Особенности ономастической метафоры экономического дискурса

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 43 (181).

Филология. Искусствоведение. Вып. 39. С. 35-39.

Е. Ю. Воякина

ОСОБЕННОСТИ ОНОМАСТИЧЕСКОЙ МЕТАФОРЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ДИСКУРСА

В статье с когнитивно-дискурсивной позиции рассматривается явление ономастической метафоры в экономическом дискурсе, ее структура, аксиологические и национальнокультурные особенности, а также реализуемое ею прагматическое воздействие на целевую аудиторию.

Ключевые слова: ономастическая метафора, экономический дискурс, интердискурсив-ность, антропоним, сфера-источник и сфера-мишень, рамка, национально-культурная обусловленность, аксиологический статус, прагматическое воздействие.

В современном языке все чаще обнаруживается тенденция к экономии языковых средств. В связи с постоянно ускоряющимся ритмом жизни у людей иногда не хватает времени на подробные объяснения каких-либо фактов, явлений действительности. Как следствие, для передачи нужной информации люди используют определенные языковые средства, которые не только лаконично выражают смысл высказывания, но и выполняют экспрессивную функцию. К таким языковым средствам можно отнести ономастическую метафору (далее ОМ). Удачно подобранная метафора «экономична», поскольку сберегает время и слова. необходимые для пространных объяснений.

Рост интереса к метафоре, в том числе и ОМ, был стимулирован ее присутствием в различных видах текстов. Интерес к метафоре расширил сферу ее применения и изучения, так как именно метафора является ключом к познанию действительности. В настоящее время активно ведутся исследования метафоры в различных типах дискурсов [см.: 1; 2; 4; 7; 8; 10; 11].

Целью данной статьи является рассмотрение особенностей функционирования ОМ в экономическом дискурсе. Были поставлены следующие задачи: определить структуру и основные компоненты ОМ, выявить ее национально-культурные, аксиологические и прагматические характеристики.

Следует отметить, что данный вид метафор обычно не рассматривается отдельно, а лишь в ряду других метафорических моделей [см.: 2; 7; 9]. Тем не менее, на наш взгляд, по причине четко выраженного антропоцентрического характера ОМ является важнейшим когнитивным механизмом, с помощью которого мы воспринимаем, оцениваем окружаю-

щую нас действительность и формируем к ней отношение.

По определению И. Э. Ратниковой, ОМ

- это разновидность речевой метафоры, основанной на «смещенном» употреблении имен собственных - предицирующем и атрибутивно-номинативном. ОМ порождается актуализацией в общественном сознании тех или иных персоналий в связи с определенными процессами в экономике и политике. В фокус метафоры попадают «новые» имена. По мере того как индивид приобретает статус социально значимого субъекта, имеющего определенную информационно-ценностную окраску, он самим фактом своего присутствия в социуме создает поле метафорических возможностей и метафорических ожиданий. Данную закономерность можно наблюдать на материале прецедентных онимов: актуальные личности становятся прототипами описываемых категорий, а их именования, соответственно, выступают как термины сравнения [8].

ОМ, используемая в экономическом дискурсе, может порождаться и восприниматься любым членом данного сообщества, поскольку среди коммуникантов встречаются и специалисты в сфере экономики, и журналисты, и политические деятели, и обыватели. Этим объясняется особый статус экономического дискурса по сравнению с другими типами дискурса. Так, порой сложно выявить границы между политическим, дипломатическим и экономическим дискурсом. Интердискурсивный характер присущ и ОМ: своими сферами-источниками она пересекается практически со всеми типами дискурсов, органично вписывается в интердискурсивное пространство. Проникновение ОМ в различные виды дискурса обусловлено тем, что она

позволяет увидеть объект в ином ракурсе, раскрыть его сущность на основании сходства с другим, уже известным объектом.

