Актуализация метафорической модели «Политика это война» в немецкоязычном политдискурсе

УДК 811.112.2

Керимов Р. Д.

Актуализация метафорической модели «Политика - это война» в немецкоязычном политдискурсе

В статье рассматриваются некоторые лингвокогнитивные особенности исследования метафорических единиц, актуализирующих субсферу-источник «Военные действия» в современной немецкой социальной коммуникации. Узуальные метафорические значения отражают стереотипные культурные образы, которые развиваются в дискурсивном пространстве.

The paper presents some of the cognitive linguistic peculiarities of the metaphorically used words and phrases that activate the Source sub-domain “Warfare” in the current social communications in German. The metaphor meanings in usage reflect the culture's stereotypical imagery which develops within the space of the discourse.

Ключевые слова: политический дискурс, немецкий язык, метафорическая модель, языковая картина мира, концептуальная метафора.

Key words: political discourse, the German language, metaphorical model, linguistic worldview, conceptual metaphor.

В современном языкознании разнообразные исследования политического дискурса получили широкое распространение и охватывают коммуникативные, дискурсивные, идеологические, когнитивные и иные его аспекты, в том числе в последней связи - изучение метафорической системы политического языка в рамках той или иной лингвокультуры [см.: 1; 2; 3; 5]. С точки зрения своей когнитивной природы метафора выступает в языке политики не как образное средство и не как средство (вторичной) номинации, а как инструмент познания социальной реальности, накопления, упорядочивания, переработки и передачи знаний и опыта в данной важной области человеческой жизнедеятельности, охватывающей общественно-социальные отношения.

Как показывают результаты исследований на материале различных языков и политических культур, метафора всегда этноспецифична и несет в себе, как и весь язык в целом, отпечаток культур того общества, который ее «породил» [3], однако метафорические образы могут быть сформированы под воздействием со стороны других культур и/или быть заимствованы из них.

В немецком политическом дискурсе метафорические номинации носят, с одной стороны, узуальный характер, так как некоторые метафорические образы закреплены в словаре немецкого языка (актуальные «живые» и уже «мертвые» вторичные наименования), с другой стороны, они появляются и в дискурсивной практике в социально-политической сфере гер-

© Керимов Р. Д., 2013

манского государства и общества и в языке СМИ, причем как на основе традиционных образов, расширяя и развивая их, так и в виде «креативных» неологизмов в определенных контекстах.

Когнитивная сущность метафоры понимается как бинарное сопряжение двух понятийных (концептуальных) сфер (из первой проистекает, а во вторую проецируется метафорический образ), упорядочивающихся в виде определенной схемы или модели [см.: 5].

Источниками политической метафорики в немецком политическом языке предстают различные понятийные сферы [3], обладающие как определенными структурно-семантическими свойствами и характеристиками степени сложности (разветвленности) фреймо-слотовой системы, так и проявляющие квантитативные параметры функциональных свойств частотности, продуктивности, доминантности, при этом метафорические единицы активно вступают в парадигматические и синтагматические отношения в рамках одной модели (из одной концептосферы) и с элементами других моделей (концептосфер).

Ситуации политического противостояния в современной единой Германии и в Европейском Союзе, где Г ермания играет доминирующую роль в экономике и в политическом плане, ярко и наглядно манифестируют метафоры исходной понятийной субсферы «Война», охватывающей номинации войны и ее видов, военных походов и кампаний, различных ее аспектов (начало и завершение боевых действий, мобилизация и демобилизация, битвы и сражения, поле битвы и места сражений, итоги войны (победа, поражение) и пр.).

В немецкоязычном политическом дискурсе описываются ситуации острого межпартийного и межфракционного (внутриполитического) противостояния. В целом следует констатировать, что мотивы войны прочно интегрированы в немецкую лингвокультуру, что в полной мере отражает и «богатую» историю войн, которые вели германцы / немцы, начиная с древности, когда германцы захватили и разрушили Римскую империю, и заканчивая XXI веком, когда ФРГ как член НАТО участвовала и участвует в военных операциях (под военным руководством США) в Европе (на Балканах), на Ближнем Востоке и в Средней Азии (Афганистан). Германцы на всем протяжении своей истории воевали, в связи с чем военные понятия органично влились в социальную субсистему немецкого языка, не воспри-нимаясь негативно (в зависимости от передаваемого смысла и описываемой ситуации). Если речь не идет о военных потерях и/или разрушениях, что несет в себе негативные коннотации, то военная метафора вполне уместна и активно используется немецкими политиками для описания различных социально значимых ситуаций, политических процессов и явлений.

