Возникновение, становление и развитие правовых норм, регулирующих международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства

тельной меры медицинского характера, если это возможно по его психическому состоянию.

Анализируя вопрос о законном представителе лица, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительной меры медицинского характера, следует также отметить следующее. В п. 12 ст. 5 УПК РФ не указываются близкие родственники, опекуны и попечители лица, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительной меры медицинского характера, представители учреждений или организаций, на попечении которых находится несовершеннолетнее лицо, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительной меры медицинского характера, что, думается, должно быть исправлено путем внесения в данную правовую норму соответствующих дополнений .

Давыдова М.В.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ, СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПРАВОВЫХ НОРМ, РЕГУЛИРУЮЩИХ МЕЖДУНАРОДНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО В СФЕРЕ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Становление и развитие межгосударственных отношений по противодействию преступности, а также регулирующих данные отношения правовых норм, осуществлялось в течение длительного исторического периода. С древности государства, движимые общими интересами, пытались объединить свои усилия в этом направлении. Для достижения цели совместной борьбы с преступностью создавались, в первую очередь, международно-правовые нормы. Позже возникла необходимость и внутригосударственного регулирования данных отношений.

1 Так, например, п. 9 ч. 1 ст. 6 УПК Республики Беларусь закрепляет следующую дефиницию «законные представители - это родители, усыновители, опекуны, попечители подозреваемого, обвиняемого, лица, совершившего общественно опасное деяние, потерпевшего или гражданского истца; представители учреждений и организаций, на попечении которых находятся подозреваемый, обвиняемый, лицо, совершившее общественно опасное деяние, потерпевший или гражданский истец».

а) Международно-правовое регулирование.

По вопросу о периодизации истории развития правовых норм, регулирующих отношения в рассматриваемой сфере, учеными высказываются различные точки зрения. М.П. Глумин, например, выделяет четыре исторических этапа: первый - XVIII - начало XX века; второй - начало 20-х - конец 40-х годов XX века; третий - начало 50-х -начало 90-х годов XX века; четвертый - начало 1990 годов - настоящее время1. Приведенная периодизация представляется достаточно спорной, поскольку в нее не вошел огромный исторический пласт - с древнейших времен - до XVIII века. Поэтому, более корректной, на мой взгляд, является периодизация, предложенная А.Г. Волеводзом. Он выделяет шесть исторических периодов развития правового регулирования международного сотрудничества в сфере уголовного процесса (частично совпадающих с периодами, выделенными М.П. Глу-миным): первый - с древнейших времен и до конца XVII века (начало правового оформления института выдачи лиц, совершивших преступления); второй - период, охватывающий XVIII - начало XIX века (формирование общепризнанных начал международно-правового института выдачи); третий - с 1833 г. до 1919 г. (появление внутригосударственных норм, специально посвященных регулированию отношений выдачи и правовой помощи, а также расширения международно-правового регулирования данных отношений); четвертый - с 1919 г. до 1945 г. (широкое распространение практики заключения двусторонних договоров в сфере экстрадиции, создание международно-правовых основ сотрудничества в борьбе с отдельными видами преступлений); пятый - с 1945 г. до начала 1990-х годов (формирование многосторонней международно-правовой базы сотрудничества в сфере уголовного процесса на универсальном и региональном уровнях); шестой - с начала 1990 годов и до настоящего времени (активизация сотрудничества государств в сфере уголовного судопроизводства)2.

Раньше других видов международного сотрудничества в борьбе с преступностью возникли отношения по выдаче лиц, совершивших

1 См.: Глумин М.П. Международно-правовая помощь по уголовным делам как институт уголовно-процессуального права России: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09. - Н. Новгород, 2005. - С. 17.

См.: Волеводз А.Г. Правовые основы новых направлений международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.09. - М., 2002. - С. 14-20.

преступление (экстрадиция)1. В дошедшем до наших дней договоре между царем хеттов Хаттушилем III и египетским фараоном Рамсесом II было закреплено следующее правило о выдаче лиц, совершивших преступление: «Если кто-либо убежит из Египта и уйдет в страну хеттов, то царь хеттов не будет его задерживать, но вернет в страну Рамсеса» . Практика договоренностей по вопросам выдачи беглых рабов и других преступников существовала и в других древних государствах: Месопотамии, Греции, Риме3.

В Древней Руси также заключались договоры, устанавливающие правила выдачи русских другими государствами: уже в Х веке были заключены три международных договора с Византией, из которых наиболее известен Договор киевского князя Олега 911 г4.

