Глаголы каузации перемещения к цели в башкирском языке

М. А. Овсянникова

ИЛИ РАН, Санкт-Петербург

ГЛАГОЛЫ КАУЗАЦИИ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ К ЦЕЛИ В БАШКИРСКОМ ЯЗЫКЕ1

1. Введение

В настоящей статье рассматривается кодирование участников при трехместных глаголах башкирского языка, обозначающих каузацию перемещения неодушевленного участника к другому участнику, одушевленному или неодушевленному. К этой семантической группе относятся, в частности, глаголы 'грузить', кпд- 'ударить', дар1а- 'покрыть', см. (1)-(3)2. Подробнее семантические рамки этой группы обсуждаются в разделе 3.

1 Материал для исследования в основном был собран в ходе экспедиций в дер. Рахметово Абзелиловского р-на респ. Башкортостан в 2014-2015 гг., организованных кафедрой общего языкознания Санкт-Петербургского государственного университета и Институтом лингвистических исследований РАН.

2 В статье используются как примеры, полученные в ходе работы с носителями башкирского языка с помощью метода элицитации (примеры без указания источника), так и примеры из естественных текстов. Примеры из устных текстов, записанных и разобранных в ходе экспедиций в дер. Рахметово и дер. Баимово Абзелиловского р-на респ. Башкортостан в 2011-2016 гг., сопровождаются указанием на название текста, как в (2). Также в качестве источника примеров использовались художественные тексты Корпуса прозы, входящего в Машинный фонд башкирского языка (mfbl2.ru), созданный в Институте истории, языка и литературы Уфимского научного центра РАН; такие примеры сопровождаются указанием на автора, произведение и год создания текста. Кроме того, некоторые примеры взяты из интернет-версий газет и журналов, выходящих в Башкортостане; для таких примеров указано название издания. Примеры из письменных текстов переведены на русский язык автором статьи. Я благодарю Л. А. Бускунбаеву и Л. К. Ишкильдину за консультации, в ходе которых был проверен перевод ряда примеров и уточнена лексическая семантика некоторых глаголов, рассматриваемых в статье.

(1) Besan-de arba-ya teja-r-ga karak. сено-ACC телега-DAT грузить-POT-DAT надо 'Нужно погрузить сено на телегу'.

(2) Ul kese (...) jslan-ya tajay-э menan тот человек змея-DAT палка-Р.3 с huq-ta.

ударить-PST

'Этот человек ударил змею палкой'. [140707_izg_Batyr.015]

(3) Qurqss-sm-dan us-tar-эт menan испуг-Р. 1SG-ABL ладонь-PL-P.lSG с qolaq-tar-sm-ds qapla-m-m. ухо-PL-P. 1SG-ACC покрыть-PST-1SG

'От испуга я закрыла уши ладонями'. [Газета «Йэшлек»]

Целью данного исследования является описание распределения глаголов каузации перемещения к цели с точки зрения способов кодирования участников. Глаголы этой группы обозначают ситуации, в которых присутствуют по крайней мере три участника: участник, каузирующий перемещение, перемещаемый объект и цель перемещения. Участник, каузирующий перемещение, при всех глаголах рассматриваемой группы в активном залоге занимает позицию подлежащего. Различия в способах кодирования касаются только двух оставшихся участников: перемещаемого объекта и цели перемещения. Эти три участника далее обозначаются с помощью ярлыков A (Agent), T (Theme) и G (Goal), использующихся здесь для обозначения обобщенных семантических ролей участников, которые не связаны с тем или иным способом кодирования, см. [Bickel 2007; Bickel et al. 2010; Bickel, Nichols 2009]. В примерах (1)—(3) T-участниками являются соответственно 'сено', 'палка', 'ладони', G-участниками — 'телега', 'змея', 'уши'.

В приведенных примерах представлены три разные комбинации средств кодирования участников, которые можно кратко обозначить следующим образом: G-DAT T-ACC (1); G-DAT T menan (2); G-ACC T menan (3)3. Несмотря на то, что в первом и втором случае

3 Ярлык асс в данном случае соответствует позиции прямого дополнения, вне зависимости от того, маркировано оно показателем аккузатива или не маркировано.

одинаково кодируется G, а во втором и третьем случае одинаково кодируется T, каждая из этих комбинаций далее рассматривается как отдельный способ кодирования участников. Разнообразие кодирования участников при глаголах рассматриваемой группы в основном сводится к этим трем способам: при части глаголов возможен только один из них, при некоторых наблюдается вариативность между двумя из этих способов, отдельные глаголы допускают все три. Предполагается, что каждый из этих способов связан с определенными семантическими свойствами ситуаций, и эту семантическую основу можно проследить и в том, как распределены эти способы кодирования среди глагольных лексем, и в том, с какими свойствами ситуаций связан выбор способа кодирования в случае вариативности при одном и том же глаголе.

Дальнейшее изложение организовано следующим образом. В разделе 2 рассматривается одна из подгрупп трехместных глаголов — дитранзитивные глаголы. Глаголам этой группы отведен отдельный раздел, поскольку именно на материале дитранзитивных глаголов в типологических исследованиях были разработаны многие из тех понятий, которые могут применяться для описания трехместных глаголов в целом. В разделе 3 приводятся общие сведения о том круге глаголов, которые были включены в изучаемую группу. Центральным является раздел 4, в котором рассматриваются способы кодирования участников при непроизводных глаголах. В разделе 5 описывается несколько случаев, в которых кодирование участников связано не с лексическими свойствами глаголов, а с определенной конфигурацией ситуации. В разделе 6 обсуждается кодирование участников при производных глаголах — глаголах, содержащих показатели актантной деривации. Раздел 7 содержит обсуждение результатов и основные выводы исследования.

2. Кодирование участников

при дитранзитивных глаголах башкирского языка

Дитранзитивные глаголы — наиболее изученный в типологическом плане класс трехместных глаголов. В некоторых работах этот класс обсуждается скорее как семантический, ср. [Malchukov et al. 2010: 2; Haspelmath 2013], в других—как синтаксический, ср. [Comrie et al. 2010: 65; Haspelmath 2011]; об этих двух подходах к определению границ класса дитранзитивных глаголов см. [Croft 2014: 536]. И при

семантическом, и при синтаксическом подходе ядром класса ди-транзитивных глаголов считаются базовые глаголы физической передачи — 'дать', 'продать', 'вручить' и т. п. Эти глаголы описывают ситуации, в которых одушевленный агентивный участник каузирует переход объекта-темы (Т) во владение (временное или постоянное) другого одушевленного участника — реципиента (Я), см. [Ма1сЬикоу й а1. 2010: 1-2]4.

В случае если дитранзитивные глаголы описываются как семантический класс, помимо глаголов физической передачи к дитранзитивным относят также глаголы, обозначающие передачу ментальной или зрительной информации ('показать', 'сказать'), см. [Там же]. Следует отметить, что часто при всех или при большей части глаголов этих двух групп используется один и тот же способ кодирования участников, так что этот выделенный на семантических основаниях класс обычно оказывается и синтаксически более или менее однородным.

При синтаксическом подходе дитранзитивными считаются только такие глаголы, при которых участники кодируются так же, как при базовых глаголах физической передачи, ср. [На8ре1таШ 2011]. В выделяемый таким образом класс дитранзитивных глаголов могут не входить некоторые глаголы физической передачи и передачи информации, если они синтаксически отличаются от глагола 'дать', однако на деле основная часть глаголов, которые являются «семантически дитранзитивными», попадает в этот класс и при синтаксическом определении.

На основании того, как кодируются участники при центральных представителях класса дитранзитивных глаголов, прежде всего — при глаголе 'дать', определяется тип дитранзитивной конструкции в каком-либо языке, см. [Там же; На8ре1та& 2005, 2013]. Для этого кодирование Т и Я при глаголе 'дать' сопоставляется с кодированием Р-участника (пациентивного участника при базовых переходных глаголах типа 'ломать', 'сжечь'). В Таблице 1 приве-

4 Таким образом, глаголы физической передачи составляют подкласс глаголов каузации перемещения объекта к цели; их специфическими признаками является одушевленность О-участника, который при глаголах передачи называется реципиентом (Я), и установление отношений обладания между этим участником и перемещаемым объектом (темой, Т).

дены засвидетельствованные в языках мира стратегии кодирования участников, или типы, дитранзитивной конструкции, см. [Иа8ре1таШ 2005; Ма1сЬикоу е! а1. 2010].

Таблица 1. Стратегии кодирования участников дитранзитивной конструкции

Стратегия Соотношение способов кодирования P, T и R

индирективная P = T ф R

секундативная P = R ф T

нейтральная P = T = R

трехчастная P ф T ф R

В башкирском языке кодирование участников в дитранзитивной конструкции соответствует индирективной стратегии: T кодируется так же, как P, R кодируется иначе — дательным падежом, ср. (4)—(5). Этот тип устройства дитранзитивной конструкции наиболее распространен типологически и абсолютно преобладает в языках Евразии, см. [Haspelmath 2013; Comrie 2012].

(4) Nafisa kitap-ts щэ-пэ. Нафиса книга-ACC читать-PST 'Нафиса прочитала книгу'.

(5) Uqstswss kitap-ts bala-ya bir-ôe. учитель книга-ACC ребенок-DAT давать-PST 'Учитель дал книгу ребенку'.

Ситуация, при которой кодирование участников при всех ди-транзитивных глаголах в каком-либо языке соответствует одной и той же стратегии, наблюдается редко: различные способы кодирования участников могут использоваться при разных дитранзи-тивных глаголах или находиться в отношениях вариативности при одном и том же глаголе5, см. [Malchukov et al. 2010: 18-23, 48-51; Van Lier 2012: 8-10]. В башкирском языке дитранзитивные глаголы

5 Также различным стратегиям могут подчиняться разные системы средств кодирования участников и разные аспекты грамматического поведения дитранзитивной конструкции, см. [Ма1еЬикоу е! а1. 2010; Сотпе 2012]. Например, стратегия падежного маркирования может отличаться от стратегии, наблюдающейся на уровне согласования.

с точки зрения кодирования участников составляют сравнительно однородный класс. При большей части глаголов этой группы, как и при глаголе bir- 'дать', допустима только индирективная стратегия кодирования участников. Так ведут себя следующие глаголы: hat- 'продавать', qajtar- 'вернуть', jebär- 'послать', kilter- 'принести', äjt- 'говорить', höjlä- 'рассказать', kürhät- 'показать', aqlat- 'объяснить', см. примеры (6)-(7).

(6) Ike-nse kese-lär-gä öj-öär-e-n два-ORD человек-PL-DAT дом-РЬ-Р.З-лее hat-ts-lar.

продавать-PST-PL

'Другим людям их дом продали'. [150706_lsm_Prizrak.024]

(7) Uya üö-em-deq es-tär-em-de

тот.DAT сам-Р. 1SG-GEN работа-PL-P.lSG-ACC

kür-hät-te-m.

видеть-CAUS-PST-lSG

'Я показал ему свои работы'. [Газета «Атайсал»]

При глаголах öjrät- 'учить', uqst- 'учить, преподавать' и tösöndör- 'объяснять' также может использоваться индирективная стратегия, см. (8), однако существуют и альтернативные способы кодирования участников, см. (9)-(10) с глаголами öjrät- 'учить' и uqst- 'учить, преподавать'6.

(8) Ul beö-gä üö-e-neq oOtalsq ser-öär-e-n

тот мы-DAT сам-P^-GEN мастерство секрет-PL-Pj-ACC

öjrät-te.

учить-PST

'Он учил нас секретам своего мастерства'.

[Газета «Ейэнсура тацдары»]

(9) Ul beö-öe ujsn ser-öär-e-nä öjrät-te. тот мы-ACC игра секрет-PL-P^-DAT учить-PST

'Он учил нас секретам игры'. [Газета «Ейэнсура тацдары»]

(10) Ul beö-öe ike aöna sama-hs ursO тот мы-ACC два неделя мера-P^ русский

6 При глаголе tösöndör- 'объяснять' альтернативный способ оформления участников такой же, как при глаголе öjrät-.

tel-e-nän häm äöäbiät-e-nän uqa-t-ta.

язык-Р.З-ABL и литературу-Р.З-ABL читать-CAUS-PST 'Она около двух недель преподавала нам русский язык и литературу'. [Газета «Башкортостан»]

Изначально названия стратегий кодирования участников, указанные в Таблице 1, использовались только для обозначения типа базовой дитранзитивной конструкции, но не для описания типов кодирования участников при глаголах, находящихся за ее пределами, см. [Haspelmath 2011]. В работах [Bickel, Nichols 2009; Bickel et al. 2010] предлагается расширить сферу употребления этих терминов, применяя их ко всем трехместным глаголам, независимо от способа кодирования. Тогда можно считать, что в примерах (9)—(10), а также в (3), представлена секундативная стратегия: G кодируется так же, как Р, а T — иным способом (в каждом из трех случаев своим), в то время как в (2) при глаголе huq- 'ударить' используется трехчастная стратегия: и T, и G кодируются иначе, чем Р при двухместном переходном глаголе7.

