К вопросу о деривационно-семантическом описании неолексем С. Д. Кржижановского

Вестник Челябинского государственногоуниверситета. 2015. № 27 (382). Филологические науки. Вып. 98. С. 153-159.

УДК 81.373.43 2

ББК 81.411.2-3

Л. В. Промах

К ВОПРОСУ О ДЕРИВАЦИОННО-СЕМАНТИЧЕСКОМ ОПИСАНИИ НЕОЛЕКСЕМ С. Д. КРЖИЖАНОВСКОГО

Описывается деривационно-семантическое пространство лексических новообразований С. Д. Кржижановского. Рассматривается представление о системе словообразовательных единиц, обладающих семантической значимостью, вводится понятие деривационно-семантического блока и доминанты деривационно-семантического пространства индивидуально-авторских неолексем.

Ключевые слова: неолексема, словообразовательное значение, словообразовательная категория, деривационно-семантическое подполе, деривационно-семантическое поле, деривационно-семантический блок, деривационно-семантическая доминанта.

С. Д. Кржижановский известен как автор сложной и противоречивой прозы, как виртуозный мастер словесного творчества. Создание неолексем с их очевидной смысловой неоднозначностью подчеркивает художественную парадоксальность сформированного писателем мира, ключевые смыслы которого мы пытались выявить в статье «Лексические новообразования как репрезентанты художественного мира (на материале произведений С. Д. Кржижановского)» [20]. Прозаик творчески использовал возможности словообразовательного уровня языковой системы для максимальной точности номинации конструируемых им понятий, явлений, действий, признаков. Авторская лексика и ее дополнительное комментирование могут быть представлены в специальном словаре-иди-оглоссарии. Идее создания последнего была посвящена статья «Словотворчество С. Д. Кржижановского: лексикографический аспект» [19]. Аспекты отбора подобного словарного материала были рассмотрены нами в статье «Лексические новообразования С. Д. Кржижановского и проблемы их выявления» [21].

Для литературных представлений С. Д. Кржижановского чрезвычайно важна их содержательная насыщенность. Философские категории, идеи, аллюзии включены автором в сюжеты особой фантомной реальности, напоминающей подлинную и в то же время принимающей черты фантасмагории, и репрезентированы самобытным языком. Считают, что традиционно в формировании семантики неолексем участвует лексическая семантика. Мы предлагаем выявить деривационно-семантические особенности авторских новообразований,

опираясь на мнение Т. В. Поповой о том, что «изучение семантики языковых единиц предполагает учет человеческого фактора в языке, поскольку любое значение основано на концептуализации мира человеком. Деривационные значения также являются одним из способов языковой категоризации мира, интерпрета-циипонятийныхкатегорий» [18. С. 15].

В целом, при деривационно-семантическом описании неолексикона С. Д. Кржижановского было взято за основу представление о системе словообразовательных единиц, обладающих семантической значимостью [18]. Мельчайшими элементами являются семы, которые объединяются в словообразовательные значения (СЗ). Однотипные СЗ образуют словообразовательные категории (СК), однотипные СК - деривационно-семантические подполя (ДО III). ДСПП - деривационно-семантические поля (ДСП).

Деривационно-семантическое пространство представлено 628 новыми словами С. Д. Кржижановского, словообразовательные значения которых были сформулированы с опорой на «Русскую грамматику» под редакцией Н. Ю. Шведовой (1980).

В настоящее время словообразовательное значение понимают как «общее категориальное значение слов, объединяющихся в словообразовательный тип, основанное на семантическом соотношении мотивированной и мотивирующей основ» [8. С. 184; 10. С. 84-99].

Словообразовательные значения предопределяют семантику производных слов и позволяют понять, «какое концептуальное или когнитивное образование подведено под «крышу» знака, какой квант информации вы-

делен телом знака из общего потока сведений о мире» [11. С. 23]. В деривационных значениях представлены «смыслы, составляющие когнитивно базисные подсистемы мнения и знания» [17. С. 241].

