Теоретические подходы к проблеме жизненных стратегий условно осужденных несовершеннолетних

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ПРОБЛЕМЕ ЖИЗНЕННЫХ СТРАТЕГИЙ УСЛОВНО ОСУЖДЕННЫХ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

Г. И. Аксенова, Е. Н. Кожевникова

Аннотация: в статье дан анализ теоретических подходов к изучению жизненных стратегий несовершеннолетних осужденных к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества. Приведены статистические данные о количестве осужденных несовершеннолетних, состоящих на учете в уголовно-исполнительных инспекциях. Обозначены актуальность научного исследования и необходимость создания психолого-педагогической программы формирования жизненных стратегий несовершеннолетних, осужденных условно. Дано определение терминам «стратегия» и «жизненная стратегия». Определены основные направления изучения жизненных стратегий в зарубежной и отечественной философии и социологии. Проанализированы подходы к изучению жизненных стратегий в зарубежной и отечественной психологии. Выделены особенности изучения жизненных стратегий в психоаналитическом, гуманистическом когнитивно-бихевиоральном подходах, а также в теории казуальной атрибуции и трансакционном анализе. Освещены базовые в методологическом плане положения при изучении феномена жизненной стратегии отечественных психологов С.Л. Рубинштейна, А.Н. Леонтьева, Б.Г. Ананьева, К.А. Абульхановой-Славской и других. Сделан акцент на психолого-педагогическом направлении изучения жизненных стратегий в работах

Г.А. Чередниченковой и В.Н. Шубки-на, С.С. Гоиншпуна, Л.И. Анцыферовой, Л.И. Божович, И.С. Кона, Д.И. Фель-дштейна, Г.И. Аксеновой и др. Выявлены особенности изучения личности заключенного в историческом аспекте. Выделены основные направления изучения личности несовершеннолетних осужденных современными пенитенциарными исследователями. Обосновано, что исследование феномена жизненной стратегии несовершеннолетних, осужденных к наказаниям, не связанным с лишением свободы, требует комплексного подхода, учета личностных, криминально значимых, психолого-педагогических и сре-довых условий и факторов. Статья будет полезна специалистам по общей, юридической и педагогической психологии, молодежной политике и всем интересующимся проблемами формирования жизненных стратегий.

Ключевые слова: стратегия, жизненная стратегия, условно осужденный несовершеннолетний, подросток, жизненный путь, смысл жизни, ответственность, активность.

Первоочередной и наиболее важной целью исполнения уголовного наказания является исправление осужденных, которое подразумевает формирование готовности и способности вести право-послушный образ жизни. В Концепции развития уголовно-исполнительной системы (УИС) Российской Федерации

до 2020 года поставлена задача усилить психолого-педагогическую работу с осужденными «в направлении обеспечения ресоциализации осужденных, освоения ими основных социальных функций как необходимого условия исправления и успешной адаптации в обществе после освобождения» [1].

Количество преступлений, совершаемых несовершеннолетними, по-прежнему остается на достаточно высоком уровне, что традиционно привлекает внимание ученых и практических работников правоохранительных органов. Статистические данные о состоянии преступности среди лиц подросткового и молодежного возраста согласно отчету УИИ-1 ФСИН России за 2013 г. и начало 2014 г. не перестают вызывать тревогу.

Так, в 2013 г. на территории Российской Федерации отбывали уголовное наказание без изоляции от общества 27 374 несовершеннолетних, из них поставлено на учет за 2013 г. 16 671 человек [2]. На основании данных о находящихся на учете в уголовно-исполнительных инспекциях (УИИ) несовершеннолетних в 2014 г. можно увидеть относительную динамику снижения общего количества осужденных несовершеннолетних с 10 703 человек (на 01.01.2013) до 8 815 человек (на 01.01.2014), однако утверждать о стабильности этого снижения мы не можем. Уровень преступности среди лиц несовершеннолетнего возраста, на наш взгляд, по-прежнему остается высоким.

Сегодня перед сотрудниками уголовно-исполнительных инспекций в отношении несовершеннолетних наряду с выполнением основной функции контроля за исполнением уголов-

ных наказаний, не связанных с изоляцией от общества, ставятся такие важные психолого-педагогические задачи, как осознание и принятие собственных и общественных норм, ценностей, целей, смыслов; обучение стратегическому планированию и организации собственной жизни, умению варьировать способы достижения профессиональных, семейных и личных целей, и многие другие.