Несмотря на то, что часть дитранзитивных глаголов — глаголы физической передачи — являются подгруппой глаголов каузации перемещения объекта к цели, в дальнейшем они не обсуждаются. Как было показано в этом разделе, при всех глаголах физической передачи кодирование может быть только индирек-тивным: G-DAT T-ACC.

3. Общие сведения о глаголах каузации перемещения к цели

Глаголы каузации перемещения к цели противопоставлены другим семантическим группам трехместных глаголов по двум признакам: 1) они предполагают каузацию движения T от A по направлению к G — и этим отличаются от глаголов, при которых A каузирует отдаление T от третьего участника ('украсть', 'лишить', 'оторвать'); 2) они предполагают физическое перемещение T — и этим отличаются от трехместных глаголов, при которых перемещение является в разной степени абстрактным ('обещать', 'завещать',

7 Нейтральная стратегия, которая также включена в Таблицу 1, не засвидетельствована среди трехместных глаголов башкирского языка.

'показать'), ср. список классов трехместных глаголов в [Margetts, Austin 2007].

Семантическая зона, ограниченная этими двумя признаками, получается сравнительно широкой. Помимо глаголов, обозначающих перемещение T в чистом виде, например 'положить', 'бросить', к ней относятся глаголы, описывающие воздействие на одного участника путем приведения в контакт с ним другого участника. В таких случаях участник, который здесь рассматривается в качестве T, по свойствам близок к Инструменту (ср. глаголы 'резать', 'ударить') или Средству (ср. глаголы 'красить', 'мазать'), об этих семантических ролях см., в частности, в [Падучева 2004: 55].

В выборку глаголов для исследования включались прежде всего башкирские эквиваленты глаголов и глагольных значений, которые упоминаются в работах [Levin 1993; Margetts, Austin 2007; Bickel et al. 2010; Malchukov et al. 2010] и удовлетворяют описанным выше семантическим ограничениям (помимо обсуждавшихся выше глаголов физической передачи). Список глагольных лексем башкирского языка создавался с опорой на словари [Ахмеров и др. (ред.) 1958; Ураксин 2005] и уточнялся и расширялся в ходе элицитации. Получившаяся в результате выборка включает 54 глагола. Этот список не является исчерпывающим, поскольку он составлен на основании существующей литературы, а не путем сплошного анализа башкирской глагольной лексики, однако в нем представлены все основные семантические подгруппы глаголов каузации перемещения к цели.

Одна из проблем создания выборки глаголов для подобного исследования заключается в необходимости различения глаголов, при которых все три участника являются актантами, и глаголов, при которых один из участников является сирконстантом, см. обсуждение этой проблемы для трехместных глаголов в [Newman 2005 ; Bickel et al. 2010]. В данном случае при отборе глаголов различия между актантами и сирконстантами не проводилось. Достаточным для включения глагола в выборку было то, что он попадает в очерченные семантические рамки и при нем могут быть выражены три участника с указанными семантическими ролями. Для каждого глагола устанавливалось, какие способы кодирования возможны в случае, когда все эти три участника выражены, вне зависимости от того, являются ли они синтаксически обязательными.

В случае вариативности основным считался такой способ кодирования, который носители оценивали как более приемлемый для ситуации, в которой отсутствуют какие-либо специфические признаки (такие как полный охват G-участника или наличие посессивных отношений между A- и G-участниками, см. разделы 4 и 5 далее).

Три способа оформления участников, засвидетельствованные при рассматриваемых глаголах, представлены в примерах (11)—(13), см. также (1)—(3) с другими глаголами.

(11) Häm uns tän-ebeö-gä hsla-p (...) и тот.АСС тело-P. 1PL-DAT мазать-CV ultsr-a-bsö.

сидеть-IPFV-lPL

'И намазав ее [лечебную грязь] на тело, сидим'.

[140716_gaj_Soljonoe_ozero.018]

(12) (...) Färiöä uya terhäg-e menän tört-tö.

Фарида тотЛАТ локоть-Pj с ткнуть-PST

'Фарида толкнула его локтем'.

[Н. Мусин. Мэцгелек Урман (2004)]

(13) Kisä Ural (...) bssaq menän barmay-э-п qsrq-ts. вчера Урал нож с палец-PJ-ACC резать-PST 'Вчера Урал порезал палец ножом'. [Газета «Йэшлек»]

Таблица 2 показывает, как распределяются глаголы выборки с точки зрения основного способа кодирования участников. Поскольку распределения непроизводных и производных глаголов оказались очень близкими, эти два подмножества глаголов в Таблице 2 рассматриваются вместе.

Таблица 2. Распределение глаголов выборки по основному способу кодирования участников

Стратегия Способ кодирования Число глаголов Доля от глаголов выборки

Индирективная G-DAT Т-АСС 30 0,6

Трехчастная G-DAT T menän 9 0,2

Секундативная G-ACC T menän 15 0,3

Как показывает Таблица 2, среди исследованных глаголов преобладают такие, при которых основной является индирективная стратегия (G-DAT T-ACC). Следующую по численности группу составляют глаголы, при которых основной является секундативная стратегия (G-ACC T menän). Глаголы, при которых используется прежде всего трехчастная стратегия (G-DAT T menän), составляют наименьшую долю от выборки. В разделе 4 рассматриваются непроизводные глаголы, относящиеся к каждому из этих типов. В разделе 4.1 обсуждается распределение глаголов между двумя более распространенными стратегиями: индирективной и секун-дативной. Глаголам третьего, наименее представленного в выборке типа посвящен раздел 4.2. Кодирование участников при производных глаголах рассматривается в разделе 6.

4. Кодирование участников при непроизводных глаголах перемещения объекта к цели

4.1. Индирективная и секундативная стратегии Среди исследованных глаголов башкирского языка нашлись такие, при которых допустима только одна из рассматриваемых в этом разделе стратегий: индирективная или секундативная, — однако при значительной части глаголов, для которых одна из них является основной, возможной оказывается и другая, ср. (14)—(15) с глаголом tsq- 'набить'. Поэтому здесь глаголы, при которых основной является одна из этих стратегий, рассматриваются совместно.

(14) Qssqsr-a basla-ha-q

кричать-IPFV начинать-COND-2SG qolay-am-a barmaq tay-a ine-m.

ухо-P. 1SG-DAT палец набить-IPFV быть^^^ 'Только ты начинал кричать, я затыкала уши пальцами'.

[Х. Мохтар. Дауыл алдынан (1936)]

äjt-kän-dä

говорить -PC. PS T -LOC qolay-sq-ds tsq-0 (...). ухо-P.2SG-ACC набить-IMP слово, заткни уши пальцами (...)'. Злобин. Салауат Юлаев (1928-1953)]

(15) Ul qabat hüo тот снова слово barmay-эц menän палец-P.2SG с 'Если он снова скажет [С.

Вариативность между индирективной и секундативной стратегиями при глаголах каузации перемещения объекта к цели засвидетельствована во многих языках. В английском языке, на материале которого больше всего обсуждался этот тип вариатив -ности, для него принят термин "spray/load alternation", отсылающий к тому классу глаголов, который в нем участвует, см. [Levin 1993].

Эта альтернация рассматривается в работах исследователей, придерживающихся самых разных представлений о механизмах синтаксического выражения участников при глаголах, см. [Foley, Van Valin 1985: 348-351; Dowty 1991; Gropen et al. 1991; Levin 1993: 49-51; Goldberg 1995: 175-179]. В большинстве из них распределение способов кодирования так или иначе связывается с признаком вовлеченности участников ("affectedness"). Чаще всего в качестве проявления вовлеченности упоминается эффект полного охвата ("holistic effect"): выражение G-участника в качестве прямого дополнения предполагает, что в результате перемещения T он оказывается полностью охваченным (например, покрытым, наполненным перемещаемой субстанцией и т. п.), как в примере Jill sprayed the wall with paint 'Джил покрасила стену краской'. При этом если позицию прямого дополнения занимает T, эффекта полного охвата не возникает — и тот, и другой участник может быть охвачен полностью или не полностью. В [Gropen et al. 1991] предлагается рассматривать полный охват G как частный, хотя и распространенный, случай изменения состояния участника. Авторы приводят пример A vandal sprayed the sculpture with paint 'Вандал покрасил скульптуру краской' — это предложение может описывать ситуацию, когда на скульптуре появляется только небольшое пятно краски, но этого достаточно для возникновения эффекта изменения состояния. Согласно указанной работе, в значении глаголов, при которых только G может занимать позицию прямого дополнения, например fill 'наполнить', cover 'покрыть', adorn 'украшать', специфицирован тип изменения состояния G; в значении глаголов каузации перемещения, при которых только T может занимать позицию прямого дополнения, например pour 'лить', drip 'капать', специфицирован способ перемещения T. При глаголах второго типа, согласно анализу авторов, вовлеченность T-участника заключается в том, что в результате перемеще-

ния меняется его положение в пространстве. Значение глаголов, которые допускают оба способа оформления участников, содержит компоненты, которые определяют и тип изменения состояния О, и тип перемещения Т. Впрочем, как отмечают сами авторы, четко очертить границы группы глаголов, которые допускают альтернацию, этот подход не позволяет [Огореп й а1. 1991: 183-184].

В свете этих обобщений здесь рассматриваются непроизводные глаголы башкирского языка, при которых наблюдается вариативность между индирективной и секундативной стратегиями или возможна только одна из них. В Таблице 3 показано распределение таких глаголов на подгруппы в зависимости от степени приемлемости каждой из двух стратегий. Для всех глаголов, при которых носители хотя бы в некоторой степени допускали вариативность, кроме глагола sas- 'сеять', в сети Интернет и в Корпусе прозы находятся примеры, подтверждающие существование обоих вариантов.

Наиболее крупное деление противопоставляет глаголы с точки зрения того, какая из двух стратегий является основной (см. крайний левый столбец). Как отмечалось в предыдущем разделе, основным считался тот способ, который использовался в дефолтной ситуации, лишенной каких-либо специфических признаков. Этот способ обычно и предлагался носителями в качестве первого перевода стимула. Далее каждая из двух групп глаголов разделена на четыре подгруппы в соответствии с тем, какая часть опрошенных носителей посчитала альтернативный вариант допустимым8.

Распределение глаголов по подгруппам, выделенным в Таблице 3, далее рассматривается с двух точек зрения: сначала обсуждается зона распространения секундативной стратегии (О-АСС Т тепап), затем — пределы допустимости индирективной стратегии (О-БАТ Т-АСС).

8 Для большинства глаголов оценка допустимости альтернативного варианта была получена от 5-10 носителей. Были выделены следующие градации приемлемости: все опрошенные носители — «ОК»; не менее половины опрошенных носителей — «?»; менее половины опрошенных носителей — «??»; ни один из опрошенных носителей — «*».

Таблица 3. Вариативность между индирективной и секундативной стратегиями среди глаголов каузации перемещения к цели

Основная стратегия Допустимость альтернативной стратегии Глаголы

Индирективная G-dat T-acc * el- 'повесить', hal- 'положить', jäj- 'стелить', kej- 'надеть', qoj- 'налить', tejä- 'грузить'

?? gada 'воткнуть', säs 'сеять'

? bär- 'бросить, ударить', hala- 'мазать', hört- 'мазать', qus- 'соединить', taq- 'набить'

OK bäjlä- 'повязать', börk- 'брызгать', höjä- 'прислонить', jap- 'покрыть', qaq- 'забить', terä- 'опереть', ura- 'намотать'

Секундативная G-acc T menän OK bärgeslä- 'бросаться', buta- 'перемешивать', aw- 'тереть', qapla- 'покрыть'

? köplä- 'обить'

?? buja- 'красить'

* jarala- 'ранить', qarq- 'резать', tis- 'продырявить'

В распределении глаголов в Таблице 3 можно усмотреть несколько свидетельств того, что в башкирском языке, как и в других языках, существует связь между выражением G-участ-ника в позиции прямого дополнения и степенью его вовлеченности. Так, можно заметить, что те глаголы, при которых допустима только секундативная стратегия, в противоположность всем остальным глаголам, описывают ситуации, которые предполагают нанесение непоправимого вреда G-участнику и нарушение его целостности. В примере (16) представлен относящийся к этой подгруппе глагол tis- 'продырявить'.

(16) Taw-da kobo-no ike ursn-dan xtinjtir

первый-LOC кадка-ACC два место-ABL кинжал menan tis-ep, arqan-ds

с продырявить-CV веревка-ACC

üt-kär-öe.

проходить-CAUS-PST

'Продырявив сперва кадку кинжалом в двух местах, пропустил веревку'. [Э. Хэкимов. Ьауыр кумта (1980-1981)]

Со степенью вовлеченности G можно связать также различия в синтаксическом поведении близких по значению глаголов. Один из таких рядов квазисинонимов составляют глаголы jap- 'покрыть', qapla- 'покрыть' и köplä- 'обить'. При первом из этих глаголов основной является индирективная стратегия, см. (17), при двух других глаголах — секундативная, см. (18)-(19).

(17) Min bala-lar-ya odejal-ds jap-ts-m.

я ребенок-PL-DAT одеяло-ACC покрыть^^^ 'Я накрыла детей одеялом'.