«Милитаризация» сферы политики осуществляется в первую очередь благодаря переносам соответствующих наименований на основе сходства по действию (переосмысления буквальных действий, явлений, состояний), когда система отношений, события и ситуации войны проецируются на це-

лостную немецкую политическую систему и на отдельных ее субъектов (политиков, партии, правительство и т. д.).

Фрейм «Война и ее итоги» в современном немецком политическом дискурсе упорядочивается тремя слотами: «Война и военные походы», «Начало и завершение военных действий» и «Битва, сражение», в которых на первый план выдвигаются различные аспекты милитарной субсферы.

Первый фрагмент отражает войну как полномасштабные боевые действия. Война и военные походы в области политики - это противостояние основных политических сил современной Германии: блока ХДС / ХСС (Христианско-демократический союз / Христианско-социальный союз) (die CDU / CSU), которому принадлежит действующий федеральный канцлер Ангела Меркель (с 2005), и СДПГ (Социал-демократическая партия Германии) (die SPD), от которой канцлером единой Германии был Герхард Шрёдер (1998 - 2005).

Так, понятие войны метафорически переносится как на собственно межпартийные и межфракционные (в бундестаге) отношения, так и на другие виды общественной деятельности, например, общение в СМИ и PR, ср.: „Laufen die Konfliktlinien uberhaupt noch entlang der Parteigrenzen?“ [12, S. 279].

Из военной истории Германских империй переносный смысл приобретают понятия „der Kolonialismus“ («колониализм») и „die Expansion“ («экспансия»), которые используются в составе сложных слов, выражая определенные виды политики государства. Так, первичное значение слова „die Expansion“ - „das Expandieren (1)“, „die VergroBerung“ [7] - отражается на переносном значении, выражающем стремление к увеличению сфер своего политического и военного влияния.

Позднее, уже в Новейшее время (третья четверть XX века) эта метафора спроецировалась в экономическую сферу, означая расширение рынков сбыта своей продукции («экономическая экспансия»). Понятие экспансии (в метафорическом смысле) получило развитие в многочисленной группе композитов с первым компонентом „Expansion(s)-“, которые описывают разные аспекты этого явления: «политику экспансии» („die Ex-pansionspolitik“) и проводящих ее «политиков» („die Expansionspolitik“), «сторонников» экспансии („der Expansionist“) и т. д.

В немецкой политике появилось также понятие „der Okokolonialismus“, сокращение от „der okologische Kolonialismus“, то есть активное использование природных ресурсов в промышленных целях, например: „Wenn wir ernst machen mit einer solchen Politik, dann haben Vor-wurfe wie „Okokolonialismus“ keine Grundlage“ [13, S. 266].

Понятием экспансии манифестируются прежде всего явления, связанные с распространением культуры и образования, как правило, в другие страны, как это представлено в том числе и в метафоре-композите „die Bil-dungsexpansion“ («образовательная экспансия»): „Die groBen Schwellenlan-der vollziehen die Bildungsexpansion gegenwartig mit groBer Geschwindigkeit...“ [14, S. 299].

В 2001 году после терактов в Нью-Йорке (США) американскими политиками в обиход была введена метафора «крестовый поход» („der Kreuz-zug“), которая должна была создать впечатление об ответных военных мероприятиях США как о выполнении «святой» миссии борьбы с мировым терроризмом и тем самым создать предпосылки для самолегитимации применения военной силы против заранее обусловленных целей. Эта же метафора стала использоваться и виртуальными оппонентами США, против которых она и была направлена, с целью придать конфликту США / Аль Каида статус религиозной борьбы (ислам против христианства), и европейскими союзниками США, включая германских политиков. Так, в частности, немецкий президент Й. Рау, бывший до своего президентствования священником, критиковал данное понятие, ср.: „Und bin Laden spricht auch von „Kreuzzugen“ der Kapitalisten“ [15, S. 394].