Данное направление взаимодействия в борьбе с преступностью было основным для государств вплоть до второй половины XIX века. О приоритетности этого вида сотрудничества, в частности, свидетельствует то обстоятельство, что большинство заключенных в указанный период времени международных договоров в сфере уголовного процесса касались именно выдачи преступников5. Очевидно, что государства были заинтересованы, в первую очередь, в выдаче государственных преступников, бунтовщиков и изменщиков. Такие договоры заключались ими гораздо раньше, чем договоры о выдаче лиц, виновных в совершении уголовных преступлений6.

1 См.: Волженкина В.М. Выдача в российском уголовном процессе. - М.,

2002. - С. 3; Бойцов А.И. Выдача преступников. - СПб., 2004. - С. 9; Нигма-туллин Р. В. К истории формирования института выдачи в российском законодательстве // Российский следователь. - 2005. - № 6. - С. 59.

См.: Иногамова-Хегай Л.В. Международное уголовное право. - СПб.,

2003. - С. 9.

См.: Иногамова-Хегай Л.В. Указ. соч. - С. 10.

4 См.: Волженкина В. М. Нормы международного права в российском уголовном процессе. - СПб., 2001. - С. 18-19.

5 См.: Волеводз А.Г. Международный розыск, арест и конфискация полученных преступным путем денежных средств и имущества (правовые основы и методика). - М., 2000. - С. 8.

6 См.: Чирикин В. А. Международное сотрудничество правоохранительных органов России по борьбе с преступностью (1861 - 1917 г.г.): Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.01. - М., 1999. - С. 54; Тесленко А.М. Глава 54 нового УПК Российской Федерации: исторический аспект // Российский юридический журнал. - 2001. - № 4. - С. 102.

С течением времени отношения по противодействию преступности между государствами становились более разнообразными, потребности развивающейся практики обусловливали заключение международных договоров, регламентирующие, наряду с вопросами выдачи лиц для осуществления уголовного преследования, и вопросы оказания взаимной помощи при производстве по уголовным делам.

Российская Империя достаточно активно участвовала в международном сотрудничестве по вопросам противодействия преступности. За период со второй половины 60-х годов XIX века и до 1917 г. Россия заключила 21 соглашение в этой сфере (преимущественно с европейскими государствами - Данией, Швецией, Нидерландами, Италией, Бельгией и другими). Данные договоры содержали как положения о выдаче лиц, так и нормы, регулирующие осуществление отдельных видов взаимной правовой помощи: проведение следственных действий (в основном - допроса свидетелей), обеспечение явки свидетелей, «сообщение документов, актов и сведений по уголовным делам», «арест вещей и их выдача».1

Период с начала XX века и до 1945 г. для нашей страны характеризуется свертыванием процесса сотрудничества с другими государствами по вопросам борьбы с преступностью, что объясняется фактическим отсутствием потребности в таком сотрудничестве. Международные отношения СССР в это время поддерживались преимущественно на дипломатическом уровне2.

После окончания Второй мировой войны международное сотрудничество в сфере противодействия преступности вышло на качественно новый уровень: приоритет в регулировании указанных отношений стал отдаваться международно-правовым актам регионального и универсального уровня.

Важную роль в организации сотрудничества государств в сфере уголовного процесса, в том числе и в создании международно-правовых норм, стала играть Организация Объединенных Наций.

Начиная с 1955 г., и до настоящего времени ООН проведено одиннадцать Международных конгрессов по предупреждению пре-

1 См.: Чирикин В.А. Указ. соч. - С. 87-108; Волеводз А.Г. Указ. соч. -

С. 8.

2

См.: Волеводз А.Г. Правовые основы новых направлений международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства : Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. - С. 16.

ступности и обращению с правонарушителями, значение которых трудно переоценить1. Предметом обсуждения на этих представительных международных форумах стали вопросы содействия «развитию более эффективной политики в области предупреждения преступности и разработке мер по обеспечению уголовного правосудия во всем мире»2.

Государства, участвующие в работе Конгрессов ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, не оставили без внимания и вопросы взаимодействия компетентных органов различных государств при расследовании уголовных дел. Так, на Восьмом конгрессе были выработаны следующие документы: Типовой договор о выдаче, Типовой договор о взаимной правовой помощи в области уголовного правосудия, Типовой договор о передаче уголовного судопроизводства (приняты резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1990 г. № 45/116, № 45/117, № 45/118 -соответственно)3.

Нормы о сотрудничестве в сфере уголовного процесса включены в многосторонние договоры по вопросам противодействия международным преступлениями или преступлениям международного характера. К таким договорам относятся, например: Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности от 15 ноября 2000 г.4, Конвенция ООН против коррупции от 31 октября 2003 г.1 и другие.

