Крестьянское движение начала ХХ века в России

Литература

1. Алексеев И.Е. Черная сотня в Казанской губернии. Казань, 2001.

2. Медолазов К.Л. Политика самодержавия и монархических организаций в области просвещения и образования: дис. ... канд. ист. наук. Орел, 1999.

3. Михайлова Е. М. Черносотенные организации Среднего Поволжья в 1905-1917 гг. Чебоксары, 2000.

4. Нарский И.В. «Революционеры справа». Черносотенцы на Урале в 1905-1916 гг. Материалы к исследованию русскости. Екатеринбург, 1994.

5. Омельянчук И. В. Черносотенное движение в Российской империи (1901-1914 гг.): автореф. ... дис. д-ра ист. наук. Воронеж, 2006.

6. Попов Д.И. Культурно-просветительские общества и черносотенцы в Сибири в 1907-1917 гг. // Исторический ежегодник. Омск, 2004.

7. Рылов В.Ю. Правомонархическое движение в Воронежской губернии (19031917 гг.): дис. канд. ист. наук. Воронеж, 2000.

8. Салпанов Н.М. Политический консерватизм в Российской провинции. По материалам губерний Центрального Черноземья (1905-1914 гг.): дис. ... канд. ист. наук. Курск, 1997.

9. Станкова М.В. Черносотенно-монархическое движение в Западной Сибири в 1905-1917 годах: дис. ... канд. ист. наук. Омск, 1999.

10. 10.Шарова Н.В. Становление русских национальных объединений в 1907-1914 гг. (на материалах Тамбовской губернии): дис. ... канд. ист. наук. Тамбов, 2004.

УДК 930 КРЕСТЬЯНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ НАЧАЛА ХХ ВЕКА В РОССИИ Хохлова Татьяна Павловна, соискатель кафедры «История и политология»,

microlabuss@mail.ru

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса»,

г. Москва

Статья посвящена рассмотрению итогов крестьянского движения начала ХХ столетия, имевшего место в ряде губерний России, и восприятию его как бытового явления, вызванного не столько ухудшением крестьянского положения или непродуманностью политики местных и центральных властей, сколько особенностями ментальности русского крестьянства, для которого сопротивление - форма быта.

The article considers the results of the peasant movement at the beginning of XX century which took place in several provinces of Russia, and the perception of it as a domestic phenomenon, caused not so much by the deterioration of the situation of the peasantry or lack of thought in policy of local and central authorities, but by the peculiarities of the mentality of the Russian peasantry, for whom the resistance was a form of life.

Ключевые слова: российское крестьянство, крестьянское движение начала ХХ в.

Keywords: Russian peasantry, the peasant movement at the beginning of XX century.

стр. 92 из 262

Протест - одна из форм человеческой жизни, межличностных отношений. В социально-хозяйственном отношении протест определяется обстоятельствами,

«унаследованными» от прошлого, и действиями людей, у которых возникает антипатия к существующим общественным порядкам. Непринятие есть следствие неуверенности людей в «гарантированности» будущего. Как итог, протестующая личность доказывает правоту своего собственного понимания истины, базирующегося на бытовом опыте, который в тех или иных обстоятельствах не востребован обществом.

В советской историографии было принято подразделять протест на формы пассивные (бегство, отказ от работы, подача жалоб или уход в религию) и активные (бунт, массовое восстание). Не отрицая такого подхода, нельзя не отметить следующее: более правомерным было бы рассматривать протест с позиции его влияния на различные стороны социальной жизни. Протест, таким образом, имеет смысл разделить на скрытый и явный:

- скрытые протесты развиваются в условиях стабильных социально-экономических отношений, что подразумевает переход от коллективных к индивидуальным поступкам;

- явные протесты обусловлены нестабильными социально-экономическими условиями, что предопределяет массовость выступлений.

