Стабильность гадолинийсодержащих магнитно-резонансных контрастных средств в присутствии ионов цинка и кальция в различных средах

Стабильность гадолинийсодержащих магнитно-резонансных контрастных средств в присутствии ионов цинка и кальция в различных средах

В. Г. Харламов1, В. Н. Кулаков2, А. А. Липенгольц2>3, Н. Л. Шимановский1 и

1 Кафедра молекулярной фармакологии и радиобиологии им. академика П. В. Сергеева, медико-биологический факультет, Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н. И. Пирогова, Москва

2 Лаборатория разработки методов и технологий лучевой терапии, Федеральный медицинский биофизический центр имени А. И. Бурназяна, Москва

3 Лаборатория радионуклидных и лучевых технологий в экспериментальной онкологии, Российский онкологический научный центр имени Н. Н. Блохина, Москва

Для повышения безопасности клинического использования гадолинийсодержащих магнитно-резонансных контрастных средств (МРКС) рекомендовано применять наиболее стабильные препараты и учитывать условия, определяющие их стабильность. Целью исследования был сравнительный анализ стабильности Ос13+-содержаш,их МРКС в присутствии ионов цинка, кальция и поливинилпирролидона в воде, фосфатном буфере и сыворотке крови с использованием метода протонной ЯМР-релаксометрии. Было показано, что макроциклический гадобутрол обладает большей стабильностью, чем все линейные МРКС. Поливинилпирролидон (10 мг/мл) способен улучшить стабильность линейных МРКС в фосфатном буфере и сыворотке крови. Ионы кальция обладают значительно менее выраженным дестабилизирующим действием на МРКС, чем ионы цинка.

Ключевые слова: гадолинийсодержащие магнитно-резонансные контрастные средства, поливинилпирролидон, ионы кальция, ионы цинка, ЯМР-релаксометрия

Финансирование: работа выполнена в рамках государственного контракта № 11411.1008700.13.081 по ФЦП «Развитие фармацевтической и медицинской промышленности Российской Федерации на период до 2020 года и дальнейшую перспективу», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 17 февраля 2011 г № 91.

[><] Для корреспонденции: Николай Львович Шимановский

119435, г Москва, ул. Большая Пироговская, д. 9А; shimannn@yanCex.ru

Статья поступила: 29.09.2015 Статья принята к печати: 12.10.2015

stability of gadolinium-based contrast agents in the presence of zinc and calcium ions in different media

Kharlamov VG1, Kulakov VN2, Lipengolts AA2>3, Shimanovskii NL1H

1 P. V. Sergeev Molecular Pharmacology and RaCiobiology Department, Biomedical Faculty, Pirogov Russian National Research Medical University, Moscow, Russia

2 Laboratory of Radiotherapy Methods and Technologies Development,

A. I. Burnazyan Federal Medical and Biophysical Centre, Moscow, Russia

3 Laboratory of Radionuclide and Radiation Technologies in Experimental Oncology, N. N. Blokhin Russian Cancer Scientific Centre, Moscow, Russia

To improve the safety of Gd3+-based contrast agents (GBCA) in clinical practice, it is recommended to use the most stable substances and to consider conditions determining their stability. The aim of this study was to compare the stability of GBCAs for magnetic resonance imaging in the presence of zinc and calcium ions and polyvinylpyrrolidone (PVP) in water, phosphate buffer solution and blood serum using proton NMR relaxometry. The study demonstrated that macrocyclic gaCobutrol is more stable than all linear contrast agents. The addition of PVP (10 mg/ml) improved the stability of linear GBCAs in phosphate buffer solution and blood serum. Calcium ions have a much weaker destabilizing effect on GBCAs than zinc ions.

Keywords: gadolinium-based magnetic resonance contrast agents, polyvinylpyrrolidone, calcium ions, zinc ions, NMR relaxometry

Funding: this study was conducted within the framework of a public contract No. 11411.1008700.13.081 under the Federal Targeted Program "Development of Pharmaceutical and Medical Industries of the Russian Federation up to 2020 and beyond" approved by the resolution of the Government of the Russian Federation No. 91 dated 17 February 2011.