В некоторых контекстах образ «крестового похода» развивается путем введения других, семантически близких метафор, которые расширяют данную ситуацию и придают ей иной смысл. Так, Й. Рау в одной из своих речей в ответ на призывы к «крестовым походам» высказал мнение, что «крестовые походы» заканчиваются большими жертвами и современной политике нужны не «воины господни» („Krieger Gottes“), а добрые «самаритяне» („Samariter“): „Und er spricht von Kreuzzugen. Wer von den Kreuzzugen etwas weiB, der weiB, wie viele Menschen dabei zu Tode gekommen sind, obwohl sie schuldlos waren. Und Kreuzzuge helfen keinem weiter. Deshalb brauchen wir mehr Samariter und weniger Krieger Gottes“ [15, S. 395].

В словарь немецкого языка внесено традиционное политическое понятие „die Wahlkampagne“ («предвыборная кампания»). Традиционными уже давно стали понятия «экономическая», «торговая», «дипломатическая» и т. п. войны, которые выражают состояние напряженного отношения между странами или введение взаимных экономических санкций (по политическим и пр. причинам).

Также переносные значения в немецком языке активно получает военное понятие „der Kleinkrieg“ («малая [локальная] война; партизанская война»), которое проецируется в сферу социальных и межличностных отношений, где выражает значение „dauernder Streit um Kleinigkeiten, standige Reibereien“ [7] («долгий спор о мелочах, постоянные разногласия»).

У вербального деривата-конверсива „kleinkriegen“ значение партизанской войны отсутствует, но милитарная составляющая реализуется в одном из значений: „kleinkriegen“ - 1) «промотать (состояние)»; 2) «одержать верх (над кем-либо), одолеть (кого-либо), сломить (чье-либо) сопротивление; согнуть в бараний рог (кого-либо)» [6], например: „er lasst sich nicht kleinkriegen“ («он не сдается»).

Наименования этапов войны - начало и завершение военных действий - активно используются в политической риторике в переносном смысле. Любая война имеет свое начало и свой конец. Окончание войны сигнализирует о победе одной сторон и, соответственно, поражении дру-

гой. Основная задача в войне - победа над противником, подрыв или захват его ресурсов. В области современной немецкой политики термины, обозначающие фазы и цели войны, провозглашают объявление «войны» мировому терроризму (не только ФРГ, но всеми Западными «демократиями») и желательную, непременную «победу» над ним, что выражается глаголами „bekampfen“, „besiegen“, „gewinnen“, ср.: „Wir mussen den Terrorismus bekampfen, und wir werden ihn besiegen“ [15, S 103]; Genau so wichtig ist es, in den Staaten Europas das offentliche Bewusstsein fur die Notla-ge der Migranten zu scharfen und das Gift des Rassismus und der Fremden-feindlichkeit zu bekampfen“ [16, S. 218].

Для данных вербальных метафор характерна дистрибуция с единицами других понятийных субсфер: «религиозной» („die Propheten der Ge-walt“) и «фитоморфной» (,j-n den Boden entziehen“), благодаря чему создается комплексный метафорический образ, например: „Wer den Terro-rismus wirklich besiegen will, der muss durch politisches Handeln dafur sorgen, dass den Propheten_der Gewalt der_B_oden_entzogen wird“ [15, S. 103].

В сфере внешнеэкономической деятельности важным является выход на новые рынки сбыта, что традиционно вербализуется метафорой „er-obern“: „Zukunft bedeutet dabei, neue Wege zu gehen, Visionen zu haben, neue Markte zu erobern - rund um den Globus wie in der Nachbarschaft“ [11].

Окказиональное метафорическое словоупотребление может описывать в свою очередь комплекс факторов, связанных с экономикой, политикой и пр.: „Ich glaube auch nicht, dass es zu einem groBen Ansturm von Deutschen kommt, die hier in Polen Grund erwerben wollen“ [14, S. 503].

