Проблемы законодательного регулирования комплекса исключительных прав в договоре коммерческой концессии

3.3. ПРОБЛЕМЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ КОМПЛЕКСА ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫХ ПРАВ В ДОГОВОРЕ КОММЕРЧЕСКОЙ КОНЦЕССИИ

Лысенко Е. С.

Соискатель факультета подготовки научнопреподавательских кадров ГОУ ВПО Волгоградская академия МВД России, преподаватель ГОУ ВПО Уфимский юридический институт МВД России Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

В статье рассматриваются вопросы, связанные с соотношением и правовым регулированием таких специфических объектов интеллектуальной собственности, передаваемых по договору коммерческой концессии, как «секрет производства (ноу-хау)» и «охраняемая коммерческая информация».

По договору коммерческой концессии одна сторона -правообладатель обязуется предоставить другой стороне - пользователю право использовать комплекс исключительных прав, принадлежащих правообладателю, а другая сторона обязуется использовать полученные права в своей предпринимательской деятельности в обусловленном договором объеме и выплачивать вознаграждение (ст. 1027 ГК). То есть предметом договора коммерческой концессии является комплекс исключительных прав, передаваемый правообладателем пользователю.

Комплекс исключительных прав, передаваемых по договору коммерческой концессии, состоит из совокупности объектов исключительных прав. Из определения договора коммерческой концессии (ст. 1027 ГК РФ), видно, что для того чтобы заключенный договор мог считаться именно договором коммерческой концессии, некоторые из таких объектов должны присутствовать в комплексе исключительных прав обязательно, другие же могут быть включены в него в факультативном порядке (по соглашению сторон).

Поэтому можно провести классификацию объектов интеллектуальной собственности, входящих в передаваемый по договору коммерческой концессии комплекс исключительных прав, на «обязательные» и «факультативные». «Обязательные» объекты составляют существо договора. Без наличия таких объектов в составе комплекса исключительных прав, договор коммерческой концессии не может считаться заключенным. К ним относятся передача права на использование фирменного наименования или коммерческого обозначения, а также на охраняемую коммерческую информацию. «Факультативные» объекты, в отличие от обязательных, могут быть включены в договор коммерческой концессии по согласованию сторон, к ним относят: право на товарный знак, знак обслуживания и т.д.

Также, договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального

объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

Данная классификация, объектов приведена в соответствии с действующей редакцией ст. 1027 ГК РФ, однако Федеральный закон РФ от 18.12.2006 № 231-ФЗ «О введении в действие части четвертой гражданского кодекса Российской Федерации»1, предусматривает, существенные изменения указанной нормы, пункт 1 будет изложен в следующей редакции:

«1. По договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау)».

Статья 1027 ГК РФ, также будет дополнена пунктом 4 следующего содержания:

«4. К договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII настоящего Кодекса о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям настоящей главы и существу договора коммерческой концессии».2

Анализ обновлённой редакции ст. 1027 ГК РФ (в редакции Закона приведённого выше) позволяет определить предмет договора коммерческой концессии, как комплекс исключительных прав подлежащих передаче от правообладателя пользователю, для использования их последним в предпринимательской деятельности, который включает в себя: передачу права на товарный знак и знак обслуживания и других исключительных прав. Причём, особое внимание следует обратить на то что, передача пользователю, права использования в своей деятельности товарного знака и знака обслуживания является единственным существенным условием необходимым для заключения договора и признания заключённого договора, договором коммерческой концессии.

Рассмотрим изменения в составе комплекса исключительных прав подлежащих передаче, подробнее:

Первое, на что следует обратить внимание - законодатель убрал из комплекса исключительных прав подлежащих передаче, право на фирменное наименование. Данное положение очевидно, в силу того, что фирменное наименование определяется теперь, именно как средство индивидуализации юридического лица (ст. 1473 ГК РФ), то есть, по аналогии с именем человека, является личным неимущественным правом не подлежащим отчуждению либо передаче по каким либо основаниям. Поскольку законодатель, теперь, определяет фирменное наименование, как средство индивидуализации юридического лица, именно юридического лица, а не предприятия (предприятий) которым, владеет это юридическое лицо, то распоряжение исключительным правом на фирменное наименование

1

"Собрание законодательства РФ", 25.12.2006, N 52 (1 ч.), ст. 5497

2 См. там же

Лысенко Е.С.

ДОГОВОР КОММЕРЧЕСКОЙ КОНЦЕССИИ

(в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования фирменного наименования) не допускается (п. 2 ст. 1474 ГК РФ).

Второе - по договору коммерческой концессии в обязательном порядке должно передаваться право на товарный знак и знак обслуживания. Причём, передача права на использование в своей деятельности пользователем товарного знака и знака обслуживания, становиться единственным обязательным условием для признания данного соглашения между предпринимателями, договором коммерческой концессии (п. 1 ст. 1027 ГК РФ). При этом, непонятно почему, по сути, законодатель определяет, что для заключения договора коммерческой концессии в комплекс исключительных прав должны входить и право на товарный знак и право на знак обслуживания. А анализ новой редакции ст. 1027 ГК РФ как раз таки не позволяет разделить два этих правомочия, так как они входят в состав императивного предписания и указаны в статье путём перечисления через запятую:

Данное положение представляется совершенно неверным, хотя бы в силу того, что товарный знак и знак обслуживания это несколько различные понятия.