На наш взгляд, эти задачи могут быть частично или полностью решены при создании и внедрении в деятельность уголовно-исполнительных инспекций психолого-педагогической программы формирования жизненных стратегий несовершеннолетних, осужденных к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества.

Рассматривая этимологию термина «стратегия», можно увидеть, что он восходит к древнегреческим stratus — «войско» и agein — «вести». На протяжении многих тысячелетий термин «стратегия» использовался лишь в военной лексике [9, с. 216]. Сегодня понятие «стратегия» применяется во многих областях наук и интерпретируется по-разному. В психологическом словаре понятие «жизненная стратегия» определяется как «форма целенаправленной организации человеком собственной жизни, включающая его отношение к собственным возможностям и ресурсам, их актуализации и реализации» [5, с. 131]. В психологической науке это же понятие в основном рассматривается в рамках общей теории личности и тесно переплетается с такими понятиями, как «жизненный путь», «жизненные сценарии», «жизненные планы», «временная перспектива», «образ будущего», и другими. Однако в отличие от схожих по своему смыслу

перечисленных понятий словосочетание «жизненная стратегия», по нашему мнению, включает их в себя в виде внутренних структурных компонентов и отличается наиболее полным соответствием требованиям современных условий жизни, где выбор жизненной стратегии предполагает не только сознательное и планомерное отношение личности к своей жизни, но и возможность рационального ее изменения в соответствии с личным жизненным планом и меняющимися социокультурными условиями.

Анализ имеющихся публикаций свидетельствует, что в историческом аспекте общим моментом в психолого-педагогических исследованиях жизненных стратегий личности как в отечественной, так и зарубежной психологической и педагогической науке, являлись попытки опереться на философские взгляды, раскрывающие феномен жизненной стратегии в категориях «смысл жизни», «цель жизни», «предназначение» и т. д. Смыслы и цели человеческого существования, трактующие понятие жизненной стратегии в древних и современных философских воззрениях (Аристотель, Эпикур, А. Шопенгауэр, Ф. Ницше, Л. Витгенштейн и др.), не наделялись личной значимостью и чаще носили внешне детерминируемый характер. Позднее философы-прагматики предложили вместо поисков истины жизни искать полезное понимание жизни. В контексте исследования формирования жизненных стратегий нам близки позиции представителей философии экзистенциализма (А. Камю, Ж.-П. Сартр, М. Хайдеггер, К. Ясперс, С.О. Кьеркегор), отстаивающие самостоятельность, активность и ответственность самой личности за всю свою жизнь [13, с. 98].

В отечественных научных философских публикациях проблема формирования жизненных стратегий чаще рассматривается как этико-нравственное и личностно-определяемое явление и исследуется в структуре нравственного сознания (В.С. Марков (1969), А.Г. Спир-кин (1972), А.П. Ореховский (1978), П.В. Алексеев, А.В. Панин (2003) и др.).

В социологической науке истоками многочисленных исследований жизненных стратегий послужили элементы концепции стратегического поведения М. Вебера, методология Э. Дюрк-гейма, концепция субъективности и интерсубъективности поведения личности (А. Шюц, П. Бергер, Т. Лукман), теоретические положения В.Н. Шубкина, В.Т. Лисовского и других.

В зарубежной психологии жизненные стратегии с различных позиций рассматривались в психоаналитическом, гуманистическом когнитивно-бихевиоральном подходах, а также в теории казуальной атрибуции и трансакци-онном анализе.

Психоаналитическое направление (З.Фрейд, А. Фрейд, К. Хорни, Э. Фромм и др.) отводит решающую роль в детерминации выбора жизненной стратегии человека подсознательным силам. Исследование жизненных стратегий в данном подходе ориентировано в основном на изучение защитных механизмов, лежащих в бессознательной сфере психики, дальнейшее развитие которого шло в рамках сценарного подхода и трансак-ционного анализа (Э. Фромм, Э. Берн). Развивая некоторые положения концепции трансакционного анализа, современные исследователи Е.П. Варламова и С.Ю. Степанова определили, что активность личности формируется стихийно в

детстве и в течение жизни эта тенденция может угасать, а в зрелом возрасте человек как бы вспоминает о собственном потенциале и уже осознанно избирает ценности собственного бытия. Способность человека обходить социальные стереотипы, мыслить и действовать нешаблонно позволяет ему развиваться и занять свое место в жизни.