Данная теоретическая градация базируется на анализе фактографического материала, дающего возможность представить крестьянские волнения 1900-1904 гг. во всей полноте и подробностях, особенностях и динамике. [1. С.10-11]

После небывалого по силе для всей предыдущей пореформенной эпохи взрыва крестьянского движения в 1902 г. в ряде губерний (Полтавской, Харьковской, Воронежской и других) начинается частичный демонтаж ряда законодательных актов, например, манифест от 26 февраля 1903 г., разрешавший выход из общины и расширявший сферу деятельности Крестьянского банка, а также манифест от 11 августа 1904 г. о ликвидации телесных наказаний и другие мероприятия подобного рода.[2. С.67]

Хроника крестьянской борьбы в России в 1900-1904 гг. позволяет выявить динамику и характерные формы выступлений: отказ выполнять барщину, непринятие уставной грамоты, поджоги. Медленная эволюция крестьянского движения связана с консерватизмом общественного сознания крестьянства, в котором лишь в конце XIX в. укрепились революционные идеи. Крестьянское движение начала ХХ столетия проходило в противоречивых условиях: отмена крепостного права создала предпосылки для ускоренного развития капиталистических отношений, но сохранение помещичьего землевладения, сословного неполноправия, рост малоземелья предопределили кризисные явления в аграрной сфере.

стр. 93 из 262

Ожидание крестьянством льгот и раздражение неспособностью властей помочь преодолению хозяйственных и экономических трудностей делали крестьянское движение постоянным явлением в большинстве регионов Российской империи.

Особенность общественного сознания крестьянства заключалась в медленном принятии любых идей, которые приносились в деревенскую среду извне. В отличие от дореформенного периода, политические силы города в начале ХХ в. попытались привлечь крестьян для решения своих задач. Пропаганда социал-демократов оказала существенное влияние на мировоззрение крестьянства, но революционные идеи и традиционные представления тесно переплетались в идеологии селян, а не сменяли друг друга.

Крестьянское движение в начале XX в. приобретало все более радикальный характер: постепенное разрушение веры низов в верховную власть послужило важной предпосылкой революции 1905-1907 гг., в ходе которой крестьянство выступило наиболее активно в сравнении с другими социальными кругами.

Крестьянское сопротивление в большинстве случаев безжалостно подавляется. Когда же, в более редких случаях, оно бывает успешным, то ведет к таким последствиям, которые крестьяне редко могут предвидеть. Каковы бы ни были другие достижения сопротивления, они, как правило, приводят к появлению более многочисленного и более властного государственного аппарата, способного процветать, паразитируя на своих подданных - крестьянах, даже более эффективно, чем предшественники.

По этим причинам очень важно понять то, что можно было бы назвать формами повседневного крестьянского движения: прозаическую, но постоянную борьбу между крестьянством и теми, кто стремится отнять у них труд, еду, собрать с них налоги, ренту и прочее. Многие формы этой борьбы очень далеки от прямого коллективного выступления, это волокита, симулирование, дезертирство, притворная угодливость, воровство, клевета, поджоги, саботаж и т.п. Подобные формы борьбы имеют некоторые общие черты: они вообще не требуют или требуют незначительной координации или планирования; в них используются тайные сговоры и скрытые сети информации; часто они представляют собой определенную форму взаимопомощи; как правило, в такой борьбе избегают какого-либо прямого, явного столкновения с властями.

Образец может быть найден скорее в постоянных мелких конфликтах по поводу работы, съестного, права на самостоятельность, ритуалов, то есть в повседневных формах сопротивления. Крестьяне редко рискуют идти на прямой конфликт с властями из-за налогов, навязываемой им структуры земледелия, политики развития или обременительных новых законов, выбирая более пассивные методы неподчинения. Разделу земли они предпочитают постепенное расселение; открытому восстанию -

уклонение от действий; нападению на государственные или частные хранилища -растаскивание по мелочам. Если же крестьяне отказываются от такой стратегии и решаются на более «донкихотские» действия, то это всегда знак крайнего отчаяния.