PxJ Correspondence should be addressed: Nikolay Shimanovskii

ul. Bolshaya Pirogovskaya, с. 9A, Moscow, Russia, 119435; shimannn@yandex.ru

Received: 29.09.2015 Accepted: 12.10.2015

Известно, что при проведении магнитно-резонансных исследований широко применяют контрастные средства на основе гадолиния [1]. Хотя гадолиний находится в этих средствах в виде хелатных комплексов, нельзя забывать о том, что токсичность этого редкоземельного элемента в свободном виде сопоставима с таковой ртути и свинца [2], а стабильность магнитно-резонансных контрастных средств (МРКС), основанных на гадолинии, неодинакова и определяется двумя основными факторами: 1) химической структурой хелатора; 2) наличием в окружении ряда органических и неорганических лигандов, которые могут конкурировать за связывание с ионами Gd3+ или с хелати-рующим соединением, способствуя высвобождению Gd3+.

Для пациентов с нарушением функции почек применение нестабильного контрастного средства может обернуться фатальными последствиями, так как свободный гадолиний, накапливаясь в тканях, может приводить к развитию нефрогенного системного фиброза [3-5].

Недавние исследования показали, что на Т1-взвешен-ных томограммах без контрастирования у пациентов [6] или экспериментальных животных [7], которым ранее вводили линейные МРКС c низкой стабильностью, наблюдалась повышенная интенсивность сигнала в таких структурах головного мозга, как бледный шар и зубчатое ядро, что, вероятно, связано с депонированием в них ионов Gd3+. После введения макроциклических МРКС с высокой стабильностью такого «остаточного» усиления сигнала не наблюдалось. Известно также, что высвобождение гадолиния из МРКС зависит от присутствия различных ионов в окружающей МРКС среде [8]. В связи с этим комплексное исследование взаимодействия указанных факторов поможет пролить свет на динамику процесса высвобождения ионов Gd3+ из хелатного комплекса в различных средах, а также оценить риск назначения некоторых контрастных средств пациентам с почечной недостаточностью или с состояниями, сопровождающимися повышением концентраций ионов цинка и кальция в крови. Актуальным является и вопрос увеличения стабильности этих контрастных средств, например путем добавления вещества с выраженными комплексообразующими свойствами. К таким веществам может относиться поливинилпир-ролидон (ПВП), который обладает комплексообразующи-ми и дезинтоксикационными свойствами [9].

Цель исследования — провести сравнительный анализ стабильности Gd3+-содержащих МРКС в присутствии ионов цинка, кальция и ПВП в воде, фосфатном буфере и сыворотке крови человека.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В экспериментах изучали линейные Gd3+-содержащие МРКС: димеглюминовую соль гадопентетовой кислоты («Mагневист» 0,5 М, Bayer, Германия); гадобеновую кислоту («Мультихэнс» 0,5 M, Bracco, Италия); динатриевую соль гадопентетовой кислоты + ПВП («Дипентаст» 0,125 М, ООО «ГК «Эпидбиомед», Россия); гадопентетата-р-цикло-декстрин («Циклогадопентетат» 0,125 М, ООО «ГК «Эпидбиомед», Россия), — а также макроциклическое МРКС га-добутрол («Гадовист» 1 М, Bayer, Германия).

Стабильность контрастных средств оценивали методом протонной ЯМР-релаксометрии (Minispec mq 20, Bruker, Германия). Высвобождение гадолиния из хелатно-го комплекса приводит к изменению времен релаксации протонов среды [10]. Мы измеряли время релаксации Т1.