Анализ деривационной семантики производных слов позволяет охарактеризовать не только классы словообразовательных единиц, обладающих семантической значимостью (словообразовательных гнезд, цепочек, моделей, типов и подтипов), но и деривационно-семантические феномены более высокого уровня абстракции: словообразовательные категории (СК), деривационно-семантические подполя (ДО III). деривационно-семантические поля (ДСП), деривационно-семантические блоки (ДСБ).

О возможности анализа семантического пространства через словообразовательное значение писал И. С. Улуханов: «Систему словообразования <...> можно представить в виде семантического поля, расчлененного на участки, соответствующие значениям формантов» [23. С. 131]. По мнению дериватологов, например, Е. С. Кубряковой, Т. В. Поповой и др., все русские словообразовательные значения предикатны по своей природе, поскольку опосредованно отражают различные отношения, связывающие явления объективной действительности [18]. Исследования Е. С. Кубряковой позволяют утверждать, что словообразовательное значение (СЗ) представляет собой сложное, неэлементарное, иерархически организованное образование [10].

В СЗ выделяют мельчайшие элементы смысла, семантические признаки - семы. Совокупность сем может формировать семную структуру СЗ слова. Семы имеют разную степень обобщенности, поэтому связаны между собой иерархическими отношениями. В структуре СЗ можно выделить самые общие семы, которым подчинены все другие, конкретизирующие их. Современная дериватология выделяет следующие виды сем. Самые общие семы - это семы грамматического характера (категориально-грамматические семы - КГС). Например, семы, определяющие часть речи слова: сема «предметности» у имен существительных, «действия» у глаголов, «признака» у имен прилагательных.

Более конкретными являются семы собственно словообразовательные, среди которых можно выделить семы более общие (категориально-словообразовательные - КСС) и более конкретные (дифференциальные - ДС).

Категориально-словообразовательные семы (КСС) являются важнейшими в организации СЗ слова: им подчинены все остальные менее общие семы, которые уточняют, конкретизируют их - дифференциальные семы (ДС).

Таким образом, СЗ, как и лексическое значение, складывается из макрокомпонентов и сем разных видов: «К макрокомпонентам СЗ следует отнести его сигнификативно-денатив-ную и коннативную составляющие, к микрокомпонентам - семы разных типов: категориально-словообразовательные и дифференциально-словообразовательные» [18. С. 183]. КСС определяется по главному слову в дефиниции СЗ, ДСС - по уточняющим его компонентам. Например, в СЗ «совершать действие, названное н. м. г., не раз / один раз» КСС - это компонент «совершать действие, н. м. г.», а ДСС - «не раз / один раз» и сема субъекта, совершающего действие, н. м. г.

СЗ - единица словообразования, представляющая собой выраженную словообразовательным формантом семантическую разность между производным и производящим, которая повторяется во всех однотипных словообразовательных парах. Более емкой семантико-словообразовательной единицей является словообразовательная категория (СК).

В современной дериватологии существует множество определений и интерпретаций понятия «словообразовательная категория» (труды Н. С. Авиловой, Ю. Ю. Гайдуковой, М. До-кулила, Р. С. Манучаряна, И. П. Матхановой, Г. П. Нещименко).

Для нашей работы удобно понимание СК как совокупности содержательно однотипных СЗ, свойственных дериватам одной части речи. Критерием однотипности СЗ является совпадение КСС и одной из ДСС. Например, СЗ «лицо, имеющее то, что н. м. с.» {очкач ^ очки: «Где-то уже у выхода я сшиб с ног старуху-богомолку. - Ишь, очкач, - крикнула она мне вслед. -Товарищ очкач, - поправил чей-то веселый басок и засмеялся, я тоже («Автобиография трупа») и СЗ «лицо, названное по принадлежности к стране, н. м. с.» (итанесиец ^ Итанесиэс: «Итанесийцы <...> были существами об одном, но (как говорилось уже) столь огромном ухе, что из-за уха человека не увидеть («Итанесиэс») находятся в отношениях пересечения, поскольку совпадают их КСС «лицо, имеющее отношение к предмету, н. м. е.». Но, помимо общей семы отношения, первое СЗ имеет уточ-

няющий компонент - указание на наличие у лица некоего предмета (очки), второе - на принадлежность лица к стране (Итанесиэс). Данные СЗ однотипны и входят в одну СК «лицо, имеющее отношение к предмету, н. м. е.».

