Самоинтерпретация и рефлексивность

УДК 159.9.07

САМОИНТЕРПРЕТАЦИЯ И РЕФЛЕКСИВНОСТЬ

Тучина О.Р.

В статье описывается этап валидизации методик независимой-взаимозависимой самоинтерпретации Сингелис и металичностной самоинтер-претации ДеЧикко, автор исследует взаимосвязь рефлексии и каждого типа самоинтерпретации. Цель исследования: проанализировать содержательную структуру независимого, взаимозависимого и металичностного типа самоинтерпретации, выявить вклад рефлексивных компонентов в структуру каждого типа самоинтерпретации. Методы исследования: шкала независимой-

взаимозависимой самоинтерпретации Сингелис; шкала металичностной самоинтерпретации ДеЧикко; методика определения индивидуальной меры рефлексивности Карпова-Пономаревой. Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы: разные типы самоинтерпретации имеют разную содержательную структуру; ауторефлексивность включена в структуру независимой самоин-терпретации, рефлексивность поведения других людей - в структуру взаимозависимой самоинтерпретации, рефлексивность не включена в структуру мета-личностной самоинтерпретации. Высокий уровень независимой самоинтерпре-тации обеспечивается за счет высокого уровня рефлексивности, склонности к самоанализу, анализу прошлого опыта и планирования будущих действий. Высокий уровень взаимозависимой самоинтерпретации осуществляется за счет высокой рефлексивности поведения и внутреннего мира других людей. Высокий уровень металичностной самоинтерпретации связан с отказом от когнитивных механизмов самопознания.

Ключевые слова: самоинтерпретация; независимый, взаимозависимый, ме-таличностный тип самоинтерпретации; рефлексивность.

SELF-CONSTRUALS AND REFLEXIVITY Tuchena O.R.

In article the stage of a validity check of techniques of independent-interdependent self-construals Singelis and DeCicco's metapersonal self-construals is described. The author investigates interrelation of a reflection and each type of self-construals. Research objective: to analyze substantial structure of independent, interdependent and metapersonal self-construals, to reveal a contribution of reflective components to structure of each type of self-construals. The carried-out research allowed to draw the following conclusions: different types of self-construal have different substantial structure; the reflection is included in structure of independent self-construal, reflexivity of behavior of other people - in structure of interdependent self-construal and not included in structure of metapersonal self-construal. Methods of study: interdependent and independent Self-Construals (Singelis) and Metapersonal Self Con-strual Scale (DeCicco), method for study of reflection (Karpov A.V. & Ponomareva V.).The carried-out research allowed to draw the following conclusions: different types of self-interpretation have different substantial structure. Reflexivity is included in structure of independent self- construal. Reflexivity of behavior of other people is included in structure of interdependent self- construal. Reflexivity isn't included in structure of metapersonal self- construal.

Keywords: Self-Construal; interdependent, independent and metapersonal Self-Construals; reflexivity.

В современном мире человек живет в многомерном пространстве событий и ситуаций, поэтому понимание окружающего мира и себя в нем не может строиться всегда на одинаковых психологических основаниях.

Анализ понимания и самопонимания в современной науке включает его исследование в рамках когнитивной, герменевтической и экзистенциальной тра-

диций научного познания. Данные исследовательские традиции направлены на изучение трех принципиально разных сфер человеческого бытия, отражающих существование человека в эмпирической, социокультурной и экзистенциальной реальностях [1].

Когнитивная традиция основана на убеждении исследователей в существовании единой для всех внешней реальности, которая является объектом отражения, целью и результатом когнитивного исследования является получение объективного достоверного знания о психологии людей, закономерности познания реальности часто отражаются в моделях. Такой тип понимания Знаков называет «понимание-знание», отмечая, что существуют ситуации человеческого бытия, к которым неприменимо понимание-знание.

Герменевтическая традиция ориентирована на ценностно-смысловую интерпретацию действительности, феномен понимания рассматривается через ценностное отношение к понимаемому объекту. Данный тип понимания ученый определяет как «понимание-интерпретация», порождение субъектом смысла понимаемого, включающее потенциальную возможность разных типов интерпретации понимаемого.

Экзистенциальная традиция исследования психической реальности проявляется в направленности ученых на анализ вариантов порождения опыта, имеющего смысл для субъекта. В основе экзистенциальной точки зрения на понимание лежит мысль о трудности, неуловимости интеллектуального постижения истины. Данный тип понимания Знаков трактует как «понимание-постижение» ситуаций человеческого бытия, отмечая, что феномен постижения является неотъемлемой частью человеческого бытия, не подающейся рациональному анализу [2].