(18) Ulaj qara-ma-0 miqä, — ti-ne,

так смотреть-NEG-IMP я.DAT говорить-PST jöö-ö-n qul-s menän qapla-r-ya

лицо-P.3-ACC рука-PJ с покрыть-POT-DAT

telä-gän-däj. хотеть-PC.PST-SiMiL

'— Не смотри на меня так, — сказала она, будто желая заслонить лицо рукой'.

[Р. Байбулатов. О^айлы имтихандар (1988)]

(19) Öj-öö taqta menän köplä-ne. дом-ACC доска с обить-PST

'Облицевал дом досками'. [Газета «Башкортостан гэзите»]

В отличие от семантически нейтрального глагола jap- 'покрыть', глаголы qapla- 'покрыть' и köplä- 'обить' предполагают полный охват или наличие эффекта, связанного с состоянием G. Глагол qapla- 'покрыть' обычно предполагает использование T в качестве преграды, скрывающей или защищающей G; такой преградой часто служит часть тела A, ср. (18), а также (3) выше. Значение глагола köplä- 'обить' предполагает, что поверхность G переходит в новое относительно постоянное состояние.

Глагол sw- 'тереть' (20) отличается от глаголов hsla- (11) и hört- 'мазать' тем, что его лексическое значение включает компонент более значительной вовлеченности G: помимо перемещения T,

он предполагает интенсивное воздействие на поверхность G. При первом из этих глаголов основным является секундативное кодирование, при двух других — индирективное.

(20) Feldser tän-e-n spirt menän sw-дэ (...) фельдшер тело-Р.З-ACC спирт с тереть-PST 'Фельдшер растерла его тело спиртом'.

[Я. Вэлиев. Хэйерле иртэ, Исмэгил! (1961-1963)]

Таким же образом можно сравнить глаголы bär- 'ударить, бросить' и bärgeslä- 'бросаться'. Глагол bär- 'ударить, бросить', при котором основной является индирективная стратегия, может обозначать не связанное с воздействием на G перемещение T, в то время как глагол bärgeslä- 'бросаться' предполагает повторяющееся действие с разными или с одним и тем же T-участником: целью такого действия скорее является не собственно перемещение T, а воздействие на G.

Для глаголов, при которых основной является индиректив-ная стратегия, секундативное кодирование допустимо в разной степени, см. верхнюю половину Таблицы 3, но связи между степенью его допустимости и вовлеченностью G не прослеживается. Однако семантические контрасты, наблюдаемые в случаях вариативности при отдельных глаголах этой подгруппы, вписываются в ту же закономерность: секундативная стратегия допустима при условии полного охвата G или наличия эффекта, связанного с его состоянием. Так, в примере (21) приведен контекст, предложенный одним из опрошенных носителей в качестве условия использования такого оформления участников при глаголе jap- 'покрыть', ср. (17) и (21).

(21) Min bala-lar-дэ odejal menän я ребенок-PL-ACC одеяло с jap-ts-m.

покрыть^Т-^

'Я накрыла детей одеялом'. {с головой, чтобы они не боялись грозы}

Примеры (22) и (23) с глаголом terä- 'опереть', согласно оценкам носителей, также различаются тем, состояние какого из участников является важным для говорящего; в данном случае

эффект, связанный с одним из участников, не включает признака полного/частичного охвата.

(22) Isek-te tajaq menân terâ-0. дверь-ACC палка с опереть-IMP 'Подопри дверь палкой'. {чтобы дверь не закрылась}

(23) Kârtâ-gâ kôrâk terâ-0. изгородь -DAT лопата опереть-IMP

'Прислони лопату к изгороди'. {чтобы лопата не валялась на дороге}

Подобные проявления вовлеченности G отмечаются при се-кундативном кодировании участников и для глаголов bâjlâ- 'повязать', tsq- 'набить' и ura- 'намотать'.

Таким образом, связь между использованием секундативной стратегии и вовлеченностью G можно проследить как на уровне распределения глаголов по основному способу оформления участ -ников, так и на уровне вариативности при отдельных глаголах. В качестве частных проявлений вовлеченности G рассматривались: нарушение его целостности (ср. глаголы типа tis- 'продырявить'); полный охват (ср. глагол kôplâ- 'обить'); сопутствующее перемещению T воздействие на поверхность G (ср. глагол sw- 'тереть'); эффект, связанный с тем, что каузирующий перемещение участник заинтересован в состоянии G (ср. распространенное употребление глагола qapla- 'покрыть' для обозначения защиты части тела).

При индирективной стратегии для участника, занимающего позицию прямого дополнения, — Т-участника — в башкирском языке, как и в других языках, для которых изучалась подобная альтернация, тех проявлений вовлеченности, которые отмечаются для G- участника, не наблюдается. Выше упоминалось, что в [Gropen et al. 1991] условием допустимости помещения T в позицию прямого дополнения предлагается считать специфицированность способа перемещения T в семантике глагола. Для башкирского языка пределы допустимости индирективной стратегии можно связать с похожим признаком — с тем, предполагает ли описываемая глаголом ситуация, что T в результате перемещения занимает постоянное положение в цели перемещения. В Таблице 3 глаголы из последней строки противопоставлены по этому признаку всем остальным глаголам: в ситуациях, которые описываются глаголами tis- 'про-

дырявить', jarala- 'ранить' и qsrq- 'резать', T обычно не остается в цели перемещения после того, как производит на нее воздействие; в ситуациях, которые описываются глаголами buja- 'красить', kôpla- 'обить', qapla- 'покрыть' и др., T обязательно занимает более или менее постоянное положение в цели перемещения, см. (24)—(25) с первыми двумя из этих глаголов.

(24) Fanisa (...) dur zal-da-уэ tr'umo Фаниса большой зал-LOC-ADJ трюмо ald-3-nda iren-dar-e-na qaôal передняя.часть-Р.З-LOC губа-PL-P.3-DAT красный pomada buja-p tor-a ine.

помада красить-CV стоять-IPFV быть.Р8Т

'Фаниса красила губы красной помадой перед трюмо

в большом зале'. [Х. Зарипов. Фэнисэнец мехэббэте (1989)]

(25) Seben ker-ma-hen ôsôn, taôra-lar-ga seltar муха входить-NEG-JUSS для окно-PL-DAT сетка kôpla-gan-dar.

обить-PC.PST-PL

'Чтобы не залетали мухи, обили окна сеткой'.

[М. Кэрим. вс таган (1962)]

Итак, при индирективной стратегии на первый план выходит компонент пространственного перемещения T в G, при секун-дативной стратегии — компонент воздействия на G с помощью T. Как показывает Таблица 3, кодирование в соответствии с инди-рективной стратегией возможно даже при тех глаголах, которые предполагают значительную степень вовлеченности G, таких как buja- 'красить', kôpla- 'обить', qapla- 'покрыть', aw- 'тереть'; в то же время секундативное кодирование возможно не при всех глаголах, которые могут описывать ситуации с существенно вовлеченным G (прежде всего — с точки зрения полноты охвата), например teja- 'грузить' иjaj- 'стелить'. Таким образом, индирек-тивная стратегия, подчеркивающая пространственную конфигурацию ситуации, распространена в башкирском языке более последовательно и широко, чем секундативная стратегия, связанная с вовлеченностью G.

Следует отметить, что для глаголов, допускающих только секундативную стратегию, например tis- 'продырявить' или

jarala- 'ранить', недопустимость индирективного кодирования можно связать как со значительной вовлеченностью G, так и с отсутствием перехода T в постоянное положение в G. Можно избежать наложения двух различных признаков при объяснении распределения этих стратегий, если считать, что с отсутствием перехода T в постоянное положение в G связано кодирование T с помощью послелога menan, а со значительной вовлеченностью G связано его кодирование в качестве прямого дополнения. С таким анализом согласуются и семантические признаки, отличающие рассматривающийся в следующем разделе класс глаголов, при которых основной является трехчастная стратегия.

4.2. Трехчастная стратегия при непроизводных глаголах каузации перемещения к цели

При трехчастной стратегии ни один из участников не занимает позицию прямого дополнения — и G, и T кодируются косвенными средствами, в данном случае — соответственно дательным падежом и послелогом menan. Такой способ является основным при пяти непроизводных глаголах выборки: huq- 'ударить', см. (2), tort- 'ткнуть' (12), at- 'стрелять', sans- 'уколоть' и tej- 'касаться, задеть' (26).

(26) Kem-der hepertke menan miqa кто-наверное веник с я. DAT

tej-de=la: bsna ul, tab-sl-ds tip

касаться-Р8Т=же вот тот найти-PASS-PST сказать.СУ satlan-ds. радоваться-PST

'Кто-то задел меня веником и обрадовался: «Вот он, нашелся!»' [Газета «Киске Эфе»]

Ситуации, которые обозначаются глаголами этой группы, в базовом случае предполагают приведение T в точечный контакт с G. В семантику этих глаголов не входит указание на то, что происходит изменение состояния G. Все глаголы этого типа, кроме at-'стрелять', описывают ситуации, в которых T-участник обычно не занимает постоянного положения в G, и A-участник продолжает контролировать перемещение и после приведения T в контакт с G. В ситуации, описываемой глаголом at- 'стрелять', положение T

после перемещения может быть различным и не является существенным.

В целом трехчастная стратегия редко наблюдается при ди-транзитивных глаголах, см. [Ыа8ре1шаШ 2005: 4]. В [Ма1еЬикоу е! а1. 2010: 19-20] отмечается, что трехчастное кодирование может быть результатом аналогического распространения аллативного оформления О и инструментального оформления Т, наблюдающихся по отдельности при других глаголах. Диахроническое исследование изменений в кодировании участников не входило в задачи данной работы, но можно отметить, что семантически трехчастное кодирование действительно занимает промежуточное положение между оставшимися двумя способами кодирования участников: оно используется при глаголах, которые не предполагают ни перехода Т в постоянное положение в О, ни высокой степени вовлеченности О — тех семантических признаков, с которыми связывалось соответственно индирективное и секундативное кодирование. Таким образом, трехчастная стратегия наблюдается в случаях, когда ни О, ни Т семантически не могут претендовать на позицию прямого дополнения.

Все непроизводные глаголы, для которых основной является трехчастная стратегия, в большей или меньшей степени допускают также индирективное и/или секундативное кодирование, как показывают обобщенные оценки носителей, представленные в Таблице 4.

Таблица 4. Допустимость альтернативных стратегий кодирования участников при глаголах, для которых основной является трехчастная стратегия

Стратегия

Глагол Индирективная Секундативная

О-БЛТ Т-АСС О-АСС Т тепап

гв]- 'касаться, задеть' * ??

гдП- 'ткнуть' ?? ?

кпд- 'ударить' ?? ?

тт- 'уколоть' ? ОК

аг- 'стрелять' ОК ОК

Данные Таблицы 4 согласуются с предложенными выше обобщениями о связи между стратегиями кодирования участников

и семантическими признаками ситуаций. Как можно видеть, при приведенных в ней глаголах секундативное кодирование участников более допустимо, чем индирективное. В терминах семантических признаков это означает, что О-участник может быть представлен как претерпевающий воздействие, вовлеченный, что не исключается семантикой этих глаголов. Сценарий, при котором Т-участник занимает постоянное положение в О, связывавшийся выше с индирективным кодированием, менее вероятен для обозначаемых этими глаголами ситуаций. Наиболее ограниченная вариативность наблюдается при глаголе tej- 'касаться, задеть': значение этого глагола плохо совместимо как с переходом Т в постоянное положение в цели перемещения, так и со значительным воздействием на О. Наиболее широкой является вариативность при глаголе М- 'стрелять', при котором информанты свободно допускают использование всех трех стратегий: трехчастной, ин-директивной и секундативной. В отличие от других глаголов, которые входят в эту группу, глагол М- 'стрелять' описывает ситуацию, в которой положение Т после перемещения не задано. Со значением этого глагола совместим и признак существенной вовлеченности О-участника. Правда, следует отметить, что ни один из способов кодирования участников при этом глаголе не исключает интерпретации, при которой Т вообще не приходит в контакт с О, ср. (27)-(29).

(27) Иыпа^э Ьиге^а котоя щ тепап охота-АО волк-БАТ серебро стрела с а^ап, 1акп tej-ma-gan. стрелять-РС.Р8Т но касаться-ЫЕО-РС.Р8Т

'Охотник выстрелил в волка серебряной стрелой, но не попал'.

(28) Иыпа^э Ьиге^а котоя щ а^ап, охота-АО волк-БАТ серебро стрела стрелять-РС.Р8Т 1акп tej-ma-gan.

но касаться-ЫЕО-РС.Р8Т

'Охотник выпустил в волка три стрелы, но не попал'.

(29) Иыпа^э Ьиге-пе котоя щ тепап охота-АО волк-АСС серебро стрела с

at-qan, lakin tej-ma-gan.

стрелять-PC.PST но касаться-NEG-PC.PST

'Охотник выстрелил в волка серебряной стрелой, но не попал'.