Бихевиоральный подход (Б.Ф. Скин-нер, Д. Вольпе, Г.Ю. Айзенк, А. Бандура и др.) в рамках изучения проблемы жизненных стратегий личности претерпел разноплановую методологическую интерпретацию в оперантном бихевиоризме Б.Ф. Скиннера и когнитивно-бихевиоральной теории социального научения А. Бандуры. Б.Ф. Скиннер отрицал свободу воли и автономию личности, а ответственность за поведение человека возлагал на окружающую среду [6, с. 97]. Иного мнения придерживался А. Бандура, по мнению которого главным в определении стратегии поведения человека является его способность мыслить и познавать, а фактору окружающей среды уделяется меньшее внимание. Бандура определил, что человек в большей степени будет стремиться к проявлению собственной саморегуляции, если возьмет на себя ответственность за собственные неудачные или неправильные действия. Он объяснил это действием двух механизмов саморегуляции — выборочным включением и отключением внутреннего контроля. Данное положение дает нам основание предположить возможное наличие у несовершеннолетних условно осужденных второго механизма, который способен уменьшить ответственность личности за выбор собственной жизненной стратегии, если она морально оправды-

вает свои действия или отказывается признавать причинно-следственную связь между своими действиями и их результатами. Анализ публикаций (А. Бек, А. Эллис, У. Драйден, Д. Мейхенбаум и др.) показывает эффективность применения когнитивно-бихевиорального подхода в практической психологии. Мы разделяем некоторые позиции данного направления, признавая, что осознание и принятие личной ответственности является одним из необходимых психологических направлений проведения пси-хокоррекционной и просветительской работы с несовершеннолетними, осужденными условно.

Идеи когнитивных психологов оказали существенное влияние на возникновение и развитие атрибутивной теории в изучении жизненных стратегий. Развивая идеи артибуции Ф. Хайдера, положения Э. Джоунса и К. Дэвиса, Дж. Роттер разработал «концепцию локуса контроля», где доминантным в поведении человека может быть один из двух видов контроля:внутренний (интернальный) и внешний (экстернальный).По мнению автора, локус контроля, являясь устойчивым свойством личности, дает возможность точного прогнозирования поведения человека. Однако впоследствии это утверждение привело исследователей к заблуждениям и послужило основанием дальнейшей проработки теории локуса контроля К. Уоллстоном. Другой путь развития когнитивного направления в изучении жизненных стратегий избрал Дж. Келли. В качестве материала для «конструктов» жизненных стратегий он выбрал умозаключения (убеждения). Формируя содержательную сторону мотивации человека, «конструкты» (или «смыслы») образуют некие связи

(или матрицы), определяющие в дальнейшем его жизненную стратегию.

Наиболее интересным для нас представляется один из вариантов развития направления теории атрибуции — каузометрический психолого-биографический анализ. Его суть заключается в психологической реконструкции системы причинно-целевых связей между жизненными событиями, свойствами личности и значимыми людьми, что в конечном счете выполняет функцию долговременной регуляции и согласования жизненных замыслов и поступков человека. На теории казуальности построена причинно-целевая концепция А.А. Кроника и Е.И. Головахи, получившая свое отражение и в пенитенциарной психологической практике [8, с. 107].

Основополагающая идея в изучении жизненных стратегий гуманистического направления (А. Маслоу, К. Роджерс] заключается в осознанном стремлении к максимально возможному раскрытию своего творческого потенциала и самоактуализации. В гуманистическом направлении, в отличие от психоаналитического и бихевиорального, изучению подвергается целостная природа психической жизни человека, акцентируется внимание на проблеме личностного выбора и определения смысла существования человека. Свобода выбора, ответственность, ценности обусловлены центральными изучаемыми понятиями гуманистического направления в исследовании жизненных стратегий.

Базовыми в методологическом плане в изучении феномена жизненной стратегии в отечественной психологии являются положения С.Л. Рубинштейна, А.Н. Леонтьева, Л.С. Выготского, Б.Г. Ананьева, К.А. Абульхановой-

Славской, Г.И. Аксеновой и других.