Как отмечает Знаков, история исследований в области понимания - это история перехода от анализа преимущественно познавательных сторон понимания к герменевтическим и экзистенциальным. К такому же выводу можно прийти,

проанализировав историю исследования феномена самопонимания в психологии.

Самопонимание в когнитивной традиции исследования данного феномена, основанной на работах В. Дэймона и Д. Харта, представляет собой систему представлений человека о своих индивидуально-психологических особенностях, способность человека к осознанию связей между мыслями, чувствами и поведением, понимание причин его поведения и влияние прошлого опыта [3]. Основная задача самопонимания состоит в создании комплексного, непротиворечивого и объективного представления о себе [4]. Самопонимание достигается размышлением, тщательным рациональным анализом, дополненным интуицией и эмоциями [5; 6].

Экзистенциальная традиция исследования самопонимания ориентирована на изучение того, как происходит понимание собственного экзистенциального предназначения человека [7; 8].

Самопонимание в нарративной традиции рассматривается как непрерывная самоинтепретация, происходящая в определенном социальном и культурном контексте [9]. Самопонимание сводит воедино различные аспекты Я, и является, таким образом, способом организации личного опыта. К нарративной традиции исследования самопонимания можно отнести и исследования феномена самоинтерпретации. Понятие «self-construal», переводимое как «схема Я», «самотолкование», «Я-конструкт» или «самоинтерпретация» было введено Х. Маркус и Ш. Китаямой [10]. Самоинтерпретация характеризуется как «констелляция мыслей, чувств и действий, проявляемых во взаимоотношении с другими» [11].

Исследователи выделили, описали и эмпирически исследовали три типа самоинтерпретации: «независимая самоинтерпретация», «взаимозависимая самоинтерпретация» и «металичностная» самоинтерпретация. Независимая самоинтерпретация - это способ самопонимания, представляющий собой осознание своей личности как целостного и стабильного Я, отделенное от социального

контекста. Взаимозависимая самоинтерпретация - это способ самопонимания, акцентирующееся на внешних свойствах окружения, таких как статус, роли, взаимоотношения, принадлежность и приспособляемость, занятие собственной позиции и вовлечение в соответствующую деятельность. Металичностная самоинтерпретация определяется как чувство идентичности, которое выходит за пределы индивида или личности и охватывает более широкие стороны человеческого существования, жизни, души или космоса. Представление о себе индивида в рамках металичностной самоинтерпретации относятся к сущности за пределами индивида и других людей, к универсальному центру, связующему все человечество [12].

Анализ результатов исследований особенностей самоинтерпретации, проведенных зарубежными исследователями, позволил предположить, что разные типы самоинтерпретации имеют разные механизмы [13]. Как отмечает ряд исследователей, независимый тип самоинтерпретации основан на осознании своих отличительных признаков и постоянном сравнении себя с социальным окружением. Взаимозависимый тип самоинтерпретации в меньшей степени основан на рациональном осмыслении своих особенностей, а предполагает чувство общности с группой, нерефлексивное принятие норм и ценностей группы. Металичностная самоинтерпретация характеризуется высокой степенью толерантности, принятие себя и мира как они есть, ощущение себя как «части большого мира, человечества, истории, непрерывного потока» [14, р. 145].

При рассмотрении феномена самоинтерпретации возникает вопрос о роли когнитивных механизмов во всех типах самоинтерпретации. В рамках процедуры валидизации методик диагностики уровня самоинтерпретации мы предполагаем исследовать взаимосвязь рефлексии и каждого типа самоинтерпретации.

Рефлексия традиционно рассматиривается как феномен познавательной деятельности, явление гносеологического порядка [15; 16]. В подходе

А.В.Карпова рефлексия теоретически обосновывается как процесс, значимый для саморегуляции, данное положение получает эмпирическое и прикладное

обоснование. Рефлексия рассматривается «как важнейшая регулятивная составляющая личности, позволяющая ей сознательно выстраивать свою жизнедеятельность» [17, с. 77].