На основании данных элицитации и примеров, содержащихся в Корпусе прозы, можно сделать предположение о том, с чем связано распределение основного трехчастного и ограниченно приемлемого секундативного кодирования при глаголе huq- 'ударить'. В текстах Корпуса прозы секундативное кодирование участников встречается в таких контекстах, в которых в качестве G выступает какой-либо объект в целом, вне зависимости от одушевленности, см. (30)-(31), а не часть объекта (например, часть тела), как в (32).

(30) Soqor-dan sab-эр kil-ep saq-qan яма-ABL скакать-CV приходить-CV выходить-PC.PST büre-ne kükrag-e menan huy-эр, kire волк-ACC грудь-Pj с ударить-CV обратный soqor-ya os-or-do.

яма-DAT летать-CAUS-PST

'[Собака] ударила грудью выскочившего из ямы волка и сбросила его обратно в яму'.

[С. Ильясов. Сагымдагы олоу (2012)]

(31) Marat üd-e-neq kós-hód qul-dar-э menün Марат сам-P^-GEN сила-CAR рука-PL-Pj с isek-te balta menan huy-эр qara-m. дверь-ACC топор с ударить-CV смотреть-PST 'Марат своими слабыми руками попробовал ударить дверь топором'. [F. ДэYлэтшин. Ялташ ^осагында (1930)]

(32) Yabbas mulla (...) baja-уэ linejka menan Габбас мулла недавно-ADJ линейка с umq ш-э-na huqtэ.

тот.GEN ладонь-P^-DAT ударить-PST

'Мулла Габбас ударил его по ладони упомянутой линейкой'.

[З. Биишева. Оло Эйек буйында (1965-1966)]

С этим наблюдением согласуются и данные элицитации: секундативная стратегия оценивалась носителями как приемлемая в случаях, если в качестве цели указывался объект в целом; при-

меры, в которых в роли цели выступает часть тела какого-либо одушевленного участника, получали смешанные оценки. Это противопоставление можно связать с тем, что воздействие на объект в целом является прагматически более существенным, чем воздействие на его часть. Даже если в качестве цели выступает часть объекта, как в примере (32), важно обычно то, что происходит не с этой частью как таковой, а с целым, в данном случае — с одушевленным посессором части тела. При этом и в случае, когда в качестве G-участника при глаголе huq- 'ударить' выступает какой-либо объект целиком, трехчастное кодирование является дефолтным вариантом перевода при элицитации и значительно преобладает в примерах из естественных текстов, см. (3).

Трехчастная стратегия допустима также при некоторых глаголах, рассматривавшихся в предыдущем разделе: bär- 'бросить', börk- 'брызгать', qaôa- 'воткнуть', а также периферийно при глаголе bärgeslä- 'бросаться'. Эти глаголы, как и глаголы, для которых трехчастная стратегия является основной, могут описывать такие ситуации, в которых T в результате перемещения вступает в точечный контакт с G.

5. Индирективное кодирование в ситуации перемещения части тела агентивного участника

В разделе 4 индирективное кодирование участников при глаголах каузации перемещения к цели связывалось с тем, что в результате перемещения T занимает постоянное положение в цели перемещения. Однако более детальное рассмотрение разнообразия употреблений некоторых глаголов показало, что отдельные случаи использования индирективного кодирования не вписываются в это обобщение. Все такие случаи, обнаруженные в ходе исследования, объединены тем, что в них A-участник совершает перемещение собственной части тела или одежды. Среди них выделяется два сравнительно компактных подтипа ситуаций, в которых индирективное кодирование наблюдается наиболее последовательно. Особенно показательно использование в таких ситуациях глаголов, для которых индирективное кодирование не является основным.

В первый из этих подтипов можно выделить ситуации, в которых перемещение части тела или одежды совершается A-участником неволитивно, см. (33) с глаголом qsrq- 'резать'.

(33) Jul-dan jalanajaq kit-ep bar-yan-da путь-ABL босиком уходить-CV идти-PC.PST-LOC ajay-sm-ds bsjala-ya qsrq-ts-m. нога-P.lSG-ACC стекло-DAT резать-PST-lSG

'Я шла по дороге босиком и порезала ногу стеклом'.

Из непроизводных глаголов, попавших в выборку, подобные употребления были засвидетельствованы также для глаголов buja- 'красить' (34), süns- 'уколоть', huq- 'ударить' (35) и jarala-'ранить', которые в таком контексте используются в значениях, соответственно, 'запачкать', 'уколоться', 'удариться', 'пораниться'.

(34) Mineq qsd-sm matur küldüg-e-n

я. GEN девочка-P. 1SG красивый платье-PJ-ACC

bujaw-ya buja-yan.

краска-DAT красить-PC.PST

'Моя дочь запачкала красивое платье краской'.

(35) Ilsur ajay-s-n o6tül-deq mojos-o-nü Ильсур нога-P^-ACC стол-GEN угол-PJ-DAT huq-ts.

ударить-PST

'Ильсур ударился ногой об угол стола'.

Важно подчеркнуть, что такое кодирование засвидетельствовано именно в ситуациях, в которых часть тела или одежды выполняет роль T. Названные глаголы могут описывать и ситуации с другим распределением ролей между теми же участниками — такие, в которых часть тела A-участника выступает в роли G, а в роли T — некоторый объект, перемещение которого он контролирует, как в примере (36), а также (13) выше. Важно то, что в примерах (13) и (36) перемещение является неволитив-ным, — они показывают, что признаком, проивопоставляющим способы кодирования, является именно распределение ролей в ситуации, а не волитивность A.

(36) Teg-en-gän-dä enä menän qul-am-a шить-REFL-PC.PST-LOC игла с рука-P. 1SG-DAT säns-te-m.

уколоть-PST-1SG

'Когда я шила, я уколола палец иголкой '.

Если часть тела A-участника является целью перемещения, как в примерах (13) и (36), используется такое кодирование, которое наблюдается при этих глаголах в общем случае: при qarq- 'резать' — секундативное, при säns- 'уколоть' — трехчастное или секундативное. Если же часть тела A-участника выполняет роль T, использование этих способов кодирования недопустимо, ср. (33) и (37).

(37) Ajay-am-da bajala menän qarq-ta-m. нога-P.lSG-ACC стекло с резать-PST-lSG 'Я порезала ногу стеклом' (нарочно).

*'Я порезалась ногой о стекло'.

Таким образом, для кодирования участников при этих глаголах пространственная конфигурация ситуации — то, какой из участников перемещается, — более существенна, чем вовлеченность участников: часть тела претерпевает одинаковое воздействие независимо от распределения ролей, однако, если она является перемещаемым, воздействующий на нее объект может кодироваться только как цель перемещения, но не как инструмент9.

Выше в качестве одного из определяющих признаков этого типа ситуаций была названа неволитивность приведения T в контакт с G. Несмотря на то что при элицитации выбор кодирования

9 Ср. кодирование участников при глаголах порезать, уколоть, поранить в русском языке: оказывающий воздействие объект может кодироваться как инструмент и в случае, когда он выполняет роль Т (Мальчик резал сыр и порезал руку ножом), и в случае, когда он является О-участником (Мальчик шел по дороге босиком и порезал ногу стеклом); во втором случае допустимо и такое кодирование, которое отражает сценарий перемещения (Мальчик порезал ногу о стекло). Таким образом, в русском языке, в отличие от башкирского, кодирование, которое подчеркивает воздействие на часть тела через инструментальное маркирование оставшегося объектного участника, возможно при любом распределении ролей.

последовательно соответствовал противопоставлению волитивных и неволитивных ситуаций, в Корпусе прозы обнаруживаются примеры, в которых индирективное кодирование используется в ситуациях, когда A-участник действует волитивно, ср. пример (38) с глаголом hört- 'мазать' (в данном случае он используется в значении 'вытирать', при котором обычно наблюдается секундативное кодирование).

(38) Öj-öä ular (...) isek töb-ö-ndä, söj-öä, дом-LOC тот.РЬ дверь у-Р.3-ШС гвоздь-LOC el-ew-le tor-yan taOtamal-ya вешать-NMLZ-ADJ стоять-PC.PST полотенце-DAT bit-tär-e-n hört-tö-lär.

лицо-PL-P. 3-ACC мазать-PST-PL

'Дома они [дети] вытирали лица о полотенце, висящее на гвозде, у двери'.

[Ж. Кейекбаев. Тугандар hэм таныштар (1946)]

О второй группе случаев использования индирективного кодирования пока получены только предварительные сведения, основанные на примерах из Корпуса прозы. Эту группу составляют ситуации, в которых агентивный участник производит перемещение одной части тела к другой, чаще всего такими участниками являются руки, ладони, кулаки, см. (39)-(40). Отдельные употребления с другими участниками также встречаются, см. (41). Из непроизводных глаголов в примерах такого типа встретились глаголы aw- 'тереть' (39), huq- 'ударить' (40) и глагол bär- 'бросить, ударить', для которого индирективная стратегия в целом является основной.

(39) (...) us-a-na ir-öär-sä lasqaldat-ap

ладонь-P^-DAT мужчина-PL-ADV чавкать-CV tökör-öp, ber berehe-nä aw-öa, (...). плевать-CV один один.из-DAT тереть-PST 'По-мужски сплюнув на ладони, потер их друг о друга'.

[Б. Бикбай. Акселэн ташканда (1954-1955)]

(40) Ul hiker-ep tor-öo=la qul-a-n

тот прыгать-CV стоять-PST=же рука-P.3-ACC

qul-ya huq-ts. рука-DAT ударить-PST

'Он подпрыгивал и ударял одной рукой о другую'.

[F. Хисамов. Кызыл кар (1986-1987)]

(41) Qara-p tor-ôo - tor-ôo=la смотреть-CV стоять-PST стоять-PST=же

ike qul-s-n ike janbas-s-na huq-ts:

два рука-Р.З-ACC два бок-Р.З-DAT ударить-PST Ataq, ataq, Yilmisarif ayaj, hin

ба ба Гильмишариф старший. брат ты tugel-me huq?! NEG.AUX-Q после

'Посмотрев некоторое время, [она] ударила руками по бокам: «Ба, ба, дядя Гильмишариф, не ты ли это?»'.

[Р. бметбаев. Атлы баш-корт (2004)]

При этом то, что и T, и G являются частями тела агентив-ного участника, по-видимому, не является достаточным условием для индирективного кодирования, ср. (42), где в этих условиях используется трехчастная стратегия.

(42) Fagila qarssq (...) ber qul-э menan Фагиля старуха один рука-PJ с uô-e-neq bôjôr-ô-na huy-эр: (...). сам-P^-GEN почка-P^-DAT ударить-CV 'Старуха Фагиля ударила себя одной рукой по боку '.

[F. Хэйри. Боролош (1925-1928)]

Примеры с индирективным кодированием отличаются от других примеров с частями тела агентивного участника в роли T и G тем, что в них перемещение T к G является вторичным, составляет часть некоторого конвенционального действия, для которого изменение состояния или положения какого-либо из участников не существенно. Таким действием может быть выражение удивления (41), издание звука, выполнение движения в танце (40) и т. п. К сожалению, этот признак едва ли позволяет очертить какой-либо четкий круг ситуаций, ср. пример (4З), который оценивался опрошенными носителями как допустимый, притом что неясно, можно ли считать описываемую в нем ситуацию конвенциональной.

(43) Шит kиkrag-e-na joдroY-o-n кщ^з.

Ильсур грудь-Р.З-БАТ кулак-Р.З-АСС ударить-Р8Т

'Ильсур ударил в грудь кулаком'.

Ситуации перемещения части тела А-участником, рассматривавшиеся в этом разделе, не предполагают, что Т после перемещения занимает постоянное положение в О, т. е. они не обладают тем признаком, с которым связывалось индирективное кодирование в разделе 4. Возможно, стратегия, при которой Т занимает позицию прямого дополнения, используется здесь в силу того, что агентивный участник контролирует перемещение собственной части тела в большей степени, чем перемещение других объектов, даже если она приводится в контакт с другим объектом неволитивно. Поскольку неочевидно, что существует такой признак, который бы объединял эти случаи индирективного кодирования или вообще все случаи индирективного кодирования при глаголах каузации перемещения объекта к цели, можно сказать, что зона распространения этой стратегии распадается на несколько разнородных фрагментов, не обладающих очевидной семантической общностью. Разнообразие ситуаций, в которых используется эта стратегия, может рассматриваться как свидетельство ее базового, дефолтного статуса. Из описанных в этом разделе типов контекс -тов в это обобщение наиболее естественно вписывается второй — контексты, описывающие перемещение одной части тела к другой в конвенциональных ситуациях. В таких ситуациях перемещение участника как таковое является несущественным, поскольку оно выступает в качестве символа определенного действия или реакции, поэтому в таких случаях естественно ожидать использования дефолтного способа кодирования участников.

6. Кодирование участников при производных глаголах каузации перемещения объекта к цели

В качестве производных здесь рассматриваются глаголы, в составе которых содержатся показатели актантной деривации, повышающей или понижающей. К первому типу относятся глаголы с различными показателями каузатива (44), ко второму — глаголы, содержащие показатель, называемый пассивным в соот-

ветствии с одной из своих функций, см. (45), или показатель рефлексива.