Следует отметить, что понятие «жизненная стратегия» длительное время не относилось к категории психологических и в основном исследовалось более обширное, на наш взгляд, понятие «жизненный путь». Одним из первых, кто обратился к концепции жизненного пути и дал ее стратегическое определение, был С.Л. Рубинштейн. Проанализировав работы Ш. Бюллер, раскрывающие исторический аспект жизненного пути человека через его личностное «самоосуществление», Рубинштейн предположил, что «сущность человеческой личности находит свое завершающее выражение в том, что она не только развивается, как всякий организм, но и имеет свою историю» [11, с. 127]. В середине 50-х годов XX века С.Л. Рубинштейном впервые была предложена идея субъект-ности, согласно которой человек активно строит условия своей жизни и свое отношение к ней. Определяющими факторами формирования жизненной стратегии в его теории выступают творчество и активность субъекта. Сознание и зрелость рассматриваются как «высшие личностные образования», выполняющие организационные, регуляционные и обеспечивающие функции человека как субъекта деятельности. В рамках субъектно-деятельностного подхода Рубинштейн выделил следующие признаки стратегий жизни: выбор основного направления, способа жизни; определение главных целей, этапов их достижения; творчество; соединение потребностей и целей в жизненных ценностях; разрешение противоречий в жизни; достижение поставленных целей. На основании этого можем заключить, что для этого ученого стратегия жизни — поня-

тие, рассматриваемое в концепции личности в качестве субъекта жизненного пути, организатора, регулятора времени и событий,способного преодолевать жизненные трудности. Раскрывая генетический принцип развития (Л.С. Выготский, Ж. Пиаже), Рубинштейн также говорил о возможности целенаправленной организации образовательного процесса, который создает возможность «изучать детей, обучая их» [11, с. 54].

Дальнейшее изучение жизненного пути продолжил в 60-х годах XX века Б.Г. Ананьев. В результате масштабного лонгитюдного исследования личности и детальной проработки ее жизненного пути, им были определены возрастная периодизация и онтогенез развития личности. В описание жизненных стратегий он включал сложный и долговременный характер активности субъекта, определенный приспособительный характер поведения, ориентацию на достижение далеких целей.

Кроме того, одним из основных методологических ориентиров нашего исследования является работа К.А. Абульхановой-Славской «Стратегия жизни» [3], где, используя комплексный подход, она дала наиболее обобщенное определение понятия «жизненная стратегия», описав ее как поиск, становление и реализацию личности в жизни, с учетом ее способности к соединению внешних жизненных условий и требований с внутренними ценностями, активностью, развитием и самоутверждением. К.А. Абульханова-Славская, развивая концепцию С.Л. Рубинштейна и определив личность в качестве активного субъекта своей жизни, выделила три главных признака жизненной стратегии: выбор способа жизни, разрешение противо-

речия «хочу-имею» и создание условий для самореализации, или творческий поиск. Автор заключила, что в зависимости от личностной активности (внутреннего фактора) и типа временной организации (внешнего фактора) каждая личность способна строить стратегию жизни с учетом своих возможностей. Статус личностной зрелости приобретается человеком в случае установления им определенного уровня удовлетворенности материальными благами и перенаправлением жизненной энергии на другие цели.

Психолого-педагогическое направление изучения жизненных стратегий можно проследить в работах Г.А. Черед-ниченковой и В.Н. Шубкина, С.С. Гринш-пуна, Л.И. Анцыферовой, А.В. Кучеренко, Л.И. Божович, И.С. Кона, Д.И. Фель-дштейна, Г.И. Аксеновой и других, посвященных изучению направленности на будущее, планированию, выбору адекватных средств и ресурсов, необходимых для их достижения как неотъемлемых частей развития личности. В нашем конкретном случае формирование жизненной стратегии представляет собой центральную линию развития личности в старшем подростковом возрасте. В то же время отмечается, что этот период является наиболее сенситивным для становления ответственного осознанного отношения к формированию собственной жизненной стратегии [12].

В исследованиях Г.А. Чередничен-ковой и В.Н. Шубкина жизненная стратегия, смысл и цели жизни вырабатываются в процессе профессионально-личностного самоопределения личности. Осознанность жизненных целей, четкость и конкретность жизненной стратегии являются факторами успеш-

ности профессионально-личностного самоопределения для каждого человека. Аналогичной позиции придерживаются С.С. Гриншпун, Л.И. Анцыферова, рассматривая профессиональное самоопределение в контексте жизненного пути личности как процесс, неразрывно связанный с жизненным самоопределением. Взаимосвязь самоопределения личности в профессии и в жизни, а также построение социокультурной среды, в которой она осуществима, рассматривается и такими авторами, как М.Р. Гинзбург, А.А. Бодалев, Б.С. Гершунский, Ю.Н. Ку-люткин, Г.С. Сухобская и др.

