Литературный канон для детей в свете педагогических идей (1863-1885 гг. )

УДК 01.82-93.087.5

Лучкина О.А.

Литературный канон для детей в свете педагогических идей

Одним из инструментов формирования литературного канона для детей в 18601880 гг. были рекомендательные списки, каталоги и обзоры детской литературы, опубликованные на страницах педагогических журналов Министерства народного просвещения, Военного министерства, Ведомства учреждений Императрицы Марии. В статье рассматриваются несовпадающие рекомендуемые авторы, содержание понятия «детская литература» для разных групп читателей-детей в дореволюционной России и состав детского литературного пантеона.

Reading lists, catalogs and reviews were one of the tools for the constructing the canon of children's literature in 1860-1880. Reader's advisory was published in the pedagogical journals of three ministries (the Ministry of National Education, Military Ministry, Department of institutions of Empress Maria). In this article we reviewed the recommended and not coinciding authors, the concept of "children's literature" for different groups of children in pre-revolutionary Russia and the composition of children's literary pantheon.

Ключевые слова: литературный канон, детская литература, детское чтение, рекомендательная библиография.

Key words: literary canon, children's literature, children's reading, reader's advisory.

Одним из инструментов формирования детского литературного канона во второй половине XIX века были списки и обзоры детской литературы. Содержание списков позволяет судить об авторах и художественных произведениях для детей, которые удовлетворяли критериям отбора педагогов правительственных институтов регламентации чтения и интерпретировались как достойные образцы детской литературы. Таким образом, во-первых: создавался литературный канон для детей как сумма представлений руководителей детского чтения о том, «что читать детям» (авторы, тексты, жанры, темы); во-вторых: складывалось понятие детской литературы.

Основанием нашей работы послужили данные количественных обсчетов рекомендаций книг для детского чтения, опубликованные на страницах педагогических журналов трех министерств (эти правительственные фильтры отбора текстов для чтения детей обозначились в 1860-е годы) с 1863 по 1885-е годы: Министерство народного просвещения (МНП) («Журнал Министерства Народного Просвещения», 1834-1917); Военное министерство (ВМ) («Педагогический сборник», 1864-1918); Ведомство учреждений Императрицы Марии (ВуИМ) («Женское образование», 18761891). Итогом институционального разделения педагогов детского чтения

© Лучкина О.А., 2014

стала условная вариативность «детской литературы»: существовало несколько списков авторов для детей крестьян, рабочих, воспитанников военно-учебных заведений, воспитанниц женских гимназий.

В этой работе представлен суммарный рейтинг рекомендуемых авторов по трем ведомствам, основанный на обсчете собранных метаданных (автор, название, год, институт), сведенных в общую электронную базу. Анализ большого корпуса электронных данных позволяет получить объективные результаты и сделать относительно развития литературных тенденций в течение долгого времени, культурно-исторических и социальных взаимосвязей между отдельными авторами, текстами и жанрами в общей истории литературы [12]. Большая часть авторов упоминалась в списках для чтения единожды и был корпус предпочитаемых рецензентами авторов. Более 10 раз рекомендовано 67 авторов, которые представлены визуализированным частотным списком писателей, демонстрирующим более/ менее рекомендованных авторов для детского чтения с 1863 по 1885 гг. (рис. 1).

11т Сетвдвд

Кольцов Шмидт

Бестужев-Рюмин гсфман ДерКЭЧеВ

Бодовозова Толычева Гете Коааленская ву*™

ф РоЖая:Карамзин [ ОЛСТОИ

Ж \/'К,ПКГК'ИИп^ер,; ЗагоскинШиллеРгрубе

^Х&Ц^^^^Ветберг Тур ПОГОССКИЙ

Н0В§ЕБС№РаЗИН ОстрогорскийВ ГСК0ТТ „Ж™

оД™дНиСТЯКОВАнвенда

макаро&т ур ге не в

круглов Крылов ^ г толстойАГончаров

Рис. 1. Частотный список авторов, рекомендованных десять и более раз

Установление рейтинга по количеству упоминаний авторов в рекомендательных списках становится возможным благодаря неравномерной и несимметричной рекомендации авторов как в рамках обобщенного списка для чтения, так и в случае сравнения списков разных министерств между собой. Мы рассмотрим частотный список авторов, занимающих первые десять строк общего списка (с учетом того, что У. Шекспир и Е. Тур имеют одинаковое количество рекомендаций - по 31 рекомендации). (см. таблицу 1).