СК взаимодополняют друг друга и образуют деривационно-семантическое подполе (ДСПП). Например, в субстантивное ДСПП «лицо, характеризующееся динамическим признаком» входят СК с более частными СЗ лица-производителя действия и лица-результата действия, причем мотиваторами являются глагол / причастие / наречие / союз / словосочетание / предложение. Так, СК «Лицо, производящее действие, н. м. г.» (делатель ^ делать: «После пришли делатели параграфов («Жизнеописание одной мысли»), СК «Лицо, производящее действие, н. м. н.» (авось, то есть тот, кто производит действия на авось и живет в стране авосей ^ авось: «Направо идти - придешь к авосям, налево - к небосям. («Когда рак свистнет»), СК «Лицо, появившееся в результате действия, н. м. г.» (оторвыш / об ожившем пальце ^ оторвать: «бедные оторвыши робко постучали мизинцем в окно («Сбежавшие пальцы») входят в ДСПП «лицо, характеризующееся динамическим признаком».

ДСПП объединяются в деривационно-семантическое поле (ДСП) с опорой на понятийную категорию (ПК). ПК трактуются как категории, имеющие языковое содержание и языковое выражение [3]. ПК соотносят с семантическими категориями, понимаемыми как абстрактные, содержательные (в основе своей -понятийные) категории языка, выражающиеся средствами явной и скрытой грамматики [5]. К важнейшим средствам явной грамматики относят части речи и их грамматические категории, к наиболее важным средствам скрытой - деривационные модели и контекст (лексический и синтаксический). М. В. Всеволодова отмечает, что в лингвистической науке отсутствует «общий список понятийных категорий» [6. С. 56]. К основным ПК, которые находят отражение в языке, относят действие, состояние, количество, время, место, признак и так далее.

Например, при описании субстантивного деривационно-грамматического пространства (СДГП) неолексем С. Д. Кржижановского были использованы следующие наименования для выявленных ДСП: «Лицо», «Предмет», «Действие», «Состояние», «Место», «Время». Их значение определено с учетом лексических значений манифестирующих их лексем в

МАСе: лицо - это отдельный человек в обществе, индивидуум, предмет - явление действительности, факт. Место - то, что является пространством, занимаемым каким-либо телом, а также свободным пространством, которое может быть занято кем-, чем-либо. Время - то, что является длительностью существования всего происходящего, всех явлений и предметов, измеряемое веками, годами, часами, минутами и т. п. Действие - имя существительное по глаголу «действовать», которое обозначает осуществление каких-либо действий, поступков, проявление деятельности. В последнем случае мы опирались на «Толковый словарь русских глаголов» под ред. Л. Г. Бабенко (1999).

Под состоянием понимают отражение в языке специфической формы бытия человека и мира, возникающей под воздействием внешних и/или внутренних факторов и обладающей стабильностью в течение некоторого времени [15], то есть пребывание в покое, отсутствие движения и изменения во времени как в количественном, так и в качественном отношении. В. Г. Гак отмечает, что статичностью обладают состояние, процесс, в течение которого субъект или объект не изменяется [7].

Следует отдельно пояснить, что специфической особенностью категории состояния является ориентированность на его носителей (человек, предмет, окружающий мир). При этом различают сферы существования состояния.