Такие приемы соответствуют социальной структуре крестьянства, которое не имеет формальной организации и располагает всем необходимым для продолжительной партизанской оборонительной войны на истощение. Индивидуально осуществляемые крестьянами акты волокиты и уклонения, поддерживаемые высокочтимой народной культурой сопротивления и помноженные на тысячи случаев, могут в конце концов полностью разрушить меры, задуманные в столице теми, кто мнит себя выше крестьян.

Крестьянское движение - это не только борьба за работу, право собственности, зерно и наличность, но и борьба за обладание символами, борьба за то, как следует понимать и оценивать прошлое и настоящее, борьба, чтобы назвать причины и определить виновников, это настойчивая попытка придать свой смысл местной истории. Подробности такой борьбы малопривлекательны, поскольку часто связаны со злословием, сплетнями, компрометацией, грубыми прозвищами и жестами, молчаливым попустительством, что характерно для закулисной жизни деревни.

Примечательным в этом аспекте крестьянского конфликта является учет степени необходимости существования общественного мнения самого крестьянства. [3. С.286]

Крестьяне стремились приспосабливать коллективные выражения протеста к решению социально-бытовых проблем своего мира. Они, объясняя причины своего недовольства, практически никогда не считали протест за акт противодействия властям. Причиной возникновения протестов и недовольств являлось отсутствие законодательного регулирования поземельных отношений, особенно в районах массового переселения.

В прошениях ходатайствующие пытались изложить суть своего дела, скрыв от государства не совсем нужные, с точки зрения крестьянской психологии, факты. Солидным аргументом в пользу самостоятельного толкования законов было наличие в каждой деревне своего «традиционного местного права», Суть традиционного права состояла в сложившихся местных обычаях, которые находились в прямом противоречии с законами всей империи, но признавались администрацией.

В совокупности такие обстоятельства формировали протестное представления, в которых у ходатайствующего вырабатывалось желание не только критиковать, но и изменять существующие негативные условия своей жизни.

Политика самодержавия начала ХХ в. была направлена на консервацию существующего уклада крестьянской жизни: сохранение сословного неравноправия крестьян, составлявших 70% всего населения России; регламентация всех сторон

крестьянской жизни; культивирование религиозности и монархизма, тогда как уровень образования оставался в крестьянской среде в целом очень низким.

Однако на сознание крестьян все более заметное влияние начинали оказывать факторы, связанные с развитием товарно-денежных отношений и появлением предпосылок социальной революции. Миграции больших масс сельского населения, вызванные увеличением отхожих промыслов, способствовали обогащению спектра социальных интересов крестьян, росту их самодеятельности.

В условиях начинавшегося в то время общественно-политического подъема демократически настроенная сельская интеллигенция располагала широкими возможностями воздействовать на сознание крестьян, на их поступки, их отношения с властью. Очень серьезным фактором влияния оказалась и развернутая в деревне во время русско-японской войны и накануне революции 1905-1907 гг. широкомасштабная пропаганда и агитация.

Вопреки представлениям радикалов, крестьянство не просто было вовлечь в длительное противостояние с властью. Особенно тяжело ему давался переход от пассивного осознания несправедливости к участию в активном процессе как средстве ее устранения.

