Криминалистические данные об установлении причинности и причинно-следственных связей в уголовном судопроизводстве

КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ОБ УСТАНОВЛЕНИИ ПРИЧИННОСТИ И ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

CRIMINALISTIC DATA ON THE ESTABLISHMENT OF CAUSES AND CAUSAL-INVESTIGATORY RELATIONS IN CRIMINAL

PROCEEDINGS

УДК 343.98

М.Е. ИГНАТЬЕВ,

кандидат юридических наук, доцент (Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, Россия, Москва) 89166810785@mail.ru

MICHAEL E. IGNATIEV,

candidate of law, associate professor

Аннотация: в статье рассмотрены вопросы, значение которых представляется актуальным для научно-практических исследований, связанных с проблемами уголовного права, уголовного процесса и криминалистики в аспекте системного подхода к правоприменительной деятельности по установлению причинности в процессе раскрытия, расследования преступлений, их судебного рассмотрения и предотвращения. Комплексное рассмотрение данной тематики, в особенности связанной с криминалистическими данными, обусловленной процессом установления причинно-следственных связей в уголовном судопроизводстве, указывает на ее актуальное значение как в теоретическом плане, так и в практике деятельности по борьбе с преступностью. С целью более глубокого изучения вопросов проблемы причинности она рассмотрена на основе исторического подхода, в соответствии с известными философскими и уголовно-правовыми теориями причинности, среди которых ведущее место занимают концепции необходимого условия, исключительной причинности, адекватной причинности, «неравноценности условий» и пр. Проведенный анализ позволил автору раскрыть важность данной проблемы для теории криминалистики и правоприменительной практики, так как правильное использование рекомендаций по установлению данного вида связи позволяет обоснованно принимать решение по сложным событиям преступной деятельности. В статье обоснованы причинные связи уголовно-правового характера с криминалистическими причинно-следственными связями, которые требуется устанавливать в процессе расследования преступления как с материальным, так и с формальным составами. Отмечается, что объективная сторона преступления в криминалистическом понимании представляется как механизм события, а криминалистический аспект проблемы причинности следует рассматривать с содержательной стороны процесса установления механизма преступления, который в процессе расследования устанавливается в соответствии со следами-отражениями, в динамике развития причинно-следственных связей. В публикации даны авторские комментарии относительно возможностей криминалистического использования в интересах расследования индуктивных методов сходства, различия, соединенного метода сходства и различия, метода сопутствующих изменений и метод остатков. Представлены авторские выводы по проблемам, затронутым в публикации.

Ключевые слова: причина, следствие, причинность, причинно-следственные связи, криминалистические способы и средства установления причинной связи, уголовное судопроизводство.

Abstract: in the article the questions, the meaning of which is very relevant for scientific and practical researches connected with the problems of criminal law, criminal procedure and criminology in the aspect system of the law enforcement approach for establishing causality in the process of disclosure, investigation of crimes, their trial and prevent. A comprehensive review of this subject, particularly associated with forensic data, due to the process of establishing causal relationships in criminal proceedings points to its relevance both in theory and in practice activities in the fight against crime. For a more in-depth study of the problems of causality it is considered on the basis of historical approach, according to certain philosophical and criminal law theories of causality, among

them the leading place is occupied by the concept of necessary conditions, exclusive of causality, adequate causation, «inequality of conditions» and so forth. The analysis allowed the author to reveal the importance of this issue for theories of criminology and law enforcement, as the proper use of recommendations to establishing this type of communication allows justified to take a decision on the complicated events of criminal activities. The article substantiates a causal relationship of criminal law with forensic cause-and-effect relationships that need to be set in the process of investigating crimes, in both its material and formal compositions. It is noted that the objective aspect of crime in the criminological sense is presented as the mechanism of the event, and the forensic aspect of the problem of causality should be considered with the substantive side of the process of establishing the mechanism of a crime, which is in the process of investigation is determined in accordance with traces-reflections, the dynamics of causality. In the publication the author comments on the possibilities of forensic use in order to investigate inductive methods, similarities, differences, connected method of similarity and difference, method of concomitant changes and the method of residues. Presents the author's insights on the issues raised in the publication.