Во-первых, выделяют внутреннее состояние, затрагивающее внутренний мир человека, локализованное внутри него и не выходящее за рамки его телесной и духовной сферы, различая при этом физическое (физиологическое) и психическое состояния. Первая группа объединяет состояния, относящиеся к телу, организму, а также его отдельным частям и органам. К физиологическим состояниям относят состояние жизни и смерти, состояние сна и бодрствования, состояние трезвости и опьянения, состояние здоровья и болезни, определение которых основывается на словарных дефинициях, приведенных в МАСе. Физическому состоянию противопоставлены такие состояния человека, которые затрагивают его душевные переживания, чувства и эмоции, ум, рассудок, волю. Психические состояния охватывают состояние души и ума, чувственно-эмоциональную и ментальную сферы [4; 12].

Во-вторых, можно говорить о внешнем состоянии, которое присуще объекту действительности как целому [22].

В нашей работе мы разграничиваем состояние человека (физиологическое и психическое), состояние предмета и состояние окружающего мира, выделяя в ДСП «состояние» следующие ДСПП: «физиологическое состояние человека», «психическое состояние человека», «состояние окружающего мира», «состояние предмета».

Анализ выявленных СК в пределах ДСПП, ДСП, ДГП позволяет сформировать новое понятие о деривационно-семантических блоках, в которые целесообразно объединять СЗ/СК/ ДСПП обладающие семой определенного содержания, но разного статуса, например, сема «действие» может быть КСС (еыкеадратури-нить: «Стараясь не шуметь, экспериментатор с остатками эссенции в руках взобрался на кровать, с кровати на шатающийся стол: оставалось выквадратуринить потолок» («Квадратурин») или ДСС {действователь: «в центр действия давайте не женщину, а священника; затем придайте центральному действователю значимости за счет значимо-стей элемента «ослиный праздник»: его можно оторвать, так сказать, от корешков, взяв одни вершки, - и затем» («Клуб убийц букв»). Неоглагол выквадратуринить со знач. «совершить действие с использованием того, что н. м. е., поочередно охватив все объекты или многие части одного объекта, со значительной интенсивностью» имеет КСС «совершить действие с использованием того, что н. м. е.». В СЗ имени существительного действователь КСС

«лицо, производящее действие» конкретизируется с помощью ДСС, фиксирующих тип мотиватора (глагол: действователь ^ действовать).

Таким образом, деривационно-семантический блок представляет собой совокупность словообразовательных значений, которые содержат однотипную словообразовательную сему независимо от ее статуса.

Учет семантической детализации и количественная характеристика деривационно-семантических блоков неолексем С. Д. Кржижановского дадут представление о репрезентации деривационно-семантической доминанты в неолексиконе С. Д. Кржижановского. Последняя зафиксирует те словообразовательные смыслы, которые свойственны максимально большому количеству неолексем и которые максимально дробно структурируют смысловую область, соотносимую с данной семой.

Высокий уровень словообразовательной категоризации, иерархичность разнородных структурных элементов и введение новых понятий деривационно-семантического блока и доминанты являются важными положениями при описании деривационно-семантического пространства индивидуально-авторских слов.

Комплексное словообразовательное описание неолексем С. Д. Кржижановского по образуемому ими деривационно-семантическому пространству позволит выявить особенности словообразовательной концептуализации художественного мира автора.

Список литературы

1. Авилова, Н. С. Вид залога и семантика глагольного слова / Н. С. Авилова. - М.: Наука, 1976. - 328 с.

2. Азарх, Ю. С. Словообразование и формообразование существительных в истории русского языка / Ю. С. Азарх. - М.: Наука, 1984. - 248 с.

3. Бондарко, А. В. Грамматическая категория и контекст/А. В. Бондарко. - Л.: Наука, 1971. — 116с.

4. Васильев, Л. М. Семантика русского глагола/Л. М. Васильев. - М.: Высш. шк., 1981. - 186 с.

5. Васильев, Л. М. Современная лингвистическая семантика / Л. М. Васильев. - М.: Либро-ком, 2009. - 192 с.