(44) Бахшг (...) Yаlаw-gа ид-е-пец ке)ет-Сйг-е-п Шахми Галяу-БАТ сам-Р.З-ОЕК одежда-РЬ-Р.З-АСС ке)-еп-Сег-ег^й дпя-гэ. надевать-КЕБЬ-САШ-РОТ-БАТ приказывать-Р8Т 'Шахми приказал одеть Галяу в свою одежду'.

[Т. Йэнэби. Инспектор (1927)]

(45) Qatэ и-ер tib-ew-дйn ¥Шх ои-ор жесткий делать-СУ пнуть-ЫМЬ2-АВЬ Фатих летать-СУ Ьаг-эр, ЬаЪ-э тепйп овШ а)'ау-э-па

идти-СУ голова-Р.З с стол нога-Р.З-БАТ

кщ-э1-Сэ.

ударить-РА88-Р8Т

'От сильного пинка Фатих полетел и ударился головой о ножку стола'. [Газета «Башкортостан гэзите»]

Тип глагола, в составе которого содержится несколько показателей актантной деривации, определяется по последнему из показателей. Например, глагол kejender- 'одеть' из примера (44) является каузативным глаголом, для которого исходным глаголом служит глагол ке)еп- 'одеться', содержащий показатель рефлексива.

Среди производных глаголов выборки гораздо больше каузативных глаголов, чем глаголов с показателями пассива и рефлек-сива. Присутствие каузативов среди многоместных, в частности трехместных, глаголов гораздо более естественно и предсказуемо, чем наличие среди них глаголов с показателями понижающей актантной деривации, поскольку при каузативации в ситуацию обычно вводится участник, отсутствовавший в исходной ситуации, в то время как при глаголах с показателями понижающей деривации часто может быть выражено меньше участников, чем при исходном глаголе.

Показатели актантной деривации обычно маркируют изменения семантического статуса и синтаксического выражения участников исходной ситуации. Семантические и синтаксические эффекты, наблюдающиеся при основных типах актантных дериваций, хорошо описаны в типологической литературе. Ожида-

ется, что состав и способ кодирования участников при исходном и при производном глаголе соотносятся некоторым регулярным, предсказуемым образом, заданным для данного типа актантной деривации, ср. описание основных типов актантных дериваций в [На8ре1таШ, Ми11ег-ВаМеу 2004]. Одно из наиболее известных правил соотношения между исходными и производными глаголами было предложено в работе [Сотпе 1976]. Оно касается распределения синтаксических позиций между участниками при каузативных глаголах: вводимый участник с ролью каузатора занимает позицию подлежащего, а каузируемый участник (подлежащее исходного глагола) занимает первую свободную позицию в иерархии: подлежащее > прямое дополнение > непрямое дополнение > прочие косвенные позиции. В частности, согласно этому правилу, при каузативе, образованном от непереходного глагола, каузируемый участник должен занимать позицию прямого дополнения, при каузативе, образованном от переходного глагола, — позицию непрямого дополнения и т. д. Подход, согласно которому кодирование участников при каузативных глаголах является результатом распределения позиций в ходе синтаксической деривации, отвергается в статье [Кеттег, Verhagen 1994]. Вместо этого предлагается считать, что каузативные глаголы с точки зрения кодирования участников уподобляются базовым глаголам и встраиваются в соответствующие классы: каузативы от непереходных глаголов уподобляются непроизводным переходным глаголам, каузативы от переходных глаголов — непроизводным дитранзитивным глаголам или трехместным глаголам с третьим участником — инструментом.

В [Ма1еЬикоу 2013] анализируются стратегии кодирования участников при базовых и производных дитранзитивных глаголах в 74 языках различной генетической и ареальной принадлежности. В целом результаты этого исследования не противоречат семантическому взгляду на кодирование участников при производных глаголах: в большей части языков, в которых среди дитранзитивных глаголов представлены и базовые, и производные, при глаголах этих двух типов используется одна и та же стратегия

кодирования участников10. Существенно то, что А. Л. Мальчуков рассматривает только дитранзитивные глаголы, т. е. глаголы с одушевленным участником-Реципиентом, такие как 'дать', 'показать', 'сказать'. Как было показано в разделе 2, при всех башкирских дитранзитивных глаголах единственной или одной из возможных является индирективная стратегия, как при базовых (bir- 'давать', hat- 'продавать'), так и при производных (каузативных) глаголах (kürhät- 'показать', aylat- 'объяснить'). Кодирование участников при башкирских дитранзитивных глаголах согласуется с обобщением А. Л. Мальчукова, но в то же время и не противоречит анализу в терминах иерархии синтаксических позиций.

Производные трехместные глаголы, которые рассматриваются в этом разделе, находятся за пределами класса дитранзитивных глаголов. В первую очередь здесь анализируется то, каким образом эти глаголы соотносятся с исходными с точки зрения состава и способов кодирования участников и соответствует ли это соотношение типологическим ожиданиям и представлениям об устройстве данного типа деривации в башкирском языке. Кроме того, может быть поставлен вопрос о том, насколько естественно с семантической точки зрения производные глаголы вписываются в те группы непроизводных глаголов, которые обсуждались в разделе 4. Особенно показательными в этом отношении должны быть случаи отклонения от регулярной модели, поскольку они могут свидетельствовать о синтаксическом упо-

10 В большей части случаев нарушения этой закономерности при базовых дитранзитивных глаголах используется индирективная стратегия, а при производных — нейтральная. Среди тюркских языков такое распределение отмечается в литературе для хакасского, алтайского, карачаево-балкарского, см. [ЪеШсЫу 2006], и тувинского языков, см. [КиНкоу 1998] (в выборке, использованной в статье [Ма1сЬикоу 2013], тюркские языки отсутствуют). В этих языках при каузативах от переходных глаголов каузируемый участник может маркироваться так же, как прямое дополнение, притом что исходное прямое дополнение также присутствует в клаузе (в указанных работах отмечаются особые свойства этих прямых дополнений по сравнению с прямым дополнением в базовой переходной клаузе). В башкирском языке подобные каузативные конструкции не обнаружены.

доблении производных глаголов семантически близким базовым глаголам.

В Таблице 5 приведены производные трехместные глаголы, попавшие в выборку. Они разделены на подгруппы на основании набора возможных стратегий кодирования участников, а также типа показателя актантной деривации, который они содержат; в составе каждого из глаголов отмечена граница между основой и (последним) показателем актантной деривации. В целом подгруппы упорядочены по основному способу кодирования участников.

Таблица 5. Кодирование участников при производных глаголах каузации перемещения объекта к цели

Глагол Показатель Основная стратегия Альтернативные стратегии

еи-ег- 'поить', ке)-дег- 'одеть' CAUS О-БАТ Т-АСС *

аш-г- 'кормить', ке)еп-Сег- 'одеть', )од-гог- 'заразить' CAUS О-БАТ Т-АСС ??О-АСС Т тепйп

)аЬ-эп- 'покрыться' REFL

)аЬэп-Сэг- 'покрыть', /йЬея-гег- 'приклеить' CAUS О-БАТ Т-АСС О-АСС Т тепйп

гегй-г- 'подпереть', ш1-гэг- 'наполнить', ига-г- 'обмотать' CAUS О-АСС Т тепйп О-БАТ Т-АСС

Глагол Показатель Основная стратегия Альтернативные стратегии

awэrэ-t- 'заразить', awэrt-tэr- 'ушибить', Ьэига-г- 'запачкать' CAUS О-АСС Т тепйп *

шраМа-^ 'шлепать', Шдэ1Са^- 'стучать' CAUS О-БАТ Т тепйп О-АСС Т тепйп

Ьйг-е1- 'удариться', Ииу-э1- 'удариться' PASS О-БАТ Т тепйп *

эгуэ-^ 'бросить', tejдer- 'касаться' CAUS О-БАТ Т-АСС ??О-БАТ Т тепйп

Среди глаголов, представленных в Таблице 5, три содержат показатели понижающей актантной деривации:)аЬэп- 'покрыться' —

показатель рефлексива -п, Ъаге1- 'удариться' и киуз!- 'удариться' — показатель пассива -I.

Глагол jaЪэn- 'покрыться' входит в подгруппу башкирских рефлексивных глаголов, обозначающих действия, направленные А-участником на собственные части тела, ср. jзwэn- 'умываться', игап-'кутаться' и др. Глаголы этой подгруппы относят к рефлексивным в широком смысле, см. [№фа1коу 2007: 257], или медиальным, см. [Кеттег 1993: 53-55]. В башкирском языке, в соответствии с типологическими ожиданиями, при большей части таких рефлексивных глаголов невозможно синтаксически выразить часть тела, на которую направлено воздействие. Кроме того, башкирские глаголы, содержащие показатель рефлексива, обычно являются непереходными11. ГлаголjaЪзn- 'покрыться' является исключением из обоих правил: при нем может быть выражен и О-участник — часть тела агенса — в дательном падеже, и Т-участник в позиции прямого дополнения, ср. (46).

(46) Бая-э-па japraq Ыдак-1е jаsel М^ам>1эу-з-п

голова-Р.3-БАТ листок узор-АБ1 зеленый шаль-Р.3-АСС jaЪ-эn-dэ. покрыть-КЕБЬ-Р8Т

'[Шахиза] покрыла голову зеленым платком с узором в форме листьев'. [Г. Хэйри. Боролош (1925-1928)]

По-видимому, этот глагол не является уникальным. Так же ведет себя глагол Ъогкап- 'покрыться с головой', обнаруженный уже после проведения исследования и не включенный в выборку, см. (47).

11 А. А. Бонч-Осмоловская показывает, что в мишарском диалекте татарского языка при некоторых глаголах, содержащих показатель «депациентива» (соответствующий башкирскому рефлексиву), может быть выражено прямое дополнение, однако оно может маркироваться показателем аккузатива только в том случае, если оно маркировано также показателем множественного числа; глагол в таких примерах описывает повторяющееся (итеративное или хабитуальное) действие [Бонч-Осмоловская 2007: 171-179]. Согласно сведениям, полученным А. В. Выдриной, в башкирском языке глаголы, содержащие показатель рефлексива, в таких контекстах не могут употребляться с прямым дополнением, даже немаркированным [Выдрина 2011].

(47) (...) jawls\-3-n bas-s-na börkä-n-ep,

платок-Р.З-ACC голова-Р.З-DAT шкрыть-REFL-CV gospital-gä taban atla-ns.

госпиталь-DAT в. сторону шагать-PST 'Покрыв голову платком, [она] зашагала в сторону госпиталя'. [Э. Байрамов. Сыныгыу йылдары (1972)]

При рефлексивном глаголе kejen- 'одеться' в позиции прямого дополнения также может быть выражен T-участник, но выражение в позиции косвенного дополнения G-участника, являющегося частью тела агенса, по-видимому, недопустимо.

Исходным для глагола jabsn- 'покрыться' является глагол jap- 'покрыть', использующий в качестве основной индиректив-ную, а в качестве дополнительной — секундативную стратегию кодирования участников, см. раздел 4.2. Глагол jap- 'покрыть' может использоваться в широком круге ситуаций: G-участник может быть и одушевленным, см. (17), и неодушевленным, в частности частью тела агентивного участника или другого одушевленного участника. При глаголе jabsn- 'покрыться' в качестве G может выступать только часть тела агентивного участника. При этом T и G кодируются так же, как при исходном глаголе. Получается, что для трехместных употреблений исходного и производного глаголов этой пары роль рефлексивного показателя сводится к указанию на то, что T является обладаемым A-участника. Таким образом, глагол jabsn- 'покрыться' обладает свойствами, не типичными для рефлексивных глаголов башкирского языка и для глаголов, содержащих показатели подобной деривации, в целом. При этом с семантической точки зрения он естественно вписывается в группу глаголов, обозначающих ситуации, в которых T в результате перемещения занимает постоянное положение в цели перемещения, см. раздел 4.2.

Глаголы bärel- и huysl- 'удариться', см. (45), описывают ситуации, в которых A-участник непреднамеренно оказывает негативное воздействие на собственную часть тела12. То же значение показа-

12 Этот тип употребления пассивного показателя отмечается для татарского языка в [Бонч-Осмоловская 2007: 170], для карачаево-балкарского языка — в [Ьуийкоуа, ВопсЬ-Озто1оузкауа 2006: 401]. В обеих указанных работах этот тип отнесен к медиальным употреблениям

теля -l представлено, например, в башкирских двухместных глаголах qarqal- 'порезаться' и tarnal- 'поцарапаться' (при них T-участник — часть тела — не может быть выражен). Непроизводные глаголы bär- 'бросить, ударить' и huq- 'ударить', от которых образованы bärel- и huyal-, демонстрируют вариативность в кодировании участников: оба в большей или меньшей степени допускают все три способа кодирования участников, см. разделы 4 и 5 выше13. При обоих глаголах с пассивным показателем возможно только трехчастное кодирование участников — такое, при котором ни один из участников не занимает позицию прямого дополнения. С непроизводными глаголами, при которых основной является трехчастная стратегия, см. раздел 4.3, эти глаголы объединяет то, что они описывают точечный контакт T с G, после которого T не остается в цели перемещения. В то же время в ситуациях, когда неволитивно перемещаемым T-участником является часть тела A-участника, при непроизводных глаголах используется индирек-тивная стратегия, см. раздел 5. Таким образом, те противопоставления, с которыми связано кодирование участников при непроизводных глаголах, для этих глаголов нерелевантны; оформление участников при них определяется скорее типом деривации, а не семантическими признаками ситуации как таковыми.