Keywords: cause, effect, causality, cause-effect relations, forensic methods and means of establishing causation, criminal justice.

Одной из целей криминалистического исследования является установление ситуационных признаков явлений. Достижение этой цели позволяет сделать вывод о наличии (отсутствии) причинной связи между явлениями, что способствует раскрытию процесса отражения, который, в свою очередь, позволяет проследить причинную обусловленность результата отражения, то есть «отпечатка» исследуемого явления от объекта отражения - преступления. В преступлении криминалистическому исследованию подлежат его как внутренние, так и внешние связи, столь важные для всего процесса доказывания.

В этой связи, рассматривая криминалистическую составляющую причинности, нельзя забывать о ее уголовно-правовых и уголовно-процессуальных связях, важных для всего процесса расследования.

В уголовно-правовом и уголовно-процессуальном смысле особое значение для установления причинных связей отводится изучению содержания объективной стороны преступления в ее отношениях со всеми иными обстоятельствами этого события.

Интерпретируя этот тезис на предмет криминалистики, можно сделать вывод, что объективная сторона преступления в криминалистическом понимании представляется как механизм события и криминалистический аспект проблемы причинности следует рассматривать с содержательной стороны процесса установления механизма преступления.

Практически все определения предмета криминалистики в своей сущности указывают на тот факт, что криминалистика исследует следы преступления в широком смысле этого слова. Эти следы, обретенные в процессе расследования посредством использованной процессуальной формы, становятся доказательствами преступления и «складываются» в процесс доказывания по уголовному делу. Установление в этом процессе характера и содержания механизма события

имеет определенные особенности. В криминалистической интерпретации, исходя из «следовой картины преступления», их содержание обретает определенную специфику.

Предваряя ее рассмотрение, приведем емкую цитату, характеризующую свойство цепи причинения, которое указывает на ее пространственную и временную непрерывность. По мнению И.В. Кузнецова, это свойство означает, что «ни в каком месте любой цепи причинения нет разрывов, то есть не существует таких явлений, которые, будучи причиной и следствием, оказались бы разделенными конечным пространственным промежутком, не заполненным некоторыми другими явлениями, охватывающими все точки этого промежутка без каких-либо пропусков. Это значит, что когда имеется причинная, генетическая связь двух каких-либо явлений, находящихся в одной и той же области пространства, но разделенных конечным промежутком времени, тогда между этими явлениями существует множество других причинно связанных событий, которые смежны во времени и в своей совокупности образуют непрерывный временной процесс, соединяющий указанные два события в органически слитое единство» [9, с. 8].

По-существу, событие преступления, механизм его реализации, является процессом, который от начала возникновения умысла на его совершение и до конца - достижение преступного результата, представляет собой непрерывную, как в пространстве, так и во времени, череду действий, отражение которых в их связи можно считать «следовой картиной преступления», а ее закрепление процессуальными формами выражает процесс доказывания.

Как уже неоднократно отмечалось, установление механизма события преступления в процессе расследования протекает в соответствии со следами-отражениями, в динамике развития причинно-следственных связей. В этой связи возникает вопрос относительно того, а как, соб-

ственно, происходит «техническая» реализация механизма этой динамики? На него просто и, как нам кажется, достаточно точно отвечает И.В. Кузнецов. Динамику причинно-следственных связей он характеризует как «перенос структуры от причины к следствию, то есть воспроизведение в ходе причинения структуры причины в структуре следствия, «отображение» первой во второй» [9, с. 17]. На микроуровне это можно рассматривать как частный случай переноса криминалистически значимой информации, например, от орудия, использованного при совершении преступления (причина), на объект, в отношении которого оно использовано (следствие). На макроуровне это перенесение всей структуры преступления (причина) на преступный результат (следствие), когда преступление окончено.