1 См.: Овчинский В.С. Основы международного сотрудничества в борьбе с организованной преступностью // Следователь. - 1999. - № 9. - С. 44-47; Нигматуллин Р.В. Одиннадцатый конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и проблемы координации международного сотрудничества по борьбе с преступностью // Международное публичное и частное право. - 2006. - № 5. - С. 41-43; Шарифуллин Р.А. Некоторые правовые аспекты международного сотрудничества в области предупреждения преступности // Российский судья. - 2006. - № 12. - С. 43-45; Скирда М.В. К вопросу о влиянии актов Конгрессов Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и уголовному правосудию на правовую систему Российской Федерации // Российский судья. - 2007. - № 7. - С. 36-37.

Костенко Н.И. Роль Организации Объединенных Наций и эффективные меры по борьбе с транснациональной организованной преступностью // Государство и право. - 2006. - № 7. - С. 78.

См.: Справочно-правовая система «КонсультантПлюс». - М.: КонсультантПлюс, 2009. - Загл. с экрана.

4 См.: Бюллетень международных договоров. - 2005. - № 2. - С.3-33.

33

Наряду с общими нормами международного права, регулирующими сотрудничество государств в сфере уголовного судопроизводства, во второй половине ХХ века интенсивно развивались и региональные нормы, в том числе - европейские2. Значительный вклад в формирование комплекса европейских региональных норм внесен Советом Европы. В рамках СЕ были разработаны и приняты Европейская конвенция о выдаче от 13 декабря 1957 г.3, Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20 апреля 1959 г.4, Европейская конвенция о передаче судопроизводства по уголовным делам от 15 мая 1972 г.5, которые до настоящего времени эффективно регулируют отношения по выдаче лиц, осуществлению уголовного преследования на основании запроса иностранного государства и оказанию правовой помощи по уголовным делам. Европейская конвенция 1959 г., как справедливо отмечает В.В. Милинчук, сформировала современный облик института взаимной правовой по-

мощи6.

Наше государство, несмотря на определенную изолированность от процессов западноевропейского международного нормотворчества (имеется в виду период существования СССР), внесло, тем не менее, свой вклад в развитие региональных норм по борьбе с преступностью. Этот вклад выражался в заключении двусторонних договоров о правовой помощи с социалистическими государствами (например, договоров об оказании правовой помощи, заключенных в 1957 г. с Польской Народной Республикой, Народной Республикой Болгария, Германской Демократической Республикой и другими социалистическими государствами ). Договоры предусматривали возможность са-

1 См.: Собрание законодательства РФ. - 2006. - № 26. - Ст. 2780.

См.: Воробьев И.А. Как развивается международное сотрудничество в борьбе с организованной преступностью // Журнал российского права. - 1998. -№ 8. - С. 160-163; Нигматуллин Р.В. Становление сотрудничества государств Европы в борьбе с преступностью // Международное публичное и частное право. - 2006. - № 2 (29). - С. 49-53.

См.: Собрание законодательства РФ. - 2000. - № 23. - Ст. 2348.

4 См.: Собрание законодательства РФ. - 2000. - № 23. - Ст. 2349.

5 См.: Справочно-правовая система «КонсультантПлюс». - М.: Консуль-тантПлюс, 2009. - Загл. с экрана.

6 См.: Милинчук В. В. Институт взаимной правовой помощи по уголовным делам. Действующая практика и перспективы развития. - М., 2001. - С. 9.

7 Там же. - С. 11-16.

мого широкого сотрудничества: оказание помощи в передаче преступников, вручение документов, передача вещей, выполнение отдельных процессуальных действий (проведение обысков, экспертизы, допросов обвиняемых, свидетелей, экспертов и др.), направление свидетелей и экспертов за границу для оказания помощи в расследовании преступления. Возникновение на постсоветском пространстве независимых государств и их объединение в СНГ повлекло создание в рамках этой организации специальных норм, регулирующих отношения по борьбе с преступностью1. Одним из основных договоров является Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, подписанная в г. Минске 22 января 1993 г. , закрепившая положения о порядке взаимодействия компетентных органов различных государств при осуществлении правовой помощи, объеме помощи, требованиях к содержанию и форме поручения об оказании правовой помощи, порядке осуществления экстрадиции и другие.