Анализ стабильности средств проводили в дистиллированной воде (pH = 6,0), фосфатном буфере и сыворотке крови (рН = 7,4). В опытах с цинком оценивали стабильность пяти МРКС: димеглюминовой соли гадопентетовой кислоты, гадобеновой кислоты, динатриевой соли гадопентетовой кислоты с ПВП, гадопентетата-р-циклодекстрина и гадобутрола, а в опытах с кальцием — только димеглюминовой соли гадопентетовой кислоты.

Для получения 0,2 М фосфатного буфера c pH 7,4 вначале были приготовлены водные растворы NaH2PO4 и Nа2HPO4 [11]. В работе использовали сыворотку крови, взятую у пациентов Государственного научного центра колопроктологии имени А. Н. Рыжих. Все доноры подписывали информированное согласие на использование их биологического материала в научных исследованиях при условии соблюдения их прав на неприкосновенность частной жизни и конфиденциальность. Кровь набирали в стерильные пробирки с активатором свертывания и разделительным гелем. Сыворотку получали путем центрифугирования крови при 1200 g в течение 10 мин, хранили в замороженном виде при температуре -20 °C в течение не более 10 дней. Предварительно (до замораживания) в образцах сыворотки определяли концентрацию альбумина на биохимическом анализаторе Spotchem EZ БР-4430 (Arkray Inc., Япония). Затем образцы сыворотки разбавляли фосфатным буфером до концентрации альбумина 10-4 М (близка к физиологической).

Для получения 200 мМ водного раствора ZnCl2 («Компонент-реактив», Россия) растворяли навеску 2,7 г в 100 мл дистиллированной воды. Конечная концентрация ZnCl2 в пробе составляла 2 мМ. При выборе конечной концентрации ZnCl2 мы опирались на исследование M. Taupitz и соавт. [12], где самые убедительные результаты были получены именно при такой концентрации хлорида цинка.

Концентрация исходного водного раствора CaCl2 («Компонент-реактив», Россия) составляла 200 мМ (2,2 г CaCl2 в 100 мл дистиллированной воды), конечная концентрация в пробе была 2 мМ. Исходный водный раствор ПВП (Kollidon 17 PF, BASF) готовили растворением 500 мг порошка ПВП в 1 мл дистиллированной воды.

Для оценки стабильности изучаемых МРКС готовили одновременно две пробы. Первая проба представляла собой раствор МРКС в концентрации 0,2 мМ. Измеряли время релаксации Т1 раствора МРКС (0,2 мМ) при температуре 40 °C (температура в камере для образца в МР-релаксо-метре). Затем в пробу добавляли раствор хлорида цинка (или хлорида кальция) до конечной концентрации 2 мМ и снова измеряли время релаксации. Далее пробу инкубировали в термостате при температуре 40 °C, повторные измерения Т1 проводили через 1, 2 и 24 ч. Вторая проба была аналогична первой, но в нее после внесения хлорида цинка (или хлорида кальция) дополнительно добавляли раствор ПВП (конечная концентрация — 10 мг/мл). Измерения времени релаксации в случае второй пробы проводили в те же сроки.

Все эксперименты для повышения достоверности результатов были повторены шестикратно. С помощью пакета программ Statistica v.10 были рассчитаны средние значения и стандартные отклонения. Полученные данные имели нормальное распределение (во всех случаях проверки выборок с помощью теста Колмогорова-Смирнова величина p была значительно больше 0,05), поэтому статистическую значимость различий средних величин определяли с помощью t-критерия Стьюдента со значимым отличием при p <0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Влияние ионов цинка на стабильность МРКС

В дистиллированной воде в отсутствие ПВП время продольной релаксации T1 всех линейных МРКС после добавления хлорида цинка через сутки снизилось в среднем на 23-28 % (рис. 1). В случае димеглюминовой соли гадопен-тетовой кислоты показатель T1 снизился на 25,7 ± 0,6 %, а ее динатриевой соли — на 28,1 ± 0,7 %, в случае «Циклога-допентетата» (ЦГП) — на 22,0 ± 0,5 %, гадобеновой кислоты — на 24,8 ± 0,4 %. Для макроциклического гадобутрола время T1 достоверно не изменилось.

