом смысле действительно становится все более политическим.

Нет сомнений в том, что дополнительные сверхдоходы в любом случае будут изыматься тем или иным способом. В дискуссии при этом наверняка всплывут и аргументы против оставления в корпоративном секторе сверхдоходов, де-факто полученных компаниями как результат изменения конъюнктуры не только из-за пандемии COVID-19, но и из-за военной операции РФ на Украине: поощрение «военных» по своей природе сверхдоходов корпораций обычно ведет к поддержке ими и даже провоцированию этого рода конфликтов.