Рассматривая в рамках данной статьи ОМ экономического дискурса, отметим, что наш выбор обусловлен той ролью, которую играет в настоящее время экономика в жизни социума и каждой отдельной личности, а, следовательно, и экономическая лексика в силу ее активного использования. В отраженной человеческим сознанием картине мира возрастает доля экономических понятий, поскольку современный человек, включенный в жизнь мирового сообщества, не может существовать вне экономического знания. ОМ, основанная на самых близких и доступных для человека аналогиях и ассоциациях, связанных, прежде всего, с самим человеком и его именем, служит активным источником пополнения экономического лексикона.

Кроме того, ОМ, обладающая мощным кумулятивным потенциалом, самым тесным образом пересекается со сферой культуры. Изучение принципов структурирования и передачи информации экономического характера с использованием ОМ должно выявить культурно маркированные и аксиологические составляющие данного типа метафор, помочь наглядно проследить выполнение ими экспрессивной функции, а также функции, моделирующей экономическую действительность в соответствии с отраженной в языковом сознании культурной картиной мира, как продуцента, так и реципиента метафоры.

Обратимся к анализу особенностей использования ОМ в экономическом лексиконе. Согласно функциональной типологии ономастической лексики, различают антропоними-ческие, топонимические, идеонимические, поэтонимические, теонимические, зооними-ческие, фитонимические, хрононимические и некоторые другие виды ОМ.

Остановимся на самой обширной группе, объединяющей антропонимические метафоры, термином сравнения в которых является естественный антропоним реального лица, чаще всего фамильный. Антропонимы называют, но не приписывают никаких свойств. Неоценимое прагматическое удобство собственных имен в том и состоит, что они дают возможность публично говорить о ком-либо, не договариваясь предварительно, какие именно свойства должны обеспечить идентичность референта [5. С. 78].

Популярность антропонимов среди других разновидностей ОМ определяется главенствующей в науке XXI века антропоцентрической парадигмой знания, суть которой заключается в том, что все определяется с позиции человека, являющегося мерой всех вещей. ОМ, вписывающаяся в антропоцентрическую парадигму, связана со знаниями о культуре, традициях и истории социума, она несет огромный прагматический потенциал.

Придерживаясь когнитивной теории метафоры, мы рассматриваем ОМ как когнитивную операцию, позволяющую посредством концептуализации осмыслить ту или иную область действительности в рамках понятийных структур, изначально сложившихся на базе опыта, выведенного в других областях знания. Иначе говоря, метафорическому переносу подвергается не изолированное имя с прямым номинативным значением, а целостная концептуальная структура, окруженная когнитивным контекстом и активизирующаяся в сознании носителя языка.

Существенным моментом в рассмотрении ОМ является обращение к ее структуре. С точки зрения когнитивной науки, любая метафора реализует один и тот же процесс - проекцию знаний из одной понятийной области в другую.

Согласно терминологии А. П. Чудинова, метафора, в том числе и ОМ, включает в свою структуру сферы-источники и сферы-мишени метафорической экспансии. Сферами-источниками ОМ экономического дискурса являются антропонимы, топонимы и другие виды онимов, отражающие различные сферы жизни человека, а сферами-мишенями -субъекты и объекты мира экономики. Сферы-источники ОМ поступают из различных областей знания: политика, медицина, экономика, животный и растительный мир, мифология, художественная литература и др.

В качестве самого главного компонента в структуре ОМ выступает фокусный оним. В нашем случае - это антропоним, вспомогательным субъектом которого является известная личность в той или иной стране или во всем мире, т. е. прецедентное, прототипическое имя, наделенное устойчивыми и актуальными для социума индивидуальными признаками, выделяющими личность из коллектива, например, всероссийский Мавроди - о В. Черномырдине [www. NEWSru.com].