Положения, закрепленные в Минской конвенции 1993 г., нашли дальнейшее развитие в Кишиневской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 , которую подписали Азербайджанская Республика, Республика Армения, Республика Белорусь, Грузия, Республика Казахстан, Кыргызская Республика, Республика Молдова, Российская Федерация, Республика Таджикистан и Украина. На сегодняшний день она вступила в силу лишь для Азербайджана, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана. Российской Федерацией данное международное соглашение еще не ратифициро-

1 См.: Божелко О.А. О проблемах совершенствования сотрудничества государств-участников Содружества Независимых государств в борьбе с преступностью. Доклад от Координационного совета генеральных прокуроров государств-участников СНГ // Прокурорская и следственная практика. - 1999. -№ 1-2. - С. 56-63; Саматов О.Ж. Правовая помощь и иные формы правового сотрудничества стран СНГ // Право и политика. - 2005. - № 7. - С. 69-74; Нигма-туллин Р. В. Международное сотрудничество по борьбе с преступностью государств-участников СНГ // История государства и права. - 2006. - № 7. - С. 4245.

См.: Собрание законодательства РФ. - 1995. - № 17. - Ст. 1472.

См.: Справочно-правовая система «КонсультантПлюс». - М.: Консуль-тантПлюс, 2009. - Загл. с экрана.

вано, поэтому отношения России с другими членами СНГ регулируются положениями Минской конвенции 1993 г.

б) Внутригосударственное регулирование.

Как уже отмечено выше, положения, регулирующие вопросы сотрудничества государств в сфере борьбы с преступностью, первоначально содержались исключительно в нормах международно-правовых актов. Но на определенном этапе сотрудничества (когда в международные договоры стали включаться положения, непосредственно касающиеся деятельности компетентных органов и должностных лиц государств-участников в сфере уголовного судопроизводства) стало очевидным, что реализация международных норм невозможна без соответствующего внутригосударственного регулирования.

В российском законодательстве такие нормы появились в XIX веке. Статьи 179-181 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г., закрепляющие возможность применения норм Уложения в отношении российских подданных совершивших преступления против российского государства и находящихся вне пределов России, содержали положения о выдачи таких лиц1. Данные нормы закрепили «материально-правовые основы экстрадиции и других форм международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства» . Особое значение для регулирования рассматриваемых отношений имела ст. 190 Учреждения судебных установлений от 20 ноября 1864 г., закрепившая возможности международного сотрудничества судебных мест и должностных лиц судебного ведомства Российской Империи. Согласно указанной статье, «сношения судебных мест и должностных лиц империи с судебными и другими местами иностранных государств производятся посредством министра юстиции через министерство иностранных дел»3.

В советский период сфера деятельности правоохранительных и судебных органов, связанная с выполнением международно-правовых обязательств нашего государства, оставалась слабо урегу-

1 См.: Российское законодательство X - XX веков. Т. 6. Законодательство первой половины XIX века. - М., 1988. - С. 210-211.

См.: Волеводз А.Г. Правовое регулирование новых направлений международного сотрудничества в сфере уголовного процесса. - М., 2002. - С. 67.

См.: Российское законодательство X - XX веков. Т. 8. Судебная реформа. - М., 1991. - С. 52.

лированной внутригосударственным правом, поскольку в уголовно-процессуальном законодательстве отсутствовал механизм реализации норм международного права в уголовном процессе 1. Вместе с тем, указанные вопросы нашли отражение в ряде нормативных актов, в частности, в Постановлении ЦИК и СНК СССР от 27 августа 1926 г. «О порядке сношений правительственных учреждений и должностных лиц Союза ССР и союзных республик с правительственными учреждениями и должностными лицами иностранных государств», в котором устанавливался общий порядок взаимодействия компетентных органов через НКИД СССР (позднее МИД СССР)2. Аналогичное положение содержалось и в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 16 декабря 1974 г. «О порядке сношений государственных учреждений СССР и их должностных лиц с учреждениями и должностными лицами иностранных государств»3. В последующем перечень органов, компетентных осуществлять непосредственное взаимодействие с иностранными органами и должностными лицами, существенно расширился. В Постановлении Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г. № 9132-Х1 «О мерах по выполнению международных договоров СССР о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам»4 к таким органам были отнесены: Министерство юстиции СССР - по всем вопросам, связанным с работой судов, по вопросам представления сведений о действующем или действовавшем в СССР законодательстве и в иных случаях, прямо предусмотренных договорами; Верховный Суд СССР - по вопросам его судебной деятельности; Прокуратура Союза ССР - по вопросам, связанным с возбуждением уголовного преследования, проведением дознания и предварительного следствия, выдачи и перевозки выданных лиц, сообщения о результатах уголовного преследования и всем другим вопросам, связанным с работой органов прокуратуры, внутренних дел, государственной безопасности, а также в иных случаях,

1 См.: Тесленко А.М. Указ. статья. - С. 101; Бирюков П.Н. Уголовно-процессуальное законодательство РФ и международные договоры: проблемы взаимодействия // Российский юридический журнал. - 1998. - № 4. - С. 46; Малиновский О.Н Нормы международного права о правах человека как источник российского уголовно-процессуального права: Дис. ... канд. юрид. наук. -Краснодар, 2003. - С. 65.