А.В.Карпов выделяет разные модусы рефлексии: «Рефлексивность как психическое свойство представляет собой одну из основных граней той интегративной психической реальности, которая соотносится с рефлексией в целом. Двумя другими ее модусами являются рефлексия в ее процессуальном статусе и рефлектирование как особое психическое состояние. Эти три модуса теснейшим образом взаимосвязаны и взаимодетерминируют друг друга, образуя на уровне их синтеза качественную определенность, обозначаему понятием «рефлексия». Именно синтез этих модусов составляет ее качественную определенность. Поэтому «рефлексия - это одновременно и уникальное свойство, присущее лишь человеку, и состояние осознания чего-либо, и процесс репрезентации психике своего собственного содержания» [17. С. 48]. В связи с этим аспект рефлексии как психического свойства автор предлагает называть рефлексивностью и изучать как независимую переменную в психологических исследованиях. «Параметр рефлексивности в целом является не просто очень важным в плане обеспечения деятельности и поведения, а часто - основным и наиболее специфическим. Именно он придает сложность, многогранность, противоречивость и в конечном счете - уникальность тому, что обычно обозначается понятием “осознанная, произвольная регуляция деятельности”» [18. С. 120]. Именно благодаря рефлексивности субъект оказывается в состоянии частично управлять закономерностями своего функционирования или влиять на них. Через рефлексивные процессы «субъект регулирует, а частично и порождает (раскрывает в себе) иные - базовые, объективные закономерности и особенности самого себя» [18. С. 124]. А.В.Карпов описывает целый ряд возможных видов влияния рефлексивных процессов на закономерности психологического функционирования нижележащих уровней, приходя к выводу о том, что рефлексии присуща трансформационная функция, повышающая меру субъектности регуляции деятельности, поведения,

общения, которая может оборачиваться и генеративной функцией, функцией личностного самостроительства [18. С. 129].

Анализ результатов зарубежных исследований позволил сделать предположение о том, что когнитивные составляющие самоинтерпретации, представленные, прежде всего, способностью и склонностью субъекта к рефлексии по-разному представлены в структуре каждого типа самоинтерпретации.

Цель исследования: проанализировать содержательную структуру независимого, взаимозависимого и металичностного типа самоинтерпретации, выявить вклад рефлексивных компонентов в структуру каждого типа самоинтерпретации.

В ходе исследования проверялись следующие гипотезы:

1) Разные типы самоинтерпретации имеют разную содержательную структуру: можно предположить, что рефлексивность в большей мере включена в структуру независимой самоинтерпретации и в меньшей - в структуру взаимозависимой и металичностной самоинтерпретации.

2) Вклад показателей рефлексивности в каждый тип самоинтерпретации будет различным: наибольшее влияние рефлексивность оказывает на независимый тип самоинтерпретации, наименьшее - на металичностный.

В исследовании приняли участие 280 испытуемых в возрасте от 18 до 34 лет (М=24.1, S =5.6), 145 мужчин и 135 женщин, студенты дневного отделения, а также слушатели заочного отделения - служащие и представители рабочих профессий.

Методика. Уровень выраженности каждого типа самоинтерпретации был исследован при помощи адаптированных нами шкалы независимой-взаимозависимой самоинтерпретации Сингелис [19] и шкалы металичностной самоинтерпретации ДеЧикко [20]. Шкала Сингелис содержит 30 утверждений, 15 из них относится к независимой самоинтерпретации, а 15 - к взаимозависимой самоинтерпретации, шкала ДеЧикко содержит 11 утверждений. Респонденты должны выразить степень своего согласия-несогласия с данными утверждениями в соответствии с 7-мибалльной шкалой. Рефлексивность диагностировалась при

помощи психодиагностической методики определения индивидуальной меры рефлексивности [17]. Методика включает в себя, наряду с общим показателем рефлексивности, четыре субшкалы, характеризующие способность к самореф-лексии (рефлексия деятельности самого субъекта - ситуативная, ретроспективная и перспективная) и к рефлексии внутреннего мира других людей.

Результаты исследования обрабатывались с помощью корреляционного анализа, факторного анализа и регрессионного анализа.

На первом этапе результаты всех проведенных методик были сопоставлены друг с другом. В таблице 1 представлены значимые коэффициенты корреляционного анализа.

Таблица 1

Матрица интеркорреляций для показателей типов самоинтепретации и

показателей рефлексивности

1 2 3 4 5 6 7 8

1. независимая самоин-терпретация 1,00 0,66 0,50 0,50 0,55

2. зависимая самоинтер-претация 1,00 -0,16 0,71

3. металичностная само-интерпретация 1,00

4. общий показатель рефлексивности 1,00 0,71 0,70 0,49

5. показатель ретроспективной рефлексивности 1,00 0,61 0,23

6. показатель ситуативной рефлексивности 1,00 0,22 -0,15

7. показатель перспективной рефлексивности 1,00

8. показатель рефлексии поведения других людей 1,00

Из полученной матрицы интеркорреляций следует, что все три типа само-интепретации независимы друг от друга, то есть представляют собой независимые психологические конструкты.