При каузативных глаголах, приведенных в Таблице 5, наблюдается большее разнообразие способов кодирования участников, однако оно в целом отражает разнообразие типов исходных глаголов. Отклонения от регулярной модели каузативации были обнаружены, но они не многочисленны.

Рассматривая эти каузативные глаголы, необходимо соотнести две различных характеристики участников: семантическую роль

пассивного показателя. О показателе -I в башкирском языке см. в [Юл-дашев (отв. ред.) 1981: 244-249].

13 Ситуации, выражаемые глаголом киуэ1- 'удариться', очень похожи на ситуации, которые рассматривались в разделе 5 как частный случай использования индирективной стратегии при глаголе кuq- 'ударить', см. (35) выше. На основании употреблений этих глаголов в Корпусе прозы можно предположить, что глагол с показателем пассива используется скорее в тех случаях, когда не только приведение части тела в контакт с О, но и перемещение агентивного участника является неконтролируемым, ср. (45).

в ситуации каузации перемещения к цели (А, Т или О) и место в структуре каузации, которая связана со свойствами исходного глагола. При большей части каузативных глаголов А-участник является Каузатором — это участник, который отсутствует при исходных глаголах и вводится при каузативации. Каузируемым при таких глаголах может быть Т или О — в зависимости от того, какой из этих участников соотносится с подлежащим исходного глагола. В Таблице 6 приведены пары каузативов и исходных глаголов, указана роль участника каузативного глагола, который соответствует подлежащему исходного глагола, и переходность исходного глагола.

Таблица 6. Соотношение каузативов с исходными глаголами

Каузатив Исходный глагол

Глагол Значение Глагол Значение Подлежащее Тип

awэrэt- 'заразить' awэrэ- 'болеть' О ШТЯ

awэrttэr- 'ушибить' awэrt- 'болеть' О ШТЯ

Ьэзт^ 'запачкать' Ьэзт- 'запачкаться' О ШТЯ

шНэг- 'наполнить' ш1- 'наполниться' Т/О ШТЯ

эгуэ^ 'бросить' эгуэ- 'прыгать' Т ШТЯ

tejдer- 'касаться' ^- 'касаться' Т ШТЯ

¡од^- 'заразить' .М- 'пристать' Т ШТЯ

¡аБе^е^ 'приклеить' jаbes- 'прилипнуть' Т ШТЯ

sapэldat- 'шлепать' sapэlda- 'хлопать' Т ШТЯ

tuqэldat- 'стучать' tuqэlda- 'стучать' Т ШТЯ

езе^ 'поить' es- 'пить' О ТЯ

kejдer- 'одеть' 'надеть' О ТЯ

asat- 'кормить' as- 'есть' О ТЯ

kejender- 'одеть' keien- 'одеться' О ТЯ

jabэndэr- 'покрыть' iabэn- 'покрыться' О ТЯ

terаt- 'подпереть' terа- 'опереть' А ТЯ

ит^ 'обмотать' ит- 'намотать' А ТЯ

При глаголах awзrзt- 'заразить', ам>эгИэг- 'ушибить' и Ьзsrat-'запачкать' используется секундативная стратегия — позицию прямого дополнения занимает О-участник, см. (48). При всех этих глаголах О является каузируемым — при исходных глаголах awзrз-'болеть (о человеке)', awзrt- 'болеть (о части тела)' и bэsra- 'за-

пачкаться' соответствующий участник занимает позицию подлежащего, ср. (49). Таким образом, соотношение этих непереходных глаголов с образованными от них каузативами соответствует регулярной модели.

(48) Qaö-am malaj-am-da grip menän девочка-P. 1SG мальчик-P.lSG-ACC грипп с awara-t-qan.

бо леть -C AUS -PC. PS T

'Моя дочь заразила моего сына гриппом'.

(49) Hin diqgeö awara-w-a menän ты море болеть-NMLZ-P.S с awara-j-haq, — ti-ne. болеть-IPFV-2SG говорить-PST

'Ты болен морской болезнью, — сказал он'.

[Э. Бикчэнтэев. Беркет hауала Yлэ (1948-1957)]

При глаголе tultar- 'наполнить' соотношение с исходным глаголом также регулярно, однако несколько осложнено тем, что при обоих глаголах возможны два способа кодирования участников. При исходном глаголе tul- 'наполниться' позицию подлежащего может занимать или вещество (50), или контейнер (51), соответственно — T или G; в обоих случаях глагол используется непереходно. Каждому из этих типов употреблений исходного глагола соответствует один из способов кодирования участников при каузативе: индирективный или секундативный.

(50) (...) badaw öOt-ö-ndä kinät

поле поверхность-P.S-LOC внезапно ire-gän qar haw-öar-a soqor-öar-ya

таять-PC.PST снег вода-PL-Pj яма-PL-DAT tul-da.

наполниться-PST

'Воды внезапно растаявшего на полях снега наполнили ямы'.

[Ф. Чанышева. Ьаумы, яхты кен (1981)]

(51) Ber säyät es-e-ndä soqor-saqar-öar haw menän один час нутро-P.S-LOC ямы-ухабы-PL вода с

tul-a-lar.

наполниться-IPFV-PL

'За один час ямы и ухабы наполняются водой'.

[М. Еафури. Яцы урак]

Каузативные глаголы aryat- 'бросить', tejôer- 'касаться, попасть', jäbester- 'приклеить' и joqtor- 'заразить' соотносятся с непереходными глаголами arya- 'прыгать', tej- 'касаться, задеть', jäbes- 'прилипать' и joq- 'пристать'. При каузативных глаголах используется индирективное кодирование: позицию прямого дополнения занимает T; при исходных глаголах соответствующий участник закономерно занимает позицию подлежащего, см. (52)-(53).

(52) Ilnara-ya grip joq-qan. Ильнара-DAT грипп пристать-PC.PST

'Ильнара заразилась гриппом' (букв. 'К Ильнаре пристал грипп').

(53) Ilnara-ya grip-ta qusta-m Ильнара-DAT грипп-ACC младший. брат-P. 1SG joq-tor-öo.

пристать-CAUS-PST

'Ильнару заразил гриппом мой племянник'.

Стоит, однако, отметить, что некоторые опрошенные носители считали возможным использовать при глаголах aryat- 'бросить' и tejöer- 'касаться, попасть' трехчастную стратегию, а при глаголахjäbester- 'приклеить' иjoqtor- 'заразить' — секундативную. Эта вариативность не вписывается в регулярную модель соотношения между непереходным глаголом и производным от него каузативом, но сближает эти глаголы с семантически близкими к ним непроизводными глаголами. Так, при глаголе jäbester-'приклеить' секундативное кодирование предполагает полный охват или другие эффекты, связанные с вовлеченностью G, см. (54).

(54) Ul jaqay-a-nda-ya jara-ha-n lejkoplastyr' тот щека-P.3-LOC-ADJ рана-P.3-ACC лейкопластырь menän jäbes-ter-ep ölgör-gän.

с прилипать-CAUS-CV успевать-PC.PST

'Он успел заклеить рану на щеке лейкопластырем'.

[И. Нургэлиев. Карабаш тургай (2013)]

Глаголы sapaldat- 'шлепать, хлопать' и tuqaldat- 'стучать' — единственные два каузатива, при которых регулярной модели соотношения позиций участников не соответствует ни основной, ни дополнительный вариант кодирования. Они образованы от непереходных глаголов sapalda- 'шлепать' и tuqalda- 'стучать', при которых позицию подлежащего занимает неодушевленный объект, который, перемещаясь (самопроизвольно или вследствие агентив-ного воздействия), издает звук14, ср. (55). Поскольку подлежащее исходных глаголов соответствует T-участнику, при каузативах ожидается индирективное кодирование, однако допустимыми оказываются только трехчастная и секундативная стратегии, см. (56)—(57). При этом семантически такие глаголы хорошо вписываются в группу непроизводных глаголов, при которых используется трехчастная стратегия, см. раздел 4.2.

(55) Jay a öj bura-lar-a jan-a-nda новый дом сруб-PL-P.3 около-Р.3-ШС balta-lar jas-araq tuqalda-j. топор-PL частый-CMPR стучать-IPFV

'Рядом со срубами нового дома часто стучат топоры'.

[Э. Байрамов. Тыуган яктарза (1969)]

(56) Qul-a-nda-ya maltay-a-nay töjöä-he menän рука-P.3-LOC-ADJ ружье-P.3-GEN обух-Pj с iöän-gä tuqalda-t-ap, qul-a-n heltä-p пол-DAT стучать-CAUS-CV рука-PJ-ACC махать-CV

14 При исходных глаголах sapalda- 'шлепать' и tuqalda- 'стучать', как и при каузативах от них, может быть выражен G-участник в дательном падеже, ср. следующий пример с номинализацией от глагола tuqalda-:

i. Tan-ap qal-yan auditorij a-la aqbur-day

утихнуть-cv оставаться-PC.PST аудитория-LOC мел-GEN taqta-ya (...) tuqalda-w-a=yana iset-el-ä

доска-DAT стучать-NMLZ-P.3=только слышать-PASS-iPFV ine.

быть.PST

'В стихнувшей аудитории был слышен только стук мела по доске'.

[Э. Вэли. Май ямгыры (1954-1957)]

al-a.

брать-IPFV

'[Исхак] постучал прикладом бывшего у него в руке ружья по полу и взмахнул рукой'.

[h. ДэYлэтшина. Ыргы? (1942-1952)]

(57) Ul joöroq-tar-э menän qalan täörä-ne тот кулак-РЬ-Р.3 с толстый окно-ACC

tuqalda-t-ta. стучать-CAUS-PST

'Он постучал кулаками по толстому стеклу окна'.

[Э. Байрамов. Сыныгыу йылдары (1972)]

Каузируемый участник при каузативах от переходных глаголов в башкирском языке может оформляться двумя различными способами: дативом или аблативом. По-видимому, выбор между этими двумя способами оформления каузируемого участника связан с противопоставлением прямой и непрямой каузации: при прямой каузации он кодируется дательным падежом, при непрямой — аблативом. Противопоставление прямой и непрямой каузации — одно из наиболее важных семантических противопоставлений в области каузативных конструкций, см. [Kulikov 2001: 892]. В целом это противопоставление отражает распределение контроля над ситуацией: при прямой каузации каузатор непосредственно контролирует осуществление действия каузируемым, в частности может физически воздействовать на него; при непрямой каузации каузируемый в большей степени обладает контролем над ситуацией, действуя, например, с разрешения или по просьбе каузато-ра, ср. ситуации 'кормить' и 'позволить съесть' в примерах ниже. Сходные семантические различия между двумя способами оформления каузируемого участника для башкирского языка отмечаются в [Юлдашев (отв. ред.) 1981: 258-259]15.

В рамках данного исследования рассматриваются только ситуации прямой каузации, и, в соответствии с ожиданиями, при

15 В статье [Перехвальская, настоящий сборник] предлагается другое объяснение выбора способа маркирования каузируемого участника при каузативах от переходных глаголов: дативное маркирование связывается с тем, что каузируемый обладает свойствами бене- или малефактива, аблативное кодирование рассматривается как нейтральное.

большей части включенных в выборку каузативов от переходных глаголов каузируемый участник оформляется дательным падежом, ср. (58)16. Так же соотносятся с исходными переходными глаголами каузативные глаголы eser- 'поить', kejôer- 'одеть', см. (59), и kejender- 'одеть'.

(58) À beô hsjsr-ôar-ya (...) halam asa-t-a-bsô.

а мы корова-PL-DAT солома есть-CAUS-IPFV-lPL 'А мы кормим коров соломой'.

[Н. Котдосов. Тэслимэ (1973)]

(59) Oj-gâ in-gâs, jeygâ-lâr дом-DAT входить-CV.ANT невестка-PL Fatima-ya jays kuldâk kej-ôer-ôe-lâr, Фатима-DAT новый платье надевать-CAUS-PST-PL bas-s-na jays jawlsq, sâl голова-P.3-DAT новый платок шаль jab-sn-dsr-ôs-lar.

покрыть-REFL-CAUS -PS T-PL

'Войдя в дом, невестки одели Фатиму в новое платье, покрыли ее голову новым платком и шалью'.

[Ж. Кейекбаев. Тугандар hэм таныштар (1946)]

Несколько отличается поведение глаголаjabsndsr- 'покрыть', см. последнюю клаузу в (59). Этот глагол соотносится с рефлексивным глаголом jabsn- 'покрыться', при котором могут быть выражены два объектных участника: G-участник при этом обязательно является частью тела агентивного участника и оформляется дательным

16 Ср. (58) с примером (i) ниже, в котором тот же глагол описывает ситуацию непрямой каузации. В данном случае представлен пермиссивный тип непрямой каузации — каузатор не препятствует осуществлению действия каузируемым участником. В этом примере каузируемый участник оформляется аблативом.

i. Äje, äje, bit ul baqsa-na=la käzä-lär-öän да да ведь тот сад-АСС=же коза-PL-ABL asa-t-эр böt-ör-gän,

есть-CAUS-cv закончигься-CAUS-PC.PST 'Да, да, ведь он и весь сад свой дал съесть козам'.