Таблица 1

Суммарный рейтинг авторов (30+) с разбивкой по министерствам

№ Автор Общее количество рекомендаций МНП ВМ ВуИМ

1 Чистяков М.Б. 68 1 63 4

2 Пушкин А.С. 66 23 43 0

3 Толстой Л.Н. 61 28 21 9

4 Тургенев И. С. 59 31 26 2

5 Жуковский В. А. 52 19 33 0

6 Погосский А.Ф. 39 23 15 1

7 Григорович Д.В. 37 7 27 3

8 Разин А.Е. 36 0 36 0

9 Верн Ж. 33 0 30 3

10 Шекспир У. 31 4 27 0

11 Тур Е. 31 21 7 3

Верхнюю позицию в суммарном рейтинге трех ведомств занимает М.Б. Чистяков (68 рекомендаций, из которых 63 в списках для учащихся военно-учебных заведений). Таким образом, по версии экспертного сообщества, «главным» автором называется известный детский писатель и педагог, который издавал «Журнал для детей» и писал книги для детского чтения в разных жанрах (повесть, басня, сказка, исторические и естествен-ноисторические рассказы). Тематика его текстов (животные, птицы, работа и трудовая жизнь крестьян, события из российской истории и др.) разнообразна, как и возрастная адресация (тексты для детей от 8 до 12 лет; от 12 до 15). Можно предположить, что эта разнонаправленность (адресация, тематика, жанры) и плодовитость (37 книг) стали причиной высокой частотности включения текстов Чистякова в каталоги книг. Рецензии на книги Чистякова в педагогических журналах были в целом положительными, но не абсолютно лояльными.

Книги автора входили в списки для чтения с 1865 года и не выходили до 1885 года. Хронологическое распределение рекомендованных текстов неравномерно. Наибольшее число рекомендаций зафиксировано в 1869, 1873 и 1885 одах (14, 19 и 20 упоминаний соответственно). 1885 год - это год смерти писателя, когда подводились «итоги» его педагогической и творческой деятельности. Чистяков состоял Инспектором Николаевского сиротского института, а в последние годы он, сверх того, был председателем учебного комитета ВуИМ. Последнее назначение демонстрирует определенную взаимосвязь между статусом чиновника и включением автора в рекомендательный список для чтения: из 68 рекомендательных записей -

25

одна в списке МНП, 63 в списке ВМ. Оставшиеся 4 записи в списке ВуИМ относятся к 1883, 1884-м годам, когда Чистяков стал председателем учебного комитета этого ведомства.

Писатель не только писал тексты в разных жанрах, но и выступал в разных профессиональных ролях (учитель, редактор, инспектор), что давало ему определенные полномочия и открывало возможности, в т.ч. и для популяризации собственных текстов среди детей и педагогов. Так, Чистяков вместе с А. Разиным издавали «Журнала для детей». Статьи, вошедшие в состав журнала, почти все были потом изданы отдельными книгами; большая часть их принадлежала перу Чистякова. Журнал в приказном порядке рассылали в военно-учебные заведения в количестве 20 экземпляров. Писатель, используя служебное положение, популяризовал журнал с собственными текстами.

После влиятельного чиновника-педагога Чистякова в иерархии рекомендованных авторов следует блок авторов изящной словесности: А.С. Пушкин, Л.Н. Толстой, И.С. Тургенев, В.А. Жуковский (по 66, 61, 59, 52 рекомендации соответственно). Мы выделяем здесь не лидера, т.к. количество рекомендаций сильно не разнится (от 68 до 52), а группу авторов, которые занимают верхние строки рейтинга. Впервые тексты писателей появились в списках для чтения в 1863/65 годах и до 1885 года не выходили из списков, а тексты Пушкина и Жуковского включались в первые образцы этого рекомендательно-библиографического жанра [6].

