Экзистенциальная психология: поиск пути

УДК 159.9 Вестник СПбГУ. Сер. 6. 2012. Вып. 2

Н. В. Гришина

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ: ПОИСК ПУТИ

Понимание логики развития такой научной области, как психология, требует учета не только собственно научных тенденций, но и особенностей социального контекста изменяющейся реальности. Развитие психологии, ее прикладных и практических областей всегда было неразрывно связано с проблемами текущего времени. Именно вызовы социальной реальности часто становились стимулом к новым поискам психологов, к новым поворотам психологической науки и практики.

Под влиянием стремления к созданию «объективной» науки в психологии на начальных этапах ее становления сформировалась научная идеология, утверждавшая «господство позитивистской эпистемологии», в соответствии с которой «факты "даны" в окружающей действительности», а «подлинно научный критерий — это эксперимент» [1, с. 218]. На ее основе складывается строгий канон научных исследований, а наука начинает отождествляться с определенными стратегиями и методами исследования. Всё, что не соответствует этому канону, остается за рамками науки — и это существенно сужает проблемное поле исследований человека. Следствием данного подхода становится фактический отказ от обсуждения сущностных вопросов психологии, нечто «вроде молчаливого компромисса, когда мы избегаем иметь дело с вопросами, касающимися сущности законов, к которым имеет отношение наша дисциплина, и все сводим к способу их проверки» [1, с. 218].

Нарастающий в психологической науке протест против ухода от «сущностных вопросов» приводит к появлению «третьей волны» в психологии — гуманистического подхода. Описывая эту новую психологию, Н. Смит отмечает, что она «посвящена вопросам самоактуализации, креативности, любви, автономии, "Я"-существования, радости и печали, смысла, удовлетворения потребностей, предназначения и выбора», и даже если названные понятия не являются до конца определенными, «эти темы звучат более приближенно к реальной жизни, чем те, что предлагает психология, которую интересуют вопросы выработки условных реакций у крыс или голубей, и более интригующе, чем такие темы, как научение, восприятие и мотивация, "нейронные основы" поведения, "психические" измерения, методология исследований или "обработка информации", которым обычно посвящены обзорные курсы психологии. Более того, возможно, они звучат именно так, как, по предположению человека, собирающегося заняться изучением психологии, и должны звучать темы, которые рассматривает эта наука» [2, с. 116].

Хотя истории гуманистической психологии еще предстоит быть написанной — по крайней мере, для отечественного читателя — в психологической литературе можно найти немалое число высказываний, относящихся к ее сильным и слабым сторонам. Так или иначе, очевидно, что «гуманистическая психология способствовала оформлению тех изменений, которые уже назрели в психологической мысли» и в целом оказала влияние на развитие психологии ХХ в.: «Косвенным образом развитие гуманистической психологии способствовало оживлению интереса к исследованию сознания и в рамках академической психологии, поскольку гуманистическая психология стоит у истоков движения когнитивной психологии. Основатель когнитивной психологии

Ульрик Найссер отмечал, что на него «"самое сильное влияние оказал дух гуманистической психологии. Собственно, когнитивный подход и есть гуманистический взгляд на организм человека"» [3, с. 480].

Со временем, однако, развитие идей гуманистической психологии и внутренняя дискуссия в рамках гуманистического направления приводят к постепенному расхождению взглядов ее представителей, которое было столь значительным, что вызвало серьезную полемику, начатую статьей под примечательным названием «Две гуманистические психологии или одна?» (см. [4, с. 41]). В результате дискуссии о базовых идеях и методологических принципах изучения человека в рамках гуманистической психологии выделяется экзистенциальное направление, которое, разделяя ряд ее общих представлений, предлагает иной взгляд на развитие и основные проблемы человека.

Прошедшие с тех пор десятилетия отмечены ростом влияния экзистенциальных подходов, которые, по мнению ряда специалистов, в перспективе претендуют на лидирующие, авангардные позиции в науке. «История психологии ХХ в. представляет собой последовательную смену научных теорий, исследовательских подходов к изучению психики. В конце столетия наиболее ярким проявлением этого оказалось смещение интересов большой части психологов с когнитивной парадигмы на экзистенциальную, переход от изучения отдельных психических процессов и явлений к анализу целостных ситуаций человеческого бытия» [5, с. 122].