6. Всеволодова, М. В. Теория функционально-коммуникативного синтаксиса / М. В. Всево-лодова. - М.: МГУ, 2000. - 502 с.

7. Гак, В. Г. Функционально-семантическое поле предикатов локализации / В. Г. Гак II Теория функциональной грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность. - СПб.: Наука, 1996. - 230 с.

8. Земская, Е. А. Современный русский язык. Словообразование / Е. А. Земская. - М.: Просвещение, 1973. - 304 с.

9. Кржижановский, С. Д. Тринадцатая категория рассудка / С. Д. Кржижановский. - М.: Экс-мо, 2006. - 640 с.

Ю.Кубрякова, Е. С. Типы языковых значений. Семантика производного слова / Е. С. Кубря-кова. - М.: Наука, 1981.-200 с.

11.Кубрякова, Е. С. Возвращаясь к определению знака: памяти Р. Якобсона / Е. С. Кубрякова // Вопр. языкознания. - 1993. -№ 4,- С. 20-27.

12.Левитов, Н. Д. О психических состояниях человека / Н. Д. Левитов. - М.: Просвещение, 1964. - 344 с.

13. Лопатин, В. В. Основные единицы сопоставительного описания словообразовательных систем славянских языков / В. В. Лопатин // Сопоставительное изучение словообразования славян-скихязыков. - М.: Наука, 1987. - С. 46-53.

14.Манучарян, Р. С. Аспекты и вопросы сопоставительно-типологического изучения словообразования / Р. С. Манучарян // Сопоставительное изучение словообразования славянских языков. - М.: Наука, 1987. - С. 53-58.

15.Матханова, И. П. Вариативность высказываний с семантикой непроцессуального состояния в современном русском языке / И. П. Матханова // Проблемы функциональной грамматики: семантическая инвариантность/вариативность. - СПб.: Наука. - 2003. - 366 с.

16.Нещименко, Г. П. К проблеме сопоставительного изучения славянского именного словообразования / Г. П. Нещименко, Ю. Ю. Гайдукова // Теоретические и методологические проблемы сопоставительного изучения славянскихязыков. - М.: Наука, 1994. - С. 93-126.

17.Павиленис, Р. Язык. Смысл. Понимание / Р. Павиленис // Язык. Наука. Философия. Логико-методологический и семиологический анализ. - Вильнюс, 1986. - С. 212-289.

18.Попова, Т. В. Деривационно-семантическое пространство русского глагола : дис. ... д-ра филол. наук / Т. В. Попова. - Екатеринбург, 1998. - 473 с.

19.Попова, Т. В. Словотворчество С. Д. Кржижановского: лексикографический аспект / Т. В. Попова, Л. В. Промах // Вестн. Нижегород. ун-та им. Н. И. Лобачевского. - 2012. - № 5 (3). -С. 97-101.

20.Промах, Л. В. Лексические новообразования как репрезентанты художественного мира (на материале произведений С. Д. Кржижановского) / Л. В. Промах // Вестн. РУДН. Серия: Русский и иностранные языки и методика их преподавания. - 2009. -№ 4,- С. 57-63.

21.Промах, Л. В. Лексические новообразования С. Д. Кржижановского и проблемы их выявления / Л. В. Промах // Вестн. Челяб. гос. ун-та. - 2013. - № 2. Филология. Искусствоведение. Вып. 74. - С. 143-147.

22.Симанов, А. Л. Понятие «состояние» как философская категория / А. Л. Симанов. - URL: http://www.philosophy.nsc.ru/PUBLICATION/SIMANOV/ST/SIMANOV.htm.

23.Улуханов, И. С. Словообразовательная семантика и принципы ее описания / И. С. Улуха-нов. - М.: Наука, 1977. - 256 с.

24.Dokulil, М. Tvorenl slov v ceötine 1. Teorie odvozov nl slov / M. Dokulil. - Praha, 1962. - 263 s.