См.: Волеводз А.Г. Правовое регулирование... - С. 82.

3 См.: Ведомости Верховного Совета СССР. - 1948. - № 5. - Ст. 2.

4 См.: Ведомости Верховного Совета СССР. - 1988. - № 26. - Ст. 428.

37

прямо предусмотренных договорами; Министерство иностранных дел СССР - по вопросам истребования и пересылки документов об актах гражданского состояния и в иных случаях, прямо предусмотренных договорами. На Верховный Суд СССР и Прокуратуру Союза ССР было возложено и решение вопроса о возможности применения при исполнении поручения процессуального законодательства соответствующего иностранного государства.

УПК РСФСР содержал лишь отсылочную норму (ст. 32), которая закрепляла следующее положение: «Порядок сношения судов, прокуроров, следователей и органов дознания с судебно-следственными органами иностранных государств, а равно порядок выполнения поручений последних определяется законодательством Союза ССР и РСФСР и международными договорами, заключенными СССР и РСФСР с соответствующими государствами».

Содержание указанной статьи предполагало обязанность правоохранительных органов нашего государства по оказанию правовой помощи компетентным органам иностранных государств путем выполнения отдельных процессуальных действий, в частности, путем составления и пересылки документов, протоколов допроса обвиняемых, свидетелей, экспертов, осмотра, выполнения поручений о вручении документов и т.п. В объем правовой помощи включалась и выдача запрашивающему государству обвиняемых в совершении преступлений для осуществления их уголовного преследования и осужденных для приведения приговора в исполнение1.

Однако специальных норм, детально регулирующих порядок сношения судов, прокуроров, следователей и органов дознания с су-дебно-следственными органами иностранных государств при расследовании уголовных дел, выдачи преступников УПК РСФСР не содержал, что, безусловно, затрудняло практическое применение международных норм в уголовном судопроизводстве. Подобная неполнота уголовно-процессуального регулирования объективно объяснялась отсутствием практики применения международных договоров и опыта законодательного регулирования в этой сфере2.

1 См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - Изд. 2-е, перераб. и доп. - М., 1997. - С. 64-65.

Абдрашитова Р.З. Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства: проблемы становления и дальнейшее развитие // Право и политика. - 2006. - № 2. - С. 107.

При разработке нового УПК РФ законодатель устранил существовавший ранее пробел и предусмотрел ряд глав, регламентирующих порядок взаимодействия правоохранительных органов с соответствующими компетентными органами и должностными лицами иностранных государств и международными организациями, выдачу лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачу осужденных к лишению свободы лиц для отбывания наказания в государстве, гражданами которого они являются (гл. 53, 54, 55 УПК РФ).

Несмотря на относительно непродолжительный период существования в УПК РФ норм о взаимной правовой помощи по уголовным делам, правоприменительная практика свидетельствует об их востребованности. В частности, Генеральная прокуратура Российской Федерации в 2008 году сотрудничала по вопросам экстрадиции и правовой помощи с компетентными органами более чем 70 государств1. Результаты анкетирования следователей системы прокуратуры Российской Федерации (Сибирского, Уральского и Дальневосточного федеральных округов) в 2006 - 2008 г.г. показали, что из 400 опрошенных более трети (145) непосредственно участвовали в осуществлении экстрадиции или взаимной правовой помощи.

Следует особо подчеркнуть, что в УПК РФ отразились мировые тенденции развития межгосударственного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства, в частности, произошла дифференциация норм, регулирующих оказание взаимной правовой помощи, выдачу лиц для уголовного преследования или исполнения приговора суда, передачу уголовного дела для осуществления уголовного преследования, передачу осужденных для отбывания наказании. Представляется, что и в дальнейшем взаимодействие международно-правовых норм и норм российского уголовно-процессуального законодательства обеспечит их поступательное развитие и совершенствование.

1 Решение коллегии Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 25 февраля 2009 г. «Об итогах работы органов прокуратуры за 2008 г. и мерах, направленных на повышение эффективности деятельности по укреплению законности и правопорядка».