Появление и укрепление новых векторов развития психологии имеет свою историю и свои основания. Нельзя отрицать, что гуманистическая психология оказалась достаточно чуткой к проблемам своего времени. Однако, перефразируя известное высказывание В. Франкла («У каждого времени свои неврозы — и каждому времени требуется своя психотерапия» [6, с. 24]), можно сказать: у каждого времени свои проблемы, и каждому времени требуется своя психология. Перемены в социальной реальности изменяют отношения человека с окружающим миром, устраняя одни проблемы и порождая другие. Потому психологические описания проблем человека, равно как и его личностных особенностей, оказываются релевантными для одного времени и не отвечают реальности другого.

Приведенное выше высказывание Д. и С. Шульцев о том, что гуманистическая психология в свое время оформила уже назревшие в психологии идеи, можно в полной мере отнести и к экзистенциальной психологии. И. Ялом, автор «Экзистенциальной психотерапии» [7], работы, которая стала для отечественных специалистов первым открытием данной тематики, пишет, что экзистенциальная психология сформировалась под влиянием трех основных научных традиций: экзистенциальной философии, экзистенциального анализа и гуманистической психологии.

Дж. Гринберг, С. Куул и Т. Пижински, составители и редакторы уникального издания по экспериментальной экзистенциальной психологии, считают, что экзистенциальное движение возникло в свое время во многом как реакция на ортодоксальный фрейдизм. Отто Ранк был первым теоретиком, включившим экзистенциальные концепты — страх перед смертью и страх перед жизнью — в широкую теоретическую концептуализацию человеческого поведения, анализ развития в детстве и на протяжении жизни. Европейские ученые, такие как Л. Бинсвангер, М. Босс и В. Франкл, развивают идеи экзистенциального анализа, указывают на необходимость поиска основ человеческого поведения в феноменологическом мире субъекта. К. Хорни описывает образ будущего как важнейшую детерминанту поведения. Э. Фромм анализирует поиск и бегство от свободы.

61

К. Роджерс делает акцент на аутентичности, А. Маслоу — на самоактуализации. Среди современных ученых авторы выделяют Р. Лэйнга, Э. Беккера, Р. Лифтона и И. Ялома [8, р. 6]. Я бы добавила к этому перечню имена Р. Мэя и А. Лэнгле.

Экзистенциальная психология является ответом на очевидную необходимость выхода психологической науки на новый уровень описания проблем человека, его взаимоотношений с окружающим миром. Потребность в новом уровне описания проблем человека обусловлена тем, что традиционная психология не может объяснить феномены, выходящие за пределы «заданности» психологическими и ситуационными характеристиками. Считается, что экзистенциальный подход — в гуманитарной науке и культуре в целом — возникает как ответ на кризисы современного общества, а в психологии определяет необходимость развития тех областей, которые отвечали бы потребностям своего времени.

Экзистенциальные, «философские» вопросы человеческого существования все острее встают сегодня перед человеком, что в немалой степени является следствием изменений социального контекста жизни людей. Наиболее фундаментальное из них — это переход от относительной стабильности общества к нынешней «текучей реальности», для которой характерны рост неопределенности, снижение роли внешних детерминант поведения и соответствующее усиление внутренней детерминации, самодетерминации поведения человека, фактически осуществляемый им выбор своего жизненного сценария и — как следствие — ответственность человека за свое собственное существование. Э. Фромм в свое время сформулировал эту проблему как онтологический вызов: «Жизнь не может быть "прожита" путем простого повторения модели своего вида. Человек должен жить сам. ...Человек — единственное живое существо, которое ощущает собственное бытие как проблему, которую он должен разрешить и от которой он не может избавиться» [9, с. 445].

Психологи экзистенциального направления считают, что развитие человека определяется его выбором (а не разворачиванием уже заложенного в нем потенциала), человек творит самого себя, и важнейшим условием его развития является диалог с миром (поэтому человек должен изучаться в контексте, во взаимодействии с окружающим миром). Развитие современной цивилизации в определенном смысле обостряет фундаментальные проблемы человеческого существования. Фактическим предметом экзистенциальной психологии становится изучение взаимоотношений человека с миром его жизни, а ее центральная проблема часто формулируется как смысл жизни, факторы утраты смысла, а также условия и механизмы его восстановления. Так, В. Н. Дружинин, автор одной из первых в отечественной литературе работ по экзистенциальной психологии, определял экзистенциальную психологию как науку «о том, как человеческая судьба зависит от отношения человека к жизни и смерти», «о разнообразии и типологии человеческих жизней», «о человеческом сознании и субъективной реальности, которая есть отражение жизни в образе индивидуального жизненного пути» [10, с. 6].