Негативными итогами войны является военное поражение, капитуляция, которые манифестируют неспособность достижения поставленных целей, разрешения насущных и важных проблем и иные политические неудачи, ср.: „1st die Politik somit auf dem besten Wege, vor der Komplexitat der Probleme des gesellschaftlichen Lebens zu kapitulieren?“ [12, S. 321]; „Das geht von der begeisterten Zustimmung fur Ihre Friedenspolitik bis zur Ableh-nung und zur politischen Niederlage, weil diese Politik zum Spielball eines mit allen medialen Mitteln gefuhrten Kampfes des schon erwahnten Gestrigen wur-de“ [13, S. 122].

Итогом «предвыборной кампании» может быть как победа („der Wahl-sieg“, „der Wahlsieger“, „die Wahlsiegerin“), так и поражение („die Wahlnie-derlage“), ср.: „ein uberraschender, hoher, deutlicher Wahlsieg“; „einen Wahlsieg erringen“; „sie feiern ihren Wahlsieg“; „im Falle eines Wahlsiegs der Konservativen wird sie AuBenministerin“; „eine schwere Wahlniederlage er-leiden“.

Ситуация начала военных действий и их окончания связана с понятиями «мобилизации» и «демобилизации». В политической сфере мобилизация („die Mobilisierung“, „mobilisieren“) затрагивает, как правило, экономические и материальные ресурсы государства для определенных социально-экономических целей [см. про финансово-экономическую ме-

тафору: 4], как это представлено, например, в следующих контекстах политических речей: „Hatten wir dies getan, hatten wir zwischen 20 und 25 Mil-liarden Mark mobilisieren mussen“ [21]; „Mit dem „Sofortprogramm von Bundesregierung und IuK-Wirtschaft zur Deckung des IT-Fachkraftebedarfs in Deutschland“ vom Fruhjahr 2000 hat die Bundesregierung eine Vielzahl von MaBnahmen zur Mobilisierung des Fachkraftepotenzials eingeleitet“ [11].

Помимо этого мобилизоваться могут идеи, решения, усилия для решения определенных идеологических, культурных и гуманитарных задач, ср.: „Welche Idee vermag die Menschen kunftig fur Europa zu mobilisieren?“ [8, S. 16].

При метафорической концептуализации немецкой политики в терминах войны и военных действий еще одним важным фрагментом является группа наименований с архисемой «битва, сражение».

Метафорическое употребление лексем «борьба» („der Kampf“‘) и «битва» („die Schlacht“) стало уже традиционным применительно к сфере политики (ср. в рус. яз.: «политическая борьба», «предвыборная борьба» и т. д.). Метафора „Kampf“ описывает, как правило, взаимоотношения разных политических сил Германии (партий, фракций, правительства и оппозиции) и употребляется как отдельное самостоятельное слово, так и в качестве последнего компонента сложного слова: „In den letzten Wochen ist gelegentlich die Frage gestellt worden, ob denn nun der «Kampf der Kulturen» begonnen ha-be oder bevorstehe, den Samuel Hintington seit 1993 in einem Aufsatz und dann in seinem bekannten Buch vorausgesagt hat“ [15, S. 160].

Компонент „-kampf“ является частью композита, когда речь идет о какой-то конкретной ситуации, например, о федеральной предвыборной кампании в Германский бундестаг или о земельных выборах, где первый компонент как раз и конкретизирует данный аспект („der Wahlkampf“, „der Bundestagswahlkampf“): „Ich m6chte gerne deutlich machen, dass wir mit die-sem Gesetzentwurf nicht die Hoffnung verbinden - ich jedenfalls nicht, Herr Bosbach -, dass damit die Debatte uber Zuwanderung beendet sei, egal ob im Wahlkampf oder auBerhalb des Wahlkampfes“ [18]; „Ich wunsche mir, daB sich unser Gemeinwesen solchen Fragestellungen zuwendet, spatestens dann, wenn sich die multimedialen Nebelschwaden des Bundestagswahlkampfes verzogen haben werden“ [9, S. 13].