Кроме того, на что уже было обращено внимание относительно выяснения в процессе доказывания характера и содержания механизма события по его следам, отметим необратимость причинно-следственных связей во времени. Это обстоятельство достоверно свидетельствует о том, что результат отражения, как конечная фаза этого процесса, является односторонне направленным во времени. Для процесса расследования это означает следующее. Причинную связь конкретного противоправного деяния мы как бы вырываем из всеобщей универсальной связи. В таком подходе причина и следствие представления, которые имеют значение только применительно к отдельному частному случаю, таковыми и рассматриваются в процессе расследования.

Можно сделать промежуточный вывод относительно некоторых криминалистических аспектов причинности, которая в процессе доказывания характеризуется свойством цепи причинности (пространственная и временная непрерывность), динамикой развития причинно-следственных связей и их необратимостью во времени.

Механизм события преступления актуализирован процессом расследования изначально в ситуациях расследования, когда осмотр места происшествия, как одно из первоначальных следственных действий, проводится до возбуждения уголовного дела, фактически до начала расследования. На этом этапе следователь формирует первоначальную мысленную модель механизма события преступления. Криминалистическим «материалом» для этого выступают зафиксированные осмотром места происшествия материальные «отпечатки» преступной деятельности и ее идеальные «отпечатки», установленные различными вербальными способами, объясненные в соответствии с методологией криминалистического мышления.

В соответствии с диалектическим методом познания преступление в качестве отражаемого объекта вызывает количественные и качественные изменения окружающей его среды. Они касаются и обстановки совершения преступления, и других объектов, связанных с ее содержанием и характеристиками [1, с. 110]. Это означает, что обстановка места происшествия характеризует условия совершения преступления, которые в известной мере детерминируют его механизм, так как являются причиной отдельных элементов события (например, причиной выбора орудия совершения преступления). С другой стороны, эти условия могут быть и следствием события преступления, так как влекут за собой изменения среды, окружающей преступное событие.

Однако отношение причинно-следственных связей обстановки места происшествия и механизма преступления не следует связывать по типу отношений формы и содержания по причине того, что преступление к моменту начала расследования представляет собой событие прошлого; не всякие изменения в обстановке места преступления характеризуются как криминальные изменения; отражение (обстановка места происшествия) зависит от отражаемого (механизм преступления), тогда как отражаемое от отражения не зависит. Кроме того, диалектический метод познания учит, что форма всегда выражает содержание, его структуру, а на этом основании нельзя объяснить, что одни и те же изменения обстановки могут быть следствием разных по своей правовой природе событий.

В этой связи криминалистически правильным выглядит вывод о необходимости отыскивать связи механизма события преступления и обстановки места происшествия, не объединяя их в одно целое, по типу отношений формы и содержания.

Рассматривая криминалистические аспекты причинности и причинно-следственных связей, нельзя ограничиваться исследованием исключительно обстановки места происшествия, полагая ее конечным результатом преступной деятельности. Конечным результатом преступления является наступление общественно опасных последствий преступного деяния, также это может быть и возможность их наступления. Эти факты могут и не отразиться в данных обстановки места происшествия, так как она отражает не результат преступного деяния, а только действия преступника, обусловленные его желанием наступления преступного результата.

Криминалистически правильно расценивать обстановку места происшествия в качестве структуры, и в процессе производства осмотра места происшествия криминалистическими способами и средствами предпринимать действия по опре-

делению начального состояния этой структуры. Следующим этапом этой следственной деятельности необходимо предпринимать усилия по установлению фактов изменения в обстановке, которые возникли в результате преступления, то есть устанавливать причины и следствия.

Хорошее обоснование этого тезиса мы находим у Ю.И. Ильченко [4, с. 8]. Он отмечает, что мысленное проникновение в механизм преступления по материальной обстановке имеет некоторую специфику. Она заключается в изучении минимум двух различных состояний структуры, а это почти всегда затруднено рядом объективных причин. Во-первых, происхождение некоторых следов не всегда удается установить в начале изучения материальной обстановки, что не позволяет четко разграничить исходное состояние структуры и его конечный результат. Во-вторых, информация об этих двух состояниях, получаемая из нескольких источников (кроме изучения обстановки, объяснения свидетелей, потерпевших и пр.), в силу объективных причин, которые могут быть связаны с особенностями восприятия события или условиями, в которых оно протекало, бывает противоречивой. Эти затруднения, однако, могут компенсироваться внимательным и целеустремленным изучением установленных обстоятельств события.