Возрастные аспекты самоопределения широко раскрыты Л.И. Божович. В своих работах она показывает, что выбор жизненной стратегии, самоопределение представляют собой аффективный центр жизненной ситуации старших школьников, возникающий на рубеже старшего подросткового и юношеского возраста, когда актуализируется потребность в формировании определенной смысловой и ценностной системы, определяющей, в свою очередь, сформиро-ванность внутренней позиции взрослого человека.

Проблеме изучения и развития личности подростков в психолого-педагогическом направлении, созданию концепции социально-нормативной периодизации формирования личности, психологическим условиям коррекции отклоняющегося поведения подростков посвящены многочисленные научные труды российского педагога и психолога Давида Иосифовича Фельдштей-на. В одной из своих статей он акцентирует внимание на необходимости проведения фундаментальных исследований, раскрывающих внутренний мир расту-

щего человека, его переживания, стремления, сомнения, нравственные установки и прочее [14]. В его работах прослеживаются положения теории субъектного развития личности и подчеркивается необходимость комплексного изучения личности подростка с учетом современных требований и норм жизни.

Аналогичного подхода придерживается Г.И. Аксенова, которая в своих работах особо выделяет значимость развития субъектных характеристик личности с учетом психолого-педагогических условий их формирования [4].

На психологическую основу выбора стратегии поведения в жизни личности обращает внимание И.С. Кон. В своей работе «Открытие "Я"» он определяет, «что у человека есть внутреннее единство (поведенческое, мотивационное, сознательное), которое позволяет ему более или менее самостоятельно интерпретировать любую ситуацию и реагировать на нее избирательно, по-своему» [7, с. 77].

Итак, в психолого-педагогических исследованиях жизненных стратегий главное внимание уделяется процессам профессионально-личностного самоопределения, становлению и самосовершенствованию личности как субъекта. В нашем исследовании мы опираемся на указанные направления, расширяя границы прямого психолого-педагогического эксперимента с учетом требований и условий уголовно-исполнительной системы.

Анализируя изложенное, можно заключить, что проблема жизненных стратегий достаточно исследована, однако специфика изучения жизненных стратегий несовершеннолетних условно осужденных раскрыта крайне слабо.

Изучение жизненных стратегий осужденных отечественными психологами ранее специально не проводилось, хотя имеется большой опыт исследования личности и жизни заключенного еще с дореволюционных времен. Одна из первых работ, посвященных исследованию жизненных проблем заключенных и призыву к их решению, принадлежит М.Н. Гернету.

В 20-е годы интерес к личности осужденного возрос и стал приобретать масштабный характер. Начались исследования С.В. Познышева (1925), Ю.Ю. Бехтерева (1928), А.С. Макаренко (1930), Б.С. Утевского, А.П. Евграфова, И.В. Шмарова (1979-1989) и других. Современными пенитенциарными психологами (А.В. Наприс, В.Г. Деев, В.Ф. Пирожков, Л.Ф. Козлова, А.И. Уша-тиков, Н.А. Харина, Т.В. Калашникова, А.С. Михлин, Д.В. Сочивко, А.А. Кры-мов, А.А. Попов, Т.А. Симакова) изучены близкие к нашему исследованию аспекты личности осужденного: характеристики жизненных планов, направленность, жизненные перспективы, волевая активность, установки, ценности, динамика и особенности позитивных трансформаций личности осужденных [10].

Таким образом, теоретический анализ зарубежной и отечественной литературы показал, что проблема исследования жизненных стратегий на протяжении длительного времени оставалась актуальной, а сегодня приобретает особенно выраженный интерес со стороны ученых и практиков в связи с крайне неустойчивыми настроениями в обществе и политическими отношениями в мире. Следует также отметить, что исследование феномена жизненной стратегии несовершеннолетних осужденных

к наказаниям, не связанным с лишением свободы, требует комплексного подхода, учета личностных, криминально значимых, психолого-педагогических и сре-довых условий и факторов, которые, в свою очередь, послужат основными направлениями психолого-педагогической программы формирования жизненных стратегий, разработку которой мы и планируем осуществить.

