Телефонное право

Правозащитник Кирилл Форманчук решил через прокуратуру добиться извинений от одного из лидеров рок-группы «Чайф» Владимира Бегунова, назвавшего его «шакалом». Это произошло после того как Кирилл Форманчук распространил в интернете телефон свердловского губернатора Евгения Куйвашева. Эксперты считают высказывание Владимира Бегунова оценочным суждением и предполагают, что у заявления правозащитника нет перспектив.

Как рассказал „Ъ” екатеринбургский правозащитник Кирилл Форманчук, он написал в свердловскую прокуратуру заявление, в котором требует привлечь к ответственности одного из лидеров рок-группы «Чайф» Владимира Бегунова по части 2 статьи 5.61 КоАП («Оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или СМИ»). Эта статья предусматривает штраф для граждан до 5 тыс. рублей. «Он назвал меня шакалом, я считаю это оскорблением и хочу добиться извинений», — сообщил господин Форманчук.

Конфликт возник несколько дней назад, когда Кирилл Форманчук и еще один общественный активист Вениамин Помазкин обнародовали в интернете личный номер телефона свердловского губернатора Евгения Куйвашева. В своем твиттере один из лидеров группы «Чайф» Владимир Бегунов написал, что он обменялся номерами телефонов с губернатором, и в это время номер Евгения Куйвашева подслушали. «Вы оба в следующий раз подумайте, прежде чем ко мне подходить! Шакалы!» — заявил он. Позже Владимир Бегунов также в твиттере подтвердил, что назвал шакалом Кирилла Форманчука. «Вы совершили аморальный, подленький поступок и получили в ответ мое оценочное мнение», — пояснил он.

Примечательно, что Вениамин Помазкин уже удалил из своего блога видеозапись, где они с Кириллом Форманчуком сообщают номер телефона губернатора. По словам активиста, он не знал, что это личный, а не рабочий телефон главы региона. Но господин Форманчук не намерен извиняться за свой поступок. Сам губернатор не намерен никак реагировать на поступок Кирилла Форманчука и Вениамина Помазкина. Об этом сообщил „Ъ” замруководителя администрации главы региона Илья Ананьев.

Свердловские общественники неоднозначно оценивают факт распространения телефона губернатора через интернет. «Когда я был депутатом, мой мобильный телефон знали мои избиратели. Наша задача — работать и помогать. Поэтому не вижу ничего страшного», — отметил в своем блоге президент фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман. По-другому отреагировал депутат-справоросс Дмитрий Ионин: «Позволю себе назвать случившееся откровенной глупостью и мелким пакостничеством. Насколько мне известно, с конца прошлой недели Евгений Куйвашев находится на больничном. Прекрасно понимаю, как себя чувствовал человек в его состоянии, получая звонки от неизвестных».

«По моему мнению, заявление Владимира Бегунова — не более чем оценочное суждение. У заявления Кирилла Форманчука нет никаких перспектив», — отмечает управляющий партнер адвокатского бюро «Бельянский и партнеры» Андрей Бельянский. По его словам, привычка квалифицировать любой бытовой конфликт с юридической точки зрения говорит, с одной стороны, о высокой правовой грамотности, а с другой — о низком уровне правосознания. «Прокуратура будет обязана дать оценку высказыванию Владимира Бегунова, но по своей сути это личный конфликт», — отметил юрист. Директор юридической фирмы «Юста Аура» Евгений Дедков, напротив, считает слово «шакал» «однозначным оскорблением». «Вместе с тем, частью 2 статьи 5.61 КоАП РФ предусматривается ответственность за «оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации». Однако, на мой взгляд, твиттер — это не СМИ, поэтому квалификация по данной норме данного оскорбления невозможна. Если рассмотреть возможность привлечения к ответственности за оскорбление по ч.1 ст.5.61 КоАП РФ, то для этого необходимо, чтобы оскорбление было выражено в неприличной форме. А под неприличной формой, как правило, понимается использование ненормативной лексики», — отмечает господин Дедков.