Следствия - изменения обстановки места происшествия не отражают в целом причины, то есть всего механизма события преступления, все отражающие объекты не исчерпываются такой обстановкой, они намного шире. В этой связи изменение обстановки не есть полное отражение механизма события. Нельзя сводить существо механизма события преступления к изменению обстановки на месте происшествия, так как это может повлечь за собой ошибочное представление о том, что преступление совершено исключительно только этим путем. Эти изменения могут в отдельных случаях носить и не криминальный характер, то есть не будут причинно связаны с преступлением. Однако и некриминальные изменения также следует учитывать для правильного причинно-следственного пути объяснения механизма преступления, с которым они могут быть генетически связаны.

Представление следователя о механизме преступления по его материально фиксированным и идеальным следам-отражениям, обнаруженным на месте происшествия, согласно логике, предполагает, вслед за их изучением, соответствующее гипотетическое объяснение. Фактически объяснение причин возникновения следов является следственной версией о механизме преступления. «Для установления механизма преступления,

- правильно отмечают Р.С. Белкин и А.И. Винберг,

- предположение о причинах, вызвавших измене-

ния в обстановке места события, о структуре и содержании связи между отражаемым объектом и результатом отражения, то есть в общем виде - о причине и следствии (курсив наш - М.И.), должны стать достоверным знанием» [1, с. 113].

Это значит, что правильность представления о механизме преступления должна быть доказана. Данная процедура представляет собой для следователя определенные сложности, так как процесс доказывания причинно-следственных связей обусловлен его умозрительным, оценочным характером. Только отдельные проявления указанных связей могут выступать в материализованном виде. Такой мозаичный характер данных о причинно-следственных связях может быть объяснен только пестротой возможных вариантов их возникновения.

В этой связи напрашивается важный вывод о том, что возникшая в процессе совершения противоправного деяния причинно-следственная связь в перспективе, связанная с расследованием преступления, не изменяема и быть уничтоженной не может, так как сама по себе она уже осуществилась. Причинно-следственная связь не существует как материальный объект, она может лишь только проявляться в них, как элементах подобной связи. Уничтожить (изменить) можно только материальное проявление генетической связи.

Важное криминалистическое значение имеет вопрос, связанный с методами доказывания механизма совершенного преступления, что в рассматриваемом аспекте представляет собой частный случай проблемы доказывания причинно-следственной связи.

На этот счет у криминалистов нет единого мнения. Вместе с тем следует отметить, что данная проблема изучена еще недостаточно, так как ей были посвящены лишь отдельные исследования. Данное обстоятельство является основанием обращения к этому вопросу.

В логическом словаре-справочнике Н.И. Кондаков [6, с. 349] приводит основные логические методы, в соответствии с которыми возможно проведение исследований причинно-следственных связей. Напомним эти методы. Они выражены в виде правил, сформулированных Дж. С. Миллем [11, с. 345-361].

1. Метод сходства. «Если два или более случаев, подлежащих исследованию явления, имеют общим лишь одно обстоятельство, - в котором только и согласуются все эти случаи, - есть причина (или следствие) данного явления».

2. Метод различия. «Если случай, в котором исследуемое явление наступает, и случай, в котором оно не наступает, сходны во всех обстоятельствах, кроме одного, встречающегося лишь в

первом случае, то это обстоятельство, в котором одном только и разнятся эти два случая, есть следствие, или причина, или необходимая часть причины явления».

3. Соединенный метод сходства и различия. «Если два или более случая возникновения явления имеют общим одно лишь обстоятельство, и два или более случая не возникновения того или иного явления имеют общим только отсутствие того же самого обстоятельства, в котором только и разнятся оба ряда случаев, есть или следствие, или причина, или необходимая часть причины изучаемого явления».