Независимая самоинтепретация положительно коррелирует как с общим показателем рефлексивности, так и показателями ситуативной, ретроспектив-нойя и перспективной рефлесивности. Взаимозависимая самоинтепретация обнаружила высокую положительную корреляцию с показателем рефлексии внутреннего мира других людей и значительно меньшую отрицательную корреляцию с показателем ситуативной рефлексивности. Металичностная самоинтепретация не коррелирует ни с одним из показателей рефлексивности.

На следующем этапе был проведен факторный анализ интегральных показателей рефлексивности и каждого типа самоинтерпретации. Проверялось, является ли рефлексивность ортогональным фактором по отношению к каждомутипу самоинтерпретации, или связана с определенным типом самоинтерпретации. Результаты факторного анализа представлены в таблице 2.

Таблица 2

Результаты факторного анализа показателей рефлексивности и уровня независимого, взаимозависимого и металичностного типов

самоинтерпретации

Шкалы опросников Фактор 1 Фактор 2 Фактор 3

независимая самоинтерпретация 0,803

общий показатель рефлексивности 0,914

показатель ретроспективной рефлексивности 0,814

показатель ситуативной рефлексивности 0,799

показатель перспективной рефлексивности 0,545

зависимая самоинтерпретация 0,920

показатель рефлексии поведения других людей 0,922

металичностная самоинтерпретация -0,886

Собственные значения факторов 3,089 1,735 1,056

Процент объясняемой дисперсии 38 % 22 % 13 %

После веримакс вращения матрица факторных нагрузок на шкалы оказались структурированной в три хорошо интерпретируемых фактора: в первый фактор, объясняющий 38% дисперсии, вошли показатель независимой самоин-терпретации и показатели рефлексивности: общий, показатель ретроспективной, ситуативной и перспективной рефлексивности. Во второй фактор, объясняющий 22% дисперсии, вошли показатель взаимозависимой самоинтерпретации и показатель рефлексивности поведения и внутреннего мира других людей. В третий фактор, объясняющий 13% дисперсии, вошла шкала, металичностной самоинтер-претации.

На следующем этапе с помощью регрессионного анализа было проанализировано влияние показателей рефлексивности как независимой переменной и типами самоинтерпретации как зависимых переменных, то есть выявлен вклад рефлексивности в каждый тип самоинтерпретации.

При помощи регрессионного анализа мы выявили влияние показателей рефлексивности на независимую самоинтерпретацию. Высокую значимость обнаружило влияние переменной «общий показатель рефлексивности» (b = 0,336 p = 0,000), менее высокую - переменной «показатель перспективной рефлексивности» (b = 0,328, p = 0,000). Соответственно, самый высокий вклад в показатель независимой самоинтерпретации вносит общая рефлексивность, достаточно высокую - перспективная рефлексивность.

Влияние показателей рефлексивности на уровень взаимозависимого типа самоинтерпретации оказались статистически незначимыми. Соответственно, уровень рефлексивности существенно не влияет на уровень взаимозависимой самоинтерпретации.

Результаты регрессионного анализа металичностного типа самоинтерпре-тации как зависимой переменной и показателей рефлексивности как независимых переменных показали следующее. Общий показатель рефлексивности статистически значимо отрицательно влияет на уровень металичностного типа са-моинтерпретации (b =- 0,225, p = 0,040). Соответственно, можно говорить, что

чем выше уровень рефлексивности, тем ниже уровень металичностной самоин-терпретации.

Обсуждение результатов. Корреляционного анализа показал, что все три типа самоинтепретации независимы друг от друга (коэффициеты кореляции оказались незначимы).

Затем при помощи факторного анализа проверялось, является ли рефлексивность ортогональным фактором по отношению к каждому типу самоинтер-претации, или связана с определенным типом самоинтерпретации. Матрица факторных нагрузок на шкалы оказалась структурированной в три хорошо психологически интерпретируемых фактора. В первом факторе объединяются показатель независимой самоинтерпретации и показатели рефлексивности: общий, показатель ретроспективной, ситуативной и перспективной рефлексивности. Независимый тип самоинтерпретации, таким образом, связан со способностью и склонностью субъекта к рефлексии, сознательному самоанализу.