Сведения об авторе

Промах Лилия Валерьевна - старший преподаватель кафедры русского языка Института гуманитарных наук и искусств Уральского федерального университета имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, г. Екатеринбург.

promakhlilia@yandex.ru

158

K B. npoMax

Bulletin ofChelyabinskState University. 2015. No. 27 (382). Philology Sciences. Issue 98. Pp. 153-159.

THE QUESTION OF DERIVATIONAL SEMANTIC DESCRIPTION OF THE NEW WORDS BY SIGIZMUND KRZHIZHANOVSKY

L. V.Promakh

Ural Federal University named after thefirst President ofRussia Boris Yeltsin, Ekaterinburg, promakhlilia@yandex.ru

The article is devoted to the principles of the description of the derivational semantic space of the new words by Sigizmund Krzhizhanovsky. The article considers the idea of a system of word-building units having semantic significance.

Keywords: new wordsformation, word meaning derivational category, derivational semantic sub-field, derivational, semantic field, derivational semantic unit.

References

1. AvilovaN.S. Vid zaloga i semantika glagol'nogo slova [Type of collateral and the semantics of the verb word]. Moscow, 1976. 328 p. (In Russ.).

2. Azarh Ju.S. Slovoobrazovanie i formoobrazovanie sushhestvitel'nyh v istorii russkogo jazyka [Word formation and formation of nouns in the history ofRussian], Moscow, 1984. 248 p. (In Russ.).

3. Bondarko A.V. Grammaticheskaja kategorija i kontekst [Grammatical categories and context]. Leningrad, 1971. 116 p.

4. Vasil'ev L.M. Semantika russkogo glagola [Semantics russian verb]. Moscow, 1981. 186 p. (In Russ).

5. Vasil'ev L.M. Sovremennaja Ungvisticheskaja semantika [Modern linguistic semantics]. Moscow, 2009. 192 p. (In Russ.).

6. Vsevolodova M.V. Teorija funkcional'no-kommunikativnogo sintaksisa [Theory of functional-communicative syntax], Moscow, 2000. 502 p. (In Russ.).

7. Gak V.G. Funkcional'no-semanticheskoe pole predikatov lokalizacii [Functional-semantic field predicates localization], Teorija funkcional'noj grammatiki. Lokativnost'. Bytijnost'. Posessivnost'. Obuslovlennost' [Theory of functional grammar. Locative. Ness. Possessive. Conditionality]. St. Petersburg, 1996. (InRuss.).

8. Zemskaja E.A. Sovremennyj russkij jazyk. Slovoobrazovanie [Modern Russian. Derivation], Moscow, 1973. 304 p. (In Russ.).

9. Krzhizhanovskij S.D. Trinadcataja kategorija rassudka [Thirteenth category of reason], Moscow, 2006. 640 p. (In Russ.).

10.Kubrjakova E.S. Tipy jazykovyh znachenij. Semantika proizvodnogo slova [Types of linguistic meanings. The semantics of the derived words]. Moscow, 1981. 200 p. (In Russ.).

11.Kubrjakova E.S. Vozvrashhajas' k opredeleniju znaka: pamjati R. Jakobsona [Returning to the definition of the mark: The memory Jakobson], Voprosyjazykoznanija [Questions of linguistics], 1993, no. 4, pp. 20-27. (In Russ.).

12.Levitov N.D. O psihicheskih sostojanijah cheloveka [About the mental state of man], Moscow, 1964. 344 p. (InRuss.).

13.Lopatin V.V. Osnovnye edinicy sopostavitel'nogo opisanija slovoobrazovatel'nyh sistem slav-janskih jazykov [Basic unit comparative description of Slavic languages word-building systems]. Sopostavitel'noe izuchenie slovoobrazovanija slavjanskih jazykov [Comparative study of word formation ofSlavic languages]. Moscow, 1987. Pp. 46-53. (In Russ.).