4. Метод сопутствующих изменений. «Всякое явление, изменяющееся определенным образом всякий раз, когда некоторым особенным образом изменяется другое явление, есть либо причина, либо следствие этого явления, либо соединено с ним какой-либо причинной связью».

5. Метод остатков. «Если из явления вычесть ту его часть, которая, как известно из прежних индукций, как следствие некоторых определенных предыдущих, то остаток данного явления должен быть следствием остальных предыдущих».

Эту методологию для установления причинной связи в доказывании преступлений предлагает использовать З.М. Соколовский. Он считает, что эти методы фактически уже используются следствием для доказывания причинности в механизме преступления и, на его взгляд, этому «не препятствует ни "множественность причин", ни "смешение следствий", с которыми часто сталкиваются лица, ведущие расследование и суд» [12, с. 7].

Однако анализируя позицию указанного автора, в связи с правилами Дж. С. Милля напрашивается следующий вывод. Все пять приведенных выше логических приемов установления причинной связи между явлениями указывают на то обстоятельство, что для их применения необходимым условием является наличие двух и более сравнительных явлений. Но предварительное расследование преступления и его судебное рассмотрение всегда протекают в аспекте исследования единичного явления, которым следует считать конкретное преступление. Преступление всегда отличается от преступления, даже если его обстоятельства совершения и расследования сходны, идентичности этих явлений быть не может. В этой связи сопоставление расследованных преступлений с расследуемым преступлением в целях применения указанных логических приемов установления причинной связи всегда позволит сделать только вероятностный вывод, основанный на аналогии, что исключает искомое доказательственное значение.

На это же обращали внимание и другие исследователи, указывая на трудности применения в судебном исследовании логических приемов познания причинно-следственной связи [14]. Здесь же отметим, что известные нам работы по вопросам теории доказательств проблемы использования логических правил Дж. С. Милля в процедурах установления причинных связей в доказывании не рассматривают.

В этой связи возникает вопрос - как следует поступать в процессе предварительного расследования и его судебного рассмотрения для того, чтобы было возможным объективно установить причинно-следственную связь механизма преступного события?

Если иметь в виду приведенные выше логические приемы, то кажется, что проблема отсутствует. В процессе и расследования преступлений, и их рассмотрения судом следует использовать экспериментирование, то есть воспроизводить интересующее следователя (суд) явление в необходимом количестве раз и изменяемых условиях столько раз, чтобы можно было использовать логические приемы для удостоверения наличия причинной связи явлений.

Так полагает и З.М. Соколовский. Исключая специальные познания для установления причинной связи, он отдает приоритет следственному эксперименту как средству ее установления в процессе предварительного расследования преступлений. Аргументируя это обстоятельство, З.М. Соколовский обращает внимание на то, что в соответствии с требованиями логического метода единственного различия или метода сопутствующих изменений следственный эксперимент следует проводить дважды, то есть в условиях, когда явление, проверяемое в качестве причины, воспроизводится, и когда исключается или изменяется. Сравнение их результатов позволит сделать вывод: в ситуации, когда исключение (изменение) проверяемой причины не оказывает влияния на результат - причинная связь отсутствует, в ситуации, когда оказывает - ее наличие присутствует.

Однако данная позиция вызывает серьезные возражения относительно ее безупречности и объективности для всего процесса предварительного расследования и судебного рассмотрения преступления. Дело в том, что экспериментальному исследованию невозможно подвергнуть все обстоятельства, связанные с исследованием механизма преступления, в отношении которых следует рассматривать вопрос о причинно-следственной связи. Не всегда представляется возможным обеспечить необходимую степень сходства между условиями и содержанием экспериментального и проверяемого события.

И, наконец, возможности следственного эксперимента не всегда позволяют исключить (изменить) предполагаемую причину.

На этих основаниях следственный эксперимент нельзя считать основным процессуальным и криминалистическим средством установления причинно-следственной связи, его возможности весьма ограничены, даже в связи с логическими приемами.

Полагаем, что как в процессуальном, так и в криминалистическом аспектах не следует абсолютизировать возможности как отдельного следственного действия (их группы), так и отдельного криминалистического приема (их группы) для установления причинной связи в механизме преступного события. Этой цели следователю (судье) всегда могут способствовать известные логические приемы мышления, любые процессуальные действия и криминалистические приемы.