В высказывании «В период экономического кризиса 2009 появление новых Мавроди стало нашей общей проблемой» [www.NEWSm. сот] ОМ новые Мавроди отражает происходящие в стране и мире экономические проблемы. Поскольку в период кризиса повышается доля криминала, мошенничества в стране, имя известного организатора финансовых пирамид входит в оборот, метафорически переосмысляясь. Сфера-источник метафоры (антропоним, а именно личность Мавроди) выступает как объект скрытого сравнения со сферой-мишенью - различными мошенниками, совершающими экономические преступления.

Внутренняя форма ОМ, определяемая перенесением свойств со сферы-источника на сферу-мишень, раскрывается полностью, без каких-либо затруднений в том случае, если экстраполяция имени происходит в пределах одного смыслового поля (дискурса). Перенесение свойств имени за пределы этого смыслового пространства (в другой дискурс) усиливает метафорический контраст и, следовательно, экспрессивность ОМ.

В структуру ОМ также входит рамка, представляющая собой то языковое окружение, которое порождает ОМ, позволяет ее распознать, а также расширяет и конкретизирует значение фокусного онима. Рамка ОМ практически всегда включает актуализатор или рамочный атрибут ОМ, выражаемый прилагательными (настоящий Цербер, местный Абрамович), либо субстантивами (Распутин наших дней) [www.mk.ru].

Поскольку антропонимы относятся к именованию людей, они отражают историю культуры, особенности психологии людей, обычаи и традиции. ОМ выступает в качестве своеобразного культурного знака, отражающего определенные качества, события, судьбы, характерные для данной эпохи. Ведь, как справедливо замечает Ю. Е. Калугина, причиной появления метафорических переносов является работа мышления, зависимого от национально-культурных особенностей [2. С. 30].

Г. Г. Молчанова пишет, что при использовании метафоры как процедурного механизма когнитивной обработки для понимания сложных перемен, происходящих в окружающем его мире, человек пользуется, естественно, наиболее близкими и родственными ему понятиями [6. С. 44]. Действительно, в раз-

личных лингвокультурных сообществах существуют свои собственные ОМ, например, упоминающие какие-либо военные события, связанные с большим количеством жертв: в Польше - это Освенцим, в России 90-х -Чечня, в Сербии - Косово, в США - Вьетнам и т. д. Часто в экономических сообщениях присутствуют межнациональные параллели, когда реальность одной страны становится источником для заимствования ОМ, в дальнейшем используемых для описания другой страны: Российская Швейцария, Российский Давос, Северный Гонконг [www.mk.ru].

ОМ, являясь средством выражения мыслей говорящего, оказывает определенное прагматическое воздействие на реципиента, которое рассматривается с точки зрения его культурных, ценностных и субъективных ориентиров. ОМ - это один из продуктов человеческой культуры. Она возникает в коллективе, из потребностей коллектива и отражает черты, значимые для коллектива. Эпоха и уровень знания человечества накладывает свой отпечаток на ОМ.

Так, в разных культурах существуют свои собственные прототипы, свои прецедентные имена, которые могут восприниматься в другой культуре иначе. При межкультурном сопоставлении ОМ хорошо видны национальные предпочтения в выборе сфер-источников, связанные с тем, как видят мир носители языка. В русском экономическом лексиконе указываются ОМ, характерные именно для этой культуры. Например, второй Столыпин [www.AIF.RU] (о В. В. Путине в период проведения реформ), где сфера-источник (антропоним Столыпин) наиболее понятна русской культуре и русскому сознанию.

В контексте межкультурной коммуникации ОМ предстает как часть инокультурного пространства и неизбежно содержит лакуны

- этнически-специфические элементы культуры, в которой создан текст. Используемые автором ОМ могут быть либо неадекватно интерпретированы реципиентом, либо не поняты, не замечены. В то же время аудитория, являясь адресатом информации, заполняет лакуны в соответствии со сложившимися в её культуре стереотипами.