Эксперты детского чтения придавали особое значение изящной словесности и рассматривали ее как основной материал для детского чтения, наделяя «защитной» функцией. В комментариях к отбираемым текстам рецензенты, по сути, призывали с помощью изящной словесности защитить детей от современной беллетристики (например, от «Петербургских трущоб» Крестовского) и от собственно детской литературы. Современная беллетристика, составляя конкуренцию изящной словесности, объявлялась рецензентами вредным чтением. Детскую литературу педагоги считали литературой низкого качества. В многочисленных разборах детских книг или статей, посвященных детской литературе, рецензенты задавались вопросом, нужна ли вообще детская книга: «При взгляде на такое печальное состояние детской литературы, может родиться мысль, что вообще чтение вне класса следует выбросить из воспитания; и в самом деле, если бы устранить таким образом нашу детскую литературу, выигрыш был бы гораздо больше потери. Для этого более зрелого возраста особенная забота должна состоять в том, чтобы домашнее свободное чтение находилось в полной связи с классным» [10, с. 876-877].

Верхние строки рейтинга составили преимущественно авторы изящной словесности, первым среди которых оказался А.С. Пушкин. Писатель к 80-м годам XIX века уже был канонизирован. Тексты автора входили в школьную программу по словесности, появились биографии поэта для детей, сочинения о детстве поэта, также имелись издания сочинений Пушки-

на для детей (кроме сборников Крылова подобных изданий тогда не было, на что сетовали критики). Из 66 рекомендаций текстов Пушкина 23 в списках МНП, 43 в списках ВМ, в списках для воспитанниц женских гимназий не было ни одной рекомендации. Пушкин во второй половине стал одним из главных имен в литературном пантеоне педагогического сообщества, но он неидеально соответствовал критериям отбора педагогов, которые сомневались в достоинствах биографии писателя как воспитательного средства, точнее в отдельных вариантах обработки биографии. Но «неотшлифованность» биографии не становилась препятствием для рекомендации текстов поэта для детей из народа и кадетам. Возможно, причиной избегания текстов в девичьем чтении стал образ русской женщины в поэзии Пушкина, который при всей его признаваемой поэтичности и народности был не педагогичным для гимназисток: «Таким образом эта русская женщина, обрисованная поэтом такой пустой и ничтожной, является в глазах и целого общества только игрушкой прихоти, хорошеньким цветком, который следует как можно скорей сорвать и, насладившись им, бросить. <...> И в самом деле, во всех сочинениях Пушкина семьи хорошей вы не встретите, не увидите ни малейшей нравственной связи между мужем и женой, между матерью и детьми; не найдете ни одного случая, где бы женщина умная, образованная, сколько-нибудь скрашивала собой общество, оживляла разговор, вносила в общество свое благотворное влияние. Здесь, у этих женщин, все так ужасно пошло, плоско, скучно, даже еще пошлее и скучнее, чем у мужчин» [7, с. 286-287]. Отсутствие нравственной связи между мужем и женой, матерью и детьми, зависимое положение женщины, преимущественное описание физической красоты в текстах Пушкина оказывалось препятствием для включения текстов поэта в детское чтение гимназисток.

Тексты Л.Н. Толстого включались в чтение всех детей (28/21/9). Популярность Толстого у педагогов обеспечивали: с одной стороны, литературные достоинства (писатель рассматривался В.П. Острогорским как воспитательно-образовательный материал наряду с Пушкиным [4]), с другой стороны, особенности содержания книг (адаптации известных текстов и патриотическая тематика собственных произведений автора).

Книги И.С. Тургенева также рекомендовались всем детям (31/26/2), однако в чтении гимназисток количество рекомендаций незначительно. Характер художественных текстов Тургенева, изданная биография автора для детей, встречи с читателями способствовали канонизации автора при жизни, которую подытожила серия некрологов в педагогических журналах (1883). Тексты Тургенева, рекомендованные чаще других, были материалом, по мнению педагогов-рецензентов, который помогал решать задачу воспитания патриотизма современного ребенка. Другой компонент, по которому книги Тургенева рекомендовались для детей, - обучение стилю и языку. У Тургенева, писал В. Сиповский в 1874 году, «нет несколько изысканной простоты Пушкинской прозы, нет и цветистости Гоголя. Язык его

при полной правильности отличается чистотой, меткостью и прозрачностью» [8, с. 157]. Тургеневу прощалось то, в чем упрекали, например, Пушкина. Если к сборнику последнего предъявлялись претензии, то текст Тургенева, содержавший аналогичный недостаток для детского чтения, оправдывался, «удобно» интерпретировался: «В рассказе Тургенева жена изменяет мужу, затем сама терпит измену. Мотив не детский, конечно. Комитет грамотности и не предлагает его детям. Издания этого Комитета -издания для народного чтения, а не для детского. Но мы бы не советовали, однако, слишком строго держаться такого определения. Право, давать в руки детям вещи действительно хорошие приходится так редко, что пропустить один лишний случай было бы жаль. Когда рассказ Тургенева дочитан, преобладающим впечатлением остается, конечно, впечатление от общей испорченности натуры Наума, чем от эпизода с Авдотьей» [1, с. 600]. Педагоги проявляли определенную гибкость при выборе одних персоналий и неуступчивость по отношению к текстам других.