Особая роль в этой связи отводится специальным знаниям. В соответствии со сложившейся судебно-следственной практикой эксперт, проведя исследование, вправе давать заключение о наличии (отсутствии) причинной связи между явлениями, однако только в экспертных ситуациях, когда закономерности развития явлений, образующих проверяемую причинную связь, полностью охватываются его компетенциями и специальными знаниями. Это могут быть все обстоятельства механизма преступления и наступивший преступный результат. В такой ситуации установление причинной связи следователем (судом) с одной стороны и судебного эксперта, с другой - совпадает. Здесь уместна оговорка о том, что судебный эксперт при установлении причинной связи не решает правовых вопросов, конечная оценка наличия причинной связи принадлежит следователю (судье).

Рассматривая криминалистические аспекты причинно-следственных связей механизма преступления, нельзя обойти вниманием производные доказательства и в первую очередь вещественные доказательства.

Исходя из сущности вещественного доказательства, следует отметить, что доказательственное значение имеет не сама вещь, а исключительно ее отдельные признаки и свойства. Они могут быть существенными с точки зрения качества вещи и неотделимыми от нее, но могут быть и несущественными - внутренними и внешними. Производное вещественное доказательство предварительное расследование и суд могут получить исключительно на основе копии (слепок «свойств-доказательств»), относящихся к категории внешних, поверхностных, поддающихся воспроизведению в силу своего содержания, ибо нельзя получить адекватную копию вещи, но можно воспроизвести некоторые ее свойства как элементы общности нескольких материальных тел. Исследование производных вещественных доказательств основано на получении в этом процессе определенных их свойств, которые могут быть использованы в качестве средств установления причинной связи. В значительной степени это связано с экспертными возможностями установления причинно-следственных отношений.

Приведенные в статье криминалистические данные, связанные с особенностями установления причинности и причинно-следственных связей, представляются нам некими основами сложного процесса, который включает в свое содержание усмотрение теоретических положений, связанных с установлением уголовно-правовой и уголовно-процессуальной причинности в расследовании преступлений и их судебном рассмотрении.

Литература

1. Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. - Москва: Юрид. лит., 1973. С. 110.

2. Городокин В.А., Кудрявцева А.В. Установление причинно-следственных связей между действием (бездействием) участников дорожного движения и событием - дорожно-транспортным преступлением: монография. - Москва: Юрлитин-форм, 2013.

3. Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной обстановки места происшествия: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Москва, 1968. С. 8.

4. Колдин В.Я. Криминалистический анализ: монография. - Москва: Юрлитинформ, 2016.

5. Кондаков Н.И. Логический словарь-справочник. Второе, исправленное и дополненное издание. - Москва: Наука, 1976. С. 349.

6. Корма В.Д, Образцов В.А. Причинно-следственная связь как объект криминалистического исследования: монография. - Москва: Юрлитинформ, 2009.

7. Криминалистика: информационные технологии доказывания: учебник для вузов / под редакцией В.Я. Колдина. - Москва: Зерцало-М, 2007.

8. Кузнецов И.В. Категория причинности и ее познавательное значение. «Теория познания и современная наука». -Москва, 1967. С. 8.

9. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении: учебник для вузов / под ред. доктора юридических наук, профессора Н.Ф. Кузнецовой и кандидата юридических наук, доцента И.М. Тяжковой. - Москва: ИКД «Зерца-ло-М», 2002.

10. Милль Дж. С. Система логики силлогистической и индуктивной. - Москва, 1914. С. 345-361.

11. Соколовский З.М. Проблема использования в уголовном судопроизводстве специальных знаний при установлении причинной связи явлений: автореф. дис. ... докт. юрид. наук. - Харьков, 1968. С. 7.

12. Соктоев З.Б. Причинность и объективная сторона преступления: монография. - Москва: Норма: ИНФРА-М, 2015.

13. Старченко А.А. Логика в судебном исследовании. - Москва, 1958.