Хотя существующая грань между товарным знаком и знаком обслуживания представляется несколько размытой, тем не менее, ставить знак равенства между этими средствами индивидуализации не правильно, потому что, признавая их равное правовое положение, законодатель, по сути, признает лишь их равное право на существование и защиту, на основании и с момента государственной регистрации, вне зависимости от того, какой именно объект потребления они выделяют из общей массы.

В свете вступающих в силу изменений положение товарного знака и знака обслуживания как совершенно различных средств индивидуализации только закрепляется, поскольку в ст. 1477 четвёртой части ГК РФ законодатель проводит чёткую границу между данными средствами индивидуализации - определяя, что товарные знаки служат для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, а знаки обслуживания для индивидуализации выполняемых юридическим лицом, либо индивидуальным предпринимателем работ или оказываемых услуг. Тем более данное различие законодатель подтверждает тем что, по сути правила ГК РФ определяющие правовое положение товарных знаков к знакам обслуживания применяются по аналогии (из смысла п. 2 ст. 1477 ГК РФ).

Если представить наиболее простой случай, когда предприниматель занимается производством товара, данный товар потребитель может выделить из общей массы однородных товаров путём идентификации его по узнаваемому товарному знаку. Предположим, что товары предполагаемого предпринимателя стали пользоваться некоторой популярностью. В связи с тем, что его товарный знак стал известным появились лица желающие заключить договор коммерческой концессии с его правообладателем и производить товары маркируя его именно этим товарным знаком. Но заключить договор коммерческой концессии они не смогут потому что, как диктуют правила ст. 1027 ГК РФ (в обновляемой редакции), договор коммерческой концессии возможно заключить если стороны договорятся о передача и товарного знака и знака обслуживания, а последний у предполагаемого предпринимателя просто отсутствует.

Исходя из вышесказанного, следует очевидный вывод об абсолютной неудачности обновлённой формулировки предмета договора коммерческой концессии (п. 1 ст. 1027 ГК РФ). По сути, законодатель существенно ограничивает возможность субъектов предпринимательских отношений на заключение договора коммерческой концессии, во многих случаях делая его заключение невозможным. Поэтому нам видится совершенно необходимым изменение формулировки предмета договора коммерческой концессии.

Таким образом, следует отметить, что вступающие в силу изменения отчасти совершенствует гражданское законодательство, положительно влияя на регулирование предпринимательских отношений, устраняя ненужные разногласия законодательства, а отчасти противоречит здравому смыслу и даже собственной логике, а данные противоречия в свою очередь требуют новых изменений законодательства.

Рецензия

На современном этапе развития российского гражданского права, исследование правовых проблем связанных с договором коммерческой концессии представляется весьма актуальной. Актуальность исследуемого вопроса состоит, прежде всего, в том, что понятие договора коммерческой концессии, появилось в гражданском праве Российской Федерации относительно недавно (во вступившей в действие в 1997 году второй части ГК РФ), но и до нынешнего времени существует множество противоречий связанных с использованием данной договорной конструкции в практике предпринимательской деятельности.

В рецензируемой статье автор достаточно подробно рассматривает вопросы, связанные с соотношением и правовым регулированием указанных объектов интеллектуальной собственности, а также сравнивает их с понятием «коммерческая тайна». Детально раскрываются аспекты правоприменения использования указанных исключительных прав по договору коммерческой концессии.

Необходимо отметить, что в представленной научной статье, автор, анализируя действующее законодательство, сравнивает его с изменениями нормативного регулирования в данной области, которые вступят в силу с 1 января 2008 года, в связи с принятием четвёртой части ГК РФ, что лишь подтверждает новизну избранного исследования.

Очевидно, что автор достиг высокого уровня теоретической и практической подготовки, владеет методикой проведения исследований по обозначенным правовым проблемам.

Кроме того, автор показал способность к обобщению и анализу материала, умение приводить, и аргументировано отстаивать свою точку зрения.

Автор всесторонне исследовал и проанализировал источники монографической литературы и научные статьи ведущих учёных: Городов О.А., Букреев И.Н., Ка-лятин В.О., Моисеев М.В., Карташян А.Г. и др.

Следует отметить, в качестве недостатка, что в тексте встречаются незначительные стилистические и грамматические ошибки.

В целом следует отметить, что рецензируемая статья характеризуется самостоятельностью и добротностью освещения указанной темы. Содержание статьи отвечает требованиям, предъявляемым к работам подобного рода, указанный ранее недостаток не влияет на общее положительное впечатление от работы.

Материалы статьи могут быть рекомендованы для опубликования в научных изданиях юридического профиля.

Научный руководитель

Профессор кафедры гражданско-правовых дисциплин ГОУ ВПО Волгоградская академия МВД России д.ю.н., профессор П.М. Филиппов