Высокая позиция В.А. Жуковского (19/33/0) в рейтинге авторов объясняется прежде всего жанром большинства одобренных рецензентами текстов автора. Сказка оставалась традиционным жанром и неизменно рекомендовалась, хотя её включение в детское чтение продолжало быть предметом дискуссий на страницах педагогических журналов. Кроме того отмечалось образовательное значение переводов Жуковского для детей классической литературы («Одиссея», «Илиада», «Наль и Дамаянти», «Рустем и Зораб»), которая должна была быть частью чтения воспитанника военно-учебного заведения, демонстрируя уровень образованности юноши.

Как и тексты Пушкина, книги Жуковского не представлены в списках для девочек. Классика адресовалась кадетам, сказки главным образом - детям из народа, а для гимназисток тексты писателя не подходили. По мнению авторитетного педагога В. Острогорского, при выборе текстов поэта необходима осторожность, т.к. болезненная сентиментальная мечтательность, любовные стихотворения - не лучший материал для детского чтения. Свою роль сыграли специфика отношения к женскому образованию и споры о положении женщины в обществе 60-80-х годов, в которых предлагалось избрать такой девиз для образования: «ни куклы, ни педантки» [3, с. 148]. Поэтому для воспитанниц женских гимназий рекомендовали тексты собственно детских авторов, а не изящной словесности или классической литературы. Списки ВуИМ - преимущественно списки детских писателей, транслирующие «правильные» морально-нравственные установки. Девочку предлагалось воспитывать для роли хорошей жены и матери: «Если вообще важно усилить умственное и нравственное воздействие школы, то это особенно желательно по отношению к женской школе. Окончившее школу мужское поколение идет по большей части в университет или в другие специальные заведения; женское же поколение в большинстве случаев прямо идет в жизнь» [2, с. 450]. Педагоги объявляли ценными текстами произведения Пушкина, Жуковского для чтения юно-

шей и детскую беллетристику для девочек, которые шагнут сразу в жизнь, минуя университеты.

Высокие позиции в общей иерархии авторов у А.Ф. Погосского (39) и Д.В. Григоровича (37). «Народная» тематика и адресация текстов Погос-ского обусловила их отбор в корпус рекомендуемых МНП, в списках которого тексты рекомендовались чаще всего (23/15/1). Острогорский рассматривал Погосского в ряду избранных авторов, произведения которых подходили для воспитательных задач. Другим «подходящим» чтением для детей были произведения Григоровича (7/27/3). Писатель признавался частью истории русской литературы (он «впервые познакомил читающую публику с бытом крестьянина, с его внутренним духовным миром» [9, с. 291]), а потому для образованного юноши его важно знать. Большинство рекомендаций (27 из 37) - это рекомендации в списках ВМ. По тематическому (народный быт) и воспитательному принципам тексты Григоровича отбирались и для детей МНП, незначительная часть текстов предлагалась для гимназисток. Отмечая талант и гуманную мысль, педагоги сходились в том мнении, что как материал для детского чтения, повесть «Гуттаперчевый мальчик» нуждалась в переделке и редактуре. Такая риторика характерна и для других текстов Григоровича. Все 36 рекомендаций текстов А.Е. Разина сделано ВМ-ом, то есть его тексты предлагались только для чтения воспитанникам военно-учебных заведений. Высокая позиция автора в рейтинге связана прежде всего со службой Разина и его сотрудничеством с влиятельным Чистяковым. Сочинения автора были ориентированы прежде всего на естественноисторическое образование детей, что совпадало со стремлением педагогической прессы того времени пропагандировать естественные науки. Но актуальным это образование оказывалось, судя по данным обсчетов, только для чтения кадетов.