14. Уголовное право. Общая часть. Преступление. Академический курс. В 10 т. Т. 6. Объект преступления. объективная сторона преступления / под ред. докт. юрид. наук проф. Н.А. Лопашенко. - Москва: Юрлитинформ, 2016.

15. Чистова Л.Е. Причины и условия в криминалистике. Их значение в расследовании и предупреждении преступлений: монография. - Москва: Юрлитинформ, 2013.

16. Эминов В.Е. Причины преступности в России: криминологический и социально-психологический анализ: монография. - Москва: Норма: ИНФРА-М, 2015.

= References =

1. Belkin R.S., Vinberg A.I. Kriminalistika. Obshcheteoreticheskie problemy. - Moskva: Yurid. lit., 1973. S. 110.

2. Gorodokin V.A., Kudryavtseva A.V. Ustanovlenie prichinno-sledstvennykh svyazei mezhdu deistviem (bezdeistviem) uchastnikov dorozhnogo dvizheniya i sobytiem - dorozhno-transportnym prestupleniem: monografiya. - Moskva: Yurlitinform, 2013.

3. Il'chenko Yu.I. Takticheskie priemy issledovaniya material'noi obstanovki mesta proisshestviya: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk. - Moskva, 1968. S. 8.

4. Koldin V.Ya. Kriminalisticheskii analiz: monografiya. - Moskva: Yurlitinform, 2016.

5. Kondakov N.I. Logicheskii slovar'-spravochnik. Vtoroe, ispravlennoe i dopolnennoe izdanie. - Moskva: Nauka, 1976. S. 349.

6. Korma V.D, Obraztsov V.A. Prichinno-sledstvennaya svyaz' kak ob»ekt kriminalisticheskogo issledovaniya: monografiya. -Moskva: Yurlitinform, 2009.

7. Kriminalistika: informatsionnye tekhnologii dokazyvaniya: uchebnik dlya vuzov / pod redaktsiei V.Ya. Koldina. - Moskva: Zertsalo-M, 2007.

8. Kuznetsov I.V. Kategoriya prichinnosti i ee poznavatel'noe znachenie. «Teoriya poznaniya i sovremennaya nauka». - Moskva, 1967. S. 8.

9. Kurs ugolovnogo prava. Obshchaya chast'. Tom 1: Uchenie o prestuplenii: uchebnik dlya vuzov / pod red. doktora yuridicheskikh nauk, professora N.F. Kuznetsovoi i kandidata yuridicheskikh nauk, dotsenta I.M. Tyazhkovoi. - Moskva: IKD «Zertsalo-M», 2002.

10. Mill'Dzh. S. Sistema logiki sillogisticheskoi i induktivnoi. - Moskva, 1914. S. 345-361.

11. Sokolovskii Z.M. Problema ispol'zovaniya v ugolovnom sudoproizvodstve spetsial'nykh znanii pri ustanovlenii prichinnoi svyazi yavlenii: avtoref. dis. ... dokt. yurid. nauk. - Khar'kov, 1968. S. 7.

12. Soktoev Z.B. Prichinnost' i ob»ektivnaya storona prestupleniya: monografiya. - Moskva: Norma: INFRA-M, 2015.

13. Starchenko A.A. Logika v sudebnom issledovanii. - Moskva, 1958.

14. Ugolovnoe pravo. Obshchaya chast'. Prestuplenie. Akademicheskii kurs. V 10 t. T. 6. Ob»ekt prestupleniya. ob»ektivnaya storona prestupleniya / pod red. dokt. yurid. nauk prof. N.A. Lopashenko. - Moskva: Yurlitinform, 2016.

15. Chistova L.E. Prichiny i usloviya v kriminalistike. Ikh znachenie v rassledovanii i preduprezhdenii prestuplenii: monografiya. -Moskva: Yurlitinform, 2013.

16. Eminov V.E. Prichiny prestupnosti v Rossii: kriminologicheskii i sotsial'no-psikhologicheskii analiz: monografiya. - Moskva: Norma: INFRA-M, 2015.