14.Manucharjan R.S. Aspekty i voprosy sopostavitel'no-tipologicheskogo izuchenija slovoobrazovanija [Aspects and comparative-typological study of word]. Sopostavitel'noe izuchenie slovoobrazovanija slavjanskih jazykov [Comparative study of word formation of Slavic languages]. Moscow, 1987. Pp. 53-58. (InRuss.).

K eonpocy o depuea^OHHO-ceMQHmuHecKOM onucanuu neoneKceM C. ff. KptmuwaHoecKOSo

159

15.MathanovaI.P. Variativnost' vyskazyvanij s sema^ntikoj neprocessual'nogo sostojanijav sovre-mennom russkomjazyke [Variability sentences with the semantics of non-process state in modern Russian], Problemyfunkcional'noj grammatiki: Semanticheskaja invariantnost'/variativnost' [Problems of functional grammar: semantic invariance/variability]. St. Petersburg, 2003. (In Russ.).

16.Neshhimenko G.P., Gajdukova Ju.Ju. K probleme sopostavitel'nogo izuchenija slavjanskogo imennogo slovoobrazovanija [On the problem of the comparative study of Slavic name formation], Teoreticheskie i metodologicheskie problemy sopostavitel'nogo izuchenija slavjanskih jazykov [Theoretical and methodological problems of the comparative study of the Slavic languages]. Moscow, 1994. Pp. 93-126.(InRuss.).

17.Pavilenis R. Jazyk. Smysl. Ponimanie [Language. Meaning. Understanding], Jazyk. Nauka. Fi-losofija. Logiko-metodologicheskij i semiologicheskij analiz [Language. Science. Philosophy. Logical and methodological and semiological analysis]. Vilnius, 1986. Pp. 212-289. (In Russ.).

18.Popova T.V. Derivacionno-semanticheskoeprostranstvo russkogo glagola [Derivational-semantic space Russian verb]. Ekaterinburg, 1998. 473 p. (In Russ.).

19.PopovaT.V., Promah L.V. Slovotvorchestvo S.D. Krzhizhanovskogo: leksikograficheskij aspekt [Word creation S.D. Krzhizhanovskogo: lexicographical aspect]. VestnikNizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo [Bulletin of the Nizhny Novgorod University of Lobachevsky], 2012, no. 5 (3), pp. 97-101. (InRuss.).

20.Promah L.V. Leksicheskie novoobrazovanija kak reprezentanty hudozhestvennogo mira (na ma-teriale proizvedenij S.D. Krzhizhanovskogo) [Lexical neoplasms of the art world as the représentant (on the material of S.D. Krzhizhanovskogo)]. Vestnik RUDN. Seriya: Russkij i inostrannye jazyki i metodika ih prepodavanija [Bulletin of Peoples' Friendship University. Series: Russian and foreign languages and teaching methods], 2009, no. 4, pp. 57-63. (In Russ.).

21.Promah L.V. Leksicheskie novoobrazovanija S.D. Krzhizhanovskogo i problemy ih vyjavlenija [Lexical neoplasms S.D. Krzhizhanovskogo problems and their identification], Vestnik Cheljabinskogo gosudarstvennogo universiteta. Filologija. Iskusstvovedenie [Bulletin of Chelyabinsk State University], 2013, no. 2 (74), pp. 143-147. (In Russ.).

22.Simanov A.L. Ponjatie «sostojanie» kak filosofskaja kategorija [The concept of "state" as a philosophical category]. Available at: http://www.philosophy.nsc.ru/PUBLICATION/SIMANOV/ST/ SIMANOV.htm. (In Russ.).

23.Uluhanov I.S. Slovoobrazovatel'naja semantika iprincipy ee opisanija [derivative semantics and principles of descriptions]. Moscow, 1977. 256 p. (In Russ.).

24.Dokulil M. Tvorenlslow ceôtinë 1. Teorie odvozovnlslov [Word formation in ceotine 1. Theory inferring words]. Praha, 1962. 263 p. (In Czech).