[F. Хэйри. БYлмэ (1929)]

падежом, а T-участник занимает позицию прямого дополнения, см. выше в этом разделе. При каузативном глаголеjabandar- 'покрыть' группа в дательном падеже может соответствовать или одушевленному участнику, или части тела участника, не совпадающего с подлежащим, как в примере (59). С точки зрения деривационного подхода эти два типа объектов в дательном падеже имеют различную природу: одушевленный объект является смещенным подлежащим исходного глагола jaban- 'покрыться', а объект, соответствующий части тела, наследуется от исходного глагола17.

При всех перечисленных каузативах от переходных глаголов кодирование соответствует индирективной стратегии. В разделе 4.2 использование индирективной стратегии при непроизводных глаголах связывалось с тем, что T-участник после перемещения занимает постоянное положение в G. С одной стороны, все перечисленные каузативы от переходных глаголов обладают этим признаком (ср. значение глаголов 'кормить' или 'одеть'). С другой стороны, положение T едва ли следует считать существенным для этих ситуаций, поскольку в них скорее важно воздействие на одушевленного G-участника. Кроме того, в отличие от каузативных глаголов типа 'кормить' или 'одеть', все непроизводные глаголы, рассматривавшиеся в разделе 4, описывают ситуации с неодушевленным G или такие, в которых его одушевленность не задана, см. Таблицу 3 выше. Эти каузативы от переходных глаголов более естественно рассматривать на фоне дитранзитивных глаголов: при них в роли G (или R) также выступает одушевленный участник, а индирективное кодирование является абсолютно преобладающим, см. раздел 2, а также выше в данном разделе.

При части рассматривавшихся выше каузативов от переходных глаголов допустимо также использование секундативной стратегии, которая не засвидетельствована при непроизводных

17 Таким образом, поведение каузативных глаголов kejender-'одеть' и jаЪэndэr- 'покрыть' отражает различие, которое выше было отмечено для исходных для них рефлексивных глаголов ке]еп- 'одеться' и]аЪэп- 'покрыться'. При глаголе ке]еп-, в отличие от глагола]аЪэп-, не может быть выражен О-участник — часть тела, на которую надевается одежда. В соответствии с этим, при каузативном глаголе kejender- 'одеть' в качестве О может выступать только личный участник, являющийся подлежащим при глаголе ке]еп-.

дитранзитивных глаголах. Вариативность между индирективной и секундативной стратегиями наблюдается при глаголах аЪаи 'кормить', kejender- 'одеть' и jaЪэndэr- 'покрыть'. С точки зрения деривационного подхода секундативное оформление нарушает иерархию распределения позиций при каузативации, поскольку позицию прямого дополнения занимает каузируемый, а тот участник, который выражен в позиции прямого дополнения при исходном глаголе, выражается в качестве косвенного дополнения с послелогом тепап. Возможно, приемлемость секундативной стратегии обусловлена влиянием русского языка, по крайней мере для глаголов 'кормить' и 'покрыть', ср. обсуждение подобного явления в хакасском языке в [ЬеШсЫу 2006: 421-422]. Также различия в допустимости секундативной стратегии при каузативах от переходных глаголов можно связать с тем, насколько для исходных глаголов распространены употребления без прямого дополнения, в которых объектный участник является неспецифи-цированным. Глаголы ая- 'есть', kejen- 'одеться' и jaЪэn- 'покрыться' употребляются в таких контекстах чаще, чем глаголы es- 'пить' и kej- 'надеть'. Каузативы от первых трех глаголов допускают секундативное оформление участников, каузативы от глаголов второй группы (eser- 'поить' и ^дег- 'одеть') — не допускают. Таким образом, секундативное кодирование при каузативах аяа- kejender- и jaЪэndэr- может быть связано с влиянием модели образования каузативов от непереходных глаголов18.

Два оставшихся каузативных глагола из Таблицы 6: terаt-'подпереть' (60) и та^ 'обмотать', — соотносятся с непроизводными глаголами terа- 'опереть' (61) и ит- 'намотать', рассматривавшимися в разделе 4.

(60) Rаxmаt awэl-dar-э (...) каЪап tas-tэ

Рахметово деревня-РЬ-Р.3 стог камень-АСС

18 В это объяснение не вписывается то, что и при секундативном кодировании при глаголе jaЪэndэr- 'покрыть' в качестве О-участника может выступать часть тела. Возможно, использование секундативной стратегии при этих глаголах следует все же связывать с действием аналогического влияния кодирования участников при базовых глаголах, многие из которых допускают подобную вариативность.

ayas menan tera-t-ep quj-yan-dar.

дерево с подпирать-CAUS-CV ставить-PC.PST-PL

'Рахметовцы подперли стог сена палками'.

[110716_bbm_Aslaj.005]

(61) (...) balta-lar-s-n ayasqa

топор-PL-P. 3-ACC дерево-DAT tera-ne-lar=da qatsn-dar jay-s-na

подпирать-PST-PL=же женщина-PL сторона-P.3-DAT qara-p baO-ts-lar.

смотреть-CV стоять-PST-PL

'[Они] прислонили топоры к дереву и встали, глядя в сторону женщин'. [Р. Солтангэрэев. Хамбал (1989)]

В этих двух парах каузативный и исходный глаголы различаются тем, каким образом распределяются предпочтения между двумя возможными при обоих глаголах способами коди -рования участников: при глаголах tera- 'опереть', ura- 'намотать' предпочтительной является индирективная, а дополнительной — секундативная стратегия, при каузативных глаголах terat- 'подпереть', urat- 'обмотать' — наоборот, см. Таблицу 5. В этих случаях каузативный показатель маркирует не введение внешнего каузатора, а повышение статуса объектного участника, т. е. используется в аппликативной функции, которая засвидетельствована у показателей каузатива в ряде языков мира, см. [Shibatani, Pardeshi 2002: 166-192]. Интересно, что при этих каузативных глаголах сохраняется возможность использовать и тот способ кодирования, который наблюдается при исходных глаголах.

Итак, при большей части производных глаголов основной или единственный способ кодирования участников соответствует регулярной модели, ожидаемой для того или иного типа деривации. Такое соответствие наблюдается при глаголах с показателем пассива, маркирующим неконтролируемое воздействие А-участника на собственную часть тела, ср. глагол barel- 'удариться', а также при большинстве каузативных глаголов, ср., например, пару глаголов awsrst- и joqtor- 'заразить', соотносящихся с разными типами исходных глаголов и, соответственно, различающихся по способу кодирования участников. Случаи соответствия регулярным моделям в целом поддаются интерпретации и в терминах семан-

тического подобия. Так, непереходные глаголы, при которых подлежащее обладает пациентивными свойствами, ср. глаголы aw art- 'болеть', basra- 'запачкаться', являются исходными для каузативов, при которых каузируемый участник синтаксически находится в позиции прямого дополнения, а семантически претерпевает изменение состояния, ср. awarttar- 'ушибить', basrat-'запачкать'. Индирективное кодирование участников при соотносимых с переходными глаголами каузативах с одушевленным G-участником, таких как asat- 'кормить', kejöer- 'одеть', можно считать результатом уподобления этих глаголов глаголам передачи, ср. подобный анализ дативного маркирования каузируемого участника в [Бонч-Осмоловская 2007].

Более показательными для подхода, основанного на идее семантического уподобления, могут быть случаи отклонений от регулярных моделей деривации. Среди рассматривавшихся глаголов на уровне основного способа кодирования участников такие отклонения демонстрируют рефлексивный глагол jaban-'покрыться', который является переходным, в отличие от большей части башкирских глаголов, содержащих показатель рефлексива, а также каузативные глаголы sapaldat- 'хлопать, шлепать' и tuqaldat- 'стучать', при которых используется трехчастное кодирование участников. Оба случая можно рассматривать как проявление семантического притяжения производных глаголов к базовым: глагол jaban- 'покрыться' встраивается в группу глаголов с инди-рективным кодированием, предполагающих изменение положения T, глаголы sapaldat- 'хлопать, шлепать' и tuqaldat- 'стучать' — в группу глаголов, описывающих точечный контакт T с G. Также с уподоблением на основе семантической близости можно связать допустимость некоторых дополнительных способов кодирования участников, не вписывающихся в регулярную модель, например трехчастной стратегии при глаголах aryat- 'бросить' и tejöer- 'касаться, попасть' и секундативной стратегии при глаголах jäbester- 'приклеить' и joqtor- 'заразить'. В целом производные глаголы демонстрируют значительную вариативность способов кодирования участников — часть таких случаев вариативности предсказывается регулярными синтаксическими правилами, часть, по-видимому, можно объяснить только процессами семантического уподобления базовым глаголам.

7. Трехместные глаголы каузации перемещения к цели в башкирском языке: обобщение

При трехместных глаголах каузации перемещения к цели в башкирском языке используется три основных стратегии кодирования участников. Здесь эти три стратегии назывались индирективной, секундативной и трехчастной. Таким образом, термины, обычно служащие только для описания типов базовой дитранзитивной конструкции, здесь, вслед за [Bickel, Nichols 2009; Bickel et al. 2010], распространялись на более широкий круг трехместных предикатов. При индирективном кодировании T занимает позицию прямого дополнения, G маркируется показателем дательного падежа. При секундативном — G занимает позицию прямого дополнения, T кодируется инструментальным послелогом menän. При трех-частной стратегии ни один из участников не занимает позицию прямого дополнения: G маркируется показателем дательного падежа, T кодируется инструментальным послелогом menän.

Индирективную стратегию кодирования можно считать де-фолтной для этой семантической группы глаголов. Она используется в качестве единственного, основного или дополнительного способа кодирования участников при дитранзитивных глаголах башкирского языка, к которым относятся глаголы физической передачи bir- 'дать', hat- 'продать' и т. п., а также глаголы передачи интеллектуальных объектов höjlä- 'рассказывать', kürhät-'показать' и т. п. При глаголах каузации перемещения к цели, находящихся за пределами этого класса, индирективная стратегия также является наиболее распространенной — этой стратегии соответствует кодирование участников более чем при половине глаголов выборки, использованной для данного исследования. Еще одним свидетельством дефолтного статуса этого способа кодирования можно считать то, что он охватывает наиболее семантически разнородный круг ситуаций. На уровне лексического распределения его использование можно связать с таким типом ситуаций, в которых T в результате перемещения занимает постоянное положение в G, ср. значение глаголов tejä- 'грузить', hsla-'мазать', jap- 'покрыть'. Этот признак можно усмотреть и в ситуациях, которые описываются глаголами физической передачи. Таким же образом, как при дитранзитивных глаголах, регулярно кодируются участники при обсуждавшихся в разделе 6 кауза-

тивах от переходных глаголов, например asat- 'кормить', kejöer-'одеть'; признак изменения положения T для этих глаголов едва ли является существенным. Наконец, часть случаев использования индирективной стратегии более естественно описывать в тер -минах определенной конфигурации ситуации, а не лексических требований отдельных глаголов. В частности, индирективное кодирование участников часто наблюдается в ситуациях перемещения A-участником собственной части тела, наиболее последовательно — в случаях, когда A приводит часть тела в контакт с каким-либо объектом неволитивно (например, 'уколоться рукой о лежащие ножницы') или когда части тела A являются и T-, и G-участниками, а ситуация предполагает некоторое конвенциональное действие (движение в танце, выражение удивления и т. п.).

Каждая из оставшихся двух стратегий охватывает более узкий и компактный круг ситуаций. Использование секундативной стратегии можно связать с признаком вовлеченности G-участни-ка, который при этом способе кодирования выражается в позиции прямого дополнения. Только секундативно могут кодироваться участники при таких непроизводных глаголах, какjarala- 'ранить', tis- 'продырявить', предполагающих нарушение целостности G-участ-ника, а также, в соответствии с регулярной моделью синтаксических преобразований, при каузативах от непереходных глаголов, при которых G-участник, соответствующий подлежащему исходного глагола, обладает пациентивными свойствами, например awarttar- 'ушибить', basrat- 'запачкать'. При глаголах, допускающих вариативность между каким-либо основным способом кодирования и секундативным, последнее наблюдается в случае полного охвата G-участника или других частных проявлений вовлеченности. В ряде случаев секундативное кодирование можно связать с тем, что в качестве G выступает какой-либо объект полностью, а не часть объекта (например, при глаголе huq- 'ударить' этим признаком частично определяется распределение секундативного и трехчастного способов кодирования участников). При этом важно отметить, что многие глаголы, предполагающие вовлеченность G, например qapla- 'покрыть', эw- 'тереть', допускают и индирективное кодирование участников в качестве дополнительного и не все глаголы, способные описывать ситуации с вовлеченным G, допускают секундативное кодирова-

ние участников, в частности, только индирективное кодирование наблюдается при глаголах tejâ- 'грузить' иjâj- 'стелить'.