Если крестьяне «тяжелы на подъем», тогда их участие в крупных выступлениях должно подчиняться влиянию ряда особенных факторов - демографический кризис, природно-климатический кризис и кризис власти. Но, в конечном счете, демографический и природно-климатический кризисы слились в кризисе власти. Развитие рынка (после 1861 г.) породило быстрое расширение элиты, которая бросила вызов аристократической власти тех, кто контролировал общественные ресурсы. Неоспаривавшиеся и стабильные требования, превалировавшие до отмены крепостного права, уступили место нестабильности и дискуссиям. Это соперничество между теми, чья власть носила главным образом политический характер (чиновничья аристократия), и теми, чья власть была преимущественно экономической (помещики), имело свою собственную диалектику. Внедрение в России рыночного механизма влекло за собой уменьшение социальной ответственности за население: помещик не интересовался социальными издержками своей деятельности; представитель властных структур был часто слишком ограничен в своих возможностях оказывать помощь. Введение рынка, таким образом, расстроило связи между центром и провинцией, между городом и селом. Промышленная модернизация разрушила районы, прилегающие к индустриальным центрам, уменьшила возможности власти предвидеть и воспринимать перемены в крестьянской среде. Результатом явился все увеличивавшийся разрыв между властью и подданными.

стр. 96 из 262

Стоящая в начале ХХ в. перед радикальными кругами проблема мобилизации крестьянства на уменьшение этого разрыва оказалась задачей нелегкой и не нашла достойной поддержки в сельской массе. Крестьяне не могли успешно бунтовать в положении полного бессилия. Следовательно, только крестьянство, обладающее некоторым контролем над собственными ресурсами, может обеспечить базу для продолжительного действия политических средств. Бедный безземельный работник или крестьянин, большая часть (или даже все) средств производства которого зависит от помещика, не обладает никакими тактическими возможностями, поэтому бедные и безземельные вряд ли прибегнут к протесту без помощи какой-либо внешней силы. Если в 1917 г. она появилась в результате развала русской армии и оттока вооруженных солдат из числа крестьян в деревню; то для начала ХХ в. такой силы не существовало (радикальные по своим взглядам партии только формировались). Зажиточные крестьяне были далеки от идей противостояния с властью. Как наниматели, как кредиторы, как влиятельные лица, интегрированные государственным механизмом, они осуществляли власть на местах в союзе с администрацией. Однако их власть зависела от внешней поддержки.

Только два слоя крестьянства имели достаточные внутренние резервы для участия в длительном протесте: собственники-середняки и крестьяне, проживающее вне сферы контроля помещика. Середняк - это та часть сельского населения, которая владеет собственной землей и обрабатывает ее трудом своей семьи. Владение дает ему ту тактическую свободу, которая позволяет протестовать против помещика. Это же относится и к крестьянам, чьи наделы не находятся под помещичьим контролем. И хотя самих наделов может быть недостаточно для хозяйства, но вспомогательная деятельность (как правило, отходничество) дополняет бюджет хозяйства и семьи и дает свободу действий.

Крестьяне-середняки и свободные крестьяне представляют и ту часть деревенских жителей, которые являются носителями традиций. С одной стороны, этот консервативный слой наиболее действен в подрыве социального порядка, с другой - именно среднее крестьянство наиболее уязвимо. Все это, безусловно, придает крестьянскому движению начала ХХ в. специфическую парадоксальность. Среднее крестьянство постоянно находится под угрозой помещичьего произвола (утраты прав на пастбища, леса), изменения цен, неблагоприятных условий рынка, необходимости выплаты налогов. Среднее крестьянство наиболее подвержено влиянию городского пролетариата; бедный или безземельный крестьянин, уходя в город, рвет свои связи с землей. Середняк, напротив, остается в деревне, а в город посылает своих детей, оказываясь, таким образом, передаточным звеном в распространении протестных идей.

стр. 97 из 262

Любой фактор, благодаря которому возрастает протест, предоставляемый тактической мобильностью, усиливает бунтарский потенциал крестьян-середняков и свободных крестьян.

Отдаленность от власти или общинного населения не обязательно может быть только физической или культурной. История российского крестьянства показывает, что можно создать крестьянский анклав посредством государственной политики. Организация крестьянства в хутора и отруба с обусловленными обязанностями по отношению к власти, помещикам и общине создавало новые крестьянские традиции.