Связь уровня независимой самоинтерпретации с уровнем перспективной рефлексии выражается в тщательности планирования деталей своего поведения, попыткой прогнозировать будущие события. Связь уровня независимой самоинтерпретации с показателем ретроспективной рефлексии выражается в анализе предпосылок, мотивов и причин произошедшего, склонностью анализировать прошлое и себя в нем. Связь уровня независимой самоинтерпретации с показателем ситуативной рефлексии выражается в склонности субъекта к самоанализу в конкретных жизненных ситуациях.

Высокий уровень самоинтерпретации данного типа можно определить как осмысленный результат наблюдения и объяснения человеком своих мыслей и чувств, мотивов поведения; умение обнаруживать смысл поступков; способность отвечать на причинные вопросы о своем характере, мировоззрении.

Во второй фактор вошли показатель взаимозависимой самоинтерпретации и показатель рефлексивности поведения и внутреннего мира других людей. Взаимозависимый тип самоинтерпретации, таким образом, связан со склонно-

стью к анализу поведения окружающих, желанием понять мотивы поступков других людей, интересом к внутреннему миру окружающих.

В третий фактор вошла только шкала металичностной самоинтерпретации. Металичностная самоинтерпретация, таким образом, не связана с рефлексивными механизмами.

Результаты, полученные при факторизации, позволяют сделать предварительный вывод о подтверждении первой гипотезы: разные типы самоинтерпре-тации имеют разную содержательную структуру, ауторефлексивность включена в структуру независимой самоинтерпретации, рефлексивность поведения других людей - в структуру взаимозависимой самоинтерпретации и не включена в структуру металичностной самоинтерпретации.

Независимая самоинтепретация положительно коррелирует как с общим показателем рефлексивности, так и показателями ситуативной, ретроспективной и перспективной рефлесивности. Результаты регрессионного анализа показали значимое влияние переменной «общий показатель рефлексивности» и менее высокое - переменной «показатель перспективной рефлексивности». Соответственно, можно говорить о значительном влиянии когнитивных компонентов на уровень независимой самоинтерпретации.

Данные результаты в основном соответствуют результатам зарубежных эмпирических исследований [10]. При независимой самоинтерпретации внутренние атрибуты человека, такие как способности или личностные черты, являются наиболее важной информацией, релевантной «Я». В Я-концепции обладателей «независимой самоинтерпретации» преобладает личная идентичность, поскольку они более склонны описывать себя в терминах психологических черт и основой их самоотношения является способность понимать и выражать свои личные качества. Используя независимый способ самоинтерпретации, индивиды склонны чувствовать и осознавать, в первую очередь, свою уникальность, свои отличительные черты, свои возможности, личностные качества и собственные цели. Понимание своего отличия от других базируется на физических характе-

ристиках, психологических особенностях, а также уникальном опыте познания мира.

Отсутствие корреляции с показателем рефлексивности внутреннего мира других людей также вполне обосновано. Согласно результатам исследований Лири, индивиды с независимой самоинтерпретацией рассматривают других членов группы как источник социального сравнения, выявляя свои отличительные черты и свойства, сопоставляя себя с другими членами группы и демонстрируя свои особенности (например, общительность или чувство юмора). Это сравнение, позитивная оценка и демонстрация своих особенностей служит источником положительной самооценки у индивидов с подобным типом интерпретации [21]. Рассматривая других людей с этих позиций, индивиды с независимой самоин-терпретацией стремятся не столько понять окружающих, сколько выявить и понять, чем они отличаются от своего окружения, в чем их особенности по сравнению со всеми остальными.

Таким образом, высокий уровень независимой самоинтерпретации обеспечивается за счет высокого уровня рефлексивности, склонности к самоанализу, анализу прошлого опыта и планирования будущих действий. Можно предположить, что данный тип самоинтерпретации ближе всего к типу понимания себя, которое В.В. Знаков называет «понимание-знание». Соответственно, данный тип самоинтерпретации предполагает создание представления о себе на основе анализа своего поведения и деятельности.

Взаимозависимая самоинтепретация обнаружила высокую положительную корреляцию с показателем рефлексии внутреннего мира других людей и значительно меньшую отрицательную корреляцию с показателем ситуативной рефлексивности. Результаты регрессионного анализа показали статистически незначимое влияние показателей рефлексивности на уровень взаимозависимого типа самоинтерпретации. Соответственно, можно говорить о незначительном влиянии когнитивных компонентов на взаимозависимый тип самоинтерпретации.