Политическое понятие „der Wahlkampf“ уже настолько традиционно, что потеряло всякую образную силу и стало языковой метафорой, что находит свое выражение также и в дальнейшей морфологической деривации, то есть в образовании сложных слов с первым компонентом „Wahlkampf-“, являющимся атрибутом по отношению ко второму (с точки зрения морфемного состава - третьему) компоненту. Словообразование развивается как на узуальном уровне (подобные слова уже отмечены в толковом словаре), так и на окказиональном (индивидуально-авторские новообразования с, как правило, реанимированной образностью). Так, узуальными являются такие композиты, как, например: „die Wahlkampfkosten“ (Pl.) («расходы на

предвыборную кампанию»);„das Wahlkampfabkommen“ - „Abkommen zwi-schen Parteien, in dem bestimmte Verhaltensregeln fur einen Wahlkampf festge-legt sind“ [7]; „das Wahlkampfthema“ - „Thema, das in einem Wahlkampf eine Rolle spielt“ [7], например: „diese Frage ist kein geeignetes Wahlkampfthema; „etwas zum Wahlkampfthema machen“. Помимо этого, от слова „der Wahl-kampf“ произошли слова, обозначающие действующих лиц в процессе выборов, соответственно мужского и женского пола: „der Wahlkampfer“ и „die Wahlkampferin“.

Яркие метафорические образы реализуются при поддержке традиционной милитарной метафорики окказиональными лексическими единицами из той же самой понятийной субсферы, что в свою очередь также «регенерирует» образность традиционной метафоры. Окказиональные метафорические контексты при этом могут развиваться за счет введения различных лексических единиц из военной сферы, создающих более развернутые образы и/или содержащих уточнение, объяснение той или иной манифестируемой ситуации. Так, преднамеренное введение оппонентов в заблуждение через СМИ создается погодно-климатической метафорой „die Nebelschwaden“ («клубы дыма»), которые по функции близки дымовой завесе (также скрывают истинные намерения и пр.).

Ситуация борьбы может пересекаться со спортивной тематикой, как это представлено в следующем примере, где в контекст введена спортивная метафора „der Spielball“ («игровой мяч, игрушка») и присутствует также другое военное понятие - „die (politische) Niederlage“ («(политическое) поражение»): „Das geht von der begeisterten Zustimmung fur Ihre Friedenspo-litik bis zur Ablehnung und zur politischen Niederlage, weil diese Politik zum Spielball eines mit allen medialen Mitteln gefuhrten Kampfes des schon erwahn-ten Gestrigen wurde“ [13, S. 122].

Понятие о ведении честной / нечестной предвыборной борьбы передается посредством экспликации используемых видов оружия. Так, сабля („der Sabel“) и тяжелое холодное оружие („die Schlagwaffe“) считается грубым, недостойным оружием (передает использование нечестных методов ведения предвыборной кампании), в то время как честной и адекватной является рапира („das Florett“), при этом «сабля» и «рапира» могут выступать антонимами: „Und da, glaube ich, ist das Land auf einem guten Weg, auch wenn gegenwartig ein Wahlkampf gefuhrt wird, bei dem manche den Sabel statt des Floretts benutzen“ [16, S. 585].

Интересными представляются случаи наложения нескольких (как правило - двух) метафорических образов, которые соответственно условно именуются «двойной» метафорой. Так, предикатом метафоры „der Wahl-kampf ‘ может стать понятие из спортивной сферы „der Wettbewerb“, и тогда схема метафорического значения будет выглядеть следующим образом: «предвыборная агитация» <- „Wahlkampf^ „Wettbewerb“, как это представлено в следующем фрагменте: „Wir leisten zu wenig fur die Bil-dung. Das hangt aber auch damit zusammen, dass аП Раrteien dazu neigen,

Wahlkampfe zu einem Wettbewerb uber Steuersenkungen zu machen“ [16, S. 591].