Понятие «экзистенция» — «существование» — специалисты предпочитают использовать без перевода, оставляя за ним значение именно человеческого существования (в отличие, например, от существования предметов материального мира), притом существования особого, глубинного (в отличие от повседневного, рутинного).

Многозначительно происхождение слова «экзистенция»: от латинского exisistere, буквально означающего «не сдаваться, подниматься на борьбу». Это значение созвучно идеям современной экзистенциальной психологии, предполагающей, что бытие не

62

дается человеку автоматически, оно выбирается человеком и нуждается в утверждении, подтверждении.

Медард Босс (экзистенциальный аналитик, по общему признанию оказавший влияние на становление экзистенциального подхода в психологии) перечисляет следующие семь фундаментальных характеристик человеческого существования: 1) пространство — «человеческие существа живут в пространстве»; 2) время — «человеческие существа живут во времени»; 3) телесность — «человеческие существа раскрываются через свое тело»; 4) социальность мира — «человеческие существа живут в разделяемом мире»; 5) «настроенность» — «человеческие существа всегда пребывают в определенном настроении, в определенной психологической атмосфере»; 6) исторический контекст — «человеческие существа живут в историческом контексте»; 7) характеристика, именуемая в экзистенциальной литературе «бытие-к-смерти» — «человеческие существа живут с осознанием собственной смерти». Эти базовые условия, которые могут быть названы экзистенциалами, являются ключевыми факторами жизни каждого [11, р. 12-13].

Проблемное поле экзистенциальной психологии определяется содержанием экзистенциальных проблем человека, которые и находятся в центре внимания теоретического анализа и практической работы экзистенциально ориентированных психологов.

Экзистенциальные проблемы человека имеют свои принципиальные особенности, отличающие их от других психологических проблем. Прежде всего, экзистенциальные проблемы носят универсальный характер, т. е. постоянно присутствуют в жизни человека, независимо от того, переживает ли он их в данный момент и осознает ли эти проблемы вообще; кроме того, их универсальность проявляется в том, что все люди открыты этим проблемам и находятся перед необходимостью их решения. Экзистенциальные проблемы имеют фундаментальный характер, поскольку они затрагивают самые сущностные вопросы человеческого существования, а потому их решение оказывает сильное влияние на психологическое благополучие и здоровье человека. Особенностью экзистенциальных проблем является также то, что они не имеют разового решения. Психологическая проблема человека, даже сложная, может быть успешно решена, после чего человек к ней не возвращается. Экзистенциальные проблемы — это вызовы, которые требуют постоянного ответа. На каждом жизненном этапе в силу жизненных событий или возрастных изменений мы должны находить соответствующие нашему уровню зрелости ответы. Экзистенциальные психологи исходят из того, что человек всегда существует в процессе становления. Цель становления — реализовать всю полноту бытия. В сущности, в этом и состоит «функция» экзистенциальных проблем — они для того и существуют в нашей жизни, чтобы служить вызовом, «тревожить», заставлять перепроверять и пересматривать жизненные приоритеты и отношения (см. подробнее: [12]).

Цели и задачи, которые ставит перед собой экзистенциальная психология, требуют соответствующих методологических и методических решений. Так, в рамках экзистенциальных подходов присутствует осознание и утверждение своеобразия психологии как науки, недопустимости копирования образцов других наук. Еще одна важнейшая особенность экзистенциальной психологии — это опора на феноменологический подход как основную методологию теоретических и эмпирических исследований. Феноменологический подход часто ассоциируется с описательными подходами в психологии, поскольку представляет собой «описание данных

63

непосредственного опыта» [13, с. 309]. Однако именно феноменологический подход был методологической основой анализа психологических явлений в гештальтпсихологии, которая является одним из наиболее развитых экспериментальных подходов в психологии. В школе гештальтпсихологии феноменология использовалась для описания психических процессов, но не личностных проявлений. Экзистенциальная психология переносит феноменологический подход на уровень описания личности, анализируя такие феномены, как свобода, независимость, смыслы существования и т. д.

Поскольку предметом экзистенциальной психологии является существование человека, его «бытие-в-мире», ее исходным тезисом выступает положение о неразрывности индивида и мира (когда-то выраженное К. Левином в понятии «жизненное пространство»). Его принятие требует поиска нового языка и новых единиц описания и изменения методологической позиции, перехода от «онтологии изолированного индивида» к «онтологии жизненного мира» (термины, введенные Ф. Е. Василюком). Различия принципиальны: первая точка зрения исходит из того, что «человек вступает во взаимодействие с миром, уже будучи наделенным определенным набором качеств», а «онтология жизненного мира» предполагает, что «только во взаимодействии с миром человек обретает свои сущностные характеристики» [4, с. 44—45].