Полученные результаты соответствуют эмпирическим данным зарубежных исследователей [22]. Согласно этим данным, индивиды с высоким уровнем взаимозависимой самоинтерпретации имеют тенденцию подчеркивать свою связь со значимыми другими и ведут себя так, чтобы поддерживать и укреплять существующие связи. В Я-концепции обладателей «взаимозависимой самоинтерпретации» преобладает социальная идентичность, они склонны описывать себя в терминах социальных ролей, а основа их самоотношения - соответствие ожиданиям окружающих [23].

В контексте зависимой самоинтерпретации отношения с другими рассматриваются как интегральная часть бытия личности. Соответственно, ее мысли, чувства и желания могут быть поняты в свете мыслей, чувств и желаний значимых других, в отличие от индивидов с независимым типом самоинтепретации. Для индивидов с зависимым типом самоинтепретации обязательства по отношению к другим и отзывчивость к нуждам других формируют моральные решения и социальные взаимодействия, цели и нужды семьи и других людей часто важнее собственных [24]. Именно поэтому индивиды с взаимозависимой самоинтерпретацией стремятся к пониманию окружающих людей, их мотивов, целей и намерений. Индивиды с взаимозависимым типом самоинтерпретации постоянно старается понять, «интерпретировать» чувства, мысли, мотивы поведения других людей, понять, каковы их цели.

Люди с «взаимозависимой самоинтерпретации» чаще представляют себя участниками определенных социальных отношений (например, «Я» с членами семьи, «Я» со своим приятелем) или внутри специфического контекста («Я» в школе, «Я» на работе). В данном случае самоинтерпретация осуществляется изнутри социокультурной среды: понимание субъектом себя как члена определенной общности. Взаимозависимые индивиды постоянно соотносят свои поступки и намерения с ценностями и целями той общности, которую они считают «своей», конструируют представление о себе в культурном и социальной контексте.

Таким образом, высокий уровень взаимозависимой самоинтерпретации осуществляется за счет высокой рефлексивности поведения и внутреннего мира других людей. По нашему мнению, данный тип самоинтерпретации ближе всего к типу понимания себя, которое Знаков называет «понимание-интерпретация». Соответственно, данный тип самоинтерпретации предполагает создание представления о себе на основе анализа поведения других людей, их отношения к нему, соответствия ожиданиям окружающих и, шире, соответствие ценностям общности.

Показатель металичностной самоинтерпретации не обнаружил связи с показателем рефлексивности. Результаты регрессионного анализа показали, что общий показатель рефлексивности статистически значимо отрицательно влияет на уровень металичностного типа самоинтерпретации. Соответственно, можно говорить, что чем выше уровень рефлексивности, тем ниже уровень металично-стной самоинтерпретации. Высокая рефлексивность, склонность к постоянному самоанализу, мешает формированию металичностного типа самоинтерпретации. Данный тип самоинтерпретации основан на большем принятии субъектом противоречий в своем Я и меньшем стремлении всему найти рациональное объяснение. Индивиды с высоким уровнем металичностной самоинтерпретации склонны к отказу от оперирования жёсткими, заранее заданными дихотомическими альтернативами.

Полученные результаты согласуются с результатами эмпирических исследований ДеЧикко и Стройнк, выявивших связь уровня металичностной самоинтерпретации с толерантностью к неопределенности, для индивидов с данным типом самоинтерпретации характерно стремление к изменениям, новизне и оригинальности, готовность идти непроторенными путями, иметь возможность самостоятельности и выхода за рамки принятых ограничений [12]. Индивиды с высоким уровнем металичностной самоинтерпретации открыты для нового опыта, не скованы имеющимися рациональными схемами.

Металичностная самоинтерпретация в наибольшей мере соответствует тому, что В.В. Знаков рассматривает как «понимание-постижение», отмечая, что феномен постижения является «неотъемлемой частью человеческого бытия, экзистенции, не поддающейся рефлексивному анализу» [2, с. 22].

Выводы

1. Разные типы самоинтерпретации имеют разную содержательную структуру: ауторефлексивность включена в структуру независимой самоинтер-претации, рефлексивность поведения других людей - в структуру взаимозависимой самоинтерпретации и не включена в структуру металичностной самоинтер-претации.

2. Высокий уровень независимой самоинтерпретации обеспечивается за счет высокого уровня рефлексивности, склонности к самоанализу, анализу прошлого опыта и планирования будущих действий. Данный тип самоинтерпрета-ции предполагает создание представления о себе на основе анализа своего поведения и деятельности.