Еще более сложным в семантическом плане является наслоение значений в рамках одного сложного слова, когда компоненты композита-метафоры вступают в отношения главного и зависимого элементов (главное слово и его определение), например: „die Wahlkampfgetose“ («шум / гул / рокот предвыборной кампании») = „das Getose des Wahlkampfes“, где ситуация «предвыборной борьбы» расширяется природной метафорой „das Getose“ («бушевание; гул, шум; рокот; вой (ветра)»), создавая чувственнонаглядный аудиальный образ развертывающейся политической борьбы: „Das Gerede der SPD vom Kassensturz ist angesichts des von der Bundesregie-rung vorgelegten vollstandigen Zahlenwerks nichts anderes als Wahlkampfgeto-se“ [23, S. 3]. ^

В идиостиле федерального президента ФРГ Й. Рау широкое распространение получила метафора «окопные битвы/войны» („Grabenkampfe“, „Grabenkriege“), которая образно представляла внутригерманские межпартийные отношения как сводившиеся к бесконечным идеологическим спорам и мешавшие конструктивной работе, например: „Es ist nicht meine Aufgabe, mich an parteipolitischen Grabenkampfen zu beteiligen“ [14, S. 409]; „Die Zeiten ideologischer Grabenkriege gehoren der Vergangenheit an“ [16, S. 634].

Еще одним смыслом метафоры „Kampf“ является обозначение социально-политических мер, предпринимаемых государством с целью противодействия криминалитету, терроризму и пр. В данном случае метафорический образ менее ярок, поскольку роль воюющей стороны играет вместо армии всё государство (реализация метонимического расширения «армия (как часть государства)» «государство (в целом)») или иные международные структуры (НАТО, ООН и т.д.), обладающие также силовыми подразделениями, ср., например, следующие окказиональные контексты: „Die Vereinten Nationen haben sich im Kampf gegen den internati-onalen Terror als unersetzliche Kraft und Handlungsrahmen der Volkergemein-schaft profiliert“ [17].

Глагол „kampfen“ («бороться») в свою очередь выражает приложение сил для достижения поставленной цели, связанное с преодолением трудностей: „Wir werden klar machen, dass wir nicht damit rechnen, dass 2010 Ende der Fahnenstange im Bergbau ist. Es wird einen Bergbau danach geben. Er wird noch einmal anders aussehen als der jetzige. Aber wir kampfen darum, dass es eine Perspektive daruber hinaus gibt“ [20].

У лексемы „die Schlacht“ («битва») зафиксированы случаи употребления в переносном смысле только с определяемым словом (как правило - в составе сложного слова в качестве последнего компонента) при описании вербальных межпартийных разногласий („ideologische Schlachten“, „die Redeschlacht“) и столкновения позиций/мнений отдельных политиков („die Willensschlacht“): „Das waren alles wichtigere Projekte als verbale Reden-

schlachten“ [10, S. 9]; „Dutzende von Finanzministern und Zentralbankern nahmen an den Brusseler Verhandlungen teil, am Ende lief alles auf eine „Wil-lensschlacht“ zwischen zwei Mannern...“ [12, S. 44].

При описании процессов политических «битв» используется вербальное словосочетание „eine Schlacht schlagen“, например: „Gerade in den neu-en Landern sind diesbezuglich noch langst nicht alle ideologischen Schlachten geschlagen“ [22, S. 10]; „Wir wollen nicht alles anders, aber vieles besser ma-chen. Daran werden wir uns halten. Das sagen wir denen, die heute die Schlachten des Wahlkampfes noch einmal schlagen wollen“ [19, S. 7].

Также метафора „die Schlacht“ может выступать синонимом метафоры „der Wahlkampf“, ср.: „Wen kann die Opposition gegen den Kanzler in die Schlacht (in den Wahlkampf) schicken?“ [7].

Таким образом, следует отметить, что современный немецкоязычный политический дискурс пронизан «духом» внутриполитического и межпартийного соперничества, которое метафорически вербализуется в том числе и военными терминами и понятиями, уже прочно закрепившимися в словесном «арсенале» общественно-политических деятелей ФРГ и ставшими органической частью современной немецкой политической культуры.

Список литературы

1. Будаев Э. В., Чудинов А. П. Зарубежная политическая метафорология: монография. - Екатеринбург: УрГПУ, 2008.

2. Будаев Э. В., Чудинов А. П. Лингвистическая советология: монография. - Екатеринбург: УрГПУ, 2009.