В фосфатном буфере без ПВП при добавлении хлорида цинка величина T1 всех линейных МРКС через сутки снизилась в среднем на 13-19 %. В пробе с димеглюминовой солью гадопентетовой кислоты отмечено снижение данного показателя на 18,1 ± 0,7 %, с динатриевой солью гадопентетовой кислоты и ПВП — на 19,3 ± 0,8 %, с ЦГП — на 12,8 ± 0,6 %, с гадобеновой кислотой — на 15,9 ± 0,5 %. В случае гадобутрола время T1 не претерпело значимых изменений (рис. 2). Наибольшее снижение T1 наблюдалось через 1 и 24 ч после добавления хлорида цинка, а не сразу после его добавления, как в предыдущей серии опытов, когда в качестве среды была выбрана дистиллированная вода.

После добавления ПВП к димеглюминовой соли га-

допентетовой кислоты величина T1 снижалась всего на 7,9 ± 0,7 %, в случае динатриевой соли этой кислоты — на 12,3 ± 0,7 % (рис. 3). Таким образом, ПВП статистически значимо улучшил стабильность этих линейных МРКС в среднем на 10 и 7 % соответственно. ПВП повысил стабильность ЦГП на 13 %, при этом величина T1 через сутки оставалась без значимых изменений. В случае гадобено-вой кислоты конечные величины T1 в присутствии и в отсутствие ПВП достоверно не различались. Не отмечено какого-либо влияния ионов цинка на время релаксации гадобутрола в фосфатном буфере в присутствии ПВП (так же, как и в его отсутствие).

В сыворотке крови без добавления ПВП величина T1 у линейных МРКС снижалась в среднем на 31-61 %, при этом наиболее значимое снижение происходило через 1 и 24 ч после внесения в пробы хлорида цинка (рис. 4). Лучшие показатели стабильности среди линейных МРКС наблюдались у ЦГП — снижение T1 в среднем было на 31,2 ± 0,3 %, худшие — у солей гадопентетовой кислоты: в случае димеглюминовой соли — на 61,2 ± 0,6 %, динатриевой соли — на 56,1 ± 0,1 %. В пробах с гадобеновой кислотой величина T1 снизилась на 50,2 ± 0,1 %, а в пробах с гадобутролом достоверного снижения T1 отмечено не было. ПВП слабо, но статистически значимо повышал стабильность гадобеновой кислоты (на 5 %), не оказывая влияния на стабильность других МРКС (рис. 5).

800 700 600 500 400 300 200 100 0

Гадопентетовая кислота

| 0,2 мМ препарата

Гадопентетовая кислота + ПВП

+ 2 мМ ZnCl,

Гадобутрол

ЦГП

1 ч

2 ч

24 ч

Рис. 1. Влияние ионов цинка на время релаксации протонов воды Т1 изучаемых растворов МРКС в воде (pH = 6,0) Здесь и на рис. 2-5: ЦГП — «Циклогадопентетат». * — статистически достоверное отличие от контроля (р <0,05).

800 700 600 500 400 300 200 100 0

Гадопентетовая кислота

| 0,2 мМ препарата

Гадопентетовая кислота + ПВП

+ 2 мМ ZnCl2

Гадобутрол

ЦГП

1 ч

2 ч

24 ч

Гадобеновая кислота

Гадобеновая кислота

Рис. 2. Влияние ионов цинка на время релаксации протонов воды Т1 растворов МРКС в фосфатном буфере

800 700 600 500 400 300 200 100 0

Гадопентетовая кислота

| 0,2 мМ препарата

Гадопентетовая кислота + ПВП

+ 2 мМ ZnCL

Гадобутрол

ПВП

1 ч

2 ч

ЦГП

24 ч

Рис. 3. Влияние ионов цинка и ПВП на время релаксации протонов воды Т1 растворов МРКС в фосфатном буфере