Еще одной особенностью экзистенциальной психологии является расширение диапазона методического инструментария. Исследовательские методы психологии, сложившиеся в классический период ее развития, во многом заимствованные из естественнонаучной исследовательской парадигмы, не отвечали сложности феноменологии, относящейся к предмету, проблемному полю экзистенциальной психологии. Уже гуманистические психологи отмечали, что невозможность строго измерять сложные психологические феномены не может быть препятствием на пути их изучения. С точки зрения феноменологического подхода описание отдельного случая, отличающееся подлинностью, больше дает для понимания феномена, чем традиционные статистики.

Вместе с тем поиск методических решений остается важной задачей экзистенциальной психологии. Составители фундаментального издания по экспериментальной экзистенциальной психологии отмечают, что на протяжении большей части короткой истории научной психологии сама идея существования подобного направления никогда не рассматривалась как возможная, настолько противоположными мыслились эти два подхода — экспериментальный и экзистенциальный — в широком поле психологии. Экспериментальные психологи, отстаивая строгие научные методы, обращались в своих исследованиях к относительно простым феноменам. Экзистенциальные психологи, напротив, обращались к проблемам человеческого существования и его смыслам, которые в силу своей абстрактности казались недоступными для научных методов. И те и другие критически относились к позиции оппонентов. И. Ялом, один из наиболее влиятельных экзистенциальных психологов и психотерапевтов, язвительно заметил, что в психологических исследованиях «точность результата прямо пропорциональна тривиальности изучаемых переменных. Странный тип науки!» [8, р. 3-4]. Правда, оговариваются авторы, критические суждения Ялома относятся к концу 1970-х годов.

Усиление тенденции к включению экзистенциальных вопросов в современное психологическое теоретизирование и их исследованию, рост влияния экзистенциальных подходов инициировали проведение первой Международной конференции по экспериментальной экзистенциальной психологии в августе 2001 г. в Амстердаме.

64

То, что авторы упомянутого издания называют экспериментальной экзистенциальной психологией, точнее, наверное, было бы назвать эмпирической экзистенциальной психологией, поскольку приводимые данные получены с помощью различных методических подходов, включающих в том числе и собственно эксперименты, например по актуализации страха смерти и его эффектам. Впечатляет разброс вопросов, представленных в издании: от традиционных для экзистенциальной литературы тем смерти, свободы, смысла — до проблем справедливости, переживания ностальгии, остракизма, воли, автономии и др. «Экспериментальные экзистенциальные психологи обращаются к широкому и растущему кругу проблем, включающих сексуальность, отношения человека с природой, религию, мораль, остракизм, коммуникацию, принятие решений и достижение целей» [8, р. 497]. Новизной отличаются не только темы исследований, но и используемые подходы. «Новые научные взгляды обычно требуют нового словаря. Поэтому неудивительно, что многие труды экзистенциалистов кажутся странными для тех, кто воспитан в научных традициях девятнадцатого века. Как новые формы музыки или изобразительного искусства, диссонанс, порожденный словарем экзистенциалистов, будет постепенно уменьшаться и исчезнет» [13, с. 318].

Последнее уточнение, которое стоит сделать, описывая становление и основания экзистенциальной психологии, касается ее общей оценки. К. Холл и Г. Линдсей довольно категорично утверждают: «Было бы неверно... заключить, что экзистенциальная психология в основе своей оптимистична относительно человека. Достаточно немного почитать Кьеркегора, Ницше, Хайдеггера, Сартра, Бинсвангера или Босса, чтобы понять, что это далеко от истины» [13, с. 314-315]. Однако нет оснований относить вывод авторов к психологии, поскольку они ссылаются на имена философов и психиатров, но не психологов. Более обоснованной представляется позиция У. Колин, которая говорила о Да-экзистенциалистах и Нет-экзистенциалистах. Да-экзистенциалисты — это психологи, представляющие позитивное, оптимистическое мировоззрение [14, с. 28]. Именно этот подход и является основой для экзистенциального подхода в психологии. Как пишет в начале своей книги Б. Якобсен, диагностика психологического нездоровья не является единственной целью психологии. «Психология также должна показывать людям, как можно развивать полноту бытия, как достигать трепетного чувства быть живым, как встречать несчастья и приближаться к состояниям счастья и любви и знанию того, что есть добро и зло в их жизни» [11, р. IX].