3. Высокий уровень взаимозависимой самоинтерпретации осуществляется за счет высокой рефлексивности поведения и внутреннего мира других людей. Данный тип самоинтерпретации предполагает создание представления о себе на основе анализа поведения других людей, их отношения к нему, соответствия ожиданиям окружающих и, шире, соответствие ценностям общности.

4. Высокий уровень металичностной самоинтерпретации связан с отказом от когнитивных механизмов самопознания. Металичностная самоинтерпретация основана на принятии субъектом противоречий в своем Я и окружающем мире.

Список литературы

1. Знаков В.В. Понимание, постижение и экзистенциальный опыт // Вопросы психологии. 2011. № 6. С. 15-24.

2. Знаков В.В. Три традиции психологических исследований - три типа понимания//Вопросы психологии. 2009. № 4. С. 14-23.

3. Damon W., Hart D. The development of self-understanding from infancy through adolescence // Child development 1982. V. 53. № 4. P. 841-864.

4. Кайгородов Б.В. Самопонимание: миф или реальность. М, 2000. 194 с.

5. Appelbaum SA (1973). Psychological-mindedness: word, concept and essence. The International journal of psycho-analysis 54 (1). Р. 35-46.

6. Farber, B.A. (1985). The genesis, development, and implications of psycho-logical-mindedness in psychotherapists. Psychotherapy, 22(2), 170-177.

7. Роджерс К. К науке о личности. // История зарубежной психологии ( 30-60-е гг. ХХ в.). М., 1986. С. 200-230.

8. Братченко С.Л. Экзистенциально-гуманистический подход Джеймса Бюджентала: человек в поисках самого себя//Психологические проблемы самореализации личности. Вып.2. С.-Пб., 1998, С. 56-66.

9. Жорняк Е.С. Нарративная терапия: от дебатов к диалогу // [Электронный ресурс] // Московский психотерапевтический журнал. 2001. № 3. URL: http://psychol.ras.ru (дата обращения 17.02.10). 20010413

10. Markus, H. R., & Kitayama, S. (1991). Culture and the self: Implications for cognition, emotion, and motivation. Psychological Review, 98, 224-253.

11. Singelis, T. M. (1994). The measurement of independent and interdependent self-construals. Personality and Social Psychological Bulletin, 20, 580-591.

12. DeCicco, T. L. & Stroink, M. L. (2007). A third model of self-construal: The metapersonal self. International Journal of Transpersonal Studies, 26, 82-104.

13. Мацумото Д. Психология и культура. Спб, 2010. 416 с.

14. Cook-Greuter S. R. Rare forms of self-understanding in mature adults // Transcendence and mature thought in adulthood. The further reaches of adult devel-

opment / Eds. M.E. Miller, S. R. Cook-Greuter. L.: Rowman and Littlefield publishers. Inc., 1994.

15. Леонтьев Д.А. Аверина А.Ж. Феномен рефлексии в контексте проблемы саморегуляции [Электронный ресурс] // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2011. N 2(16). URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 28.03.2012). 0421100116/0012.

16. Семенов И.Н. Развитие проблематики рефлексии и ее изучение на факультете психологии Высшей школы экономики // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2007. Т. 4. № 3. С. 108-126.

17. Карпов А.В. Рефлексивность как психическое свойство и методика ее диагностики // Психологический журнал. 2003. Т. 24, № 5. С. 45-57.

18. Карпов А.В. Психология рефлексивных механизмов деятельности. М.: ИП РАН, 2004.

19. Тучина О.Р. Феномен самоинтерпретации личности, типы и измерение самоинтерпретации // Научные проблемы гуманитарных исследований. Пятигорск, 2011. № 7. С. 183-193.

20. Тучина О.Р. Металичностная самоинтерпретация: концепция и ее измерение // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. 2012. № 1. С. 91-95.

21. Leary, M. R., Tamboi; E. S., Terdal, K, & Downs, D. L. (1995). Self-esteem as an interpersonal monitor: The sociomeler hypothesis. Journal of Personality and Social Psychology, 68, 518-530

22. Markus, H. R., & Kitayama, S. (1994). A collective fear of the collective: Implications for selves and theories of selves. Personality and Social Psychology Bulletin, 2Q, 568-579.

23. Trafimow, D, Triandis, H. C, & Goto, S.G. (1991), Some testa of the distinction between the private self and the collective self. Journal of Personality and Social Psychology, 6Q, 649-655

24. Lyons, N, P. (1983). Two perspectives: On self, relationships, and morality.

Harvard Educational Review, 53, 125-145

References

1. Znakov V.V. Voprosy psihologii [Guestions of psychology], no. 6 (2011):

15-24.