Таким образом, можно говорить о том, что ОМ эксплицируется через обширное поле ассоциаций тех реалий, которые характерны для данного общества. Любой язык несет на себе отпечаток особенностей мировоззрения

носителей данного языка. Восприятие окружающей действительности происходит не напрямую, а через призму сознания человека с учетом экстралингвистических факторов. Поэтому познание действительности через ОМ является отчасти субъективным процессом. ОМ отражает не реальное положение вещей в мире, а лишь желательное для автора высказывания, который хочет представить какую-либо личность (либо событие) в выгодном для него свете.

Однако культурные особенности ОМ не являются единственными. Существуют и другие аспекты, которые помогают реципиенту расшифровать код ОМ адекватно, т. е. так, как она была первоначально задумана продуцентом. Среди таких аспектов особенно выделяется аксиологический статус ОМ, связанный с выражением оценки автора и адресата высказывания к упомянутой личности.

ОМ как единица языка и речи репрезентирует определенные концепты, используемые для оценки человеком действительности, а также для построения картины мира.

Отметим, что аксиологические характеристики ОМ тесно связаны с прагматикой, поскольку автор сообщения, содержащего ОМ, формирует в сознании адресата определенный «образ», апеллируя к его иерархической системе ценностей, моделируя аксиологический контекст и осуществляя скрытое внушение. Обращение к ОМ позволяет ярче представить позицию автора, усилить прагматическое воздействие высказывания. Оценочность ОМ выступает средством выражения экспрессивности высказывания, которая является компонентом прагматического значения слова, так как создается в процессе общения.

ОМ представляет собой универсальный механизм в образовании эмоциональнооценочных категорий. В ней заключены не только образное представление и информация об оценке, но и выражение конкретных эмоций - презрения, пренебрежения или, наоборот, уважения, восхищения. Так, в приведенном нами примере о мошенниках в период кризиса, имплицитно сравниваемых с Мавроди, говорящий показывает свою негативную оценку происходящего.

Оценочность ОМ реализует оценочные отношения языкового коллектива к соотнесенному с ОМ субъекту, объекту или явлению по типу «хорошо/плохо» в диапазоне шкалы от «очень хорошо» до «очень плохо». Однако,

придав ОМ позитивный или негативный аксиологический статус, автор не может быть уверен в стабильности оценки. Реципиент, у которого есть своя собственная ценностная ориентация, может раскодировать ОМ так, что положительная оценка сменит негативную, и наоборот.

Кроме этого, оценка может изменяться с течением времени, поскольку меняются ценностные ориентиры всего общества, появляются новые приоритеты. Так, во времена социализма ценностью считался труд, общественное равенство и другие социалистические идеалы. В современных условиях демократии высшей ценностью объявляется человек, его свобода, независимость. Старая система ценностей стала неприемлема для большинства.

Оценочность как компонент значения слова обнаруживает зависимость от предметной области соответствующего значения. Возможны три направления изменений оценочного компонента: а) слово с оценочно нейтральным значением может получить оценочный смысл, который, повторяясь, закрепляется в этом значении [3. С. 34]. С первой разновидностью соотнесены две других: б) слово с оценочно закрепленным значением может потерять оценочный компонент; в) слово с оценочно закрепленным значением может изменить оценочный компонент [9. С. 15].

Наиболее интересны, на наш взгляд, ОМ, меняющие оценку с «+» на «-», или наоборот. Так, образ Плохиша в русском сознании всегда вызывал отрицательную оценку, где Плохиш

- плохой, толстый мальчик, готовый продать своих друзей за банку варенья. Если не принимать во внимание литературный контекст, Плохиш в общем смысле - это то, что не вписывается в привычную ценностную картину мира. Сейчас же встречаются высказывания, где ОМ Плохиш содержит положительную коннотацию: Правительство Ирландии открывает новую страницу в экономической истории: оно первым в Европе создает у себя единый для всей страны банк-Плохиш, который должен помочь пострадавшим от финансового кризиса кредитным организациям преодолеть его последствия [www. mk.ru]. Здесь Плохиш - хороший банк для вкладчиков в условиях кризиса. Плохишом же он оказывается для других банков, которым он составил высокую конкуренцию. Данный пример наглядно демонстрирует, как

отрицательная коннотация сменилась на положительную в связи с приспособлением людей к новому мировоззрению в период экономического кризиса. В данном случае можно говорить о контекстуальной обусловленности ОМ, вызывающей флуктуацию оценки, так как вне данного контекста Плохиш будет актуализировать в сознании людей первоначальное значение и соответственно концепт с отрицательным оценочным компонентом.