Оценка подлинного влияния того или иного направления в науке требует более широкого контекста, чем координаты актуальной ситуации. К. Холл и Г. Линдсей, посвятившие экзистенциальной психологии отдельную главу своего учебника, утверждают: «Каким бы ни было будущее экзистенциальной психологии. ясно, что сейчас она предлагает принципиально новый путь изучения и понимания человека. По этой причине она заслуживает пристального внимания тех, кто серьезно изучает психологию» [13, с. 342].

Подведем итоги. Экзистенциальная психология продолжает лучшие традиции гуманистически ориентированных психологов ХХ в. В центре ее внимания — наиболее острые проблемы, переживаемые человеком, проблемы, связанные с фундаментальными задачами его жизни. Эта обращенность к проблемам своего времени — безусловно, то, в чем нуждается психология. Речь идет о необходимости развития тех областей психологии, которые отвечают потребностям современной ситуации, включая помощь человеку в решении фундаментальных экзистенциальных задач его существования,

65

в полноте реализации им своих жизненных возможностей, что, в свою очередь, предполагает научное исследование и обоснование жизненных стратегий существования человека в этом мире.

Экзистенциальные подходы обеспечивают переход от изучения отдельных психологических реакций к изучению «психологического бытия человека существующего» [15, с. 56]. Именно экзистенциальные подходы открывают возможность преодоления традиционной ориентации психологии исключительно на изучение отдельных психических феноменов, преодоления ограничений, которые связаны с «проблемой игнорирования в психологии онтологических оснований человеческой жизни, когда нивелируются проблемы пространственно-временной развертки бытия, включая проблемы предметности, реальности и действительности мира» [16, с. 47].

Перспективы экзистенциальной психологии — в сфере фундаментальной психологии — связаны с ее ориентацией на разработку онтологической проблематики. В области практической психологии экзистенциальная психология ориентирована на решение жизненных задач, которые современная реальность ставит перед человеком. История становления практической психологии, психологической практики показывает, что по мере своего развития она оказывается перед необходимостью решения все более сложных задач — от помощи человеку в решении проблем адаптации и самореализации до решения экзистенциальных проблем, поиска смысла своего существования (см. подробнее: [17]).

Литература

1. Московичи С. Общество и теория в социальной психологии // Современная зарубежная социальная психология. Тексты / под ред. Г. М. Андреевой, Н. Н. Богомоловой, Л. А. Петровской. М., 1984.

2. Смит Н. Современные системы психологии. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2003.

3. Шульц Д. П., Шульц С. Э. История современной психологии. СПб.: Евразия, 1998.

4. Леонтьев Д. А. Что такое экзистенциальная психология? // Психология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в постсоветской психологии / под ред. Д. А. Леонтьева,

B. Г. Щур. М.: Смысл, 1997. С. 40-54.

5. Знаков В. В. Психология понимания: проблемы и перспективы. М.: Изд-во Ин-та психологии РАН, 2005.

6. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990.

7. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. М.: Смысл, 1999.

8. Handbook of Experimental Existential Psychology / ed. by Jeff Greenberg, Sander L. Koole, Tom Pyszczynski. New York: Guilford Press, 2004.

9. Фромм Э. Пути из больного общества // Проблема человека в западной философии. М.: Прогресс, 1988.

10. Дружинин В. Н. Варианты жизни: Очерки экзистенциальной психологии. М.: ПЕР СЭ; СПб.: ИМАТОН-М, 2000.

11. Jacobsen B. Invitation to Existential Psychology: A Psychology for the Unique Human Being and Its Applications in Therapy. Chichester: Wiley — Interscience, 2007.

12. Гришина Н. В. Экзистенциальные проблемы человека как жизненный вызов // Вестн.

C.-Петерб. ун-та. Сер. 12. 2011. Вып. 4. С. 109-116.

13. Холл К., Линдсей Г. Теории личности. М.: КСП+, 1997.

14. Маслоу А. По направлению к психологии бытия. М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002.

15. Мэй Р. Открытие Бытия. М.: Изд-во ин-та общегуманитарных исследований, 2004.

66

16. Клочко В. Е. Закономерности движения психологического познания: проблема ценностей и смысла в призме транспективного анализа // Ценностные основания психологической науки и психология ценностей / отв. ред. В. В. Знаков, Г. В. Залевский. М.: Изд-во Ин-та психологии РАН, 2008.

17. Гришина Н. В. Экзистенциальная психология: поиск смысла и самотрансценденция // Психологические проблемы самореализации личности. Вып. 12 / под ред. Л. А. Коростылевой. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008. С. 15-28.