2. Znakov V.V. Voprosy psihologii [Guestions of psychology], no. 4 (2009):

14-23.

3. Damon W., Hart D. The development of self-understanding from infancy through adolescence. Child development 53, no. 4 (1982): 841-864.

4. Kajgorodov B.V. Samoponimanie: mif ili real'nost' [Self-understanding: myth ore reality]. M.: Izd-vo Moskovskogo psihologo-soc. in-t, 2000. 194 p.

5. Appelbaum S.A. Psychological-mindedness: word, concept and essence. The International journal of psycho-analysis 54, no. 1 (1973): 35-46.

6. Farber B.A. The genesis, development, and implications of psychologicalmindedness in psychotherapists. Psychotherapy 22, no. 2 (1985): 170-177.

7. Rodzhers K. K nauke o lichnosti [To science of personality]. M., 1986, pp. 200-230.

8. Bratchenko S.L. Psihologicheskie problemy samorealizacii lichnosti [Psychological problems of self-actualization], no. 2 (1998): 56-66.

9. Zhornjak E.S. Moskovskijpsihoterapevticheskij zhurnal [Moscow journal of

psychotherapists], no. 3 (2001).

http://psychol.ras.ru/ippp_pfr/j3p/pap.php?id=20010413

10. Markus, H. R., & Kitayama, S. Culture and the self: Implications for cognition, emotion, and motivation. Psychological Review, no. 98 (1991): 224-253.

11. Singelis, T. M. The measurement of independent and interdependent self-construals. Personality and Social Psychological Bulletin, no. 20 (1994): 580-591.

12. DeCicco, T. L. & Stroink, M. L. A third model of self-construal: The metapersonal self. International Journal of Transpersonal Studies, no. 26 (2007): 82-104.

13. Macumoto D. Psihologija i kul'tura [Psychology and cultural]. Spb, 2002. 416

P.

14. Cook-Greuter S. R. Rare forms of self-understanding in mature adults // Transcendence and mature thought in adulthood. The further reaches of adult development / Eds. M.E. Miller, S. R. Cook-Greuter. L.: Rowman and Littlefield publishers. Inc., 1994.

15. Leont'ev D.A. Averina A.Zh. Psihologicheskie issledovanija [Psychological researches] 16, no. 2: (2011). http://psystudy.ru (accessed March 28, 2012). 0421100116/0012.

16. Semenov I.N. Psihologija. Zhurnal Vysshej shkoly jekonomiki - Psychology. [Magazine of the Higher school of economy] 4, no. 3 (2007): 108-126.

17. Karpov A.V. Psihologicheskij zhurnal [Psychological magazine] 24, no. 5 (2003): 45-57.

18. Karpov A.V. Psihologija refleksivnyh mehanizmov dejatel'nosti [Psychology of reflective mechanisms of activity]. M., 2004.

19. Tuchena O.R. Nauchnye problemy gumanitarnyh issledovanij [Scientific problems of humanist investigations], no. 7 (2011): 183-193.

20. Tuchena O.R. Izvestija vysshih uchebnyh zavedenij [News of higher educational institutions. North Caucasian region. Social sciences], no. 1 (2012): 91-95.

21. Leary, M. R., Tamboi; E. S., Terdal, K, & Downs, D. L. Self-esteem as an interpersonal monitor: The sociomeler hypothesis. Journal of Personality and Social Psychology, no. 68 (1995): 518-530.

22. Markus, H. R., & Kitayama, S. A collective fear of the collective: Implications for selves and theories of selves. Personality and Social Psychology Bulletin, no. 20 (1994): 568-579.

23. Trafimow, D, Triandis, H. C, & Goto, S.G. Some testa of the distinction between the private self and the collective self. Journal of Personality and Social Psychology, no. 60 (1991): 649-655.

24. Lyons, N, P. Two perspectives: On self, relationships, and morality. Harvard Educational Review, no. 53 (1983): 125-145.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Тучина Оксана Роальдовна, кандидат психологических наук, доцент кафедры философии Кубанского государственного технологического университета

Кубанский государственный технологический университет ул. Московская, д. 2, г. Краснодар, 350072, Россия tuchena@yandex. ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Tuchena Oksana Roaldovna, candidate of psychological science, associate professor department of philosophy Kuban state technological university

Kuban state technological university

2, Moskovskaya street, Krasnodar, 350072, Russia tuchena@yandex. ru

Рецензент:

Ожигова Л.Н., д. пс. н., профессор кафедры психологии личности Кубанского государственного университета