Гадобеновая кислота

800 700 600 500 400 300 200 100 0

Гадопентетовая кислота

| 0,2 мМ препарата

Гадопентетовая кислота + ПВП

+ 2 мМ ZnCL

Гадобутрол

ЦГП

Гадобеновая кислота

1 ч

2 ч

24 ч

Рис. 4. Влияние ионов цинка на время релаксации протонов воды Т1 растворов МРКС в сыворотке, разбавленной фосфатным буфером

800

700

600

500

400

300

200

100 0

Гадопентетовая кислота

| 0,2 мМ препарата

Гадопентетовая кислота + ПВП

+ 2 мМ ZnCL

Гадобутрол

ЦГП

Гадобеновая кислота

ПВП

1 ч

2 ч

24 ч

Рис. 5. Влияние ионов цинка и ПВП на время релаксации протонов воды Т1 растворов МРКС в сыворотке, разбавленной фосфатным буфером

Влияние ионов кальция на стабильность МРКС

Под действием ионов кальция величина T1 гадопентетата димеглюмина в отсутствие ПВП в воде достоверно не изменилась, а в фосфатном буфере и сыворотке крови снизилась на 7,8 ± 0,7 % и 9,1 ± 1,1 % соответственно. Добавление ПВП привело к статистически значимому улучшению стабильности гадопентетата димеглюмина в буфере и сыворотке крови. В опытах с ионами кальция стабильность гадопентетата димеглюмина в воде в присутствии ПВП не изменилась, о чем свидетельствует постоянство значения T .

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

^гласно полученным результатам, время продольной релаксации T1 снижается во всех пробах с линейными МРКС при добавлении ионов цинка вне зависимости от присутствия ПВП. Уменьшение величины T1 можно объяснить реакцией трансметаллизации между цинком и молекулой МРКС: ионы цинка замещают ионы гадолиния в хелатном комплексе, а в свободном виде ион гадолиния способен в большей степени укорачивать время релаксации протонов среды. На стабильность макроциклического гадобутрола ионы цинка не повлияли.

Наши результаты, указывающие на более высокую стабильность макроциклических МРКС, подтверждают литературные данные о диссоциации гадолиния в условиях in vivo при использовании линейных, но не макроциклических МРКС [13], а также данные о том, что цинк в результате трансметаллизации вызывает высвобождение гадолиния из хелатов линейных, но не макроциклических МРКС [12].

В сыворотке, разбавленной буфером до концентрации альбумина 10-4 М, за сутки величина T1 снижалась в большей степени, чем в двух других средах. Видимо, это связано с тем, что в сыворотке содержится большое количество соединений, способных взаимодействовать как с положительно заряженными ионами Gd3+ (фосфат, цитрат, карбонат, гепарин и др.), так и с отрицательно заряженным хелатом (катионы металлов), что в итоге приводит к дестабилизации большего числа молекул МРКС и созданию большей концентрации свободного гадолиния по сравнению с другими средами. В результате в опытах с сывороткой крови T1 снижается наиболее выраженно.

Сопоставление результатов, полученных в опытах с ионами цинка и кальция, показало, что влияние последних на стабильность гадопентетата димеглюмина проявляется в меньшей степени.

В фосфатном буферном растворе ПВП в отличие от водного раствора статистически значимо увеличил стабильность трех изучаемых линейных МРКС. В связи с этим следует рассмотреть вопрос о целесообразности

включения ПВП в качестве вспомогательного компонента в состав лекарственных форм линейных МРКС.

Пациентам с почечной недостаточностью, у которых период полувыведения МРКС увеличен [14], следует избегать назначения линейных препаратов, особенно неионных, уступающих по стабильности макроциклическим. Эта рекомендация актуальна и для пациентов с состояниями, сопровождающимися повышенной концентрацией цинка и фосфатов в крови.