Итак, можно сделать следующий вывод: использование ОМ в экономическом дискурсе направлено на формирование и закрепление в сознании адресата устойчивых стереотипов образа жизни, мышления, морали, ценностей, что является частью формирования общественного сознания, языковой и культурной картины мира. ОМ экономического дискурса выполняют прагматическую функцию: обмен информацией сопровождается стимулированием интереса и побуждением к выражению эмоций и соответствующих им действий со стороны адресата. ОМ экономического дискурса обладают информативностью и экспрессией, компрессией информации, стереотипностью, эксплицитностью изложения, практической направленностью, позитивной или негативной оценкой. Им присуща адре-сованность и целенаправленность. Столь широкое распространение ОМ в языке экономики обусловлено, с одной стороны, тем, что с помощью метафорического переноса достигается экспрессивность высказывания за счет переключения внимания с одной области знания на другую. С другой стороны, эту экспрессивность усиливает наличие в составе ОМ имени собственного, которое включается в личное пространство любого носителя языка, аккумулируя информацию об окружающей действительности. ОМ является, таким образом, важной составляющей экономического дискурса, продуктивным лингвистическим приемом для отражения реалий мира экономики, их оценки и формирования общественного мнения к тем событиям и явлениям экономической действительности, историческим свидетелем которых становится сегодня каждый человек.

Список литературы

1. Будаев, Э.В. Зарубежная политическая метафорология : монография / Э. В. Будаев,

А. П. Чудинов ; Урал. гос. пед. ун-т. Екатеринбург, 2008. 248 с.

2. Калугина, Ю. Е. О некоторых особенностях процесса метафоризации в экономической терминологии // Вестн. Моск. гос. обл. ун-та. 2009. № 2. С. 29-34.

3. Карасик, В. И. Языковой круг : личность, концепты, дискурс. М. : Гнозис, 2004. 390 с.

4. Колотнина, Е. В. Метафорическое моделирование действительности в русском и английском экономическом дискурсе : дис. ... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2001. 261 с.

5. Лосев, А. Ф. Философия имени. М. : МГУ, 1990. 269 с.

6. Молчанова, Г. Г. Английский как неродной : текст, стиль, культура, коммуникация. М. : ОЛМА Медиа Групп, 2007. 384 с.

7. Нахимова, Е. А. Прецедентные имена в массовой коммуникации : дис. . канд. фи-лол. наук. Екатеринбург, 2007. 207 с.

8. Ратникова, И. Э. Ономастическая метафора в публицистике : ее структура и функции. URL : http: publib.upol.cz/~obd/fulltext/ Rossica-38/Rossica-38_78.pdf.

9. Соколова, Г. В. Публицистическая корреляция «факт-оценка» как условие функционирования имени собственного в текстах СМИ : автореф. дис. . канд. филол. наук. Краснодар, 2006. 28 с.

10. Чудинов, А. П. Метафорическая мозаика в современной политической коммуникации : монография / Урал. гос. пед. ун-т. Екатеринбург, 2003. 248 с.

11. Шустрова, Е. В. Когнитивнодискурсивное исследование концептуальной метафоры в афроамериканской художественной картине мира : автореф. дис. . д-ра филол. наук. Воронеж, 2008. 43 с.

Список источников фактического материала

URL: http: //www.aif.ru. Дата обращения:

14.06.2009.

URL: http: //www.mk.ru. Дата обращения:

28.05.2009.

URL: http: //www.newsru.com. Дата обращения: 07.07.2009.