Последние строки в списке десяти рейтинговых авторов отданы руководителями детского чтения Ж. Верну, У. Шекспиру и Е. Тур (по 33, 31, 31 рекомендации соответственно). Зарубежные авторы (Ж. Верн и У. Шекспир) с высоким рейтингом рекомендации содержатся преимущественно в списках ВМ (Ж. Верн (0/30/3), У. Шекспир (4/27/0)). Литература приключений, как и сказка, не признавалась хорошим воспитательным материалом. К числу «спорных» авторов относился и Ж. Верн, но тексты писателя оценивались выше других, что объяснялось содержанием в них научных сведений. Специфика распределений текстов У. Шекспира (4/27/0) объясняется тем, что он входил в школьную программу, знание текстов автора рекомендовалось образованному юноше так же, как и античная литература. Однако такая лояльность педагогов касалась полных переводов. Переделки и пересказы Шекспира считали нежелательным чтением для детей и не включали в списки для гимназисток.

Кроме названных авторов (Чистяков, Разин) в верхнюю часть иерархии экспертами отобран третий детский писатель Е. Тур (21/7/3). Распределение рекомендаций по институциям демонстрирует приоритетность текстов («Последние дни Помпеи», «Катакомбы», «Жемчужное ожерелье»,

«Хрустальное сердце», «Семейство Шалонских» и др.) писательницы для МНП. Педагоги приветствовали произведения Тур, заслугой которой считалась разработка исторической и религиозной темы в детской литературе, хотя и обращали внимание на недостатки повестей автора (романтика, мистика, излишняя описательность).

Институциональный и количественный методы позволяют выявить несовпадающих рекомендуемых авторов, разное наполнение понятия «детская литература» для детей в дореволюционной России и состав детского литературного пантеона, в который входили как умеющие использовать служебное положение детские писатели (Чистяков), так и представители изящной словесности (Пушкин, Толстой, Тургенев, Жуковский, Погос-ский, Григорович), на службу русской педагогике которых принимали главным образом без их участия.

Педагоги детского чтения, осмысляя категории детской литературы, руководствовались комплексом мотивов при отборе авторов и текстов (образовательный, воспитательный, тематический, эстетический, институциональный, мнение авторитетных и статусных педагогов) и ориентировались на разные образовательные стандарты, предназначенные для отдельных групп читателей-детей.

Список литературы

1. Е.С. [Рецензия на книги:] Постоялый двор. И. С. Тургенева, 72 стр.; Крутиков. А.Г. Коваленской, 46 стр. Изд. СПб. комитета грамотности. - СПб., 1881 г. Цена каждой кн. 10 коп. // Женское образование. - 1881. - №10. - С. 600-601.

2. Из жизни и литературы // Женское образование. - 1879. - № 6-7. - С. 447-450.

3. Как нужно обучать женщин? // Женское образование. - 1882. - № 2. - С. 145-148.

4. Острогорский В.П. Русские писатели как воспитательно-образовательный материал для занятий с детьми и для чтения народу. - СПб.: Н.И. Евстифеев, 1885. -263 с.

5. Памяти Пушкина // Женское образование. - 1880. - № 4-5. - С. 282-284.

6. Реестр книг, которые могли бы быть с пользою употребленны в начальных народных училищах // ЖМНП. - 1863. - Часть CXVIII. Июнь. - С. 58-59.

7. Русская женщина в поэзии Пушкина // Женское образование. - 1885. - № 4-5. -С. 284-289.

8. Сиповский В. О самостоятельном чтении учащихся старшего возраста // Педагогический листок С.-Петербургских женских гимназий. - 1874. - № 5-6. - С. 140-177.

9. Соболев М.В. Обзор детских книг за 1883 год // Педагогический сборник. -1884. - № 9. - С. 285-311.

10. Чтение и литература для юношеского и детского возраста // Педагогический сборник. - 1866. - № 12. - С. 870-901.

11. Acta Slavica Estonica IV. Труды по русской и славянской филологии. Литературоведение, IX. Хрестоматийные тексты: русская педагогическая практика XIX в. и поэтический канон / редакторы А. Вдовин, Р. Лейбов. - Тарту: University of Tartu Press, 2013. - 345 с.

12. Jockers M. L. Macroanalysis: Digital Methods and Literary History. - Urbana, Chicago, and Springfield: University of Illinois Press, 2013. - 208 р.