ВЫВОДЫ

Макроциклическое средство гадобутрол обладает большей стабильностью, чем все изученные линейные магнитно-резонансные контрастные средства, и ионы цинка не оказывают влияния на его релаксационные свойства. Линейные МРКС в присутствии ионов цинка наиболее стабильны в фосфатном буфере, наименее — в сыворотке крови. Поливинилпирролидон способен статистически значимо, но в небольшой степени улучшать стабильность линейных МРКС в фосфатном буфере (соответственно гадопентетата димеглюмина — на 10 %, динатриевой соли гадопентетовой кислоты — на 7 %, ЦГП — на 9 %) и в сыворотке крови (гадобеновой кислоты — на 5 %), но не в воде. Ионы кальция обладают значительно менее выраженным дестабилизирующим действием на гадопентетат димеглюмина, чем ионы цинка.

Литература

1. Hao D, Ai T, Goerner F, Hu X, Runge VM, Tweedle M. MRI contrast agents: basic chemistry and safety. J Magn Reson Imaging. 2012; 36 (5): 1060-71.

2. Vassallo DV, Simoes MR, Furieri LB, Fioresi M, Fiorim J, Almeida EA, et al. Toxic effects of mercury, lead and gadolinium on vascular reactivity. Braz J Med Biol Res. 2011; 44 (9): 939-46.

3. Marckmann P, Skov L, Rossen K, Dupont A, Damholt MB, Heaf JG, et al. Nephrogenic systemic fibrosis: suspected causative role of gadodiamide used for contrast-enhanced magnetic resonance imaging. J Am Soc Nephrol. 2006; 17 (9): 2359-62.

4. Grobner T. Gadolinium — a specific trigger for the development of nephrogenic fibrosing dermopathy and nephrogenic systemic fibrosis? Nephrol Dial Transplant. 2006; 21 (4): 1104-8.

5. Idee JM, Port M, Medina C, Lancelot E, Fayoux E, Ballet S, et al. Possible involvement of gadolinium chelates in the pathophysiology of nephrogenic systemic fibrosis: a critical review. Toxicology. 2008; 248 (2-3): 77-88.

6. Radbruch A, Weberling LD, Kieslich PJ, Eidel O, Burth S, Kickingereder P, et al. Gadolinium retention in the dentate nucleus and globus pallidus is dependent on the class of contrast agent. Radiology. 2015; 275 (3): 783-91.

7. Robert P, Violas X, Grand S, Lehericy S, Idee JM, Ballet S, et al. Linear gadolinium-based contrast agents are associated with brain gadolinium retention in healthy rats. Invest Radiol. 2016; 51 (2): 73-82.

8. Шимановский Н. Л. Контрастные средства: руководство по рациональному применению. М.: ГЭОТАР-Медиа; 2009. 464 с.

9. Персанова Л. В., Сдобнова Е. А., Лысенко А. Н. Комплексо-образующие и дезинтоксикационные свойства инфузионных растворов на основе поливинилпирролидона. Вестн. службы крови России. 2004; 3: 20-23.

10. Laurent S, Elst LV, Copoix F, Muller RN. Stability of MRI paramagnetic contrast media: a proton relaxometric protocol for transmetallation assessment. Invest Radiol. 2001; 36 (2): 115-22.

11. Kuo J, editor. Methods in molecular biology, Vol. 369: Electron microscopy: Methods and protocols. 2nd ed. Totowa, NJ: Humana Press Inc.; 2007.

12. Taupitz M, Stolzenburg N, Ebert M, Schnorr J, Hauptmann R, Kratz H, et al. Gadolinium-containing magnetic resonance contrast media: investigation on the possible transchelation of Gd(3+) to the glycosaminoglycan heparin. Contrast Media Mol Imaging. 2013; 8 (2): 108-16.

13. Fretellier N, Bouzian N, Parmentier N, Bruneval P, Jestin G, Factor C, et al. Nephrogenic systemic fibrosis-like effects of magnetic resonance imaging contrast agents in rats with adenine-induced renal failure. Toxicol Sci. 2013; 131 (1): 259-70.