3. Керимов Р. Д. Артефактная метафорика в политическом дискурсе ФРГ: уч. пособие / ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет». - Кемерово: Кузбас-свузиздат, 2008.

4. Федянина Л. И. Концепт Geld в немецкой языковой картине мира: Опыт концептуального анализа: уч. пособие / ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет». - Кемерово: Кузбассвузиздат, 2008.

5. Чудинов А. П. Россия в метафорическом зеркале: Когнитивное исследование политической метафоры (1991 - 2000): Монография. - Екатеринбург: Изд-во УрГПУ, 2001.

6. Compact Universal GroBw6rterbuch deutsche Rechtschreibung / Chefred. A. Send-linger. - Munchen: Compact Verlag, 2007.

7. Duden. Das groBe W6rterbuch der deutschen Sprache: in 10 Bd. / Hrsg. vom Wis-senschaftlichen Rat der Dudenredaktion. - 3., v6llig neu bearb. und erw. Aufl. - Mannheim, Leipzig, Wien, Zurich: Dudenverlag, 1999.

8. Fischer J. Zentrale Aufgaben des deutschen Ratsvorsitzes in der EU: Rede vor dem Europaischen Parlament (am 12. Januar 1999 in StraBburg) // IN-Press: Sonderthema. -1999. - ST 18. - S. 10 - 20.

9. Kohn R. Toleranz und Respekt sind unverzichtbar // Das Parlament. - 1998. - Nr. 34-35. - 14./21. August. - S. 12 - 13.

10. Luft Ch. Bundesregierung legt Testament vor // Das Parlament. - 1998. - Nr. 38. -11. September. - S. 9.

11. Muller W. Rede auf dem Deutschen Werbekongress (Munchen, den 7. Marz 2002) // Bulletin 1996-2002 / CD-ROM-Version PC/MAC / Hrsg. vom Presse- und Informa-tionsamt der Bundesregierung. - Berlin, 2003. - Nr. 2002-17-1.

12. Rau J. Reden und Interviews. - Berlin, 2000. - Bd. 1.1.

114

13. Rau J. Reden und Interviews. - Berlin, 2001a. - Bd. 2.1.

14. Rau J. Reden und Interviews. - Berlin, 2001b. - Bd. 2.2.

15. Rau J. Reden und Interviews. - Berlin, 2002a. - Bd. 3.1.

16. Rau J. Reden und Interviews. - Berlin, 2002b. - Bd. 3.2.

17. Scharping R. Rede auf der 38. Konferenz fur Sicherheitspolitik (Munchen, den 3. Februar 2002) // Bulletin 1996-2002 / CD-ROM-Version PC/MAC. - Berlin, 2003. -Nr. 2002-06-3.

18. Schily O. Rede zum Entwurf eines Zuwanderungsgesetzes in der Debatte der 222. Sitzung des Deutschen Bundestages (Berlin, den 1. Marz 2002) // Bulletin 1996-2002 / CD-ROM-Version PC/MAC. - Berlin, 2003. - Nr. 2002-14-2.

19. Schroder G. Die Regierungserklarung von Bundeskanzler vor dem Deutschen Bundestag (Bonn, den 10. November 1998). - Bonn, 1999.

20. Schroder G. Rede beim Besuch der Steinkohlezeche DSK-Anthrazit (Ibbenburen, den 8. Februar 2002) // Bulletin 1996-2002 / CD-ROM-Version PC/MAC. - Berlin, 2003. -Nr. 2002-08-1.

21. Schroder G. Rede auf der Konferenz „Women in European Business“ (Frankfurt am Main, den 5. Marz 2002) // Bulletin 1996-2002 / CD-ROM-Version PC/MAC. - Berlin, 2003. - Nr. 2002-16-2.

22. Vogel B. Schnell gestrickte Stellungnahme // Das Parlament. - 1998. - Nr. 41-42. -

2./9. Oktober. - S. 10.

23. Waigel Th. Deutschland steht mitten im Aufschwung! // Das Parlament. - 1998. -Nr. 38. - 11. September. - S. 3 -4.