Литература

1. Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года: утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 14 октября 2010 г. № 1772-р [Электронный ресурс] // Официальный сайт ФСИН России. ияиЬИрУ/фсин.рф.

2. ИИрУ/фсин.рф.

3. Абульханова-Славская К.А. Стратегия жизни / К.А. Абульханова-Славская. — М., 1980. — 280 с.

4. Аксенова Г.И. Субъектно-деятельностный подход к профессиональному образованию курсантов // Прикладная юридическая психология. —

2008. — № 1. — С. 26-33.

5. Большой психологический словарь / ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко. — М.: Феникс,

2009. — 536 с.

6. История современной психологии / под ред. Т. Лихи. — 3-е изд. — СПб., 2003. — С. 299.

7. Кон И.С. Открытие «Я» / И. С. Кон. — М.: Политиздат, 1978. — 367 с.

8. Кроник А.А. Субъективная картина жизненного пути как предмет психологического исследования / А.А. Кроник // Психология личности и образ жизни. — 1987. — №3. — С. 107-123.

9. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова; Российская академия наук; Институт русского языка им. В.В. Виноградова. — 4-е изд., доп. — М.: Азбуковник, 1999. — 546 с.

10. Психологическая поддержка позитивных трансформаций личности несовершеннолетних осужденных в облегченных условиях содержания (воспитательных центрах): монография / под общ. ред. Д.В. Сочивко. — Рязань: Академия ФСИН России, 2013. — 160 с.

11. Рубинштейн СЛ. Самосознание личности и ее жизненный путь / С.Л. Рубинштейн // Психология личности. — 1982. — С. 127-132.

12. Симакова Т.А. Некоторые теоретико-методологические аспекты гуманизации и ресоци-

ализации несовершеннолетних осужденных: постановка проблемы // Прикладная юридическая психология. — 2013. — № 1. — С.11-15.

13. Скирбекк Г. История философии: учеб. пособие для студ. вузов / Г. Скирбекк, Н. Гилье. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2000. — 378 с.

14. ФельдштейнД.И. Психолого-педагогические проблемы построения новой школы в условиях значимых изменений ребенка и ситуации его развития / Д.И. Фельдштейн // Проблемы современного образования. — 2010. — № 2. — С. 4-12.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ СОТРУДНИКОВ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ, СКЛОННЫХ К ПРОТИВОПРАВНОМУ ПОВЕДЕНИЮ

Аннотация: Несмотря на принимаемые организационные меры, направленные на совершенствование работы с личным составом через нормотворче-скую деятельность, число правонарушений и преступлений среди сотрудников не снижается. Противоправное поведение может быть обусловлено различными факторами. В данной статье внимание уделено влиянию психологических, характерологических особенностей на осознанную регуляцию личностью своего поведения («оценочное отношение к праву» и «практика применения правовых норм»).

Для достижения поставленных задач в проведенном исследовании были использованы методики, определяющие разные структурные компоненты личностной организации: тест СМИЛ Л.Н. Собчик, смысложизненных ориен-таций Д.А. Леонтьева, мотивации достижения Т.А. Мехрабиана, направленности личности (ориентационная анкета) Б. Басса, показатели экспертной оценки программы «Мониторинг» и внешний критерий служебной деятельности—ко-личество дисциплинарных взысканий. Объем выборки — 321 сотрудник орга-

М. И. Марьин, А. А. Бочкова

нов внутренних дел. Стаж службы от 7 до 15 лет.

Основываясь на результатах, полученных с помощью экспертного оценивания руководителей среднего звена структурных подразделений системы МВД России, были выделены две группы сотрудников (склонные и не склонные к противоправному поведению). При обработке эмпирических данных для обобщения и систематизации результатов были использованы методы стандартного статистического анализа. Для определения различий между показателями в данных группах использовался критерий Стью-дента Ш. Для установления значимости связей между переменными был применен корреляционный анализ по методу Пирсона.

Проведенное исследование позволило выявить психологические особенности сотрудников с риском противоправного поведения. Сотрудники, склонные к противоправному поведению, при низком оценочном отношении к правовым нормам не стремятся нести ответственность за свои поступки и результаты своих действий, не способствуют вытеснению негативно окрашенного