14. Idee JM, Fretellier N, Robic C, Corot C. The role of gadolinium chelates in the mechanism of nephrogenic systemic fibrosis: A critical update. Crit Rev Toxicol. 2014; 44 (10): 895-913.

References

1. Hao D, Ai T, Goerner F, Hu X, Runge VM, Tweedle M. MRI contrast agents: basic chemistry and safety. J Magn Reson Imaging. 2012; 36 (5): 1060-71.

2. Vassallo DV, Simoes MR, Furieri LB, Fioresi M, Fiorim J, Almeida EA, et al. Toxic effects of mercury, lead and gadolinium on vascular reactivity. Braz J Med Biol Res. 2011; 44 (9): 939-46.

3. Marckmann P, Skov L, Rossen K, Dupont A, Damholt MB, Heaf JG, et al. Nephrogenic systemic fibrosis: suspected causative role of gadodiamide used for contrast-enhanced magnetic resonance

imaging. J Am Soc Nephrol. 2006; 17 (9): 2359-62.

4. Grobner T. Gadolinium — a specific trigger for the development of nephrogenic fibrosing dermopathy and nephrogenic systemic fibrosis? Nephrol Dial Transplant. 2006; 21 (4): 1104-8.

5. Idee JM, Port M, Medina C, Lancelot E, Fayoux E, Ballet S, et al. Possible involvement of gadolinium chelates in the pathophysiology of nephrogenic systemic fibrosis: a critical review. Toxicology. 2008; 248 (2-3): 77-88.

6. Radbruch A, Weberling LD, Kieslich PJ, Eidel O, Burth S,

Kickingereder P, et al. Gadolinium retention in the dentate nucleus and globus pallidus is dependent on the class of contrast agent. Radiology. 2015; 275 (3): 783-91.

7. Robert P, Violas X, Grand S, Lehericy S, Idee JM, Ballet S, et al. Linear gadolinium-based contrast agents are associated with brain gadolinium retention in healthy rats. Invest Radiol. 2016; 51 (2): 73-82.

8. Shimanovskii NL. Kontrastnye sredstva: rukovodstvo po ratsional'nomu primeneniyu. Moscow: GEOTAR-Media; 2009. 464 p. Russian.

9. Persanova LV, Sdobnova EA, Lysenko AN. Komplekso-obrazuyushchie i dezintoksikatsionnye svoystva infuzionnykh rastvorov na osnove polivinilpirrolidona. Vestn. sluzhby krovi Rossii. 2004; 3: 20-23. Russian.

10. Laurent S, Elst LV, Copoix F, Muller RN. Stability of MRI paramagnetic contrast media: a proton relaxometric protocol for

transmetallation assessment. Invest Radiol. 2001; 36 (2): 115-22.

11. Kuo J, editor. Methods in molecular biology, Vol. 369: Electron microscopy: Methods and protocols. 2nd ed. Totowa, NJ: Humana Press Inc.; 2007.

12. Taupitz M, Stolzenburg N, Ebert M, Schnorr J, Hauptmann R, Kratz H, et al. Gadolinium-containing magnetic resonance contrast media: investigation on the possible transchelation of Gd(3+) to the glycosaminoglycan heparin. Contrast Media Mol Imaging. 2013; 8 (2): 108-16.

13. Fretellier N, Bouzian N, Parmentier N, Bruneval P, Jestin G, Factor C, et al. Nephrogenic systemic fibrosis-like effects of magnetic resonance imaging contrast agents in rats with adenine-induced renal failure. Toxicol Sci. 2013; 131 (1): 259-70.

14. Idee JM, Fretellier N, Robic C, Corot C. The role of gadolinium chelates in the mechanism of nephrogenic systemic fibrosis: A critical update. Crit Rev Toxicol. 2014; 44 (10): 895-913.