Использование трехчастной стратегии, как и индиректив-ной, описывалось в терминах пространственной конфигурации ситуации, а не типа воздействия на участников. Глаголы с таким способом кодирования участников в основном обозначают ситуации точечного контакта T с G, после которого T не остается в цели перемещения, ср. значение глаголов sâns- 'уколоть', tej-'касаться, задеть', tort- 'ткнуть'. Такую семантическую мотивацию трехчастного кодирования можно усмотреть также в некоторых отклонениях от регулярной модели распределения синтаксических позиций между участниками при каузативных глаголах. Подобные отклонения демонстрируют, в частности, глаголы sapsldat-'шлепать, хлопать' и tuqsldat- 'стучать', при которых трехчастное кодирование допустимо наряду с синтаксически предсказуемым секундативным, а также глаголы sryst- 'бросить' и tejôer- 'касаться, попасть', при которых иногда используется трехчастное кодирование, притом что основным является синтаксически регулярное индирективное.

Изучение того, насколько необычным с типологической точки зрения является распределение стратегий кодирования среди башкирских трехместных глаголов каузации перемещения к цели, не входило в задачи настоящего исследования. Тем не менее, некоторые из рассматривавшихся здесь глаголов можно сопоставить с их эквивалентами в тех языках, которые входят в выборку базы данных ValPal, см. [Hartmann et al. (eds.) 2013]. Среди 80 глагольных значений, которые в ней представлены, с глаголами башкирского языка могут быть сопоставлены эквиваленты в других языках со следующими значениями: 'cover', 'hit', 'load', 'pour', 'throw' и 'touch'. В это множество не включались значения дитранзитивных глаголов (например 'give' и 'show'), а также значения, которым в башкирском языке соответствуют производные глаголы ('fill'). При сравнении учитывались только способы кодирования при базовых глаголах, допускающих одновременное выражение и T-, и G-участника. В Таблице 7 представлены стратегии кодирования участников при башкирских глаголах со значениями, указанными в первом столбце, а также распределение языков выборки ValPal с точки зрения стратегий коди-

19 п

рования участников при соответствующих глаголах . В правой части Таблицы 7 выделено число в столбце с той стратегией, которая наблюдается для данного глагола в башкирском языке: индирективня (I), секунадтивная (Б) или трехчастная (Т).

Таблица 7. Стратегии кодирования участников при ряде непроизводных глаголов башкирского языка и их эквивалентах в языках выборки Уа1Ра1

Значение Башкирский глагол Основная стратегия в башкирском языке Распределение языков в ValPal

I S T

'load' teja- I 29 3 1

'pour' qoj- I 30 2 0

'throw' bar- I 26 0 1

'cover' jaP- I 5 22 1

'hit' huq- T 1 28 0

'touch' tej- T 1 16 4

Как показывает Таблица 7, в тех случаях, когда в языках выборки ValPal при глаголе преимущественно используется индирективная стратегия (значения 'load', 'pour' и 'throw'), этот же способ кодирования участников наблюдается и в башкирском языке. В оставшихся трех случаях в рамках данной выборки преобладает секундативная стратегия, однако в башкирском языке при соответствующих глаголах в качестве основных используются другие стратегии: индирективная при одном и трехчастная при двух других глаголах. Таким образом, в башкирском языке для кодирования G-участника шире, чем в большинстве языков выборки ValPal, используется средство, подчеркивающее его пространственную роль цели (датив). Вовлеченность G, с которой связывается выражение этого участника в позиции прямого

19 В Таблицу 7 включены данные для индирективной, секунда-тивной и трехчастной стратегий. Единичные случаи использования нейтральной стратегии при глаголах с соответствующими значениями не учитывались. Если для какого-либо языка приводилось больше одного глагола, и при этом они различались способом кодирования участников, засчитывался такой способ, который представлен при соответствующем башкирском глаголе, или же, если ни один из способов не совпадал с наблюдающимся в башкирском, такой способ, который встречается при предикатах с данным значением реже.

дополнения, отражается в кодировании более ограниченно, чем в большей части языков этой выборки. Можно также отметить, что все случаи индирективного и трехчастного кодирования при глаголах со значениями 'cover', 'hit' и 'touch', зафиксированные в базе данных ValPal, наблюдаются в языках Евразии, к которым относится 20 из 36 входящих в выборку языков. Как отмечалось выше, этот ареал выделяется и с точки зрения типа дитран-зитивной конструкции: в языках Евразии, за исключением языков Южной Азии, для кодирования участников при глаголе 'дать' используется почти исключительно индирективная стратегия, см. [Haspelmath 2013]. Возможно, языки этого региона в целом больше, чем языки других ареалов, склонны к использованию индирективной стратегии — не только при глаголе 'дать', но и при более широком круге глаголов, описывающих каузацию перемещения к цели.

Литература

Ахмеров и др. (ред.) 1958 — К. З. Ахмеров, Т. Г. Баишев, Г. Р. Каримова, А. А. Юлдашев (ред.). Башкирско-русский словарь. М. : Государственное изд-во иностранных и национальных словарей, 1958. Бонч-Осмоловская 2007 — А. А. Бонч-Осмоловская. Семантика актантных дериваций // Е. А. Лютикова, К. И. Казенин, В. Д. Соловьев, С. Г. Та-тевосов (ред.). Мишарский диалект татарского языка: Очерки по синтаксису и семантике. Казань: Магариф, 2007. C. 143-191. Выдрина 2011 — А. В. Выдрина. Понижающие актантные деривации. Доклад, представленный в экспедиции в дер. Рахметово Абзели-ловского р-на респ. Башкортостан 11 июля 2011 г. Падучева 2004 — Е. В. Падучева. Динамические модели в семантике

лексики. М.: Языки славянской культуры, 2004. Ураксин 2005 — З. Г. Ураксин. Русско-башкирский словарь. Уфа: Б. и., 2005. Юлдашев (отв. ред.) 1981 — А. А. Юлдашев (отв. ред.). Грамматика современного башкирского литературного языка. М.: Наука, 1981. Bickel 2007 — B. Bickel. Alignment typology revisited: ditransitives in general and in Southeastern Kiranti. Paper presented at Conference on Ditransitive Constructions, Leipzig, 23-25 November 2007. Bickel et al. 2010 — B. Bickel, M. Rai, N. G. Banjade, T. N. Bhatta, M. Gaenszle, E. Lieven, I. P. Rai, N. Rai, S. Stoll. The syntax of three-argument verbs in Chintang and Belhare (Southeastern Kiranti) // A. Malchukov, M. Haspelmath, B. Comrie (eds.). Studies in Ditransitive Constructions: A Comparative Handbook. Berlin: Mouton de Gruyter, 2010. P. 382-408.

M. A. OecHHHUKoea

Bickel, Nichols 2009 — B. Bickel, J. Nichols. Case marking and alignment //

A. Malchukov, A. Spencer (eds.). The Oxford Handbook of Case. Oxford: Oxford University Press, 2009. P. 304-321.

Comrie 1976 — B. Comrie. The syntax of causative constructions: Cross-language similarities and divergences // M. Shibatani (ed.). Syntax and Semantics 6. The Grammar of Causative Constructions. San Diego — London: Academic Press, 1976. P. 261-312.

Comrie 2012 — B. Comrie. Some argument-structure properties of 'give' in the languages of Europe and Northern and Central Asia // P. Suihkonen,

B. Comrie, V. D. Solovyev (eds.). Argument Structure and Grammatical Relations: A Crosslinguistic Typology. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 2012. P. 17-35.

Comrie et al. 2010 — Questionnaire on ditransitive constructions // A. Malchukov, M. Haspelmath, B. Comrie (eds.). Studies in Ditransitive Constructions: A Comparative Handbook. Berlin: Mouton de Gruyter, 2010. P. 65-73.

Croft 2014 — W. Croft. Comparing categories and constructions crosslinguistically (again): The diversity of ditransitives // Linguistic Typology 18(3), 2014. P. 533-551.

Dowty 1991 — D. Dowty. Thematic proto-roles and argument selection // Language 67(3), 1991. P. 547-619.

Foley, Van Valin 1985 — W. A. Foley, R. D. Van Valin Jr. Information packaging in the clause // T. Shopen (ed.). Language Typology and Syntactic Description. Vol. 1. Clause structure. Cambridge: Cambridge University Press, 1985. P. 282-364.

Goldberg 1995 — A. E. Goldberg. Constructions: A Construction Grammar Approach to Argument Structure. Chicago: University of Chicago Press, 1995.

Gropen et al. 1991 — J. Gropen, S. Pinker, M. Hollander, R. Goldberg. Affectedness and direct objects: The role of lexical semantics in the acquisition of verb argument structure // Cognition 41, 1991. P. 153-195.

Hartmann et al. (eds.) 2013 — I. Hartmann, M. Haspelmath, B. Taylor (eds.). Valency Patterns Leipzig. Leipzig: Max Planck Institute for Evolutionary Anthropology (http://valpal.info). Accessed on 2016-06-10.

Haspelmath 2005 — M. Haspelmath. Argument marking in ditransitive alignment types // Linguistic Discovery 3(1), 2005. P. 1-21.

Haspelmath 2011 — M. Haspelmath. On S, A, P, T and R as comparative concepts for alignment typology // Linguistic Typology 15(3), 2011. P. 535-567.

Haspelmath 2013 — M. Haspelmath. Ditransitive constructions: The verb 'give' // M. S. Dryer, M. Haspelmath (eds.). The World Atlas of Language Structures Online. Leipzig: Max Planck Institute for

Evolutionary Anthropology, 2013 (http://wals.info/chapter/105). Accessed on 2016-04-21.

Haspelmath, Müller-Bardey 2004 — M. Haspelmath, T. Müller-Bardey. Valency change // G. Booij, Ch. Lehmann, J. Mugdan (eds.). Morphology: A Handbook on Inflection and Word Formation. Berlin: de Gruyter, 2004. P. 1130-1145.

Kemmer 1993 — S. Kemmer. Middle Voice. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 1993.

Kemmer, Verhagen 1994 — S. Kemmer, A. Verhagen. The grammar of causatives and the conceptual structure of events // Cognitive Linguistics 5(2), 1994. P. 115-156.

Kulikov 1998 — L. Kulikov. Causative constructions in Tuvinian: Towards a typology of transitivity // L. Johanson (ed.). The Mainz Meeting: Proceedings of the Seventh International Conference on Turkish Linguistics. Wiesbaden: Harrassowitz Verlag, 1998. P. 258-264.

Kulikov 2001 — L. Kulikov. Causatives // M. Haspelmath, E. König, W. Oesterreicher, W. Raible (eds.). Language Typology and Language Universals. An International Handbook. Vol. 2. Berlin — New York: Mouton de Gruyter, 2001. P. 886-989.

Letuchiy 2006 — A. Letuchiy. Case marking, possession and syntactic hierarchies in Khakas causative constructions // L. Kulikov, A. Malchukov, P. de Swart (eds.). Case, Valency and Transitivity. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 2006. P. 417-439.

Levin 1993 — B. Levin. English Verb Classes and Alternations: A Preliminary Investigation. Chicago: University of Chicago Press, 1993.

Lyutikova, Bonch-Osmolovskaya 2006 — E. Lyutikova, A. Bonch-Osmolovskaya. A very active passive: Functional similarities between passive and causative in Balkar // L. Kulikov, A. Malchukov, P. de Swart (eds.). Case, Valency and Transitivity. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 2006. P. 393-416.

Malchukov 2013 — A. Malchukov. Alignment preferences in basic and derived ditransitives // D. Bakker, M. Haspelmath (eds.). Languages Across Boundaries. Studies in Memory of Anna Siewierska. Berlin: Mouton de Gruyter, 2013. P. 263-291.

Malchukov et al. 2007 — A. Malchukov, M. Haspelmath, B. Comrie. Ditransitive constructions: A typological overview. Предварительная версия статьи [Malchukov et al. 2010].

Malchukov et al. 2010 — A. Malchukov, M. Haspelmath, B. Comrie. Ditransitive constructions: A typological overview // A. Malchukov, M. Haspelmath, B. Comrie (eds.). Studies in Ditransitive Constructions: A Comparative Handbook. Berlin: Mouton de Gruyter, 2010. P. 1-64.

Margetts, Austin 2007 — A. Margetts, P. K. Austin. Three participant events in the languages of the world: Towards a crosslinguistic typology // Linguistics 45, 2007. P. 393-451.

Nedjalkov 2007 — V. P. Nedjalkov. Polysemy of reciprocal markers // V. P. Nedjalkov (ed.). Reciprocal Constructions. Amsterdam—Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 2007. P. 231-333.

Newman 2005 — J. Newman. Three-place predicates: A cognitive linguistic perspective // Language Sciences 27, 2005. P. 145-163.

Shibatani, Pardeshi 2002 — M. Shibatani, P. Pardeshi. The causative continuum // M. Shibatani (ed.). The Grammar of Causation and Interpersonal Manipulation. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, 2002. P. 85-126.

Van Lier 2012 — E. H. van Lier. Referential effects on the expression of three-participant events across languages: An introduction in memory of Anna Siewierska // Linguistic Discovery 10 (3), 2012. P. 1-16.