Очень важен вопрос возможного перехода от крестьянского движения к революции, от движения, направленного на устранение несправедливости, к попыткам свергнуть существующий строй. Крестьяне без внешнего руководства не могут совершить революцию, и документальные материалы это подтверждают: там, где крестьяне протестовали против существующих порядков, им иногда удавалось «перекроить» социальную структуру села, но крестьянство никогда не распространяло власть на города, являющиеся центрами государственного контроля, не захватывало стратегические (несельскохозяйственные) ресурсы общества.

Крестьянская мечта - это деревня, свободная от крупных землевладельцев, сборщиков налогов, чиновников. Крестьяне не были знакомы с функционированием государства как сложного механизма и воспринимали его только как врага. Против этой враждебной силы их традиции могут представлять очень ненадежную защиту. Для крестьян, таким образом, государство - это зло, которое желательно заменить собственным социальным устройством, отвечающим интересам деревни. Крестьяне - как природные анархисты - верили, что такое устройство в состоянии существовать без государства. [4. С. 295, 298, 302]

Крестьянское движение начала XX в. не являлось исключительно простым откликом на местные проблемы. При более глубоком научном рассмотрении данной проблемы, подводя итог данному рассуждению, можно сделать следующий вывод: крестьянское движение начала XX в. - ограниченная реакция на основополагающие общественные сдвиги...

Литература

1. Буховец О.Г. Социальные конфликты и крестьянская ментальность в Российской империи начала ХХ века: новые материалы, методы, результаты. М.: Мосгорархив, 1996. 398 с.

2. Вольф Э. Крестьянские восстания // Великий незнакомец. Крестьянин и фермер в современном мире. М.: Издательская группа «Прогресс» - «Прогресс-Академия», 1992. С. 294-304.

3. Коловангин П.М. Собственность на русскую землю. СПб., 2003.

4. Рыбас С. Столыпин. М., 2003.

5. Синегубов С.Н., Вахтина П.Л., Шевцов А.В., Опалинская М.А. История государства российского: жизнеописания. Кн.1. М.: Издательство «Книжная палата», 1999.

6. Скворцов Б.П. Социальное движение народных масс классового антагонистического общества: автореф. дис. кан. филосф. наук. М., 1972. 23 с.

7. Скотт Дж. Оружие слабых: повседневное сопротивление и его значение // Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире. М., 1992. С. 285-287.

УДК 930

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ СВИДЕТЕЛЬСТВО ЭПОХИ «ВОЕННОГО КОММУНИЗМА»

Клицунов Денис Петрович, аспирант кафедры «История и политология»

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса»

г. Москва

В работе исследуются особенности проведения продполитики (как составной части военного коммунизма) на примере одного села, особенности реакции крестьян на действия властей. Документальные материалы, приведенные в работе, дают возможность более объективно взглянуть на соответствие политического курса реалиям гражданской жизни и социально-экономической ситуации.

The author presented a research of the peculiarities of product policy (as part of military communism) on the example of a village, features of the reaction of the peasants to the activities of authorities. The article presents a documentary material, which provides a more objective look at the compliance of policy realities with the civilian life and socio-economic situation.

Ключевые слова: военный коммунизм, продовольственная разверстка, реакция крестьян и политика властей

Keywords: War Communism, food allocation, the reaction of the peasants and the authorities' policy

История российская - явление парадоксальное... Прав был, видимо, один из классиков, что: «Умом Россию не понять.». Но понять придется, ибо без «понятия» нет возможности всерьез рассуждать о том, что в нашем прошлом не так и чего стоит избегать в нашем настоящем.

В истории России немало узловых моментов, которые трактуются в зависимости от того, кто и с каких позиций изучает тематический аспект. Один из самых трагических моментов истории российской - история русских революций, история выхода России из интегрального кризиса. Тема эта трактуется до сих пор достаточно субъективно, и одна из главных причин подобного подхода - нежелание исследователей ни привлекать документы, ни разбираться в них.